Лидер как мастер единоборства (введение в психологию демократии).

РУКОВОДСТВО ПО ПСИХОТЕРАПИИ ЗЕМЛИ (О книге А. Минделла).

Земля больна. Она больна физически: с высоты космического полета отчетливо видны ее экологические язвы и озонные дыры — следствие неутомимой производственной деятельности человечества, этого мощного геологического (по определению В. Вернадского) фактора. Но если бы космонавты могли видеть психологический спектр планетарного организма, то их ужаснула бы аура Земли, пронизанная сполохами зловеще красного цвета всех оттенков—пожаров ненависти и крови массовых убийств, морей горя и рек слез, пролитых слабыми и беззащитными. Таков диагностический спектр болезни, название которой — война всех против всех, и всех вместе против Земли. И она содрогается в буквальном и в переносном смысле. Поражает совпадение крупнейших землетрясений и обширных этнических конфликтов. Достаточно привести примеры Югославии и Нагорного Карабаха. По всем законам функционирования сложных систем Земля, видимо, тоже саморегулируется, как бы «поправляя» блудное свое дитя. Но и «дитя», наверное, должно прислушиваться к этим предостережениям, пока не стало еще больнее.

Экологическое движение—одна из таких разумных реакций. Оно завоевывает все больший авторитет, растет число его сторонников, ширится и крепнет «зеленый» фронт, множится литература. При этом на второй план отходит не менее важная сторона исторического процесса— психологическая, или точнее—психо-экологическая, психологический тонус той самой ноосферы, о которой говорил В. Вернадский, считая «разумную оболочку» Земли естественно-историческим продолжением геосферы и биосферы.

Книг по психологии ноосферы чрезвычайно мало. Особняком в их ряду выделяется фундаментальный труд Тейяра де Шардена «Феномен человека» Многое можно почерпнуть из работ таких русских религиозных философов как, например, В. Соловьев. Однако, эти работы, давая общие ориентиры, не отвечают на самый важный и неотложный сейчас вопрос: что и как делать практически. Таким руководством к действию и является книга А. Минделла «Лидер как мастер единоборства».

Задача, которую он поставил перед собой много лет назад, грандиозна и благородна—помочь людям вылечиться самим и исцелить Землю от ЬеПит отшит с помощью богатого арсенала средств, накопленных человечеством: от ритуальных культовых приемов древности до новейшей техники современной психотерапии. «Мыслить глобально, действовать локально!»—таков девиз книги. Она призвана помочь в конкретным людям и социальным группам мирно, демократически и конструктивно разрешать конфликты, улучшая тем самым психоэкологию, сдвигать психологический спектр в лучшую сторону—зеленого (цвета жизни) и желтого (цвета Солнца).

Поскольку конфликты всех разновидностей—политические, экономические, классовые, этнические, межличностные и межгрупповые—неотъемлемая черта человечества на обозримое будущее, то сфера практического применения идей А. Манделла поистине не имеет границ. Но кто же он, автор рецензируемой со столь откровенной симпатией книги? Очередной спаситель, пророк, гуру? Тот же Чумак, только чужой?

Арнольд Минделл родился в Нью-Йорке в 1940 году. По первой своей специальности—физик-теоретик. По второй, и основной, специальности—психолог, психотерапевт. С 1963 года живет преимущественно в Швейцарии, где возглавляет основанный им Институт глобальных процессов с филиалом в США (г. Портленд, Орегон) и одновременно является ведушим сотрудником Института Юнга. Это его восьмая книга. Семь предыдущих «Сноявь», «Методы снояви», «Путь реки», «Сноявь во взаимоотношениях», «Тени города», «Кома—путь к пробуждению», «Год первый») выходили в крупнейших издательствах мира и принесли ему мировую известность Огромной популярностью пользуются проводимые им семинары, где психотерапевты, психологи в другие специалисты по психологии человеческих отношений обучаются технике разрешения всевозможных конфликтов в повседневных ситуациях В одном из таких семинаров мне пришлось участвовать. Поэтому, читая эту новую книгу А. Минделла, было нетрудно представить себе, как этот исключительно энергичный и подвижный человек, сохранивший в свои 50 лет спонтанность и непосредственность детского поведения, мастерски демонстрирует принципы восточных единоборств при разрешении конфликтов.

Итак, это—не пророк и не очередной чудодей. А. Минделл—гражданин Земли, озабоченный ее, своей и нашими судьбами. Огромная эрудиция в различных областях знания философии, религии мифологии, физике, психологии, если называть лишь важнейшие науки, четверть века практического консультирования послужили фундаментом для весьма необычайной теоретической конструкции, которая, несмотря на свою экстраординарность, привлекает как эффективная практическая система правил Именно зто сочетание необычности и практичности побуждает сделать пояснения, часть из которых соответственно касается теории, а другая—возможностей практического применения в условиях нашей современной жизни.

Теоретическая схема А. Минделла, если говорить о ней в общих чертах, такова. Древние мыслители как коллективно, так и индивидуаль но, не случайно сравнивали Землю с огромным живым человекоподобным существом—а нтропосом. Земля и является живым организмом Все сущее на ней—ее клетки.[1] Так же как отдельная клетка обладает полями различной степени сложности, например, электромагнитным полем, так и вся наша планета пронизана ими.

Природа многих из них еще непонятна. До сих пор остается загадкой природа гравитационного поля—силы земного притяжения, хотя в ее наличии, и притом весьма действенном, никто не сомневается. По аналогии о таким полем, полагает А. Минделл, существует и особое поле — глобальное или универсальное психологическое поле. В концепциях различных мыслителей оно фигурирует как «ноосфера» от греческих слов «разум и «шар>), «душа Земли> и т. п. А. Минделл определяет его термином йгеатЬоду. Точный перевод на русский язык здесь невозможен по той простой причине, что и в английском это термин новый, будучи авторским изобретением А. Минделла. Он состоит из двух слов—йгеат— сон, мечта, грезы и Ъойу—тело, плоть. По-русски наиболее близким значением, столь же самостоятельным, было бы о и о я в ь, т. е. то, что можно «приснить», воплотить в жизнь (сон во плоти), то, что может сбыться (сон наяву). Речь в данном случае идет, однако, не только о хорошо известных идеях и явлениях, исследованных, например, 3. Фрейдом, или исследованиями психосоматики, т. е. взаимного влияния психологических и физиологических процессов. В своей практике А. Минделл обнаружил, что когда ом работает с проблемами пациента, то эта работа начинает проявляться в содержании и форме снов как у пациента, так и у терапевта.

Точно так же все то, что происходит на Земле, о одной стороны, фиксируется в ее снах, ее «енояви>, с другой—сноявь воплощается в конкретной деятельности людей, их грезах, мечтах, которые, в свою очередь, становятся явью и т. д. и т. п.[2]

Сноявь Земли, ее сон и грезы—феномен, не имеющий физической природы. Она существует вне времени и пространства. Она проявляется, «снит себя», в наших снах и поступках. Но это не значит, что человек, группа людей и тем более человечество бессильны перед глобальной или универсальной сноявью.

Первый шаг к обратному влиянию—осознание этого всемирного процесса, которое заложено в нашей способности к самоанализу, способность осознать сознаваемое, знать, что мы знаем. При этом мы должны также отдавать себе отчет в том, что любая наша мысль, побуждение, чувство, не проходит бесследно, а вплетается в общий причудливый узор глобальной онояви, и пусть микроскопически, но действует на нее. Так ли уж «научно-фантастична» эта схема? Но что представляет из себя глобальная сеть телекоммуникаций, как не гигантскую сеть, которая являет нам в форме «целлулоидных снов» (кино и телевидение) все, что снится Земле через сны их творцов? А если вспомнить, что сейчас в США 85 % всего трудоспособного населения занято в высококомпью-теризованной сфере производства информации? А если напомнить о таком феномене как компьютерный вирус, который мгновенно может исказить «соя» огромной системы? Вот и получается, что идеи А. Минделла не столь уж и далеки от реальности.

Фундаментальная идея А. Минделла заключается в том, что можно было бы назвать призывом: честно, смело и беспощадно, не оставляя ничего в темных уголках психики, взглянуть в свои собственные чувства и переживания, заставить себя распознать, отличить свои подлинные переживания от стандартных, «стереотипных», «принятых» и т. п. реакций.

Именно с этого момента начинается работа с глобальным процессом, всем, что происходит на Земле. Однако, вполне очевидно, что такая работа требует особой подготовки и не каждый человек сразу может принять в ней участие. Он требует и подготовки, и знаний, и навыков.

Книга А. Минделла обращена к тем людям, которые своей судьбой призваны выполнить историческую задачу—если и не исцелить человечество от Ье11ит оттит, то хотя бы облегчить его страдания, сбить «глобальную температуру». Она обращена к политическим деятелям как формальным, так и неформальным, конфликтологам, специалистам по ведению переговоров, адвокатам и учителям—к людям, которые работают с людьми и их конфликтами.

На протяжении десятилетий А. Минделл неутомимо и кропотливо работает, странствуя по всему миру, и терпеливо, убежденно действует, чтобы вызвать, наконец, эффект «сотой обезьяны».[3] Он полагает, что как только в мире появится достаточное количество людей, которые будут целенаправленно влиять на глобальный психологический тонус Земли, в один прекрасный день настанет поворот к лучшему. Это не означает, что усилия А. Минделла ограничиваются просветительством. Он, как уже говорилось, готовит людей, способных работать с глобальными процессами. И здесь необходимо подчеркнуть следующее.

Даже если эта теоретическая схема не имеет пока достаточно надежных фактических доказательств, то, так же как в случае с явлением гравитации, не лучше ли просто считаться с ней, вместо того, чтобы доказывать, что «этого не может быть, потому что этого не может быть никогда». Для этого схема должна быть эффективной практически. И опять же, ссылаясь иа личный опыт, могу сказать, что метод А. Минделла отвечает этому критерию. В первую очередь, потому, что он вобрал в себя лучшее из практики разрешения конфликтов. Но в дополнение к этому, в отличие от многих распространенных техник, в основном западного происхождения, использует достижения восточной философии, которая практически воплощается в принципах восточного единоборства.

Эти принципы еще недостаточно хорошо известны нашему читателю, несмотря на все обилие видеопродукции, посвященной боевым искусствам, которая, кстати говоря, именно в своей этической основе не имеет ничего общего с подлинной этикой восточного единоборства. Поэтому вначале коротко о них.

— Черное и белое—лишь названия полярностей; они хотя и разные, но равны.

— Победить противника можно, лишь поняв его, а понять можно, только полюбив.

— Жизнь—самый великий учитель. Учит все: и горе, и радость. Абсолютно из всего можно извлечь полезный урок для саморазвития.

— Нельзя сопротивляться естественному потоку жизни и Дао—великому естественному ходу событий.

— Истина везде: если ты не можешь найти ее там, где ты стоишь, почему ты думаешь, что найдешь ее там, где тебя нет?

— Нельзя поучать, можно только показывать, как надо поступать.

— Настоящий учитель может научиться и у ученика.

Этот перечень можно было бы и продолжать, но и перечисленного достаточно, чтобы вызвать некоторые размышления над нашей действительностью с точки зрений их применимости и обоснованности в иной культуре.

Мы, видим, что, победив политического противника и ненавидя его, можно в полном смысле слова занять его место, так же вызывая ненависть. Меняется цвет стороны, но не меняется суть.

Мы по-прежнему пытаемся учить жизнь вместо того, чтобы учиться у нее, создавая новые красивые схемы вместо того чтобы дать проявиться естественному ходу событий.

Правители по-прежнему пытаются учить так называемое «население», ничему не учась у него.

Мы по-прежнему увеличиваем объем ненависти, поляризуемся, раскалываемся на все более мелкие куски и кусочки, вместо того, чтобы искать то общее, что нао соединяет, мы горделиво выпячиваем то, что нас разъединяет.

И в итоге—как всегда: главный урок истории в том, что люди из истории не извлекают никаких уроков.

Глядя на наши повседневные будни и экраны телевизоров, нельзя не поразиться пророческим словам Достоевского. Вот как он описывает нашу сноявь через сон Раскольникова в «Преступлении и наказании»:

«Появились какие-то новые трихины, существа микроскопические, вселявшиеся в тела людей. Но эти существа были духи, одаренные умом и волей. Люди, принявшие их в себя, становились тотчас бесноватыми и сумасшедшими. Но никогда, никогда люди не считали себя так умными и непоколебимыми в истине, как считали зараженные. Никогда не считали непоколебимее своих приговоров, своих научных выводов, своих нравственных убеждений и верований. Целые селения, целые города и народы заражались и сумасшествовали. Все были в тревоге и не понимали друг друга, всякий думал, что в нем одном и заключается истина, и мучился, глядя на других, бил себя в грудь и ломал себе руки».[4]

Пытаться объяснить психологические явления из них самих—занятие бесперспективное. В этом случае можно получить лишь один, весьма банальный вывод: так всегда было и так всегда будет, поскольку вечно деление на «мы» и «они», на «своих» и «чужих» по принципу принадлежности к расе, этносу, племени, роду. К тому же история насыщена фактами, свидетельствующими не только о конфликтности и противостоянии социальных общностей, но и об их сотрудничестве. Барьеры исчезали, как только появлялись общий враг, общее дело, общая цель А это значит, что, помимо биологических, существуют еще какие-то более фундаментальные закономерности развития человечества, которые пробивают себе дорогу сквозь толщу исторических коллизий и катаклизмов. Главную из этих закономерностей наш великий соотечественник В. Вернадский определил как «закон единения человечества», приравняв его к законам природы. Еще раньше этот же закон как перспектива развития человечества был сформулирован в великих мировых религиях: буддизме и христианстве.[5] Историческая драма, участниками и свидетелями которой мы являемся, — очередной этап превращения отдельных человеческих сообществ в единый субъект—человечество. С философской точки зрения этот процев развивается как разрешение диалектического противоречия между двумя его противоположными и взаимодополняющими сторонами—дифференциацией и интеграцией.

По существу, это выражение фундаментальной тенденции развития жизни: о одной стороны—(по мере эволюции) автономности сменяющих друг друга форм жизни. Так растение более <свободно», чем минерал, насекомое—чем растение, человек—чем животное. Но в другой—одновременно диалектически возрастает взаимозависимость отдельных особей. Поэтому нравственный закон, о котором говорил Л. Н. Толстой, есть не что иное, как действие этой объективной, т. е. принудительной, императивной закономерности.

Если бы вследствие какого-то чуда все люди вдруг признали и осознали этот закон, к чему веками призывают мировые религии, то, несомненно, колоссальное число проблем исчезло бы. Но чудес не бывает. Есть мучительный, долгий и кровавый процесс прозрения, самопознания и самовоспитания человечества. Идет процесс объективной этизации человечества, его моральное воспитание.

Книга А. Минделла—отличное практическое руководство в этом процессе. Пересказывать рекомендованную им технику во вступительной статье нет смысла. Поэтому хотелось бы ограничиться одним замечанием. Лейтмотивом этой работы является понятие ргосекзт^—переработка, преобразование. Речь идет о том, чтобы работая над собой и своими конфликтами, люди перерабатывали свои отрицательные эмоции в положительные, поскольку известно, что один и тот же психоэнергетический заряд может, меняя знак отношения, сохранять свою интенсивность. Так любовь может превращаться в ненависть и наоборот.

Поэтому чрезвычайно важно понять, что речь в книге идет не об амортизации или оттягивании конфликтов и противоречий, а о качественном их преобразовании.

В этой связи нельзя не высказать одну гипотезу, вполне вписывающуюся в круг идей книги. В целом Земля есть определенная иерархически построенная совокупность процессов различной степени сложности. Так, химические процессы содержат в себе физические, но, в свою очередь, входят в биохимические. В природе травоядные поедают растительную пищу, чтобы стать пищей хищников Человек питается и растениями, и животными. Поскольку каждый вид пищи есть не что иное, как вид аккумуляции солнечной энергии, то возникает вопрос" какую пищу и для каких дальнейших уровней поставляет человек? Логично предположить, что он может поставлять еще более сложный энергетический продукт—психологическую энергию Она может иметь разное качество: низкое, более близкое к рудиментарным живым организмам, энергия этого типа примитивна и большей частью отрицательна, поскольку связана со страхом, стрессами к другими отрицательными эмоциями, энергетически обеспечивающими биологическое выживание.

С появлением человечества возрастает объем энергии более высокого качества, порождаемой позитивными социальными эмоциями—любовью, альтруизмом, творческим вдохновением, религиозным экстазом. Этой энергии требуется меньше, ибо она лучшего качества. Но в том случае, когда ее не хватает, растет потребность в полуфабрикате—примитивной энергии. Иными словами, спотребитель» питается обоими видами и от человечества тоже зависит: будет ли оно выполнять свою функцию более качественно и с меньшими усилиями или менее качественно и с большими потерями в виде всех тех трагедий, свидетелями а участниками которых мы все являемся.

Вопрос только в одном. Сколько еще времени у нас остается, чтобы доказать свое предназначение? Тут нельзя не привести еще один пример из экологии. В озере под воздействием химических стоков начинает размножаться вид водорослей, губящих все остальные виды живых организмов. Каждые сутки масса водорослей удваивается, и через 30 дней она должна полностью закрыть поверхность озера Но накануне этого рокового 30-го дня поверхность озера еще наполовину чиста1 Насколько мы приблизились к этой черте, мы не знаем, но важно понять одно— мы недалеко от нее!

Книга А. Минделла обостряет это чувство и хотя бы поэтому представляет собой поучительное (но не поучающее) чтение.

Разумеется, настроившись суперкритически, можно было бы найти в ней и слабости, и недоработки. Это может сделать каждый читатель в соответствии со степенью критицизма, развитого долгими традициями ниспровержения всего того, что не вписывается в прокрустово ложе вульгарно-материалистической теории.

В заключение нельзя не выразить глубокую признательность А Мин-деллу за практически безвозмездное согласие издать книгу в русском переводе почти одновременно с ее выходом в США на английском языке Это еще один пример действительного существования синхроничности (см Словарь).

П. ШИХИРЕВ, зав. лабораторией психологии межгрупповых отношений Института психологии Российской академии наук.

Часть I. ТЕОРИЯ И МЕТОДЫ.

Глава 1. ЦЕНТР ЦИКЛОНА.

Принцип глубокой демократии описывает навыки и методы работы с возникающей в нашем мире ситуацией, когда на планете с тысячами языков и религий больше знают о том, как запускать к другим мирам космические корабли, чем о том, как сосуществовать друг с другом.

Вступая в XXI век, мы еще не соединили политику, психологию и физику. Отдельно существуют теории поля, методы работы с индивидами и группами. Настало время создания метода в мировом масштабе, использующего как научное знание, так и духовные традиции, но не ограничивающегося только ими. Для того, чтобы улучшить этот мир, необходимо разработать новый метод, который соединяет все предыдущие, успешно действует в реальном мире и соответствует духу времени, в котором мы живем.

Физику вещества и психологию человека мы знаем лучше, чем дух времени. Каков он—дух нашего времени? Тирания или гражданские права, бесплотный межгалактический призрак или новые архетипы, возникающие в нашем сознании? Можем ли мы познать этот дух и использовать его для того, чтобы понять, что происходит на фондовой бирже, предсказывать будущие конфликты или землетрясения?

Наш интерес к этим вопросам будет определять эффективность разрабатываемого нами метода мирового процесса.

История написания этой книги может в какой-то степени объяснить ее характер. Изучив основы физической науки и психологии Юнга, создав психологию группового процесса, опирающуюся на собственное понимание осознаваемых и неосознаваемых процессов, развивающихся в личностях и группах, я по приглашениям, поступившим из многих стран, преподавал и работал с этими проблемами. По ходу этой работы мы с Эми столкнулись с множеством явлений, которые, казалось, на первый взгляд, не поддавались анализу в системе наших знаний. Был ли наш метод, ориентированный на процесс, межкультурным? Можно ли было ограничиваться названием «психология» для нашей работы?

Я стремился работать лучше с внешне неразрешимыми конфликтами в Кейптауне, с проявлениями любой ненависти в Йоханнесбурге, с антисемитизмом в Израиле, знахарями в Кении и уличными проблемами и религиозным экстазом в Бомбее. Я чувствовал, что моим новым клиентом становился весь мир. Я хотел глубоко изучить чувствительность японцев к реакции группы, наркоманию и проблемы улиц Портленда, стихийные конфликты в Сан-Франциско, организационный спад разоряющихся предприятий, возрождение общественного энтузиазма в Варшаве, Праге и Москве, конфликты между мужчинами и женщинами во всем мире. Однако, я убедился в том, что навыки метода мирового процесса, которые я разработал, действовали только тогда, когда мы сами достигали внутреннего мира, а об этом мире намного легче рассуждать, чем добраться до него в океане насилия и конфликтов.

Я пришел к выводу, что наивно разрабатывать метод мирового процесса, исходя из того, что сам лидер, отвечающий за этот процесс, внутренне устойчив. Консультанты процесса, инструкторы группы, администраторы предприятия, психологи, политики и преподаватели редко пребывают в нормальном или нейтральном состояниях сознания. Другими словами, метод мирового процесса не должен ограничиваться только внутренним миром или теми внешними ситуациями, которые близки к равновесию. Мы должны совершенствовать навыки работы с мировым процессом, а также обучаться особым качествам, необходимым лидеру, которые позволяют применять их в любых ситуациях. Я называю эти особые качества лидера «глубокой демократией».

Так, художник должен сначала овладеть приемами работы кистью и красками, хотя, в конечном итоге, только какие-то особые эмоциональные его свойства позволяют ему стать подлинным талантом. Метод мирового процесса может точно так же помочь лишь при наличии установки на глубокую демократию, эмоциональное чувство веры в неотъемлемую ценность как нашего «я», так и всех других людей в окружающем нас мире.

Глубокая демократия—это проблема личного и группового развития, сострадания и осознания Если метод мирового процесса—это совокупность средств, которые постоянно должны обновляться по мере того, как мы лучше познаем нашу планету, то глубокая демократия—это чувство вне времени. Его можно обнаружить в вековых духовных традициях, особенно в боевых искусствах, даосизме и дзэн-буддизме. Это чувство нашей ответственности за то, в какой степени мы следуем за потоком жизни, уважаем судьбу, энергию, Дао или Ци, и за нашу роль в со-творении истории. Глубокая демократия—это осознание того, что мир для нас—это место, где мы должны полностью раскрыть свое «я».

Таким образом, глубокая демократия—это очень важное стремление, стоящее за любой попыткой работать в нашем мире. Это особое чувство вполне может быть результатом психологического роста, но как и любого другого духовного качества, одной глубокой демократии недостаточно в работе с мировыми ситуациями. Точно так же, современные средства мирового процесса становятся бессмысленными, когда попадают в руки людей, не имеющих необходимого внутреннего развития. Это чувство можно развить везде. Чтобы мы ни делали—убираемся дома, едем на работу, управляем предприятием, занимаемся политикой или строительством, учимся или пишем, кажется, что мы живем в этом мире, как в огромном семинаре, лаборатории, испытывающих на прочность нашу способность стать цельными людьми.

Принципы глубокой демократии основаны на тех древних психологических и философских воззрениях, в которых глобальные методы применяются для решения личностных проблем. Это может быть любая форма физической работы, помогающая нам понять наши чувства и поведение как проявление духа, ищущего своего выражения. В то же время это—работа такого воображения, которое осознает, что его образы принадлежат не только нам лично. Глубокая демократия—это и работа над взаимоотношениями, когда мы осознаем, что отношения с друзьями и семьей—это также и мировая проблема. Это и работа с группами, когда мы замечаем, насколько групповые и политические конфликты связаны с духом нашего времени и непостижимостью природы.

Сегодня мировые проблемы и политика—это удел не только богатых и образованных людей, так же как развитием организации занимаются не только бизнесмены. На нашей маленькой волшебной планете ее состоянием уже не могут управлять только ученые, политики, священники или знахари. Это—задача каждого на ней живущего человека. Созрело время для выработки метода мирового процесса, который не отрывает больше трансперсональный опыт от земной реальности, духовную службу от политической деятельности, восточную отрешенность от западного рационализма, или политику от психологии.

Мой научный опыт, начавшись с физики и психологии Юнга, теперь обогатился множеством экспериментов с бурными и обширными процессами в группах. Я работал в организациях как с очень жесткой, так и с достаточно аморфной структурой. У меня имеется опыт работы с международным бизнесом и расовыми конфликтами во многих горячих точках планеты. Но никакая степень личного опыта не является достаточной для предмета нашего обсуждения. Организационное развитие сегодня—это способ помочь группам измениться, изучая взаимодействие между межличностными и групповыми проблемами, между физическими и финансовыми условиями и глобальными ситуациями. Однако, и в древности наши короли и королевы тоже понимали, что для управления народами они нуждаются в священниках и целителях. Другими славами, нам сегодня не меньше, чем высокая технология, квантовая физика и политика необходимы внутренняя работа, осознание реальности и знание о духе нашего времени.

Личная ответственность.

Если мир—это сплав объективного и субъективного, то работа в мировом масштабе с внешней реальностью должна начинаться с наших внутренних переживаний этой реальности. Это можно представить себе таким образом. Если из-под камня, лежащего на краю скалы, обвалится почва, он обязательно упадет со скалы под действием силы тяжести. Однако, если человек почувствует, что земля уходит из-под ног, когда он стоит на краю той же самой пропасти, у него еще, в отличие от этого камня, есть выбор. Почувствовав это, он может сделать выбор—упасть под действием этой силы или противостоять ей, зацепившись за край скалы, чтобы спастись.

Многие из нас ведут себя как камни. Мы слишком бессознательно позволяем планетарным силам тянуть и толкать нас. Лишь изредка мы внутренне осознаем влияние этих сил и возможность работать с ними или против них. Так как само человечество балансирует на краю пропасти, можно задать себе вопрос: вдохновит ли нас эта мировая «гравитация» на то, чтобы мы заметили ее и не упали, а смогли удержаться? Мне кажется, что каждый из нас отвечает за то, чтобы заметить, как различные материальные и физические силы влияют на наши внутренние переживания и окружающий нас мир и сознательно отреагировать на них. Только тогда мы сможем полноценно участвовать в истории и способствовать изменению эпохи, в которой живем. Эта книга—о нашей ограниченной возможности сотворить вселенную, в которой мы живем.

Принцип глубокой демократии в применении к методам мирового процесса—это новая наука, где исторические корни тесно переплелись с идеями современных наук и профессий. Силы, которые на нас обрушиваются, частично описываются в физике, геологии и психологии. Но так как современный мир—это еще и человеческие взаимоотношения, группы, города, нации и международные события, то предмет нашего обсуждения переплетается с проблемами динамики семьи и групповой психологии, а также политики и организационного развития. Кроме того, так как наша планета ведет себя во многом подобно огромному живому существу, метод мирового процесса должен включать также мифологию и религию. Для того чтобы этот метод работал, мы должны возродить некоторые из наших древних родовых способностей, которые грозит затопить космополитизм нашей жизни. Знание таких наук как политика, психология, физика и парапсихология может нас разъединить и даже погубить, если оно не сольется воедино в новом методе мирового процесса.

Некоторые глобальные теории и представления, стоящие за попытками организовать группы, предлагают начинать работу с людьми, находящимися в нормальных состояниях сознания. Все другое с точки зрения этих теорий зло и хаотично. Напротив, установка на глубокую демократию призывает к развитию метода, который имеет дело с каждым человеком, даже если он находится в агрессивном или неопределенном состоянии, т. е. в весьма частых состояниях. Я знаю по своему опыту, что человеческие события, кажущиеся на первый взгляд случайными, всегда развиваются целесообразно, на основе упорядоченных и предсказуемых параметров. Бурные периоды радикальных перемен или даже революций полны потенциального смысла и порядка. Ситуации, возникающие в больших группах, во многом схожи с личными проблемами. Физические и психические болезни, нарушение взаимоотношений, на самом деле хорошо структурированы. Знание того, как обнаружить и развернуть эти паттерны, приводит к чувству глубокой демократии, покою, к центру, сохраняющему неподвижность в самой гуще глобального циклона.

Применение метода мирового процесса в обстановке враждебности или дикости основано на знании скрытых параметров, которое может даже отъявленного пессимиста сделать оптимистом в отношении того, что ждет наш мир в будущем. Я приведу много примеров, показывающих, что мир ведет себя словно поле, моделируемое основными тенденциями развития. Этот мир везде и повсюду. Он здесь и сейчас в своем единстве, всякий раз, когда мы о нем лишь только подумали. Этот мир—ты и я, любой в любое время. Он проявляется в фантазиях и физических страданиях, во взаимоотношениях в группах, в окружающей среде. Он проявляется через оттенки, порождаемые им в наших чувствах, когда мы находимся в определенной местности.

Идеи процесса.

Подход к глобальной ситуации, ориентированный на процесс, состоит в том, что в мире возникают именно те проблемы, которые мы должны решать. Именно они необходимы нам для нашего роста, и только мы способны решить их. Вмешательство правительства через своих лидеров не принесет плодов, если каждый из нас не будет думать о том, чтобы лично осознать ситуацию и сотрудничать с другими.

Центральным элементом всех применений метода мирового процесса является основная концепция природы, согласно которой поток даже болезненных или тяжелых событий таких, как болезнь, психоз или негативизм, может оказаться полезным, если мы исправно следуем ему, с состраданием и знанием. Именно такую установку на процесс имеет в виду Кейдо Фукушима, мастер дзэн-буддизма из монастыря Тофокуджи в Киото, когда говорит: «Каждый день прекрасен». Каждый день может принести пользу, если мы встречаем его как своего учителя. Тогда возникает «Не-Сознание» или более точно—свободный разум, творческий разум, который способен изменяться вместе со сменой времен года.

Мой первоначальный оптимизм в отношении возможности применения древних принципов глубокой демократии к современным проблемам мирового процесса был подорван той косностью, с которой я сталкивался в официальных кругах всего мира. Явные и неявные кодексы социального поведения, застывшие традиции, правила и просто власть организационных структур всегда, казалось, блокировали информацию о конфликтах и возможное согласование различных точек зрения. Более того, неравномерное распределение богатств, материальных и информационных ресурсов делает идею гармонии, мира и социального здоровья почти нереалистичной Американской мечтой.

Эти трудности заставили меня во многом усомниться и переосмыслить собственные предположения, теории и методы. Теперь-то я понимаю, что развитие установки глубокой демократии и использования методов мирового процесса можно требовать лишь от нескольких человек на сотню. Любое другое предположение в данный момент исторического развития кажется нереальным. Таким образом, эта книга далека от предположения, что партнеры в конфликте должны проявлять одинаковые способности или умение или что они должны хотя бы признать наличие конфликта или метод работы с ним. Методы, описываемые в этой книге, не требуют одинаковых общепринятых социальных, культурных, материальных или политических условий для своего применения.

Когда я начинал писать эту книгу, меня постоянно одолевали следующие вопросы:

«Какие навыки необходимы для применения метода мирового процесса?».

«Как научиться сердечному и разумному поведению, необходимому для такой работы?».

«Могут ли мои идеи быть использованы моими друзьями в Южной Африке, Японии и Индии, а также в России, Европе и США?».

