Кресение, писанка.

Кресение. Общий подход. Основные понятия.

15.08.2006 г.

Прежде чем говорить о профессиональных вещах кресения, типа устройства западка или техники зерцал, нужно сказать об общем подходе:

1) Первое — Искренность. Не честность, а искренность перед самим собой.

2) Душевная беседа. Просто нормально поговорить с человеком — уже половина дела — поговорить, послушать. И ни в коем случае не создавать искусственных условий, если это психически нормальный человек. Но как только ты почувствовал, что тебя берут за профессионала и приходят специально сливать, тут же надо стать профессионалом.

3) Профессионализм предполагает, что ты находишься в состоянии зеркала, то есть отражаешь то, что перед тобой и не ведешь никакой активной работы. Человеку надо — пусть он и работает.

Ты всегда работаешь на охоте кресника, то есть до тех пор, пока у него есть желание исследовать себя. И ни в коем случае не ведешь его своими вопросами. Хотя со стороны может сложиться такое впечатление, что кресник идет по вопросам кресного. А на самом деле все вопросы кресного вытекают из слов кресника, по сути, ты спрашиваешь только о недосказанном. Он пришел, он хочет найти причину своей боли, он начинает рассказывать о ней. Только он знает эту причину, но скрывает ее от себя.

И вот, когда он рассказывает, ты наблюдаешь за потоком его мыслей и отслеживаешь провалы, разрывы, сбои в логике и задаешь вопросы о том, что в этих дырах. Естественно, что кресник меняет вслед за твоим вопросом направление своего движения и идет в провал. Но это не ты его туда направил, это всегда его решение. Ты же только указываешь на этот провал. Душевная беседа всегда очень ленивая, за чаем.

4) Кроме зеркального состояния ты к тому же постоянно отслеживаешь, как кресник разматывает свой клубок судьбы. Твоя задача удержать его в таком состоянии, чтобы клубок разматывался самокатом. Это как раз видение провалов.

Это искренность.

Основные понятия.

Основные понятия кресения:

1). Щепать надо по лучинам, ни в коем случае не позволяя себе разворошить сразу несколько лучин.

2). Каждая лучина щепается до сучка.

3). Сучок — это то, что нельзя отщепить, это 3 % противоположного. Сучок щепается сам, как лучина, до своего сучка, до своей противоположности.

4). Человек, — точнее, человеческая личность, рассматривалась в традиции очищения как полено, которое должно быть спалено в огне Креси. И жечь его надо до тех пор, пока не останется одна головня, то есть та часть твоей личности, которая доступна очищению.

Полено — это набор из целого ряда личин, одна из которых является болезненной, то есть корневой для всего полена. Это и есть головня, иначе порча, иначе злой дух, которым ты одержим. Но чтобы добраться до головни, нужно очистить с полена все перья — ощепать все лучины, то есть сопутствующие ему мелкие личинки. Только после этого можно приступать к головне. Но это особая тема — Зерцало.

5) Для того, чтобы выйти на головню, то есть на Зерцало, надо разобраться со всеми лучинками вокруг нее. Но это другая работа, это Тропление, или распутывание набродов ума.

Распутывание набродов — более важная и объемная работа. После того, как сделано тропление, ты можешь назвать имя этого духа, головни. Тем самым и порча эта будет значительно ослаблена, даже если ты не успеешь сделать зерцало, ты уже хозяин этому врагу, хотя враг еще не убран из тебя, но он уже виден и управляем.

Поэтому первая задача — это поиск имени злого духа, а для этого ты должен понять, что лучина — это перья, они облегают головню в какой-то системе, в связи, они все в связи друг с другом. И чтобы распутать ее, нужно освоить:

6). И науку мышления,

7). И искусство самоката, то есть искренности.

Кресение — Печище.

Печище — выжженная земля, на которую селится семья. То есть, это пространство, отвоеванное у хаоса (леса) как твое, с него и начинается расширение творящегося мира.

Так же и в сознании. Крес выжигает первый гвор — объем свободного или твоего, управляемого сознания. Он и называется Печище. Печище постоянно расширяется по мере продвижения Кресения.

Кресение и целеустроение.

Первый уровень кресения — это иссушение западков — Зерцало и Беседа.

Второй уровень — это распутывание набродов, соответствует науке мышления или хитрой науке.

Третий уровень начинается, когда ты распутываешь наброды с отпусканием. Это уже работа над определением своих настоящих целей. По мере того, как определяются настоящие цели, все остальное теряет ценность, и ты получаешь возможность его отпустить. Без Целеустроения — это практически невозможно.

Кресение, писанка.

Автор Шевцов А.А., Савушкина Улита.

16.08.2006 г.

II-2, Чебаркуль, февраль 1996.

А теперь, о тех методах, которые здесь применяются. Есть способ, как это убрать самому. Этот способ есть изливание этого же самого содержания западка т. е. выпускание духа на материальный носитель. В принципе, это происходило при сливании на воду и т. д. Мне дед объяснял это на заслонке от печи. Поставил заслонку, взял вилку старую. Вот я отчеркнул, поставил капь. Капь — это начало, ты зацепился за землю т. е. 23.02.96. и начинаешь по верёвке в это провалище спускаться. Что такое твоя верёвка? Это самый кончик того клубочка, который называется самокат. На него намотано что? Нить твоей судьбы, из которой заплетается ткань твоей жизни. Тебе нужно размотать эту ткань до самого начала.

Провалище — это место, где живёт этот злой дух. И вот дед берёт и начинает чиркать, спокойно так и потом раз, делает вилочкой полукружие такое и опять пишет. Это значит что? Он комментировал. Мысль мелькнула, я её не словил и пометил. Вот опять, на той же мысли что-то мелькнуло. А что мелькнуло? Значит, в ней что-то есть. А что есть? Начинает раскручивать. Как раскрутил, его аж разнесло. Он не пишет, чиркает туда сюда. Можно и не писать, это не принципиально. Ты там внутри, поскольку начинаешь медленно мыслить. Медленно кажется плохо, да? Надо же быстро соображать, поэтому и сопротивляетесь медленному мышлению. На самом деле мыслить нужно медленно, для того чтобы видеть каждую свою мысль. Общая продуктивность не сколько не уменьшается, а наоборот. Пока вы быстро думаете, быстро успеваете улететь из того, о чём думаете, что ничего не додумываете. Вот дед видит эту мысль и водит так плавно, потом так быстро-быстро — тр-р-р-р., это что-то зацепило, западочек пошёл. Вот где буль, полукруг был, там вход. Вот вроде кажется, нить судьбы идёт, ты чуть чуть перескочил и всё хорошо, на самом деле, ты пропустил целый гвор, а там всё заполнено и он так быстро его вычерчивает. Выпустил всё, снова отчеркнул — и всё закончилось. Если тебе нужно войти в западок, вот в это место, ты снова ставишь вход и выход. Если вы это не сделаете, то у вас могут и стигматы полезть. Туда входишь так защищённым, что даже посередине можешь написать себе «прервался» и сразу же вышел здоровенький и живой.

Писать можно карандашом, или ручкой. Можно сесть на воду, можно на пыли, или на грязи. Это не имеет принципиального значения, но лучше писать на бумаге и очень чётко выписывать каждое слово. Почему? А вы не в состоянии ещё бульков отследить и не в состоянии через них, нить сделать полной. Ты спрыгнул куда-то и нить куда-то ведёт. На самом деле, ты шёл по нитке, здесь у тебя клубок, ты его пропустил и дальше тянешь какую-то следующую нить, а тот клубок висит. И тебе кажется, что нить та же. Да, она та же, только на самом деле, продолжение было бы вот здесь и только тогда бы ты вошёл в клубок. Там ещё куча клубков. И надо пройти, лучше немножечко, пару пядей, чем проскочить на большое расстояние, но зато эта пара твоя, ты её хозяин. Я поискал подтверждения, что такая форма существовала.

Вот краткая цитата профессора Смирнова 1912 года. Исповедь никогда не понимали, как суд над преступником божественного закона, а скорее, как лечение больного… Традиционная школа не христианская, а скорее всего она, как скоморошья, ближе к дзеньским. Скоморохи учили только дураков. Вы помните, что только дурак может в конце сказки стать царём. Дурак, является тем, кто проходит посвящение и получает просветление. Вначале он дурак. Писать на воде — это писать на том, на чём следа не останется. Мы сориентированы нашей цивилизацией, что бы оставить след. Надо пройти по миру, не оставляя следа и, вспомните начало лекции, вернуться туда, где вначале истории ещё нет ничего, убрав свои следы, убрав за собой весь свой сор из этого мира.

Писанка.

II-2, Новосибирск, сентябрь 1997 г.

Следует иметь в виду, что старики как мы не писали. Писанка — наше собственное изобретение, хотя впервые мне эту технику показал Дядька. Он рассказывал, что был у них дед, который сидел, бывало, у реки и чертил по воде палочкой с развилкой. Судя по названиям, реки вообще воспринимались мистически: река Уводь («которая уводит»), река Клязьма («мать Кля», отсюда «клятва» и «кляча» — лошадь, перевозящая мёртвого в иной мир), река Волга (сила — га, Волоса; йога — сила единения). Интересно отметить, что Уводь впадает в Клязьму, а Клязьма — в Волгу.

Итак, писанка «вилами на воде». Пацаном в 7–9 лет Дядька играл рядом с этим дедом, а потом его к нему потянуло. И вот от него он многому научился. Мне Дядька показывал это так: взял старую вилку, загнул зубцы, открыл в печи заслонку и повёл по саже… полукружьями. Ощущение было такое, словно кто-то мыслит.

Задача заключается в том, чтобы дойти до состояния «разматывающегося самоката», т. е. ощущения того, что каждое твоё слово разматывает самокат (мышления). Обычно человек не осознаёт процесса обучения, просто позволяя словам входить внутрь себя, где они укладываются, наматываясь, как бухты каната, и вытесняют собой жизнь. Напротив, начиная осознавать каждое слово или начиная ощущать, мы словно бы разматываем самокат, благодаря чему в нас снова входит жизнь.

Для стариков лишних слов не было: каждое их слово было словом — самокатом, дающим освобождение.

С позиции этнопсихолога, наука языка может быть сформулирована следующим образом: «Для познания собственно мышления, мне достаточно иметь своё собственное мышление». И в этом — каждый человек абсолютен. Иными словами, мы используем путь субъективной психологии. Потянув за дну из ниточек своего мышления, ты спрашиваешь: «Это моё?» И оно тебе отвечает: «Да, это — моё», в том смысле, что оно у тебя есть. Правда, это не означает, что истинное для тебя является истинным и для других. Но для нашей работы этот метод подходит. Погружаясь глубже, можно увидеть, где ты заканчиваешься как индивидуальность и где начинаешь пересекаться с такими же как ты людьми, т. е. выходить на объективность.

