Аспекты православной эзотерики – «Бесы»!

СРЕДА ОБИТАНИЯ БЕСОВ.

Представьте себе «срез» нашей планеты в психоэнергетическом измерении сначала в направлении от её поверхности к центру, ядру (Аду) — низкочастотная плазма, жгучие массы, топка, тяжёлый плотный огонь. Учёные давно знают об этом. Энциклопедическая справка:

«От поверхности З. к центру возрастают давление, плотность и температура: давление в центре 3–3.6х1011 Па, плотность около 12.5 г/смЗ, температура 5000–600 °C»[7].

И потом представьте — расходящиеся от центра по всей округлой ноосфере Земли (вдоль и поперёк) гигантские полые протуберанцы со столь же тягостным и удушающим качеством… Эти, для точки сознания человека, нескончаемые пространства можно увидеть духовным зрением, они «обитаемы», здесь присутствует «разум»… И в первую очередь здесь поселилась сама смерть! Смерть для всего в прошлом органического, живого. Но смерть очень и очень медленная, нескончаемая… И существует единый закон…

Всё высокое, просветлённое, одухотворённое — все индивидуальности, имеющие духовные связи со Светом Любви, легко отрываются от земли, не входят в поле её неодолимого страшного духовно-магнитного притяжения. Они (после органической жизни) немедленно устремляются и взлетают ввысь, обретая свободу и счастье в духовном Космосе и в Небесах. Напротив, всё теневое, плотное, злое, антилюбовное, низкочастотное и «тяжёлое» после потери тела тотчас — «оседает», «проваливается», «опускается», «притягивается» хищной земной утробой, — планетарным энергокишечником, «трубопроводы», «туннели» которого затаились внутри планеты. И чем ближе к центру Земли, тем жарче, тем невыносимее «сжатие» и душнее; тем сильнее мучается душа — и с полной невозможностью подъёма наверх! С этой точки зрения известный русский писатель-эзотерик Даниил Андреев справедливо сравнивает органическую жизнь личности, её физическое тело со спасательным кругом, которое удерживает («на плаву») и не даёт нечистой, грешной душе сразу утонуть в зловещих глубинах планетарной клоаки. Но как только душа покидает тело, лишаясь опоры, «круга»…

Вообще, имеет смысл если и не представить краткие сведения об инфернальных нефизических измерениях, то, по меньшей мере, напомнить их и обозначить отчётливее самое главное…

Об Аде человечество знало очень давно, но мало кто по-настоящему размышлял над этими известными всем понятиями — «преисподняя», «геенна огненная»… а ведь в этих «избитых», «затёртых» словах содержится «эзотерика», глубокие смыслы, тайные знания (не явные знания, недоступные «непосредственно», «напрямую», «в переживании»). Слова слишком известные и «народные», но от этого смысл их не умаляется. Так устроена психология восприятия человека. То, что вертится на слуху, то, что слишком привычно, теряет свою образность, значимость и духовный контекст, не впечатляет. Не говоря уже и о том, что человек, зачастую, вообще бывает невосприимчивым, нечувствительным к определённым идеям…

В ветхозаветных писаниях в значении ад, могила, низший, нижний загробный мир употреблялось древнееврейское слово «Шеол». Шеол — это некое неподвижное место, в котором почти отсутствует свет и которое не насыщается никогда и ничем. Любопытно, что этот Шеол есть не только «место», «мир» или энергетическое «измерение». Шеол разумен и сам является некой одушевлённой сущностью, а точнее — чудовищем! (Ад — это не только пространство, но и глобальное сознательное существо! Фиксируйте эзотерические смыслы, описания в своей сути очень точны!) Согласно представлениям древних, Шеол проглатывает мёртвых, сжимая над ними свои гигантские челюсти, это хищная и вечно ненасытная, громадная утроба; иные названия (шеола) — «страна безмолвия», «земля забвения», «долина смертной тени», «врата смерти»; здесь каждое слово имеет глубокий подтекст! Причём Шеол находится не внутри земли (не совсем внутри, это было бы слишком просто), а в неком инопространстве (в ином измерении). У Шеола имеется 40 тыс. входов (в него), он в 3600 раз больше земного шара (ноосфера Земли распространяется далеко за пределы самого «тела» планеты!), и состоит из семи частей (прообраз семи кругов ада Данте!), и в каждой из последующей части сила огня в 61 раз жарче, чем в предыдущей; глубина каждого слоя 300 лет ходьбы…[8].

Шеол стал прообразом (основой понятия) «христианского» Ада.

Сам ад или же преисподняя (лат. Locus infernus) означает «нижнее место», «место сокрытия», в славянских языках — «пекло» (напр., в польском языке Pieklo буквально — смола). По смыслу близкое к Аду слово «геенна» или «геенна огненная» (от евр. наименования долины Гинном). Так в древности называлось проклятое место на юге Иерусалима — здесь, в глубоком овраге в качестве жертвоприношения («богу» Молоху) убивали младенцев, позже сюда сбрасывали городские нечистоты, трупы казнённых преступников и падших животных, здесь же непрерывно горел огонь…

Собственно, не говоря уже о материалистической точке зрения, отдельные духовные («популярно-эзотерические») описания с их небрежным, снисходительным отношением к аду, а то и вовсе постулирующие его отсутствие (напр., ад — это только «иллюзия» или «проекция») не могут не вызывать удивлённое недоумение (у тех людей, которые серьёзно интересуются темой духовной), ведь столь очевидно…

Что та или иная энергия отвечает определённой природной среде, а, в свою очередь, эта вещественная «среда» полностью соответствует конкретной энергии (или комплексу однородных энергий). Простые примеры.

Представьте себе прекрасный летний солнечный день. Вы находитесь на лугу, на котором цветёт много пахучих цветов. Воздух ласковый, чистый, прозрачный, он и обдаёт вас нежным теплом, и освежает. В это время вы наслаждаетесь ароматами и вообще своей жизнью, ваше тело ощущается невесомым. Вы в духовном полёте от счастья… И т. д. и т. п. Очевидно, что за всей этой природной идиллией скрывается, присутствует соответствующий комплекс духовных энергий. А теперь перенесёмся в принципиально иное место — в болото. Вы оступились на кочке и проваливаетесь в трясину, болотная жижа воняет, чавкает, она вас хищно вбирает, засасывает, вы пребываете в ужасе. Выбраться очень трудно, вы кое-как цепляетесь, и т. д. И в этом случае действует, в первую очередь, всё та же энергия, но принципиально иного рода. Все духовно-энергетические измерения, по своему качеству, аналогичны земному болоту и солнечному лугу!

