Когда вмешивается Бог, происходят чудеса. Практический курс поиска удачи.

Есть на земле и в небе то, что вашей.

Не снилось философии, Горацио.

Уильям Шекспир.

Для тебя, мама.

Благодарности.

Когда вмешивается Бог, происходят чудеса. Практический курс поиска удачи

Мне хотелось бы поблагодарить Грега Бранденбурга, издателя «Хэмптон Роадз», который спустя десять лет после того, как эта книга была издана впервые, предложил представить ее в новом оформлении, тем самым адресовав это послание совершенно новой аудитории. Кроме того, выражаю свою благодарность моей бывшей супруге и все еще прекрасному другу Нэнси, чья направляющая рука и редакторский гений помогли книге впервые увидеть свет. Моя глубокая признательность Рите Кертис, хорошему и верному другу, которая из сотен вариантов отобрала лучшие истории для этой книги. Именно благодаря ее необычайному упорству выход первого издания книги стал вообще возможным. И наконец, огромная благодарность моей жене и соратнице Эм Клэир, которая наполняет мою жизнь так, что я до сих пор могу делать скромные подарки этому миру, и чья собственная способность к исцелению и улучшению человеческих жизней всегда меня вдохновляла.

Введение. Когда вмешивается Бог.

Вы держите в руках переиздание книги «Моменты благодати», вышедшей в 2001 году. Непостижимым для меня образом с тех пор прошло уже десять лет. Я приятно удивлен решением издательства «Хэмптон Роадз» о перевыпуске этой книги, потому что не думал, что подобные работы могут быть представлены на суд публики так часто.

Вам так же, как и мне, сложно поверить в то, что первое десятилетие XXI века уже завершилось? Только представьте! Целых десять процентов от «следующих 100 лет» (вспомните, насколько фантастически далеким временем это казалось в конце XIX столетия) уже истекли!

Первое десятилетие XXI века уже завершилось. Каждый из нас должен понять, что годы летят с неумолимой скоростью, что наше время на этой земле очень ограниченно.

Это не праздное наблюдение. Каждый из нас должен понять, что годы летят с неумолимой скоростью, что наше время на этой земле очень ограниченно. А мы ежедневно забиваем это время все большим количеством всевозможных действий. Об этом стоит задуматься. Возможно, тогда мы перестанем брать с собой в душ мобильный телефон (Боже упаси нас оказаться недоступными для связи на десяток блаженных минут) или включать ноутбук раньше, чем успеем подняться с кровати (конечно, лучше начать работать незамедлительно, ведь накопилось так много дел…).

Сумасшедший темп жизни приводит к тому, что мы успеваем сделать гораздо больше, но нас самих становится меньше. Меньше отдыха, меньше расслабленности, меньше тишины, в то время как каждый новый день требует от нас все больше душевного спокойствия. Меньше внимательности, меньше жизнерадостности, меньше уверенности, в то время как ежедневно нам необходимо все больше внутренней твердости для противостояния трудностям.

Я много думал об этом. Как нам обрести спокойствие в это лихорадочное время? Что может придать нам внутреннюю твердость?

Сумасшедший темп жизни приводит к тому, что мы успеваем сделать гораздо больше, но нас самих становится меньше.

Возможно, уверенность в том, что мы идем по этой жизни не в одиночестве…

По этой причине я и одобрил переиздание этой книги. Уверен, прочитав ее, больше людей смогут познать истинный восторг, которым является вся наша жизнь, смогут увидеть абсолютную ценность каждого момента.

Любого, кто читает эти строки, я хочу разбудить для чуда каждого года, месяца, недели, дня, часа, минуты и секунды. Ведь даже дыхание, даже самый маленький вдох – это проявление любви Бога.

Я хочу, чтобы Вы впустили это переживание в свою жизнь, ведь понимание ценности мгновения полностью меняет мироощущение. Хочу открыть для Вас жизнь, полную созданных Богом чудес. Просто расслабившись на пару мгновений, Вы сможете соприкоснуться с удивительным. Сможете обрести уверенность, осознаете простой факт: тот, кто творит чудеса, на нашей стороне.

Любого, кто читает эти строки, я хочу разбудить для чуда каждого года, месяца, недели, дня, часа, минуты и секунды

Даже в нашем сумасшедшем мире есть способ сделать это. Нужно всего лишь остановиться, хотя бы шесть раз в день, что бы Вы ни делали… просто… остановиться… закрыть глаза и изумительно медленно глубоко вдохнуть.

Когда я говорю «медленно глубоко вдохнуть», я имею в виду, что минимум пять секунд приходится на вдох и еще пять – на выдох. Это расслабляющий давайте-просто-остановимся вздох.

Такая практика занимает всего 60 секунд в день. Всего лишь минута в день для того, чтобы прикоснуться к Дару Жизни и Чуду Мгновения, и неважно, что происходит вокруг.

Знаете что? Вы можете приступать прямо сейчас. Просто остановитесь прямо сейчас, закройте глаза и сделайте медленный глубокий десятисекундный вздох.

Итак, приступайте. Я подожду.

Хорошо.

Очень хорошо.

Если Вы проделаете это еще пять раз сегодня и шесть раз каждый следующий день, говоря при этом «этим вздохом я соприкасаюсь с Божественным», Вы откроете путь к познанию присутствия Бога. Скоро Вы увидите Божественное в любом месте, человеке или моменте. Вы не только осознаете, что Бог есть, что Он существует, но и то, что Он с Вами все время, в любом месте и ситуации. И это, мой дорогой друг, может изменить Вашу жизнь.

Издатель дал книге новое название «Когда Бог идет…», и, хотя такой заголовок, безусловно, притягателен, я нахожу его несколько неточным, так как он предполагает, что существуют моменты, когда Бог не вмешивается. На самом деле это не так. Бог всегда повсюду, и нет ни единого мгновения, когда бы Он «отлучался», чтобы выпить чашечку кофе.

Вы увидите Божественное в любом месте, человеке или моменте. Вы не только осознаете, что Бог есть, что Он существует, но и то, что Он с Вами все время, в любом месте и ситуации.

Из бесед с Богом это стало для меня совершенно очевидным. Поэтому для меня вопрос заключается не в том, с нами ли Бог, а в том, с Ним ли мы; не в том, вмешивается ли Он в нашу жизнь, а в том, не отстраняемся ли мы от Него. И дело вовсе не в том, обращено ли Его внимание на нас, а в том, думаем ли мы о Нем.

Все меняется, если наше внимание обращено к Богу. Тогда мы знаем, что Бог здесь и Он здесь именно сейчас. И чем лучше мы настроены на Божественные дары, тем чаще мы их получаем. Это можно сравнить с радиосигналами – они окружают нас постоянно, но, чтобы насладиться музыкой, мы должны включить приемник.

Эта книга о том, как настроиться на правильную волну. Она рассказывает о Божественных дарах и побуждает каждого осознать повсеместное Божественное присутствие.

По мере прочтения книги Вам, скорее всего, покажется, что описанные в ней события необычны и экстраординарны. Не думайте так. Они таковыми не являются. Все, о чем Вы сможете здесь прочесть, случается с людьми постоянно и повсеместно.

Эта книга о том, как настроиться на правильную волну. Она рассказывает о божественных дарах и побуждает каждого осознать повсеместное Божественное присутствие.

Эти истории призваны удивить вас не своей оригинальностью, а, напротив, своей обычностью. Факт в том, что «Бог вмешивается» каждое мгновение, и, я надеюсь, чтение этой книги укрепит Вас в мысли о том, что Бог делает чудеса постоянно.

Я могу это утверждать исходя из своего личного опыта. Я могу вспомнить сотни случаев, когда обстоятельства складывались для меня крайне удачно, хотя объективно на это нельзя было рассчитывать. Поэтому я научился рассчитывать на чудеса и узнал, что таким образом я их притягиваю.

Жизнь конструируется в соответствии с нашими представлениями о ней. Это и есть чудо! Надеюсь, эта книга поможет Вам стать ближе к пониманию того, что Бог всегда на нашей стороне. Он лучший друг, который все в нашей жизни устраивает наилучшим для наших душ образом. С осознанием этого Вы обретете душевное спокойствие, а Ваша вера воспарит.

Перед началом нашего путешествия давайте допустим такую возможность, что даже эта книга попала к Вам в руки только потому, что так устроил Бог.

Хмммм… будь это правдой, это было бы захватывающе, не так ли?

Держитесь крепче, мой друг. Или, лучше, расслабьтесь. Потому что у меня есть новость.

Это правда.

Искренне Ваш,

Нил Дональд Уолш.

Эшланд,

Орегон Февраль, 2011.

Глава 1. Когда жизнь меняет курс.

Бог вмешивается в нашу жизнь очень реально, непосредственно и явно. В эти моменты случаются события, глобальные или нет, но они меняют Течение Жизни.

Вы пережили Момент Благодати, когда в Ваших руках очутилась эта книга.

Божественное часто и многолико проявляется в нашей жизни, особенно если мы готовы пережить чудо. Как только мы открываем душу и позволяем Богу дотронуться до нее, самые наши смелые мечты начинают сбываться.

Несколько лет назад была издана книга «Беседы с Богом», которая привлекла к себе внимание по всему миру. Я уверен, что именно Бог в Моменты Благодати вдохновлял меня на ее написание. И я совершенно точно знаю, что подобные моменты переживаю не я один. Поэтому если «Беседы с Богом» чему и учат, так это тому, что Бог говорит с каждым из нас, и притом постоянно. Хотя услышать Его мы можем только тогда, когда готовы слушать.

Те, у кого есть уши, да услышат.

Божественное часто и многолико проявляется в нашей жизни, особенно если мы готовы пережить чудо.

Но у меня есть еще одна потрясающая новость. Бог не только говорит с нами, Он навещает нас каждый день лично.

Эта книга целиком посвящена таким визитам в судьбах людей, она может изменить Ваше представление о жизни. Ведь эти истории принадлежат не святым, не мудрецам, не гуру, а обычным людям, которые пережили «встречу с Богом» и никогда уже этого не забудут. То, что эти люди живут такой же жизнью, как мы с Вами, и есть самый убедительный довод в пользу того, что и нашими жизнями руководит Высшая Сила.

Я предпочитаю называть эту силу Богом. Вы можете называть ее как угодно иначе – стечение обстоятельств, интуиция, удача, вдохновение, – но отрицать ее существование после прочтения этой книги Вы не сможете. Причем эта сила существует прямо здесь. В нашей жизни. Каждый день. Она совершает чудеса. Творит волшебство. Меняет все.

Это случается в жизни каждого. Джанис Тук, 43 года, из Херкаймера, Нью-Йорк, рассказывает, как это произошло с ней…

Мы с моим 11-летним сыном отправились в небольшое путешествие на природу, на речку Гудзон. По дороге, как обычно, когда едем вдвоем в машине, мы слушали аудиоверсию «Бесед с Богом». Тем солнечным августовским вечером я заметила, что вокруг порхает необычайно много прекрасных бабочек. Я чувствовала, что меня наполняет внутренний свет и любовь. В моем воображении возник образ Иисуса, стоящего на поле с протянутыми руками и подзывающего к себе бабочек. Конечно, они Его слушались, красивые, оранжевые с черным, они садились на его руки, голову и плечи. Эта прекрасная картина принесла покой в мое сердце.

В тот момент я чувствовала, что Бог рядом, и вообразила, что так же, как Он, подзываю бабочек. Это было прекрасное чувство. Я хотела, чтобы оно длилось и никогда не заканчивалось.

Но потом в мою душу ворвались сомнения. А что, если я просто выдумала все это? Что, если все эти чувства и видения всего лишь игра моего собственного воображения? Я почувствовала разочарование. Мне страстно захотелось убедиться, что Бог реален, что я Его часть.

И тогда я попросила Его подать мне знак, явить Свое присутствие материальным образом. Я больше не хотела ждать, я хотела, чтобы это произошло в течение этой поездки, прямо здесь и сейчас. В разговоре с Ним я даже использовала слова «я хочу». Я сказала: «Я хочу получить знак».

Вечером мы разбили на берегу палатки, а утром на реке заиграл удивительной красоты рассвет. Отраженный от водной глади лучик солнца скользнул по моему лицу, и я проснулась. Я сидела у столика для пикника и наблюдала за волнами на песке, как вдруг словно из ниоткуда появилась большая бабочка и начала танцевать прямо передо мной.

Она сделала круг над палаткой, в которой все еще спал мой сын, и я вздрогнула: «Какая же ты красавица. Иди сюда, я хочу взглянуть на тебя поближе!» Я протянула вперед руку и изумленно увидела, как бабочка опустилась на нее!

Это было так прекрасно! Оранжево-черные крылья бабочки были огромными и совершенно идеальными. И несколько секунд она сидела прямо на моей ладони. Сын проснулся от звука моего голоса и так же изумленно смотрел на бабочку на моей руке.

Мы оба были поражены.

И конечно, я знала, кто прислал мне этот дар. Я знала, потому что сама просила этого. И я знала, что сумею повторить это в моменты истинной веры и единения с Богом, так же как и любой другой человек.

Если Вы были не слишком внимательны, притягательность этой истории могла от Вас ускользнуть. Или же Вы могли подумать, что Джанис просто хорошо играет словами, которые на самом деле ничего не значат.

Но что Вы сможете сказать на историю Билла Колсона из города Огден, штат Юта?

Дыхание моего отца стало тяжелым, затрудненным. Он находился между жизнью и смертью уже несколько дней. Все члены семьи неотступно дежурили рядом с ним.

Терзаемое раком, слабое тело отца сотрясали ужасные спазмы. Казалось, оно вот-вот исчезнет прямо на наших глазах. У отца уже даже не было сил жаловаться на боль, он не мог произнести ни слова, не мог открыть глаза, и так уже 72 часа.

«Господи, – в какой-то момент тихо произнесла мама, – как долго это может продолжаться?».

Было около часу ночи, и она совсем выбилась из сил. Как, впрочем, и все мы. Но они были женаты 61 год, поэтому никто и ничто сейчас не могло заставить ее отойти от кровати мужа.

Именно тогда и состоялся мой разговор с Богом.

«Неужели он должен так страдать? – настойчиво спросил я Его в своем сердце. – Господи, он же был хорошим человеком. Он завершил все свои дела здесь, все доделал. Пожалуйста. Разве Ты не можешь забрать его сейчас? Остановить эту боль? Если Ты здесь, Господи, – а я знаю, что это так, – пожалуйста, пусть это прекратится».

В тот же миг дыхание отца стало легче. В течение трех минут он ушел. Тихо. Словно погрузился в глубокий сон.

Мои глаза наполнились слезами. Я никогда прежде не сомневался в Боге. И конечно, никогда не усомнюсь впредь.

Совпадение? Стечение обстоятельств? Я так не думаю.

Момент благодати? Да.

Моменты благодати – это те мгновения, когда Бог вмешивается в нашу жизнь очень реально, непосредственно и явно. В эти моменты случаются события, глобальные или нет, но они меняют Течение Жизни.

Вы пережили Момент Благодати, когда в Ваших руках очутилась эта книга.

Глава 2. В мире много домов.

Билл Такер получил урок веры тридцать лет назад, урок, который он никогда не забудет. Он много раз возвращался к тому дню и вспоминал, что нет ничего невозможного. Требуется только одно. Вера.

На тот день Билл не продал ни одного дома, хотя у него была соответствующая лицензия и он работал в агентстве недвижимости. Он часто задерживался в офисе допоздна, чтобы агенты могли связаться с ним после вечерних просмотров. В его обязанности входил мониторинг предложений о продаже, и ему не хотелось, чтобы сделка сорвалась или произошла какая-нибудь задержка просто из-за того, что его не оказалось на месте.

В тот вечер он зевнул и, глядя на часы, подумал, что десять часов – уже достаточно поздно, чтобы закрылся любой офис. Пора домой, сказал он себе, уже ночь. Но тут в приемной раздались голоса. «Должно быть, я забыл закрыть дверь», – подумал он, поднимаясь на ноги, чтобы посмотреть, кто там.

«Я прошу прощения, – извинился он, увидев в приемной молодую пару. – Мы закрыты». Это была очень миниатюрная пара: она – ростом футов пять и он лишь чуть повыше, а позади них застенчиво топтались двое маленьких детей.

«Но ведь свет горит, – заметила маленькая женщина. – Да и Вы здесь», – добавила она с ласковой улыбкой.

«Да, – ответил Билл, – но я менеджер, а не агент. Я просто жду, когда агенты вернутся с просмотров, чтобы закрыть офис до утра».

«Мы Джонсоны… Тэд и Эми. Нам нужно купить дом сегодня. Вы должны нам помочь», – сказала она настойчиво.

«Сегодня, мисс Джонсон?» – спросил Билл.

Она вздохнула. «Да, мы должны переехать уже завтра».

Билл едва удержался от того, чтобы закатить глаза.

«Это невозможно, мадам, – улыбнулся он терпеливо. – Даже если нам удастся подыскать подходящий дом так поздно вечером, нужно будет связаться с владельцем и ждать возможного встречного предложения. Только после этого Вы подадите документы на закладную. Дом оценят, и банк должен будет одобрить Вашу заявку. Нет абсолютно никаких шансов, что Вы сможете въехать в новый дом раньше чем через шесть недель».

Он надеялся, что достаточно адекватно объяснил ситуацию. Люди никогда не переставали удивлять Билла. Он даже засмеялся про себя. Неужели она действительно думает, что может прийти сюда в десять часов вечера и чего-то добиться с подобными смехотворными идеями?

Билл уже открыл было рот, чтобы предложить ей зайти завтра, когда он сможет представить их агенту, который, вероятно, поможет в этом деле, но у нее, очевидно, было свое мнение по этому поводу.

«О, никаких проблем возникнуть не должно. Нам совершенно точно удастся купить дом сегодня», – сказала она.

Ладно, подумал Билл. Может, у них достаточно наличных, чтобы сразу оплатить дом. Это, конечно, существенно ускорит процесс. «Правда? Почему Вы так думаете?» – спросил он учтиво.

«Потому что я попросила Бога дать нам дом к утру, а Он никогда меня не подводил».

«Ясно. Ну что ж, даже если бы сейчас здесь был агент, уже слишком поздно, чтобы смотреть что-то».

Но Эми, кажется, не понимала, о чем ей говорят. «У Вас ведь есть лицензия, не так ли?» – настаивала она.

Билл ответил, что так оно и есть. «Но я никогда прежде не продавал дома, моя квалификация здесь недостаточна».

«Вы ведь верите в Бога, правда?».

Билл снисходительно улыбнулся. «Да, верно. В этом вопросе у меня нет сомнений. Но…».

Она перебила: «Вы верите в чудеса?».

«Ну… да». В жизни Билла и вправду случались события, которые он мог бы назвать удивительными.

Миссис Джонсон выпрямилась и сказала: «Послушайте. Сегодня я молилась и попросила Бога подарить мне дом… хм, мы не могли бы присесть?» Билл кивнул и указал на пару стоящих рядом стульев. Сам он сел в кресло напротив. Женщина продолжила: «Я попросила Бога подарить нам дом, в который мы могли бы завтра переехать».

Брови Билла поползли вверх.

А миссис Джонсон просто сказала: «Нам негде жить. Мы думали, что сможем купить дом в рассрочку у одной пожилой дамы здесь в городе. Раньше мы жили в двухстах милях к северу отсюда, но мой муж нашел работу в этом городе, поэтому мы собрали вещи и уехали. Только когда мы прибыли на место, выяснилось, что пожилая дама, с которой мы договаривались, не планировала съезжать из дома. Она думала, что мы будем жить вместе с ней, и поселила нас в подвале».

Билл присвистнул, тряся головой. «Это очень странная история», – произнес он. Билл работал в этой сфере вот уже двадцать лет и слышал немало ужасных историй. Рассказ Эми вполне мог расположиться в самом верху этого списка.

Миссис Джонсон продолжила: «Конечно, мы не можем жить в подвале дома этой пожилой леди, ведь с нами дети. Нам приходится мыться в комнате отдыха на заправке недалеко от дома. Так не может больше продолжаться, поэтому сегодня я попросила Бога о чуде. Мы поехали искать открытое агентство недвижимости. И вот мы здесь!».

В окне Билл разглядел старую помятую машину супругов Джонсон. «Сколько денег у Вас есть на первый взнос?» На самом деле он не хотел услышать ответ.

«О, у нас совсем нет денег. Тэд не мог работать последние десять лет. Видите ли, Тэд лечится от алкоголизма, и, хотя сейчас мы пытаемся начать все заново, это непросто. А я работаю официанткой на полставки».

Билл подумал, что новые подробности только ухудшают ситуацию. Как вообще они думали купить дом, не имея ни гроша?

«Вы содержите семью на зарплату официантки? А почему Вы работаете неполный день?» – спросил он вслух.

«Больше я не могу, – объяснила миссис Джонсон, – помимо этого я должна помогать в церкви. Это для меня очень важно. Но нам удается сводить концы с концами… это не проблема. Настоящая проблема в том, что нам негде жить. Но знайте, мы непривередливы. Мы готовы купить самый дешевый дом, какой только сможем найти».

«Почему бы Вам просто не снять что-нибудь? – предложил Билл. – Встанете на ноги, накопите немного денег и тогда уже подумаете о доме».

«Мы годами снимали жилье, – отвергла она это предложение, – пришло время обзавестись собственным домом. И с Божьей помощью нам это удастся. Посмотрите, как он привел нас к Вам!».

Ну что ж, удачи, леди, подумал Билл. В то же время твердая вера этой маленькой женщины заинтриговала его. Он рассудил, что в любом случае не встанет на пути ее чуда. Билл раскрыл свои записи с предложениями о продаже. По крайней мере, стоит хотя бы посмотреть, что здесь есть, подумал он со вздохом.

«Что ж, вот один дом за 54 тысячи долларов. Он не в самой лучшей части города, но цена очень привлекательна. Сколько Вашему мужу будут платить на новой работе?».

До сих пор мистер Джонсон не произнес ни слова, но сейчас он заговорил: «Я чертовски рад получить любую работу. И завтра мой первый рабочий день в качестве вахтера. Мне будут платить шесть долларов в час».

Билл недоверчиво посмотрел на своих собеседников. «Это немного». Прикинув пару цифр на калькуляторе, он заключил: «Меньше 12,5 тысячи долларов в год».

Мужчина кивнул.

Билл сказал: «При такой зарплате Вы сможете потянуть дом максимум за 36 тысяч долларов, но в такой ценовой категории их просто нет. А даже если бы они были, банк обязательно потребует первоначальный взнос. Все это крайне неудачно, мистер и миссис Джонсон».

«Но Вы сказали, что верите в чудеса», – тихо произнесла миссис Джонсон.

«Да, – смиренно улыбнулся Билл, – но я не говорил, что умею создавать их сам».

Супруги только лишь смотрели на него. Ладно, подумал Билл, посмотрим, насколько эта миссия невыполнима. И начал набирать номер риелтора, продававшего дом, о котором только что шла речь. «Мы сделаем им предложение», – сказал он, хотя уже точно знал, каков будет результат.

Сначала риелтор очень обрадовалась звонку. В своих записях Билл видел, что дом продается уже больше года, поэтому такая реакция была предсказуемой. Но после того как она услышала, что они предлагают цену в 36 тысяч долларов, пришла в негодование. Биллу даже пришлось напоминать ей о законе, который обязывает передавать все добросовестные предложения, чтобы она согласилась позвонить собственнику.

Несколько минут спустя риелтор перезвонила. «Собственник выдвинул встречное предложение, – сказала она уже менее раздраженно, так как начинало вырисовываться некое подобие сделки. – Хорошее предложение. Сорок пять тысяч долларов. Думаю, Вам нужно соглашаться».

«Спасибо, – Билл был признателен за ее работу. – Но я должен объяснить Вам ситуацию. У моих клиентов нет денег на первый взнос, максимум, который сможет дать им банк, исходя из их заработка, – это тридцать шесть тысяч. Гораздо меньше, чем сорок пять. Мы можем предложить не более 36,5 тысячи долларов».

«Я уверена, мой клиент не сможет на это пойти», – сказала риелтор убежденно.

Билл ответил: «Вы не имеете права делать такие заявления. Вы обязаны передать наше предложение собственнику». Он начинал проникаться происходящим. В конце концов, это могло обернуться неплохим приключением.

Через пять минут риелтор перезвонила: «Я передала Ваше предложение собственнику, и он хочет, чтобы я показала Вашим клиентам дом. Он уверен, что когда они его увидят, то согласятся на его цену».

«Не думаю, что у них есть такая возможность», – снова сказал ей Билл.

«Я видела и более странные вещи, – ответила она, – давайте просто покажем им дом».

«Ну хорошо», – согласился Билл и распрощался с риелтором. Он рассказал Джонсонам о деталях своих переговоров, а они просто сидели перед ним и улыбались. Билл с трудом мог поверить, что они зашли уже так далеко. Конечно, утром они все поймут бесполезность этих попыток, но, с другой стороны, это неотъемлемая часть бизнеса. Джонсоны были милыми людьми, и Билл был готов помогать им до конца в этом деле.

Следующим утром, подъезжая по нужному адресу, Билл с ужасом представлял, на что должен быть похож этот дом. В конце концов, это было самое дешевое предложение на рынке, да и располагался он в плохой части города. На дорогах было полно выбоин. Повсюду были видны брошенные машины и нестриженые лужайки. Билл остановился напротив скромных ворот и посигналил.

Женщина-риелтор ждала его, Джонсоны были с ней и выглядели полными надежды. С ужасом Билл представил себе, как сильно они расстроятся. Он был рад, что ему не приходится продавать дома и тем самым время от времени становиться частью разочарования людей.

Риелтор принялась открывать ворота. Билл затаил дыхание. Маленький домик был прелестным! Мистер и миссис Джонсон широко улыбались. Это был восхитительный красный с белым коттедж в стиле кейп-код, с мансардными окнами и ставнями. Когда они вошли через парадную дверь, Билл заметил новый ковер и линолеум. Все деревянные изделия были зачищены и прокрашены. В маленькой кухне стоял новый гарнитур известной торговой марки, новая сантехника. Дом был очень опрятным и полностью обставлен новой мебелью, которая продавалась вместе с ним. Настоящее сокровище!

«Мы его возьмем!» – счастливо выпалила миссис Джонсон.

«Отлично. Давайте заедем к собственнику и обговорим детали», – сказала риелтор, лучезарно улыбаясь.

Из трущоб их путь лежал в красивый пригород к обширному ранчо, где маленькую группу встретил мужчина, одетый в рабочую одежду. «Добрый день. Меня зовут Джордж Роквел», – тепло приветствовал их мужчина и пригласил всех пройти в кухню, где его жена приготовила каждому по чашечке кофе.

Когда все расположились в креслах, мистер Роквел пристально посмотрел на мистера Джонсона и спросил: «Что с Вами такое, мистер? Почему Вы не хотите купить для вашей семьи отличный дом по разумной цене?».

«Что ж, сэр, – произнес мистер Джонсон, глядя в свою чашку, – дело не в том, что я не хочу. Просто мой агент говорит, что я не могу предложить за него больше». Ему явно нелегко давался этот разговор. «Видите ли, – продолжил он, – я лечусь от алкоголизма. В последние десять лет я нигде не работал. Но сейчас я не пью и только что получил работу здесь, на заводе «Харнишфегер».

Мистер Роквел удивленно воскликнул: «Харнишфегер? Кто пригласил Вас туда работать?».

«Отличный парень по имени Роджерс. Чарли Роджерс».

Неожиданно Роквел встал и протянул руку: «Я продам Вам дом за 36,5 тысячи!».

Билл чуть не подавился кофе. «Извините, – перебил он, как только смог восстановить дыхание, – но мы даже не уверены, что банк даст им кредит».

«Нет проблем, – последовал ответ, – я сам даю им кредит».

«Мистер Роквел, – продолжил Билл, – но за этого покупателя никто не сможет поручиться».

«Мистер Такер, я не пойму, чьи интересы Вы здесь представляете? – задал вопрос хозяин дома. Но потом его голос смягчился. – Знаете, я недавно вышел на пенсию спустя тридцать шесть лет работы на заводе «Харнишфегер». Чарли Роджерс пришел ко мне пятнадцать лет назад, такой же вылечившийся алкоголик. Я дал ему шанс, и он сполна оправдал мое доверие. Если этот человек достаточно хорош для Чарли, то он хорош и для меня тоже. Я продаю ему дом по его цене прямо здесь и сейчас!».

Оба риелтора смотрели друг на друга в недоумении.

Потом все получили еще по порции кофе, и мистер Роквел рассказал историю дома, который, как оказалось, был очень дорог его сердцу и скоро должен был перейти в собственность семьи Джонсон.

Этот дом построил его отец, и Джордж Роквел провел в нем всю жизнь, даже после того как женился и у него появилась собственная семья. Все ремонтные работы он делал сам. Его жена выбрала ковер и новую мебель. Единственная причина, по которой он и миссис Роквел решили переехать, заключалась в том, что они хотели вложить деньги во что-то более существенное, что-то, что будет приносить хороший доход. Тогда их сын, страдающий синдромом Дауна, не будет нуждаться в деньгах даже после их смерти.

Джонсоны светились от счастья. Утреннее солнце заливало комнату светом, и Билл чувствовал слезинки в уголках своих глаз. Его коллега поправляла слегка потекшую тушь.

«Мы можем въехать сегодня?» – спросила Эми Джонсон с надеждой.

Роквел опустил руку в карман своего рабочего комбинезона и извлек оттуда ключи. «Будьте моими гостями!» – улыбнулся он и отдал их миссис Джонсон.

Она посмотрела на Билла и весело подмигнула. Он подмигнул ей в ответ. Вот что значит продавать дома и что такое вся наша жизнь, подумал он. Одно чудо вслед за другим.

В «Беседах с Богом» можно найти множество прекрасных высказываний, но нет ничего важнее одной-единственной фразы: «События жизни разворачиваются в соответствии с нашими стремлениями».

Это напоминание из БСБ («Бесед с Богом») помогает понять отношения между нами и Богом и суть течения жизни.

Жизнь – это не процесс исследования вроде «давайте посмотрим, что случится». Это процесс творческого созидания вроде «давайте выберем, что случится».

Нам известно, что мы созданы по образу и подобию Бога. Ну что ж, Бог – творец. Бог создает. И если мы действительно созданы по Его образу и подобию, мы также должны быть творцами.

Это абсолютно верно. Вопрос лишь в том, как именно мы можем творить. Ответ таков: посредством наших стремлений.

Наши намерения «помогают Богу». Именно так мы сливаемся с Богом в процессе сотворчества. Мы осознанно используем силу Бога, чтобы получить конкретный результат.

История семьи Джонсон наглядно это иллюстрирует. Но, если поразмыслить над этим глубже, встает вопрос из категории «Что появилось раньше – курица или яйцо? То есть стала ли вера миссис Джонсон причиной случившегося чуда? Или чудо существовало независимо от ее веры, и все, что ей было нужно, – это увидеть его?

Что является причиной чуда?

Вот в чем вопрос.

Из «Бесед с Богом» мы знаем, что именно стремление миссис Джонсон приобрести дом привело к известному нам результату.

Бог – ТВОРЕЦ. Бог создает. И если мы действительно созданы по Его образу и подобию, мы также должны быть творцами.

Возможно ли это? А если да, то как это работает?

Это вопрос из области Аналитической Теологии. Так я называю особую форму теологии, которая призвана понять, как происходят те или иные события, а не только почему.

Для некоторых достаточно понимания того, что миссис Джонсон удалось купить дом за один день, потому что у нее была вера. Для других вопрос гораздо глубже. Как срабатывает вера? Как именно она приводит к нужному результату?

Книга «Беседы с Богом» стала невероятно популярной, была переведена на двадцать семь языков и прочитана миллионами людей по всему миру именно потому, что объяснила – может быть, впервые за всю историю человечества на доступном среднему человеку языке – это самое жизненное «как».

Во всех последовавших далее книгах серии «С Богом», включая «Дружбу с Богом» и «Единение с Богом», детально прорабатывалась эта тема, и теперь нам доподлинно известен механизм того, как Бог входит в нашу жизнь и привносит в нее чудеса.

Эти чудесные мгновения, когда приходит Бог, я назвал Моментами Благодати.

Конечно, в строгом смысле Бог не «входит в нашу жизнь». Если бы это было правдой, существовали бы и моменты, когда Он вне наших жизней. А это не так. Это не так просто потому, что это невозможно. Такое могло бы быть возможным, лишь только если бы Бог и мы существовали отдельно друг от друга. Тогда какое-то время Он мог быть «с нами», а какое-то – нет.

Тогда причина, по которой Бог «с нами» или «не с нами», могла бы стать предметом целой религии и системы верований. Мы целую жизнь могли бы посвятить решению вопроса, как впустить Бога в нашу жизнь.

Теперь нам доподлинно известен МЕХАНИЗМ того, как Бог входит в нашу жизнь и привносит в нее чудеса.

Но что, если Бог уже в наших жизнях? Что, если Он никогда не уходил? Что, если Бог не мог бы уйти, даже если и захотел, просто потому что мы с Ним едины? Что, если это правда?

Это поднимает совершенно иной вопрос. Не как впустить Бога в нашу жизнь, а что мы собираемся делать с Ним сейчас, когда наконец-то увидели, что Он всегда был рядом?

Таким образом, Беседы с Богом переворачивают вопрос с ног на голову. И соответственно, иначе задавая вопрос, мы получаем абсолютно другие ответы.

Если Бог и миссис Джонсон едины, выходит, тот случай произошел не потому, что она попросила Бога найти ей дом за один день. Причина в том, что она вызвала этот результат.

Она сделала это при помощи своего стремления.

Кто-нибудь сомневается в том, что миссис Джонсон стремилась найти и переехать в новый дом в течение двадцати четырех часов, не оглядываясь на мнение посторонних о том, возможно это или нет?

Множество людей наблюдает за тем, как их мечтам приходит конец только потому, что они так и не поняли того, что здесь написано. Они соглашаются с навязанными им извне мнениями и становятся свидетелями гибели собственных мечтаний. Однако твердое стремление может это остановить, я называю этот чудесный обратный процесс устремлением.

В сущности, устремление – это «конец конца». Оно прекращает прекращение, позволяет каждому начать заново с чистого листа. В некоторых христианских кругах используют термин «родиться заново». В «Беседах с Богом» я назвал этот процесс чудом воссоздания, когда мы заново создаем себя лучшими, чем мы были когда-либо прежде.

Множество людей наблюдает за тем, как их мечтам приходит конец только потому, что они так и не поняли того, что здесь написано.

Никогда не стоит недооценивать силу стремления. Именно этому учит нас история семьи Джонсон.

Глава 3. Путешествие автостопом.

Дэвид Даниел – страстный любитель покера, поэтому он многое знает о шансах. Еще в начале семидесятых, будучи студентом колледжа, Дэвид узнал, насколько маловероятно существование того, что называют «совпадением».

Дэвид поступил на первый курс Университета Южной Калифорнии по специальности международные отношения. И сразу, как участнику программы обмена, ему предложили провести год в Университете Туниса, расположенном в столице этой североафриканской республики. Приключение должно было получиться славным.

Родители Дэвида разрешили ему провести некоторое время до начала учебного года, путешествуя по Европе. Хотя по понятным причинам они довольно сильно волновались, ведь Дэвиду исполнилось всего девятнадцать лет. План был таков: лететь в Париж, какое-то время путешествовать по Франции, а затем отправиться в Тунис.

Дэвид был в восторге от предстоящей поездки, но в то же время слегка нервничал. Еще бы! Ему нет еще и двадцати, а он уже готов совершенно самостоятельно отправиться навстречу иной культуре. Хмммм, он думал, что это путешествие станет для него либо действительно ценным опытом… либо настоящим бедствием.

И вот молодой человек с забранными в конский хвост волосами в джинсах с заплатами и рюкзаком за спиной очутился в аэропорту Кеннеди. Ему нравилось это незнакомое ощущение – быть где-то далеко от дома. Все ли у меня получится? – размышлял парень. – Боже мой, Париж! И Тунис! Что я буду делать, когда доберусь туда? Я даже не знаю языка! Никого там не знаю.

Собственные переживания слегка сбивали с толку. Дэвид без всякой цели бродил по аэропорту, пытаясь отогнать мысли о том, что может пойти не так. Но для беспокойства оставалась еще уйма времени, так как перелет предполагал многочасовую пересадку.

В конце концов Дэвид решил доехать до Манхэттена и скоротать время там. Экономя деньги для Европы, он хотел добраться до места на попутке. Дэвид был в Нью-Йорке впервые. Эта вечерняя прогулка должна получиться захватывающей, сказал он себе, кроме того, поймать машину около аэропорта должно быть несложно.

Ошибка.

Машины проносились мимо, не обращая никакого внимания на его поднятый вверх палец. Боже, я даже не могу прокатиться по Нью-Йорку, – ругал себя Дэвид. —Как, интересно, я собираюсь сделать это во Франции?

Он был уже готов отказаться от своей идеи, когда перед ним затормозила машина.

«Куда тебе, сынок?» – спросил его приятный мужчина, сидевший за рулем.

«В Манхэттен, – ответил Дэвид с надеждой, – думал прогуляться до вылета».

«Что ж, я еду не в Манхэттен, но могу подбросить тебя немного, а потом поймаешь другую машину».

Радостно Дэвид запрыгнул в машину. Кажется, дела налаживаются, с улыбкой подумал он.

Опять ошибка.

Когда они остановились в центре развязки на скоростной автостраде, Дэвид с удивлением понял, что водитель хочет высадить его. «Что случилось?» – спросил он нервно.

«Дальше мне в другую сторону, – сказал водитель в ответ на ошеломленный вопрос Дэвида. – Я говорил, что не смогу довезти тебя до Манхэттена».

В этом месте сходились четыре дороги, ведущие в разных направлениях к различным частям города. Дэвид не имел ни малейшего представления о том, где находится и как добраться туда, куда собирался. В состоянии полной прострации он даже не догадался спросить об этом у водителя! Он только услышал: «Сынок, тебе нужно выходить», поблагодарил за помощь и очутился на маленьком островке в центре магистрали.

Отчаяние охватило Дэвида, когда он смотрел на проносящиеся мимо потоки машин. Я никогда не поймаю здесь попутку, подумал он безнадежно.

Даже если кто-то и остановится, что уже маловероятно, нужно, чтобы он ехал именно в Манхэттен, а не куда-нибудь еще! А пойти в более подходящее место или вовсе вернуться в аэропорт он не мог. Он стоял в самом центре пересечения нескольких магистралей и думал, что по уши вляпался.

Дэвид поправил рюкзак на плече и без малейшей надежды выставил руку с поднятым вверх пальцем.

Сотни машин проезжали мимо. Прошел час… за ним второй. Дэвид смотрел на лица водителей, все они были сосредоточены на своих делах. Едва ли они вообще его замечали, а если кто-то и поднимал на парня взгляд, то в их глазах было изумление или, что еще хуже, ирония. Дэвид знал, о чем они думали.

«Неужели этот малыш действительно думает, что сможет поймать машину здесь?».

Дэвид понимал, что надеяться на это глупо, но ничего не мог поделать. Размышляя над ситуацией, Дэвид принял решение, что, если никто так и не остановится, он подождет, когда машин станет меньше, перейдет дорогу и попробует дойти до автобусной остановки. Он начинал нервничать все больше. Если что-то не произойдет в ближайшее время, ему будет уже просто некогда гулять по Манхэттену. Ему нужно будет возвращаться в аэропорт, чтобы не опоздать на рейс в Париж.

Теперь в голову парня начинали приходить уже по-настоящему негативные мысли. Он думал, что крайне уязвим, стоя здесь. Может случиться что угодно. Даже если его заметит патрульная машина, это может как решить его проблемы, так и добавить бед. Ловить машины на скоростных трассах запрещено, его могут забрать в участок, и тогда он пропустит самолет…

Эти мысли угнетали Дэвида. Но в какой-то момент он остановился и сказал себе: Минутку, что за ерунда? Ничего плохого не случится. Он потряс головой. Нужно мыслить позитивно.

Пару минут спустя Дэвид заметил, что «Универсал» старой модели притормозил, а водитель с участием смотрит на него. Машина остановилась окончательно, и, не веря до конца в происходящее, Дэвид увидел, что водитель машет ему рукой.

«Спасибо, спасибо, спасибо», – повторял Дэвид, закидывая на плечо рюкзак и подбегая к открытой двери.

«Вы едете в Манхэттен?» – сразу спросил он. Наученный горьким опытом, Дэвид знал, какие вопросы нужно задавать, до того как машина тронется с места. Ему не хотелось в скором времени очутиться на еще одном островке среди автомобильных потоков!

Водитель окинул Дэвида взглядом глубоких карих глаз и с легким акцентом произнес: «Да, в Манхэттен». Они проехали полмили или около того, прежде чем снова заговорили. Дэвид спросил: «Откуда Вы родом?».

«Из Туниса. Это в Северной Африке».

Что? Если бы Дэвид мог ударить по тормозам, он бы это сделал. «Вы из Т-туниса?» – запинаясь, произнес он.

