Дети.

А.М.Горький.

Дети.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

К н я з ь С в и р ь - М о к ш а н с к и й - человек неопределённого возраста, лысоватый, хилый.

Б у б е н г о ф - солиден, держится завоевателем.

М о к е й З о б н и н - лет пятидесяти, вертляв, боек и мечтателен.

И в а н К и ч к и н - стар, тучен и нездоров.

П ё т р Т и п у н о в - сладкогласен и миролюбив.

К о с т я З р я х о в - юноша пухлый, говорит пренебрежительно, с неожиданными оттяжками.

Е в с т и г н е й к а - личность растрёпанная, с безумными глазами.

Т а т ь я н а З о б н и н а - дама вдовая, дородная, двигается неохотно.

М а р ь я В и к т о р о в н а - девица бойкая и живая.

Н е т р е з в ы й п а с с а ж и р.

С т а р у х а с п р о ш е н и е м.

Н а ч а л ь н и к с т а н ц и и.

Б ы к о в - сторож.

Ж а н д а р м.

Т е л е г р а ф и с т.

Помещение для пассажиров I и II класса на маленькой станции в пяти верстах от заштатного города Верхнего Мямлина. Одна дверь прямо против зрителя, другая - в левом углу. За этой дверью - уборная. Суетится З о б н и н, распаковывая кульки, Т а т ь я н а и К о с т я расставляют на столе бутылки и закуски.

З о б н и н (озабоченно). Стало быть - помни, Татьян: как только я его введу - сейчас ты встречу ему с подносом...

Т а т ь я н а. Слышала уж! Только - долго я не сдержу: тут боле пуда...

З о б н и н. Удержишь! Должна удержать, коли тебе браслета обещана! А ты, Кость, валяй поздравление, да поскладней как, да позычнее, он, поди-ка, глуховат.

К о с т я (пренебрежительно). Ладно, скажем! Видал я их брата... Это ваши понятия такие, что коли Князь, так уж обязательно - глух али ещё чем страшен.

З о б н и н (мечтательно). Эх, кабы удалось! Ловко бы... н-да-а! Кичкина-то обошёл я... он там дома готовится, а я... (Беспокойно.) Ты гляди, Татьян, - сначала можжевеловой ему, да рюмку-то побольше которая...

К о с т я (с горечью). Эх, культурность! Можжевеловой... князю-то! (Сплёвывает сквозь зубы на пол, сокрушённо качая головой.).

З о б н и н (задумчиво). Что ж, - купоросного масла поднести ему, что ли? (Уверенно.) Ничего! Можжевеловая - она сразу непривычного человека ушибёт! Какого ты сословия ни будь, она, брат, всякое упрямство разможжит...

Т а т ь я н а (вздыхая). Всё, чтобы разможжить...

3 о б н и н. Дурёха! Надо нам, чтобы человек мягок был и ласков с нами, али не надо? Ты - молчи! Ты старайся красивее быть...

К о с т я (ворчит). Тут, для этого, бургонское али шампанское требуется.

3 о б н и н (раздражаясь). Отстань, подь в болото! Послушал я тебя, угостил намедни следователя бургонским этим...

К о с т я (возмущён). Да кагор это был, говорю я вам, а вовсе не бургонское! Простое церковное вино!

З о б н и н (кричит). Врёшь! Оконфузил ты меня! Откуда в церковном таракану быть?

Н а ч а л ь н и к с т а н ц и и (в дверях). Действуете?

3 о б н и н. Готовимся. Сколько до поезда?

Н а ч а л ь н и к с т а н ц и и. Ещё... час тридцать семь. А у жены моей зубы разболелись.

Т а т ь я н а. Вы их - парным молоком...

К о с т я (скорбно). Вот! О, господи... парное молоко!

Н а ч а л ь н и к с т а н ц и и. С молока меня, извините, тошнит. (Мечтательно.) Нет, против зубов следует употреблять что-нибудь крепкое...

К о с т я (уверенно). Обязательно! Нагретый коньяк, а то - ром.

Н а ч а л ь н и к с т а н ц и и (улыбаясь). Коньяк... да-а!

3 о б н и н (хмуро). Где его достанешь? Мы вот своими средствами... (Вздохнув, начальник станции притворил дверь.) Понимаю я, чего тебе надобно! Погоди, брат, - всё, что останется, твоё будет...

Т а т ь я н а (Косте). Вы мне на хвост наступили...

К о с т я (галантно). Пардон! Распространяетесь очень!

3 о б н и н (мечтает). Да-а... кабы удалось! Ты, Татьян, будь развязней. Ты - вдова, а он - старичок, человек для тебя безвредный... И ты, Костя, тоже...

К о с т я. Ну, вот, не видал я князей! Их в Москве на каждой улице по трое живёт... Но откуда вам известно, что он глух и старичок, - это уж я не понимаю!

3 о б н и н (вдумчиво). Да ведь как же? Первое дело - Князь...

К о с т я. Вы меня не учите, пожалуйста! У меня - свои взгляды...

Т а т ь я н а (Косте). Жили вы в Москве две недели, а всё знаете... и сколько князей, и какие трактиры... даже удивительно!

3 о б н и н. Разговор у тебя ленивый... вроде как у беременной женщины... право! Ты перемени это!

К о с т я. О, господи! Да не понимаю я, что ли? (Плюёт сквозь зубы.) Человек думает, как лучше, а вы ему голову грызёте... Дайте мне мысли мои обгарнизовать!

З о б н и н (оглядываясь). Ну, ну... валяй! Подмести надо. Иди-ка спроси веник у сторожа.

К о с т я (уходя, ворчит). Веник! Не веник, а половую щётку употребляют.

Т а т ь я н а (отряхивая юбку). Уй, как я измазалась...

З о б н и н (задумчиво). Вот... двадцать пять годов ему, а умишко детский. Да и все тут, ежели пристально поглядеть... н-да! Вот бы удалось мне Кичкина обойти... молебен бы... О, господи, помоги рабу твоему Мокею! Молись, Татьяна... тут и твоя судьба кружится!

К о с т я (вбежал и - радостно). Глядите-ка, дядя Мокей!