И вот, собственно, те же законы в отношении нашей планеты Земля: её недра, её глубины, её пласты, её внутренняя атмосфера (куда засасывает, где «оседает» душа умершего человека) — здесь ядовитые природные газы и руды, здесь концентрации льда, здесь же (в другом слое) бушует неописуемой силы огонь — вся эта «физическая» консистенция (вместе и по отдельности) полностью соответствует как определённому роду энергии, так и пространству сознания, духовному измерению (ибо, в первую очередь, всё есть сознание!). А в том, что адский огонь существует, достаточно убедиться лишь наблюдая магму, всепрожигающую на своём пути, уничтожающую всё живое лаву, извергаемую вулканом из планетарных глубин! Это то самое «пекло», «печь огненная»… Физическое и энергетическое взаимосвязаны, хотя и находятся, так сказать, в иных измерениях, в иных плоскостях (планетного бытия).

Однако есть ещё одно положение, отвечающее принципу Ада и его же существование обосновывающее. По всем духовным понятиям, наша Земля — разумное существо, устроенное по тем же самым законам, каким подчиняется и человек. У человека имеется тело, и у Земли есть своё «тело» (сфероид). Человек обладает системой «пищеварения», и, в равной (точнее, в большей!) степени этой системой обладает Земля! И также как мы поглощаем еду, которую пережёвываем, потом она попадает в желудок, там пища «сжигается», далее следует по кишечнику, где её вещества всасываются, перерабатываются и усваиваются… Те же самые «пищеварительные» процессы происходят и в «теле» нашей планеты! Это вообще принципы мировые, всеобщие, на них строится вся органика человека и материального космоса! И опять-таки науке известно: Земля обладает собственным магнетизмом; всё то, что пребывает в её геозоне, она неизбежно притягивает и вбирает в себя… На психическом уровне Земля хищно, непрерывно, ненасытно питается теми психоэнергетическими вибрациями, которые оставляют после своей смерти любые органические существа. А развитые существа оставляют не что иное, как свои энерготела, свои души. И одна часть их (переработанная светомасса) оказывается в ядре Земли, другая на поверхности этого ядра, третья в системе чуть менее огненных энерготуннелей — но всё это есть Ад! Всё это есть реальность!

Преодолеть утробу планеты, не стать пищей, избежать Ада, выйти из поля её духовно-энергетического притяжения — вот подлинный духовный вопрос и дерзкий вызов, на который способен любой человек!

И вот теперь-то мы можем взглянуть с пониманием и гораздо серьёзнее на известные библейские изречения:

Это «озеро, горящее серою» (Откров.), «озеро огненное и серное» (Апок.).

Это «печь огненная»; «Там будет плач и скрежет зубовный» (от Матф.), там будет «мука вечная», «тьма внешняя» или «тьма кромешная»…

Так, что же такое Ад? Каковы его переживания?

Это известные муки — огонь, мощное давление, удушье, отчаяние, ужас, безысходность и пр. Дело в том, что душа человека (в эзотерике она ещё называется телом сновидения, астральным телом) не только сохраняет всю свою чувствительность (собственного сознания), но оставляет за собой всю остроту восприятия окружающего её пространства или же атмосферы; остроту, превышающую степень переживания органической жизни в десятки и сотни раз! Освобождённая от плоти душа, избавленная от «грубой» физической оболочки душа, есть, так сказать, сам один обнажённый, предельно чувствительный нерв! Ведь именно «оболочка» как раз и притупляла, заглушала и во многом блокировала восприятие всего негативного, всего мученического при «органической жизни» личности! (И об этом в настоящее время знают многие духовные искатели, которые переживали так называемые «осознанные сновидения». В этом состоянии всё отрицательное и всё положительное усиливается во множество раз более, чем наяву: всякая боль предстаёт невыносимой пыткой и адской мукой, а нечто немного приятное обращается в настоящий экстаз!). В связи с этим очевидны и справедливы такие тезисы:

«Обонянием своим грешник будет чувствовать зловоние от составных частей адского огня, например, горючей серы.

Осязанием будет он ощущать только жгучую силу огня. Тело его со всех сторон будет объято и облито огнём. Огонь будет проникать в самые внутренности его…

Вкусом своим он будет испытывать отвратительную горечь от адского огня, и вместе с тем, нестерпимую жажду, так как огонь, опаляющий его снаружи, будет и для внутренности его как бы пищей…»[9].

В связи с этим же вот что ещё любопытно, — Ад не является формой некой загробной жизни. Это не жизнь, не существование, как мы его понимаем. Это нескончаемая смерть, бесконечные муки вечного умирания! В Аду нет времени, Ад вневременный. Одна христианская история так гласит о сей «эзотерике»:

Один тяжело больной человек, изнемогающий от длительной боли, потерял всякое терпение и с воплем просил Бога, чтобы Тот прекратил его страдальческую жизнь…

«— Хорошо, сказал явившийся больному ангел, — Господь, будучи неизречённо благ, соизволяет на твою молитву, — Он прекращает твою временную жизнь, только с условием: вместо одного года страданий на земле, которыми каждый человек очищается, как золото в огне, согласен ли ты пробыть три часа в адских мучениях? Твои грехи требуют очищения в страданиях собственной твоей плоти, ты должен бы быть в болезни ещё год, потому что как для тебя, так и для всех верующих, нет другого пути к небу, кроме крестного, проложенного бесгрешным Богочеловеком. Этот путь тебе наскучил на земле, — испытай эти муки в течение трёх часов, а после, молитвами св. церкви, ты будешь спасён.

Страдалец задумался: год страданий на земле — это ужасное продолжение времени! Лучше же я вытерплю три часа в этих бесконечных муках, — сказал он себе, — чем год на земле.

— Согласен в ад! — сказал он, наконец, ангелу.

Ангел тихо принял его страдальческую душу и, заключивши её в преисподних ада, удалился от страдальца со словами утешения: “через три часа явлюсь я за тобою!”.

Господствующий повсюду мрак, теснота, долетающий отовсюду звуки неизъяснимых грешнических воплей, видение духов злобы в их адском безобразии, — всё это слилось для несчастного человека в невыразимый страх и томление. Он всюду видел и слышал только страдание и вопли и ни звука радости в необъятной бездне ада; одни лишь огненные глаза демонов сверкали в преисподней тьме, и носились пред ним их исполинские тени, готовые сдавить его и сжечь своим гееннским дыханием. Бедный страдалец затрепетал и закричал, но на его крик и вопли отвечала только адская бездна своим замирающим вдали эхом и клокотанием гееннского пламени, которое клубилось в виду трепетавшего заключённого. Ему казалось, что протекли уже целые века страданий; с минуты на минуту ждал он к себе светоносного ангела, — но ангела не было. Наконец, страдалец отчаялся и, скрежеща зубами, застонал; но никто не внимал его воплям. Все грешники, томившиеся в бездне гееннской, были заняты только собой, своим собственным только мучением, и ужасные демоны в адской радости издевались над мучениями людей.

