Этнографическое описание народов России.

МОНУМЕНТАЛЬНОЕ ОПИСАНИЕ РОССИИ. НАРОДЫ СТРАНЫ В ГОД ЕЕ ТЫСЯЧЕЛЕТИЯ.

В итоге многолетних научных экспедиций, путешествий, сбора вещественных, письменных и изобразительных материалов российская наука к концу XVIII века накопила большой запас этнографических сведений. Обобщающим трудом по всем народам Российской империи, описанию их хозяйства, образа жизни, внешности, одежды, то есть первой сводной этнографической работой, стало «Описание всех обитающих в Российском государстве народов…» Иоганна-Готлиба Георги[1].

Кругосветные экспедиции начала XIX века, путешествия в страны Азии, Африки, Америки, Океании существенно раздвинули рамки известного мира. Наряду с изучением среднеазиатских и кавказских народов постепенно нарастал возникший в последние десятилетия XVIII века исследовательский интерес к быту русского народа. Накапливаемый фактический материал частично публиковался в отчетах о путешествиях, частично попадал в периодические издания, большая же часть его оставалась неизвестной широкой публике.

С 1840-х годов начался новый этап становления этнографической науки, связанный с поисками путей дальнейшего развития России. Важной вехой в этой связи является 1845 год — дата основания Русского географического общества. Среди его учредителей были видные деятели науки того времени: мореплаватели и адмиралы Иван Крузенштерн и Фердинанд Врангель, естествоиспытатель, основоположник эмбриологии, антрополог Карл Бэр, астроном и геодезист Василий Струве, геолог Григорий Гельмерсен, статистик и этнограф Петр Кеппен, писатель, лексикограф и этнограф Владимир Даль. Этнография сразу заняла почетное место в системе Русского географического общества, и уже в первые годы его деятельности была составлена и издана первая «Этнографическая карта Европейской России» (1851). Географическое общество, получившее поддержку правительства, организовывало многочисленные экспедиции и путешествия, рассылало программы для сбора этнографического материала, обрабатывало полученные данные и публиковало их в своих изданиях, ставило вопрос об организации Этнографического музея.

Образы людей из народа продолжали оставаться в поле зрения художников второй трети XIX века. В 1840-х годах публиковались литографии Игнатия Щедровского, Рудольфа Жуковского, представляющие русские народные типы. Группа художников под руководством Василия Тимма участвовала в издании альманаха «Наши, списанные с натуры русскими» (1841–1842), где были представлены типажи петербургских улиц от светских франтов до дворников и разносчиков. Но изображений этнографических типов Российской империи, помимо приведенных в классическом сочинении Георги и в альбомах «Народы России» с гравюрами Емельяна Корнеева и «Бытовые сцены, пейзажи, обычаи и костюмы Кавказа» с рисунками князя Григория Гагарина[2], практически не существовало. Научная ценность этих изданий оставалась неизменной. Что касается самих типажно-костюмных образов, то они, в свое время бывшие художественным явлением, к середине XIX века сохранили лишь значение иллюстраций в этнографических трудах.

Восполнить пробел в изучении и отображении костюмов, быта и образа жизни народов Российской империи в тот момент, когда имевшиеся публикации уже не соответствовали уровню этнографической науки, художественным требованиям и полиграфическим возможностям новой эпохи, позволило фундаментальное исследование, подготовленное Густавом-Теодором Паули. Этот новый сводный труд по этнографии всех народов России увидел свет под заглавием «Description ethnographique des Peuples de la Russie» («Этнографическое описание народов России»)[3]. Издание, которое часто называют сокращенно «Народы России», было выполнено на основе самых свежих данных, какими располагала наука того времени, преимущественно по материалам Русского географического общества.

Густав-Теодор Паули (Gustave Theodor Pauly, 1817–1867), или Федор Христианович, как его называли в России, немец по происхождению, получивший образование в Берлинском университете, начинал свою карьеру как военный[4]. На русскую службу Паули поступил в 1841 году корнетом в гусарский полк герцога Максимилиана Лейхтенбергского, но уже на следующий год вышел в отставку. Сменив несколько мест службы, он впоследствии много лет был учителем немецкого языка в Санкт-Петербургском Воспитательном доме, занимался литературными трудами, принимал деятельное участие в основании Российского общества покровительства животным, состоял действительным членом Русского географического общества. Именно последнее обстоятельство сыграло, по-видимому, важную роль в судьбе этого человека, дав возможность заняться этнографией, познакомиться со многими видными учеными того времени и, в конечном итоге, заслужить благодарную память потомков за подготовку и издание фундаментального труда «Народы России».