(В дверь, оттирая Костю и тяжко дыша, влезает Кичкин, за ним - Марья и Типунов, с кульками в руках. Зобнин, смущённо посмеиваясь, качает головой сверху вниз, Кичкин смотрит на него и громко сопит. Костя, едва сдерживая смех, делает Типунову какие-то знаки, тот схватил бороду в руку и, закрыв ею рот, подмигивает Косте. Марья, оскалив зубы, смотрит на Татьяну, Татьяна злобно отряхивает юбку.).

К и ч к и н (Зобнину, хрипло). Упредил?

З о б н и н (хихикая). Пронюхал?

К о с т я (Марье). Бон жур-с! (добрый день (франц.) - Ред.).

Т а т ь я н а (шипит). Ты зачем с ней говоришь?

М а р ь я. Теперь вовсе не жур, а суар! (вечер (франц.) - Ред.) Что, взяли, а?

К и ч к и н. Эх, Мокей, Мокей...

З о б н и н (вздохнув). Вот как, брат, Иван Иваныч... случилось!

К и ч к и н. Ну и жулик ты, а?

3 о б н и н. Да и ты тоже... шельма! Как это ты... догадался?

К и ч к и н. Не дурак я!

(В дверь смотрит, улыбаясь, начальник станции. Зобнин, укоризненно качая головой, грозит ему пальцем.).

Т и п у н о в (быстро). Вот что, купцы, - разговорцам тут не место, разговорцы - за дверь! Уж коли так сошлось...

К и ч к и н (грузно садится). Что уж тут...

З о б н и н. Н-да... Костянтин - соображай...

Т и п у н о в. Теперь сообща надобно...

К о с т я. Обязательно!

(Марья вертится по комнате, смотрит в зеркало и всячески мешает Татьяне.).

Т а т ь я н а. Что вы толкаетесь?

М а р ь я. Ах, пардон!

К и ч к и н. Эх, кабы не одышка у меня... я бы тебе, Мокей! (Показывает кулак.) Прохвост...

З о б н и н (миролюбиво). Али руганью добьёшься чего? Я бы и сам не хуже тебя обругался... да ведь какой толк?

К о с т я (мрачно). Надобно, дядя, обгарнизоваться...

Т и п у н о в. Гарнизоны это называется или как... ну - следует скорее!

(Костя шепчет что-то Марье, она смеётся.).

Т а т ь я н а (Зобнину). Братец, - Константин, глядите-ка, шепчется!

К о с т я (возмущённо плюнул). Ф-фу! Ну и... нравы же!

З о б н и н. Цыцте! (Вздохнув.) Как же, Иван Иванов?

Т и п у н о в. Очень просто! (Пишет пальцем в воздухе.) Лесопромышленная компания Зобнина и Кичкина - боле ничего!

К и ч к и н. Почему я сзаду? Не желаю...

(Костя, тихонько переругиваясь с Татьяной, делает ей рожи, Марья хихикает, Татьяна почти плачет.).

З о б н и н. Не спорь уж! Мне всё равно - пусть на вывеске ты впереди стоишь.

К и ч к и н. И в купчей...

З о б н и н. Ну и в купчей! На!

К и ч к и н. Во всех бумагах чтобы я впереди стоял!

З о б н и н. Во всех! Изволь!

Т и п у н о в (воодушевлённо). Вы того не забывайте - какое это дело! Золото! Не токмо на обоих хватит - потомствам даже до седьмого колена останется! Ведь это же какая краюха? Целая местность... весь уезд! Тут ли спорить? Тут ли жадовать? Руби! Пили! Вези! Огребай деньги! Народишко изголодался, мужику цена - грош...

З о б н и н (вздрагивая). Н-да... это дело... оно-о!

К и ч к и н (мычит). О, господи!

Т и п у н о в (Кичкину). Ну, кум, думай!

З о б н и н. Иван Иванов, - решайся!

К и ч к и н (уныло). Что же? Я - тово...

З о б н и н (горестно). Судьба нам такая - чтобы вместе!

К и ч к и н (уныло). Н-да... не наша воля, видно!

Т и п у н о в (весело). Давайте лапы, эхма! Господи, благослови... на счастье! Сообща... в соединении сил... задувай-давай! Такие эти... как их, Костя?.. гарнизоны двинем...

К о с т я. Гарнизации, если правильно говорить!

З о б н и н. Значит - надо выпить, что ли?

Т и п у н о в. Теперь - обсоюзились... Ну-ка, Татьяна Антоновна, в знак будущего!

К и ч к и н (держит руку Зобнина и встряхивает, точно пробуя, нельзя ли оторвать). А я было тово...

З о б н и н. Да и я тоже, брат...

К и ч к и н. Судьба нам, значит, вместе-то...

З о б н и н. Против судьбы все мы - дети малые! Тебя начальник известил о приезде?

К и ч к и н. Он.

З о б н и н. Вот, Костянтин, зубы-то! Давеча бы дать ему...

К о с т я, Чай, он не теперь известил.

З о б н и н. Дать бы да и спросить: извещал али нет? Ну -благословясь, выпьем, братья!

Т и п у н о в. И - разговорцы под лавку! Надо насчёт встречи обдумать...

З о б н и н. У нас - обдумано.

К и ч к и н. И у нас!

3 о б н и н. Первое - чару ему с дороги!

К и ч к и н. Покрепше!

Т и п у н о в. Чтобы сразу обмяк!

3 о б н и н. Можжевеловой ему...

К и ч к и н. У нас - чайная есть. На чаю настояна...

Т и п у н о в. Смешать можно!

Т а т ь я н а. А как зад`охнется он с этого?

3 о б н и н. Эко! Пьём же мы, а вот не задохлись!

Т и п у н о в. Выдержит! После - поздравить его ласковенько, с возвратом на родное пепелище...

К о с т я (ловит пальцами гриб на тарелке). Он и подумает, что это насмешка!

3 о б н и н. Отчего - насмешка?

К о с т я. Сожгли мужики усадьбу-то или нет?

К и ч к и н. Ну, конечно, об этом не надо напоминать!

3 о б н и н. Ай да Костя! Тонко взял!

К о с т я. Чай, я не дикарь!

К и ч к и н (Типунову). Вот, Петруха, мастером ты считаешься в речах, а придумал плохо!

Т и п у н о в. Ничего!

3 о б н и н. Стало быть, тебе, Костя, и говорить речь!

К о с т я (разбираясь в закусках одной и той же вилкой). Мне всё равно...

К и ч к и н. Первый - кум скажет. Затем и взят.

3 о б н и н. И Костя для этого.