Наконец тихий свет ангельской славы разлился над бездной. С райской улыбкой приступил ангел к добровольному страдальцу и спросил о его состоянии.

— Не думал я, чтобы в устах ангельских могла быть ложь, — прошептал едва слышным, прерывающимся от страданий голосом заключённый. — Ты обещался взять меня отсюда через три часа, а между тем целые годы, целые века протекли в моих невыразимых муках.

— Что за годы, что за века? — кротко отвечал ангел. — Час, один только час прошёл со времени моего отсутствия, и два часа ещё быть тебе здесь.

— Два часа??? — в испуге спросил страдалец, — два часа!!! А это час только протёк???

— Ох, не могу более терпеть, нет сил! Если только можно, умоляю, если только есть воля Господня, — молю тебя: возьми меня отсюда! Лучше на земле буду я страдать годы и века, даже до последнего дня, до самого пришествия Христова на суд, — только выведи меня поскорее отсюда. Невыносимо! Пожалей меня! — со стоном воскликнул страдалец, простирая руки к светлому ангелу.

— Бог, как отец щедрот и утехи, — отвечал ангел, — являет на тебе благодать Свою, исполняя прошение твоё. Но ты должен знать и помнить, сколь жестоки и тягостны адские мучения!»[10].

Кто серьёзно, в полном сознании исследовал свои сновидения, тот должен знать, что на этом уровне существования (сознания) время сильно отличается от физического, «земного». Оно способно как к значительному расширению, так и к сильному сжатию. В любом случае во сне присутствует «иновременность». Смерть же (для какой-либо единицы сознания) по отношении ко времени является ещё более глубинным, трансперсональным, запредельным (всякой физике) измерением, и есть такие пространства, где время как бы отсутствует вовсе… Вот почему говорится о «бесконечных» страданиях в Аду грешника. Это интересный вопрос, ведь обычная логика говорит нам: «Какая несправедливость! Человек грешит всего только свои условные 70 лет, а в наказание получает вечные муки! Подобное не соизмеримо. Это придумано церковнослужителями для устрашения».

В действительности же, никакого преувеличения в этом вопросе нет. Констатируется эзотерический факт. Обывателям ничего не известно о феноменах сознания и о том, что всего лишь одна секунда может равняться вечности, но обоснование этого — слишком обширная тема…

Ад иновременный, и страдания в нём вневременны (хотя «физически» или формально — конечны)…

Другим аспектом его является «червь», образ червя, и не только. Из ветхозаветных текстов…

«Горе народам, восстающим на род мой: Господь Вседержитель отмстит им в день суда, пошлёт огонь и червей на их тела, — и они будут чувствовать боль и плакать вечно».

(Из Кн. Иудифи).

«Что наказание нечестивому — огонь и червь».

(Из Кн. Премудости Иисуса, Сына Сирахова).

«В преисподнюю низвержена гордыня твоя со всем шумом твоим; под тобою подстилается червь, и черви — покров твой».

«И будут выходить и увидят трупы людей, отступивших от Меня: ибо червь их не умрёт, и огонь их не угаснет; и будут они мерзостью для всякой плоти».

(Из Кн. Пророка Исаии).

О каком «черве» здесь идёт речь?

«…Адский огонь останется безвыходно внутри страдальца без возможности прохлаждения адского жжения…

Несчастный страдалец опаляется огнём своей страсти, действующей внутри его, и ни в чём не находит облегчения своему мучению. В этой невозможности и заключается отделённость ада…»[11].

Это «астральный» червь, который неумирающий, ненасытный, пожирающий человека изнутри, это внутренний огонь тех его страстей, которые жгут и мучат без какой-либо возможности удовлетворения этой страсти — ведь физического тела нет, есть только энергетическое; последнее переживает муки снова и снова.

Разложение, уничтожение, распад энергетического тела попавшей «Туда» личности совершается очень медленно и субъективно вечно. Свт. И. Брянчанинов приводит историю о том, как одному человеку открылось об этих адских мучениях…

Жили два друга. Один из них возгорелся чистым духовным желанием познать Бога и избежать посмертного наказания. Он ушёл в монастырь и стал монахом. Другой, напротив, высокомерно насмехался над христианской верой. Случилось же так, что неверующий умер первым, а его верующий друг искренне просил в молитве Бога, чтобы Тот ему открыл посмертную участь умершего. И Бог открыл это в «тонком сне», в духовном видении… Является молитвеннику его умерший друг.

«Что, каково тебе? Хорошо ли? — спросил монах явившегося. — Ты хочешь знать это? — со стоном отвечал почивший: горе мне, злосчастному! Неусыпающий червь точит меня, не даёт и не даст мне покоя чрез целую вечность. — Каков это мучение? — продолжал вопрошать монах. — это мучение невыносимо! — воскликунл умерший… Ради твоих молитв теперь дана мне свобода, и, если хочешь, я покажу тебе моё мучение… При этих словах почивший приподнял одежду свою до колена. О ужас! Вся нога была покрыта страшным червём, съедавшим её, и от ран выходил такой зловонный смрад, что потрясённый монах в то же время очнулся. Но адский смрад наполнил всю келью, и так сильно, что монах в испуге выскочил из неё, забыв затворить дверь. Смрад проник далее, и разлился по монастырю, все келлии переполнились им. Как самое время не уничтожало его, то иноки должны были совершенно оставить монастырь, и переселиться в другое место, а монах, видевший адского узника и его ужасную муку, во всю жизнь свою не мог избавиться от прилепившегося ему зловония, ни отмыть его от рук, ни заглушить никакими ароматами…» (а одна монахиня в Горицком Девичьем монастыре, видела подобные мучения людей в аду и утверждает, что адское зловоние не покидало её в течение целых семи дней, не давая ей вкусить пищи.)[12].

А подлинность, реальность как самого энерготела, так и всех его посмертных переживаний не оставляет сомнений в достоверности подобных историй. Честно, говоря, сам я некогда (и отчасти до сих пор) в православном учении, в его тезисах, историях, объяснениях, описаниях искал определённый духовный вымысел, по меньшей мере, — гиперболу, преувеличение (что поделать, таково для многих из нас, по отношению к религиозным догмам, с детства впитанный скептицизм, недоверие). Я не нашёл этого — сообщается духовная правда, утверждается истина, объясняются процессы «эзотерические» (скрытые, трудно понятные, трудно воспринимаемые)! Странно… в своё время, по голову погрузившись в «поп-эзотерику», я полностью доверял и верил всему тому, что скажут различные духовные учителя (Ошо, Гурджиев…), а христианские описания считал сродни сказкам, во всяком случае, нудным и скучным нравоучением. Оказалось всё наоборот… И на своих догмах православие стояло веками, стоит и стоять будет, потому что они истинны! Их нельзя отменить, можно лишь исказить…

При всей известности и кажущейся доступности православие глубоко «эзотерично». Как, например, ещё об адским огне, об огненных озёрах и реках…

Адский огонь единовременен (иновременен) в трёх аспектах, это:

1. Огонь неугасимый.

