Хождение с Богом.

Это серия историй о том, что можно назвать хождением с Богом в течение года.

В этом состоит наша глубочайшая человеческая нужда, ибо мы призваны научиться жить в близости с Богом. Для этого мы были созданы. В самом начале нашей истории, до грехопадения человека, до того, как Земля сорвалась с орбиты и завертелась в хаосе, существовал райский сад, называемый Эдем. По замыслу Бога в нем жили первый мужчина и первая женщина. Их история важна для нас, потому что мы должны быть такими, какими были они, и мы должны иметь то, что имели они. Помимо всех прочих радостей более всего они наслаждались общением с Богом. Они разговаривали с Ним, Он разговаривал с ними.

Именно для этого были созданы вы и я. И это мы должны возродить.

Я провел слишком много лет, пытаясь самостоятельно построить собственную жизнь. Я читал книги, ходил на курсы и всегда прислушивался к людям, которые, как казалось, знали что-то важное. Бывало, я замечу, что дети соседа хорошо себя ведут, и подумаю про себя: «Что они делают такого, чего не делаю я? А, их дети занимаются спортом. Может, и мне отдать детей в спортивные секции?» После разговора с человеком, который, казалось, достиг серьезных успехов, я думал: «Он так начитан. Я же определенно читаю недостаточно. Нужно больше читать». Узнав, что коллега процветает в финансовом отношении, я говорил себе: «О, он умеет управлять деньгами, мне тоже нужно этому научиться». Мы все это делаем, мы все смотрим друг на друга, оцениваем, наблюдаем и приспосабливаемся к новому, пытаясь найти ключи к тому, чтобы в нашей жизни все заработало.

В результате мы составляем целые списки. Однако в конце концов оказываемся связанными собственными решениями, обещаниями и обязательствами. Стоит ли мне сейчас почитать, а может, заняться физическими упражнениями или посвятить время сыну?

Добрая весть состоит в том, что таким образом жизнь выправить невозможно. Невозможно узнать достаточное количество принципов и секретов, чтобы жизнь была успешной. Не в этом состоит наша задача, да и Бог этого не допустит. Ибо Он знает, что если мы преуспеем без Него, то отдалимся от Него бесконечно далеко. Мы начнем верить в ужасающие вещи и придем к заключению, что сами со всем справимся: если только сильно постараться, я все смогу. Такой подход к жизни, такая попытка справиться со всем самостоятельно и оказаться победителем в игре под названием «жизнь» — абсолютно безбожна. То есть полностью исключает присутствие Бога. Это имеет привкус и запах того, что делали несчастные люди, пытавшиеся построить Вавилонскую башню, они совсем не похожи на тех, кто ходил с Богом в саду во время прохлады дня.

Поэтому мой выбор — жизнь с Богом. Может быть, вы слышали одну старую поговорку: «Дайте человеку рыбу, и вы накормите его один раз. Научите его ловить рыбу, и вы накормите его на всю оставшуюся жизнь». То же можно сказать о самой жизни. Если вы дадите человеку ответ, правило или принцип, то поможете ему разрешить одну проблему. Но если вы научите его ходить с Богом, тогда вы поможете ему разрешать все проблемы до конца его жизни. Вы поможете ему припасть к неисчерпаемому источнику руководства, комфорта и защиты.

На самом деле, подумайте, если бы у вас появилась возможность сблизиться и поговорить с самым мудрым, самым щедрым и опытным человеком в мире, разве вы не захотели бы провести время с ним вместо, скажем, попытки пробиться в этой жизни самому?

Какой бы ни была ваша ситуация, и будь вы мясником, булочником или производителем свечей, наша самая насущная и самая неизбывная нужда заключается в том, чтобы научиться ходить с Богом. Слышать Его голос. Следовать за Ним шаг в шаг. Это самый важный поворот событий, который может произойти в жизни любого человека, ибо это приведет его назад, к источнику жизни. Все остальное, чего мы желаем, придет к нам из этого единения с Ним.

Но как войти в такую близость? Как научиться жить с Богом, ходить с Ним каждый день в близости и общении? Долгие годы с чувством неизбывной жажды я читал истории о таких ранних учениках, как Афанасий, которому помогал духовный гигант Антоний, или бенедиктинцы с Бенедиктом, или последователи Колумба, который жил на Ионе. И каждый раз я спрашивал себя: «Но где взять все это сегодня?» Все эти истории похожи на басни Эзопа. Очаровательные, но такие древние. Я не знаю никого, кто жил бы в одной хижине со своим гениальным духовным наставником, советником, отцом или руководителем, и тот в любое время, когда пожелает, мог бы наблюдать за событиями жизни своего ученика. Я знаю, что такие духовные отцы есть, и я молюсь о том, чтобы они увеличивались в числе. Но пока их мало. И потому у многих из нас нет выбора.

Тем не менее мы можем этому научиться. Возможно, у вас нет доступа к великим рыболовам сегодняшнего дня, но если вы понаблюдаете за тем, кто годами забрасывает сети, вы можете многому научиться. Когда мы со Стейси поженились, нам нравилось встречаться с супружескими парами, которые прожили вместе с десяток или пару десятков лет. У них тоже можно было многому поучиться, просто послушав их разговоры о том добром и недобром, что им пришлось пережить. По правде говоря, больше всего нам помогли их рассказы о тех ошибках, что он совершили. Тогда я понял, что, поделившись с вами моим опытом и выразив в словах то, что Бог мне показал, я смогу пролить свет на ваш опыт и выразить в словах то, что показывает вам Бог. Рассказывая эти истории, я ни в коем случае не утверждаю, что мой опыт — это единственный способ хождения с Богом. Но как сказал Джордж Макдональд: «Как нет Писаний с личным толкованием, так не может быть чувств в человеческом сердце, которые существовали бы и в других сердцах».

Итак, я предлагаю вам серию рассказов о том, что значит ходить с Богом в течение примерно года. Я раскрою для вас свои дневники. Или хотя бы какую-то их часть. Надеюсь, для вас это будут самые полезные свидетельства. Когда в 1935 году Эрнст Хемингуэй писал «Зеленые холмы Африки», он считал, что идет на достойный риск: «Я попытался написать совершенно правдивую книгу, чтобы посмотреть, смогут ли очертания страны и схема действий в течение одного месяца конкурировать с работой воображения». Насколько более ценной была бы наша решимость делиться друг с другом историями наших истинных встреч с Богом. Причем это не впечатляющие и поражающие всякое воображение встречи, но повседневные и обычные события в течение одного года жизни.

Некоторые из этих встреч откроют для вас новые горизонты. Я на это надеюсь. Способность слышать голос Бога сама по себе может стать новым очень волнующим уровнем, на каждом повороте жизни приносящим неожиданные радости. Конечно, вы столкнетесь с уроками, которые уже усвоили и пережили, и может, успешнее, чем я. Но, возможно, вы их уже забыли, К сожалению, мы склонны забывать свои даже самые драгоценные встречи с Богом. Вероятно, я смогу помочь вам вспомнить и вернуть то, что вы утратили. Все это поможет и вам рассказать свою историю, и вы сами увидите, что разворачивается перед вашим внутренним взором, и тогда утвердите это в своей памяти, чтобы уже никогда не потерять.

Вы заметите, что в этой книге нет разделения на главы. Жизнь не имеет четко разграниченных разделов с полезными подзаголовками и сносками. Нам не выдают конспект с описанием грядущего дня и подведением итогов перед сном. Жизнь — это серия событий, которые происходят с течением времени. И каждая история может чему-то научить. Следя за разворачивающимися событиями в течение определенных периодов, мы увидим повторение тем, рецидивы атак врага и руку Божью в происшествиях, казалось бы, никак не связанных друг с другом. Думаю, именно такой формат позволит нам делать остановки на пути в тех пунктах, где Бог заговорит к нам, прольет свет на нашу историю или научит чему-то новому. Заставьте себя остановиться в такие моменты! И пусть это будет для нас уроком дня. Не пытайтесь просто прорваться вперед! Не торопитесь, и пусть Бог говорит с вами.

Я уверен, возможны более глубокие отношения с Богом. Я уверен, мы можем научиться слышать Его голос. Но я также уверен, что для этого понадобится время, и нам всем нужна помощь в интерпретации событий нашей жизни и того, через что мы проходим. Поэтому я добавил в этой книге еще одно измерение. В определенных поворотных ситуациях на вашем пути вы увидите ссылку на веб-сайт www.walkingwithgod.net. На этом сайте я предлагаю дополнительную помощь, пояснение или совет через видеоролики. Это, конечно, несравнимо с общением с Антонием или Бенедиктом, но окажет существенную помощь в вашем хождении с Богом.

Мне очень нравится цитата Фридриха Бухнера:

В идее написания собственной биографии есть определенный дискомфорт. Когда люди спрашивают меня, над чем я работаю, то, отвечая на вопрос, я внутренне краснею. Как будто кому-нибудь это интересно…

Тем не менее я это делаю. Я делаю это, потому что вне зависимости от того, кто вы, и независимо от вашего красноречия или его отсутствия, если вы расскажете свою историю достаточно искренне и ясно, это будет интересная и в определенном смысле универсальная история…

Я думаю, что если Бог действительно разговаривает с нами не только через такие официальные каналы, как Библия и Церковь, тогда Он говорит в основном через то, что происходит с нами. Поэтому в своей книге я… снова прослушал то, что произошло со мной, и надеюсь, мои читатели захотят услышать то, что было с ними, и, самое главное, услышат Его голос… Ибо Его слово возвращается к нам снова, и оно бесценно.

Frederick Buechner, «Now And Then».

Прелюдия.

Научиться слышать Бога.

Слышать Бога.

Если бы я только послушал Его.

В нашей семье существует традиция каждый год после Дня благодарения отправляться в лес за рождественской елкой. Эта традиция зародилась, когда мальчики были совсем маленькими, и за последующие годы она превратилась в событие, которое помогает нам открыть сезон Рождества. В субботу утром мы укутываем детей и направляемся в заснеженные леса. Стейси наливает в термос горячий какао, я беру с собой веревку и пилу. Естественно, что каждый раз нам кажется, будто самая лучшая елка находится «за поворотом», а это еще одна миля, тогда семья разворачивается и бредет обратно к машине, а я спиливаю дерево, которое обязательно на три фута выше, чем нужно, и волоку его к машине. Все это часть нашей традиции.

И вот у нас есть елка, наша елка, и моя первая история связана с ней. Мы очень любим эту историю. И часто вспоминаем.

В прошлом году мы по традиции отправились за нашей елкой в выходные после Дня благодарения. В этом приключении была новизна, потому что мы купили участок земли в горах, и впервые собирались срубить елку на территории собственных владений, Я представлял, как семья в снегоступах пробирается через лес, представлял, как после этого мы греемся у камина, играем в настольные игры и делимся впечатлениями. Но все вышло не совсем так, как я представлял.

Ночью поднялась пурга, и все дороги оказались покрыты снегом по пояс. Тем не менее мы решили выбраться из дома, пока это было возможно. Однако найдя понравившуюся нам елку и собираясь уже вернуться домой, мы обнаружили, что наша машина сползла в канаву. Нам понадобилось больше часа, чтобы вытолкать ее оттуда. У нас с собой не было лопаты. Поэтому с переменным успехом, используя детские пластиковые салазки, мы кое-как сумели всей семьей заставить машину вернуться на проезжую часть.

После чего я решил проверить елку, которая в этот раз оказалась почти на метр выше, чем нужно. И тогда я обнаружил, что два колеса спущены. Не одно, а два. На улице было десять градусов мороза, с севера дул пронизывающий ветер. И, естественно, у меня было только одно запасное колесо, но не два. Кто же возит с собой два запасных колеса? У кого могут спустить сразу два колеса? У меня с собой был также специальный клей для склеивания резины, может, с ним мы сможем добраться до города. Но нет, клей замерз. Пока я разбирался со всеми этими проблемами, я включил аварийный сигнал, чтобы предупредить водителей о нашей ситуации. И теперь обнаружил, что аккумулятор сел.

В связи с этим на ум приходит только одно слово — катастрофа. Это была реальная катастрофа.

А теперь пора исповедаться. Мы не должны были отправляться в эту поездку.

Мы молились о выходных и спрашивали Бога о том, когда нам лучше поехать за елкой. Это было сразу после Дня благодарения (в пятницу), и мы оба, Стейси и я, почувствовали, что Бог велит нам поехать на следующий день. Но мы решили, что в этом нет смысла. Мы устали, а мальчики хотели повидаться со своими друзьями. Появилось множество «причин», чтобы не ехать, но главное, мы испытывали то неуловимое нежелание поверить, которое мы часто принимаем за усталость: «Бог, неужели нам это нужно делать именно сейчас?» Итак, мы проигнорировали Божий совет и отправились в лес на следующие выходные. Кстати, в выходные, когда Бог велел нам ехать, выдалась прекрасная погода — снега не было, день был солнечный и безветренный. И вечер был просто чудесным.

Но нет. Нам захотелось все сделать по-своему.

Как это поется в одном старом гимне? «Доверься и повинуйся, ибо нет другого способа быть счастливым в Иисусе, просто доверься и повинуйся». Той катастрофы можно было бы избежать, если бы мы просто послушались Бога.

Сила предположений.

Сегодня в книжном магазине я столкнулся с одним своим знакомым.

На самом деле я уже выходил, когда он окликнул меня, и тогда я повернулся, чтобы поздороваться с ним и поговорить немного. Мне показалось, что он… не совсем в порядке. Он был непохожим на прежнего себя. Я не знал почему. Я думал, что он, наверное, пережил какую-то утрату. Может, у него кто-то умер. Или же он долго болел. Не то чтобы он выглядел, как тяжелобольной человек, но в его лице было что-то такое, что наталкивало на мысль о серьезных проблемах. Вы знаете, как это бывает. На самом деле многие люди так выглядят. У них на лицах застыло выражение смятения и даже отчаяния. В процессе разговора стало понятно, что он пережил череду лет, которые можно охарактеризовать одним словом — разочарование.

Когда я уходил из магазина, то подумал: «Он подавал такие надежды. Что случилось?» Все дело в предположениях.

Он думал, что Бог, будучи любящим Богом, преодолеет в его жизни все проблемы вместо него. Он сделает его жизнь счастливой. Но поскольку все произошло иначе, ему было больно, и он пребывал в недоумении. Он пытался надеть на себя маску притворного благополучия, но, глядя на него, все равно было видно, что он уже ни в чем не уверен. Пожалуй, это наиболее распространенные, наиболее бесспорные и наивные предположения людей, верующих в Бога. Мы полагаем, что если мы верим в Бога, а Он есть любовь, значит, Он даст нам счастливую жизнь. А + В = С. Возможно, вы достаточно уверенный человек, чтобы провозглашать вслух такие предположения, но обратите внимание на тот шок, который люди испытывают, когда в их жизни случаются какие-то трудности. Обратите внимание на чувство одиночества, когда человеку кажется, что Бог его покинул и даже бросил в трудных обстоятельствах. Обратите внимание, что в такие моменты человеку кажется, что Бог где-то далеко, Ему безразлично, что с ним происходит, и Он не обращает на его жизнь никакого внимания.

Конечно, нельзя диагностировать жизнь человека, не зная конкретной ситуации или истории, которая привела к данным обстоятельствам, не зная, чего от этой ситуации хочет Бог. Однако у меня имеется достаточно подтверждающей информации, чтобы заявить, что тот конкретный человек был уверен в том, что христианская жизнь сводится в основном к вере в Бога и к хорошему поведению. Будь хорошим человеком. И все будет хорошо. Однако это всего лишь начало. Просто начало. Здесь в качестве примера можно сказать, что хорошая дружба означает, что друзья не предают друг друга. И это правильно. С этим все согласятся. Но в дружбе также есть много других составляющих помимо недопустимости предательства, не так ли? Я также знаю человека, который считает, что Бог на самом деле не говорит к Своим детям. И когда в его жизни наступили испытания и атаки, он не нашел для себя ни водительства, ни объяснений того, что происходит. Было печально наблюдать плоды заблуждений, которые ему пришлось собирать.

Я ушел из магазина, думая о предположениях и о том, как они либо помогают, либо ранят нас изо дня в день на протяжении всей жизни. Наши предположения влияют на интерпретацию происходящих с нами событий, и они являются движущей силой, направляющей нашу жизнь. Очень важно, чтобы мы внимательно их исследовали. Жизнь за одну неделю может предоставить нам сотни возможностей разобраться с нашими предположениями. Особенно если мы ходим с Богом.

Я хочу обратить ваше внимание на одно из моих предположений. Я считаю, что вполне возможна близкая жизнь с Богом и интимное, близкое с общение Ним, причем такая жизнь для нас должна быть нормой. Сделаем еще один шаг вперед. Я заявляю, что если вы не находитесь в таких взаимоотношениях с Богом, ваша духовная жизнь находится в застое. И этот факт будет мешать вам всю оставшуюся жизнь. Без Бога жить невозможно, и мы не сможем найти Бога, если мы не знаем, как ходить с Ним в близости. Отрывок из Евангелия от Иоанна покажет, что я имею в виду. Здесь Иисус говорит о Своих взаимоотношениях с нами, о том, что Он есть Добрый Пастырь, а мы — Его овцы. Послушайте, что Он говорит о таких взаимоотношениях:

Истинно, истинно говорю вам: кто не дверью входит во двор овчий, но перелазит инде, тот вор и разбойник; а входящий дверью есть пастырь овцам. Ему придверник отворяет, и овцы слушаются голоса его, и он зовет своих овец по имени и выводит их. И когда выведет своих овец, идет перед ними; а овцы за ним идут, потому что знают голос его…

Я есмь дверь: кто войдет Мною, тот спасется, и войдет и выйдет, и пажить найдет. Вор приходит только для того, чтобы украсть, убить и погубить. Я пришел для того, чтобы имели жизнь и имели с избытком (Иоан. 10:1–4,9,10).

Овцы живут в опасной стране. Они могут обеспечить себе безопасное продвижение и хорошие пастбища, только если следуют за своим пастырем. Тем не менее многие христиане полагают, что они смогут обрести жизнь, которую приготовил для нас Бог, следующим образом. (А) Им следует верить в Бога, (В) быть хорошим человеком, и (С) тогда Он обеспечит все остальное. А + В = С. Однако Иисус говорит, что в этом уравнении есть и другие компоненты. Он действительно приготовил для вас такую жизнь. Жизнь с избытком. Но вы должны помнить, что рядом с вами постоянно крутится один вор. Он попытается уничтожить вас. Кроме него есть еще ложные пастыри. Их нельзя слушать. Нельзя просто бродить в поисках хорошего пастбища. Нужно не просто верить в Меня, Нужно держаться ко Мне насколько можно ближе. Нужно слушать Мой голос. И позволить Мне вести вас за Собой.

И вот вам одна мысль: если вы не думаете так, как думает Иисус, вы не сможете обрести ту жизнь, которую Он для вас приготовил.

Говорит ли Бог к Своим людям, как раньше?

Вчера я разговаривал по телефону с молодой женщиной, которая задавала мне вопросы для какой-то статьи. Она спросила, о чем я пишу книгу, и я попытался объяснить это следующим образом: «Это своего рода руководство по хождению с Богом. О том, как слышать Его голос». Я рассказал ей несколько историй (среди них была история, связанная с поиском рождественской елки). Она долго молчала, и это молчание было многозначным, свидетельствующим о большой нужде и больших сомнениях. Наконец, она спросила: «Что вы говорите людям, которые не ощущают такой близости с Богом?» Что-то в тоне ее голоса подсказало мне, что она не живет христианской жизнью, о которой я говорил. Может, потому, что никто ей не говорил о реальности такой жизни, а может, потому, что никто не показал ей, как жить такой жизнью.

Но действительно ли Бог настолько близок к нам? С этого и следует начать разговор на эту тему.

На первый взгляд может показаться, что я напрасно потревожил Бога всей вселенной своими вопросами о времени для поиска новогодней елки. Действительно ли Богу интересны такие пустячные вопросы? Неужели Он действительно настолько близок к нам? Давайте начнем вот с чего — Бог воистину знает нас очень близко.

Господи! Ты испытал меня и знаешь. Ты знаешь, когда я сажусь и когда встаю; Ты разумеешь помышления мои издали. Иду ли я, отдыхаю ли — Ты окружаешь меня, И все пути мои известны Тебе. Еще нет слова на языке моем, — Ты, Господи, уже знаешь его совершенно.
Сзади и спереди Ты объемлешь меня, И полагаешь на мне руку Твою, Дивно для меня ведение Твое, — Высоко, не могу постигнуть его!
Куда пойду от Духа Твоего, И от лица Твоего куда убегу? Взойду ли на небо — Ты там; Сойду ли в преисподнюю — и там Ты. Возьму ли крылья зари И переселюсь на край моря, — И там рука Твоя поведет меня, И удержит меня десница Твоя.
Скажу ли: «может быть, тьма скроет меня, И свет вокруг меня сделается ночью»; Но и тьма не затмит от Тебя, И ночь светла, как день: как тьма, так и свет.
Ибо Ты устроил внутренности мои И соткал меня во чреве матери моей. Славлю Тебя, потому что я дивно устроен. Дивны дела Твои, и душа моя вполне сознает это. Не сокрыты были от Тебя кости мои, Когда я созидаем был в тайне, Образуем был во глубине утробы. Зародыш мой видели очи Твои; В Твоей книге записаны все дни, Для меня назначенные, Когда ни одного из них еще не было.
Как возвышенны для меня помышления Твои, Боже, И как велико число их! Стану ли исчислять их, Но они многочисленнее песка; Когда я пробуждаюсь, Я все еще с Тобою (Пс. 138:1-18).

Что бы мы ни думали о нашей близости к Богу на данный момент, фактом остается то, что Бог знает нас очень близко. Он знает, во сколько вы вчера легли спать. Он знает, что вы видели во сне. Он знает, что вы ели на завтрак сегодня утром. Он знает, где вы потеряли ключи от машины, что вы думаете о своей тетушке и почему сегодня в половине третьего вы хотите улизнуть от босса, В Писании об этом ясно сказано. Он вас знает. Очень близко.

Но ищет ли Бог близости с нами?

Однако давайте начнем с начала. Первые люди, Адам и Ева, знали Бога и разговаривали с Ним. И даже после их грехопадения Бог искал их. «И услышали голос Господа Бога, ходящего в раю во время прохлады дня; и скрылся Адам и жена его от лица Господа Бога между деревьями рая. И воззвал Господь Бог к Адаму и сказал ему: Адам, где ты?» (Быт. 3:8, 9). Какая прекрасная история. В ней говорится о том, что Бог жаждет общения с нами и ищет нас, даже когда мы в грехе. В остальной части Библии продолжается повествование о том, как Бог ищет нас и призывает вернуться к Нему.

Господь с вами, когда вы с Ним; и если будете искать Его, Он будет найден вами; если же оставите Его, Он оставит вас (2 Пар. 15:2).

И дам им сердце, чтобы знать Меня, что Я Господь, и они будут Моим народом, а Я буду их Богом; ибо они обратятся ко Мне всем сердцем своим (Иер. 24:7).

Так говорит Господь Саваоф: обратитесь ко Мне, говорит Господь Саваоф, и Я обращусь к вам, говорит Господь Саваоф (Зах. 1:3).

Приблизьтесь к Богу, и приблизится к вам; очистите руки, грешники, исправьте сердца, двоедушные (Иак. 4:8).

Да приступаем к Богу с искренним сердцем (Евр. 10:22).

Близость с Богом — смысл всей нашей жизни. Именно для этой цели Бог сотворил нас. Мы созданы не просто для того, чтобы верить, хотя это хорошее начало. Мы созданы не только для того, чтобы повиноваться Ему, хотя это более высокий уровень. Бог создал нас для близкого общения с Собой, и в этом Он установил цель нашего существования. Это значит, что мы должны познавать Его, любить Его и прожить нашу жизнь в близком общении с Ним. Иисус говорит, что вечная жизнь состоит в познании Бога (см. Иоан. 17:3). Не в том, чтобы просто «знать о Нем» примерно так, как вы знаете об озоновом слое атмосферы или знаете об Улиссе С. Гранте. Он имеет в виду познание в том смысле, в каком двое людей могут близко знать друг друга и как Иисус знает Отца — очень близко.

Но говорит ли Бог к Своим людям?

Вы можете представить взаимоотношения, в которых вообще не было бы разговоров? Что бы вы подумали о двух хороших друзьях, которые встретились в кафе, чтобы посидеть за чашкой кофе, и когда вы подошли к ним через час после их встречи и спросили, о чем они разговаривали, они ответили бы, что ни о чем? Вы можете представить, что в течение целого часа хорошие друзья ни о чем не разговаривали друг с другом? Иисус называет нас Своими друзьями: «Я уже не называю вас рабами, ибо раб не знает, что делает господин его; но Я назвал вас друзьями, потому что сказал вам все, что слышал от Отца Моего» (Иоан. 15:15).

Или что бы вы подумали об отце, если в ответ на ваш вопрос, о чем он разговаривает с детьми, он сказал бы, что он вообще не разговаривает с ними, но очень их любит? Разве вы не сказали бы, что в их взаимоотношениях чего-то недостает? И разве вы не Божьи сыны и дочери? «А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божьими» (Иоан. 1:12).

Да, конечно, конечно, я знаю преобладающее мнение о том, что Бог разговаривает со Своими детьми только через Библию. Позвольте мне сказать это ясно: несомненно Он говорит к нам в первую очередь и по большей части через Библию. В этом состоит основа наших с Ним взаимоотношений. Библия есть вечное и неизменное Слово Божье для нас. Это великий дар, ибо это возможность иметь мысли Бога, написанные черным по белому. И мы знаем наверняка, что любым откровениям, пришедшим якобы от Бога, но противоречащим Библии, доверять нельзя. Поэтому я ни в коей мере не пытаюсь минимизировать авторитет Писания или тот факт, что Бог говорит к нам через Библию.

Однако многие христиане верят, что Бог говорит с нами только через Библию.

Причем забавно то, что Библия об этом говорит иначе.

В Библии полно историй о том, что Бог говорит к Своему народу. Авраам, который был назван другом Божьим, сказал: «Господь, Бог неба и Бог земли, Который взял меня из дома отца моего и из земли рождения моего, Который говорил мне…» (Быт. 24:7). С Моисеем «говорил Господь лицом к лицу, как бы говорил кто с другом своим» (Исх. 33:11). Он также разговаривал с Аароном: «И говорил Господь Моисею и Аарону, и давал им повеления к сынам Израилевым» (Исх. 6:13). Он разговаривал с Давидом: «После сего Давид вопросил Господа, говоря: идти ли мне в какой-либо из городов Иудиных? И сказал ему Господь: иди. И сказал Давид: куда идти? И сказал Он: в Хеврон» (2 Цар. 2:1). Господь разговаривал с Ноем. Господь говорил к Гедеону. Господь общался с Самуилом. Этот список можно продолжать дальше.

Я уже слышу такие возражения, как: «Но теперь все иначе. Это были особые люди, призванные исполнить особую миссию». А разве мы не особые люди, и разве мы не призваны исполнить особую миссию? Я отказываюсь поверить в иную версию. Сомневаюсь, что вы верите в нее в глубине своего сердца.

Но справедливости ради обратите внимание на то, что Бог говорит и к менее важным персонажам в Библии. Бог разговаривал с Агарью, служанкой Сары, когда та убегала от своей хозяйки. «И нарекла Агарь Господа, Который говорил к ней, сим именем: Ты Бог видящий меня. Ибо сказала она: точно я видела здесь в след видящего меня» (Быт. 16:13). И Бог видит меня так же, как Он видел Агарь. Это реально и трогательно. В Новом Завете Бог заговорил к человеку по имени Анания, и тот в семи стихах девятой главы Книги Деяния сыграл свою небольшую роль:

В Дамаске был один ученик, именем Анания; и Господь в видении сказал ему: Анания! Он сказал: я, Господи. Господь же сказал ему: встань и пойди на улицу, так называемую Прямую, и спроси в Иудином доме Тарсянина, по имени Савла… Анания отвечал: Господи! я слышал от многих о сем человеке, сколько зла сделал он святым Твоим в Иерусалиме; и здесь имеет от первосвященников власть вязать всех, призывающих имя Твое. Но Господь сказал ему: иди, ибо он есть Мой избранный сосуд, чтобы возвещать имя Мое перед народами и царями и сынами Израилевыми (ст. 10–15).

Итак, если Бог не говорит таким же образом к нам, тогда зачем Ему нужно было рассказывать нам все эти истории о том, как Он общается с другими? Все эти сотни вдохновляющих и многообещающих историй о Боге, Который говорит к Своему народу то в одной, то в другой ситуации. Это просто удивительно. Но мы с вами якобы этого не имеем.

Потому что Бог больше не говорит со Своим народом. Но неужели это действительно так? Тогда в этих свидетельствах нет никакого смысла. Зачем Богу нужно было писать книгу об исключениях? Зачем Ему рассказывать о Своих взаимоотношениях со Своими людьми, взаимоотношениях, которых Он не имеет с нами? Какую пользу может принести книга об исключениях? Эту ситуацию можно сравнить с тем, что вам подарили руководство к автомобилю «додж», в то время как у вас «мицубиси». Но нет, Библия — это не книга исключений, это книга примеров того, что значит ходить с Богом. И говорить, что мы больше не имеем того, что Он раньше давал Своему народу, значит обречь себя на разочарование и недоумение.

Кроме того, это неправильная интерпретация Библии. Библия учит нас тому, что мы слышим голос Божий:

Каждое утро Он [Господь] пробуждает, пробуждает ухо Мое, чтобы Я слушал, подобно учащимся (Ис. 50:4).

Ибо Он есть Бог наш, и мы — народ паствы Его и овцы руки Его (Пс. 94:7).

О, если бы вы ныне послушали гласа Его: «Не ожесточите сердца вашего» (Пс. 94:7, 8).

Входящий дверью есть пастырь овцам. Ему придверник отворяет, и овцы слушаются голоса его, и он зовет своих овец по имени и выводит их. И когда выведет своих овец, идет перед ними; а овцы за ним идут, потому что знают голос его… Я есмь пастырь добрый; и знаю Моих, и Мои знают Меня. Как Отец знает Меня, так и Я знаю Отца; и жизнь Мою полагаю за овец. Есть у Меня и другие овцы, которые не сего двора, и тех надлежит Мне привести: и они услышат голос Мой, и будет одно стадо и один Пастырь (Иоан. 10:2–4,14–16).

Мы — Его овцы. Иисус говорит, что Его овцы знают Его голос.

«Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною» (Отк. 3:20). Иисус действительно говорит. Он делает предложение. Но для кого это предложение? Для любого. В это число входите и вы. И что будет после этого? «Кто услышит голос Мой?» Если вы услышите Его голос и отворите дверь, что тогда сделает Иисус? «Я войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною». Совместная трапеза — это общение, это предложение дружбы. Иисус хочет сидеть вместе с нами за столом и общаться. Он предлагает нам близкую дружбу. Что может быть яснее? Мы созданы для близости с Богом. Он хочет близких отношений с нами. А для близких отношений нужно общение. Бог говорит к Своему народу.

Более подробную информацию по этой теме можно найти на: www.walkingwithgod.net.

А как же я?

Вернемся к тому интервью по телефону.

Молодая женщина спросила: «Что вы говорите людям, которые не слышат Бога так, как говорите вы?».

Отлично. Это совсем другое дело. Можно утверждать, что Бог больше не говорит к Своему народу. И совсем другое дело, когда вы не слышите, как Бог говорит к вам. Вот что двигало всеми ее аргументами, она не слышала обращения Бога к ней. Теперь я ее понял. Она приводила все богословские предположения в пользу того, что Бог больше не говорит к Своему народу, потому что она не слышала, что Бог обращается к ней. Во-первых, если вас учили, что Бог не говорит с вами, тогда вы, скорее всего, не будете слушать Его голос. Все сводится к тому, какие, по вашему мнению, отношения Бог предлагает вам.

«На это нужно время, — сказал я. — Этому нужно учиться. Назовите хотя бы одно дело, которое приносило бы вам удовольствие, но которому не нужно было учиться и практиковаться».

Если вам нравится играть на том или ином музыкальном инструменте, то вам прежде нужно научиться этому. И вначале ваша музыка не будет звучать привлекательно, вы будете фальшивить, и впечатление будет не из приятных. На самом деле, вы пока только на пути к настоящей музыке. Иногда будет казаться, что вы пытаетесь придушить поросенка. Но если будете упорно и настойчиво продолжать обучение, начнет происходить нечто прекрасное. Или, например, возьмем катание на сноуборде. Сначала ваши попытки будут неуклюжими, будете часто падать и чувствовать себя неловко. Но если не сдадитесь, со временем вам это понравится. Вы будете справляться со сноубордом все лучше и лучше. Затем все это покажется вам вполне естественным. А потом вы начнете получать от этого истинное удовольствие. И это верно относило всего остального в жизни.

Включая наше хождение с Богом. На это тоже нужно время и практика. Сначала наши попытки покажутся нам нелепыми, а временами даже глупыми. Но если мы проявим настойчивость, у нас начнет получаться, и постепенно все покажется естественным, и тогда наша жизнь наполнится Его присутствием, а также полнотой радости, красоты и удовлетворения, которые сопровождают Его присутствие. Но этому нужно учиться.

Оно того стоит.

Итак, здесь вы можете услышать мое первое предположение. Близкое хождение с Богом и разговоры с Ним нам доступны. Более того, такие отношения — норма. Или, по крайней мере, должны быть нормой. Я вполне осознаю, что большая часть людей пока этого не достигла. Но все это явно то, чего Бог желает и что Он предлагает. Мое предположение базируется на природе Божьей и природе человека, созданного по Его образу. Мы по природе призваны к общению. Мое предположение также основано на природе отношений, ибо они также требуют общения. Общение строится на множестве историй о том, как Бог разговаривал со Своими людьми из разных слоев общества и в самых разных ситуациях. И, наконец, мое предположение построено на учении Иисуса, Который говорит, что мы слышим Его голос.

А теперь предположение номер два.

Чего хочет Бог.

Сегодня утром я сижу перед компьютером, а палец застыл над левой кнопкой мышки. Моя почтовая программа спрашивает: «Вы уверены, что хотите стереть это сообщение?» Но я в этом не уверен. Это очень хорошее письмо. Оно неоспоримо. Неопровержимо. Давно надо было его послать. Кое-кто меня рассердил (об авторах я ничего не скажу, вдруг они тоже читают эту книгу), и я написал им ответное письмо. Оно мне кажется очень честным, прямолинейным, оно должно их пристыдить, причем возразить им, как я думаю, нечем. Я готов нажать на кнопку «отправить» с огромным чувством удовлетворения. Это будет достойный ответ.

И вдруг Бог говорит мне: «Не делай этого».

Не делать?! О-оо! Что-то во мне опускается вниз. Прозвучал судейский свисток. Что-то не так. А мне так хотелось это сделать! Они же заслужили такой ответ. Почему я не могу отправить его? Мне не нужно было дожидаться ответа от Бога. Я знал, почему Бог не разрешил мне отправить письмо. Тот факт, что весь этот процесс доставлял мне удовольствие, объяснил причину. Вам должно быть знакомо это ощущение удовлетворения. У вас тоже бывают такие моменты — такие разговоры, происходящие в вашей голове, когда вы блестящи, а ваш собеседник бессловесен. Я почувствовал, как Дух говорит: «Ничего хорошего из этого не выйдет. Они тебя не услышат и не поймут. Оставь их в покое».

Долгое молчание. Глубокий вздох. Внутри что-то сдвинулось. Я принял не просто водительство. Я принял изменение. Глубоко внутри моей души, там, где моя воля встречается с сердцем, я принял преображение. Я нажал на кнопку «да» и на том дело завершилось.

Иисус говорит, что Он есть наш Добрый Пастырь и Он ведет нас. Какая вдохновляющая мысль. Иисус ведет вас, и Он ведет меня. Он пасет нас. Я чувствую, как в моем сердце что-то высвобождается даже тогда, когда я просто размышляю над этим. Отлично. Мне не нужно пытаться самостоятельно справиться с жизнью. Если Христос берет на Себя руководство мной, значит, моя роль сводится к следованию за Ним. Вы обнаружите, что вам намного легче будет следовать за Богом, если вы знаете, чего Он хочет. Правда, мы можем не понимать, чего Бог точно хочет в тех или иных ситуациях нашей жизни. «Почему я не получил эту работу?» «Почему она не хочет отвечать на мои звонки?» «Почему мои молитвы не принесли исцеления от раковой болезни?» Я не знаю. Иногда мы получаем ясные ответы, а иногда нет.

Но что бы ни происходило, мы знаем одно: Бог всегда хочет нашего преображения.

Бог с самого начала знал, чего Он хочет. Он с самого начала решил сформировать жизнь тех, кто любит Его, в соответствии с жизнью Своего Сына. Его Сын стоит на первом месте среди людей, которых Он восстановил. В Нем мы видим оригинальную и предопределенную модель нашей жизни. После принятия Богом решения о том, какими будут Его дети, Он каждого из них позвал по имени. После того, как Он каждого призвал по имени, Он поставил их на твердое основание вместе с Собой. Затем, после утверждения их на этом основании, Он оставался с ними до конца, в славе завершив то, что Он начал (Рим. 8:29, 30; парафраз автора).

У Бога есть конкретный замысел. Он уверенно посвятил Себя восстановлению человечества. Восстановлению вас. Когда Он созидал вас, Он имел в виду конкретную личность. Возвратив вас снова к Себе через труд Иисуса Христа, Он установил с вами отношения. И теперь Он намеревается восстановить вас. Он делает это посредством формирования вашей жизни «в соответствии с жизнью Своего Сына». Посредством преображения вас в образ Иисуса. В этом вы можете быть уверены. Это данность. Что бы ни происходило в вашей жизни, Бог всегда внимательно следит за вашим преображением.

Это хорошая новость, кстати. Все остальное» к чему мы так стремимся в этой жизни, — любовь и дружба, свобода и целостность, ясность целей и вся радость, которую мы так хотим обрести, — все это зависит от нашего восстановления. Вы не сможете найти или сохранить добрых друзей, пока продолжаете оставаться раздражительным человеком. И в вашей жизни не будет процветать любовь, если вы не можете отказаться от желания контролировать всех и вся. Вы не сможете обрести реальную цель в жизни, если по-прежнему раболепно пытаетесь угодить другим людям, выполняя их чаяния и ожидания относительно вас. Вы не сможете обрести мир, если вами, как и раньше, руководят страхи. Вы не будете радоваться тому, чем обладаете, если завидуете тому, что имеют другие люди. И так далее, и тому подобное.

Бог хочет, чтобы мы были счастливы. Это действительно так. «Я пришел для того, чтобы имели жизнь и имели с избытком» (Иоан. 10:10).

Но Он также знает, что для нашего истинного счастья нам нужно стать цельными личностями. Другими словами, мы должны стать святыми. Нам нужно возродиться.

Посмотрите на это вот с какой позиции. Вспомните, что вы чувствуете, когда делаете что-то не так. Вспомните выражение лица вашего сына, когда вы кричите на него. И та пропасть, которая возникла между вами, хотя вы извинились перед ним. В сотый раз. Как внутри вас все рвется, когда вы предаетесь романтическим фантазиям о жене другого человека. Вы хотите этого и не хотите одновременно, и хотите, чтобы это стало возможным, но на самом деле не хотите, но почему внутри вас в связи с этим что-то обрывается? Чувство вины, когда вы лжете другу прямо в лицо. И когда он это обнаруживает. Те часы, которые вы потратили, чтобы справиться с чувством отторжения. Ощущение стыда и неловкости из-за своей зависимости. Вы знаете, какая напасть вас мучает.

А теперь представьте, что это больше никогда, никогда не повторится. Вам даже не придется с этим бороться. Какой стала бы ваша жизнь, если бы вы получили освобождение от всего того, что теперь вас преследует?

О, это такая радость, это такое облегчение — пережить подобное преображение. Это само по себе уже счастье, которое не сравнить ни с чем, что мы испытали в своей жизни. И, словно одного этого недостаточно, это преображение освобождает нас для того, чтобы мы жили жизнью, которую Бог приготовил для нас.

Друзья мои, вот такую жизнь Бог приготовил для нас. Именно туда наш Пастырь ведет нас. Что бы ни происходило в нашей жизни, Он это делает. Он предан делу нашего преображения, И если Бог этого хочет, разве не стоит нам осознанно и добровольно сотрудничать с Ним в деле нашего преображения? Одна часть меня хотела отправить то письма. Но более глубокая, более истинная моя часть почувствовала облегчение, когда Бог меня остановил. Я причинил бы тому человеку боль. Позже я сожалел бы об этом. В результате мог бы произойти кризис, на разрешение которого у меня ушло бы много сил и эмоциональной энергии. Невозможно перечислить все катастрофы и бедствия, от которых Бог отвратил меня, либо не позволив мне произнести то или иное, либо вмешавшись в принятие решений, о которых я потом сожалел бы.

Я хочу разговаривать с Богом.

Лето.

Время восстановления и обновления, когда можно найти путь обратно к радости.

Остановитесь и послушайте.

Эта история начинается в июне, в первые дни летних каникул.

Я сижу на пороге нашего коттеджа и слушаю, как дождь барабанит по железной крыше, размывая все мои планы на сегодняшний день. Я не могу отправиться на прогулку. Не могу выполнить задуманное. Не могу ловить рыбу. Кругом такая глубокая грязь, что поехать куда-либо тоже невозможно. Я оказался в ловушке. Меня словно пришпилили булавкой к этому месту. Здесь только я и Бог. Я ничего не могу делать, и мне остается только прислушаться к тому, что творится внутри меня, когда я не владею своим временем и планами на день. Я прислушиваюсь, на коленях у меня лежит дневник, и вот что я начинаю записывать:

«Я очень устал.

Я действительно сильно устал.

Я так измучен, что мое тело болит из-за усталости.

Или же оно болит из-за первой возможности улечься и почувствовать себя усталым».

Действительно, тот год выдался тяжелым. Произошло так много событий, и от меня требовалось так много. Но Бог чего-то хочет. Когда я писал в своем дневнике, я чувствовал себя узником, который пишет исповедание.

«Я знаю, почему я измучен.

Я устал от напряжения.

От постоянного, непрекращающегося напряжения».

Жизнь под напряжением настолько привычна для меня, что я даже не знаю, как жить иначе. Я постоянно над чем-то работаю. Я постоянно пытаюсь облегчить жизнь для себя или кого-то другого. Временами кажется, будто я грудью наваливаюсь на жизнь. Я постоянно ищу возможности изменить ее к лучшему. Я приезжаю к себе на ранчо, чтобы отдохнуть, а в моей голове маячат мысли: «Нужно научить Сэма закидывать удочку. Нужно закончить тот забор. Нужно поработать с лошадьми, пока мы здесь. Кстати, я могу покрасить дверь. Нужно составить план поездки с Лукой в августе».

Иисус, будь милостив ко мне.

Этот дождь и явился Его милостью. Я вынужден был остановить свой бег. Немного надувшись, я начинаю понимать, что этот потоп пришел от Бога. Невозможно жить, постоянно над чем-то работая. Пытаясь сделать жизнь лучше. Продираясь и прорываясь. Это первый день моего отпуска, но я не могу им насладиться из-за того состояния, в котором пребываю. И я сам загнал себя в это состояние. Я закручен, как старая веревка, той моей жизнью, которую сам себе устроил. И я догадываюсь, что Бог не хочет, чтобы я так жил. Я абсолютно уверен, что в Библии нет стиха, где говорилось бы, что «Он пришел для того, чтобы загонять меня до изнеможения и чтобы я упал без сил». На самом деле разве Иисус не говорит, что Его иго благо, а Его бремя легко? Может, мое иго вовсе не от Иисуса, и я тащу на себе бремена не Христа?

Действительно ли мне нужно было совершить все те поездки? Нужно ли? Нужно ли было делать все то, что я считал необходимым? Нужно ли? И вот непростой вопрос: «Спрашивал ли я Бога обо всем этом?» Да, я знаю, знаю, в нашей жизни многое кажется неотвратимым. И у нас на все есть объяснение, аргументы и доводы. Мы умеем защитить свои позиции. «Но я должен жить в таком темпе. Если я этого не сделаю — кто сделает?».

Кап-кап-кап. Дождь кажется нескончаемым. Он так же настойчив, как и Дух, стоящий за ним.

Прикованный к крыльцу дома, я осознаю, что вопрос намного больше самого отпуска. Я это очень хорошо осознаю. Весь вопрос в том, как я живу. Вынужденный остановиться на несколько мгновений, я также понимаю, что не хочу так жить. Все то, что я делаю, чтобы жить, все, что кажется таким необходимым и неизбежным, на самом деле иссушает меня и не дает обрести ту жизнь, которую предлагает мне Бог. Если у вас заканчивается бензин, лучше всего сбавить скорость, чтобы добраться до бензоколонки и заправиться горючим. А я вместо этого увеличиваю обороты. Нажимаю на газ. Неудивительно, что Бог приказал мне остановиться. Иначе нас не остановить. Порой мы не можем остановиться даже после команды.

Сидя на крыльце вместе с Богом, я возвращаюсь к тому, что забыл, — к тому, что есть жизнь, из которой проистекает все остальное. Жизнь, которая проистекает к нам от Бога. Иисус привел нам в пример виноградную Лозу и ветви. Он есть Лоза, а мы — ветви (см. Иоан. 15:5). Главный смысл этого образа состоит в том, что жизнь проистекает из Лозы через ветви, и только так мы приносим плоды. Ветви являются только лишь каналом. Они не могут произвести избыток. Ветвям нужна жизнь, чтобы произвести радость, которую предлагают виноградные плоды, — праздники, вино и веселье сбора урожая. Такая жизнь не существует в самих ветвях. Они — то есть мы — должны взять ее от другого источника. От Бога.

И отдых является одним из способов получения жизни от юга. Мы останавливаемся, забываем всю свою занятость и позволяем себе снова наполниться Им. Это следует делать регулярно. По первоначальному замыслу это нужно было делать еженедельно. Но почему отдых воспринимается как роскошь? Серьезно, он воспринимается как своего рода безответственность. Мы думаем, что можем гонять себя, как быков, в течение пятидесяти недель в году, и в течение двухнедельного отпуска воскресить себя, чтобы вернуться к обыденному ритму и снова запрячься в ярмо. Но это сумасшествие. То напряжение и гонка, которые я себе устраиваю, отключают меня от жизни, в которой я так отчаянно нуждаюсь. Мне даже в голову не приходит остановиться и спросить: «Ты этого от меня хочешь, Господь? Ты хочешь, чтобы я покрасил ванную? Вызвался добровольцем в церковный проект? Засиживался на работе допоздна?».

Поэтому Бог послал проливной дождь, чтобы не дать мне в мой отпуск бегать, как гончая. Он слишком сильно меня любит, чтобы позволить мне обмануть себя собственными уловками.

