История Англии для юных.

Посвящаю эту книгу моим дорогим детям с надеждой, что в недалеком будущем она поможет им читать более толстые и более ценные книги на ту же тему. Взгляните на карту мира, и вы увидите в левом верхнем углу той ее половины, где изображено восточное полушарие, два острова, окруженные морем. Это Англия с Шотландией и Ирландия. Англия с Шотландией занимают большой остров. Ирландия — тот, что поменьше. Соседние островки, которые на карте кажутся точками, в основном принадлежат Шотландии — за многие-многие

Смерть Вселенной. Сборник.

I. МАЛЕНЬКИЙ УБИЙЦА «ЧЕРНАЯ» НОВЕЛЛА: ДАЛЬ, БРЭДБЕРИ И МИСТЕР ОЛДИСС. Три автора, представленные в данном разделе сборника, встретились под одной обложкой отнюдь не случайно. Причина этому — отчасти прихоть составителя, отчасти — шокирующая обывателя эстетика, которую исповедовали они в своем творчестве. Внимательный читатель, знакомый с переводами Брэдбери на русский, наверняка отметит близость (образов, сюжетов) «некоронованного короля научной фантастики»[1] и

Колдовской Мир.

Глава 1 КАМЕНЬ Дождь косым занавесом закрывал грязные улицы, смывая копоть с городских стен; вкус этой копоти ощущал высокий худощавый человек, большими шагами шедший вдоль зданий, напряженно всматриваясь в подъезды и переулки. Два часа назад — а может, три? — Саймон Трегарт вышел из вокзала. У него больше не было причин следить за временем. Время потеряло всякое значение, а он — цель. Как преследуемый, бегущий, скрывающийся… Впрочем, он не скрывался. Он шел открыто, настороженный,

Новая Атлантида.

Мы отплыли из Перу (где пробыли целый год) в Южные моря[1], в направлении Китая и Японии, взяв с собою припасов на двенадцать месяцев. В течение пяти с лишним месяцев дули попутные, хотя и слабые, ветры с востока; но затем ветер переменился и много дней подряд дул с запада, так что мы почти не продвигались и порой подумывали о возвращении. Вслед затем, однако, поднялся сильный ветер с юга и юго-запада, отнесший нас (несмотря на все наши усилия) к северу. К этому времени запасы наши истощились, хотя мы и расходовали

На всякого блатного найдется пуля.

Степан вставил ключ в замочную скважину. Интуиция подсказывала ему, что никакой опасности нет. Да и какая может быть опасность? Он давно уже не командир отряда спецназа. И из милиции уже полгода как уволился. Теперь он, можно сказать, гражданский человек. Дверь соседской квартиры распахнулась. На площадку вышла Надежда Васильевна – невысокая подвижная старушка, любившая совать свой нос куда не надо. Он мог поклясться, что соседка поджидала его, притаившись за дверью, иначе он непременно услышал бы еешаги.

Хроники Элении.

Пролог Гвериг и Беллиом — из легенд о Троллях-Богах На рассвете времен, еще задолго до того, как одетые в шкуры и вооруженные крепкими дубинами прародители стириков покинули горы и леса Земоха ради равнин центральной Эозии, жил в глубокой пещере, затерянной среди вечных снегов северной Талесии, маленький и злосчастный тролль по имени Гвериг. Жил изгоем из-за своей уродливости и чрезмерной жадности, проводя все время в земных глубинах в поисках золота и драгоценных камней для своей ревностно оберегаемой

Конспект лекций по курсу «Культурология».

Лекция 1. Структура и состав современного культурологического знания 1. Общая характеристика современной культуры Признаки современной культуры: динамизм, эклектичность, многозначность, мозаичность, пестрота общей картины, полицентричность, разрыв ее структуры и целостной иерархии организации ее пространства. Развитие информационных технологий, утверждение СМИ формируют общественное мнение и общественный настрой. СМИ отражают внешнюю, потребительскую, бездуховную жизнь, создают определенные представления

Культурология (конспект лекций).

Лекция 1. Структура и состав современного культурологического знания 1. Общая характеристика современной культурыПризнаки современной культуры: динамизм, эклектичность, многозначность, мозаичность, пестрота общей картины, полицентричность, разрыв ее структуры и целостной иерархии организации ее пространства. Развитие информационных технологий, утверждение СМИ формируют общественное мнение и общественный настрой. СМИ отражают внешнюю, потребительскую, бездуховную жизнь, создают определенные представления

Фантастика, 2006 год. Выпуск 1.