2. Огонь несжигающий.

3. Огонь мрачный.

Как это понимать?

Неугасимый огонь — значит незатухающий, неисчезающий — огонь недр нашей планеты и субъективно воспринимаемый как вечный. Но для человека (из позиции земной «поверхности» или земной коры) это довольно абстрактно, поэтому более актуально следующее положение:

«Здешний (“физический”) огонь, когда горит, светит, а пламя того (“инфернального”) огня, когда горит, только жжёт, но нисколько не освещает тьмы внешней; а если бы сколько-нибудь и осветило, то для большого страха и трепета осуждённых, — для того, чтобы видеть мучимые лица грешников… Здешний огонь, объявши человека, вверженного в него, тотчас умерщвляет и в один час сжигает и обращает в пепел; а тот, гееннский огонь, жжёт, но не умерщвляет: грешники, вверженный в этот огонь, не умрут, будучи сжигаемы и мучимы вечно»[13].

И главная опознавательная черта этого огня — неяркость, тление, сумрачность, светотень:

Василий Великий говорит: «тамошний огонь будет огонь несветлый, который во тьме содержать попалящую силу, но лишён светозарности»[14].

Здесь напрочь отсутствует яркая освещённость, отсутствует Свет Любви и какая-либо надежда (спасения), с этим вселюбящим, всесострадающим Светом связанная! «Оставь надежду всяк сюда входящий». Безысходность, необратимость ситуации попавших «Туда» — тотальна и абсолютна! А общую атмосферу ужаса и отчания пребывающих «Там» усугубляет ещё и то, что каждый сферический пласт, круг или слой Ада ограничен, замкнут сам на себя, изолирован от всех остальных — и с полной невозможностью выбраться из одного слоя, чтобы как-нибудь перейти в следующий, менее тяжкий, менее душный и менее жаркий…

Нет, опасное заблуждение среди наших духовных искателей — что библия исчерпала себя (известными положениями), не содержит в себе «эзотерики» и не предостерегает:

«И если соблазняет тебя рука твоя, отсеки её: лучше тебе увечному войти в жизнь, нежели с двумя руками идти в геенну, в огонь неугасимый, где червь их не умирает и огонь не угасает.

И если нога твоя соблазняет тебя, отсеки её: лучше тебе войти в жизнь хромому, нежели с двумя ногами быть ввержену в геенну, в огонь неугасимый, где червь их не умирает и огонь не угасает.

И если глаз твой соблазняет тебя, вырви его: лучше тебе с одним глазом войти в Царствие Божие, нежели с двумя глазами быть ввержену в геенну огненную, где червь их не умирает и огонь не угасает».

(Еванг. От Марка).

Уместно ещё одно «обозрение». Святой Нил Мироточивый (Афонский) показывает монаху Феофану нефизические глубины и участь грешников в виде/нии:

«Феофан встал и последовал за святым (Нилом), который повёл его в какое-то подземелье. Они стали спускаться вниз, по узкой подземной дорожке, шириной в один охват рук и очень низкой, так что должны были идти пригнувшись; на пути следования их перегоняли низкорослые и чёрные, во образе человеческом, существа; с великой поспешностью и большим старанием они волокли каждый по одному связанному человеку, иного за шею, иного за ноги, иного за руки, иного за волосы, иного за бороду, а одного тащили, зацепив крючком за ребра. Эти чёрные люди так быстро влекли своих узников, что Феофан едва успевал разглядеть их; слышал только хорошо их вопли, причем разобрал следующие. Так вот, которого тащили за шею, вопиял: “Горе мне, нечестивому иерею, дерзнувшему принять священство, будучи столь окаляным плотскими грехами, — се ныне гряду получить заслуженное возмездие”.

Другой, которого волокли за верёвку, привязанную к тайным удам, вопил: “Увы мне, непокорному монаху, ненавистнику старческих приказаний, завистнику подвизавшихся и нерадивцу к собственному монашескому подвигу и за это самое ниспавшему в бездну блудных грехов: мужеложства, сваления, малакии, — се ныне низвергаюсь в бездну ада”.

Один вопил: “Увы мне, положившему доброе монашеское начало, чтобы подвизаться в нестяжании, но в монашестве ставшему многостяжателем. Из-за этого, вместо того, чтобы взойти на высоту блаженства, куда мне был открыт доступ, я, впав в хищения, неправды и многостяжательность, нисхожу в бездну адскую”.

Другой вопил: “Увы мне, безумцу! Покинул я отца, мать, родных, друзей, братьев, сестёр, скрылся от мира под спасительный кров монастыря, но здесь, вместо того, чтобы подвизаться, не искал спасительной свободы от страстей и от всяких попечений, но опутал себя многими заботами и житейскими попечениями о умножении своего имущества, о постройке красивых зданий и стяжании прочих привременных благ; вместо добродетелей стяжевая пороки, ревнуя и стараясь превосходить других не добродетелями, а успехами в стяжаниях злата и прочих благ тленных, в разведении садов и в постройке домов. Этими заботами диавол так меня опутал, но я был несомненно уверен, что стою на пути спасения, как никто другой. Содействием диавольским я так был прилежен и ревностен в трудах ради стяжания сих временных благ, что никогда не ощущал в себе даже усталости, в сих великих суетах ноги мои никогда не утомлялись. И ныне вот куда довели эти многопопечительные и многостяжательные заботы — в бездну, ибо я и жизнь всю свою работал на пользу ада, а не на пользу душевную”.

Ещё один вопил: “Увы мне, монаху-фарисею, который сначала имел доброе намерение и хотел подвизаться в смирении, но впал в лицемерие и ханжество, стал заботиться о своей наружности — бороде и волосах, стараясь быть привлекательным и искусным в лести, в чём преуспел, и вознёсся самомнением. Увлекаемый им, покинул я обитель и отправился в Царьград, там начал завлекать людей своей наружностью, бородой, волосами и обхождением, ища славы человеческой и доискиваясь звания духовника. Когда же достиг, то уподобился змию, соблазнявшему Еву и обвившемуся вкруг древа познания добра и зла, отгрызшему собственными зубами запретный плод, отравившему его ядом языка своего и тем умертвившему весь род человеческий, сделав людей бесчувственными к страху Божию… И те, которые принимали ядовитые плоды от меня, — отравлялись превратными толкованиями и подложными истинами. Старался я привлечь к себе как можно больше духовных чад и, чтобы приманить их, льстил им, как змий, хваля их не только в глаза, но и за глаза; но вместе с тем осуждал духовников иных и духовных чад за грехи их. За это ныне нисхожу на дно ада…”.

Такими воплями оглашалась та адская стезя, по которой бесы волокли тех людей.