«Достаточно ли я подготовлен к написанию этой книги?» Все эти вопросы беспокоили меня, по мере того, как я старался сделать свою работу полезной для читателей в Найроби—как и в Сан-Франциско, в Токио—как и в Москве.

В своей предыдущей книге по глобальным проблемам «Год первый» я пытался связать идеи современной физики с культурными мифами о глобальных полях во всем мире. Принцип глубокой демократии частично основан на результатах книги «Год первый» и дополняет ее с акцентом на том, как взаимодействовать с глобальным полем. Здесь вы найдете теорию, материал о работе с собой, тренировочные упражнения и практические примеры Это своего рода руководство по работе с глобальным процессом. Книга состоит из четырех частей.

Часть I. Теория и методы.

Здесь рассматриваются основные концепции поля.

Часть 2. Мета-навыки лидерства.

Здесь излагаются основы личностного развития, необходимого для работы с мировым процессом.

Часть 3. Глобальная работа.

Здесь обсуждаются проблемы общемирового значения: политика, клановость и расизм, насилие на улицах, бедность и сексизм. Описывается опыт работы в США, Европе, Израиле, Японии, Восточной и Южной Африке.

Часть 4. Возможная вселенная.

Здесь обсуждается связь между физикой и знанием, показывается, каким образом последнее может предотвратить временное и глобальное разрушение.

Читатель найдет в ней проверенные, применимые в различных культурах методы разрешения конфликтов, их описания, ограничения и рекомендации для применения в организациях, в массовых общественных процессах. Глубокая демократия предлагает также политическую платформу, основанную на нашем стремлении к знанию, на заинтересованности в личном росте и на любви к ближнему.

Глава 2. ТЕОРИЯ ПОЛЯ.

Сначала я собирался просто написать «практическое руководство», описывающее методы работы в ситуациях, возникающих в малых и больших группах. Потом, однако, я понял, что не смогу сделать этого, если не буду учитывать сверхъестественной и загадочной природы групповых полей, пронизывающих мир, в котором мы живем.

Внешне этот мир похож на огромное дело, созданное для получения прибыли, или на этнос, отстаивающий свою самобытность. Однако, если всмотреться глубже, то окажется, что быть жителем планеты или членом любой из миллионов подгрупп, ее населяющих, означает быть участником некоего огромного семинара. Действительно, большинство из нас ведет себя подобно участникам семинара, полагаясь на своих лидеров-учителей как на богов, обладающих политической, духовной, целительной и эмоциональной мудростью и силой.

Однако, едва ли найдется лидер, отвечающий всем тем требованиям, которые мы к нему предъявляем. У рядовых граждан («участников семинара») возникает множество собственных проблем при достижении личных целей как в группе, так и в личной жизни.

Иногда роль управления таким семинаром как бы берет на себя великий дух. Мы внезапно обнаруживаем тогда вокруг себя героев и героинь, святош и святых, маньяков и ученых, но лишь очень немногие из них заинтересованы в том, чтобы помочь нам стать самими собой, развить наш собственный лидерский потенциал, и знают, как это сделать.

Если этот мир подобен семинару или собранию, то он должен быть таким, где всем не терпится принять участие в его работе и работать в одиночку или вместе с другими. Такой мир был бы изумителен.

Однако, в действительности все обстоит совсем иначе— никто не хочет «возникать» на групповых, общественных или деловых собраниях; некоторые группы и народы управляются ужасными тиранами; все боятся выступать, а если кто-нибудь и осмелится на это, никто не умеет выслушать этого человека. Воздух пропитан страхом потенциального насилия. Низкая самооценка, видимо, принимает размеры эпидемии и лишь очень немногие из старших участников способны любить младших, помогать им развиваться в такой атмосфере, где бизнес и личный духовный рост—одно и то же.

Я убежденный сторонник трансперсональных представлений, перевода бессознательного в осознаваемое, достижения оптимального уровня развития человеческого потенциала. Однако, первым шагом на пути улучшения существующего положения является осознание того факта, что, как и на семинаре, мы прибыли в этот мир, чтобы извлечь максимум возможного из нашей жизни. Это—незыблемая истина духовного обучения. Жизнь—это место, где мы охотимся за самими собой, место сверхъестественное, наводящее благоговейный ужас и в то же время это сад, в котором мы растем. Но чтобы осознать это, мы должны понять, как надо расти и расцветать. Обладая средствами и знанием межконтинентальной коммуникации, мы не слишком много знаем о коммуникации межличностной и трансличностной. Чтобы научиться этому, мы должны знать то, во что верим и как мы действуем. В физике представления об этом мире сведены в теории. Поэтому начнем с теории.

Теория поля.

Следующая аналогия из системной теории организационного развития поможет объяснить нашу общую ситуацию. Представим организацию в виде огромного айсберга.

Вообразите, что ваша группа, предприятие или нация плавает в океане (поле) иногда свободно, иногда связанно с другими группами и организациями. По этой аналогии лидеры располагаются на верхнем уровне организации, «над водой», смотрят в будущее, чтобы управлять движением айсберга, тогда как работники располагаются ниже ватерлинии, поддерживая существование всей группы, как правило, не имея представления о направлении движения, о замыслах своих родителей, старших или лидеров. Организационное развитие отчасти основано на содействии тому, чтобы этот айсберг функционировал как единое целое.

Когда в общении между людьми возникают трения, это неизбежно порождает трудности в организации, что может привести к ее застою или упадку. В этом случае организационные консультанты стараются проанализировать возникающие проблемы, диагностировать ситуацию и предлагают решения этих проблем, когда каждый информируется об отдельных частях организации. В данной модели организации океан представляет собой множество взаимодействий между организацией и внешним миром, куда входят возможные вышестоящие организации, клиенты, а также материальные и информационные ресурсы, с которыми она должна быть связана для поддержания своего существования. Модель организационного развития хорошо работает во многих ситуациях, хотя некоторые из ее методов основаны на предположении, что человек действует механически, как часть машины. В отличие от такого типичного упрощенного подхода к организационной динамике, существует другой метод, в котором учитываются джунгли, в которых мы живем— джунгли невыразимых эмоций, теней и безымянных сил.

Лидер как мастер единоборства (введение в психологию демократии)

Эмоции и группы.

На любое собрание группы всегда оказывают влияние невидимые факторы, проявляющиеся в настроениях, мотивациях, проблемах группы, а также в амбиции, депрессии, иллюзиях и фантазиях ее членов. Более того, организации, как и все группы, раздираются внутренней ревностью, соперничеством, любовными интрижками, злоупотреблением алкоголем и наркотиками, внутригрупповыми распрями между учеными и бюрократами, фантазерами и руководителями среднего звена, студентами и преподавателями, секретарями и начальниками. Когда «после работы» устраиваются вечеринки и компании, все эти факторы выявляются более четко, так как выпивая, люди дают выход тем частям своего «я», которым в течение всего дня не находилось места. Тут и всплывают на поверхность личные проблемы, интриги, сплетни, конфликты, а иногда даже и стычки. Исследования организационного развития сосредоточены не на перспективах и интересах глобальной системы (нации или планеты), а на обозримых и безотлагательных интересах и целях предприятий и организаций, имеющих значение только сегодня или завтра. Мечта Генри Форда—сделать автомобили доступными широким массам, фирмы компьютеров «Макинтош»—персональный компьютер—на каждом столе, перспективы фирмы «Пепси» определяются ее стремлением вытеснить с рынка «Кока»!

Этих сиюминутных интересов без концепции глобального семинара, без знания о потребности человека достичь чего-нибудь значительного в жизни, недостаточно для удержания на плаву организационного айсберга.

Для того чтобы отобразить подлинную сущность организации, в концепцию организационного айсберга необходимо ввести новый параметр. Такая схема должна включать также фактор духовных перспектив, эмоций, чувств, настроений и даже паранормальных явлений, пролизывающих жизнь группы. Этот невидимый фактор описывается в других науках как скрытая энергия (физика), коллективное бессознательное (философия Юнга) или как морфогенетическое, магнитное поле в концепции вселенной Шелдрейка.

Новая схема могла бы отобразить завуалированные, призрачные чувства, которые порождают подводные токи и течения. Организации характеризуются не только открытой и определяемой структурой, намерениями и целями, но также своими эмоциональными характеристиками, такими как конфликтные взаимоотношения, ревность и зависть, равно как и альтруистические побуждения, духовные потребности и заинтересованность в смысле жизни. Жизненно важные духовные ценности, проблема загрязнения окружающей среды, войны в различных частях света, несмотря на то, что они слабо воспринимаются или к ним редко обращаются, тем не менее тоже влияют на структуру внутренних и внешних местных событий в организации.

Характеристики поля.

Информационный поток. Организации, следовательно, не просто организмы, а организмы, обладающие воображением, физические объекты, управляемые своим воображением равно как и организационными структурами, эмоциями— также как идеями и капиталом. Организация вместе со своими фантазиями и подводными течениями образует поле, которое проявляется в человеческих ощущениях, особой атмосфере и специфических заданиях и ролях. Если это поле согласованно, гармонично (конгруэнтно), тогда то, во что группа верит, и то, что она делает—тождественны.

Однако, в большинстве случаев то, что мы делаем, отличается от того, что мы говорим. Это всегда приводит к индивидуальному и групповому беспорядку, трудностям, несовместимости и конфликтам независимо от того, чем является эта группа—парой, семьей, группой друзей или целой нацией. При этом группа погружается в информационный поток, море сигналов, необъяснимых, неизвестных или невидимых.

В качестве примера неконгруэнтного поля я вспоминаю работу с группой способных руководителей в одной из ведущих европейских стран. Они обратились ко мне, так как хотели бы работать сообща и установить более плодотворные взаимоотношения между собой, хотя вслух об этом никто бы не высказался. Они вели себя жестко и сдержанно. Когда я работал с ними, мне стало очевидно, что их поле рассогласовано под воздействием невыраженного и неопределяемого давления из-за того, что каждый считал себя способнее других.

Позже мы поговорим о том, как работать с неконгруэнтными полями и информационными потоками, чтобы повысить чувство общности и командный дух.

Поля ориентируют находящихся в нем людей. Что такое поле? Поля—это природные явления, которые включают в себя каждого человека, вездесущие силы, создающие давление на объекты в окружающей их среде. Пример из физики: если подложить под бумажный лист магнит, а на поверхность листа насыпать металлические опилки, то можно будет увидеть силы магнитного поля. Поле ориентирует эти опилки вдоль силовых линий.

Нам кажется, что мы управляем и руководим своей жизнью и группами, но фактически поля также порождают и ориентируют нас, как и мы их. Поля организуют людей в группы, если подразумевать под группой людей любое число индивидов, одинаково понимающих слово «мы». Поля могут быть невидимы невооруженным глазом, но они могут создавать такое же напряжение и беспокойство, как непостижимый дух.

Обычно существует много различных типов «мы». «Мы» одной группы отличаются от «мы» другой группы по способу, которым группы идентифицируются. Таким образом, семья—это группа, так как ее члены иногда пользуются словом «мы». Аналогично, компания друзей, играющих в кегли, есть разновидность «мы», выражающая принадлежность к спортивному клубу.

Предприятия, города, нации, религии, расы—это все группы, обладающие особыми типами поведения (паттернами) и согласием относительно определенных ценностей и представлений, даже если они не до конца сформулированы. Все члены одной группы связаны общими убеждениями и ценностями.

Следовательно, поле выражается в убеждениях, которые порождают наши личные и групповые индивидуальности. Хотя поле невидимо и намного больше людей, в нем находящихся, оно совершенно реально проявляется в наших убеждениях. Мы переживаем наши ценности и убеждения как нечто побуждающее нас совершать определенные поступки и ощущаем эти ценности как «группирующие» нас вместе, как порождающие индивидуальность.

Поля могут быть невидимы невооруженным глазом, но они проявляются в воображении личности, в историях, рассказываемых людьми об их группах, или даже в народных мифах. Личности и группы образуют театр военных действий для героев мифов при разрешении мифических конфликтов. Именно эта призрачная природа поля так сильно затрудняет работу экологов, экономистов и политиков по изучению этого мира, так как он только отчасти детерминирован причинными факторами. Этот мир детерминирован также случайными факторами, полем воображения, и для решения возникающих в нем проблем мы так же нуждаемся в шаманах и предсказателях, как в политиках и ученых.

Поля не имеют границ. Поля не имеют ни внутренних, ни внешних границ, они всепроникающи подобно электромагнитным колебаниям или атмосфере, которые не обладают четко обозначенными границами.

Принадлежность к данной группе совершенно не зависит от нашего желания или согласия быть членом этой группы. Мы являемся частью данного «мы», если паттерн группы— нормативный тип поведения—в нас или нас окружает. Принадлежность к группе может никак не быть связанной с тем, где мы живем или с кем общаемся. Группы, как и окружающие их поля, зависят от разделяемых всеми членами группы фантазий. В поле мышления не существует «своих» или «чужих». Каждый, кого затронуло данное поле, является его частью.

Поля существуют независимо от времени, пространства и физического разделения. Даже физик не может точно сказать, где начинается или кончается в пространстве человек. Врач не может предсказать момент нашей смерти. Мы в такой же степени поля и волны, в какой—тела и частицы! Мы состоим из идей, представлений и ощущений, так же как и из вещества и материи. Вот почему для того, чтобы быть связанным с природой, даосизм советует следовать своим внутренним ощущениям, а не внешним проявлениям вещей.

Такая характеристика поля имеет важные последствия для понимания самих себя. Такие понятия как личностное и безличностное, личное и коллективное, я и ты, внутреннее и внешнее, являются относительными и не имеют абсолютного смысла. Следовательно, каждое чувство, мысль, движение и столкновение являются одновременно и внутренним и внешним событием. Таким образом, медитация или работа над собой воздействуют на внешний мир, а мировые события влияют на личную жизнь.

Поля можно ощущать как силы. Поля часто можно видеть в фантазиях и снах, но можно и ощущать как энергетические силы, подобно силам гравитации. Под их воздействием мы можем чувствовать себя тяжелыми или легкими. Действуя подобно электромагнитным силам, они притягивают нас друг к другу или отталкивают друг от друга. Мы ощущаем их как будто слабые или сильные ядерные силы удерживают нас вблизи нашей личностной сущности или позволяют нам удалиться от нее.

В даосизме поле переживается личностью как Дао, мгновенное переживание, с древнейших времен воображаемое как сила, действующая вдоль линий дракона. Эти силовые линии дракона подобны «бороздам» во вселенной. Если вы попытаетесь выскочить из «борозды», то сразу почувствуете сопротивление. Литература по дзэн-буддизму и даосизму советует нам двигаться вдоль этих линий наименьшего сопротивления. В терминах концепции поля это означает, что мы должны жить в соответствии как с внутренними ощущениями, так и с внешними ситуациями. Дао подобно серфингу на гребне волны.

Мы все сильно ощущаем воздействие этих психофизических полей. Иногда мы замечаем эти поля и реагируем на них, говоря «Воздух такой густой, что его можно резать ножом», или—«напряженность между ними ощущается почти физически». Все мы помним атмосферу семьи, в которой выросли. Атмосфера некоторых полей привлекает нас, а некоторых—отталкивает. Силовые поля ощущаются и переживаются нами посредством наших собственных эмоций, таких как любовь, привлекательность, теплота, ревность, конкуренция, страх и напряженность или путем поляризаций как расовые конфликты, конфликты между полами и напряженность между «своими» и «чужими».

Многоканальность полей. Мы ощущаем эти поля посредством таких чувств как любовь, привлекательность, конкуренция, страх или напряженность. Мы воспринимаем их также благодаря характерной напряженности, которую они порождают в конфликтах: расовых, между полами и между «своими» и «чужими». Мы можем также воспринимать эти поля даже через атмосферные, пространственные или физические свойства тех мест, где встречаемся, или через природу, нас окружающую.

Другими словами, мы 'воспринимаем поля по многим каналам: в воображении, в ощущениях своего тела, в проблемах взаимоотношений, в совпадении действий, в малых группах и в окружающем нас мире. Многоканальность проявления полей означает, что когда мы работаем с полями и помогаем им развиваться, мы должны делать это на многих уровнях: через ощущения, представления, движение, внутреннюю работу, работу по взаимоотношениям и взаимодействию в большой группе.

Поля обладают человекоподобными характеристиками. Мировое поле с древнейших времен представляется как огромное человекоподобное божество. Христианство двадцатого века мыслит мир как тело Христово. Индуизм считает, что все мы живем в теле Атмана. В древнем Китае считали, что мир возник из огромного человекоподобного божества, именуемого «Пан Ку». Когда он умер, его волосы стали деревьями, дыхание—ветром, кости—горами, а кровь—реками. Это древнее представление перекликается с современной тенденцией очеловечить Землю, когда ее называют Гея или Мать-3емля.

Если мир подобен человеку, тогда мы сами—его клетки, отвечающие за его существование и жизнеспособность его органов, головы, сердца, ног.

Другой человеческой характеристикой полей является их потенциальная разумность. Такое представление о разумности мира или вселенной возникло в наше время, но и раньше люди верили в мудрость мирового поля. Ранние христиане полагали, что параллельно окружающему миру должен существовать его женский двойник, «душа мира», созидающий разум. В Индии и сейчас многие представляют Шиву или Вишну мудрым полем, которое мыслит и чувствует. Они верят в то, что наша способность видеть, слышать и чувствовать—это проявления в нас Шивы.

В действительности, поля сами по себе не обладают разумом—они потенциально разумны. Обладая возможностью быть «мудрыми», поля, как и мы сами, включают в себя множество наших бессознательных состояний. Они подобны снам: без нашего сознательного участия и вмешательства большая часть их мудрости не сможет проявиться.

Так, сигналы, поступающие от нашего тела, можно воспринимать либо только как боль, или же можно расценивать как мудрое предупреждение о возможной болезни. Наши предсказания могут только сбить нас с толку, если мы не подготовим для них почву и не поможем им сбыться. Массовые движения в мире полезны только тогда, когда они связаны с нуждами людей. А трудности планеты не принесут ей пользы, пока мы не поможем им стать полезными.

Поле—это сноявь (см. словарь). Мир—это сн о явь, невидимое тело, призрачное существо, которое проявляет себя в физической действительности. В старину ясновидящие использовали эту призрачную сущность Земли. Они определяли места и линии на земной поверхности, наиболее благоприятные для жизни и процветания людей, строивших затем в соответствии с этим свои деревни и города.

Силовое поле—сноявь в том смысле, что мир является физической реальностью, пронизанной в то же время невидимыми и отчасти неизмеряемыми силами. Нас не должно удивлять то, что многие из наших болезней кажутся тесно связанными с энергией огня и бури, их «духами», — тихими и легкими ветерками, лесными пожарами и расовыми беспорядками.

Поля развиваются. Весь мир постоянно находится в атмосфере огромных перемен. Хотя многим кажутся неожиданными геологические или погодные изменения, надо всегда помнить, что Земля не есть нечто статичное, неизменяемое; так как и мы сами, она живет, умирает и преображается.

Поля развиваются; они не статичны и неизменны, а, как и погода, подвержены изменениям. Туман скапливается, перемещается в атмосфере, рассеивается или превращается в облака. Облака рассеиваются, собираются вместе, образуя безобидные белоснежные пуховики, или скапливаются в темные грозовые тучи. Чувства и идеи изменяются и трансформируются в поле. Иногда они скрыты в тени, иногда выступают на первый план. Примером может служить изменение, претерпеваемое социализмом в Восточной Европе.

Во время развития поля поляризуются. Они порождают внутри- и межличностные конфликты, рвут отношения и отпугивают от старых друзей. Однако, наряду с тем, что перемены и дифференциации могут быть болезненными, они могут также непредсказуемым образом подтолкнуть людей к объединению, порождая единство и мир между группами и личностями. Каково мировое поле сегодня? В каком направлении оно развивается? Какие изменения в нем происходят? Взорвется ли оно в результате экологической катастрофы? Возникнут ли новые творческие силы, объединяющие нас в своего рода планетарную семью, которой еще не было в мире? Сможем ли мы создать новый мир до того, как погибнет старый?

Мысленный эксперимент.

Представьте на минуту, что поля могут беспрепятственна проникать через время и пространство. Было ли когда-нибудь так, что вы работали над чем-нибудь совместно с другими, вообще не намереваясь этого делать?

На минуту задумайтесь о себе и о группе, к которой принадлежите. Представьте себе группу, частью которой вы являетесь. Можете вы вообразить ее полем, огромным человеческим организмом или божественным существом? Какую роль вы играете в этом «существе»? Кто вы—глаза, голова, ноги или желудок?

Теперь представьте, что эта группа—своего рода огромное человеческое тело, а вы нужны для того, чтобы помочь жить этому организму. Ваши чувства, ощущения, реакции и мысли необходимы для существования этой системы. Работа, которую вы выполняете, делается отчасти для этого тела Вы можете стать глазами данного поля!

Глава 3 ПРОЯВЛЕНИЯ ДУХА В ГРУППОВОМ ПОЛЕ.

3 августа 1990 г. около половины восьмого вечера мы с Эми заканчивали семинар по вредным привычкам. Мы помогали группе в количестве около 200 человек включиться в групповой процесс, посредством которого группа должна была отметить и обсудить все, что происходило в поле. Когда несколько участников рассказали о своих ощущениях в этом поле, одна молодая девушка, которая до этого явно спала, вдруг глухо вскрикнула и проснулась. Это всех поразило и вместо того, чтобы пройти мимо столь явного нарушения порядка, единодушно решили, что это должно быть частью поля, в котором мы работали. Поэтому была образована небольшая группа, решившая с большей силой выразить поступок девушки.

В считанные минуты все поменялись местами так, что спонтанно образовались две группы. В одну из них вошли те, кто старался лучше выразить крик девушки и поддержать ее. Эта группа шумела, кричала и создавала беспорядок и сумятицу. Одновременно другая группа с возмущением восстала против поведения первой группы.

Обстановка накалялась по мере того, как обе группы поляризовались. Первая группа шумела все громче и громче, тогда как спокойная группа все упорнее призывала к порядку. Потом группы стали вести себя агрессивно и воинственно по отношению друг к другу. В разгар обострения ситуации, как раз когда она казалась неуправляемой, я сказал участникам, что они свободно могут нападать друг на друга. Тут же все успокоились. Участники конфликта на минуту притихли, осознав как близко они подошли к тому, чтобы совершить насилие. Некоторые вскакивали на ноги и начинали говорить о своих переживаниях по поводу случившегося. Трудно передать драму этого особого вечера и то, как она завершилась. Как и многие групповые процессы, разрешение этого конфликта стало важным событием, оставившим свой эмоциональный след в его участниках.

Однако причина, по которой я рассказываю эту историю, заключается в том, что именно в этот вечер, на другом конце света Ирак вторгся в Кувейт, подталкивая мир к новой мировой войне. Была ли некоторая случайная связь между поразительным конфликтом в нашей группе и этим мировым скандалом? Позднее я еще буду говорить о таких случайных связях между групповыми процессами и событиями в мире.

Теперь я должен поставить неразрешимый вопрос- что порождает напряженности и конфликт в поле? Одно объяснение состоит в том, что поля порождаются различиями и полярностями между людьми. Подобно тому как силовые линии концентрируются вокруг полюсов магнита, многие аспекты нашего земного поля кажутся сосредоточенными вокруг человеческих различий, конфликтов и кульминационных событий.

При другом подходе поле считается первопричиной всех земных событий. Поле вызывает разногласия во взаимоотношениях, землетрясения и грозы. Что первично—наши конфликты или поле, в котором мы живем? Временами мы чувствуем, что поле порождает разногласия, как в описанном семинаре, временами нам кажется, что напротив, — эти разногласия порождают поля.

Во многих странах мира человеческие проблемы понимались как следствие воздействия силовых полей и духов, и, поэтому считалось, что для их решения надо привлекать шаманов. Во многих странах современного мира верят в то, что эти проблемы создаются самими людьми. Если мы воспринимаем поле как некоторую первичную силу, порождающую все на свете, то мы тем самым стоим на позиции шаманства. Когда мы чувствуем, что наши личные настроения порождают поля, мы опираемся на психологический подход.

Таким образом, «шаманство» и психология как бы дополняют друг друга в нашей жизни. Оба объяснения необходимы—одно без другого является ограниченным. В нашей работе мы пытались объединить оба эти подхода, признавая необходимость и полезность природы личного опыта для данной личности и избегая в то же время вопроса об источнике или причине этого опыта.

Фактически большинство форм нашего метода действуют без знания причин изучаемых событий. Можно задавать вопросы о причине или источнике, но большей частью ответы на них не слишком помогают решить проблемы. Поэтому я убежден: лучшее, что мы можем сделать—это научиться справляться с возникающими ситуациями.

При работе с полем нам необходим независимый словарь для описания событий. Дао—хороший термин, но он носит несколько неопределенный и общий характер. Дух—лучше, но каждый вкладывает в него свой смысл. Энергия Инь и Я н—способ описать поляризацию поля, но эти понятия культурно обусловлены. Можно было бы просто говорить о полярностях и труповых ролях для описания структуры поля, но такие описания являются статичными и недостаточно подчеркивают изменения, которые претерпевает каждая из сторон. Если пользоваться понятиями, которые предполагают статику и неизменяемость, то именно эти свойства и будут проявляться при наших попытках содействовать глобальным процессам.

Необходимы новые понятия для обозначения противоположных энергий, полярностей и ролей. Нам нужен термин, означающий, что поляризация—не совсем продукт данных личностей и групп, что роли не статичны, а изменяются, возрастают, ослабевают и даже исчезают со временем.

Не имея лучшего термина, я собираюсь характеризовать агрессивные и миролюбивые полярности описанного выше семинара, как проявления духа в групповом поле.

Видимо, поля нарушаются в результате взаимодействий между проявлениями духа. Любую полярность или напряженность между полюсами можно рассматривать как напряженность между проявлениями духа. Даже слова «мать» и «отец» являются обозначениями проявлений духа, специфическими для данного места и времени, и они изменяются со временем. Групповые поля часто поляризуются в конфликтах между конкурирующими лидерами, между «мы» и «они», между сторонниками и противниками, между мужчинами и женщинами. Поля в сфере образования поляризуются на учителей и учащихся, а политические—на либералов, умеренных и консерваторов. В бизнесе также возникают полярности—хозяева и работники, свои и чужие, новаторы и консерваторы.

Проявления духа часто переживаются как мифические сущности. Посмотрите только, как средства массовой информации описывают национальные поля и людей в них. Героям часто приписываются качества суперменов, тогда как «плохие парни» ассоциируются с негодяями, монстрами и дьяволом. Там есть глупцы и мудрецы, голодающие и образ Великой Матери. В каждом таком поле есть злодей и герой, борющийся за свободу.

В центре общественной жизни располагается множество вихревых конфликтующих полей, структура которых обусловлена напряженностью между групповыми меньшинствами и большинством, между богатыми и бездомными, черными и белыми, полицией и наркоманами и т. д. до бесконечности. Серьезная напряженность существует между меньшинством и большинством. Мы постоянно читаем о борьбе между расами, этническими и религиозными группами и классами.

Принадлежность к меньшинству как проявление духа переживается неграми во многих странах мира, цыганами— в Европе и евреями—среди остальных. Куда бы мы ни посмотрели, всюду обнаруживается неприятие большинством какого-либо меньшинства. Повсюду в мире, независимо от страны, любая группа большинства будет говорить примерно одно и то же о меньшинстве. Характерные представления группового большинства о меньшинстве состоят в том, что члены меньшинства:

А) необычные, странные, опасные;

Б) отвергаемые, морально ущербные или, по меньшей мере, морально чуждые;

В) не заслуживающие общественных прав;

Г) неспособные и заслуживающие выполнения только самых низших социальных обязанностей;

Д) неопрятные, злые, продажные или разрушающие мир;

Е) несознательные и тупые;

Ж) параноидальные и воинственные;

З) интеллектуально неразвитые.

Проекции и процессы.

Вышеприведенные представления в отношении любых меньшинств, независимо от расы, веры или пола, носят универсальный характер. Когда мы смотрим на эти поляризации изнутри, нам кажется, что это—проблемы, порожденные людьми. На самом же деле конфликт между большинством и меньшинством порожден полем. Поле разделяет людей.

Общепринятый подход к предубеждениям относительно меньшинств состоит в том, что одна группа проецирует отрицательные качества на другую группу: проекции—это отрицательные атрибуты самой этой группы. Поэтому необходимо выявлять подобные проекции и избавляться от них. Данный подход основан на том, что устранение таких проекций может улучшить отношения между группами. Очевидно, что избавление от этих проекций необходимо, и если личность или одна из групп поступает таким образом, то проблемы решаются гораздо быстрее.

Часто, однако, негативные проекции даже после видимого их устранения возрождаются или возвращаются. Создается впечатление, что некоторые конфликты при своем повторении создаются не людьми, а проявлениями духа. Следовательно, устранение проекций группы—это лишь часть всеобщего процесса: напряженность поля надо рассматривать так, будто поле старается самовыразиться. Метод глобального процесса подходит к конфликту как к попытке проявлений духа вступать в конфронтацию, конфликтовать между собой и познавать друг друга. В этом случае отдельные личности могут чувствовать себя так, будто они управляются или используются духами поля.

Роли и проявления духа.

Глобальное поле не имеет ни внутренних, ни внешних областей. Следовательно, мгновенные роли, которые мы принуждены играть в локальном поле, одновременно связаны с глобальными событиями. Атмосфера нашего мира или дух времени влияет на наши тела, наши взаимоотношения, поляризует, разделяет и объединяет нас с друзьями и членами семьи.

Роли, которые мы играем в поле—это «2еИ§е151ег», или духи времени, или глобальные проявления духа, как я их называю. Проявления духа—это фактически дифференцированные части всеобщего глобального поля: как роли они обнаруживаются повсюду в мире—коммунисты и капиталисты, рабочие и менеджеры, бедные и богатые страны, герои и злодеи и т. п.

В некоторых других случаях1 я применял термин «роль» по отношению к различным частям данного поля. «Проявление духа» модернизирует концепцию роли—этот термин лучше описывает и подчеркивает временную и преходящую природу роли в личностном или групповом поле, чем термин «роль». Проявление духа напоминает нам о том, что окружающий мир способен трансформироваться.

Проявления духа подобны образам наших сновидений. Они подобны воронкам или завихрениям невидимого потустороннего мира, они завлекают вас, втягивают вас в свои энергетические водовороты. Когда вы отождествляетсь с некоторым проявлением духа, вы фактически переживаете эмоции, характерные для этого духа, ваше сознание тем самым изменяется. Вы сердитесь или важничаете, чувствуете себя героем или жертвой. Энергия этих духов делает вас угрюмым или одержимым, безумным и счастливым, вводит в подавленное или самоубийственное настроение.

Изменяющиеся проявления духа.

Проявления духа, однако, не являются статичными или неизмененными состояниями или противостояниями. Если эти роли сознательно выявить путем их проигрывания или даже временного вживания в них, то они изменяются. Проявления духа трансформируются.

Личность или роль, которая на первый взгляд казалась олицетворением зла, может проявить большую глубину чувств и сострадание, чем мы могли предполагать, если такую роль проанализировать. Точно так же пуританская и нравственная личность может быстро трансформироваться в личность злую или тираническую.

