Дьявол.

Дьявол — фигура иррациональная: порождение нашего разума, который пытается найти логическое объяснение феномена зла при столкновении с действительностью. И хотя для неверующего человека это — мифологическое существо, а для верующего — реальное, различие на самом деле не столь серьезно, как может показаться. Дело в том, что активность вымышленной фигуры может проявляться не менее самостоятельно и эффективно, чем фигуры реальной. Вымысел, обогащенный фантазией — как коллективной, так и ... →

Кот без прикрас.

Посвящение Ладно, будем начистоту. Да, в этой книге говорится о том, что прозвища существам кошачьей породы надо давать короткие, чтобы запросто можно было выкрикивать их среди ночи, поднимая на ноги соседей. Однако кота, которому посвящается эта книга, зовут Эдип-кот. И следует сказать, это имя как нельзя лучше ему подходит. Движение в защиту настоящих котов. Подобно тому как бочоночное пиво сплошь и рядом вытеснило старый добрый эль, в последнее время многие люди стали отдавать предпочтение лишенным всякой ... →

Моя семья и другие звери.

Так вот, иногда я успевала еще до завтрака целых шесть раз поверить в невероятное. Белая Королева. Льюис Кэрролл, «Алиса В Зазеркалье». В этой книге я рассказал о пяти годах, прожитых нашей семьей на греческом острове Корфу. Сначала книга была задумана просто как повесть о животном мире острова, в которой было бы немножко грусти по ушедшим дням. Однако я сразу сделал серьезную ошибку, впустив на первые страницы своих родных. Очутившись на бумаге, они принялись укреплять свои позиции и наприглашали ... →

Анатомия страха. Трактат о храбрости.

Посвящается Марии. С годами я стал настоящим специалистом по страхам: переживал их, изучал и мечтал о мужестве, как другие мечтают о власти, о богатстве или о здоровье. Из всех эмоций, омрачающих человеческое сердце, — а таких немало — многочисленное семейство, в которое входят тревога, робость, беспокойство, ужас, беззащитность, особенно занимало меня, и опыт показывает, что в своем интересе я не одинок. Прозорливому Гоббсу[1] принадлежат ужасные слова, под которыми мог бы подписаться любой ... →

Поверженный разум. Теория и практика глупости.

Марии. Изучение человеческой глупости всегда меня привлекало. Возможно, из-за того волнения, которое иногда охватывает, когда я вспоминаю об Эразме Роттердамском. Нет, я не стал бы писать глупости похвалу, но трактата она заслуживает. Если существует научная теория разума, то и глупость заслуживает такого же научного изучения. Я даже полагаю, что если бы подобная наука о глупости преподавалась в школах и университетах, то это принесло бы огромную общественную пользу. Можно даже помечтать о том, как все мы получили ... →

Путешествие Гектора, или Поиски счастья.

Посвящается всем женщинам и мужчинам, встречи с которыми вдохновили Гектора. . Жил-был молодой психиатр по имени Гектор, и был он не очень собой доволен. Хоть Гектор и был собой недоволен, но все-таки выглядел как настоящий психиатр: носил маленькие очки в золотой оправе, придававшие ему вид интеллектуала, и умел выслушивать собеседников с задумчивым выражением лица, время от времени произнося «м-м-м…». У него даже имелись небольшие усики, которые он покручивал, когда усердно размышлял. Его ... →

Ты и я.

Поистине в ночном мраке. моей души всегда. три часа утра. Фрэнсис Скотт Фицджеральд. Эпоха Джаза. But can you save me? Come on and save me If you could save me From the ranks of the freaks Who suspect they could never love anyone.[1] Aimee Mann. Save Me. Мимикрия проявляется, когда какое-то безвредное животное использует свое сходство с опасным существом, живущим на одной с ним территории. Оно имитирует его окраску и поведение и пугает всех встречных — таким образом ему удается выжить. . . — ... →

Побочные эффекты.

Прошел уже месяц, а я все не могу поверить, что Сола Нудельмана больше нет. Я был на похоронах и на поминках, принес пастилы по просьбе его сына… Но боль утраты мешала осознать масштабы потери. Нудельман все время размышлял о своих будущих похоронах и однажды признался: «Знаешь, по мне, конечно, лучше кремация, чем погребение, не говорю уж, чем выходные с миссис Нудельман». Так он и решил: велел себя кремировать, а прах завещал Гейдельбергскому университету, который развеял его по ветру и ... →

Взламывая код да Винчи.