Наконец Феофан со святым Нилом дошли до одной, боковой, весьма узкой дорожки; святой сказал: “Следуй за мной”, - и повёл его до конца её, где виднелся как бы закрытый люк от цистерны, из которого, когда святой открыл его, вырвалось пламя и озарило их. Феофан испугался… и спросил: “Что это такое? Колодец сухой или цистерна?” Заглянул в люк, и его глазам представилась глубочайшая пропасть, на дне которой кипела и клокотала расплавленная огненная масса. На поверхности этой массы появлялись тела человеческие, обнажаясь то той, то другой частью тела и вновь погружаясь, — как фасоль, кипящая в воде, восходя наверх и сходя на дно, причём появлявшиеся лица их были уродливы, подобно собачьим и ослиным мордам; из глубины же исходили ужасные стоны и вопли; так одни вопили: “Горе нам, многостяжателям”, другие: “Увы нам, злым мстителям”, “Увы нам, лжецам”, “Увы нам, хулителям”, “Увы нам, мужеложцам”, “Увы нам, иереям прелюбодействовавшим”; и другие подобные возгласы раздавались оттуда…

При этих словах Феофан пробудился, но не мог первое время понять, где он и что с ним; не знал, было ли всё виденное с ним во сне, или наяву. Наконец, он пришёл в себя и уверился, что то, что он только что видал, было с ним в сонном видении; однако руки у него болели, как будто после оков, и не могли свободно действовать; в носу же до трёх недель всё ощущался тот страшный смрад, который исходил из бездны».

(Из Кн. «Посмертные Вещания Преподобного Нила Мироточивого Афонского»).

Откровения о существовании Ада людям даются до сих пор! Заслуживает самого серьёзного внимания переживание одной женщины Антонины, нашей современницы (начало 21 века). После автомобильной аварии, уже в больнице, она пребывала на грани жизни и смерти, но в полном сознании. Вот что она впоследствии рассказала:

«Потом что-то зажужжало и какие-то невидимые лучи подхватили меня и понесли. Я не осознавала, что лечу, но чувствовала приближение низа. Он был круглым, как око. Я влетела в него и вскоре оказалась на очень гладкой, как бы асфальтированной, горной дороге. И тут я испытала настоящий ужас, какого никогда не испытывала. Прямо передо мной в нескольких метрах стоял высокий мужчина с очень злым лицом, напоминающим зверя. Я никогда ничего подобного не видела…

Сколько прошло времени, не знаю; только ощутила я, что лечу ещё ниже, как бы раскрылась земная кора, и я очутилась у края глубокой пропасти. Сама пропасть-бездна была колодезеобразной, каменистой, и внутри неё — полумрак. Мне сказали: “Смотри!”. Я посмотрела — темнота, ничего не вижу. Вновь приказали: “Смотри!”. Я хотела им ответить, что ничего не видно, но в этот момент увидела чёткие очертания людей. Их было так много, как головастиков в бочке с водой. Оттуда несло таким запахом, что меня чуть не стошнило. Я прикрыла ладошкой рот и всматривалась в темноту. Люди поднимались, испражнялись (мне было стыдно смотреть, но как по чьему-то приказу я зависла над ними и смотрела) и садились в свои испражнения! Я обалдела от этой мерзости. Возможно ли такое? Как они туда попали? Как их вытащить? Нет верёвки и такая глубина! Хоть я и брезговала, но жаль было их. Из колодезя доносились рыдания, вопли, стоны. Они что-то красное бросали друг в друга. Я присмотрелась — это были черви как бы в присосках. Они впивались в людей. Это был туалет отходов. В нем находились люди многих национальностей, особенно такие, у которых намотано что-то на голове. Нечеловеческие крики, истошные женские вопли тонули в его каменистых стенах. Я поняла, что мне им не помочь. Кто эти несчастные? Как они туда попали? Мне стало жаль их. И услышала строгие слова: “Это мужеложники, скотоложники, извращенцы, развращенцы малолетних, насильники, кровосмесители, блудники, прелюбодеи, развращенцы земной плоти (и другие слова мне непонятные) — это человеческие пороки. Эти люди не прошли земного экзамена”. И тут я прозрела и похолодела. И почему мне это показывают? Я испугалась и тихо, дрожа от страха, спросила: “А я?” “А ты тем и выше, что не ведала этого порока!” Путников своих я не видела, но они везде сопровождали меня и стояли с двух сторон. Мы спустились еще ниже… И тут я увидела П-образные бараки, а в них — узкие ниши, окутанные дымом. Двор заплеван и весь в грязи. Грязь была жидкая и вязкообразная. Из бараков выходили люди неряшливые, грязные. Они дышали дымом и копотью, кашляли и плевались. Казалось, что это чахоточные больные. Там были женщины и мужчины. Женщины выглядели неряшливыми, грубыми старухами, а мужчины — стариками дряхлыми. “Это курящие”, - сказали мне. Я к этому никакого отношения не имела, поэтому меня и не заставили входить во двор…

С обратной стороны двора я увидела под козырьком барачного типа открытые, как в сельской местности, коридоры. Было грязно и небрежно. И вдруг в этой грязи я увидела деток — испачканных и грязных. С ними были две женщины, но они сидели ко мне спиной, как бы присматривая за ними. Сопровождающие объяснили: “Это нерождённые дети”. Я спросила: “Как это?” “Жертвы абортов”. В голове у меня помутилось, волосы, казалось, встали дыбом, я похолодела от страха, стыда и ужаса! Я не знала, куда спрятаться от стыда, от позора. У меня не было больше вопросов и оправдания: “там были мои детки, ведь я делала аборты и не понимала, что это грех, я этого слова не знала! Я испытывала муки и страдания и уже чувствовала, что за них мне придётся отвечать. Мои сопровождающие молчали, чувствуя мою смертельную вину. Женщины, что сидели с детьми, были соучастницами наших деяний, они не понимали своей работы, они страдали за нас всех. Я осознавала свою участь и уже обречённо покидала деток. Вот тогда-то я почувствовала, что меня ведут в моё место, а каким оно будет, — легко представить. Подземные, тусклые и тёмные каменистые селения (нет, не города, а крысиные поселения). Ноги мои отяжелели, как будто на них висели гири. Я медленно брела по узким, тёмным, сырым местам и вошла в длинный коридор. По левую и правую стороны находились узенькие ниши-комнатки. Одну дверь для меня приоткрыли. Я заглянула и увидела длинный обеденный стол, за которым сидела очень тучная женщина, а рядом с нею пустая чашка. Она, как безумная, брала эту чашку и грызла её, как зверь, желая утолить, видимо, сильный голод, но насытиться ею не могла, так как она была пустой. Вокруг её рта были язвы, и сам рот напоминал большую полусгнившую ложку… “Эта тоже при жизни ни в чём себе не отказывала, слово пост ей неведомо, воздержание тоже, хотя своим трудом прокормить это тело невозможно. Вот и будет вечно лизать. Не оставила она после себя и доброго Подавателя; самой всё было мало”. Я не знала, что такое пост, и боялась спросить…