К и ч к и н. Нет уж, - первое слово чтобы от нас шло!

Т и п у н о в. Мы - оба вместе скажем...

К и ч к и н (тяжело). Нет, уж ты первый... ты старше!

3 о б н и н. Говори первый, Типунов! А Костя на загладку пойдёт... Решили?

К и ч к и н (подозрительно). Уступчив ты больно...

3 о б н и н. А ты - боязлив не в меру!

К и ч к и н. У меня - одышка... Да детей пятеро.

3 о б н и н. После того - женщинов пустим против его...

Т и п у н о в (с улыбкой). Для головокружения, значит!

К и ч к и н. Вот я племянницу взял...

3 о б н и н. У меня, брат, сестрёнка... тоже очень достойна внимания...

К и ч к и н. Она у тебя бессловесная... не годится...

Т а т ь я н а. Здравствуйте! Это я понимаю как обиду...

Т и п у н о в. Никакой обиды! Ну только, как Маша по-французскому может...

М а р ь я. Пожалуйста... я могу уйти... у меня интересов нет...

К и ч к и н. Я те уйду!

Т и п у н о в. Теперь - вопросец: где он остановится, у кого?

К о с т я. У нас приготовлено ему.

К и ч к и н. У нас тоже... не суйся!

З о б н и н (наливая водку). Погодите! Остановится он - это мне известно - у себя в усадьбе, ведь флигель-то цел!

К и ч к и н. Цел! А ты у себя на что приготовил?

3 о б н и н. А ты?

К и ч к и н. Я! Мало ли что... Мой-от отец у них, у князей, бурмистром ходил.

К о с т я (Марье). Каковы люди?

Т а т ь я н а. Очень даже хороши, и напрасно ты к ней подлизываешься... (Марье.) И вовсе князю не интересен наш язык этот!

М а р ь я. А что же ему интересно?

Т а т ь я н а. Да уж не язык, извините!

М а р ь я. А что же? Пожалуйста, скажите!

Т а т ь я н а. Да уж...

3 о б н и н. Цыц, Татьяна!

К о с т я (горестно). Вот какие картины культурных нравов...

М а р ь я. Вуй! Кэ сэ трист! (Да! Как это грустно! (искаж. франц.} -Ред.).

(Типунов смотрит на неё с недоумением и отходит прочь, шевеля губами. Костя наливает себе какой-то зелёной жидкости и пьёт.).

Т а т ь я н а (тихо). Слова! Сама, чай, выдумала...

Б ы к о в (входит). Мокей Антоныч!

3 о б н и н. Ась?

Б ы к о в. Евстигнейка просится до вас.

Т и п у н о в. Этот - с машинкой своей...

К и ч к и н. До него ли? Гони!

3 о б н и н. А может, допустить его? Вот, мол, ваше сиятельство, есть у нас изобретающий человек...

К о с т я (иронически). Очень это интересно столичному жителю!

Т и п у н о в. А если для смеха выпустить его?

К о с т я. Тогда бы лучше лесникову собаку взять - она смешнее!

3 о б н и н (испуган). Это... это ты зачем же все бутылки почал?

К и ч к и н (в стороне - Марье). Ты, гляди, не уступай ей, слышь? Держись вперёд... ближе к нему...

М а р ь я. Знаю уж!

К и ч к и н. То-то...

К о с т я (жуёт). Для возбуждения мозга - надо мне или нет? Странно!

Б ы к о в. Стало быть - Евстигнейку гнать?

Т и п у н о в. Гони, дружок, гони его!

Б ы к о в. Там ещё старуха...

К и ч к и н. Какая?

Б ы к о в. С прошением, что ли то...

3 о б н и н (тревожно). На кого прошение?

К и ч к и н (радостно). На тебя, поди-ка!

3 о б н и н. Ну господи же! Даже взопреешь от этого! Гони ты всех, Быков!

К о с т я. Хоть на час какой спрячьте вы куда-нибудь всю эту дикость... стариков, слесарей, старух...

(Кичкин осторожно подвигается к двери, Зобнин следит за ним, беспокойно потряхивая головой.).

З о б н и н. Стало быть, Марья Викторовна, вы его займёте...

Т и п у н о в. Ты, крестница, так и знай: мы тебя всегда для приёма знатных лиц будем употреблять...

Т а т ь я н а. А меня на что выволокли?

З о б н и н. А ты... ты в глаза ему гляди!

Т а т ь я н а. Собака я, что ли?

(Кичкин вышел; Зобнин, стоя у двери, следит за ним в щель, потом уходит.).

Т и п у н о в (ласково). Вы его улыбочками, улыбочками! Да пошире эдак, поласковей - вот вам и должность!

Т а т ь я н а (сдаётся). Он и примет меня за дуру.

К о с т я (успокоительно). Молчать будете - не примет.

Т а т ь я н а (ядовито). Глядите однако, в Семилужном у градского головы жена эдак-то принимала, принимала гостей да однажды негритёнка и родила...

М а р ь я (возмущённо). Фи, как вам не стыдно! И вовсе не негритёнка, а просто пёстренький он родился...

Т а т ь я н а. Не всё ли равно?

М а р ь я. И одна ножка - короче!

Т и п у н о в (беспокойно). Это куда же воеводы ушли? Поругаются они... Костя - идём-ка...

К о с т я (икнул). Ох... ну, жизнь! (Уходит.).

М а р ь я (озабоченно шепчет). Ву зэт тре земабль. Жэм боку льом дезарм. Же сюи тре контан... (Вы очень любезны. Я очень люблю военных. Я очень довольна (искаж. франц.) - Ред.).

Т а т ь я н а. Нисколько это вам не поможет.

М а р ь я. Почему же? Объясните, силь ву плэ, пожалуйста!

Т а т ь я н а. Женат он.

М а р ь я. Какие глупые пошлости!

Т а т ь я н а. Нечего предо мной форсить! Вы сами иностранные-то слова выдумываете! А вот у кого колечко ваше с рубинчиком - это я знаю! Да-с!

М а р ь я. И я знаю. Ну-с?

Т а т ь я н а. И больше ничего-с!

М а р ь я. И - глупо-с!

Та т ь я н а. Как же ты смеешь? Ведь я тебя старше!

М а р ь я. А вы про колечко смеете?

Т а т ь я н а. Так я же тебе и ещё скажу...

М а р ь я. А вы кого "шишечкой" зовёте?