«Да, но я уже довольно давно не был дома. На самом деле последние несколько лет я жил в Париже и только в этом месяце переехал в Нью-Йорк. Я работаю врачом в Манхэттене».

«Вы жили в Париже? Вы из Туниса и жили в Париже?».

Дэвид не мог поверить своим ушам: «Я сегодня лечу в Париж, чтобы через месяц отправиться оттуда в Тунис!».

Глаза мужчины расширились от удивления, а на лице заиграла улыбка. «Что ж, кажется, я выбрал правильного пассажира. Возможно, я сумею помочь в твоем путешествии».

В течение сорока пяти минут, что они добирались до Манхэттена, Дэвид вел с доктором оживленную беседу о людях и местах, которые должны были войти в его жизнь в следующем году. Водитель дал Дэвиду контакты нескольких близких друзей и знакомых. Они могли рассказать ему, куда сходить, что посмотреть, где покушать вдали от людских потоков, где найти жилье и с кем стоит познакомиться – все это должно было сделать пребывание Дэвида в Париже максимально приятным и отличным от обычной туристической программы.

Прямо на следующий день, вскоре после приземления в международном аэропорту Шарля де Голля, Дэвид увидел выгоды своей поездки в Манхэттен. Его, к примеру, пригласили пожить у себя супруги, чьи имена и телефон Дэвиду дал водитель, который и подвез его тогда.

Несколько недель спустя новые знакомые, также приобретенные через доктора, помогли Дэвиду освоиться в университете, и его жизнь в чужом городе с незнакомой культурой стала комфортной так быстро, насколько это вообще возможно. Ему было не о чем по-настоящему беспокоиться. В целом все прошло как надо.

И вся жизнь Дэвида – его вера в себя и людей, грядущие возможности – могли быть… нет, были бы… совершенно иными, не остановись тот добрый, особенный человек перед парнем с прической в стиле хиппи, голосовавшим в самом центре скоростного шоссе Нью-Йорка одним летним утром.

Дэвид никогда больше не видел своего благодетеля. Он пробовал писать ему письма, чтобы отблагодарить за огромную помощь, но так и не дождался ответа. В конечном счете. Дэвид понял, что эта встреча имела некий высший смысл в его жизни и нет нужды пытаться вновь найти доктора. Тот случай ведь и так определил целый год в его жизни.

Дэвид и сейчас любит рассказывать эту историю. Некоторые слушатели склонны несерьезно относиться к сакральному смыслу, который Дэвид вкладывает в нее. Но все же каждый изумляется целому ряду чудесных совпадений, случившихся тогда на магистрали.

«Больше всего, – говорит Дэвид, – этот доктор помог мне даже не тем, что облегчил мое путешествие, а тем, что ясно показал – в жизни есть место для чудес, они случаются, и ты уже не можешь пройти мимо».

«Каждое событие имеет свой смысл и значение. Лишь от твоего выбора зависит, поймешь ты их или нет. Этот выбор и определяет жизненный курс».

Пару лет назад у Вернера Эрхарда я почерпнул одну мудрую мысль. Будучи талантливым педагогом, создателем особой системы тренингов (ЭСТ), он сказал: «Все в жизни удается само собой».

Каждое событие имеет свой смысл и значение. Лишь от твоего выбора зависит, поймешь ты их или нет. Этот выбор и определяет жизненный курс.

Это одна из самых позитивных фраз, которую я когда-либо слышал. Такой подход позволяет мне расслабиться и дать жизни шанс проявить себя.

Я переформулировал эту фразу на свой лад.

Бог на нашей стороне.

Я верю в это целиком и полностью. Это фундамент, на котором целиком основана книга «Дружба с Богом», выпущенная в 1999 году. И кроме того на этом основывается вся моя философия и понимание жизни.

Я верю, что Бог каждую минуту «играет на нашей стороне», и иногда Он демонстрирует это ярче обычного. История Дэвида Даниела тому прямое доказательство.

Я верю, что у каждого из нас есть история, подобная этой. Я уверен, что каждый из нас может вспомнить моменты удивительных совпадений, озарений, невероятного везения или удачи. Не играет роли, как Вы их назовете. Я называю их Моментами Благодати. Каждый из нас переживает подобные моменты, но лишь немногие их осознают.

Когда же мы начинаем понимать истинную природу Моментов Благодати и проживать их осознанно, происходит нечто поразительное. Их становится больше. Так происходит потому, что чем лучше мы знаем, что происходит, тем лучше мы знаем, что происходит.

Я верю, что Бог каждую минуту «играет на нашей стороне», и иногда Он демонстрирует это ярче обычного.

Я попробую объяснить.

Осознание – это ключ к разуму, а разум – ключ к созиданию. Глубокое осознание ведет к еще более глубокому осознанию. Оно преумножается в себе самом. Как только человек начинает осознавать, он понимает, что Осознает. Затем он осознает, что осознает, что Осознает, и так далее, пока он не достигнет предельного уровня Абсолютного Осознания.

Как только мы осознаем, что в жизни есть нечто вроде Моментов Благодати, мы очень быстро начинаем замечать их. То, насколько быстро мы их замечаем, позволяет нам, в свою очередь, легче использовать их. Обывателю даже может показаться, что мы сами создаем их. И это действительно так, если принять определение «созидания» как акта выявления чего-либо (и, тем самым, использования в своих интересах), уже имеющегося в наличии.

Просто поймите: нам ничего не нужно создавать с нуля. Мы просто должны использовать то, что уже было создано для нас. И твердо верить в то, что мы на это способны.

Вам может показаться, что здесь мои рассуждения довольно размыты. Это не так, но Вам может показаться.

Как только мы осознаем, что в жизни есть нечто вроде Моментов Благодати, мы очень быстро начинаем замечать их.

В случае с мистером и миссис Джонсон мы говорили, что стремления – это то, что дало проявиться чуду, позволило найти и купить дом, не имея на это денег. Мы также задавали вопрос, что было причиной этого чуда. Существовало ли чудо до того, как миссис Джонсон в него поверила, или она сама создала его посредством своей веры?

Мы утверждаем, что «нам просто нужно использовать то, что уже было создано, в своих интересах». А это означает, что чудо уже существовало и миссис Джонсон нужно было всего лишь увидеть его, вероятно при помощи веры.

Однако вера сложна для понимания. Для многих людей трудно начать верить в то, во что они «не верят». Как от неверия человек обращается к вере? Как в человеке «рождается вера»?

По моим наблюдениям, существует три способа возникновения «веры»: через наблюдение, через переживание и через решение. Мы можем наблюдать за тем, как происходят чудеса с другими (читая книги, подобные этой!), мы можем пережить чудесные мгновения (как это случилось с Дэвидом Даниелом), или же мы можем решить, какое чудо хотим получить (путь, выбранный миссис Джонсон).

На деле эти способы могут выстраиваться в трехступенчатую систему. Сначала Вы слышите о чудесах, которые происходят с другими людьми. Затем, после того как Вы слышали уже достаточно, к Вам приходит осознание того, что и в Вашей жизни происходят чудеса. И наконец, после того как с Вами лично случилось достаточное количество чудес, Вы решаете, что чудеса – это, должно быть, обычное дело, и начинаете ожидать их – даже рассчитывать на них – через свои стремления!

Интересно то, что не каждый из этих шагов необходимо пройти. И даже не обязательно они должны следовать в указанном порядке. Человек может перепрыгнуть через одну ступень или изменить их порядок.

То, что произошло с Дэвидом во время его первого путешествия по Нью-Йорку, может показаться неприятностью или даже настоящим несчастьем. На самом же деле это был Момент Благодати, момент Божественного Вмешательства, который принес впоследствии только пользу.

По моим наблюдениям, существует три способа возникновения «веры»: через наблюдение, через переживание и через решение.

Момент Благодати привнес в жизнь Дэвида не только краткосрочные выгоды, но также веру и знание, которые остались с ним на всю жизнь.

С того самого дня Дэвид твердо знает, что все в жизни получается само по себе, что Бог на нашей стороне. У него нет никаких сомнений в правдивости этих утверждений, он сам пережил это, он знает, что такое Течение Жизни. То есть Дэвид сразу перешел ко второй ступени.

Прекрасно, что понимание этих простых вещей привело к еще большему количеству подобных моментов в его жизни. Так произошло потому, что он смог иначе взглянуть на вещи, иначе воспринимать и переживать их. Ожидать иного. И вот он уже сделал шаг к третьей ступени.

Но перед тем как случилось чудо Дэвида, он был сильно обеспокоен, удастся ли ему выбраться из передряги, в которую он угодил. В то же время миссис Джонсон совершенно не волновалась, хотя ее чудо также еще только должно было произойти.

В чем различие? Стремление. Миссис Джонсон уже находилась на третьей ступени. Мы не знаем достаточно о ее прошлом, чтобы судить, оказалась ли она там сразу или последовательно прошла все этапы. И это на самом деле не важно. Важно то, что она направила свои устремления и не колебалась. Ее мысли ни на мгновение не омрачались сомнением, хотя это не так-то просто, когда все идет не слишком удачно. Она ни разу не ослабила свое стремление, не пустила все на самотек. Ее стремление держало все в напряжении.

В этом секрет жизни. Правильное напряжение всегда идет на пользу. Я здесь имею в виду то, что психологи называют «творческим напряжением». Я вкладываю в эти слова буквальный смысл: напряжение, которое творит.

Творческое напряжение – это та сила, которую Вы можете противопоставить негативным энергиям, чтобы повернуть ситуацию себе на пользу. Это то, что помогает Вам, когда всем вокруг кажется, что мир рушится, нет выхода и нет никаких шансов.

Ослабить напряжение – значит отступить, сдаться, отпустить свой конец каната. Ослабление напряжения разрушает все.

Фокус в том, чтобы удерживать напряжение до тех пор, пока сила противодействия не отступит. Тогда все встанет на свои места.

Это именно то, что произошло с Джонсонами.

Дэвиду повезло, что негативное мышление там, на островке, посреди скоростной автомагистрали, не захватило его полностью, не успело сформировать достаточно отрицательной энергии, чтобы свести на нет его мечты о прогулке по Манхэттену и возвращении в аэропорт ко времени вылета.

Фокус в том, чтобы удерживать напряжение до тех пор, пока сила противодействия не отступит. Тогда все встанет на свои места.

Он сумел заставить себя мыслить позитивно как раз вовремя, чтобы положить «конец концу». Он прекратил прекращение поступления хорошего в его жизнь. Он почти увидел гибель чуда, но сумел повернуть курс и пройти через процесс, который я называю воссозданием.

Подумать только! Вот так чудо! Вдруг, словно из ниоткуда, появляется человек, который не просто направляется в Манхэттен, но оказывается идеальной личностью, которую только можно вообразить в этой ситуации.

Сегодня Дэвид говорит, что его жизнь «полна подобных случаев». Это, без сомнения, так. Ведь с Вами происходит именно то, о чем Вы думаете. Если Вы считаете, что обстоятельства, в которые Вы попали – какими бы они ни были, – в конечном итоге приведут Вас к удаче, так это, несомненно, и произойдет.

Иначе и быть не может. Для Вашего опыта все, что происходит, – это то, что Вы думаете, что происходит. Не конкретные события, происходящие с Вами, а Ваши чувства относительно этого!

Ваши чувства по поводу происходящего и есть то, что происходит. Это процессы, протекающие в сердце, в душе и в разуме. Каждый раз и там, и там создается соответствующая запись, которая, по сути, и является тем, что мы называем опытом.

Так, например, двое могут одновременно слушать одну и ту же мелодию, но получить совершенно разное впечатление от нее, разный опыт. То же самое касается еды, секса или чего бы то ни было другого.

Ваши чувства по поводу происходящего и есть то, что происходит. Это процессы, протекающие в сердце, в душе и в разуме.

Если каждый раз, когда Вы оказываетесь в неприятной ситуации (как Дэвид посреди автострады), Вы будете воспринимать это как возможность, шанс, а не преграду, то негативные мысли не будут донимать Вас, и Вы получите кардинально иной опыт.

Вот так.

А еще важнее то, что Вам совершенно не нужно знать, что происходит что-то хорошее, чтобы оно происходило. Оно происходит в любом случае, знаете Вы об этом или нет. Но если Вы хотите воспринять позитивный опыт, Вам необходимо разглядеть это «хорошее».

Это и есть осознание. Вот что это означает.

Главное в жизни – наблюдать беспристрастно, просто наблюдать, за тем, что происходит. Не вешать ярлыки. Не погружаться в негатив. Стать объективным наблюдателем.

Водитель только что высадил меня прямо в центре огромной автомобильной развязки Нью-Йорка.

Если каждый раз, когда Вы оказываетесь в неприятной ситуации, Вы будете воспринимать это как возможность, шанс, а не преграду, то негативные мысли не будут донимать Вас.

Именно это и есть свершившийся факт в истории Дэвида. Все остальные его мысли были оценками. Богу на самом деле все равно, оцениваем мы происходящее или нет. Мы всегда можем быть уверены, что любое событие Он направляет нам во благо. Единственный вопрос лишь в том, сколько времени нам потребуется, чтобы это заметить.

Чем скорее мы поймем, что все делается только к лучшему, тем скорее мы сможем получить полагающиеся нам позитивные впечатления.

Об этом говорится во второй книге о «Беседах с Богом»:

Своей волей Я дал тебе возможность узнать, Кто Ты Есть, поэтому Я разрешаю тебе самому выбирать и создавать любые события для достижения этой цели.

Время от времени в этой Игре Мироздания к тебе присоединяются другие люди: случайные знакомые, второстепенные участники, временные союзники, долгосрочные партнеры, родственники и семья, единственная любовь или супруг на всю жизнь.

Ты сам создал их для себя, а они создали для себя тебя. Это двусторонний творческий процесс, в котором отражаются желания и выбор обеих сторон.

Не бывает случайных встреч.

Не бывает совпадений.

Ничто не происходит просто так.

Жизнь – это не набор вероятностей.

Люди и события выбраны тобой, для твоих собственных целей…

Как только мы это понимаем, наши жизни меняются. Или нам так кажется. На самом деле мы лишь начинаем видеть то, что в них на самом деле заложено. Так же как невозможно поменять себя самого, – можно лишь узнать, Кто Ты На Самом Деле, то есть изменить собственное восприятие или опыт.

Я знаю, что все в жизни удается само собой. Я знаю, что Бог на моей стороне. Это удерживает во мне творческое напряжение. Позитивный Я и Негативный Я постоянно борются, до тех пор пока Негативный Я не сдается окончательно. И тогда все становится на свои места!

Теперь, когда я знаю это, вся моя жизнь представляется мне беззаботной. Ведь все идет к лучшему. Эта истина сделала меня свободным. Свободным от тревожности. Свободным от злости. Свободным от страха.

Когда и если я забуду, Кто Я На Самом Деле и Что Происходит, мой опыт изменится. Я забыл, что все в жизни удается само собой. Я забыл, что Бог на моей стороне.

Значит, я не вижу, что происходит. Я потерял напряжение. Я впустил в сознание негативное мышление.

Я забыл, что моя попутка уже в пути, и островок посреди автострады стал для меня настоящим кошмаром.

Глава 4. Чудеса случаются.

Фред Рут сидел в своем кресле и ждал смерти. Он хотел выпить. «Мне не нужен чертов доктор, я и так знаю, что не протяну больше, – бормотал он, – всем ясно, что подошла моя очередь».

Еще вчера кардиолог сообщил бывшей жене Фреда и детям, что сейчас самое время навестить его, чтобы попрощаться. Дети заехали проведать его, но не стали слишком задерживаться. Фред не слишком хорошо общался с ними последнее время, особенно с пасынком. А друг с другом они не ладили даже в те времена, когда он был здоров, а сейчас и того хуже.

У Фреда было больное сердце. Проблемы начались уже давно, первый серьезный приступ случился с ним в 1975 году. Хотя тогда ему было всего тридцать восемь лет, сюрпризом это ни для кого не стало. Его мать и отец умерли от сердечного приступа, порок сердца унес жизни двух его братьев, а в прошлом году в возрасте сорока четырех лет от сердечного приступа умерла его сестра, которая к тому же страдала диабетом.

Сам Фред уже дважды за последние шесть лет перенес шунтирование. Он уже довольно давно не работал, но не сильно скучал по трудовым будням. Менеджер в компании по производству компьютеров – должность слишком нервная. Возможно, именно она и усугубила его проблемы с сердцем. «Тем лучше» – вот и все, что он об этом думал.

«Сделай тише», – рявкнул он на Анну, которая смотрела телевизор. Неужели она не понимает, насколько он болен?

Он понимал, что его характер сильно изменился, но ничего не мог с этим поделать. Он становился раздражительным. Вспыльчивым и раздражительным. Да, именно так.

«Боже, как мне надоело здесь сидеть», – пробормотал Фред, пытаясь устроиться в кресле поудобнее и выглянуть в окно. Каждое движение причиняло боль. В его крови осталось так мало кислорода, что все конечности и грудь были словно скованы ледяной судорогой. Он редко вставал с кресла, все, на что он был способен, – это путешествие в ванную.

Весь его мир сузился до размеров этой комнаты в триста квадратных футов. Он не выходил на улицу, потому что для этого нужно было спуститься со второго этажа, то есть преодолеть ступени; он мог лишь смотреть, как за окном проносится жизнь. Каждый раз, когда мимо проносилась карета «Скорой помощи», он гадал, не окажется ли он следующим ее пассажиром.

Почти ничто больше не интересовало Фреда. Ему надоел телевизор, все эти ситкомы казались ужасно глупыми. В последнее время он главным образом читал романы Стивена Кинга, единственное, что занимало его хотя бы на какое-то время. Анна (ее полное имя звучало как Розанна, но Фред всегда предпочитал использовать сокращенный вариант) как-то пыталась рассказывать ему о духовной литературе, которую читала сама, но ему это казалось полной чушью.

Фред никогда особенно не интересовался религией или Богом, и тот факт, что сейчас он умирал, никоим образом не мог этого изменить. Несколько раз он был в церкви еще ребенком, но никто из родных не ходил туда с ним и через какое-то время он перестал видеть в этом смысл.

Он считал, что церковь никак не могла сделать его жизнь лучше. Ее вообще ничто не могло сделать лучше… разве что выпивка.

«Тебе принести что-нибудь поесть перед тем, как я уйду на собрание?» – спросила Анна, в пальто входя в гостиную.

«Какое собрание? Ты мне не говорила, что уходишь. Я не хочу оставаться один. И я не хочу есть. Просто принеси мне выпить».

«Фред, ты не должен пить. Это может плохо кончиться», – произнесла она осторожно.

«Да что ты? Может, это убьет меня?» – зло проговорил Фред.

В Огайо была зима. День выдался солнечным и холодным, но вечером небо затянуло тучами, и оно приобрело зловещий вид. Фред заметил, что деревья за окном слегка покачиваются на ветру.

«Ветер поднимается, наверное, будет гроза. Вот еще одна причина, по которой тебе стоит остаться дома сегодня».

Но Анна и так уже сняла пальто.

Он потянулся за пультом, но потом понял, что у него нет сил даже на это, снова откинулся на спинку стула и какое-то время просто слушал завывания ветра. Потом заработал телевизор; он знал, что Анна опять смотрит его, но сидел с закрытыми глазами в своем кресле и чувствовал лишь боль. Кажется, гремел гром и усилился ветер, но Фред не двигался.

Может, совсем скоро это прекратится, со вздохом подумал он. Нет смысла просто сидеть так и мучиться от боли. Я хочу, чтобы это прекратилось.

А потом случилось нечто. Раздался страшный грохот, настолько сильный, что вся комната затряслась. Тут же сквозь закрытые веки Фред почувствовал яркую вспышку. От удивления он распахнул глаза и увидел сгусток света размером с баскетбольный мяч, кружащий прямо над телевизором. Фред моргнул. Яркий свет был неприятен для глаз, но он чувствовал неодолимую тягу взглянуть на шар ближе. Пламенно-оранжевый центр шара был окружен переливающимся светлым сиянием, а следом за ним тянулся хвост, как у кометы. Фред не мог произнести ни слова. То, что он видел, не укладывалось в его сознании. В оцепенении Фред разглядывал этот странный светящийся шар. А затем он взорвался. Прямо перед его глазами. Просто… лопнул. Совершенно бесшумно, это даже нельзя было по-настоящему назвать взрывом, он словно выбросил множество крошечных комочков света внутрь комнаты и в самого Фреда.

Фред почувствовал волны ни на что не похожей энергии в своей груди. По всему телу разлилось тепло и легкое покалывание.

В это мгновение к нему вернулся дар речи. Он посмотрел на Анну – совершенно изумленная, она сидела на диване.

«Ты тоже это видела?» Фред хотел убедиться, что ему все это не привиделось.

Его супруга медленно кивнула. «Мы умерли?».

«Не знаю. Но если мы встанем и увидим пустые кресла, то все еще живы». Фреду показалось странным, что в такой ситуации у него обострилось чувство юмора.

Анна и Фред нерешительно подошли к противоположной стене комнаты и обернулись. В креслах не было их тел. Фред сделал глубокий вдох. «Что ж, думаю, мы все-таки не умерли. Наверное, стоит выйти и спросить, не видел ли еще кто-нибудь что-то необычное».

Прежде чем Анна успела произнести хоть что-то, Фред вышел из квартиры, очевидно, не задумываясь над тем, что делает. Он сбежал вниз по ступенькам и вышел на улицу, где дул ветер. По тротуару шелестели упавшие листья и ветки. Он обошел здание кругом, чтобы проверить, не повреждено ли оно, и услышал вой сирены в отдалении. Потом он заметил двоих мужчин и поспешил к ним.

«Вот это гроза, а?» – сказал он.

«Точно, – ответил ему один из мужчин, показывая на темные окна двух домов напротив, – кажется, ниже по улице даже отключилось электричество».

Фред подумал, что стоит подняться обратно в квартиру и проверить, как там Анна. Она наверняка сильно напугана, если пережила то же, что и он. Входя в дверь, он увидел Анну, только она была не напугана, а скорее ошеломлена.

«Ты осознаешь, что ты только что сделал? Ты хоть понимаешь, что ты сделал?» Ее изумлению не было предела.

Фред замер. Он посмотрел вниз, на свое слабое тело, а затем снова на жену. Что с ним такое произошло? Медленно до него доходило, что он только что спустился по лестнице, обошел вокруг дома и вернулся обратно. И при этом даже не запыхался! Несколькими минутами раньше он с трудом доходил до ванной, испытывая при этом невероятную боль, а это гораздо проще, чем дважды преодолеть лестницу. Сейчас же он не испытывал и малейшего дискомфорта. На самом деле он чувствовал себя просто превосходно! Так что же с ним произошло?

«Я хочу это повторить», – сказал он, не в силах поверить, что это возможно.

Фред спустился вниз и дважды обошел вокруг здания. «Я чувствую себя на миллион баксов, – сказал он Анне по возвращении, – боль ушла».

Фред и вправду больше не чувствовал боли. Он позвонил своему кардиологу, но тот даже не пожелал обсуждать эту историю. Тогда он рассказал о случившемся участковому терапевту, к которому ходил на плановые обследования.

«Что ж, Фред, я слышал достаточно историй, подобных твоей, – признал он, – и я уже ничему не удивляюсь. Иди и наслаждайся жизнью, а если боль вернется, приходи ко мне снова. Сейчас тебе больше не нужна моя помощь».

Теперь Фред наслаждается жизнью. Что-то поменялось не только в его теле, но в самом отношении к жизни. Он уже не стремится контролировать всех и все. Он бросил пить, а его дети и друзья чаще заходят его проведать.

Чудо, как Фред и Анна решили называть случившееся, сделало их ближе. Они стали подолгу разговаривать о вопросах духовности, вместе читать и обсуждать книги о личностном росте, философию которых Фред теперь принял целиком и полностью.

Кроме того, чтобы как-то помочь местному сообществу, Фред и Анна стали выпускать брошюру, посвященную вопросам души, тела и разума. Он больше не спрашивал, чем заслужил это чудесное исцеление. Фред уверен, его тело и душа излечились, потому что все еще оставалось что-то, что он мог дать миру.

Анна верит, что это чудо было дано им обоим.

Иногда Моменты Благодати подобны удару. Бог просто приходит и устраивает нам настоящую встряску. Эти «встряски» почти не поддаются описанию, их можно охарактеризовать одним словом – необъяснимые. Они врываются в нашу жизнь, и мы даже не можем понять, что происходит. Лишь только гадаем, что же это такое.

В «Дружбе с Богом» это отлично сформулировано.

«Я даю тебе одни только чудеса».

Иногда Моменты Благодати подобны удару. Бог просто приходит и устраивает нам настоящую встряску.

Это значит, мы можем ожидать чуда каждый день нашей жизни. Но для того чтобы обратить внимание на бабочку, присевшую рядом, нужно осознавать, что чудеса окружают нас. Иначе мы их просто не замечаем.

Исключая «встряски». Не заметить их просто невозможно. Так случилось с Фредом и Анной Рут.

Перед тем как проанализировать это изумительное чудо, я хотел бы обсудить с Вами некоторые тонкости, а именно причины, по которым чудеса исцеления, возможно, даже важнее других.

Мы в большинстве своем мало заботимся о себе. Не только Фред, а почти каждый из нас.

В первой книге «Разговоры с Богом» есть такое наблюдение.

Мы можем ожидать чуда каждый день нашей жизни. Нужно осознавать, что чудеса окружают нас. Иначе мы их просто не замечаем.

Всякая болезнь создается самим человеком. Даже консервативные медики замечают, как люди сами делают себя больными.

Большинство людей делают это совершенно бессознательно. Они заболевают, но не знают, что на самом деле стало тому причиной. Им кажется, что на них просто свалилось несчастье, не понимают, что они сами тому виной.

Так происходит, потому что люди движутся по жизни – и это касается не только вопросов здоровья – бессознательно.

Люди курят и удивляются, что у них развивается рак.

Люди едят животных, толстеют и удивляются, что их сосуды полны тромбов.

Люди злятся всю жизнь и удивляются, что с ними случаются сердечные приступы.

Люди соперничают друг с другом – жестоко, затрачивая на это невероятные усилия, – и удивляются, что подвергаются инсультам.

Нетривиальная истина заключается в том, что своим беспокойством люди загоняют себя в могилу.

Пятью книгами и годами раньше, в «Единении с Богом», мы находим пояснение этому:

Здоровье – это отражение согласия между вашим телом, разумом и духом. Болезнь указывает на нарушение баланса. Может, Вашему телу требуется отдых, но разум этого не понимает. Возможно, разум гнетут негативные злые мысли или беспокойство о завтрашнем дне, и тело не может расслабиться.

Ваше тело расскажет правду. Просто приглядитесь. Вам нужно лишь разобрать его знаки, лишь услышать.

Если прислушивааться к своему телу и хорошо о нем заботиться, в нем непременно откроются новые возможности. Каждый день мы сможем творить чудеса.

А сейчас давайте поговорим о чудесах.

Здоровье – это отражение согласия между вашим телом, разумом и духом. Болезнь указывает на нарушение баланса.

В «Курсе Чудес» говорится о том, что не существует градации чудес по сложности. Для Бога нет ничего сложного. Возможно все; и не просто возможно, а легко.

Не все чудеса подобны исцелению. Фред Рут был исцелен, но это не значит, что другие люди должны удивляться, почему их любимые умирают, не дождавшись «чуда». Но и смерть может быть чудом, даже если это не то чудо, которого мы ждали.

Мое определение чуда таково – «самая правильная вещь самым правильным образом в самое правильное время». История смерти мистера Колсона из первой главы этой книги – прекрасный тому пример. Не менее точно иллюстрирует это определение история Дэвида Даниела, который ловил машину посреди оживленной автомагистрали Нью-Йорка.

Каждый раз, молясь о чуде для себя или кого-то другого, я нахожу успокоение и силу в том, что «позволяю Богу решать», каким будет это чудо. Я произношу такие слова: «Мне бы этого хотелось, Господи, но только если это принесет благо для всех, кого может коснуться. Пожалуйста, Господи, сделай то, что пойдет на пользу. Всем. Я знаю, Ты это сделаешь. Аминь».

Эта молитва вот уже двадцать пять лет дает мне утешение. Это мое понимание фразы «на все воля Божья».

Мое определение чуда таково: «Самая правильная вещь самым правильным образом в самое правильное время».

Я уже говорил, что чем лучше мы осознаем, что чудеса происходят в нашей жизни каждый день, тем больше чудес мы переживаем. Многие чудеса проходят мимо нас незамеченными, только потому, что не были опознаны нами как «чудесные».

Часто чудо заключается даже не в самом событии, а во времени, когда оно случилось. Само по себе событие может быть вполне обыкновенным, но момент, в который оно произошло, делает его чудесным. Поэтому мы склонны считать его не чудом, а совпадением.

Каждый раз, молясь о чуде для себя или кого-то другого, я нахожу успокоение и силу в том, что «позволяю Богу решать», каким будет это чудо.

Или иной раз чудо не в том, что именно произошло, а в том, как. Самые привычные события могут переплестись столь невероятным образом, чтобы привести к наименее ожидаемому результату. Поэтому мы склонны считать его не чудом, а случайностью.

Иногда событие объяснимо целиком и полностью. Оно происходит в обычное время обычным образом, но сам факт, что оно вообще происходит, и тем более с нами, поразителен. Поэтому мы склонны считать его не чудом, а удачей.

Множество людей придумывает для Божественных чудес самые различные названия, чтобы только не называть их «Божественным чудом», потому что они либо не верят в Бога, либо не верят в чудеса, либо не верят в то, что чудо может произойти с ними. А если человек во что-то не верит, то и не сможет это разглядеть. Потому что верить – значит видеть. Иначе и быть не может.

Именно по этой причине Вы можете не видеть себя тем, Кто Вы Есть. Вы даже не знаете, что сами есть чудо. Хотя так оно и есть. Чудо – это процесс становления. Вы ведь все-таки работаете над собой, и Бог тоже никогда не бросит этим заниматься.

Так происходило с Фредом Рутом в те недели, когда он думал, что скоро умрет. У Бога были на него большие планы, и Он пробовал различные способы, чтобы расшевелить Фреда. Бог даже передавал ему книги через Анну и побуждал ее разговаривать с ним о духовности. Но Фред просто не слушал. Тогда Бог сказал: «Лааадно… посмотрим, что можно сделать, чтобы привлечь его внимание…».

Если человек во что-то не верит, то и не сможет это разглядеть. Потому что верить – значит видеть.

Многим из нас поступали подобные звоночки от мироздания. Но, как я уже отмечал, мы слишком склонны давать им неверные имена.

Помрачение ума.

Сверхъестественные явления.

Полет фантазии.

Как угодно. Хотя все это не что иное, как чудеса.

Но случаются ли в действительности подобные вещи? Действительно ли люди видят перед собой светящиеся шары, чувствуют удивительную энергию в теле или слышат мягкий голос, изрекающий великие истины? Действительно ли люди внезапно исцеляются, ощущают абсолютное слияние с мирозданием или беседуют с Богом?

О да!

Глава 5. Беззвучный голос.

После выхода в свет «Бесед с Богом» чаще всего мне задают вопрос: «Почему Вы? Почему Бог выбрал именно Вас?».

Не знаю, сколько раз я это уже говорил, но буду повторять вновь и вновь: «Бог не выбирал меня. Он выбирает каждого. Он говорит с каждым из нас постоянно. Вопрос не в том, с кем говорит Бог. Вопрос в том, кто слушает».

Бог говорит с нами каждый день различными способами. Он не отличается особой деликатностью, когда хочет до нас достучаться. Слова песни, которая играет по радио. Мимолетное высказывание знакомого, с которым вы «только что случайно» встретились. Статья в журнале четырехмесячной давности в парикмахерской. И да, голос, который звучит у Вас в голове.

Но Вы должны слушать. Вы должны осознать, что Бог общается с Вами напрямую. Не надеяться. Не желать. Не молить. А понять, что это реальность. Бог общается с нами в Моменты Благодати. Но Вы даже не узнаете, что они были в Вашей жизни, если не осознаете этот факт.

Я буду твердить Вам это снова и снова, потому что хочу направить Ваше духовное сознание на верный путь. Я хочу, чтобы Вы открыли глаза и уши. Я хочу пробудить Ваши ощущения. Я хочу, чтобы Вы «ощутили» Бога! Потому что Бог говорит с Вами постоянно.

Бог говорит с нами каждый день различными способами. Он не отличается особой деликатностью, когда хочет до нас достучаться.

Вам нужны еще примеры? Еще доказательства? Тогда следующая история для Вас. Она из жизни Дага Фарбуша из местечка неподалеку от Атланты, штат Джорджия.

Переезд в новый дом для Дага и его семьи был настоящим воплощением мечты. И теперь в выходные Даг целыми днями возился с установкой системы пожаротушения, чтобы закончить ее к началу зимних дождей.

Он наслаждался этой работой – копал землю, укладывал дерн. Работа в грязи была приятным разнообразием в каждодневной рутине консультанта-технолога, вынужденного целыми днями просиживать перед монитором компьютера.

Сентябрьское солнце грело спину, пока он орудовал лопатой.

«Я собираюсь пробежаться по магазинам, – крикнула его жена, выглядывая из задней двери, – тебе нужно что-нибудь?».

«Нет, дорогая, спасибо», – ответил Даг.

«Хорошо! Вернусь к десяти!».

Даг усмехнулся про себя. «Никакая ерунда мне больше не требуется».

У него было все, что он только мог пожелать. Казалось, во всем мире не было ни одной детали, которую ему хотелось бы поменять. Жизнь прекрасна. Все прекрасно – солнце, греющее плечи, стук и скрежет лопаты, вонзающейся в землю, стрекот птиц с вершины персикового дерева, растущего во дворе. По мускулам растекалось удовольствие от простой работы. По спине стекал пот.

Вдруг он услышал, как кто-то произнес его имя.

Даг.

Голос был настойчив, но Даг не узнавал его. Он звучал словно… беззвучно.

Даг оглянулся. Двор был пуст. Может, это жена вернулась? Скорее всего, так и есть. Должно быть, она забыла что-то и позвала его с дороги, а когда он не откликнулся, вошла в дом, чтобы самой взять что нужно.

Да, так и есть.

Воткнув лопату в землю, Даг выпрыгнул из траншеи и направился к дому. Там никого не было. В гараже тоже было пусто.

Хмм. Кажется, я слишком долго пробыл на солнце, пробормотал он, возвращаясь во двор.

Даг!

На этот раз голос прозвучал еще более настойчиво.

Найди Гейл!

Даг остановился как вкопанный. Что это? Я опять слышал этот голос, – подумал он. – Но откуда он идет? И что значит эта фраза про Гейл?

Его дочь сегодня утром каталась на роликах с друзьями, вернулась пораньше и сразу ушла в свою комнату. Она казалась немного молчаливой, но Даг был настолько занят своим проектом, что не слишком обратил на это внимание. В конце концов, ей тринадцать. Перепады настроения обычное дело в таком возрасте.

Но теперь он почувствовал настоящий ужас… что-то было не так. Почему он слышал этот голос, требующий разыскать ее?

Все эти мысли пролетели в его голове за считаные секунды. Даг резко ворвался в дом, не останавливаясь, чтобы снять заляпанные грязью ботинки, он побежал вверх по лестнице к спальне дочери, перепрыгивая сразу через несколько ступенек.

Как обычно, дверь была заперта. Святая святых Гейл. Ее убежище. Даг все понимал, но в этот раз что-то было иначе. Это было не похоже на ее обычное уединение.

«Гейл?» – постучал он.

Нет ответа.

Даг забарабанил в дверь со всей силы: «Гейл, ты там? Что-то случилось?».

Снова тишина.

«Гейл, открой дверь!».

Он расслышал слабый приглушенный голос: «Оставь меня… в покое… пап».

Что ж, по крайней мере она может говорить. Но не могло быть и речи, чтобы Даг просто ушел сейчас.

«Гейл, открой дверь. Немедленно».

Он немного подождал. Мне придется выломать ее, подумал он. Затем он услышал, как щелкнул замок.

Приоткрыв дверь, Гейл бросилась назад к кровати и с головой укрылась покрывалом. Ее спина вздрагивала от тихих всхлипов.

«В чем дело, милая? – спросил Даг, подходя к ней ближе. – Что с тобой произошло?».

В ответ то же бормотание: «Оставь меня в покое, пап».

Даг пробежался глазами по комнате и только тогда заметил на покрывале кровь. Всего одна капля, но она была все еще влажной.

«Гейл, ответь мне. Ты что, сделала с собой что-то?».

Она не ответила.

«Пожалуйста, Гейл, скажи мне, в чем дело. Почему на твоей кровати кровь?».

Девочка выглянула из-под одеяла. Ее глаза опухли и покраснели. И запястья… они тоже были красными. Она порезала себе запястья.

«Гейл, детка, что ты наделала?» Даг почти обезумел. Он схватил ее руки и поднес ближе. Сразу стало ясно, что раны не слишком глубокие. Но из них все равно шла кровь. Даг бросился в ванную, чтобы найти что-нибудь для перевязки. «Почему ты это сделала, Гейл? – спросил он, оглядываясь через плечо. – Что с тобой случилось?».

Она больше не сдерживала рыданий. «Папа, мне очень жаль, но я так больше не могу».

«Как? Не можешь как?».

«Все обходятся со мной как с ничтожеством. Меня все ненавидят».

«О Гейл… – перебил ее Даг, возвращаясь к кровати с полотенцами. – Это неправда».

«Пожалуйста, пап. Ты ничего не знаешь. У меня нет друзей. Единственная девочка, которая мне нравится, обращается со мной просто ужасно. Сегодня она меня любит, а завтра ненавидит и говорит за спиной гадости».

Отец принялся осторожно вытирать ее полотенцем.

«Сегодня, когда мы катались, она была так жестока. Я просто не могла этого вынести. На прошлой неделе она пригласила меня на свой день рождения. Я была так счастлива. А сегодня, прямо при всех, она сказала, что передумала. Мне захотелось умереть».

«Но, Гейл, ведь не случилось ничего ужасного, чтобы делать такое. У тебя будут друзья. И сотни дней рождений. Ты милая, красивая девочка. Я уверен, что многие захотели бы с тобой подружиться, – уговаривал Даг свою дочь. – Пожалуйста, ты не можешь думать, что лучше умереть. Ты подумала о нас, о твоих родителях? Мы любим тебя очень, очень сильно».

В этот момент хлопнула входная дверь. «Ребята, я дома. Смотрите, что я принесла! – весело позвала жена Дага из прихожей. – Аууу! Где вы все?».

«Мама пришла. Давай поговорим с ней, ладно? Мы должны рассказать ей, что случилось». Даг обернул запястья дочери полотенцами. «Нужно будет отвести тебя к доктору, милая. Пойдем».

Гейл неохотно слезла с кровати и скользнула ногами в туфли, придерживая окровавленные полотенца. Даг посмотрел вниз, на заляпанный грязью розовый ковер. Прочь глупые мысли. Нашел о чем сейчас беспокоиться, отругал он себя и, со вздохом облегчения, поднял глаза, вознося молитву благодарности. Потом он увидел серебряные звездочки, которые Гейл приклеила к потолку, и подумал…

Этот голос. Это был голос Бога. Даг знал это теперь с абсолютной уверенностью. Этот голос заставил его оторваться от работы, он спас жизнь его дочери. Он даже не хотел думать, что могло бы произойти, найди он ее чуть позже. Теперь Даг знал, что его девочка отчаянно нуждалась в помощи, и должен был сделать все, чтобы она ее получила.

Следующие три недели дались тяжело из-за полных слез консультаций в кабинетах врачей и различных специалистов. Но результат тем не менее был отличным. Гейл удалось побороть свою депрессию и вновь обрести волю к жизни. Родители всячески поддерживали ее и не давали забыть, как сильно любят ее. Отношения с друзьями тоже постепенно наладились, как это обычно бывает. Она начала понимать, что не всегда в трудные моменты следует прибегать к радикальным мерам.

По словам врачей, у Гейл была глубокая депрессия. Если бы они вовремя не начали лечение, Даг был уверен, его дочь нашла бы способ покончить с собой. Но у Бога были другие планы, и теперь Гейл радостная, активная восемнадцатилетняя девушка. Она учится в колледже и хочет стать океанографом.

А Даг? Он испытывает глубочайшую благодарность. И знает, точно знает, что Бог говорит лично с каждым.

Большинство людей, однако, верят, что правда как раз в ином. Наше общество и, что интересно, многие религии приучают нас отрицать возможность того, что Бог может говорить с обычными людьми. Они говорят, что Бог общался с людьми, но недолго, и это были не обычные люди. Они называют это откровениями, которые снисходят на самых особенных людей при особенных обстоятельствах.

Когда «особенные» люди, пережившие откровение (или слышавшие о нем), описывают свой опыт, это называют Священным Писанием. Если же подобным опытом делится «обычный человек», это называют ересью.

Вдобавок ко всему, чем ближе к настоящему времени описываемое событие, тем больше вероятности, что люди окрестят его бредом или галлюцинацией. А чем оно древнее, тем больше шансов, что люди будут его боготворить.