Terribilis est locus istnote 1. Надпись Над Входом В Церковь Ренн-Ле-Шато. Любая книга — плод коллективной работы, не верьте тому, кто скажет иное. Команда, работавшая над этой книгой, была воистину блистательна, и мне хотелось бы выразить самые искренние слова благодарности целому ряду замечательных людей. Как мне кажется, уместно начать с выражения горячей признательности моей собственной компании женских божеств. За кропотливую, дотошную исследовательскую работу я хотел бы прежде всего поблагодарить Жакл ... →

Эссе, выступления, интервью.

Они выходят на сцену и этим ставят под угрозу существование не только отдельного человека, но всех вместе взятых, вместе со всеми отношениями, которые у них сложились друг с другом. Я опишу эту угрозу более точно, потому что она несколько отличается от той опасности, которая поджидает нас, когда мы хотим перейти улицу, отделяющую нас от себя самих, и вдруг замечаем, что на той стороне уже стоит человек, встречи с которым нам хочется избежать. Когда актеры появляются на сцене, это называется «явление». Актеры ... →

Прими красную таблетку: Наука, философия и религия в «Матрице».

«Матрица» стала настоящим сюрпризом для завсегдатаев кинозалов и поразила их во многом также, как «Звездные войны» поразили предыдущее поколение. Успех «Матрицы» объясняется во многом теми причинами, что обеспечили популярность «Звездных войн». Закрученный сюжет, заставляющий зрителя затаить дыхание, поразительные съемки, ощущение сказочного приключения и эмоциональность с легким привкусом кислотности — все это нашлось в «Матрице». Подобно «Звездным войнам», «Матрица» открыла целый новый континент воображен ... →

Магия Дерини.

Магия Дерини представляет собой своеобразную смесь практической магии, мистических теорий и множества различных предположений. Романы и повести, подробно описывающие историю Гвиннеда и его окрестностей, очень быстро стали чрезвычайно популярными, и восторженных читателей становится все больше и больше. Так что же в историях об Одиннадцати Королевствах очаровывает и притягивает нас? Прежде всего узнаваемость. Культура Гвиннеда и окружающих его королевств, уровень развития теологии, социальное устройство, могущественная ... →

Мастера и шедевры.

Сорок лет назад Игорь Долгополов, в прошлом молодой художник-плакатист, видный оформитель — на его счету не один десяток альбомов — и одаренный живописец, тяготеющий к сказочным мотивам, вдруг покончил с художественной практикой, занялся скромной журнальной работой и добровольно обрек себя на забвение. Это удивляло его учителя Александра Дейнеку, верившего в творческую волю д'Артаньяна, как прозвал он задиристого паренька, не боявшегося ни словесных, ни иных поединков, и певца Москвы Юрия Пименова, находившего ... →

Хаксли Олдос Леонард.

Но утопии оказались гораздо более осуществимыми, чем казалось раньше. И теперь стоит другой мучительный вопрос, как избежать окончательного их осуществления <…> Утопии осуществимы. <…> Жизнь движется к утопиям. И открывается, быть может, новое столетие мечтаний интеллигенции и культурного слоя о том, как избежать утопий, как вернуться к не утопическому обществу, к менее «совершенному» и более свободному обществу. Николай Бердяев[1] Затяжное самогрызенье, по согласному мнению всех моралистов, является ... →

Как написать гениальный роман.

Книга «Как написать гениальный роман» получилась насыщенной, а чтобы произведение получилось насыщенным, должна присутствовать драма. Драматическое произведение имеет следующие черты: внимание сконцентрировано на главном герое, оказавшемся перед дилеммой, дилемма превращается в кризис, который, усугубляясь, достигает кульминации. В кульминации кризис разрешается. «Старик и море» Эрнеста Хемингуэя, «Шпион, который пришел с холода» Джона Ле Карре, «Пролетая над гнездом кукушки» Кена Кизи, «Лолита» Владимира Набокова, ... →

Ученик дьявола.

Посвящается Элен Костер и Герберту Шналлу. Это был типичный среднеамериканский мальчик, спешащий по улочке предместья на своем велосипеде («швинн», 28 дюймов) с изогнутым рулем. Его звали Тодд Бауден. В тринадцать лет его рост составлял сто шестьдесят сантиметров, вес — шестьдесят три с половиной килограмма, глаза голубые, зубы — белые, ровные, лицо слегка загорелое, чистое, без малейших признаков юношеских прыщей. Мальчик улыбался, как улыбаются на каникулах, проносясь на велосипеде ... →