Я возвращаюсь к овцам и Пастырю. Когда овцы следуют за Пастырем, они находят пастбища. Они находят жизнь. Жизнь не приходит к нам магическим образом, сама по себе. Нам нужно позволить самим себе найти ее. Существует образ жизни, который позволяет принять жизнь от Бога. Я знаю, что если я буду иметь более близкие отношения с Иисусом и буду следовать за Его голосом, у меня будет больше шансов найти жизнь, к которой я так стремлюсь. Я это знаю. Если я буду слушать Его голос и дам Ему возможность определить темп моей жизни, если я буду соучаствовать в собственном преображении, я стану намного более счастливым человеком. И внутри меня созрела новая молитва. Я спрашиваю Бога: «Какой жизнью я должен жить в соответствии с Твоим желанием?».

Если мы сможем получить ответ на этот вопрос, он изменит все вокруг нас.

Научиться слушать.

Нас призывают стать последователями Иисуса.

Не просто верующими. Последователями. И между этими двумя понятиями есть разница.

Последователь предполагает, что его в этой жизни кто-то ведет. Как в следующем стихе: «Он зовет своих овец по имени и выводит их… Он идет перед ними; а овцы за ним идут, потому что знают голос его» (Иоан. 10:3,4). Библия призывает нас к близости с Богом, которая приведет нас к жизни, приготовленной для нас Отцом. Если мы последуем за Ним. «Вразумлю тебя, наставлю тебя на путь, по которому тебе идти; буду руководить тебя, око Мое над тобою» (Пс. 31:8). Бог обещает руководить нами во всех деталях нашей жизни. Собственно, далее в Псалме говорится: «Не будьте как конь, как лошак меч мысленный, которых челюсти нужно обуздывать уздою и удилами, чтобы они покорялись тебе» (ст. 9).

Но что будет, если покориться Христу во всех мелочах своей жизни? Что будет, если последовать Его наставлениям во всех, даже небольших решениях, которые оказывают влияние на нашу жизнь?

Это будет… просто удивительно.

Думаю, мы тогда скажем самим себе, как это сделал Давид: «Ты укажешь мне путь жизни» (Пс. 15:11). В этом заключается привилегия и радость овцы, которая принадлежит Доброму Пастырю. Он ведет Своих овец правильным путем. Он ведет их к жизни. Итак, возвращаемся к вопросу о том, какую жизнь хочет дать нам Бог. Это хороший вопрос, пожалуй, один из самых важных вопросов, с которыми мы можем подойти к Богу. В конце концов, именно Он сотворил нас. Он знает, с какой целью Он это сделал. Он знает, чему нас нужно научить. Если мы сможем научиться от Него жизни, которой мы должны жить по Его замыслу, во всех мелочах, в темпе жизни, в том, куда вкладывать самих себя и куда не вкладывать, мы окажемся в Его воле. И там мы обретем жизнь.

Но это масштабный вопрос. Я же хочу начать с вопросов поменьше.

В первый день моего летнего отпуска, я задал Богу простой вопрос: «Что нам делать: поехать на ранчо или остаться дома?» Ранчо для нас — это место отдыха и восстановления. По крайней мере, так мы считаем. Я знаю, что начать следует с такого простого вопроса.

Это первый шаг в процессе слышания Бога. Задавайте Ему простые вопросы. Нельзя начинать с грандиозных и отчаянных вопросов, вроде: «Следует ли мне выйти замуж за Теда?» или «Нужно ли мне завтра продать семейный бизнес?» или «Неужели у меня рак легких?» Кстати, с паранойей очень трудно услышать голос Бога. Такой подход можно сравнить с обучением игре на пианино, когда вы начинаете с Моцарта, или с обучением катанию на коньках, когда вы начинаете с двойных прыжков. Сложные вопросы вызывают большую трату эмоциональной энергии и вихрь запутанных мыслей в голове. Я обнаружил, что для того, чтобы услышать голос Бога, нам следует занять позицию смиренного подчинения, или капитуляции. И небольшие вопросы помогут нам сделать это.

Помните историю о пророке Илии после его триумфа на горе Кармил? Он бежал и спрятался в пещере. И там Бог заговорил к нему.

И сказал: выйди и стань на горе пред лицом Господним, и вот, Господь пройдет. И большой и сильный ветер, раздирающий горы и сокрушающий скалы пред Господом, но не в ветре Господь; после ветра землетрясение, но не в землетрясении Господь; после землетрясения огонь, но не в огне Господь; после огня веяние тихого ветра, и там Господь (3 Цар. 19:11,12).

Веяние тихого ветра. «Тихий голос», как сказано в некоторых переводах этого стиха. Чтобы услышать этот тихий голос, нам нужно успокоиться. Прекратите всякие всплески эмоций. Успокойте свои сердца. И теперь, когда мы возрастаем в личной святости, мы можем успокоиться и перейти даже к серьезным вопросам. Но для этого нужно время и зрелость. Не требуйте этого от себя, когда вы только в начале пути. Начните с простых вопросов. Можно сесть в покое с таким вопросом: «Чего Ты хочешь от нас на эти выходные: нужно ли нам поехать на ранчо или лучше остаться дома?» Это не вопрос жизни и смерти. Я не горю желанием услышать то, что является моей сокровенной и тайной мечтой. Этот вопрос не будоражит и не провоцирует волнение и эмоции.

С этим вопросом я сижу перед Богом в течение нескольких минут. Чтобы остаться в присутствии Божьем и не отвлекаться (А я вытащил носки из сушилки? Когда мне нужно позвонить издателю, завтра? Где я оставил свой сотовый телефон?), я спокойно повторяю свой вопрос в сердце. «Бог, нам нужно поехать на ранчо или лучше остаться дома?» Я успокаиваюсь черед Богом. «Поехать на ранчо или остаться дома?» Утихомирьтесь перед Богом и войдите в Его присутствие. Остановитесь и прислушайтесь. Повторите свой вопрос. «Ехать на ранчо или остаться дома? Что повелишь нам делать?».

И пока я это делаю, я также наблюдаю за отношением своего сердца к этому вопросу. Хочу ли я услышать то, что скажет мне Бог? Это исключительно важно. Если я могу услышать только то, что согласуется с моими желаниями, тогда я не нахожусь в позиции подчинения Божьей воле, и тогда мне будет очень трудно услышать Его или поверить, что я действительно услышал Его ответ. Когда дело касается слышания голоса Божьего, главное не в сути принимаемого решения, а в сути вашего подчинения Богу. На самом деле это прекрасно. Мы идем к Богу в поиске руководства, но уходим от Него с большей глубиной святости, потому что научились капитулировать и подчиняться Ему. Иногда, когда я слушаю Бога, я даже говорю: «Господь, я приму все без исключения, что Ты хочешь мне сказать». Моя решимость помогает настроить душу на волну спокойного и полного подчинения Богу.

Итак, основные принципы. Начните с небольших вопросов. Спокойно повторяйте вопрос к Богу в своем сердце. Настройте себя на спокойное подчинение. И позвольте мне добавить вот что: я полагаю, что мы говорим о делах, требующих водительства и назидания, но не освещенных в Писании. Не следует спрашивать Бога о том, совершить убийство или не стоит, или убежать ли вам с соседским телевизором. Бог уже сказал нам обо всех этих вещах. Не нужно спрашивать Его, следует ли вам отдыхать. Об этом Он тоже нам сказал. Но иногда мы не знаем, где или когда, или как именно отдохнуть, и потому мы ищем дальнейших указаний на этот счет и слушаем Его.

Но если в такие моменты вы не можете услышать голос Божий, тогда, как я это делаю, «попробуйте» один ответ на свой вопрос, а затем другой. Оставаясь в позиции полного подчинения, я спрашиваю Господа: «Я правильно понял, Ты хочешь, чтобы мы поехали?» Затем я жду. В сердце своем я испытываю этот ответ, рассматривая его как ответ от Бога. «Нам нужно ехать?» Я молчу и жду. «Или нет, нам нужно остаться дома?» Теперь я рассматриваю этот вариант как ответ от Бога. «Нам остаться дома?» Я снова молчу и жду.

Очень часто мы чувствуем водительство Божье по конкретному вопросу еще прежде, чем услышим реальные слова. Возможно, вы слышали, как кто-то говорил: «Я получил подтверждение в духе». Здесь имеется в виду внутренняя пауза, некие колебания, внезапное нежелание действовать дальше. Возможно, Дух Божий показывает вам волю Божью, выставляя один вариант ответа непривлекательным или неправильным. Он останавливает, задерживает вас. Наш дух находится в единении с Духом Божьим, и часто он глубоко внутри нас дает нам понять Его волю еще прежде, чем эта воля будет оформлена в словах. «Пробуя» возможные ответы, я могу настроиться на Духа. И со временем это внутреннее убеждение оформляется уже в словах. Когда мы научимся слышать, простое «да» или «нет» будет звучать так вдохновляюще.

Я услышал: «Да, езжайте. Это будет замечательно».

Целостный и святой.

Но пока идет дождь.

Я совершенно уверен, что Бог велел нам приехать сюда, но дождь льет, не переставая.

Не позволяйте, однако, таким ситуациям одержать над вами верх. Обстоятельства могут быть совсем не такими, какими вы их себе представляли, следуя воле Божьей. Помните — Бог хочет, чтобы мы преобразились и чтобы получили радость. Одно следует за другим. Я даже не подозревал, как сильно нуждаюсь в отдыхе. Но я настолько зависим от работы, что обязательно превратил бы этот дар отдыха в неделю труда. Нужно было починить забор, покрасить дверь и сделать многое другое. Поэтому Богу пришлось пришпилить меня на крылечке, чтобы я не испортил подарок, который Он мне приготовил.

И теперь, когда я оказался связан по рукам и ногам, я увидел, чего хочет от меня Бог. Я остро осознал свою неспособность остановиться и передохнуть. Если я буду продолжать в таком же темпе, то сгорю. У меня случится сердечный приступ. И от меня останется лишь горстка пепла. Но теперь я могу ходить с Богом еще ближе и сотрудничать с Ним в деле моего преобразования. Он посадил меня на крыльце, чтобы показать, насколько я несвободен. И вместе мы сможем выяснить почему. Дождь не собирается останавливаться. Похоже, что у нас впереди много времени, чтобы выяснить, чего от меня хочет Бог. Давайте остановимся на минутку. А вы знаете, чего Он хочет от вас, или не знаете? Может, мы так усердно занимаем себя делами, потому что хотим избежать выяснения этого и не желаем разбираться с этим?

А вы знаете, что «срочный ремонт» иногда не помогает? Простой приказ в свой адрес — «Ты слишком занят, Джон. Тебе нужно притормозить» — такое же эффективное замечание, как приказ зависимому человеку отказаться от своей зависимости. У вас это получалось?

В моей жизни существуют силы, заставляющие меня двигаться, существуют причины и аргументы, записанные глубоко в моей душе. Я знаю источник этих суетных побуждений и стремлений. Они приходят от неверия, от глубинного страха, что все зависит от меня. Жизнь зависит от меня. Я должен успеть сделать как можно больше, прежде чем прозвенит последний звонок. Заготовить сено, пока светит солнце, потому что оно не всегда будет светить, и что стоит за этим страхом? Бог хочет не просто изменить модель нашего поведения, Он хочет реальных и прочных изменений.

И эта мысль приводит меня к следующему предположению, которого мы должны придерживаться, если желаем ходить с Богом. Истинная святость требует исцеления наших душ.

Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, благословивший нас во Христе всяким духовным благословением в небесах, так как Он избрал нас в Нем прежде создания мира, чтобы мы были святы и непорочны пред Ним в любви (Еф. 1:3, 4).

Святы и непорочны. Эти два понятия идут рука об руку. О, это очень важно. Невозможно обрести святость без истинной непорочности или целостности. Невозможно обрести целостность без глубокой святости. Нельзя просто велеть наркоману остановиться. Конечно, у него есть нужда в этом, но чтобы он мог остановиться, ему потребуется глубинное исцеление. Нельзя просто приказать гневливому человеку научиться владеть собой. Он и сам хотел бы остановиться. Но он не знает как. Он не знает всех тех сил, которые вздымаются внутри него и переполняют его яростью. Такое повеление сравнимо с просьбой остановить бушующее море.

В христианстве долгое время было два лагеря. Один лагерь — это святой, или «праведный», народ. Это люди, которые придерживались стандартов и проповедовали о нравственной чистоте. В результате они получили… смесь. Немного высокой морали и очень много чувства вины и стыда. Такой подход дает очень малую долю реальных изменений. Послушайте, я всей душой за нравственность. Но дело в том, что вы не получите нравственность без исцеления своей души.

Те наказывали нас по своему произволу для немногих дней; а Сей — для пользы, чтобы нам иметь участие в святости Его. Всякое наказание в настоящее время кажется не радостью, а печалью; но после наученным через него доставляет мирный плод праведности. Итак, укрепите опустившиеся руки и ослабевшие колени и ходите прямо ногами вашими, дабы хромлющее не совратилось, а лучше исправилось (Евр. 12:10–13).

Исправилось. Исцелилось. Восстановилось. Сделалось целостным. Библия утверждает, что мы не сможем идти путем, приготовленным для нас Богом, если не получим исцеления души. Другой, тоже крупный лагерь — это люди, исповедующие «благодать». Они утверждают, что мы не в состоянии угодить святому Богу, но мы прощены. Мы находимся под благодатью. И слава живому Богу, мы действительно под благодатью. Но как насчет святости? Как насчет глубоких перемен личности? Павел говорит: «Грех не должен над вами господствовать, ибо вы не под законом, но под благодатью» (Рим. 6:14). Он утверждает, что Божья благодать освобождает нас от силы греха в нашей повседневной жизни.

Мои суетные побуждения и стремления уничтожат меня, если я не остановлюсь. Бог это знает. Он также знает, что мне нужно на самом деле. Сидя здесь, на крыльце, я прошу Его войти в глубины моей души и исцелить меня, Я знаю, хотя бы отчасти, откуда берут корни мои суетные побуждения. На заре моей жизни я чувствовал себя одиноким. Это были глубокие и серьезные раны. Дети не должны оставаться одни. Но это одиночество привело меня к неверному решению — я со всем справлюсь сам. Я понял, что вся жизнь зависит от меня самого (это была моя рана), Я решил жить так, словно от меня зависела моя жизнь (это был мой грех). Путь к свободе от всех этих суетных побуждений и стремлений включал в себя два элемента — покаяние и исцеление, чтобы я стал целостным и святым посредством Его любви. Послушайте слова Иисуса:

Ибо огрубело сердце людей сих,

И ушами с трудом слышат,

И глаза свои сомкнули,

Да не увидят глазами.

И не услышат ушами,

И не уразумеют сердцем,

И да не обратятся, чтобы Я исцелил их (Мат. 13:15).

Исцелил их. Иисус желал, чтобы Его народ обратился к Нему, чтобы Он мог их исцелить! «Да не увидят» означает, что если бы они не были ожесточены, они бы обратились к Нему, и Он бы исцелил их. Эта истина очень важна для понимания Евангелия. Она сформирует ваши убеждения относительно всех остальных принципов. Бог хочет нас восстановить. Наша задача — «обратиться» к Нему и покаяться. Но мы также нуждаемся в исцелении. Как говорится в Послании к Ефесянам (1:4), Бог Своей любовью хочет сделать нас святыми и непорочными, или целостными. Бог также хочет указать нам путь жизни, если мы последуем за Ним. И когда мы последуем, то в процессе обнаружим свою потребность в целостности и святости. Так я молюсь и записываю в своем дневнике:

Иисус, прости меня. Я прошу у Тебя прощения за то давнее, глубинное решение самому отвечать за свою жизнь. Прости за суетные побуждения и стремления, за все неверие, которое толкало меня вперед. Прости меня.

И я прошу Тебя исцелить меня от этого. Исцели мою душу, которая издавна чувствует себя такой одинокой и ответственной за собственную жизнь.

И когда я молился об этом, я вспомнил, что говорил мне Бог некоторое время назад. Или, скорее, Он снова проговорил мне это. Эти слова обращены к глубинным страхам в моей душе, к самой сути этого вопроса.

«Моя милость никогда не покинет тебя».

И мягкий, прохладный ветер ласково коснулся моего лица.

Освободи место для радости.

Несколько лет назад одна женщина с чутким духом и острым глазом, способным видеть желания Бога, отвела меня в сторонку и предупредила: «В твоей жизни идет борьба против радости».

Ее слова поразили меня, как удар.

Ну, конечно же. Внезапно все в жизни встало на свои места. Стали понятны все препятствия. Все битвы. Все разочарования. Все утраты. Все обиды. И почему я не видел этого раньше? То есть изо дня в день я видел уловки и ухищрения врага, но теперь за всем этим я увидел весь план, весь дьявольский план. Я понял, что враг в первую очередь попытался забрать из моей жизни радость. Он пытался довести меня до изнеможения. После этого, измученный и изнемогающий от жажды, в соответствии с его планами, я должен был ухватиться за его ложную радость. Сначала это были бы едва заметные подделки, но затем эти небольшие зависимости превратились бы в нечто худшее. Таким образом он намеревался уничтожить все, что Бог сделал во мне и через меня. Это было так очевидно. Ну, конечно же.

Замечание этой женщины стало для меня откровением и спасением. Предупредительный сигнал прозвучал еще прежде, чем дом был охвачен пламенем пожара. В течение нескольких дней весь мир обрел смысл в свете вернувшейся радости. Но в повседневной заботе и суете последующих месяцев вся эта ясность как-то улетучилась. Полностью. Словно это откровение стало… незначительным. Все это очень мило, но не важно. Как горячая ванна в жаркую погоду. Оно стало каким-то отдаленным. Как горячая ванна на Фиджи. Очень мило, но кому это надо? Все это не важно. В конце концов, смысл жизни не в радости. Мне нужно переделать все эти дела. Накопилось много почты. И мне нужно расплатиться по счетам за два месяца. Радость? В этой жизни нужно выживать и получить немного удовольствия. Такой подход казался вполне реалистичным.

На самом деле, как часто вы задумываетесь о радости? Вы считаете ее важным элементом своей жизни, тем, что Бог тоже считает важным?

Вчера утром я с сыновьями Сэмом и Блейном поехал на лошадях через лес. Солнечные лучи пробивались сквозь ветви тополей, и мы поехали по старой, заброшенной тропе, по которой никогда раньше не ездили. Наш золотистый ретривер Скаут бежал впереди нас. Лошади, казалось, тоже радовались поездке, как и мы. Под сенью тополей было прохладно. Было тихо, словно мы оказались за гранью времени. Вечером мы с Блейном сели в каноэ, чтобы покататься в высокогорном озере, куда стекала вода из прекрасного потока с быстрым течением. Мы гребли примерно с полмили по направлению к небольшой бухте, В воде сновала форель. Вокруг не было ни души. В течение часа мы любовались расцветками радуги в окружении гор, и единственный звук исходил от журчащего потока в бухте. По пути домой мы увидели лису и дикобраза.

Это был невероятный день. Один из тех редких и восторженных дней, которые со временем становятся образом летнего отпуска в нашей памяти.

Тогда почему сегодня я не проснулся с радостным сердцем? Радость только что была с нами. Куда она ушла?

Казалось, будто я встретился с человеком в самолете, и мы с ним познакомились. Мы перебросились парой историй, вместе выпили прохладительные напитки и посмеялись. Затем я вернулся в пустой дом. Весьма похоже. Я просто встретился с радостью. Она вызвала во мне щемящее чувство тоски. И только теперь я понял, что не посвятил ей даже десяти минут, не говоря уже о постоянном стремлении сделать ее важной частью моей жизни.

Все это имеет отношение к некоторым моим понятиям, которые я усвоил, даже не осознавая этого. Под «понятиями» я имею в виду едва уловимые убеждения, к которым мы приходим, с которыми соглашаемся, усваиваем и принимаем как должное и истинное. Они скрываются глубоко в наших душах, где формируются наши глубокие убеждения, касающиеся реальной жизни. Что-то или кто-то нашептывает нам: «Жизнь никогда не даст тебе того, на что ты надеялся», или «Здесь прорваться просто невозможно», или «Бог тебя оставил». И что-то в нас отвечает: «Это правда». Мы соглашаемся с этим, и тогда формируется убеждение. Оно кажется таким разумным. Думаю, именно так мы приходим к большей части наших убеждений. Едва осознаваемые понятия и убеждения. Так или иначе, я стал понимать, что большую часть своей жизни отвергал мысль о том, что радость будет мне сопутствовать везде и всегда. Исходя из такого понимания, я пытался найти то, что можно было найти. Женщины делают то же самое в браке. Они понимают, что не получат реальной и полной близости со своими мужьями, поэтому они отвлекают себя мыльными сериалами или романтическими отношениями вне брака. Мужчины считают свою работу медленной смертью, поэтому каждый вечер они отвлекают себя в барах. Выпить немного пива с ребятами, понаблюдать за игрой. Никто не пытается обрести в этом радость. Люди просто хотят немного расслабиться.

По правде говоря, в наши дни радость не падает с неба. Мы не выходим каждое утро собирать ее, как манну. Обрести ее достаточно трудно. Похоже, что радость найти труднее, чем выиграть в лотерею. Нам не хочется много думать об этом, потому что больно признаться даже самим себе, как сильно мы жаждем ее и как редко она нам перепадает.

Но радость — это действительно очень важно. Бог говорит, что радость — наша сила. «Радость пред Господом — подкрепление для вас» (Неем. 8:10). Я думаю: «Радость — моя сила? Я не воспринимал ее даже как случайную поддержку». Но, да, теперь, когда я об этом поразмышлял, я вижу, что когда я испытываю радость, я становлюсь живее, чем в другие моменты своей жизни. Вспомните какой-нибудь из самых лучших эпизодов своей жизни. День на пляже. Или ваш восьмой день рождения. Вспомните, что вы чувствовали. А теперь подумайте, какой бы стала ваша жизнь, если бы радость превратилась в вашего постоянного спутника. Может, это и есть подкрепление, это и есть та сила, которую дает радость? Это было бы здорово.

Я взял Симфонию и стал читать отрывки, где встречается слово «радость».

«Возрадовалось сердце мое» (Пс. 27:7). Интересно, когда в последний раз мое сердце возрадовалось или подпрыгивало от радости? Я даже не помню.

«Ты исполнил сердце мое весельем [радостью] с того времени, как у них хлеб и вино и елей умножились» (Пс. 4:8). Я верю Давиду, когда он говорит это. Я верю, что Бог сделал это. Однако должен сказать, что не испытывал в самом себе, и потому не понимаю, о чем он говорит.

«Сие сказал Я вам, да радость Моя в вас пребудет и радость ваша будет совершенна» (Иоан. 15:11).

«Доныне вы ничего не просили во имя Мое; просите, и получите, чтобы радость ваша была совершенна» (Иоан. 16:24).

«Ныне же к Тебе иду, и сие говорю в мире, чтобы они имели в себе радость Мою совершенную» (Иоан. 17:13).

Совершенная радость? Полнота меры радости? Так вот чего хочет Иисус для нас? Я почти онемел. Не могу поверить, что все дело в радости. Но теперь это так очевидно, что я почти испытываю дискомфорт. Может, эти слова слишком сильно касаются моего сердца, того, к чему я так неосознанно стремился? Радость — это такое нежное понятие, но мы его отвергаем. Мы бежим от нее, потому что боимся даже признаться самим себе, что мы тоскуем по радости, но не имеем ее.

«Иисус, я понятия не имею, что делать дальше. Я приглашаю Тебя, Господь. Поведи меня туда, куда мне следует идти. Я знаю, что это связано с той жизнью, которой я должен жить по Твоему замыслу».

Что мне читать?

Давайте в нашем хождении с Богом вернемся к Библии.

Бог говорит к нам через Библию. И то, что там сказано, обладает большим авторитетом, чем все остальное в нашей жизни. В ней суть нашей веры, испытание всего, живая связь с сердцем и разумом Бога, когда мы подходим к ней с помощью Духа Божьего. Я особо подчеркиваю это, потому что мы поступим правильно, если будем помнить, что фарисеи читали и изучали Библию, «но умы их были ослеплены: ибо то же самое покрывало оставалось неснятым при чтении Ветхого Завета, потому что оно снимается Христом. Доныне, когда они читают Моисея, покрывало лежит на сердце их» (2 Кор. 3:14, 15). Очень печально. Они читают, но не понимают.

Библия не магическая книга. Она не раскрывает свои сокровища только потому, что вы прочитали из нее отрывок. Она не сделает вас святым только потому, что вы высоко ее чтите. Многие культы используют Библию. Даже сатана цитирует Писание (см. Лук. 4:9-12). Нам нужна Библия и все, что она говорит. Обязательно. Нам также нужен Дух Божий, чтобы нам получить руководство в чтении и изучении Библии.

«Сие сказал Я вам, находясь с вами, — сказал Иисус, когда готовил Своих последователей к жизни после Своего вознесения. — Утешитель же, Дух Святой, Которого пошлет Отец во имя Мое, научит вас всему и напомнит вам все, что Я говорил вам» (Иоан. 14:25, 26).

Нам нужно, чтобы Бог помог нам понять Его Слово. Мы не сможем отделить хождение с Богом от чтения Писания. Оба эти компонента идут рука об руку друг с другом. Это можно сравнить с экскурсией по Лувру, когда вас ведет по музею гид. «Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди. И Я умолю Отца, и даст вам другого Утешителя, да пребудет с вами вовек, Духаистины, Которого мир не может принять, потому что не видит Его и не знает Его; а вы знаете Его, ибо Он с вами пребывает и в вас будет» (Иоан. 14:15–17). Очень многие люди читают Писание, не имея близости с Богом, и они заканчивают либо отчаянием, потому что мало получают от него, либо, что еще хуже, приобретают интеллектуальное знание, отличное от реального общения с Богом. Обычно это производит в них религиозную гордыню.

Библия предназначена для чтения в общении с Богом. Мир вокруг нас исказится, если мы этого не сделаем.

Предупредив об этом, хочу сказать также, что чем больше мы знаем Писание и чем больше оно становятся частью нас, тем больше мы будем обнаруживать, что мы можем ходить с Богом. Проведя много времени в Слове Божьем, вы предоставите Духу Святому внутри себя библиотеку, к которой Он постоянно будет обращаться. Например, я могу сидеть на собрании и раздражаться, и тут Дух Святой напоминает мне: «Гнев человека не творит правды Божьей» (Иак. 1:20). И я сразу успокаиваюсь. Или я прохожу мимо бульварной прессы в книжном магазине с искусительницами на каждой обложке, и Дух напоминает мне: «Не пожелай красоты ее в сердце твоем (Прит. 6:25). Или же вижу великолепный пейзаж в горах, и поскольку я знаю, что «Господня земля и что наполняет ее, вселенная и все живущее в ней» (Пс. 23:1), мое сердце наполняется благодарностью, и я размышляю о природе Бога, явленного в Его творении.

Слово Божье нельзя ничем заменить. Не важно, насколько драгоценным может быть слово человека, не важно, насколько возвышенным может быть его виденье, ничто не сравнится с написанным Словом. Я знаю множество незрелых христиан, которые гоняются за «откровениями» и превращаются в эксцентриков, потому что не имеют глубоких корней в Писании и не утверждаются на нем.

Повеления Господа праведны,

Веселят сердце;

Заповедь Господа светла,

Просвещает очи.

Страх Господень чист,

Пребывает вовек.

Суды Господни истина,

Все праведны;

Они вожделеннее золота.

И даже множества золота чистого,

Слаще меда и капель сота.

И раб Твой охраняется ими,

В соблюдении их великая награда (Пс. 18:9-12).

Но что именно следует читать?

Библия большая книга, даже напечатанная мелким шрифтом на тонкой бумаге. Она вмещает в себя многое. Разное содержание и разный стиль. Ее можно уподобить «Войне и миру» или биографии Стоунволла Джексона, написанную Робертсоном. Я поддерживаю различные программы, призванные помочь нам в прочтении Библии за год или изучении конкретной книги из нее. Они действительно помогут понять контекст и историю. Есть множество комментариев, симфоний и компьютерных программ по изучению Библии, я сам использую их и получаю от них много пользы.

Но в дополнение к этому позвольте мне сказать, насколько полезно было бы просто спросить Бога: «Что мне сегодня почитать, Господь?».

Когда ваш Пастырь поведет вас в чтении Писания, Он сможет показать вам тот самый отрывок, на который вы не обратили бы внимания или который не согласуется с той программой, которую вы используете в данный момент. И это будет то самое слово, в котором вы так нуждаетесь. Таким образом я получил множество предупреждений, бессчетное количество советов, неизмеримые утешения и несравненную близость с Богом, Который обращался ко мне непосредственно через Свое Слово.

Как раз сегодня утром я спросил Бога, что мне читать. Сначала я просто услышал — Иоанн. Я открыл Библию на Евангелии от Иоанна и затем спросил: «Какую главу?» «Десятую». За последние дни Он несколько раз направлял меня к этой главе. Конечно, я понимаю, что слышание Бога в такой непосредственной манере может быть новым переживанием для вас. Естественно, что долгие годы я тоже не мог общаться с Богом таким образом. В этом ничего постыдного нет. Все мы ученики, и все мы учимся. Пусть ваш предыдущий опыт общения с Богом не ограничивает вас в той радости, которую вы можете испытать в предстоящие годы хождения с Ним.

Я начал читать десятую главу Евангелия от Иоанна, еще не понимая, что хочет сказать мне Бог, но читал я с чувством ожидания. Я знал, что, хотя не понимаю, почему мне следует читать сегодня утром этот отрывок, я все равно получу от этого пользу. В любом случае мне это полезно. И вот что я прочитал:

Истинно, истинно говорю вам: кто не дверью входит во двор овчий, но перелазит инде, тот вор и разбойник; а входящий дверью есть пастырь овцам. Ему придверник отворяет, и овцы слушаются голоса его, и он зовет своих овец по имени и выводит их. И когда выведет своих овец, идет перед ними; а овцы за ним идут, потому что знают голос его (Иоан. 10:1–4).

Я люблю этот отрывок, и много времени посвятил размышлению над ним. Но сегодня меня буквально поразила фраза «идет перед ними». Такое впечатление, словно раньше я не замечал этих слов и никогда не обращал на них внимания. Иисус идет впереди нас. Это так успокаивает, и в результате начинаешь день совсем с другим настроением, не таким, с каким я встречал свои дни раньше. Скорее, эти слова показали мне, как я встречал каждый наступающий день. Вот что происходит в результате.

Я общаюсь с Богом в утренней молитве, а иногда в чтении той или иной книги. Но потом происходит какой-то сдвиг. Где-то между молитвой, завтраком, отправкой мальчиков в школу и поездкой на работу происходит какое-то разъединение. Я уже не чувствую, что иду за Иисусом, Который шествует впереди меня. Словно я считаю само собой разумеющимся, что я сам прокладываю дорогу. До сегодняшнего утра я не смог бы выразить это словами. Но этот отрывок позволил мне понять, что в наших отношениях с Богом я не вижу, что Он идет передо мной. Но я хочу этого. О, как я хочу этого! Мое сердце переполнено этим желанием. И это не интеллектуальное упражнение, но живое и непосредственное общение с Богом через Его Слово.

«Неужели, Иисус? Неужели Ты действительно идешь передо мной?».

Такой взгляд намного лучше, он помогает понять, что Бог непосредственно участвует в нашей жизни и в жизни вокруг нас. Теперь, когда я думаю об этом, я полагаю, что раньше я был невольным деистом. Бог где-то там, а я здесь, выполняю свою прозаичную работу. Он издали улыбается мне, но в детали, по сути, не вникает. Однако такой взгляд на Бога не соответствует действительности, и с таким взглядом жить ужасно. Я вспоминаю удивительное откровение Джорджа Макдональда:

Если бы я сказал себе, что Бог лишь иногда вмешивается в мою жизнь, моя вера мгновенно утратила бы силу. Но я вижу, что Он все во всем… Он есть Любовь, Он все видит и слышит. (George MacDonald, “Diary of an Old Soul”).

Я тоже так считаю. Но почему же забываю об этом в повседневной жизни? Может, эту тему стоит выразить немного иначе. Я действительно верю, что Христос ведет нас, но я не делаю осознанных усилий, чтобы следовать за Ним во всех, даже промежуточных ситуациях, там, где происходит реальная жизнь. Вопрос в том, последую ли я за Христом в противоположность моим собственным ежедневным намерениям? Это означает переход к намного лучшей жизни. Тогда я смогу спрашивать Его, куда мне направиться и что делать на протяжении всего дня. И тогда, поскольку Он идет впереди меня, я буду следовать за Ним.

Это был отрывок, который мне нужно было прочитать сегодня утром, как раз то, что доктор прописал.

Но бывают другие ситуации, когда я читаю то, что, как я думаю, Бог подсказал мне прочитать, но не сразу понимаю, что Он хотел мне сказать в том или ином отрывке. Несколько недель назад это была седьмая глава Евангелия от Иоанна. Я прочитал всю главу, и, хотя содержание главы мне очень нравится, я ничего из нее не получил. У меня осталось ощущение, будто я прочитал Периодическую таблицу элементов.

Я, можно сказать, пожал плечами и отправился по своим делам, осознавая, что, если я все понял правильно и если Бог хотел, чтобы я прочитал этот отрывок, со временем все станет на свои места. Прошло несколько дней, я ехал по дороге, размышляя о том, насколько скованным и нервозным я становлюсь, когда думаю о впечатлении, которое произвожу на других людей.

Именно в этот момент Дух повел меня к седьмой главе Евангелия от Иоанна.

И много толков было о Нем в народе: одни говорили, что Он добр; а другие говорили: нет, но обольщает народ. Впрочем, никто не говорил о Нем явно, боясь Иудеев. Но в половине уже праздника вошел Иисус в храм и учил. И дивились Иудеи, говоря: как Он знает Писания, не учившись? Иисус, отвечая им, сказал: Мое учение — не Мое, но Пославшего Меня; кто хочет творить волю Его, тот узнает о сем учении, от Бога ли оно, или Я Сам от Себя говорю. Говорящий сам от себя ищет славы себе; а Кто ищет славы Пославшему Его, Тот истинен, и нет неправды в Нем (ст. 12–18).

Какая свобода в Иисусе! Ему было все равно, что думают о нем религиозные учителя, считают ли они Его добрым или нет. Он не позволил общественному мнению отвлечь Себя или уклонить в сторону. Он просто говорил то, что должен был сказать, осознавая, что Отец Его одобряет.

— Ах, вот что Ты показывал мне. Вот на что Ты хотел обратить мое внимание.

— Да.

— Господь, я тоже хочу свободы, которой Ты обладаешь. Я хочу быть полностью свободным от мнения других людей обо мне.

Попытайтесь и вы. Спросите Бога, что вам почитать. Успокойтесь и успокойте свое сердце. Избавьтесь от нервозных мыслей о том, что вы должны услышать Его прямо сейчас, отстранитесь от всего, что вам мешает. Все хорошо. Вы принадлежите Ему. Успокойте свое сердце и свои отношения в Нем. И затем задайте этот простой вопрос: «Бог, что мне сегодня читать?» Помолчите и послушайте. Повторите этот вопрос. Если вам покажется или вы будете уверены, что услышали, как Он что-то сказал, повторите это. «Это десятая глава Евангелия от Иоанна, Господь? Ты хочешь, чтобы я прочитал десятую главу Евангелия от Иоанна?» Испытайте этот ответ. Практикуйте в течение нескольких недель.

Вы испытаете восторг от всего, что последует за этим.

Когда мы не слышим Бога.

Сегодня утром я не мог найти свои часы. И потому пребывал, можно сказать, в ярости.

У меня есть немного драгоценного времени для работы над книгой, но я каждые пятнадцать минут бросаюсь искать часы. И не могу найти. На самом деле в этот момент они мне не нужны. В течение следующих полутора часов мне не нужно никуда ехать. Я думаю, что мысль о моей неспособности найти их заставляет меня искать их еще более настойчиво. Я еще раз обошел весь дом, заглянул в обычные места — прикроватная тумбочка, ванная комната, за подушками на диване, но нигде их нет. Пятнадцать минут назад, когда я искал свои часы в тех же местах, их там тоже не было. Неужели я думаю, что они появились там магическим образом? Такое со мной случается. «Ты пишешь книгу о том, как ходить с Богом. Почему ты не спросишь Бога, где часы?».

Хорошо. Итак, я молюсь: «Бог, Ты знаешь, где мои часы. Где они?».

Молчание. Я ничего не слышу.

Не знаю почему. Но сегодня я не хочу согласиться с таким вердиктом о моих отношениях с Богом. Друзья, на самом деле это очень важно. Мы не можем знать всех обстоятельств, которые отвечают за то, почему мы не слышим Бога в тот или иной момент. Может быть, я слишком рассеян, слишком увлечен желанием самому найти свои часы. Может быть, меня блокирует враг, А может, Бог не хочет говорить со мной в данный момент. Может, Он хочет, чтобы я обнаружил что-то еще, например, почему я твердо решил найти часы, если они мне не нужны, и почему я не взялся за работу над книгой. Я не знаю всего, что происходит.

Но одно я знаю точно. Эта ситуация не может стать приговором на мои отношения с Богом или на Его отношение ко мне сегодняшним утром.

Слышание Бога проистекает из наших с Ним отношений. Эти отношения установил для нас Иисус Христос. «Итак, оправдавшись верою, мы имеем мир с Богом через Господа нашего Иисуса Христа, через Которого верою и получили мы доступ к той благодати, в которой стоим» (Рим. 5:1, 2). Что бы мы ни чувствовали, мы имеем отношения с Богом прямо сейчас, потому что принадлежим Ему. И наши отношения с Ним неизменны. «Ибо я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божьей во Христе Иисусе, Господе нашем» (Рим, 8:38, 39).

Я — Божий. И Он — мой.

Поскольку нам подарены отношения с Богом через Иисуса Христа и все, что Он сделал, мы можем возрастать в развитии этих отношений. На основании объективной истины мы можем двигаться в познании Бога в нашей жизни, и это познание со временем будет углубляться. Сюда относится также способность слышать Его голос. Молитва не как речь, обращенная к Богу, не как односторонний разговор, но как акт обращения к Богу и слышания от Него. Двусторонний разговор. Это богатое наследие, которым мы обладаем.

Моя способность слышать Божий голос в любой день не изменяет моей позиции во Христе. Я говорю об этом, потому что я ни в коем случае не хочу насадить в вашу веру чувство стыда или сомнений, или другого негатива по причине вашей неспособности ясно слышать на данный момент. Путь к близости с Богом вместе со способностью близко общаться и разговаривать с Ним — это прекрасный процесс, полный сюрпризов и даров, которые Он приготовил для вас.

Но если наши отношения с Богом базируются на способности слышать Его в нужный момент или по конкретному вопросу, тогда мы можем поколебаться и испытать сильное потрясение. Я знаю, потому что это также случилось со мной. Наша вера основана на чем-то более твердом, чем сегодняшние эпизоды и события. У нас есть Писание, данное нам Богом, и оно хранит в себе основополагающие принципы для всего остального. Оно утверждает, что, поскольку мы имеем меру в Бога, мы принадлежим Ему, а значит, пребываем в полной безопасности. Оно утверждает, что Он участвует в нашей жизни постоянно, и не важно, чувствуем мы это или нет. Оно утверждает, что никогда, никогда Он нас не покинет.

Поэтому, если вы пока не слышите Его, не расстраивайтесь. Все нормально. Продолжайте молиться. Продолжайте слушать. Помните, что, возможно, Бог готовит нечто другое, потому не отвечает на ваш только что заданный вопрос. К примеру, я заметил, что испытываю желание обвинять других: «Кто взял мои часы? Уверен, это Стейси». О Боже, ну почему я это делаю? Почему я так скор на обвинение других людей? Я начинаю смеяться над собой. «Ну, успокойся, брат. Ты ничего не знаешь. Не нужно оглашать никаких приговоров». Что мне сейчас нужно, так это просто отпустить данную ситуацию. Отпустить.

Эта история закончилась смешно.

Прошло примерно полтора часа, и мне нужно было уходить, а я привык носить на руке часы. Поэтому я снова помолился: «Иисус, помоги мне найти часы». Теперь я не пытался что-то услышать, я доверился чему-то более глубокому во мне. Я был уверен, что Он здесь и Он поможет мне каким-то, может быть, иным образом. И это не пустячное предположение. Нельзя утверждать, что либо я услышу от Бога, либо Его не интересуют мои дела. Совсем нет. Я пошел в спальню, вытащил пару носков из комода и сел на пол посреди комнаты, чтобы надеть их на себя. Думаю, я этого не делал раньше, т. е. раньше я не садился на пол, чтобы надеть носки. Но именно с этой позиции я увидел свои часы под кроватью. Они лежали там. Мои часы.

Я буквально почувствовал, как Бог улыбается.

По плодам их познаете их.

Сегодня утром я пытаюсь писать, но не могу сосредоточиться.

Я просто не могу войти в привычную колею.

За последние двадцать минут я испробовал несколько подходов, чтобы настроиться на работу. Я набросал схему, чтобы привести мысли в порядок. Я перешел к другой части книги, чтобы почерпнуть из нее вдохновение. Я даже позволил себе отвлечься, проверил электронную почту, побродил по дому, надеясь, что по возвращении я почувствую обычный прилив воодушевления. Но ничто не помогало. И вдруг до меня дошло — кто должен быть более всего заинтересован в разрушении планов по написанию этой книги? Кто будет радоваться возможности отвлечь меня на месяц или хотя бы на один день? Кто попытается развеять мои мысли, чтобы исказить красоту или уменьшить пользу того, что я хочу передать и мой книге?

По плодам их, сказал Иисус, познаете их, Этот принцип применим абсолютно ко всему в жизни. Особенно он полезен при диагностике того, что пытается сделать враг. Каковы плоды того, что вы переживаете? Каковы результаты? Если это продолжается, какие результаты вы получите впоследствии? Или что вы потеряете? Иисус сказал, что Он пришел, чтобы мы имели жизнь, и имели с избытком. Он также предупредил, что вор приходит, чтобы украсть, убить и погубить. У вас что-то украдено? Но это не от Бога. Он называет сатану клеветником братьев. Вы испытываете чувство вины, ощущение, что вы «настоящий идиот»? Посмотрите на плоды, и вы сразу же узнаете дерево, с которого вы получили эти плоды.

Павел говорит, что «плод духа — любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание» (Гал. 5:22). В данный момент я совсем не чувствую радости. Более того, чем дольше я пытаюсь прорваться через эти препятствия, тем в большее отчаяние я погружаюсь. Я также не чувствую мира. Мира, как реки или хотя бы речки. Более того, я не чувствую даже ручейка мира. В каком бы состоянии я ни находился, это не плод Духа. Я никак не могу вернуться к чистому воздуху, в котором я обычно нахожусь, когда пишу. Что-то мне сильно мешает. Что-то туманное, я даже не могу подобрать для него определения, но я уверен, что вижу плоды этого. Я не могу писать.

Конечно же, мы должны помнить о плодах плоти. Павел перечисляет их: «прелюбодеяние, блуд, нечистота, непотребство, идолослужение, волшебство, вражда, ссоры, зависть, гнев, распри, разногласия, соблазны, ереси, ненависть, убийства, пьянство, бесчинство и тому подобное» (Гал. 5:19). Нет. Ни одно из них, похоже, к моей ситуации не подходит. Я определенно открыт для обличения в грехе, но я явно не бесчинствую, и я не пьян. И в списке Павла не перечислены препятствия для работы писателя. Здесь что-то другое.

Первое серьезное пробуждение на нашем пути к вере — это осознание существования Бога. Это осознание может быть основательным потрясением. Второе открытие, которое производит значительные изменения в жизни, — это Богоявление, когда мы приходим к пониманию, что мы имеем с Ним общение. Мы должны принять Его во внимание. Мы понимаем, что Бога нельзя игнорировать. Это еще более серьезное потрясение, способное произвести главные перемены в человеческом существе. Многие люди годами пытаются избежать этого. Но, к счастью, мы начинаем видеть, что самое мудрое, что мы можем сделать, это возлюбить Бога, довериться Ему, принять Его приглашение к жизни и отдать Ему свое сердце. Мы становимся Его сыновьями и дочерьми через веру в Иисуса Христа. И, будем надеяться, Его последователями.

Но нас ожидает еще одно открытие. Следующее Богоявление на нашем пути веры приходит через осознание существования сатаны. И мы понимаем, что нам придется учитывать и его тоже. Мы видим, что его тоже невозможно игнорировать. К сожалению, приходится признать, что это откровение нельзя назвать обычным даже среди последователей Христа, несмотря на то, что Писание полно предупреждений об уловках врага.

И произошла на небе война: Михаил и Ангелы его воевали против дракона, и дракон и ангелы его воевали против них, но не устояли, и не нашлось уже для них места на небе. И низвержен был великий дракон, древний змий, называемый дьяволом и сатаною, обольщающий всю вселенную, низвержен на землю, и ангелы его низвержены с ним… И рассвирепел дракон… и пошел, чтобы вступить в брань с прочими от семени ее, сохра¬яющими заповеди Божьи и имеющими свидетельство Иисуса Христа (Отк. 12:7–9,17).

Сатана был сброшен на землю. Вместе с ним сюда пришли падшие ангелы. Их называют демонами. Они борются против тех, кто стал другом Богу. Хотя многие друзья Бога об этом не знают. Я тоже не знал этого долгие годы. Я был невеждой в этом вопросе. Я пребывал во тьме. Но это знать очень полезно. Это осознание проливает свет на многие события в нашей жизни.

Давайте вернемся к предположению о том, что А + В = С. Будьте хорошими людьми. Верьте в Бога. И все будет замечательно. «Нет, — сказал Иисус. — Помимо этого есть другие факторы. У вас есть враг. И вам нужно учитывать это, иначе вы не обретете жизнь, которую Я предлагаю вам». Судя по плодам отчаяния и отсутствия ясности и тому факту, что Бог в это утро казался далеким, я догадался, что враг поблизости, и он пытается остановить процесс написания книги.

Поэтому мне пришлось остановиться и помолиться.

Делайте это сразу.

Мне нужно было помолиться об этом сразу.

Каждый раз, когда я испытываю любого рода атаки, почти всегда я чувствую побуждение игнорировать этот факт, отложить его разрешение на более позднее время или объяснить его плохим самочувствием, неспособностью или чем-то еще. Чем угодно. То же самое я наблюдаю во всех моих друзьях. Мы просто не хотим с этим связываться.

Бог дал нам волю. Научиться использовать ее — очень важная часть в процессе становления зрелого человека. Вам не хочется вылезать из постели по утрам? Вы потеряете работу. Не хочется отказывать себе в чем-то? Вы попадете в долги. Это и есть процесс взросления на сто процентов. Но ничто другое не сможет научить вас осуществлять свою волю так, как духовная война. Во-первых, вам не хочется ввязываться во все это. Именно поэтому вам нужно развернуться, встать лицом к врагу и разобраться с ним. Дальше. Такая позиция укрепит вашу волю. Однако большая часть христиан фактически молится против подобных атак. Они говорят примерно так: «Иисус, прошу Тебя, убери это от меня». Если они столкнулись с разочарованием или отчаянием, они молятся: «Прошу Тебя, дай мне силы». И это хорошо. Или, скажем, они испытывают атаку со стороны похоти. Многие люди в таком случае молятся: «Помоги мне пройти через это, Господь». И это тоже хорошо, когда они просят у Бога чистые мысли.