Джордж Бернард Шоу сказал: «Все великие истины начинались как богохульство».

В современном мире отрицания наша задача не отрицать переживания нашей души, нашего собственного сознания, собственного тела, но давать им выражение. Открыто и ясно, чтобы все слышали. Это не всегда просто.

На протяжении долгих лет, когда переживания моей души, сознания и тела противоречили тому, что мне внушали, я отрицал этот опыт. Так же как многие другие люди. До тех пор, пока это не стало невозможным. До тех пор, пока доказательства не стали настолько ошеломительными, поразительными и полными, что отрицать их дальше уже было нельзя.

Билл Колсон не стал отрицать свой опыт. Напротив, в церкви во время богослужения в память о его отце, стоя перед многими людьми, он открыто рассказал о нем. Билл Такер не стал отрицать этого. Так же поступили Дэвид Даниел, Фред и Анна Рут, Джерри Рейд или другие «обычные люди», чьи истории вошли в эту книгу. Они понимают, знают, что Бог входит в их жизнь, взаимодействует с ними и любым другим человеком напрямую. Бог даже говорит с людьми. Думаете, Даг Фарбуш хоть каплю в этом сомневается?

В современном мире отрицания наша задача не отрицать переживания нашей души, нашего собственного сознания, собственного тела, но давать им выражение. Открыто и ясно, чтобы все слышали.

Могу Вам сказать: нет, он не сомневается.

И здесь важно понимать, что случай Дага не исключительный.

Роберт Фридман работает редактором в «Хэмптон Роадз» – компании, которая издала «Беседы с Богом», а теперь и эту книгу. Когда я впервые поделился с Бобом идеей книги «Моменты Благодати» и объяснил ему, о чем в ней должна пойти речь, он воскликнул: «Со мной было такое однажды!».

«Правда?» – спросил я.

«Абсолютно. Я знаю, о чем ты говоришь».

«Расскажи мне об этом. Как это произошло?».

«Мне было шестнадцать лет, – начал Боб, – и я только что научился водить. Дело было в Портсмуте, штат Вирджиния».

«Да-да».

«Так вот. Однажды я поворачивал с второстепенной дороги на главную, большую четырехполосную автомагистраль. В этом месте по обе стороны дороги стояли высокие живые изгороди. Видимость, соответственно, была плохой, то есть совершенно ужасной. Но перекресток регулировался светофором, поэтому это было не так уж важно, верно ведь?

В общем, если включается зеленый свет, ты обычно просто едешь вперед. И вот загорается зеленый, я уже начинаю давить на газ, как вдруг раздается голос: «Стоп!» Внезапно. Просто стоп! Кроме меня, в машине никого не было, а я слышу этот голос, ясно и отчетливо, словно колокол в моей голове. И он твердит мне: «Стоп!».

Я ударил по тормозам. Это чисто рефлекторная реакция. Я даже не успел ничего обдумать. Просто выжал тормоз. А этот парень… эта машина мчалась прямо на красный! Он вынырнул откуда-то слева, я его совершенно не видел, да и не мог видеть из-за изгороди, пока он не очутился прямо на перекрестке. Но он же ехал со скоростью миль пятьдесят в час, просто летел.

Если бы я не остановился, он впечатался бы точно в водительскую дверь. Я имею в виду, что парень гнал действительно очень быстро, у меня просто не было бы шансов. Не сомневаюсь, что не выжил бы тогда.

Теперь ты рассказываешь мне об этом голосе. Это был ангел, ангел-хранитель? Моя путеводная звезда? Бог? Не знаю. Я даже не уверен, что между ними вообще есть какая-то разница. Думаю, все это и есть Бог, правда? В чем я уверен, я слышал этот голос. Он сказал мне всего одно слово, но спас жизнь».

«Ух ты, – сказал я. – И если бы тогда ты не пережил Момент Благодати, то сейчас не было бы и моих «Моментов Благодати». Я имею в виду книгу. Потому что некому было бы ее опубликовать. Ты, вероятно, даже не взялся бы за «Беседы с Богом».

«Это точно».

«Думаю, у Бога на тебя есть планы».

«Думаю, у него планы на нас обоих».

И вот книга у Вас в руках. Уверен, у каждого из Вас есть хоть одна персональная история о Божественном Вмешательстве. И я этому не удивляюсь. Я сказал Бобу, что хочу издать эту книгу, потому что чувствую необходимость в том, чтобы доказать, что мой опыт, описанный в «Беседах с Богом», не исключителен; необычно в нем лишь то, что я решил опубликовать его, рассказать о нем. И надеюсь, что это продлится еще столь долго, что я смогу написать еще не одну книгу. Но мой опыт сам по себе, опыт прямого общения с Богом, очень и очень распространен.

Если когда-нибудь Вы очутитесь в Индианаполисе, штат Индиана, спросите у Каролин Леффлер. Представляю Вам ее опыт, записанный с ее слов…

Уверен, у каждого из Вас есть хоть одна персональная история о Божественном Вмешательстве.

Глава 6. Бог тоже поет?

«Мама, не беспокойся из-за папы, – сказал мне мой пятилетний сын, глядя прямо в глаза, – все будет хорошо».

Естественно, его слова меня сильно удивили. Пока мы с Эриком ехали к его школе, я все время думала о разводе. Мне пришлось смириться с тем, что нашему с его отцом браку пришел конец; единственное, о чем я тогда действительно беспокоилась, – это то, как наш разрыв может повлиять на Эрика.

Они с отцом были очень близки. Я как могла пыталась оградить сына от жестокой правды о том, что его отец больше не будет жить с нами, но Эрик слишком умный и чуткий ребенок, чтобы не понять настоящего положения дел.

После того как его отец окончательно переехал, Эрик стал задом наперед носить толстовку с капюшоном и закрывал лицо везде, где можно. Как бы я его ни умоляла, он продолжал прятаться. Но в тот день он, кажется, перестал замыкаться в себе и пытался меня подбодрить.

«Спасибо, милый. Ты прав. Все будет хорошо».

Снова и снова я удивляюсь способности Эрика читать мои мысли. С самого рождения его интуиция была поразительно развита. Он мог ухватить мою мысль в тот момент, когда я никак этого не ожидала, как будто между нами и впрямь телепатическая связь. Мы частенько играли в игру «Подумай Меня Домой». Когда обед готов и Эрику пора идти кушать, я должна была направить ему мысленный зов. И действительно, через некоторое время в дверях всегда раздавался топот, а Эрик буднично говорил: «Хорошо, мамуль. Я пришел».

Эрик сильно отличался от остальных детей. Позже, когда пришла пора отдавать сына в школу, я заметила, что одноклассники его не понимают и поэтому он часто прикрывался стеной отчуждения. В результате Эрик стал много фантазировать. Он часто без предупреждения так глубоко погружался в иллюзорный мир своего воображения, что терял связь с реальностью. Точнее, тот мир и становился для него реальностью.

Однажды, когда ему было около восьми лет, Эрику стало скучно на уроке, и в поисках убежища он нырнул в свой иллюзорный мир. Он стал тигром, преследующим свою добычу в джунглях. Он тихо крался сквозь густую зеленую листву мимо обезьянки, рыскающей в поисках еды. Внезапно он прыгнул и схватил свою добычу.

«Эрик! Что ты делаешь?» – услышал он пронзительный крик учительницы. От толчка Эрик вернулся к реальности и обнаружил, что сидит на полу классной комнаты и вцепился зубами в край своей деревянной парты! Он пристыженно извинился перед учительницей. А позже сказал мне, что совершенно не знал, как объяснить ей свое поведение, и, кроме того, по его мнению, учительница уже все равно давно не пыталась его понять.

Я всегда знала, что воображаемый мир Эрика появился не только потому, что он нуждался в убежище, или из-за его неспособности найти общий язык с другими детьми, но и как признак особой чувствительности ко всем свойственным детству переживаниям. Его сильно ранили вещи, которые другие дети даже не замечали.

Эта черта проявилась особенно сильно, когда ему было десять лет. Однажды в начале каникул, как Эрик рассказывал, он предложил однокласснику – кажется, его звали Джейсон – поиграть вместе. Но Джейсон ответил: «Не-а. Я пойду играть в футбол с ребятами. Хочешь с нами?».

Эрик не хотел абсолютно. В последний раз, когда они играли в футбол, он больно ударился и домой вернулся с синяком под глазом. «Ни за что», – сказал Эрик.

«Ну а я пойду, – развернулся Джейсон, – делай что хочешь». Эрик тяжело воспринял такой ответ. Он, скорее всего, сразу же подумал, что раз Джейсон не хочет с ним играть, то он ему не нравится, а раз он не нравится ему, то и всем остальным тоже.

Если он действительно думал именно так, то я могу представить, насколько невыносимы были для него эти мысли. Эрик нашел брошенную кем-то скакалку, без раздумий взобрался на трехфутовый забор, закрепил наверху один конец, второй обвязал вокруг шеи и прыгнул.

К счастью, учительница, дежурившая на детской площадке, заметила Эрика мгновением раньше, чем случилось непоправимое. Она успела подхватить моего сына и позвала другого учителя, чтобы тот развязал веревку.

Эрик серьезно не пострадал, но до смерти всех напугал. Меня сразу вызвали в школу, и, когда я сидела в кабинете директора рядом с сыном, по моим щекам текли слезы.

«Малыш, почему ты это сделал? – спросила я его. – Ты же знаешь, что можешь рассказать мне обо всем, что тебя беспокоит, и мы вместе справимся с любой бедой. Я люблю тебя. Твой папа любит тебя. Бог любит тебя».

«Но в школе меня никто не любит, мам», – со слезами проговорил Эрик.

Я обняла своего сына. Как же мне ему помочь? Мне отчаянно нужно было это понять.

Обсудив этот случай со школьным психологом, я решила как можно меньше заострять на нем внимание. И учителя и психологи считали, что такая реакция самая правильная в такой ситуации. Я твердо решила помочь Эрику преодолеть боль, которую он испытывал из-за того, что его отец не живет с нами больше.

К сожалению, ничего не вышло.

Всего два дня спустя Эрик попытался повеситься снова, на этот раз на крючке в платяном шкафу. Тогда я приняла тяжелое решение отвезти Эрика в психиатрическую лечебницу. Казалось, у меня просто нет другого выбора.

Пока мы ехали по шоссе к больнице, меня разрывала внутренняя боль, я думала, что не могу оставить своего ребенка в этом страшном месте. Ему же всего десять лет! Я не знала, понимает ли Эрик, что ему придется жить там не только вдали от отца, но и от меня, от всего, что он любит… от дома, наконец, который был для него пристанищем и убежищем.

«Мам, не волнуйся. Со мной все будет хорошо. Ты же сможешь навещать меня в любое время».

И снова он прочел мои мысли. Как ребенок может быть таким чутким и таким тревожным в одно и то же время? – с грустью думала я.

Ведя Эрика за руку, я вслед за сотрудником больницы прошлась по зданию и осмотрела его. Место нельзя было назвать неприятным, но все равно это была больница. Мы поговорили с докторами и медсестрами, распаковали вещи, в последний раз обняли друг друга и попрощались. Я не смогу видеть своего сына целую неделю. Казалось, я не смогу вынести разлуку с моим маленьким мальчиком. Он же так нуждался во мне, ему будет так одиноко. Почему так получилось? Меня душил гнев.

В полном смятении, я абсолютно бессознательно вела машину по улицам города. Многие дни я держала свои чувства в себе. Конечно, я старалась быть сильной для Эрика, но теперь не от кого было прятать слезы. Я рыдала.

У меня в голове билась мысль: «Почему это случилось? Почему некому мне помочь… поддержать? Я одна, совсем одна!» Я едва не бросила руль.

Я припарковала машину и, спотыкаясь, вошла в пустой дом. Совсем одна. Я упала в кровать, не снимая одежды, закуталась в плед и зарыдала. Мне было так необходимо утешение. А потом я услышала, как кто-то сказал: Ты не одна, Каролин.

Я подскочила на кровати, изумленно оглядываясь. Комната была пуста.

Я с тобой.

Вот опять. Этот голос из ниоткуда. Но на этот раз я не испытала удивления или беспокойства. В действительности я ощутила лишь непередаваемое чувство умиротворения. Неожиданно я поняла, кто со мной говорит.

Голос мягко обволакивал и растворялся в каждой клеточке моего тела. С облегчением я снова легла на спину и заснула глубоким целебным сном.

Когда я проснулась следующим утром, солнце заливало светом мою комнату. Впервые за долгое время мое сердце переполняла надежда. Я даже поймала себя на том, что напеваю себе под нос какую-то песенку, пока одевалась на работу. Теперь я чувствовала – я знала: с Эриком все будет хорошо. Я знала, что смогу преодолеть все это… с Божьей помощью.

Но пока я ехала на работу, сомнения снова прокрались в мои мысли.

Тебе пора повзрослеть, брюзжало подсознание. Думаешь все наладить только из-за того, что тебе вдруг показалось, что на твоей стороне Бог?

Я ненавидела это. Я ненавидела, когда мое приземленное и скептически настроенное подсознание мешало мне чувствовать себя хорошо – как обычно, оно включилось как раз в тот момент, когда я уже почти поверила в лучшее. Стоп! – одернула я себя. – Только не это! Господи, помоги мне. Просто дай мне знать, что Ты на самом деле со мной, что я не придумала все это прошлой ночью.

Импульсивно в поисках чего-то, что сможет вернуть мне хорошее настроение, я потянулась к приемнику и включила радио. По салону автомобиля разлилась мелодия. Сейчас и навек, говорилось в песне, Я всегда буду с тобой.

Я съехала на обочину.

И заплакала.

С тех пор прошло много лет. Бог сдержал свое обещание. Он никогда меня не покидал. Эрик не только преодолел то испытание, но повзрослел и стал поразительным молодым человеком, который целенаправленно движется к своей цели – стать актером. Он вдохновился «Беседами с Богом», как и я!

Мы сделали это.

Никогда не сомневайтесь, что Бог откликнется, если Вы позовете. Помните, что Божественные проявления разнообразны. И бесконечны.

Как я и говорил. Бог не стесняется. Сюжет фильма, который Вы решили посмотреть. Надпись на огромном рекламном плакате через дорогу. Случайно услышанная фраза, произнесенная за соседним столиком в кафе. «Я использую любой способ», – говорит Бог в «Беседах». Он ни перед чем не останавливается, чтобы заставить нас увидеть то, что мы должны увидеть, и узнать то, что мы должны узнать.

Никогда не забуду историю, которую несколько лет назад в письме мне поведала одна пожилая дама, кажется, ее звали Глэдис. Она читала мою книгу, и, так как в ее жизни тогда были определенные проблемы, ей было сложно поверить в то, о чем рассказывали «Беседы с Богом».

Никогда не сомневайтесь, что Бог откликнется, если Вы позовете. Помните, что Божественные проявления разнообразны. И бесконечны.

«Ну ладно, Господи, – рявкнула она однажды, наматывая круги по маленькой квартире, – если ты на самом деле так реален, как об этом рассказывает Нил, покажись мне. Давай же. Дай мне знак. Любой. Мне все равно. Просто докажи мне, что Ты реален, что Ты жив, что Ты здесь прямо сейчас».

Ничего не произошло.

Она села на табуретку и отпила глоток кофе.

Ничего не произошло.

Она пересела в свое кресло, закрыла глаза и стала ждать.

Ничего.

«М-да, – пробормотала она наконец, – так я и думала».

В раздражении она встала с места и включила телевизор. Тут Глэдис побледнела. Ее ноги стали ватными. Она упала обратно в кресло, а на лице застыло изумление. Весь экран заполнили всего два слова:

О, БОГ.

Как раз в тот момент, когда Глэдис нажала кнопку «Вкл.», начался фильм, снятый Джоном Денвером и Джорджем Бернсом, – на экране горело его название. Вы даже не представляете, что творилось в ее голове.

После Глэдис посмеивалась над этим случаем, и ее письмо было пропитано радостным, беззаботным духом. Но никогда больше она не сомневалась в существовании или присутствии Бога.

Как видите, Бог является нам в самых разных формах. Не все они «Бого-подобны». Послания от Него не всегда отправляются нам в красивой упаковке в сопровождении курьера-ангела, они не обязаны соответствовать нашим ожиданиям. Они могут доставляться нам в обертке из тяжелого рока. Или в названиях фильмов двадцатилетней давности. Или, что удивительно, в популярных книгах.

Редко Божественные послания звучат для нас под аккомпанемент небесных арф или доставляются ангелами.

Редко.

Но я не сказал «никогда»…

Глава 7. Посланница небес?

Дэнис Мореленд смотрела на новоиспеченную маму, лежавшую на соседней с ней кровати в роддоме. Молодая женщина светилась лучезарной улыбкой, качая свою новорожденную девочку.

Почему я не могу взять на руки моего здорового ребенка? – спрашивала она Господа в глубине души. – Почему эта женщина здесь со своим ребенком, в то время как мой лежит там, подключенный к аппаратам, между жизнью и смертью?

Была зима 1976 года, двухсотлетняя годовщина Америки. Пока люди кругом праздновали, радовались жизни, свободе и искали свое счастье, Дэнис пыталась найти нечто более приземленное – волю к жизни. Она перенесла два выкидыша, когда ей не было еще и восемнадцати. И теперь, когда она наконец выносила своего ребенка до конца положенного срока, случилось ужасное. На позднем сроке беременности кровь Денис вступила в резус-конфликт с кровью малыша, и прошлой ночью ей сделали экстренное кесарево сечение. Сейчас маленький Адам боролся за свою жизнь, и доктора не могли дать Дэнис большой надежды на то, что он справится.

«Он такой крошечный и такой красивый». Дэнис чувствовала ужасную тоску, когда смотрела на Адама, лежащего в холодном пластиковом лотке, обмотанного трубками. Она мечтала взять его на руки, согреть и уверить в своей любви. Он весил всего шесть с половиной фунтов. Дэнис не могла понять, как у такого беспомощного и крохотного существа может быть достаточно сил, чтобы бороться за свою жизнь.

Но пока ему это удавалось. И пока Адам цеплялся за жизнь, Дэнис тоже приходилось бороться – бороться с ненавистью к женщине на соседней кровати, которая каждые несколько часов нежно и с любовью укачивала своего ребенка. И даже больше – бороться с ненавистью к Богу, который оставил ее.

Холод за окном тоже не добавлял радости; город закутался в снег и лед. Больница была буквально отрезана от жизни остального мира. Дэнис чувствовала себя очень одиноко в этой давящей тисками реальности, постоянно думая о том, что ее сын может умереть.

На третью ночь Дэнис лежала в кровати и гнала от себя мысли о том, что она действительно может вернуться домой без ребенка. Ее переполнила ярость.

Как Ты можешь так поступать со мной, Господи? – кричала она про себя. – Как Ты можешь дарить мне этого ребенка, мою долгожданную семью, особенно после того жуткого детства, что мне пришлось пережить, только для того, чтобы забрать его обратно? Дэнис казалось, ее сердце сейчас разлетится в клочья.

Не в состоянии справиться с эмоциями, бушевавшими в ее душе, Дэнис взяла ручку и начала писать письмо подруге, с которой переписывалась уже много лет. Уже давно она привыкла изливать свои чувства таким образом, и сейчас отдушина требовалась ей как никогда раньше.

Ручка с поспешностью скользила по бумаге, душевные муки и глубокое ощущение несправедливости находили свое выражение в словах. Вряд ли Дэнис осознавала, что именно она пишет. Строчки заполняли один лист за другим, и страшная боль в сердце начала потихоньку стихать. А потом неожиданно Дэнис поняла, что изливает душу уже не подруге. Она общалась с Богом. Дэнис остановилась и начала читать последние строки своего письма.

«Этот ребенок – настоящее благословение для меня, я так сильно его люблю. Но он все же Его сын, выношенный мной, – дитя Бога. Я не понимаю, почему Бог хочет отнять его у меня, поэтому ничего не могу с этим поделать. И если Отец Всевышний хочет забрать Адама домой, да будет так. Если Бог дал мне сына, Бог же может его забрать. Я верю, что на то есть причина, Божественный промысел. Поэтому, Создатель, молю тебя, пусть все будет по замыслу Твоему. Да будет воля Твоя».

Первый раз в жизни Дэнис чувствовала, что на самом деле общалась с Богом. О, видят небеса, она обращалась к Богу и раньше. Чаще всего в приступах гнева. Тогда она не ощущала, что в действительности общалась с кем-то. Но сейчас… сейчас она впервые почувствовала, что говорила с Богом. И более того. Она чувствовала, что Бог услышал ее, согласился с ней и даже высказал некоторые мысли через нее, для нее. Это давало объяснение тому, что она видела. Как иначе она могла написать подобное в письме? Эти мысли точно не были ее собственными.

До этого момента.

Чувствуя странное спокойствие, она отложила исписанные листы на край стола, выключила свет и крепко уснула впервые за эти три дня.

«Доброе утро, Дэнис. – Медсестра мягко дотронулась до ее плеча. – Я пришла сказать, что сегодня мы собираемся взять у Адама кровь на анализ, чтобы определить, нужно ли ему переливание».

Даже не проснувшись до конца, Дэнис поняла, что значат эти новости. Если Адаму сделают переливание, могут возникнуть любые осложнения. Новая кровь может спасти его или убить.

Поправив подушку Дэнис, медсестра нежно прошептала: «Продолжай верить, милая». С мягкой улыбкой она выскользнула из комнаты.

Дэнис подумала, что давать подобные советы всегда легко, а вот действительно не терять веры в тяжелой ситуации очень трудно. Она смотрела в окно и видела лишь безжизненное зимнее солнце. Было не похоже, что уже наступило утро. Кругом стояла тишина. Снег проглатывает все звуки, подумала Дэнис. Среди тишины и серости Дэнис представляла в своих руках сына, а потом увидела, как он поднимается к Богу. «Да свершится воля Твоя», – молила она снова.

Внезапно Дэнис почувствовала сильную слабость. А затем низ ее живота пронзила такая острая боль, что она согнулась пополам. Комната померкла, и со странной отрешенностью Денис наблюдала, как ее чувства растворяются… а затем покидают ее вовсе. Она потеряла сознание.

«Ты можешь отправляться домой, если хочешь», – услышала она чей-то голос. Дэнис открыла глаза и увидела прекрасную женщину, стоящую рядом с ее кроватью. Что с ней случилось и кто это? У Дэнис кружилась голова, и ей приходилось напрягаться, чтобы сфокусировать зрение. Женщина не произносила слова, казалось, что ее мелодичный голос звучит прямо внутри головы Дэнис.

Прекрасная посетительница смотрела в глубину ее глаз: «Всевышний готов принять тебя, если ты этого хочешь. Но я должна тебя предупредить: твои дела здесь еще не завершены. Ты не исполнила до конца свое предназначение. Твой маленький сын будет жить. На этом пути тебе еще многое предстоит пережить и узнать».

Она была одета в изысканное платье из воздушного черного шифона. Темные волосы спадали на плечи. Денис всегда казалось, что ангелы одеваются в белое, но происходящее не вызывало у нее сомнений, к тому же женщина была так прекрасна. Ее глаза были наполнены состраданием и любовью – настолько огромной любовью, что Дэнис с трудом могла ее осмыслить.

«Бог всегда чтит твой выбор, – услышала Дэнис. – Ты навлекла на себя несколько трудных уроков, но они подготовили тебя для служения другим, если ты решишь остаться. Время от времени Он будет призывать тебя, чтобы твоя вера не ослабевала».

Дэнис понимала, что ей дарована возможность выбора – продолжить свой земной путь или идти навстречу новым приключениям. Жизнь драгоценна, Дэнис знала это. Но и очень трудна. На протяжении долгих лет вплоть до настоящего момента она вела непрекращающуюся борьбу с болью и страхом.

Даже сейчас она сражалась с ужасной реальностью, которая заключалась в том, что ее ребенок умрет и она навсегда останется бездетной. Прямо сейчас она могла просто уйти. Уйти. Этот дивный ангел может показать ей дорогу домой, где ее ждет Отец и покой.

Но Дэнис была уверена, что хочет остаться. Ее ребенок выживет! И со временем она тоже выздоровеет и станет счастливой, у нее будет семья, чтобы заботиться, и жизнь, чтобы жить. Дэнис повернулась к своему персональному ангелу и увидела, что она улыбается, уже зная решение своей подопечной.

«Я всегда с тобой», – сказала она и исчезла.

Дэнис моргнула… и увидела наклонившуюся над ее кроватью медсестру. В ее руках был Адам. С непередаваемым счастьем Дэнис протянула руки к своему малышу.

Что-то чудесное произошло с Дэнис Мореленд, когда она начала писать то письмо. Она выплеснула на бумагу свой страх и напряжение. Это стало для нее поворотным моментом.

В «Дружбе с Богом» говорится:

«А затем прими его и не противься злу. Противление вызывает противодействие. Ты можешь изменить только то, что принимаешь.

Теперь оберни его любовью. Что бы ни происходило, ты можешь в буквальном смысле уничтожить своей любовью любое нежелательное явление. В известном смысле, ты можешь «залюбить его до смерти».

Наконец, радуйся, и идеальное решение в твоих руках. Ничто не может отнять у тебя твою радость, радуйся тому, Кто Ты Есть. Перед лицом любой проблемы делай вещи, приносящие радость».

История Дэнис – еще один прекрасный пример того, как Бог может даровать нам Свою мудрость. Даже в такой момент, когда мы этого меньше всего ждем. Вероятно, особенно в такой момент.

Дэнис взяла лист бумаги и начала писать письмо подруге. Но еще до того, как она смогла осознать этот факт, она писала Богу. Это письмо дало ей утешение. Она пропустила через себя предназначенную для нее Богом мудрость.

Снова и снова «Беседы с Богом» учат нас слушать свой внутренний голос, заглядывать в душу, искать мудрость, заложенную в нас. Душа, сказано в БСБ, – это самая близкая к нам частичка Бога.

Дэнис «случайно» соприкоснулась с этим проявлением своей души. (Конечно, ничего случайного не бывает. Все в жизни случается согласно плану. Но Вы понимаете, что я имею в виду.) Она начала писать подруге, но закончила уже совершенно иное письмо.

Представьте себе, если бы она с самого начала решила написать письмо к Богу! Я имею в виду, целенаправленно и преднамеренно

Тпру! Не думаете, что ей пришлось бы осилить целую книгу?

Опыт Дэнис также показывает нам, как сильно мы можем ошибаться, предполагая, что Божественные послания редко доставляются ангелами. На самом деле только так они до нас и доходят.

Снова и снова «Беседы с Богом» учат нас слушать свой внутренний голос, заглядывать в душу, искать мудрость, заложенную в нас.

В той или иной форме.

Но подождите минутку. Неужели это правда? Ангелы существуют? Правда?

Да.

Ответ: да.

Они присматривают за нами. Заботятся о нас. И они провожают нас домой, когда земной путь для нас заканчивается. Они неотступно следуют за нами, паря в вышине, и защищают день и ночь, в хорошие и плохие времена, в слабости и болезни, пока смерть не прикоснется к нашим телам.

Помните, что ангел сказал Денис? «Я всегда с тобой». Он не лгал. Ангелы не умеют лгать. Ангелы благословляют нас и, защищая, ведут по пути истинного блага.

Они могут приходить к нам в снах и во время медитаций или даже становиться видениями, когда мы бодрствуем. Но сейчас я расскажу Вам то, что, возможно, Вас сильно удивит. Я верю, что ангелы также появляются в нашей жизни как «обычные» люди, совсем как я или Вы, и делают или говорят невероятные вещи.

Возможно, это просто причудливые мысли, но в мире определенно есть место для них. И, кроме того, можно взглянуть на это с другой стороны. В БСБ Бог говорит: «Я посылаю к тебе одних только ангелов».

Это означает, что каждый – ангел! Каждый послан Богом и входит в нашу жизнь с определенной миссией. Возможно, понять смысл этой «миссии» можно только на духовном уровне, но это можно сделать.

Удивлены?

Подумайте об этом. В глубине души нам, может быть, очень хорошо известно, почему мы входим в жизни друг друга. Ведь реальность такова, что на том самом глубинном уровне внутри нас формируются вибрации – я имею в виду, настоящие вибрации, – которые отражают наши цели. Именно поэтому иногда, встречая человека, мы чувствуем, что «это неспроста», что этот человек не просто так появился в нашей жизни.

Я расскажу Вам о том, как впервые повстречался с Нэнси, которая теперь стала моей женой. Когда она шла мне навстречу, я знал, что происходит что-то особенное. Просто знал.

У Вас когда-нибудь было такое чувство?

Да?

Ааа… Вы, вероятно, думаете, что сами выдумали это?

Ошибаетесь.

Нэнси находилась на расстоянии шести футов от меня, когда я ощутил это чувство. Вокруг меня не засиял солнечный свет, в ушах не звенели колокола, а сердце не растаяло. Я не увидел звезды или залпы салютов. Но то, что я испытал, было не менее эффектно. В моем теле словно сработала предупреждающая сигнализация. Иначе и не описать. Как будто весь мой организм кричал: Эй, очнись!

А затем я услышал слова. В моей голове очень подчеркнуто и четко прозвучало: Эта женщина очень важна для тебя.

Я не понимал, что это значит. Не понимал, что происходит. Но скажу Вам, что хорошенько поразмыслил над этим. Присмотрелся к этому случаю.

В глубине души нам, может быть, очень хорошо известно, почему мы входим в жизни друг друга. Люди входят в нашу жизнь с определенной миссией. Ни одна встреча не случается просто так.

Думаю, это был Момент Благодати.

Спустя месяцы я должен был принять важное решение об обязательствах, о том, какую роль в жизни Нэнси хочу играть и кем хочу, чтобы она была для меня. Я вспомнил об этом послании. И возможно, это прозвучит слегка «мечтательно», слегка «странно», но я принял это решение, основываясь именно на нем. И я ни разу, ни на одно мгновение, не пожалел об этом.

Так, люди входят в нашу жизнь с определенной миссией. Ни одна встреча не случается просто так. Даже если речь идет о простом прохожем на улице или официантке в ресторане (которая к тому же сменяется каждую неделю).

Ни один человек не встречается нам случайно.

Если мы внимательны и бдительны, мы неизбежно начинаем присматриваться к людям вокруг и спрашивать себя: каковы причины их появления? что происходит в данную минуту? какие возможности я могу сейчас реализовать? что у меня есть шанс подарить?

Может, в Вашу жизнь ангел войдет во сне, как это случилось с Дэнис. Не списывайте это на разыгравшееся воображение или «простые фантазии». Что, если это реально?

Может, на школьной площадке тоже был ангел – та учительница, что успела поймать Эрика, когда он с обмотанной вокруг шеи скакалкой был готов прыгнуть вниз. Не принимайте это за счастливый случай или «простую удачу». Что, если таков был план? Может, это сам Эрик безукоризненно играл свою роль, чтобы те, с чьими жизнями он соприкоснулся, могли сыграть свои. Не думайте, что это всего лишь странные рассуждения или «безумные теории». Что, если так оно и было?

Может, это Вы.

Никогда не задумывались об этом?

Может, Вы – ангел в чьей-то жизни. Не думайте, что это невероятно или это «всего лишь приятные мечтания». Что, если это действительно правда?

На самом деле так оно и есть.

Вопрос лишь в том, верите ли Вы в это.

Некоторые смогут сразу принять то, о чем я говорю. Другие… что ж, другие упрямее, и это займет у них какое-то время.

Возьмем, к примеру, Джерри Рейда…

Глава 8. Удачная неудача.

Джерри Рейд любит рассказывать историю об одном человеке, у которого был замечательный осел. Хозяин сильно любил своего осла, хотя тот его совершенно не слушался. И вот однажды он отвел своего любимца к знаменитому дрессировщику и спросил, можно ли научить его повиноваться. Дрессировщик сказал: «Конечно, оставь его у меня на пару дней. Когда ты вернешься, то не узнаешь своего осла».

Когда хозяин осла уже собирался уходить и обернулся, чтобы попрощаться, то увидел, что дрессировщик бьет его любимца толстой палкой промеж ушей. «Я же просил научить его, а не убить!» – сказал он со злостью. На что тренер ответил: «Иногда просто нужно привлечь его внимание».

Люди, которые окружали Фреда Рута в те недели, когда он умирал от болезни сердца, наверняка с трудом сдерживались, чтобы не назвать его ослом. И чтобы привлечь его внимание, понадобился переливающийся сгусток света в гостиной. Джерри Рейд из города Уитби штата Онтарио рассказывает, что тоже раньше был тем самым ослом. Но Богу все равно удалось привлечь его внимание. Хотя на это понадобилось пятьдесят лет, может, чуть больше или меньше, неважно, но он, как и Фред Рут, в конечном итоге очнулся для жизни.

Всю жизнь Джерри был счастливым парнем, с удовольствием пожинал плоды своих трудов, жил день за днем и наслаждался этим. Ему никогда не представлялось особенного случая подумать о душе или о том, кого называют Богом. Обычно его мысли обо всем этом сводились к сомнениям в существовании Бога вообще. На самом деле он был слишком занят, чтобы размышлять о подобных вещах.

Несколько лет назад, работая в типографии, Джерри отчетливо понял, что компьютеры скоро кардинально изменят эту отрасль, и стал осваивать новейшие компьютерные разработки. Новые знания пригодились ему на удивление скоро, так как после долгих лет работы Джерри неожиданно сократили.

После потери работы Джерри начал искать учебные центры, которые бы предлагали продвинутые курсы верстки печатных изданий с помощью специальных компьютерных программ. Он хотел повысить свою квалификацию в выбранной профессии. Но вместо того чтобы записаться куда-то в ученики, Джерри получил предложение преподавать.

Уровень, которого Джерри достиг в освоении компьютера самостоятельно, оказался значительно выше уровня основной массы людей. Так за несколько коротких недель Джерри прошел путь от верстальщика до преподавателя. Он обнаружил, что обучать работе на компьютере очень просто, потому что весь процесс абсолютно логичен и последователен – один шаг вытекает из другого. Позже ему стало казаться, что он был рожден преподавать. Джерри наслаждался атмосферой колледжа; студенты были с ним дружелюбны и стремились получить знания.

Однажды он пил кофе в студенческой столовой и заметил, что парень за соседним столом ведет себя как-то нервно. Джерри неторопливо подошел к нему и как можно нейтральнее спросил: «Эй, Дэн, что с тобой такое сегодня?».

Почти все в колледже знали, что в канун прошлого Нового года с ним произошел несчастный случай. Дэна сбила машина, когда он переходил оживленную улицу, и парень получил черепно-мозговую травму. С тех пор он стал несколько психически неустойчивым, и теперь, когда Дэн проходил бизнес-курс в качестве терапии, на занятиях с ним частенько случались приступы сильного гнева. Преподаватели и студенты уже успели к этому привыкнуть. Такие симптомы довольно распространены среди людей с черепно-мозговыми травмами.

«Преподаватели не выносят меня, а я терпеть не могу их! – крикнул Дэн на всю столовую. – Я ничему не могу здесь научиться! Я ухожу!».

Парню, должно быть, очень тяжело, подумал Джерри. А потом ему в голову пришла идея.

«Что ж, – сказал ему Джерри, – раз ты уже все равно оплатил обучение, ты можешь попробовать перейти в другую группу. В мою, например. Возможно, тебе понравятся компьютеры».

Тот разговор стал переломным моментом в жизни и Дэна и Джерри. К всеобщему удивлению, Дэн стал лучшим в группе. Как оказалось, поврежденный мозг Дэна прекрасно воспринимал линейный последовательный метод, который Джерри применял в процессе обучения. Более того, парень стал развиваться ускоренными темпами.

Дэн просто расцвел. Через какое-то время с Джерри даже пришел поговорить его лечащий врач, чтобы выяснить, какое чудо преподавателю удалось совершить, что у его пациента такими темпами восстанавливались умственные способности и эмоциональная устойчивость. Дэн стал гораздо менее раздражительным и лучше контролировал себя в непростых ситуациях. Очевидно, в Джерри открылся еще один талант – исцеление черепно-мозговых травм.

И как раз тогда он получил толстой палкой промеж ушей.

Однажды на мотоцикле Джерри на полном ходу лопнула шина. Мотоцикл перевернулся и всей тяжестью упал прямо ему на голову. Он лежал на дороге и истекал кровью, без сознания из-за тяжелейших травм. Водитель машины, ехавшей позади мотоцикла Джерри, немедленно остановился, чтобы оказать хоть какую-то помощь. Как выяснилось позже, этот мужчина работал в «Скорой помощи».

Он всеми силами пытался помочь Джерри, пока не приехала «неотложка». Позже доктора говорили, что Джерри остался жив лишь благодаря своевременной и квалифицированной помощи этого человека.

Конечно, Джерри не помнил ничего из этих событий. Он пролежал в коме много дней, а очнулся практически полностью лишенным каких бы то ни было воспоминаний.

Его мозг был поврежден.

Вот, что он помнил. Лежа без сознания на больничной койке, забинтованный с ног до головы, он увидел, что стоит перед входом в туннель треугольной формы. Он светился зеленоватым светом, пульсировал и казался живым. Джерри почувствовал неодолимое желание войти в него. Он уже почти сделал шаг, как вдруг заметил, что рядом с ним есть еще кто-то.

«Тебе не стоит входить туда, Джерри, – послышались слова, хотя Джерри был уверен, что его собеседник не произносил их. – Еще не время. Но ты можешь прикоснуться».

Джерри в изумлении уставился на существо, разговаривающее с ним. Он был… кем? Не мужчиной, не женщиной… может, ангелом…

Ангелы, ангелы… – поразмыслил Джерри. – Что я о них знаю? Пожалуй, ничего, за исключением того, что их вроде бы чаще всего зовут Михаил.

«Ты Михаил?» – задал Джерри вопрос.

Сначала ответа не было, но Джерри, словно кожей, ощутил удивление своего собеседника. «Если хочешь, можешь называть меня так», – все-таки сказал ангел.

Джерри вытянул руку и прикоснулся к зеленой стене туннеля. Она была мягкой и податливой, небольшая ее часть скользнула в руку Джерри. Тут же ему в голову пришла странная мысль, что ему следует натереть этим свою руку, ту, что особенно сильно пострадала в аварии. Как только он нанес зеленое вещество на свою рану, боль прошла. Джерри глубоко вздохнул.

Облегчение.

«Спасибо», – начал было он, но ангел исчез, и туннель вместе с ним. Все, что Джерри мог видеть, – это треугольник над головой… и еще больничную койку. Треугольник оказался каким-то аппаратом, свисающим с потолка. Постепенно перед глазами вырисовывались очертания больничной палаты. Джерри увидел бесчисленное множество бинтов на своем теле. Он не мог пошевелиться, но рука больше не болела. И он совершенно точно был жив!

Наконец, спустя долгие недели тяжелой реабилитации, Джерри выписали из больницы. Ему сразу стало ясно, что со своей черепно-мозговой травмой и не слишком большим запасом жизненной энергии он не осилит преподавание. Джерри решил начать с того, что пару часов в день помогал в местном отделении ассоциации помощи людям, перенесшим черепно-мозговые травмы. Там он рассказал о своей «компьютерной терапии», и этот опыт оказался полезным. Одна из директоров ассоциации, узнав, что изучение компьютерных программ становится признанным методом лечения повреждений мозга, предложила Джерри основать собственный бизнес.

«Мы не имеем возможности оказывать подобные услуги, но, безусловно, могли бы направлять заинтересованных клиентов к вам», – предложила она. Был ли этот разговор еще одним проявлением Божественного Вмешательства? Джерри знает лишь то, что сейчас он успешный, счастливый владелец компании, которая помогает людям лечить черепно-мозговые травмы методом компьютерной терапии. И это настоящее счастье – наблюдать за успехами людей, которые уже поверили, что никогда больше не смогут научиться чему-то новому, расти и развиваться.

Кроме того, Джерри говорит, что его личный ангел Михаил (Джерри все еще продолжает его так называть) часто навещает его. Обычно это происходит в те моменты, когда ему требуется моральная поддержка, но сказать точно, когда состоится очередной визит, невозможно. У него нет нимба или крыльев, и, если Джерри пытается сфокусироваться на его чертах слишком сильно или становится чересчур пытливым, Михаил ускользает. Но ангел всегда присутствует в его жизни, помогая и озаряя своей любовью. Таким же и сам Джерри старается быть для тех людей, которым он надеется помочь.

Видите? Джерри решил стать любящим добрым ангелом для других людей. Он наконец понял! Сегодня он ангел в чьей-то жизни! И он старается хорошо играть свою роль.

Только представьте себе, каким был бы наш мир, если бы каждый из нас пошел по такому пути?

Но это не всегда легко, мы должны это признать. В конце концов, на этой планете мы слишком глубоко погрязли в трясине иллюзий. Эта тема в очень конкретных терминах рассматривается в «Единении с Богом». Там говорится о Десяти Иллюзиях Человечества (Потребность, Неудача, Отделенность, Нехватка, Необходимое условие, Суд, Осуждение, Обусловленность, Превосходство, Неведение).