Даже несмотря на то, что мы пользуемся понятием «проявление духа» как статической, неизмененной константой, на практике проявления духа трансформируются, изменяются и могут обладать удивительной пластичностью, способностью к развитию и эволюции. Злобность личности или группы может смягчиться или смениться доброжелательностью. Добрый может стать жестким или даже жестоким. Слабовольный может стать героем, а злобный критик превратиться в мудрого учителя.

Мы боимся проявлений духа из-за их способности овладеть нами как в личной, так и в общественной жизни. Всем известны внезапные и возможные разрушительные последствия массовой истерии. Неожиданно для самих себя мы втягиваемся в какие-то роли и начинаем поступать иррационально и бессознательно. Чем меньше мы знаем о самих себе и о проявлениях духа в данном поле, тем легче впадаем в измененные состояния сознания, такие как ярость и депрессия, экстаз и паранойя. Мы боимся этих состояний из-за их воздействия на нас и так как полагаем, что они постоянны по своему существу и неспособны к изменению.

Мы опасаемся проявлений духа также потому, что отождествляем с ними людей, играющих определенные роли. На самом деле, группы и личности не идентичны проявлениям духа; личность может переживать самые различные состояния и проявления духа, а также способна осознавать их и извлекать из них пользу.

Например, самонадеянность и высокомерие—это проявление духа, которое характерно не только для белых в поле расовой напряженности; негры временами тоже могут играть эту, обычную для «белых», роль в данном поле. Таким же образом, любой—белый или черный, может вдруг обнаружить, что переживает состояние духа, характерное для отвергаемого или притесняемого меньшинства. Мы отличаемся от тех ролей, которые занимаем в поле. Мы слишком сложны и многогранны для того, чтобы находиться всего в одной роли, даже если временно захвачены этим проявлением духа. Временами я чувствую себя брамином, временами—неприкасаемым, временами—черным, временами—белым. Иногда я чувствую себя евреем или христианином, а иногда—неверующим или фундаменталистом.

Нам знакомо, но не всегда осознается привязывание людей к статическим, абсолютным ролям. Мы жестко разделяем себя: ты—лидер, я—твой последователь. Ты—белый, я—черный. Ты—европеец, я—американец. Ты из племени Зулу, я— из Банту. Ты живешь на этой стороне улицы, я—на другой. Ты принадлежишь к высшей касте, я—к низшей. Мы легко забываем о том, что именно проявление данного духа заставляет нас входить в роли.

Когда мы работаем с этими переживаниями, они начинают изменяться. Когда мы сознательно анализируем свое высокомерие или неприятие чего-либо, гнев или обиду, печаль или нужду, проявление духа, в котором мы находимся при этом, начинает изменяться. По ходу такого изменения может случиться так, что соперники становятся неотличимы друг от друга. Там, где были две противоборствующие стороны, вдруг обнаруживается единство!

Именно тенденция духа к изменению порождает общность. Например, в случае, описанном в начале этой главы только после того, как агрессивные и шумные члены группы дали выход своему буйству, а спокойной группе было позволено проявить свое упорство и воинственность по отношению к ним, удалось изменить проявление духа агрессивности и консервативности. Изменяясь, эти свойства в конце концов просто испарились, а в комнате вместо групп остались отдельные личности, выступающие от всего сердца.

Я вспоминаю собственные путешествия. Прожив двадцать лет в Швейцарии и возвращаясь в США, объехав весь мир, я с удивлением задавал себе вопрос: кто я? Европеец или американец? Японец или африканец? Любое такое отождествление с какой-нибудь национальностью казалось мне слишком жестким. Я не мог больше отождествлять себя с одним-единственным проявлением духа в этом поле. Я иногда испытывал замешательство и недоумение, когда меня спрашивали о том, где я живу, где я вырос, или когда и где я родился. В один день я чувствую себя просто жителем планеты, в другой—американцем, в третий—японским крестьянином.

Поля должны существовать, так как везде, где бы я ни был, я чувствовал себя как бы в одном и том же месте. В каждом городе имеется свой «Нэд», работающий в скобяной лавке, или «Чарли», агент по продаже недвижимости, подмигивающий и зазывающий меня, когда я прохожу мимо него. Всегда имеется своя «Моника»—добродушная, мудрая и заботливая женщина. «Герр Штоффель»—лидер городка, и т. п. Хотя каждое место по-своему уникально и неповторимо, между разными местами имеется почти голографическое сходство. Проявления духа не имеют пространственных границ.

Духи местности.

Хотя я говорю о проявлениях духа ради простоты в общем, тем не менее, в определенных случаях о них нельзя говорить вне связи с конкретной местностью. Следовательно, в определенных случаях мы должны учитывать также и дух местности.

Например, существует дух Лос-Анджелеса, ощущение этого города, сочетание погодных условий с широкими бульварами и окружающей роскошью, смога, гор и Голливуда, пляжа и красивых людей. Этот дух сильно разнится от духа Бомбея с его переполненными грязными улицами, нищими, валяющимися на тротуарах, оживленными базарами и мечетями.

В старину люди много внимания уделяли духу местности, но в наше время мы рассчитываем, что наши архитекторы и проектировщики города смогут сами создать соответствующую атмосферу данной местности. Тем не менее, мы по-прежнему чувствительны к духу местности и, подобно древним людям, которые выделяли определенные области, леса и горы, как обладающие большей или меньшей энергией, нас также привлекают или отталкивают определенные места п мы интуитивно ощущаем эти «энергетические места».

Шаман из племени Яки, Дон Хуан, который инструктировал К. Кастанеду, подчеркивал транспероональную природу наших «союзников». «Союзники»—это существа, переносящие «знающего» человека в другие миры. Женщина или мужчина, «обладающие знанием», должны повергнуть этих духов на землю, прежде чем они втянут его в воронку смерти. Удачливый воин затем «приручал» этих союзников. Духи времени и пространства—это наши союзники, способные помочь нам преобразовать мир.

Работа с возможными союзниками или духами с помощью шаманства—это только часть общего вклада Дон Хуана в работу с миром. Он показал, что независимо от того, с кем мы имеем дело—с воинами или союзниками, составной частью любви к жизни на Земле является признание того, что мир—это поле боя за овладение «энергией личности», за раскрытие своих собственных, личностных способностей в работе с призраками и людьми, со скрытой энергией и в групповых ситуациях, в парапсихологии и физике.

Индивидуальная работа в этом мире нуждается в поддержке работой общественной. Групповая работа, которую мы все способны выполнить, состоит в том, чтобы осознать, что мировые проблемы, такие как расизм, необузданная агрессия и равнодушие к другим людям и к миру—все это проявления духа, струящиеся потоками из городов и стран, о которых мы все слышим ежедневно из новостей. Они присутствуют повсюду—внутри и вне нас, ожидая, чтобы их переработали.

Упражнения по теории поля.

1. Подумайте о собрании группы, в котором вы участвовали.

2. Вспомните атмосферу этого собрания Представьте, что различные стороны или позиции, занимаемые на этом собрании, — это некие типы или проявления духа. Например, это могли бы быть возмутители спокойствия и консерваторы, лидеры и их последователи.

3 Были ли на собрании другие проявления духа, трудные для выявления? Или такие, о которых можно было только догадываться или ощущать их? Например, не боялись ли люди выступэта? Если так, не было ли это связано со скрытой атмосферой критиканства и осуждения?

4. Теперь, когда вы можете распознать некоторые из проявлений духа, формирующих данное поле, каким образом вы смогли бы сделать это поле более сознательным или полезным?

Глава 4. ВМЕШАТЕЛЬСТВО В ПОЛЕ.

Жизнь в группе может быть тягостной. Сколько раз мы намеревались немедленно порвать свои отношения и покинуть свою семью, школу, работу, друзей и даже страну? Наша жизнь в группе трудна по многим причинам, и одна из них, несомненно, заключается в стремлении группы порождать конфликты и хаос.

Работа с конфликтами и использование методов их разрешения наиболее эффективны, когда люди находятся в разумном, рациональном состоянии сознания, но как можно иметь дело с группами, которые слишком агрессивны, эмоциональны, жестки или даже неистовы? Почти любое соглашение, переговоры или другой способ разрешения конфликта будут действенны лишь в том случае, если стороны уже проявили согласие работать с этим конфликтом. Но как можно работать с группой, когда ее отличают беспокойство, экстаз, насилие или безумие, когда никто ничего не хочет решать?

Турбулентность и саморегуляторы поля.

Теория поля приходится особенно кстати в работе с группой, находящейся в стадии сильного конфликта. Лучшее, что можно сделать в хаотической ситуации—это помнить, что мы живем в поле, так как понимание того, что мы имеем дело с полем, поможет справиться с завихрениями этого поля и хаосом.

Прежде всего я убежден в том, что наш мир подобен глобальному семинару. Каждый ведет себя в нем по временам так, будто здесь самое время и место для развития неизвестных сторон своего «я» и для реализации всего своего потенциала. Я пришел к такому выводу потому, что подавляющее большинство конфликтов, свидетелем которых мне пришлось быть, при ближайшем рассмотрении оказывались лишенными содержания. Настоящая борьба—это импульс к объединению. Это происходит каким-то неопределенным образом и вызывается некоторыми неизвестными проявлениями духа.

В современной физике, в теории турбулентности и возмущений говорится об «аттракторах», организующих и придающих смысл беспорядку в системах, далеких от состояния равновесия. Аттракторы предсказывают степень упорядоченности, которая может возникнуть в атмосфере хаоса.

К примеру, в человеческих системах аттрактором нашего индивидуального развития может быть стремление к равновесию и гармонии. Точно так же, как все камни, сброшенные со склона горы, скатываются в долину, а каждый раскачивающийся маятник в конце концов замедляет ход, пока не остановится, самый худший личный или групповой хаос обладает тенденцией хотя бы к временной упорядоченности.

В сказках показаны многие аттракторы, которые формируют наши личные и групповые процессы. Независимо от того, что происходит со сказочными героями, в большинстве случаев их проблемы благополучно разрешаются. Герои сражаются со злодеями за принцессу, принцу удается разбудить спящую заколдованную царевну. Аналогично этому во всех обществах люди стараются перенести свои высшие идеалы на банальные события повседневной жизни, а нежность и любовь вдохновляют на борьбу в мире, где все-таки преобладают ревность, ненависть и убийства. Не подобна ли сама вселенная каждому из нас, стремясь познать самое себя, интегрироваться и обрести некоторую форму, для которой будут характерны мир, гармония и равновесие?

Стремление системы к достижению внутреннего равновесия лишь отчасти можно объяснить логическим образом. Изменение—тоже непостижимый, сложный процесс: у нас нет способа обнаружить причину перемены или момент, когда это может произойти. Кроме того, изменение может произойти в одной из частей поля без какой-либо сознательной связи с его другими частями. Например, события, происходившие в большой группе в Калифорнии в канун вторжения Ирака в Кувейт, могут быть примером случайного воздействия поля. Эйнштейн назвал бы это принципом нелокальности, Юнг—синхроничностью, а Шелдрэйк—морфогеническим резонансом. Мы могли бы назвать случаем, Дао или чудом.

Поля самоуравновешиваются.

Таким образом, стремление систем к достижению внутреннего равновесия является аттрактором. В китайской философии женская энергия Инь противодействует мужской энергии Ян и уравновешивает ее, так же как за разногласием следует согласие. Опытный консультант процесса знает и признает существование такого аттрактора—стремление природы самой внутренне уравновесить себя—и использует это знание для того, чтобы позволить процессам развиваться своим ходом. Он выжидает и сознательно способствует неизбежному природному движению. Всему свое время—время для действия и работы и время для спокойствия и терпения.

Так как согласие и антагонизм неизбежны, то следует ожидать, что позиция лидера может вызвать сопротивление или нападки. В самом деле, чем более прочным является положение лидера, тем в большей степени надо ожидать выступлений против него! Даже при наличии благосклонности, доброжелательности и человечности, лидер попеременно сталкивается с недоверием и сопротивлением. Даже гармоничная и уравновешенная система должна обладать динамическими колебаниями между равновесием и хаосом в интересах своего развития.

Однако то, каким будет это стремление к равновесию— созидательным или разрушительным, — зависит от нашей способности вмешиваться в эволюцию этого поля. Стремление полей к внутреннему равновесию может быть и стремлением к самоубийству. В своих попытках уравновесить свои различные части поле может совершенно случайно самоуничтожиться, если не найдется того, кто сможет оценить, развить и справиться с нарастанием или угасанием изменений в данном поле.

Помню одного мальчика, страдавшего от опухоли мозга. Когда я попросил его рассказать о том, на что по его ощущениям похожа эта опухоль, он сказал, что чувствует, будто на голове у него находится молоток. Он показал, как стучит этот молоток, и, к моему удивлению, этот молоток при каждом ударе приговаривал: «Иди, занимайся и не сиди так долго у телевизора!».

Основываясь на его ощущениях, я посоветовал ему пить черный кофе, перестать смотреть телевизор и начать заниматься. Несмотря на возражения его матери и врача, он так и поступил.

Такое вмешательство в поле постепенно разрешило конфликт между его леностью и необходимостью заниматься. Через несколько месяцев опухоль исчезла.

Явно злокачественная опухоль этим «молотком» передавала сообщение: дисциплина! Эта опухоль была попыткой организма уравновесить стремление ребенка к безделью, но вызывала деструктивный эффект. Без знания и умения помочь частям нашего «я» взаимодействовать друг с другом человеческая система будет сама уравновешиваться вплоть до самоубийства. То же остается верным и в отношении обществ и наций.

Жесткое и неосознанное напряжение одинаково легко может привести как к войне, так и к развитию большого сотрудничества и взаимопонимания.

Разум в самоуравновешиваемой системе.

Самоуравновешенность приобретает особый разумный смысл в тех случаях, когда всем частям данного поля обеспечивается возможность проявить себя в полной мере. Только тогда, когда полностью присутствуют и вспыльчивость и чуткость, лидеры и возмутители спокойствия, система может успешно решать свои проблемы.

Некоторые требования, которым надо следовать, чтобы самоуравновешивающий аттрактор был разумным, известны мне уже сегодня, некоторые еще предстоит открыть. Первое требование заключается в том, чтобы выявить все различные стороны поля и проявления духа в системе. Второе требование—мы должны позволить им всем выразиться.

Все части поля должны присутствовать и поощряться, даже те, которые нам не нравятся или в бесполезности которых мы не сомневаемся. Лидеры и бунтовщики, подчеркнуто по-мужски грубое поведение и чувствительность, свои и чужие, сила и страх, критика и поддержка—все это должно иметь место и выявляться в данной системе.

Некоторые из проявлений духа идентифицировать труднее, так как это призраки, как я их называю, которые включают в себя или подразумевают наличие чувств в атмосфере. Такие «призраки» как ревность, любовь, презрение и чувство собственного достоинства должны быть выявлены и выражены. Как только идентифицированы все части поля, им всем должна быть дана возможность проявиться. Система, которая не отводит ни времени, ни места для своих призраков, в конечном итоге будет ими нарушена или разрушена.

Барьеры и рассогласования.

Рассогласованность (неконгруэнтность) — мать напряженности и конфликта: это признак того, что система самоуравновешивается. Рассогласованность означает посылку двух противоречивых сообщений одновременно; например, о мире и гармонии можно говорить в агрессивном тоне и прерывая других. Групповые проблемы схожи с проблемами личными. Личность противится тому, чтобы обнаружить свою рассогласованность, так как для этого надо посмотреть на скрываемые части своего «я». Точно так же мы боимся обнаружить рассогласованные коммуникации в своей группе, так как в этом случае мы должны измениться сами и позволить существовать другим позициям.

Трудности в общении и конфликты между сторонами возникают и нарастают при естественном ходе вещей в группах, так как эти группы или личности прикованы только к одной форме поведения, одной философии или одной позиции, отрицая существование других. У каждой группы есть барьеры или внутреннее сопротивление к принятию, признанию определенных, скрываемых ими сторон, и к работе с ними.

Например, у многих групп есть барьеры, препятствующие выражению личных чувств на людях. Существует негласная договоренность между членами группы, что в группе нет места проявлению личных чувств. В одних группах будут сдерживаться агрессивные и недемократические устремления. В других существуют неписанные правила, согласно которым члены группы не должны вести себя как дети. Все группы и организации обладают убеждениями и устремлениями, философией и поведением, которые они всячески поощряют, и другими, которые они осуждают, запрещают, подавляют или оказывают им активное сопротивление.

Когда группы блокируют выход за барьеры, они разлаживаются, становятся жесткими и безжизненными. Даже если внешне дела группы выглядят хорошо, скрытые депрессии и страхи свидетельствуют об ухудшении жизни этой группы. Люди могут быть добрыми, вежливыми и нравственными по отношению друг к другу, но искреннее общение при этом отсутствует.

Группы могут продолжать считать, что у них все идет успешно, хотя внешний мир уже не поддерживает их, не покупает их товар. В рассогласованной группе связи между подгруппами напряжены, а совместная работа затруднительна. Члены группы все время подчеркивают свое славное прошлое или строят грандиозные планы на будущее, но никто не работает над текущими проблемами. Раскол и скрываемые стороны группы проявляются в групповых сплетнях Все группы сплетничают о других конкурирующих организациях, не сознавая того, как эти «другие» группы становятся проявлениями духа в их собственном поле!

Помню, как в Цюрихе создавался Центр по изучению восточной психологии. Мы проводили достаточно много времени в болтовне о новом психологическом учреждении в городе, бывшем предметом нашей зависти. Мы насмехались над их стремлением к излишней организованности и жесткости, не сознавая того, насколько мы сами в данный момент нуждались в более жесткой организации и структуре. Мы упускали из виду проявление духа законов и правил.

Осознание групповых процессов.

Информация о структуре полей, барьерах, рассогласованности и стремлении к саморегуляции учит нас, пожалуй, самому важному в групповой работе—как осознавать групповые процессы и уметь ждать. Зная о том, что происходит, мы можем выждать, давая возможность процессам разворачиваться своим ходом и указывая группе на происходящее. Группа с пробужденным сознанием будет самоуравновешенной и мудрой.

Многие конфликты, особенно в малых организациях, решаются сами по себе при простом проявлении чуткой внимательности. Поля имеют тенденцию сами восстанавливать равновесие и снимать напряженность, но это требует знания, внимания к происходящему, поощрения явных и скрытых устремлений и помощи выразиться им более полно.

Рассмотрим более детально, что я подразумеваю под словом осознание. Существует несколько различных аспектов осознания.

Чувствительность. Консультанту необходимо чувствовать атмосферу группы. Это означает отбор и оценку неожиданных и непредсказуемых сигналов и сообщений в группе. Они могут проявляться в шуме группы—сердитые голоса, молчание, хихиканье, шепот. Если вы—консультант, то можете отметить атмосферу группы, выраженную в чувствах группы, которые можно обнаружить, находясь рядом с этой группой печаль, страх, опасения, радость. Можно отметить движения в группе—уход и приход, движения и наклоны, игру детей на полу. Может быть, между членами группы возникают трудности во взаимоотношениях. Все это заслуживает должного внимания и оценки. Для того чтобы почувствовать атмосферу группы, нельзя пренебрегать ни одним из своих наблюдений.

При восприятии атмосферы группы консультанту необходимо просто отмечать характер происходящего в данной организации. Какова атмосфера—приятная или дискомфортная и напряженная? Какое дух данной местности? Каков дух помещения, в котором группа собирается? Какие имеют место проявления духа?

Обращение к групповому сознанию. Поделитесь своей информацией с другими и предложите им поделиться своими впечатлениями. Находится ли группа в подходящем настроении для совместной работы над проблемами или же она желает разделиться? Хотят люди поработать над групповыми событиями индивидуально или перебирая их дома, в кругу семьи? Может ли еще кто-нибудь в группе чувствовать ее атмосферу или вы одни?

Каждой группе нужны свое собственное время, место и свои ритуалы. Время для работы и завершения дел и время для самовыражения и открытий. В подходящий для этого момент обратите внимание группы на проблему осознания происходящего в группе. Иначе все, о чем вы говорите, будет встречено с возмущением. Вы можете предложить группе что-нибудь сделать только тогда, когда ее члены уже думают об этом или готовы к этому. По моему мнению, лучшие консультанты группы являются не надзирателями, а «ассистентами» и «помощниками», которые определяют направленность поля и делятся этим открытием с остальными.

Сортировка. Сортировка означает тщательное просеивание ощущений, проблем, выводов и аргументов группы для определения того, какие проявления духа присутствуют в поле группы.

Один способ обнаружить, что присутствует в атмосфере, это—установить, есть ли разница между тем, что привлекает внимание группы, и чувствами, которые витают в атмосфере. Консультант группы может также спросить, на каких вопросах группа хотела бы сосредоточиться, а затем отобрать наиболее важные, отмечая, какие из них вызывают эмоциональную реакцию—мертвая тишина, хихиканье, смущение и смех. Такие реакции указывают на наличие вторичного процесса, наличие предмета обсуждения, против которого настроена группа и что она скрывает. Это всегда имеет место в случае большой напряженности поля.

Используйте свое знание для проверки происходящего. Является ли скрываемый предмет обсуждения конфликтом между мужчинами и женщинами? Может, это чувство отсутствия поддержки или недооценки со стороны членов группы? Может, это жесткость руководства, скука или жадность?

Определение духа времени и пространства. Я уже говорил о важности выявления различных частей поля, как основы его рационального функционирования. Для этого существует хороший эмпирический метод—предположить, что каждое проявление духа обладает дополняющей его связью с другой частью поля. Например, если члены группы жалуются на то, что их не слушают, и сами шумят, то можно предположить, что в этом поле имеется такая его часть, которая вообще глуха. Непредставленные части поля—это призраки, они затуманивают атмосферу и требуют к себе внимания. Если члены группы считают себя обиженными, они могут не сознавать того, что какая-то часть этой же группы должна выступать в роли обидчика.

Объективность и нейтральность. Консультант должен оценивать все части данного поля, так как для того, чтобы имело место взаимодействие и развитие, должны присутствовать все части поля. Нейтральность—это больше, чем просто неприятие чьей-то стороны в конфликте; это осознание того, что причиной группового конфликта не может быть один человек или событие. Это не может служить поводом для порицания, так как ни одна часть поля или личность не может быть «плохой» без участия всей системы. Нет деспота без жертвы, не существует напряженности без людей, которые стремятся избежать ее! Нейтралитет и объективность— важные методы работы с группой, так как они позволяют нам отделить людей от частей поля или проявлений духа в данном поле. В каждом члене группы содержатся все эти части.

Однако, полные нейтральность и объективность являются неосуществимой мечтой, наивными представлениями нас самих о себе. Теперь мы знаем из современной физики, что абсолютная объективность невозможна, а из повседневной жизни—что мы не можем быть посторонними наблюдателями в большинстве ситуаций. Следовательно, мы должны учиться признавать свою ограниченность—быть участниками планетарного процесса и одновременно искать пути содействия этому процессу. Это потребует специальной подготовки и внутренней работы, которым мы уделим внимание в следующих главах.

Перемена ролей. Напоминание о том, что члены группы не идентичны проявлениям духа, удержит нас от отождествления личностей с теми ролями, которые они временна играют в группе. В своей личной жизни мы проходим через многие стадии развития. В одно время мы отождествляемся с одной частью своего «я», в другое время—с другой. Мы не являемся ни одной из этих частей, даже если наше индивидуальное развитие позволяет нам получать доступ ко всем этим частям.

Одна из опасностей, существующих в бессознательно действующих группах, состоит в том, что они подавляют развитие личности. Лишь знание о проявлениях духа в поле поворачивает групповой процесс в сторону индивидуализации. Личность получает возможность обнаружить в себе различные проявления духа. Действительно, группы работают лучше, если личности информированы о том, какие проявления духа они могут обнаружить в себе в данный момент, пойти им навстречу и дать им «право голоса».

Перемена ролей как метод вмешательства в работу группы основана на индивидуальном знании членов группы своих изменяющихся в данной группе ощущений. Этот метод должен быть рекомендован как средство пробуждения личного знания. Спрашивая человека о том, в какой роли он находится, мы позволяем ему узнать, с какой частью поля он отождествляется в данный момент. Если этот метод применяется в качестве программы независимо от знания, он становится просто разновидностью метода группового играни? ролей.

Групповые поля всегда поляризуют нас на различные проявления духа и словно гипнотизируют людей, когда они отождествляются с тем или иным состоянием духа или становятся одержимыми этими состояниями. Так мы становимся и героем и жертвой, и противником и сторонником. Рекомендуемое и поощряемое осознание, однако, преобразует незаметные, но мощные давления группового гипноза в процесс саморазвития, в котором мы отмечаем—кто мы и как мы изменяемся в ходе группового процесса.

Лучшие из консультантов являются помощниками человека в его развитии; они будят наше сознание и мягко помогают нам почувствовать, когда мы «вмораживаемся» в роль и теряем доступ к другим частям своего «я». Помните, что больше всего нас пугают такие группы, где опасность стать одержимым духом или комплексом является наиболее острой.

Опытный консультант поможет нам осознать момент, когда мы рассогласовываемся в данной роли, когда стараются проявиться другие части нашего «я» и когда мы должны изменить прежние роли. Правда, иногда члены группы настолько цепенеют, что необходимо бывает даже физическое вмешательство, чтобы дать понять им, что они больше не находятся в своих прежних ролях!

Помню как в одной большой группе раздраженная женщина яростно на всех нападала. Когда группа, наконец, сама стала защищаться от ее нападок, она отреагировала на это непредсказуемым образом, — стала отвечать бессвязно и не могла вообще реагировать, даже когда на нее нападали. Она выпала из контекста: ее роль (нападающего) кончилась, так как она больше ни с кем не разговаривала и никому не отвечала. Но она еще продолжала оставаться на своей прежней позиции. Какую же роль она теперь играла? Она явно считала сама себя сильной и не могла отойти на более мягкую позицию.

Я высказал ей предположение, что, пожалуй, ее прежняя роль больше ей не подходит и спросил ее, не хочет ли она выйти из этой роли? Но она не могла ответить. Она впала в совершенный транс, в бессознательное состояние. Я предположил, что она была обижена реакцией группы, но не хотела показать этого.

Я подошел к ней и слегка дотронулся до нее. Неожиданно она заплакала и рухнула на пол, а потом поползла к стоящим рядом женщинам, которые обняли ее. Эта трогательная сцена была волнующим разрешением группового процесса. Я еще буду обсуждать это мощное по силе воздействия взаимоотношение между людьми, но хотел бы подчеркнуть, до какой степени мы стали привязаны к определенным ролям, в данном случае к агрессивной роли, и что знание облегчает нам доступ к другим частям нашего «я» и нашей группы.

Консультант группы как модель поведения.

Иногда консультант группы должен отходить от своей нейтральной позиции и временно входить в ту или иную роль или состояние духа для того, чтобы позволить событиям развиваться своим ходом. Когда группа остерегается событий, определяемых данным проявлением духа, ей необходима поддержка для их осуществления.

В этот момент бывает полезным войти в роль и поддержать одну из точек зрения, тогда как члены группы, находящиеся в этой роли и которые нуждаются в помощи, должны выполнять роль консультанта и наблюдать за поведением группы. Только входя в определенное состояние духа, консультант сможет угадать или понять смысл сообщений, посылаемых этой ролью.

Вспоминаю, как в Южной Америке одна женщина на напряженно проходившем собрании говорила, что чувствует себя жертвой насилия со стороны группы. Хотя в этой группе и была большая напряженность, никто открыто не проявлял свою агрессивность. Женщина эта вела себя на словах как жертва, но что-то в ее поведении не соответствовало этой роли. Поэтому я подошел к ней поближе и постарался понять смысл ее роли. Когда я поставил себя на ее место, то понял, что хотя она и говорила о том, что она жертва, но делала при этом резкие и агрессивные движения руками и говорила раздраженным тоном.

Я повторил ее действия и, так как выступал с ее позиции, все, что она говорила, повторял злобным тоном. Я пошел дальше простой имитации ее поведения и добавил, что я не только жертва, но и хочу теперь отомстить всем и тиранизировать их.

Это вызвало моментальное разрешение ситуации. Все споры прекратились, как только роль тирана, стремящегося к власти, и желание отомстить проявились сознательно. Чувства в поле изменились от ненависти к сожалению по поводу необходимости причинять боль друг другу.

Барьеры. Существует много способов позволить процессу развернуться, но, пожалуй, наиболее существенным из них является метод закрепления внимания на барьере группы по отношению к чему-либо, на осознании группой ее стремления избежать решения эмоциональных проблем, проявлениях личных чувств, идеалистических представлениях и конфликтах во взаимоотношениях.

Проблемы, которые группа пытается скрыть, будут вновь возникать, если не решить их до конца. Например, если член группы говорит, что ему больно или что он зол, другие могут испытывать при этом смущение или раздражение и захотят сменить предмет обсуждения. Если группа не задержится на обсуждении этой проблемы, вызвавшей гнев или обиду, она вновь возникнет, пока не будет решена окончательно.

Сводка погоды. Одного осознания барьера в группе бывает недостаточно Как только знание о таком состоянии или событии появляется, возникает следующий, еще более важный вопрос—как поделиться этой информацией с другими?

Приятный метод разделения информации с другими состоит в том, чтобы давать «сводку погоды». Никто из нас не может оставаться полностью нейтральным в группе, но мы можем постараться поделиться своим мнением о том, что происходит в группе, так, будто передаем сообщение о погоде.

Атмосфера передачи этой информации должна быть доверительной, сердечной и вызывающей интерес.

Я представляю себе такой способ разделения своего знания с другими как медитацию «випасана». Сообщающий о погоде позволяет остальным, сосредоточенным только на самих себе, узнать, что происходит в самой группе. Всем нужно читать газеты, знать погоду, состояние всего окружающего мира, а не только то, что происходит там, где мы живем.

Следовательно, полезное вмешательство в групповой процесс заключается в том, чтобы сообщать о происходящем в группе, будто речь идет о погоде.

Итак, мы в конфликте.

Сейчас мы избегаем его. Не слишком ли это больно?

Конфликт перерос в «холодную войну» и никто друг с другом не разговаривает.

Наступила тишина. Означает ли это окончание конфликта?

Произошло разрешение конфликта, но несколько человек там, в углу, кажутся недовольными.

Все говорят и счастливы и, комментатор погоды может уходить домой.

Мы начинаем новую тему. Как долго мы будем заниматься ей?

Мы застряли и, кажется, не двигаемся дальше. Пропустили ли мы какой-то барьер?

Центр общины формируется, и я должен перестать говорить, так как это будет разрушать создавшуюся атмосферу.

Теперь, пожалуй, можно сосредоточить внимание на отдельной личности Типична ли эта личность для данной группы?

Теперь два члена группы спорят Характерно ли это для всей группы?

Вот появилась напряженность между подгруппами. Есть ли необходимость проявить ее еще сильнее?

Теперь кто-то играет роль тирана Его ли это роль? И кто жертва?

Теперь мы достигли момента духовного общения Следует ли пренебречь им или входить в него и дальше?

Я заметил нарастание конфликта Пусть страсти накалятся. Теперь я замечаю, что конфликтующие стороны чуть отодвинулись друг от друга. Означает ли это угасание конфликта?

Следует ли на этой стадии проверить, что выйдет, если оставить дан-яую проблему?