Вот разматывая нить своего самоката, я вижу, что во мне присутствует дурак. При этом я думаю: «Это явление только моё или общечеловеческое?» Иными словами, если мы не будем выпендриваться и раздувать свою значимость, то можем выйти и на определенные способы объективации. Например, вы спрашиваете кого-то: «Я вот тут нашёл кое-что интересное, а как с этим обстоит у тебя?» Тебе говорят: «Да, это и правда интересно». И значит в этом есть какая-то объективность. Иначе говоря, будучи предельно точны в своей субъективности, мы можем выйти на вполне объективные вещи.

Вернемся к писанке. Основная задача здесь: быть предельно точным в то, что ты делаешь, а через это — предельно осознающим то, что из тебя выходит. Только тогда всё это становится освобождением. Иными словами, это есть один из инструментов обучения разуму: всегда быть предельно точным.

Рассмотрим это на примере искусства писать статьи. Рецепт включает в себя всего три пункта.

Поскольку главное при этом научиться точно выражать свою мысль, то прежде всего надо поверить в себя, поверить в то, что всё тобою сказанное в точности соответствует твоей мысли, т. е. всегда говорить, что реально есть, видеть воплощаемые в мысли образы. Ибо слово есть материальное выражение мыслеобразов. Другое дело, что часто мы сами не можем понять свои мысли. Слово не является чем-то самостоятельным. И если ты говоришь так, что тебя не поймешь, то это значит, что именно так ты и мыслишь. Все эти сбои мышления вызваны тем, что тебе словно бы натолкали в голову битого кирпича, из которого не построишь целостного здания.

Итак, наша задача — научиться видеть свои мысли, а точнее, видеть стоящие за ними образы. Итак три пункта «рецепта написания статей».

1) Научиться видеть то, что ты хочешь сказать или иначе видеть образ, который ты хочешь воплотить в слове, что далеко непросто.

2) Научиться видеть, совпадает или не совпадает сказанное тобой с тем, что было задумано.

Часто чувствуя, что мы не в состоянии высказать что-либо как надо, мы всё же бываем не в силах остановиться и сопоставить то, что мы хотели сказать, с тем, что получилось на самом деле. Вместо этого мы продолжаем говорить и говорить, пока не убедим собеседника в том, что знаем, что мы хотели сказать. (И что ему надо сделать то, чего мы хотим).

Итак, задача заключается в том, чтобы, заметив ошибку, остановиться, сказав себе: «Стоп. Что-то у меня явно не получилось и сейчас мне важнее всего понять, что именно у меня не сварилось», нежели проскочить дальше и заставить кого-то что-то сделать. Разумеется, мы всегда способны прорваться сквозь собственную невнятность, чтобы управлять окружающими. Однако подобное общение совершенно неэкономично. Мы и так всю жизнь управляем другими, передавая им те или иные образы. И всегда неточно. Дело доходит до того, что хотя мы говорим вроде очень умно и красиво, собеседник нас не понимает.

Поэтому, сказав собеседнику что-либо, вообще-то неплохо его спросить: «Ты меня понял?» И не делаем мы этого потому, что точно знаем: посыпятся вопросы. А вот этого нельзя допускать, пусть делает, не задавая вопросов. Вот он обычно и делает, не задавая вопросов. И так у нас и сделали всю нашу страну. Какие команды — такие и действия. Не делать того, что сказали нельзя — убьют, а потому делаем без вопросов, как поняли. А поняли как в армейском анекдоте.

Сержант: «Рядовой, почему у вас сапоги не чищены?».

Рядовой: «А это, товарищ сержант, вас не касается!».

Сержант: «Что ты сказал?».

Рядовой: «Так гуталина же нет, товарищ сержант».

Сержант: «Это меня не касается.».

Рядовой: «Так я же так вам и сказал, товарищ сержант».

Итак, понять, что высказанный тобой образ не совпадает с задуманным, значит увидеть это воочию. Как это сделать? Для этого надо честно себе сказать: я очень неэкономичен в общении, мне стоит поработать над созданием более экономичной системы общения с окружающими (и соответственно, для управления ими). Стоит потратить время на то, чтобы беседуя с кем-либо, вовремя останавливаться, заметив, что сбился с мысли и спрашивать у собеседника, всё ли ему понятно. Беседуя с троповыми следует прямо просить их помощи в этом. Ибо, идти дальше в работе над собой можно лишь поняв, что именно тебя сбило.

3) Надо также научиться видеть, в чём именно заключается несовпадение образов, т. е. не просто увидеть неточность, но пойти ещё дальше. Выяснить, как именно, в чём именно ты неточен. Вслед за чем следует уже выявление причин (кресение). Дав имя проблеме или стоящему за ней духу, ты становишься её хозяином. При этом ты как бы её спрашиваешь: «Как ты ко мне пришла? Откуда ты взялась? Почему ты у меня именно такая?» Иными словами, стараешься узнать, что это: одержимость или залом ума (наработанный мышлением).

Итак, это может быть либо одержимость (на уровне сумасшествия) или «наброды ума», т. е. некий механизм, наработанный тобой при принятии решений. У многих часто отмечается при этом также некое возрастное несоответствие в манере разговора и общения. При этом человек высказывается, вроде бы пребывая в разуме, однако чувствуется: что-то не то. Дело заключается в том, что этот механизм был вами выработан ещё в детские годы, хотя вы и пользуетесь им до сих пор.

В процессе обучения основной объём знаний набирается нами в период от рождения до 2–3 лет. Именно в это время мы познаём мир через своё тело, и в этот период обучение отличается огромной интенсивностью, после чего она постепенно уменьшается, и мы начинаем впускать в себя всё меньше и меньше нового.

Когда маленький человек задумывается над тем, как ему жить, самым мощным его инструментом является мышление стиха или телесное мышление. Оно даже более сильно, чем основная лествица (месть, ненависть, неуязвимость, сила, договора, управление), хотя на поверхности действует вроде бы именно та. Но, скажем, мышление боли всё равно действует сильнее и правильнее.

Итак, что же самое главное в нашем образе, и как мы можем определить, что он не целен, неполноценен, не совпадает с задуманным нами. Главное при этом понять, что истинно цельный образ всегда имеет две составляющие: 1) задача и 2) её решение, т. е. вопрос и ответ. Ибо есть мир, который тебе приходится преодолевать и есть ты, идущий сквозь этот мир. Иначе говоря, образ, который ты стараешься донести, всегда содержит две части: мир, как задуманное для тебя препятствие и твой образ его (препятствия) преодоления. Любой твой сказ, каким бы он ни был, есть всегда ответ за некую задачу, загадку, вопрос. Или, одна его часть вопрос (что ты хочешь сказать), а вторая — мера соответствия ему (сказал ли ты то, что хотел).

Сейчас мы поставим перед собой конкретную задачу: как узнавать настоятеля? При этом отвечать вам надо так, как отвечают на вопрос новичка, ничего об этом не знающего.

Итак, вы говорите о настоятеле, прежде всего, как о содержащемся в вашей памяти образе другого. Как же его узнавать? Сейчас, когда вы будете показывать это на писанке, вы будете это делать, читая ответ с этого места.

Сам вопрос уже содержит в себе все шаги, необходимые для его решения. Дедки разбирались со мной при этом очень жёстко: доводили меня до состояния вопроса, но не отвечали. Почему? Да потому, что если человек дошёл до постановки вопроса, то ответ ему уже собственно не нужен. Вопрошать, пребывать в состоянии вопроса — этого вполне достаточно. В самом деле, если ты дошёл до вопроса, то ты уже имеешь половину искомого, имеешь мир, а остальное наберётся туда само. Иными словами, стоит только задать вопрос, как ответ наберётся туда сам, по принципу дополнительности, как бы заполняя созданную им сферу. Правда, заполнить её следует не словами, но жизнью.

Итак, вы сейчас будете читать и смотреть, является ли ваш ответ цельным. И по нему будете как бы восстанавливать свой вопрос. Вопрос находится внутри вас в виде известного вам образа, который вы хотели бы донести до окружающих в виде ответа. И по своему ответу вы будете выявлять, насколько хорошо вы увидели свой внутренний образ.

… Тут естественно не обойдется без сбоев или коз, что вызывает необходимость в кресении. Однако сейчас мы будем заниматься только передачей образа. Разумеется, на практике у вас будет множество ошибок, но одновременно возникнет понимание того, чем задуманный вами образ отличается от переданного, каковы недочеты в задуманном и в реализованном образах и т. п. Но, в принципе, вы должны понять, как можно увидеть неправильность писанки в процессе разматывания «самоката».

"Нить самоката" бывает уложена очень сложно и путано, с многочисленными напряжениями. Наша задача заключается в том, чтобы пройти нить самоката так, чтобы избежать перескоков в местах её пересечения с самой собой. Подобное пересечение называется коза (образы козы принадлежат мышлению). И если нам неясно уже первое сказанное тобой предложение, то это означает его несоответствие созданному тобой внутри себя образу. Тому образу, который ты сейчас облекаешь в слова.

Кресение, писанка.

Задача писанки — снять следы западков с тела. Эти следы называют Хари и являются мышечными напряжениями.

Осознавание западков происходит в уме, и могло бы на бумагу совсем не выноситься. Но вот мышечные напряжения без небольшого, но достаточного движения не убрать.

Крупные напряжения снимаются на движениях даже во время писанки. А вот хари, мелочь, тонкие слои напряженного (пряжи) можно снять через движения руки — на бумаге ли, по воде.

Писанка — Кресение.

г. Серов, март, 1996 год.

Как же на практике прийти к пониманию того, что же такое “одна личина”, или “одна лучина”? Принцип простой, что в беседе, что в писанке — вы должны задаться одним, может, двумя вопросами:

— Как дела? — Нормально.

— Ты это хотел сказать? — Не совсем.

— Так, что же ты хотел сказать?

— Ты сказал то, что хотел сказать?

Возьмите свои писанки и прочитайте свою первую фразу, а теперь задайте себе вопрос:

— Высказал ли я в ней то, что хотел сказать?

— Если нет, то, что же я хотел сказать?

Напишите новую фразу вместо этой. Теперь прочитайте ее и задайте вопрос:

— Высказал ли я в ней то, что хотел сказать?

— Так, что же я хотел высказать?

В следующей строчке напишите быстро, не задумываясь. И так несколько раз. А теперь возьмите свою первую писанку и прочитайте первые три предложения. Эти предложения у вас приблизились к тем.

Болван на писанке.

Что делать, когда хочешь что-то сказать и не можешь, потому что переполнен противоречивыми мыслями? Например, когда хочешь оправдаться и одновременно понимаешь, что оправдываться вроде бы и не за что.

Здесь может помочь писанка по типу болвана — мы выписываем все мысли «за», а потом все мысли «против». И по каждой смотрим — справедлива ли она, принимаем ли мы ее на самом деле, отзывается ли она в нас как «правильная». Если да — оставляем ее, если нет — отбрасываем.

После этого, увидев все эти противоречия в новом свете, снова выписываем свои мысли и снова взвешиваем каждую — все как на болване. И так до тех пор, пока не уйдет все лишнее, что переполняло нас противоречием. Тогда придет понимание и мы сможем спокойно и взвешенно сказать то, что в нас осталось.

