Сад богов.

Посвящается Энн Питерс, когорая была моим секретарем и навсегда останется моим другом, потому что она любит Корфу и, пожалуй, энает его лучше, чем я. Это — третья из моих книг о пребывании нашей семьи на острове Корфу перед второй мировой войной. Кому-нибудь покажется странным, что я все еще нахожу что писать об этой поре в моей жизни, но тут следует подчеркнуть, что в то время-особенно на греческую мерку — мы были неплохо обеспечены, никто из нас не работал в обычном смысле этого слова, а потому большуючасть

Под пологом пьяного леса.

Моей жене ДЖЕКИ в память о зверюшках прерий и других bichos. Перед вами рассказ о шестимесячном путешествии по Южной Америке, которое я и моя жена совершили в 1954 г. Мы хотели собрать коллекцию редких животных и птиц, обитающих в этой части земного шара, и доставить их живыми в зоопарки Англии. В этом отношении поездка не удалась, так как некоторые непредвиденные обстоятельства нарушили все наши планы. Путешествие должно было состоять из двух частей. Прежде всего мы хотели спуститься к крайней южной оконечности

Дети Арбата.

1 Самый большой дом на Арбате — между Никольским и Денежным переулками, теперь они называются Плотников переулок и улица Веснина. Три восьмиэтажных корпуса тесно стоят один за другим, фасад первого выложен белой глазурованной плиткой. Висят таблички: «Ажурная строчка», «Отучение от заикания», «Венерические и мочеполовые болезни»… Низкие арочные проезды, обитые по углам листовым железом, соединяют два глубоких темных двора. Саша Панкратов вышел из дома и повернул налево — к Смоленской площади. У кино «Арбатс

... Она же «Грейс».

Посвящается Грэйму и Джесс. За эти годы что бы ни случилось, Воистину я говорю: «Ты лжешь». Уильям Моррис. «Защита Гиневры»[1]. Я неподсудна. Эмили Дикинсон. Письма[2]. Я не могу сказать вам, что есть свет, но я могу сказать, что не есть свет… Какова причина света? Что такое спет? Эжен Марэ. «Душа Термита»[3]. Когда я посетила тюрьму, в ней находилось лишь сорок женщин. Это говорит о более высокой морали слабого пола. Главной целью моего визита в это отделениебыло

Я, Клавдий.

…Повествование, которое подверглись самым различным искажениям не только теми, кто жил в те времена, но также и в последующие годы - это только верно, что все выдающиеся труды предаются сомнению и забвению - причем одни выдают за факты самые сомнительные слухи, другие - объявляют ложью то, что действительно имело место; последующими поколениями в обоих случаях допускались преувеличения. Тацит [1]. Слово «золотой» употребляется здесь в значении общепринятой денежной единицы и соответствует латинскому aureus,

Степные боги.

Автор выражает глубокую признательность. Костромитину Ивану Александровичу за его устные воспоминания, с которых началась работа над этим романом. Павлу Быстрову за его познания и глубочайший интерес к истории Второй мировой войны. Своей маме Геласимовой Ларисе Ивановне за ее удивительные устные рассказы. Своему деду Геласимову Антону Афанасьевичу за смешную частушку, за переход через Хинган в августе 1945-го, за то, что выжил и победил, и за то, что много рассказывал внуку. Жаворонки висели над степью так

Город еретиков.

1 Труа, Франция, 1347 год. Ветер становился рыданием, разбиваясь о шпили аббатства Сен-Мартен-эз-Эр. Этот звук, подобный вою собаки на полную луну, смешивался со звуками, доносившимися из келий. Наступал тот час, когда монастырское молчание постепенно превращалось в приглушенную литанию: удары плетей по израненным спинам, жалобные всхлипы бичующихся, молитвенное бормотание и громогласные призывы, стоны, порожденные мистическим экстазом, и другие, следствие менее благочестивых страстей, 

Сладострастие бытия.

Не будучи уверен в том, что при нынешнем состоянии умов читательская аудитория сразу же и правильно поймет идею этого произведения, я полагаю, что должен дать читателю предварительное объяснение. В данном романе я постарался рассмотреть вопрос о положении женщин, истинным общественным призванием которых является любовь, в обществе, которое не признает за ними это положение. В Древнем мире женщины делились на две совершенно противоположные категории: они были либо матронами, либо куртизанками. И те и другиезанимали

Фламандский секрет.