Однако они по-прежнему пытаются увернуться от разрешения этого вопроса.

Враг присутствует в виде какого-нибудь нечистого духа, и именно вы обязаны приказать ему уйти. Как призывает Писание: «Итак… противостаньте дьяволу, и убежит от вас» (Иак. 4:7). Не сопротивляйтесь и не бегите. Вам приказано противостать. Павел показывает нам, как это делать. «Павел, вознегодовав, обратился и сказал духу: именем Иисуса Христа повелеваю тебе выйти из нее. И дух вышел в тот же час» (Деян. 16:18). Он это сказал громко и властно. Именем Иисуса Христа. Вот как это делается.

Конечно, будет хорошо, если вы назовете духа по имени. Вы имеете дело с деформированным существом, нечистым духом, полным непослушания и обмана. Он будет изворачиваться, хитрить и откажется уходить. Вам нужно быть прямолинейным и властным. «Иисус запретил ему, сказав: замолчи и выйди из него» (Лук. 4:35). Обратите внимание на слово «запретил».

Иногда вы понимаете, с чем имеете дело, судя по плодам. Внезапно вы чувствуете, что со всех сторон на вас обрушиваются потоки похоти, и тогда вам следует запретить Похоти. Вас охватывает недомогание и чувство отчаяния, и тогда вам нужно противостать Отчаянию. Но лучше всего все же остановиться и спросить Бога, с чем вы имеете дело. Не нужно с яростью кидаться на врага. Спросите Иисуса, против чего вы должны молиться. По мере возрастания в способности слышать голос Божий эта привычка станет весьма полезной в разборках с врагом. Теперь, после многих лет практики, я просто начинаю молиться, и в процессе молитвы внимательно прислушиваюсь к Господу и затем говорю о том, о чем Он велел мне молиться. Именно так я молился сегодня утром.

«Я несу Царство Божье, славу Господа Иисуса Христа и полноту труда Иисуса Христа против духа Отвлечения и против всех нечистых духов здесь». Похоже, я не совсем точно попал в цель с духом Отвлечения, поэтому я спросил Бога: «Что это, Господи, с чем я сегодня имею дело?».

«Сокращение», — сказал Он. Ах, да, это мой давний враг, с которым я сражаюсь долгие годы. Дух Сокращения. Хорошо. «Я выступаю с полнотой работы Господа Иисуса Христа против Сокращения, и я изолирую Сокращение от себя». Помните, Иисус велел «связать сильного» (Мат. 12:29). Совершенно очевидно, что контекст Его повелений имеет отношение к разрешению проблем с нечистыми духами, потому что в предыдущем стихе Он сказал: «Если же Я Духом Божьим изгоняю бесов, то конечно достигло до вас Царствие Божье» (ст. 28). После этого Он приказывает нам связать сильного.

Затем я помолчал немного и спросил Христа:

— Мне нужно еще о чем-нибудь помолиться?

— Очисти себя Моей кровью и попроси Духа восстановить себя во Мне, восстановить наше единение и вдохновить тебя.

— Я очищаю себя кровью Иисуса Христа. Я окропляю кровью Иисуса мой дух, душу и тело, сердце, разум и волю. Я прошу Твоего Духа, Иисус, восстановить меня в Тебе, обновить меня в Тебе, обновить наш союз и даровать мне вдохновение. Во имя Иисуса.

Ну, вот, я уже чувствую себя намного лучше. Я еще не полностью восстановился, иногда подобные вещи требуют определенного времени для осуществления в духовных сферах. Но все же теперь гораздо лучше, и я буду бдителен, чтобы не упустить других атак. Если в течение последующего получаса я полностью не восстановлюсь, тогда я снова помолюсь подобной молитвой.

Конечно, я понимаю, что все это может показаться странным или даже страшным. Но Писание ясно говорит, что последователи Христа испытают на себе духовные атаки. «Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш дьявол ходит, как рыкающий лев, ища кого поглотить. Противостойте ему твердою верою, зная, что такие же страдания случаются и с братьями вашими в мире» (1 Пет. 5:8, 9). Под «братьями вашими» подразумеваются другие христиане. А выражение «в мире» означает, что эти духовные атаки не ограничиваются только крусейдами Билли Грэма или миссионерской работой в Новой Гвинее. Это часть обычной христианской жизни.

Полагаю, что мне приходится отражать разные виды атак едва ли не каждый день. Когда же обстоятельства неблагоприятные, то несомненно каждый день. Вы можете подумать, что это слишком много, но скоро обнаружите, что если хотите получить жизнь и радость и движетесь к большей близости с Богом, то начнете привлекать к себе внимание врага. Врагу не понравится ваша жажда Бога. И это хорошо. Не отступайте и не сдавайтесь. Как говорит Писание, противостаньте. Поднимитесь. Дайте сдачу. И тогда вы сможете отбросить атакующие силы назад. И что лучше всего, духовная война сделает нас святым, потому что она усиливает и укрепляет вашу волю и приближает вас к Христу. Она помогает вам делаться зрелым, потому что вы все это делаете осознанно и напрямую разбираетесь с атаками врага.

Все встало на свои места.

Остерегайтесь вступать в соглашения.

Под каким давлением мы можем жить и сколько радости мы теряем, потому что мы не останавливаемся, чтобы спросить: «Откуда берется вся эта нечисть?» Могу признаться, что чуть было не потерял то утро. Я мог бы объяснить свою неспособность писать какими-то другими причинами. Это было бы легко сделать, потому что так легко пойти на это едва заметное соглашение, сказав самому себе что-нибудь вроде: «Похоже, у меня сегодня ничего не получится». На самом деле следует быть очень осторожными в подобных соглашениях.

Мы знаем, что враг — лжец. Более того, он есть отец лжи (см. Иоан, 8:44). Мы также знаем, что он хитер. Намного хитрее, чем любое другое творение, созданное Богом (см. Быт. 3:1). Поэтому следует ожидать, что он весьма преуспел в способности заставить нас поверить своей лжи. Весьма, весьма преуспел. Его атаки часто едва уловимы, едва заметны, он хорошо маскируется под кого-то другого (например, обычные помехи для писателя). Он надеется на то, что мы не поймем и не распознаем в происходящем его атаки, и потому согласимся с ними. Позвольте мне показать, как это работает.

Однажды вечером мы встретились за ужином с друзьями, которых не видели много лет. В тот вечер мы говорили о детях, об планах на будущее и о путешествиях, которые совершили. Прекрасный, непринужденный разговор. Вдруг женщина (назовем ее Анной) перебила меня прямо посреди моего рассказа:

— Вы, ребята, постоянно говорите: «Бог сказал мне то, Бог сказал мне это». Создается впечатление, что Бог все время разговаривает с вами.

— Ну, не все время, но часто, — сказал я.

— Я никогда не слышала голоса Божьего.

Выражение ее лица стало тревожным. Причем, учтите, эта драгоценная женщина любит Бога, она христианка с тридцатилетним стажем, и большую часть этого времени она является женой пастора.

— А если это происходит не по твоей вине, Анна? То есть я имею в виду, если это не из-за тебя?

В ее глазах застыли слезы. Она решила, что в том была ее вина. Мы все так думаем. Мы думаем, что сами во всем виноваты.

— Скажи, пожалуйста, кто больше всего заинтересован в том, чтобы ты не слышала голоса Божьего?

— Думаю, сатана, — ответила она неуверенно.

Анна не особенно верила в духовную войну.

— Давай сделаем вот что. Давай помолимся и посмотрим, что тебе мешает, что препятствует твоей способности слышать Бога.

Мы вчетвером встали из-за стола, перешли в гостиную, сели и стали молиться: «Иисус, что мешает Анне слышать Тебя?» Некоторое время мы сидели в молчании. У меня возникло ощущение, что мы во что-то уперлись, отчасти потому что я почувствовал, что мы делаем не то и что мне не следовало этого предлагать.

Затем Стейси сказала:

— Я слышу слово «отверженность».

Хорошо. Отверженность. Никогда не знаешь, куда тебя заведет это слово. Я повернулся к Анне и спросил:

— Ты когда-нибудь чувствовала себя отверженной, Анна?

Она заплакала. Она не могла говорить и только кивнула головой. Я попросил ее рассказать, в чем дело.

Она стала рассказывать о своих ранних годах в христианстве. У ее первого ребенка были колики, и он целыми днями кричал. Кричал он хорошо. Однажды ее терпение дошло до предела, и в отчаянии она возопила к Богу, умоляя Его остановить эти крики. Но Бог не помог. Враг в ту же секунду оказался рядом. И что-то в ее сердце согласилось с ним. Она вступила с ним в соглашение. «Бог оставил меня». И между Анной и Богом упала завеса.

Павел предупреждает нас, что неразрешенные эмоциональные вопросы могут создать духовные твердыни в жизни христианина. «Гневаясь, не согрешайте: солнце да не зайдет во гневе вашем; и не давайте места дьяволу» (Еф. 4:26, 27). Павел писал свое послание верующим людям, и он ясно дал понять, что если мы неправильно интерпретируем события и обстоятельства в своей жизни, то даем врагу место, и он создает в нашей жизни свои твердыни. И здесь нет ничего мистического или ужасающего, просто это реалии духовной войны и то, с чем мы должны разбираться. Результатом ситуации с Анной стал тот факт, что она не слышит Бога. И это явно не плод Духа.

«Иисус, как нам молиться в этом случае?» — спросил я в сердце. «Вели ей аннулировать то соглашение». Тогда я повел Анну в такой молитве: «Иисус, Ты обещал никогда не покидать и не оставлять меня. Прости меня за то, что я согласилась с ложью и поверила, что Ты меня оставил. Я отрекаюсь от этого соглашения прямо сейчас. Во имя Твое». После этого мы смогли призвать работу Иисуса Христа против духа отверженности и против всякого лживого духа, который принес все это Анне.

«Что теперь?» — спросил я. «Пригласи в ее жизнь Мое исцеление». Я повел Анну в следующей молитве: «Иисус, я чувствовала себя покинутой Тобой. Приди и исцели мое сердце в этом месте. Приди в мою память, в тот момент в моей жизни. Приди и послужи мне здесь». Мы помолчали несколько минут, позволяя Христу послужить ей.

«Что дальше?» — снова спросил я. «Спроси ее, слышит ли она Мой голос».

Если вы когда-нибудь вели машину ночью в зимнюю погоду, вы знаете, что чувствует водитель, когда ему нужно затормозить и он надеется, что в этот момент он не проезжает обледенелый участок дороги. Вы сдерживаете дыхание и шепчете про себя: «Надеюсь, пронесет». Именно так я почувствовал себя в тот момент. Каждый раз, когда вы молитесь с кем-то о подобных вещах, следует быть осторожным, чтобы не огорчить человека еще больше и не дать врагу дополнительных шансов восторжествовать. Как повести человека в место, куда он еще не готов или не может пойти? Но Бог велел мне это сделать, и потому я сказал:

— Анна, Иисус хочет, чтобы ты послушала Его сейчас. Ты сделаешь это?

Она кивнула головой, и мы помолились:

— Господь Иисус, что Ты хочешь сказать Своей возлюбленной? Какое слово Ты скажешь Анне сегодня?

Про себя я подумал: «Хоть бы ты прошла это испытание». Долгое молчание. Я взглянул на Анну, она плакала.

— Что ты слышишь?

— Он сказал, что любит меня.

Впервые за тридцать лет она услышала, как Бог говорит к ней. И все это из-за того соглашения, в которое она вступила с врагом.

Желание взглянуть.

Итак, я езжу на старой «тойоте» 1978 года, и по большей части она мне нравится. Это простая, надежная и серьезная машина. Никаких компьютеров, никакой электроники, никакой навигации. Менее всего мне нужен женский голос, который приказывал бы мне повернуть направо или через четверть мили повернуть налево. В старых машинах мне нравится простота. Так или иначе, я собрался поехать на ней вчера вечером, но обнаружил, что ее аккумулятор сел. В тормозной системе есть какой-то дефект, который заставляет аккумулятор работать даже после того, как выключается зажигание. И если не обратить на это внимание, то за одну ночь аккумулятор садится. Со старыми машинами могут происходить странные вещи. Как и с людьми.

На тот момент я разрешил ситуацию, взяв нашу вторую машину, но я знал, что я не ездил на ней достаточно далеко или долго, и потому ее аккумулятор не нужно было заряжать. Я также знал, что следовало проверить ее состояние до того, как я собрался ехать на работу. Когда накануне вечером мы садились в нее, я заметил, что аккумулятор выглядел чуть заржавевшим. Я тогда подумал: «Может, мне его нужно почистить».

Когда я открыл капот машины, то вдруг подумал, что не заглядывал туда достаточно долгое время. Вы знаете это щемящее чувство — ты не заглядывал под капот слишком долго. Это неприятное чувство, чувство пренебрежения и страх перед тем, что ты там можешь увидеть. Такое же чувство у меня возникает каждый раз, когда в ванной я вижу зубную нить. Но вернемся к моей машине.

Когда вы заглядываете под капот машины, первым делом вы видите радиатор, черный, похожий на ящик предмет с маленькими серебристыми колпачками сверху. Туда мы вливаем воду и антифриз. С их помощью машина охлаждается. «Ой, а когда я в последний раз проверял уровень воды?» Я этого даже не помню. Прошлым летом? Отвинтив крышку, я не увидел никакой жидкости. Пожалуй, лучше залить сюда то, что нужно. Я огляделся в гараже, нашел старую бутылку с «Престоном» и стал лить жидкость в радиатор. Резервуар радиатора — это лабиринт из трубочек, и ты никогда не догадаешься, сколько жидкости следует налить. Чем больше ты льешь, тем дольше ты в нее не заглядывал. Туда уходит довольно много жидкости, прежде чем из горлышка радиатора не потечет что-то зеленоватое.

Когда я завинтил колпачок обратно, мои мысли обратились к маслу. Ко мне снова подступил страх. «Когда я последний раз проверял масло?» Я и это не мог вспомнить. Леденящее чувство стало постепенно наполнять меня изнутри. Одно дело забыть наполнить радиатор. Если что-то с ним не в порядке, ты обычно выясняешь это практически сразу, потому что машина перегревается и из-под капота начинает вырываться пар. Но когда ты понимаешь, что с твоим маслом что-то не так, обычно это значит, что с мотором какие-то серьезные неполадки. Эта «тойота», как старый и верный верблюд, будет работать, пока не упадет. Однако с машиной так обращаться нельзя. Нельзя доводить машину до коллапса тем, что ты забыл проверить в ней уровень масла.

И вот я стою, понимая» что мне нужно проверить масло прямо сейчас, но во мне что-то колеблется. Я ничего не хотел знать. Я не хотел идти туда.

Я знал, что давно не проверял машину. И я не был уверен, что хочу знать о том, что с ней на самом деле происходит.

Стоя там и глядя на машину в полной растерянности, я был поражен тем, что на самом деле не хотел проверять ее состояние, и я узнал в себе это чувство. То же самое происходило с моей чековой книжкой. Когда я проверял ее в последний раз? Когда ходил к дантисту. А когда я ходил к дантисту? Я хорошо знаю это чувство игнорирования чего-то, особенно когда это происходит в течение длительного времени.

Мы часто поступаем так же со своим внутренним миром. Однажды происходит нечто такое, что заставляет нас понять, что мы очень давно не заглядывали, так сказать, под свой капот (если вообще когда-то заглядывали). Может быть, это спор с супругой. Внезапное и сильное влечение к жене другого. Страх перед предстоящей презентацией. Беспокойство. Депрессия. Или кто-нибудь вдруг спрашивает: «Как дела?» И под благополучной поверхностью мы вдруг чувствуем колебание, но заглядывать туда не хотим.

Но мне нужно было посмотреть туда. Так продолжаться больше не могло. Я поискал измерительный стержень, со страхом просунул его в отверстие и вздохнул с облегчением, увидев, что хотя уровень масла и был низким, но не опустился до опасной черты. Я вздохнул с облегчением, убедившись в том, что не ездил без масла невесть сколько времени, и лед внутри меня растаял. На полке в гараже я нашел нужную бутылку и налил масло в радиатор. Затем я взялся за аккумулятор.

В таких ситуациях я встречаю сопротивление определенной части самого себя, которую можно назвать и трусом, и гедонистом, и мистиком. Эта часть всегда стремится обезопасить себя от всяких тревог, даже если предполагаемая информация впоследствии станет для меня спасением. То же самое я наблюдаю во всех моих друзьях. То есть я хочу сказать, что это универсальное свойство всех людей. Никому из нас не хочется заглядывать под капот. Мы не хотим знать того, что нам абсолютно необходимо знать. Это плохое качество. Оно нам не друг.

За долгие годы я усвоил один урок: либо платишь сейчас, либо много позже. И это верно во всех аспектах жизни. Мне не хочется заниматься физическими упражнениями, но и цену за это я платить не хочу. Мне нравится просто передвигаться. Но в конце концов позже мне приходится за это платить. Когда мы выбираемся на природу и устраиваем пешие прогулки или плаваем, тогда я задыхаюсь и у меня колет в боку. Я знаю, что с течением жизни мне придется заплатить еще больше. Мне не нравится мысль об «отсрочке платежа», мне не нравится отказывать себе в том, что я хочу купить прямо сейчас. Поэтому я плачу чуть ли не вдвое больше за обед или что-то другое, забирая деньги с кредитной карты и впоследствии расплачиваясь за кредит дополнительными процентами.

То же самое я делаю во взаимоотношениях. Мне не хочется спрашивать Стейси, как у нее дела, не хочется слышать то неприятное, о чем она может рассказать. Мне не хочется отвлекаться от книги, которую я читаю. Поэтому я откладываю разговор с женой до тех пор, пока мое нежелание близко общаться с ней не превращается в проблему. Я не хочу вступать в мутные воды в общении с другом, не хочу говорить ему, что с ним трудно общаться людям, и не спрашиваю, что с ним произошло и что его тревожит. Поэтому я расплачиваюсь позже, когда мы отдаляемся друг от друга или я даже теряю его дружбу, потому что расстояние между нами стало слишком большим.

Точно так же я готов рисковать здоровьем зубов, лишь бы не тратить время на зубную нить, причем говорю я это ноющим голосом, жалуясь на то, что «я устал». Мне не стыдно приводить такие примеры, потому что я знаю, что большинство из вас точно так же избегает зубных нитей.

В результате мы приходим вот к чему. Мы не хотим никаких неудобств.

Будь то уровень масла в машине или старые раны, которые прячутся в моем сердце, я не хочу никакой информации, которая, как я уже чувствую, будет неприятной. Я не хочу боли, которую она принесет. Я лучше постараюсь ее избежать. И пока моя машина не заглохнет за сто миль от дома или я не погрязну в глубокой зависимости, я отказываюсь понимать, что все проблемы коренятся в боли, не получившей исцеления.

«Господь Иисус, я хочу изменить свою позицию в этом вопросе. Я хочу перестать бегать от боли и разрушений. Я хочу быть готовым заглянуть под капот каждый раз и всегда, когда Ты напоминаешь мне об этом. Я хочу развить в себе желание пойти туда, куда нужно пойти, чтобы встретить лицом к лицу мою жизнь. Особенно когда дело касается внутренних вопросов. Я люблю свою старую «тойоту», но это относительно небольшая вещь по сравнению с моим сердцем и моим хождением с Тобой. Я говорю тебе „да”, Господь».

Дорогой друг, возможно, в этом заключается одно из главных отличий между теми, кто переживает Бога и живет жизнью, которую Он предлагает, и теми, кто этого не делает.

Не бойся заглянуть под капот.

Теперь пора.

Бог дает нам десятки таких встреч каждый день, и каждый раз это возможность проявить честность относительно того, что нас мотивирует. Что мы сделаем с этой мотивацией, зависит от нас.

Так Он нас почитает. Когда Бог сотворил каждого из нас, Он дал нам волю, и эту прекрасную и таинственную внутреннюю жизнь, которую мы зовем душой. Точно так, как вы готовы дать своим сыновьям и дочерям возможность самим принимать решения, Бог отступает чуть в сторону, чтобы дать нам такую же возможность. Эти простые моменты решений полны значимости. Когда я выбираю бежать от того, чего хочет Бог, что-то во мне ослабевает. Происходит какой-то компромисс. Или по крайней мере отказ от взросления. Но это также отказ сделать шаг навстречу Богу. К счастью, верно и противоположное. Когда я выбираю встретить лицом к лицу неизвестное, когда я признаю свое отречение или вступаю в зону своих страхов, что-то во мне немного вырастает. Я чувствую себя сильнее. Чаша весов немного перемещается к близости с Богом.

Что бы мы ни делали в такие моменты, давайте будем честными относительно одного — позже мы не сможем это исправить. Мы не сможем сделать это позже. Потому что это просто уйдет. И вот что интересно. Как часто мы говорим сами себе: «Я сделаю это позже»? Хотя мы вполне осознаем, что это больше никогда не повторится, а значит, мы обманываем свою совесть в этот момент и избегаем вопроса, позволяя ему уйти под прикрытием слова «позже».

Итак, как ходить с Богом изо дня в день и каждый момент? Мы это делаем сейчас. Прямо сейчас. И это хождение постепенно набирает обороты. Это единственный способ иметь реальные отношения с Иисусом Христом. Мне нужно было ухватиться за тот момент на крыльце под дождем и пойти туда, где Бог вытащил на поверхность нужные вопросы. Было бы легче сделать вид, что ничего не замечаешь. Но тогда я бы пропустил то, что Бог делал для меня. Мне нужно было вступить в духовное сражение, когда на меня обрушились атаки, разобраться с врагом и сразу, не сходя с места, молиться, иначе я бы остался с этим недомоганием неизвестно сколько времени. Я увидел окно возможностей с Анной в тот вечер, шанс предложить ей жизнь и радость Христа. Часть меня желала бы игнорировать эту возможность, вместо этого предложив какое-нибудь банальное слово или отговорку, чтобы вернуться к остывавшему ужину на столе. Но тогда мы упустили бы прекрасный прорыв. Но теперь пора, друзья.

Покой.

Сегодня дует прохладный ветер, и небеса чуть затянуты облаками. Ветер дует с запада и овевает прохладой мое лицо, а я сижу за садовым столиком, глядя на запад, на плоские вершины гор. Теперь на ранчо пахнет по-иному, люпины отцвели, а полынь не пахнет так остро, как в июле, когда жарко. Скоро наступит осень, я чувствую это по земле. Что-то затихло в природе в эти последние летние деньки.

Мне нравится это промежуточное время. Летние дни подходят к концу. Никто ни о чем меня не просит. Открытие охотничьего сезона предполагается только на следующие выходные. Делать нечего. То, чем я сегодня занимался, было исключительно желанием моего сердца. Я нарубил дрова. Накормил лошадей.

Так спокойно. Я очень люблю такой покой. Никакой почты. Никаких звонков. Мой сотовый здесь не принимает. Все, кого я знаю, находятся по меньшей мере за четыре часа езды отсюда. Может, мне сделать на обед бутерброд с арахисовой пастой и джемом, потому что мне не хочется готовить.

Но самая лучшая часть этого мира и покоя — Бог. Просто сидеть и быть с Богом. Никакой повестки дня. Ни с чем не нужно воевать и ни о чем не нужно молиться. Просто Бог. Это ми с чем не сравнимо. Ничто не может быть ближе. Это предложение момента. Вот что Бог приготовил для меня сегодня. И спасибо, я принимаю это и покоюсь вместе с Ним.

Может, завтра я половлю рыбу. Если это то, что Он приготовил для меня.

Что дает Бог.

В начале этого лета я с сыном Лукой обнаружил прекрасный ручей. Течение у него сильное и быстрое, он спускается с плоских вершин, проходит через старые бобровые плотины и глубокие пруды. Время от времени ручей расширяется и течет спокойнее. Мы провели чудесное время, вылавливая радужную форель, намного более крупную, чем я предполагал найти в маленьком ручье. Но мы смогли половить рыбу только в миле от дома. С тех пор мне хотелось вернуться к ручью и посмотреть, что еще могло нам предложить это сокровище. На карте я заметил, что ручей отходит далеко от дороги, прежде чем соединиться с Медвежьей рекой, и ничто так не возбуждает воображение рыбака, как возможность обнаружить нетронутые воды. Может быть, я буду первым человеком, кто за долгие годы будет рыбачить в этой части реки.

Но в этом году я предоставил себе большую свободу. Внутри себя я чувствую покой и облегчение. Поэтому я молюсь: «Иисус, хорошо ли мне пойти порыбачить, или лучше остаться здесь, просто полежать и отдохнуть?» Я помолчал, прислушиваясь. Мне подойдет любой ответ. «Что Ты думаешь, Господь?» Я слушал, открытый для всего, что Он захотел бы мне сказать. Ибо я понял еще одну вещь: иногда Бог хочет говорить ко мне о чем-то совершенно другом, отличном от вопроса, который я Ему задаю. Если я не получу ответа на вопрос по поднятой мной теме, может, мне нужно будет задать другой вопрос. Это очень полезно в процессе хождения с Богом. Если Он не отвечает на ваш вопрос, остановитесь и спросите Его, о чем Он хочет поговорить.

Сегодня я с удовольствием капитулирую перед Ним. Я готов отдать Ему даже рыбалку, а это хорошее подтверждение того, что Бог работает и дает выздоровление зависимому от рыбалки человеку. Я сижу спокойно и повторяю вопрос:

— Иисус, мы пойдем ловить рыбу? Что Ты приготовил для меня сегодня?

И я слышу:

— Рыбу.

Согласно своим планам я хотел подняться вверх по Медвежьей реке к месту слияния и начать оттуда свои исследования. Но каньон реки удивил меня. Там было так красиво. Река протекает через чащу вечнозеленых деревьев, где некоторые из них склоняются над водой, и солнечные лучи пронизывают их ветви, разбрызгивая по реке свет и тени. Река разделяется на рукава, а затем вновь соединяется.

Я хотел половить рыбу в Медвежьей реке, мне хотелось прикоснуться к нетронутым водам ручья. Но когда я дошел до дна каньона, и поднялся вверх по реке, меня встретил изумительный поток прозрачной зеленой воды, который просто умолял меня о наживке. Приглашение было очень настойчивым. С первой же попытки я поймал прекрасную форель длиной в тринадцать дюймов[1] и изменил свои планы. Я решил время от времени забрасывать удочку в реку по мере своего продвижения к ручью, не относясь к этой ловле серьезно, потому что главным пунктом моего назначения был ручей. Но в самых очаровательных местах я все же буду останавливаться.

Медвежья река, как оказалось, приготовила для меня массу сюрпризов в тот день. К тому времени, когда я дошел до ручья я поймал шесть рыбин, причем без особых усилий. И теперь, когда я дошел до цели своего путешествия, стало очевидно, что в ручье ловить рыбу невозможно. Он падал с геологического шельфа высотой примерно с милю, и скорость его падения делала рыбную ловлю практически невозможной. Я был разочарован. Я шел к ручью, а река была лишь дополнительным бонусом. По крайней мере, я так думал.

Затем я вспомнил нечто, чему учил меня Бог этим летом. Все дело не в том, чего Он не дает, а в том, что Он дает. Мы можем настолько зациклиться на том, чего у нас нет и что, как мы думаем, нам нужно, что можем упустить дары, которые дает нам Бог. И хотя река дала мне все, что я надеялся получить от ручья, — уединение, красоту, рыбу, пойманную на наживку, — полпути домой я дулся из-за того, что не получил этого от ручья.

В июне я был охвачен желанием найти на своих владениях лосиные рога. Я знал, что по этой территории весной мигрируют лоси, а это время, когда они теряют свои рога. Поскольку я находился в своих владениях, у меня была вполне реальная возможность найти этот трофей, который мог остаться в глухих зарослях или рядом с межой. Однажды днем я отправился на поиск с молитвой: «Отец, я знаю, Ты любишь меня. Помоги мне найти рога, пожалуйста». Когда я взбирался по крутому склону позади нашего коттеджа, я прислушался к Богу, надеясь услышать Его водительство относительно того, что Он хочет мне дать. Мне показалось, что на нескольких поворотах лесных тропинок у меня возникло побуждение повернуть направо.

Я был преисполнен оптимизма. Когда я пересек гребень, мне пришлось продираться через густые заросли молодых елей, и там впереди себя я увидел огромного ястреба с красным хвостом, сидевшего на верхушке маленькой ели спиной ко мне. Он сидел, раскачиваясь на ветру, и не знал, что я стою там, поэтому минут пятнадцать я мог наблюдать за ним. Время от времени порыв ветра чуть не сдувал ястреба с ветви, и тогда он расправлял крылья, чтобы сохранить равновесие. А может, он хотел показать мне прекрасное, коричневое с белым оперение? Вдруг он взметнулся в воздух и полетел через долину. Чудесный подарок. Я знал, что это подарок. И я сказал себе: «Дело не в том, чего Бог не дает, но в том, что Он дает». Не рога. Но ястреб. Бог знает, что я люблю ястребов. Я собираю их перья. Всякий раз, когда за ними можно понаблюдать, я это делаю. И сегодня я получил этот подарок. Хотя Бог повел меня не к тому, чего я ожидал.

Чуть позже, в июле, мы всей семьей спускались на каноэ по Змеиной реке в Национальном парке Терон. Это путешествие мы организовали с конкретной целью — порадоваться. Мы очень любим это место. Наступил вечер, и я повел свою семью и нескольких дорогих друзей вниз по той части реки, которую многие люди не знают и куда редко заглядывают в сумерки. Я знал, что там никого не будет, что это время, когда туда на водопой придут дикие звери. Я надеялся увидеть дикого американского лося и кто знает, кого еще. Раньше мы там видели даже медведя. Вечер был просто великолепным. Когда мы бесшумно плыли вдоль берега, вглядываясь в густые заросли по обеим сторонам реки, нам показалось, что время отступило и мы вернулись в 1800-е годы. А может, в 1600-е годы. Мы были в полном одиночестве на молчаливой реке, окруженные сумерками, и я чувствовал, что для нас приготовлен сюрприз.

Мы миновали нору дикой выдры, которую видели несколько лет назад. В ней никого не оказалось. Мы прошли мимо острова, на котором иногда можно увидеть диких лосей. Никого, кроме пары бобров. Разочарованный, я заставил всю группу поработать веслами еще с милю по боковому протоку, где обязательно должны были быть лоси. Но нет. Солнце село за гору, укрывшись в облаках, и все мы полюбовались его красочным закатом. Но я упустил эту красоту, потому что был слишком расстроен из-за отсутствия диких животных. Я полностью сосредоточился на том, чего Бог не дал, и упустил то, что Он дал. И только много позже, разглядывая фотографии, которые сделал Блейн, я понял, что я упустил. Закат был воистину неповторимым. Персиковые, сиреневые и красные оттенки над черными силуэтами гор отразились в реке. И я это упустил. А сегодня я чуть не упустил Медвежью реку.

«Отец, прости меня. Прости мое требовательное отношение, полагающее, что жизнь должна отвечать моим условиям. О Господи, как много Твоих даров я упустил? Прости меня. Моя позиция узколобая и отвратительная. Я молю Тебя о милосердной позиции, чтобы мне быть открытым и благодарным за то, что Ты даешь во всякое время. Я молюсь о том, чтобы быть Тебе истинным сыном».

Лоси и Илия.

Единственное, что может быть хуже холода, это оказаться мокрым и замерзшим одновременно.

Здесь, в Колорадо, открытие охотничьего сезона происходит в конце августа. Этого дня мы ждем целый год. В июне и июле мы начинаем готовиться, собирая все необходимое, упаковываясь и распаковываясь, обсуждая планы предстоящего сезона. Снова и снова. Самой большой радостью приключения чаще всего становится его предвкушение. Мы приезжаем на ранчо за несколько дней до начала сезона, чтобы произвести разведку. Мы, как школьники в преддверии каникул, не могли думать ни о чем другом, а потому решили, что можно начинать предвкушать предстоящие приключения. Наши надежды в этом году были грандиозными — мы видели лосей в большом количестве, мы знали, где они, и знали, как туда добраться. Охота предстояла великолепная.

В утро открытия охотничьего сезона я проснулся от звука дождя, барабанившего по крыше нашего дома. Дождь лил как из ведра. Он начался приблизительно в четыре утра и не собирался останавливаться. Если бы вы видели, как мы на рассвете вчетвером сидели, нахохлившись, вы бы подумали, что дождь льет в доме. Мы выглядели такими же разочарованными, как собаки, которых заперли в конуре, в то время как вся семья куда-то поехала. Я подумал про себя: «Вор, вор, укравший нашу радость». К этому времени мы уже должны были находиться в горах, потому что первый день открытия сезона предлагает самые лучшие возможности. Потом мы начали молиться о том, чтобы погода прояснилась.

Но сначала я должен сказать, что одна из моих самых любимых ветхозаветных историй повествует об Илии, который молился о дожде. Да, я помню, что в тот момент дождь уже лил. Лил сильно. Нам же он был не нужен. Но подождите. Это работает.

Илия взошел на верх Кармила и наклонился к земле, и положил лице свое между коленами своими, и сказал отроку своему: пойди, посмотри к морю. Тот пошел и посмотрел, и сказал: ничего нет. Он сказал: продолжай это до семи раз. В седьмой раз тот сказал: вот, небольшое облако поднимается от моря, величиною в ладонь человеческую. Он сказал: пойди, скажи Ахаву: «запрягай колесницу твою и поезжай, чтобы не застал тебя дождь». Между тем небо сделалось мрачно от туч и от ветра, и пошел большой дождь (3 Цар. 18:42–45).

Мне нравится, что Илия семь раз посылал своего слугу посмотреть на горизонт. Но действует ли это? Мне нравится, что этому сильному мужу молитвы понадобилось семь раз помолиться для того, чтобы дело сдвинулось с мертвой точки. Эта история реальна для реальной жизни. И теперь мне в голову приходит дикая мысль; апостол Иаков сказал, что мы тоже так можем. К концу своего послания Иаков призывает нас молиться так, будто мы абсолютно уверены в действенности нашей молитвы. После знаменитого утверждения — «много может усиленная молитва праведного» — Иаков указывает на эту историю, как на пример. Он говорит: «Илия был человек, подобный нам, и молитвою помолился, чтобы не было дождя: и не было дождя на землю три года и шесть месяцев. И опять помолился: и небо дало дождь, и земля произрастила плод свой» (Иак. 5:17, 18).

Так почему Иаков особо подчеркнул, что «Илия был человек, подобный нам»?

Потому что в каждом из нас имеется нечто, что говорит: «Я этого никогда не смогу». По этой причине богословие утверждает: «Эти ветхозаветные истории — исключение». Но такое мышление делает нашу веру ущербной. Оно калечит нашу молитвенную жизнь и делает ее неэффективной. Зачем нам даны истории о силе молитвы благочестивых людей, если наши молитвы ни на что не способны? Иаков сказал, что Илия был человек, подобный тебе и мне, И он не был исключением. То есть ты можешь помолиться и сделать то же самое. Мы можем молиться и видеть, как подобные вещи происходят в нашей жизни.

А теперь вспомните, сколько раз Илии пришлось молиться об этом? Увидел ли он результаты сразу после первого раунда? После второго? Или третьего?

Очень часто наши молитвы можно уподобить бессмысленным и безответным прошениям, например: «Иисус, пребудь с нами». Он с нами. Всегда. Или мы молимся: «Господь, дай нам хорошую погоду на сегодня». И все. Один раунд, и мы сдаемся. И когда мы обнаруживаем, что наши молитвы ничего не меняют, мы приходим к выводу, что наши молитвы бездейственны и неэффективны. Точнее, такие молитвы ничего не меняют и не действуют. Начните молиться, как Илия, и, может быть, вы увидите какие-то результаты.

Итак, я встаю и начинаю ходить по маленькой комнатке, в которой мы собрались, и молиться о том, чтобы погода прояснилась. Время от времени я выглядываю из окна, как слуга Илии, но ищу не облаков, а просвета в облаках. Просвета нет, и потому мы продолжаем молиться. Я не знаю, откуда приходит хорошая погода. Я не знаю, что Бог приготовил для нас. Я не знаю, помогут ли мои молитвы на сегодняшний день. Но я знаю одно — у нас украли то, что для нас значит многое.

У нас украли радость, и это всегда должно быть для нас сигналом тревоги. Я также знал, что Бог любит, когда мы выступаем в вере. Я знал, что Он может рассортировать мои молитвы и использовать их так, как Ему угодно. Я также знал, что не должен сидеть и бездействовать. Поэтому я молился. Усиленно.

Я бы хотел сказать, что Блейн взглянул на море и увидел просвет в облаках величиной с человеческую ладонь, но все произошло совсем не так. Однако я могу сказать, что примерно через двадцать минут лить стало меньше, и мы решили тронуться в путь. Несмотря на погоду, мы схватили свое снаряжение, разбились по парам и стали осуществлять планы, которые наметили ранее.

Но это история не о нашей вере. На самом деле это история о нашей поразительной способности к неверию.

Сейчас мы все сгрудились под ветвистым хвойным деревом высоко в горах, пытаясь спрятаться от дождя. Мы потеряли всякую надежду на встречу с лосями. Лосей нет нигде. Здесь, в горах, их точно нет. И никогда не было. Почему мы тогда несем с собой лук и стрелы? Здесь есть только холод. И вода. Земля холодная и мокрая. Высокая трава тоже холодная и мокрая. Мы все холодные и мокрые. Весь мир холодный и мокрый. Да, мы видели лося. Мы наткнулись на три разные группы лосей на пути сюда. Час назад лоси были впереди нас и позади нас. Но теперь их нет. И никогда не было. И никогда не будет. Есть только холод и вода.

Но затем выглянуло солнышко. Я не шучу.

Мы обрадовались. Мы выбрались из своего укрытия из-под дерева и решили спуститься вниз в узкое ущелье под нами, полагая, что если где-нибудь и есть лоси, то они должны быть именно там. Теперь солнышко изливало на нас свои жаркие лучи, и во время нашего спуска мы разогрелись и стали слой за слоем снимать с себя одежду. К моменту, когда мы достигли дна ущелья, нам стало совсем жарко. И все неприятные впечатления утра испарились. Мир наполнился солнечным светом. Кто мерз? Какой холод? Я ничего не помню. Дождя нет. И никогда не было. Теперь просто жарко. И я хочу пить.

Я абсолютно потрясен своей полной утратой осознания стабильности объектов, утратой понимания, что если вы чего-то не видите прямо сейчас, это не значит, что его вообще не существует. Днем вы не видите звезд. Они вам не видны. Но на самом деле они никуда не исчезают. Они по-прежнему здесь. Лоси по-прежнему где-то здесь, в горах. Почему мы так быстро опускаем руки и теряем надежду? Я знаю, то же самое я проделываю в отношении Бога. Когда Его солнце светит на меня, я, так сказать, в порядке. Я верю. Но когда солнце укрывается за тучами, за страхом, сомнениями или ужасающими событиями, — солнца для меня больше нет. И веры тоже нет.

«Господь Иисус, прости меня. Насколько непостоянным я, должно быть, кажусь Тебе. Насколько уклончивым по причине того, что мне кажется реальным на данный момент. Прости меня. Исцели это во мне».

Меня несколько утешает остальная часть истории с Илией. До того, как помолиться о дожде, он призвал огонь с неба и уничтожил мечом четыреста пятьдесят пророков Ваала. Дождя не было три года, но в тот день он призвал ливень. А вот потом он бежал от врагов, спасая свою жизнь. Бог нашел его на горе в состоянии почти полного безверия:

Что ты здесь, Илия? Он сказал: возревновал я о Господе Боге Саваофе, ибо сыны Израилевы оставили завет Твой, разрушили Твои жертвенники и пророков Твоих убили мечом; остался я один, но и моей души ищут, чтобы отнять ее (3 Цар. 19:9,10).

Все забылось. Огня с небес не было. Не было дождя. Все прошло.

Может, между нами действительно нет особой разницы?

«Моя любовь».

Очень часто в течение дня или недели я обращаю свое сердце к Богу и спрашиваю: «Что Ты хочешь мне сказать, Господь?» Так я проверяю и даю Богу возможность говорить ко мне о том, что происходит. Когда я еду на машине, сижу на собрании или выношу мусор, спрашиваю: «Что Ты хочешь мне сказать, Господь?» Я просто спрашиваю. Павел говорит: «Если живем духом, то по духу и поступать должны» (Гал. 5:25). Думаю, таким образом я пытаюсь не отстать от Духа.

По крайней мере в течение последних двух месяцев Бог в ответ на мой вопрос говорил мне: «Моя любовь». Каждый раз, когда я останавливаюсь, чтобы послушать, я слышу: «Моя любовь». Снова и снова: «Моя любовь». Интересно, почему. Когда в мире и в моей жизни происходит так много событий и мне так много нужно услышать от Него, Он продолжает говорить мне: «Моя любовь».

Я еще не знаю, что мне с этим делать. Сначала меня это утешало и успокаивало. Это так приятно слышать. Мое сердце становилось мягким, и я говорил: «Да. Твоя любовь. Спасибо за Твою любовь». Но после нескольких недель такого обмена, а теперь уже месяцев, меня это стало слегка беспокоить. Что это? Одно и то же. Твоя любовь? Может, я вообще плохо слышу? Неужели Ты говоришь одно и то же снова и снова?

После того как я прошел через эту фазу, Божьи слова стали для меня огромным источником утешения и понимания. Они снова и снова возвращали меня к Его любви. Все правильно. Все коренится и берет начало в Твоей любви. Если у меня больше ничего не будет, не будет никакой другой информации, этого будет вполне достаточно. Я могу успокоиться Твоей любовью. Но если быть честным, я все еще не понял до конца, что это значит. Бог повторяет это по какой-то конкретной причине. Это я понимаю. Но не уверен, зачем Он это делает. Похоже, Он хочет этим что-то сказать.

Осень.

Время кризисов и борьбы, после чего наступает прорыв и открытие.

Несчастный случай.

Когда я пришел в себя, я лежал лицом вниз и в крови.

Я слышал, как кто-то что-то говорил. Через какое-то время я узнал голос. Это Стейси спрашивала меня: «С тобой все в порядке?».

Все ли со мной в порядке? «У меня разбит нос, — сказал я. — И думаю, что правое запястье сломано. Про левое ничего сказать не могу». Мой мозг спешно производил инвентаризацию, которую производит всякий, когда сталкивается с подобными ситуациями. Я могу двигать ногами. И руками. Сердце болит, но я думаю, что это ничего. Мой нос точно сломан. Мне кажется, он вырос до огромных размеров. И что-то не в порядке с обоими запястьями. Должно быть, меня сбросила лошадь.

Это были выходные в День труда. Мальчики ушли в лес, чтобы построить форт из деревьев, а мы со Стейси решили покататься на лошадях. Мы направились в симпатичную, но узкую осиновую рощицу, когда моя лошадь чего-то испугалась. Я остановил ее и погладил по шее. «Все хорошо, малышка». В этом лесочке есть старая поленница, и иногда лошадям не хочется проходить мимо нее. И, как я это делал несколько раз за последние месяцы, я дал лошади приглядеться и самой увидеть, что бояться там было нечего. Каждый раз, когда мы подходили к этому месту, она через пару минут успокаивалась, и мы проезжали мимо.

Но не сегодня.

Лошадь занервничала, встала на дыбы и рванула, как пробка из бутылки. Это большая длинноногая лошадь и, позвольте сказать, мы скакали очень быстро. Лошадь Стейси последовала за нами. Уже на первом повороте я стал выползать из седла, поправил стремя и подумал: «Может, как-нибудь справимся». Я попытался замедлить бег, но в следующий момент очнулся лежащим лицом вниз в луже крови. Стейси тоже выбросило из седла. Она получила ушибы, но несерьезные. В моем израненном теле пульсировало так: много адреналина, что сначала я не понял, как мне больно.

Мы не имели понятия, где находится ближайший травматологический пункт, и я не был уверен, что мне нужно туда. Стейси взялась звонить соседям. «Нужно ли мне в больницу?» — подумал я. Я ненавижу больницы. Мне ненавистна мысль о беспомощности. Может, все не так уж плохо.

«Езжай», — сказал Бог, И хорошо, что я поехал. Сломанный нос не был главной проблемой, как и трещина в левом запястье. Но я получил вывих в правом запястье, и оказалось, что это довольно серьезная травма, требующая хирургического вмешательства. В течение девяти недель я должен был пролежать в гипсе. Мое левое запястье тоже должно было оставаться в гипсе в течение шести недель. Это многое меняло.

Полагаю, можно догадаться, о чем вы думаете: «Спросил ли он у Бога, поехать ему кататься на лошадях или нет? В этом состоит урок этой истории?».

Не помню, спрашивал ли я на самом деле. Я много думал, пытаясь понять, что произошло тем утром. Я помню, что во время моей утренней молитвы в тот день я молился против вора, крадущего радость. Никогда раньше я этого не делал. Это подозрительно. Помню, в те выходные было много духовных сражений на ранчо. Думаю, мы спрашивали у Бога насчет поездки на лошадях, но я уверен, что мы не спрашивали, куда нам ехать.

Остановимся здесь на минуточку. Кстати, это очень важная часть слушания Бога. Всегда задавайте следующий вопрос. Очень часто мы получаем ответ на первую часть вопроса, но не спрашиваем о второй части. Мы слышим: «Да, соглашайся на эту работу» или «Да, продай дом». Но затем нам нужно спросить: «Когда? Сегодня, на следующей неделе или в следующем году?» Нельзя, получив первый ответ, сломя голову бежать вперед. Нам в тот день следовало бы спросить: «Куда нам поехать кататься?».

Но теперь уже немного поздно. В таких ситуациях можно гоняться за собственным хвостом и ничего не получить, но запутаться окончательно. В связи с кризисами или неприятными событиями я понял одно, а именно: иногда вы получаете Бога, а иногда понимание. Иногда и то и другое. Но если вы настаиваете на получении понимания, чаще всего вы его не получите. Такое отношение может привести к отдалению вас от Бога, потому что вы расстраиваетесь, требуете объяснений, чтобы двигаться дальше, но объяснений нет, и вы отдаляетесь от Бога и теряете благодать, которую Бог действительно дает. Он ничего не объясняет. Но всегда предлагает Самого Себя.

Кроме того, это уже случилось. Я весь покорежен. Если в этом происшествии есть какие-то уроки, я доверяюсь Богу в том, что Он со временем мне их откроет. А пока я наблюдаю за тем, что будет дальше. Что мне с этим делать? Что с этим сделает Бог? Как мне теперь ходить с Богом?

Но пока я четко осознаю, насколько я потрясен случившимся. Я понимаю, что моя жизнь на какое-то время радикально изменится. У меня разрывается сердце, когда я начинаю понимать, что потерял в связи с этим происшествием. Я упустил охотничий сезон и все то время, которое мог бы провести с Блейном и ребятами. Я не могу завязать шнурки на ботинках, не говоря уже о стрельбе из лука. Мы с Сэмом ремонтировали его первую машину, и теперь не известно, когда я смогу помочь ему в этом. Я действительно хочу, чтобы Бог меня исцелил. И я остро осознаю, насколько я не хочу быть беспомощным.