В случае с нашим примером — высказать что тебя оправдывает и в чем тебе оправдываться не за что.

Практическая работа.

Разбор писанки.

…Вы попадаете из одного западка в другой и не замечаете. Вот я и просил вас наработать для себя принцип спрашивать: «Кто это говорит? Кто это?».

Просто постоянно пытаться понять, кто это сказал, почему ты сказал, где ты находишься.

Почему мы не видим, когда попадаем в западок? Западок, западня, как он устроен, вспоминайте. Это дорожка, на которой вырыта яма, прикрытая крышечкой, и крышечка замаскирована точно под фактуру дороги. Если на дорожке листочки, значит и на крышке листочки, на дороге пыль — значит, и на крышке пыль. Ты не видишь ее совершенно, ты движешься и вступает на нее. Ты проваливаешься. Чем это характерно — крышка поворачивается вместе с тобой рядом, и ты падаешь. Ты шел и смотрел на нее, ты смотрел на крышку, ты падаешь и перед тобой в точности та же крышка. Ничего не изменилось потому, что она повернулась вместе с тобой. И ты крутишься. «Ну как же, я смотрел на это место и ничего не было, и сейчас я смотрю — ничего нет». У тебя создается впечатление, что ничего не изменилось. Ты чувствуешь, что странный какой-то сейчас. «Что там у меня такое? Но ведь ничего не изменилось. Это ты? Я. Только странно.». Вот так эти все переходы идут. Ты пролетаешь туда и не понимаешь, как это произошло…

Я затрудняюь дать вам один конкретный совет как вам найти первый западок.

Мы на всех семинарах делаем то, что мы делаем, чтобы вы пробрались сквозь первый западок. … Заставляем вас двигаться и чувствовать себя неадекватными в движениях, поем вам песни, которые вызывают слезы. Чем угодно лишь бы зацепить, зацепить за живое еще, за душу. Потому что ум уже точно мертвый.

А после того, как вы зацепили первый западок, вам становится гораздо проще. Любая проблема, которая подошла, решается просто уже тем, что ты уже толкнул самокат и начинаешь лепить на бумагу что идет. Что на язык просится, то и идет. А что просится на язык, как эту сцену определить, что перед глазами стоит?

….Что писать? Прямо садитесь и пишите. «Что писать? Не знаю, что писать. Ну, что писать. Не надо писать. Что пишется. Что идет, то значит и пишется…». И так далее. И вас само понесет. Если идет такое, что нет мысли — так пиши «Нет мысли». Что в голове в данный момент, то и пиши.

Хорошо, сейчас давайте прочитаем вот эту работу и покомментируем по ходу, чтобы было ясно как надо работать. Тема писанки была «Почему не получается».

"Почему не получается? Потому, что не приходят мысли в голову. Ты можешь сказать — да. Ты правильно пишешь или нет — нет. А как правильно — не знаю. Что же ты говоришь, что знаешь. Странно, что говорить можешь. Знаешь суть западка — да. Когда это происходило с тобой? Это были роды — да. Это была утроба — да. Это была жизнь — нет. Странно, почему прозвучало «да» и на это «были роды» и на это «была утроба». Спрошу тебя еще раз, это было внутриутробное состояние — молчок. Это были роды — сначало возникло «нет» потом «да». А ну ка еще раз. Это были роды — да, нет. Опять, и то и другое. Еще разок, это были роды — да. Там была потеря сознания — нет. А такое чувство что да. Дурдом какой-то. Была потеря сознания — да. Потеря сознания продолжалась сколько секунд — пять. Потеря сознания продолжалась пять секунд — да. Это было точно пять секунд — да. Что там прозвучало во время родов? Закрываю глаза — три вдоха. И если в течение пяти секунд я не вернусь в состояние здесь и сейчас, то меня вернет страж. Я здесь и сейчас. Пошел… вернулся. Я здесь и сейчас. Тут было отложено, про ужин. Пойду на ужин, потом продолжу … в 19 час пришел с ужина и продолжил писать писанку. На чем остановился, на том что поставил стража. Теперь пойду в западок и вернусь потом. Вернулся. Никаких телесный ощущений нет, только вот помню желудок так потревожен. А еще надо идти в западок? — нет. А где-то вдалеке прозвучало — да. Так надо идти в западок еще раз? — да. Ставлю стража. Закрываю глаза. Пошел в западок. Вышел оттуда. Опять ни каких телесных ощущений. Там прозвучало слово «знаешь» во время родов — да. Там точно прозвучало слово «знаешь» во время родов — да. Кто сказал это слово — молчание." На этом я закончил.

Вот теперь давайте посмотрим, как методически было бы правильно выстроить эту работу. Я буду читать и по ходу комментрировать.

"Почему у меня не получается писанка? Потому, что не приходят мысли в голову. А ты можешь писать писанку?".

Разделение пошло, некоторое непроизвольное разделение — вот личина. Кто уже спрашивает? Ему так проще, на самом деле это личность двоит, реально двоит личность. Это знать надо, бороться с этим не надо раньше времени. По ходу это или отомрет само или, когда мы дойдем будем работать как с сознанием беса двоением личности. Там двоение, троение, седидесятирение…

Но не все личины разговаривают.

" … а ты можешь писать писанку — да.

А ты правильно пишешь писанку — нет.

А как правильно — не знаю …".

Да что ты говоришь, что не знаешь. Да что ты говоришь, что знаешь… Хотел написать можешь, а написал — знаешь. Мы пока не будем разбирать эти мелочи, для нас сейчас принципиально важно, как пишется писанка. А как вскрывать — потом, позже.

Знаешь — это из западка — «Да». Сначала непонятно, почему у него вместо «можешь писать писанку» выскочило «знаешь». Из западка? — да, из западка. Когда пришло это слово в западок. Так начинается выяснение сроков.

Помните, мы с вами говорили: основной принцип — это выкрушить все лишнее, объем проворотить. Вот он и жить торопится и чувствовать спешит. И в западок залезть спешит. Смотри, пришло вместо можешь — знаешь. Почему бы тебе не походить по годичным кольцам и не поковырять тему «можешь — знаешь». Зачем сразу в западок? Определилися — хорошо. Но не лезь туда, иначе врать будет. Почему врать будет? Он правильно ответит твой ангел — хранитель, который все знает и хранит это. Но пока до тебя его ответ дойдет через эту грязь, он исказиться неоднократно.

Поэтому давай так. У тебя в жизни были какие-нибудь ситуации которые запомнились, которые, может быть, болезенны. Понятие «знаешь» для тебя значит? Значило, всю жизнь значило. Когда стало значимым для тебя вот это понятие «знаешь», когда для тебя «знать» стало важным? Когда? Во сколько лет?

C пятнадцати лет ты постоянно бьешься за то, чтобы быть человеком, который «знает» да, или что … Смотрите, попал. Он пытается работать со мной по типу автоматов, которые отвечают на хлопки, а тебя никто не спрашивает по хлопкам. Ты вспомни свою жизнь и подумай. Ты нормально развороти, что у тебя в жизни наворочено в мозгах. Он знает это слово «можешь». Для тебя «знать» имеет значение. «Знать», «знать» — не слово «знать», а понятие «знать», конечно елки-палки. А что оно для тебя значит, что же ты это не написал. А «можешь», «мочь» тоже имеет для тебя значение? Конечно. Вся твоя жизнь построена на сочетании этого «знать» и перевести в понятие «мочь». Правильно?

Вся практика для этого. Да, глядите вы. Сначала весь мусор этот сюда, тот, что без всяких вскрытий подсознаний доступен вам просто бытовым умом. И тут окажется, что ты бы написал эту писанку в десять таких листов прежде, чем дошел до западка, но зато когда бы все написал вот это, так из западка «да-а-а» тебе бы громкое крикнули.

Время — да, точный ответ по времени.

Возраст — да, точный ответ по возрасту.

Почему? Да ты расчистил вокруг поляну и это спрятаться-то не может, негде спрятаться. Ты все вычистил. И сучок начал бы вываливаться сам, потому, что ты вычистил все вокруг, всю гниль. Вот первое — крушите гнилушку, которую просто нормально мозгами знаете про себя и все подряд переносите на бумагу.

А здесь идет насилие. Уже это желание спросить из западка, оно не по самокату, а по знанию как надо писать правильно. Ты все пытался знать.

Теперь дальше пошли.

Ну, хорошо, вот мы прокрутили с ним десять страниц на тему «Что значит знать, что значит уметь, как это сочетается». Как это болезненно. В жизни выскакивает, когда, скажем, поплакался, что все знаешь, а оказалось не знал. Бывали такие случаи? Да, куча. Их и надо выписать, все болезненное, связанное с этими понятиями.

"Это из западка — да.

Когда пришло это слово в западок.

Это были роды — да.

Это была утроба — да.

Это была жизнь — нет.

Странно, почему прозвучало «да» и на то, и на это, а вот давайте теперь проверим почему.

Так, эти западки, эти проклятья есть и в утробе, и в родах?

Только в утробе?

Только в родах?

А в утробе это слово «знаешь» присутствует?

Естественно, их может быть у тебя штук сто и не надо вот так ковыряться. Ты его сломал как механизм, ты начал от него требовать по подозрению в конкретном ответе. А надо в таком случае спросить тебя, когда был самый первый западок со словом или понятием «знаешь»?

Давай по вдохам.

Сколько вдохов было на тот момент?

— 1 вдох.

Ну, это не имеет значения, это значит что слово «знаешь» или понятие «знаешь» в этой потере сознания, что в утробе захватило один вдох, оно пленило душу, дух, чужим духом. Хотя может быть сама потеря сознания, когда это произошло, может быть больше чем вдохи. Но мы распутываем конкретно с понятием «знаешь», и оно дает точный ответ на «знаешь». Один вдох — это примерно одна пятнадцатая минуты, четыре секунды, а потеря сознания, во время которой это произошло, она сколько время длится?

— Семь минут.

Вот так, что такое крутить потерю сознания семь минут, ты это знаешь, поэтому по вдохом проще и продуктивнее. Вы находите конкретную зацепку и ее чисто вычищаете. И в потере сознания появилась дырка. Потом появится кака-нибудь другая.

Зацепка, и вы пройдете по этой зацепке по всем потерям сознания.

— Во время родов потеря сознания была?

Не было.

— Во время родов не было потери сознания?

— А во время родов было замутнение сознания, во время которого пришло слово «нет»?

Но ведь и потеря сознания отвечает «нет», всегда это еще надо смотреть. Когда идешь в явно бессмысленный, лишенный настоящего смысла ответ, посматривайте, чего это он какой-то странный-то, не бес ли со мной говорит, не западок ли отвечал.

Роды чаще всего сопровождаются потерей сознания, по крайней мере замутнением сознания. Итак:

— Во время родов сколько времени замутнено сознание?