Т а т ь я н а (села). Я? Ой!..

М а р ь я. Ага! А вы кому пишете - "сладкий мой Колик"?

Т а т ь я н а (поражена). Ай... Ах он... мерза-авец...

М а р ь я. Что? Вот и прикусите язычок!

Т а т ь я н а. Неужто... он рассказывает? Неужто сам он?

М а р ь я. Не он, так - вы!

Т а т ь я н а (растерянно). Ой, как же это? Разве я рассказала бы? Что вы! Кому мне рассказывать?

М а р ь я. Ну, уж я не знаю!

Т а т ь я н а. Да, может, вы... врёте?

М а р ь я. Вы не писали?

Т а т ь я н а (тихо). А может, вы... сами догадались?

(Марья хохочет. В дверь беспорядочно втискиваются мужчины: Кичкин, подняв руку с прошением вверх; Зобнин, стараясь поймать бумагу; Типунов и Костя тоже хотят этого и - мешают друг другу. За ними испуганная, оробевшая старуха и - таращит глаза Евстигнейка.).

К и ч к и н (задыхаясь). Нет, читай вслух!

З о б н и н. Чудак... да я же прочитаю!

Т и п у н о в. Погоди, Костя...

Старуха (ноет). Ой, голубчики, разорвёте вы...

З о б н и н. Костя - прочитай...

К и ч к и н. Кум - бери...

З о б н и н. Тарасьевна, дура! На кого прошение?

К и ч к и н. Ага-а? На кого-о?

С т а р у х а. По случаю... пропажи, батюшка... зятёк-от мой...

Т и п у н о в. Костя - да ты, давай, вместе прочитаем!

К и ч к и н. Кум - держи!

З о б н и н. Чёрт тебя принёс, старая лошадь...

К о с т я. Да будет вам! Что такое?

С т а р у х а. Батюшки - не порвите!

(Все тесно окружили чтецов. Евстигнейка осторожно пробирается вдоль стены и - никем не замеченный - исчезает в уборной.).

Т и п у н о в (читает). "Его сиятельству, светлейшему"...

К о с т я. "Покровителю сирых"... это не надо! "Имею честь известить...".

З о б н и н. Да вы один который-нибудь...

Т и п у н о в (читает). "Зять мой, Кирилл Вараксин, вот уже четыре года находится в безвестном отлучении от жены, дочери моей...".

К о с т я (успокоительно). Это пустяки какие-то!

Т и п у н о в (читает). "И жизни своей, может быть, решился..." Это не касается Мокей Антоныча!

К и ч к и н. До конца - не касается? Верно?

Т и п у н о в. До конца! Тут - о пропаже зятя.

К и ч к и н (ворчит). А может, Мокей прикосновенен и к этой пропаже?

З о б н и н (радостно). Что же ты, старушка, а? Как же ты это, а?

С т а р у х а. Да ведь, батюшка ты мой, дочка теперь не то вдова, не то - замужняя... как это понимать?

К и ч к и н (Типунову). А я думал - на него прошение, на Мокея! Обрадовался было...

Т и п у н о в. А ты - погоди! Ты - потерпи!

З о б н и н (старухе). На тебе гривенничек и - иди с богом! Иди спокойно!

С т а р у х а. Может - он разрешил бы ей?

З о б н и н. Теперь - мне некогда! Потом - я те разрешу... иди себе...

С т а р у х а. Уж ты ей-то разреши...

З о б н и н. И ей разрешу... Вино и елей... Ух! Ну, Иван Иванов, подозрительный ты человек!

К и ч к и н. Да ведь ты вон как... забегаешь!

З о б н и н. А ты - давай будем верить друг другу, право! Пусть кто другой ямы нам копает... Ты - простодушней будь! Жизни тебе не больно много осталось...

К и ч к и н. Это - верно. Выпьем давай, что ли? Леший...

К о с т я (Марье). Ф-фу! Я даже вспотел!

М а р ь я. Же сюи осси тре фатигэ... пардон! (Я тоже очень устала... извините! (франц.) - Ред.) Я тоже устала... волнуюсь до костей!

К о с т я. У нас с вами, можно сказать, первые роли... (Вонзает вилку поочерёдно в гриб, сардину и селёдку.).

З о б н и н. Экой ты, братец мой, варвар! Всё расковырял, разварзал! Татьяна, ты чего глядишь?

Т а т ь я н а. Не понимаю даже, зачем меня привезли!

3 о б н и н (угрожая). Забудь-ка! Я те дома напомню!

К и ч к и н. Всё перебуторено на тарелках-то! Кум, надо бы и нашу провизию выложить.

Т и п у н о в. Хватит с него!

Т а т ь я н а. Что же ваше-то лучше нашего?

Н а ч а л ь н и к с т а н ц и и (в двери). Сейчас даю звонок к поезду, - как у вас дела?

(Общая суета. Костя залпом пьёт три рюмки.).

3 о б н и н. Татьяна - бери поднос! Оправься! Губы-то подбери... Ишь, развесила, словно флаги!

К и ч к и н. Марья - готовься! Кум, гляди! Господи, благослови...

Н а ч а л ь н и к с т а н ц и и. А... позвольте! Вдруг я выговор получу за устройство этого буфета?

3 о б н и н. Друг - не скучай! Всё получишь, как договорено!

Н а ч а л ь н и к с т а н ц и и. Насорили... бумажки, солома... плевки! Эх, господа!

К о с т я (критически). Действительно - хламу много! Любит русский человек сделать что-нибудь неприличное.

М а р ь я. Ах, это святая правда!

Н а ч а л ь н и к с т а н ц и и (кричит). Быков! Подмети классную!

З о б н и н (берёт Кичкина за руку). Ну, идём, благословясь!

Т а т ь я н а (миролюбиво Марье). Очень это верно насчёт неприличия! Ехала я в губернию намедни - так господин какой-то, который надо мною поместился, носок мне на голову спустил...

М а р ь я (подвигаясь к выходу). Скажите, какое безобразие!

Т а т ь я н а. Я говорю: "Что это вы делаете?" А он: "Ведь голову я вам не прошиб", говорит...

М а р ь я. Бесстыдник!

Т а т ь я н а. И носок-то с дыркой был...

М а р ь я (с гримасой). Фи, гадость...

Т а т ь я н а. С дыркой! Неженатый, видно, пассажир-то...