Рассказы Юлия Остапенко. ДЕНЬ БУРУНДУЧКА. 1 — Не нравятся мне эти пуговицы. — А? — переспросил я. — Что? — Пуговицы, — повторил карниолец и ткнул в означенные предметы пальцами. Сразу во все шесть. Я чуть-чуть полюбовался гибкостью его суставов и сказал, с трудом пряча тоску: — Чего не нравятся-то? — Не знаю. Но мне от них как-то не по себе. — Понятно. А какие надо, перламутровые? — не удержался я. Карниолец, конечно, шутки не понял, и я сгреб комбинезон

Охотник на водоплавающую дичь.

Лорд Байрон восклицает в своей поэме «Дон Жуан»: О море, единственная любовь, которой я не изменял! Эта строка английского поэта весьма часто всплывает в моей памяти в часы тихой грусти, когда человек чувствует, что его влечет к себе нечто неведомое. Самые прекрасные стихи Гюго, самые прекрасные стихи Ламартина посвящены морю. Я знаю, что если бы мне, подобно этим мужам, выпало счастье родиться лирическим поэтом, вместо того чтобы быть всего лишь драматическим поэтом, каким стал я, то мои наиболее страстные

Замок в Карпатах.

Эта история отнюдь не фантастика, а романтическая быль, хотя кому-то описанные события и могут показаться невероятными. Но таков XIX век: то, что сегодня загадочно и сложно, завтра благодаря достижениям науки становится простым и понятным. Жаль только, что в нашей жизни все меньше остается места для сказаний, легенд, поверий. Так происходит и в Британии, где обитают злые карлики-карриганыnote 1, и в Шотландии — пристанище домовых и гномов, и в Норвегии, на родине великанов, эльфов, лесных духов и валькирий,

Шевалье де Мезон-Руж.

I ВОЛОНТЁРЫ Это было вечером 10 марта 1793 года. На соборе Парижской Богоматери только что пробило десять, и каждый удар, дрожащий, печальный, монотонный, покинув свое бронзовое гнездо, улетал вдаль, словно ночная птица. Ночь опустилась на город — не шумная, грохочущая, прорезанная молниями, а холодная и туманная. Париж был совсем не таким, каким мы его знаем: вспыхивающим по вечерам тысячами огней, что отражаются в золоченой грязи, с суетливыми пешеходами, оживленным шушуканьем, вакхическими предмест

Сын каторжника.

В то время, о котором пойдет наш рассказ, предместье Марселя было живописным и романтичным, а не таким, как ныне, — утопающим в зелени и цветах. С высоты горы Нотр-Дам де ла Гард одинаково легко можно было сосчитать как дома, разбросанные по долине и холмам, так и корабли и тартаны, испещрявшие белыми и красными парусами огромную голубую гладь моря, что простиралась вплоть до самого горизонта; ни один из этих домов, за исключением, быть может, построенных по берегам Ювоны на развалинах того самого замка Бель-

Паж герцога Савойского.

I. ЧТО СМОГ БЫ УВИДЕТЬ ЧЕЛОВЕК, ВЗОБРАВШИЙСЯ НА САМУЮ ВЫСОКУЮ БАШНЮ ЭДЕН-ФЕРТА ОКОЛО ДВУХ ЧАСОВ ПОПОЛУДНИ 5 МАЯ 1555 ГОДА Пусть читатель, не побоявшийся совершить это путешествие, без всяких предисловий и предварительных объяснений перенесется с нами сразу на три века в прошлое и окажется в присутствии людей, с которыми мы хотим его познакомить, и в гуще событий, свидетелем которых мы хотим его сделать. Итак, 5 мая года 1555-го. Генрих II правит Францией; Мария Тюдор — Англией; Карл V — Испанией, Германией,

Прусский террор.

I. ЛИПОВАЯ АЛЛЕЯ В БЕРЛИНЕ Каждый знает, что Берлин — один из тех городов симметрической планировки, строители которых словно расчертили их по линейке, чтобы придать им вид, противоположный тому, что называется живописным, и сделать из них столицы скуки. Если посмотреть на Берлин с кафедрального собора, то есть с самого высокого сооружения, он выглядит огромной шахматной доской, а главными фигурами на ней кажутся Бранденбургские ворота, театр, Арсенал, Большой дворец, Домский собор, Опера, Музей, католическ

Папаша Горемыка.

Прежде чем влиться у Шарантона в Сену, Марна вьется, изгибается и скручивается, словно змея, греющаяся на солнце; едва коснувшись берега реки, которая должна поглотить ее, она делает резкий поворот и спешит вперед, удаляясь еще на пять льё. Затем она во второй раз сближается с ней, чтобы снова уклониться от встречи, и, подобная стыдливой наяде, лишь нехотя решает покинуть тенистые, утопающие в зелени берега и соединить свои изумрудные воды с большой сточной канавой Парижа. В одной из только что упомянутых нами