Мы настолько полно погружаемся в наши иллюзии и они кажутся нам столь убедительными, что в результате очень редко видим вещи такими, какие они есть в реальности. Например, то, что мы считаем «плохим», кажется нам «плохим», а то, что считаем «хорошим», – «хорошим». При этом мы даже не замечаем, как это «плохое» и это «хорошее» меняются местами или, вовсе невероятным для нас образом, оказываются одним и тем же в одно и то же время.

Великая истина заключается в том, что иногда, казалось бы, самая большая трагедия в жизни оборачивается для нас ценнейшим даром. На самом деле – в это поверить сложнее всего, я знаю, поэтому держитесь сейчас крепче – так оно всегда и случается.

Помните, я рассказывал Вам, что Бог сказал мне: «Я посылаю к тебе одних только ангелов»? Что ж, Он также сказал: «Я делаю для тебя одни только чудеса».

Что это значит? Неужели Бог говорит, что все вокруг нас – это чудеса?

Да.

Теперь, когда Вы осознаете, что сама по себе жизнь является чудом – ведь даже тот факт, что на этой планете зародилась жизнь в такой форме, которую мы видим, бесспорно чудесен, – Вам станет легче понять и принять то, что каждая составляющая частичка жизни тоже чудесна. Но не думаю, что Бог вкладывал в Свои слова столь широкое значение, лишая его тем самым конкретного смысла. Думаю, Он имел в виду, что каждое событие, посланное нам специально, является чудом.

Великая истина заключается в том, что иногда, казалось бы, самая большая трагедия в жизни оборачивается для нас ценнейшим даром.

Если это правда, то как нам это испытать? Как найти тому подтверждение?

«Беседы с Богом» учат нас в момент трагедии или в тяжелых обстоятельствах помнить всего два слова:

Разгляди Совершенство.

Это может быть непросто, но, если Вам это удастся, любая безвыходная ситуация может обернуться для Вас Моментом Благодати.

Каждый раз, рассказывая об этом на своих лекциях и выступлениях, я вспоминаю историю Кристофера Рива.

Мистер Рив, как известно большинству из Вас, прекрасный актер с потрясающей живой энергетикой. Он заставлял наши сердца биться чаще в «Однажды во времени», захватывал воображение в «Супермене» и многих других картинах. Но его блестящая актерская карьера прервалась в результате несчастного случая на конной прогулке, когда он упал с лошади и все его тело ниже шеи было парализовано.

На первый взгляд это кажется ужасной трагедией. И конечно, для мистера Рива пережить это было непросто. Никто не станет это опровергать. Но послушайте меня. Я хочу, чтобы Вы взглянули на это иначе.

После этого несчастного случая Кристофер Рив стал самым влиятельным, красноречивым и убедительным оратором в мире, защищающим интересы людей с физическими ограничениями. И поверьте, это не мало, потому что инвалиды давно уже нуждались в сильном лидере.

Кристофер Рив собрал миллионы долларов в поддержку исследовательских программ, изучающих возможности восстановления функций парализованного тела, включая полное излечение в некоторых случаях.

Но мистер Рив не только дал людям с ограниченными физическими возможностями надежду на лучшую жизнь завтра. Собственным вдохновляющим примером он показал тысячам из них, как уже сегодня жить лучше и не обращать внимания на телесные ограничения.

Он много путешествовал с благотворительными миссиями и, кроме того, сумел вернуться в искусство в качестве актера и продюсера. Во всех областях своей деятельности мистер Рив достиг впечатляющих результатов.

Как ему это удалось? В чем его секрет?

Что ж, я никогда не разговаривал с Кристофером Ривом, но готов поспорить, что дело в его взгляде на жизнь. Я уверен, что однажды после несчастного случая ему пришлось принять решение о том, что он, прежде всего, хочет жить дальше. Во-вторых, что он хочет жить полноценной, притягательной, активной, наполненной жизнью. И в-третьих, что он может это сделать и ничто его не остановит, если он действительно попытается.

Это то, о чем в беседах мне говорил Бог, то, о чем я пишу в каждой книге: восприятие – это все.

А вот то, о чем я не говорил еще ни в одной из своих книг. (Эта мысль пришла ко мне где-то между книгами, и до сих пор не выдалось случая рассказать Вам о ней.) Восприятие является третьим шагом в Процессе Ения.

Процесс Ения? Да, именно так я и сказал. Вот о чем поведал мне Бог в одной из наших бесед.

Он сказал:

«Нил, вся жизнь – это Процесс Ения».

«Ения? – повторил я. – Что такое Ение?».

Он ответил:

«Я предлагаю просто придумать это слово, чтобы ты мог лучше понять принцип процесса, который по сути своей настолько неординарен, что в языке, на котором ты говоришь, даже нет слова для его обозначения».

«Что ж, давай придумаем».

«Да. Ты согласен?».

«Эй, ты же здесь главный».

«Ну, на самом деле нет. Главный здесь ты. Но давай оставим пока твою характеристику Меня. Ты помнишь, я говорил тебе, что слова – это самая ненадежная форма коммуникации?».

«Да».

«Это тому прекрасный пример. В твоем языке нет определенного слова для того, чтобы описать что-то, происходящее в твоей жизни каждый день. Поэтому нам придется взять несколько уже существующих в твоем языке слов и придумать новое. Назовем это явление Процессом Ения».

«Надеюсь, ты все же объяснишь мне, что это».

«Я этим и занимаюсь. «Ение» – это процесс, в ходе которого ты создаешь свою персональную реальность. Это происходит следующим образом. Вначале у тебя появляется идея. Это акт чистого творчества. Ты создаешь что-то в своем разуме. Оно буквально зарождается в тебе. Потом ты смотришь на свое создание и выносишь относительно его некое решение. У тебя складывается мнение, суждение о том, что в тебе зародилось. Оно буквально осмысляется тобой.

В твой опыт затем переходит именно мнение о том, что ты создал, а не результат чистого творчества, изначально зародившийся в твоем разуме. Оно буквально воспринимается тобой.

То, что зарождается в тебе, осмысляется тобой, и то, что осмысляется тобой, воспринимается тобой.

Процесс, о котором мы говорим, – это:

ЗарождЕНИЕ.

ОсмыслЕНИЕ.

ВоспринимАНИЕ.

Если ты не отступаешь от своей изначальной идеи, то воспринимаемое тобой будет очень близко к тому, что в тебе зародилось. На это способны Великие Мастера, величайшие идеи обретают плоть в их исполнении. Но часто, слишком часто, ты смотришь на вещи иначе, чем ты впервые смотрел на них (также и себя самого ты видишь не таким, каким увидел впервые), потому что твоя первоначальная идея кажется тебе слишком хорошей, чтобы быть реальной. Поэтому ты уходишь в сторону от изначальной идеи. И именно поэтому ты можешь ошибаться насчет того, что реально. То есть ты буквально обманываешься».

Можете представить, как я был поражен, когда узнал об этом. Ничто из слышанного мной ранее не объясняло процесс внутреннего творчества так точно и ясно.

Теперь я понимаю, что, когда мы «видим совершенство» во всем, мы просто не отдаляемся от изначальной идеи нашей души, в которой несовершенств нет. Тогда великолепие и чудо Изначального Стремления проявляются в нашей жизни. Мы больше не обманываемся. Мы видим Моменты Благодати там, где никогда раньше не заметили бы их.

Когда произошел Момент Благодати Фреда Рута? В ту минуту, когда он буквально «увидел свет»? Конечно. Каждый согласится с тем, что это Момент Благодати. Каждый воспринимает это как чудо. Но первый Момент Благодати Фреда случился совсем не тогда, и это разглядеть уже не так просто. Он случился, когда у Фреда был первый сердечный приступ. Сам Фред, скорее всего, не понимал этого тогда. Он, скорее всего, назвал бы это моментом величайшего несчастья, но только лишь по той причине, что не мог увидеть совершенство. Он не видел путь, открывшийся для него, не знал, что требуется для того, чтобы следовать этому новому пути.

В жизни каждого из нас случается множество Моментов Благодати, знаем мы об этом или нет. Неверно считать, что с каждым такое может случиться только один раз.

А Моменты Благодати Джерри Рейда? Один случился, когда его уволили из типографии, где он проработал много лет. Другой – в тот момент, когда в колледже он встретил Дэна, студента с черепно-мозговой травмой. Еще один – когда у колеса его мотоцикла лопнула шина. И совершенно точно Моментом Благодати была его встреча с созданием, которому он дал имя Михаил.

В жизни каждого из нас случается множество Моментов Благодати. Оглядываясь в прошлое, мы часто можем увидеть, как эти особые моменты образуют путеводную нить.

Оглядываясь в прошлое, мы часто можем увидеть, как эти особые моменты образуют путеводную нить или даже настоящую взлетную полосу, которой мы можем воспользоваться, чтобы попасть туда, где мы хотим быть.

Иногда это неочевидно…

Глава 9. Божественный сценарий.

Трой Баттерворт помнит, как он еще ребенком лежал рядом с плачущей матерью, обнимал ее и старался утешить.

«Если бы ты только смогла уйти от него, мам», – говорил он, в который раз отчаянно пытаясь уговорить ее бежать от жестокости мужа. Много подобных ночей он умолял ее бежать от отца. Его бросало в дрожь от одного только воспоминания о холоде в голосе отца.

«Только попробуй развестись со мной, сука, и я перережу тебе глотку», – угрожал он.

Никто не сомневался в его словах.

Трой вытирал слезы матери. «Если я попытаюсь уйти от него, что будет с тобой, с твоими братьями и сестрами? Я не могу оставить вас наедине с ним, Трой. Я должна остаться», – всхлипывала она.

Со временем становилось только хуже. Отец постоянно избивал маму и, напиваясь, без конца заставлял Троя и его братьев участвовать в нездоровых сексуальных играх, которые с каждым разом становились все невыносимее. Это началось, когда Трою было всего семь, и продолжалось год за годом.

В те дни, когда отец напивался особенно сильно, Трой прятался от него в шкафу. Он подолгу трогал ружья, спрятанные за одеждой, и лелеял жуткие мечты о том, как однажды спустит курок и разнесет отца на мелкие кусочки. Иногда он даже начинал искать в темноте патроны, как будто и вправду собирался воплотить свои фантазии в жизнь.

Вне дома дела обстояли немногим лучше. Он учился в шестом классе общеобразовательной школы. Из-за того, что он не разделял интересов других мальчиков, его назвали Гей Трой. Кроме того, выглядел и вел себя он тоже не так, как остальные парни. Трою постоянно приходилось прятаться от банды, которая преследовала его, закидывая камнями и донимая насмешками. Но в конечном итоге они все равно находили его и избивали. Постоянный страх, естественно, мешал ему сосредоточиться на уроках, и учился Трой очень плохо.

В довесок к физическим пыткам Троя постоянно преследовали жуткие воспоминания о том, как три года назад его изнасиловал приятель соседки. Хотя к тому времени в его жизни было так много насилия, что этот случай едва ли показался ему таким уж ненормальным.

Удивительно, но при всем этом Трой глубоко и тесно общался с Богом. Часто казалось, что Бог единственный, кто его любит. Через все страдания детства Трой прошел с мыслью о том, что Бог его не оставит. Это давало ему утешение, которого он не мог найти нигде больше. Но, даже зная, что Бог любит его, Трой терзался виной. Дело в том, что в какой-то момент ему пришлось признаться себе в том, что он действительно гей.

Трой никогда до конца не понимал, как Бог может любить такого грешника, как он, поэтому, став старше, он стал в этом сомневаться.

Однажды угрызения совести стали совершенно невыносимыми и, не в силах справиться со своей болью, Трой решил излить душу. Он попросил совета у проповедника баптистской церкви, где и раньше не раз искал утешения.

Ему не раз объясняли, что сказано в Библии о гомосексуализме. Бог простит все, любой грех, за исключением этого. «Но, может, они ошибаются, – надеялся Трой, – Бог может любить меня таким, какой я есть». Ему так хотелось, чтобы это было правдой.

«Если Бог будет милостив к тебе, – сказал пастор, сидя за столом в кабинете, сквозь окна которого струился солнечный свет, – ты попадешь в рай». Лицо Троя озарила лучезарная улыбка, его надежды оживали. Они все же ошибались. «Но если ты не преодолеешь свою гомосексуальность, – продолжал он, – Он отвернется от тебя».

Сердце Троя остановилось. Бог, его единственный друг, единственное утешение в жизни, повернулся к нему спиной. Слушая исповедь Троя, пастор явно испытывал смущение и не желал долгих обсуждений. Хотя пастор и не сказал этого открыто, но из разговора Трой совершенно точно понял одно: если ты гей, твое место в аду.

Теперь у Троя появился новый страх. Сначала издевательства отца, потом побои в школе, и вот теперь страх попасть прямиком в ад.

Ничто не могло сделать Троя счастливее, чем если бы он проснулся однажды и обнаружил, что стал нормальным. «Пожалуйста, Боже, – молил он каждый день. – Пожалуйста. Сделай меня нормальным».

Но Бог не выполнял его просьбу. Он становился старше, сексуальная энергия начинала бурлить в нем. Как Трой ни пытался, он не мог преодолеть свою тягу к мужчинам. Уверенный в том, что Бог не любит его уже в любом случае, Трой прекратил свои попытки не быть геем. Он потерял всякое благоразумие на этот счет. Он взбунтовался. Стал действовать по принципу «Если я все равно проклят, так какого дьявола». Он стал повсюду нахально искать партнеров для секса.

Он занимался сексом с любым и каждым, кто только хотел этого. В парках, общественных зонах отдыха, секс-клубах, где в любое время дня и ночи за небольшую плату всегда можно найти партнера. Он пустился во все тяжкие. Он уже не мог остановиться, несмотря на то что хотел все изменить.

Бог оставил его, мама попала в психиатрическую больницу, жизнь потеряла всякий смысл. Насилие настолько давно стало частью жизни Троя, что в его отсутствие он мучил себя сам. Он уехал в Нью-Йорк, чтобы найти себе новых сексуальных партнеров, которыми он пытался заполнить пустоту, образовавшуюся в его душе после потери Бога.

В свой двадцать третий день рождения, прямо на Рождество, Трой не получил ни одной поздравительной открытки, ни одного звонка от родных. Ни один человек во всем мире не вспомнил о нем. Серый и дождливый день за окном. Тоскливые пустые улицы. И ни единого друга в Нью-Йорке. Трой сидел в своей неряшливой промозглой квартире, слушал шум дороги и чувствовал, что окончательно опустился на самое дно жизни. Ему было холодно и одиноко.

Черт возьми, я не должен сидеть здесь один, подумал он. Трой знал, что в нескольких кварталах от его дома был секс-клуб, в котором он еще не успел побывать. К дьяволу все. Лучше пойду туда. Трой накинул пальто и понесся прочь из квартиры навстречу единственному утешению, которое знал. По крайней мере, я смогу получить хоть каплю человеческого общения, вздохнул он, борясь с ветром на улице.

«Кроме меня, здесь никого нет», – сказал администратор. Он выглядел слишком свежо и опрятно для оператора секс-клуба.

«Ты подходишь», – сказал Трой, с небрежным видом приближаясь к кушетке.

«Нет, парень. Я не обслуживаю клиентов. Я только администратор. Сейчас Рождество. Никого больше нет».

«Просто позволь мне заняться с тобой любовью. Пожалуйста». Трою было необходимо ощутить прикосновение человеческого тела. Ему нужен был секс.

«Я же сказал тебе, парень. Я не занимаюсь сексом с клиентами. Я работаю здесь, просто чтобы оплатить учебу. Я не имею никакого отношения к обслуживанию клиентов».

Трой обезумел. Ему был необходим секс, просто необходим. Но парнишка-администратор продолжал говорить что-то про школу, про то, что у него есть друг. Трой не в силах был это слушать. Он лишь чувствовал отчаяние.

Потом внезапно комната стала тусклой, Трой почувствовал головокружение и потерял ориентацию. Случилось что-то очень странное. Трой понял, что обозревает комнату откуда-то извне. Он больше не был в своем теле; он видел себя со стороны, сидящим на ободранной кушетке грязно-оранжевого цвета. Молодой администратор стоял рядом и что-то говорил. «Что происходит?» Трой был в панике. «Что со мной происходит?».

А затем Трой вернулся в свое тело так же быстро, как и вышел из него. Он медленно приходил в себя и в омерзении стал сползать по кушетке. Он в жизни не чувствовал такого отвращения и подавленности. Даже в те годы, когда над ним издевался отец или избивали одноклассники, даже когда сосед жестоко изнасиловал его, Трой не чувствовал такой ненависти к самому себе. Даже когда он вспоминал всех тех незнакомых людей, которые отвечали на его ухаживания. И вот он здесь, умоляет о сексе. Грубо. Настойчиво. Ему захотелось умереть.

Именно тогда он решился на самоубийство. Но перед смертью он хотел как можно больше секса. Испытывая слепой стыд и омерзение, он вышел из секс-клуба, чтобы пуститься в загул, который должен был стать последним в его жизни. Следующие три дня он бродил по улицам, прочесывал парки и общественные зоны отдыха и занимался сексом со всяким, кто оказывался не против. Три дня, полные отчаяния, стыда, страха и пагубной страсти – страсти, которая никогда его не отпустит и не даст успокоиться.

На третий день, истощенный и совершенно опустошенный, он пропадал на улицах города в поисках очередного сексуального партнера, помня о своем решении свести счеты с жизнью.

Он шел быстро и, даже несмотря на промозглый холод, ощущал лихорадочный жар. Из какого-то разговора Трой вспомнил, что для того, чтобы умереть, нужно просто запить алкоголем большую дозу снотворного. Он заскочил в магазинчик, торгующий ликером, и купил бутылку «Кайлуа». На выходе их магазина его взгляд зацепился за вывеску на другой стороне дороги.

«Центр геев и лесбиянок.

Открыто 365 дней в году. Добро пожаловать».

Трой внезапно почувствовал непреодолимое желание зайти внутрь, хотя и не мог понять или объяснить это. Его словно что-то подстегивало заглянуть туда. Он засунул бутылку в рюкзак и перешел улицу.

Девушка на стойке ресепшн сразу сообщила ему: «Единственное собрание, которое проходит сегодня, – это анонимное собрание страдающих сексуальной одержимостью». Трой хотел развернуться и уйти, но что-то остановило его. «Как туда пройти?» – спросил он робко.

«Вперед по коридору, первая дверь направо».

Следуя ее указаниям, он очутился в маленькой комнатке и присел недалеко от выхода. Его ладони вспотели. Он нервничал. Трой ощущал, как рюкзак оттягивает бутылка «Кайлуа». Это служило напоминанием о принятом им решении, но прямо сейчас, перед тем как он вернется в свою квартиру и все закончится, он просто хотел поговорить с кем-нибудь, неважно с кем.

«Меня зовут Джейн, и я сексуальная наркоманка, – говорила молодая женщина, стоя в центре комнаты. – Сегодня я пришла сюда, потому что в праздники моя одержимость проявляется особенно сильно». Она казалась испуганной.

В ходе вечера, слушая одну историю за другой, Трой понял, в чем он давно боялся себе признаться, хотя знал, что так и есть. Он тоже одержим. Это было непросто признать. К концу собрания Трой твердо решил, что не может больше жить в постоянном ужасе и омерзении. Он должен был измениться или умереть. Другого выхода он не видел.

Он видел безумство на лице того Троя, который сидел на замызганной кушетке и униженно просил физической близости; чувствовал холодное одиночество пустой квартиры в свой рождественский день рождения; нес в себе память о полном боли детстве, в котором отчаяние его матери стало его собственной безысходностью. Сейчас в нем зародилась мысль. Быть может, я могу все изменить. Возможно, надежда еще есть. Он огляделся и сказал себе: Эти люди живут. У них такая же беда, как и у меня, но они, по крайней мере, стараются делать что-то, чтобы исцелить эту боль. Трой почувствовал крошечную искорку жизни где-то глубоко в груди.

Трой вернулся в квартиру. Он не стал пить «Кайлуа». Не стал пытаться покончить с собой. Вместо этого он сел и стал размышлять над событиями последних трех дней, пытаясь разложить все по полочкам.

На следующее утро, скорее по привычке, чем по собственному желанию, он поднялся, оделся, сел в метро и поехал на работу. Он заметил свободное место в вагоне и направился туда, чтобы сесть. Но оказалось, что там, растянувшись на два места, спал какой-то бродяга. Первой реакцией Троя были раздражение и злость. Он ведь просто хотел сесть и отдохнуть. Почему этот человек считает, что может занять два места?

Трой осмотрелся, больше мест не было. «Почему, помимо всего остального, я должен терпеть еще и это? – спрашивал он подавленно. – Почему мне так тяжело?».

Бог любит и этого человека тоже, возник в его голове ответ. Его словно ударило молнией. А ты счастливчик.

Трой едва не начал оглядываться, но понял, что никого не увидит: голос шел из его собственного сердца. Да, он был одинок и потерян, жизнь опротивела ему, но, по крайней мере, он был сыт, а ночью спал в чистой постели в доме, который мог назвать своим. И что еще важнее, Бог подарил ему надежду. Он указал Трою на настоящую проблему и привел его прямиком к 12-шаговой программе.

Затем Трой услышал другую мысль. Бог любит и тебя тоже.

Особое тепло наполнило всю его сущность, а затем наступил момент удивительного озарения. Они были неправы. Все эти люди, которые снова и снова говорили мне, что Бог не может любить такого, как я, что я обречен, потому что я тот, кто я есть, ошибались. Абсолютно и однозначно ошибались.

Примеры Божественной благодати начали наполнять сознание Троя – события и факты, которые подтверждали присутствие Бога в его жизни. Не только то, что он нашел анонимное собрание страдающих сексуальной одержимостью как раз тогда, когда решил совершить самоубийство. Было нечто большее. Гораздо больше. Он вполне мог заразиться СПИДом, но все еще был здоров. Ни разу у него не было проблем с законом, несмотря на все его публичные сексуальные приключения. И возможно, важнее всего было то, что, несмотря на ужасное детство, он не лишился человечности.

Исходя из постулатов любой религиозной доктрины, Бог не должен был любить его достаточно сильно, чтобы так заботиться о его судьбе. Он ведь гей, всегда им был и навсегда останется. Но Бог любит меня, подумал Трой. И я тоже буду себя любить. Ему больше не нужно было это место в вагоне метро. Он словно научился летать.

Трой не пьет уже почти два года. У него хорошая работа и отличные друзья. Он часто навещает свою маму и работает над тем, чтобы простить своего отца. Еженедельные собрания в центре геев и лесбиянок стали важной частью его жизни. Время от времени он покупает горячие обеды для бездомных. Бутылка «Кайлуа» пылится на полке. Трой хранит ее как напоминание о том, как близко он подошел к черте и как в конце концов узнал о том, что всегда находится под сенью Бога.

Мысль когда-нибудь просто ударяла Вам в голову? Идея возникала у Вас «абсолютно ни с того ни с сего»? Если нечто подобное случалось с Вами в моменты неопределенности или глубокого отчаяния, держу пари, Вы беседовали с Богом. А если идея оказалась оптимистичной, радостной, добросердечной, то я знаю, что так оно и было.

Люди часто спрашивают: «Как мне отличить, когда я получаю сообщения от Бога, а когда мне в голову приходят просто случайные мысли неизвестно откуда?».

Ответ можно найти на начальных страницах первой книги серии «С Богом». Бог сказал:

«Самые твои чистые помыслы, ясные слова и лучшие чувства всегда от Меня. Остальное приходит к тебе из других источников.

Чистые помыслы всегда полны счастья и радости. Ясные слова несут в себе истину. Лучшие чувства – все те, что ты можешь назвать любовью.

Теперь отличить Мои послания от иных для тебя не составит труда, ведь совсем не сложно определить, что является самым Чистым, Ясным и Хорошим. На это способен даже ученик младшей школы.

Тем не менее Я дополню эти указания.

Самые твои чистые помыслы, ясные слова и лучшие чувства всегда от Меня. Остальное приходит к тебе из других источников.

Чистые помыслы всегда полны счастья и радости. Ясные слова несут в себе истину. Лучшие чувства – все те, что ты можешь назвать любовью.

Счастье, истина, любовь.

Эти три категории равнозначны, и за одной всегда следуют две других. И не важно, в каком порядке».

Мысли о злости, мести, грусти или страхе не от Бога. Мысли о беспокойстве, разочаровании, ограниченности и несоответствии требованиям не от Бога. То же относится и к мыслям о неприятии, наказании или порицании.

Любые мысли, убивающие надежду, счастье, присутствие духа или стремление к свободе, не могут быть Его посланиями.

Я уверен, что в том вагоне метро Трой получил послание именно от Господа, потому что в нем говорилось о безусловной любви и полном принятии. Таким мыслям и посланиям Вы всегда можете доверять.

А теперь я предлагаю ответить на другой вопрос. Был ли совпадением тот факт, что, как раз когда Трой подошел к финальной черте, его взгляд упал на вывеску общества, которое могло помочь ему свернуть с этого разрушительного пути? Лишь благодаря счастливому случаю единственное собрание, проходившее в тот день, оказалось настолько подходящим нашему герою? По чистой ли случайности здание общества находилось напротив магазина, торгующего ликером, который должен был стать орудием самоубийства? Или же это был настоящий Момент Благодати, связанный одной нитью с тем, что случился в вагоне метро на следующий день?

Когда события следуют одно за другим словно по написанному сценарию, вероятнее всего, Кто-то Другой принялся за дело…

Не все примеры этого так же драматичны, как истории Джерри Рейда или Троя Баттерворта. Некоторые из них радостны… но при этом все так же действенны. Спросите у Кевина Донки.

Глава 10. И дитя поведет их за собой.

Праздники и священные дни всегда становятся испытанием, если что-то не ладится. Придуманные для того, чтобы приносить счастье и радость, они могут стать причиной грусти, как это, например, случилось в истории Троя и в бесчисленных нерассказанных историях других людей. Но, как это, опять же, случилось с Троем, такое время может принести и исцеление. Ибо сердца людей раскрываются гораздо легче в дни, отведенные традициями и культурой для памятования великих основ жизни.

Рамадан. Рош Хашана. Или Белтейн. Неважно. В традициях и культурах всех народов есть особые дни, когда их глубочайшая мудрость и величайшее счастье проявляются через торжества и церемонии, через песни и танцы, через семейные вечера и всеобщую радость празднования Самой Жизни.

Однако в то Рождество Кевин Донка ощущал что угодно, только не праздничное настроение. На самом деле ему было очень одиноко.

Если бы только они смогли понять! – думал он. – Если бы только они перестали так критиковать меня! Если бы…

В семье Кевина произошла серьезная размолвка. Его сестра с ним почти не разговаривала. Брат тоже злился. Даже отец присоединился к ссоре и, к сожалению, не на его стороне. И хотя Рождество совсем не время для грусти, Кевин не мог игнорировать тот факт, что родные незаслуженно осуждают его.

Все это случилось из-за делового соглашения, которое Кевин заключил со своим зятем. Каким-то непостижимым образом все вдруг решили, что он не до конца выполняет свою часть сделки.

Если бы только они меня выслушали! – думал Кевин. – Только я разбираюсь в этом, с горечью говорил он себе. Только я. Один только я!

Он злился. На самом деле весь сочельник он не мог думать ни о чем, кроме сложившейся ситуации. Кевин даже решил не идти со своей семьей в дом отца на ежегодный рождественский ужин.

«Я был в полном смятении, – вспоминает он. – Я не знал, что мне делать, не понимал, как устранить эти нелепые разногласия между нами. Я не хотел идти туда и снова ощущать повисшее в воздухе напряжение, особенно когда кругом дети. Знаете, дети ведь все замечают. Вы думаете, они не понимают, что происходит, а это не так. Они все чувствуют. Я не хотел портить им Рождество».

Кевин испробовал все известные ему способы, чтобы совладать со своими чувствами. В те дни он как раз читал книгу под названием «Четыре Соглашения» Дона Мигеля Руиса. И теперь пытался на практике применить один из четырех постулатов здоровой жизни, обозначенный в книге так: никогда ничего не принимать на свой счет.

«Мне было сложно, – говорит он, – такое соглашение действительно стоит заключить с жизнью, но не так-то легко сделать это, когда речь идет о твоей собственной семье, когда родные тебе люди настолько несправедливо и неодобрительно относятся к тебе. Я думал, они лучше знают меня».

Кевин Донка работает мануальным терапевтом в городе Лейк-Хиллз, штат Иллинойс, и за годы практики исцелил многих людей. И вот теперь, размышлял он с иронией, не может вылечить себя самого. С другой стороны, болезнь заключалась не в состоянии тела, а в печали души, говорил он себе, и тут его искусство бессильно. Если так будет продолжаться и дальше, то, для того чтобы все наладить, потребуется Божественное вмешательство. Или, по крайней мере, что-то гораздо большее, чем то, чему он научился в школе хиропрактики.

Наступила последняя перед Рождеством суббота. Обед в семье Кевина прошел обычно, но как-то подавленно. Он знал, что скоро должен будет принять окончательное решение и объявить о нем домочадцам. Как он объяснит детям, что они не поедут в гости к «дедуле» на Рождество? Как втянет свою жену Кристину в пучину своей собственной горечи?

«Папа, папа, смотри на меня!» – громко и радостно кричала шестилетняя Мария на всю гостиную, где они собрались после обеда. Ее зеленые глаза сверкали, а мягкие прямые каштановые волосы покачивались в такт ее движениям под музыку Бритни Спирс. Малышка целый день репетировала выступление под аккомпанемент своего плеера. «Ты можешь снять меня на камеру, папа? – попросила она. – Я хочу посмотреть потом, как у меня получается!».

Кевин улыбнулся. Дети – это такое счастье. Он наконец смог отвлечься немного от своих черных мыслей. Вдвоем они спустились вниз в большую комнату, которая еще в мире детства Кевина называлась игровой. Он вооружился видеокамерой, удобно расположился на диване и направил объектив на Марию, а та, наверное, в сотый раз за день завела свою песенку.

В песне Бритни Спирс была строчка, которая звучала так: «Я одна, и это убивает меня». Но Кевин заметил, что Мария переиначила ее на свой лад. Она пела: «Только я, и это убивает меня».

«Солнышко, она поет не так, – нежно поправил Кевин свою дочурку, – там должно быть по-другому». Он произнес фразу, которая действительно звучала в песне.

Мария задумалась на мгновение, а потом безапелляционно заявила: «Мне больше нравится по-моему!».

Кевин пожал плечами, улыбнулся, и они продолжили снимать.

Теперь у малышки появилось настроение немного подразнить папу, и то, что она сделала, абсолютно не выходило за пределы забавной детской шалости.

Когда Мария добралась до строчки, на которой отец поправил ее, она плавно подошла к камере, вплотную придвинулась к объективу и прямо Кевину в лицо пропела: Только ты, и это убивает тебя, папочка!

Кевин зажмурился со своей стороны объектива и резко закрыл камеру. «Меня как будто хорошенько треснули по голове», – вспоминает он.

Горькое чувство отделения от родных обожгло его сердце. Эхом отозвались его собственные слова. Только я… только я… один только я…

Он понял, что это послание пришло из места, далекого от игровой комнаты, где сидели он и его маленькая Мария, хотя в то же время оно существовало прямо там, внутри их душ.

Позднее вечером, когда он уже лежал в кровати, Кевин взял в руки еще одну книгу – «Дружба с Богом». Прочитав пару страниц, он повернулся к Кристине.

«Я хочу рассказать тебе о чем-то, что произошло сегодня вечером. – сказал он и поделился с женой историей о песенке Марии. – Думаю, это Бог говорил со мной обо всей этой ерунде, которая происходит сейчас между мной и моими родными. В этой книге говорится, что Бог постоянно говорит со всеми нами. Мы только должны открыться для его слов».

«Я знаю, – мягко согласилась Кристина, – и что ты теперь собираешься со всем этим делать?».

По щеке Кевина скатилась слеза и остановилась в уголке губ, он почувствовал во рту ее солоноватый привкус. Он помнил два вопроса из книг серии «С Богом».

Это тот, кем я на самом деле являюсь?

Что сейчас сделала бы любовь?

«Я пойду к ним на Рождество и не перестану любить их, что бы они ни говорили и что бы они ни делали».

Кристина улыбнулась.

На следующий день Кевин позвонил отцу.

«Мы с семьей хотели бы приехать к вам на Рождество, если ты не против. Я хочу забыть всю эту чушь, которая стоит между нами. Давай весело проведем праздник».

Его отец ни мгновения не медлил с ответом: «Мне тоже этого очень хотелось бы, Кевин».

И «только я» Кевина перестало убивать его.

Устами младенца глаголет величайшая истина, и история маленькой Марии Донка – прекрасное и трогательное тому доказательство. Людям часто кажется, что они одиноки и целый мир ополчился на них. Для того чтобы, как Кевин Донка, суметь преодолеть это состояние, необходимо не упустить момент осознания. К такому моменту нас могут подтолкнуть самые странные вещи. Вроде невинной и, казалось бы, совершенно отвлеченной фразы, произнесенной ребенком.

Но действительно ли шутка Марии была отвлеченной? Неужели она действительно не имела ничего общего с тем, что происходило в жизни отца малышки на тот момент? Эта история была простым совпадением, наивной вспышкой проказливости игривой маленькой девочки? Или же это было завуалированное тайное Божественное вмешательство? Мог ли этот случай быть Беседой с Богом?

Людям часто кажется, что они одиноки и целый мир ополчился на них. Для того чтобы суметь преодолеть это состояние, необходимо не упустить момент осознания. К такому моменту нас могут подтолкнуть самые странные вещи.

Я уверен, что так и было. На самом деле я знаю, что так и было. И я думаю, что Бог говорит с нами через маленьких детей очень часто. Почему? Потому что дети не забыли. Дети «отсутствовали» еще не так долго, чтобы утратить связь с глубочайшей истиной и высшей реальностью.

Мне вспоминается история, которую я рассказывал Вам в первой книге о «Беседах с Богом». Она о маленькой девочке, которая однажды сидела за своим обеденным столиком и увлеченно рисовала цветными карандашами. Мама подошла поближе, посмотреть, чем ее дочурка так старательно занимается.

«Что ты рисуешь, солнышко?» – спросила она.

Девочка подняла свои лучистые глаза: «Я рисую портрет Бога!».

Бог говорит с нами через маленьких детей очень часто. Дети «отсутствовали» еще не так долго, чтобы утратить связь с глубочайшей истиной и высшей реальностью.

«О, как здорово, – улыбнулась мама, – но знаешь, милая, никто на самом деле не знает точно, как выглядит Бог».

«Правда? – сказала малышка. – Тогда сейчас, дай только закончить…».

Видите, как мыслят наши дети? Им даже не приходит на ум, что они не могут знать того, о чем понятия не имеет ни один человек во всем мире, ни один так называемый умный взрослый. Дети абсолютно чисты, и, кроме того, они не судят и не осуждают самих себя за то, что высказывают свои мысли. Они просто выпалят истину как на духу, обронят мудрость и попляшут дальше.

Мой прекрасный друг преподобная Маргарет Стивенс рассказала мне историю, случившуюся с ней самой, которую она, по ее словам, никогда не забудет. Однажды она шлепнула свою маленькую дочку по попе и сделала ей строгий выговор за какую-то провинность. Девочка начала плакать, и Маргарет, пожалев ее, сказала: «Ну ладно, все, не плачь. Я тебя простила».

Дочь внимательно посмотрела на нее, а затем сказала: «Твои слова простили меня, а глаза нет».

Абсолютное прямое попадание. Такие вещи может увидеть и настолько четко облечь в слова только ребенок.

Сегодня в свои восемьдесят Маргарет все еще использует эту историю в рассказах и проповедях для того, чтобы описать, как ее собственная дочь на всю жизнь преподнесла ей урок прощения; чтобы объяснить, каким оно должно быть – не пустым одолжением, а порывом, идущим из самого сердца.

А теперь вернемся к истории Кевина Донки. Итак, он тоже получил урок, услышал мудрость, «случайно» вплетенную в слова песни его маленькой дочкой. Но действительно ли девочка просто переставила слова? Было ли это случайностью?

И снова я говорю: нет.

Также не было случайностью и то, что Бог рассказал мне через Кевина эту историю. Потому что этот урок предназначался не только для родных и близких Кевина в Лейк-Хиллз, штат Иллинойс, но также для тысяч людей, которые прочитают о нем в этой книге.

Сейчас же я хочу показать Вам, что этот урок даже шире, чем Вы, вероятно, могли подумать. Когда я размышлял над историей Кевина, я осознал, что в ней есть нечто большее, чем первоначально бросается в глаза. Я понял, что «только я» – это состояние души. И оно может быть как неблаготворным, так и благотворным, в зависимости от того, как мы его переживаем.

Если воспринимать только я в значении обособленности от кого бы то ни было, то есть «только я» могу делать то-то и то-то или «только я» имею необходимые знания, тогда только я истощает.

Если же мы понимаем только я как единение с другими, что нет никого, а «только мы», что я и есть мы, что мы Едины, тогда только я наполняет.

Наше понимание только я может сделать нас больше или меньше. Все зависит лишь от нашего восприятия.

Так я это вижу.

В мире есть «только Бог». И нет ничего кроме.

Эти необычайные высказывания даруют нам чувство захватывающей причастности. Помимо того: мы в самом деле Едины. Мы все созданы из одного и того же. Или, как говорил выдающийся физик доктор Джон Хагелин, «в основе своей все в этой жизни едино. Жизнь – это Единое Поле».

Насколько же мы единообразны?

Мир был шокирован открытием 2011 года о том, что генетическая структура людей идентична на 99,9 процента. Исследования человеческого генома, предпринятые двумя независимыми группами ученых в разных частях планеты, позволили получить поразительные данные о нашем биологическом виде – доказательства того, о чем духовные учителя твердили с незапамятных времен.

На ранних стадиях исследований было выявлено, что:

• человеческий геном состоит из гораздо меньшего количества генов, чем можно подумать, – всего лишь около 30 тысяч, а не 100 тысяч, как предсказывали многие ученые. Это только на треть больше, чем у кольчатых червей;

• из этих 30 тысяч человеческих генов лишь триста не имеют аналогов в генетической структуре мыши.

Вы слышали о теории шести рукопожатий, которая говорит, что любые два человека на нашей планете отделены друг от друга шестью знакомыми? Что ж, от Микки-Мауса нас отделяет всего триста генов.

Чем больше мы узнаем об этом мире и его устройстве, о жизни и о том, как она протекает, тем яснее нам становится, что все мы живем во Вселенной, которую маленькая Мария назвала только я. Только жизнь и существует на самом деле. И все новое, что мы в ней для себя открываем, есть лишь различные вариации одной темы.

Я зову эту тему Богом.

Эволюция призывает нас изменить свое восприятие только я. Мы должны положить конец только я разобщенности и дать начало только я единения.

Только жизнь и существует на самом деле. И все новое, что мы в ней для себя открываем, есть лишь различные вариации одной темы. Я зову эту тему Богом.

Когда мы действительно сможем увидеть, что Есть Только Жизнь, то поймем и то, что Есть Только Любовь тоже. То же нам станет ясно и относительно Бога. Потому что Жизнь, Любовь и Бог едины. Эти слова взаимозаменяемы и равнозначны. Практически в любом предложении вместо одного из этих слов Вы можете подставить другое, и ни смысл, ни полнота его не изменится. Даже более того, Вы расширите его.

Жизнь, Любовь и Бог общаются с нами тысячами способов каждый день, иногда голосами детей, иногда шепотом Внутреннего Друга…

Глава 11. Наш друг, который живет на небесах.

«В Сиэтле будет гораздо лучше, ребята, вот увидите». Мама Марии напевала эти слова, а под колеса их полуразвалившегося фургона ложилась одна миля за другой. Еще в Филадельфии красная краска машины успела потускнеть, теперь же фургон стал настолько пыльным, что цвета уже никак было не угадать.

Поездка была очень долгой, и маленькая Мария Эндерсен устала смотреть в окно. А еще больше она устала пререкаться с тремя братьями и сестрами, которые были гораздо старше ее. Из-за того что Мария была самым младшим ребенком в семье, остальные постоянно задирали ее. Может, просто стоило остаться дома с отцом и двумя старшими братьями. Увы, в силу возраста никто не дал ей право выбора. Когда ее мама решила начать все сначала и отправилась искать лучшую жизнь, не имея ничего, кроме старого фургона, четырех детей и двухсот долларов в кошельке, Марии ничего не оставалось, как согласиться.

«Почему Сиэтл? – в сотый раз спросила Мария. – Это же на другом конце света!».

«Именно поэтому. Это самое далекое от Филадельфии место, которое при этом находится в Америке», – ответила ей мама.

Наконец, после долгих дней дороги, город показался на горизонте. Пьюджет-Саунд казался серым и холодным. Марии совсем не нравилось происходящее. Конечно, она не сказала бы об этом именно так. Скорее, она просто пожаловалась бы: «Мамочка, у меня что-то крутит живот».

Шло время, но чувство тревоги не проходило.