«Description ethnographique des Peuples de la Russie» представляет собой объемистый том большого формата и состоит из предисловия, этнографических очерков с подробным описанием быта разных народов, иллюстраций, их перечня, этнографической карты, краниологической таблицы, а также таблиц численности населения по народам и губерниям. Издание вышло в Санкт-Петербурге на французском языке, но подписи под иллюстрациями (названия народов) даны также и на русском. Это свидетельствует о том, что оно было рассчитано как на иностранного читателя, так и на образованное российское общество, владевшее иностранными языками и обладавшее средствами для приобретения столь дорогостоящей книги.

В подготовке издания, помимо Паули, принимали участие Карл Бэр (Carl Ernst von Baer) и Родерих фон Эркерт (R. von Erckert). Бэр, известный ученый-естествоиспытатель, путешественник, один из учредителей Русского географического общества, академик Петербургской академии наук, написал предисловие и составил краниологическую таблицу (изображения черепов представителей разных народов). Эркерт осуществлял сбор и обработку статистических данных. Автору помогали и другие члены Географического общества: Петр Кеппен, Фердинанд Видеманн, Марий Броссе и др.

Тем не менее «терпение, трудолюбие и самоотвержение в отношении употребленных на издание денежных средств, обнаруживающееся в истории этого труда, дает полное право приписать Паули немалую заслугу в совершении этого дела. До него сделано было для обработки данных, собранных об этнографии народов, обитающих в России, весьма мало. С 1812 по 1860 гг. не было ни одного сочинения о полном составе русского населения, а художественная сторона дела, собирание этнографических рисунков со времени Рота (1774 г.) мало продвинулось вперед. Итак, несмотря на разные промахи, сочинение Паули имело, в свое время, полное право считаться единственным в своем роде»[5].

В предисловии Бэр подчеркнул важность этнографического изучения народов России не только с исторической, но и с административной точки зрения. Он указал на возрастание интереса к этой теме, перечислил немногие труды, которые уже существовали, отметив их достоинства и, возможно, несколько преувеличив недостатки. Академик сожалел о слабой осведомленности ученого мира и тем более широкой публики об этих изданиях, о том, что познакомиться с ними возможно лишь в крупных библиотеках. Бэр высоко оценил роль Паули, который составил этот фундаментальный труд, основываясь главным образом на уникальных коллекциях Географического общества. В 1857 году в рукописи, но с рисунками книга была поднесена императору Александру II и заслужила его одобрение. Несколько лет спустя Паули удалось — и снова при поддержке Русского географического общества — издать книгу в связи с празднованием тысячелетия Российского государства.

В издании «Народы России» представлены индоевропейские — славянские и иранские — народы и переселенцы из их числа, проживающие в России; народы Кавказа, урало-алтайские, «татарские» и «монгольские». Также описаны народы Восточной Сибири, Камчатки и, в конце, — Русской Америки.

О каждой народности приводятся такие сведения как ее история, географическое положение занимаемой территории, климат, религия, статистические данные. Описываются внешность людей, их костюмы, образ жизни, занятия и т. д. Особенно подробный очерк посвящен русскому народу.

62 великолепные цветные иллюстрации, выполненные в технике литографии, составляют неотъемлемую часть издания 1862 года. Рисунки для книги, сделанные с натуры (что подчеркнуто в предисловии), поистине замечательны. Они с большой полнотой и точностью запечатлели костюмы и быт жителей России середины XIX века. Под каждой иллюстрацией содержатся сведения о художниках и граверах, подготовивших данный лист. Среди имен русских и иностранных художников, делавших рисунки, встречаются как известные, так и почти забытые впоследствии: Карл Гун, С. Павлов, Август Петцольд, Карпов, Виаль, Джиржановский и др. Есть гравюры, под которыми подписано, что рисунки выполнены по коллекциям, принадлежащим Императорскому Русскому географическому обществу, или — что они сделаны по оригиналам других художников (например: «по оригиналу Тимма рисовал Карпов»). А подписи под изображениями кавказских горцев свидетельствуют, что рисунки сделаны с натуры Ф. Тейшелем или по оригиналам князя Гагарина.