Не идет ответ, да? Хорошо, это потом. Не надо пока…

"Это была утроба? — да. Это была жизнь? — нет. Странно, почему прозвучало «да» и на это, и на роды. Спрошу себя еще раз".

Так можно писать, но это техническая переборка слов идет. Опускайте, опускайте, еще раз прямо так сразу спрашивайте: «Это было внутриутробное состояние? — молчок. Это были роды? Сначало возникает „нет“, потом „да“. Ну-ка, еще раз. Это были роды?».

Вот так повторяйте, повторяйте, спрашиваейте — это все нормально.

"… Нет. Вот так, еще разок. Это были роды? — да. Там была потеря сознания? — нет. А такое чувство что «да», … Дурдом какой-то".

Пришла вот такая фраза «Дурдом какой-то» — это явно эмоции, оставьте. А теперь скажи, во время этой потери сознания во время родов или в утробе кто-то говорил дурдом"?

Смотрите, явно эмоционально окрашенная фраза. Проверьте, что это у тебя именно такая реплика, именно такая оценка выскочила в этот момент. Ты же там торчишь. Скорее всего, она оттуда. Вот тебе уже конкретное проклятье, уже подчеркивай, когда будешь чистить, попытайся его услышать — услышишь конкретное время.

А ты, кстати, постоянно именно этот термин употребляешь «дурдом какой-то». Правильно. Проклятье, оно постоянно повторяется.

"Была потеря сознания? — да. Потеря сознания продолжалась сколько секунд? — пять".

Потеря минуты две, на самом деле, не меньше, во время родов. Роды меньше двух минут редко бывают. Ну не важно. Он тебе дает пять.

— Это пять секунд?

— Пять минут?

Вот ты видишь, он тебя обманул. Ты его спросил, сколько секунд, а он тебе в минутах ответил. Ты спрашивай, сколько минут. Ты по минутам спрашивай, ну это примерно так: «Это больше минуты?». Чтобы точнее, точнее, ты спрашиваешь: «Это больше минуты?» Тебе отвечают «да» или «нет». «Если меньше, то это больше 30 секунд — да или нет? „и потом вот так подбором. Так точнее выходит.

Можно сразу научить себя слышать точный ответ. Вот этот точный ответ — он у тебя там под личиной, он может очень часто оказаться точным ответом для нее. Ты с ними долго бьешься, пока не понимаешь, что это для нее точный ответ, а для тебя это неясно что такое.

Да, и что такое прозвучало во время родов?

“Закрываю глаза … три вдоха».

А почему это у тебя здесь три вдоха. «Закрываю глаза и делаю три вдоха». Это ты наработал какой-то прием?

Ну, и теперь опять технические дела. «Если я не вернусь в течение 5 секунд, меня вернет страж.».

Теперь смотрите, технически вы должны сработать так. Во первых вы сокращаете всю обслуживающую запись. Вы постоянно спрашиваете: «Утроба — да, нет?». Не надо там дополнительно писать. Первое пишете «западок» — «зап.» вы пишете сокращенно для себя. Вместо утроба там …., сколько вдохов … Это мы для себя так используем.

Отрицательная линия присутствия. …написал шапку, подчеркнул — все, дальше пошел другой мир. Т. е. написал там «западок», утроба", «сколько вдохов» и подчеркнул. Вот эта линия — она как раз линия ограничения миров. Мы идем в другой нижний мир. Вы помните. Мы идем в то царство через провал. Мы ставим стража, но стража мы ставим конкретного. Конкретного стража. Когда мы с вами работаем и я сижу перед вами, вы меня оставляете стражем. И я действительно работаю как страж и я отслеживаю чтобы ты вернулся, даю команду, тебя принимаю. Здесь ты должен поставить четкий ограничитель в виде стража. Какой?

Первый раз ты должен вычистить соматические проявления — боли, телесные ощущения по-русски называют.

Первое — как бы шапка, которую ты определяешь. Вот западок, утроба, вдохи. Теперь следующее — ты пишешь по телесным ощущениям. Я это пишу так по т/о, по телесным ощущениям, до — стража ставлю — до все. Слово пишу «все». И дальше по-шел через черточку.

Вы для себя если договорились с умом, что принимаем сокращенные формы, вы это уже используйте как четкую команду. Вы провели вот так, как в компьютер вводите программу. В таких условиях мы с вами работаем. Все, он будет работать с тобой так, договоришься так и будет так. Договоришься, что ты это пишешь в семнадцати предложениях, тебе каждый раз придется писать семнадцать предложений.

Но вот когда ты написал, это еще ничего не значит. Это значит, собственно говоря, для компьютера не нажата кнопка. Это ты только программу ввел в компьютер. Что делать ты сейчас будешь? Запуск идет через то, что ты берешь и отчеркиваешь это. Снова щелк. И вот эта линия.

Вот как они водили-то вилой-то, да. Она тебя вводит-то туда, теперь ты там будешь работать, первый раз строго по телесным ощущениям. Это первый раз. Ты проходишь вот эти семь вдохов только телесные ощущения. Но это не строгое правило. Если пошли слова сразу…. Но потом, когда начинаешь нарабатывать, даешь себе внутреннее разрешение. Если у тебя чистота сознания появилась, то если пошли слова, то пусть идут тоже, я их запишу. Но лучше первый раз пройти полностью по телесным ощущениям. Ты проходишь их и дальше сокращенная команда «еще пошел». Не пишешь «все», здесь — первая половина,"по телесному ощущению пошел", это касается только конкретного прохода по телесным ощущения.

Вот смотрите, здесь три команды:

"по телесным ощущениям" здесь, потом до «все», это ко всей работе,

"пошел" — запуск пошел, это до начала черты.

Пошел по телесным ощущениям, выписываешь.

"Еще пошел." Снова отчеркиваешь.

Вот теперь пошел по слову.

Команду «все» еще не пишешь, команда «все- это у нас как страж в конце самом. И вот теперь ты будешь вот это „еще пошел“ ходить столько раз, пока тебе самому не покажется, что достаточно, или смех пошел, или зевота, или внутреннее ощущение, что хорош. Тогда ты себя спросишь: „Хватит? Хватит.“, и напишешь себе — „все“, и выйдешь в настоящее время.

Но ты должен сам с собой договориться, что когда я пишу все это, значит я вернусь в настоящее время. Что ты делаешь после того, как написал „еще пошел“, т. е. второй, третий, пятый там проходы? Ты там сидишь вот так, плаваешь, и тебе все равно на каком бекрене у тебя шапка, что бы там не шло. Мат — мат, слова — слова, крики — крики, запахи — это относится к телесным ощущениям, боли и запахи это ты здесь должен прописать, нет, а вот звуки какие ты там выписываешь совершенно не важно.

Да кстати, я забыл сказать, утроба-то утробой, ты определяешь месяц беременности, т. е. там пятый месяц — семь вдохов — пишете „5 м 7вд“. Теперь это понятно?

И что там идет, какая-нибудь, я незнаю, тень-тень-по-тетень, все равно что, ты пишешь. Все слова, как бы они не шли, при это ты все время смотришь — они идут там слова. Ты можешь спросить: „Там есть такое?“, тебе отвечают: „Да“, записываешь. Но вот прошло тен-тень-по-тетень, тебе говоря: „Не то“, В чем дело, может „Потетень-те“ — „Во-о-о…“, зацепило, зашевелилось изнутри. И начинает повторять, повторять. Повторять можно вслух, можно там записывать раз за разом. Причем, ты с закрытыми глазами работаешь, когда нужно записать ты открываешь глаза и сохраняя ощущение, записываешь почти автоматическое письмо. И вот здесь вы увидите, пока это идет ваше, это будет нормальный вобщем-то подчерк, ну может не очень красивый, но нормальный. Как только пошел западок, у вас начнет во-о-от так эти слова. Не ограничивайтесь только черточками, обязательно слова дописывайте. На заклятье должно идти отклятье в точности.

Совершенно странные фразы могут идти, вроде как совсем не оттуда. Записывайте все, что идет, старательно так себя удерживайте в западке. И вот в конце концов, когда все выпишешь, тебя протрясло всего, там трясет, как на этой машине, которая песок от гравия сепарирует, тогда в конце напишите себе — „все“, и возвращаетесь сюда. Вот так оно будет выглядеть. Только вот записей таких будет много.

Вот пока примерно, как что делать.

Он очень хорошую вещь сделал. Когда надо было идти на ужин, он сказал:

«Сейчас я прерываюсь на ужин, по возвращению продолжу". Ты можешь с собой поговорить всегда — только поговори, не держи себя на голодном пайке душевной беседы. Вот такая практика.

автор А. Шевцов.

редакция Улита Савушкина.

Кресение. Порча и одержимость.

Автор Шевцов А.А.

16.08.2006 г.

Одержимость.

Из книги А. Шевцова Очищение.

…«Обычное человеческое сознание заполняется содержанием естественно, по мере нашего приспособления к жизни на Земле. Можно сказать, что это здоровое сознание и его не надо чистить. Это не совсем так, потому что наше воспитание и образование тоже может быть улучшено, для чего его надо вычистить и заменить на лучшее, но это лишь для избравших путь очищения. Обычному человеку это делать не обязательно, зато любому стоит излечиться от сумасшествий или явно инородных включений в сознание.

Подобные инородные включения назывались Одержимостями. Уже одно это слово показывает, что кресение уходит своими корнями в искусство изгнания духов. Не бесов, это чисто христианское понятие, а кресение, скорее, родилось в народной магии, а не христианской. И опять, для того, чтобы его объяснить, потребуется понять, что такое дух и духи. Так что это разговор не для этой книги. Но без понятия одержимости духом кресение не объяснить. Значит, придется сказать несколько слов и о духе.

Когда мы говорим, что кто-то одержим духом, мы подозреваем, что этот дух обладает личностью и может считаться существом. Тем более, это относится к тому, что мы называем Злыми духами. А при одержимости все духи, которыми мы одержимы, злые. И при этом они заставляют нас вести себя каким-то образом, силой предписывают нам определенное поведение. Можно ли подобное не считать живым существом?

… Дух другого человека — это своего рода состояние, в котором он пребывает и которое вкладывает в свои слова и поступки. Иногда мы чувствуем, что наш дух зол, иногда добр, но поскольку это имеет значение только для общения, обидев кого-нибудь, мы просто извиняемся, и все зло исчезает. Ведь оно — всего лишь слова, взгляды и жесты.

Но если то же самое состояние превратится в Гвор, то есть в образ сознания и получит кожу, оно становится неким существом, живущим в сознании.».

Гвор.

Из книги А. Шевцова Очищение.

«… понятие „Гвор“. „Гвор сознания“. Насколько я понимаю, Гвор — это шар или, скорее, пузырь. Иначе говоря, некое пространство, как капля. Стремящееся стать шаром. Пространство, имеющее поверхность, в сущности, являющуюся своеобразной пленкой или кожицей. Гвор, как и капля, может терять свой круглый вид, если в него, как, в своего рода, мешок, насовать множество неровных вещей. Вот так из Гвора, то есть точного шара сознания, рождаются Космы. В сущности, Косма — это уродливо искаженный гвор сознания или сплетение из нескольких изуродованных Гворов.».