Мама Марии сразу же нашла работу. Это было отличной новостью. Но это было в китайском квартале, суматошном и странном месте. Люди кругом говорили быстро и смешно; казалось, они постоянно куда-то спешили. Витрины магазинов были полны странных вещей – ощипанных уток и куриц, подвешенных за шею, овощей непонятного происхождения и всяких сушеных сморщенных штуковин, от которых желудок девочки неприятно скручивался. Неприятностей добавляло и то, что улицы постоянно были мокрыми, а небо затянуто тучами.

Никто не обращал внимания на маленькую девочку, без дела слоняющуюся позади стойки администратора старого отеля, в котором теперь работала мама Марии. Она чувствовала себя чужой в этом месте. Девочке не с кем было поговорить, вокруг не было детей. Братья и сестры каждый день ходили в школу. Иногда в свой обеденный перерыв мама отводила ее к береговой линии, и они вместе кормили чаек, но чаще всего Мария была предоставлена самой себе в пыльном холле отеля. По большей части она была совсем одна… и чувствовала себя одиноко.

К тому времени, когда Мария доросла до того, чтобы пойти в первый класс, все ее братья и сестры уже окончили школу и уехали из дома. А Мария с мамой переехали в южный Сиэтл. Новый дом был больше, чем любой другой, где они когда-либо жили прежде, но Мария не была этому рада. Ей он казался зловещим, особенно темные закоулки пыльного подвала, заросшего паутиной. Но этот дом хотя бы стоял по соседству с другими такими же домами, а в них жили дети, с которыми можно было вместе играть.

Теперь маме Марии приходилось дольше добираться с работы домой. Красный фургон уже давно приказал долго жить, а автобус шел кружным маршрутом. После рабочего дня и часа в автобусе мама Марии приезжала домой слишком уставшей и раздраженной, чтобы долго играть с дочерью. К восьми годам одиночество стало для Марии образом жизни.

Каждое утро Мария сама одевалась и шла в школу. После уроков она возвращалась в пустой дом и подолгу смотрела телевизор. Большой старый дом скрипел и стонал, Мария не любила находиться в нем даже при свете дня. Он пугал ее. Поэтому она частенько бегала в магазин на углу, листала там журналы и болтала со всяким, кто входил и выходил.

Однажды Мария проголодалась, но, как обычно, денег у нее не было. Тогда она подумала: а что, если просто взять тот маленький шоколадный батончик. Никто не заметит. Ее никто не поймает. Да и к тому же он стоит всего пару центов. Она стянула конфету с прилавка и сунула в большой карман своего пурпурного пальто. «Так просто», – улыбнулась своим мыслям Мария.

Сделать это было так просто, а удовольствие так велико, что Мария стала воровать постоянно. У нее никогда не было денег, чтобы что-нибудь купить, а вокруг было так много вещей, которые ей хотелось бы иметь. Мария научилась просто брать то, что казалось ей интересным. Пурпурное пальто подходило для этого идеально. В нем были большие карманы, и оно было достаточно широким, чтобы скрыть в своих складках любую вещь.

Порой Мария крала просто для того, чтобы развлечься. Дело приняло пугающий оборот. Она не просто брала вещи, которые казались ей нужными, или конфетку, когда чувствовала голод. Теперь Мария тянула все без разбору, ради самого процесса воровства. И никогда она не чувствовала за собой вины.

Однажды Мария возвращалась домой из магазина и грызла только что украденный шоколадный батончик. Именно тогда с ней это и произошло. Тогда девочка пережила то, что изменило всю ее жизнь и продолжает оказывать влияние по сей день.

Это действительно ты? – услышала Мария голос.

Она остановилась и огляделась. Рядом с ней никого не было.

Это действительно та, кем ты хочешь быть?

Казалось, что голос идет из глубины ее сердца. Мария застыла.

Ч-что… ты имеешь в виду? Она осознала, что вновь и вновь повторяет это про себя.

Это действительно ты? – вновь задал голос тот же вопрос.

И тогда Мария поняла. Она не испугалась и не почувствовала стыд, она просто поняла, что голос спрашивает, действительно ли воровство конфет и других не принадлежащих ей вещей – это то, чем она хотела бы заниматься, то есть действительно ли она хочет, чтобы воровство стало делом ее жизни.

Голос звучал дружелюбно. Он не осуждал и не винил ее. Просто спрашивал. Этот вопрос показался Марии вполне естественным.

Нет, сказала она, я не хочу быть воровкой.

Она зашвырнула недоеденную конфету в рядом стоящую урну. И практически сразу почувствовала себя лучше. А затем она осознала силу внутреннего знания. Ей предстоят великие дела, в ее жизни есть высшая цель. Судя по всему, она пришла в этот мир, чтобы совершить нечто совершенно особенное, а этот… этот воровской бизнес… встает у нее на пути.

В тот момент Мария поняла, что больше никогда не возьмет вещь, не принадлежащую ей. Также в тот миг ей стало ясно кое-что еще. Она знала, что больше не одинока! Постоянно пребывая в одиночестве, Мария чувствовала себя одиноко. Теперь это изменилось. Она знала, что у нее есть друг. Она слышала его голос в своем сердце.

Прошло некоторое время, пока Мария дала имя этому другу (в конце концов она пришла к выводу, что эту сущность следует называть Богом), но с тех самых пор ее одиночество ушло, а ее «друг» стал для нее неизменным компаньоном.

Дружба с Богом есть нечто большее, чем просто человеческая прихоть. Она может стать действительной настоящей реальностью. В книге «Дружба с Богом» даны семь шагов, которые ведут нас на этот уровень бытия. Но Вам не нужно идти по этому пути шаг за шагом. Как в любом процессе развития, многие, если не все, шаги здесь можно пропустить. Сказать по правде, мы в действительности ничего не перепрыгиваем, а просто совершаем все эти шаги одновременно.

Именно это и произошло с Марией, когда она была маленькой девочкой. На улице южного Сиэтла она пережила мистическое событие, Момент Благодати, и это полностью изменило в ней само восприятие жизни. Она больше не чувствовала себя одинокой. Она четко осознала свои ценности и устремления.

Дружба с Богом есть нечто большее, чем просто человеческая прихоть. Она может стать действительной настоящей реальностью.

Там, на улице, все шаги, ведущие к достижению Дружбы с Богом, объединились для Марии в один-единственный, который она сделала без лишних сомнений.

Эти семь шагов легко запомнить и легко сделать каждому из нас. Вот они:

1. Узнай Бога.

2. Доверься Богу.

3. Полюби Бога.

4. Прими Бога.

5. Используй Бога.

6. Помоги Богу.

7. Благодари Бога.

В «Дружбе с Богом» каждый из этих шагов обсуждается очень подробно. Речь в ней идет как раз о том, как все в жизни удается само собой. Точнее, даже в книге приводятся тому наглядные примеры. В ней рассматриваются Пять Позиций Бога (они перечислены дальше по тексту этой книги в главе 15) и объясняется концепция Трех Основ Целостной Жизни (Осознание, Честность, Ответственность).

Это исключительный документ, и я каждому рекомендовал бы как можно тщательнее изучить его содержание, испытать его утверждения, добыть его сокровища. Если Вы последуете моему совету, то увидите: для того чтобы узнать что бы то ни было, действительно узнать, необходимо забыть все, что, Вам казалось, Вы знали об этом раньше, забыть все, что кто-то говорил Вам, и просто погрузиться в свой собственный опыт.

То же самое верно и относительно Бога. Вы не можете по-настоящему знать Бога, если Вы думаете, что Вам уже о Нем все известно, особенно если все, что Вы знаете, основано лишь на рассказах других людей.

(Замечательный тому пример – рассказанная мною ранее история Троя Баттерворта. Другие люди, включая священника, рассказывали ему, что Бог думает о геях, и поэтому Трой думал, что вполне хорошо знает Его. Он считал, что отправится прямиком в ад, к тому все и шло. Но потом он пережил свой собственный опыт общения с Богом и понял, что Его любовь безусловна и не приемлет мелочных суждений, присущих некоторым людям. Эти же люди, кроме всего прочего, заставляют других верить в то, что Бог разделяет их суждения.).

Вы не можете по-настоящему знать Бога, если Вы думаете, что Вам УЖЕ о Нем все известно.

Вам, скорее всего, очень сложно доверять кому-то, если Вы не знаете его по-настоящему. Такие же сложности могут возникнуть у Вас и с доверием к Богу.

Вам, скорее всего, очень сложно любить кого-то, если Вы ему не доверяете. Такие же сложности могут возникнуть у Вас и с любовью к Богу.

Вам, скорее всего, очень сложно принять кого-то, целиком и без остатка впустить его в свою жизнь, если Вы не любите его. Такие же сложности могут возникнуть у Вас и с принятием Бога.

Вам, скорее всего, очень сложно использовать что-то в своей жизни, если Вы даже неохотно принимаете это. Такие же сложности могут возникнуть у Вас и с использованием Бога.

Вам, скорее всего, очень сложно оказывать большую помощь тому, кто Вам совершенно ни к чему. Такие же сложности могут возникнуть у Вас и с помощью Богу.

Вам, скорее всего, сложно чувствовать благодарность в своем сердце по отношению к тому, кому Вы не можете даже помочь. Такие же сложности могут возникнуть у Вас и с благодарностью Богу.

Как и в остальных чудесных процессах и откровениях, описанных в книгах серии «С Богом», здесь одно звено цепляется за другое. И что еще интересно в семи шагах к Дружбе с Богом, весь этот процесс можно варьировать. То есть движение к Дружбе с Богом можно начать, например, с благодарности за всех и все в нашей жизни.

После того как Вы поймете и увидите все то, за что Вам следует благодарить Бога, к Вам придет естественное желание помочь Ему. Бог всегда «собирается» сотворить что-то для Вас, и обнаружить это совсем не сложно, нужно только вглядеться повнимательнее. Тогда для Вас станет совершенно естественным желание «помочь» Богу, помочь в исполнении Идеального Сценария Вашей Жизни, что, как потом оказывается, Бог и «собирался» сделать.

В процессе помощи Богу Вы осознаете, что на самом деле все, что Вы делаете, – это используете Бога и все то, чем Он является. Используя Бога и все, чем Он является, Вы таким образом по-настоящему принимаете Бога, впускаете Его в свою жизнь. Тогда Вы совершенно естественным образом неизбежно получите Его. А вместе с огромной любовью к Вам придет абсолютное доверие к Богу. И вот, когда весь этот путь пройден, Вы поймете, что узнали Бога так, как никогда не знали Его прежде. Для вас наступит самая настоящая, подлинная дружба с Богом.

Мы видим теперь, что в этом процессе костяшки могут выпасть в разном порядке. Или, как мы наблюдали ранее в истории маленькой Марии Эндерсен, они могут выпасть все сразу.

Мария все так же дружит с Богом. И это не плод ее воображения, не полет фантазии. Это очень реально, подлинно и действенно. Когда в жизни она оказывается на перепутье или сталкивается с непростым выбором, когда противостоит неприятностям или не может найти решение проблемы, Мария знает, что не одинока. У нее есть друг. Тот, что всегда даст совет.

Самый лучший совет.

Произнесенный шепотом в ее сердце.

Глава 12. Путешествия души.

Необычные переживания Джейсон Гардхэм испытывал с самого детства. Ранняя пташка, он очень любил жизнь на ферме, где можно бегать, играть или просто бродить. Его любимым местом была опушка леса, с которой граничили владения его семьи. Каждое летнее утро он проглатывал сэндвич и бежал к лесу.

Мама Джейсона, спускаясь утром на кухню, постоянно находила на столе банку орехового масла и порезанную булку хлеба и понимала, что сын опять поднялся раньше всех в доме и убежал.

Джейсон ходил в лес, чтобы поиграть со своими особенными друзьями. Они были не из нашего мира, и Джейсон это знал, но рассказывал о них так, словно они были вполне обычными соседскими мальчишками. Когда он ступал под сень деревьев, а солнце только начинало взбираться на небосклон, по разлитой в воздухе энергии он сразу мог определить, сможет ли он на этот раз найти удивительных детей, прыгающих и смеющихся среди папоротников. Иногда они сами поджидали Джейсона, и тогда весь день напролет они вместе играли среди лесных деревьев, гонялись друг за другом, смеялись и бегали.

В другие дни Джейсон все утро искал их, пытался расслышать их смех, но лес был тих. Тогда, расстроенный и в слезах, он возвращался домой.

«Что случилось, милый?» – спрашивала его мама.

«Мои чудесные дети не пришли в лес сегодня. Я не знаю, где они», – всхлипывал он. Так мальчик называл их. Его чудесные дети.

Мама ласково обнимала своего маленького сына, она никогда не сомневалась в его словах, никогда не ругала за фокусы с воображаемыми друзьями. Однажды она просто спросила Джейсона, откуда он знает, что они существуют, на что он так же просто ответил: «Верю». Как он верил в своих друзей и в саму жизнь, которая дарит ему встречи с ними, так и его мама доверяла всему, что сын рассказывал о своем необычном опыте.

Много раз Джейсон как ни в чем не бывало делился с мамой тем, что видел или слышал что-то такое, что наверняка встревожило бы большинство матерей. Она же просто верила, что ее сын особенный, не такой, как все.

В атмосфере такой безусловной любви и принятия Джейсон вырос здоровым, хорошо адаптированным молодым человеком. Он всегда мог свободно испытывать необычные переживания, открыто говорить о них и не бояться при этом насмешек, поэтому, повзрослев, он не утратил эту часть своей жизни. Мама показала ему, что ей тоже можно доверять.

А в семнадцать лет Джейсон отправился в путешествие к самым отдаленным уголкам космоса, на самую вершину небес. Причем ему удалось проделать такой путь, не покидая своей спальни.

Здесь стоит подчеркнуть, что мы говорим о совершенно нормальном подростке. Он переживал, когда ему отказала девушка, занимался спортом, развивал в себе актерский талант. Он не был из тех, кто употребляет наркотики или экспериментирует с психоделическими препаратами. Ему больше нравились книги. Чтение хорошей книги приносило ему настоящее удовольствие.

Именно этим Джейсон и собирался заняться после обеда вечером в июле 1958 года. Но в тот раз ему это не удалось.

Когда парень вошел в свою комнату в поисках книги, он обнаружил там совершенно иную реальность. Едва переступив через порог, он очутился в абсолютной темноте. Абсолютной темноте. Внутрь не просачивался ни единый лучик света. Ух ты, подумал он, на ощупь потянулся к выключателю и вдруг ощутил, что на огромной скорости несется сквозь пространство в пустоту.

Я же погибну, кричало его сознание. Здесь нет воздуха! Я двигаюсь слишком быстро.

Затем он понял, что должен делать. Он должен доверять. Именно это он и делал всегда, когда с ним происходили необычные вещи. Поэтому он воззвал к Богу. Для него это было совершенно естественно. Он всегда оставался открытым для духовного восприятия и полагал, что находится в тесных личных взаимоотношениях с Богом. Он верил, что всегда может получить поддержку и помощь от Бога, и эта уверенность была очень важной частью его жизни. Его вера и доверие Богу никогда не давали сбоев. Он знал, что Бог любит его и всегда на его стороне. Так и сейчас он обратился к своей вере.

Сразу же Джейсона объяло изумительное чувство абсолютной безопасности. Очень теплое ощущение совершенного спокойствия и глубокой уверенности. И как только его сердце перестало бешено стучать, он вгляделся в окружающий его чудесный мир.

Он летел сквозь пространство! Темнота сменилась захватывающим дух танцем звезд, планет, лун, астероидов, комет и других удивительных явлений открытого космоса.

Я что, потерял сознание? Это все мое воображение? – размышлял он.

Вокруг Джейсона были миллиарды звезд. Путешествуя на огромной скорости, он с благоговением рассматривал необычайную красоту, окружавшую его. Он все летел и летел, не ощущая жары или холода, и только видел, как плавно молчаливые звезды проплывают мимо.

Он подумал: Куда я двигаюсь и почему я сюда попал?

А потом он снова вспомнил о любви Бога. Вспомнил о доверии.

Сразу же Джейсон почувствовал, что замедляется. А потом и вовсе остановился. Перед ним возвышалось нечто похожее на стену – огромную золотую стену, светящуюся неземным светом. Она была настолько высока, что он не смог разглядеть ее вершину, так же как не смог увидеть ее край слева или справа. Ее красота приводила в трепет, Джейсон не мог поверить своим глазам.

Он парил возле чудесной стены, как вдруг заметил, что прямо напротив него сформировалось арочное окошко. Его створки распахнулись. Джейсон почувствовал, что перед ним окно в вечность, через которое душа может подняться на небеса. С другой стороны стены мерцали тысячи чудесных огоньков, волнующих и искрящихся, как ничто другое, виданное им прежде. Джейсон протянул руку, чтобы дотронуться до искрящегося радужного света, и вынужден был зажмурить глаза, потому что свет стал слишком ярким. И слишком прекрасным, настолько, что Джейсон был не в силах смотреть.

Но я должен увидеть, закричал он и почувствовал, как сердце в его груди разрывается от любви.

Затем он открыл глаза.

Он снова оказался в своей комнате.

Возвращение было не менее захватывающим, чем отбытие. Ошеломленный Джейсон стоял на том самом месте, где все это время находилось его тело. Он ясно понимал, в его душе не было и тени сомнения, что ему устроили совершенно особенное путешествие. Путешествие души, показавшее ему отблески высшей реальности. Называйте это небесами, Богом, как хотите. Джейсон точно знал, что видел и испытал это. Но почему? – думал он. – Зачем все это?

Ему пришло в голову, что над этим можно размышлять целую вечность.

Он был прав.

О, он не прекратил попытки разыскать ответ. Джейсон спрашивал многих людей, которые, как ему казалось, могли обладать ключом к разгадке этой тайны. Но каждый раз он получал похожий ответ: «Должно быть, Бог хотел показать тебе что-то, и, когда для тебя придет время понять значение Божественного замысла, ты, несомненно, поймешь».

Так вопросы и оставались неразрешенными в сознании Джейсона. Иногда воспоминания о путешествии и удручающее чувство непонимания его смысла вызывали слезы на глазах молодого человека. Ему было обидно за себя и свое непонимание, но еще больше ему было обидно за мир и людей в нем, которые, как он боялся, никогда не смогут увидеть и познать то, что посчастливилось узнать ему.

В течение следующих тридцати лет в тишине уединения он время от времени вновь переживал в памяти свое чудесное путешествие.

А в середине лета 1987 года случилось вот что. Джейсон зашел в художественный магазинчик недалеко от дома, чтобы купить кое-какие принадлежности. Он только начал присматриваться к витрине, как краем глаза заметил человека, приближающегося к нему.

Очень высокий, внушительный коренной американец с длинными иссиня-черными волосами и темными проницательными глазами направлялся прямо к Джейсону. Поверх джинсовой рубашки на нем была надета жилетка. На расстоянии трех футов он, не проронив ни одного слова, остановился.

В этот момент все существо Джейсона наполнилось мыслью. Если мысль вообще может наполнить тело человека, проникая в каждую его клеточку, то именно это с ним и произошло. На клеточном уровне он почувствовал: этот человек должен рассказать тебе что-то важное.

Джейсон моргнул и заставил себя сосредоточиться на происходящем.

«Мы можем немного поговорить?» – спросил индеец глубоким сладкозвучным голосом.

Джейсон ощутил внутренние уколы нервозности. Но затем вспомнил.

Доверие.

«Да, – ответил он невозмутимо, – конечно».

«Давай лучше не здесь».

Джейсон кивнул и вышел вслед за индейцем.

Двое мужчин заняли столик в летнем кафе по соседству. Незнакомец глубоко вздохнул.

«Я понял, что это ты, сразу же».

Джейсон снова моргнул и ничего не ответил. Его сердце трепетало в стремлении узнать, что же этот человек расскажет ему. Джейсон не мог даже шевельнуться. Он даже не мог подобрать слов, чтобы задать хоть один из сотни вопросов, крутившихся сейчас у него в голове. Пока он приводил свои мысли в порядок и готовился спросить, кем именно считает его этот индеец, в его сознание просочился образ. Образ золотой стены. А вместе с образом пришло чувство. Доверие. Доверие к тому, что сейчас происходит. Вера в свою интуицию. Просто… вера.

Теперь Джейсон окончательно расслабился. Он понял, что нужно делать. Он заговорит первым. Именно он растопит лед, проторит тропинку к взаимопониманию, откроет дорогу тому, что этот человек хочет ему сказать.

«Перед тем как ты начнешь говорить, позволь мне кое-что рассказать тебе. Это произошло со мной много лет назад, я тогда был еще подростком. Почему-то мне кажется, ты должен знать об этом».

Индеец улыбнулся. «Пожалуйста, – сказал он, – я хочу это услышать».

И Джейсон рассказал ему о своем путешествии сквозь время и пространство. Он не мог объяснить, почему он делает это. Он просто знал, что так нужно. И поэтому он старался не упустить ни единой детали. Он описывал все, что видел и слышал, даже то чувство обиды оттого, что ему не дано понять предназначение случившегося. Где-то в середине повествования Джейсон заметил, что по щеке сидящего рядом с ним мужчины течет слеза.

Закончив свой рассказ, Джейсон почувствовал неописуемое облегчение. Теперь он знал, зачем рассказывал незнакомцу свою самую сокровенную и личную историю. Теперь он инстинктивно чувствовал, что наконец получит ответ на свой давний вопрос. Сидящий напротив него человек знает ответы, которые он так долго искал. Джейсон не мог объяснить, откуда он это знает. Он просто знал.

Коренной американец медленно заговорил.

«Я расскажу тебе, что знаю», – сказал он. Джейсон подался вперед в предвкушении.

«Я Гэри Винтер Оуэн из племени марикопа. Я работаю здесь, в художественном магазине. Однажды, несколько недель назад, я общался с клиентом и вдруг почувствовал, что должен оставить его и уединиться. В этом не было никакого смысла, потому что мы вполне мило разговаривали, но все равно я никак не мог отделаться от этого чувства. В конце концов мне пришлось извиниться и уйти в комнату, где хранился товар.

И тогда в моей голове зазвучал голос. Он сказал мне: Возьми ручку и пиши. Я так и сделал. Я не знал, что именно должен был писать, поэтому стал записывать то, что первым приходило в голову. Потом я прочитал, что получилось, и ничего не смог понять. Но при этом я знал, что это важно.

Затем голос сказал мне: Ты встретишь мужчину, которому предназначены эти строки, ты узнаешь его сразу, как только увидишь».

Он посмотрел на Джейсона.

«Я рассказал о голосе своему деду, – продолжал он. – И показал ему послание. Дед сказал, что когда я встречу этого человека, то должен буду познакомиться с ним и учиться у него».

Джейсону стало неуютно, а Гэри продолжал: «Это послание никак не выходило у меня из головы. Оно казалось мне чрезвычайно важным и таким прекрасным в своей таинственности. Я создал свиток и перенес послание на него. Сегодня, когда я увидел тебя… Я снова услышал тот голос».

Последовала долгая пауза. Взгляды двоих мужчин встретились.

«Он сказал мне, что ты и есть тот самый человек».

Джейсон выдохнул. «Когда я увидел тебя, то понял, что ты должен сказать мне что-то важное, – сказал он мягко. – Что-то, о чем я мечтал услышать вот уже тридцать лет».

«Это правда», – кивнул Гэри и вложил в руку Джейсона красивый свиток, умело выполненный из кожи и перетянутый тесьмой. Какая-то часть Джейсона не хотела открывать его, хотела оставить его красоту нетронутой. Но большая его часть стремилась поскорее узнать, о чем в нем говорится.

Трясущимися руками Джейсон развязал тесьму. Он смотрел в темные, почти черные глаза индейца и понимал, что держит в руках совершенно особый дар, переданный ему человеком, который станет ему другом.

И он стал читать строки, выведенные крупным изящным каллиграфическим почерком.

С чистой искренностью И любовью в душе Я отвел этого человека, этого доброго человека К золотой стене.

Сердце Джейсона замерло. Он поднял глаза на Гэри, но тот только улыбнулся и молча кивнул Джейсону, чтобы он продолжал читать.

И ночь наполнилась ярким светом, Сиянием, что доступно лишь ангелам. Ведь на земле, что создана мной, Начала расти любовь.

Джейсон вспомнил неземной прекрасный радужный свет.

Она растет и крепнет С каждой улыбкой и слезинкой. Ну а пока мы ждем, давайте вместе Прогоним страх.
Поговорим о жизни, споем о борьбе, Разделим забытую боль. И пусть любопытство Останется в нас.
Не знаю зачем, ты плачешь, мой добрый человек. Твоя любовь – моя… Смотри! Поэтому я отвел этого человека, особенного человека, К золотой стене.

Джейсон положил свиток на стол. Теперь он знал, что не будет больше ронять слезы обиды из-за того, что ему и другим не дано познать целиком. Теперь он знал, что ему известно точно и что это может узнать каждый.

Жизнь прекрасна, и каждый из нас всегда находится под присмотром Бога. У него есть любовь Бога. И он должен не просто обладать ею, но и делиться с другими.

Сегодня жизнь Джейсона наполнена, потому что он наконец осознал свое предназначение. Он сам поставил себе задачу и идет по этому пути. Его цель – нести мир и любовь людям на Земле.

Джейсон добивается своей цели, открывая людям одну мудрость, простую, но действенную.

Доверять.

Доверять себе. Ибо мудрость в тебе самом.

Доверять друг другу. Ибо мы все едины.

Доверять жизни. Ибо она удивляет, восхищает и испытывает тебя.

Доверять Богу. Ибо Бог любит тебя чистой и безусловной любовью и будет помогать тебе каждый день твоей жизни, а когда твое предназначение здесь будет выполнено, позовет тебя домой.

Джейсон понял, что его предназначение – учить. И Гэри, незнакомец из художественного магазина, был его первым учеником. Первым, но не единственным. Их было много, пришедших, чтобы узнать, что им ничего не нужно узнавать. Нужно лишь вспомнить то, что они уже знали детьми.

Чудесными детьми… танцующими среди деревьев.

Был ли полет Джейсона реальным? Возможно ли, будучи обычным человеком, «путешествовать» к иным сферам? Можем ли мы на самом деле покидать свои тела или, в сущности, оставаться в них, но при этом переходить к другим реальностям?

Во второй книге «Беседы с Богом» сказано:

«Ты божественное создание, способное на несколько различных переживаний в одно и то же «время». Ты способен делить свое существо на сколь угодно много различных «Я».

Ты создание Божественной Гармонии, для тебя не существует границ. Одна часть тебя ассоциируется в твоем сознании с твоей настоящей личностью, твоим настоящим «Я».

Но твоя сущность этим не ограничена, даже если это кажется тебе невероятным».

Итак, существует ли то, что было названо нами «окном в Вечность», в которое можно взглянуть и сохранить об этом воспоминания?

Ответ: да. Абсолютное да.

Я знаю об этом на собственном опыте.

Вечером 8 января 1980 года моя теперь уже бывшая жена и я сильно поспорили. Не сомневаюсь, это была целиком моя вина. Так часто случалось в те дни. Со мной было нелегко уживаться. Я хотел исправиться. Искренне хотел как-то изменить себя. Но, казалось, я был просто не в состоянии довести свое желание до хоть сколько-нибудь ощутимого результата.

Сегодня я уже даже не могу вспомнить, из-за чего началась эта ссора. Представьте, насколько она была беспочвенной. Может, что-то из серии «кто пойдет выносить мусор». Кто знает? Но зато я отлично помню, что случилось дальше. Этого я не забуду никогда.

Я, тяжело ступая, вышел из гостиной нашего многоуровневого дома, на середине слова оборвав жаркий спор, махнул на жену рукой, хлопнул дверью и исчез в спальне.

Без сил я повалился на кровать и заплакал, глядя в потолок. Господи Иисусе, молился я, почему нам так сложно вдвоем? Почему людям так сложно просто быть вдвоем?

Два моих предыдущих брака уже развалились, а я все никак не мог понять, что делаю не так. Что нужно делать? – спрашивал я Бога. Что нужно делать, чтобы просто быть счастливым?

Я уткнулся в подушку и умолял: «Пожалуйста, Боже. Помоги мне. Я не хочу таким быть. Не хочу ругаться из-за мелочей. Помоги мне. Помоги…».

Я был истощен и понял, что засыпаю. Ощущение, словно кто-то открыл клапан и откачал из меня всю энергию. Я просто обмяк и ощутил, что проваливаюсь куда-то сквозь матрац и подушку. Я помню последнюю мысль, которая пришла мне в голову до того, как я окончательно исчез:

Кажется, это будет самый глубокий сон в моей жизни.

Так и случилось.

Где-то посреди своего сна, не знаю точно, сколько к тому моменту прошло времени, может, час, а может, минута, я очнулся от странного чувства. Меня словно засасывало в огромную воронку прямо из моей кровати. Вам когда-нибудь казалось, что Вы сейчас упадете с кровати? Что ж, я чувствовал то же самое, только наоборот. Вверх, а не вниз.

Я попробую объяснить это иначе. Представьте себе муху, спокойно сидящую на столе. И тут появляется кто-то с пылесосом в руках, накрывает муху шлангом и говорит: «А давай-ка теперь включим его!» Чувства мухи, находящейся в шланге включенного пылесоса, – это как раз то, что я испытал. Мой желудок ухнул вниз, а я ощутил, как меня буквально в одну секунду вытянуло из кровати. Я чуть не задохнулся.

Я испуганно распахнул глаза, и мой испуг сделался еще больше. Я парил над своей кроватью и видел казавшееся бездушным тело человека – моей абсолютной копии. Но это не мог быть я, сказал я самому себе, ведь я здесь, смотрю на него. К тому же знакомое тело на кровати было явно пустым, в нем не было души. Не было жизненной энергии. Оно было безжизненным.

И тут я осознал нечто очень важное.

Боже мой, я не это тело! – сказал я. – Я это. ЭТО.

Я эта… сущность, эта… энергия… то, что сейчас СМОТРИТ на это тело.

Сейчас это могло прозвучать само собой разумеющимся, но для меня тогда это было настоящим откровением. Значение этого откровения было для меня просто огромным, потому что оно не было какой-то теорией или чьим-то предположением, я сам испытал и пережил это, в тот самый миг в том самом месте.

И как только я полностью переварил этот факт, меня перевернуло так, что теперь я видел потолок. А затем со свистом я просто вылетел сквозь него наружу.

Сразу же я очутился в каком-то темном месте, похожем на туннель. Что-то стало толкать или, наоборот, с невероятной скоростью тянуть меня вперед. Я не испытывал страха, лишь только ощущал безумную скорость.

Вскоре далеко впереди забрезжило крохотное пятнышко света, и я понял, что мчусь именно к нему. Пятно становилось все больше и больше, и наконец я почувствовал, что на полном ходу врезаюсь в самый эпицентр этого света.

А сейчас я скажу Вам кое-что интересное. Я купался в свете и в то же время был словно вне его, смотрел на него со стороны. Я помню, что на него было практически невозможно смотреть, настолько он был прекрасен.

Не знаю, как объяснить, что свет может быть прекрасен, ведь свет и есть свет, правда? И все же свет, который я видел, был именно таким – прекрасным. Возможно, здесь дело в том, как он ощущался. Не знаю. Я только знаю, что не мог вынести этой красоты. Я имею в виду, что его красота была слишком огромной, слишком восхитительной для человеческого сознания. Самому себе я показался крошечным и растерянным. Помню свои мысли:

Нет, не я. Я не достоин быть в этом свете. Не достоин видеть его. Сколько всего я натворил, моя душа покрыта темными пятнами, я так часто вредил себе и другим, я не достоин.

Затем я почувствовал стыд. Думая обо всех этих вещах, я вспоминал их подробности. Я заплакал от стыда и чувства вины. Я захлебывался слезами. Почему я не поступал лучше? Почему так много раз шел по пути наименьшего сопротивления? Я испытывал глубочайшее сожаление. И тут, в этот самый момент, меня наполнило чувство. Чувство, которое мне сложно описать. Я все же постараюсь подобрать слова, хотя их все равно будет недостаточно. Как мне теперь кажется, я хочу сказать, это было, словно внутри меня появилось спокойствие, мир, гармония. Мир, настоящий мир, абсолютный мир, впервые за всю мою жизнь. Словно гигантский мягкий палец заставил меня взглянуть вверх, приподняв подбородок. Я услышал, как в моем сердце прогромыхали слова:

Ты идеален таким, каков ты есть. Ты неописуемо прекрасен, а моя любовь к тебе безусловна. Ты мое дитя и радуешь меня.

Я словно вновь ощутил себя младенцем, которого в ласковых объятиях убаюкивает мать. Я находился в самом центре изумительного света, окутанный им с ног до головы. Во мне не осталось ни крупицы печали. Исчезло сожаление. Я чувствовал себя исцеленным и цельным. Моя душа до краев наполнилась благодарностью, а сердце трепетало от любви.

А затем уже второе за это путешествие откровение вторглось в мои мысли: я никогда не буду прощен за все, что сделал. Неважно, как сильно я раскаиваюсь в каком-либо поступке или решении, неважно, как сильно сожалею, я не получу прощения. Потому что прощение не нужно. Я дитя Господа, Божественный отпрыск, я не могу каким-либо образом навредить или сделать Богу больно, ибо Бог неуязвим. Я всегда буду принят Богом в Его сердце и доме. Мне разрешено учиться на моих собственных ошибках, разрешено все полнее познавать себя самого Таким, Какой Я Есть, любым избранным мною способом, даже если при этом я наношу вред себе или другим. Ибо я и другие так же неуязвимы. Даже если мы об этом и не знаем.

Значение этого откровения было для меня просто огромным, потому что оно не было какой-то теорией или чьим-то предположением, я сам испытал и пережил это, в тот самый миг в том самом месте.

Как только я полностью переварил этот факт, я очутился в третьей по счету реальности этого путешествия. Вокруг меня кружили миллионы, нет, сотни миллионов крохотных… частичек энергии, по-другому я не могу их описать. Они были повсюду. Впереди меня, позади, слева и справа. Они казались похожими на маленькие ядра или капли разных форм и цветов.

А цвета! О, эти цвета были поразительно, изумительно, фантастически прекрасны. Абсолютно голубой и абсолютно зеленый, абсолютно красный и другие поразительные цвета и оттенки. Прежде я никогда нигде не видел ничего подобного. Оказывается, я был настоящим слепцом…

То, что я увидел, произвело на меня поразительное впечатление.

Эти частички цветовой энергии танцевали повсюду вокруг меня. Их танец создавал мерцающий покров красоты, окутавший все – он и был Всем.

Я понял, что вижу Квинтэссенцию Всей Жизни. Так выглядела жизнь на до-до-до-молекулярном уровне, разложенная на мельчайшие частицы. В своей основе. В своем первородном виде. А затем я увидел нечто удивительное.

Я смотрел на завораживающий танец мерцающих частиц цвета и заметил, что они меняются! Казалось, они загораются и тут же гаснут, поглощаются и опять возникают, но уже в новом цвете и новой форме. Когда одна клетка меняла форму, те, что находились вокруг, также начинали меняться, подстраиваться под нее. А клетки вокруг этих клеток менялись в свою очередь, так же как и клетки вокруг тех, и так далее, снова и снова… Я осознал, что вся наша жизнь такова, не статична. Все в ней постоянно меняется, подстраивается друг под друга, образует единый взаимосвязанный пазл. Пульсирующая подрагивающая мозаика чистой энергии.

Все мое естество охватило желание соприкоснуться с этими неописуемо прекрасными частицами и стать с ними единым целым. Я хотел погрузиться в них. Я хотел в них раствориться. Я не мог объяснить своего желания. Так повелевал мой внутренний зов, внутреннее желание, заключенное в самой глубине моей сущности.

Я двинулся вперед в попытке приблизиться к ним. Но на каждый мой шаг мозаика отвечала обратным движением. Я попробовал «захватить их врасплох», сделал шаг вперед, а затем резко подался в сторону. Не сработало. Мне не удалось обхитрить матрицу. Она понимала малейшие мои движения. Скорее, даже она их предсказывала.

Я никак не мог к ней подобраться, из моей груди вырвались рыдания. Я был не в состоянии вынести разочарование от такого неприятия, такого отречения. Но разочарование исчезло, как по волшебству, вместе с зарождением в моем разуме третьего откровения: я не могу подойти ближе к энергии, потому что я и есть эта энергия! Я двигался, и двигалась она. Ну конечно. Мы уже были единым целым!

Все в мире едино. Существует только Единое, и нет Ничего, что не являлось бы частью этого Единого.

Значение этого откровения было для меня просто огромным, потому что оно не было какой-то теорией или чьим-то предположением, я сам испытал и пережил это, в тот самый миг и в том самом месте.

И снова, как только я это понял, моя реальность сменилась. Теперь передо мной находилась огромная книга. Она была больше самой большой из больших книг, когда-либо виденных мной ранее. Нет, вдвое больше. Даже втрое больше. Если бы сотню телефонных справочников района Манхэттен сложили вместе, возможно, получилось бы что-то подобное. И на каждой – каждой – странице было столько мелких букв, что хватило бы на тысячу энциклопедий.

Все в мире едино. Существует только Единое, и нет Ничего, что не являлось бы частью этого Единого.

Я стоял перед этим монументальным томом и вновь слышал голос, который разговаривал со мной, когда я был объят светом. Очень мягко, почти снисходительно, но ни в коем случае не насмешливо он сказал мне:

Ладно, Нил, ладно. Всю жизнь ты пытался найти ответы. Ты искал и искал, твой поиск был настоящим, искренним, ты честно пытался разыскать истину. Вот здесь. Здесь все ответы.

Страницы книги тут же стали переворачиваться передо мной, как будто огромный палец или священный ветерок перелистывали их. Быстро каждая из них одна за другой промелькнули перед моими глазами. Всего за мгновение книга была продемонстрирована мне от корки до корки. И все же я мог прочитать и понять каждое слово на каждой странице.

И я узнал. Узнал все, что когда-либо знали до меня, знают сейчас и узнают после. Я постиг космологию Вселенной, тайну всей жизни. Я увидел их простоту. Абсолютную и элегантную простоту.

Значение этого откровения было для меня просто огромным, потому что оно не было какой-то теорией или чьим-то предположением, я сам испытал и пережил это, в тот самый миг, в том самом месте.

Это откровение стало четвертым для меня. Я помню, как последняя страница перевернулась передо мной и захлопнулась тяжелая обложка, и я сказал…

Ну конечно…

Вот и все, что я сказал. Просто…

Ну конечно.

Потом я проснулся. Я снова был в своем теле, и оно казалось мне тяжелее, чем когда-либо. Мизинец весил, наверное, целую тонну. Я хотел повернуться к прикроватному столику, найти ручку и записать все, что только что пережил, чтобы запомнить, удостовериться, что со мной действительно произошло все это. Но я даже не мог пошевелить рукой. Я мог только лишь моргать.

Тогда я снова услышал голос, мой Особый Голос, который сопровождал меня в этом сне, этом путешествии, этом, этом… чем бы оно ни было. И голос сказал мне:

Тебе это не нужно. Неужели ты и вправду думаешь, что когда-нибудь сможешь забыть, что с тобой произошло? Также ты не можешь удостовериться в этом. Тебе это и не нужно. В истине нельзя удостовериться или опровергнуть ее. Она просто есть.

На этом я уснул.

На следующее утро я проснулся в состоянии эйфории. Танцующей походкой я направился в душ, открыл кран, и в меня ударила тугая струя холодной воды. Я был совсем не против. На самом деле я чувствовал воодушевление и вдохновение. Чуть погодя я прибавил горячей воды и просто стоял, наблюдая за тем, как вода из душа льется на мое тело.

Я чувствовал, что Един с водой, Един с лейкой от душа, Един с плиткой, которой отделана душевая кабина. Я чувствовал единение со всем вокруг, и мне показалось, что, должно быть, именно так чувствует себя человек под действием галлюциногенных наркотиков. Я растопырил пальцы на руке и нажал на стену, полностью уверенный в том, что моя рука погрузится в глубину стены, потому что я видел молекулы стены и молекулы руки. Я понял, что для того, чтобы пройти сквозь стену, нужно всего лишь расположить мое твердое вещество там, где нет твердого вещества стены. Это просто для любого способного проникать в самую суть вещей, умеющего заглядывать внутрь.

Я отмокал под душем и силился вспомнить, что читал и видел в книге. Я назвал ее Большой Книгой. Так вот, я не мог вспомнить ни единого слова оттуда.

И голос сказал мне…

Ты не должен помнить.

…и тогда я понял, что, если попытаюсь вместить в свое сознание все, что мне было позволено увидеть, я «выгорю». Для меня этого просто слишком много, так сказать… электричество… слишком высокого напряжения… слишком много энергии… которая просто физически не может уместиться в чем-то физически столь ограниченном, как мой мозг.

Затем мне было сказано:

Просто знай, что знаешь. И знай, что все остальные знают тоже. А когда в какой-то конкретный момент тебе понадобится вспомнить что-то конкретное, тебе нужно будет всего лишь призвать ту мудрость, которая уже живет в тебе. И ты вспомнишь.