I Красная дымка окутала Флоренцию. От форта да Бассо до форта Бельведер, от Луговых ворот до Римских. Заря нового дня пробивалась сквозь красные облака — казалось, что над широкими городскими стенами возвели красный купол. Под этим куполом алого тумана все было красным, как витраж в церкви Санта Мария дель Фьоре. Потрошеные барашки, висящие над прилавками городского рынка, и языки голодных псов, лижущих кровь под коровьими тушами; черепица Понте Веккьо и обнаженный кирпич Понте алле Грацие; разверстые глотк

Девушка с жемчужной сережкой.

Посвящается моему отцу. Матушка не сказала мне, что они придут. Потом объяснила: она не хотела, чтобы я заранее нервничала. Это меня удивило — я-то думала, она хорошо меня знает. Посторонние никогда не замечают, что я нервничаю. Я никогда не плачу. Только матушка заметит, что у меня напряглись скулы и расширились и без того большие глаза. Я резала на кухне овощи, когда услышала на пороге голоса: женский, блестящий, как отполированная дверная ручка, и мужской, низкий и темный, как стол, за которым я работала.

Унесенные ветром.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ Глава 1. Скарлетт О’Хара не была красавицей, но мужчины вряд ли отдавали себе в этом отчет, если они, подобно близнецам Тарлтонам, становились жертвами ее чар. Очень уж причудливо сочетались в ее лице утонченные черты матери — местной аристократки французского происхождения — и крупные, выразительные черты отца — пышущего здоровьем ирландца. Широкоскулое, с точеным подбородком лицо Скарлетт невольно приковывало к себе взгляд. Особенно глаза — чуть раскосые, светло-зеленые, прозрачные, в оправетемных

Воспоминания о монастыре.

Посвящается Изабел, ибо она ничего не губит и не повторяет, но все создает и обновляет. Шел один человек на виселицу; другой повстречал его и спрашивает: «Что случилось, сеньор, почему идете вы таким путем?» А приговоренный в ответ: «Я не иду, эти люди ведут меня». Падре Мануэл Вельо[1]. Je sais que je tombe dans l'inexplicable, quand j'affirme que la réalité — cette notion si flottante, — la connaissance (a plus exacte possible des

Французская волчица.

Король Франции КАРЛ IV, по прозванию КРАСИВЫЙ, четырнадцатый преемник Гуго Капета, правнук Людовика Святого, третий и последний сын Филиппа IV Красивого и Жанны Наваррской, в прошлой супруг Бланки Бургундской и граф де ла Марш, 29 лет. Королевы Франции МАРИЯ ЛЮКСЕМБУРГСКАЯ, старшая дочь германского императора Генриха VII и Маргариты Брабантской, 19 лет. ЖАННА Д'ЭВРЕ, дочь Людовика Французского графа д'Эвре, сводного брата Филиппа IV Красивого, и Маргариты Артуа, около 18 лет. Вдовствующие королевы Франции

Лилия и лев.

Главное в политике – стремление к захвату и удержанию власти; и, следовательно, тут требуется воздействовать на умы принуждением или обманом... Политик, в конечном счете, всегда бывает принужден прибегать к фальсификации. Поль Валери. АЛАНСОНСКИЙ, Карл Валуа, граф (1294 – 1346). Второй сын Карла Валуа и Маргариты Анжу-Сицилийской. Убит при Креси. АРТЕВЕЛЬДЕ, Яков ван (примерно 1285 – 1345). Торговец суконным товаром. Играл важную роль в делах Фландрии. Убит во время восстания ткачей. АРТУА,

Железный король.

История – это роман, бывший в действительности... Эд. И Ж. Гонкуры. Трепет охватывает при мысли, какого труда требуют поиски истины, даже самой малой ее части. Стендаль. Этот роман написан Морисом Дрюоном в творческом содружестве с Жоржем Кесселем – сценаристом, Жоз-Андре Лакуром – романистом, Жильбером Сиго – романистом и Пьером де Лакретелем – историком. Король Франции ФИЛИПП IV, по прозванию Красивый,46 лет, внук Людовика Святого. Его братья: КАРЛ, граф Валуа, носящий

Негоже лилиям прясть.

Королева Франции КЛЕМЕНЦИЯ Венгерская, внучка Карла II Анжу-Сицилийского и Марии Венгерской, вторая супруга, а ныне вдова Людовика X Сварливого, короля Франции и Наварры, 23 года. Дети Людовика X: ЖАННА Наваррская, дочь Людовика от первой жены Маргариты Бургундской, 5 лет. ИОАНН I, прозванный Посмертным, – сын Людовика X и Клеменции Венгерской, король Франции. Регент ФИЛИПП, второй сын Филиппа IV Красивого и брат покойного Людовика X, граф Пуатье, пэр Франции, пфальцграф Бургундский, сир Салэнский,