Страсти накалились до предела. Так, пожалуй, дойдет и до смертоубийства Теперь, кажется, наше поведение потрясло нас самих. Возникает какое-то чувство.

Этого первого собрания и возникшей конфронтации было достаточно. Зачем идти дальше? Означают ли ваши спокойные голоса, что на сегодня все сделано?

Изменения состояний группы. Когда группы в течение долгого времени находятся в одном состоянии, неожиданное изменение этого состояния может принести огромное облегчение. Для этого имеется несколько способов. Основной принцип состоит в том, чтобы использовать канал или способ восприятия и общения, которым до этого пренебрегали'. Например, группа, в которой очень много разговаривают, может достичь большего с помощью движения. Консультант группы может предложить тому, кто захочет двигаться, встать и перестать разговаривать. По мере того, как члены группы бродят по комнате, может возникнуть новый процесс, который до этого подавлялся преобладающей формой разговора. Члены группы могут образовывать небольшие подгруппы и кружки, с кем-то дружески обниматься, кого-то избегать, танцевать или просто отдохнуть.

В некоторых американских группах смогут выявиться новые черты после перехода к молчанию или наоборот— к шумному общению. Одной японской группе, с которой мы работали, чрезвычайно помогло то, что они перешли после длительной дискуссии к молчанию.

Иногда изменение состояния группы может быть вызвано предоставлением ей возможности определять, на что следует обратить внимание. Члены группы могут при этом крутить на полу какую-нибудь указку (например, ручку) и когда, остановившись, она укажет на кого-нибудь, разговор о проблемах этого человека может послужить ключом к проблемам группы.

Результаты использования таких методов гадания всегда удивительны. Однажды в большой группе шло обсуждение явно важной проблемы. Указка показала на одну женщину, которую мучила совесть, и она виновато созналась в только что совершенной краже. Группа оставила свои споры, и все члены сосредоточились на том, какие чувства они испытывают по отношению к проблеме нужды и бедности.

Подъем и спад энергии. Часто состояние процесса в большой группе может изменяться без какого-либо сознательного вмешательства. Даже злобные, деспотические проявления духа могут меняться. Например, две стороны могут спорить между собой, но как только скрываемые эмоции выплеснулись, спор заканчивается. Даже после того как изменилось настроение, голоса стали спокойнее и напряжение спало, люди продолжают спорить на ту же самую тему, так как они стали слишком привязаны к ней.

От консультанта требуется только обратить внимание спорщиков на то, что их голоса стали спокойнее и прежнее их настроение изменилось. Мы не должны забывать, что огромная энергия подвержена спадам и подъемам. Когда она возрастает, нам необходимо способствовать ее выходу, а когда она спадает, мы должны позволить ей иссякнуть.

Личное отношение. Другое важное изменение происходит в группе, когда ее члены начинают выражать свое личное отношение к ролям, которые они только что представляли.

Существует много уровней групповых процессов. Один уровень связан с групповыми проблемами и ролями, другой—с нашими личными, индивидуальными ощущениями данной групповой ситуации. По-видимому, только тогда, когда выражены все роли и проявления духа, группы готовы к переходу на личностный уровень. Если личное отношение проявляется слишком рано, это может оттолкнуть всю группу от участия в групповом процессе. А отказ от выражения личного и искреннего отношения, когда роли уже утратили свою энергию, делает все происходящее похожим на игру.

Гармония может мешать. Гармония в группе—прекрасное состояние, но далеко не такое действенное, как осознание. Некоторые процессы не могут быть полностью завершены, так как для этого требуется больше времени или оттого, что группа не способна их завершить; завершение процесса должно происходить на личностном уровне с участием каждого члена группы. Может случиться так, что групповое решение проблемы окажется вредным для отдельных «диссидентов». Эти диссиденты характеризуют будущее группы: они указывают на следующий этап развития группы, нарастающий в группе кризис.

Прогнозирование будущего. Тайные, скрываемые процессы, проявляющиеся в ощущениях, симптомах и фантазиях, всегда указывают на возможность следующего шага для личности и группы. Следовательно, можно предвидеть будущее, исходя из текущих вторичных процессов.

Группа, решающая индивидуальные проблемы, может, к примеру, на следующем этапе испытывать затруднения во взаимоотношениях среди ее членов. Группа, достигшая гармонии, может на следующем собрании столкнуться с конфликтом. Группа, чья напряженность выражалась в словесной перепалке, в следующий раз сможет стремиться к спокойствию и восприимчивости. Группа, избегавшая обсуждения какой-либо темы, несомненно сделает это в следующий раз. Процессы развиваются непредвиденным образом, но наряду с этим они обладают и предсказуемыми параметрами.

Групповое бессознательное. Многие в своих группах и на предприятиях боятся выражать свое мнение, так как чувствуют себя неуверенно, боятся вызвать этим недовольство или лишиться работы и даже опасаются физической расправы за проявление своих чувств.

Справедливо предположение о том, что все люди, включая и т. н. «боссов», подавляют себя, чтобы обезопасить себя. Каждый член системы вносит свой вклад в осложнение атмосферы, сосредоточиваясь на собственной безопасности и защите. Такие групповые поля порождают зависимость, воинственность, застой и неизбежную революцию.

В некоторых ситуациях такой страх может быть преодолен путем создания в поле возможности для его проявления. Консультант может высказать предположение о наличии в поле чувств, характерных для зависимых ролей. О некоторых страхах и чувствах можно говорить открыто, например, о любви, одобрении, поддержке и безопасности.

Свободное место. Этот термин я использую для обозначения вмешательства в работу группы, которое провоцирует проявление скрытых процессов. Консультант задает вопрос или делает утверждение, фактически лишенное конкретного смысла, и как бы предлагает сделать это другим. Вопросы типа: «Присутствует здесь еще какое-либо чувство, которое до этого не было выражено?» или «Есть ли здесь еще кто-нибудь, кто боится сказать то, о чем думает?»—помогают членам группы выразить свои мысли и чувства, не ставя их при этом в затруднительное положение.

Метод свободного места может применяться и без слов. Как-то я выскользнул из комнаты, где в группе шла ожесточенная дискуссия, заскочил в ванную, натянул себе на голову черный капроновый чулок и вернулся на место. Сначала меня никто не узнал. Все были шокированы моим видом.

«Кто я? Перенеситесь мысленно в меня», — сказал я им. Я предложил членам группы вообразить себя некоторым мудрым существом, способным разрешить их конфликт. Один за другим члены группы брали на себя роль этого мудрого духа, и их проблемы были решены моментально. Обучение. Не каждая группа захочет познавать себя; многие просто нуждаются в помощи для решения текущих проблем. Однако группа, которая согласна совершенствоваться в своем самовыражении, нуждается в учителе в такой же степени, как и в консультанте. Чудесный и значительный момент наступает для некоторых групп и организаций, когда они сами начинают исполнять обязанности консультанта. Консультант—это всего-навсего еще одно проявление духа. Фактически, понятие «консультант» точнее было бы заменить «соучеником». Каждому члену группы должна быть предоставлена возможность проявить свою мудрость, экспериментировать со своим сознанием и дать ему шанс изменить мир.

Ниже приводятся упражнения для желающих улучшить групповое сознание.

1. Групповые барьеры.

Это упражнение помогает участникам осознать, что они обычно запрещают выражать в своей группе. В группах по четыре человека выявите барьеры, спрашивая себя:

«Почему так вышло, что именно сейчас я не чувствую себя совершенно свободным в этой группе?

«Каким образом этот конфликт может стать частью моего личного роста?

Внутри своей группы из четырех человек разбейтесь на пары и позвольте каждому поработать с такими запретами и барьерами, разыгрывая конфликт между самим собой и тем, кто подавляет свободу. Или же сам читатель может спросить себя, почему он не чувствует себя свободно в группах, а потом задать себе вопрос:

«Какое лицо или какая сила подавляет меня?».

«Как мне, уважая эту силу, сохранить свою свободу?».

2. Отбор вопросов в группах.

Попросите группы из четырех человек выбрать темы, их интересующие.

Попросите их отобрать вопросы по силе их «эмоционального заряда», т. е. те вопросы, которые эмоционально сильно на них воздействуют, и ге, которые действуют слабо или вообще никак.

3. Сводка погоды,

Представьте, что вы—комментатор погоды, и отметьте атмосферу и эмоциональный настрой в группе. Выделите, что происходит в группе нейтрально и бесстрастно. Включите в ваши сообщения о группе:

— процессы, о которых они любят поговорить и те проявления духа, которыми они, возможно, пренебрегают;

— тон обсуждения: серьезный, шутливый, лично выраженный или деловой.

4. Быстрые изменения состояния группы.

Давайте группам возможность вызывать быстрые изменения путем:

— изменения каналов. Попросите участников замолчать и начать, двигаться или посидеть минуту молча;

— побуждения участников конфликта к физическому взаимодействию п предложения группе создать благоприятную для этого практическую среду;

— порождения конфликта в скучающей группе посредством постановки проблем меньшинства в группе;

— играная роли третьей стороны, не присутствующей, но обсуждаемой;

— выделения в конфликте тенденций к его угасанию и предложения^ участникам попробовать успокоиться.

Часть II. МЕТАНАВЫКИ ЛИДЕРСТВА.

Глава 5 ЛИДЕР КАК МАСТЕР БОЕВЫХ ИСКУССТВ.

Когда я учусь забивать молотком гвоздь, я приобретаю навык. Однако то, как я использую при этом молоток, является метанавыком. То же самое верно и при выработке навыков работы с личностями и группами. Нам необходимо овладевать навыками и методами, но их нельзя применять без соответствующих метанавыков в глубокой демократии.

При работе с группами, испытывающими трудности внутри себя или в отношениях с другими группами, решающим фактором для консультанта выступают не навыки или методы, которыми он пользуется, а его установки по отношению к данной группе. Эти установки и убеждения и есть то, что я называю метанавыками. Они порождают методы работы в любой ситуации.

Подумайте о сострадании как о метанавыке. Навык, применяемый без сострадания к людям, даст меньший эффект, чем когда он используется с состраданием. Эту очевидную истину не так просто применить на практике. Мы все знаем, как обучать навыкам, но с метанавыками дело обстоит сложнее. Использование метанавыков необходимо в мировом процессе, но как обучать и учиться установкам, убеждениям и чувствам по отношению к людям? Обнаружение и совершенствование метанавыков требует наличия сплава таланта, внутреннего развития и знания ролевых моделей, а также других качеств, которые мне пока неизвестны.

В этой главе делается попытка выделить некоторые метанавыки глубокой демократии, необходимые для работы с мировым процессом. Я пока еще не совсем уверен в том, как им обучать или как пробуждать эти метанавьжи у других людей. Я могу только предложить свои собственные убеждения, ожидания и представления о людях и постараться установить, каковы мои собственные установки и мета-навыки. Я пользуюсь терминологией боевых искусств для описания некоторых из установок которыми должен обладать консультант, работая с группами с позиций глобального процесса.

Консультант как роль.

Работа с любой группой требует, в первую очередь, осознания консультантом собственной роли. Эта роль отличается от других ролей в группе своей заинтересованностью в благополучии всей группы и его связью с окружающим миром. Он не принадлежит ни к одной отдельной партии или части группы, если только не считать такой принадлежностью подчинение его интересов целому.

С точки зрения как групповой, так и личностной психологии лидерство и консультирование в группе—это только часть всех наших качеств, всего нашего общего развития. Другими словами, лидерство не связано ни с какой отдельной личностью, а может временами переживаться каждым из нас. Никто не является только лидером! Знание этого является одним из решающих метанавыков лидерства, так как это позволяет нам быть подвижными и многообразными в качествах как лидера, так и его последователей.

Уроки из работы с групповой энергией.

Большинство людей, сталкиваясь с напряжением в группе, поступают одним из трех способов:

— подавляют его и стараются быть вежливыми по отношению друг к другу;

— анализируют его и стараются измениться сами или изменить других;

— включаются в него и стараются причинить вред друг другу.

Методы и навыки восточных боевых искусств предлагают процессуально ориентированный путь преодоления конфликтов. В теории боевых искусств описываются некоторые из установок, необходимых консультанту по отношению к группе, с которой он работает. В качестве нового понимания конфликта и напряженности может быть в особенности использована методика школы Айкидо, позволяющая преодолевать страх перед конфликтами и даже включаться в них.

Японская школа Айкидо основана на принципе энергии поля, или Ци. В своей книге «Дух Айкидо» Кишомару Уэшиба, цитируя древнеяпонские трактаты по боевым искусствам, связывает энергию поля Ци с метафизическими принципами китайской философии. По Уэшиба, Ци—«это источник созидания, выраженный в формах Инь и Ян (Лаоцзы), жизненная полнота бытия (Хуаньянцзы), мужество, вытекающее из высокой нравственности (Менсьюс), божественная, вездесущая сила (Хуанцзы)» (с. 21). «Она связана с «пустым пространством», «пустотой» или «ничто» (Лаоцзы), и «созидательной энергией», рождающейся из хаоса» (Хуанцзы).

По нашей терминологии Ци—это силовая энергия поля или его интенсивность. Подобно полю группа Ци—пуста и лишена содержания. Это—энергия, созидающая из хаоса меняющиеся паттерны. Поскольку Ци—«мужество, вытекающее из высокой нравственности», то это также и метанавык или установка, необходимые в работе над самим собой. Поле учит консультанта работать в нем, оставаясь само пустым или открытым для зарождающегося движения.

Если мы хотим научиться кататься на лыжах, то сама гора становится нашим учителем и методом. Если мы хотим заниматься серфингом, то нашим учителем становится море. Если мы хотим научиться помогать группе преодолевать трудности, сама природа подсказывает нам путь своими меняющимися «сезонами» гнева и любви, эгоизма и сострадания. Лучшими вмешательствами в работу группы являются не те, которые консультант привносит со стороны, а те, которые возникают естественным путем из меняющихся групповых настроений, напряженностей, эмоций, ролей и проявлений духа. Кратчайший путь, которым должен идти консультант группы, это путь, который выбирает и признает сама группа.

Согласно Уэшиба, Ци—это «божественная энергия». В моей практике это означает, что энергия группы не может быть полностью управляемой или предсказуемой, это таинственный дух. Я много раз пытался управлять ходом группового процесса; иногда мне это удавалось, иногда—нет. Когда я не мог управлять групповым процессом или сильным конфликтом, то неизбежно обнаруживал, что причиной этого являлось то, что при этом я шел против процесса и некоторых из его участников. Я полагал, что знаю больше других. Как только я не следовал Ци или духу, он жестоко учил меня, что мое дело—служить ему, а не отождествляться с ним.

Внутреннее равновесие.

«Деншо Чушаку», важный классический трактат по джиу-джитсу школы кито, советует воину уравновешивать общую ситуацию, следуя различным формам Ци и используя энергию своего противника:

«Кито» означает подъем и снижение. Подъем—это форма Ян, снижение—форма Инь. Побеждают, следуя Ян и следуя Инь. Когда соперник проявляет Инь, побеждай его формой Ян. Когда соперник в Ян, побеждай его формой Инь. Ослабить силу соперника и победить его, используя его силу можно благодаря Ци».

В мировом процессе стремление победить скорее нарушает равновесие, чем приносит пользу. Большая часть боевых искусств говорит не о борьбе и победе, а об общем развитии участников боя. Иногда, как в приведенной выше цитате, сообщение подразумевает подавление противника и победу в бою. Советуем обратить внимание на то, что поле самоуравновешивается.

Задача консультанта—следовать Ци: меняющимся в поле возбуждению, интересу и энергии. Консультант «побеждает» в групповом процессе, идя за тем, что происходит. Он идет за возникающим возбуждением, давая ему развиться; он идет и за спадом, когда энергия ослабевает.

Вспоминаю, как в одном рабочем групповом процессе возникло напряжение, когда «чужие» участники процесса чувствовали, что их вытеснили из группы более подготовленные ее члены, с их точки зрения—«свои». Вдруг, в ходе такой поляризации все замолчали, и я поинтересовался, не мог бы кто-нибудь из «чужих» рассказать, что именно при этом они ощущают. Тогда один из них сказал, что эти «свои» раздулись от самодовольства, как будто они все знают и лучше других. Я внимательно выслушал это заявление и, как один из «своих» (равно как и консультант) понял и работу этого выпада. «В конце концов, — сказал я, обращаясь ко всем, — я сам иногда раздуваюсь от своего самодовольства, как воздушный шар, когда мне кажется, что я открыл что-то, чего не знает никто! Но потом я падаю вниз свинцом, когда меня критикуют за мое самодовольство!» Все засмеялись, увидев, как Ян был побеладен формой Инь!

Консультант использует осознание, отмечая свои собственные ощущения, изменяя роли и позиции, постоянно находясь в движении и не являясь нч нападающим, ни обороняющимся, но пребывая одновременно и внутри и вне напряженности.

Идеальный консультант не имеет программы, он только следует Ци. Он помогает завершить групповой процесс, используя его энергию и внимательно выслушивая всех оппонентов. Он даже может оказать помощь своему противнику в отстаивании им его точки зрения и убеждений. Помощь такого рода создает хорошую экологическую атмосферу: при этом для осуществления изменений не требуется дополнительной энергии. Поле само будет перестраиваться и разрешаться, если мы используем уже имеющиеся процессы.

Следование скрытым формам Ци и вторичным процессам.

Чтобы следовать полю, надо его распознать. Части данного поля оказываются часто скрытыми или замаскированными. В «Хейхо Каден Шо»—книге по искусству фехтования—говорится, что именно то, что Ци скрыта и явно не обнаруживается, создает условия для победы»2. Если какая-то часть поля отождествляется с проявлением гнева, но на самом деле нуждается в помощи и выглядит печальной, то в этом случае скрытая Ци—печаль. При этом решение проблемы зависит от следования именно печали, «двойному сигналу». «Двойной сигнал»—это сигнал, содержащий два противоречивых сообщения. Например, в групповом процессе кто-то может просить помощи и одновременно кричать на группу за то, что она не слишком усердно работает. Налицо—двойной сигнал, а скрытая форма Ци—крик и гнев. Скрытая энергия Ци двойного сигнала всегда такова, что личность может не осознать ее как основную часть сообщения.

В качестве консультанта найдите скрытую энергию Ц и, отмечая, когда люди не только сердятся, но и нуждаются при этом в помощи. Когда кто-то критикует вас, отметьте, если он также боится делать это, и обратитесь к его робости. Отметьте, когда ваш противник громко требует к себе большего внимания и внимательно выслушайте его. Отметьте, когда ваш противник воинственно настроен и при этом учтив, и похвалите его за учтивость. Отметьте, когда ваш противник не только кажется властным, но и при этом втайне опасается, что будет вами подавлен. Помогите ему, пожаловавшись на то, что неспособны повлиять на него. Все это означает победить с помощью скрытой энергии Ци.

Любовь к природе.

В книге «Тенгу Гейджитсу Рон» по искусству фехтования сказано: «Во всех вопросах, связанных с искусством, включая боевые искусства, превосходно достигается путем обучения и практики, однако, истинное совершенство зависит от Ци. Величие Неба и Земли, сияние Солнца и Луны, смена времен, жара и холод, рождение и смерть—все это происходит благодаря смене Инь и Ян. Их незаметную работу нельзя описать словами, но все сущее наполнено жизнью благо-даря энергии Ци. Ци—источник жизни, и, когда Ци прощается с формой, наступает смерть».

Это поэтическое описание энергии Ци на самом деле больше, чем просто совет идти за процессами. Смысл состоит в том, что, хотя умение и превосходство зависят от подготовки и практики при вмешательствах в групповой процесс, фактический успех зависит от метанавыков, от восприятия, любви, веры и способности следовать изменениям поля.

В этом описании содержится сердцевина глубокой демократии, необходимой в личной и групповой работе. Решение проблем зависит от уважения и любви к природе, к «величию Неба и Земли», от благоговения перед Землей и морем, вершинами и снегом, сменой времен года и переменами в людях. Каждый из нас в глубине души любит природу, но мы часто забываем свою любовь, когда общаемся друг с другом, отделяя таким образом природу от человечества..

Мы слишком часто пытаемся решать свои проблемы, неверя в мудрость естественного потока жизни. Мы истощаемся, пользуясь только своей собственной энергией вместо того, чтобы только следовать тому, что подсказывают нам взаимоотношения между самими проявлениями духа! Природа сама выбирает путь—нам нужно только следовать за ней.

Непривязанность.

Центральным качеством лидерства является способность сохранять ясную голову в обстановке группового хаоса и неразберихи. Пожалуй, самым трудным в совершенствовании этого качества является то, что обучиться ему можно только «в деле», в атмосфере группового процесса. Накаленная обстановка, создаваемая положительными и отрицательными проекциями, борьбой и поклонением, гневом и любовью могут помешать развитию лидера, но могут и помочь ему развить свои способности до конца.

Консультирование и управление относительно гармоничными и спокойными групповыми процессами доступно почти каждому, но справиться с напряженными общественными ситуациями—это совсем другое дело. Это требует обучения, практики и, прежде всего, внутренней работы.

Классический пример непривязанности в сложной ситуации приводит основатель школы Айкидо мастер Уэшиба. Он рассказывает, что как-то, путешествуя, оказался в гуще битвы:

«Я мысленно уже приготовился к смерти, как вдруг ясно увидел, что мои боевые действия усиливаются, когда центр Ци сосредоточен в одном сознании и теле и что чем спокойнее становился я сам, тем яснее становилось мое сознание. Я смог интуитивно читать мысли и агрессивные намерения другого человека. Спокойное сознание подобно неподвижному центру вращающегося волчка—благодаря неподвижности центра волчок может вращаться мягко и быстро. Он выглядит со стороны почти неподвижным».

Мастер смог сохранить присутствие духа и избежать нападения. Но как это ему удалось? Я полагаю, что именно его «подготовленность к смерти» сыграла свою решающую роль. Страх смерти может оказаться неожиданным даром судьбы. Мы можем использовать свой страх перед нападением как сигнал того, что часть нашего «я» может быгь уничтожена.

Обладая информацией обо всех частях своего «я», мы можем тем самым «умереть» до того, как будем убиты на самом деле, и уберечь себя от нападения. Мы становимся невидимыми. Мы удаляемся, и тогда атакующему не на кого нападать, тогда Ци или поле могут подхватить нас, будто мы кружимся в танце с природой.

Однако, избежать нападения—это только начало. Следующим уровнем развития будет осознанное признание и последующий отказ от занимаемой нами нашей односторонней позиции, если мы станем нейтральными и поблагодарим нападавшего на нас за то, что он помог нам избавиться от нашей старой сущности. Затем мы даже можем встать на его сторону и помочь ему довести свой процесс до конца. Более подробно о подобном конфликте я буду говорить в следующей главе.

Но остается еще один вопрос—как консультанту достичь состояния непривязанности? Это не всегда возможно. Вот некоторые из подсказок консультанту для выработки этого важного метанавыка.

Перегорите. В конфликте можно сохранить хладнокровие, если вы не заинтересованы в споре, а это возможно лишь тогда, когда вы уже насытили пламя своего гнева. Если вы уже достаточно напереживались над проблемой, которая обсуждается в группе, то хвороста для пламени гнева у вас больше нет. Пламя погасло.

Быть непривязанным, однако, не означает, что вас совершенно не интересует этот конфликт, как раз наоборот, — вы лучше чувствуете каждого в споре, включая и ваших противников. Быть непривязанным значит только, что эти проблемы больше не зажигают вас.

Набирайтесь опыта в конфликтах. Непривязанность иногда достигается после столь длительной практики участия в конфликтах, что вы можете почувствовать свое бессилие и бесплодность своих попыток достичь успеха. Вы можете уважать и поддерживать других в их попытках победить, хотя их путь и не кажется вам привлекательным.

Воспринимайте конфликт как судьбу. Считайте, что вы находитесь в напряженной ситуации, потому что так должна быть. Смотрите на конфликт, как на свою судьбу. Вы не можете избежать его, поэтому постарайтесь извлечь из него максимум пользы, обучаясь и используя его для своего роста.

Пример. Следующий пример группового конфликта и процесса иллюстрирует некоторые из приведенных выше метанавыков для смягчения конфликта.

Я и Эми проводили семинар в составе около 150 участников в одном жилом комплексе. Однажды вечером к нам пришли несколько работников из обслуживающего персонала. Они возмущались и критиковали нас за то, что мы не выполняли принятые там правила, а также за грязь в помещении. Они жаловались на то, что наша группа оставляла после себя стаканы и посуду в комнате семинара вместо того, чтобы убирать их на кухню. Им приходится так много работать, и им так мало платят за это, и неужели нельзя убирать за собой!

Их претензии были обоснованными. Конечно, мы намусорили. Однако, даже после того, как мы признали это, извинились и обещали исправиться, их лидер продолжала свои нападки. Мы стали защищаться и выразили свое недовольство тем, что они, пожалуй, переборщили в своих нападках на нас. Один из них признался, что в их группе существует огромная натянутость в отношениях, что они соперничают между собой. Он предположил, что эти внутренние конфликты создают в группе серьезную проблему. Мы предложили помочь им «почистить» их трудности, если они этого пожелают. Они согласились, даже несмотря на то, что их лидер «до этого злилась на нас.

Они всесторонне обсудили свои внутренние конфликты и, /казалось, что дело пошло. Однако, к концу того же вечера одна из женщин нашей группы выступила, сказав, что она все равно считает себя несправедливо обиженной нападками их лидера. Она попросила, чтобы та извинилась за свое поведение. Лидер ответила, что не хочет этого делать и извиняться не собирается. Участница нашей группы снова попросила ее извиниться, но та стала еще больше упираться. Так как обстановка накалилась, я вскочил с места и, упав на колени перед их лидером, стал умолять о прощении. Так как мои действия не смягчили ее, я быстро сменил милость на гнев!

Я поднялся и обрушил на эту женщину огонь обвинений. И тут же остановился, как только понял, что начал занимать и занял ту же позицию, которую она занимала против меня до этого, и почувствовал себя действительно виноватым за все, что ей пришлось выслушать от меня. Теперь она еще более посуровела. Я подошел к ней и постарался объяснить, как ей следует от меня защищаться. И поскольку она не могла ни нападать, ни защищать себя, я предположил, что она просто физически стоит на том же самом месте, хотя— как я упоминал раньше, — внутренне уже оставила свою позицию. Скрытая энергия Ци!

Я тихо дотронулся до ее руки, говоря, что она, должно быть, жалеет о том, что решила нападать на нас и, должно быть, никогда не предполагала, что могла разыграться подобная сцена. Вдруг она обмякла на наших глазах, опустилась на колени, подползла к женщине, требовавшей у нее извинения и обняла ее. На этом вечер закончился.

На следующее утро большинство членов моей группы 'были удовлетворены тем, что произошло накануне, хотя некоторые члены группы были недовольны тем, как я вел себя Один из них сказал мне, что рассержен тем, как я жестоко обошелся с лидером персонала комплекса.

К разговору подключилась вся группа, и конфликт возобновился. Остальные члены группы напомнили этому мужчине, что я ведь тоже был унижен. Я вел себя так, защищаясь. Я сказал, что наступление этой женщины требовало хорошо продуманной ответной реакции, что все закончилось благополучно, что я также встал на ее сторону, что я искренне переживал за нее и хотел помочь ей выйти из ее невозможного положения.

Опять скрытая энергия Ци! Скрытая за его критическими замечаниями. Это было требование ко мне внимательно его выслушать, поощрить его, чтобы он встал, и высказал свое мнение, оценить его лидерский потенциал. Хотя мне удалось, последовать Дао на предыдущем вечере, я почти утратил это Дао на следующее утро, так как не понял, что мой новый противник сам нуждается в признании его как лидера и оттого, что я был просто небезопасен для него.

Но была и еще одна скрытая форма Ци! Я сам не был вполне удовлетворен своей работой предыдущим вечером. Если оглянуться в прошлое, то можно увидеть, что хотя я и был доволен достигнутым результатом, я был подавлен тем, что сначала вступил в конфликт! Я чувствовал себя скверно оттого, что оказался бессильным в конфликте с той женщиной.

Наверное, я был тогда очень поглощен своей работой, так как мне удалось избавиться от этих переживаний, когда двумя днями позже женщина, которая нападала на нас в тот вечер, опять зашла к нам на несколько минут, чтобы сообщить кротко, что ее персонал изменился, стал независимее и теперь тоже критикует ее. Она сказала, что это были самые «волнующие события» в ее жизни. Много недель спустя я услышал, что эта женщина все еще с благодарностью вспоминала события того вечера. Я был рад за нас обоих, тому, что и она и я так много узнали о самих себе.

Помощь нападающему. В некоторых традициях боевых искусств учитель помогает ученику победить и тем самым воспитывает в нем нападающего. В политическом плане этим подразумевается, что лидер, которого атакуют, находится в голожении, когда он должен не только допускать выпады против себя и изменять ситуацию, но и помогать также противнику создавать изменения полезным для него образом. Действительно, консультант сам осознает, что частью его работы может быть не только решение проблем, но и помощь другим в преобразовании исторически сложившейся напряженности более человечным образом, чем раньше. Следовательно, мы должны рассказывать нашим противникам все, что мы думаем о стиле их поведения. Вели они себя слишком грубо, слишком пугливо или слишком неопределенно? Является ли их точка зрения обоснованной? Если нет, то мы по возможности должны постараться им помочь.

Нападение—прекрасный момент для того, чтобы преподать урок осознания. Поражение может оказаться полезным и для лидера и для его противника, если совместный рост является общей целью.

Пример из Южной Африки. Я хорошо помню свою первую поездку по Южной Африке. Я был полон оптимизма и энтузиазма в связи с возможностью проверить навыки своей работы с группами в Южной Африке. Я не понимал, что этот мой оптимизм мог быть просто реакцией на пессимизм групп. Я не знал также, что их потребность в выходе из сложившейся ситуации была для них намного важнее, чем мои попытки научить их разрешать конфликты.

Живи и учись! Мне дорого стоила истина о том, что только группа может найти способ снять свою напряженность. Африканцы непременно должны делать это сами.

На первом собрании я сказал, что методы, которые я собираюсь им представить, способны помочь в разрешении самых сложных конфликтов за несколько часов. Я не осознавал, до какой степени мой энтузиазм и оптимизм поляризовали группу. Одна негритянка, работница из системы социального обеспечения, выслушала мои однобокие замечания и стала моим противником, собираясь доказать мне, что я ошибаюсь.

Она делала несколько критических замечаний в начале нашего собрания, однако, я пропустил их мимо ушей и продолжал работу. Через несколько часов, естественно, ее пессимизм ожил. Она познакомила меня с неразрешимым, по ее мнению, конфликтом между двумя черными группами в одном из районов Кейптауна. Я проявил все свое умение, чтобы решить этот конфликт. Мы поступали и так, и этак, меняли роли и делали все для того, чтобы побороть ее пессимизм, пока я не понял, что она выступала против меня ради своего успеха.

Она призналась в том, что просто хотела доказать мне„что не все конфликты могут быть разрешены и что я могу быть неправ. Ага! Она была не только пессимисткой. Я тут же оставил свой оптимизм и согласился с ней. Я сказал, что дело не только в том, что я вполне вероятно неправ, но и в том, что она сама стремилась стать лидером и консультантом группы, чтобы показать всем остальным, как надо-работать с этими конфликтами! Наш собственный конфликт разрешился тут же.

