Близость с пришельцами. Тайны контактов шестого рода.

Глава 12. Похищение: цель неизвестна.

С проблемой ротационных похищений мне в моей исследовательской деятельности приходилось сталкиваться, но не в таком количестве, чтобы заявлять об этом феномене как о системе или выставлять себя знатоком в данном вопросе. Напротив, из-за уникальности абдукций я особенно и не надеялся на собственную удачу, поэтому когда я впервые столкнулся с чем-то подобным, то постарался провести полное и всестороннее его изучение с привлечением специалиста-суггестолога.

…История началась с телефонного звонка.

— Моя племянница вместе со своим отчимом не так давно попала в какую-то странную ситуацию, — говорил взволнованный женский голос в трубке. — Вы у нас в школе выступали с лекциями об исследованиях аномальных явлений, и я подумала, что вам это будет интересно. Может, это по вашей линии…

— А что случилось?

— Представляете, они оба не помнят, что с ними происходило в течение трех часов! Какие-то смутные обрывки воспоминаний… странные существа рядом… Это время почти полностью выпало из их памяти. Оба были трезвыми, ехали на автомашине, и вот… ничего не помнят…

Мой даже очень беглый опрос по телефону говорил о явной неординарности ситуации. Здесь были признаки того, что в уфологии называют абдукцией. За рубежом это явление обсуждается довольно активно, есть много свидетелей и свидетельств похищений, но о целях экспериментов с людьми пока остается только догадываться. В России этот феномен исследовался мало, поскольку то ли не было пострадавших, то ли они не хотели об этом распространяться. А тут такое… прямо под боком… Конечно, я настоял на встрече с землячкой.

Лариса, миниатюрная, стройная девушка, оказалась разговорчивой и раскованной в общении. Однако ее рассказ не только не прояснил ситуацию, но породил немало дополнительных вопросов.

Итак, это случилось 12 декабря 1999 года в половине девятого вечера в городе Волжском.

— Мы с отцом заехали на заправку «Флагман» около Волжского трубного завода в районе гаражного кооператива «Лада», — вспоминала Лариса. — Бензин на исходе, лампочка мигает, я за рулем, поскольку отец перед этим соблазнился пивом, а я вообще не пью. Но на заправке вдруг отключился свет, и мы, почти не задерживаясь, вырулили на шоссе: решили ехать в свой гараж, где была канистра с бензином. Перед этим я позвонила маме, сказав, что скоро приедем. Когда я выруливала на дорогу, то обратила внимание на двоих мужчин в черном. Я их не разглядела, просто видела две фигуры, невысокие, с меня, наверное. Они почему-то шли в сторону пустыря, а не к трамваю, что было бы логичным. Мы только чуть проехали по дороге, как вдруг въехали в какой-то желтый туман. Я что-то сказала отцу, но он на мои слова не реагировал. Потом я припоминаю какой-то громкий звук, как будто мы наехали на жестяную банку. «Мы с чем-то столкнулись?» — спрашиваю отца. Он молчит, а у меня в голове вдруг звучит какой-то неживой голос: «Езжай аккуратно. Ты дорогу знаешь» — но голос не его.

Как мы оказались в районе химкомплекса, мне и отцу совершенно непонятно. Но помню, когда мы въезжали в туман, мне так страшно стало… Я отца о чем-то спрашиваю, а он не отвечает, сидит полубоком, повернувшись назад. «У нас в машине кто-то есть?» — говорю, а сама назад почему-то не могу обернуться. В зеркало. заднего обзора я, помню, видела два силуэта, две головы. Стала смотреть по сторонам, но еду явно на автомате, как и что переключаю, не помню. Хорошо Запомнила, что по сторонам желтый туман с блестками и они так быстро мелькают, словно у нас бешеная скорость. И фары неестественно светят: вокруг темнота, а мы будто в трубе едем. Дорогу я не видела. Последнее, что хорошо помню, — свет впереди, Думала, что врубимся во встречную машину. Вот и все, что осталось в голове…

— Почему ты решила, что вы оказались в районе заводов химкомплекса? — спрашиваю девушку.

— Я припоминаю вывеску завода АТИ — асбесто-технических изделий, — пояснила Лариса. — А отец говорит, что мы были в районе завода синтетического волокна, тоже по вывеске. Но как мы потом оказались на той же дороге вблизи заправки, убей бог, не знаю. Только машина стояла передом не в ту сторону, как мы ехали первоначально. И еще что удивило: я не помню никакой тряски по дороге. А ведь вы знаете, какая там разбитая дорога…

Первыми словами отца, когда мы пришли в себя, были: «Зачем ты остановилась? На кой черт ты подсадила этих мужиков?!» Я ему говорю: «Знаешь, папа, я никого никогда не подсаживаю, тем более ночью…» И оба понять не можем, что с нами было. Ведь бензина — ноль! А мы еще два часа кружили по комплексу, где-то в степи… Мы потом подсчитали, что нас не было часа три. Ну, полчаса провели в гараже — заливали бензин, перекурили… Меня почему-то всю трясло…

Отец говорит: «Я с ними разговаривал… Глаза у них узкие, но не как у китайцев или японцев, а слишком большие прорези…» Когда утром мы проснулись, отец жаловался, что у него так болит голова, словно там лазили…

— Постой, а когда и как вы добрались домой? Это хоть помните?