Эти слова оставили в моей душе настолько невероятное чувство, что я даже не берусь описать его. Я стоял в душе еще минут двадцать и всей поверхностью кожи ощущал каждую отдельную капельку воды, разбивающуюся о мое тело. Когда я наконец вышел, меня приветствовал поток прохладного воздуха. В меня словно влили хорошую порцию свежей, игристой жизни. Я трепетал, а мое сознание было широко распахнуто. Помню, как вытирался и думал, как это прекрасно, что я могу ощутить каждое волокно полотенца.

На работе в тот день все спрашивали, что со мной. Одна знакомая уставилась на меня, когда я вошел в кабинет, и в конце концов воскликнула: «Что это с тобой случилось? Ты помолодел лет на двадцать». Я сказал: «Правда?» И услышал в ответ: «Да ты в зеркало-то на себя посмотри».

Еще многие недели со мной оставалось чувство, что я «в мире, но не принадлежу ему». Со временем это ощущение угасало, но все еще было где-то рядом на ином уровне. И хотя с тех пор прошли годы, до настоящего момента я все еще могу вновь вызвать в себе то чувство, ту печальную радость моего переживания.

Это переживание навсегда стало моим, я храню его и могу обращаться к нему вновь и вновь, когда захочу. Голос был прав. Я никогда не смогу забыть его.

Итак, я хочу сказать Вам следующее: путешествия души, как то, что испытал Джейсон Гардхэм сорок лет назад, не только возможны, но и случаются постоянно. Более того, они случаются с каждым из нас. С каждым. Потому что ни одна душа не остается в теле неотрывно от самого физического рождения до физической смерти.

Когда душа покидает тело, будь то во время сна или того, что люди называют трансом, во время медитации или просто на прогулке по лесу (или на входе в собственную спальню), в этом нет ничего страшного и нет повода для беспокойства. Этого не нужно стесняться или бояться рассказывать другим.

Напротив, это отличный повод для обсуждения, ведь это тоже Момент Благодати. Такими моментами нужно делиться, ибо так мы наполняем мир чудом и магией, которые даруют людям силу менять жизнь.

Так и произошло с Джоном Старом, который может рассказать нам об одном крайне занимательном опыте, что он приобрел на берегу озера Мичиган…

Глава 13. Страна теней.

Джон Стар сидел за кухонным столом, уронив голову на руки. Его давно остывший завтрак все еще стоял перед ним.

«Ты не голоден сегодня, Джон?» – спросила его мама. В последние дни она замечала, что он хандрит. На него это было непохоже, Джон никогда не был апатичным.

«Мам, я никак не могу понять кое-что. – Джон решил немного поделиться с ней, хотя все же не хотел ее беспокоить. – Мне кажется, что я стою на месте. Меня все время преследуют одни и те же вопросы. Они крутятся, не переставая, в моей голове. Сложные вопросы… например, что на самом деле важно? Почему я здесь? Откуда я пришел?» Он поднял на мать умоляющий взгляд: «Я не понимаю, почему мне так тревожно, вся моя энергия пропала куда-то».

Она села рядом с сыном: «Милый, с этими вопросами сталкивается каждый из нас на протяжении всей жизни. Тебе нужно всего лишь не торопиться, дай себе немного времени. В конце концов, ты же только окончил университет. У тебя есть целое лето, чтобы все обмозговать. Ты непременно во всем разберешься, только потребуется какое-то время. Но помни, что многие люди так никогда и не находят ответов».

Джон кивнул. Любимая мамочка, подумал он, она все правильно говорит. Но все это никак не могло ему помочь. Его мама внезапно улыбнулась: «Почему ты не плаваешь? Ты же знаешь, это всегда помогает тебе почувствовать себя лучше».

Джон подумал: действительно, почему нет? Все равно больше заняться особо нечем. Вполне можно немного потренироваться.

Озеро Мичиган в это время года всегда было теплым. Сегодня небо затянуло облаками, и вода казалась больше серой, чем голубой. Джон отлично плавал. Ему было комфортно в воде с самого раннего детства, кроме того, он много лет был участником сборной города по плаванию. Он любил заплывать далеко от берега, за волнорезы, туда, где вода была прохладнее и чище.

Он плыл ровно в вольном стиле, быстро и размеренно врезаясь в волны. Он ощутил наконец то самое успокаивающее состояние сознания… ни о чем не думать, просто сливаться с водой, скользить вперед без раздумий, движимым силой собственных мышц, не видя ничего, кроме воды и теней вокруг.

Но в этот день воды были неспокойными. Когда Джон повернул голову для вдоха, на него обрушилась волна. Это разрушило концентрацию, отплевываясь, он попытался восстановить дыхание, но следующая волна ударила прямо ему в лицо. Опытный пловец, Джон понимал, что может попасть в беду. Он был больше чем в полумиле от берега и внезапно осознал, что в таком состоянии может и не доплыть обратно. Он развернулся и поплыл к берегу.

Проплыв всего пару ярдов, Джон почувствовал головокружение, в его голове разрастался непонятный гул. Внезапно он услышал позади себя громкий щелчок. И в одно мгновение вода снова стала спокойной. Джон перестал грести и огляделся. Небо было чистым, ярко светило солнце, озеро приобрело насыщенный голубой оттенок.

Что это такое, черт побери? Джон в недоумении уставился на небо. Солнце казалось ярче обычного, но все равно он мог смотреть на него без рези в глазах. Внезапно что-то привлекло его. Джон посмотрел вниз и увидел невероятное.

Там внизу было его тело, оно все еще плыло по направлению к берегу, двигаясь прямо и быстро, словно моторная лодка. В благоговейном изумлении он смотрел и смотрел вниз. Если там внизу его тело, а его сознание здесь, то где же тогда он на самом деле и что с ним случилось?

Из-за его спины полился свет. Это был особенный свет, в нем были… чувства. Джон повернулся к нему. Свет был изумителен! Джон купался в его чудесной теплоте, впитывал его, как губка. И тогда к нему пришло ощущение абсолютной свободы. Он сбросил весь лишний груз, накопленный за годы жизни, освободился наконец от удерживавшего его напряжения. Он снова мог дышать полной грудью.

Казалось, в него потекла энергия, освобождая и смягчая даже в тех закоулках его «Я», о которых Джон и не подозревал. Все его существо охватило чудесное и радостное чувство. Джону казалось, что он уже испытывал то же самое раньше, но никак не мог вспомнить, когда. Это было похоже на… возвращение домой.

Даже само время стало как-то мягче. Всю жизнь, сколько Джон себя помнил, минуты, дни, годы были неизменными, словно раз и навсегда отмерены по линейке. Сейчас же время было гибким и податливым. Казалось, оно то растягивается, то съеживается, как будто резиновое.

Он мог видеть события прошлого, пересматривал их даже ярче и детальнее, чем в тот момент, когда они действительно происходили. На любом из этих событий Джон мог задержаться сколько угодно. Но потом ему казалось, что не прошло и секунды.

Снова и снова он глубоко погружался в события своей жизни и затем вновь возвращался к свету. Или это знакомый мир отдалялся от него? Жизнь, та единственная реальная, по его мнению, жизнь… факты, сомнения, гордость и вина, радости и страхи… все исчезало. Оставался только свет и потрясающее чувство благополучия, заключенное в нем.

Джону казалось, что он просыпается после глубокого и яркого сна. Как будто он долго грезил, а теперь звенит будильник и сон рассыпается.

Его глаза медленно привыкали к изумительному свечению, и он смог разглядеть фигуры, объятые светом. Вокруг него стояли люди! Люди, которых он знал и любил. И более того, место, в котором он находился, было ему хорошо знакомо.

«Надеюсь, ты получаешь удовольствие от путешествия?» – спросил один из его друзей. Остальные разразились смехом. Они явно подшучивали над ним. Интуитивно Джон понял, что они имеют в виду его временное пребывание в земном мире, и присоединился к их веселью.

Как же прекрасно смеяться так свободно! Он снова жил полной жизнью, жизнью без начала и конца, жизнью вечной.

Мир, в который он вступил только что, был таким же прочным и реальным, каким до этого казался мир земной, но свет все так же разливался вокруг. Живой свет. С заключенной внутри энергией жизни и чувствами. Он концентрировался в каждом живом существе, словно солнечный луч, пойманный увеличительным стеклом. Цвета там были тоже. Не только те цвета, к которым он привык на Земле, но палитры красок, никогда не виданных им прежде.

Всех его друзей и вообще все живое вокруг окружали цвета, сложенные в замысловатые геометрические узоры, причем каждый узор был уникален, не похож на любой другой. А сквозь цвета и узоры проникал звук – бесчисленные октавы звука. Джон словно мог слышать цвет. Звук был очень нежным, почти неслышным, устремленным в бесконечность. Этот всеохватывающий жизнеутверждающий напев слагался из отдельных мелодий, каждая из которых исходила от живого существа. Свет, звук, цвет и геометрические узоры сплетали абсолютно гармоничное совершенство.

Так могли пройти годы. Годы, а может, часы или минуты, определить было невозможно. Бытие было единственной реальностью. Бытие, неотделимое от мгновения, неотделимое от вечного сейчас, от жизни, заключенной во всем сущем.

И хотя этот мир был так же прочен и реален, как и тот, что остался позади, временны€х и пространственных ограничений здесь не существовало. В этом мире не существовало мнений, умозаключений и убеждений, здесь была только потрясающая радость и красота.

Спустя какое-то время в сознании Джона начали мерцать образы из земной жизни – сначала мимолетно, потом все четче и ярче. Видения людей, дорогих его сердцу, вещей, которые он хотел бы видеть и делать. И в конце концов откуда-то из глубины его существа послышался властный голос:

Ты увидел достаточно в вечности. Для тебя время остаться еще не пришло. Возвращайся в Страну Теней. Туда, где смертные правят бал.

«Вхууушшшш, вхууушшшш…» Джон завертел головой, чтобы понять, откуда доносится этот звук. Крохотные волны разбивались о берег, шуршали мелкой галькой и снова вливались в спокойную зеркальную гладь озера. Он лежал на песке на берегу озера Мичиган всего в нескольких дюймах от берега. Он чувствовал себя превосходно, как будто после лучшего в своей жизни отдыха. Джон поднялся на ноги и осмотрелся.

На западе водной глади отражался Чикаго, освещенный чудесным красно-оранжевым солнцем. А небо! Джон не мог вспомнить, чтобы когда-нибудь видел подобную синеву. Деревья же были удивительно зелеными. С его глаз как будто спала пелена.

Он не знал, сколько отсутствовал. Годы или всего миг. Он чувствовал себя так, как будто, прожив долгую насыщенную жизнь, вернулся в места своей юности и снова видит знакомый пейзаж и при этом все вроде осталось прежним, но в то же время изменилось.

Мне все это приснилось? – подумал он. – Или я видел настоящую реальную действительность, а сейчас я снова сплю? Почему-то он знал ответ.

Джон направился домой, легкий бриз холодил его мокрое тело. Он больше не страдал от непонимания своего места в этом мире. Он увидел себя в системе космоса, увидел совершенство своего бытия.

Он вошел домой через заднюю дверь и увидел на кухне маму.

«Привет, мам», – весело сказал он.

«Привет, милый. Как поплавал?».

«Космически! – ответил он с улыбкой до ушей. – Космически!».

Что больше всего меня поразило, когда я впервые услышал историю Джона, – так это то, как сильно наши с ним путешествия похожи. Там, «на другой стороне» или в «высших сферах», как бы Вы это ни называли, мы оба видели прекрасный, удивительный свет и дивные цвета.

Джон и я видели энергию в форме геометрических узоров, и каждый узор был уникален, не похож на остальные. Джон слышал звучание узоров энергии, многие другие «путешественники» также рассказывали об этом. Мистики, кстати говоря, уже давно утверждают, что Вселенная и Сама Жизнь издают особый неповторимый звук Ом.

Я всегда вспоминаю об одном и том же, когда слушаю подобные рассказы или вспоминаю свой собственный опыт, и постоянно повторяю это на полутора тысячах страниц книг серии «С Богом»: «Мы все едины».

Все и вся создано из отборнейшего строительного материала. Я видел это Единство.

Я испытал его. Хотя Вам вовсе не обязательно видеть это единство, чтобы признать его реальность. Вам нужно лишь почувствовать его в своем сердце, объять душой. Это легко сделать. Ведь это не ответное действие, а решимость. Как любовь. Любовь – это решимость, хотя большинство из нас считают ее ответным действием.

Еще в опыте Джона меня поразило то, как он узнал, что «бытие – это единственная реальность». Это утверждение прекрасно гармонирует с тремя заключительными постулатами первой книги БСБ:

Любовь, как и ощущение единства, – это решимость, хотя большинство из нас считают их ответным действием.

1. Мы все Едины.

2. Всего достаточно.

3. Нет ничего, что мы обязаны делать.

Все, что нужно, – это Быть. Разница между «бытием» и «деланием» такая же, как между днем и ночью. Большинство людей всю жизнь заняты «деланием». Они постоянно делают то одно, то другое, то одно, то другое, и все, что получают в результате, – это еще больше дел, чтобы сделать.

Мы сейчас наблюдаем зарождение нового типа людей, в следующие пятьдесят лет на нашей планете появится Новый Человек, который от «делания» перейдет к «бытию». Многие уже сейчас чувствуют потребность в такой трансформации. И сделать это вполне возможно, даже в нашем мире «восьмичасового рабочего дня». Вам для этого не нужно жить двадцать лет в пещере или медитировать по девять часов в сутки, ничего подобного. Не то чтобы это плохое времяпрепровождение. Просто это не необходимо.

Нет ничего, что мы обязаны делать. Все, что нужно, – это Быть.

Нет необходимости становиться затворником, не нужно уходить в монастырь, чтобы ощутить блаженство Бытия, выраженное в Вас самих. Вы можете испытать этот опыт в то время, когда занимаетесь своей обычной работой в этом мире; на самом деле скорее именно потому, что Вы ею занимаетесь.

Вы можете использовать процесс обращения к Бытию как средство поиска Места в Жизни. Все, что Вам нужно знать, – это то, кем Вы хотите «быть», то, какое состояние или состояния бытия Вы хотите выражать через себя. И как только Вы сделаете для себя этот выбор, откажитесь от любых действий (и конечно, от любой работы), которые мешают выражению избранного Вами бытия.

Маленькая книжка, которую можно прочесть за сорок минут, называется «Несущие свет». Она детально объясняет, как протекает этот процесс, как человек может обрести работу своей мечты, отыскать наконец свое Место в Жизни. Я написал эту книжку в ответ на многочисленные вопросы читателей, которые узнали о Бытии из «Бесед с Богом» и хотели получить больше информации об этом явлении.

Тысячи людей, таких как Джейсон, я или Джон, испытали Бытие во время путешествий вне тела. Возможно, даже Вы знакомы с одним из этих людей. Возможно, это даже Вы сами. Я включил в книгу истории об этом именно для того, чтобы те, кто пережил нечто подобное, могли соотнести свой собственный опыт с опытом других людей и в конце концов отбросили мысли о своей странности или ненормальности. Снова хочу повторить: подобный опыт распространен и вполне нормален.

И все же не всегда Моменты Благодати преподносятся нам в праздничной упаковке. Некоторые спрятаны в крохотных коробочках. Я не хочу, чтобы Вы чувствовали себя обделенными, если с Вами ни разу не случалось ничего столь же потрясающего и яркого.

Такие люди, как Джейсон или Джон, пережившие эти подобные удару молнии события, ничуть не более особенные, чем каждый из Вас, они, может быть, лишь немного более любознательны! Я все больше убеждаюсь в том, что те, кто бесконечно задаются вопросами о космическом устройстве реальности, притягивают к себе именно такие Моменты Благодати, о которых мы только что говорили. Однако, как мы уже знаем, эти Моменты Благодати далеко не единственные и, кроме того, не обязательно самые действенные.

Многие люди возвращались из подобных путешествий окончательно сбитыми с толку, с бо€льшим количеством вопросов, чем ответов!

Бог посылает нам Моменты Благодати многими различными способами, и Ему совсем не обязательно для действенного результата создавать нечто «ударное».

Момент Благодати может побудить нас целиком изменить свою жизнь, а может принести мягкое простое озарение. И оба они имеют одинаковое по силе воздействие на всю нашу последующую жизнь.

Давайте послушаем маленькую историю Маргарет Хиллер из Эшланда, штат Орегон, рассказанную ею самой…

Момент Благодати может побудить нас целиком изменить свою жизнь, а может принести мягкое простое озарение.

Глава 14. Святость каждого мгновения.

Великий учитель рассказал мне, что любое путешествие священно – неважно, какое оно. Я зову его святым Энтони. Он маленький мальчик.

Его собственное путешествие началось весьма сомнительно. Он родился от родителей-наркоманов с уже сформировавшейся зависимостью от наркотиков. Над ним взяли опекунство его бабушка и дедушка, но врачи сказали, что, для того чтобы Энтони выжил, нужно чудо.

«Что вы имеете в виду? Какое чудо?» – спросила его бабушка.

Доктора сказали, что, для того чтобы спасти ребенка, за ним нужно будет практически безостановочно ухаживать на протяжении следующих двух лет. Только тогда появится шанс исцелить его крохотное тело.

Без малейших колебаний его бабушка сказала: «О, видят небеса, я это сумею!».

И она действительно сумела.

В доме бабушки и дедушки Энтони рос в чудесной атмосфере. Он буквально купался в любви и был окружен глубоко духовными людьми. С самого первого дня на Земле безусловная любовь и духовность были частью его жизни. Конечно, в такой обстановке ребенок расцветал и был очень счастлив. Он не мог знать, что его ждет сильное потрясение – переезд в новую семью.

Когда Энтони исполнилось шесть лет, его бабушка заболела раком и умерла. Я поддерживала их семью в то время, когда бабушка Энтони была при смерти, проводила много дней и ночей в их доме и много общалась с мальчиком. Конечно, он очень переживал из-за того, что происходит, но его богатый внутренний мир уже в возрасте шести лет подсказывал ему, что бабушка уходит в прекрасное место и он должен стараться радоваться за нее.

Спустя несколько месяцев его дедушка тоже умер. Мне кажется, смерть супруги совершенно подкосила его. Любого ребенка это истощило бы окончательно, но только не Энтони. Невероятная любовь, которой он был окружен в первые годы своей жизни, очевидно, дала ему абсолютную уверенность в своей защищенности, поэтому он перенес эти тяжелые события очень стойко.

Его вера в жизнь сразу же была вознаграждена. Вскоре мы получили сообщение от его дяди и тети о том, что они согласны усыновить Энтони, хотя еще до женитьбы они приняли решение не заводить детей.

Я была близка к мальчику в те дни, поэтому было решено, что я поеду вместе с ним, чтобы встретиться с его новой семьей. В дороге мне казалось, что я сопровождаю мудрую древнюю душу, которая станет учителем для своих новых опекунов. И сама я училась у Энтони. Его страхи и вопросы открывали мне мои собственные страхи и вопросы, и вместе мы искали мир в наших душах посреди нерадостных событий последних месяцев.

Мы должны были сделать пересадку в Денвере, а так как наш вылет был задержан, мы имели неописуемое удовольствие на всех парах нестись через весь аэропорт к выходу на посадку, который, конечно же, оказался самым дальним.

Я схватила Энтони одной рукой, в другой были наши сумки, и мы помчались по коридорам. Я кричала работникам аэропорта: «Позвоните на выход, пожалуйста, скажите им, чтобы они задержали самолет». На меня смотрели как на сумасшедшую! И конечно никто и не подумал задерживать самолет.

Энтони посмотрел на меня снизу вверх (признаю, выражение моего лица тогда было далеко не ангельским) и сказал: «Малгалет, у нас бегательный день?».

Совершенно расстроенная, я ответила: «Да! Именно так это и называется – бегательный день!».

Мы добежали к нужному выходу как раз вовремя, чтобы полюбоваться на то, как он выруливает на взлетную полосу. (Думаю, Вам знакомо это чувство, когда опаздываешь на секунду.) Мы направились к билетным кассам и выяснили, что следующий рейс будет только через пять, повторяю, пять часов.

Мои первые мысли по этому поводу (я действительно была далеко не ангел в тот момент): Я должна буду провести пять часов в аэропорту с шестилетним ребенком? Боже, ты что, шутишь? Я с трудом представляла, насколько эти пять часов могут стать интересными.

А затем начался мой урок о том, что Все Священно.

Один из билетных агентов подошел к нам и сказал: «Вот талончики на обеды. Может, это хоть как-то поможет». Энтони с энтузиазмом потянулся за талончиками, – ему, наверное, казалось, что это так же здорово, как выиграть в лотерею! Итак, счастливый Энтони и рассерженная я скушали по «счастливому обеду». На это ушло целых полчаса.

Затем мы направились к практически пустому залу ожидания… где должны были провести еще четыре с половиной часа до начала посадки на наш рейс. Я даже не хотела думать о том, что буду делать все это время с шестилетним ребенком. Я понятия не имела, чем можно его занять. Мне тогда не пришло в голову спросить: «Зачем Бог послал мне этот опыт?» (А ведь в этом как раз заключается первое правило раскрытия Священного в каждой жизненной ситуации.).

Энтони, однако, ожидание совершенно не волновало. Он открыл свой рюкзак, извлек оттуда все, что мы вместе упаковали, – рейнджеров, раскраски, цветные карандаши. Эти «священные принадлежности» он разложил по кругу прямо на полу, улегся на живот посередине и принялся раскрашивать.

Я подумала: его хватит не больше чем на десять минут.

На самом деле эта сакральная церемония продолжалась все следующие четыре с половиной часа. Дела налаживались.

В соседнем зале ожидания заплакал маленький мальчик, он ревел не переставая, что бы ни делали его родители. Энтони поглядел на плачущего малыша и предложил тому подойти, энергично поманив его указательным пальцем.

Все еще всхлипывая, под неотрывными взглядами своих родителей малыш робко направился в сторону Энтони и остановился у кромки круга из «священных принадлежностей».

«У тебя есть раскраски?» – спросил Энтони с любопытством.

Хлюпая носом, малыш ответил: «Нет».

Энтони удивленно воскликнул: «Правда?» – и вырвал страничку из своей раскраски. Затем он положил ее на пол рядом с собой, добавил к ней пару карандашей и кивнул мальчику, чтобы тот входил в круг. (Интересно, что малыш не пересекал Священный Круг, пока его не пригласили.).

Потом Энтони спросил малыша: «Кстати, а сколько тебе лет?».

Вытирая рукавом слезы и все еще продолжая всхлипывать, малыш ответил: «Три».

Энтони посмотрел на меня, закатил глаза и прошептал: «Возрастное!».

Шли часы, и другие дети присоединялись к Священному Кругу Энтони, также стоя у кромки и дожидаясь, пока их пригласят войти. Круг разрастался, его края раздвигались, чтобы вместить в себя новых адептов.

Вскоре вокруг начали собираться и родители. Мы с изумлением наблюдали за этой сценой и забывали о книгах, о своем раздражении из-за пропущенных рейсов и задержанных вылетов.

Мы словно приземлились – да, «приземлились» хорошее слово для аэропорта – в священном мире, где не существует времени, только любовь, мир, только действительно важное.

Я поняла, что никогда больше у меня не будет возможности провести священные часы с маленьким шестилетним Энтони, возможности увидеть и быть рядом с Помазанником. Кем бы он ни был и где бы это ни происходило.

В тот день я вспомнила, что каждое путешествие священно, каждый опыт дается нам для тренировки, для раскрытия собственной священной сути и принятия того, кем мы на самом деле являемся. «Святой Энтони» помог мне вспомнить это.

Я счастлива рассказать о том, что дядя и тетя Энтони, которые, как Вы помните, никогда не хотели детей, но все же решились попытаться, теперь говорят, что их жизнь стала полнее вместе с Энтони. И мальчик превосходно развивается! Эмоционально, физически, умственно, духовно развивается!

Я желаю каждому Божьего благословения в этом путешествии, и не забывайте раскраски и карандаши!

В самом деле, не забывайте!

Я хочу поблагодарить Маргарет за эту историю. Она и ее муж Дэвид – одни из тех, кто уже принял Приглашение (я подробно расскажу Вам об этом в конце книги). Маргарет и Дэвид переезжают с места на место, от церкви к церкви, от одного зала к другому, от человека к человеку и делятся своими личными переживаниями маленьких моментов, в которых заключена огромная истина. Я называю их Моменты Благодати.

В этой истории есть множество прекрасных уроков. Идея о том, что каждый момент священен и может нести в себе истинные сокровища и важнейшие поучения, – один из них. Второй заключается в том, что человек (любого возраста), окруженный глубокой заботой и искренней любовью, приобретает невероятную стойкость для того, чтобы преодолевать самые непростые моменты в жизни.

И третий урок: будь источником. Это важнейшее послание снова и снова появляется на страницах книг серии «С Богом». Если ты хочешь пережить что-либо сам, стань источником этого переживания для других.

Не думаю, что малыш Энтони делал это сознательно (хотя я и не уверен, потому что этот мальчик чрезвычайно развит духовно), но, очевидно, следовал именно этому принципу, даже не зная о нем. Я уверен, что Энтони хотел избавиться от страха перед новым домом, новой жизнью. Он увидел плачущего мальчика на другом конце зала ожидания и интуитивно постарался успокоить этого малыша, а вместе с этим исчезли и его собственные страхи.

Каждый момент священен и может нести в себе истинные сокровища и важнейшие поучения.

Именно так и работает этот принцип, и если Вы научитесь делать это сознательно, то овладеете величайшим секретом. Хотите стать счастливым – сделайте счастливым другого. Хотите узнать дружбу и не быть одиноким – станьте другом для других, и пусть они с Вашей помощью избавятся от одиночества. Хотите радоваться – порадуйте других. На самом деле не важно, что Вы хотите испытать, – самый короткий путь к Вашей цели заключается в том, чтобы помочь другим испытать это.

Не дожидайтесь, пока желаемое само окажется у Вас в руках. Будьте источником этого для других. Именно это и делал Энтони тогда в аэропорту. Я имею в виду, какой же ребенок захочет скучать четыре часа в аэропорту? Вот он и не давал другим детям скучать. И угадайте, кто в результате развлекался больше всех…

В этом есть особая магия. Некая магическая формула.

Но в истории Энтони остался, по крайней мере, еще один урок для нас с Вами.

Если ты хочешь пережить что-либо сам, стань источником этого переживания для других.

Часто, когда что-то плохое происходит с хорошими людьми (особенно когда речь идет о детях), мы не можем понять, почему жизнь так несправедлива. Мы спрашиваем: «Да, что же это такое?» Мы ставим под вопрос бесконечную любовь Вселенной. И вот что я понял: душа вышивает удивительный узор.

Если посмотреть на этот узор с одной стороны, то все, что можно увидеть, – это лишь бессмысленная мешанина из пересекающихся линий разных цветов. Мы видим лишь безобразную путаницу. Но если взглянуть с другой стороны, нам уготовано совершенно иное видение. С обратной стороны видны очаровательный замысел, удивительная сложность, необходимость смешения.

Доктор Элизабет Кюблер-Росс, выдающийся психолог и психотерапевт, пионер исследований горя и утраты, смерти и умирания, одна из самых любимых в мире просветительниц, нашла прекрасный способ объяснить то, что я имею в виду. Она говорит: «Закрыв каньон от ветров, мы никогда не увидим дивной красоты узоров на его каменных стенах».

Мне никогда не забыть этих слов.

Возможность работать вместе с Элизабет в составе группы исследователей была одним из самых ярких Моментов Благодати в моей жизни. Ее сочувствие и глубокое понимание способно объять весь мир, а любовь распространяется на все человечество.

Иногда меня спрашивают: «На Земле есть ангелы? Они присутствуют среди нас?» Я всегда отвечаю: «Да. Я знаю одного!».

Я глубоко уверен, что Элизабет Кюблер-Росс – ангел, который исцелил уже многие души.

Кстати, Дэвид Хиллер пережил опыт, который был следствием работы Элизабет. Вот прекрасный пример того, как то, что мы делаем, может косвенно повлиять на других людей.

Глава 15. Никогда не поздно получить благословение.

Если с Вами случалась хоть раз в жизни ситуация, когда Вам были не рады, то Вы представляете, каким опустошающим может быть это чувство. Многих оно гнетет еще очень долгое время. Кого-то и вовсе всю жизнь.

До недавних пор Дэвид Хиллер страдал от боли, от чувства, которое испытал еще в возрасте девятнадцати лет. Но как раз перед его пятьдесят вторым днем рождения в его жизни случился разительный поворот. Недавно он рассказал мне, как это произошло. Вот история, записанная с его слов…

В июне 2000 года нас с моей женой Маргарет пригласили в штаб-квартиру Объединенной церкви в Канзас-Сити. Там мы должны были выступать с семинаром по исцелению под названием «Обращение к Чудесному Мышлению», с которым объехали уже огромное количество церквей по всей стране.

В тот день мы были действительно благодарны за то, что нам удалось поддержать многих людей и помочь им на пути к исцелению, но даже не могли предположить, что в конце недели настанет уже моя очередь исцелиться. Это случилось во время семинара нашего коллеги.

Семинар назывался Возвращение Домой, и вел его отец Объединенной церкви Скай Сент Джон. В середине собрания Скай рассказал нам, как учился вести этот семинар у Элизабет Кюблер-Росс.

Во время обучения Элизабет рассказала ему историю, которая по-настоящему тронула Ская (а затем и меня, когда я в свою очередь услышал ее от него). Вот история Элизабет.

На одном из ее семинаров подобралась большая группа, в которой было несколько ветеранов Вьетнамской войны. Она попросила ветеранов на время выйти из комнаты, чтобы объяснить другим членам группы свою идею. Ветераны ушли в соседнюю комнату ждать, пока их позовут.

А Элизабет тем временем сказала остальным, что настало время для исцеления. Эти ребята несут на себе груз скорби, их истощает ощущение постоянного отсутствия поддержки и любви. Когда они вернулись домой в Америку из Вьетнама, они не нашли необходимой поддержки. И вот настало время исцелить эти глубокие раны.

Она попросила участников семинара, когда ветераны войдут в комнату, поприветствовать их так, словно они только сейчас возвращаются домой. Поздравлять с любовью, искренне радоваться их возвращению, шептать нежные целительные слова, поощрять и благословлять их. Другими словами, радоваться их возвращению домой, что, несомненно, глубоко тронет их израненные души. Группа единогласно согласилась сделать то, о чем просила Элизабет, и ветеранов пригласили войти.

Как только они появились в дверях, в комнате раздались громкие аплодисменты и радостные возгласы. Люди пели песни, дарили ветеранам всю свою любовь и целительную энергию. Ветеранов настолько переполнили эмоции, что по их лицам потекли слезы. Настоящий шквал эмоций заставил некоторых из них, рыдая, упасть на колени. Для многих из них оказалось трудно вместить в себя благословение приветствия. И все же они были бесконечно благодарны за него. Кто-то начал играть на пианино парадный марш, а вокруг ветеранов образовалось кольцо приветствующих.

Элизабет попросила ветеранов пройти по кругу и получить персональное приветствие и благословение от каждого, обняться с каждым из присутствующих. Некоторые из ветеранов даже не могли стоять на ногах от переполнявших их эмоций. На коленях они ползли вдоль круга, заново и совершенно иначе переживая свое возвращение домой. Все участники семинара плакали. Каждый был тронут этой церемонией исцеления. В тот день не только ветераны исцелились, но все присутствующие получили благословение.

Скай поведал нам эту проникновенную историю в своей мягкой манере и поделился тем, что после того, как услышал ее от Элизабет, решил подарить каждому возможность обрести благословенное приветствие.

Он общался с семинарской группой, и каждый чувствовал в нем непоколебимое внутреннее стремление дарить людям счастье Возвращения Домой.

Скай продолжил свой семинар тем, что спросил, пережил ли кто-нибудь из нас момент в жизни, когда нас не поддержали, не приняли, будь то родители или другие люди. Когда, при каких бы то ни было обстоятельствах, нас отказались поддержать и принять такими, какие мы есть.

Он сказал, что в процессе Возвращения Домой мы обретем возможность трансформировать свой негативный опыт в благословение, сможем излечить раны раз и навсегда, ибо радость приятия несет в себе мощнейшую целительную энергию. Итак, те, кто хотел получить целительное благословение Возвращения Домой, должны были собраться в задней части комнаты, а все остальные – в передней.

Как минимум 150 человек собрались в передней части комнаты, чтобы приветствовать тех, кто нуждается в исцелении. Я сам, будучи ведущим семинара на этой конференции, естественно, поначалу хотел присоединиться к ним. Но в тот момент я услышал едва слышный голос, нашептывающий мне: Дэвид, тебе следует идти в заднюю часть комнаты. В твоем сердце есть незажившая рана, возникшая как раз из-за того, что тебе не хватило любви и поддержки.

Послание было абсолютно ясным и, самое главное, верным, поэтому я доверился этому голосу. Я направился в заднюю часть комнаты, хотя совершенно не представлял, о чем буду говорить, когда настанет моя очередь. Я наблюдал за тем, как каждый из стоящих рядом со мной подходил к микрофону и рассказывал приветственной группе о том, при каких обстоятельствах чувствовал себя непринятым. Они просили приветствующих представлять своих родителей, братьев и сестер, коллег по работе и так далее в зависимости от конкретной истории.

А затем они под аплодисменты шли навстречу приветствующим, их обнимали, поздравляли, им дарили искреннюю поддержку и любовь. А Скай говорил: «Ты вернулся домой» – и в сердце каждого разливалась мощнейшая целительная энергия.

Моя очередь подходила все ближе и ближе, а я все смотрел и смотрел. Все так же не имея понятия, что скажу там, у микрофона, я чувствовал, что для меня участие в этой церемонии крайне важно.

И вот подошла моя очередь, я шел к микрофону и снова услышал тот самый голос: Дэвид, ты один из тех ветеранов Вьетнамской войны, что долгие-долгие годы несут в себе память и боль той войны. Тебя не приняли дома. Твоя страна забыла о тебе, и это мучает тебя по сей день. Сейчас у тебя есть шанс.

Так, с дрожью в ногах, я подошел к микрофону, взял его в руку и выдавил из себя: «Я один из тех вьетнамских солдат, моя страна бросила меня там, а дома никто не был мне рад. Это гнетет меня до сих пор, и я вижу такую же боль в глазах многих других ветеранов. Сейчас пришло время исцеления, время исцелить мои раны».

Взрыв аплодисментов и приветственных возгласов раздался со стороны группы на другом конце комнаты! Люди бросились ко мне, протягивали руки, чтобы обнять меня, шептали: «Добро пожаловать домой. Мы так рады, что ты вернулся. Мы так по тебе скучали. Спасибо, что был там за всех нас».

Скай подбежал к пианино и стал играть парадный марш, что-то вроде «Боже, храни Америку». Меня тоже переполняли эмоции. Слезы стекали вниз по моим щекам. Я упал на колени. Ноги не держали меня. Время словно остановилось. Чувство, наполнившее меня, было неописуемым. Я никогда этого не забуду!

Я двигался вперед, и все новые и новые люди благословляли, обнимали и приветствовали меня. Скай сказал: «Ты вернулся домой. Твоему возвращению рады, и тебя любят». Это тронуло меня до глубины души. Каждая клеточка моего тела трепетала.

Я шел сквозь окруживших меня людей, и меня била крупная дрожь, но я буквально ощущал, как боль уходит из моего сердца. Груз, который так долго тянул меня вниз, наконец спал с моих плеч. Раны исчезали под воздействием целительной силы любви. Я ощутил приветствие, которого так ждал от своей страны, я захотел получить его и сделал это!

Я видел слезы на лицах благословлявших меня людей и знал, что их любовь и поддержка настоящие. Это было самое великое исцеление, которое мне довелось испытать.

Многие подходили ко мне после семинара и рассказывали истории о своих родных и любимых, тоже побывавших во Вьетнаме, о сложностях, с которыми им пришлось столкнуться дома. Эти отцы, матери и супруги ветеранов Вьетнама также нуждались в исцелении, прощении и понимании. Они были благодарны мне за возможность приветствовать меня, потому что я представлял их любимых, которые также нуждались в приветствии со стороны своей страны. Они нуждались во мне так же, как и я в них! Я никогда не понимал, зачем оказался во Вьетнаме, но теперь знаю: моя задача – помочь другим людям помнить, что никогда, никогда, никогда не поздно получить благословение. В независимости от наших убеждений и жизненных обстоятельств.

Никогда не поздно вернуться в дом, где тебе будут рады, ощутить любовь и поддержку, исцелить старые раны и воспоминания. Никогда не поздно! Помните об этом. Откуда я знаю? Просто я сам испытал это. И если я смогу помочь кому-то еще испытать это, убедить в возможности исцеления, я буду пытаться.

Я благодарю Бога. Благодарю ветеранов. Благодарю отца Ская Сент Джона. Благодарю Элизабет Кюблер-Росс, которая сделала то, в чем мы нуждались так долго. Да хранит их Господь. Да хранит Господь всех ветеранов. Да хранит Господь Вас.

Эта история согревает сердца. Она говорит о том, что мы можем сделать жизнь по-настоящему прекрасной, просто обращая внимание на мелочи, которые делаем, говорим и выражаем по отношению друг к другу. Хотя на самом деле эти мелочи – самое важное в жизни наших душ.

Я надеюсь, что никогда не задену чью-то душу неприятием или неодобрением, и, надеюсь, Вы будете стремиться к тому же.

С начала времен все, чего на самом деле когда-либо желал человек, – это любить и быть любимым. И с начала времен наше общество шло к тому, чтобы сделать практически невозможным выражение этого чувства.

Мы можем сделать жизнь по-настоящему прекрасной, просто обращая внимание на мелочи, которые делаем, говорим и выражаем по отношению друг к другу.

Мы создали религиозные ограничения, племенные табу, общественные стратегии, групповые руководства, нормы общежития, государственные границы, законы, полицию, правила и всевозможные инструкции о том, кто, где, когда, как и почему может любить, а также кто, где, когда, как и почему любить не может.

К сожалению, второй список много длиннее первого.

Мы поставили осуждение над приятием, неодобрение над сочувствием, обвинение над прощением и ограничения над свободой в том, что мы называем человеческой любовью. Одним словом, мы сделали любовь обусловленной и тем самым полностью изменили саму ее суть, подменили на фальшивку, убили настоящую любовь.

Но еще не поздно – никогда не поздно – открыть сердца, отдаться на волю потока истинной любви, дарить и получать ее. Как мы делаем это, когда искренне благословляем друг друга.

Именно это произошло с Дэвидом Хиллером в истории, рассказанной им. Участники семинара благословили его и сами почувствовали благословение. И так происходит всегда, ибо благословение – это завершение Цикла Любви.

Благословение становится для нас совершенно естественным, когда мы наконец понимаем, Кем На Самом Деле Являемся. В «Дружбе с Богом» сказано: «В момент абсолютного знания (который для тебя может настать в любую секунду) ты почувствуешь себя так, как я чувствую себя всегда: абсолютно счастливым, любимым, принятым, благословенным и благодарным. Это Пять Состояний Бога и… в твоей жизни эти состояния могут и приведут тебя к Благочестию».

Никогда не поздно открыть сердца, отдаться на волю потока истинной любви, дарить и получать ее.

Позвольте мне снова повторить, что никогда не поздно получить благословение и никогда, никогда не поздно его дарить. Даже если чье-то сердце исцелится в самый последний момент, этот человек ощутит, что его жизнь была стоящей.

Когда мы получаем благословение, то чувствуем, что нас принимают, нам радуются. Я так счастлив, что у меня есть возможность поместить в этой книге так замечательно и живо описанный Дэвидом Хиллером процесс «возвращения домой». Теперь от Элизабет Кюблер-Росс через отца Ская, а затем Дэвида Хиллера он может перейти к Вам, к любому из Вас, кто возьмет на себя радость и счастье дарить людям помощь и исцеление, кто решит адаптировать эту программу для собственных нужд, для собственного дела в этом мире. И не беспокойтесь об авторских правах. Никто не разозлится на вас за «кражу» идеи. Они хотят этого.

Почему? Потому что пришло время подарить исцеление бесчисленному множеству людей, которые страдают от неодобрения, оттого, что им не рады. По всему миру люди просят меня нести им послание «Бесед с Богом». От Осло до Хорватии, от Копенгагена до Йоханнесбурга, от Торонто до Токио я вижу в людях поиск истины, жажду понимания, мольбу об исцелении и стремление к любви и глубокому счастью.

Я ощущал это кожей в руинах Мачу-Пикчу и в Ватикане. Я стоял на Великой Китайской стене и на демилитаризированной территории, которая спустя пятьдесят лет все так же разделяет Северную и Южную Кореи, и везде, везде одно и то же – тоска по миру, гармонии, единению и стремление покончить со всем, что разделяет нас, с причинами наших раздоров.