Это разрешило сомнения всей группы! Пока все молчали, до меня сразу дошло многое. Участники конфликта не желают, чтобы кто-то посторонний помогал им искать, как его решить. Посторонняя помощь не дает того эффекта, который характерен для самостоятельных действий. Люди, живущие в конфликтных районах, нуждаются в любви и поддержке в первую очередь, а в обучении—во вторую. Если группа, переживающая конфликт, не получает поддержки со стороны, лидеры, вырастающие из самой группы, могут отстаивать лишь свою потенциальную власть, сдерживая осуществление посторонней помощи! Мораль этой истории такова, что в первую очередь—метанавыки, во вторую—навыки и информация.

Упражнения по смягчению конфликта и нападения.

Следующие упражнения предназначены для тех, кто оказывается вовлеченным в общественные конфликты. Они рассматриваются как тренировочные упражнения, а не как программа, которую следует выполнять во время конфликта. Надеемся, что эти упражнения помогут вам выработать великодушное отношение к другим, позволят научиться терпению и преобразованию конфликта, а также повысить ваше уважение к полю, в котором мы живем.

1. Вспомните, как вы, будучи лидером, столкнулись публично с самым яростным в вашей практике выпадом.

2 Изобразите поведение того, кто на вас нападал. Покажите еще кому-нибудь, как сыграть поведение этого человека, и поработайте со следующими методами защиты так, чтобы они стали для вас реальным средством.

А Признайте, что ваш противник прав и что вам необходимо измениться. Затем так и поступайте.

Б Что скрывается за внешними аффектами противника? Выясните, что стоит за его эмоциями Хотел ли он нападать на вас? Хотел ли он заставить вас понять, что и он тоже умный лидер? Не из-за того ли он выступал против вас, что сам пострадал от нападения.

В Займите свою позицию Защищайтесь и отвечайте ударом на удар. Или признайтесь противнику в том, как вы страдаете, и продемонстрируйте ему свои страдания.

Г Выйдите из своей роли и помогите своему противнику критиковать вас Если это происходит в группе, попросите других членов группы расценивать ваш конфликт, как столкновение двух различных проявлений духа в группе, как роли, которые должен сыграть каждый.

Д Признайте противника своим учителем и попросите его описать идеальные изменения в вашем поведении.

Е. Завершите групповой процесс, отметив, все ли участвовали в предложенном вами конфликте. Дайте возможность поработать над этой проблемой самостоятельно, чтобы определить степень обоснованности этого конфликта для каждого персонально.

Ж. Работайте над собой на людях. Сообщите нападавшему на вас и группе, что вы ощущаете внутренне, когда подверглись нападению. Обратите внимание и разберите до конца все свои внутренние переживания До тех пор, пока не найдете внутреннее решение проблемы.

З. Критикуйте методы нападения вашего противника. Достаточно ли 'эни действенны? Имеются ли двойные сигналы, придающие его нападению противоречивый смысл? Может ли он изменять свои роли? Обладает ли он достаточной степенью сострадания? Пользуйтесь своей информацией с тем, чтобы суметь встать на сторону своего противника и помочь его росту! Не увязайте в болоте только личных способностей или своего неумения.

И. Попросите помощи. Наконец, попросите противника помочь вашему росту. Были ли вы искренни с ним в своих чувствах' Вели ли вы себя естественно и непротиворечиво? Способны ли вы проявить непривязанность и следовать за ходом событий? И, что самое важное—доверяет ли вам теперь ваш противник?

Глава 6. ГЛУБОКАЯ ДЕМОКРАТИЯ И ВНУТРЕННЯЯ РАБОТА.

Древние представления о лидерстве включали в себя качества таких лиц, как жрецы, короли, королевы, духовные лица и политики. Например, в гексаграммах китайской «Книги перемен»—И-Цзин—лидер часто сравнивается с мудрецом, разговаривающим с небом и пытающимся передать эту информацию людям. Мудрый лидер улавливает настоящие и будущие проявления духа и помогает людям приспособиться к ним.

Лидер сам по себе является проявлением духа, ролью жреца в поле: это роль, на совершенное исполнение которой не может надеяться никакая отдельная личность. Лидерство—это часть группового проекта, и все мы должны выполнять его.

Ожидание нападения.

Тем не менее, мы всегда стремимся отождествить отдельную личность с проявлениями духа в поле, будь то роль лидера или возмутителя спокойствия, а затем ждем от людей, исполняющих эти роли, или только совершенства, или только злодейства. Группа не терпит людей, находящихся в роли лидера и проявляющих качества, отличные от канонических, приписываемых этой роли. Мы требуем от своих лидеров, чтобы они были умелыми политиками и духовниками, властными и любящими одновременно. И никаких отходов от совершенства!

Поэтому если вам предлагают исполнить роль лидера в группе, вы должны осознавать, что группа будет требовать от вас цельности и гибкости, соответствующих меняющимся общественным процессам. Так как присущая группе индивидуальность, ее «мы», проецируется на лидера, то с изменением и эволюцией поля изменяется и представление группы о лидере, и прежний смысл лидерства или проявление духа — «мы» также будет изменяться. Умный лидер поймет это и поддержит свою группу в развитии ее собственного лидерского потенциала.

Даже самый способный лидер должен изменяться, так как группа, которая полностью удовлетворена своим лидером, это группа, для которой время остановилось. Хороший консультант должен даже с нетерпением ждать противостояния, в особенности, если он работает с группами, отличающимися от его собственной группы, иначе в таких группах вообще не будет лидеров.

Например, я однажды работал с организацией, которая страдала от своей внутренней «холодной войны». За последние двадцать лет у них было столько конфликтов, что эта организация была близка к роспуску. Я и Эми провели со всей группой вечер, чтобы помочь им разобраться в этой напряженности. Как только все собрались, они тут же начали1 орать друг на друга. Всякий раз, когда мы пытались что-нибудь сказать или предложить, лидеры группы переключались на нас со своей бранью. Буквально за несколько минут я почувствовал себя глубоко несчастным. Я был оскорблен, находился в безнадежном состоянии и не мог даже следить за тем, о чем говорилось в этой группе.

Я забился в угол, замкнувшись в себе, и стал разбираться со своими переживаниями, пока остальные продолжали ругаться. Нелегкое это занятие—размышлять в окружении такого количества спорящих, но я справился. Я никак не мог понять их выступления против меня, поэтому-мысленно встал на их сторону. Я сказал себе: «Слушай, Арни, заткнись! Мы сами знаем, что нам делать и как». «Сомневаюсь, — ответил я, — так как, если бы вы знали, что вам делать, вы бы знали и то, что руганью делу не поможешь». Тут-то до меня и дошло. Нападавшие на меня людк^ были потенциальными лидерами, и они не слишком справлялись со своими обязанностями.

Вооруженный этой догадкой, я вновь ввязался в конфликт и бросил вызов своим прежним противникам с тем… чтобы они проявили свое истинное лидерство. Я потребовал, чтобы наиболее активные из них, руководители среднего-звена, продемонстрировали тот образец лидерства, на отсутствие которого у официальных представителей власти они» жаловались. Наши критики действительно смогли проделать, удивительную работу и решить сложные и застарелые проблемы. Они решили свои собственные проблемы и одновременно продемонстрировали свои огромные лидерские способности.

Как и все нападавшие, они знали, какого рода перемены надо произвести, но кроме того они все были убеждены в том, что эти перемены должны осуществлять «большие хозяева». Когда им предложили самим сделать это и под, держали их, они с успехом решили свои проблемы.

Так как лидер или консультант символизируют проявление духа лидерства в организации, некоторые вопросы, по которым лидер критикуется, имеют мало отношения к его личной психологии. Например, если кто-то атакует лидера за деспотизм, лидер должен сначала оценить себя с этой точки зрения, а потом проверить, не является ли «тиран» скрытым проявлением духа. Он может помочь группе изобразить тирана и разыграть роль тирана и жертвы в поле.

Лидер должен добродушно играть свою роль и говорить, что должны при этом делать другие. Разыгрывание этой или любой другой роли, за которую критикуется лидер, — это шаг вперед, помогающий всей группе обнаружить и изменить свои взгляды.

Как-то я работал с ситуацией, воспроизводившей школу, когда ученики нападали на «учителя» за его деспотизм. Даже когда этот учитель изменил свое поведение, они продолжали свое наступление. На этой стадии я взял на себя роль деспота и приказал всем замолчать и успокоиться. Удивительное дело! Все были счастливы. Роль деспота до этого была выражена недостаточно полно.

Лидер как оператор процесса.

Кто отвечает за происходящее в группе? Обычно за это несет ответственность консультант группы, но не только он— 'все поле отвечает за происходящий процесс, проявление духа лидерства и каждый член группы.

Получается, однако, так, будто мы возлагаем ответственность за события в мире на своих лидеров и не можем понять, что ход событий зависит от личной психологии, груп- пового осознания и мирового поля. Самые способные лидеры могут в лучшем случае нести ответственность за уровень знания группы и за свою помощь в анализе изменений поля и событий.

Лучший лидер может не быть лидером в обычном смысле этого слова. Для того чтобы помогать групповому процессу, способный лидер должен следить как за своей личной психо-

Логией, так и за групповым процессом. Он должен воспринимать все происходящее как личностно, так и безличностно. Он должен уметь отстаивать свою позицию, признавать, свое поражение и свои неудачи, но должен и понимать, что все это не слишком важно и значительно для общего развития группы. Если он считает себя центральной фигурой организации и воспринимает все слишком лично, то тем самым он крадет у группы ее способность к самостоятельному процессу и развитию.

Прежде всего, хороший консультант понимает, что позиция лидера—это просто одна из возможных ролей. Это продукт, образ и чувство, характеризующее групповое поле, просто совпавшее в данный момент с его личной психологией. Он понимает, что быть лидером, — всего лишь сиюминутная часть его судьбы, так же как в другое время его судьба—быть плотником, родителем, ребенком или бунтовщиком. Роль лидера может отпугивать нас из-за того, что она потребует от нас совершенства, но может и привлекать связанной с ней властью. Власть, однако, не может быть привязана к человеку, находящемуся в позиции лидера—мы смешиваем власть личности с силами поля, порождающими дух лидерства. Личность в роли лидера может только направлять процессы, но не порождать их! Всякий раз, когда мы пытаемся выкарабкаться из роли лидера, мы слишком, сильно отождествляемся с его ограниченной природой.

Бессознательное лидера.

Объективность и нейтральность ко всем сторонам группы являются важными характеристиками лидерства. Я давно постиг эту истину на своем личном опыте. Если мне что-то не нравилось в клиенте, я невольно старался подавить это в себе. Он, конечно, мог это почувствовать и для завершения терапии обратиться еще к кому-нибудь. Теперь я знаю, что ощущение антипатии—это процесс, который можно использовать конструктивно и с пользой для клиента. Когда мне что-то в ком-то не нравилось, на меня в этот момент действовала та часть его «я», которая использовалась не в полной мере. Если я смогу определить, что меня смущает, а затем помогу клиенту получить доступ к этой части и использовать ее более сознательно в его взаимоотношениях, то мои собственные чувства тоже изменятся.

Совершенно объективного нейтралитета быть не может. На этом пути стоит наша собственная психология, которая оставляет нас людьми. Первая моя поездка по Ближнему Востоку возродила мой национальный комплекс, и так сильно, как я еще его не переживал. Я родился в 1940 году, в начале Второй мировой войны и, будучи маленьким, был избит за то, что я еврей, задолго до того, как стал достаточно взрослым, чтобы понять, что это такое. Когда мне было четыре года, я больше всего на свете хотел быть католиком, как все вокруг меня, и вырасти таким же крепким, как они. Мне удалось стать крепким парнем и избавиться от своего комплекса. Подсознательно я стал антисемитом, но полностью этот новый комплекс не проявлялся, пока я не стал работать в Израиле.

Работая там, я ощущал какое-то внутреннее беспокойство, так как еще задолго до того, как прибыл туда, уже был поглощен воображаемым конфликтом. Я работал над этими своими фантазиями, как только мог, но чувство тревоги и беспокойства все не проходило. Я пересматривал воображаемые критику и нападения в свой адрес и предположил, что все их надо объединить. Я изо всех сил старался понять и проинтегрировать энергию и представления своего воображаемого противника, мо не мог понять того, что он выступал против меня за то, что я был антисемитом!

Внешне моя работа шла прекрасно. Участники семинара работали с радостью и интересом. Однако, вопреки самому себе, я утратил свой нейтралитет. Я обнаружил, что затаил злобу и недовольство на евреев. Внутренне я осуждал и критиковал их за жестокие репрессии в отношении палестинцев. Во мне самом шла война и, сам не подозревая об этом, я стал агрессором, подавляющим и осуждающим евреев, подобно тому, как они в моем воображении подавляли арабов!

Достаточно явно мой антисемитизм проявился в атмосфере группового процесса на семинаре, когда возникла тема геноцида, и я сделал абсурдное замечание, что в группе проявился дух нацизма, что они вели себя, как нацисты. Мое вмешательство в групповой процесс носило благонамеренный характер, но метанавык, т. е. способ, которым я это выразил, был бессознательно агрессивным.

Даже несмотря на то, что участники семинара смогли воспользоваться моей идеей и даже сделали с ее помощью ряд выводов, мой подход оказался неудачным, так как за этим вмешательством стояло тайное стремление перевоспитать Израиль. Подсознательно я мстил им за то, что они делали с другими. Еще более выведенный этим из равновесия, я был расстроен оттого, что не хотел, чтобы меня отождествляли с ними.

Но мне повезло. Группа, с которой я работал, была, пожалуй, наиболее либеральной и просвещенной в Израиле в то время. Они довели до конца групповой процесс благодаря своей собственной мудрости и при помощи прекрасной и мудрой женщины, которая взяла инициативу в свои руки и повела за собой всю группу. Она говорила спокойно и ясно, рассказывая нам, что она тоже когда-то была полна ненависти, огня и гнева к прошлому. Но благодаря своей внутренней работе и вере в себя, она сожгла свою ненависть. Взяв на себя роль лидера, с которой я не справился, она спасла тот день.

Народные лидеры.

С тех пор я многому научился. Теперь я знаю, что внутренняя работа должна продолжаться всю жизнь. Я понял, насколько важно сохранять свою непривязанность, увидел, как разрушает нейтралитет самодовольная уверенность в том, что мы знаем больше других. Я думал, что я умнее других и больше всех знаю. В тот момент, когда я поверил в это, я стал просто еще одним проявлением духа в беспокойном и конфликтном групповом поле. Я понял, что подавлял историю своей собственной жизни, понял, как важно осознать свою собственную ограниченность, равно как и свою целостность. Если я не признаю, что судьба сотворила меня мужчиной, белым, американцем и евреем, то разве поможет мне это стать женщиной, негром, христианином и мусульманином?

Наконец, я научился тому, что моя собственная бессознательность может быть компенсирована теми, кто способен взять на себя роль лидера. Это открыло мне путь к пониманию других людей.

Этот горький опыт дал ответ на один из самых волнующих меня вопросов. Меня всегда беспокоила бессознательность и абсурдность поведения многих мировых вождей. Я удивлялся—как еще этот мир существует? Как можно было управлять этим миром, если на свете так мало истинно богонос-ных вождей? Тот случай в Израиле показал мне, что люди обладают божественным свойством, способностью к состраданию и любви, способностью придти в последний момент на помощь. Без этих, спонтанно возникающих народных лидеров, наша планета давно бы погибла. Где бы ни проявлялось такое сострадание, мы должны уважать его, учиться ему и молиться на людей, которые его проявляют.

Глобальная и внутренняя работа.

Мне вспоминается другой пример, показывающий, как важно бывает сохранить способность к внутренней работе в обстановке хаоса. Мы с Эми работали с одной организацией там же, где временно проживали. Работать с организацией и одновременно проживать на ее территории—это значит работать двадцать четыре часа в сутки, это работа, требующая большой внутренней концентрации. Это все равно что работать за границей во время войны.

Жить с группой и работать с ней означает, что вы ни на минуту не можете покинуть ее поле—вы неразрывно связаны со всеми проявлениями духа в этом поле. Никуда не деться от этой системы.

Как-то поздно вечером я беседовал с одним из руководителей этой организации и, из-за моей усталости, мой односторонний критицизм и осуждение этой организации вырвались наружу. Я вел себя как «умник» и говорил ему, что, по моему мнению, его группа нуждается в переменах и большей чувствительности. Он вежливо поддакивал в ответ на мои «мудрые» наставления и, казалось, принял мою критику. Однако, вскоре после того, как мы с ним поговорили» ко мне пришли люди из этой группы, которые были обижены и расстроены состоявшимся разговором.

Я тут же встрепенулся и понял, что тайны больше не существует. Поле не имеет границ. Так как этот мой критицизм вернулся ко мне бумерангом, я решил применить собственные идеи к самому себе. Я работал над собой и пытался уловить—в чем обвиняет меня организация. Может быть, я сам недостаточно чувствителен, подумалось мне. Где проявилась моя бесчувственность—в отношении к самому себе или к другим? Этот вопрос позволил мне придти к некоторым важным выводам, которые смягчили мое критическое отношение к этой организации.

В следующий раз, когда собралась вся группа, мне удалось быть более нейтральным и открытым. Я действительно почувствовал, что люблю эту группу. До того еще, как я начал говорить о своих чувствах, несколько человек стали просить работать более вдумчиво.

Всем в этой комнате стало лучше! Члены этой организации научили меня тому, как по-человечески можно передать клиенту, паре или организации, что именно им нужны перемены, и дать понять, что консультант группы тоже действует правильно.

«Мы» и «они» в Южной Африке.

Думаю, что один из самых жестких уроков по внутренней работе и способности быть беспристрастным я получил во время своей первой поездки по Южной Африке незадолго до того, как система апартеида стала серьезно и небезуспешно меняться в лучшую сторону. Так как я уже покидал эту страну, возвращаясь в Цюрих, то позволил себе расслабиться и вступил в ужасную стычку с персоналом аэропорта. Началось с регистрации.

Ожидая объявления своего рейса у стойки аэропорта и не в силах больше сдерживаться, я решительно обратился к женщине, обслуживавшей пассажиров: «Как только вы можете работать в такой жуткой атмосфере дискриминации черных!» К моему удивлению она спокойно выслушала мои провокационные замечания и возразила, что сама собирается уехать из Южной Африки. Она доверительно сообщила мне, что авиакомпания, нас обслуживающая, придерживается сегрегационной политики «только для белых». Черные и белые занимают в самолетах разные места.

Я сохранял удивительное спокойствие во время всей поездки, но тут почувствовал свой гнев совершенно справедливым. Несмотря на то что во время своего пребывания в этой стране я сталкивался с гораздо худшими проявлениями такой сегрегации, тут я потерял голову и пришел в ярость. Я направился с Эми и двумя своими друзьями прямо к начальству.

Я набросился на начальника за их сегрегационную политику и он, естественно, тоже взорвался. Я пренебрег советами мудрых мастеров Айкидо и попал в атмосферу яростной схватки Ян против Ян, сила против силы. «Кто вам сказал, что у нас сегрегация?»—заорал он на меня. Желая уберечь служащую, я, в свою очередь, закричал на него: «У вас наверняка сегрегационная политика, иначе вы не выходили бы так из себя!» Он припугнул меня, что сам разберется со всем этим и, видя, что конфликт подошел к концу, я просто удалился.

Чувствуя себя страшно довольным (побеждать всегда приятно!), я пошел на свой рейс, но мои гнев и негодование еще не прошли. Как только я вошел в самолет, то увидел, что он действительно разделен по расовому признаку. Белые сидели впереди, следом за ними—индейцы, а черные размещались в хвосте самолета! Я понял, что, решив проучить нас, начальник авиакомпании посадил нас, единственных из всех белых пассажиров, в салон для черных!

Я был так разъярен, что решил больше никогда не пользоваться самолетами этой компании. Я еще находился в поле Южной Африки, несмотря даже на то, что уже покидал ее Я не смог сдержать себя даже тогда, когда самолет стал взлетать. В меня вселился бес, и я вдруг обнаружил, что нарушаю основное правило полетов—не покидать своих мест до полного взлета.

Еще не остыв от пережитого, я встал со своего сиденья, чтобы направиться в туалет, как будто я путешествовал по железной дороге. Рассерженный стюард пытался остановить меня, обращаясь ко мне персонально и силой удерживая меня на месте. Вдруг какой-то совершенно пьяный пассажир встал и попытался запихнуть меня на место. Я, наконец, уселся, выпустив из себя пар и довольный, однако, что мне удалось все-таки перед этим хорошенько двинуть этого пьяницу! Я еще кипел, но уже понял, что настало время поработать над собой.

Тут же я углубился в себя и стал внутренне анализировать проблему сегрегации и дискриминации в целом. Я погрузился во внутренний космос, размышляя над своими собственными убеждениями, предрассудками, подавлением своих чувств и тем, что стал жертвой. Я понял, как часто мне пришлось сдерживать себя и понял, что не позволял себе действовать именно так, как мне действительно хотелось бы. Мне стало лучше, и через несколько минут, когда мы уже были в воздухе, я снова поднялся, и тут поле опять изменилось. Когда я направлялся в туалет, пьяный пассажир, которого я до этого толкнул, порывисто подошел ко мне и извинился за свою грубость! Я был так потрясен его неожиданной кротостью, что смог только пробормотать в ответ свои извинения за то, что толкнул его. Тут же мы с ним стали друзьями.

Вдохновленный этим, я подошел к стюарду, которого так рассердил, и извинился перед ним за свое поведение. Я вежливо заметил ему, что мы оба проявили выдержку, благодаря которой можно избежать осложнения опасных ситуаций и лучше справиться с опасностью. Я сказал ему, что и сам получил хороший урок. К моему удивлению, этот мужчина прослезился и ответил, что еще никто не разговаривал с ним так душевно.

Все эти события показали мне, что люди не могут быть только хорошими или только плохими; они временно становятся проявлениями духа, способными изменяться, когда ситуация подвергается анализу. Внутренняя работа—это не только реакция в ответ на внешнюю несправедливость ил» конфликт. Конфронтация и непосредственное действие также необходимы, но в ситуациях, где это не срабатывает или просто ухудшает уже разгоревшийся конфликт, у нас нет другого выхода, как только внутренне проанализировать-проблему, изменить внешнюю ситуацию путем изменения внутренней. Работать с полем—это значит работать над проблемами, где бы они ни возникали—в группах, в наших взаимоотношениях, мечтах, физическом самочувствии и фантазиях. Расизм, сегрегация и бесчувственность нуждаются в работе над ними на всех уровнях. В релятивистской вселенной, управляемой внепространственными паттернами, работа с полем, ориентированная на процесс, означает следование знанию, независимо от того—на внешних или внутренних событиях сосредоточено наше внимание.

Вопросы.

1. Какими из метанавьпшв лидерства вы, по вашему мнению, обладаете?

2. Каким еще метанавыкам вам необходимо обучиться для работы с группой?

3. Что вам следует предпринять в будущем, если ваша работа или работа вашей группы продвигается не очень успешно?

4. Выявите ваши предрассудки по отношению к группе, настоящие или в прошлом.

Глава 7. ДАОС В ЦИКЛОНЕ.

Умения выполнять внутреннюю работу еще не достаточно, так как в атмосфере конфликта нам часто приходится выявлять за внутренней работой свои метанавыки. Как нам добраться до своего «я» в обстановке окружающего хаоса и беспорядка? Одно дело быть мудрецом, медитирующим на вершине горы, и совсем другое—найти путь к этой мудрости в атмосфере ожесточенного спора, на городской улице или в яростной дискуссии. Имеем ли мы образцы внутренней концентрации в этом хаотическом мире? Лишь у немногих из нас, если вообще у кого-нибудь, были учителя, способные работать над собой на городских улицах, оставаясь при этом земными, углубленными в себя, деятельными и сердечными в одно и то же время! Наши верховные жрецы, гуру и мудрецы являются образцами для лидеров, однако, многие-из них не дают образцов поведения в уличных скандалах.

Меганавыки внутренней концентрации, способности к самосозерцанию и уравновешенности в атмосфере хаоса и конфликта отлично иллюстрируются примерами из физики. В этой главе я буду обращаться к основным принципам физики и психологии в поисках более глубокого смысла и знания хаоса.

Осознание с точки зрения физики и психологии.

Глобальный подход, как и физика, является своего рода «шнурком в ботинке» для других наук. Термин «шнурок в ботинке» или «увязка» придуман физиками для представлений, объединяющих смежные научные теории так, что даже несмотря на различия между этими науками, они взаимно «увязываются» друг с другом.

Увязывающий элемент теории глобального процесса содержится в ее даоистской основе. Эта теория обладает возможностью сводить воедино такие современные научные теории как метод Юнга (следование бессознательному), Гештальт-психология с ее акцентом на процесс, безусловный приоритет личности (Роджерс), акцент трансперсональной психологии на духовность, системные принципы в экономике, политике и физике. В известном смысле все они являются процессуальными психологиями, отражениями древних представлений о потоке жизни.

Теория «увязки» утверждает, что в жизни может и не быть неизменных констант. Эйнштейн и Гейзенберг были одними из таких теоретиков, так как их исследования привели к тому неприятному выводу, что больше не существует неизменных констант, на которое можно было бы опираться. Эйнштейн, в особенности, был расстроен уплыванием из-под ног почвы «реальности», так как ее постоянное движение лишает мир всякой устойчивости.

Метод процесса также основан на предположении непостоянства и относительности нашего опыта. Все состояния, события, лица, роли и части являются проявлением духа. В процессе работы с различными явлениями, будь то физические ощущения, эмоции, движения, групповая атмосфера и процессы или даже события в мировом масштабе—все это лишается своего постоянного качества. Они изменяются так драматично, что даже их собственные названия теряют свой первоначальный смысл. Даже картины турбулентного и хаотического поля, гармонии и равновесия—это всего лишь мгновенные снимки постоянно меняющегося потока. ^ Есть ли константы в психологии? По-моему, здесь может 'оыть только одна константа—осознание. Физики установили, что без наблюдателей не было бы и самой этой науки. Все, что происходит, происходит наряду с возможностью, что кто-нибудь узнает и сообщит об этом. Так же и в психологии, единственная константа—это процесс добывания информации, наличие наблюдателя, который отмечает происходящее и реагирует на него.

Метод глобального процесса—это осознание уходящей из-под ног почвы, потока событий вне и внутри нас. В соответствии с таким определением в основе мирового процесса лежит знание о изменяющихся состояниях мира, а не сами эти состояния!

Осознание предшествует нашему суждению о состояниях сознания. Хотя мы и можем отличать «более высокие» уровни сознания от «более низких», доброту от жестокости, хорошее от плохого, беспорядок от порядка, осознание показывает нам, что любое данное состояние—это всего лишь мгновенное переживание, с которым мы себя отождествляем.

Метод глобального процесса не привязан к какой-либо личностной теории, так как центром его внимания является само сознание. Мы почти никогда не используем в качестве констант «эго», «я», «бессознательное», так как идеи процесса основаны на понимании и анализе изменений, а не на фиксированных структурах.

В известном смысле такой подход можно считать трансперсональной психологией, так как идея развития «эго» заменяется при этом ростом сознания.

Кроме того, в этом методе не содержится предписаний насчет структуры, состояний или стадий роста организаций, так как успех любой группы или предприятия зависит от чувствительности и сознания каждого из его членов. Хотя следование процессам означает, что определенные предписания и положения могут быть обязательными в данный момент времени для личности или организации!

Недостатком теории личности является то, что они культурно обусловлены и основаны на определенных общественных и культурных идеалах. Так, например, западная патопсихология обладает присущими ей прагматическими критериями. Многие из определений психоза основаны на состоянии личности в зависимости от ее работоспособности. Западная концепция «эго» тоже культурно обусловлена—«эго» описывается в терминах приспособленности личности к западной культуре. По этой же причине культурно обусловлены определенные концепции восточной психологии («не—я», «,не_эго»). Эти взгляды легко могут проникнуть в программу развития смирения, самопознания и непротивления. Как западные, так и восточные личностные концепции обоснованы и применимы в тех частях света, где они разрабатывались. Они обусловлены культурой, временем и местом, поэтому не всем людям, временам и странам подходят.

С другой стороны, знание лежит в основе современных, научных, духовных и психологических учений и вполне носит универсальный характер как в психологии, так и в мировом процессе. Фактически, по мере того как сужаются государственные границы и расширяются связи между различными культурами, знание может по своей значимости стать межкультурным фундаментом.

Знание как средство может помочь в создании межкультурного мирового процесса и заменить консультантов в обществе, которые диагностируют, анализируют и предлагают свои решения, при условии, если организации могут изменять свои программы развития. Надеюсь, что предлагаемый мной метод мирового процесса возродит дух глубокой демократии и будет свободен от указаний и суждений о хорошем и плохом в характеристиках личности, о фазах развития, о неврозах и здоровье, о сознательном и бессознательном.

Немозможно быть полностью независимым и межкультурным в своих оценках. Даже то, что я сейчас описываю— это мои суждения, обусловленные влиянием даосизма и теорией знания. Иногда бывают необходимы и уместны отсутствие сознания, бессознательность и глупость. Действительно, И Цзин признает все состояния—доброе и злое, застой и перемены, все это—просто различные состояния сущего. Удивительно, однако, что там же говорится о том, что тот, кто следует переменам Дао, ценится выше, чем тот, кто старается создать Дао. Кроме того, в методе процесса все состояния полезны, хотя принцип осознания, с помощью которого наблюдаются и поддерживаются эти состояния, оценивается выше, чем попытка организовать их.

Всегда осознавать все—не главная цель: иногда бывает забавно и полезно пребывать в бессознательном состоянии. Сознание в теории процесса—это то, что личность может использовать или пробудить, когда это необходимо. «Мудрец» должен обладать знанием о происходящем еще до того, как он получит возможность изменить его и приспособиться к духу времени.

Знание и изменение.

Осознание принципов глубокой демократии может оказаться той самой константой во вселенной, где, может быть, нет никаких других устойчивых характеристик. В качестве метода это знание позволяет нам оценивать все состояния— любовь и гнев, щедрость и скупость, высокомерие и скромность. К тому же оно помогает нам оценивать все стадии развития: решения—это только моменты в процесе эволюции. Принцип осознания высоко ставит стремление разрешить ситуацию, но, признавая и другие аспекты развития, правильно соотносит стремление к решению и принуждение к нему.

Стремление к миру может в результате привести к попыткам подавить беспорядок и управлять изменениями. Такая организация или контроль над процессами являются, согласно И Цзин, только злом для общества.

Следует ли организациям развиваться, внедряя идеи, содержащиеся в теории глобального процесса? При работе с личностью это означает, что когда происходит что-то новое, надо надеяться на интеграцию и изменение в соответствии с новым видением личности. Интеграция—важная часть психотерапии, однако, роль знания еще более важна, если нас интересует не только сиюминутное открытие, а весь период жизни личности или организации. Все озарения, открытия, части нашего «я», эмоции и переживания существуют лишь сегодня или завтра. Осознание же—это сила, открывающая нам доступ к новым состояниям сознания и к еще не проявившимся частям нашего «я» и нашего мира.