Одержимость и порча.

Серов, июнь 1995.

…Инородным в тебе считается присутствие чужих духов. Называется это одержимость или порча, в зависимости от того, как это проявляется. В общем это всегда какого-то рода порча, но только с той разницей, что портит кто-то специально, а дух может войти и сам. В любом случае, что одержимость, что порча — это присутствие в тебе инородных сущностей, достаточно самостоятельных или же зависимых от чего-то, но, тем не менее, это феномен сознания. Вот это то, что должно быть убрано первым. С этим вы работаете на ступени «Кресение».

Этнопсихология русских. Исторические аспекты русского колдовства.

Ярославль, II-2, март, 1995.

…Мне бы хотелось дать исторический аспект русского колдовства. Это крайне необходимо. Я хочу, чтобы вы поняли, что мы с вами будем говорить не о том колдовстве, которое изображается так, как на картине у Максимова “Колдун на крестьянской свадьбе”, и не о том колдовстве, которое на самом деле является всего лишь европейской магией, пришедшей на русскую почву. Огонь изо рта и т. д. не является не только колдовством, но даже чем-либо близким к колдовству. Да, это магия. Лонго прекрасно нам ее демонстрирует, но колдовство и магия отнюдь не одни и те же вещи. Магия — это всего лишь возможность что-то делать. “Могия”, как говорили наши старики по верхневолжской традиции. Кто могет, тот и маг.

Колдовство же, если мы посмотрим на этимологию слова “колдун” имеет в основе своей понятие “коловращение”. Иначе говоря, годичного цикла праздников, т. е. колдун — это жрец, творящий круглый год обряды плодородия. Он должен быть магом, он должен мочь. Почему? Потому что, если он правильно видит мир, значит он находится в знании. А когда ты знаешь, ты уже можешь. Но он не принимает магию ни как сценическую дисциплину, ни как дисциплину какого-то подчинения или управления.

Задача жреца оказать воздействие на природу, чтобы она была к нам благосклонна и плодоносила, чтобы народ был сыт и в мире была гобина.

Гобина — сытая, счастливая, радостная жизнь. И сразу через это мы выходим на понимание, то что, в таком случае, для того, чтобы жизнь была сытой, счастливой и радостной, вот это все может быть и необязательно. В первую очередь нужен здравый смысл. Колдун — это тот как раз тот, кто обладает здравым смыслом в полной мере.

…. Настоящий колдун использует настоящие токи энергии, которые в нашем мире отнюдь не через пальцы выходят.

Где текут настоящие реки силы в этом мире? Посмотрите. Где стоят самые мощные храмы, посвященные богам этих сил, все храмы, ведущие богов и как им имена? Поглядите в мир вокруг себя, и вы их увидите. Это деньги, это производство, управление людьми, средства массовой информации. И только те, кто владеет этими потоками энергии, могут считаться настоящими колдунами. И храмы им стоят по всей планете.

Понятие порчи и очищение от порчи в культуре.

Чебаркуль, февраль 1996.

Тот, кто способен вспомнить себя, располагает более ценной религиозно-мистической силой, чем тот, кто знает о происхождении вещей. «Познай себя и ты будешь править миром» — говорили греки. Традиция возвращения к истокам — это индоевропейское, может даже общечеловеческое знание. Прочитаю вам маленькую цитату из одной из первых биографий планеты «Жизнь Апполония Тианского». Апполоний — один из великих магов и волхвов 1-го века нашей эры. Он обожествлялся уже при жизни. И одна из черт, по которой его обожествляли, это умение видеть будущее и видеть прошлое. Есть такой источник, который называется «Клятва блюстителю».

«Вода его прохладна, но кипит, словно в кипящем котле. И для клятвоблюстителей сладка и полезна. Преступников карает на месте, кидаясь им в глаза, в руки, в ноги, вызывая водянку, чахотку, так что злодеи уже не в силах отойти от источника и рыдая, они признаются водам в лжесвидетельствовании.».

Кипящий котёл, вода в источнике, которая кидает в глаза, руки и ноги, вызывая водянку и чахотку, заставляет преступников признаваться, выговаривать свои преступления. Здесь отразилось общеевропейское знание о том, что такое порча, и что такое очищение. Вот этот кипящий котёл, вода, совмещённая с огнём.

Самым распространённым действием колдунов считается насылание порчи. Колдун может портить людей, животных и неодушевлённые предметы, причём, одним взглядом, действием, или словом. Вспоминайте, что делает вода в источнике, она делает то же самое, что делает колдун. Колдун может наслать порчу через пожелание здоровья или через произнесение особой магической формулы — наговора над предметом, к которому прикасается жертва. Иногда он приготавливает специальные снадобья.

Что здесь происходит на самом деле? Там, внутри тебя, куча болезней, и когда ты знаешь, что прикосновение вытащит наружу эти болезни, они выходят наружу.

….Если человек знает, что он клятвопреступник и ему сейчас нужно пройти испытание на честность, взяв из огня раскалённую железку, то он знает, что будет обожжён. Но человек, который знает, что он не клятвопреступник, боги с ним, он берёт её и не обжигается, т. е. человек, находясь в соответствующем состоянии сознания, может вызвать у себя любые физические изменения.

Что делалось на Руси, чтобы избавиться от порчи, от того, что является болезнью в тебе, или от времени? Нужно окстить фигуру, то есть назвать её имя. Что это такое? Ты пришёл в этот мир. Эта планета неожиданна, она полна страшного. И в первую очередь, это страшное и опасное проявляется не в форме диких зверей, а в форме злых духов.

Вспоминайте, сказки полны рассказами о битвах богатырей с чудовищами, значительно превышающих по ужасности зверей. Давайте на это посмотрим так, что это идут битвы не с реальными драконами, а с теми, которые описывает Кастанеда, с силами, которые ещё свободно гуляют по неустроенной тобой земле. И для того, чтобы уравновесить отрицательную силу равную десяти единицам, нужна положительная сила равная десяти единицам. Вспомните, как только с земли такие чудища ушли, то и богатырей не стало. Больше не нужна их сила, и они ушли. Потому что эти богатыри так же опасны, как и чудища.

Так вот, появляется злой дух. Духи все злые. На самом деле, они не злые и не добрые, они опасные. Например, дух солнца: мы начинаем надевать шляпы, одежду, и служим ему. Так же — дух холода, и мы делаем те же обряды. Противоположности сходятся.

Любой дух может убить, и ты должен быть предельно осторожен с ним. В тебя в виде порчи вошёл чужой дух, и он есть только у тебя, который другим не мешает. У всех есть дух, который называется «страх ожогов». Ты родился, у тебя не было страха ожогов. Ты обжёгся, и теперь боишься ожогов, вы все знаете — не суй руки в огонь, обожжёшься. Это вы телом знаете, но, кроме того, в вас сидит чей-то голос: «Не суйся в огонь, обожжёшься!» А вот это уже дух. Когда свой дух, разбирайтесь сами, а вот когда общий дух, это становится общей проблемой. И все вместе начинают с этим бороться. Огонь — это добрый, или злой дух? И вот все вместе начинают искать имя этого духа. Причём, имя не обязательно выражается в одном слове. Его понятие идёт и на уровне образного мышления. А образное мышление — это и пламя, в которое ты можешь войти, и движение, т. е. имя огня велико и оно включает в себя и знание того, как его разжечь в домашнем очаге и знание, как его залить водой, если оно выскочило из этого очага. Это имя настолько велико, что оно охватывает всё понятие огня. В итоге, когда у тебя есть полное понятие огня, он становится безопасен.

Что ты сделал? Вот есть дух и для того, чтобы им управлять, нужно знать его имя. Если ты знаешь его имя, дух управляем. Значит, задача посадить джина в бутылку и запечатать. Такие духи, которые были у всех, становились общенациональными богами. Первобытные люди поняли, что огонь вначале страшный, потому что он идёт и выжигает всё, в том числе тебя. Потом освоили, что огонь может быть и полезным. То, как он полезен и как его использовать, ты передаёшь, как самый главный обряд в твоей жизни. Дух пришёл в мир. Как бы мы его не назвали, они все опасные и всех их претворяют люди в нечто, для них удобное.

Нужно запихать духа в бутылку и запечатать её именем. Эта бутылка называется идол. Ты определяешь ему имя и создаёшь фигурку и соответственно с ним надо обращаться. Ты должен знать всё, до последней молитвы, до последней формы общения с ним. И вот этот идол становится капью.

Капь — это столб, на котором стоит идол. Он втыкается посреди капища, и это место становится центром мира, а столб становится осью мира, вокруг которого мир и вертится.

То же самое мы с вами проделываем и с западками. Посмотрите, извлечённую порчу надо сжечь. Сор из избы не выбрасывают, его сжигают. И мы вышли с вами на то, что обычная крестьянская жизнь была вся глубочайшим образом сакрализирована.

Это мы с вами понимаем, что пол надо мести, потому что веник есть, а для них сор жечь надо было, что бы в доме не было ссор. Если ты хочешь иметь психологический климат такой, как в храме, сор должен выметаться.

Дух, попадая в тело человека, организует вокруг себя мирок, гвор он называется. Где эти гворы? В самых уязвимых местах. Места пребывания порчи большей частью: горло, желудок. В одном человеке может быть одновременно две разных порчи. На самом деле много порч.

Временами порча рассказывает человеческим голосом, кто её наслал. Наславшего называют отцом и матерью. Проявляются порчи в виде болезней, в результате которых человек теряет работоспособность и может умереть, часто это припадки в виде эпилепсии, которые случаются при упоминании при разговоре в присутствии порченого некоторых животных, например, раков, мышей…

Народ считает порчу нечистым духом, посланным человеком. Что мы с вами делаем на кресении? Заставляем говорить порчу человеческим голосом. Крёстным отцом и крёстной матерью называют того, кто заставляет порчу говорить человеческим голосом. Это сложная работа, потому что гвор обладает всеми признаками живого существа и в первую очередь — самосохранением. Если подойти к работе непрофессионально, можно растравить так, что выскочит всё на теле и не убрать.

Что значит, что порчу надо жечь. На чём? Огонь, на котором жгут порчу, или иссушают — назывался крес, живой огонь. Порчу выкрещивают. Правильно не крещение, а кресение. Иначе говоря, сжигание порчи есть твоё воскресение, возвращение к новой жизни.

А что такое сжигание порчи? В вас примерно 70–80 % порчи от вашего естества, есть и такие, у кого более 100 %. Часть из этих болезней — это естественные болезни твоего тела. А сколько их привнесено извне? Почти все. Так что, не будь того влияния, которое мы называем порча, ты почти бы не болел. Трудно даже простудить тебя, если у тебя нет западков на тему ОРЗ.