И хотя наш коллективный разум все еще не может отделаться от привычки судить и осуждать, не может отбросить в сторону все предрассудки, злобу и вымышленные потребности, уже сейчас наши сердца беспрепятственно находят путь к всеобщему согласию. Ведь люди различных конфессий и культур, с разным цветом кожи и сексуальными предпочтениями, разными религиозными и политическими воззрениями совершенно одинаковы по своей сути. Все они когда-то чувствовали себя порочными и непринятыми в тот или иной момент, в том или ином месте, так или иначе. Поэтому мы должны стремиться к тому, чтобы не оставалось на Земле времени, места и способа причинять людям страдание неприятием и неодобрением. Так должно быть, если мы действительно те, кем себя считаем. Если мы претендуем на звание самых развитых существ на планете.

В самых разных уголках мира я видел и ощущал одно и то же – тоска по миру, гармонии, единению и стремление покончить со всем, что разделяет нас, с причинами наших раздоров.

Итак, наша задача – войти в первое десятилетие нового тысячелетия открытыми для новых идей, возможностей, со стремлением понять друг друга и Бога, а кроме того, множество Божественных даров.

Включая…

Глава 16. Дар предсказания.

Однажды утром Моника Розалес проснулась со слезами на глазах. Ей приснилось, что умерла ее любимая мамочка.

Сон и так был достаточно тревожным, но для Моники – вдвойне. В прошлом многие ее сны уже сбывались, включая сон о воссоединении с человеком, которого она любила тринадцать лет, но почти шесть лет не видела. Поэтому она сразу позвонила маме, проверить, как дела.

«Мам? У тебя все в порядке?» Моника старалась не выдать голосом чувства, ставшие уже привычными, – страх и трепет. Зачем только ей дана эта способность видеть во снах будущее? Не знаю, дар это или проклятье, подумала она уныло.

«Конечно, милая, все хорошо, а почему ты спрашиваешь?» Мама Моники, конечно, знала о необычных способностях дочери, поэтому тоже встревожилась. Она принялась размышлять о том, что мог значить этот сон; обычно интуиции дочери можно было доверять.

Следующей ночью Монике приснился точно такой же сон. Моника не стала звонить матери, чтобы не расстраивать ее совершенно новостью о том, что уже два сна предсказывают ее смерть. Моника держала все в себе, волновалась и переживала.

Два месяца спустя загадка разрешилась. У мамы Моники обнаружили рак почек на последней стадии.

«Боже мой, дорогая, ты была права», – сказала мама Монике. Но Моника лишь чувствовала вину за свой «дар».

«О, мам, мне так жаль…».

«Милая, здесь нет твоей вины. Ты просто смогла увидеть, что случится. Наоборот, благодаря тебе новость шокировала меня в меньшей степени. Пожалуйста, не вини себя».

Моника ухаживала за мамой во время болезни и молилась о том, чтобы Бог дал им обеим сил вынести эту боль. Спустя несколько месяцев ее мама умерла.

Не в силах освободиться от груза печали, Моника ночь за ночью проводила в метаниях. Оттого, что она видела эти сны, ей не становилось легче. Монике снова снилась смерть любимых людей, и она боялась, что начнет оплакивать их еще до смерти.

«Боже, ну почему у меня не бывает ХОРОШИХ видений?» – горестно вопрошала она.

А затем это случилось. Однажды во сне к Монике пришла мама. Она сказала: «Я здорова и счастлива». Моника стала спать лучше.

Несколько лет спустя, Моника тогда жила в Германии, мама снова навестила ее во сне. «Ты должна сходить на обследование к доктору, Моника, – сказала она. – У тебя три кисты рядом с яичниками».

«Я умру, мам?» – спросила Моника.

«Нет, не переживай. Но не медли с обследованием», – ответила она.

И хотя мама успокаивала ее, Моника проснулась в панике. Она плохо знала немецкий, поэтому тут же позвонила другу, говорившему по-английски, чтобы тот помог ей записаться на прием. Часы ползли по-настоящему медленно, пока наконец наступил назначенный день.

На приеме Моника попыталась объяснить терапевту, что ей сказала мама. Доктор сделал ей УЗИ и, сверившись с экраном, сказал: «Невероятно. Ваша мама права. Где она живет?».

«На небесах», – ответила Моника.

«О, это настоящий дар!» – сказал доктор и потянулся за телефонной трубкой, чтобы запланировать операцию на ближайшее время.

Три дня до даты операции Моника проводила в медитативной молитве по шесть часов в сутки. Она была готова. И даже когда упаковывала вещи для больницы, она продолжала молиться. Несмотря на слова матери о том, что все обойдется, она очень боялась. Она была совсем одна и к тому же так плохо говорила по-немецки. Но Моника доверилась Богу и отправилась в кабинет УЗИ. Ей нужно было сделать последнее обследование перед операцией, чтобы точно определить местоположение кист.

Доктор принялся обследовать ее, но довольно скоро позвал в кабинет еще одного своего коллегу. Казалось, они спорили о чем-то, не могли понять каких-то результатов обследования. Позвали третьего врача. Если до этого Моника нервничала, то сейчас она была вне себя. Что все это означает? Что-то пошло не так? Она была на грани паники. Сердце колотилось как сумасшедшее! Если бы только она знала немецкий чуть лучше, она хотя бы смогла спросить, что происходит.

Тогда Моника услышала голос в своей голове. Он принадлежал ее матери.

С тобой все будет хорошо, Моника. Бог услышал твои молитвы. Позволь Господу хранить тебя Своей любовью.

Моника задышала глубже. Когда в кабинет наконец вошел переводчик, она была уже спокойна, всего лишь немного сбита с толку.

«Очевидно, ваше состояние кардинально изменилось, – объяснял переводчик. – Врачи не могут найти никаких следов опухолей или кист. Это крайне необычно».

Моника пришла в полнейшее замешательство. «Что? – спросила она. – О чем это вы говорите?».

В самом деле, врачи были ошеломлены результатами обследования и через переводчика пытались объяснить ей: «Обычно после кисты остается хотя бы след; в вашем же случае мы не можем обнаружить даже намека на то, что они вообще были. Кисты исчезли целиком и полностью, бесследно».

С тех пор Моника благодарила небо за чудеса, которые оно ей посылает, за свой особенный дар – умение получать и отправлять послания из Высших Сфер. Она просит Бога в молитвах о том, чтобы она могла использовать свой дар на пользу другим людям. И больше всего Моника благодарна за то, что мама продолжает быть рядом и заботиться о ней.

Каждый раз, когда мы слышим истории о людях с подобными способностями, мы хотим разобраться: действительно ли существуют такие вещи, как, например, ясновидение? «Беседы с Богом», книга первая:

«Люди, обладающие сверхъестественными способностями, существуют. Вы, например. И все остальные тоже. Нет ни одного человека, который не обладал бы тем, что вы называете сверхъестественными способностями. Есть только те, кто их не использует.

Использование таких способностей – это не что иное, как использование шестого чувства».

Но Моника не только видела «вещие сны», то есть видения о том, что должно произойти в будущем, но и напрямую разговаривала со своей мамой. Сначала, когда Моника оплакивала ее уход, а затем еще раз годы спустя, когда мама пришла предупредить ее. А это возможно?

БСБ, книга третья:

«Ты говоришь об общении с духами. Да, такое общение возможно.

Любимые никогда не уходят далеко от тебя, они всегда на расстоянии мысли и всегда приходят, когда ты нуждаешься в них, чтобы дать совет, поддержать или утешить.

Если ты со своей стороны сильно переживаешь о них, гадаешь, все ли с ними хорошо, они всегда подадут знак, пришлют тебе весточку, маленькое «сообщение» о том, что все в порядке. Тебе даже не нужно звать их специально, души тех, кто любил тебя при жизни, устремляются к тебе, летят к тебе, стоит им только почувствовать приближение беды или тревогу в твоей ауре».

…ты непременно почувствуешь их успокаивающее присутствие, если сможешь по-настоящему открыться для них.

Как только мы сможем понять, что история Моники не является экстраординарной, что на самом деле такие истории случались и случаются прямо сейчас с тысячами людей, тогда мы сможем наконец совершить этот квантовый скачок на новый уровень, который так давно необходим всему человечеству. Скачок в будущее, где каждый из нас предстанет Новым Человеком.

Любимые никогда не уходят далеко от тебя, они всегда на расстоянии мысли и всегда приходят, когда ты нуждаешься в них.

Сейчас среди нас есть уже мастера, которые достигли этого уровня. Повсюду многие люди отвергают их, потому что их взгляды нарушают статус-кво, призывают нас к переосмыслению самих себя, ясно и неприкрыто указывают нам на то, что мы делаем друг с другом и как это можно остановить, просто познав и приняв себя такими, Какие Мы Есть.

Пришло время преодолеть наше отделение друг от друга. Мы должны «поприветствовать дома» тех, кто для нас самих открывает наше великолепие. В прошлом над ними насмехались, критиковали, их избегали и даже распинали. Теперь же мы входим в мир, где дар озарения, мудрости и даже ясновидения признается нормой.

Как и…

Глава 17. Дар исцеления.

Во второй главе этой книги мы уже встречались с Биллом Такером из Милуоки, штат Висконсин. Он тот самый администратор в агентстве недвижимости, который каждый раз открывал рот от удивления, когда чудо супругов Джейсон заходило на новый вираж. Билл рассказал мне, что после той истории его жизнь буквально наполнилась чудесами, и когда он поведал мне одну из таких историй – поразительную и убедительную, – я не смог удержаться и добавил ее в коллекцию чудес этой книги тоже. Она ярко иллюстрирует то, вокруг чего все здесь вращается:

Есть вещи, о которых мы не знаем; между человеком и Богом есть прямая связь, и проявления этой связи намного более распространены, чем многие в нашем обществе готовы признать.

Как «Беседы с Богом» были призваны разрушить наконец иллюзию того, что Бог не говорит больше с людьми напрямую, так этой книгой я надеялся показать Вам, что все необычное обычно.

Как только мы согласимся принять это утверждение, нам становится ясно, что все наши представления о жизни на этой планете до сих пор были по меньшей мере сомнительными, неполными и неточными. И тогда мы с самыми серьезными намерениями принимаемся за поиски правдивой истории.

Те, кто увяз в нашей ограниченной и неполной жизни, в своем стремлении оставить все как было, могут столкнуться здесь с определенными сложностями. С другой стороны, те, кто готов к перерождению в Нового Человека, с радостью поприветствуют эти доказательства нашей готовности и способности к вступлению в новое общество.

Все необычное обычно.

А сейчас я хочу передать слово Биллу Такеру. Это уже вторая интересная история, рассказанная им…

Был 1990 год, одним холодным февральским утром из госпиталя Святой Марии в Милуоки мне позвонила мама.

«Ты должен приехать сюда срочно», – умоляла она.

«Что случилось?» – спросил я.

«Твоему папе стало плохо, и я вызвала «Скорую», – рыдала она в трубку, – а теперь они отказываются говорить мне, в чем дело, пока ты не приедешь!».

Я запрыгнул в машину и понесся прямиком в больницу. Там меня отправили в отделение онкологии. Тогда я не знал, что онкология означает рак. Мама повела меня к доктору, и я спросил его, почему с ней отказываются разговаривать.

«Потому что у меня очень плохие новости и я хотел, чтобы кто-то из членов семьи мог поддержать ее».

«Ладно, – сказал я, – так в чем дело?».

«Положите руки на плечи матери и обнимите ее покрепче, – сказал он, и я сделал, как велено. – Ваш отец умирает от рака… и мы ничем не можем ему помочь». Мама застонала: «О, боже, нееееет» – и начала терять сознание. Я поддержал ее.

«Неужели действительно совсем ничего нельзя сделать, доктор?» – умоляла моя мама.

«Мне очень жаль, но он курил последние пятьдесят лет, и восемьдесят процентов его обоих легких просто уничтожены. Мы не можем применять облучение, потому что доза и площадь облучения, которые необходимы, убьют остальные жизненно важные органы. Более того, мы не можем применить химиотерапию, потому что опять же такая доза препарата с наибольшей долей вероятности убьет его еще быстрее, а все, чего мы добьемся, – это причиним ему дополнительную боль и страдания в последние дни. И наконец мы не можем сделать ему операцию, потому что тогда нам пришлось бы удалить ему оба легких, и ему просто станет нечем дышать».

Мама с упорством пыталась отыскать хоть малейший лучик надежды: «Сколько ему осталось?».

Доктор колебался и медленно произнес: «Меньше полугода…» – и кивнул мне, чтобы я снова обнял мать. Я понял, что на подходе еще более страшные новости.

«Доктор, – простонала мама опять, – мы собирались съездить в отпуск во Флориду в июле. Он сможет?».

«Вы не понимаете, – сказал он. – Ваш муж, скорее всего, не доживет до июля».

Мама повернулась ко мне с широко распахнутыми глазами, как будто не была до конца уверена в том, что ей послышалось: «Что он говорит, Билл?».

«Доктор пытается сказать тебе как можно мягче, мам, что папа умрет гораздо раньше, чем через полгода». На этих словах из ее груди вырвался еще один стон, и она обмякла у меня на руках. Нюхательные соли помогли привести ее в чувство.

Маму била крупная дрожь, когда она проговорила: «Пожалуйста, доктор. Просто скажите. Сколько ему осталось?» Я кивком подтвердил, что стоит сказать ей.

«Что ж… конечно, невозможно ничего предсказать точно… – он закатил глаза, – но я не думаю, что он все еще будет с нами через три недели». После этих слов доктор торопливо добавил: «Но мы можем давать ему обезболивающее. Возможно, также сделаем облучение, хотя это не сможет продлить его жизнь, только поможет облегчить страдания».

И тут мама повернулась ко мне и сказала: «Я знаю, у тебя с Богом особые отношения. Сын, ты должен спасти отца!».

«Эй, мам, – сказал я, – я же не Иисус Христос! Что я могу сделать?».

«Думаешь, я не знаю обо всех этих чудесах в твоей жизни? Я знаю, как твоя дочь встала на ноги после полного паралича за невероятно короткое время, – сказала она, – и я знаю обо всех этих деньгах, которые ты добыл себе молитвами. Теперь, – потребовала она, – ты должен исцелить отца!».

И я принял решение. Она была права, конечно, насчет моей дочери. Она выздоровела после практически полного паралича, и я тогда был одним из тех, кто сказал, что она сможет это. Насчет денег она тоже была права. Однажды я попросил Бога дать мне миллион долларов, коротко и ясно, причем нужно было уложиться в две недели. На четырнадцатый день банк дал мне миллион долларов на развитие собственного бизнеса.

И я сказал всем, что здесь это тоже должно сработать. «Бог никогда не подведет», – проговорил я.

Итак, теперь, стоя в госпитале, я понял, что пришло время (надеюсь, Вы простите мне это выражение) ответить за свои слова.

Я повернулся к доктору и сказал: «Ладно. Мой отец теперь исцелен. Он не умрет. У него больше нет рака».

Уверен, это прозвучало нагло, но с моей стороны это не было наглостью. Я был совершенно искренен. Но доктор поднял на меня большие от удивления глаза, явно сомневаясь в моем душевном здравии. «Пустым отрицанием делу не поможешь, сынок, – заметил он справедливо. – Твой отец не сможет бороться с раком дольше месяца».

«Доктор, вы даже не знаете, с чем здесь имеете дело. Но я вам точно говорю, мой отец больше не болен раком».

После этого мы с мамой уехали из больницы.

И я выкинул все это из головы. У меня нет больше причин думать об этом, снова просить или «беспокоиться», исполнит Бог мою просьбу или нет, – «дело уже сделано». Я знал, что чудо уже произошло, вне зависимости от того, можем ли мы разглядеть вещественные тому доказательства или нет.

Отцу делали облучение… в удивительно малых дозах, как мне кажется… одну процедуру в шесть недель в течение пары месяцев. Он держался. Хотя правильнее было бы сказать, что он кое-как выкарабкивался. Тем не менее в июле, по общему признанию все еще изрядно больной, папа отправился с мамой в отпуск во Флориду!

В октябре, будучи капитаном запаса военно-морского флота, я был призван на действительную службу на время операции «Щит пустыни», предвестника «Бури в пустыне». Командование направило меня в Чикаго на место другого капитана, отправленного в Саудовскую Аравию.

В конце февраля 1991 года, как раз после завершения пятидневной наземной операции, мне позвонил папин онколог.

«Капитан Такер… из Милуоки?» – спросил он нерешительно.

«Да, это Билл Такер», – ответил я.

«Слава Богу! Я обзвонил почти все военно-морские части, пытаясь разыскать вас! – обрадовался он. – Вы не поверите, но…».

«Конечно, поверю, доктор», – не дал я ему закончить.

«Нет, нет, послушайте! В это сложно поверить, но ваш отец… у него больше нет рака!».

«Ну конечно нет», – сказал я.

«Нет, нет, я имею в виду, он выздоровел! Это чудо!» – тараторил он в трубку.

«Доктор, где вы были? – спросил я его. – Он выздоровел еще год назад, в прошлом феврале в больнице».

«Что? – спросил он. – Я не понимаю…».

«Доктор, произошло действительно чудо. Но чудо не в переносном смысле, как это слово употребили вы. В прямом смысле. Разве вы не помните, как я сказал вам, что мой папа исцелен?».

«Ну да, я и говорю – чудо… по-другому не назовешь!» – воскликнул он, явно так и не поняв до конца, о чем я ему толкую.

Следующие семь лет мой папа спокойно ходил на работу. Но в один день он снова почувствовал себя плохо. Мы привезли его обратно в больницу, на этот раз в Колумбийский госпиталь. Его врач работал в обеих больницах и направил нас именно туда.

Когда мы вошли, доктор вскочил, чтобы поприветствовать нас у дверей. Затем встал рядом с отцом, приобнял его за плечи и громко объявил, обращаясь ко всем, до кого только можно было докричаться: «Эй, слушайте все! Вот он! Чудо-человек!».

Персонал больницы, очевидно, был в курсе истории чудесного исцеления моего отца, потому что повсюду раздались громкие аплодисменты. Я радовался, что профессиональные медики были готовы признать возможность спонтанного чуда, но меня беспокоило, что они приписывают мне его свершение. Им все еще многое нужно объяснять, подумал я.

После проведения диагностики состояния моего отца доктор пригласил меня войти для консультации.

«Что ж, боюсь, на этот раз болезнь его достала, – сказал он уныло. – У него овсяно-клеточный рак, или, как его обычно называют, мелкоклеточный рак. Это наихудшая разновидность. Он развивается очень быстро и наименее поддается лечению».

«Не стоит беспокоиться, доктор, – сказал я, – он уже исцелен».

Доктор в молчании уставился на меня, его брови хмурились, пока он обдумывал мои слова. А затем он с расстановкой произнес: «Я… так… не… думаю… на этот… раз».

Я лишь посмеялся про себя. «Вы так и в прошлый раз не думали, доктор. А что, по-вашему, Бог с тех пор изменился?».

«Эй! – воскликнул он. – Я не хочу задеть чьи-то религиозные чувства. Мой девиз – хорошо все, что действенно. Однако веруют многие, но не всех Бог излечивает от рака».

«Может, они не просят этого у Бога, доктор. Вы когда-нибудь об этом задумывались? Может, они просто фаталисты, которые не тревожат Бога подобными просьбами, потому что верят в рок. Или, может, они просят, но в душе сомневаются, что Бог действительно придет на помощь. Это, бесспорно, все портит. Посмотрите мне в глаза, доктор. Вы видите хоть каплю сомнения во мне или в моей вере?».

«Ну что ж, тогда нам только остается ждать и наблюдать…» – заключил он.

«Доктор, в ваших словах нет твердой веры. Видите ли, нужно знать – абсолютно точно знать – заранее, что чудо уже свершилось… иначе шансов нет».

Доктор улыбнулся. «Как скажете», – ответил он тихо.

«Именно так, – улыбнулся я в ответ, – теперь-то вы поняли!».

На следующей неделе врач самолично сообщил нам, что мелкоклеточный рак исчез, а затем в изумлении наблюдал за тем, как мы покидаем больницу.

Еще неделю спустя папе пришлось вернуться в больницу – рак появился опять. И снова я произнес мою молитву, и через неделю нам объявили, что рак ушел.

Затем, спустя несколько недель, история повторилась. Мы становились постоянными посетителями Колумбийского госпиталя.

Каждый новый раз рак все глубже и глубже вгрызался в моего отца. Его ноги распухли, и он с трудом передвигался. Дыхание было затруднено. Я видел, что он несчастен.

Следующие семь месяцев прошли в непрестанной борьбе. Каждый раз я просил Бога, и рак уходил, но затем возвращался вновь. Я чувствовал себя виноватым, как будто мешаю осуществить план Всевышнего. Я подумал: неужели я должен делать это вечно? Уверен, он больше не в силах выносить эти страдания.

А потом я понял. Нечто совершенно очевидное, удивительно, как я только не замечал этого раньше.

Это не моя борьба.

Это не моя жизнь.

Это не моя ответственность.

А папы… и Бога.

И тогда я сказал Богу: «Пожалуйста, позволь ему побыть с нами так долго, как это возможно, но, когда настанет время для Тебя и для него, пожалуйста, забери его мягко».

Последний раз, когда мы были в больнице, отец спросил доктора, сможет ли он помочь ему прожить еще несколько недель.

«Будет пятидесятая годовщина нашей свадьбы, док. Хотелось бы отметить этот день с моей второй половинкой».

Доктор посмотрел поверх головы папы на меня, а затем сказал: «Я сделаю все, что в моих силах». – И улыбнулся. Через три недели мы все гуляли на годовщине моих родителей.

Отец к тому времени уже не выходил из дома и по большей части был прикован к постели. Опухшие ноги причиняли ему сильную боль. Вскоре после годовщины отец попытался встать, чтобы добраться до ванной, но упал и разбил очки. Я помог ему снова усесться на кровать. И тогда он поднял на меня взгляд, полный печали, и со слезами сказал: «Сынок, мое время пришло. Я больше не хочу жить с болью. Позволь мне умереть. Пожалуйста».

Я взглянул на небеса и подумал: мы очень любим этого человека, но не будем удерживать против его воли. Боже, да будет воля Твоя.

Мы отвезли его в больницу.

Там спустя несколько часов он скончался.

Как и все чудесные истории, рассказанные здесь, эта является прекрасным свидетельством любви Бога и совершенства проявления жизни в каждом Божественном творении.

Каждому отпущен свой срок, свое время для достижения целей земных. Время рождения и смерти. Время сеять и пожинать плоды. Время плакать и смеяться.

Жизнь вечна. У нее нет начала и нет конца. Она только принимает разные проявления в разных точках бесконечного цикла. Смерть – выдумка, на самом деле ее нет, хотя душа действительно покидает тело.

Каждому отпущен свой срок, свое время для достижения целей земных. Время рождения и смерти. Время сеять и пожинать плоды.

Момент, в который душа должна покинуть тело, всегда абсолютно точно подобран. Когда отцу Билла впервые диагностировали рак, его время еще не пришло. Часто с нашим ограниченным восприятием мы не можем вовремя понять это. Нам может казаться, что жизнь человека в этом теле подходит к концу, хотя на самом деле ему еще многое нужно завершить здесь.

Способность «творить чудеса» по большей части лишь означает умение узреть истину, точно узнать, что в каждом конкретном случае должно произойти, и потребовать свершения Божественного плана.

В каждый отдельно взятый момент мы можем выбирать из множества различных возможностей. Это сложно объяснить, не вдаваясь в долгую дискуссию относительно природы времени. Но формат книги требует от меня краткости. Поэтому я только скажу, что времени в привычном нам понимании не существует. Не время проходит. Это мы проходим сквозь время.

Способность «творить чудеса» означает умение узреть истину, точно узнать, что в каждом конкретном случае должно произойти, и потребовать свершения Божественного плана.

«Нет времени, кроме настоящего. Нет момента, кроме данного. Все, что есть, – это «сейчас».

«Беседы С Богом», Книга 2.

Вечное Сейчас вмещает в себя все возможности. В нем заключен любой возможный исход. Это как диск с компьютерной игрой. Любой возможный исход записан на диске. Продвигаясь по ходу игры, Вы не создаете новый сюжет, а лишь выбираете одну из предложенных возможностей. Вы игнорируете остальные возможности, хотя они также существуют.

Повторяю, ничто новое в ходе этого процесса не создается. Вы лишь делаете выбор.

Точно так же происходит и в жизни.

Это если говорить коротко. Во второй и третьей книгах трилогии «Беседы с Богом» детальному объяснению времени посвящены большие разделы. Это захватывающее и интригующее чтение. Суть здесь заключается в том, что можно узнать, даже скорее почувствовать, какой из вариантов развития событий правильный для каждого отдельного случая в определенный момент жизни. Особенно просто это делать становится с возрастом (становясь старше, мы лучше чувствуем «вибрации» жизни).

Теперь позвольте мне объяснить, какое все это имеет отношение к истории Билла.

Сотворение «чуда» есть не что иное, как осуществление выбора из уже существующих возможностей наиболее подходящей для конкретной ситуации Вечного Сейчас. Мы не создаем возможности, всего лишь выбираем из имеющегося уже набора, а затем ясно и четко объявляем о своем выборе.

Именно это сделали мистер и миссис Джонсон, когда они впервые встретились с Биллом Такером поздним вечером в офисе агентства по недвижимости много лет назад. Они настолько ярко продемонстрировали процесс сотворения чуда Биллу, что он не смог этого забыть. И Билл Такер, который годы спустя разговаривал с доктором в больнице Милуоки, был уже не тем Биллом, который повстречался тогда Джонсонам. Он изменился кардинально. Если бы тогда в офисе агентства по недвижимости он знал то, что ему известно теперь, то на рассказ Джонсонов о том, что они попросили Бога дать им дом, он ответил бы: «Согласен. Не вижу причин, почему нет. Пойдемте просто купим его теперь!».

Хотя сегодня он, пожалуй, еще немного поменял бы эту фразу. Вместо «Не вижу причин, почему нет» он сказал бы: «Не буду искать причины, почему нет».

Лишь абсолютный отказ рассматривать любые другие возможности кроме той, что выбрали Вы, подготавливает Поле Вероятностей к чуду. И в дальнейшем отказ от оценки любых событий, какими бы они ни казались на первый взгляд, так как они дают дорогу магии чуда.

Имея дело с чудесами, Вы должны быть готовы не верить собственным глазам, должны заткнуть уши и прекратить думать. Если только Вы начнете размышлять, то непременно найдете дорогу, уводящую в сторону от чуда. Творить чудеса можно лишь не думая.

И наконец, для того чтобы заниматься этим, нужно знать следующее. Нужно понимать, что на самом деле Реальность не такая, какой кажется. Необходимо осознать, что мы живем в мире Алисы в Стране Чудес, где Реально все, что нереально, и то, что Нереально, – реально. Вам следует понять также и то, что в этом мире, как и в Стране Чудес, все согласны с таким положением вещей. Но вот о чем они молчат: своего добивается тот, кто наиболее убедителен.

Билл Такер, может, и не говорил об этом такими словами, а мистер и миссис Джонсон не говорили точно, но именно так все они творили чудеса.

Когда доктор сказал маме Билла: «Не думаю, что он все еще будет с нами через три недели», это прозвучало весьма убедительно. На тот момент казалось, что именно доктор озвучил, что реально, а что нет. Но мама Билла уже видела его в действии прежде, поэтому тут же повернулась к нему и сказала: «Сделай что-нибудь!».

Лишь абсолютный отказ рассматривать любые другие возможности, кроме той, что выбрали Вы, подготавливает Поле Вероятностей к чуду.

Билл, понимая истинное положение дел (то есть то, что другие совершенно не обязательно должны быть теми, кто определяет, что реально, а что – нет), просто сделал свой выбор. Он выбрал иную возможность. При этом он проигнорировал все «очевидные доказательства». Он не обращал внимания на то, что видел и слышал, и даже отверг все «рациональные доводы».

Билл знал, что в Вечном Сейчас существуют все возможности и абсолютно каждая из них может быть выбрана, все, что ему нужно было сделать, – это лишь объявить о своем решении.

В его задачу не входило создать выход из ситуации, а только лишь выбрать один из уже созданных и просто заявить об этом.

А что заставило сделать его именно такой выбор?

«Каждому отпущен свой срок, свое время для достижения целей земных».

Я думаю, что Билл на каком-то высшем, возможно сверхсознательном, уровне услышал вибрации настоящего момента и отыскал возможность с подобным «звучанием». Выбрал подходящую. Он притянул событие, соответствовавшее моменту. Событие, гармонично вписавшееся в «сейчас».

После этого Билл держался своего выбора. Он обдуманно сделал его, смело о нем объявил, а затем раз и навсегда утвердился в этой точке зрения и исключил любые иные.

Помните, Ваш угол зрения – это все.

БСБ, книга третья:

«Поменяй угол зрения, и станешь думать иначе обо всем. Так ты научишься контролировать свои мысли, а в создании жизненного пути контроль мыслей – это все.

Некоторые называют это непрерывной молитвой».

Годы спустя, когда его отец заболел снова и так повторялось многократно, даже когда была выбрана иная возможность, Билл снова погрузился в вибрации. Он сумел почувствовать, что на этот раз его отец «звучит» иначе и возможность, которую он выбирает, вступает в диссонанс с этим звучанием.

И опять же, Билл вряд ли стал говорить об этом в таких выражениях (да и вообще кто бы то ни было вряд ли стал бы!). Но я уверен, что в своей основе это именно то, что происходит.

Если использовать более традиционные религиозные «термины», Билл, возможно, сказал бы, что он «спросил Бога», что делать, но затем прекратил искать ответ и покорился «воле Божьей».

Традиционная религия, когда дело касается чудес, также утверждает, что чем больше людей молит об одном и том же, тем больше шансов, что это произойдет. Я думаю, это абсолютно верно. БСБ, книга первая, прямо говорит об этом:

«Большие общины или ордены часто обнаруживают чудотворную силу в объединенном мышлении (иначе говоря, в том, что называют коллективной молитвой)».

Здесь нужно внести ясность: даже один-единственный человек, если его мысль (молитва, надежда, желание, мечта, страх) необычайно сильна, может добиться таких же результатов.

Миссис Джонсон показала Биллу Такеру, на что способна по-настоящему сильная молитва, и это изменило всю его жизнь. Именно тогда Билл подумал, что может делать то же, что и миссис Джонсон, и оказался прав.

На это способен каждый из нас. Когда мы начинаем понимать, каким образом устроена наша жизнь, мы тоже получаем доступ к тому, что мой друг Дипак Чопра называет Полем Безграничных Возможностей. Дипака однажды спросили: «Обладаем ли мы свободой воли или же наша жизнь предопределена?» На что он ответил: «И то и то. Зависит от уровня вашего сознания».

Он прав. Сознание определяет угол зрения. Угол зрения определяет опыт. Это способ прикоснуться к вибрациям.

В «Беседах с Богом» говорится, что вся жизнь состоит из вибраций. Я видел эти вибрации, когда мне довелось заглянуть в самое сердце фабрики жизни. Я наблюдал за пульсирующими частицами чистой энергии на домолекулярном уровне. Поэтому Богу не нужно много говорить, чтобы убедить меня.

Итак, если вся жизнь – вибрирующая энергия (а так и есть), можно совершать удивительные вещи, просто развив в себе способность «поймать тон вибрации». Именно это умеют провидцы. Именно это умеют целители. И это может научиться делать каждый из нас.

Тренируйтесь слушать вибрации жизни.

Сначала Вам, скорее всего, придется тренироваться, тренировать свой «приемный механизм» (тело и сознание) быть бесшумным, спокойным. Если Вы долгое время не были в спокойствии, не открывали полностью свое сознание для волшебства момента, Вам, возможно, стоит записаться на уроки медитативных практик или почитать о них в одной из сотен тематических книг.

Как только Вам удастся успокоить свое сознание, канал для связи с Божественным готов. Скоро Вы почувствуете в себе гораздо большую чувствительность к вибрациям любых проявлений жизни. Пища начнет звучать для Вас.

Можно совершать удивительные вещи, просто развив в себе способность «поймать тон вибрации». И это может научиться делать каждый из нас.

Вы не заметите, как станете подбирать меню, основываясь на том, насколько «созвучны» Ваше внутреннее личное звучание и звучание данного конкретного блюда в данный конкретный момент. То же касается одежды. И, да, людей.

А затем, наконец, образ целиком. Вы начнете чувствовать вибрации бесконечных обстоятельств вокруг. Направляя свое внимание внутрь и наружу, Вы начнете ощущать также бесконечные обстоятельства вокруг других людей. И если они еще не научились внутренней тишине, то Вы, возможно, будете слышать вибрации их обстоятельств лучше, чем они сами.

Люди называют это ясновидением. А на самом деле Вы всего лишь способны выделить из Поля Вероятностей вибрацию выбора, который сделал кто-то рядом с Вами. Вот и весь секрет ясновидения. Великие духовные учителя, кстати, делают то же самое, только на высшем уровне.

Вот и все, но этого достаточно. Потому что если Вы научитесь собирать информацию подобным образом, то обретете мощнейший инструмент формирования своего собственного опыта.

Но иногда наши иллюзорные миры создают слишком сильные «помехи» и мешают нам слышать вибрации, понять происходящее, увидеть подходящий выбор. Это происходит, когда мы начинаем слишком надеяться на грубые обыденные умения. Так мы все усложняем. Нам приходится продвигаться вперед, используя громоздкий и неповоротливый инструмент (а именно тело). Жизнь становится статичной, и «тонкая настройка» сбивается, мы больше не можем обрести ту же ясность, что и Билл Такер, когда спрашивал у Бога, что ему дальше делать с болезнью отца.

Если бы мы только могли знать, как поступить! Ну же, Господи, подай нам знак, просим мы. Но выполнит ли Он эту просьбу на самом деле? Я имею в виду, ведь бабочка села на руку Джанис Тук случайно, правда? Бог не станет «подавать нам никаких знаков» по команде!

…или все же станет…

Глава 18. Чудесный знак.

Четыре года назад Сьюзан приняла решение объявить войну своему алкоголизму. Она устала причинять боль окружающим… и самой себе. Чрезмерное употребление спиртного нанесло огромный ущерб всей ее жизни. Она была больной, испуганной, депрессивной, толстой и очень, очень разбитой. У нее огромные долги, квартира со слишком высокой арендной платой и крайне скромная зарплата. Но кое-что хорошее все же было. Прошло уже целых шесть месяцев с тех пор, как она последний раз пила.

Недавно Сьюзан присоединилась к Обществу анонимных алкоголиков. Ее попечительницей была прекрасная женщина, готовая в любой момент прийти на помощь. Сьюзан регулярно ходила на собрания и приняла твердое, обдуманное решение позволить Богу разобраться в том кошмаре, в который превратилась ее жизнь за последние несколько лет. Она чувствовала, что пришло время довериться кому-то мудрее ее самой. Другой возможности справиться со всем этим она не видела.

В тот пятничный вечер Сьюзан шла к банкомату на углу, чтобы снять последние 70 долларов. До зарплаты еще восемь дней, отметила она безнадежно. На эти 70 долларов ей нужно было купить продуктов, сигарет и еще оплатить проездной на автобус.

С неприятным комом в горле и пониманием, что другого выбора у нее все равно нет, Сьюзан потыкала в клавиатуру, сгребла наличные и сунула их в кошелек. Она решила зайти в «Баскин-Робинс». Мороженое стало ее новой манией. Может, пара сладких шариков хоть на мгновение поможет ей забыть обо всех бедах.

«Будьте добры, два шарика миндального», – сказала Сьюзан девушке за кассой. «Наверное, это и будет моим обедом», – подумала она.

«С вас два доллара семьдесят пять центов», – сказала девушка, протягивая ей превосходный с виду рожок.

Сьюзан открыла свой кошелек и стала перебирать двадцатидолларовые банкноты в поисках одной десятидолларовой. Вот только там не было трех двадцаток. Их было только две… и одна десятка.

И банкнота в тысячу долларов.

Сердце Сьюзан остановилось. У нее что, глюки?

Девушка-кассир несколько нетерпеливо повторила: «Два семьдесят пять, пожалуйста».

Сьюзан подняла на нее отсутствующий взгляд. Она пыталась восстановить дыхание. «Ой, конечно. Извините». Вытащила десятку и протянула ее девушке. Она взяла и ушла за сдачей.

Банкомат выдал ей тысячу долларов вместо двадцати! Сьюзан была потрясена. Она с трудом могла поверить в такое невероятное везение! Как только девушка вернулась со сдачей, Сьюзан не пересчитывая бросила мелочь в карман, резко развернулась и заторопилась на выход. Ее аппетит неожиданно пропал.

Хотя Сьюзан понимала, что это было… хм, неправильно… часть ее сразу принялась за подсчеты. Я могла бы оплатить счет из телефонной компании, подумала она. Или купить новое пальто на зиму, или заплатить этот просроченный платеж по кредитке.

С другой стороны, говорила сама себе Сьюзан, нечестно брать эти деньги, к тому же ее трезвость напрямую зависит от честности.

Сьюзан позвонила своей попечительнице и договорилась о срочной встрече тем же вечером. До ее дома Сьюзан нужно было пройти восемь или девять кварталов, и всю дорогу она спорила сама с собой. Она знала, что если расскажет попечительнице о деньгах, то будет обязана вернуть их. Она также знала, что если не расскажет ей, то наверняка останется при деньгах и при своем вранье.

Сьюзан не хотела врать… но и деньги отдавать она тоже не хотела. Она ведь вправду очень и очень нуждалась в них. Неужели нельзя просто принять их как дар мироздания? Она изо всех сил старалась оправдать свой неожиданный доход.

О Боже… что мне делать? – спрашивала она про себя. Скажи мне, как поступить. Дай мне знак, умоляла она.

К тому времени как Сьюзан наконец добралась до нужного дома, ей стало совершенно ясно, что самой ей с этим не справиться. Ей нужна поддержка. Придется все рассказать.

Они расположились прямо на ступеньках крыльца и смотрели на улицу. Солнце уже совсем потускнело. Сьюзан выложила свою историю. Она даже со всей честностью рассказала о своей внутренней борьбе по поводу этих денег, о том, как хотелось их оставить и как она в то же время этого боялась.

Попечительница внимательно выслушала ее, а затем тихо сказала: «М-да, Сьюзан, это настоящая дилемма».

Сьюзан грустно кивнула.

«Тысяча долларов могла бы существенно улучшить твое финансовое положение на этот момент», – продолжала она.

«Без шуток, – согласилась Сьюзан, – но если я оставлю эти деньги себе, то снова буду чувствовать себя виноватой. А этого с меня уже точно достаточно».

«Правда?» – спросила ее попечительница.

Сьюзан ничего не ответила. И какое-то время они просто сидели, глядя на звезды, которые становились различимы в ночном небе. Молчание нарушила Сьюзан.

«Я верну деньги, это будет правильно, так ведь? – Сказав это, она тут же снова стала сомневаться. – То есть это ведь единственное, что можно сделать, правда? О, если бы только Бог дал мне знак, тогда я точно знала бы, как поступить!».

Она действительно смогла бы правильно понять знак мироздания сейчас, когда он был ей так нужен.

И тут попечительница Сьюзан опустила глаза со звезд на землю и увидела что-то маленькое совсем рядом с крыльцом. Она подошла и подобрала вещицу, а затем широко улыбнулась.

«Вот тебе знак».

И протянула Сьюзан маленький блестящий предмет.

«Вот твоя тысяча долларов».

Это был крохотный брелок… маленькая копия тысячедолларовой банкноты! У Сьюзан перехватило дыхание. Этот слегка покореженный брелок взялся неизвестно откуда и неизвестно, сколько уже пролежал рядом с крыльцом, но, несмотря ни на что, нашелся для Сьюзан именно сейчас. Ее сердце сбилось с ритма уже второй раз за день. «Только что я просила знак», – думала она, едва удерживаясь, чтобы не рассмеяться в голос. Сьюзан широко улыбнулась своей попечительнице и сунула безделушку в карман.

На следующий день она вернула деньги.

До сих пор этот маленький брелок остается для Сьюзан одной из самых больших ценностей. Он служит ей напоминанием о доверии Богу. Сьюзан приняла решение идти по жизненному пути с верой в то, что мироздание устроит все лучшим образом.

В ту пятницу Сьюзан, скорее всего, думала, что тысяча долларов – именно то, что ей нужно, чтобы поправить ее финансовое положение, но это верно не до конца. В действительности больше всего ей была необходима вера.

Вера в Бога.

Вера в других людей.

И вера в саму себя.

Сьюзан в тот день нужна была именно вера, потому что она могла помочь ей устранить причину проблем, а не их сиюминутное проявление.

Сегодня, спустя четыре года, Сьюзан вполне прилично обеспечена. У нее новая стабильная работа и гораздо более высокая зарплата. Она сбросила 35 фунтов, регулярно занимается спортом, бросила курить и, что лучше всего, совершенно не притрагивается к спиртному. Она вышла замуж за замечательного, доброго, умного и веселого мужчину, с которым, помимо всего прочего, разделяет духовную жизнь. И Бог все так же навещает ее каждый день в разных обличьях.

О, а как же брелок?

Как думаете, она везде носит его с собой?

Ладно, лааадно. Да, Бог действительно посылает нам знаки по команде. Но знак не предлагает нам «правильное» решение, он лишь указывает нам на имеющийся выбор. «Знаки» обычно побуждают нас очистить свои мысли. Они помогают нам расставить приоритеты.