(Ушли. Входит Быков со щёткой, притворил дверь и осторожно подходит к столу. Улыбаясь, качает головой, потом, взяв бутылку, пьёт из горлышка - у него занялось дыхание и выкатились глаза.).

Б ы к о в. Ух... (Пьёт из другой бутылки и снова ошеломлён.) Н-ну... это на совесть!..

(Дверь из уборной приотворяется, выглядывает Евстигнейка. Быков, закрыв глаза, широко улыбается.).

Е в с т и г н е й к а (хрипло). Скажу!

Б ы к о в (испугался и опрокинул рюмку с наливкой в тарелку с грибами). Ты? Это ты как же, а?

Е в с т и г н е й к а. Скажу!

Б ы к о в. Кто тебе разрешил тут, а?

Е в с т и г н е й к а. Поднеси, а то - скажу!

Б ы к о в (храбро). Я те поднесу! Пошёл вон!

Е в с т и г н е й к а (выходя). Не гони! Всё равно - окошко разобью, а влезу! Я решился на всё! Я такой случай не могу пропустить...

Б ы к о в (смягчаясь). Ах ты... когда это ты залез, а?

Е в с т и г н е й к а. Поднеси, говорю! Мне для храбрости надобно...

Б ы к о в. А если я тебя... по шее? Или жандара призову?

Е в с т и г н е й к а (неуклонно). Бил ты меня, и жандар бил, это без толку! Я своего достигну - окошко разобью! Как этот Князь войдёт, я сейчас башкой в окошко и на колени перед ним...

Б ы к о в. Ну характер у тебя, шельма! (Подаёт ему бутылку.) На, да гляди - немного лакай...

(Евстигнейка выпил, задохнулся и трёт себе грудь и горло.).

Б ы к о в (гордо). Что? Хватил? То-то! Это, брат, не для шуток сделано... Ну - теперь уходи!

Е в с т и г н е й к а. Митрий - ты меня оставь тут!

Б ы к о в (его уже тронуло). Нельзя-а! Вдруг ты его испугаешь? Мне отвечать!

Е в с т и г н е й к а. Не бойся, я - тихо! Я, брат, не подведу!

Б ы к о в. Ах, господи! Ну, как быть? (Решительно.) Полбутылки ставишь?

Е в с т и г н е й к а. Бутылку!

Б ы к о в. Врёшь?

Е в с т и г н е й к а. Гром убей!

Б ы к о в. В воскресенье?

Е в с т и г н е й к а. Как в аптеке!

Б ы к о в. Ну - сиди! Я, брат, тоже не без души живу! Я понимаю, всякому хочется переменить жизнь... эх! (Поезд подходит.) О, пострели те горой... вот те... эх ты... (Убежал, бросив щётку на пол. Евстигнейка быстро и ловко глотает вино из рюмок, приготовленных на подносе, потом, обожжённый, прячется в уборную. Типунов открывает дверь, пятясь задом, входит Зобнин, на него наступает Бубенгоф, рядом с ним, растерянно улыбаясь, идёт К н я з ь - он, видимо, удивлён и польщён встречей. Сзади на него наваливаются Кичкин, Костя; обе женщины, стараясь пройти вперёд, толкают их. За ними следует пассажир навеселе, начальник станции, телеграфист, жандарм, старуха с прошением и какие-то мужики.).

З о б н и н (поёт). Просим покорнейше... в радостях приезда... из глубины душ... Татьяна, что же ты?!

К о с т я (Зобнину). Позвольте, ведь я говорю!

Т а т ь я н а (у стола). Батюшки! Кто это вылакал? Машенька... наливайте скорей...

К и ч к и н (Бубенгофу). Врёт он... жулик он...

Б у б е н г о ф (брезгливо). Што-о такой?

К н я з ь. Это очень... очень по-русски... Не ожидал, право... весьма тронут...

З о б н и н (в тихом восторге). Просим, ваше сиясь - хлеб-солью! (Шепчет в отчаянии.) Татьяна же, изверг! Зарезала! По стародавнему обычаю... от греков, ваше сиясь... (Запнулся через щётку, пошатнувшись, опустился на стул, сконфуженно поднял щётку.) Щёточку забыли... дьяволы...

К н я з ь. Вот оно, Бубенгоф, русское гостеприимство, видите? Так простодушно, по-детски...

Б у б е н г о ф (ворчит). Ню... Ню... они наступайт сапогом на пальци ногов мне... И тут есть крепкий запах...

(Татьяна и Марья встают перед князем с подносом, сзади них - Типунов и Костя; слева от этой группы Кичкин стремится что-то рассказать Бубенгофу, справа подпрыгивает Зобнин, в нетерпении потирая руки. Пассажир, сладко улыбаясь, ходит вокруг стола, в дверях - начальник станции и другие.).

К о с т я (слишком громко). В-ваше сиятельство...

К н я з ь (отодвигаясь). О...

З о б н и н (тихонько). Не ори, балда!

Т а т ь я н а (Марье). А говорили - глухой!

К и ч к и н (тревожно). Кум! Ты чего молчишь? Говори!

К о с т я. Мы все тут собрались, ваше сиятельство, простые русские люди этого края... и чувствуем честь посещения вашего палестины древней... где ваши знаменитые потомки...

Т и п у н о в (шепчет). Что ты? Предки, предки...

К о с т я. И предки истощились в трудах среди невежественного народа, который ничего не понимает доброго и... любит дикое безобразие... и не снабжён никакой культурой, кроме древних дворянских родов... которые в трудах на пользу отечества от младенчества до гроба остаются всё такими же, тогда как другие... (Постепенно запутываясь в словах, он говорит всё тише. Евстигнейка приотворяет дверь, ожидая удобного момента, и, закрывая, хлопнул ею. Кичкин, услыхав этот звук, оглянулся, поглядел на дверь и считает публику.).

П а с с а ж и р (Типунову). Вы - буфетчик?

Т и п у н о в (вежливо). Извините... нисколько!

П а с с а ж и р (задумчиво). Странно!

К о с т я (снова поднимая голос). И вот, мы, простые люди захолустья... предлагаем вашему сиятельству выпить за... за ваше драгоценное здоровье! Ура!

(Все кричат ура.).

К н я з ь. Очень благодарен! Это - неожиданно, я не думал, что мой род пользуется... но я знал, что простой русский человек - это чистая, детская душа...