Получается, что если мы хотим выздороветь, мы должны болезнь за болезнью убирать и получается, что возвращение к себе будет возвращение по болезням. Возвращение утраченного рая, борьба со временем есть борьба с болезнями. Если бы это были физические болезни, то у нас не было бы шансов, но это не совсем физические болезни. Большая часть из них лечится отнюдь не методами врачевания.

Было наработано много способов, способных очищать — это и вода и огонь…

Христианство пошло по пути очищения водой и старательно билось с огнём, а традиционная индоевропейская культура имеет совмещение… Что мы сейчас видим? В мире на протяжении десятков тысяч лет существуют обряды, связанные с понятием очищения. Принцип, который в них заложен, это движение вспять по истории, проходя по своим грехам, порчам, как даёт христианство, по одержимостям, или болезням, как можем говорить мы с вами, разматывая клубочек твоей судьбы назад, когда ничто не успело на тебя осесть.

Делается это по-разному. Можно это лечить, можно проходить обряды, погружающие тебя в утробу матери, когда ты рождаешься заново, а можно шаг за шагом снимать напластования за напластованием, пока ты не будешь знать всю свою историю, пока ты не осознаешь все свои болезни и тем самым не уберёшь их. Это не уберёт физические болезни. Это усилит сопротивляемость организма, который ослаблен психическими, психологическими болезнями и тем самым даст возможность побороть их, снять боль. Это уберёт все психосоматические болезни, которые на самом деле не имеют причины в теле, но заставляют страдать. Это болезни, которые вошли через уши.

Методы очищения разные. Есть метод, который вам рассказывали здесь, когда ты в беседе или же на бумаге осознанно возвращаешься к началу твоего заболевания и, поняв его причину, выпускаешь злого духа из себя. В начале он начинает говорить, а можно сказать, что ты, давая ему высказаться, тем самым заставляешь его назвать собственное имя, ибо имя и есть все слова, которые сейчас в тебе говорятся духом. Этот дух обязательно злой. Почему? Потому что в тот момент, когда он входил, человек, который его в тебя привнёс, был в каком-то состоянии, которое, записавшись в тебя, перестало быть истиной. Иначе говоря, ты живой, а дух, который в тебя вошёл, не есть дух жизни. Всё что не жизнь, для тебя есть смерть, есть зло. Эти духи злые, хотя внутри тебя, они могут говорить что-нибудь ласковое. Тебе надо учиться, а у тебя звучит: «Душенька, ну пожалей себя, ты так плох». И ты всю жизнь знаешь, что ты кошмарно болен. Ты просто знаешь, что ты болен. Сначала нужно снять общее знание, что ты болен.

Сказка Страшный Колдун.

Серов, июнь 1995.

….Сказка записана в Тамбовской губернии Алексеем Добровольским. Десятитомник «Русские народные сказки», ну и афанасьевский трехтомник, третий том, стр. 354. Называется она «Страшный колдун». О чем здесь рассказывается? Я буду по ходу комментировать, а вы должны понять, что основной рассказ здесь о структуре личности, о том, как личность содержит в себе все инородные включения — порча, одержимость и все прочее и, соответственно о том, как с этим бороться. Естественно, это иносказание, но попробуйте сквозь него увидеть образ того, кто рассказывает, т. е. скомороха или, иначе говоря, жреца культа плодородия, который рассказывает вроде бы сказку, да сказка ложь, но для умных намёк. Культура ушла в подполье после того, как христиантво начало жестко их преследовать, и рассказывать напрямую старые вещи, «кощунам», как их называли, было нельзя. И их начали рассказывать под видом сказок, скрывая настоящую информацию, да и нельзя давать настоящее знание дураку. Он может разрушить весь мир. И давалось иносказанием. …

"Отпустили солдата в отпуск. Он шел, шел и стал к своему селу приближаться. Не далеко от села жил мельник на мельнице. В былое время солдат водил с ним знакомство. Зашел. Мельник встретил его. Как погостил солдат у мельника и вовсе смеркалось. Собирается солдат идти на село. А хозяин:

— Ночуй у меня, а то уже поздно, и страшный колдун по ночам встает из могилы и ходит по селу.

— Нет, пойду.

Дорога шла мимо кладбища. Видит — горит огонек. «Что такое. Дай, — думает, — посмотрю».

Подходит. А там сидит старик, сапоги тачает.

Колдун взглянул на него и спрашивает:

— Ты сюда зачем?

— Да захотелось посмотреть, что ты делаешь.

Колдун забросил работу и завел солдата на свадьбу. Пришли они, начали их поить и угощать. Колдун гулял и осердился. Прогнал из избы всех гостей, усыпил повенчанных, вынул два пузырька, ранил пальцем руки жениха и невесты. Набрал их крови, и говорит солдату:

— Теперь пойдем отсюда.

Вот и пошли. На дороге солдат спрашивает:

— Скажи, для чего ты набрал в пузырьки крови?

— Для того чтоб жених с невестой померли. Завтра их никто не добудится. Только я один знаю, как их оживить.

— А как?

— Надо разрезать у жениха и невесты пяты и в те раны влить опять кровь. Каждому свою. В правом кармане у меня кровь жениха, в левом — невесты.".

Почему в пяты? Душа ушла в пятки. Для чего душа уходит в пятки? От страха. А почему туда? Куда вы в детстве бежите? Туда, где вы более всего защищены. Почему же пятка оказалась?

Начнем с начала. Пятка оказывается вещь не случайная, раз душа от страха бежит туда. Что такое «в пяту»? Двигаться в пяту. Назад. Вспять. Туда, откуда она приходит. Но если учесть, что ты бежишь к маме или к папе, а душа к Богу… Осталось только имя папы найти, с которым мы связаны через пятку.

Русская традиция это осознавала и, как видите, жизнь можно вернуть через пятку. Жизнь входит в этот проход. Вспоминайте стожары, огонь в ногах. Жар где? В крови же. И вот с кровью ему вливают что? А душа в виде чего воспринимается? Огонь.

"Солдат выслушал, а колдун все хвалится:

— Я что хочу, то и сделаю.

— Будто с тобой сладить нельзя?

— Как нельзя? Вот если бы кто набрал в костер сто возов осиновых дров, да сжег бы меня на том костре, может, и сладил бы со мной. Только сжечь меня надо умеючи. В то время полезут из него из моей утробы змеи, черви, полетят галки, вороны. Их надо ловить да в костер бросать. Если хоть один червяк уйдет, тогда ничего не поможет. В том червяке я и ускользну.

Солдат выслушал и запомнил. Говорили и дошли до могилы.

— Ну, брат, теперь я тебя разорву, а то ты все расскажешь.

— Ты что. Как меня рвать? Я Богу и государю служу.

Колдун заскрипел и бросился, а тот выхватил саблю и стал наотмашь бить".

Запомните. Колдуна, ведьму, оборотня бьют наотмашь, только наотмашь. И если она на тебя в виде свиньи под ноги подкатывается, надо ударить один раз и наотмашь. А помните, я читал вам, как справиться с колдуньей. Наотмашь ударить тележной осью.

"Дрались, дрались. «Эх, — думает солдат, — не за грош пропал». Тут запели петухи. Колдун упал бездыханный. Солдат вынул из кармана пузырьки и пошел к своим родичам.

Ему все рассказывали. Поговорили, легли спать. На утро солдат спрашивает:

— Была ли у вас свадьба?

— Была, да жених с невестой этой ночью померли, а от чего — неизвестно.

Он, не говоря ни слова, идет туда и застает все семейство в слезах.

— О чем горюете? Я могу оживить ваших родных. Чего дадите?

— Да хоть половину имения бери.

Солдат сделал, как учил колдун, и оживил молодых. Вместо плача началось веселье. Солдата угостили и напоили. Солдат оглядел все и раз к старосте. Приказал приготовить сто возов.

Привезли дрова на кладбище, свалили в кучу. Вытащили колдуна, положили на кучу и подожгли. А кругом народ обступил. Все с метлами да лопатами и кочергами. Костер облился пламенем.

Начал колдун гореть. Он лопнул, и оттуда полезли черви и разные гады. Мужики бьют, да в огонь бросают. Ни одному червяку не дали уйти. Так колдун и сгорел. Собрал солдат его пепел и развеял по ветру. И с тех пор стала на селе тишина".

Заметьте. Собрались и бьют. Как бьют? Всем миром. Вот это то, что делаем мы с вами. Справиться с этой напастью одному человеку в принципе не под силу. Без своих, без общины. И второе, биться надо до конца. Если ты начал и по середине бросил, то на всю жизнь сам себя предашь. Ты это будешь чувствовать. Даже если кто-то хоть раз пробовал и это получилось, он знает, что, прекратив работу над собой, он себя предаёт.

Понятие Порчи по этнографическим материалам.

Лекция А. Андреева на семинаре в г. Удомля, октябрь 1994.

… этнографический сбор. По сути этнографическая редкость, это сделано в Петербурге в 27 году. Некая Никитина делает доклад на каком-то из съездов Музея Антропологии и Этнографии, который так и называется “ К вопросу о русских колдунах”, Сборник Музея Антропологии и Этнографии, Ленинград, 1928, том 7.

Очень мало хороших этнографических сборов по колдовству. Это хороший сборник. Она обобщает не только свои сборы, но и сборы студентов.

Я взял из него только часть, связанную с порчей.

“Самым распространенным и важным действием колдунов является насылание порчи, вреда, иначе говоря. Колдун может портить людей, животных и неодушевленные предметы. Он насылает порчу одним своим взглядом, прикосновением, через слово, через произнесение особых магических формул”.

… нет проблем вырубить любого из вас, достаточно применить эффект неопределенности. Например:

— Что это с тобой сегодня? Что это ты такая? Ты как себя чувствуешь? Нет, ты не обращай внимания. Я просто так спросил, как ты себя чувствуешь? Ты знаешь, ты сегодня мне очень нравишься. Ты сегодня впервые в контроле и розовенькая, что хорошо. Так что, ты держись.

Все, что я спрашивал, это демонстрировал способы, как растравить западки. А на самом деле ты мне сегодня очень нравишься. Ты не обращай внимания, что я именно тебя спросил.

Вы почувствовали, как вас часто водят этими штуками. Если не ведут, то вы сами начинаете искать, а что это во мне. По принципу: “А что это у тебя нитка на самом красивом месте? Где?” Вы же знаете, где искать. Достаточно эффект неопределенности применить, и ты уже знаешь, где у тебя недостаток. Ведьмачество произошло, ты уже вышиблен.

Когда я вам читаю сейчас про порчу, вы должны иметь в виду, что исторической науке ничего не известно о колдуне, потому что наука живет по тому принципу, который мы с вами в летописях разбирали: летопись не описывает жизнь, она описывает патологию жизни.

«И пошел князь такой-то и подчинил ятвягов …. И пошел князь такой-то, и согнал толпы народа, и построил Петербург на костях…». Летопись рассказывает об отклонениях от нормы. А в остальное время запись такая: “И бысть тишина…” “В лето такое-то бысть тишина”. Вот “бысть тишина” и есть настоящая жизнь. Но ее не распишешь.