Какова роль сознания в организациях, стремящихся к переменам? Знание может изменить поведение, но изменяющееся поведение не всегда приводит к повышению осознания или открытости к другим состояниям сознания. Например, компания, стремящаяся к финансовому процветанию, будет придавать большое значение потребности решать возникающие проблемы и осуществлять перемены так, чтобы вся организация работала эффективно. Как знание может помочь этой компании добиться своей главной цели—повышения производительности? Производительность и повышение доходов—это основные или текущие цели. К ним следует относиться серьезно, но надо и изучать организационный уровень сознания, так как роль сознания в достижении организационных целей особенно важна.

Современные предприятия и организации понимают сегодня, что если люди, входящие в них, несчастны, то работа идет плохо. Один из лучших способов сделать всех счастливыми, это подключить всех к работе организации, использовать знание каждой отдельной личности в интересах общего развития. Наши текущие проблемы тоже должны решаться, но наибольшее удовлетворение и успех приносят решения, полученные с применением знания.

Следующий пример иллюстрирует, как осознание может помочь группе распознать и решить свои проблемы. Группа бизнесменов вела трудные переговоры по заключению контракта между новой отраслью компании и ведущей организацией.

Когда переговоры между ними начались, стало очевидно, что обе группы находятся в патовой ситуации, так как между членами групп возникло глубокое недоверие. В ходе дискуссии члены нового отделения назвали человека, укравшего из организации деньги. Он был одним из руководителей ведущей организации, и всем казалось, что именно он является причиной такого недоверия. Контракт должен был уберечь обе стороны от повторения подобных случаев.

Вместо того чтобы сосредоточить свое внимание на деталях контракта, позволяющего предохранить всех от возможности быть обворованными, я предположил, что отсутствующий на заседании вор, на самом деле присутствует как часть поля, важная часть, о которой должны знать другие. Я сказал группе, что все мы — потенциальные воры. «А сами вы не хотели когда-нибудь раздобыть побольше денег?>— спросил я их в шутку и предложил им разыграть роль отсутствующего вора.

Напряженное и неприятное чувство, вызванное проявлением в группе духа воровства, вышло наружу и стало трансформироваться. Один за другим, все члены группы принимали на себя предложенную роль и с юмором исповедовались в своем желании иметь побольше денег, любви и свободного времени.

Вся группа хохотала над этими признаниями, и напряженное поле трансформировалось в атмосферу вечеринки! Мы все можем быть честными тружениками, но мы все также являемся потенциальными воришками. Даже когда мы работаем на организацию, мы все хотим больше получать за свой труд. Разыгрывая роль вора, эта группа подошла к решению проблем нужды и жадности, что окончательно дружески сплотило всех членов группы. Так знание помогло заключить контракт, когда сначала основная проблема была отложена в сторону, а вместо этого была создана атмосфера общности. Как только скрытое чувство недоверия рассеялось, родился дух сотрудничества и группы быстро подписали обсуждаемый контракт. Этот групповой процесс является типичным при заключении сделок и переговоров. Переговоры происходят успешнее, когда являющийся их фоном скрытый процесс выходит наружу.

Высвобождение скрытой энергии Ци, вторичного процесса группы пугает и забавляет. Как будто едешь на лошади задом наперед. Это означает отмечать и выделять то, чего другие избегают или подавляют. Например, требование, чтобы группа недоверчивых и подозревающих друг друга деловых людей разыгрывала роль вора, может сначала показаться чудачеством. Для того чтобы осуществить такое вмешательство в групповой процесс, нужно мужество. Мужество отмечать и выделять порицаемые или запрещаемые обществом формы поведения или эмоции—это метанавык, необходимый при использовании знания о групповых барьерах.

Паттерны завихрений и групповые барьеры.

За большинством групповых процессов следить относительно легко. Труднее приходится в обстановке хаоса и турбулентности поля, беспорядка и при нарушении равновесия системы, так как она сильно отличается от общепринятой действительности. Типичными примерами турбулентности в психологии или в групповых процессах могут служить измененные состояния сознания, болезнь, безумие или насилие.

Турбулентные и неравновесные ситуации рассматриваются в физике теорией хаоса, развивающейся наукой о целостных системах1. В ней все события рассматриваются как взаимосвязанные в отличие от редукционистских подходов, где делаются попытки понимать события как сумму причин и следствий.

Турбулентность—это еще один параметр измерения потока событий, так как мы больше не в состоянии понять причинную и временную связь между действиями и поведением одной группы с поведением другой группы. Неожиданно мы сталкиваемся с событиями, кажущимися случайными и невероятными. Мы встречаемся с турбулентными личностями, семьями и группами. Ниже приводятся примеры турбулентности в больших группах, обусловленных следующими факторами.

1. Возросшая скорость развития события и перемены. Группа, подобно реке, может быстро изменяться. Она может ускорить или замедлить свое развитие из-за политических событий, смерти центральных лиц или изменения мировой.

Ситуации.

Например, Германия оказалась во власти нацизма, когда пыталась решить свои экономические проблемы. Не так давно события в восточноевропейских компартиях бросили их страны в беспрецендентный по скорости изменений исторический спурт. Демократическое движение, стремление к свободе и снижение ограничений втянули их в вихреподоб-ное состояние.

2. Индивидуальные возмутители спокойствия. Иногда группы впадают в турбулентное и хаотическое состояние, когда появляются отдельные возмутители спокойствия с новыми идеями. Иногда эти нарушители порядка оказываются в сильно измененных состояниях сознания, демонстрируя антиобщественное, неадекватное или дисфункциональное поведение.

Например, психотик в семье, алкоголик или наркоман в организации или личность, находящаяся в критическом положении, могут ввергнуть в хаос всю группу.

3. Репрессии и революции. Завихрение также возникает тогда, когда подавляемые личности свергают вдруг своих притеснителей или преступают свои собственные запреты. Личности и организации, претерпевающие такие изменения в поведении, больше не следуют предсказуемым и ожидаемым паттернам поведения. Существует масса примеров изменений такого рода в неожиданных взлетах и падениях политических лидеров, в бунтах меньшинств, лидеров предприятий и организаций и даже в семьях, где есть подростки.

Любая группа, перегородившая плотиной русло отдельных процессов, при разрушении этой плотины неизбежно и очевидно будет входить в турбулентное состояние.

Когда личность или группа исследует проблемы и процессы, которые тщательно отрицались, поток предсказуемых событий становится хаотичным, нелогичным и нелинейным. Начинают возникать иррациональные явления—болезни, путаница, кошмары, фантазии, депрессия или даже парапсихологические эффекты.

Однако, хаотичность кризисных событий непредсказуема только с точки зрения их первичной или основной сущности. Так, болезнь кажется хаотичной и бессмысленной, пока мы ие вспомним, как много было до нее предупредительных сигналов и симптомов. Если мы исследуем случаи болезни, безумия или помешательства, то, что на первый взгляд казалось беспорядочным, на самом деле оказывается сильно упорядочено, как показано в моей книге «Тени города».

Кроме того, организации, подавляющие скрытые конфликты и процессы, могут оказаться в глубоком беспорядке, когда подавляемые факторы ввергнут гармонию в хаос. То, что вначале казалось непредсказуемым и беспорядочным, всегда, если задуматься, может оказаться звонком в дверь задолго до появления гостя.

Центр циклона.

Следовательно, конфликт и хаос—это предсказуемые колебания между двумя определенными паттернами, а беспорядок—это всего лишь определенная точка зрения. То, что кажется невероятным со стороны, можно предвидеть, находясь внутри процесса.

То, что вначале казалось беспорядочным или хаотичным, получив возможность для своего развертывания, оказывается поразительно новым паттерном, который еще не использовался. Он возникает в атмосфере хаотических ситуаций, как только мы включаемся в них и их развиваем. Консультанту группы надо знать, что существует неподвижный «центр циклона». Знание этого придает мужество малым и большим группам временно включаться в неуправляемые процессы в поисках новых паттернов, стремящихся найти себе выход.

Консультанты, работающие с глобальными и политическими процессами, должны уметь анализировать хаотическую ситуацию, особенно теперь, в канун нового тысячелетия. Людям, группам и нациям предстоит пережить быстрые и необычные изменения, чтобы услышать зов планеты в эпоху экологического и политического кризиса.

Наша планета уже разрушается известными паттернами и формами безрассудного поведения. Исчезают народности. Экономический процесс больше не является локальным. Экосистема находится на грани взрыва. Нищета и голод возрастают. Повышается преступность, наркомания и другие пристрастия.

Новые паттерны ищут себе выхода, но если мы не подготовимся к возникновению турбулентных ситуаций, они породят боль и хаос, а не новый образ жизни. Без должного признания турбулентности мы просто будем стараться восстановить контроль над процессом, делая это опять уже известными и неэффективными способами. Если же мы готовы к изменениям, то обретаем философскую и психологическую основу для обретения «управляемой свободы», позволяя процессу идти своим ходом и поддерживая при этом возникающие паттерны.

Помню, недавно мы пригласили на занятие группы по уличным проблемам десять совершенно пьяных бомжей. Двое из них, Большой Лев и Меткий Стрелок, как они себя называли, ругались с таким жаром, что, казалось, Алабама и Тенесси вопят во всю силу своих легких. Большой Лев рассказывал о том, как ругалась его мать, когда он стал испражняться на заднем дворе ее дома. Начался настоящий бедлам, все орали и вопили одновременно. Но Меткий Стрелок уважал мать Большого Льва за то, что она была очень любящей матерью. Я понял, что эта «мать», полная любви, ищет себе выход, но любые мои попытки и просьбы рассказать о ней или описать ее, заканчивались безуспешно. Вдруг Большой Лев запел, и все замерли—столько в его голосе было любви и сострадания! Это на время восстановило порядок и разрядило ситуацию. Мне на память приходит бесчисленное множество примеров переживаний в хаотических ситуациях, когда группа, входя в беспорядочный процесс, обнаружила новые проявляющиеся части своего «я» и восстанавливала новый центр равновесия. Помню, как одна группа в Тель-Авиве зажигательно выплясывала после столь же пламенного и беспорядочного конфликта. Другая группа в Колорадо-Спрингс обрела мир и спокойствие, разыграв между собой войну, в ходе которой они «бомбили» друг друга. В Сан-Франциско ожесточенный конфликт между женщинами и мужчинами завершился, когда все накричались и наоскорблялись вволю.

Новый порядок всегда можно обнаружить в явном хаосе, если мы обладаем терпением и выдержкой для того, чтобы не программировать природу, а следовать ей, если мы учимся жить на колеблющейся под нашими ногами почве вместо того, чтобы принуждать себя к принятию решений. Если оглянуться в прошлое, то можно увидеть, как нации и группы, приблизившись вплотную к новым паттернам поведения, затем отступали и рушились, распадаясь на новые сущности.

Живо вспоминается окончание долгого семинара по медитации в Сиэттле. Каждый член группы размышлял над своим знанием, тихо бормоча: «Я знаю, что…», вставляя на пустое место свои чувства, представления, услышанные звуки и т. д. Вдруг это тихое бормотание прервалось хихиканьем нескольких членов группы. Хихиканье прекратилось на время, опять наступила тишина, но через некоторое время оно возобновилось с еще большей силой.

Ниоткуда вдруг взявшись, в этой комнате возникли две роли. Одна роль—проявление ребячества, другая—консерватизм родителей или религиозных смотрителей, считающих этот смех неуместным.

Два этих проявления духа в группе смеялись и кричали друг на друга, возникла перепалка Вдруг в пылу стычки кому-то наступили на ногу. Все наше внимание неожиданно переключилось на его боль, и всем стало не по себе. «Здесь боль», — заметил один из медитаторов, и все затихли и сосредоточились, переживая эту же боль.

Этот случай дал понять, что в скрытой форме имел место беспорядочный конфликт, в котором сильно подавляемое проявление духа стремилось выйти наружу. Но и до этого конфликта существовало осознание боли, которую мы все почувствовали, когда конфликт бессознательно проявился.

Я полагаю, что терпимое отношение к хаосу может служить отличной подготовкой к будущему. Нас призывают придти на помощь этим переменам, наблюдая и проявляя заботливое и терпеливое отношение к природе. Однако без знания обо всех имеющихся частях процесса хаос и турбулентность могут привести в результате не к новым и полезным паттернам, а к прежнему повторению прошлого.

Вопросы.

1 Испытывали ли вы когда-нибудь чувство страха в атмосфере группового хаоса' Постарайтесь осознать сущность природы человека и возникшей ситуации, вместо того чтобы пытаться изменить их.

2 Какой порядок прослеживается в тех явно хаотических групповых взаимоотношениях, участником которых вам пришлось стать?

Часть III. ГЛОБАЛЬНАЯ РАБОТА.

Глава 8. ПРАКТИКА РАЗРЕШЕНИЯ КОНФЛИКТА.

Я и Эми работали однажды с супружеской парой, в которой жена страдала от того, что ее муж влюбился в другую женщину. Мы помогали им анализировать этот конфликт.

Ее муж сидел молча, а она сказала: «Я чувствую себя подавленной и отвергнутой». Мы попросили ее поподробнее остановиться на своих ощущениях и, к нашему удивлению, она сказала, что она по-настоящему понимала его. Он улыбнулся, а она продолжала говорить, что любила его и хотела поддержать его в его стремлении к росту и раскрытию его потенциала.

Он оставался невозмутимым, пока она была в конфликте на его стороне. Поэтому мы посоветовали ей встать на его сторону буквально, встав напротив его и говоря все это, обращаясь прямо к нему. Она представила себя на его месте и говоря так, будто это был он сам, объяснила, что он хотел разрушить свой прежний образ жизни, что его существование потеряло смысл. Он согласно кивал, все еще ничего не говоря.

Вдруг она остановилась и сказала, что ей больше не хочется поддерживать его, что она чувствует себя отчужденно и равнодушно. «Так и будьте равнодушной, — посоветовали мы ей, — будьте совершенно равнодушной. Встаньте и посмотрите на себя и своего мужа со стороны. Она поднялась, посмотрела на мужа и на то место, где только что сидела. Тут она засмеялась, сказав, что теперь поняла, что защищала его больше, чем себя.

Эта догадка побудила ее возобновить конфликт, отстаивая теперь свою позицию. Она обратилась к нему сначала спокойно, но постепенно приходя в неистовство: «Кого волнуют твои чувства? Я ненавижу тебя за твое пренебрежение ко мне». Она немного выждала, повернулась к нам и сказала, что чувствует больше, чем могла бы выразить словами. Мы посоветовали ей выразить свои чувства физически. Она вдруг стукнула ногой об пол и закричала: «Ты, паршивый щенок! Я сыта по горло своими заботами о тебе. Все, что тебе нужно, — хорошая взбучка и, клянусь, я тебе сейчас ее устрою!» С этими словами она вскочила с места и направилась к нему, угрожая кулаком.

Неожиданно он, впервые за все это время, заговорил: Ты именно та прекрасная пылкая женщина, на которой я женился! Ты именно та женщина, которую я искал!» Она кричала на него голосом полным гнева, ярости и восторга. Ее настроение драматическим образом изменилось и перешло из гнева и ярости в любовь. Они обняли друг друга, а мы с Эми вышли из комнаты. Для первого раза этого было достаточно.

Я провел тысячи часов, наблюдая конфликты между отдельными людьми и организациями во всем мире, но приведенная история высвечивает некоторые аспекты разрешения конфликтов, на которых я хочу остановиться в этой главе.

Во-первых, этот случай показывает, что во многих конфликтных ситуациях нужны методы, требующие осознания только от одной из сторон. Во-вторых, решающим элементом разрешения конфликта является осознание своего состояния в текущий момент конфликта. Чью сторону вы принимаете— свою или своего противника? Или сохраняете нейтралитет? Наконец, я хочу показать, что почти каждая личность и организация проходят в конфликте одинаковые стадии.

В описанном здесь типе конфликтных ситуаций я предполагаю, что консультант не является нейтральной фигурой, третьей стороной, подобно нам с Эми в приведенном примере, а членом одной из конфликтующих сторон. Далее, я предполагаю, что этот член группы достиг определенного уровня личного развития, рекомендуемого в предыдущих главах.

Приводимые ниже методы разрешения конфликтов применимы для затянувшихся конфликтов в парах и группах всех типов и культур. Они даже применимы для разрешения затяжных конфликтов, когда одна или несколько сторон отказываются вести переговоры с другой стороной.

Изучая некоторые из занятий по разрешению типичных конфликтов, проводимых мною во многих частях света, я смог выделить несколько стадий разрешения конфликта. Во-первых, я опишу сами конфликты и способы их разрешения. Мой план заключается в побуждении каждого вовлеченного в конфликт к работе с ним. Недостатком приведенных стадий разрешения конфликта является то, что они могут быть приняты за программу к действию. Я надеюсь, что читатель воспримет их как ведущие принципы осознания в конфликте, а не как механически применяемые правила.

Центральным, ведущим вопросом в конфликте является вопрос: «Что я чувствую и делаю и в какой стадии конфликта нахожусь?» Все рекомендуемые мной вмешательства в конфликт проистекают из того, что вы чувствуете и в какой стадии конфликта находитесь в данный момент времени. Применяйте и совершенствуйте следующие рекомендации с тем, чтобы пробудить свое знание и определить стадии конфликта, в которых находитесь вы и ваши партнеры.

Идея состоит в том, чтобы применить свое знание в конфликтной ситуации наряду с предлагаемым материалом, вступая в конфликт, завершая стадии, в которых он находится, и двигаясь к его завершению.

Хотя приводимые в этой главе типы вмешательств могут временно разрешить даже затяжной конфликт в группе, тем не менее существует несколько ограничений к его применению, влияющих на его эффективность.

1. Осознание. Для того, чтобы группа разрешила свой конфликт, необходимо наличие хотя бы нескольких человек на сотню, которые обучены методам разрешения конфликтов такого рода. Они должны уметь сохранять высокую степень объективности, уметь быстро работать над самими собой на людях и быть знакомыми с принципами теории поля по работе с группами.

2. Личное развитие. Далее, эти консультанты должны быть способны к глубокой демократии—помнить обо всех сторонах конфликта и поддерживать их, даже если они сами являются членами одной из сторон. Это означает, что в конфликте присутствуют как метанавыки, описанные в предыдущих параграфах, так и навыки, которые я описываю ниже.

3. Длительность конфликта. Метод разрешения конфликтов, здесь представленный, поможет разрешить даже самый трудный конфликт за несколько часов. Однако, процесс разрешения конфликта—это всего лишь одно из состояний в эволюции группы. Умение извлекать пользу из состояний затяжной напряженности не должно применяться только в работе с большой группой: разрешение конфликта и работа с ним должны вестись на многих уровнях, включая отдельные личности и малые подгруппы этой группы.

4. Самостоятельная работа группы. Завершение конфликта означает, что группа изменилась и развила умение самостоятельно работать с собственным конфликтом. Большой группе могут потребоваться месяцы, чтобы достичь такой стадии развития, когда ее собственные естественные лидеры справляются со своими трудностями и начинают обучаться методам, разрешения конфликта.

Стадии разрешения конфликта.

1. Избегание конфликта или его понимание.

Первая стадия разрешения конфликта—это поступить так, как поступает большинство из нас, сталкиваясь с ним, — постараться избежать его. Забудьте о нем. Постарайтесь проигнорировать его и вести себя миролюбиво. Если это не помогает, а обычно так и происходит, следующие идеи дополнительно» помогут вашему желанию избежать конфликта.

Раскрытие своего «я». Вы не одиноки в своем желании избежать конфликта. Многие из нас стараются сделать это. Но вера в то, что в конфликте заложена возможность роста и раскрытия своего «я», возможность лучше узнать еще неизведанные свои стороны, позволит преодолеть страх перед, конфликтом и вызываемый им дискомфорт, побуждая к личному развитию.

Конфликт — это нормально. Каждый по временам переживает внутренний и внешний конфликты. Это нормальное явление и признак вашего стремления к внутреннему равновесию, признак вашего развития и роста.

Конфликт имеет много уровней. Конфликт— это не только выражение ваших собственных трудностей, комплексов или личной психологии. Это сочетание вашей внутренней напряженности, ваших трудностей во взаимоотношениях с людьми, групповых и мировых проблем. В упомянутом выше случае конфликт той женщины содержал в себе потенциал ее личного развития и ее взаимоотношения с людьми, но наряду с этим отражал современное развитие и перемены в сознании женщин всего мира.

Конфликт может породить общность. В приведенном выше примере пара сама стала действовать и изменяться. Когда мы работаем над конфликтом в группе, для нее может оказаться полезной такая установка, что конфликт необходим для того, чтобы лучше понять себя. Быть может„конфликт—это способ, с помощью которого поле познает и признает все свои стороны, способ полного его самовыражения.

Может, вы найдете в себе мужество вступить в конфликт, когда поймете, что ваша личная роль в этом конфликте—это то же самое, что и проявление духа в глобальном поле. Независимо от того, какова эта роль, выполнить ее сознательно— значит помочь полю познать само себя.

2. Признаки конфликта.

После первых попыток избежать конфликта, следующей стадией работы с ним является выделение его признаков. Иногда конфликт нелегко заметить, иногда он может быть скрытым. Вот некоторые характерные признаки и симптомы конфликта:

— словесное несогласие;

— отсутствие открытого общения;

— сохраняющееся разделение во времени или пространстве;

— сплетничанье о противнике;

— негативные образы или фантазии о противнике;

— подозрительность и недоверчивость по отношению к другому.

3. Степень злокачественности конфликта.

Некоторые конфликты серьезны, некоторые—не очень. Конфликты, подобные конфликту той пары, которые угрожают разрушить чей-то дом, жизнь, бизнес, семью и т. п. — это злокачественные конфликты.

Если вы обнаружили конфликт, стоит ли работать с ним? Зачем связываться с каждым конфликтом? Если конфликт носит злокачественный характер, то он должен привлечь все ваше внимание. Решать или нет злокачественный конфликт— дело личное: в этом вопросе добиваться согласия нет необходимости. Вот некоторые мои соображения по поводу того, что делает конфликт злокачественным и с чем надо работать:

Данная проблема вызывает раздражение, неприятные ощущения и со временем осложняется;

Члены группы сплетничают. Эта болтовня носит характер злорадства и привлекает все большее число участников;

Проблема никак не решается и отравляет атмосферу до такой степени, что люди стараются держаться в стороне;

Вы избегаете проблемы из-за ее безнадежности или из-за отсутствия храбрости;

Все больше и больше людей вовлекается в конфликт.

4. Сделать сознательный выбор о своем вступлении в конфликт.

Если вы хотите попытаться решить данный конфликт, то должны к нему подготовиться. Момент вступления в конфликт—это дело вашего личного выбора. Тот, кто вступает в конфликт неподготовленным, может действовать хорошо, но тот, кто принял сознательное решение о своем вступлении в злокачественный конфликт, несомненно, будет действовать более успешно и большего в нем добьется. Далее, если в конфликт вовлекаются другие люди, никогда не принуждайте их к этому. Им тоже нужно время для подготовки.

Осознание и мужество. Осознание—это лучшая подготовка. Знание может играть более важную роль в преодолении конфликта, чем мужество. Мужество позволяет нам чувствовать себя сильным и поэтому побуждает к конфликту, даже если вы его опасаетесь. Повышение знания о своих чувствах отстраняет вас от необходимости победы или поражения и дает вам более общую и устойчивую установку, из которой надо исходить при работе.

Страх. Проверьте, не боитесь ли вы чего-либо? Может быть, что-то неизвестное внушает вам страх или вы боитесь потерпеть поражение? Страх поляризует ваши чувства, делая вас слабым или сильным. Проверьте свои интересы. Если вы хотите обрести знание, то вам становится безразлично—сила это или слабость.

Если ваш страх не проходит, определите, чего вы боитесь. Если вы боитесь своего противника, спросите у себя—не боитесь ли вы при этом своего собственного гнева или своей энергии. Мы часто опасаемся проявления агрессии и ненависти со стороны других людей, так как наша собственная энергия нам недоступна. Некоторые наши страхи проистекают из неизвестных нам проявлений собственной энергии.

На семинарах по разрешению конфликтов, которые мы проводили для тех, кто учился подготовке к конфликтам, полезным было следующее упражнение. Представьте себе конфликт, в котором вы хотите разобраться. Подумайте о нем и задайте себе следующие вопросы:

— По какой причине вы не вступаете в конфликт? Если вы боитесь чего-то или кого-то, попробуйте мысленно стать тем, кого вы боитесь.

— Не связан ли ваш страх с утратой информации во время споров? О каком своем настроении вам надо знать больше всего? Как вспомнить это настроение и лучше воспользоваться им?

Подобно той женщине в приводимом примере, многие обнаруживают себя сидящими рядом с противником. Если вы чувствуете себя покровителем своего противника, независимо от причины—будьте им. Не беспокойтесь при этом насчет своих мотиваций. Вы можете обнаружить, что поддерживаете своего противника, так как боитесь лишиться его дружбы. Поддержите его соответствующим образом.

Возможно вы занимаете нейтральную позицию. Вы чувствуете апатию, холодность, безразличие? Может, вы слишком отстранены от конфликта. Выступите и заявите о своем нейтралитете.

Возможно, ваше знание подсказывает вам, что вы слишком захвачены своей позицией. Если это так, то вы должны и поступать соответственно.

5. Обращение к партнеру конфликта.

Если вы заметили злокачественный конфликт и подготовлены к вступлению в него, то можете обнаружить, что теперь готовы обратиться к решению проблемы. Проверьте свою готовность к этому.

Организация конфликта. Если вы готовы к вступлению в конфликт, организуйте его. Не кидайтесь в него сломя голову, а постарайтесь организовать церемонию, ритуал конфликта. Помните установку боевых искусств на тщательность подготовки к конфликту и его осознание. Установите место и время для конфликта, удобное для обеих сторон. Если вы начинаете конфликт немедленно, не советуясь со своим оппонентом, то вы оба в конечном итоге будете препираться о методах его разрешения и никогда не добьетесь результата. Если ваш противник не придет, вы можете поработать над проблемой самостоятельно. Помните о том, что конфликт—это феномен поля и только конкретная ситуация может подсказать, когда работать с напряженностью самостоятельно, вместе с противником или в групповом процессе. В любом случае будем считать, что ваш партнер готов сесть с вами за стол переговоров.

Возможно, вы захотите записать следующие шаги в конфликте и воспользоваться ими при необходимости. Вы можете даже поделиться этим с вашим соперником, так как в такой работе не должно быть секретов; целью в конфликте является не победа, а знание.

Постановка проблемы. Когда вы ставите проблему, определите свои интересы в попытках разрешить конфликт. Вы можете даже отметить, что надеетесь на перемирие или что этому мешают коалиции и группировки, поддерживающие каждую из сторон. Это подходящий момент поговорить о ваших целях и интересах в конфликте.

Спросите вашего противника о том, хочет ли он рассматривать данную проблему. Не только предлагайте конфликтную проблему, но и спрашивайте, согласен ли он работать над ней. В случае отказа вашего противника от обсуждения предлагаемой проблемы попросите его высказать свои соображения о путях разрешения конфликта. Если его предложение неприемлемо для вас, спросите, не желает ли он обратиться за помощью к консультанту группы или к посторонней помощи. Если он против всех ваших предложений, работайте над конфликтом самостоятельно и постарайтесь решить его таким образом. И в этом случае не все следует решать напрямую; некоторые проблемы обусловлены внутренними проявлениями духа.

6. Осознание конфликта.

Предположим, что вы и ваш партнер по конфликту готовы приступить к вашему способу разрешения конфликта. Следующим шагом будет осознание вами того, в какой из стадий конфликта вы находитесь—нейтральны, на стороне вашего противника или отстаиваете собственную позицию?

Эти вопросы касаются только вас самих, а не вашего противника. Только от вас требуется осознание этого; не требуйте того, чтобы ваш противник изменился или достиг бы такой же сознательности. Требование от вашего противника того, чтобы он изменился или что-нибудь сделал, может быть нереалистичным или проявлением вашего высокомерия по отношению к нему.

7. Стойте на своем.

Многие пропускают эту стадию конфликта и сразу принимают чью-нибудь сторону или выражают свой нейтралитет. Однако, рано или поздно, независимо от того, что происходит, вы почувствуете необходимость отстоять свою позицию.

Осознать свои ощущения. Многим из нас следует научиться распознавать свои чувства. Констатируйте свои ощущения немедленно. Будьте точными в оценке своих эмоциональных переживаний. Если вы расстроены—расстраивайтесь. Не пытайтесь справиться с этим чувством. Покажите его, проявите и затем дайте ему уйти, когда это происходит. Будьте земными, насколько это возможно в выражении своих потребностей, боли, страха, гнева, обиды или ревности.

Если ваш партнер опасается эмоций, постарайтесь выразить их другими способами. Это значит, что вместо того, чтобы двигаться и кричать, когда вы сердитесь, выразите свой гнев или обиду образно. Постарайтесь сообщить своему противнику о своем состоянии с помощью образов.

Помните о проявлениях духа. Бывает полезно помнить о поле—то, что вы чувствуете, может быть частью всего нашего мира. Это может быть роль, проявление духа в поле, которая недостаточно полно выражена; в этом случае вы что-то делаете для всех.

Работайте над измененными состояниями своего сознания. Может быть, вы избегаете отстаивать свою позицию из-за того, что опасаетесь собственной ненависти, обиды, разочарования или любви. Эти методы не будут работать до тех пор, пока вы не разберетесь в тех своих чувствах, которые стараетесь подавить.

Выберите момент и разберитесь в том, какие чувства вас одолевают в конфликте—страх, гнев, обида, печаль и т. д. Постарайтесь ощутить эти эмоции и определить их для себя. Определите их и вашу нетерпимость по отношению к ним. Постарайтесь ценить эти состояния.

Важно установить, что вы имеете против проявления таких эмоций. Какие эмоции вы можете выразить? Какие не ходите обнаруживать? Если вам не нравятся какие-то ваши чувства, важно признаться в этом. Если вы пытаетесь не дать выхода некоторым из ваших эмоций или если вы пытаетесь преодолеть ваше недовольство ими, ваш партнер заметит это и будет нападать на вас за вашу ложь и неискренность. Отстаивать свою позицию можно разными путями. Один путь—это сообщить о своих переживаниях. Если ваши эмоции неясны, вы должны работать над собой в присутствии своего оппонента. Спросите себя вслух, что вы заметили, какие чувства, образы, переживания возникают. Затем следуйте этим лереживаниям и отмечайте их, когда они возникают.

8. Отход на нейтральную позицию.

Отметьте возникающее чувство дискомфорт а. После того как вы заняли свою позицию и выразили свои чувства полно и искренне, вы можете почувствовать себя в этой позиции неуютно из-за того, что чувствуете свою вину перед партнером, или из-за того, что чувствуете ограниченность своей позиции или возможно заметили, что больше не находитесь в согласии с самим собой.

Некоторые люди чувствуют себя неловко, пережив только что сильные эмоции. Культурные нормы подавляют чувство, особенно в конфликте, и заставляют нас чувствовать себя виноватыми за затронутую тему. Если вы чувствуете свою вину за развитие конфликта, не принуждайте себя идти дальше Отступите.