Весь мой подход к жизни строился на том, чтобы быть твердым, ни у кого ничего не просить и пробиваться самому. Мне ненавистны больничные пижамы. Когда я возвращался домой, Стейси привезла мне мои ботинки. Мы были уже в машине, когда зазвонил мой сотовый телефон. По дороге в больницу Стейси звонила одному нашему другу с просьбой помолиться за меня. Новости о случившемся распространились, и мне стали звонить друзья, спрашивая, что случилось. Со всех сторон на меня накатывали волны любви и заботы. В связи с этим я заметил кое-что интересное.

Мне действительно было трудно принимать любовь.

Очень трудно принимать исправление к уже устоявшемуся подходу к жизни. Старые привычки так глубоко укоренились в нашей личности, так прочно вошли в основные убеждения, вжились в старые раны и в то, что мы делали все предыдущие годы. И все это обнажается именно во времена кризисов. Пока наши старые пути работают, мы, как правило, их не исследуем. И, тем более, от них не отказываемся. Но потом происходит нечто подобное тому, что произошло со мной. И тогда я почувствовал себя загнанным в угол. Это намного больше простого физического сдвига. Что бы из этого ни вышло, я хочу преобразиться. Любовь занимает главное место в жизни, в конце концов. Думаю, нельзя упускать или игнорировать любовь.

Я не могу водить машину. Не могу открыть дверь. Я не способен даже открыть бутылку с соком и разрезать стейк. О Боже, мне нужна помощь во всем. Я даже пуговицу застегнуть не могу. Что бы ни произошло далее, но этот случай полностью перевернул мои прежние подходы к жизни. Теперь я это вижу. Мой подход к жизни в основном был основан на наступательной стратегии. Так я жил. Я брал жизнь штурмом. Я вставал утром и шел наступать на день. Не важно, что нужно было сделать в течение дня, не важно, какие неприятности меня ждали или чего я боялся, я все брал штурмом.

Но я больше не хочу жить такой жизнью. Поэтому я помолился: «Я возвращаюсь к Твоей любви. Ты сказал: Моя любовь. Я хочу жизни, которая базируется на Твоей любви. Которая коренится и берет свое начало в Твоей любви».

Трудно объяснить простыми словами и с достаточной убедительностью, насколько важно это откровение. Такие фразы, как сдвиг парадигмы или Богоявление не раскрывают полностью это понятие. Когда мы ехали домой из больницы, я молился: «Боже, я даю Тебе разрешение полностью перестроить мою личность, основываясь на Твоей любви».

Бог?

Я реально сражаюсь с этим.

Я знаю, что Бог любит меня. Почему тогда Он не сделает это для меня?

Как только я вернулся домой после того несчастного случая, ко мне пришли друзья, чтобы помолиться. Мы молились за исцеление. Молились серьезно. Усиленно и страстно. В течение следующих нескольких дней мы снова молились за исцеление. Видите ли, в больнице ко мне вызвали специалиста, и он вправил мне вывих. Но мне все равно нужно лечь на операцию. А я этого не хочу. Я хочу, чтобы Бог исцелил меня. У меня есть вера на исцеление. Я верю, что Он хочет этого.

Но ничего не происходит. И я иду на операцию.

Неужели церковь действительно бессильна? Столько людей молилось, чтобы это произошло. Почему тогда ничего не получается?

«Почему мы не можем исцелять, Иисус?».

Я разочарован. Я упустил охотничий сезон. Упустил радость охоты в этом году. Не мог помочь Сэму с машиной. Я по-настоящему, реально разочарован. Я хотел, чтобы Бог помог мне прорваться не только ради себя, но и ради моих сыновей, жены и многих других людей. Мое исцеление было бы таким воодушевлением для веры многих людей.

«Что мне с этим делать, Иисус? Я знаю, что есть много людей, которым больнее, чем мне. Тем не менее я прошу у Тебя исцеления. Иисус, мне нужна Твоя помощь. Помоги моему сердцу в этом деле».

И во всем этом, посреди всей этой борьбы я осознавал, что мне следует быть очень осторожным. Это весьма уязвимый момент. Именно в таких ситуациях соглашения кажутся такими разумными и даже неизбежными.

Нам нужно быть осторожными с собственными сердцами в такие моменты, особенно когда наша борьба зашла далеко. Я знаю, что нельзя предавать свое сердце чему бы то ни было. «Больше всего хранимого храни сердце твое, потому что из него источники жизни» (Пр. 4:23). Смысл этого стиха в следующем: вам следует быть очень осторожными во всем, к чему склоняется ваше сердце. И во всем, что вы допускаете в свое сердце. Посреди этой борьбы я знал, что нельзя идти ни на какие соглашения. Нельзя допускать разочарований. Неверия. Устремлений. Уступок.

Было бы так легко глубоко внутри себя допустить едва заметное соглашение: «Зачем так стараться? Молитва все равно ничего не даст». Я не хочу дойти до этой точки. Не знаю, чего хочет Бог или почему наши молитвы временами кажутся бессильными, но я знаю другое. Единственное безопасное для моего сердца место — в Боге. Понимаю я что-либо или нет, но мне нужно остановиться именно там. Я прошел через достаточно трудные вещи, чтобы понять наконец что на той стороне есть свет. Между тем я знаю, что мы можем управлять своим сердцем. Мы должны управлять им. И никаких соглашений.

Пока Бог не станет для нас всем.

«Как нам лучше понять жизнь?».

На днях я встречался с молодой женщиной, и мы говорили о трудностях в ее жизни. Я до сих пор не знаю, как объяснить несчастный случай, который со мной произошел, или тот факт, что обе мои руки в гипсе. Но жизнь продолжается, и мне нужно работать. Итак, я встретился с молодой женщиной, которая в данный момент переживает определенные сложности. И она спросила меня, как правильно относиться к жизни. «Мой муж считает, что жизнь совсем несложная. А я думаю, что систематизировать жизнь нельзя, она то сложная, то простая. И мы с мужем плохо ладим. Что вы думаете по этому поводу?» О, прекрасное время Божье. Я вдруг понял, что в комнате находится Некто. В воздухе повисло какое-то ожидание и предвкушение. Что мне сказать? Во что я верю?

«Бог хочет, чтобы мы были счастливы, — сказал я. — Но Он знает, что мы не сможем быть по-настоящему счастливыми людьми, пока до конца не будем принадлежать Ему, а Он не станет для нас всем. И процесс взросления — довольно трудный процесс». И хотя на тот момент я играл роль консультанта, мне казалось, что Бог организовал эту встречу для меня.

«Печали нашей жизни, по большей части, даются нам для взросления. Мы отдаем свои сердца многим вещам, помимо Бога. Мы многое другое принимаем за жизнь. Я знаю, что я именно так и делаю. Особенно это касается даров, которые Он Сам дает нам, они становятся для нас важнее, чем Он. Но так быть не должно. Мы будем уязвимыми до тех пор, пока наше счастье будет привязано к вещам, которые мы боимся потерять».

Эта истина является основополагающей для понимания состояния человека и того, что Бог делает в нашей жизни. Мы действительно полагаем, что основная цель существования Бога заключается в обеспечении нас счастьем и благополучием. Нам в голову не приходит, что в своем понимании мы ставим телегу впереди лошади. Мы никогда не задумывались над тем, что Бог должен стать для нас всем, и до тех пор, пока Он не станет для нас всем, мы недостойны называться человеком. Первая и главная заповедь — любить Бога всем своим существом. Однако довольно трудно найти того, кто полностью предан Богу. И вполне нормально жить в окружении людей, которые пытаются заставить жизнь функционировать. Мы считаем тех нескольких, кто вполне предан Богу, довольно странными людьми. Остальной мир, то есть люди, пытающиеся заставить жизнь функционировать, воспринимаются нами как норма.

После несчастного случая я по-настоящему расстроился из-за того, что жизнь стала для меня вне досягаемости. Буквально. Прогнозы на следующие несколько месяцев выглядели унылыми. Но разве я испытываю такое же отчаяние, когда Бог кажется отдалившимся от меня, когда я утрачиваю ощущение Его присутствия? Что такое с нами происходит? Я воистину поражен нашей склонностью, которую вижу и в себе, и в каждом, кого я знаю, этой упрямой тенденцией рассматривать мир только с одной точки зрения — как шанс прожить свою короткую, но счастливую жизнь.

Прошу вас, поймите меня правильно. В этом мире, пусть даже он падший, так много прекрасного и доброго. И так много доброго в той жизни, которую дает нам Бог. Как сказал Павел, Бог дал нам все обильно для наслаждения (см. 1 Тим. 6:17). В Книге Екклесиаста Соломон пишет, что есть, пить и услаждать душу свою — это дар от Бога (Еккл. 2:24). Мы созданы для того, чтобы наслаждаться жизнью. Но все заканчивается тем, что мы поклоняемся дарам вместо Даятеля. Мы ищем жизнь и смотрим на Бога только как на Помощника в наших устремлениях. Мы намного больше переживаем, когда все идет не так, как нам надо, чем когда мы отдаляемся от Бога.

Поэтому Богу время от времени, а иногда довольно сильно приходится вторгаться в нашу жизнь, чтобы мы ослабили нашу цепкую хватку то здесь, то там. Обычно Он это делает через боль. Бог просит нас отпустить то, что мы любим и к чему прилепилось сердце наше, чтобы мы могли еще полнее отдать наши сердца Ему. Он расстраивает наши попытки сделать жизнь успешной, чтобы все наши старания потерпели фиаско, и нам следует осознать тот факт, что на самом деле мы не ищем жизни у Бога. Наша первая реакция, как правило, гнев на Бога, и это лишний раз доказывает истинность этих утверждений. Разве вы не слышали, как люди говорят: «Почему Бог это допустил?» Вы слышите это намного чаще, чем: «Почему я не был в большей степени предан Богу?».

Мы рассматриваем Бога как средство достижения наших целей вместо собственно цели. Бог является для нас помощником в нашей жизни вместо того, чтобы быть самой жизнью. Мы не видим себя в процессе жизни приходящими к тому месту, где мы станем полностью Его, а Он всем для нас. И потому нам остается удивляться событиям, которые разворачиваются в нашей жизни.

Дело не в том, что Бог не хочет видеть нас счастливыми. Он хочет этого. Все дело в том, что Он знает, что пока мы не станем святыми, мы не сможем быть по-настоящему счастливыми. Пока Бог не станет для нас всем, а мы полностью Его, мы будем продолжать делать идолов из того, что Он дает нам. Мы подобны ребенку, который бросается в истерику, потому что не может получить игрушку или посмотреть телевизор. В тот момент ему почти все равно, что мама любит его. С ним что-то не в порядке. Он не видит, что его сердце неправо. На самом деле мамина любовь и утешение нужны ему намного больше, чем вещи, из которых он делает идолов.

Какой бы ни была причина наших страданий, мы знаем следующее: «Через сие искушает вас Господь, Бог ваш, чтобы узнать, любите ли вы Господа, Бога вашего, от всего сердца вашего и от всей души вашей» (Втор. 13:3). Мы настолько заняты устройством своей короткой, счастливой жизни, что Богу приходится что-то нарушать в ней, чтобы вернуть нас к Себе. Я думаю, это можно уподобить регулярному очищению. Своего рода омовение души. Этой осенью мне нужно подчинить Ему не только все мои надежды, но и основные подходы к жизни. Из всех испытаний я в особенной степени не хочу провалить эту проверку.

Конечно, я не хочу сказать, что в нашей жизни именно Бог причиняет нам всю боль. Я не верю, что Он столкнул меня с лошади, чтобы объяснить мне что-то. На самом деле, я думаю, что Он спас мне жизнь. Но боль есть, и что мне с ней делать? Что она может открыть мне? Что хочет сказать мне этим Бог? Как Он может искупить эту боль? Эти вопросы стоят того, чтобы их задавать.

Используйте свою боль с умом и пользой.

Дайте Богу место.

После того несчастного случая мне показалось, будто Бог хочет, чтобы я перестал пить.

Дело в том, что я вообще много не пил. Я выпивал время от времени. Я терпеть не могу ощущение опьянения, поэтому никогда не пил много. Однако некоторые из вас думают: «Даже одна капля может быть неугодна Господу». Тогда зачем Иисус обратил воду в вино, когда оно кончилось на свадебном пиру? Зачем ему нужно было превращать в вино от ста двадцати до ста восьмидесяти галлонов воды[2]? Причем вино получилось отличное. Сам акт был актом одобрения, актом празднования. Так пусть праздник продолжается. Но давайте поставим все на свои места, Библия не осуждает вино. Она осуждает пьянство. Но не вино.

Тем не менее для меня вино стало тем, чем оно не должно быть.

Однажды в начале этого года я заметил, что выпиваю чаще, или, точнее сказать, пью без причины. После рабочего дня я прихожу домой усталый и наливаю себе стакан вина или пива для расслабления и облегчения, чтобы обрести мир. Другие люди используют для этих целей еду. Или телевизор. Я использую алкоголь. И это плохо. Я стал видеть в нем источник радости, радости в бутылке, радости в пределах досягаемости моей руки. Вот так. Эта привычка не гарантирует радужного будущего.

Бог дал мне Свою благодать, чтобы отказаться от этой привычки. Чтобы я дал Ему место в своей жизни. Это было очень просто. Я заметил, что когда я возвращаюсь домой уставшим, мне достаточно побыть несколько минут с Богом, чтобы попросить Его утешить и успокоить меня, чтобы попросить Его дать мне покой и мир. Я решил, что и впредь буду так делать. Теперь то, чем я наслаждался годы, ушло из моей жизни. И я не представляю, вернется ли оно, и если вернется, то когда. Я заметил своего рода простор в моей душе по вечерам. Это место для Бога.

Освященная жизнь.

«Пребудьте во Мне, и Я в вас» (Иоан. 15:4). Простой приказ, как может показаться. Однако мы пренебрегаем им.

Если Иисус велит нам пребывать в Нем, значит, Он хочет сказать, что вполне реально в Нем не пребывать. Обычная жизнь, на самом деле, это жизнь, отделенная от Него. И это очень опасно. Мы не можем наслаждаться общением с Богом или Его защитой, или всеми благами Его Царства, пока не будем пребывать в Нем, то есть жить в Нем в процессе повседневной жизни. Лоза и ветви, Пастырь и овцы. «Приблизьтесь. Пребудьте во Мне», — так говорит Иисус. Один старый святой сказал мне годы назад, что дьяволу все равно, на какую наживку мы клюнем, чтобы стать его жертвой. Его главная цель состоит в том, чтобы мы сделали что-то вне Христа, ибо тогда мы уязвимы,

Я хочу двух вещей, которые взаимно исключают друг друга, — я хочу приятно прожить свою короткую и счастливую жизнь, и я хочу сыграть важную роль в Царстве Божьем. И в те моменты, когда я пытаюсь прожить свою жизнь счастливо, я принимаю решения и делаю выбор, который, пусть немного и пусть незаметно, но заставляет меня жить вне Иисуса. Пастырь ушел в одном направлении, а я иду в другом. Не к вопиющему греху, его слишком легко узнать. Нет, я просто отошел в сторону, чтобы найти пастбище, которое я считаю лучшим, Я даже не подумал о том, чтобы вопросить об этом Бога.

Интересно, какую роль этот фактор сыграл в моем несчастном случае?

Мы молимся о лошадях каждый раз, когда едем кататься, и отдаем их под власть Иисуса Христа и благодать Божьего Царства. Мы связываем их страхи и мятежный дух и призываем на них мир Божий. В то утро мы молились точно так же. Но иногда во время молитвы я могу сказать, что она какая-то бездейственная. У меня возникает ощущение, что она не прорывается или не является по-настоящему эффективной. В конце концов, даже Илия не получил желаемого результата за один раз. Все это значит, что нам нужно молиться больше. Сделать это еще раз. Семь раз, если нужно. Я просто хочу все расставить по местам. В то утро я чувствовал себя так же. Это был солнечный день, и я устал молиться. Я просто хотел покататься на лошадях, как нормальный человек.

Очень опасная позиция.

Мы как христиане не призваны жить «нормальной» жизнью, и принятие этого факта со всеми сопутствующими деталями нашей повседневной жизни позволяет нам оставаться в Иисусе. Помню, один мой друг признался примерно в таком же отношении касательно своего семейного отпуска. «Я не хочу спрашивать Иисуса, ехать ли нам на Гавайи в этом году. Я просто еду, и все». Так что вы видите, как конфликт между нашим желанием жить приятной и удобной жизнью и нашей потребностью оставаться в Иисусе приводит к освящению нашей воли, когда все реально подчиняется Христу.

Однако нам следует быть честными и помнить, что какая-то часть нас в реальности не хочет слышать, что Бог имеет сказать нам.

Это действительно так. Даже после многих лет Божьей спасительной работы, сюрпризов и благословений на благословения какая-то часть меня раздражается, когда кто-то говорит: «Давайте вопросим Бога». Одно это решение уже причиняет беспокойство. Иногда оно бьет по нервам, как скрип тормозов. Остановиться? Сейчас? Вопросить Бога? В этом состоит часть меня. С другой стороны, если мы слышим что-то, мы обязаны повиноваться.

Я читал историю об Иисусе Навине, и меня поразил один факт. Боже мой, израильтяне получали конкретные инструкции от Бога в процессе всей битвы за Иерихон. Им было сказано, когда пересечь реку, как ее пересечь, когда взять Иерихон и как его взять. И все получилось! Получилось. Можно было бы подумать, что теперь они убедились. Увидели, что значит следовать за Богом. Но наступает следующий день, и все начинается снова. Они готовятся захватить второй город, и знаете, что? Они не вопрошают Бога! Дело не в том, что они не задают второй вопрос, а в том, что не задают и первого. Они просто идут вперед. И платят. Дорого платят.

Я вынес из этого кое-что для себя. Я не спрашиваю, потому что не хочу знать. Если бы я знал, чего хочет Бог, тогда я встал бы перед дилеммой, следовать Его совету или нет. И то, что сначала было недоумением или замешательством, теперь становится вопросом послушания. Мне не нужна такая ясность. Более того, я не хочу, чтобы Бог вмешивался в мой подход к жизни.

Итак, нам снова придется вернуться к святости. Вопрошать Бога — это акт святости, потому что мы стремимся следовать за нашим Пастырем. Жить верой в Нем. После чего мы сталкиваемся с выбором повиноваться тому, что услышали, и тогда наша святость углубляется.

Но на пути святости стоит приятная и комфортная нормальная жизнь.

Более всего на свете именно это заставляет меня уклоняться и идти по своему пути в поисках более зеленых пастбищ.

Я размышляю о том, как сказал Иисус: «Я не делаю ничего, что не велит Мне делать Отец» (Иоан. 14:31, мой парафраз). Именно к этому мы должны стремиться. Для этого нужно иметь желание пребывать в Боге и готовность подчинить Ему свою волю. Именно в такой позиции мы делаемся святыми. Я не говорю об отказе от собственных желаний, той позиции души, которая отказывается от своего и говорит: «Ты только скажи, что делать, и я сделаю». Это легкий вариант. Но я говорю о сердце, которое активно живет в Боге и связано с Ним, которое несет Ему наши желания, подчиняя Ему нашу волю, искренне доверяя Ему в том, что Он называет самым лучшим для нас.

Вот так мы учимся пребывать в Нем.

Соглашения о любви.

Сегодня утром я думаю о любви.

Я заметил, что чаще всего по утрам я не просыпаюсь в счастливом расположении духа, не знаю почему. В течение какого-то времени я также заметил, что когда я просыпаюсь, я сразу же начинаю мысленно перечислять, что я должен сделать. Но что еще интереснее, я пытаюсь вспомнить, чего я жду от этого дня. Это не совсем преднамеренные мысли. Словно мое сердце живет своей жизнью, и оно будит меня еще прежде, чем я сам просыпаюсь, и начинает оценивать перспективы начинающегося дня. «Я сплю, а сердце мое бодрствует» (Песн. песн. 5:2).

Кстати, я думаю, что именно так наши зависимости проникают в нас еще глубже. Наше повседневное единообразие не похоже на жизнь в Эдемском саду, и наша боль и отчаявшиеся сердца ищут того, к чему мы могли бы привязать свои устремления. Мы готовы довольствоваться пышками, если ждать больше нечего. Нам следует быть очень осторожными относительно того, к чему привязываются наши сердца.

Как бы то ни было, в это утро произошло то же самое. Я не проснулся с песнями хвалы в сердце, но тут же стал искать, чего же мне ждать от наступающего дня. С этими мыслями я поплелся в ванную. Все это произошло За считанные минуты. Я не хочу привязывать сердце к тому, что только кажется надеждой, поэтому я обратил мои мысли к Богу, осознавая, хотя бы разумением, что единственное безопасное место для моего сердца — это любовь Божья. «Любовь. Ты помнишь слова о любви? — спросил я свое сердце. — Вернись к любви, мое сердце. К любви Божьей». Разговоры с самим собой мне помогают, ибо так я начинаю воссоединять мое сердце с Богом. Этот поворот в правильном направлении подобен развороту судна. Душе нужно какое-то время, чтобы обратиться к Богу, а снасти в это время скрипят и скрежещут, но я медленно меняю свой курс.

Когда я обратил свои мысли, желания сердца, душу к Божьей любви (а Бог всегда там ждет), я заметил то, что можно назвать приступом боли. Если можно так сказать, это была давняя, историческая и глубоко укоренившаяся боль.

«Может, я когда-то согласился с тем, что меня никто и никогда не сможет любить?» — подумал я. Эта мысль пришла, в частности, в результате многолетнего консультирования других людей, отчасти интуитивно, а может, отчасти потому, что где-то глубоко в сердце это предложение повторяется снова и снова, и я смутно понимаю, что оно идет из глубин. И я спрашиваю себя: «Может, я согласился с этим? Может, я пришел к выводу, что меня любить невозможно?» Что-то откликается в моем сердце, как будто звучит какой-то щелчок. Похоже, эти мысли соответствуют истине. Так я понимаю, что мне нужно разобраться с этим. Мне нужно исцеление.

Я знаю, что я не одинок в том, что мне трудно поверить в любовь Божью ко мне. Мы все думаем, что Он любит кого-то другого. Нам трудно принять Божью любовь, трудно позволить ей ввести сердце в жизнь и радость или осознанно и намеренно остаться там на значительный период времени. Было бы здорово остаться там на час или два. А если на день, это настоящий триумф. Я думаю, что причина того, что нам трудно поверить в Божью любовь, отчасти сокрыта в какой-то давней истории. Помню, Джералд Мей много лет назад написал, что нам нужно самим себе рассказывать наши истории любви: как любовь приходила к нам в жизни, или как она не приходила, или как ушла. Нам нужно рассказывать эти истории так, чтобы мы поняли. Я помню, подумал тогда: «Нет, спасибо. Лучше я туда не пойду. Но все равно большое спасибо».

Я игнорировал этот вопрос долгие годы.

Теперь я пытаюсь вернусь мое сердце обратно к Божьей любви, чтобы она исцелила меня и чтобы мне остаться там. Иногда возникает ощущение, будто я ищу раненого оленя в темном лесу и пытаюсь выманить его оттуда, чтобы помочь.

Наша история любви — весьма запутанная история о самых драгоценных вещах в жизни (о нашей жажде любви). Эту историю трудно рассказывать по двум причинам. Во-первых, мы слишком близко ее воспринимаем и потому не видим ее ясно и отчетливо. Не видим леса из-за деревьев. Если копнуть глубже, это душераздирающая история, и мы не уверены, что хотим растревожить болезненные воспоминания. Вот почему у нас такое противоречивое отношение к любви. О да, мы желаем ее. Мы хотим быть любимыми. Но мы прячемся от любви, пытаемся защититься от нее крепостной стеной, стараясь обезопасить себя от новой боли. Мы согласны довольствоваться пышками. Потом мы удивляемся, почему нам трудно воссоединиться с любовью Божьей, пустить ее глубоко внутрь, чтобы она исцелила, и остаться в ней навсегда.

Мне нужно вернуться к вопросу о соглашениях. Как я объяснял ранее, соглашения могут быть едва заметными, но это действительно отвратительная вещь. Они накрепко связывают наши сердца и заставляют их умолкнуть, отдавая врагу символический ключ от конкретных комнат сердца, и в тех местах он наглухо закрывает двери. Вот что стоит за непроходимыми зарослями, которые можно обнаружить в жизни людей, на первый взгляд здоровых. Ваша подруга Джейн — прекрасная женщина, она любит Бога и руководит миссионерскими поездками. Но внутренне она каждый раз сжимается, когда кто-то критикует ее. Она впадает в депрессию и начинает пить. Ваш брат Дан — добрый и любящий человек, один из самых зрелых людей, которых вы знаете. Но вот уже три недели он не отвечает на ваши звонки, потому что однажды за ужином вы спросили его, почему он ни с кем не встречается.

Возможно, вы нечаянно наступили на больное место в сердце, которое оккупировано соглашением, и очень часто это место связано с любовью.

Вспомните собственную историю любви. В моменты, когда вам нанесли раны, вы были реально уязвимыми для вступления в соглашение. Соглашения предлагают очень быстро, едва уловимо и часто в ответ на послание, которое сопровождает нанесенные раны и обиды. Ваш молодой человек разрывает помолвку с вами. Вы испытываете сильную боль и пытаетесь избавиться от нее и забыть. Но ваше сердце приходит к заключению: «Это я во всем виновата. Меня никто и никогда не полюбит». Все дело в том, что вы даже не осознаете, что согласились с кем-то. Наш враг хитер, и после заключения этого соглашения он оставляет этот вопрос на какое-то время, уходит в подполье, отлеживается там, чтобы никто не обнаружил следы его трудов. Когда я говорю «отлеживается», я имею в виду, что это может длиться тридцать лет и более. Вы же знаете одно — вы не чувствуете Божьей любви.

Стоя под горячей водой, струящейся из душа, я думаю: «…Где и когда я согласился с тем, что никогда не буду любим?» Интересно… «Как часто такие соглашения заключаются с человеческим сердцем?» Я не знаю, что делать, и мне надо начинать рабочий день, поэтому я молюсь:

«Иисус, хорошо. Войди ко мне. Я действительно хочу Твоей любви, и она мне нужна намного больше, чем я позволял себе думать. Я хочу пребывать в Твоей любви, я хочу оставить мое сердце в Твоей любви. Приди и покажи мне, когда я вступил в подобные соглашения о любви. Покажи мне, где они и когда они произошли. Помоги мне отречься от них. Отказаться. И принять Твою любовь вместо них. О, исцели мое боязливое сердце. Я хочу посмотреть на свою историю любви. Пойдем туда вместе».

Позже, уже в офисе, я сидел некоторое время в молчании. У меня не было ясности, но я чувствовал внутри себя движение. Однако я не хотел сам формировать этот процесс. Так к раненому оленю не приблизишься. Поэтому я занимался другими делами. Может, на сегодня достаточно. Я проверил орфографию. Выглянул в окно. Мои мысли переключились на охоту. На собрание, которое было назначено на вечер. На телефонный звонок, который я забыл сделать. Я понимал, что мне не хочется думать о соглашениях о любви, поэтому я решил просто уйти от этой темы, а не размышлять о том, что я уклоняюсь нее. Наконец, я вернулся к этому вопросу и спросил самого себя: «Во что я верю в вопросе о любви?».

«Она никогда не прекращается».

Вот это да. Вот это здорово. «И как долго я уворачивался от этого?» — подумал я про себя. Хорошо, теперь я понимаю. Я просто не доверяю любви. Именно эта черта характеризует большую часть моей жизни. «Иисус, войди в эту часть». Я глубоко вздохнул и какое-то время сидел в молчании, словно скорбя по поводу поступления трагических новостей.

Я знал, что это правда, я имею в виду это откровение. Не нужно вскрывать мозг, чтобы выяснить, почему я не верил в вечность любви. Сначала папа бросил нас, потом он умер от пьянства. Потом ушла мама. Ей пришлось вернуться на работу, чтобы прокормить нас. Ушел Брент. Я понимал разумом, что он умер не потому, что хотел избавиться от меня. Но он все же ушел. Могу перечислить других людей, и все они уходили из моей жизни. Вся моя жизнь была сценой, с которой уходили люди.

— Иисус, что мне с этим делать?

— Отдай это Мне.

— Хорошо. Я отдаю это Иисусу. Пусть это уйдет. Твоя любовь останется. Я могу довериться Твоей любви. Я отрекаюсь от соглашения, которое утверждает, что любовь никогда не остается с нами. Я призываю Тебя в ту боль, которую причинили мне все потери. Приди и исцели мое сердце в этом месте. Освободи мое сердце для доверия в любви, в Твоей любви.

Теперь мне пора идти. Но я хочу обращаться с этим местом в моем сердце осторожно, я буду думать об этом целый день и вернусь к этой теме, когда смогу.

На следующий день.

Эта тема с любовью буквально обрушилась на меня. То есть я не собирался разрешать этот вопрос. Это такое болезненное место. Моя история любви? О Боже… это слишком. Я не хочу даже думать об этом, не хочу вспоминать и разбираться. Я лучше отойду от этой темы подальше.

Может, поэтому Богу приходится подкрадываться к нам незаметно.

Я прекрасно осознаю и вижу во всех моих друзьях отношение к жизни, которое утверждает: «Не трогайте меня, не втягивайте меня в то, с чем я не хочу разбираться. Дайте мне прожить мою жизнь». Помните «тойоту»? Я не хотел даже масло в машине проверить, не говоря уже об истории моей любви. «Дайте мне прожить мою жизнь». Но Бог со всей Своей любовью и благостью говорит «нет». И что-то внутри каждого из нас откликается на Его голос. Или происходит что-то яркое. И тогда мы понимаем, что это истинно. Небесную гончую невозможно сбить со следа. Бог говорит нам: «Нам нужно туда пойти. С тобой не все в порядке. Ты еще не целостен и не свят, ты еще не пробился. Я хочу, чтобы ты имел жизнь, но ты не получишь ее, пока не станешь целостным и святым».

Мы идем по жизни слишком уязвимые, если отказываемся разобраться с вещами, спрятавшимися глубоко в наших сердцах. Особенно это касается нашей истории любви.

Вот что произошло в последние часы вчерашнего дня. Один молодой человек, которого я знаю, не так давно столкнулся с довольно серьезными проблемами. Дело касается его семейной жизни. Его жену нельзя назвать мягкой женщиной. В их отношениях мало любви. И он теряет последнюю надежду. Враг заметил его сердечную боль (демоны чуют нашу борьбу, как акулы чуют кровь в воде) и окружил его, чтобы сделать все еще хуже. Так действует сатана, он вторгается в наши испытания, использует слабости или неисцеленные места, увеличивает их и пытается выгодно это использовать. Как бы то ни было, у этого молодого человека была проблема, но теперь на сцену выходит дух сокрушения и отчаяния и пытается потопить его окончательно.

Вчера он зашел ко мне и попросил совета. Я немного помолился с ним. Пока я молился, я испытал боль в собственном сердце. «Ах, вот что делает враг — он пронзает его сердце горем». Не могу сказать, как часто я испытывал нечто подобное: духовное давление с кого-то другого пытается перескочить на меня. Эта мерзость любит распространяться вокруг. Как компьютерный вирус. В то утро, когда я стоял под душем, я вдруг осознал, что вступил в одно из серьезных соглашений относительно любви, поэтому в наступивший день я вошел ослабленным и уязвимым. А теперь я столкнулся на поле битвы с духом сокрушения и горя. Вы поняли, что я был приготовлен стать еще одной жертвой сердечной боли?

Если вы не разберетесь с этими проблемами, вы попадете в приготовленный для вас капкан.

Эта история легко могла бы закончиться следующим образом. Я мог бы увидеть, что в его жизни любовь не действует и не пребывает. И я легко мог бы возвратиться к тому соглашению, от которого отрекся только утром. «Ну, видишь? Не работает же! Не будь дураком. Ты был абсолютно прав». И тогда я потерял бы только что завоеванные территории. И мне все равно пришлось бы разбираться с его духовной войной, с его духом сокрушения, который пронзил мое сердце и напал на меня, потому что я пытался помочь молодому человеку. Если бы я не знал, каким образом духовная война распространяется вокруг, создавая новые поля битвы, я испытал бы сердечную боль, решив, что это моя собственная печаль, и согласился бы с ней, опять вступив в едва заметное соглашение. «Да, мое сердце болит. Жизнь полна печали и утрат».

Вы видите, в каком опасном мире мы живем? Это вам не класс воскресной школы. Это Вьетнам, Косово и Багдад. Вот почему Бог настаивает на том, чтобы мы разобрались с тем, что не нашло исцеления и является неосвященным местом в нашей жизни. Он знает, насколько мы уязвимы.

Слава Богу, я понимал, что происходит. Я отверг ложь, согласно которой ситуация в жизни молодого человека подтверждала мои прежние соглашения о любви. Я призвал крест Христа против гнетущего давления и отбросил его от себя к престолу Бога. И сегодня утром я вышел из-под этого гнета и вернулся к тому, что приготовил для меня Господь, без всякого мусора, который пытался похоронить меня под собой. Мне нужно снова вернуться к Божьей любви, и в данный момент мне нужна только правда, только истина — объективная, вечная истина о Его любви ко мне. Поэтому я обращаюсь к Писанию:

Любовью вечною Я возлюбил тебя.

И потому простер к тебе благоволение.

Я снова устрою тебя, и ты будешь устроена…

И будешь выходить в хороводе веселящихся.

(Иер.31:3,4).

Вечная любовь — эта истина аннулирует ложь о том, что любовь не вечна. Его любовь — вечна. Она никогда не прекратится. Это неизменный факт. Это истина.

«О да, Господь. Я жажду Твоей любви. Я с радостью буду веселиться снова».

Я прочитал еще несколько отрывков:

Смотрите, какую любовь дал нам Отец, чтобы нам называться и быть детьми Божьими (1 Иоан. 3:1).

Надежда не постыжает [не разочаровывает], потому что любовь Божья излилась в сердца наши Духом Святым, данным нам (Рим. 5:5).

Я использую ссылку в своей Библии, чтобы перейти от одного отрывка о любви к другому, как изголодавшийся человек переходит от одного блюда к другому:

Как возлюбил Меня Отец, и Я возлюбил вас; пребудьте в любви Моей (Иоан. 15:9).

Ибо Сам Отец любит вас, потому что вы возлюбили Меня и уверовали, что Я исшел от Бога (Иоан. 16:27).

И Я открыл им имя Твое и открою, да любовь, которою Ты возлюбил Меня, в них будет, и Я в них (Иоан. 17:26).

«О да, Боже. Именно этого я хочу. Ибо Твоя любовь должна быть во мне. Я жажду, чтобы Твоя любовь наполнила мое сердце. Что мне делать?».

Я задал этот вопрос, потому что на тот момент не чувствовал Божьей любви. Мое сердце испытывало легкую печаль с отзвуком боли. Как часто бывает такое — я видел это время от времени в жизни людей, которых я консультировал. Мы не верим Писанию, потому что оно не соответствует тому, что мы чувствуем в данный момент. У меня случались моменты отчаяния, когда я видел, как люди цепляются за ложные соглашения и неверие только на основании того, что они чувствуют в данный момент. Мы упорствуем в своем неверии, потому что в этот момент не испытываем того, что Бог называет истиной. Но теперь роли поменялись. Теперь я сам, как Фома неверующий, и теперь я понимаю, что отчаяние и гнев, которые я испытывал как консультант, — это то, что постоянно чувствует Бог.

«Пусть это будет для тебя истиной, — говорит Господь. — Верь этому. Заключи со Мной соглашение в этом».

Какое прекрасное приглашение. Он знает, что мы постоянно соглашаемся с самой разной ложью, искажениями и обвинениями. Теперь Он предлагает мне согласиться с Ним в том, что есть истина.

Мы не можем построить наши убеждения на том, чувствуем ли мы и испытываем ли мы ту истину, о которой говорит нам Бог. Это позиция высокомерия, когда мы позволяем своему сиюминутному состоянию быть судьей того, является ли Писание для нас истиной или нет. Я знаю, что мне следует начать с этой истины, принять ее, полностью положиться на нее, и только потом, иногда сразу, а иногда где-то по пути, я испытаю или почувствую эту истинность. Как сказал Иисус Фоме: «Блаженны не видевшие и уверовавшие» (Иоан. 20:29).

«Хорошо, хорошо, хорошо, хорошо. Да. Это правда. Я принимаю это как истину. Я соглашаюсь с Тобой в этом».

О чем я молился.

С того утра в ванной, когда Бог поднял вопрос о любви, прошло несколько недель. Я спрашивал Его, о чем молиться, и Он отвечал: «Молись, чтобы Моя любовь исцелила твое сердце».

О, как глубоко Он знает меня. Знает меня лучше, чем я знаю самого себя. И как хорошо, как правильно молиться такой молитвой. Мое сердце нуждается в Его любви и исцелении. Он также говорил мне: «Отдай Мне свое сердце». Оба эти понятия идут рука об руку. Сначала Он загнал меня в угол Своей настойчивостью, тем фактом, что постоянно отвечал: «Чтобы Моя любовь наполнила твое сердце, оно должно исцелиться». Но все это показывает только, как сильно я нуждался в исцелении, а также почему и где мне нужны были Божья любовь и исцеление.

И в процессе всего этого в то утро меня подталкивала также другая сила. Думаю, лучше всего выразить это можно фразой «сделай это». Не знаю, насколько глубоко это засело во мне. Но мне кажется, что это чуть ли не стержень моей личности. Когда мы ехали из больницы в День труда, я дал Богу разрешение полностью перестроить мою личность, основываясь на Его любви. На данный момент я совсем не чувствую, что она построена на Его любви. Пока она построена на утверждении «сделай это».

К концу охотничьего сезона мы вернулись на ранчо. Нет, я не собираюсь охотиться. Мои руки по-прежнему в гипсе. Я до сих пор не могу даже завязать шнурки. Но я хотел вернуться сюда с мальчиками, чтобы быть проводником для Блейна. Ходить я, слава Богу, могу. Могу призвать лося. Но вчера вечером снова выпал снег, и когда я молился об этом дне, Бог сказал мне: «Не делай этого». Я мог упасть на снегу, и падение не принесло бы ничего хорошего. Эта черта, требующая «сделай это», могла бы заставить меня отправиться вместе с мальчиками в холод и снег в попытке найти лося для Блейна. Это было бы очень сложно, я бы потратил много сил. Как глупо.

И хотя обе мои руки в гипсе и мне по-прежнему трудно что-то сделать, невозможным это назвать нельзя. И я мог бы упустить возможность перестройки моей личности, просто пробиваясь вперед там, где считал нужным. Но моя душа нуждается в исцелении именно здесь, именно в этом месте. Даже в то утро, когда я молился и читал Писание, мухи бились в окно, и мне хотелось взять журнал и перебить их. Я хотел разобраться с этим. Как будто я способен поразить движущийся объект. В данный момент я не могу поразить даже слизняка. Но мне это в голову не приходило, «Я должен уничтожить этих мух», и это одно из сотен требований моего неугомонного «сделай это».

«Господь Иисус, будь милостив. Это сидит глубоко во мне, Я не знаю, что делать и что говорить. Будь милостив. Исцели меня в этом. Исцели меня в Твоей любви».

Даже в процессе написания последней мысли и молитвы мне в голову пришла другая мысль: «Сколько времени? О, уже четыре часа. К пяти часам я должен отправиться на разведку с мальчиками». Серьезно. Эта мысль пришла мне в голову прямо посреди молитвы. Вскоре после этого я выглянул в окно, чтобы посмотреть, какая погода (низкие тучи, холодно, похоже, что опять будет снег). И тогда я подумал: «Нужно придумать более эффективный способ предсказания погоды. Нужно настроить радиоприемник на волну прогноза погоды». И так бывает почти постоянно. Такого рода мысли, планы, ожидание и обдумывание происходят так естественно. Но теперь, когда я увидел все это так ярко, я потерял дар речи. Пусть Иисус будет милостив ко мне.

В это утро я спросил Бога, что читать. Он сказал: «Шестнадцатый псалом».

К Тебе взываю я, ибо Ты услышишь меня, Боже;

Приклони ухо Твое ко мне, услышь слова мои.

Яви дивную милость Твою,

Спаситель уповающих на Тебя.

От противящихся деснице Твоей.

Храни меня, как зеницу ока;

В тени крыл Твоих укрой меня.

От лица нечестивых, нападающих на меня, —

От врагов души моей, окружающих меня (ст. 6–9).

Фраза «храни меня, как зеницу ока» тронула меня особенно сильно. Мне нравится этот отрывок. Во мне есть что-то новое, что резонирует на эти стихи. Это жизнь Возлюбленного Сына, полная противоположность побуждению «сделай это».

«Иисус, я освящаю все мои таланты и все мои способности, чтобы они были посвящены Тебе. Я приношу их Тебе, Иисус, чтобы служить ими Тебе, а не моему безбожному подходу к жизни. Я прошу, чтобы Твоя любовь исцелила ту часть меня, которая считает, что я должен постоянно что-то делать и что все, особенно счастье, зависит от меня. Я приглашаю Твою любовь в это место, чтобы она исцелила меня. И, Иисус, я каюсь в этой своей части, которая стремится все сделать сама. Я перестаю доверять своей способности делать дела и переориентирую свое доверие на Твою любовь и благость».

Сны.

Прошлой ночью мне приснился очень странный сон.

С другой стороны, разве не все начинают свои рассказы о снах со слов: «Мне приснился очень странный сон…» И какой сон нельзя назвать странным? Думаю, выражение «странный сон» — избыточное по своей сути. Так или иначе, давайте вернемся к моему сну.

Мы все еще находимся на ранчо, но мне снится моя прежняя работа. Во сне я продолжаю работать. В результате мой сон уже можно отнести к категории кошмаров. Но что хуже всего, на работе меня посадили в своеобразную тюрьму. Потом меня освободили, и я возмущенно спорю со своим бывшим начальником, который считает, что они не сделали ничего необычного или неразумного. «Ты не имеешь права со мной так поступать!» — сказал я. Я сообщил им, что увольняюсь, и даже во сне я помню, как мне стало хорошо после этого. Я проснулся с чувством глубокого облегчения. «Я уволился!».

Нет ничего необычного в том, что ваша работа во сне представляется вам тюрьмой. Не нужно быть хорошим толкователем снов, чтобы понять, что вы ненавидите свою работу и на работе чувствуете себя в ловушке. Однако этот сон мне показался странным, потому что я не работал на той работе уже много лет. Но что самое странное, так это то, что произошло потом. Во время завтрака Блейн сообщил;: «Мне приснился очень странный сон. Я был вместе с другими людьми, и мы организовали спасательную операцию. Мы освобождали тебя от твоей прежней работы».

Что бы вы стали делать с такой информацией?

Обычно в подобных случаях мы поднимаем брови и говорим: «Ну, это действительно совсем странно. Ха-ха». Потом мы отправляемся по своим делам и больше не вспоминаем об этом.

Ребята собирались пойти на охоту, но за ночь выпал небольшой снег. И хотя я тоже хотел пойти вместе с ними, я понял, что Отец велит мне остаться. Я подчинился. Поскольку благоразумие — это лучшая часть отваги, я остаюсь дома. Ребята ушли, и я открыл Библию, чтобы провести какое-то время с Богом. Я читаю Пятнадцатый псалом и натыкаюсь на следующее место: «Благословлю Господа, вразумившего меня; даже и ночью учит меня внутренность моя» (ст. 7).

Подождите минуточку, «Даже и ночью учит меня внутренность моя?» Внутри меня зазвенел маленький внутренний звоночек. Мне позвонил Бог. Я вспомнил сон. Затем я также вспомнил, как мы ехали сюда и, чтобы скоротать время, вместе с Блейном слушали аудиозапись. В этой истории Бог гово¬рил к одному молодому человеку в снах. Вот так. Мой сон и сон Блейна были важными. Бог что-то хотел нам сказать. Не знаю, что, но в нашем случае слишком много «совпадений».

В хождении с Богом это очень важный момент. Слишком часто мы просто говорим: «Ух ты, какое совпадение». Мы смотрим на это и удивляемся, словно на наш подоконник уселся двуглавый петух, а потом идем перекусить бутербродом. Мы ничего не делаем с этим. И таким образом мы теряем тот дар, который Бог приготовился нам дать. Или упускаем предупреждение, которое Он посылает нам как сигнальную ракету.

Я понял, что мне нужно молиться. Прямо сейчас. Прежде чем послание Божье ускользнет вторично. И, может, в последний раз. «Ищите Господа, когда можно найти Его» (Ис. 55:6). Другими словами, теперь самое время. Если я буду ждать следующего раза, когда прояснится смысл, и буду молиться потом, тогда этого не произойдет. Суета жизни все сметет с пути.

Пора действовать сейчас.

«О чем мне молиться, Господи? В чем смысл сна?».

Стоп. Это действительно полезное, самое полезное начало — вопрос к Богу, о чем молиться. Я не знаю, что происходит. Я не знаю, зачем Бог показал нам эти сны. Поэтому я спрашиваю Его. Помните, ученики попросили Иисуса научить их молиться. Слишком часто мы вскакиваем и начинаем молиться, но эффекта никакого. Мы, можно сказать, бесцельно размахиваем своим мечом и сотрясаем воздух. Когда это делаешь какое-то время, создается впечатление, что молитва не работает. Или что Бога во всем этом нет. Однако молитва работает, и Бог в ней присутствует. Когда мы молимся эффективно. Иоанн сказал: «И вот какое дерзновение мы имеем к Нему, что, когда просим чего по воле Его, Он слушает нас. А когда мы знаем, что Он слушает нас во всем, чего бы мы ни просили, — знаем и то, что получаем просимое от Него» (1 Иоан. 5:14, 15).

Он обязательно нас услышит. И ответит на наши молитвы. Но разве вы не этого хотите? Я точно хочу. Я хочу видеть, как мои молитвы действуют! Я хочу молиться в соответствии с Божьей волей. Но я не всегда знаю, в чем она состоит, поэтому я спрашиваю. Этот факт полностью преобразил мои молитвы. И я вижу намного больше результатов точно так, как обещает нам Писание.

Что касается того странного сна. Я почувствовал, что Бог велит мне призвать полноту работы Христа между мной и той компанией и разорвать все духовные узы между мной и ими. Помните, сон имел отношение к заточению, заключению и необходимости освобождения из того места. Чтобы понять динамику этого процесса, нужно разобраться в понятиях духовной власти. Когда вы входите в церковь (присоединяясь к ней) или вступаете в компанию (поступая туда на работу), вы подчиняете себя ее духовной власти. Это может быть хорошо, но может быть и плохо. Все зависит от того, чем руководствуются ее лидеры в духовном смысле.

Люди, выходящие из культов, часто борются против духовного гнета до тех пор, пока не разрывают все духовные узы с тем культом и его лидерами. К сожалению, если хорошая церковь дает место сильному духу религиозной гордыни, вы обнаружите, что многие ее члены борются с этим духом религиозной гордыни. Он распространяется вокруг, заражая всех подряд, как грипп. Та же динамика наблюдается и в семьях. Вы когда-нибудь задумывались над тем, почему супружеские измены, разводы или финансовые проблемы преследуют определенные семьи из поколения в поколение? Все дело в том, что в одном из поколений кто-то через свои грехи впустил этот дух и согласился с ним, и теперь он переходит из рода в род до тех пор, пока кто-нибудь не встанет против него.