К и ч к и н (наблюдая за дверью). Простой-от? Мужик-от? Ну уж нет... Он - ого-о! Он...

Т и п у н о в. Верно, ваше сиятельство! Необыкновенно даже просты мы... до седых волос - дети ваши!

3 о б н и н. Выкушайте, ваше сиясь... это местная, наша...

К н я з ь. Да? С наслаждением... (Пьёт сразу. Изумлённо открыл рот и смотрит на всех, часто мигая глазами.).

(Все смотрят на него, радостно улыбаясь. Бубенгоф взял рюмку, понюхал, выпил и - смотрит в потолок. Костя, утомлённый речью, отошёл к столу и там тоже выпивает. Марья - около него что-то говорит, гримасничая.).

П а с с а ж и р (Татьяне). Прекрасная буфетчица, позвольте и мне...

Т а т ь я н а. Вовсе я не буфетчица!

П а с с а ж и р (берёт рюмку). Всё равно!

М а р ь я (любезно). Вы - в свите князя?

П а с с а ж и р. Я? Нет! Я просто люблю в дороге выпить...

К н я з ь (слабо). Это... из чего... сделано?

3 о б н и н. Можжевельник! На чистом спирте настояна! Вы - грибком её погладьте! Она требует сопровождения маринованным грибом-с!

К и ч к и н (Типунову, тихо, указывая на дверь уборной). Кум! Там кто-то есть...

Т и п у н о в. А ты следи за делом-то! (Быстро распаковывает кулёк.).

К н я з ь. Вот этим грибом?

3 о б н и н. Самым этим!

К н я з ь (взял гриб в рот и - жалобно). Тоже... на спирте?

Т а т ь я н а. В уксусе отварены... пожалуйте, возьмите ещё!

К н я з ь. Благодарю... довольно! Вот, Бубенгоф, попробуйте... это удивительно!

(Бубенгоф взял гриб в рот и ходит по комнате, глядя на всех со строгим удивлением. Вышел за дверь, тотчас воротился и внимательно рассматривает закуски.).

К н я з ь (осторожно). Вы... часто употребляете это?

3 о б н и н. При досуге - позволяем себе...

Т а т ь я н а. По праздникам!

М а р ь я. Ах, ваше сиятельство, они ужасно много пьют... просто как лошади!

К н я з ь. Да?

К и ч к и н (строго). Ты знаешь сколько - много-то?

Т и п у н о в (суёт в руки Марье бутылку и рюмку). Вот, ваше сиятельство, тоже замечательный напиток! На чае и берёзовых почках. Вам который есть князь русский, надобно знать все продукты места, и - позвольте ещё раз за ваше светлое здоровье...

(Марья, улыбаясь, подаёт ему рюмку, князь - беспомощно оглядывается, что-то говорит Бубенгофу, тот кивает головой. Все взяли рюмки).

К н я з ь. Когда такие милые ручки... я не смею отказаться... хотя это крепко...

К о с т я. В крепости и сила, ваше сиятельство! Взять, примерно, Порт-Артур: сколько около него врага погибло... Ура!

(Кричат ура. Бубенгоф выпил раньше всех и мотает головой. Князь, поклонившись дамам, выпил, наклонил голову и отошёл к окну. Все за ним наблюдают.).

Б у б е н г о ф. Этот напиток есть очень опасен для жизнь...

П а с с а ж и р (Татьяне). Превосходный буфет у вас, королева!

Т а т ь я н а. Кушайте, если вы с князем! Но только это не буфет...

Пассажир (удручен). Нет? Странно... Что же это?

Т а т ь я н а. Приём! Разве вы не понимаете?..

П а с с а ж и р (наливая водки). Чрезвычайно странно... (Выпив, он смотрит на часы и - хохочет. Идёт к двери, пошатываясь, и исчезает за нею.).

М а р ь я (Косте). Ой, нехорошо ему...

3 о б н и н (робко). Ваше сиятельство...

К н я з ь (живо обернулся). Нет, больше я не могу... Я вот... смотрю... какой широкий горизонт у вас...

3 о б н и н (находчиво). Стараемся, ваше сиясь!..

К н я з ь (решительно). Бубенгоф... Нам надо торопиться!

Б у б е н г о ф (Кичкину). У вас имеет лёшад?

К и ч к и н. Лошади? Пять у меня их...

Б у б е н г о ф. Вы везёте мой и этот князь?

К и ч к и н. Кум! Чего он говорит?

К н я з ь (заметно оживился, Марье). Вам не скучно здесь, а?

М а р ь я (растерялась от неожиданности). О, но! Же сюи... (Я... (франц.) - Ред.) очень довольна... жэм боку ля натюр... (я очень люблю природу... (франц.) - Ред.) тишину е ле флер... (и цветы... (франц.) Ред.) (Окончательно смутилась, сделала реверанс. Костя укоризненно качает головой. Зобнин радостно шепчет что-то Косте, Татьяна - довольна, хихикает.).

К и ч к и н (мрачно). Она в гимназии пять лет училась.

Б у б е н г о ф (усмехаясь, говорит Типунову, постукивая себя по лбу пальцем). У этот шеловек очень много нет мозги...

Т и п у н о в (ласково). Нам, господин, много-то мозгов и не требуется... мы от избытков своих всем с нищими делимся...

(Евстигнейка всё чаще приотворяет дверь уборной. Это заметила Татьяна; сначала смутилась, но потом, узнав Евстигнейку, устроила себе развлечение: как только он приоткроет дверь, она открывает рот, точно собирается крикнуть. Евстигнейка - испуганно прячется, Татьяна - хихикает.).

К н я з ь (смущённо Зобнину). А как вы... как, например, у вас ископаемое богатство?

(Все подозрительно смотрят друг на друга.).

З о б н и н (находчиво). Да что ж, ваше сиятельство, копаемся, конечно, понемножку...

Т и п у н о в. Люди мы - заштатные, силы у нас - невеликие...

М а р ь я. Ах, это не то! Ископаемое - это что в земле лежит...

К и ч к и н (сурово). А ты - молчи! В земле! В земле-то покойники лежат! (Решительно.) Вот что, ваше сиятельство, давайте говорить попросту...

З о б н и н (торопливо). Вот, ваше сиятельство, я, стало быть, желаю...

К и ч к и н. И я...

Т и п у н о в. Мы имеем к вам дельце...

К н я з ь (теряется). Очень рад... очень! Бубенгоф, - что же лошади?