Что расписывать? Летописец не знает, что расписывать, он живет в этом.

……

Даже когда вы читаете самых лучших наших историков типа Ключевского, Соловьева, помните, что это летопись патологий. И все записи про колдуна, когда вы читаете — это летопись патологий. А настоящее осталось за этим, потому что отмечали, записывали, рассказывали патологические проявления. Вот этот — страшный, его запомнили, он не так себя вел. Остальные были растворены. Их даже часто не считали колдунами. И когда вы читаете, что он насылает порчу одним своим взглядом, прикосновением, словом, через произнесение особых магических формул или свершение магических действий, видьте и противоположный знак. То, что я делал здесь. Он снимает порчу одним своим взглядом, словом, прикосновением, через произнесение особых магических формул или свершение магических действий. Можно растравить западок этим же, можно убрать.

Но даже попыткой вылечить ты можешь растравить, попыткой помочь ты можешь растравить. Надо очень точно владеть школой, чтобы помогать, целить, а не лечить, продавать себя выгоднее.

“Особые магические формулы, наговоры над предметами, к которым прикасалась жертва. Чаще над пищей или одеждой. Иногда он для этого приготавливает специальные снадобья. Состав их разнообразен. В него обычно входят чудодейственные травы, сорванные колдуном в определенные дни, например, на Ивана Купала, некоторые органы человека и животного: легкое, язык, мясо змеи, лягушки и т. п.”.

“Очень распространена порча через приемы симпатической магии. Например, вынимают след, то есть отпечаток ноги жертвы и подвешивают в мешочке в чело печи, в трубе замазывают глиной волосы, иногда кладут след под матицу потолка. По мере высыхания земли должен сохнуть и человек. Рыльский и Новосельский уезды”.

“Чтобы испортить человека насмерть, стараются добыть его волосы. Кладут их в воск или глину, лепят подобие человеческой фигуры, эту фигуру кладут в гробик, закапывают в землю и заваливают камнем. Тот человек, чьи волосы положены в закопанную фигуру должен скоро умереть”.

Здесь не совсем понятно, то ли он должен скоро умереть — и закапывают волосы, то ли наоборот волосы закапывают — и он должен скоро умереть.

“Волосы можно заменить частью одежды, землею со следа. Иногда лепят фигуру без всего этого, но тогда ее нужно окстить, то есть назвать именем того человека, которого чаруют насмерть”.

Теперь давайте разберемся. Мы читаем текст, и текст искажен. Вы чувствуете, за этим что-то скрывается, механика…

Помните, как я говорил, что бабка три раза головешкой обвела вокруг роженицы, и она родила без боли, даже ребенок не кричал, и понесла к печи. Ее тут же схватили, волосы обрезали, объявили ведьмой. … Она смогла сделать так, чтобы женщина родила безболезненно. Значит, они владели способами родовспоможения, способами рожать безболезненно.

Мы всегда можем с вами найти победу в том, что кажется поражением.

“Иногда лепят фигуру без всего этого, но тогда надо окстить, то есть назвать именем”.

Но смотрите, что он делает.

Я только вчера объяснял вам понятие идола, капь, которая делается для того чтобы окончательно вылечить. Мы читаем строго наоборот. Здесь чтобы убить, а мы берем, чтобы вылечить окончательно, чтобы ничего не осталось, дочиста, насмерть убрать это. Что надо сделать? Надо или создать фигуру, вылепить ее, или в любом случае дать имя тому духу, которым одержим больной. Я сейчас не буду излагать вам теорию творения западка как мира, когда Жива подсасывает любой дух, который нужен, чтобы мир существовал, чтобы он не распался. Потом еще на кресении поговорим подробнее об этом. Суть нашей работы на кресении — дать имя духу, которым ты одержим, тогда он окончательно уходит. На обычном кресении нет смысла делать куколку, достаточно дать имя духу и он уйдет.

“Крестьянка Порховского уезда, Семенова рассказывала мне, что колдун посадил в рукав армяка ее зятя порчу в виде человеческой фигуры, сделанной из бумаги, насаженной на палочку”.

“Можно послать порчу по ветру”.

“Порче подвержены главным образом женщины и девушки”.

Заметьте, что они преимущественно были подвержены и кликушеству, мужики кликушеством не занимались, не кликали, не падали по папертям. Здесь очень важно, поинтересуйтесь для себя темой истерии. Вы боитесь ее трогать, потому что подумают, что ты про себя подозреваешь, что ты истеричка. Примите сразу. Ну, подумаешь, ну истеричка. Истеричка. Нормально изучайте эту тему. Тему истерии вы должны изучать, потому что кликушества неоднократно связывалась психиатрами с понятием истерии. Точно также порчу мы должны рассматривать с вами с точки зрения истероидных проявлений. Мы сейчас вернемся к этому подробнее.

“Порча входит в человека внезапно”.

“Одному крестьянину порча влетела в рот как муха. После чего он два года лаял и мяукал. Крестьянка Морозова 22 лет из Михалкина Майдана рассказывала мне, как она возвращалась 9 лет назад от колдуна Бестыжего, к которому она заходила по хозяйственным делам. Они поссорились. Идет по полю, вдруг чувствует — в нее что-то вошло. Она ослабла вся, села тут же у дороги и не может двинуться дальше. Проходившая мимо соседка отвела ее домой”.

“Место пребывания порчи внутри человека большей частью горло, желудок”.

“В одном человеке могут быть одновременно две разные порчи. В человеке порча растет, развивается. Временами она рассказывает человеческим голосом, кто и как ее наслал”.

Это в Лукояновском, Порховском уезде под Ленинградом.

“Наславшего называют отцом или матерью. Выявляется порча в виде болезни, от которой человек теряет работоспособность, и может умереть. Это часто периодические припадки вроде эпилепсии, которые случаются при упоминании в разговоре в присутствии порченного некоторых животных, например, раков, мышей, или при приближении к нему предметов сакраментального значения, икон, причастия. Народ часто считает порчу нечистым духом, посланным человеком. Очень распространено представление о порче как о животном, зародившемся в человеке. Знахарки дают больному рвотные средства, и таким образом якобы извлекают порчу наружу. В материалах Томского архива описан следующий случай. В 1920 году у мещанки Пырсиковой вышла в рвоте с кровью лягушка средней величины, полосатая, желто-серого цвета. Пырсикова предположила, что ее испортила невестка. Извлеченную порчу надо сжечь”.

Здесь текст идет по кресению, чувствуете? Местопребывание порчи внутри человека большей частью горло и желудок. Мы начинаем с горла, входим сюда, и в желудок.

Но давайте исходить из того, кто были эти колдуны, которые занимались порчей и лечением порчи. Это те недоучки, которые недополучили. Они знают, что идет такая работа, но кресения, может быть, не видели ни разу. Они только слышали, про то, как идет такая работа, какая структура человека. И они знают только первый уровень — горло, желудок. … Про живот и голову они уже не говорят. Но в других местах можно встретить, что и в голове бывает порча.

“Временами она рассказывает человеческим голосом, кто и как ее наслал”.

Вы неоднократно наблюдали, как она рассказывает человеческим голосом, кто и как ее наслал. Но вы пока еще не достаточно очистили свое восприятие. Когда вы достаточно очистите, вы начнете слышать, что он сейчас говорит не своим голосом. Некоторые уже замечали, да? Что в момент, когда он рассказывает от лица кого-то, когда слова пошли, и голос меняется. Не человек, который сейчас здесь сидит, рассказывает, а тот, кто сквозь него рассказывает, реальный дух. На кресении мы это подробнее с вами посмотрим.

“Наславшего называют отцом или матерью”.

Опять искажение. Того, кто вычищает, называют кресным отцом или кресной матерью. Это же кресение, кресный, кресная и кресник.

“Выявляется порча в виде болезни, от которой человек теряет работоспособность и может умереть. Это часто периодические припадки вроде эпилепсии, которые случаются при упоминании в разговоре в присутствии порченного некоторых животных, например, раков, мышей, или предметов сакраментального значения…”.

Вроде эпилепсии, псевдоэпилепсии. Это то же самое, что истероидные проявления. Что такое псевдоэпилепсия? Органических изменений мозга, которые характерны для эпилепсии, нет, а человек падает, бьется в припадках. То же самое, что кликушество.

Мы вроде бы выходим на истероидные проявления, а на самом деле мы выходим на проклятия, на порчу, на духа, который вселился. Этот дух вроде как фотографический слепок, магнитофонная запись с разговора, который произошел тогда, когда было замутнение сознания, когда входил в тебя этот западок. Но теперь он живет своей собственной жизнью. Он говорит себя, как магнитофонная пленка. И тем самым он заставляет тебя вести себя так. Ты слышишь у себя что-то в голове, ты воспринимаешь это как свою мысль.

Когда у тебя есть желание, ты есть это желание, когда у тебя есть эта мысль, ты есть эта мысль. Когда есть слово, которое звучит сквозь твою голову, ты считаешь, что это ты звучишь, и, безусловно, этим становишься. Имя этого духа не только эти слова, но и звуки, что рядом, и тактильные ощущения, и запахи. Все это тобой управляет…

“При упоминании в разговоре в присутствии порченого некоторых животных, например, раков, мышей…”.

Представьте себе беременную женщину, при которой мышь проскочила, рака принесли, или еще гусеницу какую-нибудь посадили. Чаще всего это входит в утробе. И чаще всего мать носит этот псевдодух. Чаще всего мать и плюс кто-нибудь другой. Беременная женщина да еще сама с такими же западками. И при ней все эти животные…

“Народ часто считает порчу нечистым духом”.

Так реально и есть это дух, только нечистый, это псевдожизнь. Есть живой дух, чистый дух, божественный, и есть нечистый дух, псевдодух. Но они стремятся к полной форме жизни. Мы будем это потом подробнее разбирать.

“Очень распространено представление о порче как о животном, зародившемся в человеке”.

Живая, живой, как животное без души. Помните мы разбирали понятие три души. С Живой тело будет живым, но человека не будет, пока не войдет душа. При этом Жива объединяет нас с миром животных по сути, то есть тело с Живой — животное. Душа же всегда имеет в себе грани народа, Родины. Дух же не имеет уже национальности, он целиком в Боге. Душа без народа, без культуры не существует. Мы будем еще это разбирать.

“Знахарки дают больному рвотное средство и таким образом якобы извлекают порчу наружу”.

Вспоминайте теперь современные психотерапевтические методы. Заставить человека прокричаться, найти какую-нибудь ямку в земле, в нее покричать.

И дальше.

“Извлеченную порчу надо сжечь.”.

Что такое кресение — на крес, на огонь выносить. А что мы делаем? Извлеченную порчу сжигаем.

“Из одного человека в другого порча сама не переходит. Поэтому для окружающих порченные не опасны. Но вылечиваются от порчи редко.”.