«Так о чем мне молиться, Господь?».

Я почувствовал, что Бог велел мне по-настоящему освободиться от того места и полностью перейти в мое новое призвание. Мне нужно было принести труд Христа между мной и той организацией, ее руководителями и моим бывшим начальником. Поэтому я помолился так:

«Я приношу весь труд моего Господа Иисуса Христа, Его крест и пролитую кровь, Его воскресение и жизнь, Его власть, правление и владычество — между мной и этим местом, между мной и всеми служащими той компании. Всеми руководящими работниками, моим бывшим начальником и мной. Я разрываю все духовные связи между нами и аннулирую все притязания врага ко мне по причине моего пребывания там в течение определенного времени. Я выхожу из-под их власти. Я посвящаю свое призвание и дарования Богу. Я очищаю мое призвание и дарования кровью Иисуса Христа, чтобы им быть святыми и чистыми и наполненными только Святым Духом. Я оставляю труд Христа между нами и запрещаю этим узам восстанавливаться. Во имя Господа Иисуса Христа».

Конечно, я не знаю, что происходило в духовной реальности, но уже во время молитвы я почувствовал, словно с меня что-то свалилось. Я почувствовал себя свободнее. Легче. Представить только, что все началось с очень «странного» совпадения двух снов.

Слушать Бога ради других.

Вчерашний день был утомительным. Одна молодая женщина, которую мы знаем и любим, на протяжении последних месяцев пребывала в сильном расстройстве, и мы стали за нее молиться. Это прекрасная женщина, которая любит Бога и очень хочет выйти замуж, но до недавнего времени никто из молодых людей на нее не обращал внимания. Не знаю почему. Наконец, на сцене появился мужчина. Но, как это часто бывает во взаимоотношениях людей, вес было не так просто, и она стала нервничать, и в ее жизни появились слезы, бессонные ночи и частые приступы отчаяния. Ее друзья видели, что ее реакция на ситуацию бывает преувеличенной.

А это очень важный признак.

Когда вы видите в других людях или в себе, что реакция выходит за рамки разумного, можете быть уверенными, что здесь происходит нечто большее. Здесь задействованы другие силы. Обычно мы объясняем такую реакцию незрелостью человека, когда на самом деле Бог может использовать ее для выявления глубинных проблем, чтобы их можно было разрешить. Или же враг задумал что-то. Часто бывает и то и другое одновременно. Но обычно мы смущаемся от своей неадекватной реакции и стараемся как можно быстрее справиться с этими ситуациями. Мы не показываем вида, выходим из комнаты, скрываем свои чувства. Вешаем трубку. И окружающие нас люди хотят того же, чтобы мы быстрее «справились» с этим. Того же хотели люди, окружавшие молодую женщину, о которой я рассказываю. Назовем ее Салли.

Несколько дней назад Салли пришла ко мне с заплаканным лицом и темными кругами под глазами от недостатка сна. «Я не знаю, что делать», — сказала она. За годы работы я заметил, что на людей с проблемами у меня два вида реакции. Я чувствую дискомфорт и потому стараюсь как можно быстрее выйти из этой зоны дискомфорта. Именно такая позиция побуждает нас быстро дать совет или утешение в надежде изменить тему разговора или вовсе прекратить его. Это безбожно. Это трусость. Это не что иное, как отступление, — отступление от битвы, которую мы не знаем, как вести, или не хотим вести, отступление обратно в приятную жизнь.

Я ненавижу эту часть меня.

Слава Богу, есть и другая реакция, которая со временем развивается, возрастая по мере роста Христа во мне. Я готов участвовать в судьбе другого человека. Я готов вмешаться. Я хочу помочь. Я спросил Салли, что происходит, потому что хотел услышать ее понимание ситуации. Понимала ли она, что ее отношение к происходящему выходит за рамки благоразумия? Понимала ли она, что ей приходится разбираться в одной части с этим парнем и в пяти частях с глубокими проблемами собственной души? Когда дело доходит до помощи другому человеку, вы можете иметь дело либо с симптомами, либо с их причинами. Многие люди погрязают в работе с симптомами, и поэтому ситуация лучше не становится.

Другими словами, Салли понимала, что ее душевные страдания коренились в чем-то другом, не связанном с присутствием молодого человека в ее жизни. Она попросила, чтобы ее друзья молились о ней и послушали, что хочет сказать о ее ситуации Бог.

Слушание Бога ради других людей может быть одним из величайших даров, которые мы можем предложить друг другу в Теле Христовом.

Если вы еще не поняли, то скоро поймете, что намного легче услышать голос Божий относительно других людей, чем услышать его для себя. Я не знаю, почему это происходит. Объяснить это отчасти можно тем, что в таких случаях эмоционально мы ничем не связаны. Салли была расстроена. Она не могла слышать того, что говорил Бог, по той же причине, по какой вы не сможете хорошо выспаться, если подойдете к постели с желанием хорошо выспаться. Слишком большое напряжение. Вы просто не уснете. Поэтому это большой дар, когда вы можете снять с другого человека это напряжение, слушая Бога ради разрешения его проблем.

Несколько слов о динамике оказания помощи другим людям. Кроме внимательного наблюдения за тем, что происходит в сердце другого человека, вам также следует настроить свой радар на то, что делает враг. Друзья Салли были в основном раздражены ее поведением и в результате ничем помочь ей не могли. Но ничего страшного. Враг специально делает это, чтобы помешать людям ей помочь. Он может постараться и заставить вас делать по отношению к людям, то, что он желает делать. И хотя я предложил помолиться за Салли, мне вдруг захотелось от всего этого отказаться. Я почувствовал себя усталым и раздраженным. Но не позволяйте себя одурачить. Не позволяйте вывести себя из игры. В ночь перед встречей с Салли я плохо спал. Это верный признак того, что враг разволновался, зная, что его уловки стали явными, и теперь война перекидывается на вас. Но пусть вас и это не остановит, поскольку это еще и знак того, что скоро произойдет нечто хорошее. Вы на пороге прорыва.

Чувствуя, что в невидимом мире идет духовная война, я понимал, что во время встречи с Салли нам будет трудно услышать от Бога. Поэтому в то утро, во время приготовления кофе я заранее помолился: «Иисус, что происходит? Почему на Салли такие нападки?» Я услышал, как Иисус сказал: «Одиночество». Дух, нападавший на Салли, был духом одиночества. Ну, конечно. По плодам их познаете их.

Я догадался, что одиночество воспользовалось эмоциональным расстройством Салли. Мы начали нашу совместную молитву с того, что призвали работу Христа против одиночества и отправили этого духа к ногам Иисуса. На это потребовалось два раунда молитвы. Часто так и бывает. В конце концов вы имеете дело с мятежными духами. Когда воздух очистился, мы смогли молиться за места глубоких внутренних обид в Салли, места, раненные в результате отвержения, когда она была маленькой девочкой. Именно об этой динамике я говорил раньше, об этом предупреждает и Павел в Послании к Ефесянам: «Гневаясь, не согрешайте: солнце да не зайдет во гневе вашем; и не давайте места дьяволу» (Еф. 4:26,27). Давным-давно в своей истории любви Салли почувствовала одиночество. Она согласилась с этим. Соглашение вступило в силу, и одиночество осталось с ней на законном основании.

То есть до сегодняшнего дня. Мы попросили Иисуса прийти и послужить молодой женщине в местах причиненных ран. Она разорвала свое старое соглашение с одиночеством. И с той ложью, что ее никто и никогда не полюбит. Присутствие Иисуса было явным. Это было прекрасно.

Особенно прекрасным в это молитвенное время было то, что несколько человек могли слушать и молиться за Салли. Мы могли слышать голос Бога, в то время как Салли не могла. Но по мере того, как мы молились за все обстоятельства, которые Христос открывал нам, Салли постепенно становилась прежним человеком. Она снова стала слышать голос Бога. О, как бы я желал, чтобы такого рода ходатайство более широко практиковалось в Теле Христа. Одно из величайших сокровищ способности слышания Божьего голоса заключается в том благе, которое мы можем принести другим людям. Собственно, я думаю, что в процессе слушания ради других людей вы разовьете свои способности слышать Бога для себя.

Возмездие.

Хотел бы я, чтобы на этом все закончилось. Но так редко бывает.

На следующее утро мне позвонила Салли. Она плакала. Молодой человек, с которым она встречалась, в тот же вечер порвал с ней. У нас было ощущение, что мы потеряли все завоеванные территории и даже больше. Все ее старые соглашения вернулись к ней и ожидали возможности занять свое прежнее место, а вместе с ними пришел и враг. Слава Богу, что мы накануне сделали самое главное. Если бы мы не избавились от духа одиночества и не призвали значительное исцеление на старые места отверженности, случившееся стало бы катастрофой. Бог побудил нас вмешаться в мгновение ока. Но враг был раздражен. Уже во время телефонного разговора у меня возникли такие мысли: «Я сдаюсь. Такие молитвы не работают. Ничего не получается. Бог ничего не сделал для нее, и исцеления не произошло. Нужно замять все это дело». Очень вкрадчиво и очень ясно. Приглашение к соглашению с тем же духом, с которым женщина соглашалась и воевала, — одиночество. Повесив трубку, я тут же запретил этому духу: «Нет, — сказал я громко. — Это неправда. Я отвергаю это чувство [это едва заметное отчаяние часто приходит как ощущение], и я отвергаю эту ложь. Бог действует».

Позже в тот же вечер Лука, обычно самый счастливый человек в нашей семье, бродил по всему дому подавленный и унылый. Мы пытались вытащить его из этого настроения, но безуспешно. Стейси почувствовала и здесь атаки, и они вместе помолились. Однако дух его не покинул. Тогда я тоже вмешался в молитве согласия со Стейси. Помните, духовная война, как вирус. Она распространяется вокруг, насколько это возможно, особенно если вы пытаетесь кого-то освободить. Мы помолились втроем конкретно против духа одиночества. Примерно через полчаса Лука снова стал прежним жизнерадостным человеком.

Из этого опыта можно почерпнуть некоторые важные вещи. Во-первых, не думайте, что атаки, которым вы подвергаетесь, всегда ваши атаки. Возможно, это битва кого-то Другого, пытающаяся перекинуться на вас. Иногда это происходит после того, как вы оказали помощь кому-то, а иногда это случается заранее, в попытке вывести вас из игры и лишить возможности помочь конкретному человеку. Постарайтесь определить характер атаки, когда вы осознаете, что на вас оказывается давление. Задайте вопрос: «Откуда это? Чья это может быть война?» Спросите Бога об этом. Во-вторых, если вы хотите по-настоящему любить других людей и вмешиваться в их ситуации, когда вас призывают к этому, вам следует быть осторожными и ни в коем случае не вступать в те же соглашения, которые некогда заключили они. Ибо вас обязательно будут искушать этим.

Итак, мы снова возвращаемся к святости.

На нас будет оказываться давление, когда мы помогаем другим, нас будут пытаться заставить подчиниться тем силам, которые давят на них. «Братия! — пишет Павел, — если и впадет человек в какое согрешение, вы, духовные, исправляйте такового в духе кротости, наблюдая каждый за собою, чтобы не быть искушенным» (Гал, 6:1). Враг попытается найти у вас слабое место, старые раны, соглашения, какие-нибудь страхи или грех, чтобы заставить вас уступить и лишить вас способности помочь в беде другому человеку. Когда на нас оказывается давление, у нас мгновенно появляется возможность разорвать любые соглашения, в которые мы прежде вступили, покаяться во всех грехах, чтобы стать целостными и святыми, чтобы быть в состоянии помочь тем, кого мы любим. Я обнаружил, что мне нужно сделать это прямо сейчас, посреди разговора и молитвы: «Господь, я сделал то же самое. Прости меня. Очисти меня. Я отрекаюсь от соглашений, на которые я здесь пошел».

В этом состоит еще одна причина» по которой нам следует стремиться к святости, иначе мы не всегда сможем подняться на войну за себя, и тем более нам будет трудно, когда дело дойдет до оказания помощи близким. Не сдавайтесь и не отступайте. Вы нужны окружающим вас людям.

Возвращение к радости.

Теперь вы поняли, насколько важна радость?

Она нужна, потому что мы живем в военное время. Потому что враг неутомим. Потому что «мы отовсюду притесняемы» (см. 2 Кор. 4:8). По этой причине нам нужна радость. Много, очень много радости. В изобилии. Радость может противостоять всем этим неутомимым силам. Без радости духовные битвы нас иссушат и обессилят. Нам неоткуда будет взять силы. Не будет внутренних резервов. Мы растратим себя впустую. Мы сдадимся. Или станем зависимыми от чего-нибудь по причине неизбывной жажды по радости.

Я перечитывал свою жизнь в этих историях и думал: «О Боже, как тягостно. Вся жизнь — сплошные битвы». На самом деле это не так. Теперь, когда я вдумываюсь в это или открываюсь для понимания, я вижу, что в моей жизни присутствует много радости. И хотя этой осенью я не охотился, я сумел несколько раз погулять по лесу с мальчиками. В холодные октябрьские выходные мы сумели выманить из леса самца лося для Сэма. Это была первая, очень удачная охота для нас более чем за десять последних лет, и тот день был наполнен приключениями и радостью. Да, нам пришлось тащить этого лося две мили через лес, заваленный упавшими деревьями. Но и это было радостно.

В нашей жизни бывает много обычных дней. И все же моя потребность в радости становится все более очевидной.

Мир воспринимает нашу борьбу как устремления и терпение. Тяни и толкай, а затем вознагради себя немного. Работай, как лошадь, а потом купи себе телевизор с большим экраном. Это дешевая подделка истинной борьбы и дешевая подделка истинной радости.

Если вы ходите с Богом, вы увидите, что призваны к реальным вещам. К настоящим битвам. К реальной радости. Битвы найдут вас. Но радость вам придется обрести самому.

Дух этого века.

Итак, я вернулся на ранчо в последние выходные ноября, чтобы проверить, как там дела. И когда я сидел в коттедже, жизнь воспринималась иначе. Там все кажется естественным и нормальным. Там кофе кажется вкуснее. Хотя это тот же кофе, что я делаю дома, в той же дешевой кофеварке, но он пахнет изумительно и привкус у него потрясающий. Почему? Два дня назад мы со Стейси отправились на ужин в ресторан в горах и заплатили примерно шестьдесят долларов, но после возвращения с пешей прогулки лапша за девяносто девять центов, которую я приготовил сам, была самой лучшей едой за долгие месяцы.

Я ненавижу то измерение, в котором живу.

Я не живу. Я выполняю дела.

Вся моя жизнь ориентирована на выполнение каких-то дел. Я просыпаюсь и молюсь, потому что, если я не помолюсь, яростная война выбьет меня из колеи. Эти молитвы нельзя назвать неспешными; они все нацелены на конкретику. Затем я направляюсь в свой кабинет и начинаю отвечать на электронные письма. Проекты, которые начинались с хорошей идеи, теперь дышат мне в спину, потому что наступают крайние сроки, и то, что начиналось как творческий прорыв, теперь просто превращается в «надо сделать». Я возвращаюсь домой измученным и обессилевшим, и мне уже все не в радость. Иногда я пытаюсь бегать, но это тоже «надо сделать». И хотя мне нравится бегать, мне это дается нелегко. Словом, сплошные задачи, а не жизнь.

Мне всегда нравилось спрашивать людей: «Как дела?» Теперь я не хочу спрашивать, потому что этот вопрос воспринимается как приглашение к разговору, на который у меня нет времени. Кроме того, разговоры могут привести к ситуациям, где я просто обязан что-то сделать. Когда человек говорит: «Не очень хорошо», что мы отвечаем? «О, весьма сожалею. Но мне надо бежать». Поэтому я стараюсь не задавать вопросов, чтобы прожить свой день и выполнить свои дела.

Каждый век характеризуется своим духом, настроением или атмосферой. Нашему веку свойственна занятость. Мы бегаем, как белки в колесе, с раннего утра до поздней ночи. Поэтому таким спросом пользуются энергетические напитки. Их теперь десятки сортов. Не говоря о кофейнях на каждом углу. Но зачем нам кофеин? И почему многим из нас нужно снотворное по ночам? Нашим дедам они не были нужны. Мы думали, что век технологий сделает жизнь проще и легче. Но он взял нас за горло. Нам приходится действовать со скоростью компьютеров. Серьезно, меня раздражает, что мои электронные письма загружаются за четыре секунды, когда раньше на это уходило десять. Я понимаю, что не первый пишу на эту тему. Люди уже давно рассуждают об этом. Мы снуем и носимся, как муравьи, чей муравейник кто-то развалил, или как сумасшедший Кролик из сказки Льюиса Кэрролла.

По какой-то причине мы либо верим, что не можем остановиться, либо не хотим останавливаться.

Подобно блудному сыну мы ничего не хотим с этим делать, пока однажды утром мы не проснемся, чтобы понять, что хотим жить другой жизнью. Но до тех пор жизнь, которая не жизнь, но выполнение дел, имеет свои преимущества. Во-первых, она дает нам иллюзию надежности, ибо мне кажется, что я управляю жизнью и все контролирую. Это ложная стабильность, и мы ей не верим. Мы верим в то, что это наш путь к безопасности. К контролю над жизнью. Возможно, нам не хватит честности, чтобы открыто сказать: «Бог, похоже, не сильно интересуется деталями моей жизни, поэтому мне все приходится делать самому». Но именно так мы подспудно думаем. В конце концов, если бы мы действительно верили, что Бог заботится обо всем, мы бы не стали убивать себя, пытаясь удержать в руках собственный мир.

Потом мы обладаем этой удивительной способностью постоянно и намеренно отвлекаться. Мне не нужно разбираться в самом себе или сосредоточить свое внимание на Боге или других людях, потому что я очень занят. Преимущество здесь в том, что я не чувствую себя виноватым за то, что не уделяю внимания Богу или кому-то другому, потому что моя занятость естественна, кроме того, я всем показываю, что я человек ответственный, потому что выполняю свои обязательства. Таким образом, я могу избежать полного хаоса в своей жизни, но становлюсь жертвой обстоятельств, которые не способен контролировать.

Если бы мы действительно хотели жить иначе, мы бы доказали это своим выбором.

Итак, я выключаю компьютер, чтобы насладиться тем, что осталось от сегодняшнего дня.

Ястребы.

Теперь Бог говорит ко мне через ястребов. Больше нет двуглавых петухов, но есть краснохвостые ястребы.

Этим летом у нас на ранчо свили гнездо два ястреба. Мне нравилось слушать, как они кричат. Бывало, я работаю над чем-то — и вдруг высоко в небе слышу крик ястреба и тогда прерываю работу, чтобы понаблюдать за ними. Казалось, они вытаскивали меня из обыденности и возвышали. Поднимали не только мой взгляд, но и очи моего сердца. Я видел также ястреба, к которому Бог привел меня, когда под обрывом я искал спрятавшихся лосей. Еще один ястреб летал над моей головой, когда однажды днем я катался на лошади. Для меня он был символом Божьего присутствия, Его свободы и красоты.

«Символом Моего сердца», — сказал Он.

Затем сегодня Бог показал мне прекрасного ястреба, усевшегося на возвышении позади нашего дома. В это время года, мигрируя, ястребы прилетают и отдыхают на этом месте в течение недели или двух. Я почувствовал, как Бог после моей молитвы побудил меня выйти, и когда я вышел, то испытал желание взглянуть вверх и увидел самого большого из всех ястребов, когда-либо виденных мной. Я боялся, что он не будет сидеть достаточно долго, и я не успею достать бинокль. Но он сидел долго. Я наблюдал за ним более десяти минут. Был момент, когда он взглянул прямо на меня, и мне показалось, что его глаза подобны глазам Божьим. Бог смотрел прямо на меня. Я спросил Его, что это значит. «Моя любовь», — сказал Он.

Помните: «Господня земля и что наполняет ее» (Пс. 23:1). Бог говорит к нам все время. Иногда Он использует слова. В других случаях Он использует сны. И Ему нравится использовать постоянно изменяющуюся, разворачивающуюся красоту, события и присутствие Своего творения. Что об этом сказал Уордсворт?

Благодаря человеческому сердцу, которым мы живем, Благодаря его нежности, радостям и страхам, Самый скромный цветок мне может дать мысли, Которые спрятаны слишком глубоко для слез.

Зима.

Найти Бога в потерях, во всем земном и укрепить сердце в том, что можно назвать долгой тропой послушания.

Уход Скаута.

В нашей семье горе.

Наш любимый золотистый ретривер Скаут умер.

Трудно описать эту утрату, потому что для этого вы должны были бы знать Скаута и что он значил для нашей семьи. Умер не просто домашний любимец. Наши мальчики выросли со Скаутом. Он был частью нашей семьи. Не только потому, что мы его любили, ибо любовь может превратить и кролика в нечто значимое. Но Скаут был действительно особенным. У него было большое сердце и чуткий дух. Он был верным и искренним. Всегда был рад видеть нас, всегда готов к любым подвигам. Он спал в комнате мальчиков. Каждое утро он прогуливался со Стейси, пока она молилась во время прогулки. Он всегда был у дверей, когда мы возвращались, и, приветствуя нас, лаял и вилял хвостом.

Скаут любил бегать по снегу носом вниз. Он любил гоняться за птицами. И за нашими автомобилями. Иногда он подходил к лошадям, и они наклоняли головы, чтобы посмотреть на него, и тогда Скаут лизал их в нос. Ему нравилось играть с нами в мяч, но он свой мяч не отдавал никому. И если кому-то бывало грустно, он мягко и с любовью подходил, виляя хвостом. Он прижимался к вашему лицу носом и утешал вас. Он буквально говорил этим жестом.

В прошлый понедельник мы горевали. Горевали по-настоящему. Раковая опухоль, которая появилась у него прошлым летом, вернулась с новой силой. Ветеринар дал Скауту месяц жизни, не больше. Но мы видели, как быстро он угасает. Мы не хотели, чтобы он страдал. Ему было трудно выйти из дома, чтобы справить нужду. По ночам он взвизгивал от боли. Поэтому мы поговорили с мальчиками в понедельник вечером о том, чтобы усыпить Скаута еще прежде, чем рак полностью измучит его, и мы не сможем помочь ему справиться с болью. Мы все плакали. А Скаут, который все воскресенье не мог встать из-за раковой опухоли в плече, встал и по очереди подошел к каждому из нас, виляя хвостом. Казалось, он говорит: «Все в порядке. Все будет хорошо». Таким он был, утешая семью до самого своего конца.

Не могу передать, как сильно я хотел, чтобы мои молитвы исцелили Скаута. Но следует быть очень осторожными со своим сердцем и верой, когда дело касается молитвы об исцелении. Очень важно знать, чего хочет Бог. Когда ученики спросили Иисуса о человеке, который родился слепым, Иисус ответил, что это произошло для того, чтобы на нем явились дела Божьи (см. Иоан. 9). И прямо на месте Он его исцелил. Но кроме того человека в Израиле была масса слепых людей, однако Иисус их не исцелил. Несколько недель назад я спросил Иисуса: «Иисус, Ты хочешь исцелить Скаута?» Я почувствовал, что Он ответил: «Нет. На этот раз нет».

Когда мы учимся слышать голос Божий, вы должны знать наверняка, что если вы не научитесь слышать и принимать «нет», вам будет очень трудно вообще слышать Бога или поверить в то, что услышанное вами действительно пришло от Него. Исключительно важно слышать, что Бог требует отступить, и отдать все в Его руки. Не отказаться от своих желаний, но предать их в руки Божьи. Конечно, я хотел услышать, как Иисус скажет, что Он желает исцеления Скаута. Я очень этого хотел. И тогда я бы молился об исцелении, как человек, имеющий конкретную миссию. Я бы молился, как Илия. Но я не мог так поступить со своей семьей, пока не знал наверняка, что во всем этом присутствует Бог. Я не хотел подвергать семью такому испытанию.

А может, я просто ищу оправданий своему неверию?

Я обратился к четвертой главе Послания к Римлянам. Не знаю почему. Но когда я читал, я понял, что Бог хочет сказать мне: «Авраам сверх надежды поверил с надеждою». Да, я тоже хочу так жить. Именно такой верой я хочу жить. «Он не изнемог в вере, хотя тело его, почти столетнего, уже омертвело». Правильно, вот на чем мы должны стоять. Я смотрю на факты. Если не произойдет чуда, Скаут скоро умрет. Потом пришел ключевой стих: «Он не поколебался в обетовании Божьем неверием, но пребыл тверд в вере, воздав славу Богу и будучи вполне уверен, что Он силен и исполнить обещанное» (ст. 18–21).

Это ключевой вопрос, вера Авраама базировалась на ясных и конкретных обетованиях Божьих. «Бог силен исполнить обещанное».

Бог нам не обещал, что Скаут будет жить. Я долго и упорно просил Бога об этом.

Когда дело касается нашей веры, нам следует быть осторожными, чтобы наши искренние надежды и желания не заставили нас просить об исполнении того, чего Бог нам не обещал. Иногда люди с самыми добрыми намерениями делают это за вас. Из своей любви к вам, отчаянно желая поддержать вас, они приходят к убеждению, что их желания соответствуют воле Божьей. Из таких желаний происходят многие пророческие слова. Это не одно и то же. Конечно, наши друзья хотели, чтобы Скаут выздоровел. Я тоже хотел, чтобы он жил. Но я не думал, что на этот раз мы получим чудо.

Поэтому я помолился: «Иисус, будь с нами в этом. Помоги моим сыновьям оплакать Скаута. Утешь нас. Я призываю Царство Божье на уход Скаута. Я запрещаю чему-то нечистому прикасаться к этой ситуации. Исцели наши разбитые сердца, Господь. Приди к нам».

Бог в наших утратах.

Прощание со Скаутом было самым тяжелым и самым прекрасным из того, чем мы могли поделиться с мальчиками, кроме смерти моего лучшего друга Брента восемь лет назад. Но тогда мальчики были совсем маленькими, и это горе мне пришлось переживать в основном самому. Мы все собрались вокруг Скаута. Друзья, которые пришли попрощаться, извинились и ушли, чтобы дать нам побыть с ним последний час. Ветеринар должен был прийти в пять часов. Мы сидели вокруг Скаута на полу, гладили его мягкую шерсть, целовали в нос, говорили, как сильно мы его любим, и плакали. Мы говорили о том, что мы любили в Скауте. Он слегка вильнул хвостом. Но в основном мы плакали. Мне было больно оттого, что мои сыновья так сильно горевали, хотя я понимал, что эта утрата для них стала вступлением во взросление. Это тоже нужно было преодолеть. Я был рад, что они не скрывали своих слез.

Когда ветеринар подъехал к нашему дому, я сказал мальчикам: «Пора попрощаться со Скаутом. Поцелуйте его». Они целовали его, а мое сердце разрывалось от боли.

Ветеринар распорядился положить Скаута на полу в гостиной. Он был добрым и чутким человеком. Затем он выскользнул из комнаты, оставив нас наедине с нашим горем. За окном лучи заходящего солнца окрасили все вокруг золотым цветом, какого я прежде не видел. Присутствие Бога ощущалось так явно.

Не знаю, как вы это воспримите, но я расскажу остальную часть истории. Когда Скаут умер, я услышал его лай. Не в памяти, не в прошлом, но там же. В Царстве Божьем. Я подумал: «Неужели? Неужели я это слышу?» Я верю, что Бог сохраняет животным жизнь в вечности. В конце концов в Писании говорится, что лев будет играть с ягненком. Так что в Царстве будут по меньшей мере львы и ягнята. Зачем, в таком случае, Богу ограничиваться только этими животными? Многие ученые богословы верят, что на небесах мы увидим своих любимых животных. Однако я не хочу затевать богословские споры. Я спросил Иисуса: «Что собаки делают в Царстве Твоем, Господь?» И Он сказал: «Они бегают». Затем глазами моего сердца я увидел Скаута, который бегал у ног Иисуса с целой сворой очень счастливых собак.

Я рассказал эту историю Стейси и мальчикам, и Блейн сказал: «Да. Я тоже слышал его лай. Сразу после того, как Скаут умер. Иисус сказал: „Он не отдает Мне мяч”». В этом была суть Скаута. Он приходил к тебе поиграть с теннисным мячом в зубах, но отдавать его никому не хотел. Услышать это от Иисуса было самым утешительным для нас.

Мы похоронили Скаута в саду, на склоне холма среди молодых дубов. За день до этого я вырыл там могилу. На выбранном мной месте лежал небольшой гранит размером с ладонь, в форме сердца. Я сохранил его, и когда мы похоронили Скаута, я показал его Стейси и мальчикам. Это еще один подарок от Бога. Он утешает наши сердца. Затем я положил этот гранит на пирамиду из камней, которую мы возвели над могилой Скаута.

Примите благодать, которую дает Бог.

Я боялся смерти Скаута, боялся того горя, потому что смерть Брента годы назад стала для меня самым сокрушительным переживанием, через которое мне пришлось пройти. Я боялся, что смерть Скаута откроет двери для того горя. Подобная печаль, похоже, связана со всеми прежними печалями в жизни. Ты словно открываешь дверь в кладовую, где хранятся печали. Но этого не случилось. Были отзвуки смерти Брента, но на этот раз я воспринимал их по-другому. Совсем иначе. Такое впечатление, что я полностью исцелился. Вот это да. Во мне действительно произошло исцеление.

И еще. Когда я попрощался со Скаутом, я также сказал: «Мы еще увидимся, мой мальчик». Я что-то разрешил в своей душе. Наши утраты не навечно, если они в руках Божьих. В этом вся разница.

Решение усыпить Скаута было самым болезненным из всех решений, которые мне приходилось принимать, потому что вся тяжесть этого выбора ложилась на меня. Я знал, что рак распространяется с огромной скоростью. Я знал, что Скаут очень скоро станет неподвижен. И все же трудно решить, когда именно прервать жизнь семейной собаки. Когда я воскресным вечером молился об этом, я услышал, как Бог сказал: «Через два дня». Мы усыпили его во вторник. У нас оставалось два дня. И когда я боролся со своими сомнениями, я также услышал, как Бог сказал: «Ваши сердца». Это было проявление доброты с Его стороны. Для наших сердец было бы мучительно смотреть, как рак будет изменять Скаута до неузнаваемости.

И хотя все это бывает действительно трудно, мы не испытаем одиночества и тоски, если пригласим во все это Бога.

Я заметил, что Иисус предлагает мне сегодня утешение и благоденствие. Но я также заметил, что я сам выбираю принять это. Кажется почти неприличным чувствовать себя хорошо всего через несколько дней после смерти Скаута и всего того, через что прошла наша семья. Словно хорошее самочувствие преуменьшает то значение, которое имела для нас собака, преуменьшает печаль утраты и особенно игнорирует чувства других людей, потому что они в таких ситуациях не чувствуют себя хорошо. Это почти то же, что чувство вины выжившего в катастрофе человека, та мысль, которая постоянно его точит: «Посмотри на других людей, я не должен чувствовать себя счастливым».

Но будьте осторожны с такими рассуждениями. «Я должен чувствовать себя плохо» очень скоро может превратиться в согласие с дурным самочувствием, после чего не стоит удивляться тому, что вы действительно будете чувствовать себя плохо. Ради Бога, примите благодать Божью, когда она придет. Это дар, и если Он дает его, будет правильным его принять.

Дьявол — оппортунист.

Проснувшись этим утром, я почувствовал, что Иисус рядом, ближе, чем обычно. И это так приятно. Я бесконечно благодарен Ему за такую близость и мою способность радоваться этой близости. Но потом на меня начинает наползать тяжесть.

Сначала это кажется естественным. «Это из-за Скаута, конечно, я чувствую тяжесть». Но мне не нравится это ощущение. Когда приходит это чувство тяжести, присутствие Иисуса, кажется, отдаляется. И снова приходит мысль: «Конечно, Он уходит, ты горюешь, и для тебя это тяжелое время». Но нет, я хочу, чтобы Иисус был здесь, и я не думаю, что эти ощущения от Бога. Поэтому я начинаю молиться против этого, и действительно, эти чувства уходят. Не сразу, не быстро, но я чувствую, что в духовной реальности ситуация начинает меняться. Здесь что-то все еще пытается сыграть на смерти Скаута, пытается найти лазейку для того, чтобы затуманить нас.

Нам следует помнить об этом, ибо сатана умеет пользоваться различными обстоятельствами.

Он всегда ищет открытые двери, возможности или трещину в доспехах. Он хватается за то, что может быть обычным событием, будь то спор, эмоции, различные потери и утраты, и использует для запуска своей лжи, обмана и давления. Я чувствовал это в ситуациях с дурными вестями о других людях. У меня все прекрасно, и вдруг мне рассказывают историю о трудностях или утратах, которые переживает кто-нибудь из моих друзей. Тут же меня охватывает ощущение сгущающейся тьмы, сначала ненавязчиво, но потом начинаешь думать: «Правильно, вот чем на самом деле является жизнь, все сложно и непредсказуемо». Все воспринимается как атака на мою веру. Конечно, что-то в этом объясняется моими собственными странностями и страхами. Но не все.

Я видел и обратное. Помню, несколько лет назад я ехал по красивому побережью Южной Калифорнии, мимо великолепных особняков, роскошных машин и огромных дворов поместий. Было так хорошо. Сердце наполнялось надеждами. «Ты видишь, — вдруг пришла мысль, — всего можно достичь, и жизнь может быть прекрасной, если у тебя есть деньги». Станем ли мы жертвой таких мыслей, зависит от нашего мировоззрения, нашего основного понимания того, что происходит. Я знаю, что многие люди верят этой чепухе, соглашаются с этим, потому что не понимают, что соглашаются с врагом, или же просто не хотят разбираться с этим. В результате они получают новый виток войны.

И теперь я горюю об утрате дорогого для меня существа, а ко мне подползает дух, который пытается воспользоваться этой возможностью, чтобы ввергнуть мое сердце в отчаяние. С этим легко можно было бы согласиться. Я устал, и мне больно. Нужно ли с этим сражаться прямо сейчас? Если я хочу быть свободным от угнетения, то да.

Дорогие друзья, вы должны помнить, что мир, в котором мы живем, находится в войне.

Почему это так трудно понять? И даже когда мы приходим к этому выводу, а приходят к нему лишь немногие, почему нам так трудно помнить об этой реальности каждый день? Что это за склонность в нас, что за тенденция игнорировать очевидные факты? Это действительно очень странно. Что это за упорство в нас, что за желание видеть жизнь так, как нам хочется, в противоположность тому, какой она является на самом деле? Возьмем, к примеру, терроризм. Вскоре после террористической атаки 11 сентября в нашем национальном сознании возникло неизмеримое количество страсти и решимости, направленной против терроризма. Эта атака пробудила всех нас. На некоторое время. Наклейки на задних стеклах машин и большие плакаты обещали — «Мы никогда не забудем».

Но мы забыли. Мы забыли. Мы снова вернулись к нашей милой, уютной жизни. «Не морочьте мне голову долгими и затянувшимися войнами с терроризмом. Я не хочу иметь с этим никакого дела».

На духовном уровне мы делаем то же самое, просто последствия куда хуже.

«Иисус, что это за упорство в нас? Почему мы с таким упрямством забываем все, что причиняет нам боль, что навязывает нам привязанность к „уютной и комфортной жизни”?».

Я встал, правда, неохотно, и начал молиться против тяжести, пытавшейся втиснуться в мое настроение. Я призвал против нее работу Христа, хотя во время молитвы чувствовал себя неловко и неуклюже. Но во мне медленно начал просыпаться воин. Мой взгляд упал в угол офиса, и там, на стене, я увидел палаш. Он напомнил мне о реальности. Мы находимся в состоянии войны, нравится нам это или нет. Он напомнил мне о том, какой Иисус. Он пылкий воин. Мои молитвы стали еще сильнее. Тяжесть покинула меня. Я снова ощутил свободу и принес Богу свое сердце, и враг уже не мог осквернить мои мысли.

Я не говорю, что мы не должны позволить себе почувствовать то, что чувствуем. Я просто предупреждаю, что когда вы оказываетесь в уязвимом состоянии, помните об этом и помните также, что все хищники всегда высматривают в стаде именно уязвимых особей. Когда мы окажемся в Царстве, которое грядет, когда мир будет восстановлен и станет тем, чем он должен быть, тогда мы сможем жить без атак, без осторожности. Тогда мы перестанем быть бдительными. Но не раньше. Об этом нельзя забывать даже в моменты печали и горя. Я знаю, все это кажется несправедливым, но враг не играет честно. Он всегда пользуется любыми обстоятельствами и всеми возможностями.

Я уверен, эта информация вам поможет.

Отдай их Мне.

Одно из самых удивительных изменений, которое произошло в результате хождения с Богом, имеет отношение к людям.

Люди занимают очень большую часть нашей жизни. Мы окружены людьми. Мы имеем с ними дело каждый день, начиная с водителя транспорта до официантки в кафе, от девушки в соседнем офисе до тех людей, с которыми мы вместе живем. И все люди постоянно, так или иначе, в чем-то нуждаются или переживают какой-то кризис. Или драму. И самая большая опасность для человека, который решил жить угодной для Христа жизнью, состоит в том, что мы начинаем в своих отношениях с людьми руководствоваться собственной совестью. Мы склонны действовать торопливо, вместо того чтобы ходить с Богом. И либо мы даем слишком много, либо слишком мало, либо предлагаем то, что нужно, но не в то время.

Давайте откроем для себя способы и методы, которые Иисус использовал в Своих отношениях с людьми в евангельских историях. Иногда Он останавливался на полпути, чтобы произнести доброе слово или сделать что-то, как мне кажется, совсем незначительное, и на что я, наверное, не обратил бы внимания. В иных случаях Он уходил от людей, избегал их или просто прятался (см. Лук. 5:12–16). В Своих отношениях с людьми Он обладал свободой, о которой я мечтаю.

Но что произойдет, если мы начнем спрашивать Иисуса, что Он хочет сказать всем тем, с кем мы встречаемся в нашей жизни?

Джейсону нужно место, чтобы остановиться в нашем городе. Многие из нас просто предложат ему свое гостеприимство, даже не спрашивая об этом Христа. А другие даже не подумают о том, чтобы предложить ему место для ночлега. Но спрашивали ли вы Христа? За Нэнси нужно молиться. Я испытываю сильное желание тут же сделать это. Однако я останавливаюсь и спрашиваю Бога: «О чем мне нужно молиться?» Иногда Он направляет мои молитвы, и я знаю, что молюсь намного эффективнее, потому что молюсь по Его воле, а не просто выражаю в молитве свои мысли или желания относительно этого человека. Или даже их просьбы. Иногда Бог говорит: «Вопрос закрыт. Здесь не нужно молиться». И тогда я могу отпустить эту тему. Бен ищет возможности встретиться со мной. Я останавливаюсь и спрашиваю Бога: «Нужно ли это?» Иногда Он говорит «да», иногда «нет», а бывает «не сейчас».

Но чаще вместо водительства и руководства, о которых я прошу в молитвах о других людях, я получаю от Бога повеление: «Отдай их Мне».

Такой ответ постоянно противоречит моим интуитивным ожиданиям, но подкрепляет и обновляет меня.

Я знаю, что не одинок в своем стремлении помогать другим людям. Я думаю о них по ночам. «Достаточно ли у моих родственников денег?» Я до неприличия страшусь того, что могут подумать обо мне другие люди: «Может, не стоило говорить этого Гэри? Может, теперь он сердится на меня?» Я часто разговариваю с ними, хотя рядом со мной их нет. «Ты знаешь, твоя дочь не вела бы себя таким образом, если бы ты проводил с ней больше времени». У меня такое чувство, будто я не даю людям достаточно много. Я вдруг вспоминаю, что нужно позвонить Джиму. И нужно связаться с Кайлом. Временами мне кажется, будто я вижу, что нужно тому или другому человеку, и прихожу к выводу, что именно я должен предложить им это.

Как мы управляем всеми нашими отношениями? Чем вы руководствуетесь, когда дело доходит до ваших отношений с другими людьми?

Мы склонны делать то, что подсказывают нам наши чувства. Но это ненадежный руководитель. Мы движимы своими предположениями, беспокойством, виной или чувством долга. Либо мы уступаем раздражению, недомоганию или желанию отделаться от них. Иногда мы слишком глубоко погружаемся в их переживания или запутываемся в их драматических отношениях с другими людьми. Тогда мы вообще отталкиваем и сторонимся людей, потому что они нас используют. Но в чем истинная причина?

Мы никогда не спрашивали об этом Бога.

Сегодня я снова боролся с желанием взять на себя проблемы Салли. «Сделали мы все, как надо? Неужели мы потеряем все, что завоевали?» Затем я поймал себя на том, что все мои мысли наполнены этими тревогами, остановился и спросил: «Что с Салли, Господи?» Он сказал: «Отдай ее Мне». Хорошо. Отлично. Отпусти ее. Я принимаю это повеление как акт смирения — я не являюсь незаменимым, как думал. Она нуждается в Боге больше, чем во мне. Это также акт веры, веры в то, что Бог придет к ней. Он позаботится о ней. Это акт высвобождения. И я обнаружил, что когда я отдаю людей Богу, в моей жизни открываются удивительно большие пространства. Для Него.

Ловушка предположений.

В течение довольно длительного времени происходит одна вещь, и я думаю, что наконец я начинаю понимать ее.

Во-первых, прошлым летом у нас со Стейси на кухне состоялся разговор. Мы делали бутерброды с арахисовой пастой и джемом. Она рассказывала о том, что прочитала в каком-то журнале о воображении и о том, какой это Божий дар, наше воображение. Она сказала: «Но мир атаковал эту сферу своими темными фильмами и образами, которые наполняют нашу культуру. Я думаю, нам следует быть осторожными с тем, что мы впускаем в себя, чтобы нам иметь святое воображение».

«Ух, ты, — подумал я, — а ведь в этом есть смысл». Но я раньше никогда не задумывался о своем воображении, святое оно у меня или нет. Думаю, я его рассматривал больше как способность, вроде, например, обоняния. Так или иначе, именно так действует Святой Дух: Он использовал короткое замечание Стейси. Оно показалось мне таким весомым. Когда мы стояли на кухне и заворачивали бутерброды в пластиковые пакеты, ее слова зазвучали во мне, как это бывает тогда, когда Бог говорит: «Обрати внимание. Это важно». Может, я почувствовал это, потому что раньше никогда об этом не думал. И, Боже мой, в моей жизни была целая область, которую я никогда не освящал.

Итак, в тот день, уходя с кухни, чтобы заняться своими обычными делами, я помолился: «Иисус, я отдаю Тебе свое воображение. Освяти его». Помните, время действовать — сейчас. Делай все сразу. Вы не знаете, когда вам снова представится такая возможность. На тот момент я не мог сказать ничего другого.

Я думал, что освящение будет происходить во время молитвы, в виде очищения старых воспоминаний — что-то наподобие этого. Но вот что произошло. Я стал замечать, что в течение дня в моем воображении значительно ослабли всякие причудливые сценарии. Стейси как-то сказала, что ребенок одних наших знакомых отступил от веры, и тогда я сразу же подумал, что нечто подобное могло произойти в нашей семье с кем-нибудь из мальчиков. Кто это? Блейн? Сэм? Лука? Я стал перебирать в уме варианты. В тот месяц у нас были проблемы с финансами, и я вдруг поймал себя на мысли о том, что все может закончиться жизнью под мостом. Моя машина производит какие-то странные, стучащие звуки, когда я завожу ее, и я думаю: «Это мотор. Лучше продать ее, пока она не заглохнет совсем». Я даже вижу ее стоящей недвижимой у нас во дворе.

Еще одно слово, это размышления. Это когда мы начинаем перебирать вероятности, например: «У меня может возникнуть рак губы» или: «Этот самолет может упасть». Мое воображение стало вести себя, как необузданная лошадка.

В моих взаимоотношениях размышления занимали большую часть. Лея пропустила одно из собраний, и я думаю: «Она уклоняется. Мы ее теряем. Она может уйти от нас в любой день». А на самом деле она поехала навестить друзей. Морган присылает мне е-mail: «Можно с тобой встретиться?» И я думаю: «Он падает. Что-то случилось. Какие-то неприятности». Но, как оказалось, у него возник вопрос в связи с какой-то книгой. Крег пропустил собрание работников, и я тут же подумал, что у него неправильно расставлены приоритеты, поскольку он может приходить и не приходить, когда ему вздумается. А это уже высокомерие. Но оказалось, что у него была назначена встреча с лечащим врачом. Такого рода размышления могут повредить взаимоотношениям, а я позволял им заполнять мою голову постоянно.

Но самым разрушительным для меня оказалось сочетание размышлений с предположениями о темных вероятностях, касающихся моей святости.

В попытке убедиться в том, что я был чист перед Богом и что наши взаимоотношения были в порядке, я исследовал свое сердце и совесть, выискивая то, что могло быть моим капризом и что могло вызвать неодобрение Бога. Своего рода исследование души, если хотите, но производимое в духе и подразумевающее, что во мне обязательно что-то не в порядке. Конечно, это исследование может быть мотивировано искренним желанием быть чистым перед Богом. Думаю, правильно следить за путями нашего сердца в течение дня. Но то, что происходило со мной, сильно отличалось от покорной открытости для водительства Святого Духа в вопросах исповедания и покаяния.

Все это во мне принимало форму ипохондрии.

Если вы постоянно отслеживаете свое физическое состояние, выискивая любые признаки недомоганий, знаете, что произойдет? Вы обязательно найдете, что ищете. Вы найдете, и каким бы маленьким или незначительным оно ни было, вы быстро раздуете это и увеличите его пропорции. «Это першение в горле — нужно принять таблетку. Эта боль в пояснице — может, я вчера перетрудился? B поэтому исцеление не наступает?».

Если вы своими поисками чего-нибудь неправильного впустите в свою душу неуверенность, убежденность в том, что где-то что-то не так, знаете что? Вы очень скоро почувствуете недомогание, потому что с вами действительно что-то не в порядке. А не так, потому что вы перестали доверять Богу. Вы отдалились от доверительной позиции в вере и уверенности, и вот тут-то с вами и непорядок (неверие и недоверие и есть грех). Душа начинает проявлять признаки того, что с ней что-то не в порядке. Однако забавно то, что мы не замечаем, что именно не в порядке, то есть мы не замечаем своей открытости для страхов и недоверия, потому что ищем что-то другое, какой-то грех, который, как мы боимся, мы совершили, какое-то обращение сердца к идолам. И все это время неправильным было только наше недоверие, которое и заставляет нас искать причину отклонений.

Такого рода навязчивые идеи не отличаются от обычной обеспокоенности. Даже если в каких-то взаимоотношениях, планах или событиях действительно есть причина для беспокойства, вы скоро увидите, что как только вы начинаете беспокоиться, вы окажетесь в этом состоянии, и уже независимо от ситуации. И как только вы окажетесь в состоянии беспокойства, ваше воображение будет превращать все обстоятельства в дальнейший повод для беспокойства. Вы просыпаетесь ночью и начинаете думать: «Я что-то слышал?» Если вы уязвимы для страхов, которые любят пугать людей по ночам, тогда догадайтесь, что вы услышите в действительности, сидя в кровати и подоткнув под себя одеяло. Тогда по ночам вокруг вас действительно будут и звуки, и очертания, и все, что угодно. Это и есть тот самый цикл, о котором я говорил.