В следующей комнате я увидела молодых людей, которые друг друга щипали, били и испытывали страдания. Я не выдержала и крикнула им: “Зачем вы так?”, но они меня не видели и продолжали делать друг другу больно. В следующей комнате я увидела молодую, красивую женщину, и вдруг она посинела и стала разбухать так сильно, что лопнула, и брызги, казалось, долетели до меня. У неё открылась сильная рвота. Она задыхалась, из глаз текли тёмные слезы. “Это клеветница и склочница”. А женщина как бы набухала и снова становилась тонкою, синенькою, с чёрной массой крови. Я уже испытала человеческий страх: как бы меня где не забыли. Мне очень хотелось закрыть глаза, забыться и ничего не видеть, ничего не знать, ни перед кем не отчитываться. Я уже осознавала прожитое, я содрогалась, ахала, ужасалась, но смотрела… В гранитном склепе я увидела сгорбившихся людей. По множеству голов я поняла, что это люди. Но они были обезображены, согнуты до состояния звероподобных. Они лизали стены, пол, и губы их шептали: “Пить, пить, пить”. Жажда мучила их так, что, видимо, у них внутри всё горело. “Это пьяницы, продавшие и пропившие душу, совесть, стыд, честь, закон и др.”.

Мы начали подъём в гору. Обыкновенные скальные дороги в горах, как бы раздвоенные от вод. Идти было не так уж легко, но после такой тьмы я поднималась куда шустрее, чем блуждала внизу. На восточной стороне как бы рассеялись облака, и метрах в двух от меня я увидела огромное здание с зелёными большими воротами. Я робко постучала. Массивная дверь приоткрылась, и в проёме я увидела двух женщин. Одна из них выглянула и, увидев меня, тут же захлопнула дверь. Одеяние у них было типа монашеских. Я обрадовалась и снова застучала погромче (видя, что мои спутники мне не препятствуют). Тогда вновь открылась дверь, и я увидела, как они приготовили чистую постель. Одежда их была скромная. Одна из женщин, показывая мне рукой на западную часть, сказала: “Слушай голос — принимаем отчитанную!” и… захлопнула дверь. Я посмотрела в ту сторону, куда показывала она, и увидела как бы за бугорком старые серые барачные строения со множеством дверей, как в свинарнике или курятнике. Дверь одного из них была приоткрыта. В ней я увидела множество грустных и страдальческих, лишённых улыбок лиц. Грусти их не было предела, они дружно одевали какую-то женщину и готовили для поднятия наверх. И тут я услышала громкий, торжественный голос, который огласил их убогое жилье. Все замерли, подняв голову куда-то вверх. Я тоже подняла, но ничего кроме величия и торжественности не поняла. Такое я чувствовала в церкви. Потом церковь была разрушена, всё забылось и стерлось из памяти. И вот теперь нахлынуло ощущение спасения и уверенности, что не все потеряно, когда (как мне объяснили мои спутники) в роду появится молящийся, который вызволит прощение. Я упала на колени и, сама не знаю почему, заплакала. Все плакали и ждали вызволения в любом поколении. Кто-то прощён, кого-то вымолили. Я не понимала, но вместе со всеми сострадала. Я уже была не гордой и надменной. Я жила их страданиями. Я подумала: — Ах, если бы все начать сначала, я была бы другой… Но, к моему удивлению, мы вновь вернулись вниз… Открылась скальная завеса, и меня обдало огненным жаром. В каменном огромнейшем котловане, казалось, варилась уха, живая человеческая уха. В серой мгле, как в море, буквально кипела, вздымалась и извергалась, как вулкан в кино, эта жижа, напоминающая раскалённый металл в печах сталеваров. Человеческие головы поднимались, успевая глотнуть воздуха и крикнуть, и вновь погружались в безжалостное пекло мук… Я сама задыхалась, мне не хватало воздуха. Изумлённая, испуганная, незащищенная, я пыталась отвернуться, закрыть лицо руками, убежать, позвать на помощь. Но жертвы сами взывали ко мне. Казалось, они проклинали своё падение, они умоляли, просили пощады, они обезумели от боли. Здесь — убийцы, насильники, колдуны, ведьмы. Здесь те, кто привораживал, кто спокойно не жил на Земле, кто испытывал зависть, а с завистью делал подлости. Они в жизни земной строили “замки”, готовили себе место в преисподней. Они не понимали цены жизни. И тут вдруг появилось лицо женщины, обожжённое, страдальческое и обречённое. “Вот, смотри, она приколдовывала, и ей служили бесы. Теперь она даёт отчёт своим похотям. Ради той короткой жизни она отняла жизнь другую…” Слов я многих не понимала. Я не читала Библии, не понимала многих терминов и от этого страдала, а просить объяснить их в ужасном пекле мне не хотелось. Я чувствовала, что там не моё место, я не заслужила этого. По нашим меркам я была доброю, не чуралась бедности, любого труда, я не хотела быть там со всеми; я трусила, честно говоря, и потихоньку взывала: — Господи! Я уверовала. Только не здесь!… - Ты видела земную ось. А теперь приближаемся к Земле. И вдруг мы остановились у края…

Вдруг я почувствовала сильный толчок и открыла глаза. Рядом с кроватью, на которой я лежала, стоял на коленях мужчина, который меня сбил, и плачущим голосом просил: “Только не умирайте!”.

(Из Кн. Иеромон. Трифона, «Чудеса Последнего Времени». ).

Об Аде в разных формах непрерывно сообщается и самым обычным людям, и духовным искателям (в основном, в сновидении). Приведу ещё один отрывок из письма одной, уже моей читательницы (от 2011 г.):

«Приснилось мне, что я высоко в горах, вокруг ярко-зелёные холмы и белоснежные пики гор. Слева от меня идёт мой собеседник, мы о чём-то оживлённо беседуем, я задаю кучу вопросов, перебивая саму себя, а он на всё с улыбкой отвечает… И хорошо с ним, и радость чувствую. Краем глаза вижу его силуэт, поворачиваюсь, чтобы разглядеть лицо и ничего не вижу — так как он начинает ослепительно светится. Он говорит, пойдём, я тебе кое-что покажу, и ведёт меня к расщелине среди скал, которая плавно переходит в спуск в пещеру. Кругом тьма, но мне не страшно. А где-то в самом низу обрыва и до самого горизонта этой пещеры всё залито приглушённым красным светом — свет исходит от бесконечного количества точек, которые я приняла за людей. От них шло чувство такого горя и чувствовалась такая безнадёжность, что я от жалости к ним зарыдала. Это было такое ощущение — я даже не знаю, с чем сравнить его… Всеобщая скорбь и плач по чему-то утерянному… Так, наверное, только матери оплакивают своих сыновей. Не помню, как оказались мы снова снаружи в горах, где ярко и радостно светило солнце…».