— Да. Мы пришли около двенадцати, мама спрашивает, где так долго были, а мы мычим что-то невразумительное. Вся обувь у нас ужасно грязная, будто по степи бродили, и машина тоже грязная, причем грязевые полосы даже на крыше…

— Вы потом обсуждали с отцом этот вопрос?

— Да нет… Отец сказал, ну было и было… Забудем! Все равно никто нам не поверит… Про пассажиров сказал, что они совершенно одинаковые, как близнецы.

— Память у вас не восстанавливается, как считаете?

— Нет… Только то, что я рассказала.

— Осталось ли ощущение, что тебя обследовали, раздевали?

— Ну, может быть, не помню… Но странно, что, когда я утром пошла в туалет, из меня выпала кровяная слизь — и все. А ведь никаких «критических дней» не было…

— У тебя не было ощущения, что тебя уже однажды забирали? Ночью, например…

— Вроде нет… Был, правда, ночью странный сон, будто я встречалась на лугу с инопланетянами, даже с одним трахалась… И все было замечательно… Только он очень необычным был: руки мягкие, словно без костей, а лицо… глаза маленькие, волос нет, кожа на лоб набегает наподобие шлема.

— Ты не противилась?

— Нет, мне было хорошо, но сначала неприятно. И все было, как в реальности. Ну у меня уже бывали такие моменты во снах, нечасто, правда. Да, еще вспомнила: когда мы зашли на заправку позвонить, за окнами стало светло, как днем. Мы даже поспешили с отъездом, чтобы посветлу поехать…

Больше никаких других сведений от Ларисы я не добился. Хотя и этого было достаточно, чтобы начать уфологическое расследование. Лариса в принципе не возражала подвергнуться при необходимости гипнозу. «Мне самой интересно, что с нами было!» — заявила она.

Поиски суггестолога затянулись. В Волжском такого специалиста не нашлось, а в Волгограде со временем я вышел на профессора Ю. В. Гурова. Юрий Васильевич несколько лет был главным психотерапевтом Волгограда и области, преподает в медицинской академии, сотрудничает с Волгоградской ассоциацией народной медицины. Последнее особенно располагало: раз признает традиции народной медицины, стало быть, не закостеневший в догмах человек. А то мне, честно говоря, с медиками не везло: консерватизм у тех весьма силен, и почти никакой поддержки от них в своих исследованиях я не получал. Наоборот, любые факты уфологического характера они упорно сводили к отклонениям в психике. Так их там, в институтах, учили, а личной любознательности никто не проявлял.

Но Гуров поначалу тоже воспротивился: «Пришельцы, похищение?.. Я этот сериал, «Секретные материалы», кажется, не смотрю…» Пришлось встретиться для личной беседы, вручить свою последнюю книгу — монографию о проявлениях иного разума на Земле, изданную, кстати, Волгоградским госуниверситетом. После этого Юрий Васильевич уже поневоле проявил интерес к ситуации с Ларисой, и мы договорились о встрече. Но в первый раз мы ехали, чтобы определиться, гипнабельна ли девушка? И не был ли этот случай формой галлюцинации — от наркотика например.

Меня поразил метод суггестии, или, иначе, гипноза, который применил Гуров. Не было резкого повелительного тона, приказа спать и отвечать только на вопросы. Все было несколько иначе, хотя кое-какие элементы присутствовали. Но главное — результат! В этом своем состоянии она вспомнила то, что хотел добиться от нее Гуров: она вспомнила минуты своего рождения на свет! И что меня поразило, Лариса сказала о вентиляторе, который она увидела над собой на потолке, когда родилась. Позже я эту информацию проверил: вентилятор действительно был в операционном зале роддома в те годы, когда родилась Лариса, но потом его убрали: нечего, дескать, пыль гонять. Об этом рассказала заведующая отделением волжского роддома Л. А. Краснова, бывшая в ту пору простым врачом-ординатором.