По плодам их познаете их. Мои навязчивые идеи принесли мне только душевные страдания, которые снова и снова использовал сатана-оппортунист. Мне пришлось подчинить мое воображение владычеству Бога, отдать под водительство Духа Святого. Оно несвободно, безрассудно и неконтролируемо, а потому не освящено. «Мы пленяем всякое помышление в послушание Христу» (2 Кор. 10:5). Именно это я и должен был сделать. Мне нужно было укротить мое воображение.

Теперь больше нет рассуждений. Это так нечестиво. Воображение измучило меня и наполнило мою душу страданием. Мне понадобилось время и серьезные усилия, чтобы подчинить контролю воображение, которое прежде никогда не укрощалось. Но теперь все приходит в норму. И плодом этого является мир и намного больше покоя в моей внутренней жизни. Я освящаю мое воображение владычеством Иисуса Христа.

Со временем будет ясно.

На прошлой неделе мы с Гэри и Крегом провели два дня вместе, отдыхая, попивая кофе и рассуждая о будущем нашего служения. Когда мы организовали наше служение, которое стало «Искупленным сердцем», Крег выдвинул идею о триедином руководстве и совместном подходе к управлению царством. Ни один человек не может сказать окончательное слово. Никто не может быть абсолютным правителем. Поэтому мы руководили втроем. Поэтому со временем мы выработали методы управления как единая команда. Главным для нас является слышание голоса Божьего. Мы слушаем вместе. Не могу сказать, сколько напряженных ситуаций мы предотвратили, сколько собраний отменили за ненадобностью и скольких конфликтов мы избежали, потому что все втроем останавливались, чтобы услышать Бога. Вместе.

Я не хотел ехать в Канаду на событие 2006 года. Гэри считал, что ехать нужно. Как и Крег. Договориться в такой непроходимой ситуации невозможно, или, если очень хочется, говорить придется часами. Мы остановились и вопросили Бога. «Езжайте», — сказал Он. И все. Вопросы к Богу о Его воле являются великим хранителем взаимоотношений, потому что у вас не возникает томительного желания, «чтобы Крег в это не вмешивался». Или же отравляющей подспудной уверенности в том, что вы правы, «но почему же тогда Гэри не признает этого?» Также не возникает тяги все держать под своим контролем. Все, что для этого нужно, — просто слушать Бога.

Остановитесь на минутку. Слушание Бога будет невыразимым источником водительства и облегчения для лидеров церквей, служений и деловых людей, если они примут такой подход в принятии повседневных решений. Спросите Бога. Прислушайтесь к Его голосу. Вместе. Подчинитесь тому, что слышите. Подумайте обо всех глупостях, которых можно избежать, и обо всех благородных вещах, которые Бог приготовил нам исполнить. Это действительно акт смирения, посредством которого мы признаем, что у нас не хватает сообразительности, чтобы справиться со всем, и потому нам нужен Божий совет. Как в малых вещах, так и в больших.

Так или иначе, на прошлой неделе у нас появилась одна из многих возможностей, когда мы уселись перед чистым листом и молились, разговаривали и дали Богу вести нас как во взаимоотношениях между нами, так и относительно планов для служения. Пожалуй, самой лучшей частью наших блужданий была возможность послушать, как мои друзья рассуждают о вещах, которые Бог делает в их жизни и к которым Он их призывает. Я почувствовал облегчение.

Видите ли, когда мы имеем взаимоотношения, когда мы просто живем рядом с другими людьми, рано или поздно мы столкнемся с их обстоятельствами, нечистыми или неисцеленными частями их личности. Как и они с нашими. Жизнь в общине подобна жизни стада дикобразов в одной норе. Мы все сталкиваемся друг с другом. И возникает вопрос: «Что делать с тем, что я вижу?» Я не говорю о коллизии или столкновении с острыми углами в жизни кого-то другого. Скорее, что делать, когда вы постоянно натыкаетесь на те места в жизни человека, которые причиняют боль и ему, и другим людям, включая вас, а также вредят той работе, которую Бог поручил им? Нужно ли поднимать вопрос об этом?

Спросите Бога.

Ибо вы должны остерегаться того, что собственно ваше желание поднять этот вопрос может стать ловушкой, Точно так, как та противоположность, что сидит в вас. Ловушка в том смысле, что вы не можете просто сделать замечание и надеяться, что ваше вмешательство произведет радужный результат. Естественно, что люди будут обороняться и негодовать на вас, как это обычно бывает, когда вы приоткрываете завесу над жизнью другого человека. Но ловушка означает нечто большее. Очень часто этот вопрос связан с глубокими ранами в сердце человека, в результате чего против вас будет действовать давний, хорошо развитый и отработанный оборонительный механизм. Вы будете ходить вокруг него и наткнетесь на мину замедленного действия — его стыд, гнев, уход в себя и презрение к самому себе. И если враг построил в нем твердыни, вы просто разбудите спящую собаку, и она набросится на вас обоих.

Для разрешения подобных ситуаций нужно смирение и подчинение.

Ходите с Богом. «Когда мне поднять вопрос об этом, Господь? Что мне говорить?» Затем ждите приказа двигаться, даже если на это уйдут месяцы и даже годы. Для этого потребуется настоящее самообладание. Истинная святость. Но вот в чем вы можете быть уверены, так это в том, что этот вопрос возникнет снова. Это не единственный шанс. И как только вы его получите, сразу молитесь и будьте готовы отпустить его, если этого хочет Бог, и не важно, насколько вы настроились на него. Со временем все станет ясно. Красота того, что произошло на прошлой неделе с Гэри и Крегом, состоит в том, что я ждал, хотя Господь знает, что временами я не хочу ждать, но здесь действовал Бог, и Он справился с нашими проблемами намного лучше, чем я.

«Всему свое время, — говорил Соломон, — и время всякой вещи под небом… время молчать, и время говорить». Я недостаточно мудр и сострадателен, недостаточно смел и чуток, чтобы всегда различать, стоит ли мне вмешиваться в чужую жизнь. Поэтому я спрашиваю Бога. И жду. Со временем все станет ясно.

В тебе.

Я только что вспомнил, что сказал мне Бог во время последнего путешествия на каяках в прошлом месяце. Боже мой, я чуть было совсем не забыл про это.

Мы, несколько отцов, искали что-нибудь особенное для наших сыновей. Я услышал про путешествия на каяках, которые мои знакомые устраивали в Мексике каждый год. Мне захотелось отправиться вместе с сыновьями в такое путешествие, чтобы показать им тех мужчин, которые могли бы стать примером для сыновей. Это искатели приключений, они любят ту же музыку, что и наши ребята, и это действительно настоящие мужчины. И, это уже точка зрения папы, они любят Иисуса. Так что я хотел отправить сыновей в то путешествие ради них самих, с конкретным планом, чтобы побудить их приближаться к Христу. И, честно говоря, я тоже хотел побывать в Мексике.

Мы согласились, а потом передумали. Потом опять согласились и опять передумали. Некоторые ребята отказались. У меня тоже возникло искушение отказаться. У кого есть время на такие дела? Но потом я понял, что за такую радость стоит побороться.

Мы ехали шесть часов к северу от границы США и оттуда в течение четырех дней гребли на веслах. Пустыня в этих местах удивила меня своей пышной красотой — повсюду кактусы и другие причудливые растения, зеленая и живая пустыня. Берега реки были пустынными, как мы и надеялись. Мы гребли утром, а днем разбивали лагерь и бродили в поисках раковин, моллюсков или играли в какие-нибудь игры. Бейсбол превратился в игру с мячом, а потом в попытку сбросить кого-нибудь в воду.

И каждый день за столом мы предлагали каждому вопрос, с которым он обращался к Богу во время уединенной молитвы. В последний день путешествия это был следующий вопрос: «Как у меня обстоят дела, Бог? Как у меня дела, по-моему, и как обстоят мои дела на Твой взгляд?» Я предложил этот вопрос на целый день, потому что чувствовал, что Бог хочет говорить о несоответствии между тем, как мы смотрим на себя и какими видит нас Он. Хорошо было бы услышать об этом, не так ли? Будет полезно, если прежде попросить Его открыть, во что мы верим, потому что так будет разоблачена ложь, давление и обвинения, под которыми мы живем, даже не осознавая этого. И тогда второй вопрос будет тем более актуальным. Когда вы увидите, во что вы верите, весьма убедительно будет услышать от Бога противоположное мнение, услышать, что есть истина.

Я прошелся по берегу, чтобы уединиться в присутствии Божьем. Сел на песок. Начал отвлекаться на камни и растительность вокруг меня. «Интересно, как долго это лежит здесь? Интересно, из этого камня получится хорошее ожерелье?» Я поймал себя на этом и вспомнил, что у меня есть вопросы к Богу. Настроился на серьезный лад. Утихомирил внутренние разговоры. Затем спросил: «Как у меня дела на Твой взгляд, Бог? Как Ты думаешь, как у меня дела?» И вот что я услышал: «Лишь немного». И затем: «В тебе». Обе фразы пришли совершенно неожиданно, казалось, как гром среди ясного неба. Но насколько точными они были!

«Лишь немного». Вот это да. Я даже не представлял, что вот такую позицию я занимаю в своей жизни и в моем хождении с Богом. Но когда это облеклось в слова, моя душа сразу признала, что это правда, то есть я понял, что именно так я о себе и думал. Я чувствовал, что лишь немного хожу с Богом. Лишь немного справляюсь с обязанностями отца. Лишь немного являюсь благочестивым человеком. Лишь немного. Да, мне это показалось правдой. Именно так я чувствую себя чаще всего, и это стало для меня нормой, хотя я этого не осознавал. До сих пор.

Но еще более удивительной и интригующей была фраза «В тебе». После слов «лишь немного» я ожидал услышать от Бога слова поддержки (ибо Он так благ), что-то связанное с этими словами, что-нибудь типа «ты прекрасно справляешься» или «Я так горжусь тобой». Я уже настроился на то, что это неправда. Однако таких слов не последовало. Вместо них Он сказал: «В тебе».

«В тебе?» Что это значит? Где-то в глубине души я почувствовал покой и уверенность в этой фразе, почувствовал, что она обращена к моей глубинной нужде. Но на тот момент я ее не понял. Не понял. «В тебе?» Что во мне? Я посидел некоторое время, нервно ковыряя песок пятками, размышляя над обеими фразами и спрашивая Бога, что означает вторая. Задайте следующий вопрос:

— Что во мне?

— Я в тебе.

Сногсшибательно. Вот как я себя почувствовал. В полной растерянности.

Такой подход сбил меня с толку и показал суть вопроса. Вот как это получилось. Я действительно очень старался быть хорошим отцом. Жить цельной и честной жизнью. Ходить с Богом. Но дело в том, что я устал от напряженных стараний и мне казалось, что я лишь немного справляюсь с этой задачей. Когда Он сказал «Я в тебе», вдруг с ясностью, которую дает только Святой Дух, я увидел, что именно Его жизнь во мне должна быть основанием в хождении с Ним и в том, чтобы мне быть хорошим отцом и благочестивым человеком. Буквально в мгновение ока я понял, что мои надежды были сосредоточены на моей цельности и способности к самодисциплине. Способности к терпению. К тому, чтобы легко справляться с делами.

В тебе. Я посмотрел на берег и увидел, что наше время закончилось, мальчики стали собираться, а я был застигнут врасплох тем, что сказал Бог. Я знал, что не могу завершить это откровение обыденным путем, поэтому я помолился: «Ты прав. Я принимаю это. Прости меня. Останься со мной в этом». Когда в молитве я говорю «останься со мной в этом», я имею в виду, что пройдет какое-то время, прежде чем у меня появится возможность вернуться к тому, что Бог мне открыл. Это был последний день путешествия. На следующее утро мы проснулись до рассвета, упаковались и без завтрака и даже без чашки кофе взялись за весла. Затем мы долго ехали в США, где нас уже ждала куча дел, которая стала еще больше со времени нашего отъезда.

Но я записал те две фразы на клочке бумаги — «лишь немного» и «в тебе» — и положил эту бумажку на стол в надежде, что у меня найдется время, чтобы вернуться к подарку, который дал мне Бог.

Две недели спустя утром, когда я читал Библию, я взглянул на выделенное место в Послании к Колоссянам (1:27). Когда я выделил это место? Что я увидел тогда, и что заставило меня выделить это место? Понятия не имею. Вот контекст послания Павла:

…благовествование, которое вы слышали, которое возвещено всей твари поднебесной, которого я, Павел, сделался служителем… я сделался служителем по домостроительству Божьему, вверенному мне для вас, чтобы исполнить слово Божье, тайну, сокрытую от веков и родов, ныне же открытую святым Его, которым благоволил Бог показать, какое богатство славы в тайне сей для язычников, которая есть Христос в вас, упование славы (Кол. 1:23,25–27).

«В тебе».

Вот это да. Моя душа наполнилась ощущением глубокого удовлетворения.

Бог напомнил мне эти слова. Он остался со мной. «В тебе». Это так подкрепляет. Он остается с нами в том, что нам открывает. Особенно, когда мы просим Его об этом.

Сила правильного слова.

Когда Иисус говорил со мной на берегу реки в Мексике, сначала меня поразила краткость этой фразы — «лишь немного». И поразила ее новизна. Я никогда не использовал эти слова. Но это были правильные слова. Не в бровь, а в глаз. Точная фраза, которой я поверил, но не знал, что поверил, и я никак не мог забыть ее. Она будоражила меня. И не нравилась. Но я сразу понял, что это правда. Это было выражение, о котором я постоянно думал, не нуждаясь в ручке или дневнике, думал в течение нескольких дней в пустыне, пока не пришел в место, где мог записать ее и еще раз подумать над ней.

Разве это не благость и не эффективность одновременно?

Вот почему я нахожу исключительно полезным спрашивать Иисуса о том, что Он говорит нам. Ибо Он знает те самые слова, которые нам нужно услышать. То, что Он говорит мне, точно то, в чем нуждается мое сердце, и это те самые слова, которые лучше всего и с большой точностью передадут нужный смысл моему сердцу. Он может говорить с вами об одном предмете, но Он выберет слова, которые передадут вам наилучшим образом значение и дух Его послания. Ибо Он знает нас, и Он хочет, чтобы мы понимали не только то, что Он говорит, но и что Он имеет в виду, а также дух Его послания.

Язык очень важен, потому что слова и выражения являются средством передачи смысла, а нам нужен как раз смысл. Одни слова точнее, чем другие. Некоторые слова вводят в заблуждение, потому что смысл, который мы подразумеваем в них, отличается от того значения, которое вкладывает в него говорящий. Например, Лука приходит домой после тренировки, и я спрашиваю, как у него дела.

— Я в полном отпаде, — говорит он.

— О нет, — говорю я. — Неужели все так плохо?

Он смотрит на меня округлившимися глазами и говорит:

— Отпад значит все классно, папа. Это значит, что мы победили.

— А, отлично. Теперь понял, — отвечаю я.

Нужно запомнить это слово из лексикона Луки.

Нам нужны новые переводы Библии по причине языковой разницы между поколениями. То, что для прежних поколений имело глубокий эмоциональный смысл, нынешнему поколению кажется странным, непонятным и даже противоположным по смыслу. Например, Писание призывает нас к близости с Богом, такой близости, какую испытывают дочери и сыновья с отцом, глубоко их любящим. «Потому что вы не приняли духа рабства, чтобы опять жить в страхе, но приняли Духа усыновления, Которым взываем: „Авва, Отче!”» (Рим. 8:15). Авва означает «папочка», и это проявление нежности. Но сегодня я понимаю, что многим людям нужно обрести такую близость с Богом. И устаревший язык может быть частью проблемы на их пути.

Вы знаете семьи, в которых дети обращаются к родителям на «вы» (староанглийский язык)? Если вы слышали такое, что можете сказать об их взаимоотношениях? Наши друзья, от которых в детстве требовалось обращаться к отцу «сэр», выросли с ощущением определенной дистанции между ними и отцом. Уважение, но не близость. Особенно в сравнении с домами и семьями, где дети называют отца «папой».

Да, я знаю, знаю аргументы тех, кто любит архаичный и церковный библейский язык. Они рассуждают так: «Мы должны научиться почитать и уважать Бога, Который превыше всего. Повседневный язык не учит людей серьезным отношениям с Богом».

Но что нам показывает притча о блудном сыне? И как можно объяснить «Авва, Отче»? Когда мы настаиваем на приверженности определенным фразам, потому что нам нравится их религиозный тон, мы можем исказить и далее перевернуть смысл евангельских посланий.

Как мы познаем Христа? Должно быть, мысль о том, что мы можем понять Его неправильно, пугает. Это должно быть намного хуже, чем вовсе не знать Его, ибо страшно представить, что Его место занимает ложный Христос, которого трудно изгнать! Все дело в том, познали ли мы Христа таким, каким Он Сам Себя преподносит, или каким Его преподносят люди, которые считают, что они Его поняли, но на самом деле не поняли… Христианская религия на протяжении всей своей истории была открыта для более извращенного понимания. Познавали ли мы Христа через ложные утверждения и извращенное назидание о Нем, или мы познавали Его Самого? (George MacDonald, “The truth in Jesus”).

Очень важно понять, что слова и фразы несут в себе определенный смысл и дух. Одни открывают наши сердца для смысла, который подразумевал Бог, другие же закрывают сердца для того, что Он имел в виду. За долгое время консультирования людей я заметил, как простой оборот фразы или иначе подобранные слова вдруг открывают чье-то сердце, и люди начинают плакать над тем, о чем мы с ними говорили месяцами. С правильным подбором слов истина наконец становится для них явной. Погружайтесь в слова. Достигайте людей там, где это имеет для них значение.

Петр сказал, что Иисус имеет слова вечной жизни (см. Иоан. 6:68). Это хорошая проверка. Спросите себя: «Несет ли жизнь то, что я услышал?» Если нет, возможно, вы еще не обрели смысл в Иисусе, не нашли слова, которые передают дух Его учения вашему сердцу в частности. Я не говорю о том, что нам всегда будет нравиться то, что говорил или говорит нам Иисус. Естественно, Его слова иногда несут в себе обличение и берут за живое. Но даже в случаях, когда Бог обличает, разве в Его словах нет жизни? Когда это становится известным, когда это выясняется, в определенном смысле это великое облегчение, если дух, с которым это откровение приходит к нам, также предлагает нам, как это постоянно делает Бог, путь через покаяние и прощение.

Лишь немного и в тебе были точно теми словами, которые мне нужно было услышать. Эти слова пронзили меня, обнажили, утешили и заинтриговали, побудив одновременно искать больше. В этом сокрыта красота вопросов к Богу о том, что Он хочет сказать лично нам. И когда мы встречаемся с религиозным словом или фразой в книгах или в другом религиозном контексте, не важно, насколько оно согласуется с определенным переводом или убеждениями группы верующих. Если в нем содержится смысл или дух, отличающийся от смысла и Духа Иисуса Христа, тогда нам следует его отвергнуть. Мы не поклоняемся языку, мы поклоняемся живому Богу Который гарантирует, что Его Слово для нас есть жизнь (см. Иоан. 6:63).

Что стучит по ночам.

Сегодня я проснулся в 4.30 утра. Что-то вторглось в глубину моего сна и вырвало меня оттуда.

Завывающие ветры трепали рождественские венки, которые мы вывесили за окном. Металл, зелень и еловые шишки скреблись и стучали в окно. Словно в одном из фильмов Хичкока. Мне обязательно нужно было выспаться. Я даже принял снотворное, чтобы вырубиться на семь или восемь часов. Но вот проснулся. И за окном стук. Проснувшись, я сразу заметил, что тут же согласился с тем, что больше уже не засну. Это соглашение усугублялось тем, что в течение некоторого времени примерно в те же часы просыпался и Крег. Но нет, я не собирался так легко отказываться от сна. Я отрекся от соглашения, немного помолился и даже уснул на какие-то сорок минут.

Пару часов спустя, уже сидя в офисе, я взялся писать, и мне в голову снова пришла мысль: «Наверное, ты теперь будешь всегда просыпаться в 4.30 утра. Так бывает в старости. И ничего плохого в этом нет. К этому можно привыкнуть». Ах, вот оно что. Эти ребята никак не могут успокоиться. Если я соглашусь с этой мыслью, знаете, что будет? Я действительно постоянно буду просыпаться в 4.30 утра и приму это как следствие процесса старения, и никогда не увижу врага, который крадет мой сон.

Как много мы уступаем, вступая в такие, едва заметные соглашения?

Я всегда спал очень хорошо. Мой сон всегда был моей крепостью. Я клал голову на подушку и тут же погружался в сладкое забытье. Лежал недвижимым до звонка будильника. Но это было в прошлом. За последние восемь лет наш сон стал подвергаться атакам. С тех пор, как мы открыли «Искупленное сердце». Началось с того, что я стал дергаться и вздрагивать по ночам без всякой видимой причины. Ощущение было такое, будто во сне ты падаешь с большой высоты или спускаешься по ступенькам, и вдруг последней ступеньки в лестнице нет, и ты оступаешься, и тогда твое тело выдергивает тебя из сна. Что-то типа этого. Я пугался, просыпался и, раз проснувшись, почти никогда не мог снова заснуть.

Вздрагивание и дерганье прекратились, когда мы помолились об этом. Правда, «помолились», в этом случае означало пару месяцев молитвы. Но на нас обрушились другие формы атак. Например, мы не могли уснуть даже в состоянии сильной усталости или просыпались среди ночи с чувством сильного страха, или нам снились кошмары, или мы просыпались ранним утром (на первый взгляд ничего страшного, потому что ты уже выспался и уже раннее утро, может, просто тебе стоит рано начать твой день). Но по плодам их познаете их. В результате мы испытывали подавленность и упадок духа, не чувствовали радости и энтузиазма по отношению к жизни. Похоже на действия вора, а вы как думаете?

Когда у вас возникают проблемы со сном, люди начинают высказывать предположения. «Когда враг тебя будит по ночам, одержи победу над его целями, встань и начни читать Библию. Ему это не понравится, и он прекратит тебе мешать». Мы это пробовали. Все заканчивалось сильной усталостью, и я ничего не помнил о прочитанном в Книге Иисуса Навина, и весь остаток дня ходил как сонная муха. «Послушайте эту песню, это действительно прекрасная песня о том, как Иисус укрывает тебя во время сна». Пробовали. Но это не самое сильное лекарство против демонов, с которыми ты имеешь дело. Хорошая песня, но абсолютно бесполезная.

Мы произвели исследования в сфере духовной войны и стали экспериментировать с молитвой. Я нашел определенное утешение в том факте, что Павел перечислял бессонницу как один из факторов, с которым ему пришлось столкнуться. «Но во всем являем себя, как служители Божьи, в великом терпении, в бедствиях, в нуждах, в тесных обстоятельствах, под ударами, в темницах, в изгнаниях, в трудах, в бдениях (в бессонных ночах), в постах» (2 Кор. 6:4, 5). Этот список нельзя сравнить со списком подарков, которые вам хотелось бы получить на Рождество, но он поможет понять, что в случае, когда нечто подобное происходит с вами, в этом не ваша вина.

Минуту внимания. Это чувство почти постоянно мучает меня, когда я оказываюсь под воздействием той или иной формы атаки, потому что мне кажется, я сделал что-то не так. Все это из-за меня. Я сделал что-то, что спровоцировало эти удары. Однако враг совершает подобное, а потом начинает оскорблять. Сначала он сбивает вас с ног, потом пинает. Приколачивает вас гвоздями и после обвиняет вас в этом. Так или иначе, когда я увидел бессонные ночи в списке сражений апостола Павла, мне действительно стало легче. Хорошо. Но это часть проблемы.

Теперь давайте разберемся с самой проблемой.

Нам со Стейси приходится молиться примерно по двадцать минут, прежде чем лечь спать, иначе шансов уснуть у нас мало. Но это решение действительно все изменило. Теперь мы спим, слава Богу. Правда, не всегда, как в старые, добрые времена. Иногда наши ночные молитвы заканчиваются на первом раунде (помните Илию?), и позже ночью нам приходится молиться снова.

Наши молитвы выглядят следующим образом. Во-первых, мне нужно восстановить силы и обновиться в Иисусе в конце дня. Я бы хотел обойтись без сна, но я еще не научился пребывать во Христе весь день напролет и каждый день. Я отвлекаюсь. Думаю, многие из нас отвлекаются. Я конфликтую, потакаю своим желаниям, и я забываю. Я устаю. Это все относится к теме «пребудь во мне». Я не научился справляться с этим день за днем. Поэтому я предаю себя на ночь Иисусу еще раз и укрываюсь под Его владычеством. Это единственное безопасное место. Я также очищаю и освящаю свой дом. Это акт посвящения. Нового посвящения себя Богу.

«Мой дорогой Господь, прихожу к Тебе, чтобы восстановиться в Тебе, чтобы обновиться, получить Твою любовь и жизнь и укрыться в Тебе. Я почитаю Тебя как моего Владыку и полностью предаю и отдаю Тебе каждый аспект моей жизни. Я отдаю Тебе мое тело, душу и дух, мое сердце, разум и волю. Я покрываю себя Твоей кровью и прошу Твоего Святого Духа восстановить единение с Тобой, обновить меня в Тебе и вести меня в этом времени молитвы».

Иногда я добавляю мое воображение и сексуальность, если чувствую, что требуется их посвящение Богу. Поскольку у нас есть дети, мы посвящаем Богу также наших сыновей.

«Я призываю Царство Бога и впасть Господа Иисуса Христа над моим домом, моей спальней, моим сном на протяжении всех часов этой ночи и грядущим днем. Я призываю полноту труда Господа Иисуса Христа на всю ночь в этом доме — на атмосферу в каждой комнате, на каждый предмет и мебель, на весь дом».

Затем я призываю всю полноту труда Христа между мной и всем тем, что происходило в течение дня. Павел сказал, что «крестом Господа нашего Иисуса Христа… для меня мир распят, и я для мира» (Гал. 6:14). Хорошо это провозгласить и применить в конце каждого дня. Это покрывало и защита нужны нам из-за того подобия компьютерного вируса, ибо их духовная война могла перекинуться на вас, а вы можете даже не заметить этого, и вам совсем не нужно, чтобы вся эта субстанция околачивалась в вашей спальне в течение ночи.

«Властью Иисуса Христа я призываю полноту труда Иисуса Христа между мной и всеми людьми, — их духом, душами и телами, их грехами и духовной войной [здесь я перечисляю конкретных людей]».

Когда я молюсь так, я прислушиваюсь к Богу, позволяя Ему привести мне на ум людей, ибо возможно, мне понадобится призвать между нами крест Христов. Я могу полностью забыть, что всего четыре часа назад я консультировал человека, страдавшего от суицидальных мыслей и депрессии, и я точно не хочу, чтобы эти же мысли витали вокруг меня по ночам. Затем я призываю работу Христа против всякого колдовства. Языческие обряды и ритуалы в наши дни снова вошли в силу, и против церкви поднялась волна колдовства — проклятия, ритуалы и тому подобное. Мы живем в культуре, подобной египетской или вавилонской из ветхозаветного времени.

Много всего эксцентричного и неестественного. Много демонического. Но тревожиться и волноваться не из-за чего. Мы живем среди всего того, с чем приходится иметь дело любому миссионеру в Бразилии или Уганде.

«Я повелеваю суду Иисуса Христа прийти на всю нечистую силу и черную магию. Я призываю крест и кровь Христа, я призываю Его воскресение и жизнь, Его правление, владычество и главенство против всякого колдовства, чародейства, заговоров и заклятий. Против всяких наговоров, сатанинских ритуалов и ритуальных ухищрений. Против всяких проклятий, посвящений и жертв. Против каждого слова, каждого суждения и каждого нечестия. Я отправляю все это в преисподнюю властью Господа Иисуса Христа и Его именем».

Далее я призываю труд Христа против всех нечистых духов, а именно тех, которые, как я знаю, выступали против меня. У каждого из нас есть список подозреваемых, если об этом всерьез задуматься. Для кого-то это страхи, уныние и депрессия. Для других это раздражение, гнев и похоть. Для третьих список может быть довольно длинным, напоминая целый зверинец из того, что может предложить ад. Очень важно перечислить их всех в молитве. Адам получил власть дать имена живым существам, и, делая это, он осуществлял свою власть над ними. Этот же принцип верен и здесь. Вы имеете дело с извращенными созданиями, которые не намерены ни уступать, ни сдаваться. Чем конкретнее и прямолинейнее вы будете, тем лучше (см. Мар. 5:1-13).

«Теперь я призываю власть Господа Иисуса Христа и полноту Его работы против сатаны и его царства. Я призываю крест, воскресение и вознесение Иисуса Христа против всякого нечистого и злого духа — всякого начальства, власти, и против духов злобы поднебесных (см. Еф. 6:12). Я приказываю властью Господа Иисуса Христа и во имя Его всем нечистым и злобным духам немедленно покинуть мой дом (помните, необходимо связать „сильного) вместе со всеми его подчиненными, помощниками и родственными духами».

Повторяю, это лишь примерная схема молитвы. Когда я молюсь, я прислушиваюсь к Иисусу, потому что взамен того, что атаковало меня вчера, сегодня могло прийти что-то другое. В конце я призываю Царство Бога и власть Иисуса Христа на мой дом и семью на все часы ночного отдыха, Я прошу Бога послать Его ангелов нам на защиту.

«Я объявляю Царство Божье над моим домом на эту ночь. Я призываю ангелов Господа Иисуса Христа и прошу их построить защитный щит вокруг меня и моего дома (см. Евр. 1:14). Я прошу Святого Духа наполнить мой дом Своим присутствием и поднять ходатаев и молитвенников на защиту меня этой ночью. Обо всем этом молюсь во имя могущественное Господа Иисуса Христа, в Его славу. Аминь».

Это короткая версия, краткая схема. Я предлагаю ее в надежде, что она вам поможет. Боюсь, вы подумаете, что у меня не все в порядке с головой.

Да, это делать нелегко. Особенно, когда возвращаешься домой поздно и хочешь быстрее упасть в постель. Да, не хочется делать это каждую ночь в течение месяцев и даже лет. У меня есть друзья, которые страдают бессонницей, но молиться об этом не хотят. Я их понимаю. Бывало много ночей, когда мне очень не хотелось делать этого. Но оно того стоит. Во-первых, подавляющая часть ваших усилий компенсируется хорошим сном. А может, и все усилия. Во-вторых, такие молитвы очищают вас и делают святыми. Ваше приближение к Христу в конце своего дня и настрой на Него, когда у вас абсолютно нет сил и когда вы не хотите молиться, приводит к глубоко удовлетворительным результатам.

Боль.

Я заметил, что в последнее время много мечтаю.

Я думаю о приобретении новой пары солнечных очков, об обсуждении следующего проекта с моим издателем, о покупке трактора. Может, я даже куплю себе настоящие лыжные очки, какие приобрели себе на Рождество Сэм и Блейн. В них возникает ощущение, будто ты уже достигаешь заветной вершины. Вообще-то я не люблю ходить по магазинам. Но откуда тогда все это? Может, мой отказ от алкоголя вытащил наружу все эти склонности? Чтобы заглушить боль в душе? Или опустошение? Ведь большинство людей пьет из-за этого, поскольку они пытаются доставить себе маленькую радость и заглушить боль, даже не признавая, зачем они делают это? Что из этого помогает мне устремляться вперед?

«Так что же происходит в моем сердце, Иисус? Мне грустно».

Я знаю, что был создан для Эдема. Я знаю, что у меня нет ничего, близко похожего на тот день. Большую часть времени я использую занятость, чтобы заглушить тоску души, создать некую дистанцию между мной и ими. Но потом я заметил, что мечтаю о каких-то вещах. И снова я задаю то же вопрос: что происходит в моем сердце?

«Иисус, исследуй мое сердце по этому поводу. Будь моим советником. Моим постоянным советником».

Люблю ли я жизнь? Хочу ли я ответить на этот вопрос? На глаза наворачиваются слезы. У меня ощущение, будто я хожу вокруг какого-то грандиозного вопроса. Мне кажется, что я живу по принципу «чтобы только не было еще хуже». Напрягаюсь, выполняю дела, прорываюсь, потому что никто другой этого не сделает. Но сейчас, когда я пишу это, разве мое сердце не участвует в написании этих строк? Не уверен, что я подобрал правильные слова, чтобы выразить свое смятение. Мне кажется, что я теплый, а не горячий.

Потом эта тема духовной войны. Раньше я часто думал о том, какие потери я несу в повседневных битвах. Что чувствовали солдаты в такой затяжной войне, как вьетнамская? Часто бывают дни и часы, когда хорошо уже то, что ты не находишься под давлением, искушением, испытанием или физической атакой. Не представляю большей радости, чем освобождение от боли или атак. Я знаю, что это исключительно важно, намного больше моего понимания, потому что я недооцениваю мою готовность терпеть дальше.

Хорошо. Это слово звоном отдается в ушах. И даже болью. Терпеть. Я недооцениваю мою готовность терпеть дальше. Похоже, в этом и коренится источник моей боли. Я долго сижу, зажав голову руками. Это качество, которое мне нравится в себе больше всего и которое мне кажется самым благородным, — моя готовность терпеть. И все же я думаю, что это не только благородно. Может, даже в чем-то разрушительно.

«Иисус, приди в это место. Приди сюда. Что Ты хочешь сказать мне здесь насчет этого?».

Долгое молчание. Смогу ли я услышать Бога в этом или об этом? Или это слишком серьезный вопрос, слишком интимный?

Однако все дело действительно в терпении. Я знаю, что коснулся чего-то очень большого. Когда я так живу, в моей жизни мало места для радости. В Терпении мало места для радости. Я пытаюсь расставить все по местам. Откуда все это приходит? Это грех? Ранимость? Насколько глубоко это сидит во мне? Думаю, за Терпением прячется много неверия, точно так, как в моем убеждении, что никто не сможет этого сделать и потому все приходится делать мне, Оно также похоже на падение Самсона, когда мы обнаруживаем в себе силу или качество, которое помогает нам пробиваться в жизни, и делаем из них идола, на которого возлагаем все свои надежды и чаяния. Для одних это ум. Для других — способность делать людей счастливыми. Для меня — моя готовность терпеть.

Но как только мы делаем из этой силы или качества идола и обращаемся к нему за защитой, он становится мертвой зоной или белым пятном. Зоной, куда мы не хотим никого пускать. Даже Бога. И постепенно это место становится нашей погибелью.

«Иисус, я не хочу сказать, что это недосягаемый ипи неразрешимый вопрос. Ты можешь поговорить со мной об этом. Пожалуйста» сделай это. Я прошу Тебя».

Мотив.

Давайте вернемся к тому, что является основополагающим в нашем стремлении ходить с Богом и преображении, ибо именно этого Он хочет от нас. Все дело в том, что за всем, что мы делаем, стоит какой-то мотив.

В христианской общине мы склонны акцентировать внимание на поведении, это и правильно, и неправильно. Конечно, очень важно то, что мы делаем. Важно, как вы относитесь к людям. Важно, лжете ли вы, крадете или изменяете супругу.

Наши поступки и действия влекут за собой очень серьезные последствия. Но, по словам Иисуса, святость — зона ответственности сердца. Именно в ней состоит главный смысл знаменитой Нагорной проповеди. Иисус спрашивает: «Зачем вы молитесь, — чтобы вас считали святыми? Зачем вы жертвуете, — чтобы вас считали щедрыми? Зачем вы поститесь, — чтобы произвести впечатление на других людей?».

Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми с тем, чтобы они видели вас: иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного. Итак, когда творишь милостыню, не труби перед собою, как делают лицемеры в синагогах и на улицах…

И, когда молишься, не будь, как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться, чтобы показаться перед людьми…

Также, когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры, ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою. А ты, когда постишься, помажь голову твою и умой лице твое, чтобы явиться постящимся не пред людьми, но пред Отцом твоим, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно (Мат. 6:1, 2, 5,16–18).

Иисус переносит весь вопрос истинного благочестия из внешней сферы во внутреннюю. Он возвращает нас к мотивам. Если мы последуем за Ним в этом вопросе, Он откроет нам просторы благочестия.

Если мы будем честны относительно того, что побуждает нас.

Я заметил, что на организованных нами семинарах я старюсь быть особенно добрым и внимательным к людям. Почему? Возможно, это любовь. Но также возможно, что я хочу выглядеть добрым и внимательным. Я много времени потратил на эту книгу. Зачем? Хочу ли я донести до вас истины наилучшим образом — или я хочу произвести на вас впечатление, чтобы вы обо мне хорошо думали и чтобы мне было приятно?

Вы хотите что-то сказать своему другу или коллеге и решаете написать ему электронное письмо. С какой целью? Потому что ему так будет легче понять вас, или потому что легче стрелять на расстоянии?

Мы верны в посещении церкви. Почему? Потому что мы действительно хотим поклоняться Богу или потому что люди начнут говорить о нас, если мы станем пропускать собрания? Мы ненавидим выяснение отношений и никогда не выступаем на собраниях. Почему? Это смирение или стремление всем понравиться? Мы хотим, чтобы наши дети вели себя прилично на людях. Зачем? Может, наше желание как-то связано с тем, что они являются нашим отражением? А что можно сказать про нашу одежду? Носим ли мы то или иное, потому что оно нам нравится? Или потому, что мы хотим выглядеть строгими, современными, сексуальными, или же мы отчаянно пытаемся соответствовать ожиданиям других людей, потому что до смерти боимся, что они будут говорить о нас?

За всем, что мы делаем, стоит какой-то мотив.

Но многие люди не понимают, что наша личность руководствуется глубоко укоренившимися мотивами, которые стоят за поступками и действиями. Назовем это подходом к жизни. Вы когда-нибудь спрашивали себя, что стоит за вашим подходом к жизни? Как я уже говорил, я могу сильно привязаться к чему-то. Отчасти это происходит из-за ран, полученных в детстве. Я не люблю ни от кого зависеть. Но отчасти это происходит из-за моей греховной реакции на эти раны, это результат моего нежелания зависеть от кого-то. Даже от Бога.

Некоторые из вас всегда дружелюбны. Я никак не могу научиться этому. Но что это, ваше природное жизнелюбие или страх вашей личности столкнуться с отверженностью? Вы говорите, что вы неорганизованный человек, и, может быть, это правда, но как это проявляется в вашей жизни? Может, вам просто удобно переложить бремя организации на чужие плечи?

Я знаю людей, которые утверждают, что чувствуют себя неуютно на улице, поэтому они не любят всякие вылазки. Может быть, это вопрос предпочтений, но почему это проявляется в них? Может, они не хотят выставлять себя на всеобщее обозрение? Может, дома их держит страх, что, выйдя на люди, они всем покажут, что на самом деле они совсем другие, не такие, какими кажутся?

Я слышал, как женщины говорили: «Я не люблю все эти женские штучки — тряпки, украшения и всякое такое». Может быть. А может, такие женщины относятся к мужеподобному типу. Но тогда каким образом это действует в них? Может, они хотят избежать даже мысли о собственной женственности?

У нас всех есть определенный подход к жизни, и мы все считаем его вполне оправданным. Но не хотите ли взглянуть на кое-что?

Многие люди, которых я знаю, никогда не задумывались над тем, что за убеждениями их личности обязательно стоит мотив, и этот мотив может не быть благородным. «Просто я такой». Возможно. Но позвольте мне копнуть глубже. Писание утверждает, что «все, что не по вере, грех» (Рим. 14:23). Вы можете сказать, что вы просто не любите конфликтов и споров, когда на самом деле вы панически боитесь того, что произойдет с вашими взаимоотношениями, если вы не согласитесь в чем-то с другим человеком. Ваше нежелание разрешать вопросы основано на страхе. И неверии. Но все, что не по вере, грех.

Но учтите, я говорю все это не для того, чтобы вы стали обвинять себя и огорчаться. Может быть, вы думаете: «Я неудачник. Я руководствуюсь искаженными мотивами. Кто знает, что творится глубоко в моей душе? Все, что не по вере, грех?! Теперь под подозрением все, чем я руководствовался в жизни». Может быть. То же можно сказать обо всех остальных. И это нормально. Вы прощены. Бог все время знал о наших мотивах, однако до сих пор не оставил и не покинул нас. Разве это не есть милость и терпение с Его стороны? Но теперь у вас имеется возможность преобразиться воистину гениальным образом.

Нам обязательно нужно исследовать и размышлять над нашими мотивами, когда мы учимся ходить с Богом. Когда я слушаю Его голос, я также наблюдаю за собственными мотивами. Что у меня происходит внутри? Хочу ли я услышать все, что захочет сказать Бог? Когда я подчиняюсь Богу и каюсь, и предаю Ему всего себя, свою личность, тогда для меня открываются линии коммуникации. И мы становимся ближе друг к другу.

Или, точнее, я приближаюсь к Нему.

Исцеление прошлого.

Я думал, что после того, как пригласил Бога в свои мотивы и связанную с ними сердечную боль, мне придется заняться сложными исследованиями собственной души, а это, как я полагал, приведет к следующему витку покаяния.

Но вместо этого Бог удивил меня исцелением.

Вчера вечером мои ребята устроили для меня вечеринку, чтобы отпраздновать написание книги. Когда день приближался к вечеру, а значит, к вечеринке, я заметил, что все больше нервничаю. Не могу сказать, что люблю вечеринки, устроенные в мою честь. Мне не нравится быть центром внимания.

Но в этом есть еще кое-что. Мне кажется, что я вношу в атмосферу вечеринки боль и тоску по радости, в надежде преодолеть границу с ней. Все заканчивается тем, что я начинаю выпивать, потому что радости так и нет.

Я почувствовал, что мне нужно заранее помолиться, чтобы подготовить свое сердце. Я не хотел руководствоваться страхами. Я хотел, чтобы все было красиво. И то, что началось с простых слов — «Иисус, помоги мне сегодня вечером, дай мне что-нибудь, за что уцепиться», — превратилось в долгую молитву о моем отношении к вечеринкам вообще. Во время учебы в школе я был большим любителем вечеринок, и мы устраивали их с огромным размахом и регулярно. Все знали, что у нас богатый опыт в этом деле. Но я сохранил смутные воспоминания о тех временах. Мы все тогда гнались за моментом преодоления границы к радости. Мы знали, что в жизни есть что-то большее, чем уроки химии в школе, и мы отчаянно пытались найти это. Но искали мы в довольно темных углах.

Когда я молился обо всем этом, я стал просить прощения за то, что происходило в те годы. Я не раскаивался в поисках радости, но в том, куда они меня заводили. После я поймал себя на том, что стал молиться против отчаяния на более глубоком уровне. Позвольте мне объяснить, что я имею в виду. Я вырос не в христианской семье. Мой отец пережил тяжелые годы безработицы и стал пить. Моей маме пришлось пойти на работу. Когда я учился в старших классах школы, моя семья распалась. Когда я молился о тех годах, я увидел, что именно распад семьи отправил меня на поиски радости. Словно вступив в сделку с отчаянием, я использовал эти вечеринки, чтобы взлететь ввысь и в объятиях девочек вытеснить свою боль чем-то другим.

Я почувствовал, как Иисус сказал: «Отрекись от отчаяния». Я так и сделал. «Отрекись от обращения к женщинам и сексуальному греху». Я сделал это. «От обращения к наркотикам и алкоголю». Я помолился: «О Иисус, я отрекаюсь, отрекаюсь от всего. Я прошу у Тебя прощения. Очисти меня. Вернись со мной в те годы и освяти мое сердце».

Внутреннее исцеление можно представить как освящение прошлого, приглашение Иисуса в те события и взаимоотношения, потому что по той или иной причине Он почему-то не был приглашен туда в то время. Мне нравится эта мысль — освящение прошлого. Теперь, когда мы ходим с Иисусом, мы можем пригласить Его в наше прошлое и ходить там вместе с Ним. Многое в наших сердцах было сформировано там, и там же были сформированы многие наши глубокие убеждения. О, как бы мне хотелось, чтобы в старших классах школы я был христианином и в те годы ходил бы с Богом. Но я не был христианином, и поэтому теперь я прошу Христа вернуться в те события и взаимоотношения, которые всплывают на поверхность воспоминаний, или когда такие вечеринки, как эта, вызывают желания, подобные тем, что я чувствовал в прошлом.

Теперь я понимаю, что за последние полгода или около того Бог давал мне вспомнить мои школьные годы. Только сегодня был момент, который особым образом коснулся чего-то во мне и открыл дверь для еще большего исцеления. Большего освящения. Несколько недель назад я купил дизельный пикап. Мне сорок шесть лет, но я впервые купил машину, потому что хотел этого, потому что она мне понравилась, а не потому, что это нужно было семье. Пикап делает с мужчиной то, на что не способна никакая другая машина. Так или иначе, молодая девушка, которая работает с нами, поехала со мной, чтобы посмотреть на наших лошадей. Сев в машину, она была изумлена. Машина ей очень понравилась; «Я даже не думала, что у нее такой интерьер!» Затем, когда я завел машину, она сказала: «Мне нравится звук дизельного мотора».

Я почувствовал себя Мужчиной.

Однако история с этой девушкой никак не связана с романтическими отношениями, но связана с прошлым. Когда мне было пятнадцать лет, в один из бесшабашных воскресных вечеров я со своими товарищами взял без спросу машину родителей, чтобы погоняться за радостью. Меня поймали, и мои родители изрекли вердикт — я мог получить водительское удостоверение не ранее восемнадцати лет. Это был не акт воспитания, это было наказание. Но они перестарались. И во время учебы в старших классах у меня не было ни машины, ни водительского удостоверения. Я потерял статус мужчины. Если мне нужно было встретиться с девушкой, мне приходилось ехать к ней на велосипеде. Это было ужасно. Если я приглашал девушку на свидание, она заезжала за мной на машине. Словно за маленьким мальчиком. Мой друг каждый день подвозил меня до школы. Как слюнтяя. До сегодняшнего дня я не понимал, насколько это было унизительным.

И вот, наконец, на собственные деньги я купил себе крутую машину, и симпатичная девушка от нее в восторге. Это было новое ощущение. Но мое внимание привлекла вот какая мысль, она буквально выскочила из сердца: «Я не идиот». Вот это да. Как долго эти слова лежали похороненными в глубине моей души? Тридцать два года. Еще со школы.

Хью Гэлахан водил симпатичную желто-черную «камаро». Она ездила очень быстро. У Дэнни Уилсона была отличная машина с откидным верхом, и я помню, что когда он купил ее, с ним что-то произошло. Он изменился. Он стал выше, и в нем стал чувствоваться едва уловимый статус Мужчины. Он стал уверенным. У меня не было такого никогда. У меня не было денег, не было колес, не было силы. О, если бы я мог тогда заехать на школьную парковку на своем дизельном автомобиле. Если бы я мог пригласить девушку на свидание и подъехал бы на этой машине к ее дому, чтобы забрать ее, что бы я тогда почувствовал?