Отметьте собственные сигналы отступления и следуйте им. Дайте себе возможность измениться. Как только вы заняли свою позицию, у вас появляется возможность для отступления. Его признаками могут быть, например, затихающий голос, уклонение от конфликта, оглядывание или просто потеря интереса. Если вы чувствуете себя физически уклоняющимся от конфликта, то делайте это осознанно. Не продолжайте вести себя сердито или обиженно, если не чувствуете себя таковыми. Как только вы заняли свою позицию, наблюдайте за своим стремлением быть привязанным к своему гневу и обиде. Если это так, то идите дальше и стойте на своем, оставляя себе возможность для отступления на нейтральную позицию.

Когда люди застревают на своих точках зрения, это происходит обычно из-за того, что или они не до конца выразил» их, или потому, что оказались прикованными к ним и отож» десгвились с ними, потеряв информацию о возникающих сигналах к отступлению.

9. Врожденный нейтралитет.

Некоторые люди обнаруживают себя в позиции нейтралитета. Для этого имеется немало причин. Бывают люди, нейтральные по своей природе. Часто вы чувствуете себя безразличным к происходящему, так как ваши эмоции по этому поводу уже перегорели. Когда вы это почувствуете, остановитесь и признайтесь в этом; иначе ваш партнер заметит это и обвинит вас в равнодушии.

Нейтралитет—это все же позиция в поле взаимоотношений. Если вы стали нейтральным, оставьте свою позицию. В буквальном смысле оставьте, чтобы не быть связанным с прежним местом или чувствами. Посмотрите на себя и своего противника с нейтральной точки зрения. Помните ту женщину из приводимого примера? После того как она встала на место своего мужа и посмотрела на себя со стороны, она поняла, что надо делать дальше. Так что выйдите из своей роли, внимательно взгляните на себя и своего партнера со стороны и сообщите о том, как вы оба выглядите при этом.

Затем постарайтесь взглянуть на себя, находящегося в прежней роли. Опишите себя вашему партнеру. Расскажите ему, каким вы теперь видите себя, что вы видите со стороны. Может быть, вы больше узнаете о себе, о том, как вы стремитесь к собственному росту, о том, что вы пытаетесь предпринимать во взаимоотношениях. Сообщите обо всем этом вашему партнеру. Постарайтесь дать ему полную картину того, где вы теперь находитесь, если взглянуть как бы с вершины горы.

Рискните таким же образом посмотреть на своего противника. Может, у вас найдется для него совет. Вы полагаете, что он может что-то предпринять для того, чтобы лучшим образом достичь своей цели? Не хотите ли вы как-нибудь помочь ему? Если вы чувствуете, что ему нужна помощь, то самое время оставить свою нейтральную беспристрастность и вернуться в конфликт. Настало, однако, время встать на его сторону.

10. Занять позицию своего партнера.

Этот прием будет работать как метод разрешения конфликта в том случае, если вы при этом будете искренни. Многие из нас принимали сторону другого, когда не чувствовали, что делают это искренне. Мы можем слишком быстро подчиниться и приспособиться к другому или же стать великодушным покровителем. Если вы несовместимым образом становитесь на сторону своего партнера, то рано или поздно обнаружите, что или остаетесь на своей позиции, или почувствуете себя нейтральным.

Сочувствие. Возможно вы почувствуете сострадание к вашему оппоненту. Если это происходит не из чувства долга, а совершенно искренне, оставьте свою позицию и спросите, не могли бы вы чем-нибудь ему помочь. Пусть ваше сочувствие поможет ему лучше выразить свою позицию.

Читайте его сигналы. Стать на сторону другого значит больше, чем просто действовать с сочувствием. Наблюдайте за своим оппонентом. Посмотрите, как он стоит, как смотрит на вас, и постарайтесь представить, какие чувства он при этом испытывает. Помогите ему их выразить.

Не пытайтесь при случае передразнивать своего оппонента. Не провоцируйте его, а используйте свое осознание и сострадание для того, чтобы понять и почувствовать, кто он в данный момент. Если вы почувствуете, что провоцируете или передразниваете его, делайте это непосредственно.

Проверяйте обратную связь. Мерой того, насколько правильно вы поступаете, является обратная связь с вашим оппонентом. Вы правильно прочитали его сигналы, если ваш противник откинулся на спинку стула и расслабился или если он тронут тем, что вы делаете, и благодарен вам за это.

Однако, неправильное прочтение сигналов противника тоже можно обратить на пользу. Если вы ошиблись в своем представлении о том, что чувствует или думает ваш противник, то вам надо попросить его поправить вас.

Имеются достаточные психологические доводы в пользу принятия стороны своего партнера. Мы конфликтуем с другими людьми потому, что бессознательно расстроены отдельными частями своего «я», выступающими в роли нашего противника. В конце концов конфликта бы не было, если бы небыло в нас самих того, что согласно с нашим противником.

11. Пересмотр позиции.

После того как вы использовали свое знание, чтобы отстоять свою позицию, встать на сторону противника или занять нейтральную позицию, конфликт приостанавливается или возобновляется и переходит на новый уровень. Возможно, вы или ваш противник извинитесь за нанесенную обиду. Появляются новые проблемы, новые реакции или новые чувства. На-этой стадии конфликта работа продолжается как и раньше. Применяйте свое знание, прислушиваясь к себе, проверяя свои чувства и то, чью сторону вы занимаете в конфликте. Если вы не уверены в своих чувствах или вам кажется, что вы ведете себя бессознательно и неконгруэнтно, отступите на нейтральную позицию. Хорошенько посмотрите на себя со. стороны и подскажите себе с этой позиции, как поступить.

Недостаточно выраженные чувства. Конфликт может быть не завершенным оттого, что вы неполно выражаете свои чувства, отстаивая свою позицию. Это может также быть и в том случае, если вы не до конца понимаете позицию вашего партнера.

12. Выход из поля.

Отступление. Если вы правильно определили, на чьей вы стороне, выразили эту позицию и следовали всем изменениям, то вы и ваш партнер можете обнаружить, что автоматически отступаете. Надо не пропустить этот тонкий момент. Используйте свое знание, чтобы увидеть легкий момент расслабления, тень улыбки, тихий вздох облегчения. Если так, то покиньте поле.

Это исключительно важный момент в конфликте. Легко упустить из виду сигналы его ослабления, так как большинство людей так долго избегают конфликта, что, когда наконец, ввязываются в него, они становятся привязанными к этому состоянию и сопротивляются выходу из него. Отметьте признаки своего отступления, а затем простите себя и своего противника.

Обучение. Возможно вы обнаружите, что вы и ваш противник взволнованы чем-то новым, чему вы научились. Если так, то почему бы не постараться сформулировать то, чему вы научились о себе или о вашем партнере? Годится ли эта ситуация для того, чтобы вы поделились своим знанием о себе с другим?

Ваш противник хочет получить шанс встать на ваше место. Возможно ваш противник захочет узнать о вас больше. До этого момента мы предполагали, что только вы заинтересованы в разрешении конфликта, так как требование того, чтобы оба партнера надеялись на сотрудничество, можно было бы заменить возможностью ограничиться работой на ранней стадии. Хотя может быть очень хорошо, когда ваш противник захочет больше узнать о вас и о данном конфликте. Это может стать моментом настоящего обмена знанием.

Стать учителем. Иногда ваш партнер захочет даже научиться у вас разрешению конфликта. Значит для вас наступил момент перестать быть простым участником конфликта и разделить свое знание о путях разрешения конфликта с противником.

13. Групповая работа.

Простейшая ситуация—это когда стороны конфликта расходятся и все налаживается. Обычная ситуация—когда друзья или соседи продолжают обсуждать конфликт даже после того, как обе стороны закончили свою работу. Это означает, что еще присутствуют проявления духа, отличные от тех, над которыми в основном работали конфликтующие стороны. Конфликт становится проблемой общества или поля и требует для своего разрешения обращения к групповой работе. Наступает момент установления ролей и требование от членов группы их исполнения до тех пор, пока конфликт не будет разрешен на общественном уровне.

14. Индивидуальная работа.

Если работа в большой группе по разрешению конфликта не достигает успеха, тогда проблема должна быть решена на индивидуальном уровне. Каждый, имеющий к этому отношение, должен рассматривать конфликтующие стороны как две внутренние части своего «я», которые требуют индивидуального решения.

Заключение.

1. Работайте с конфликтами в момент их возникновения. Не ждите, пока они станут излишне поляризованными.

2. Если вы избегаете конфликта потому, что считаете себя бессильным или опасаетесь его, избавьтесь от этого, упражняясь в работе с конфликтами.

3. Используйте свое знание для того, чтобы определить, в какой позиции вы находитесь: на своей стороне, на стороне противника или в нейтральной позиции.

4. Если вы увязли в своей собственной позиции, то не сможете до конца выразить истинные ваши чувства или будете обижены другим человеком и не сможете выразить собственные обиду и гнев.

5. Если вы чувствуете себя нейтральным, не используйте эту позицию лишь для того, чтобы избежать конфликта или действовать покровительственно и отстраненно. Используйте ваш нейтралитет для того, чтобы помочь себе и своему противнику наблюдать за конфликтом со стороны и давать полезные рекомендации.

6. То, в чем обвиняет вас ваш противник, даже в малой степени, — это ваши собственные двойные сигналы, чувства и эмоции, которые вы имеете или имели. Не забывайте о том, что ваш оппонент—это также та часть вас самих, которая вас почему-то тревожит.

7. Ни одна из сторон не победит в конфликте, пока обе не поймут и не прольют свет на характер и природу другой из сторон. Просвещение—задача поля: пока не будут просвещены все, не будет просвещен никто.

Упражнения по разрешению конфликта.

1. Попросите своего друга помочь вам выполнить это упражнение.

2. Опишите конкретный конфликт, который у вас есть о конкретным противником.

3. Пусть ваш друг играет роль этого противника.

4. Активно отстаивайте свою позицию.

5. Отметьте, когда вы испытываете неудобство от своей позиции, и (или) станьте нейтральными или примите сторону своего оппонента.

6. Вернитесь в свою прежнюю роль и отметьте происшедшие перемены или продолжайте до тех пор, пока конфликт не исчезнет или пока обе стороны не почувствуют, что они победили.

7. Примените новые методы и шаги в своей работе и напишите мне об этом.

Глава 9. САМОСОЗНАНИЕ ГРУППОВЫХ МЕНЬШИНСТВ.

Следующее тысячелетие унаследует от предыдущего одну из наших центральных нерешенных проблем—подавление людей по этническому, расовому, религиозному, социальному, экономическому или родовому признаку. Хотя я всегда огорчался и ужасался действиями групповых меньшинств во всем мире, я в то же время был восхищен той потенциальной силой, которой обладают эти меньшинства. Личности, нарушающие общественное спокойствие и представляющие непопулярные в своих групповых полях позиции или занимающие позицию меньшинства, обладают большой возможностью повышения нашего общего знания. В этой главе описывается разработка и методика, которые личность, находящаяся в позиции меньшинства, может использовать при отстаивании своей собственной точки зрения и на благо своей группы и общества.

Отрицание проблем меньшинства.

Члены групповых меньшинств находятся в трудном положении. Само их существование представляет собой позицию, проблему или мнение в противовес аналогичным проблемам и мнениям группового большинства или общества. У меньшинств почти нет выбора. Один путь—это делать то, что они обычно и делают, — подавлять собственное мнение и стараться приспособиться к мнению общества. Другая возможность состоит в том, чтобы постараться разрушить общество, подавляющее их, или попробовать мирно сотрудничать с ним, чтобы изменить и перевоспитать большинство. Повсюду в мире личности и группы поляризуются в конфликтах между большинством и меньшинством, хотя имеется стремление отрицать и игнорировать существование подавления. Янов отмечает, как жители небольшого израильского городка в 1985 г. разделялись на следующие противостоящие группы:

Мужчины — Женщины.

Молодежь — Взрослые.

Бедные — Богатые.

Консерваторы — Либералы.

Рабочий класс — Интеллигенция, студенты.

Преступники — Честные граждане.

Фундаменталисты — Секуляристы.

«Ашкенази» (западные евреи) — «Сефардим» (восточные евреи).

Коренные израильтяне — Недавно прибывшие иммигранты (эфиопы).

«Ястребы» — «Голуби».

Члены коалиции — Члены оппозиции.

Тем не менее, ни один человек из этого городка не упомянул о существовании арабо-еврейских групп. Такое отрицание основной проблемы меньшинства характерно для всего мира. Мы все, а не только репрессивные правительства, подавляем, отрицаем и игнорируем основные проблемы меньшинства. Я слышал, как в Южной Африке одинаковым образом и белые и черные отрицали существование проблемы «белые—черные». Как часто калифорнийцы обсуждают дискриминацию в отношении испанцев или иммигрантов из Азии? Лишь несколько человек из среднего класса, проживающих в городке Новой Англии, признаются в своих реакциях против негритянских семей, переехавших в их район. Нейтралитет швейцарцев иногда подрывается ими в результате явной дискриминации в отношении итальянских рабочих, а также возрастающим числом неонацистских группировок в их стране Догадываются ли японцы о своей дискриминационной политике в отношении к иностранцам? И почти в каждой группе во всем мире одновременно существует дискриминация женщин и гомосексуалистов.

Члены меньшинств и экстремальные состояния в группе.

Когда в группе выступает личность, выражающая непопулярную точку зрения или позицию меньшинства, ситуация может быстро накалиться. Когда организация или группа начинает рассматривать завуалированные, подавляемые или дру гие подсознательные вторичные процессы или когда кто-то выступает с позиции меньшинства, главные задачи и цели этой группы отходят на второй план. Таким образом, часто групповые меньшинства или личности выглядят как разрушители общества.

Город или страна, насильственно подавляющая какую-нибудь свою часть, как это было при подавлении правительством Китая студенческой демократической революции 1989 г., находится на пути саморазрушения. Закон самоуравновешивания указывает на то, что противоположности, в конечном счете, уравновешивают друг друга. Акту насилия в одном направлении со временем будет противостоять акт насилия в другом направлении.

Полностью подавить позицию меньшинства невозможно, так как эта позиция—проявление духа в групповом поле. Личность или подгруппа, заявляющая о своих разногласиях с группой или организацией, не должна игнорироваться или подавляться. Даже если меньшинство отвергается или принуждается к подчинению, это проявление духа нельзя убить. Меньшинством будет использовано огромное число тактических приемов с целью разрушения основных планов этой группы. Может казаться, что меньшинство уступило, групповой дух и атмосфера даже крупной организации со временем будет разрушен чувствами негодования, подозрительности и ненависти.

Жизнь в условиях репрессии—настолько трудный и болезненный опыт, что многие восстания меньшинств происходят спонтанно и настолько эмоционально, что при этом осознание ситуации почти совсем отсутствует. Желание отомстить и нанести ответный удар за испытанные страдания—универсальное чувство всех меньшинств в «горячих точках» планеты. Печальным результатом конфликта между членами групповых меньшинств и большинством является то, что они обычно не желают или не способны помочь ни себе самим, ни всей группе. Таким образом, групповое меньшинство словно в зеркале отражает своего противника: каждый способен отстаивать только свою точку зрения.

Отсутствие метакоммуникатора.

Характерная структура конфликта между меньшинством и большинством такова, что в нем отсутствует метакоммуникатор, нейтральный наблюдатель конфликта. Поле революции почти всегда имеет только две части—меньшинство и большинство, подавляемый и подавляющий. Третья сторона, метакоммуникатор, стоящая в стороне от бушующего шторма, отсутствует.

Ни одна из сторон не способна занять нейтральную и объективную позицию метакоммуникатора из-за того, что независимо от рассматриваемой проблемы каждый отождествляется только со своими собственными чувствами обиды, гнева и угнетенности. Все просто слишком подавлены или разъярены для того, чтобы проявить хладнокровие или понять позицию другой стороны. Конфликт при этом втягивает поле в турбулентное и хаотическое состояние, а внешний мир, как правило, выступает в роли судьи для обеих сторон конфликта.

Внешний мир, хорошо или плохо, выступает в роли метакоммуникатора. Он осуждает, оценивает и призывает ту или иную сторону конфликта внять голосу разума. Группа или страна в состоянии революции часто осуждается, наказывается или ей ставится диагноз всем остальным миром точно так же, как врачи, родственники и коллеги действуют в отношении кого-то, находящегося в психическом расстройстве.

Равнодушный и высокомерный мир часто бессознательно выступает со своей позиции так же, как и воюющие стороны отстаивают свои. Внешний мир не может понять свою позицию как роль в конфликте. Поэтому не существует локальных войн. Каждая локальная война—это мировая война, в которую включены все глобальные проявления духа.

Самосознание группового меньшинства.

Величайшая задача группового меньшинства—продемонстрировать новый и сознательный путь решения проблем и пробудить сознание остальных. Мартин Лютер Кинг и Махатма Ганди—примеры тех, кто пытался повернуть мир лицом к проблемам меньшинства. Конечно, знать об этом—дело каждого, а не только члена меньшинства, но чаще всего роль того, кто сможет пробудить общество, выпадает на долю представителя группового меньшинства.

Для того чтобы обрести знание и разбудить сознание остальных, надо, в первую очередь, понять, что слишком много внимания уделяется предмету конфликта и слишком мало тому, каким способом этот конфликт разрешается. Существуют сотни различных конфликтных ситуаций: черные—белые, мужчины—женщины, страны третьего мира—развитые страны, гомо—гетеросексуалисты, «мы»—«они», богатые—бедные и т. д. Наши попытки решить все эти проблемы приводят нас к необходимости большей подготовленности к разрешению конфликтов. Мы часто становимся одержимы только одной ролью или проявлением духа и забываем о других частях своего «я».

Мы способствуем разделению мира, настаивая только на своей точке зрения, вместо того, чтобы достичь общего понимания, которое позволило бы нам добиться действительных перемен, так нам необходимых.

Психология меньшинства.

Когда мы занимаем позицию меньшинства, чувство нашей подавленности переходит в дискомфорт, затем в ярость и, наконец, в праведный гнев и повышенное самомнение. Измененные состояния сознания, через которые мы при этом проходим, могут ослабить нашу позицию, так как при этом мы теряем общее понимание ситуации.

Раскол группы на большинство и меньшинство характерен для всех полей—от ситуации к ситуации меняются лишь сами проблемы и язык. В каждом групповом процессе имеются две сущности группы—первичная и вторичная, скрытая. Этот раскол всегда характеризуется напряженностью, сегрегацией, гневом и ненавистью. Личности и группы неизбежно образуют меньшинства, порождая индивидуальность, которая маркирует общепринятую и отвергаемую формы поведения. Каждая группа обладает индивидуальностью, заявляющей: «Мы—это, а не то!».

Следующие чувства являются типичными для позиции меньшинства. Заметьте, что все мы временами оказываемся в меньшинстве. Все мы когда-нибудь выражали непопулярное мнение.

1. Знайте, что вы находитесь в меньшинстве, если чувствуете, что вас осуждают, подвергают гонениям, не понимают вас или недооценивают.

2. Ваше положение обычно осложняется тем, что вы чувствуете отсутствие всякой поддержки не только со стороны большинства, но и со стороны собственной подгруппы. Практически ваши взгляды ни у кого не находят поддержки.

3. Вы чувствуете себя гонимым и, при удобном случае, будете, в свою очередь, сами преследовать членов большинства за их убеждения. Поэтому роль жертвы обычно не совсем точно отражает вашу позицию. Ваша подавленность заставляет иногда оказывать противнику сопротивление.

4. По отношению к самому себе вы ведете себя подобно большинству. Вы преследуете и мучите себя собственными сомнениями. Тайно вы сомневаетесь в своей группе и в правильности ее взглядов.

5. Вы ощущаете покровительство большинства. Вы часто отказываетесь от привилегий взрослого человека и ведете себя как ребенок или больной. Когда становится необходимым отстоять свою точку зрения, вы даже можете обнаружить, что по какой-то причине не выражаете или неспособны выразить свое мнение адекватным взрослому человеку образом.

6. Иногда вы испытываете трудности при попытке ясно изложить свои мысли. Вы часто впадаете в депрессию из-за своей неспособности к выступлению, считая виновным в этом самого себя. Так как то, что вас тревожит, может быть не замечено другими или не воспринимается ими, вы иногда чувствуете себя немного сумасшедшим.

7. Вы боитесь выступать, так как боитесь, что из-за этого вас могут арестовать, оскорбить, лишить работы или убить.

8. Иногда вы чувствуете себя умнее или глупее других или посторонним, который видит то, чего не могут видеть другие, так как вы на самом деле—и мудрый, и глупый, и посторонний. Мудрый, глупый и посторонний—все это подавляемые в большинстве групп роли. Они требуют своего выражения. Займите такую позицию, выразите ее, так как этого от вас требует поле.

9. Вы смущаетесь, беспокоитесь и чувствуете себя параноиком. Вы не можете сосредоточиться и чувствуете, что лидерство или управление другими не для вас.

10. Вам нужна помощь, но вы не можете в этом признаться. Поэтому вы ищете союза с людьми, находящимися вне ситуации. Вы чувствуете, что не б силах справиться с ситуацией в данном поле. Надо сознательно искать такого союза. Получите необходимую вам помощь.

Поддержка.

Если вы занимаете позицию меньшинства, вам нужна помощь в выражении и представлении своих взглядов большинству. Если вы обнаружили себя в меньшинстве, то получили редкую возможность изменить себя и других.

К сожалению, существованию в меньшинстве нельзя научить. Вы находитесь на новой территории. Вы должны считать, что поле, в котором вы живете, требует от вас, чтобы вы лучше узнали себя, что общество само просит вас помочь ему самовыразиться. Становясь каналом для передачи своего мнения или позиции, вы помогаете всем остальным.

Ваша позиция меньшинства отражает страдание всего мира, и вы должны понимать, что многие не смогут вас услышать. Ваша позиция разрушительна для других. Вы должны сделать свой выбор. Если вы проявите должную выдержку и интуицию, то сможете помочь полю. Если, однако, вы отождествились со своей позицией, то шансы, что вы подвергнетесь грубому оскорблению, возрастают. Сделайте обдуманный выбор—проявить свою выдержку или стать одержимым своей позицией.

Стать героем или героиней—это имеет значение лишь для других людей, но это может означать и то, что вы при этом умрете. Вы должны тщательно взвесить, поможет ли другим то, что вы умрете, потеряете работу, попадете в тюрьму или подвергнетесь оскорблениям? Если вы проявите выдержку в целях самосохранения, то сможете и дальше преодолевать конфликт. Выберете вы такую возможность или для вас важнее быть убитым и сделать большинство вашим убийцей?

Быть может, вы живете в поле, для приведения которого в равновесие необходимо совершить самоубийство. Являются ли убийство и самоубийство единственно разумным выходом из сложившейся ситуации? Или это время для того, чтобы удержаться от открытого конфликта и поработать с «убийцей» и «самоубийцей» на внутреннем уровне? Совершить внутреннюю работу с возможностью быть убитым—это значит убить свое «я» и не привязываться больше к своей позиции. Вы больше не жертва, не герой и не убийца, а объективный, беспристрастный наблюдатель, способный пробудить сознание остальных людей. Ваше умение сделать это может зависеть от духа времени, а также от вашей способности к внутренней работе.

Если вы готовы и решились проявить вашу сдержанность и постараться выразить свою позицию подходящим образом, то вам могут пригодиться следующие рекомендации.

1. Познай своего монстра.

Большинство групп бывают любезны, когда все идет хорошо, но как только вы потревожите их, даже самая благодушная группа превращается в злобного монстра. Самая добрая, самая вежливая группа, будучи растревожена, становится монстром. Это одна из причин, по которой мы боимся выступать на людях. Следовательно, одной из самых важных задач является изучение и наблюдение за индивидуальностью группы, ее первичным процессом. Только тщательно изучая группу, можно подготовиться к встрече с пробудившимся монстром.

2. Накормите монстра.

Учитесь кормить своего монстра. Это значит, что вы должны уметь удовлетворять и умиротворять этого монстра так, чтобы не быть им съеденным и чтобы предоставить ему возможность к изменению. Если вы не накормите группового монстра, он будет вести себя как попавшее в западню животное в панике. Оно почувствует себя в опасности, почувствует приближение своей гибели и будет агрессивным.

Если вы хотите пробудить сознание остальных, то первым делом вы должны встать на путь взаимодействия, распознавая природу большинства и осознавая то, что как ваша, так и его позиция—это всего лишь временные проявления духа, способные к изменениям! Если вы хотите выяснить, к какому типу группы вы принадлежите, потревожьте ее слегка и определите, что за монстр находится рядом с вами. Первый шаг— это анализ того, с каким первичным групповым процессом вы в конфликте. Ниже приведены возможные типы групповой индивидуальности.

Гуманность и покровительство. Внешне ваши противники могут выглядеть гуманными, но в то же время подавлять те формы поведения, которые кажутся им отличными от своих собственных. Они дружелюбны, пока не выявляется мнение меньшинства, и тогда они будут обрушиваться на каждого, отстаивающего непопулярную позицию.

Эмпирическое правило—всегда «кормить» первичный процесс. «Накормите» их человечность. Поощрите их индивидуальность и напомните им о ней. Похвалите их гуманность. Сделайте им комплимент за открытость новым идеям, даже если они временно причиняют вам неудобства.

Оживленность. Некоторые группы ведут себя радостно и оживленно. Они пребывают в атмосфере буйного, общительного, шумного и болтливого поведения и отвергают всякие попытки нарушить их компанию. Если это происходит, они становятся враждебными.

Накормите и этого монстра. Хвалите праздничность атмосферы и ругайте себя за то, что заводите разговор, не отражающий общее настроение. Заверьте их, что после своего выступления снова сможете вернуться вместе со всеми к общему веселью. Не начинайте говорить, пока они не согласятся на это.

Официальность Некоторые группы ведут себя сухо и официально. Они презирают проявления эмоций и личной откровенности. У них жесткие правила коммуникации. В общении с ними могут возникать длинные паузы и тягостное молчание.

Накормите их формальность. Хвалите и поощряйте их за сдержанность чувств. Очень официальным и благоразумным тоном спросите у них совета о том, как предложить новые идеи или вызвать новые эмоции в группе.

Если это группа деловых людей, то они, без сомнения, считают, что эмоции мешают и снижают эффективность и производительность. Накормите эту индивидуальность, высказав перед ними предположение, что там, где рациональные решения не приносят успеха, иррациональные чувства могут прояснить атмосферу и дать лучший результат. Расскажите им, что отсутствие у них межличностных навыков снижает общую эффективность их деятельности.

«Кормите» группу, не порицая ее членов за их собственный стиль общения. Попросите каждого записать свои возражения или впечатления—не требуйте от них проявления своих эмоций в группе.

Репрессивность. Отдельные группы или коллективы выглядят явно по-диктаторски. Они будут давить на убеждения, ваши представления или образ жизни из-за того, что недостаточно знакомы с проблемой или из-за цвета вашей кожи, вашей национальности или религиозных убеждений. С этими группами трудно работать, так как они полны внутреннего невыраженного конфликта, объясняемого страхом перед неизвестным.

Можете вы их накормить? Расскажите им, что их законы и правила вытекают из их желания сделать себе лучше. Напомните, однако, что быстрее всего этого можно достичь, если установить хотя бы тончайшую связь с различными людьми, в которых они могут косвенно нуждаться.

Расизм. Подобно репрессивной группе, эта группа старается действовать дружелюбно и официально, но избегает тех, кто не похож на них, веря в то, что «чужаки» опасны, аморальны, нечисты на руку и никчемные люди. Они, как правило, избегают тех, кто посягает на их точку зрения. Они могут вести себя непредубежденно, но наглухо закрыты для новых взглядов.

С такой группой следует быть осторожным. Проверьте, не слишком ли вы привязаны к своей позиции перед тем, как попытаться выполнить следующее. Сначала станьте проще. Расскажите им, что вы, так же как они, желаете надежности и безопасности всему, что они делают. Постарайтесь обратить эту потребность в надежности и безопасности себе на пользу, намекнув, что если бы они смогли выслушать другое мнение или быть более открытыми для различных типов людей, то их мир действительно смог бы стать безопаснее.

Расскажите им, что самый быстрый и верный путь к безопасности—это позволить различным группам открыто общаться, так как это может предотвратить и смягчить будущий конфликт и уменьшить угрозу их стабильности.

Религиозные группы. Религиозная группа—это группа, члены которой связаны своими убеждениями. Их вера—это их первичный процесс. Это даже может быть психологическая группа, вера которой—духовный рост личности. Эти убеждения требуют к себе внимания. Члены таких групп могут не осознавать своих диктаторских наклонностей.

Используйте их глубочайшие интересы и убеждения. Пока эта группа не открыла глаза на важность точки зрения меньшинства, ваш первый шаг состоит в проявлении уважения к их первичному процессу. Сделайте комплимент их вере или убеждениям, сказав примерно следующее: «В вашей вере заложено столько любви к ближнему! Как эта любовь может проявиться на деле в следующей ситуации?».

После обращения к монстрам, независимо от их типа, проверьте обратную связь с группой. Дождитесь их словесного или молчаливого согласия. Прежде чем высказать свое мнение, подождите, когда они сами попросят вас об этом. Иначе они будут сопротивляться вашему стилю общения и ваши проблемы могут быть не услышаны.

Важно знать, с какой группой вы работаете, и «кормить» ее первичный процесс. Идите в ногу с первичным процессом; говорите на его языке; живите в темпе группы. Если они спешат, спешите тоже и не занимайте у них слишком много времени. Иначе это будет вызывать раздражение. Если им не нравится проявлять свои эмоции, не заставляйте их «обнажаться». Если вы слишком расстроены, чтобы признать преобладающий дух группы, дайте выход своему расстройству, чтобы быть проглоченным этим монстром.

3. Внутренняя работа.

Важно идти в ногу с первичным процессом, не идти против него, а сохранять его. Если, однако, вы не можете признать их первичный процесс, так как слишком им расстроены или смущены, то у вас нет другого выбора, как дать выход своей ярости и быть съеденным монстром или поработать над собой, чтобы проявить необходимую выдержку.

Может быть, это тот случай, когда вам хочется стать героем. Если так, то я предлагаю вам провести внутреннюю работу над собой. Вообразите этот героический акт, когда в попытке отстоять свои права, вы возможно, будете оскорблены или убиты. Разыграйте всю эту героическую сцену в своем воображении во всех деталях до конца. Представьте, каково умирать и, может, даже быть забытым после смерти.

4. Отстаивать свою позицию.

Если работа над самим собой не обеспечивает должной выдержки для признания первичного процесса большинства, тогда вы должны попытаться совершить эту работу на людях. Это может помочь, если позволяет ситуация группового процесса.

Сыграйте героя. Сообщите о своей дилемме, что вы не можете признать групповую индивидуальность и знаете о том, что можете погибнуть, отстаивая свои взгляды. Может быть, другие откликнутся. Если вам совершенно необходимо стать героем, считайте, что это может быть проявлением духа, характерным для этой группы и для этого времени. Дайте возможность другим членам группы тоже разделить с вами это героическое переживание.

Анализировать свою позицию публично. Если вы настолько преуспели, что умеете обращаться с монстром группы и кормить его, следующий шаг—занять свою позицию. Когда вы стоите на своем, важно понимать, что вы выступаете не только от своего имени или от имени своей группы, но также и от имени некоторых членов большинства и некоторой части всего мира.

