Книга о букве.

…И ТИПОЛОГИЯ ТЕКСТОВ.

В поздних текстах «хеттской» иёроглифики преобладают слоговые знаки. И не знай мы о существовании более древних письмен, насыщенных логограммами, «хеттская иероглифика» считалась бы слоговой, с включением небольшого числа логограмм. Египетские тексты так называемого «Саисского периода» почти сплошь написаны односогласными знаками египетского «алфавита» и очень близки к текстам, написанным финикийским или подобным ему письмом, передающим слоги «согласный + любой гласный». С другой стороны, некоторые египетские тексты пишутся почти сплошь логограммами. Отсюда следует вывод — нет никаких абстрактных «систем письма», есть лишь тексты, посредством которых та или иная система реализуется. Ни египетские, ни хеттские, ни шумерские писцы и не подозревали, что у них есть «силлабарий» и «набор логограмм». Они просто знали, что один знак может употребляться для написания целого слова, в то время как с помощью другого можно записывать части слов, собственные имена и т. д.

Типология текстов изучает не только внутреннюю структуру памятников письма. Прежде всего, она обращает внимание на внешний вид текста, на материал, который использован для письма, очертания знаков, характер почерка, направление письма. Две специальных дисциплины занимаются этими вопросами. Одна — палеография, изучает рукописи, вторая — эпиграфика — все остальные надписи.

На каких только материалах и предметах не писали люди в древности! Деревянные дощечки хеттов, индейцев куна и жителей острова Пасхи и «глиняные книги» Двуречья, Малой Азии, острова Крит, Угарита; вазы и зеркала этрусков и наконечники дли копий древних германцев и викингов; надгробия и стелы, монументы и украшения, изделия из бронзы, золота, серебра, железа, меди и других металлов, керамические изделия всех видов, стилей и форм… Всего не перечесть!

Эпиграфический анализ говорит не только на чем, чем и как писался текст, но может сказать, о чем говорит он, хотя исследователь может не знать ни системы письма, ни языка, на котором сделана надпись. Позволяет сделать это все та же типология.

В самом деле: вот перед нами надпись, сделанная на саркофаге или надгробии этруска. О чем может идти речь в такой надписи? По всей видимости, это эпитафия. Этрусская цивилизация тесно контактировала с греческой и дала начало римской. Римские и греческие надгробные надписи однотипны. Значит, и в эпитафиях этрусков будут встречаться одинаковые обороты речи, имя умершего и т. п. Что можно написать на чаше с вином? И здесь типология дает стандартные формулы заздравных тостов, пожеланий вроде «пей до дна». Во многих надписях Древнего Востока часто употребляется так называемая «формула проклятия» — угроза тому, кто осмелится повредить данную надпись, внести в нее исправления или уничтожить. Изучив хеттские иероглифические тексты, ученые смогли на первых порах дешифровки этого письма найти в нем «формулу проклятия» и установить чтение ряда знаков. Протоиндийские тексты до сих пор не прочтены. Но так как они выполнены на печатях древневосточных стран (хеттский, месопотамский, египетский), можем предполагать и о содержании древнейших текстов Индостана.

И, напротив, когда эпиграфист сталкивается с уникальным памятником письма, по имеющим параллелей среди других надписей, он ничем не может помочь дешифровщику. Таков, например, диск из Феста. Не удивительно, что его пытались прочитать как гимн богине, храмовую опись, поэму о гибели Атлантиды, победную песнь воинов и т. д. и т. п.

Палеография — родная сестра эпиграфики. В ее ведении — десятки и сотни тысяч рукописей, начертанных на папирусе (древнейший из них относится к XVIII в. до н. э.). и пергаменте (бумага, изготовлявшаяся из телячьих шкур, изобретенная впервые в городе Пергам в III в. до н. э.), бумаге из луба фикуса, агавы и «обыкновенной» бумаге.

В лингвистике есть специальная область, называемая «сравнительно-историческое языкознание», которое изучает процессы изменений звуков языка с течением времени, выявляет законы этих изменений. Палеография — это «сравнительно-историческая грамматология». Она занимается изучением изменений, происходивших в письменностях, выявляет закономерности «графических переходов» от одной эпохи к другой, рассматривает различные шрифты, стили и пошибы как некие «диалекты» и т. п.

Прежде всего, это позволяет ориентироваться в «морс письмен», выполненных разнообразнейшими почерками, пошибами, стилями, письменностями. Знание «типологии текстов» позволяет реконструировать утраченные или пропущенные слова и разделы. А так как большинство рукописей (и вообще древних текстов) дат не содержит, то «сравнительно-историческая грамматология» позволяет датировать памятники письма (разумеется, не с идеальной точностью, а в пределах нескольких десятков лет). По особенностям написания букв можно определять авторство рукописи. Палеографический анализ знаков помогает устанавливать родство одного письма с другим, если у нас нет никаких иных источников. Наконец, палеография вместе с эпиграфикой являются падежным инструментом, с помощью которого можно проверить подлинность той или иной надписи пли рукописи.

Когда-то А. Н. Оленин, автор первого труда по русской палеографии, полагал, что его читателям будет скучно узнавать о том, «какова длина палочки у буквы „Л“». Однако история подделок и их разоблачений средствами эпиграфики и палеографии должна читаться как настоящий детективный роман, который, будем надеяться, когда-нибудь будет написан.