Братья Стругацкие.

Эпизод III — «Понедельник начинается в субботу».

Я бы назвал «Понедельник» одной из самых киногеничных вещей АБС, причём как в игровом, так и в анимационном варианте, потому и не удивительно, что именно эта вещь стала их формальным «кинодебютом». Идея перенести на экран задорную фантастическую сказку, существовавшую тогда ещё только в виде первой части — «Суета вокруг дивана» — пришла в голову режиссёру ленинградского телевидения Александру Аркадьевичу Белинскому. На сегодняшний день им сделано почти полторы сотни (!) телевизионных постановок, среди которых такие знаменитые, как, например, фильмы-балеты «Галатэя» и «Анюта» с легендарной Екатериной Максимовой. Но в далеком 1964-м Белинский был молод, неопытен, собственно, это был едва ли не первый его телеспектакль, да и фантастики он не понимал и не чувствовал, скорее всего, просто отдал дань моде, и получилось нечто, резко не понравившееся как самим авторам, так и их поклонникам. Телефильм «Суета вокруг дивана» не только не появлялся больше в эфире, но и не упоминался практически нигде. А самое любопытное в этой истории, пожалуй, то, что на «Понедельник» впервые обратил внимание именно мастер музыкального кино. Выходит, неслучайно, всё пришло в «Чародеям»…

Однако до того была вторая попытка, более серьёзная, — в начале 70-х, когда и на издательском фронте перспективы были ещё не так плохи. Авторы с энтузиазмом откликнулись на предложение несчастливой для них в будущем студии Довженко и сотворили весьма грамотный сценарий полнометражного фильма. Эпопея в лучших традициях отечественного кино затянулась на несколько лет, были выплачены авансы, но когда дело дошло до дела, фильм не запустили. Возможно, местное киевское начальство само пришло к гениальной мысли о том, что «Понедельник» — это сплошное ёрничество и клевета на советскую науку, а возможно, — что более вероятно, — эту железную аргументацию подсказали им более хорошо подкованные товарищи из Москвы. Но, так или иначе, когда летом 1975-го АН жил в Киеве и пытался на «Киевнаучфильме» пробивать придуманный АБС документальный фильм, никаких разговоров о «Понедельнике» уже не было.

Новый раунд начался через пять лет, когда АН познакомился с Константином Бромбергом, и тот, хорошо понимающий, в какой стране живёт, лихо предложил сделать из повести киномюзикл — вот уж жанр, где трудно будет усмотреть очернительство, злобную сатиру и прочую антисоветчину. БНа такая идея не увлекла, поэтому непосредственно и плотно над «Чародеями» трудился АН — целых два года. И не без интереса. БН, конечно, сценарии читал и даже делал какие-то там замечания, но и только. А результат сильно разочаровал обоих. Ведь, по большому счёту, от Стругацких остались в фильме лишь отдельные придумки вроде «вагонного» или капризной скатерти-самобранки. Всё прочее было совсем не в их духе.

Новый восемьдесят третий год АН встречал у Миреров, и дочь Александра Исааковича Варя, тогда уже взрослая, вспоминает, как классик закрылся в комнате, попросил всех не беспокоить его и, сидя в кресле перед телевизором, мрачный, как туча, два часа терпеливо внимал праздничному и весёлому (для кого-то) зрелищу.

Признаюсь честно, мне, как и всем моим «братьям во Стругацких», было тоже очень невесело в тот вечер. Бромберг крепко испортил нам настроение под Новый год, можно сказать подложил свинью, а ведь 1983-й как раз встречали под знаком этого животного…

АН напишет в своей биографии в августе 1986-го:

«По нашим сценариям снято четыре фильма: один очень скверный, два сносных и один на мировом уровне».

Очень скверный — это про «Чародеев». Мирового уровня — это, конечно, «Сталкер», а вот на одну доску с Кромановым поставлен ещё и Ахадов с «Семейными делами Гаюровых». Стоило ли вообще записывать этот фильм в снятые «по нашим сценариям»? Но фильмов слишком мало, АНу хотелось упомянуть все. Впрочем, есть и такая версия: скверный — это как раз «Гаюровы». Но лично я полагаю, что досталось всё-таки именно Бромбергу.

БН же наоборот проявляет с годами большую мягкость к «Чародеям». Думаю, уже в 1986-м он пересматривал фильм без раздражения, а сегодня и вовсе законно гордится его неизменной популярностью на протяжении стольких лет.

Аналогично и мы, поклонники АБС, частенько щёлкнув пультом и попав случайно на этот фильм, невольно увлекаемся и смотрим его без начала и конца, и вдруг обнаруживаем в давно знакомых кадрах всё больше и больше милых сердцу узнаваемых деталей, и вполне «Стругацкие» фразы, и в меру «Стругацкие» образы и даже элементы вполне «Стругацкого» отношения к жизни. В конце-то концов, теперь это уже портрет той эпохи — не самой скверной в жизни АБС — эпохи возвращения через кино к читателю.

В довершение можно сообщить, что «Понедельник» и сегодня вызывает повышенный интерес у киношников, и новая попытка его экранизации — дай-то Бог удачная! — находится в стадии проработки.