Б у б е н г о ф (пожимая плечами). Здесь нет лёшади... это совсем другой звери... я - не понимайт никому...

К и ч к и н. Кум! Говори, чёрт, подробно!

З о б н и н (князю, ласково). Лошадки вам у меня готовы, и помещение готово, пожалуйте!

К и ч к и н (свирепо). Как это?

К н я з ь. Благодарю вас...

К о с т я (отталкивая Кичкина). Пожалуйте, ваше сиятельство! У нас всё готово!

К и ч к и н (орёт). Угарно у него! У него в третьем году тёща от угара умерла, коли он её подушкой не задушил...

К о с т я (плюёт). Ну, прорвало! Эх вы, дикарь...

К н я з ь (испуганно, Марье). Mademoiselle... объясните мне...

М а р ь я. Ах, авек плэзир... (с удовольствием, (франц.) - Ред.).

К и ч к и н (кричит). Они - тёмные люди...

З о б н и н (Типунову). Уйми ты его...

Т и п у н о в. Вот я сейчас...

К о с т я (князю). Вот видите, среди каких лиц проходят младые дни юности! (Берёт его под руку.) Пожалуйте на лошадей...

К и ч к и н (хватая Костю). Кум! Гляди...

Т и п у н о в. Позвольте, не спешите! Ваше сиятельство! Позвольте вам объяснить причину ожесточения...

К н я з ь (жалобно). Я - очень хочу понять! Пожалуйста! И, если можно... мне пора ехать...

Т и п у н о в. Вот наша речь: мы трое, здешние люди торгового сословия, желаем снять ваш лес, - вот мы все здесь - Мокей Зобнин, Иван Кичкин и я, Пётр Типунов...

Б у б е н г о ф (изумлён). Што-о такой?

З о б н и н (тихо). Трое? Ай да Петруха, а? Костя, а?

К и ч к и н (бормочет). Господи Исусе! Кум... и ты? Ах, собака!

Т и п у н о в (захлёбываясь). Мы весь лес ваш можем взять... мы весь его... мы бы, знаете...

К и ч к и н. Ну пёс! Эх, люди...

К о с т я (Бубенгофу). Вот - видите...

Б у б е н г о ф (красный, надутый). Не хочу... не вижу! (Отходит в угол, сердито фыркая.).

К н я з ь (увещевая). Послушайте, господа... Бубенгоф, что же вы? Объясните вы им, я совершенно потерялся... Послушайте, господа! Но лес, весь мой лес - запродан мной...

К и ч к и н. К-как же?.. Кому же?..

3 о б н и н. Запродан?

Т и п у н о в. Верно это, господин немец?

Б у б е н г о ф (хлопая себя по боку). О, это - здесь! Лес? Нет - лес! Это - мой... который купил лес, это я! Всю его купил! Фертиг! (готово (нем.) - Ред.) Понимайт?

(Все убито смотрят на него и на князя. Молчание.).

М а р ь я (тихо Косте). Ой, какие все вдруг глупые стали...

К о с т я (ворчит). Вот те и обгарнизовали промышленность туземного края!

Т и п у н о в. Э... из-за чего же мы старались?

Б у б е н г о ф. Ню... кончилось? Кто имейт лёшади? (Зобнину.) Ви это?

3 о б н и н (уныло). А я на чём домой поеду?

К и ч к и н. Вот, Мокей... а?

Т и п у н о в. Да-а... как же это? Ничего не слыхать было...

(Все трое сошлись и совещаются о чём-то. Князь тихо разговаривает с Марьей. Костя старается подслушать. Татьяна увлечена игрой с Евстигнейкой.).

П а с с а ж и р (входит, очень обрадован, Бубенгофу). Вы... мейн герр, что ли? Шпрехен зи дейч? (Говорите ли вы по-немецки? (нем.) - Ред.).

Б у б е н г о ф (гордо). Jawohl! Naturlich! (Ну конечно! Разумеется! (нем.) - Ред.).

П а с с а ж и р (тыкая его пальцем в живот). Пруссия! Уважаю! А поезд мой - ушёл! Хотел я записать об этом в жалобную книгу, да у жены начальника станции зубы болят... жалко его!

Б у б е н г о ф. Што ви хотит от мене?

П а с с а ж и р (удивлённо). Второй раз, брат, не попадаю я в поезд! А ехать мне ещё вёрст триста... каково, а?

Б у б е н г о ф. Но што ви желайт?..

П а с с а ж и р. Выпить желаю... Идём нах буфет! (Бубенгоф идёт охотно.) Да познакомь меня с этим... князь он, что ли...

Б у б е н г о ф (наливая водки). О нет...

П а с с а ж и р. От... почему? (Пьёт.).

Т а т ь я н а (смеётся). Ой, господи...

П а с с а ж и р. Прекрасная буфетчица - отпочему вы смеётесь?

Т а т ь я н а. Да нет же такого слова!

П а с с а ж и р. Отпочему нет? Выпьемте, дорогая, за здоровье моей тётки, ей-богу... Умирает она... а я еду к ней... я - наследник! Ура!

Т а т ь я н а. Ну какой же вы смешной...

(Дверь из уборной широко распахнулась - вылетел Евстигнейка, упал перед князем на колени. Князь отскочил, Марья взвизгнула, Татьяна хохочет. Бубенгоф схватил Евстигнейку за плечи, все остальные - удивлены, но охвачены любопытством, ожидают скандала. Пассажир садится рядом с Татьяной, приветливо улыбаясь ей, и тоже начинает смеяться пьяным смехом.).

Б у б е н г о ф. Што такой, эй...

Е в с т и г н е й к а (бьётся). Подь ты к чёрту, рыжий! Ваше сиятельство, дозвольте отечеству пользу принести! Семь годов работал, разорился...

К н я з ь. Что с вами? Кто вы?

Е в с т и г н е й к а. Тутошний слесарь... все знают... всеми осмеян... для пользы родины, ей-богу! Даром отдам, только бы работала она...

К н я з ь. Кто-о? (Ко всем.) Господа - что это? Что за человек?

К о с т я (передёрнув плечами). Просто - машину выдумал...

П а с с а ж и р (засыпает). Сосед... разбудите меня...

Е в с т и г н е й к а. Ваше сиятельство! Перепетум состроил я...

Б у б е н г о ф. Што он говорит?