Да, пожалуй, самое страшное и ужасное попавших «вниз» людей является необратимость, вернуть что-либо, «исправиться» уже нельзя. Уже поздно. Слишком поздно. А ведь в «органической» жизни нам говорили, напоминали, предупреждали…

А что же, наконец. бесы?

Бесы не боятся никаких планетарных глубин, потому что это их родной дом, вотчина, среда их исконного обитания. Энергетика тех или иных инфернальных пространств и зон — главная, сущая составляющая их собственных тел, полей, суть их самих. Духи зла сами составлены из той светотени, сходной с тяжёлым огнём, которым насыщен известный всем Ад. И речь идёт только о соответствующей «консистенции», то есть о степени плотности или разреженности отрицательной силы — вплоть до её максимально возможной концентрации в центре Земли…

Впрочем, существуют такие глубины (Земли), которые даже и для некоторых видов бесов означают погибель! Поэтому каждому кругу, пласту Ада соответствует свой тип бесовских жителей. А в целом:

Бесы и инфернал — родственники по крови, то бишь по энергии. Иными словами, нефизическое подземелье является и источником, и производителем бесов. В то время как человек создан и из земли, и из неба. Под «небом» здесь подразумевается ослепительно яркий вселенский Свет, духовный Центр — чистый, прозрачный, небесный Огонь; а под «землёй» — земные энергии, огонь «тяжёлый» и мрачный; «эго» личности. А более определённо: человек — это внутренний Свет Любви и Добра, сам Бог! окружённый со всех сторон плотной стеной всепоглощающей тени — Дьяволом! Бог — искомый Центр и единственно верная цель. Дьявол — искусительная, привлекательная, но зловещая периферия; теневой лабиринт.

И здесь, прежде чем представить очередное слово святым, следует сделать отступление об исключительности их духовных виде/ний вообще…[15].

Один аспект этих виде/ний относится к прямому прозрению в данный момент времени, ко всему тому, как оно есть в действительности или как оно действует и развивается — к ви/дению подлинной сути явления, состояния, пространства, ситуации, человека, структуры… И в частности, к ви/дению энергетических тел (или душ) людей.

Второй аспект — это вневременность виде/ния, его глубина, ёмкость, проникновенность, всеохватность (обзорность); выхватывается или «снимается» главный и очень точный, конкретный смысл. Лучи сознания «видящего» пронзают любые миры (сознания), любые пространства вне времени и вне расстояния — ему не нужно быть там самому. Поскольку Х-лучи духовного Света (к Которому получают доступ) — всесведущ и вездесущ! Да и сами духовные образы, несмотря на «художественность», могут быть трансперсональными, они отчётливо передают смысл, содержание определённых энергий и их структуру. Образы — вне времени, вне статики. При этом их художественные элементы или штрихи совместно и по отдельности заключают в себе подлинную эзотерику — они фиксируют те или иные качества, свойства, причины, признаки, стимулы и пр. Такие виде/ния не являются ни фантазией, ни воображением, ни иллюзией, ни галлюцинацией, ни «субъективной проекцией»; они даже не совсем относятся к «творческим» образам. Потому что «духовные виде/ния» осуществляют уникальную связь с духовным космическим Центром! Это же утверждают и сами старцы:

«Если кто предполагает, что пророческия видения, образы и откровения были делом фантазии и происходили естественным порядком, да ведает таковый, что носится далеко от правой цели и истины. Ибо Пророки и в нынешнее время бывающие у нас священнотайнники, не по естественному какому либо порядку и чину, видели и воображали, что видели и воображали, но божественно некако и паче естества, было то в уме их печатляемо и представляемо, неизречённою силою и благодатию Святаго Духа… Пророки видели виде/ния действием Духа, Который печатлел образы во владычественном их уме. И Григорий Богослов (говорил): “Сей (т. е. Дух Святый) действовал первее в Ангельских и небесных силах, Потом в Отцах и Пророках, из коих одни Бога видели, или познавали, другие будущее предузнавали, когда владычественный их ум от Духа принимал такия образы, по коим они соприсутствовали будущему, как настоящему».

(От Иноков Каллиста И Игнатия Ксанфопулов, Добротолюбие, Т. 5).

Духовные образы — не обычные образы. И вот как в духовном виде/нии открываются тайны исконной среды обитания бесов…

Аспекты православной эзотерики – «Бесы»!

«Однажды, когда Симеон (Дивногорец) был осиян светом от Духа Святого, ему было открыто всё диавольское царство и все демонские мечтания, ибо он видел самого князя тьмы, сидевшего на престоле большом, имевшего венец, блестевший на голове его, причём полки демонов предстояли ему; пред лицом же князя тьмы виднелись все мирские обольщения, уготовляемые им: золото, серебро, камни драгоценные, маргариты; всё это находилось как бы в некоем болоте; всюду слышались гласы труб, свирелей и прочих музыкальных инструментов. И виден был грех в образе красивой женщины, за которой следовали слуги-искусители, соблазняющие людей ко греху: виден был дух суеты, дух нечистоты, дух лености и дух сребролюбия; виден был змий, никогда не насыщавшийся устами своими, готовый пожрать весь мир. Эти духи-искусители пытались склонить ко греху и Симеона; они призывали его ко греху различными лукавыми словами, но он, оградившись обычным оружием своим, — знамением честного креста, — и призвавши имя Христово, всегда отгонял от себя все те мечтания демонские, подобно тому как солнце прогоняет тьму».

(«Жития Святых» Свт. Дим. Ростовского).

Из такой вот среды и исходят, засылаются к нам всё новые и новые теневики. Причём восхождение их на поверхность земли — достаточно быстрое.

И естественно, сближение, родство с бесами, подчинение им, непротивление — означает в конце концов энергетическое единение с ними (энергетическую однородность) и, как следствие, — падение в их мрачные бесконечные (для человека) владения — в теневое сознание Дьявола. Бесы — это врата, приглашение в Ад! И утягивание, «отягощение», рабство, захват, плен… Бесы — это разведчики, провокаторы, шпионы, совратители, действующие в нашем мире в поиске своей жертвы. Причём они дорожат буквально каждой душой человека, но требуют всякого индивидуального света сознания в огромных количествах!

Ну, а где же находится поле их сосредоточения и непосредственной деятельности по отношению к человеку?

В первую очередь зона самого пристального внимания бесов — это сон, наши «обычные» сновидения (см. гл. «Бесы в сновидении»).

