К истокам Тихого Дона.

3. Уход Добровольческой армии из Ростова на Кубань (февраль 1918г.).

В сопровождении своего адъютанта ротмистра Шапрона он [Алексеев] 2-го ноября прибыл в Новочеркасск и в тот же день приступил к организации вооруженной силы...

6 Декабря «старик» [Корнилов]... прибыл в г.Новочеркасск...

К 9 февраля отряд Черепова... под напором противника подходил уже к Ростову, обстреливаемый и с тыла... казаками Гниловской станицы... На Темернике — предместьи Ростова рабочие подняли восстание и начали обстреливать вокзал. В этот день Корнилов отдал приказ отходить за Дон, в станицу Ольгинскую.

А. И. Деникин («Очерки. . . », Т. 2, С. 155-156) (С. 222).

2 Ноября в Новочеркасск прибыл в сопровождении ротмистра Шапрона генерал Алексеев. Переговорив с Калединым, он принялся за организацию добровольческих отрядов.

6 Декабря в Новочеркасске появился Корнилов...

9-Го утром в Ростов вошел отряд капитана Чернова, теснимый Сиверсом, с тыла обстреливаемый казаками Гниловской станицы... Корнилов... в этот же день отдал приказ об уходе на станицу Ольгинскую. Весь день по вокзалу и офицерским патрулям постреливали с Темерника рабочие.

М. А. Шолохов (V, 3, 247) (V, 18, 287).

Более сложный вопрос — почему именно линии Листницкого уготована такая неблагодарная судьба. Можно предположить, что молодому Шолохову были практически неизвестны нюансы психологического облика представителей этой социально-общественной силы, недоступно понимание их мировоззрения и политической позиции — задача переработки и адаптации образа к собственному тексту была для него трудноразрешимой.

«Шолохов не раз говорил, что Листницкий не его герой».[28].

Но ведь существуют замечательно написанные главы и эпизоды с участием Евгения Листницкого. Очевидно, что «простого» объяснения здесь недостаточно, интересно лишь отметить реакцию самого Шолохова на вопрос И.Экслера:

«План романа, задуманного двенадцать лет назад, в процессе работы менялся?».

Ответ Шолохова был таков:

«Только детали, частности. Устранялись лишние, эпизодические лица. Приходилось кое в чем теснить себя. Посторонний эпизод, случайная глава — со всем этим пришлось в процессе работы распроститься».[29].

Искусственность «вставок» хорошо видна на примере уже рассмотренного эпизода заимствования из гл.17 четвертой части. В начале этой главы описывается движение эшелонов 3-го конного корпуса на Петроград, в составе которого были и казачьи части. От описания общей картины движения войск авторское повествование постепенно переходит к полку 1-й Донской казачьей дивизии, [30] в котором ранее служил Листницкий и куда в дальнейшем должен явиться агитатором дезертировавший из полка Бунчук.

Последовательное описание общей картины корниловского движения и ситуации в полку 1-й Донской дивизии разрывается синтезированным фрагментом из «Очерков...» Деникина и воспоминаниями «На внутреннем фронте» Краснова, в которых рассказывается о действиях 3-й бригады Туземной дивизии «под командованием князя Гагарина». Вставленный отрывок не имеет никакого отношения к последующему тексту так же, как и Туземная дивизия в романе — к 3-му конному корпусу и донским полкам.