Заказы на изготовление литографий были размещены в разные мастерские: «Winchelman et fills» в Берлине, «Imprimerie par J. В. Kuhn» в Мюнхене, «A. Charpentier, Imp. Lemercier» в Париже и другие, названия которых также указаны на листах. Хотя альбом создавался усилиями разных рисовальщиков, граверов и литографов, и это сказалось в том, что иллюстрации несколько различаются по манере исполнения, колориту, степени разработанности сюжета, однако их высокая точность и мастерство исполнения практически неоспоримы.

На большинстве листов представлены одна, две или три фигуры в разных позах и ракурсах, наиболее выигрышно демонстрирующих костюмы. Но есть и многофигурные композиции, объединенные каким-либо условным сюжетом, что создает впечатление жанровой сценки. На одних литографиях персонажи статичны, на других показаны за каким-либо занятием. Все фигуры изображены на фоне пейзажа, фасада или интерьера жилища — в зависимости от того, что художникам представлялось наиболее типичным для данной местности. Иллюстрации тяготеют к живописности, цвета яркие, насыщенные, тонко проработаны мельчайшие детали костюмов, орнаменты тканей, украшения, выразительны лица, соответствующие этническим типам. Достоверность изображениям придают такие детали как предметы быта, музыкальные инструменты, оружие.

Одна из первых литографий альбома, под названием «Великороссияне центральных губерний», представляет группу людей, возможно, даже членов одной семьи, живописно расположившихся на крыльце новенькой избы, окно которой украшено расписными ставнями, а крыша — деревянной резьбой. На первом плане изображен мужчина в красной косоворотке, черных штанах и сапогах, играющий на балалайке. Слушатели — молодая девушка в сарафане, женщина в душегрейке и кокошнике, пожилой человек в темном кафтане — словно поглощены его игрой. Их лица красивы, позы по-театральному изящны, костюмы красочны. На заднем плане, разрушая идиллию, выглядывает мужичок в армяке и картузе, пытающийся то ли привлечь к себе внимание, то ли — стянуть что-то.

Среди других в альбоме помещена иллюстрация «Немецкие колонисты (с окрестностей С.-Петербурга)» — две молодые женщины и мужчина, стоящие на фоне аккуратного деревянного дома. Это едва ли не единственное изображение немецких поселенцев в России второй половины XIX века. Костюмы женщин — длинные юбки, кофты с пышными рукавами, светлые передники нежных расцветок, украшенные тонкой вышивкой и кружевами, чепчики, подвязанные под подбородками, — по-немецки аккуратны и несут отпечаток городской моды 1850-х годов. Молодой человек одет в костюм, который также не имеет ничего общего с традиционным, за исключением принятых в среде немецких колонистов синих расцветок, и соответствует распространенному в то время наряду горожанина.

«Народы России» — исключительное по своему научному и художественному значению сочинение — стали новым, на многие последующие десятилетия хрестоматийным сводом изображений костюмов народов России. «Приходится пожалеть, что эта книга не появилась на русском языке и вообще осталась мало известна… представляя теперь большую библиографическую редкость»[6].

С момента выхода в свет это издание служит образцом для подражания художникам, источником этнографических сведений для исследователей народов России. Иллюстрации из него не раз воспроизводились в сочинениях исторического и этнографического характера, появлялись и продолжают появляться на страницах периодических и продолжающихся изданий. Так, уже в 1870-х годах черно-белыми гравюрами, выполненными с литографий Паули, часто дополнялись публиковавшиеся в иллюстрированном журнале «Нива» материалы о народах России. В выпусках журнала «Природа и люди» 1880 года было опубликовано несколько цветных иллюстраций из того же труда в качестве изобразительного материала к циклу статей о разных народах. Небольшая часть литографий из издания Паули прекрасно воспроизведена в каталоге «Костюм народов России в графике 18–20 веков»[7].

Анна Жабрева.