— С девушкой можно работать, — обнадежил меня Гуров. — Вы же видели ее реакцию: хоботковый рефлекс — вытянутые губы, как у младенца, растопыренные пальцы на руках и ногах. Она хорошо вошла в то состояние, то есть может передвигаться во времени. Приезжайте еще, будем расследовать тот ваш случай…

…Лариса волновалась. Она не решилась ехать одна, попросила присутствовать на сеансе свою родственницу. Я подготовил для Гурова более сотни вопросов, которые надо было задать испытуемой.

Юрий Васильевич объяснил мне, какой метод он использует.

— Это интегративная техника, — рассказывал он. — Здесь применяются совместно и психосинтез, и гипноанализ, элементы ребефинга. Это клинический вариант пневмокатарсиса, так можно сказать. Он привлекателен тем, что обеспечивает щадящий режим, не навязывая чужую волю пациенту, чтобы тот сам смог спонтанно воспроизвести события. За счет редукции возраста, ухода в прошлое можно восстановить то, что ушло из памяти.

— В вашей практике такие случаи бывали?

— Криминального характера — да. Мы восстанавливали в памяти номера машин, характерные приметы преступников… Но с ситуацией вроде вашей я еще не сталкивался. Честно говоря, я скептически отношусь к рассказам о пришельцах. Но давайте все же попробуем…

…Когда Лариса была подготовлена к диалогу, я включил диктофон.

— Возвращаемся в 1999 год, 12 декабря за десять минут до происшествия, — говорит Юрий Васильевич, — что вы сейчас видите?

— Я сижу в машине за рулем, — голос Ларисы четкий, уверенный. — Мы выехали, повернули к трамвайной линии. Что-то белое впереди…

— Семь минут до происшествия…

— Сверху опускается что-то типа светлого треугольника. Все черное, а треугольник светлый… Мы ехали и натолкнулись на что-то. Стук был. Двое стоят на дороге… О! Они сверху заглядывают в машину! Они над нами! У них большие головы, крупные продолговатые глаза… Сейчас они сзади меня.

— Был ли у тебя диалог с ними?

— Да… Голос возникал в голове. Это были слова: «Успокойся, веди машину аккуратно…» Вижу отца. Он повернулся к ним… Мы куда-то едем, там впереди яркий свет, очень яркий, не знаю, что это такое… Я не могу повернуться к пассажирам… Мы вышли из машины возле светлого пятна. Вокруг темно. Это район, скорее всего, около завода органического синтеза, какой-то переезд… Сейчас мы идем в тумане, подходим к светлому пятну. Что-то круглое над нами, из него луч света… Странно! Мы не идем, а летим! Мы летим!.. Мы уже в помещении… Двери типа проема, они без створок. Отца вижу хорошо, существа ему по пояс. Их четверо, маленькие… Мне страшно. Похоже, они нас привязали к сиденью со спинкой. У них круглые лица, один больше всех ростом. Он старший. Я сидела, а теперь лежу… Отца не вижу, его нет здесь. Сзади меня кто-то стоит, и слева тоже. Один командует. Я вижу, как вносят ребенка…

— Куклу?

— Нет, это живое существо, очень большая голова, маленькие ручки и ножки… Несут очень торжественно, подносят ребенка ко мне. Пронесли вдоль тела от головы до низа живота… Внизу живота стало больно…

— С вами подобное уже было?

— Да, было… В двадцать лет… Опять они смотрят, они что-то решают обо мне… Отца я не вижу.

— Вы сейчас в той комнате, где ваш отец! — командует Юрий Васильевич. — Что видите?

— Они делают над его головой какие-то движения, а он сидит в кресле. Я его вижу сзади. Ему что-то поставили в голову… В районе родничка. Маленькая штучка…

— Сколько вы пробыли в помещении?

— Минут сорок…

— Пришельцы были довольны контактом с вами?

— Скорее всего, да. Я вижу, что они стоят и внимательно наблюдают…

— С какой целью, на ваш взгляд, вас забрали?

— Мне кажется, это произошло случайно. Они, похоже, сами в растерянности. Они доброжелательны, но симпатий не вызывают. Глаза большие, раскосые, рот маленький. Были среди них маленькие существа, суетливые, скорее всего, это роботы. Страха я не чувствую, просто неприятно, что тебя рассматривают как диковину. Между собой они не общались или делали это телепатически.

— Вы осознавали, что это не люди, что это инопланетяне?

— Нет, не осознавала…

— Вам предлагали лететь с ними?

— Скорее всего, да… Они показали треугольный проем со светом и предлагали туда пройти, но мы не пошли.

— Что делаете сейчас?

— Мы спускаемся из аппарата, но лестницы нет, мы спускаемся, будто плывем. Мы внизу, с нами еще кто-то, скорее всего, тот, кто нас привез. Аппарат над нами. Он круглый, висит над нами, свет пучком бьет вниз… А теперь мы с отцом в машине, вижу, как мы много жестикулируем. Он ругается. Кричит: «Куда ты меня завезла? Ты убить меня хочешь? Издеваешься надо мной?» Я оправдываюсь… Отец говорит: «Едем назад, ищи дорогу…».