Немного позже, успокоившись, я прошу Христа войти в это откровение. «Иисус, войди со мной в это. Исцели этот период в моей жизни, это лишение меня мужественности. Исцели во мне эти раны». Как много мужчин совершают эту ошибку, думая, что им нужно произвести впечатление на симпатичную девушку? Дело не в девушке. Дело в исцелении, которое нам необходимо. Девушка была всего лишь сосудом, который Бог использовал, чтобы поднять этот вопрос. Я молюсь об этом и прислушиваюсь к тому, что делает Бог, после чего я это вижу сам. Я снова на школьном дворе. Но я христианин. Во мне пребывает Иисус. Я въезжаю на школьный двор на своем новеньком дизельном автомобиле.

Это прекрасно. Христос может исцелить наше прошлое.

Возвращение к близости.

Сегодня первый день Нового года.

Правда, я не очень люблю этот праздник. Никогда не принимал никаких решений на Новый год. Никогда не испытывал большого желания организовывать вечеринки. То есть зачем они вообще нужны? Один год уходит, другой начинается. Я понял бы, если бы прошедший год был каким-то особенным, замечательным, тогда был бы смысл праздновать и благодарить Бога за него. Но, рассуждая далее, следует сказать, что если прошедший год был ужасным, был бы смысл праздновать его уход. Учитывая склонность многих людей к празднованию Нового года, я всегда удивляюсь тому, что люди пытаются достичь момента превосходства, чтобы почувствовать, что в этом торжестве происходит что-то необычайное, потому что если в прошлом году не было особых событий, то, может быть, в новом году они будут.

Поймите меня правильно, я думаю, вехи нужны и важны, и мне бы хотелось, чтобы христиане в период постмодернизма имели более богатые традиции в виде священных дней, дней поста, дней поминовения и так далее. Почти все это нами утрачено. Евангельскими христианами, по большей части. Они ничего не знают о священных днях, и мне кажется, что католики и епископальные христиане уже давно забыли суть церемоний, которые они продолжают соблюдать. Не все, конечно. Я говорю обобщенно.

Так или иначе, наша семья особое внимание в этом году уделила четырем неделям накануне Нового года. Это оказалось полезно, потому что целый месяц мы выделили для того, чтобы поразмышлять о пришествии Христа на землю, обо всем том, что это означало и что Он совершил. Мы возвели глаза ввысь и думали о Его возвращении. Рождество заслуживает месяца, а не одного только дня. Канун Рождества придает этому празднику значимость, заслуженность. И по сравнению с ним Новый год кажется блеклым праздником.

Рождество мне кажется более удачной вехой для веселья и радости. Его можно сравнить с окончанием учебного года и началом летних каникул. Это действительно стоит отметить. Отмечать стоит также дни рождения. И юбилеи. В конце концов, годовщину бракосочетания — это действительно событие. Тот факт, что вы не убили друг друга, уже является по¬одом для праздника. Но, говоря о Новом годе, я предвкушал возможность лечь спать в 10 часов вечера, Я хорошо выспался (благодаря молитвам), проснулся бодрым и не почувствовал, что упустил что-то важное.

У меня есть друзья, которые используют уход старого года как повод для размышлений. Они достают личный или семейный календарь и, просматривая его, подводят итоги. Думаю, действительно стоит остановиться и спросить себя: «На что я хотел бы, чтобы грядущий год походил?» Или другой подобный вопрос. Все это очень полезно. Но сидеть до полуночи в бумажных колпаках и без остановки пить — это уже давно неинтересно.

Но сегодня утром я спрашивал Бога, какое у Него есть слово для меня на этот год, если Он вообще хочет что-то сказать или если у Него есть для меня какая-то тема на год. К моему удивлению, я тут же услышал: «Близость». Я не успел задать вопрос, как получил этот ответ. Близость между Богом и мной. Да. Звучит очень заманчиво. Близость будет сдвигом, и очень долгожданным. Это уход от акцента на «атаки» и «дела», и даже уход от более благородного «терпения».

Может, это смысл и суть жизни, которой я хотел бы жить, источник, из которого проистекает все остальное.

Не все евангелия одинаковы.

На прошлых выходных я столкнулся с одной парой в супермаркете. Последний раз мы общались, наверное, лет десять назад, мы тогда ходили в одну церковь. Я шел с тележкой по молочному отделу, когда услышал, что кто-то окликнул меня по имени. Это был один из неудобных моментов, когда люди хорошо меня помнили, а я мог припомнить их лишь смутно. Никак не мог вспомнить их имен, поэтому с энтузиазмом, чтобы скрыть недоумение, воскликнул: «Привет!» Мы поговорили немного, но (для меня, по крайней мере) было очевидно, что они уже не находятся в наших рядах. Казалось, они застряли в том времени, которое для меня было застойным: их по-прежнему интересовали те же старые темы, они ходили в ту же церковь и говорили тем же старым языком. В течение нескольких минут мы притворялись, что мы все еще находимся в одной лодке. Как в старые, добрые времена.

Однако это было не так, и в течение остатка дня я чувствовал дискомфорт, хотя не мог объяснить почему. Теперь, я думаю, у меня появилась некоторая ясность, но я хочу представить это в черных и белых тонах из-за страха быть непонятым.

Все дело в том, что не все евангелия одинаковы.

Мы все ошибочно полагаем, что нехорошо проводить разделительную черту между различными церквями, христианами или движениями в христианстве. В конце концов мы помним, что судить нельзя. «Не судите, да не судимы будете» (Мат. 7:1). Кстати, это хорошее повеление. Я полностью «за». Но смысл этой заповеди был искажен в нечто иное. Я вижу, что многим христианам неудобно, и они даже не могут провести различие между различными церквями и евангелиями. Им действительно неудобно сказать, что одна лучше другой. Я вспоминаю два разговора с двумя разными друзьями.

Первый разговор касался христианского колледжа, и я сказал: «Они не то делают». Я имел в виду три аспекта. Во-первых, в христианской жизни сердце занимает центральное место, во-вторых, мы призваны к жизни в близком общении с Богом, и, в-третьих, духовная война — это реальность. Это краеугольные категории. То есть мы не говорили о длине одежды Иисуса или о том, сколько ангелов может уместиться на кончике иглы. Ваша вера в этих аспектах формирует основы вашего дальнейшего христианского опыта. Мой друг, лояльный по отношению к этой школе, огорчился. «Так нельзя говорить, — сказал он, — это высокомерие». Конечно, опасность высокомерия здесь есть, но я вовсе не был высокомерен. Я просто выразил свое мнение и объяснил, почему я не хочу общаться с людьми в этом колледже.

А что думаете вы — можно или нельзя делать замечания, подобные этому? И высказывать их вслух?

Второй разговор уже с другим человеком касался следующего. Эта женщина говорила о церкви, в которую мы когда-то ходили, и, в частности о женском служении, в котором она участвовала. Говорили о том, что программа изучения Библии делала акцент на долге и обязательствах с большой долей легализма. Она сказала: «Женщинам это нужно меньше всего, ибо это усиливает в них чувство стыда и вины. Такая позиция многих женщин приводит в рабство». И тут же добавила: «Я не должна была говорить так. Нам нельзя судить. Теперь, наверное, Бог меня накажет». От ее внезапного комментария у меня упало сердце. Во-первых, она была права относительно женского служения, и, насколько я знаю, никто до нее не говорил об этом вслух. Но об этом нужно было говорить. Во-вторых, ее мгновенное самообличение было классическим симптомом убеждений, о которых я говорю.

Да, Иисус велел не судить. Этот запрет выражен в контексте Нагорной проповеди. Он учил своих слушателей из евреев, народ, который веками наставляли в том, что праведность всегда выражается во внешних проявлениях. Но Он учил их тому, что есть праведность более высокого уровня, которая исходит из сердца. Он говорил, например, такие вещи: «Не думай, что ты сохранил дух закона, потому что не убил, — но ненавидишь ли ты брата в сердце своем? Не думай, что ты сохранил дух закона, потому что не совершил прелюбодеяния, — но хочешь ли ты его в сердце своем?» Он полностью изменил понимание святости.

Когда дело касается осуждения других людей, в Писании говорится следующее:

Не судите, да не судимы будете, ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить. И что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? Или, как скажешь брату твоему: «дай, я выну сучок из глаза твоего», а вот, в твоем глазе бревно? Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего (Мат. 7:1–5).

Когда вы живете в системе правил и постановлений, очень легко думать, что вы праведны по причине того, что выполняете все правила. Весьма соблазнительно чувствовать себя лучше по сравнению с другими людьми, которые, как вам кажется, хуже справляются со своими обязанностями. «Я приезжаю на работу всегда вовремя. А Джоунс — лентяй, он всегда опаздывает». Но вы не знаете, что у Джоунса дочь страдает аутизмом, и ему приходится везти ее через весь город в специализированный детский сад, а вы, мой высокомерный критик, живете в пяти минутах езды от работы. Когда Иисус имел в виду истинную святость, Он говорил: «Все дело в состоянии твоего сердца». А здесь Он говорит о склонности человека исследовать чужую жизнь. Обратите внимание, Он не говорит: «Никогда не признавай, что в глазу твоего брата ты заметил соринку». Вместо этого Он заявляет: «Разберись сначала со своими проблемами, и тогда ты сможешь помочь другим людям в разрешении их проблем».

Многие христиане знают этот отрывок, но полагают, что речь идет о полном запрете считать себя правым, а других людей неправыми. Но как нам понять, когда мы действительно правы? И как нам помочь другим людям, если они неправы?

Иисус также сказал: «Не судите по наружности, но судите судом праведным» (Иоан. 7:24). Одну минуточку. Теперь Иисус велит Своим последователям судить, но судить осторожно. В контексте этого отрывка речь идет об исцелении слепого в субботу, и иудейские лидеры возмущены этим настолько, что готовы убить Его. Они упустили самый важный момент. Они пришли поклониться закону, но не Богу закона.

Как и в Нагорной проповеди, здесь Иисус также показывает, что они полностью упустили дух закона. «Моисей дал вам обрезание, хотя оно не от Моисея, но от отцов, и в субботу вы обрезываете человека. Если в субботу принимает человек обрезание, чтобы не был нарушен закон Моисеев, — на Меня ли негодуете за то, что Я всего человека исцелил в субботу? Не судите по наружности, но судите судом праведным» (7:22–24).

Иисус говорит: «Вы, ребята, не понимаете. Я установил субботу для вашего отдыха. День отдыха, в который вы можете восстановить свои силы. А теперь вы сердитесь на Меня за то, что Я восстановил человека в субботу?! Я хочу, чтобы вы начали различать все правильно, а не искаженно». Он не говорит, чтобы мы вообще не делали различий, но призывает нас видеть и понимать все правильно.

Давайте обратимся к Павлу и церкви в Галатии:

Удивляюсь, что вы от призвавшего вас благодатью Христовою так скоро переходите к иному благовествованию, которое впрочем не иное, а только есть люди, смущающие вас и желающие превратить благовествование Христово. Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема. Как прежде мы сказали, так и теперь еще говорю: кто благовествует вам не то, что вы приняли, да будет анафема (Гал. 1:6–9).

Вот это да! Павел наносит здесь сокрушительный удар и очень ясно говорит о том, что он видит. Вы, я думаю, прекрасно знаете предысторию. В Галатии верующие обратились к другому евангелию, которое утверждало веру в Христа. Да, веру в Иисуса Христа, но и обрезание тоже, чтобы также соблюдать закон Моисея. Иное евангелие, отличное от Евангелия, которое проповедовали Иисус и Павел. Вроде бы евангелие. Там было достаточно Иисуса, чтобы это евангелие выглядело как настоящее. Но в нем были другие идеи и правила, которые уводили верующих прочь от сердца Божьего и от взаимоотношений:, которые предлагает Бог. Кстати, и в нынешнее время достаточно таких евангелий.

Это очень серьезная тема, и Павел не намерен игнорировать ее. Его послание было (и остается) общественным документом, который следовало бы прочитать вслух не в одной, а во многих церквях. Павел не чувствовал неудобства и мог легко встать и сказать: «Эй, погодите минуточку! Вы здесь неправы!».

Но судил ли Павел? Нет. Он не проявлял высокомерия, и он разоблачал ложные учения не для того, чтобы оправдать себя. Но он явно судил в том смысле, к какому призывал Иисус, — он делал четкое различие между истиной и ложью, между точностью и уклонением от точности.

Вы видите? Не все евангелия одинаковы. И нам нужно говорить об этом.

Оба моих друга считали, что нельзя проводить различия и давать оценку разным формам христианства, потому что это вредно. И не по-библейски. Но именно по этой причине многие хорошие люди попадают в западню и остаются сидеть в жалких церквях и участвовать в никчемных программах. В них достаточно слов об Иисусе, чтобы они выглядели христианскими. Но они не проповедуют Евангелие, которое проповедовал Иисус.

Однако вернемся в супермаркет. Та пара, с которой я встретился, это действительно хорошие люди. Я уверен, что они любят Иисуса и искренне хотят служить Ему. Но все дело в том, что христианство, в котором они оказались, это своего рода «христианство с довеском», В их случае это христианство и консерватизм. Поймите меня правильно, дело не в самом консерватизме. Я сам достаточно консервативен во многих убеждениях. Но система, к которой они принадлежат, в большей степени озабочена вопросами сохранения собственной системы ценностей, чем привлечением людей к близости с Богом. Они не считают, что сердце занимает главное место, более того, они боятся сердца. Они не ставят перед собой цели в достижении близости с Богом. Они не восстанавливают человека и не приводят его к целостности.

Это меня тревожит.

Не все евангелия одинаковы.

Вам следует проводить четкие различия между истинным Евангелием и евангелиями с довесками. Не оставайтесь со старой компанией только потому, что у вас там старые друзья. Вы должны быть верны не церкви или движению, но только Иисусу Христу.

Освящение дома.

Я рад сообщить, что мы разрешили проблемы со сном. Но две ночи назад мне приснился по-настоящему темный и страшный сон.

Я не могу вспомнить его сейчас (и не хочу), но в этом сне я видел нечистый дом, в котором оказались некоторые из нас и кто-то даже умирал. Было около половины первого, когда я в страхе проснулся от этого ужасного сна и стал молиться. В моей комнате чувствовалось явное присутствие страха, и я определенно чувствовал его прямо у себя в груди. Я стал призывать Царство Божье и власть Иисуса Христа против страха и всех нечистых духов в комнате. Страх… немного рассеялся. Но я чувствовал, что он не ушел. Я хотел избавиться от него полностью, я хотел снова уснуть. Но предыдущие годы опыта научили меня, что надо встать и по-настоящему помолиться, чтобы осуществить прорыв. Молитва вполсердца такую проблему не разрешит.

Можно было бы надеяться, что имя Иисуса должно заставить нечистых духов немедленно покинуть комнату, иногда так и происходит. Но иногда они не повинуются (см. Мар. 9:18). Помню, несколько лет назад мой друг Брент сказал, что проблемы с нечистыми духами можно уподобить проблемам с агентами Внутренней налоговой службы США, потому что они знают все юридические тонкости, все технические подробности и каждую букву закона. В случае с нечистыми духами мы сталкиваемся с тем, что зачастую нужно назвать их по именам и лично против каждого из них призвать труд Иисуса Христа, иначе они не уйдут. Помните, это падшие, извращенные и непослушные духи, сама их природа вынуждает их противиться и бунтовать. Полусонный и немного испуганный, я пытался наполниться Святым Духом, чтобы точно понять, с чем я имею дело, и чтобы молиться эффективно. На это потребовалось некоторое время, может, минут пятнадцать непрестанной молитвы, во время которой я призвал труд Христа против страха (по крайней мере я знал, что в комнате находится страх) и «всякого духа тьмы». Затем я отправил их к престолу Иисуса Христа. И снова лег спать.

На следующее утро я вспомнил, что в двенадцать ночи я все еще бодрствовал, когда мальчики вернулись с вечеринки, и только тогда до меня дошло, что вместе с их приходом я почувствовал, как в дом что-то вошло. Словно тень, как будто какое-то облачко слегка затмило солнце, как будто мимо меня прошло что-то темное. Почему я не помолился сразу же? Что в нас есть такого, что не желает иметь дела с этой нечистью? Мы, скорее, свернемся в калачик, уткнемся в подушку, надеясь, что оно уйдет само. Однако оно само не уйдет.

В течение дня я чувствовал какой-то затяжной, едва заметный туман над сердцем и разумом. Ничего явного, просто я вышел из полноты солнечного сияния Божьего любящего присутствия и дающей жизнь свободы Духа. Позже в тот же день я был внизу, играя с мальчиками в поло, у Блейна было плохое настроение. Я подразнил его насчет этого, пытаясь взбодрить шутками. Игра закончилась вничью, он сделал несколько язвительных замечаний во время игры, я возмутился и сказал: «Измени свое отношение или прекрати играть». Это один из примеров того, как нельзя поступать. Какой бы атаке ни подвергалось в тот момент сердце Блейна, я встал на ее сторону. Сын вышел из комнаты.

На тот момент я еще не сложил компоненты и не увидел целого. Ночной кошмар, воспоминания о темной тени, вошедшей в дом за полчаса до кошмара, темное облачко над сердцем и капризы Блейна. Теперь я полностью сотрудничал с этим, что бы это ни было.

Затем наступило время ужина, и мальчики взялись обвинять друг друга. «Ты взял самый большой кусок хлеба». «Прекрати хлюпать, меня тошнит от этих звуков». Двое из них встали, чтобы выйти из кухни. Я готов был взорваться и своей тяжелой рукой вмешаться (еще раз), но, наконец, до меня дошло, что происходит. «Эй, ребята, постойте. Здесь что-то не так. Думаю, у нас здесь затесался нечистый дух. Давайте помолимся против него». Со вздохами и явным отсутствием энтузиазма (на что мне пришлось не обращать внимания, иначе моя реакция могла бы все испортить) мы собрались вокруг стола и вместе помолились. «Мы приносим труд Иисуса Христа и полноту Его власти против этого нечистого духа…» Обучая своих сыновей эффективной воинственной молитве, я часто заставляю их повторять за мной вслух. «Мы приказываем этому духу покинуть наш дом немедленно во имя Иисуса». Ну вот, все отлично.

Затем, не более тридцати секунд спустя кто-то из ребят сказал что-то ехидное, и я тут же вскочил с негодующим: «Тебе лучше изменить отношение, иначе…» О, Боже милостивый. По-видимому, наши молитвы еще не подействовали.

Блейну нужно было забрать домашнюю работу, которую он оставил дома у приятеля, поэтому мы поехали к нему, и по пути обсуждали то, что произошло. Во-первых, мне нужно было извиниться за свое возмущение. Невозможно выиграть духовную войну, если ты находишься в грехе. Нечистые духи смеются над тобой, потому что ты уже проиграл. Война сделает тебя святым, потому что тебе нужно быть святым, чтобы вести ее. Я сказал:

— Блейн, я причинил тебе боль сегодня днем.

— Да, папа.

— Прости меня, пожалуйста.

— Прощаю.

Мы проехали несколько минут, и затем Блейн сказал:

— Думаю, эта духовная война началась вчера вечером из-за вечеринки.

— Да, я тоже об этом подумал, А что там было?

Это очень важно, когда на вас обрушиваются атаки. Поэтому нужно оценить, какая дверь в вашей жизни оказалась открытой. Может, вы смотрели нечистый фильм? Заключили какие-то соглашения в течение дня? С кем вы были недавно или с кем встречались? Иногда это может быть война другого человека. На вечеринке были в основном хорошие ребята, которых мы знали, но там была также пара бунтарей. Поэтому, не вполне осознавая, с чем мы имеем дело или откуда оно пришло, мы помолились о том, что нам было известно. Вся ситуация несколько сходна со сценой преступления — произошло нечто скверное, и, может, у вас уже есть отпечатки пальцев, но ни одного подозреваемого, поэтому вы начинаете процесс исключения. Я повел Блейна в молитве и призвал крест Христа против тех мальчиков и их духовной войны, сказав: «Я запрещаю этой войне переходить на меня».

Обычно я чувствую определенную неловкость каждый раз, когда учу мальчиков истинам о Боге, особенно связанным с духовной войной. Но несколько месяцев назад Блейн вызвался поработать добровольцем на семинаре, и тогда на него обрушились волны разочарования, которые нашептывали ему, что «его никто не любит, он здесь не нужен и пора отсюда уезжать». Он был один в своем номере» пытался уснуть, но не мог. Когда обвинения стали настойчивее, он распознал в них духовную войну. Позже он мне рассказывал: «Тогда я спросил себя: „Как на моем месте помолился бы папа?” Я вспомнил наши молитвы, и оно сработало. Мне пришлось молиться дважды, но оно ушло. То есть полностью ушло».

Не важно, насколько неловко или некомфортно вы чувствуете себя, идите вперед и молитесь против этой нечисти, чтобы прорваться. Молитесь громко. Вместе с семьей и друзьями.

Возвращаемся к нашей истории. Мы занялись исключением и помолились о мальчиках, которые были на вечеринке. Казалось, Блейн почувствовал себя лучше. Затем он сказал:

— Эй, погоди минутку. А как насчет того кинжала, который Джереми дал мне?

— Что?

— На мой день рождения. Вчера вечером Джереми подарил мне кинжал.

Ах, вот оно что. Звучит подозрительно. Детектив во мне сказал: «Мы на что-то наткнулись». Когда мы вернулись домой, я попросил показать мне кинжал. Он выглядел «мрачным», и сам дизайн кинжала, и черные ножны с тиснением. Кинжал был похож на то, чем могли бы воевать орки из «Властелина колец».

Я спросил:

— Ты знаешь, откуда у Джереми это кинжал?

— Нет.

— Ты можешь спросить у него?

— Конечно.

Тем временем мы помолились о кинжале, очистили его кровью Иисуса Христа и подчинили власти Христа. Поскольку он принадлежал Блейну, я попросил его помолиться вместе со мной. Блейн произнес: «Я запрещаю кинжалу быть каналом чего-либо нечистого в мою жизнь или в жизнь моего дома. Во имя Иисуса».

Источник. Каналы. Открытые двери. Враг использует все, что можно, чтобы наброситься на нас и причинить вред нашим домам. Начните с явного и очевидного. Ваша тетя подарила вам красивое резное изваяние индийского бога, которое привезла из своей поездки. Вы оставите его у себя? «Конечно, оно же дорогое, и мы не верим в индийских богов, и потом, разве это не произведение искусства?» Нет. Индийские боги — это демоны, и это статуя демона. Более того, изготовители идолов могли наложить заклятие (они считают это «благословен нем») на тех, кто внесет этого идола к себе в дом. Ничего доброго в этом нет. Избавьтесь от этого.

Но это все очевидное. Врагу хочется, чтобы его каналы и источники не были легко узнаваемыми. У нас были популярные, но темные фильмы, которые мы вносили в свои дома, брали у других людей, даже верующих, ибо они считали, что это очень интересные фильмы. Исследуйте также книги, которые ваши дети приносят домой для выполнения домашних заданий. Некоторые видеоигры также являются инструментом, который использует враг. Некоторые «фамильные ценности» (например, что-то, что ваш дедушка купил в маленьком магазинчике в Бали) могут быть связаны с духами. Вам также нужно очистить ваши альбомы и СD, которые вы коллекционировали еще до прихода к Христу. Будьте бдительными! Задумайтесь и займитесь этими важными аспектами.

Конечно, я не предлагаю панически бояться чего-то. Нас окружает множество добрых и нейтральных вещей. Но когда вы оказываетесь втянутыми в войну, станьте детективом. «Есть ли в моей жизни вражеские каналы? Откуда появилась эта вещь? Кому она принадлежала?» Молитесь над ними. Спросите Бога, что Он думает. Увидите, это очень полезная политика.

В Библии на самом деле много говорится о предметах, их святости или нечистом состоянии. Когда Иосия проводил свои прекрасные реформы в Иерусалиме и Иудее, «повелел царь Хелкии первосвященнику и вторым священникам и стоящим на страже у порога вынести из храма Господня все вещи, сделанные для Ваала и для Астарты и для всего воинства небесного, и сжег их за Иерусалимом в долине Кедрон, и велел прах их отнести в Вефиль» (4 Цар. 23:4). Все вещи, включая те, что были сделаны для Ваала. Нет сомнений, что это были явные идолы. Однако уничтожению подлежали даже такие инструменты, как щипцы, использовавшиеся для темных ритуалов. Царь очень серьезно отнесся к каналам нечестия.

Видите ли, здесь нет четко установленных законов. Просто нужно следовать Духу Божьему и убедиться в духовной сущности рассматриваемого предмета. Некоторые вещи можно очистить и посвятить Богу.

И услышал Фой, царь Имафа, что Давид поразил все войско Адраазарово, и послал Фой Иорама, сына своего, к царю Давиду, приветствовать его и благодарить его за то, что он воевал с Адраазаром и поразил его; ибо Адраазар вел войны с Фоем. В руках же Иорама были сосуды серебряные, золотые и медные. Их также посвятил царь Давид Господу, вместе с серебром и золотом, которое посвятил из отнятого у всех покоренных им народов (2 Цар. 8:9-11).

Например, мы в семье слушаем не только «христианскую» музыку. Мы различаем дух «мирской» музыки и очень внимательны к тому, что некоторые музыканты и музыкальные группы несут в себе явную тьму.

Бывает, что некоторые вещи нужно просто выбросить или сжечь дотла в долине Кедрон. Вы можете обнаружить, что в течение какого-то времени у вас были конкретные каналы, но пока они не представляли никакой угрозы. Но потом пришел враг в поисках открытой двери и увидел полезность этого объекта для своих целей, и неожиданно этот предмет или вещь стали для вас проблемой. Тот же принцип действителен в случае с неисповеданными грехами прошлого или старых соглашений, которые мы не аннулировали. Все это может дремать годами, но неожиданно враг обнаруживает их и возвращается, чтобы использовать в своих кознях и замыслах. В случае духовной атаки мы производим инвентаризацию личного состояния. Мы говорим: «Может, я открыл здесь двери, Господь? Может, мне нужно в чем-то исповедаться или разрушить соглашение по поводу чего-то?» Точно так же мы должны освящать наши дома и содержать их в святости.

Весна.

Время воскресения, обновления надежды и желаний, время нового начала.

Принимая то, что мне было трудно принять.

На улице идет снег.

Опять.

Наконец-то наступают первые весенние дни, а на прошлой неделе уже дважды навалило целые сугробы снега. Я только что вычистил подъездную дорожку, и асфальт наконец подсох, а теперь на нем снова слой снега. Что делать с такой погодой?

Я вырос в Южной Калифорнии. На Рождество мы в шортах играли в мяч, а деревья круглый год были зелеными. Там растут пальмы, и у меня, кажется, никогда не было пиджака. Так что для меня здешняя погода реальное испытание. В Колорадо весны, в сущности, не бывает вообще. Зима всеми правдами и неправдами держится до мая. Потом неделю или две — переходный период, и вдруг наступает лето.

Я всегда считал себя неунывающим и жизнерадостным (терпеливым) человеком, но я смирился, поняв, насколько сильно влияет на меня погода. Она влияет на мое отношение. На мое мировоззрение. Три дня у нас бураны и снежная пурга, и я падаю духом. Затем выглядывает солнце, и я снова счастлив, и Бог снова рядом. Иногда я чувствую себя, как сурок, — я не выйду, пока не увижу собственной тени. Пока не засияет солнце, я не выйду из своей норы.

Но здесь особо проявляется благость Бога. Несколько недель назад я листал журнал и увидел статью о прекрасных местах для катания на лыжах. Я готов был пойти дальше, потому что на лыжах я кататься не хотел. Я хотел возвращения лета. Я решил дуться, пока оно не вернется. Но вдруг я заметил следующую цитату в рекламе: «Чтобы полюбить зиму или что-то, или кого-то, вам нужно расслабиться и полностью отдаться этому».

Я понял, что это Бог, потому что сразу почувствовал обличение. Полное обличение. Еще раз. Я полностью не отдался Богу. Я недоволен и дуюсь. Я почувствовал, словно Бог говорит: «Да, ты дуешься. А теперь прекрати это».

Тем, кто живет со мной, было бы хорошо полностью отдать меня зиме, потому что нет ничего хорошего в жизни с сурком, который постоянно слоняется по дому и ворчит на погоду (или на что-нибудь другое). Помню, однажды писатель Денис Прейгер сказал, что «счастье — это моральные обязательства». Причина того, что мы морально обязаны быть счастливыми, состоит в том, что люди вынуждены жить рядом с нами. Если я хронически несчастлив или даже несчастлив в течение двух или трех дней, им приходится за это расплачиваться. Вам бы хотелось жить с вечно унылой личностью? Или с мрачной личностью? Интересно, что чувствуют остальные члены семьи, когда я с недовольной физиономией брожу по дому? Мое недовольство отбрасывает длинные тени. Несправедливо требовать от окружающих, чтобы они жили с этим.

Недовольство — это потворство своим желаниям. Его можно сравнить с требованием, чтобы все остальные слушали только ту музыку, которая нравится вам. А вам нравятся только фуги на органе.

Хорошо. Я слышу Бога. Лучше я попытаюсь более эффективным образом использовать нынешнюю погоду. Полностью отдаться ей. У нас впереди еще три месяца снегопадов.

О вещах, которые Бог нам не дает.

Погода привела меня к теме принятия и подчинения, а оттуда я отправился к более значительным, давнишним и затяжным разочарованиям в жизни. Я знаю, что они есть и у вас. Что нам делать с этими вещами? Как ходить с Богом, имея их?

Здесь я хочу предупредить вас кое о чем. Есть много объяснений наших утрат и неосуществившихся желаний. Война, в которой мы живем, сама по себе достаточное объяснение. Рядом с нами есть вор, за спиной которого стоит целая армия, и вместе со своей армией он крадет, убивает и губит, как террорист. Когда у нас возникают проблемы, нам следует быть очень осторожными и не обвинять Бога в том, что Он чего-то нам «не дает». Мы слишком быстро приходим к такому выводу, словно единственной причинно-следственной связью в этом мире является Бог, Который либо дает, либо не дает нам чего-то. Помните А + В = С? Но жизнь функционирует не по этому принципу. Люди могут не проявлять любви и доброты по отношению к вам, хотя Бог повелевает им поступать так. Разве Бог в этом виноват? И, честно говоря, мы сами саботируем большую часть радости, которую Бог приготовил для нас, тем, как именно мы подходим к жизни.

Да, конечно, есть конкретные вещи, без которых нам предлагается жить. У меня есть свой список, а у вас — свой. Что делать, приходится признать тот факт, что, несмотря на мое хождение с Богом, мою готовность следовать за Ним и решимость вести духовную брань, существуют вещи, без которых мне нужно жить.

Когда на днях я молился о своих разочарованиях и недовольстве, я заметил кое-что, не бросавшееся в глаза. Я понял, что где-то по пути я согласился кое с кем, а именно: я согласился с тем, что мне это нужно. Не то, чтобы я этого хотел, и сильно хотел. Нет, я решил, что мне это нужно. Это очень тонкий и смертельно опасный сдвиг. Именно он открывает двери для отчаяния и целой армии других врагов. Я стал думать, что одной Божьей любви и одной Божьей жизни недостаточно. Но разве не этим в Эдемском саду искусили Адама и Еву, разве им не было сказано, что одного Бога недостаточно? Он дал им так много, но в роковой момент искушения они увидели лишь то, чего у них не было. Они захотели это получить, хотя это стремление означало отвращение от Бога.

Но что же было настолько привлекательным, что Адам с Евой могли отвернуться от живого Бога, чтобы получить то, чего у них не было? Думаю, я для себя начинаю понимать ответ на этот вопрос. Мы испытываем желание или стремление к чему-то, и чем больше мы верим, что нам это нужно для достижения счастья, тем больше мы этого хотим. Приз, лежащий за пределами досягаемости, раздувается больше своей истинной значимости. Он приобретает буквально мифические пропорции. Мы уверены, что с достижением этого наступит настоящая жизнь. Мы думаем: «Если бы я только женился. Если бы у нас только появились дети. Если бы я разбогател. Если бы у меня было… (заполните пробел)». Все остальное в жизни бледнеет по сравнению с этим. Даже Бог. Мы обманываем себя и верим, что нам необходимо то, что для нас недосягаемо, и когда мы становимся жертвой этого обмана, мы превращаемся в жалких людей.

Я не преуменьшаю боль разочарований. Эта боль реальна. Но я говорю, что эта боль разбухает намного больше своих естественных пропорций, она доминирует в пейзаже нашей психики, если мы переходим от позиции «как я хочу этого» к позиции «мне это так нужно». На самом деле единственное, что нам действительно нужно, — это Бог и та жизнь, которую Он дает. Существует удовлетворение, которого нам никогда и нигде не достичь до тех пор, пока мы не придем к этому в Боге. Разве не об этом удовлетворении нам говорят в притче о богатом глупце, который планировал разрушить свои амбары, чтобы построить новые большего размера?

И сказал им притчу: у одного богатого человека был хороший урожай в поле; и он рассуждал сам с собою: что мне делать? некуда мне собрать плодов моих? И сказал: вот что сделаю: сломаю житницы мои и построю большие, и соберу туда весь хлеб мой и все добро мое, и скажу душе моей: душа! много добра лежит у тебя на многие годы: покойся, ешь, пей, веселись. Но Бог сказал ему: безумный! в сию ночь душу твою возьмут у тебя; кому же достанется то, что ты заготовил? Так бывает с тем, кто собирает сокровища для себя, а не в Бога богатеет (Лук. 12:16–21).

Это предупреждение касается не стад в полях и не наличных под матрацем. Здесь описывается опасный поворот, который происходит в сердце человека. «Я все совершил. Жизнь прекрасна». Он радовался не потому, что обрел свою жизнь в Боге. Нет большей катастрофы для человеческого сердца, чем эта, а именно: вера в обретение жизни вне Бога. Именно об этом сдвиге я говорю, ибо я стал думать, что недостающее у меня и желаемое и есть то, что мне на самом деле нужно. Именно это и есть начальный этап катастрофы. По той или иной причине мы приходим к выводу, что одного Бога недостаточно.

Итак, какой бы ни была причина наших разочарований, нет никаких сомнений в том, что Бог использует их, чтобы привлечь нас к Себе. Чтобы оторвать наши сердца от любого кажущегося источника жизни, чтобы мы могли прийти и найти жизнь в Нем.

Именно поэтому каждый из нас хотя бы однажды переживает серьезное и глубокое разочарование в жизни. Бог знает, как опасно нам прийти к выводу, что мы получили от жизни все. Я вспоминаю одну сцену из фильма «Легенда о Беггере Венсе», где Беггер говорит Юну: «Разве может быть хоть одна душа на этой земле, которая бы не несла на себе бремя того, чего она не понимает?» Это может быть здоровье. Или взаимоотношения. Это может быть ребенок или отсутствие детей. Каждому приходится нести свой крест. Каждому. Нам нужно каждый день помнить, что мы не можем сделать жизнь такой, какой она нам нравится. Мы не можем ничего достичь. Не можем полностью. Пока нет. И если мы сможем отпустить это желание, тогда наши разочарования можно будет объяснить стараниями Бога привлечь нас к Себе.

Я знаю, что стою перед выбором. Я чувствую его у себя внутри и наблюдаю, как он находит себе место в моем сердце. Я могу позволить разочарованиям определить мою жизнь. Или я могу позволить им вернуть меня снова к Богу, чтобы обрести в Нем жизнь такими путями, каких я еще пока не знаю. Все остальное покрыто тайной. Но этого знания вполне достаточно.

«Итак, я разрываю соглашение, в которое вступил, утверждая, что я нуждаюсь в этом. Я отдаю это место в моем сердце снова Тебе, Боже. Наполни его Своей любовью и Своей жизнью».

Неудовлетворенные желания.

Можно сказать еще кое-что о вещах, без которых нам приходится жить.

Но что нам делать со стремлениями и желаниями, которые остались неудовлетворенными? Потому что они, так или иначе, продолжают напоминать о себе.

Я думаю, что я просто хороню их (я вижу, что другие делают то же самое). С одной стороны, мы так и делаем. Нам кажется, что мы должны сделать это. Невозможно прожить жизнь, постоянно осознавая возвышенные желания, которые остались неосуществившимися, точно так, как невозможно прожить день, постоянно сожалея о жизни, которой у вас нет. Нужно жить той жизнью, которая у вас имеется. Но я вижу, что время от времени Бог приходит и буквально будоражит наши стремления и желания, как бы пробуждая их. Вы видите кого-то и думаете: «Интересно, а как бы сложилась моя жизнь с этим человеком (или без него)?» Однажды за обедом кто-то рассказывает вам, как сильно он любит свою работу, и вы думаете: «Может, и мне пора поменять свою? Я всегда хотел… (заполните пробел) быть архитектором или писателем».

Но зачем Бог делает это? Может, не стоило бы будить спящую собаку?

Нет. Нехорошо хоронить в себе глубокие устремления своего сердца. Такое решение приводит к тому, что наши сердца запахиваются, и тогда мы смиряемся с необходимостью как-то поладить с жизнью. Для меня такой менталитет означает необходимость сломить себя и забыться в работе. Погрузиться в дела. Но мои желания и мечты увядают, и жизнь от меня отступает. Я уже не могу вложить в свою работу азарт, как раньше, так что страдает даже моя работа. Это потому, что страдает мое сердце. Жизнь уподобляется медленной смерти от голода. Если ваше тело не получает всего необходимого, оно может функционировать еще некоторое время. Но медленно и верно разрушение начинает проявлять себя. Вы испытываете усталость, ваши мышцы болят, начинаются головные боли и тысячи других симптомов. Вам нужно полноценное питание. То же самое с сердцем. Слава Богу, мы не можем все время его насиловать. Своей болью оно требует к себе внимания. В ответ мы можем либо прислушаться к его стонам и вынести его боль на поверхность с тем, чтобы все это принести Богу, либо мы можем попытаться забыться в какой-нибудь пагубной привычке. Голодное сердце невозможно игнорировать вечно. Неожиданно вспоминается какое-нибудь обетование жизни — и вот мы снова у холодильника, доставая оттуда большую порцию мороженого, или в Интернете в поисках интимного «утешения».

Бог знает, насколько опасно игнорировать сердце, поэтому Он снова пробуждает наши желания. Вы увидели фотографию в журнале, остановились и вздохнули. Вы увидели кусочек из жизни, которая напомнила вам ваши прежние мечты. Однажды вечером вы переключаете каналы и вдруг видите человека, который делает то, что мечтали делать вы. Иногда для пробуждения мечты нужно увидеть, как кто-то получает огромное наслаждение от выполнения этого, и тогда ваше сердце вскрикивает: «Я тоже так хочу».

Бог делает это для нашего блага. Он делает это, чтобы снова пробудить наши желания, взбудоражить сердца из той глубины, на которую мы их упрятали. Он делает это, чтобы мы больше не убивали свои сердца, чтобы мы перестали играть роль жертвы, довольствуясь суррогатом, который выглядит, как жизнь, но который очень скоро станет нашей зависимостью.

Иногда Он делает это, чтобы мы искали ту жизнь, для которой мы предназначены. Разве не то же самое произошло с блудным сыном? Однажды он проснулся и сказал самому себе: «Сколько наемников у отца моего избыточествуют хлебом, а я умираю от голода» (Лук. 15:17). Наемники живут у отца сытой жизнью. И он направляется домой. Чтобы найти жизнь. Несколько раз за свою жизнь я отказывался от дружбы, приходя к выводу, что могу обойтись без нее. Но Бог приходил и возбуждал во мне прежние желания либо через эпизод в фильме, либо через историю, которую рассказывал мне коллега, либо через фотографии, где я был снят вместе со своим другом. Это побуждало меня к возвращению и новому началу дружеских отношений с человеком. И вы не сдавайтесь.

То же самое Бог делает в браке. Одна женщина, которую мы знаем, много лет назад потеряла всякую надежду на близость с мужем. «Все могло быть гораздо хуже», — сказала она себе. Шли годы. И вдруг что-то снова пробудило в ней это желание. Может, это были романтические отношения, которые она увидела в фильме, или близость, которую проявляла знакомая ей супружеская пара. Это желание могло показаться незваным гостем, который вторгся в устоявшиеся привычки обыденной жизни. Оно могло вызвать еще больше боли. В ответ она могла бы совершить какую-нибудь глупость. Но это желание для нее стало силой, побудившей ее обратиться к специалисту за консультацией, и она сделала это вместе с мужем. Это решение открыло для них дверь в новую жизнь.

Чаще всего такое пробуждение желаний является приглашением от Бога к поиску того, от чего мы отказались, считая это безвозвратно потерянным. Это приглашение к новой попытке. То же самое произошло в моем браке. Очень легко прийти к такой стадии развития взаимоотношений, когда мы говорим себе: «Все вполне нормально. Могло быть лучше, конечно, но также могло быть хуже. Чтобы стало лучше, нужно много работать и рисковать, но мне хорошо там, где я есть». Тогда Бог приходит и говорит: «Не сдавайся».

Меня изумляет весь этот процесс пробуждения. Готовность и то, что можно назвать риском ради Бога, пробуждает во мне желание. То есть я снова испытываю желание, которое давно похоронил в себе. Вот это да. Я мог сделать неверный шаг, прийти к неверным выводам, как одна наша знакомая, которая решила, что на самом деле ей нужен другой муж.

Несколько лет назад я прочитал у К. С. Льюиса в «Весе славы» то, что время от времени помогало мне и, возможно, спасло нас в момент пробуждения желания, о котором я вам рассказываю. Льюис показал нам, что используемое Богом для пробуждения желаний не обязательно является тем, чего мы хотим. Те вещи, в которых, по нашим понятиям, «заключалась красота, предадут нас, если мы им доверимся. Красота не в них, она только пришла через них, и через них пришло наше желание. Эти вещи… являются хорошим образом того, чего мы хотим. Но если мы примем их за то, чего хотим, они превратятся в бессловесных идолов и разобьют сердца своих поклонников. Ибо они не являются тем, что нам нужно». Это не то, к чему стремится наше сердце.

Мы желаем не конкретную женщину или мужчину, но то, на что они указывают, то, что пришло через них. Они являются иллюстрацией того, чего мы хотим. Как та девушка в моем дизельном авто. Дело было не в ней. Бог использовал ее, чтобы пробудить во мне желание, чтобы достать ту давно погребенную часть моего сердца, чтобы Он смог исцелить меня. Когда желания просыпаются, не важно, каким способом, нужно помолиться: «Боже, что Ты для меня приготовил?».

Думаю, многие из нас, стремящиеся к святой жизни, выбрали путь «убиения желаний», потому что на тот момент им казалось, что другого пути нет. Иногда, может быть, на тот момент, этот выбор мог быть для нас единственным. Конечно, лучше отбросить от себя все желания, если мы знаем, что стремление к их удовлетворению означает уступку соблазнам.

Но это не лучший путь к святости, в конце концов, ибо изголодавшееся сердце обязательно будет искать для себя утешения.

Но существуют желания, которые, как мы знаем, сейчас удовлетворить невозможно.

Может, уже поздно стать профессиональным бейсболистом или музыкантом, слишком поздно родить ребенка. Это действительно опасная зона, потому что, кажется, другого выбора нет, кроме как оторвать от себя этот кусочек сердца. Но отправка своего сердца в ссылку по причине отсутствия надежды на исполнение желаний приводит также к отправке вашего сердца в ссылку подальше от Божьей любви. А Ему нужно все ваше сердце целиком. Трудно сказать, вкладывает ли Бог какое-то желание, чтобы вы искали новую жизнь, или просто для того, чтобы часть вашего сердца могла в Нем найти свое исцеление и целостность. Но как бы то ни было, нужно начать с того, чтобы вернуть Богу отдалившуюся от Него часть своего сердца. Помимо всего прочего, ваше сердце должно найти в Нем безопасное убежище.

Отдых.

Я так благодарен Богу за то, что услышал Его на прошлой неделе.

Завтра, в среду, я лечу в Сан-Диего, чтобы выступить на конференции. Это две сессии, одна днем и одна вечером. Нужно будет рано лечь, чтобы в четверг улететь ранним рейсом обратно в Колорадо, как раз вовремя, чтобы возглавить здесь наш четырехдневный семинар. Обычно я не планирую различные мероприятия так плотно друг за другом. На собственном негативном опыте я убедился, что ничего хорошего в этом нет. Но так случилось. На прошлой неделе эти два обязательства обрушились на меня, как громадная волна, и она становилась все больше и больше по мере приближения к берегу. Тогда я помолился: «Господь, к чему мне готовиться на следующей неделе?» Бог сказал мне взять отгул на понедельник и вторник. Какой милосердный совет. Я бы сам этого не сделал. Я бы вошел в обычную колею, пытаясь перед отъездом сделать как можно больше, и встретил бы эти мероприятия изнуренным.

Но я не стал посвящать свои выходные мыслям о том, как выполнить грядущие дела. Вместо этого я насладился неторопливым завтраком. Почитал журнал. Долго и с удовольствием молился. Сегодня тепло, и это приятная перемена после снега, который сыпал не переставая. Я с наслаждением поработал во дворе, очищая подъездную дорожку от снега. Для меня это не работа. Это удовольствие. И отдых. А отдыхать так хорошо.

Я знаю, что нарушил планы некоторых людей, у которых не было времени прислушаться к собственным сердцам. Я бросил вызов их решению провести неделю точно так, как провел бы ее я, если бы я не вопросил Бога. Не знаю, спрашивали ли они совета у Бога и прислушались ли к тому, что услышали. Но когда ты ходишь с Богом, твои планы часто нарушаются. И мне это нравится.

Расставить все по своим местам.

Что мне с этим делать? Я только что встал из-за стола, где ужинал с ребятами. Мама у нас на женских занятиях по изучению Библии. Я слышал, что на этих выходных погода должна быть хорошей, и потому с надеждой спросил сыновей (чувствуя себя при этом хорошим и добрым отцом), не хотят ли они отправиться на охоту за птицами. В сердце своем я ожидал радостного и благодарного восклицания: «Ух, ты. Я хочу!» Но ответом мне было молчание. Долгое молчание, потому что каждый из них думал, как ему сказать, что никуда идти он не хочет. Затем один за другим они привели какие-то отговорки. У меня было ощущение, что меня отодвинули в сторону.

Я сделал все, чтобы не обидеться.

Я знаю, что мои мальчики уже подростки. Знаю, что у них есть своя жизнь. И все равно мне было больно. И обидно. И даже одиноко. Все еще обижаясь, я иду к себе в кабинет и пытаюсь во всем разобраться. Всегда стремитесь разобраться в том, что происходит в вашем внутреннем мире и следите за идущими там процессами. Часть меня хотела, чтобы они увидели мою боль прямо сейчас. «Отлично. Я спрошу одного из них. Я знаю, что на самом деле они хотят пойти». Ах, это маленькие грубияны. Если бы они задумались над тем, что вокруг них есть множество молодых людей, которые мечтают о том, чтобы кто-нибудь куда-нибудь их пригласил. Они просто не задумываются над тем, на что могут нарваться.

Хорошо. Я знаю, мне больно, и теперь меня занимает один вопрос. А может, моя боль — результат того, что я теряю моих мальчиков, ибо они вырастают из-под моего контроля. Мамы тоже страдают, когда их мальчики уезжают в колледж или просто вырастают и им «нужно вести мужские разговоры» с папой. Честно говоря, я упустил этот момент. Было время, когда общие занятия с папой были для них большим удовольствием. «Я иду мыть машину — кто-нибудь хочет со мной?» «Я!» — кричали они хором и бежали к двери. Поход в сарай был для них большим приключением. Выходные на природе могли показаться им сафари в Мозамбике.