В БСБ сказано: «Любое действие – это акт самоопределения».

Вот чем мы занимаемся. Вот в чем наша цель. Мы постоянно проходим через процесс определения собственной сути, а затем перерождаемся в новом «Я». Хочется надеяться, что новое «Я» – это лучшее проявление величайшего видения того, кто мы есть. Но тут никаких гарантий.

Дилемма Сьюзан касается каждого. Что правильно, а что нет? Однако в книгах серии «С Богом» об этом сказано четко: «Не существует ничего правильного или неправильного». Эти понятия относительны, говорится в книге, и люди постоянно меняют свое мнение относительно того или иного действия в течение жизни.

Знак не предлагает нам «правильное» решение, он лишь указывает нам на имеющийся выбор. «Знаки» обычно побуждают нас очистить свои мысли. Они помогают нам расставить приоритеты.

Например, неправильно брать деньги, которые тебе не принадлежат, так? Что ж, если Вы Сьюзан, то, вероятно, именно так Вы и подумаете. Но если Вы Робин Гуд, то, скорее всего, Вам будет казаться иначе. Конечно, некоторые из Вас скажут, что Робин Гуд отбирал деньги у богатых и раздавал их бедным. Но разве взять деньги, принадлежащие огромной корпорации (причем, вероятно, Вам несложно будет найти веские доказательства того, что к своей вершине эта корпорация шла по головам), и отдать их бедному человеку по имени «Я» не то же самое? Почему бедным человеком должен быть кто-то другой, чтобы кражу можно было оправдать?

А что насчет человека, который крадет для того, чтобы прокормить свою семью? Или самого себя?

В конце концов, тут стоит отметить вот что: вернув деньги, Сьюзан поступила не «правильно» и не «неправильно», она просто сделала то, что позволило ей прийти в согласие с самой собой. Сьюзан решила, что лучшее ее «Я» не может оставить деньги себе, поэтому сделала именно такой выбор. Однако это не значит, что такой выбор сделал бы каждый. И это не делает Сьюзан «лучше» или «хуже» других. Это просто делает ее Сьюзан.

Знак, который Сьюзан получила от Бога, ничего не говорил. Он не говорил вернуть деньги или оставить их себе и принять как дар небес. Ни того ни другого он не говорил.

Сьюзан получила знак и прочитала в нем лишь то значение, которое сама вложила. Она выбрала свое наилучшее «Я» и придерживалась этого пути, хотя он и не был самым легким. Но то чувство, чувство «правильности» того, что она делала, привело ее к признанию своей собственной внутренней «правильности» и потому помогало делать здоровый выбор в дальнейшем. (Под здоровым выбором подразумевается выбор, который приводит к согласию с самим собой.) И именно такой выбор помогает добиваться долговременных результатов.

Знаки от Господа чудесны. И, подобно остальным описанным в этой книге явлениям, они очень обыденны.

Иногда знаки Господа сложно заметить.

А иногда пропустить их просто невозможно…

Знаки от Господа чудесны. И, подобно остальным описанным в этой книге явлениям, они очень обыденны.

Глава 19. Музыка для Его ушей.

Марк Фичпатрик ворочался с боку на бок в полудреме большую часть ночи. Бесполезно. Он дотянулся до лампы и зажмурился от света, залившего комнату. Усталый взгляд упал на книгу, брошенную им на прикроватный столик всего час назад.

Проклятая книга, пробормотал он. Почему я никак не могу выбросить ее из головы? Он взбил подушку и сел. Придется дочитать. Все равно уснуть не удастся.

Эту книгу подарил ему один из друзей, который посчитал, что Марку такое чтение доставит удовольствие. Марк всегда жил богатой духовной жизнью, но основанная на муках ада и вечном проклятии церковная доктрина, которую ему втолковывали с детства, всегда казалась ему в лучшем случае полуправдой, а в худшем – откровенной ложью. И сейчас, на пороге своего пятого десятилетия на планете, Марк искал новый взгляд на Бога, взгляд, который был бы ближе его сердцу. Эта книга, «Беседы с Богом», казалось, как раз облекала в слова его собственные чувства и ощущения. И даже больше: она, казалось, задевала самые тонкие и потаенные струны его души.

Тот Бог из книги любит нас безусловно, на самом деле безусловно, то есть не судит и не наказывает. Для Марка это предположение имело смысл. Идея о том, что мы создаем условия для того, чтобы познать свою внутреннюю человеческую и духовную сущность, была созвучна тому, как сам Марк видел свою жизнь и ее динамику.

И все же все это было… как-то сложно принять разумом. Идеи, вложенные в него в процессе воспитания, невозможно было так просто отринуть.

Как вообще я должен поверить в то, что это правда? Эти мысли не давали Марку покоя. Все, что мне говорили раньше… в церкви, дома, в школе… кажется полнейшей противоположностью тому, что здесь говорится.

Он гадал, может ли это все быть результатом превосходного воображения талантливого писателя или, еще хуже, пустой выдумкой, созданной на продажу?

Но каким-то образом сердце подсказывало Марку, что на самом деле это не важно. А важно увидеть Бога и увидеть, каков Он или каким Он мог бы быть лично для Марка.

Я знал это всю жизнь, повторял он себе снова и снова. В книге нет ни одной строчки, с которой я мог бы не согласиться. Тем не менее Марк никак не мог сделать решающий шаг, который позволил бы ему преодолеть последние сомнения.

В который раз решив попробовать уснуть, Марк выключил свет. Засыпая, он все еще продолжал вести внутренний диалог. Проваливаясь в сон и вновь просыпаясь, Марк мысленно снова и снова повторял один и тот же вопрос: «Это правда?» А потом он нашел ответ. Или же он его получил? Сложно сказать.

Весь остаток ночи Марк вел беседу с кем-то или чем-то. В один момент он очень четко сформулировал мысль, она ясно прозвучала в его сознании: Я хочу, чтобы это было правдой. Дай мне знак, что это так.

На эту просьбу пришел такой же ясный и четкий ответ. Громкий голос прогремел в сознании Марка: Я даю тебе знак каждый день. Ты что, не смотришь по сторонам? Я дал тебе музыку, дал горы и леса. Разве ты не слышишь мой голос в пении птиц и шелесте травы? Что еще тебе нужно?

Марк подскочил на кровати. В окно светило солнце. Оглядев свою залитую его лучами комнату, он понял, что уже давно утро. Последние слова из сна все еще отзывались эхом в сознании, и в ответ на них Марку вспомнился старый баптистский гимн. Откинув одеяло в сторону, он принялся тихонько напевать…

Это мир моего Отца. И для меня поет Каждая частичка природы. Повсюду я слышу Мелодию сфер.
Это мир моего Отца. Я радуюсь мыслям о том, Что горы и деревья, небеса и моря Созданы по мановению Его руки.
Это мир моего Отца. Во всем здесь виден его лик; В шорохе травы я слышу Его шаги. Его слова повсюду[1].
Это мир моего Отца, И слышу сердцем я, Как Вселенная поет И славит своего Творца!

Внезапно его пронзила мысль. Марк остановился в центре комнаты. Эта песня… она же в точности повторяет то, что он слышал во сне! Слова песни, которая, не переставая, крутилась в его голове, были словами из сна, ответом на его молитву.

А вот это уже интересно, задумался Марк и принялся собираться в церковь. Было воскресное утро, и Марк по обыкновению хотел сходить на утреннюю службу в методистскую церковь, к которой присоединился не так давно.

Одеваясь, он продолжал напевать под нос мотив песни. Марк чувствовал себя на удивление хорошо отдохнувшим, несмотря на то что читал полночи и почти не спал. Еще он ощущал странное спокойствие, словно вопросы в его голове наконец каким-то образом разрешились.

Он взглянул на часы.

Эй, Марк, стоит поторопиться, если не хочешь опоздать.

Он нащупал ключи в кармане пальто и захлопнул за собой дверь.

Выгоняя машину из гаража, Марк подумал, что неплохо было бы перебить чем-нибудь прочно засевший с самого утра в голове мотив, и включил радио. В исполнении прекрасного хора из динамиков полилась песня: «Это мир моего Отца, и сердцем слышу я…».

Марк ударил по тормозам и уставился на магнитолу. Чтоооо? Он не мог поверить своим ушам! Что ЭТО такое? Его изумлению не было предела. Приглядевшись, он понял, что радио настроено на волну, которую он никогда прежде не слушал. Это была какая-то музыкальная FM-радиостанция, а он всегда слушал радиопрограммы разговорного жанра AM-диапазона.

Кто мог поменять настройку? И что еще интереснее, как получилось, что именно эта песня звучала именно в этот момент? Марк был просто поражен.

Ладно, Господи. Я Тебя услышал. Достаточно знаков на сегодня. Хватит бить мне по мозгам этой песней.

В уголках его глаз начали набухать слезы. Что ж, сам просил, вот и получил, подумал он.

День тогда выдался чудесный. В Атланте весна приходит рано и сменяет месяц холода и дождей. То там, то тут начинает цвести кизил, а из земли проклевываются светло-желтые нарциссы. Как раз в такие дни хорошо думается о скорой Пасхе и новых начинаниях.

Началась служба. Пастор попросил присутствующих встать. Марк, как обычно, залюбовался прекрасным витражом с изображением Христа-пастыря. Глубокий красный цвет его мантии контрастировал с белыми ягнятами у Его ног и на руках. Марку всегда нравился такой образ Христа – образ кроткого защитника. Именно таким он и жил в сердце Марка.

«Пожалуйста, откройте свои песенники на странице пятьдесят пять. Для начала сегодня споем эту песню».

Хор повел мелодию, и дивный напев разлился по церкви:

«Это мир моего Отца…».

Марк почти повалился на пол, едва успев ухватиться за спинку стула! Его трясло, а сердце выпрыгивало из груди. Ясно! – чуть не закричал он. – Спасибо! Мне все ясно!

После этого случая Марк уже не сомневался, что голос, который он слышал всю жизнь во снах и наяву, был голосом Бога, напоминающим о том, что Бог есть любовь… а еще горы и деревья, небеса и моря.

Тот самый Бог, о котором он всегда мечтал.

Совпадение? «Беседы с Богом» говорят, что совпадений не бывает. Если мы верим в это, верим в то, что все случается с какой-то целью, что всему есть какая-то причина, то становимся на путь познания того, что нам представляли как непостижимый механизм мироздания.

Маленькое, большое и что-то среднее – все от Бога, и ничто не растрачивается Им впустую.

Вы когда-нибудь молились Богу в звездную ночь? Я имею в виду, молились по-настоящему, действительно истово просили Бога, молили Его? «О Боже, если Ты меня слышишь, пожалуйста, дай мне узнать Тебя! Подай мне знак». И в тот самый момент увидеть падающую звезду?

А приходилось ли Вам оплакивать близкого человека? «О мама, я знаю, что ты покинула нас тогда, когда это должно было произойти. Но если бы ты только могла дать мне знать, что ты в хорошем месте, что с тобой все в порядке, что ты счастлива! Если бы ты только могла прийти, подать весточку!» И в тот же момент, где бы Вы ни находились, почувствовать аромат ее любимых духов?

Все сущее – от Бога, и ничто не растрачивается Им впустую.

Теперь позвольте задать Вам вопрос.

Неужели Вы вправду думаете, что подобные вещи происходят случайно?

Когда Вам нужна помощь, когда Ваше сердце разбито и душа болит, когда Вы чувствуете печаль и подавленность, стыд или вину или нуждаетесь в исцелении, серьезном или не очень, уверяю Вас, Бог будет рядом.

В том или ином проявлении Он будет рядом.

Может, ангелом. Или советчиком. Голосом в душе. Или Вашим лучшим «Я».

Или Вашей собакой, которая подойдет и лизнет в нос как раз тогда, когда Вам так требуется ласка и понимание.

Или той самой девушкой, которая выезжает со стоянки прямо перед Вами как раз тогда, когда Вам так нужно прийти вовремя.

Или ланью, которая перейдет дорогу как раз тогда, когда Вам так требуется подтверждение, что Вы хорошая мать…

Глава 20. Послание маме.

Нэнси Хэмпсон вела машину по трассе 5 из Сиэтла в Олимпию, а сентябрьские утренние солнечные зайчики танцевали на замерзшем ветровом стекле. Весь день она размышляла о своей жизни, вспоминала прошлое.

Она везла свою младшую дочку в колледж.

Машина доверху была нагружена книгами, одеждой и прочими причиндалами Джоани. Нэнси взглянула на дочку, сидевшую рядом на пассажирском сиденье. Совсем еще юная девчушка смотрела прямо перед собой, ее лицо светилось надеждой и предвкушением.

Нэнси помнила это чувство. Так чудесно делить с детьми такие моменты, понимать их, хотя они этого и не осознают до конца, пока у них не появятся собственные дети, подумала она.

Много лет назад сама Нэнси тоже получила диплом бакалавра, но, вместо того чтобы заниматься карьерой, она посвятила себя материнству. Она устроилась на нудную, бесперспективную, но зато надомную работу, что давало ей возможность все время быть рядом с дочками.

И сейчас ее преданность приносила плоды: девочки были здоровыми, счастливыми, строили свою самостоятельную жизнь и подавали большие надежды на будущее.

Нэнси ждала этого момента. Ее младший ребенок отправляется покорять большой мир. Но она не ожидала, что в ее душе из-за этого разразится настоящая какофония эмоций, а мыслями овладеют бесконечные вопросы. Готова ли Джоани к самостоятельной жизни? Или, если быть честной, готова ли я остаться в одиночестве?

Нэнси прокручивала воспоминания о том, как взрослела Джоани: светлые и не очень. И пыталась прекратить винить себя за два развода и многочисленные переезды. Ладно, решила она, поздно искать оправдания. Что сделано, то сделано.

И все же она сожалела о многом. Нэнси глубоко вздохнула.

Они свернули с шоссе на тихую лесную дорогу, которая вела к школе. Листья кленов только начали окрашиваться в цвета осени. Совсем скоро они запылают красным и золотом. Нэнси любила это время года и эту часть страны – тихоокеанский северо-запад, где она и решила поселиться окончательно. Нэнси нравилось ощущение безмятежного спокойствия сельской жизни. Но нет. Сегодня она должна отправить свою дочь навстречу новым приключениям, навстречу ее первому самостоятельному путешествию.

Нэнси чувствовала внутреннее смятение, которое могут до конца понять только матери.

Какое-то движение слева от дороги привлекло внимание Нэнси. Ее сердце замерло, и она резко затормозила. Из кустов на обочину вышла прекрасная лань, осторожно ступила на дорожное полотно и остановилась всего в нескольких дюймах от машины.

Нэнси и Джоани не могли пошевелиться от изумления, а из-за деревьев тем временем появился крохотный олененок. Неуверенно он последовал за матерью, когда она первой стала переходить дорогу. Лань не торопилась, давая малышу нагнать себя, защищая его, показывая дорогу. На другой стороне она нежно подтолкнула олененка по направлению к лесу и, прежде чем пойти вслед за ним, посмотрела на Нэнси долгим взглядом.

Нэнси смотрела ей в ответ.

Какая-то искорка пробежала между ними.

Какое-то… чувство.

Что-то, что могут понять только матери.

А потом лань развернулась и исчезла в лесу вместе со своим малышом.

Нэнси даже не представляла, насколько она была близка к тому, чтобы заплакать. Взгляд лани тронул что-то в ее душе, и она перестала сдерживаться. Вместе с осознанием абсолютного совершенства подаренного ей момента по щекам женщины потекли слезы. Удивительная метафоричность и созвучие с внутренними переживаниями Нэнси делали этот маленький лесной эпизод похожим на постановку, разыгранную специально для нее.

Ну конечно, она совершала ошибки. Конечно, она хотела бы сделать больше в качестве матери для своих детей. Много раз она принимала весьма спорные решения. Но, как и лань, она старалась защитить своих малышей, показывала им путь, а теперь должна была помочь выбрать собственную дорогу.

Спокойствие и благодарность пришли на место смятению в душе Нэнси. Она вытерла слезы и включила первую передачу. А затем тихо прошептала «спасибо» Господу за восхитительный урок и благословила маленького олененка и свою Джоани на самостоятельный путь в будущее.

Мы тоже на пути в будущее. Мы, любимые отпрыски Бога, стоим сейчас на пороге нового тысячелетия и только-только начинаем понимать вещи, о существовании которых всего несколько лет назад не могли и предположить, готовимся ответить на важнейшие вопросы жизни, стремимся разгадать величайшие тайны мироздания.

Мы члены очень юного общества, Вы и я. Можно даже сказать – примитивного. Но теперь мы наконец добрались до черты, за которой следует качественный скачок, мутация к нашей наивысшей сути. В будущее каждый из нас вступает с невероятным колоссальным потенциалом. У нас есть все необходимое, чтобы встретить захватывающее завтра. У нас есть технологии и изобретательность для того, чтобы создавать еще более совершенные технологии. Мы наделены интуицией и способностью развить еще более чуткую интуицию. Все, что нам требуется, – это лишь легкий толчок в нужном направлении.

Настало время нам выйти из леса. Время перейти дорогу. Время начать свой путь на другой стороне.

Мы на это способны. Мы можем сделать это. И будет гораздо проще, если мы будем помнить – нам есть кому помочь; у нас есть союзник, партнер, друг – Бог, который на нашей стороне, благословляющий нас на самостоятельный путь, указывающий дорогу, способный слегка подтолкнуть и, кроме того, побуждающий нас подталкивать друг друга.

У нас есть все необходимое, чтобы встретить захватывающее завтра.

Эти легкие «толчки» от Бога я называю Моментами Благодати.

Они даются нам в разных формах, в разное время и в самых необычных местах, но они всегда совершенны.

Наша задача – не упускать эти моменты. А точнее, обращать на них внимание. Потому что лучший способ «подталкивать» друг друга заключается в том, чтобы изменять коллективную реальность, воздействовать на коллективный разум, воссоздавать нам общий опыт на этой планете.

Сейчас наше общество ограничено принятыми в нем представлениями. Эти представления не всегда включают в себя ясность по поводу явлений этого мира, существующих в нем энергий, отношений между человеком и Богом, которые проявляются в Моментах Благодати.

С одной стороны, религия говорит нам, что чудеса существуют и в них нужно верить. Хотя, с другой стороны, нам говорят, что чудеса крайне редки, необычны, исключительны. Но у нас есть шанс продемонстрировать, что на самом деле правда в обратном.

Я мечтаю о том, что однажды в каждом большом и маленьком городе развесят огромные щиты, на которых будет написано всего три слова. Эти слова могут полностью изменить представление людей о самой жизни:

ЧУДЕСА – ОБЫЧНОЕ ЯВЛЕНИЕ.

Вам кажется, что в этой фразе сочетаются противоположные по значению слова, не так ли? Как что-то может называться «чудом», если оно случается каждый день? В этом-то и вся прелесть этой фразы. Она идет вразрез с современной культурой. Она утверждает, что необычное обычно.

Именно эту фразу миру хорошо бы услышать сейчас. Было бы неплохо, если бы люди узнали, что все исключительные события, описанные в Библии, Коране, Бхагават-гите, книге мормонов и в остальных священных писаниях любых священных традиций, совершенно не исключительны, а, наоборот, случаются с каждым из нас постоянно.

Возможно, пришло время демистифицировать мистическое. Возможно, пришло время вернуть Бога обратно на Землю. Ибо там Он и есть на самом деле. На Земле. Так же как и на Небе.

Как только мы поймем и осознаем, что Бог прямо здесь и прямо в эту секунду, пространство Здесь и Сейчас открывается для исключительных возможностей.

Все исключительные события, описанные в Библии, Коране, Бхагават-гите и в остальных священных писаниях, совершенно не исключительны, а случаются с каждым из нас постоянно.

Но история показывает, что человечество не сможет понять и принять это просто потому, что религия не позволит. Эти истины нельзя усвоить как учение. Их можно воспринять лишь через демонстрацию, на примере личного переживания конкретного человека. Именно поэтому так важно делиться нашим опытом общения с Богом и рассказывать людям о своих Моментах Благодати. И именно поэтому в конце книги…

Возможно, пришло время вернуть Бога обратно на Землю. Ибо там он и есть на самом деле. На Земле. Так же как и на Небе.

Глава 21. Приглашение.

В конечном счете, этой книгой я хотел рассказать Вам не о том, как много людей на самом деле переживают моменты, Когда Вмешивается Бог. Самое важное тут в том, что они делают потом.

Некоторые отодвигают их на второй план, вычеркивают из своей жизни, стараются помалкивать и вовсе забыть о них. Другие же, как герои этой книги и многие другие читатели, которые пишут нам письма, свободно делятся своими переживаниями. Так они дарят другим людям в любой точке земного шара возможность вдохновиться своими чудесными историями, научиться чему-то или даже вспомнить что-то свое. Мне кажется, так они помогают исцелять мир.

И все же от чего исцелять мир, если, как говорится в «Беседах с Богом», в нем все изначально совершенно?

Что ж, знаете, есть ведь только одна причина для того, чтобы делать что-либо: носить одежду, водить машину, ходить на собрания или рассказывать истории. Эта причина – понять, Кто Вы.

Все, что мы думаем, говорим и делаем, – выражение этого стремления. Любой наш выбор, предпочтение или действие – его проявление. Мы постоянно проходим через процесс перерождения в новых версиях своего «Я».

Каждую минуту каждого дня мы делаем это коллективно или единолично. Одни сознательно, другие неосознанно.

Осознание – это ключ. Осознание – это все. Если Вы осознаете, что делаете и почему, то сможете изменить себя, а вместе с тем и весь мир. Если же Вы не осознаете, то ничего не можете изменить. О, вокруг Вас все равно постоянно будет что-то меняться, будут происходить какие-то события, но Вы не будете ощущать свою причастность к этому. Вы будете играть роль зрителя. Пассивного наблюдателя. А возможно, даже жертвы.

Это не Ваша роль на самом деле, но Вы будете ее играть, так как сами решили, что так и должно быть.

Все, что мы думаем, говорим и делаем, – выражение стремления понять, Кто Мы. Любой наш выбор, предпочтение или действие – его проявление.

Именно это происходит, когда Вы создаете себя и свой мир бессознательно. Вы совершаете поступки, отдаете миру свою энергию, но при этом понятия не имеете, что Вы делаете.

С другой стороны, если Вы Осознаете, если знаете и понимаете, что каждая мысль, слово и действие являются источником энергии для механизма мироздания, то идете по жизни абсолютно иначе. Вы чувствуете себя Джорджем Бейли из старого фильма «Эта прекрасная жизнь», который понял наконец, что каждое сиюминутное действие и выбор может привести в будущем к самым невероятным последствиям. Невозможно понять красоту замысла картины, стоя к ней вплотную. Сделайте пару шагов назад, и Вам со всей ясностью откроется необходимость каждого мазка.

Если прямо сейчас мир для Вас именно такой, каким он должен быть, если он является отражением Ваших лучших мыслей о себе самом и людях как о виде в целом, нет никаких причин «исцелять» что-либо.

Если же, напротив, вы недовольны тем, как обстоят дела, если есть изменения, которые Вы хотели бы видеть в нашем коллективном опыте, тогда у Вас, должно быть, есть причина рассказать свою историю.

Со своей стороны я вижу, что мы бродим по планете взад и вперед, одолеваемые ложными представлениями о самих себе, а точнее, Десятью Иллюзиями Человечества, о которых мы уже говорили в главе 8. Подробно этот вопрос поднимается в «Единении с Богом». Эта книга анализирует, как можно жить с этими иллюзиями, но внутри них. И, в конце концов, текст открывает нам, как в любой момент можно пережить непосредственное единение с Богом.

Это хорошая вещь. Эта информация может изменить мир. Но здесь есть еще кое-что: ни одна из книг серии «С Богом» не вышла бы в свет, если бы автор не захотел поделиться своим опытом, раскрыться, рассказать об удивительных вещах, заявить о своих невероятных разговорах…

Я в самом деле вовсе не пытаюсь превознести свои заслуги. Я лишь хочу, чтобы каждый из Вас, к кому прикоснулась рука Господа, последовал моему примеру. Ибо если в Ваших глазах мир не является совершенным отражением Ваших лучших мыслей о каждом из нас, то у Вас есть такая же, как у меня, возможность выступить вперед, рассказать свою истину, поделиться своей историей и поднять уровень Осознания всего человечества.

Сейчас у нас есть шанс перейти на новый уровень. Или же мы можем продолжить наши скитания по планете в качестве примитивных существ, которые думают, что отделены от Бога и друг от друга.

Исключительная прорицательница и футуристка Барбара Маркс Хаббард рассказывала мне в своих долгих интервью, когда я готовился писать ее биографию, которая потом получила название «Мать изобретательности», о брошенном нам вызове. Барбара говорит, что впервые за всю историю человечества некоторые из нас перестают пассивно наблюдать за собственной эволюцией, но начинают сознательно руководить этим процессом. Они больше не смотрят на свое «становление», они выбирают, кем именно хотят стать.

Конечно, мы всегда делали это. Мы просто об этом не знали. Мы не осознавали свою собственную роль в эволюции нашего вида. Глубоко увязнув в Иллюзии Неведения, мы воображали, что просто «наблюдаем за происходящим». Теперь многие из нас поняли, что мы творим происходящее.

Мы приходим к этому, когда меняем свою позицию в системе причинно-следственных связей. Становимся «причиной», а не «следствием». Однако, если большинство людей так и не сможет осознать этого, мы повторим путь многих некогда великих цивилизаций, которые остались в прошлом, хотя стояли на самой вершине лестницы, ведущей к истинному величию. Они умели создавать удивительные чудеса и потрясающие инструменты для управления своими мирами, но их технологии слишком опередили развитие духовного осознания, что лишило их морального компаса, без понимания высших ценностей, без малейшего представления о том, что они делают и почему. Поэтому они пошли по пути самоуничтожения.

Впервые за всю историю человечества некоторые из нас перестают пассивно наблюдать за собственной эволюцией, но начинают сознательно руководить этим процессом.

Сейчас снова земное общество подошло к той же пропасти. Мы на самом краю. На грани. Лишь некоторые из нас чувствуют это. Но воздействует этот процесс на всех.

Мы стоим на огромном оживленном перекрестке. И не можем безопасно двигаться дальше с нашими ограниченными представлениями. Мы можем выбрать тот или иной путь, но, если мы сделаем это неосознанно, это поставит под вопрос будущее всего нашего вида.

Теперь мы на ином уровне должны решать вопросы, принимать ответы, обдумывать предположения, представлять возможности и составлять образы.

Технологии привели нас к обрыву. Что дальше? Мы сорвемся навстречу нашей коллективной смерти? Или воспарим над пропастью и полетим?

Мы уже научились клонировать живых существ, и какие-то месяцы отделяют нас от клонирования человека. Мы расшифровали человеческий геном. Занимаемся генной инженерией, скрещиванием животных и растений. Разобрали на составные части саму жизнь, а затем собрали обратно.

Куда все это приведет нас? Вот отрывок из интервью Френсиса С. Коллинза, директора Национального института исследований генома человека, данного им писателю Михаэлю Киллеману 16 февраля 2001 года для «Нью-Йорк таймс»:

«Я не удивлюсь, если еще через 30 лет люди начнут, подобно Стефану Хокингу, выступать за то, что мы должны взять в свои руки управление собственной эволюцией, должны перестать довольствоваться своим текущим биологическим статусом и усовершенствовать себя как вид».

И я уверяю Вас, настанет время, когда нас, живущих беззащитной перед «стрелами жестокой фортуны» (эта фраза принадлежит Шекспиру) жизнью, беспомощной перед капризами природы и случайными стечениями событий биологического мира, будут считать даже не примитивным, а неразумным видом.

В «Беседах с Богом» говорится, что на самом деле люди были созданы для вечной жизни. Или, по крайней мере, для столь долгой, какой им захочется. За исключением несчастных случаев, смерть не должна забирать человека, когда он не хочет уходить, а тем более настигать его неожиданно. Абсолютное большинство человеческих болезней, биологических дисфункций, недомоганий можно предотвратить и излечить даже сегодня. Дайте еще пару десятилетий, и неизлечимых болезней не останется вовсе. И что тогда?

Тогда нам придется снова с открытым разумом обратиться к важнейшим вопросам жизни, которые сегодня мы задаем слишком нерешительно и робко, в страхе совершить богохульство или оскорбить чьи-то чувства. Я уверен, что ответы на эти вопросы в конечном итоге определят, каким образом мы станем использовать наши технологии и способности, сотворим ли мы чудо или потерпим фиаско.

А для начала нужно признать существование этих вопросов, прекратить их избегать или, что еще хуже, воображать в своем высокомерии, что все эти вопросы для нас уже не новы и, более того, мы знаем все ответы.

Неужели?

У нас правда есть уже все ответы?

Посмотрите, как устроена наша жизнь.

А потом решайте.

Я не думаю, что у нас они есть. Думаю, нам все еще есть что исследовать. Вот, по крайней мере, некоторые из тем, которыми определенно стоит заняться:

Кто и что есть Бог?

Каковы истинные отношения между нами и Божественным?

Каковы истинные отношения между нами?

Какова цель нашей жизни?

Что такое жизнь и каково наше место в ней с точки зрения души?

Существует ли на самом деле то, что мы называем душой?

Какая польза от всего этого?

На этой планете нам требуется больше того, что сэр Джон Темплетон называл Теологией Смирения. Эта теология предполагает, что ответов на все вопросы не существует.

Кто или что может побудить нас принять такую теологию? Кто или что может побудить нас, все наше общество, вновь обратиться к этим вопросам?

Вы.

Вы можете.

Если Вам довелось испытать нечто подобное тому, что Вы здесь прочитали, если в Вашей жизни был опыт, подобный опыту Джейсона, Джанис, Дэнис, Троя или любого другого героя историй, собранных здесь, тогда Вы тоже можете обратить Ваше личное переживание момента, Когда Вмешивается Бог, на благо тысяч людей и, в конечном итоге, всей человеческой расы. Потому что, когда Вы делитесь своим духовным опытом, Вы побуждаете окружающих сфокусироваться на проблемах, которые остро стоят сейчас перед нашим эволюционирующим обществом.

Неужели у нас и впрямь есть ответы на все вопросы о Боге? Неужели мы и впрямь знаем, кто такой Бог, что Он хочет и как Он хочет, чтобы это было? И неужели мы на самом деле настолько уверены в своих ответах, что готовы убивать людей, не согласных с нами? (А потом утверждать, что это Бог осудил их на муки вечные?).

Есть ли возможность, просто возможность, того, что существует что-то неизвестное нам, но способное изменить все?

Конечно, есть. Все больше и больше людей выходят вперед и рассказывают о своих собственных «беседах с Богом», своих взаимоотношениях с Божественным. Кажется, это вполне достаточная причина для нас, чтобы приглядеться.

Итак, друзья мои, пришло время выйти из чулана. Время взмахнуть руками, рассказать свою историю, выкрикнуть свою истину, раскрыть наши внутренние переживания, и пусть брови слушателей взметнутся вверх от удивления. Потому что поднимаются брови – поднимаются и вопросы. А вопросы о том, Как Это Все Устроено, должны подниматься, если человечество хочет испытать то, что Барбара Маркс Хаббард назвала «пробуждением».

Позвольте рассказать Вам об одной теории, недавно представленной на суд публики философом Джин Хьюстон. Мне кажется, она здесь уместна.

Идея мисс Хьюстон состоит в том, что эволюция человеческой расы протекает неравномерно. Вместо того чтобы постепенно развиваться в течение определенного периода, мы остаемся неизменными долгие годы, а затем совершаем неожиданный громадный скачок вперед, практически за ночь эволюционируя на совершенно новый уровень. После этого жизнь снова возвращается к стагнации на следующие сто, или тысячу, или миллион лет, до тех пор пока энергии снова не взметнутся в невероятном вулканическом извержении. Мисс Хьюстон дала имя этому процессу – «Время Прыжка».

Пришло время взмахнуть руками, рассказать свою историю, выкрикнуть свою истину, раскрыть наши внутренние переживания.

Другая ее идея заключается в том, что как раз сейчас для нас пришло «Время Прыжка». Эволюция, по ее мнению, вот-вот сделает следующий гигантский скачок.

Я с этим согласен. Я наблюдаю то же самое. Правда, я думаю, что чувствую это. Я чувствую его приближение. И многие люди тоже. Барбара Маркс Хаббард, например. Или Марианна Уильямсон. Многие и многие люди. Возможно, и Вы тоже.

А вот что, я думаю, нужно делать для того, чтобы помочь каждому совершить этот скачок, не остаться за бортом. Мы должны делиться с другими известными нам историями о священном и собственными сакральными моментами. Потому что именно в эти сакральные моменты священная истина обретает реальность для Культуры в Целом.

И, именно живя этой священной истиной, культура движется вперед вместе с эволюцией мироздания или исчезает, если истина не приживается.

Но давайте внесем ясность. Я против принуждения кого-либо к вере во что-либо. Я не призываю обращать в свою веру, пытаться изменить чьи-то взгляды или убеждать. Я всего лишь приглашаю Вас делиться своим опытом, вместо того чтобы скрывать его. Ведь мы не хотим исчезнуть, мы хотим развиваться.

Давайте вернемся к нашим ночным посиделкам у костра, когда мы рассказывали друг другу самые сокровенные истории. Я приглашаю Вас. Давайте поджаривать на огне суфле и пшеничные крекеры и делиться своими историями, даже если они звучат слегка мистически. Может, особенно если они звучат именно так. Разве не для этого мы на самом деле собрались у костра среди ночи?

Наш костер на сегодняшний день – это Интернет. Это то пламя, которое взметнется к самым небесам вместе с нашим рассказом и тлеющими искорками на ветру разнесет его по миру.

Интернет и все еще хорошие книги. Хорошие книги, как и хорошие ночи перед костром, всегда запоминаются.

Кроме того, старое доброе личное общение, которое оставляет ощущение посиделок у огня, где бы ни происходило на самом деле и как раз поэтому, возможно, оставляет в наших душах самые сильные впечатления.

Давайте делиться друг с другом своими мыслями, тем, что с нами происходит, своей истиной и своими переживаниями. Давайте рассказывать друг другу о нашем понимании Бога и самих себя, о духовности, о любви, обо всех высоких позывах в нашей жизни, о том, что волнует души. Давайте делиться доказательством существования этих вещей.

Не думаю, что мы говорим друг с другом о таких вещах достаточно. Мы смотрим телевизор и читаем биржевые сводки, интересуясь, «что там с этими ловкачами?». Десять, двенадцать, даже четырнадцать часов в сутки мы посвящаем подобным темам, а потом, полностью изможденные, еле доползаем до кровати и, естественно, не находим в себе и капли энергии для настоящего разговора, для глубокого и тесного общения с человеком на другом краю матраса. Мы едва в состоянии пробормотать что-то вроде «спокойной ночи».

Наш костер на сегодняшний день – это Интернет. Это то пламя, которое взметнется к самым небесам вместе с нашим рассказом и тлеющими искорками на ветру разнесет его по миру.

Утекло уже много времени с тех пор, как многие из нас последний раз разговаривали с кем-нибудь по-настоящему. Я говорю о том, что Джин Хьюстон называла глубоким диалогом. Я говорю об обнажении. О наготе. Не о пустой болтовне о себе самом, а об обнажении истины. О захватывающем обмене духовной энергией, который происходит, когда Вы делитесь опытом, раскрываете секреты и высказываете свои самые сокровенные мысли.

Давайте снова начнем общаться. Давайте начнем обращать внимание на многие и многие случаи, когда в наши жизни вмешивается Бог, и будем называть эти моменты именно так, для того чтобы не пропустить жизнь, пока мы ее проживаем.

Вот что я называю Приглашением.

Оно исходит от мироздания, не от меня.

Это Жизнь приглашает Жизнь рассказать Жизни больше о Жизни.

Давайте снова начнем глубоко и искренне общаться. Давайте начнем обращать внимание на многие и многие случаи, когда в наши жизни вмешивается Бог.

Для нас это приглашение может означать необходимость пойти против течения. Может означать, что нас время от времени будут считать немного не от мира сего или называть слегка сумасшедшими. Это даже может означать постоянные насмешки в наш адрес.

Но такова цена.

Такова плата.

Таков тариф до Возвращения Домой.

В заключение…

Если Вы хотите поделиться собственной историей о том, Когда Бог Вмешался в вашу жизнь, и тем самым помочь изменить мир к лучшему, я приглашаю Вас зарегистрироваться на www.changingchange.net. Этот сайт создан для того, чтобы помогать и исцелять людей, в чьи жизни ворвались нежданные и нежеланные перемены – перемены, которые могут полностью разрушить жизнь. Это своеобразное продолжение моей книги When Everything Changes, Change EverythingКогда Изменение Всего Меняет Все»). Ваша история может дать громадную надежду кому-то из тех людей, что пришли на сайт в попытках склеить свою жизнь.

Быть может, Вы также захотите присоединиться к сообществу на www.nealedonaldwalsh.com и пообщаться на форуме со многими людьми или со мной лично. Нам всем будет тоже очень приятно услышать Вашу историю.

Не беспокойтесь о том, что Вы не слишком хорошо владеете словом и довольно сумбурно выражаете свои мысли. Просто расскажите свою историю.

Вот всего несколько общих рекомендаций.

Если в своей истории Вы не указываете свое настоящее имя и место проживания, нам гораздо сложнее поверить в нее. Мы ведь размещаем здесь свидетельства о божественных деяниях, а людям свойственно, прочитав о чем-то потрясающем и немыслимом, говорить: «Нелепость… этого не могло быть на самом деле… Нил придумывает все эти истории сам». Наши читатели хотят знать, что истории реальны. А реальными их делают реальные люди, которые не боятся встать в полный рост и сказать: да, это на самом деле произошло со мной!

Если в Вашей истории есть какие-то детали, которые Вы не хотите открывать другим, не рассказывайте ее. Но помните: частично причина, по которой так сложно изменить взгляд нашего общества на Бога, заключается именно в том, что многие люди, в жизнь которых непосредственно и очень реально вмешивался Бог, не хотят делиться этими переживаниями как раз из-за таких стесняющих деталей. (Думаю, не стоит специально обращать Ваше внимание на то, что, если бы я стеснялся деталей, ни одна из моих книг не была бы написана…).

Истории, в которых рекламируется какой-либо товар или услуга, будет немедленно удалена.

История, в которой рассказывается о том, что Бог вмешался в Вашу жизнь в тот момент, когда Вы взяли в руки «Беседы с Богом», и с тех пор все изменилось, могут использоваться, только если они исключительно невероятны. Мы получаем сотни подобных историй, но используем их крайне редко, потому что они могут показаться саморекламой с нашей стороны.

Настоящие истории о том, как Вам довелось почувствовать Бога, Ангела, свою Путеводную звезду, Высшую силу – Вы можете выбрать любое имя, – и о том, как Он сыграл ключевую роль в поворотный момент Вашей жизни, с большим удовольствием и интересом читаются посетителями наших сайтов. И, как я уже говорил, могут дать огромную надежду тем, кому она так нужна.

Я уверен, что люди давно ждали возможности подняться и объявить о своей причастности к Богу. Я предвкушаю конференции, конвенции и разного рода собрания, посвященные обмену опытом общения с Божественным. Я предвижу телевизионные интервью и искренние изыскания со стороны церквей. Я вижу весь мир проснувшимся. И я верю, что вы сделаете это. Не я, а все вы. Потому что, согласитесь, – время пришло.

Будьте благословенны.

Нил Дональд Уолш.

Эшланд, Орегон.

Февраль, 2011.

Другие книги Нила Дональда Уолша.

Беседы с Богом. Книга 1.

Беседы с Богом. Книга 2.

Беседы с Богом. Книга 3.

Дружба с Богом: необычный диалог.

Об изобилии.

О целостной жизни.

О взаимоотношениях.

Несущие свет.

Воссоздание себя.

Беседы с Богом. Гид по книге 1.

Медитации из «Беседы с Богом. Книга 1».

Маленькая душа и солнце.

Единение с Богом.

Свадебные клятвы из бесед с Богом.

Примечания.

1.

 Подстрочный перевод.

Оглавление.

Когда вмешивается Бог, происходят чудеса. Практический курс поиска удачи. Благодарности. Введение. Когда вмешивается Бог. Глава 1. Когда жизнь меняет курс. Глава 2. В мире много домов. Глава 3. Путешествие автостопом. Глава 4. Чудеса случаются. Глава 5. Беззвучный голос. Глава 6. Бог тоже поет? Глава 7. Посланница небес? Глава 8. Удачная неудача. Глава 9. Божественный сценарий. Глава 10. И дитя поведет их за собой. Глава 11. Наш друг, который живет на небесах. Глава 12. Путешествия души. Глава 13. Страна теней. Глава 14. Святость каждого мгновения. Глава 15. Никогда не поздно получить благословение. Глава 16. Дар предсказания. Глава 17. Дар исцеления. Глава 18. Чудесный знак. Глава 19. Музыка для Его ушей. Глава 20. Послание маме. Глава 21. Приглашение. В заключение… Другие книги Нила Дональда Уолша. Примечания. 1.