— Какой последний момент был в контакте?

— Что-то малиновое типа маленького яйца сопровождало нас до самого гаража, а потом до дома на очень близком расстоянии.

— Вы встретитесь с ними еще?

— Не знаю… Может быть…

Это было последнее, сказанное под гипнозом Ларисой. Она вернулась в настоящее время и была немало удивлена результатом сеанса. Похоже, она помнила все, о чем только что рассказала нам. По дороге домой мы живо обсуждали детали открывшейся нам картины странного похищения.

Для меня началась полоса сомнений и дополнительных расследований.

Ну с вентилятором в роддоме определились более-менее точно. Только он был не в родовом зале, а в операционной. Но там нередко принимали роды, если рожали несколько женщин одновременно.

С ложной беременностью, которая по идее должна была быть у Ларисы за несколько месяцев до похищения, тоже выяснили. По словам родственницы Ларисы, летом, скорее всего в июле, чем-то встревоженная, она дважды ходила проверяться на УЗИ. Сначала аппарат показал беременность, затем — ее отсутствие. Между визитами в больницу был промежуток не более двух недель… Тогда Лариса посчитала, что с беременностью ей просто показалось. Да, она встречается с парнем, но они принимают меры предосторожности.

Для меня становилось ясным, что Ларису неслучайно взяли на корабль пришельцев. Видимо, она в данном случае сыграла роль суррогатной матери, и плод у нее изъяли, как ОНИ, «серые», это обычно делают, в трехмесячном возрасте. А 12 декабря 1999 года, через девять месяцев после проведенной операции, выращенного в специальном инкубаторе ребенка показали людям. И это тоже почти типичная ситуация: почему-то необходимо, чтобы земная женщина подержала в руках родившееся существо. Возможно, этим производится съем биополя, которым обладают все земляне. Лариса ребенка не держала, но съем биополя произошел, когда ребенка пронесли вблизи над ее телом.

Остается неясным вопрос: будут ли еще подобные похищения-абдукции с Ларисой в дальнейшем? Видимо, нам как исследователям желательно не терять с ней связи в течение последующих нескольких лет. Ну вроде мы с ней так и договорились…

И последнее. Отец Ларисы так и не пожелал подвергнуться регрессивному гипнозу. Но последствия той встречи с иноземными визитерами даром ему не прошли. Он стал много пить, запои длились порой неделями. Водитель-дальнобойщик, он был на грани увольнения. Я предполагаю, что, вероятно, таким образом его подсознание протестовало против насильственного внедрения в его организм чужеродного тела. Ведь об имплантанте сам он пока ничего не знает. Лариса не решается ему об этом сказать. Да, впрочем, и мы мало что знаем о роли и функциях имплантируемых человеку элементов, хотя сам факт имплантации для исследователей уже не является неслыханной новостью. Эти элементы уже находили, исследовали, но ясности с их ролью нет. Вероятно, таким образом осуществляется постоянное наблюдение за человеком или так считывается информация о нем. Но, как и в ситуации с выращиванием гибридных детей, это тоже остается в области догадок… Но об этом у нас разговор впереди.

Наверное, понятно, что я намеренно не даю настоящих имен и фамилий главных персонажей этой истории. Зачем, если это, возможно, мимолетный эпизод в их жизни, не понятный никому, кроме тех, кто осуществляет подобные операции над людьми. Однако я не исключаю, что Лариса, не однажды участвовала в непонятных экспериментах, и уж ее-то похищение не было случайным и единичным. Ведь недаром в ее памяти остались «встречи» с инопланетянами, даже ощущение, что совершались половые акты. Правда, на сей раз ИХ не остановило даже присутствие отца. Более того, возможно, оба волжанина спасли себя тем, что отказались от «полета с ними». Вот тогда они могли исчезнуть безвозвратно, как нередко исчезают другие люди на нашей планете. Стоило лишь согласиться…

Кроме того, есть подозрения, что подобные похищения бывали и с другими нашими соотечественниками, поэтому хорошо бы получить информацию об этом. Если хоть что-то вспомнится.

Профессор Ю. В. Гуров, кстати, теперь тоже во многом по-другому смотрит на вероятность посещения Земли инопланетянами и на их возможную деятельность на планете. Найдет ли она подтверждение в других подобных эпизодах — покажет время.

Но вопрос о похищениях землян какими-то чужеродными силами стал для меня после этого настолько очевидным, что я целенаправленно занялся сбором материалов по абдукции и абдуктантам. Многие собранные сведения по-иному раскрывали глаза на эту проблему. Они вызывали тревогу.