Вторым измерением, или, лучше сказать, способом и средством их широкомасштабного влияния на многих-многих людей, является… «эзотерика», то есть (в данном случае) «популярная эзотерика» — разнообразные духовные учения и системы развития (см. гл. «Религии бесов»).

Третьй «площадкой» игр и пребывания бесов служат глухие и труднодоступные (для человека) природные места. Как-то…

«Проходя другой раз по пустыне, блаженный Иоанникий Великий нашёл одну пустую пещеру, в которой обитали бесы. Пещера эта полюбилась преподобному, и он остался жить в ней. Бесы же, не вынося его присутствия, восстали против него явно и причиняли ему различные беспокойства, надеясь испугать его и прогнать оттуда. Они кричали на него, скрежетали зубами, насмехались над ним, пугали его, бегали взад и вперёд, нападали на него и, казалось, колебали всю пещеру. Но святой, по слову Павла, стоял, как бы в день брани, одетый в броню правды и со щитом веры…».

(«Жития Святых» Свт. Дим. Ростовского. ).

Непроходимые леса, пещеры, горы, ущелья, болота… — любимая среда обитания сильных бесов. А в связи с тем, что в наше время, при нашей цивилизации таких мест становится всё меньше и меньше, бесы вынуждены «потесниться» и уйти, и активнее действовать в иных измерениях и средах (отчасти именно поэтому объясняется обилие бесов в старые и древние времена в природных и поселково-деревенских условиях жизни людей).

Кроме того, теневики могут также находиться при кладах (в земле) и на старых кладбищах — здесь вообще сосредотачивается энергетический «минус»; немало их и в животных (включая домашних — в собаке, свинье…).

И вообще бесам требуется некий материальный объём, в котором им, как «расплывчатой», видоизменяющейся энергии, находиться наиболее естественно и комфортно. Но вот если этот объём сделать закрытым (на «выход»), «материально» закрытым или «запечатанным» энергетически неким «заговором», то бесы покинуть этот объём по своему желанию уже не способны. Отсюда возникли восточные сказки о неком сосуде, в котором очень долго живёт какой-либо джин, сказка о старой магической лампе юноши по имени «Алладин», из которой подобный джин вдруг появляется. Подобные мотивы имеются и в старорусских, славянских текстах. Как, например:

«Однажды святитель Иоанн (архиепископ Новгородский), по своему обыкновению, в полночь стоял в своей келлие на молитве. Бес, желая устрашить святого, вошёл в рукомойник, который висел в его келлие и, возмущая воду, стал производить шум. Святитель, поняв, что сие — дело диавола, подошёл к сосуду и осенил его крестным знамением, и так запрещением своим связал беса в умывальнике, что тот томился там долгое время, не будучи в состоянии выйти оттуда; наконец, не вынося более муки, так как сила крестного знамения палила его, бес начал вопить человеческим голосом…».

Или, что очень похоже…

«Однажды, когда преподобный Аврамий (Ростовский) в своей келье перед литургией, прочитав обычные молитвы ко святому причащению, хотел умыть руки перед отходом в церковь, диавол вошёл в умывальницу, желая причинить преподобному неприятность. Уразумев присутствие нечистого духа в сосуде, преподобный взял честный крест, положил поверх сосуда, оградил сосуд крестным знамением и так оставил, долгое время не касаясь его, Бес, палимый крестною силою, мучился и не мог выйти из сосуда…».

(«Жития Святых» Свт. Дим. Ростовского. ).

Сюжеты о нахождение бесов в материальных сосудах, о том, как их туда «заключают» и они там долго томятся; о том, как их «запечатывают» волшебным словом, или выпускают, освобождают… человечеству известны очень давно и нашими современниками рассматриваются исключительно как художественные фантазии, вымысел, но…

Тем не менее… в то время как… Это духовно-энергетическая реальность, правда! В своей основе все эти истории не выдуманы! Такова «эзотерика» действительного процесса, как в следующей истории про Конона…

«…He все бесы были, однако, связаны словом святого; и вот некоторые из них начали наводить на жителей той страны различные болезни, а всего больше оспу. Святой Конон (Исаврийский), уразумев козни бесовские, помолился Богу и тотчас получил власть и над этими бесами. Собрав их всех, он запретил им… а иных связал и заключил в тридцати залитых оловом глиняных горшках, и, запечатлев их крестным знамением, зарыл в землю под своим домом».

И далее, по прошествию многих лет…

«Когда начали рыть землю для фундамента, то нашли в земле тридцать глиняных сосудов, в коих святой Конон заключил бесов. He зная, что находится в тех сосудах, но предполагая скрытое в них золото или серебро, нашедшие обрадовались и разбили один сосуд. Тотчас вышли из него бесы в страшном виде… Все люди пришли в ужас, — некоторые попадали от страха, а некоторые бежали оттуда…

Все в том селении пришли в сильный ужас, так что никто не осмеливался после солнечного заката выходить из своего дома, ибо ночью являлись многие бесовские страшилища и пугали людей и животных, — что на время было допущено Богом в наказание сребролюбивым людям, ожидавшим найти в сосудах сокровище. По молитвам святого Конона, были прогнаны бесовские привидения. Прочие двадцать девять сосудов, заключавшие в себе бесов, были зарыты под церковью святого Конона».

(«Жития Святых» Свт. Дим. Ростовского).

Конечно же, сейчас подобные «сосуды» — исключительная редкость. Впрочем, если вспомнить те известные научные раскопки древнеегипетских захоронений, после которых все учёные одной исследовательской группы необъяснимо при разных обстоятельствах и в разное время в конце концов погибли…

И наконец, ещё одной средой обитания бесов давно уже стало жильё человека и сам человек!

Мне, например, приходилось случайно бывать в гостях, где явно властвуют определённого рода бесы — в этих квартирах (при внешней «нормальности», не «бомжеватости» их жильцов) царствует ужасное запустение: пыль, паутина, горы немытой посуды недельной давности в треснувшей раковине, грязные, оборванные и отставшие стенные обои, кишение тараканов на стенах и на полу, расколотый унитаз, текущие краны, общий беспорядок, хлам… Что, конечно же, в первую очередь говорит не об этих квартирах, а о сознании их квартирантов, и о том, «кто» в действительности в доме «хозяин»! (Это «ленник» и непомерно раскормленный, развитый «депрь», поглотивший собой все комнатные пространства вместе с людьми.).

Изначально же, от рождения человека бесы (здесь пока ещё бесы родителей и воспитанников) стремятся действовать на него только на двух взаимосвязанных планах одновременно — психическом (энергетическом) и физическом (духовный план обнаруживается значительно позже и, зачастую, с большим опозданием!). Теневики изнутри разъедают энергетику и постепенно поражают так связанную с ней психику и физиологию человеческого организма. И до сих пор мало кто знает! — «ЧТО» в действительности является причиной некоторых или многих заболеваний.

Скажем об этом слово.