Но теперь все изменилось.

Я знаю, надеюсь, что наступит день, когда они поймут, как много я дал им как отец. Когда день, проведенный со мной, снова будет для них удовольствием. Я подумал, что и это тоже относится к процессу роста. Сначала в твоем подростковом возрасте наступает этап, когда тебе намного интереснее с друзьями, чем с отцом. Затем ты уезжаешь в колледж, и там происходит множество событий, намного более интересных, чем охота на птиц со стариком. Помимо этого твое внимание к отцу отвлекают девушки. Затем появляется работа.

Но затем наступает день, когда ты чувствуешь потребность и желание увидеться с отцом. Для некоторых молодых людей этот момент наступает тогда, когда они заканчивают колледж, сталкиваются с реальной жизнью и осознают, что нуждаются в совете и поддержке. Или это происходит через несколько лет после женитьбы или рождения ребенка. А может, после нескольких лет работы. Все друзья разъехались, вечеринки закончились, и теперь ты понимаешь, что тебе нужен источник мудрости, силы и любви, который всегда был рядом, но ты этого просто не ценил. То же самое произошло со мной и со многими людьми, которых я консультировал. Правда, у большинства из нас к этому времени отца уже нет в живых. Только тогда ты реально понимаешь, что ты упустил.

Когда мои мальчики поймут это? Не знаю. Я могу только молиться. Но что мне делать до этого? Если я не разберусь с этим, я буду лелеять обиду на них, пусть даже незаметную на первый взгляд. Но они это почувствуют, и это повредит нашим отношениям. В следующий раз я не захочу их никуда звать. И тогда возникшая между нами пропасть начнет расширяться. Они увидят, что папа ведет себя, как маленький ребенок, и они не захотят обсуждать с ним даже родственные темы, если разговор зайдет об этом. Все так и начинается, с чувства неловкости между поколением родителей и детей. И все потому, что мы сами не разобрались в своих внутренних проблемах. Этот мусор будет нагнаиваться внутри, если мы не разберемся с ним, если запустим и оставим так, как есть.

День клонится к вечеру. Я пытаюсь с Божьей помощью вывести свое сердце из этой проблемы. Скоро я пожелаю моим мальчикам спокойной ночи. Но с каким настроением?

«Что мне нужно в этот момент, Боже? Я знаю это, я знаю, что мне нужно Твое присутствие, чтобы Ты послужил мне здесь. Иисус, приди и помоги мне в моей обиде и боли, что я испытываю. Я хотел, чтобы мои дети порадовались. Я хочу, чтобы они воспринимали время, проведенное со мной, как нечто особенное. Больно видеть, как дети вырастают и отдаляются. Больно видеть, что тебя променяли на фильмы, девочек и тому подобное. Помоги мне.

Я также знаю другое. Я знаю, что не хочу наказывать их за то, что они не выбрали меня. Иисус, помоги мне любить их даже тогда, когда они отвергают меня. Помоги мне любить их и ценить, даже когда они выбирают увлечения и интересы, отличные от моих. Помоги мне любить их, когда они уходят от меня.

И теперь, в конце этой записи в дневнике мои мысли обращаются к Тебе как моему Отцу. Мне стыдно и больно подумать о том, насколько истинно все то, о чем я писал здесь, по отношению к Тебе с моей стороны. То есть Ты предлагаешь мне так много Себя, а я выбираю совсем другое. Я замолкаю. Я останавливаюсь. Единственное, что я могу сказать — прости меня. Ты намного более милосерд и терпелив, чем я могу сказать о себе. Я хотел бы быть лучшим сыном».

Как я говорил в начале этой книги, жизнь за одну только неделю предоставит нам сотни возможностей взглянуть на собственный внутренний мир, чтобы пройтись по нему с Богом, и в большей мере принадлежать Ему. Не позволяйте внутреннему миру остаться без присмотра.

Атака.

Последние четыре дня были суровыми. Эмоциональные атаки. Война в джунглях — перестрелка во мраке и тумане вместе с искушениями, обвинениями, гордыней, унижениями, и Бог знает, с чем еще. Я спрятался в засаде, и мое сердце все еще пытается оправиться.

Я вернулся с конференции, которая проходила на Востоке. Некоторые важные отношения оказались в рискованном положении, как и будущее того послания, которое я пытаюсь донести. Я чувствовал себя подготовленным, но думаю, что недооценил предстоящие события. По крайней мере так я теперь думаю, потому что враг выступил против меня со всей своей мощью.

Первые сессии конференции проходят нормально. Мне кажется, что все идет хорошо. Но потом что-то меняется. Я замечаю едва уловимое искушение и похоть по отношению к женщине, которая там задействована. Я отвергаю это и продолжаю работать. Через несколько минут все это возвращается, но теперь уже приправленное гордостью. Я снова отвергаю это. Я пытаюсь сфокусироваться на работе, сохраняю твердость, оказываю почтение к коллегам и хожу с Богом. Но вся эта мерзость возвращается и бьет с новой силой.

Казалось, враг ощупывает границы моей территории в поисках слабого места. Похоть. Затем высокомерие. А теперь рассеяние внимания. Снова и снова. Думаю, конференция дала мне достаточно оснований для сосредоточения внимания, словно я сидел за рулем в штормовую погоду. Ты напрягаешься, концентрируешься и крепко держишься за руль. Но после того как напрягся, я почувствовал себя полным неудачником. После того, как я отбросил тех, кого он наслал на меня, мне показалось, что теперь против меня выступили настоящие гиганты.

Меня охватывает глубочайшее отчаяние. Надо мной вершится суд. Не в виде слов, но я полностью окунаюсь в это ощущение: «Посмотри на себя. Ты называешь себя мужем Божьим. Ты абсолютно порочен внутри, И Бог теперь далеко от тебя».

В «Путешествии Пилигрима» есть сцена, которая поможет нам понять все это:

Один момент я не хочу упустить, я заметил, что теперь бедный Христианин так смутился, что не узнал собственный голос, и я увидел это. Как раз тогда, когда он подошел к краю горящей ямы, один из нечистых духов незаметно подошел к нему сзади и стал нашептывать множество отвратительных и богохульных мыслей, а Христианин думал, что они зарождались в его разуме. Это огорчило Христианина больше, чем что-либо другое, с чем он сталкивался прежде. Ему было страшно оттого, что он способен хулить Того, Кого он так любил прежде. Если бы он мог, он бы не допустил этого, но у него не было различения и способности ни заткнуть уши, ни понять, откуда это богохульство исходит.

Христианин не мог распознать собственный голос. Он не знал, откуда идут эти богохульства. Он верил, что они происходят из его сердца, и потому чувствовал полное отчаяние. Я чувствовал себя точно так же. В полном отчаянии. Как я мог сделать такое моему Господу? Я был в ужасе, полагая, что именно таким было истинное положение моего сердца. И когда я погрузился в отчаяние, враг обрушил на меня презрение и осуждение, а также уверенность в том, что Бог меня оставил.

В такие моменты очень трудно расставить все по местам. Что такое истинное обличение, и что такое атаки? Где моя вина и где война? И откуда ведется эта война? Начните вот с чего: по плодам их познаете их. Истинное обличение несет покаяние — но не презрение и не осуждение. Истинное обличение возвращает нас обратно к Богу. Оно не скажет нам: «Ты проиграл, и потому Он покинул тебя». Мне нужно было начать с плодов в моей ситуации, но я был в глубоком отчаянии. Я испытывал мучительные страдания. И я чувствовал себя отделенным от Бога. Но все это не от Духа Святого. На тот момент это было единственное, что я понимал.

Поэтому я стал призывать труд Христа против атаки. Но, Боже, это было так тяжело. Мне приходилось молиться каждые полчаса или около того. Эта мерзость имела там твердую точку опоры. Чтобы бороться эффективно, мне нужно было взять ответственность за ту часть, которая была реально моей. Я открыл дверь для гордости. Я взлелеял ее. Теперь я видел, как враг пытался проникнуть через мою защиту, нарушив мою целостность любым возможным для него способом. Он обнаружил согласие с гордыней. Она пришла, когда я увидел, как все идет хорошо и я имею влияние. Я позволил моему сердцу возомнить о себе — «а ведь я реально что-то значу». Поэтому я исповедал и отрекся от гордыни и высокомерия. Я воздал Богу славу за все, происходившее там.

Гордыня была всего лишь открытой дверью, которой воспользовался враг. Я только на миг повернулся к ней и насладился ею. И вот тогда в меня вошла настоящая цель врага — глубокое отчаяние, а вместе с ним презрение и осуждение.

Но погодите минутку, если мое сердце такое злое, почему я в таком глубоком отчаянии от осознания этого? Если я действительно охвачен похотью, подвержен искушениям, высокомерию и всякой этой заразе, почему осознание этого так меня огорчает?

Никакой логики в этом нет. Если я действительно хочу отступить от Бога, почему одна эта мысль приносит мне страдания? Нет, это не мысли моего сердца. Это не мои истинные желания. Мне пришлось выступить против отчаяния, презрения и осуждения. Вот где идет настоящая битва. Если я сдамся в этом месте, я утрачу близость с Богом. И я упаду духом и получу все, что сопутствует упадку духа. Но я абсолютно беспомощен против отчаяния, пока я думаю, что заслужил его, пока я ошибочно принимаю его за обличение.

Я зашел глубоко в джунгли атаки, и теперь единственный стих, который я помню и за который держусь, это: «Так и вы почитайте себя мертвыми для греха, живыми же для Бога во Христе Иисусе, Господе нашем» (Рим. 6:11). Я повторяю его про себя. Снова и снова. Он дает мне силы сражаться с отчаянием, презрением и осуждением.

Четвертый день. Враг, похоже, ослабевает.

Мне приходится помнить это: суть всегда не в грехе. Суть в капитуляции нашего сердца, пусть даже едва заметной. Открытая дверь, соглашение. А вот дальше последует настоящая цель врага — наше отделение от Бога и от нас самих, от нашей истинной личности. Думаю, многие христиане никогда не видят за подобными событиями духовной битвы. Они думают, что вожделеют злые вещи, и в результате соглашаются с презрением к собственному сердцу, принимая осуждение за истинное обличение. Конечно, они верят, что Бог действительно отдаляется от них, и живут в таком состоянии годами. «У меня злое сердце. Я жалкий человек. Конечно, Бог от меня далеко». Они думают, что это и есть христианская жизнь.

Но это не так.

Или, по крайней мере, так не должно быть. Не забывайте Христианина в Долине горящих ям. Помните, откуда приходит к нам вся эта мерзость. Она не приходит из вашего настоящего сердца, ибо все это делает ваш враг. Отбросьте его назад. Храните свое сердце. Если вы будете твердо держаться, атака захлебнется.

Великий пост.

Лет четырнадцать назад мы посещали церковь, которая праздновала Великий пост. Тогда мы ходили в епископальную церковь и получали от этого большое удовольствие. Там мы узнали о посте, сорокадневном периоде личной подготовки к Пасхе. Это было время, когда многие люди отказывались от кофе, просмотра некоторых телевизионных передач, уподобляясь Христу, Который сорок дней постился в пустыне. Когда к посту подходишь с желанием выделить Богу больше места в жизни, в противоположность отказу от кофеина или телевизора, тогда пост становится действительно значимым явлением.

Как я уже говорил, мы давно не соблюдали сорокадневный пост. Поэтому когда на вчерашнем собрании Морган предложил нам отдать все то, что попросит у нас Господь в связи с Великим постом, я был застигнут врасплох. Мы задали Богу этот вопрос и через несколько минут спросили: «Господь, что мне отдать тебе в Великий пост в этом году? И что нам принять от Тебя?» Следует сказать, что в предыдущие годы соблюдения поста главным претендентом на роль жертвы был алкоголь. Я не хотел от него отказываться, и потому считал, что от него-то я и должен отказаться. Но теперь я понимал, что Господь не потребует от меня отказа от алкоголя, потому что он уже не был для меня проблемой. Пока я пытался успокоить внутреннее волнение и сидел, повторяя про себя вопрос, вот что я услышал от Него: — Себя.

— Себя? — переспросил я, пытаясь убедиться, что я все правильно понял.

— Себя.

Вполне соответствует библейским понятиям того, что следует отдать Богу, но мне было не совсем ясно, что Бог подразумевает под этим словом. Я попытался понять, осмыслить сказанное Им. Сосредоточенность на себе? Эгоцентризм? Больше ничего не приходило в голову, и тогда возник второй вопрос:

— А что Ты хочешь дать мне?

— Мою любовь.

Вот это да! Отдать себя. Принять любовь. Это не то, чего я ждал. Глубоко внутри меня что-то отозвалось. Я отметил про себя, что позже мне нужно будет больше размышлять об этом, и продолжил свой рабочий день. Сегодня утром я вернулся к этой мысли снова. Бывает, что когда я пытаюсь сосредоточить свое внимание на Боге и на том, что Он говорит, я записываю свои мысли и вопросы в дневнике. Затем я слушаю ответы Бога и принимаю Его водительство. Затем я записываю и это тоже.

«Что именно в себе я должен отдать Тебе, Господь? Акцент на себе?» Хорошо, это сосредоточенность на себе. Я знаю, что это значит, это то чрезмерное внимание, которое я уделяю себе. Мне нравится идея отдать это Богу. Однако это почти невозможно. Я продолжаю записывать и слушать. «Да, Господь, я обожаю Тебя. Да. Но как мне отдать сосредоточенность на себе? Посредством сосредоточения на моей любви в Тебе». Мне это очень понятно. Это настолько соответствует всему, что говорил и делал Бог, чтобы помочь мне переместиться к Его любви. «Я очень, очень, очень хочу возвратиться к Твоей любви во мне. Скажи еще, Господь — как мне это сделать? Как это выглядит? На что мне теперь смотреть?».

Минуточку внимания. Когда Бог начинает проливать Свой свет на какие-то вопросы в моей жизни, будь то внутренние или другие аспекты, происходящие вокруг меня, я часто догадываюсь, куда все это может привести. Вы знаете, что я имею в виду, — я вижу, как христиане все время так делают. Мы видим проблеск того, что Бог хочет сделать, начинаем размышлять об этом, заполняем все белые пятна, используя здесь все свои склонности и тенденции вместо того, чтобы просто послушать Его дальше. Например, вы чувствуете, что Бог побуждает вас помочь финансами своим родителям, при этом вы сами уже хотели это сделать, поэтому вы просто идете и делаете это, не останавливаясь, чтобы спросить, когда и сколько. Либо вы чувствуете Божье обличение относительно укоренившегося греха в вашей жизни. Будучи склонны к самообличению и самобичеванию, вы вскакиваете и начинаете угрызать и обвинять себя, строите планы и принимаете решение измениться (хотя вы уже убедились в том, что это не работает). Но если бы вы послушали Бога дальше, возможно, вы услышали бы Его слова о Своей любви к вам и нежности, а также Его совет относительно других способов справиться с вашей проблемой.

Заполнение пробелов. Вот в чем дело. Мы постоянно заполняем пробелы в том, что мы считаем Его желаниями, вместо того чтобы спросить, чего же хочет Он. Это бесполезно. Мы выхватываем у Него из рук мяч и бежим, оставляя Бога далеко позади себя. Помните, нужно задать следующий вопрос.

Итак, я останавливаюсь, утихомиривая внутри себя свои догадки относительно того, куда ведет меня Бог, не игнорируя, но и не позволяя им продолжать мое повествование. «Скажи еще, Господь, как мне это сделать? Как это выглядит? На что мне теперь смотреть?» Что я имею в виду под выражением «на что смотреть»? Здесь я спрашиваю, если я не смотрю на Его любовь, то на что я смотрю тогда? У меня есть отличная мысль по этому поводу, но я хочу услышать Его ответ.

«Ты ориентируешься на свою способность контролировать ход дел».

Правильно. Бог загнал меня в угол. Поймал с поличным. Мне так нравится, когда Бог делает это. Это приятная нагота, когда Он открыто называет то, что мы делаем и пытаемся спрятать, или делаем и даже не понимаем, потому что слишком долго делали, и оно стало для нас нормой. Такого рода обличение не стыдит. Я знаю, что Он назвал именно то, что я делаю. Я всегда полагаюсь на свою способность «делать дела», «делать правильно» и «контролировать ход дел». Неудивительно поэтому, что я чувствую, что «лишь немного» хожу с Богом. «Прости меня, — записываю я, — это проявление неверности, безбожия и самонадеянности».

В дополнение к красоте этой истории могу сказать, что два утра подряд, когда я открывал за завтраком Библию, то оба раза «случайно» натыкался на Псалом 40. И вот что каждый раз бросалось мне в глаза: «Я сказал: Господи! помилуй меня, исцели душу мою, ибо согрешил я пред Тобою» (Пс. 40:5).

Вы видите подход Давида к Богу? Он не ждет от Бога удара или наказания. Он не обещает покаяться и больше так не делать. Он знает, что отвернулся от Бога, но он также знает, что ему нужно исцеление. Поэтому я молюсь так: «Я прошу Тебя исцелить во мне то, что понуждает меня к концентрации на самом себе, к акцентированию моей способности делать дела, делать их правильно и контролировать выполнение этих дел. Прости меня. Я хочу сконцентрироваться на Твоей любви во мне. Ты во мне. Исцели меня».

Искать водительства.

Мне нужно понять, ехать ли в этом году в Моав. Но пока это неясно. В течение последних семи лет мы группой мужчин устраивали своего рода паломничество в пустыни Моава, штат Юта. Мы уезжали туда в конце апреля или в начале мая, потому что в это время нам было трудно выдержать еще одни выходные с холодной погодой в Колорадо. К тому времени в Моаве уже тепло, и там мы проводили четыре-пять дней, взбираясь на скалы, катаясь на горных велосипедах и слоняясь без дела. Классический мужской отдых. Лагерная обстановка. Никакого душа. Спортивные игры. Купание голышом. Потрясающие истории у костра. Это путешествие стало символом нашей мужской дружбы. И определенно ярким событием года. Но перспективы поездки туда в этом году не радуют. Некоторые из ребят, которые обычно ездили, в этом году поехать не могут. По календарю мы можем выделить только одни выходные, и те раньше, чем мы привыкли ездить. И мы все, действительно все, очень и очень заняты.

Похоже, Моав в этом году не состоится. По определению. Я молюсь об этом и пытаюсь получить какое-нибудь водительство. Мой первый вопрос: «Нужно ли бороться за поездку, Господь, или отказаться от нее в этом году?» Отказаться легко. Даже разумно отказаться. Как я уже говорил, у нас всех есть действительно важные дела. И когда в нашей жизни накапливаются важные дела, разве не разумно отказаться от таких легкомысленных занятий, как эта поездка? В настоящий момент я, например, просто не могу высвободить несколько дней. У меня слишком много работы. Несмотря на то, что все мы любим поездки в Моав. Очень любим. Несмотря на то, что это то самое, что может спасти нас от чрезмерной занятости. Помните — нам всем нужна радость. Много, очень много радости.

Минутку внимания, пожалуйста. Разве не так мы все спонтанно реагируем, когда жизнь начинает давить на нас? Мы начинаем выкидывать за борт лишний груз, облегчая наше судно, чтобы не утонуть вместе с ним? Но все дело в том, что мы можем выкинуть за борт не то, что нужно! Мы не задумываясь выкидываем радость, цепляясь за те самые вещи, которые давят на нас.

Поэтому я ищу Бога в этом вопросе. Однако ясность ко мне приходит не сразу.

Когда мы ищем у Бога ясности и она не приходит, нам нужно в первую очередь обратить внимание на собственное положение. Что мы чувствуем? Чего хотим? Само собой разумеется, что наше положение повлияет на нашу способность слышать Бога или окрасить в определенные цвета то, что мы услышим от Него. Мне не дает покоя эта наша поездка в Моав. С одной стороны, я действительно хочу ехать. Я люблю Моав, люблю первое тепло лета, первую настоящую зелень, красоту пустыни, приключения и время, проведенное с друзьями. Мы никогда не жалели о таких поездках, даже два года назад, когда там шли дожди. С другой стороны, это непросто. Я действительно занят. Мне нужно закончить эту книгу. Похоже, никто больше не сражается за эту поездку. Намного легче было бы отказаться от нее.

Как часто мы отказываемся от действительно ценных вещей в своей жизни, потому что нам кажется, что мы слишком заняты и слишком сложно бороться за осуществление того, что мы хотели бы получить. Либо мы полагаем, что понимаем, что лучше или что неизбежно, и даже не останавливаемся, чтобы спросить об этом Бога. Нам нужно замедлить бег и спросить, особенно если нам кажется, что неизбежным следствием нашей занятости будет отказ от радости. Бог может с этим не согласиться.

Видите ли, темпы жизни в этом мире создают импульс для нашей жизни. Как машины на дорогах. И истина заключается в том, что Бог хочет для нас того, что противоречит естественному потоку жизни. «Выйди на следующей остановке». Его водительство иногда (часто?) кажется противоречивым. Было бы легче отказаться от Моава в этом году. И дальше бежать по своим делам. Все очень заняты. И поездка уже не будет прежней без всех этих ребят, которые ездили с нами раньше. С другой стороны, Сэм и Джесси осенью отправятся в колледж и вряд ли смогут на следующий год позволить себе эту поездку. Возможно, наши путешествия вообще прекратятся. И как нам реально отказаться от этой поездки, когда на дворе конец апреля, а на улице снега по колено и нам так хочется встряхнуться?

Но даже сейчас я пытаюсь заглянуть в будущее, чтобы вычислить лучший вариант. Я снова заполняю пробелы. Мы все это делаем. Мы пытаемся все вычислить сами. Но это не означает хождение с Богом. Мы просто не видим того, что видит Бог. Бог говорит: «Мои мысли — не ваши мысли, ни ваши пути — пути Мои» (Ис. 55:8). Он знает, что нас ждет впереди. Он знает, что нам нужно. Поэтому спрашивайте у Него. Я спрашиваю, но прием в данный момент неосуществим. В моем приемнике нет сигнала. Поэтому на листочке я записываю по одному вопросу за раз:

«Сражаться ли нам за Моав в этом году? Или отказаться?».

Таким образом, я могу представить свой вопрос перед Богом, молиться, слушать Его именно по этому вопросу, и мои мысли не будут затуманены всякими другими аргументами за и против. По одному вопросу за раз, и в своем разуме я не взвешиваю все факты и имеющиеся доводы. Я ничего не пытаюсь вычислить. Я пытаюсь услышать Бога. Между нашим пониманием есть разница. «Мои мысли — не ваши мысли», помните?

Иногда такой клочок бумаги лежит на моем столе в течение недели, и я время от времени молюсь над ним, прежде чем получу уверенность в том, что я услышал ответ от Бога. Но сегодня через несколько мгновений я слышу, как Он говорит: «Сражайтесь за Моав». На самом деле я слышал это от Него еще несколько дней назад во время молитвы, пока ехал на работу. Но мне такой ответ показался противоречивым, и я не поверил ему. А может, на тот момент он показался мне просто сложным, и я не захотел услышать его.

— Сражаться? Правда?

— Правда.

— Хорошо. Сражаться за Моав.

Обратите внимание на свою реакцию, когда вы решаете, что вы услышали от Бога. Если Его ответ производит радость, вы получили что-то интересное. Если ответ производит печаль (страх или разочарование), остановитесь и спросите, почему. Не игнорируйте свое сердце в этом процессе. Я заметил, что моя реакция была хорошей, и в сердце стала подниматься надежда на осуществление поездки. Я записал это. Я понимаю, что, хотя отказаться от нее было бы легче, на самом деле я действительно хотел поехать. Не знаю, вернул бы я свое истинное желание, если бы молился об этом. Оно было похоронено под самыми разными делами.

Итак, я получил первую часть водительства. Мы должны сражаться за эту радость. И, друзья, вам тоже придется сражаться за радость. Помните это. Но загадка до конца не разрешилась. Разговор на этом не заканчивается. Очень важно также, когда нам следует ехать. Об этом тоже нужно спросить, иначе я все решу заранее и ошибусь точно так, как если бы вообще не спрашивал Бога о поездке. Не останавливайтесь на первом вопросе. Задайте следующий вопрос.

Конец апреля всегда удивляет капризами погоды. Когда мы ездили в Моав в апреле, несколько раз там было прохладно, а когда ездили в мае, всегда было тепло. Мы хотели тепла. Есть смысл ехать в мае. Однако я не понимаю, как мы сможем организовать поездку в мае. Опять я пытаюсь все вычислить сам. Тогда я записываю еще один вопрос: «Апрель? Май?».

Я слышу: «Апрель 21–24», а это выходные и вполне приемлемый вариант. Хорошо. Мы едем в Моав, и мы едем в апреле. Что-то во мне немного обеспокоено тем, куда это может нас завести. Я осознаю, что мне нужно довериться Богу в этом. Я улыбаюсь. Разве не в этом дело? Разве мы не должны доверять Богу в достаточной степени, чтобы следовать за Ним? Ведь мы живем верой. Христианская жизнь — это не жизнь со здравым смыслом. Освальд Чемберс сказал, что единственное объяснение христианской жизни заключается в существовании Бога. Иначе никакого смысла в нашей жизни нет. Меня это реально утешает. Мне часто кажется, что в моей жизни нет смысла.

Тем самым я не призываю вас подходить к жизни без смысла. Я не говорю, что вам нужно следовать за каждой мыслью, которая вам придет в голову. Существует мудрость, и существуют откровения. Они идут вместе, рука об руку. «[Прошу] чтобы Бог Господа нашего Иисуса Христа, Отец славы, дал вам Духа премудрости и откровения к познанию Его» (Еф. 1:17). Именно от Духа Святого приходит к нам мудрость и откровение одновременно. Нам нужны они, чтобы ходить с Богом, и нужны они нам в щедрой дозе, чтобы передвигаться в опасных водах этого мира. Если вы склонны опираться на откровения (просто прося Бога дать вам водительство), тогда вам нужно уравновесить ваш подход мудростью. Если вы склоняетесь к мудрости в своем подходе к жизни, вам нужно осознанно и намеренно включить в свой подход откровение. Спрашивайте Бога.

Но если вы по большей части оперируете без обоих понятий, тогда вы в настоящей беде.

Осознавая это, нам нужно признать, что существует определенная доля риска в призыве, обращенном к другим людям, ходить с Богом. Люди совершают множество воистину глупых вещей во имя следования за Иисусом. По этой причине в церкви есть люди, которые не хотят призывать окружающих к этому рискованному «хождению с Богом». В течение многих веков они пытались избавиться от путаницы в личных взаимоотношениях с Иисусом посредством установления правил, программ, формул, методов и процедур. Все это, возможно, действительно избавляет от некоторых глупостей, которые происходят, когда люди решают следовать за Богом сами. Но они также уничтожают ту самую близость, к которой призывает нас Бог.

Что имеет в виду здесь Иисус?

«Когда же приведут вас в синагоги, к начальствам и властям, не заботьтесь, как или что отвечать, или что говорить, ибо Святой Дух научит вас в тот час, что должно говорить» (Лук. 12:11, 12).

«У пророков написано: и будут все научены Богом. Всякий, слышавший от Отца и научившийся, приходит ко Мне» (Иоан. 6:45).

«А входящий дверью есть пастырь овцам. Ему придверник отворяет, и овцы слушаются голоса его, и он зовет своих овец по имени и выводит их. И когда выведет своих овец, идет перед ними; а овцы за ним идут, потому что знают голос его» (Иоан. 10:2–4).

«Утешитель же, Дух Святой, Которого пошлет Отец во имя Мое, научит вас всему и напомнит вам все, что Я говорил вам» (Иоан. 14:26).

«Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой «отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною» (Отк. 3:20).

Не отказывайтесь от этого сокровища близости с Богом только потому, что вы можете запутаться, Ходите с Богом — с мудростью и откровением — все время стремясь к святости, которую, как мы знаем, Он хочет видеть в нас.

В моем блокноте следующим шел вопрос: «Кто?» Мне нужно было знать, кто едет. Думаю, мне нужно подойти к ребятам, которые сказали, что не могут поехать, и попросить их молиться об этом. Пусть они спросят Бога. Я буду сражаться за радость.

Новое начало.

Вчера вечером за ужином Стейси сказала: «Думаю, пора завести щенка».

Неловкий момент и очень рискованный шаг с ее стороны. Мальчики молчат. Застигнуты врасплох. Моим первым побуждением было сказать: «Этого только нам не хватало. Ты сначала любишь кого-то, а потом он уходит. Я не хочу пройти через это снова». К счастью, я этого не сказал вслух. Она смотрит на меня, надеясь увидеть позитивную реакцию. Я киваю головой, и она рассказывает, что у нее на сердце, и говорит о своих поисках в Интернете. Затем показывает потрясающие фотографии щенков. Я убежден, Бог дал миру щенков для того, чтобы смягчить наши сердца. Когда мы рассматриваем фотографии ньюфаундлендов и сенбернаров, мое сердце уже не пытается обороняться. Если щенок не может смягчить твое сердце, тогда не знаю, что способно на это.

«Иисус?» — спрашиваю я в своем сердце. Это простой вопрос, означающий: «Что Ты думаешь по этому поводу? Что Ты хочешь сказать? Каковы Твои соображения по этому вопросу?».

Медленно, но верно в качестве своей первой реакции по любому поводу я все чаще выбираю именно такой подход. Если я осознанно и быстро не спрашиваю Иисуса о том, что Он думает, я просто поражаюсь, как мгновенно мое сердце реагирует на разговор или событие. За доли секунды я могу прийти к выводу, согласиться с чем-то или отказать людям. Мы все так делаем. Потом мы просто продолжаем уже начатое. Однако мы можем быть абсолютно неправы. У нас может быть плохое настроение. Мы имеем явные предпочтения и предубеждения. И кто знает, что еще влияет на нас в конкретно взятый день?

«Иисус?».

В последние дни я делаю это все чаще. Это позволяет мне говорить в жизнь по мере ее развития. Это дает Богу шанс стать частью процесса вместо того, чтобы мне обратиться к Нему позже, часто после того, как ущерб уже причинен.

— Иисус?

— Да, это было бы хорошо.

Щенков, которых показывала Стейси, можно будет забрать через пару месяцев. Я наблюдаю за своей внутренней позицией. Приму ли я щенка? Буду ли я открыт для него? Позволю ли своему сердцу раскрыться? Ведь это не просто щенок. Это моя приверженность Богу, и это надежда. Я не хочу жить в обороне, постоянно прячась от будущего, уставший, чтобы доверять, и уставший верить. Я хочу быть открытым для всего, что Бог приготовил для меня. Я хочу жить жизнью, которой Он хочет, чтобы я жил. И все это проигрывается прямо здесь, когда я смотрю на фотографии щенят. Именно здесь все это переживается. В данный момент.

Я уверен, что христианство по сути своей является Евангелием жизни. Я уверен, что нам доступны серьезные прорывы и исцеление. Я уверен, мы можем не допустить, чтобы вор рылся в нашей жизни, если мы станем делать то, что велит нам делать наш Пастырь. И когда нам кажется, что мы не находим исцеления или прорыва, когда вору все же удается ограбить нас, я уверен, что нам принадлежит Евангелие воскресения. Какими бы ни были потери, это не конец истории. Иисус пришел, чтобы мы имели жизнь.

Похоже, что скоро у нас будет щенок.

Возвращение к любви.

Сегодня утром мои мысли возвратили меня к «Моей любви». На этой неделе я купил новый дневник, потому что старый был заполнен, и сегодня утром у меня появилось больше времени, чем обычно, чтобы посидеть с Богом до начала трудового дня. Я налил себе чашку кофе, сел на диван и вытащил новый дневник. Я всегда теряюсь, когда мне нужно писать на первой странице нового дневника, на этой белой, чистой страничке, где пока еще ничего нет. Этот момент кажется монументальным. Словно закладывается новое начало. Или по крайней мере новый этап. Что он откроет для нас? И что мне написать на первой странице? Мне всегда кажется, что там должно быть что-то значительное. В конце концов это вступительная страница в новую книгу моей жизни, в новую главу с Богом. Она заслуживает чего-то весомого. Чего-то значимого.

Глядя на пустую страницу, я тихо спрашиваю Бога в своем сердце: «Что мне здесь написать?».

Вы знаете, что Он сказал: «Моя любовь».

Я это и написал. Это все, что я написал на первой странице. Два слова. «Моя любовь». Но этого больше чем достаточно. Все, что будет написано в этом дневнике потом, все истории, какие будут рассказаны, все молитвы и события жизни пойдут под этим заглавием. Пусть они все станут продолжением этих слов. Его любовь. Я сидел и смотрел на эти слова — пусть Его любовь войдет глубоко в меня. Я поверну сердце к Его любви. Пусть Его любовь станет для меня реальностью. Пусть Его любовь станет моей жизнью. — Что еще, Господь?

— Верь Моей любви.

— Да, я верю. Я верю Твоей любви.

И что-то во мне сдвинулось. Я начинаю верить в это больше, чем когда-либо раньше. Она меняет меня. Я уже не чувствую желания куда-то бежать и торопиться. Я не чувствую желания успеть и выполнить. Мне все меньше хочется контролировать и управлять. Я уже не такой опустошенный. Я чувствую, что мне хочется остаться здесь. Чтобы жить в Его любви.

Заключение.

Как я уже говорил во введении, на этих страницах я попытался честно записать свой годовой опыт того, как выглядит хождение с Богом. Как оно ощущается. Как звучит. Когда я перечитывал свои записи, они показались мне искренним отражением того, что произошло на самом деле. И все же они кажутся незавершенными. Существуют еще сотни историй, которые я мог бы рассказать, если бы хватило места. За год нашей жизни происходит много событий, разве нет? Я не хочу оставить искаженное впечатление, помните, что эти истории — всего лишь образцы, предлагаемые вам для того, чтобы пролить свет на ваши истории, призванные помочь вам услышать голос Божий и ходить с Ним, что бы ни случилось в вашей жизни. Надеюсь, мои истории показались вам хотя бы привлекательными, ибо такого рода взаимоотношения с Богом действительно доступны. Для всех нас. Очень надеюсь, что эти истории были поучительными и что вы сами обретете хождение с Богом.

Но я хотел бы сказать вам кое-что еще.

Некоторая доля этой информации содержится в других моих книгах. Вы также можете заглянуть к нам на сайт www.walkingwithgod.net[3], где найдете десятки источников, способных помочь в хождении с Богом. Я также настоятельно рекомендую прочитать эту книга снова, я всегда удивляюсь и восторгаюсь тем, как много можно почерпнуть из второго прочтения книги. Вы также можете выделить время и поделиться со своими друзьями идеями и мыслями, заимствованными из этой книги. Ибо, как я уже говорил во введении, научиться ходить с Богом — это наша важнейшая нужда. Не позволяйте ничему отвлечь или удержать вас от этого величайшего сокровища.

Прошло уже несколько месяцев, как я сдал рукопись этой книги. У меня накопилось еще больше историй. Мы съездили в Моав, и это было прекрасно. Нам это было очень нужно, как и сказал Бог. Со сном у меня все в порядке, хотя и были некоторые сбои. Произошло еще больше исцелений моего прошлого. На той неделе я увидел ястреба и золотистого орла. Я снова сел на лошадь. И потерял одного моего Друга в автомобильной катастрофе. Бог руководил моим чтением Библии, и это чрезвычайно обогатило меня. Я также разрушил еще ряд соглашений, которые когда-то заключил с врагом. Другими словами, жизнь продолжается, как и для всех людей, но у нас есть одно важное отличие, — мы ходим с Богом. Не знаю, как я раньше жил без этого (а я жил без этого многие годы). Такое близкое общение и диалоги с Богом стали неотъемлемой частью каждого дня. Не могу выразить, как я благодарен Богу за это.

Да, у нас в доме появился новый щенок. Его зовут Обан. Золотистый ретривер. И он не отдает мне мяч.

Слова признательности.

Мои глубочайшая признательность всем людям, чьи истории переплелись на этих страницах вместе с моими. Это моя семья, мои друзья, мои коллеги из «Искупленного сердца» и издательства Томаса Нельсона.

Приложение. Ежедневная молитва.

За прошедшие годы я возрос в понимании молитвы и духовной войны, а также в осознании нашей потребности каждый день обновляться в жизни с Богом. Поэтому я пришел к тому, что я называю «Ежедневной молитвой». Я назвал ее так потому, что молюсь ею ежедневно. Прежде всех дел. Даже до завтрака. Эта молитва сформировалась из нескольких вариантов по мере того, как я узнавал что-то новое о труде Христа для нас или замыслах врага. Поэтому я предлагаю вам самую последнюю версию. Пусть она будет для вас источником жизни. Каждый день.

МОЙ ДОРОГОЙ ГОСПОДЬ ИИСУС, я прихожу к Тебе, чтобы восстановиться в Тебе, обновиться в Тебе, получить Твою любовь и Твою жизнь, а также всю благодать и милость, которая так нужна мне в этом дне. Я почитаю Тебя как моего суверенного Господа, и я подчиняю Тебе все аспекты моей жизни полностью и целиком. Я подчиняю Тебе свой дух, душу и тело, сердце, разум и волю. Я покрываю Твоей кровью всего себя, — свой дух, душу и тело, свое сердце, разум и волю. Прошу Святого Духа восстановить меня в Тебе, обновить меня в Тебе и вести меня в молитве. Во всем, о чем я сейчас молюсь, только в Святом Духе я полностью согласуюсь с Твоим Духом, с моими ходатаями и сторонниками.

[Если вы муж, вам нужно включить в молитву свою жену. Если вы родитель, включите в молитву своих детей. Если нет, сразу переходите к следующему абзацу.].

В свою молитву я включаю (жену и детей по именам). Действуя в качестве главы семьи, я привожу их под Твою власть и укрытие. Я покрываю Твоей кровью (жену и детей по именам), их дух, души и тела, их сердца, разум и волю. Прошу Твоего Духа восстановить их в Тебе, обновить их в Тебе и применить к ним все то, о чем я прошу в молитве за них, действуя как глава семьи.

Дорогой Бог, святая и победоносная Троица, Ты один достоин всего моего поклонения, посвящения моего сердца, моей хвалы, моего доверия и всей славы моей жизни. Я люблю Тебя, я поклоняюсь и доверяю Тебе. Я предаю себя Тебе в стремлении моего сердца к жизни. Ты единственный есть жизнь, и Ты стал моей жизнью. Я отрекаюсь от всех других богов и идолов, и отдаю Тебе свое сердце и жизнь, ибо лишь Ты воистину заслуживаешь их. Я исповедуюсь здесь и сейчас, что весь смысл бытия заключается в Тебе, Боже, а не во мне. Ты есть Герой моей истории, и я принадлежу Тебе. Прости мне каждый мой грех. Исследуй меня, познай меня и покажи мне, где Ты работаешь в моей жизни. Даруй мне благодать Твоего исцеления и освобождения, а также глубокое и искреннее покаяние.

Небесный Отец, спасибо Тебе за Твою любовь и за то, что Ты избрал меня прежде создания мира. Ты есть мой истинный Отец, мой Творец, мой Искупитель, моя Опора и истинная Цель во всех моих делах, включая саму жизнь. Я люблю Тебя, доверяю и поклоняюсь Тебе. Я предаю себя Тебе, чтобы быть единым с Тобой во всем, как Иисус был един с Тобой. Спасибо за то, что Ты доказал нам Свою любовь тем, что послал Иисуса. Я принимаю Его и Его жизнь, Его труд, который Ты предназначил для меня. Спасибо за то, что Ты ввел меня в Христа, простил мои грехи, даровал мне Его праведность и сделал меня целостным в Нем. Спасибо за то, что оживил меня с Христом, воскресил вместе с Ним и посадил меня с Ним по правую Свою руку на небесах, возвысив меня в Его власти и помазав Твоим Святым Духом, Твоей любовью и благоволением. Я принимаю все это с благодарностью и полностью подчиняю этому всю свою жизнь — мой дух, душу и тело, мое сердце, разум и волю. Я призываю жизнь и труд Иисуса на мою жизнь сегодня (на жену и детей по именам), на мой дом, мое имущество, транспортные средства и финансы — на все мое царство и владения.

Иисус, спасибо Тебе за то, что Ты пришел искупить меня Своей жизнью. Я люблю Тебя, поклоняюсь и доверяю Тебе. Я полностью отдаю Тебе всего себя, чтобы быть с Тобой единым во всем. Я принимаю весь Твой труд и победу Твоего креста, смерти, крови и жертвы за меня, посредством которой я искуплен, освобожден и введен в Твое Царство. Теперь я избавлен от своей грешной природы и мое сердце обрезано в Боге, и все другие претензии и притязания ко мне в сегодняшнем дне аннулированы. Я занимаю свое место у Твоего креста и смерти, через которые я умер для греха, для плоти, для мира и для лукавого. Я беру свой крест и распинаю свою плоть со всей ее гордыней, высокомерием, неверием и идолопоклонством (со всем, с чем я в данный момент сражаюсь). Я распинаю в себе ветхого человека. Прошу Тебя применить ко мне полноту Твоего креста, смерти, крови и жертвы. Я принимаю это с благодарностью и полностью применяю все это к моему духу, душе и телу, моему сердцу, разуму и воле.

Иисус, я чистосердечно принимаю Тебя как мою жизнь, мою святость и силу и принимаю весь Твой труд и победу Твоего воскресения, через которое Ты победил грех, смерть и суд.

Смерть не имеет над Тобой власти, как и все нечистое. Я воскрес с Тобой к новой жизни, чтобы жить Твоей жизнью, — мертвый для греха и живой для Бога. Теперь я занимаю свое место в Твоем воскресении и в Твоей жизни, через которые я спасен. Я царствую в этой жизни через Твою жизнь, Я принимаю Твою жизнь, Твое смирение, любовь и прощение, Твою целостность во всем, Твою мудрость и различение Твоей силы, Твою радость и Твое единство с Отцом. Примени ко мне полноту Твоего воскресения. Я принимаю ее с благодарностью и предаю ей свой дух, душу и тело, свое сердце, разум и волю.

Иисус, я также чистосердечно принимаю Тебя как мой авторитет, владычество и руководство надо мной, мою вечную победу против сатаны и его царства и как мои полномочия возвещать Твое Царство во все времена и всеми путями. Я принимаю весь труд и победу Твоего вознесения, через которое Ты осудил сатану и сбросил его с небес, разоружив его царство. Вся власть на небесах и на земле отдана Тебе, Иисус, и Ты достоин принять всю славу и честь, силу и владычество сейчас и вовеки. Мне дана полнота в Тебе, в Твоей власти. Я также занимаю свое место в Твоем вознесении на Твой престол, через который я посажен с Тобой по правую руку Отца и введен в Твою власть. Теперь я приношу Царство Бога и власть, владычество и правление Иисуса Христа на свою жизнь сегодня.

Я призываю власть, владычество и правление Господа Иисуса Христа и полноту труда Христа против сатаны, против его царства и против всякого нечистого и злобного духа, который выходит против меня. [В этом месте вы можете перечислить поименно духов, которые, как вы знаете, выступают против вас.] Я призываю полноту работы Иисуса Христа против всякой злой силы и черной магии. Я призываю труд Христа между собой и всеми людьми и их духовной войной. Я отделяю все это от себя властью Господа Иисуса Христа и во имя Его.

Святой Дух, спасибо за то, что Ты пришел к нам. Я люблю Тебя, поклоняюсь и доверяю Тебе. Я чистосердечно принимаю Тебя и весь Твой труд и победу в Пятидесятнице, через которую Ты пришел. Ты облачил меня силой свыше и запечатал меня во Христе. Ты стал моим единением с Отцом и Сыном, Дух истины во мне, жизнь Бога во мне, и Ты мой Советник, Утешитель, Сила и Водительство. Я почитаю Тебя как моего Владыку, и я отдаю все измерения моего духа, души и тела, моего сердца, разума и воли Тебе и только Тебе, чтобы наполниться Тобой, чтобы ходить с Тобой во всем шаг в шаг. Наполни меня заново. Восстанови мое единение с Отцом и Сыном. Веди меня ко всякой истине, помажь меня на всю мою жизнь, хождение и призвание, и дай мне еще глубже познать Иисуса сегодня. Я принимаю Тебя с благодарностью и отдаю Тебе полную власть над своей жизнью.

Небесный Отец, спасибо за то, что даровал мне всякое духовное благословение на небесах во Христе Иисусе. Я принимаю все богатства во Христе Иисусе на мою жизнь сегодня, на мой дом, мое царство и имущество. Я призываю кровь Христа на свой дух, душу и тело, свое сердце, разум и волю. Я надеваю на себя все оружие Божье — пояс истины, броню праведности, обувь благовествования, шлем спасения. Я беру щит веры и меч Духа, и я принимаю решение использовать это оружие во всякое время в силе Бога. Я принимаю решение молиться во всякое время Духом.

Спасибо Тебе за ангелов. Я призываю их властью Иисуса Христа и приказываю им разрушить царство тьмы во всем моем царстве и владениях, разрушить все, что восстает против меня, и установить там Твое Царство. Я прошу Тебя послать Твой Дух, чтобы поднять молитвенников и ходатаев за меня на этот день. Я призываю Царство Господа Иисуса Христа на весь мой дом, семью, мое царство и владения властью Господа Иисуса Христа, и да будет Ему вся слава, честь и благодарность. Аминь!

Примечания.

1.

Приблизительно 30 см. — Прим. перев.

2.

Приблизительно от пятисот до восьмисот литров. — Прим. перев.

3.

Сайт на английском языке. Прим. перев.

Оглавление.

Хождение с Богом. Прелюдия. Слышать Бога. Сила предположений. Говорит ли Бог к Своим людям, как раньше? А как же я? Чего хочет Бог. Лето. Остановитесь и послушайте. Научиться слушать. Целостный и святой. Освободи место для радости. Что мне читать? Когда мы не слышим Бога. По плодам их познаете их. Делайте это сразу. Остерегайтесь вступать в соглашения. Желание взглянуть. Теперь пора. Покой. Что дает Бог. Лоси и Илия. «Моя любовь». Осень. Несчастный случай. Бог? Пока Бог не станет для нас всем. Дайте Богу место. Освященная жизнь. Соглашения о любви. На следующий день. О чем я молился. Сны. Слушать Бога ради других. Возмездие. Возвращение к радости. Дух этого века. Ястребы. Зима. Уход Скаута. Бог в наших утратах. Примите благодать, которую дает Бог. Дьявол — оппортунист. Отдай их Мне. Ловушка предположений. Со временем будет ясно. В тебе. Сила правильного слова. Что стучит по ночам. Боль. Мотив. Исцеление прошлого. Возвращение к близости. Не все евангелия одинаковы. Освящение дома. Весна. Принимая то, что мне было трудно принять. О вещах, которые Бог нам не дает. Неудовлетворенные желания. Отдых. Расставить все по своим местам. Атака. Великий пост. Искать водительства. Новое начало. Возвращение к любви. Заключение. Слова признательности. Приложение. Ежедневная молитва. Примечания. 1. 2. 3.