Т и п у н о в. Не знаю! Это немцы всё знают, а мы... куда нам!

Е в с т и г н е й к а (со слезами). Перепетум, барин, ей-богу! Вся надежда на вас... последняя!.. А то - пропал я! Очень уж просто: вроде станка она, в каком лошадей куют...

К н я з ь. Что ему нужно?

К и ч к и н (угрюмо). Вот и догадайся...

Е в с т и г н е й к а (воодушевлённо). А в серёдке - колесо с ковшами, вроде мельничного. Ежели теперь наверху станка поставить человека, чтобы он в ковши эти гири али булыжники бросал, - колесо вертится, ей-богу! Без останову будет вертеться, весь век, только тяжести давай ему...

Б у б е н г о ф (догадался). О, это перпетуум... ф-фа! (Хохочет.) Перпетуум!

К н я з ь (расстроен). Нет, я не могу... я - извиняюсь... Я пойду просить... тут должны быть лошади!

Б у б е н г о ф (Кичкину). Где ваши лёшади?

К и ч к и н (усмехаясь). А тебе на что? Ты конокрад али кто?

Б у б е н г о ф. Ми... нужно ехать!

Т и п у н о в (вежливо). С богом! Мы середь дороги вашей не стоим!

Б у б е н г о ф (Зобнину). Лёшади?

3 о б н и н. Костя, чего он ко мне лезет?

К н я з ь (ко всем). Господа... вы, кажется, обиделись... но лес запродан давно уже... Слушайте, Бубенгоф... надо спросить начальника станции... он устроит лошадей... (Идёт к двери, прикрываясь Бубенгофом, и бормочет.) Я очень благодарен за честь... ваше простодушие... до свиданья...

М а р ь я (Татьяне). Фи, какой невежа! (Татьяна расспрашивает её о чём-то.).

Е в с т и г н е й к а (вставая на ноги). Что же, понял он али нет?

Т и п у н о в. Поймут они, дожидайся!

З о б н и н. Больно нужны мы им!

Е в с т и г н е й к а (бросаясь к двери). Эх, пойду я...

К о с т я (хватая его). К-куда?

Е в с т и г н е й к а. Он не понял... пусти!

К о с т я. Хошь - поднесу?

Е в с т и г н е й к а (отчаянно). Давай... для храбрости! Пропало моё дело! (Костя поит его из всех бутылок по очереди.).

3 о б н и н. Что, брат, Иван Иваныч?

К и ч к и н. Н-да-а! Ведь вот, глядите-ка, человек эдакой обходительный, ласковый... а продать - успел!

Т и п у н о в. Продавать они навострились!

3 о б н и н. Пропали все наши труды... (Выглядывая за дверь.) Старуха его сцапала-таки...

К и ч к и н. Мастера они продавать...

(Все, грустно вздыхая, молчат. Костя занят с Евстигнейкой, в углу храпит пассажир.).

М а р ь я (вполголоса). Я даже думаю, что он не понимает французского языка...

Т а т ь я н а. Видит - дама стоит пред ним с подносом, руки у неё дрожат, и хоть бы спасибо сказал...

М а р ь я. Очень невежлив с женщинами...

Т а т ь я н а. Другой бы... (Шепчет.).

М а р ь я. Конечно!

Т и п у н о в. Эх, братья! Выпьем, что ли?

3 о б н и н. Не домой же везти всю эту провизию... Татьяна, наливай-ка!

Т а т ь я н а (Зобнину). А он вовсе не глухой...

К и ч к и н. Какое нам от этого удовольствие?

Т и п у н о в (указывая на пассажира). Вот ещё горемыка...

3 о б н и н. Он чего тут?

Т и п у н о в. От поезда остался!

(Все пьют.).

К о с т я. Разбудить надо этого...

Е в с т и г н е й к а (пьяный). Уши ему тереть надо... дайте я его сейчас...

3 о б н и н. Он и так воспрянет... Костя, поднеси ему к носу рюмку!

К о с т я (поднося). Путешествующий! Москва близко!

Т и п у н о в (толкнул Костю под локоть). Эко!

(Костя облил пассажира вином - все хохочут.).

К и ч к и н (добродушно). Вот, Мокей, спорили мы с тобой, спорили...

3 о б н и н (так же). А ничего и не вышло... Прямо сказать - зря мешали друг другу!

К и ч к и н. Уж больно ты ловок!

3 о б н и н. А ты - жаден! И отчего ты так жаден?

К и ч к и н. Али заметно?

3 о б н и н. Страсть! Прямо - зверь... А куда тебе? Помрёшь скоро...

К и ч к и н. Это верно! Жить мне мало осталось... Так это я, по привычке...

3 о б н и н. Ну, давай, ещё хватим!

К и ч к и н. Да и тебе хочется помешать... уж больно ты ловок... забегаешь больно...

(В углу занимаются с пассажиром.).

Т и п у н о в (озабоченно). Нет ли табаку нюхального где? Табаку бы ему в нос насыпать...

К о с т я. Стой... Проснулся...

П а с с а ж и р (испуганно). Какая... какая станция?

Т и п у н о в. Та же!

(Дамы смеются. Костя делает страшное лицо, наклоняясь к пассажиру.).

П а с с а ж и р. Позволь... опять вы?

(Все хохочут.).

Т а т ь я н а. Ой, умру... ах!

М а р ь я (смеясь). Что это, право... точно маленькие...

3 о б н и н. Костянтин! Зови начальника и всех желающих... одним нам не допить всё это... эвона сколько тут! Эхма, братья, не везёт нам, не за нас судьба...

Занавес.

1910 г.

ПРИМЕЧАНИЯ.

Впервые напечатано в журнале "Современный мир", 1010, номер 9, сентябрь, под заглавием "Встреча", с подзаголовком "Пьеса", и одновременно отдельной книгой под названием "Дети", с подзаголовком "Комедия в одном действии", в издательстве И.П.Ладыжникова, Берлин (без обозначения года издания).

Пьеса написана М.Горьким не позднее лета 1910 года.

В ноябре 1910 года М.Горький писал М.М.Коцюбинскому: "Посылаю Вам на память "Встречу" - может, читая, улыбнётесь разок" (Архив А.М.Горького).

Начиная с 1923 года, пьеса включалась во все собрания сочинений.

Печатается по машинописному тексту, подготовленному автором в 1910 году для издательства И.П.Ладыжникова (Архив А.М.Горького).