А то, что не переходит, это не совсем точно. Не переходит явно в сознание, но если ты сам ушел в замутнение сознания, порча вполне может перейти. Это для вас, как для профессионалов, должно быть ясно, что порча переходит при замутнении сознания. При ясном сознании ты сколько угодно можешь рассказывать о порче и быть в ней внутри, это безопасно.

Тут еще дальше идет, что надо при порче животных делать.

“При порче животных колдун употребляет приемы, основанные на тех же принципах, что и при порче людей. Чтобы вызвать падеж и болезнь скота выбрасывают хлеб в шарике, сваленном из шерсти сдохших животных, собачьей, кошачьей, овечьей. Сообщил крестьянин Лукоянского уезда Каратаев.”.

“Закапывают во дворе шкуры и кости палой скотины. Арзамасский уезд”. “Особым образом метят скот. Чтобы отнять у коров молоко ударяют их на утренней заре наговоренной веревкой. Колдун посылает порчу и на неодушевленные предметы: поля, леса, мельницы, пасеки и т. д.”.

Точно увидели творящего обряд колдуна, который посылает обряд на поля, мельницы, леса, пасеки. Заметьте, это как раз те сферы деятельности, которые преимущественно обрабатываются колдунами: пасечником, мельником, лесником и крестьянином. Вспомните по поводу крестьянского труда, что все обряды плодородия направлены на то, чтобы хлеб родился. Это основное место применения колдовства. Все обряды календарного цикла направлены на то, чтобы земля родила. И плюс колдовские места — лес, пасека, мельница. Куда он посылает? Себе на мельницу! Колдун живет на мельнице.

Восточные славяне до сих пор признают возможность порчи хлеба в поле через заломы во ржи. Понятие залом (как с хлебом) употребляется в работе следующего этапа. Если в теле мы обнаруживаем западки, то заломы — это наброды ума, которые так заплелись, что делают тебя управляемым и заставляют нерационально поступать.

“Белорусы говорят, что колдун может наслать на пчелиный рой медведей и причинить им вред”.

“Сотрудники Института истории искусств летом 1926 были В Павелецком уезде у колдуна Титова, который славится в целом округе тем, что взглядом может остановить мельницу на полном ходу. Сообщила Астахова”.

“Колдун может наслать порчу на лес, и он засохнет”.

Вы поняли, что это немного из другой «оперы», что это не порча, это работа накатом, которую мы уже начали.

Надеюсь, вы поняли, что в этнографическом материале, если вы имеете ключ, найдется колоссальный материал для учебы. Вы помните, что в русской традиции то, что делает колдун, по воздействию сопоставимо с действием грибного, плодотворящего дождя.

Писанка.

Сразу определим нафига это, собственно, нужно? Писанку пишут для того, чтобы, во-первых, слить негатив (вместо того, чтобы сливать его на родных и друзей, рассказывая про свои проблемы). И, во вторых, для того, чтобы разобраться с некоторыми напряженностями из прошлого.

Берем лист бумаги (ну или тетрадь потолще, если накипело)).

В верхнем правом углу пишем ФИО, сегодняшнюю дату и сейчашнее местонахождение.

Ниже чертим дугу от правого верхнего угла (но ниже того места, где ФИОдатаместо), до левого нижнего. Прогиб дуги стремится к левому верхнему углу.

Под дугой пишем слово «слив».

Далее пишем всё, что накипело, не стесняясь в выражениях, до полного опустошения! Бумага всё стерпит).

Теперь закрываем слив такой-же дугой из правого верхнего в левый нижний, но уже выгнутой в правый нижний угол.

Далее открываем следующее пространство новой дугой с прогибом в левый верхний.

Под дугой пишем слово «самокат».

А теперь нужно заставить себя совершенно спокойно, без эмоций и матерных слов написать всё, что было написано в сливе. Главное начать писать, а дальше пишем как пишется, без остановки! Если где-то затык, то рисуем каракули, вернее пусть как бы рука сама рисует (сама катит).

Если где-то произошел затык — первое и последнее слово подчеркиваем. Это ключи.

А ещё могут быть места, где подчерк отличается. Это тоже ключи!

После того, как писать больше не хочется, пишем такую фразу:

"На этом писанку писать заканчиваю".

Рисуем закрывающую дугу.

В правом нижнем углу, под дугой, пишем ФИО, сегодняшнюю дату и сейчашнее местонахождение.

Проверяем соответствует ли эта надпись той, которая была написана в правом верхнем углу. Если нет — аккуратненько прочитываем события в писанке в обратном порядке и ищем где потерялась.

Ключи выписать отдельно.

Писанку сжечь.

Ключи надо разбирать. Можно писать про каждый ключ свою писанку (самокатную), можно рамочкой/маятником, можно гипнозом, можно просто погружением… Главное вспомнить откуда у ключа ноги растут! А там просто представляешь ситуацию в благоприятной тебе (и всем остальным) свете!

Я тут девушке одной объяснял как писанку писать, так всю ночь потом во сне её писал и со своим прошлым разбирался:)).

А еще много об этом тут написано:

Http://www.dao-nagual.net/index.php?option=com_content&task=view&id=221&Itemid=5.

Http://slavs.org.ua/lyubki-russkaya-narodnaya-borba.

Чей то комментарий:(Далее пишем 16 ключей в столбик.

На каждую пару слева быстро придумываем ассоциацию — их получится 8. Потом на каждую пару ассоциаций пишем еще ассоциацию — их будет 4. потом 2. 1 — результат превзойдет все ожидания!).

О смерти и погребении.

Путь к новому всегда лежит через смерть отжившего. Путь к жизни извечно лежит через смерть, путь к свету — через тьму. Не всякому дано постичь сие… Многие ценят свою собственную жизнь выше жизни своего рода. С одной стороны оно и понятно — каждый человек есть продолжатель своего рода, род людьми и держится. Но с другой, когда опасность и война грозит всему твоему роду, жизнь отдельного его представителя теряет всякий смысл.

Иным мир кажется совсем простым — когда день означает “безусловное добро”, а ночь отожествляется с “абсолютным злом”. Но без ночи не наступил бы и день, без зимы не наступило бы лето. Так смерть — естественный цикл коловращения, закон природы, который человеку не нарушить, ибо жизнь и смерть — две стороны одной, Вселенской, “медали”.

По русскому обычаю в случае мучительной смерти человека над смертным одром просверливали дыры в потолке или стерне, поднимали балку матицы или “ломали” конек избы, то есть снимали его с крыши. Позднее стали снимать одну из досок потолка. Делалось это с тем, что бы “пропустить душу” умирающего, ибо дела земные не давали ей покинуть тело. До сих пор в деревнях так “освобождают” знахарей и колдунов — они за свою жизнь они приняли на себя много хворей и забот других людей, которым оказывали помощь либо наоборот насылали порчу.

Для того что бы “пропустить душу” так же как и про родах, в доме отворяли все двери и окна, снимали задвижку с печной трубы, расстегивали одежду и развязывали узлы поясов. Вымытого и одетого по обычаю усопшего клали на скамью ногами к входной двери.

После смерти покойного начинали оплакивать. В родноверии (язычестве) воплощением этого плача, печали и скорби были Карна (Кручина) и Желя (Журба) — две вечно печальные сестры, спутницы богини судеб — Макоши. Имя личное Карна происходит от слова “карите” — оплакивать. Желя связанна со словами “жалость”, “сожаление”.

Сестры эти — вековечные плакальщицы, божества похоронного обряда, при этом Карна — олицетворение печали, Желя — беспредельного страдания. Карна издает громкие траурные стенания-вой, Желя же — тихое рыдание (не случайно в древности один из типов могильников-кладбищ называли жальниками). В “Слове о полку Игореве” говорится: “За ними кликну Карна и Жля, поскочи по Русской земле”.

Во времена родноверия (язычества) у славян бытовал обряд трупосожжения на костре (кремация). Покойного иногда в салазках, иногда в лодке либо в ладье клали на краду (погребальный костер, дрова которого были выложены срубом).

Почему умершего клали в ладью? Согласно верованиям путь умершего пролегал через некую водную преграду (так же символ очищения), в фольклоре известную как река Смородина. Река эта разделяет мир живых и мертвых, мир Яви и Нави, без преодоления ее невозможно попасть на “ту сторону” и дух человека вынужден будет вечно блуждать среди людей. Иное понимание этой реки — небесный Млечный Путь, фольклорное Беловодье, дорога в Ирий. Не случайно даже князя Владимира Крестителя, не смея нарушить древний обычай, повезли хоронить летом на санях-салазках. В Древней Руси, средь бескрайних и непроходимых лесов, реки играли роль путей сообщения — летом по ним плавали в ладьях, а зимой ездили по льду на санях.

После прогорания крады остатки костра и прах усопшего собирали в горшок или в урну. Чаще всего его переносили на новое место, где над прахом насыпали курган. В земле вятичей бытовал обычай ставить горшок в специальном срубе — домовине — “на путях”, то есть на перекрестах дорог. От образа этих домовин, поставленных на столбах, и пошла избушка богини смерти — бабы Яги, которая, как известно, стоит в на опушке (либо поляне в лесу) на “курьих ногах”.

Обряд похорон продолжался стравой: пиром-поминками. Особым обрядом поминовения павших за род в бою воев была тризна. Обряд этот включал в себя состязания в честь умершего, боевые игры, ратания и поминальные пиршества на которых часть народа оплакивала смерть человека, а другая часть веселилась продолжению жизни рода. До сих пор в честь умершего воина салютует из стрелкового оружия, провожая его в последний путь. Тризна провозглашала торжество жизненных начал над смертью. В “Повести временных лет” упоминается, что в IX веке тризна входила в похоронный обряд вятичей в виде конных состязаний. До сих пор на поминках существует традиция обильного угощения — один из сохранившихся языческих обрядов.

И по сей день на поминках едят кутью — поминальную кашу, и блины — символ коловращения жизни и смерти, а на кладбищах-жальниках оставляют венки как символ требы.

Длился обряд тризны три дня и совершался обычно на кургане покойного либо в близи него. По завершении на кургане оставлялась треба теперь уже ушедшему предку. Курган досыпался вторично, скрывая таким образом в себе остатки поминальной трапезы. Иногда на его вершине ставился чур в память о покойном.

После похорон надо первым делом коснутся очага или печи. Этим человек очищается от прикосновения смерти.

Почему же славяне сжигали своих усопших по обряду кремации? Извечно Огонь Сварожич был у славян посредником меж людьми и богами. Он являет силу богов небесных на земле. Он оберегает и очищает от всякой нечисти. Не случайно все требы небесным богам совершались на огне. Доверить тело усопшего огню — значит обеспечить его прямую дорогу в мир предков.

В источниках есть рассказ о том как русич в разговоре с заморскими купцами насмехался над обрядом ингумации (трупоположения): “ваши, мол, предки лежат в земле, где их поедают черви, а мы своих предков отправляем прямо к богам”. Правду в народе говорят: для кого земля не станет Матерью, для того она будет могилой.

Владимир “Варвар”.