Позиция, которую вы представляете, принадлежит не только вам лично, — это проявление духа в групповом поле, специфическое для данной группы, данного места и данного времени. Вы не можете быть одинокими в своих ощущениях и взглядах—найдется хотя бы еще один из большинства, кто должен чувствовать то же самое. Заниматься слишком долго конфликтом в одиночку не принесет пользы ни вам, ни группе. Вы—канал проявления духа. Вам необходимо выступить и выразить свою роль, отражающую ваши идеи, роль, от которой вы можете и удержаться.

Если вы можете удержаться от исполнения своей роли, то наиболее вероятно, что вас будут приветствовать как человека, который сумел помочь всем частям группы.

Вам может понадобиться помощь в исполнении своей роли и об этом можно попросить кого-нибудь еще, кто испытывает те же самые чувства. Однако остерегайтесь принуждать других к вашей поддержке публично. Если вы замечаете, что с вами рядом никого больше нет, внесите в свое выступление чувство страха, которое присутствует во всех меньшинствах. Сошлитесь на свой страх перед возможностью быть оскорбленным, изгнанным и посаженным в тюрьму за попытку поднять определенную проблему. Можете напомнить прежде всего, что вы—это не только ваша собственная позиция, национальность, пол или цвет кожи, но что вы содержите в себе и все остальные части группового поля.

5. Перемена ролей.

Когда вы заняли свою позицию, вы сумеете искренне выйти из нее и помочь противоположным проявлениям духа в группе при их работе. Перемещайтесь между позициями меньшинства и большинства, не забывая при этом о такой позиции, как нейтралитет. Если вы искренни в своей работе, другие почувствуют, что вы, прежде всего, заинтересованы в улучшении работы всей группы.

6. Любовь.

Как только вы покидаете свою роль и начинаете менять позиции, вы можете почувствовать, как и многие до вас, сердечную открытость и любовь к окружающим. Не удивляйтесь этому чувству свободы и удовольствия от полноты жизни и от самого конфликта!

Пользуйтесь на практике изменением позиций и позволяйте каждому члену группы делать то же самое, чтобы вся группа стала сама собой. Вы заняли особую позицию меньшинства, которая моделирует то глобальное будущее, которого мы хотим.

Теперь вы, может быть, находитесь в идеальном положении, когда способны выслушивать все стороны. Умение с сочувствием выслушать другого лежит в основе принципа глубокой демократии и является ключевым в разрешении конфликта, а также одной из редчайших форм человеческого поведения. Умение выслушать другого означает сострадание меньшинству, понимание большинства и показывает, прежде всего, что жизнь слишком коротка, чтобы быть привязанным лишь к одной из ее сторон.

Глава 10. КАСТОВЫЕ И РАСОВЫЕ СИСТЕМЫ.

Из всех мировых проблем современности расизм и связанная с ним клановость представляются мне самыми коварными. Я полагаю даже, что расизм хуже бедности, так как в своих поездках по всему свету я видел, что отсутствие дискриминации и узаконенного расизма делает людей более счастливыми, чем наличие богатства. В этой главе я хочу исследовать расизм, процесс, в котором одна группа чувствует свое превосходство над другой из-за цвета своей кожи, принадлежности к той или иной семье, вере, языку и т. п.

Расизм и клановость.

Расизм—это скрытая форма мизонеизма выражающаяся в ненависти или нетерпимости к чему-либо новому или неизвестному и порождающая взрывоопасную ситуацию. Расист—это проявление духа в групповом поле, затрагивающее всех нас. Это человек, считающий, что он сам или его близкие друзья и семья лучше других. «Другие» опасны—они происходят из других семей, у них другие привычки, цвет кожи и вероучение. Расист избегает других. В его представлении другие становятся козлами отпущения за все части нашего «я», которые нам неприятны.

Клановость отличается сильной преданностью и привязанностью к своей группе или семейству. Это может быть преданность одному семейству или роду, групповым религиозным убеждениям, обычаям или самой земле, на которой эти люди живут. От многих израильтян я слышал жалобы на то, что арабы опасны потому, что они готовы умереть ради возврата территории, захваченной Израилем в Шестидневной войне. Арабы же точно так же отзываются об израильтянах. Белые в Южной Африке не могут понять привязанности негров к своей земле, а я был свидетелем территориального конфликта между двумя негритянскими группами в одном из городов Южной Африки.

Удивительно, но мир проявляет больше терпимости к клановым конфликтам между людьми одной расы. Мы можем смотреть сквозь пальцы на жестокость между группами одной и той же расы, веры или национальности, но гораздо нетерпимее относимся к открытым проявлениям ненависти или к расизму между группами различных рас.

Подобно расизму, клановость—это тоже проявление духа. У нас всех имеется склонность к клановости. Когда мы пребываем в подобном настроении, мы будем защищать своих любимых, свой дом, даже свой автомобиль до самой смерти. Мы не доверяем приезжим в своем районе, новичкам своих групп или любому, чье поведение хоть немного отличается от того, к которому мы привыкли. Чем в большей степени другие выглядят или ведут себя не так, как мы себе представляем, тем больше мы их отвергаем. Юнг бы назвал их тенями.

Кастовая система.

Некоторый свет на проблему расизма можно пролить, если исследовать истоки индийской кастовой системы. Старая кастовая система Индии была системой санкционированной дискриминации, когда люди определенных слоев общества должны выполнять только ту работу и социальные обязанности, которые им предписываются принадлежностью к касте. Кастовая система основана на вере индуизма в то, что Брахма, создав первого человека—Ману, потом сотворил всех остальных людей Земли из разных частей тела Ману. Из его головы произошли святые—брамины. Из рук Ману вышли правители и воины—кшатрии. Из бедер Ману вышли мастеровые и ремесленники всего мира—вайсьии, а из ног—шудры, работающие на всех остальных.

В индуизме существует четыре касты. Брамины—это священники и философы. Они изучают священные книги, содержатся государством, являются вегетарианцами и дважды в день совершают омовение в реке. Кшатрии управляют и исполняют официальные обязанности. Они составляют верхушку среднего класса. Вайсьии отвечают за материальные потребности общества. Это торговцы, фермеры и промышленники. Наконец, шудры служат всем остальным в качестве работников, ремесленников, крестьян, слуг и садовников.

Неприкасаемые.

Существует еще одна группа—неприкасаемые, которые выпадают из этой кастовой системы. Это—«недочеловеки», опасные и заразные для членов других каст. Несчастье и гнев неприкасаемых были источником многих социальных волнений в Индии.

В индуистской кастовой системе Ману представляет поле, а каждая каста—роль или проявление духа в этом поле. Существует голова—духовное начало, которому отведена роль знания. Руки—это правители или правительственные чиновники, которые следят за порядком. Опытные мастера поддерживают функционирование системы, а простые рабочие выполняют черновую работу. Для неприкасаемых отводится «антироль» и я назвал бы их «городскими тенями», это люди, с которыми никто не хочет себя отождествлять. Это ненормальные люди, бездельники, бродяги, лодыри или мечтатели.

Во всем мире существуют определенные группы неприкасаемых. Их поведение и привычки отталкивают нас. Отказываясь кормить их или заботиться о них, мы остаемся равнодушными к их ужасному положению. Целые группы людей становятся для нации городскими тенями; они часто становятся нежелательной частью глобального поля, частью страны, о которой люди не хотят ничего знать.

Кастовая система предписывает людям роли или функции органов группового тела и бессознательно отождествляет их с этими ролями. Это порождает систему ценностей, в которой лучшими людьми считаются священники, а худшими—неприкасаемые. Так как при этом люди приравнивались к занимаемым ими позициям, то в результате и возникала клановость.

Расизм—это длительное и закрепленное отождествление людей с определенными ролями. Ни один человек не может быть только одним каким-нибудь органом «тела», в котором мы живем. Более точно индивидуальность можно было бы представить себе в виде клеток человеческой крови. Каждая такая клетка путешествует по всему телу. Иногда мы—это ноги или работники, иногда—одухотворенный разум, иногда— руки, иногда—лидеры, а временами становимся и неприкасаемыми, особенно когда напиваемся, впадаем в депрессию или в другие измененные состояния сознания, которыми, как правило, пренебрегаем. С этой точки зрения клановость, расизм и сегрегация—это стремление отождествить людей со специфическими проявлениями духа или с культурными ролями.

Расизм как проявление духа.

В теории поля личности рассматриваются как роли в поле страны; аналогично, страны могут выполнять роли в еще большем поле—мировом. Следовательно, можно считать, что такая страна как Южная Африка (до 1990 года), должна рассматриваться как исполняющая роль расиста, однако, это никоим образом не единственная страна в мировом поле, играющая такую роль. «Апартеид», в действительности, — это тенденция, присущая каждой стране.

Другими словами, расовый конфликт в Южной Африке находится в конкретном пространстве, но это также и нелокальное проявление духа, которое возникает там, где люди различных кланов, семейств, религиозных убеждений, цвета кожи и языков ненавидят друг друга. Таким образом, невозможно избегать, игнорировать или бойкотировать Южную Африку, так как эта страна—проявление духа, присутствующего повсюду. И, как проявление духа, проблема расизма не может быть решена частной попыткой изменить его природу. Мы не можем прояснить проблемы нелокального проявления духа, работая над ним только в одном месте.

«Ману»—это символ человекоподобного поля, в котором мы живем, и где бы мы ни ощущали себя частью группы, общества, клана, города, нации или всего мира, мы порождаем Ману— подобное существо. Даже люди с улицы имеют свою Ману— подобную культуру. Те, кто называет себя «бродягами», считают себя лучше «лодырей», которые нигде не хотят работать. В соответствии с принципом нелокальности событий мы можем анализировать отдаленную от нас в пространстве проблему, исследуя ее в нашем непосредственном окружении. Мы живем в мире, где не существует проблем «другой» страны. Существование в нас всего мира—это уже не просто мысль из трансперсональной психологии или архетип—это практическая и политическая неизбежность.

Так как мы всегда отдаем предпочтение некоторым частям своего «я» перед другими его частями, то начать работу над расизмом—это значит распознать его в самих себе и рассказать о нем другим так ясно, насколько это возможно. Только тогда мы сможем преодолеть свои собственные предрассудки и обрести большую цельность, если признаем те части своего «я», которые до этого нами скрывались.

Это напоминает мне случай с одной группой в Кении, с которой мы работали по проблемам взаимоотношений. Во время группового собрания одна негритянка рассказала мне, что с подозрением относится к белым. Я постарался понять ее и попросил ее забыть о том, что я белый. Я протянул ей руку, не обращая внимания на ее недоверчивость, и попросил ее ответить мне тем же.

Она оглянулась и ответила, что и мне не доверяет. «Почему вы хотите узнать меня лучше?»—спросила она подозрительно. Я вяло оправдывался, вместо того чтобы понять ее правоту в своих сомнениях.

Если бы я был честен до конца, то сознался бы в том, что на самом деле я ей лгал. Я держался с ней покровительственно и меня на самом деле не интересовала ее взаимность. Она была более честной в своей подозрительности, чем я в своем приветствии. На самом деле, я был обижен и рассержен ее подозрительностью ко мне. Даже хотя я и сказал ей, что меня интересует ее ответ на мое приветствие, втайне я считал, что она ведет себя по отношению ко мне, как расистка, за то, что я белый.

Вдруг я ощутил себя «негром», униженным и отвергнутым. Это помогло мне лучше понять ее. Я пожаловался ей на свои ощущения, и она засмеялась. В ту же секунду проявление духа «белый—черный» разрушилось, и мы снова стали с ней просто людьми.

В других случаях у меня получалось лучше, особенно, когда я не участвовал непосредственно в конфликте. Однажды я работал в расово-смешанной группе и один негр пожаловался на ощущение того, что все в группе, где преимущественно были белые, игнорируют его и пренебрегают им. Один из белых поднялся при этом со своего места и заявил, что не доверяет неграм и не хочет быть вежливым с ними просто из-за того, что они черные!

Когда я предложил ему проэкспериментировать с доверием, которого у него не было, он ответил: «Я никогда не повернусь спиной к негру». Я посоветовал ему все-таки попытаться сделать это, и он нехотя повернулся спиной к своему черному «врагу». Все затаили дыхание, ожидая, что произойдет между ними. Негр удивил всех, когда после некоторой паузы подошел и обнял белого.

Эти люди смогли справиться с двумя проявлениями духа в конфликте, ясно определив свои чувства и потом изменив их. Так они и стояли—негр, обнимающий белого, — и это глубоко тронуло всех присутствующих в комнате. Даже те, кто никогда не обнимался на людях, стали обниматься друг с другом и тут, и там.

Различные стороны в конфликте—это не просто конфликтующие люди, это проявления духа в групповом поле. Негры, белые, азиаты, арабы, евреи и африканцы—все это люди, выражающие текущие проявления духа в группе.

Удивительно то, что, рассматривая себя как мимолетное проявление духа, мы лишаемся своей прежней сущности и одновременно с этим усиливаем чувство принадлежности ко всему миру. Наша привязанность к своей национальности, полу, расе, вере и возрасту ослабевает по мере того, как усиливается связь с другими проявлениями духа.

Я родился в США, но большую часть своей жизни провел в Европе. Тем не менее, я ощущал себя и азиатом, и африканцем, и австралийцем. Я чувствовал себя японцем, так как приобрел огромный религиозный опыт в дзен-буддистском монастыре Киото. Я прошел обряд посвящения в дебрях Момбазы в Южной Африке. Когда я находился в Индии, то временами переживал состояние «уже когда-то виденного» (йе]а \и), вспоминая улицы, на которых до этого никогда не бывал. Когда я убегаю от мирской суеты в Швейцарские Альпы, мой сосед там кажется мне похожим на ближайших соседей в Орегоне. Швейцария и Орегон—не разные части света, а поля, воспроизводящие себя везде, где мы находимся. Точно также не существует моего «я», это только мимолетное проявление духа, выдуманное специфическим полем.

Сепаратизм и различия.

Надо быть, однако, осторожным и не забывать о границах, нас разделяющих. Хотя разные страны мира и переживают сегодня процесс унификации, есть много мест в мире, которые очень быстро раскалываются и разделяются внутри себя. Я имею в виду, например, Иерусалим—священный город различий.

Современный Иерусалим—это город различий. Он делится на четыре части—христианская, еврейская, армянская и арабская. Каждая часть города обособлена от других армией, оружием и взаимной враждебностью.

В одном городе существует четыре конфликтных проявления духа, разделяемых страхом смерти. Это—великий урок Иерусалима. Несмотря на поиски мира и единства во всем мире, существуют не менее ценные и важные поиски различия. Единство и гармония тоже могут быть теми идеалами, которые подавляют этнический центризм. Иерусалим напоминает нам, что до того, как мы сможем достичь единства, необходимо четко выделить различные проявления духа и роли, существующие в данном поле. Мы должны уважать чувство клановости, необходимость принадлежать к особому клану. Необходимо поощрять стремление принадлежать к одной местности, общности и группе. Прежде чем требовать от людей объединения с другими, им необходимо иметь чувство своего дома.

Расизм, рассматриваемый в этом контексте, есть вид агрессивной компенсации за насильное навязывание единства и гармонии, когда не уважаются различия между людьми.

Преобразование расовых или религиозных напряженностей.

Так как каждый из нас в ответе за ослабление расовой напряженности, я считаю, что мы все должны участвовать в разрешении или преодолении некоторых расовых и религиозных напряженностей и конфликтов, характерных для Ближнего Востока. Представьте себя в следующей ситуации.

Вы находитесь в аэропорту, собираясь совершить местным рейсом полет в Израиль. Пассажиров просят пройти через специальный контроль безопасности. Ортодоксальные евреи, одетые во все черное, идут в угол, рядом с окном, и молятся там. Один парень, еврей-мирянин, наклоняется к вам и жалуется на существование «палестинской проблемы». Он говорит, что палестинцы посвящают жизнь убийствам евреев. Что вы ему ответите на это?

Контроль безопасности плотный. В воздухе витает страх терроризма. Хорошо вооруженная полиция аэропорта проверяет пассажиров на наличие у них бомб или оружия. Они тщательно проверяют мужчин в мужских, женщин—в женских туалетах. Где злодей? Кто террорист?

В аэропорту Тель-Авива вы берете такси до отеля, и водитель, узнав, что вы из Европы, обвиняет европейцев в антисемитизме за то, что они поддерживают палестинцев. Как вы себя чувствуете при этом? Что вы ему ответите?

Вы идете обедать и ваш официант—палестинец. Он говорит вам, чтобы вы не доверяли евреям, так как они все лгут. Они не хотят, чтобы туристы узнали правду о том, какие вокруг царят напряженность и беспокойство. Вдруг он озирается, опасаясь, что тайный агент службы безопасности увидит его разговаривающим с вами. Он боится быть избитым и подвергнуться допросу.

Подавленный и расстроенный от всего увиденного и услышанного, вы выходите на улицу и смотрите на прекрасное Средиземное море, но видите при этом не море, а кровь. Каковы проявления духа в этом поле? Как можно смягчить ситуацию? Что вы можете предпринять или сказать? Что вы чувствуете?

Представьте теперь, что по возвращении домой ваш дикий страх становится реальностью—самолет, в котором вы летите, захвачен террористом. Готовы ли вы к этому? Помните, что террористы жестоки. Они будут обвинять в сложившейся ситуации всех, даже невинных детей. Террорист не руководствуется гуманными мотивами в своих действиях. Он не вступает в прямую конфронтацию, а предпочитает тактику партизанской войны и терроризма. За свои убеждения он будет жертвовать своей жизнью. Он сражается за идеал. Проявление духа терроризма—это насилие и борьба во имя Бога. Но где Он?

Моя политическая платформа—это историческая теория. Все отчасти отвечают за со-творение нашего мирового поля. Каждый, кто живет в атмосфере расовой напряженности и конфликтов или переживает их, как в описанной ситуации, частично несет за них ответственность. Каждый, кто хотя бы слышит о таких инцидентах, в ответе за них. Если вы даже просто наблюдаете за расовым конфликтом или террористическим актом, сидя у телевизора, вы все равно отвечаете за них.

Если вы отрицаете в самом себе проявление террористического духа, если вы позволяете себе жить только по законам вежливости и подавляете свое непроизвольное стремление к конфликту, конфронтации и придерживаетесь только своих высших идеалов, если вы избегаете потенциально резких взаимоотношений, тогда другие возьмут на себя эту роль. И нет гарантий тому, что они сделают это более сознательно, чем вы.

Расовые проблемы не могут быть решены только там, где они очевидны. Ничто не может быть решено только в одном месте или в одной группе, а лишь во всем мире глобальных полей.

Вопросы.

1. Когда последний раз вам приходилось чувствовать себя террористом?

2. Приходилось ли вам чувствовать себя неприкасаемым в своей группе?

3. Что вы можете предпринять для решения проблем меньшинства и терроризма в вашем окружении или в своей группе?

Глава 11. МУЖЧИНЫ И ЖЕНЩИНЫ.

Я убежден, что третья мировая война уже идет с начала двадцатого века. Это война между мужчинами и женщинами. Во всем мире пробуждается самосознание женщин, и многие из них в ярости на мужчин, выражающих жесткие и патриархальные взгляды. Мужчины, в свою очередь, только-только начинают постигать истинную цену и глубину своей природы, и некоторым из них кажется, что женщины виноваты в подавлении древних и исконно мужских ценностей. Эти конфликты не универсальны, хотя их можно обнаружить и в США и в Европе, и в Африке, и в Индии.

Конфликты между мужчинами и женщинами подобны Ма-ну-проблеме: одной части человеческого организма отдается предпочтение перед другой. На каком основании надо отдавать характерным мужским ценностям предпочтение перед женскими? Почему работающим женщинам платят меньше, чем мужчинам? Почему в университетах обучается больше мужчин, чем женщин? Почему женщин осуждают за разрушение домашнего очага, если они хотят идти работать, как это происходит в Америке, Европе и, особенно, в Африке? Почему еще умирают в Китае маленькие девочки, а женщины в Индии сжигают себя, не сумев собрать достаточно приданого для замужества? Почему очень многие современные мужчины в США и Европе боятся стать неукротимыми и сильными? Почему стих звук их тамтамов?

Повсюду в мире женщины несут основное бремя в сохранении взаимоотношений, а также семейных и социальных структур. Во многих странах женщины вносят существенный, если не единственный, вклад в материальное положение семьи. Мужчинам кажется, что они становятся бесчувственными, если не могут выразить свои чувства, как это делают женщины.

Где бы мы ни работали, всюду возникает проблема «мужчины—женщины». Независимо от того, с чем мы имели дело— расовой напряженностью, общественными проблемами или бизнесом, всюду группа или открыто раскалывается на мужчин и женщин, или тихо страдает от скрытой напряженности между ними. В большинстве стран мира, если не считать психологических семинаров в Европе и Америке, женщины редко выступают на людях. В некоторых частях США, Австралии и Европы женщины обрушивают свой гнев на мужчин за то, что те продолжают питать к ним чувство глубокого недоверия.

Структурно межполовой конфликт схож с расовым и социальным, так как при этом одна роль ценится выше другой и личность отождествляют как с предпочитаемой, так и с отвергаемой ролями. Однако расизм отличен от сексизма, так как последний не зависит от расы, веры, национальности или семьи.

В психологических группах конфликт между мужчинами и женщинами имеет тенденцию концентрироваться у двух полюсов—факт и чувство, деловые и личные отношения, дела и бытие, голова и сердце, лидер и подчиненный. Эти роли являются проявлениями духа; в каждом из нас содержатся оба полюса.

В настоящее время в США, Европе и Австралии в психотерапевтических учреждениях и лечебницах начинают уделять внимание половой дискриминации. Хотя мало только осознавать политические последствия трудно уловимого принижения женщин. Психология становится жертвой сексологических установок, пытаясь работать с женскими несчастьями и гневом так, будто это—единственная проблема женской психологии. Попытка изменить кого-либо из-за того, что вы не в силах исправить его поведение, или представление о том, что клиент должен работать над собой, не требуя при этом от самих себя или нашей культуры изменения отношения к данной проблеме, в лучшем случае, означает оказание покровительства. В худшем случае, это высокомерное утверждение своего превосходства, а также метод внушения, позволяющий заставить другого человека чувствовать себя ниже вас. Самое смешное в этом традиционном психологическом методе заключается в том, что терапевт при этом боится своих чувств по отношению к клиенту. Так, если женщина ведет себя слишком агрессивно, терапевту легче думать, что она ограничена, чем прямо сказать ей, что ему не нравится ее поведение, и вступить в конфликт.

Многие терапевты еще более осложняют эти проблемы, пользуясь языком своего оппонента, что в скрытой форме содержит сообщение о неразрешимости проблемы. Тут самое время посмотреть на личности и мир как на роли, заглянуть друг другу в глаза, независимо от роли и культуры, прямо говоря: «Вы оскорбляете меня». В прошлом я тоже часто руководствовался велениями ума, а не сердца.

Однажды на семинаре на меня закричала женщина, заявляя, что она ненавидит мужчин, которые так громко шумят. Я применил свое рациональное, психологическое умение и, как мог, спокойно и тихо ответил, что мне тоже не нравятся крикливые люди, независимо от того, мужчины это или женщины.

Она поняла намек и в ту же секунду успокоилась, но больше никогда со мной не разговаривала. Я чувствовал, что одержал победу и гордился этим. Но что я от этого выиграл?

Я применил против нее все свои психологические способности. При некотором размышлении я теперь понимаю, что хотя я искусно дал ей понять, что она сама шумела, я стал именно тем мужчиной, которых она ненавидела. Я даже не в состоянии был смиренно признаться ей в том, что, когда она нападала на меня, я хотел преодолеть ее сопротивление и «победить» в споре. Я хотел, по меньшей мере, просветить ее, так же как она хотела изменить меня! Почему я должен был побеждать? Почему я попросту не заплакал, когда она на меня закричала?

Я сам не мог добраться до тех частей своего «я», которые, по-моему мнению, отсутствовали в ней! Я утратил свое смирение. Мое бессознательное упрямое стремление к победе носило шовинистический характер. Я доказал ее правоту, одолев ее типично «по-мужски».

Даже сейчас, когда я пишу эти строки, мне становится не по себе. Теперь-то я понимаю, что каждый, кто старается победить другого с позиции силы, каждый, кто стремится выглядеть умнее другого, каждый, кому интересно поучать других, когда его об этом не просят, не лучшим образом и не осознавая этого, способствует проявлению тиранического духа в поле.

В другой раз, когда проходил групповой процесс, я больше знал о конфликтах между мужчинами и женщинами и был более сознательным и подготовленным.

Это происходило в Цюрихе. Одна женщина выступила во время группового процесса и стала критиковать большинство моих коллег за то, что они в своей речи пользуются в основном местоимениями мужского рода. Некоторые из наших европейских педагогов еще не научились правильно чередовать местоимения того и другого рода. Они признались в своей ошибке, хотя процесс еще продолжался. Началась настоящая схватка, и некоторые мужчины этой группы старались опровергнуть ее, доказывая, что она в своем бесчувственном выступлении сама выглядела «мужеподобной».

В разгар общего спора я вдруг почувствовал, что обязан лично рассказать о собственных переживаниях. Я рос в мире, где женщины не пользовались таким уважением, как мужчины. Никто не говорил мне об этом открыто, но я это чувствовал. Никто не объяснял мне, почему мой дядя был отдан на обучение в колледж, так как он был старшим сыном в семье, тогда как моя мать, которая была действительно самым старшим ребенком, должна была зарабатывать шитьем на его обучение! Почему? Почему не он должен был платить за ее обучение?

Это мигом разрешило групповой процесс, так как все просто признали бессознательный характер конфликта. Выбор того, кто просто слушал, страдал и признавал бессознательность происходящего, был очень важен. На этот раз я, в виде исключения, был не сражающимся «мужчиной против мужчины», а просто принимал эту ситуацию и переживал за нее.

Бывают, однако, ситуации, когда личного признания мало, так как это не дает возможности выразиться остальным членам группы. Поле само «хочет» глубже вникнуть в проблему.

Спустя несколько месяцев подобная ситуация возникла в одной из групп Портленда и снова повторилась, и с той же болезненностью. Ничего не произошло, просто проблема не решалась. Мы с Эми, совершенно отчаявшись разрешить этот конфликт, решили попробовать воспроизвести групповой театр.

Мы полагали, что пока члены группы будут приводить всякие неприятные примеры дурного обращения с женщинами, мы сможем ритуализировать неразрешаемый процесс. Мы выдвинули идею, что, поскольку дискуссия не может быть решена обычным путем, можно разобрать ее более подробно, воспользовавшись своего рода театральным представлением. Мы предложили всем принять в нем участие, а сами встали и вышли в центр комнаты—импровизированного театра, представляя те виды жестокости, о которых слышали.

Непроизвольно вставали и другие члены группы, изображая свои собственные сценки. Эти импровизации осуществлялись группами по три человека: один актер был «мужчиной», другой был «женщиной», а третий—наблюдателем, который вмешивался в конфликт по требованию той или другой стороны. Одна за другой выступила дюжина таких троек, предлагая бесчисленное множество вариаций и решений того неприятного конфликта, который мы обсуждали.

В конце группового театрального процесса кто-то запел песню, импровизируя на ходу. Если мне не изменяет память, это звучало примерно так:

«Вот театральный групповой процесс—

Смотри и радуйся,

Страдай и удивляйся,

Наблюдая, как бессознательное за собой влечет тебя.

А ты идешь за ним,

Забыв о том, что только что узнал,

Забыв о творчестве,

Идя на поводу у бессознательного «я».

Конфликт между мужчинами и женщинами должен происходить снова и снова до тех пор, пока мы не преисполнимся его чувствами и содержанием. В Сан-Франциско групповой процесс проходил всего лишь за несколько дней до землетрясения 1989 г. Поднялась одна женщина и гневно выступила против изнасилований.

Тут начался отвратительный групповой процесс. Казалось, вечно будут продолжаться взаимные упреки, обвинения, взаимные страхи и оправдания. Вдруг меня осенило. Почему бы просто не послушать все это молча? Сначала я, а потом постепенно и другие мужчины в группе, тихо встали, один за другим, и стали выслушивать жалобы женщин.

Когда те, наконец, замолчали, о своих переживаниях стали рассказывать мужчины. Теперь это был тот же самый конфликт, но в совершенно другом качестве. Он превратился не в противостояние женской и мужской групп, а в публичное выслушивание, где каждый мог понять чувства другого.

Тем не менее, на следующее утро одна из женщин критиковала меня за то, что я постарался пропустить один из первых злобных выкриков в сторону мужчин. Я мог лишь сознаться в этом грехе. Она была права. Я просто хотел избежать страдания. Я прошел через такое количество конфликтов и видел столько жестокости и бесконечных страданий, что с меня было достаточно.

Я ответил, что переживаемый конфликт был настолько мучительным для меня, что временами я не мог больше его выносить, временами я чувствовал, что совершенно не способен изменить его ход и хотел избежать его. Отчетливо представляя себе, насколько важно позволить страданию и гневу выйти наружу, я, тем не менее, иногда просто боюсь жестокости.

Сказав это, я просто заплакал. Когда эта женщина увидела, что я плачу, что-то в ней изменилось и она спросила, как ей лучше сформулировать свои замечания, чтобы они не так сильно травмировали других людей. Я не знал, что ей ответить. На этот раз я умолк, благодарный за то, что она помогла мне обнаружить свои чувства.

Решения и разрешения.

Надо уделять большое внимание тому, как мы завершаем и разрешаем конфликты. Хорошо, когда обе стороны достигают взаимопонимания. Если побеждает только одна из сторон, проигрывают все.

Возьмем, к примеру, Версальский договор, которым завершилась первая мировая война. Под нажимом Франции договор стал суровым наказанием для побежденной Германии. Огромные ее территории должны были подчиниться другим странам; немцы должны были выплачивать огромные репарации и страдали как экономически, так и психологически.

Унижение немцев инспирировало жажду мести, желание власти и завоеваний, явившихся основным коньком нацистской партии. Именно в атмосфере наказания и жестокости родилась партия нацистов. Германия вынуждена была освобождать себя с помощью очередной войны.

Теперь обратимся к совершенно противоположному по характеру плану Маршалла, который помог восстановить европейскую экономику, опустошенную второй мировой войной. Этот план оказался очень удачным и способствовал быстрому возрождению европейской промышленности.

Аналогично, договор с Японией после ее капитуляции во второй мировой войне носил тактичный и гуманный характер. Статус императора Хирохито остался в неприкосновенности и вмешательство США в современную жизнь Японии ограничивалось до минимума. Страна была демилитаризована, но японская военщина не подверглась судебному преследованию. Более того, Японии была оказана экономическая помощь на переходный период от войны к миру.

Как Япония, так и Германия стали оплотом экономического возрождения Запада и остались близкими союзниками США и Британии.

Конфликт между мужчинами и женщинами продолжается почти целое столетие, хотя только сейчас он осознается как обоснованная и реальная проблема.

Следовательно, мы должны продолжать работу над разрешением этих проблем, обращая внимание на гнев и страдание, порождаемые этой борьбой. Война между мужчинами и женщинами может закончиться раньше, если мы будем поддерживать женщин, особенно в тех частях света, где зарождается феминистское движение. Пожалуй, всем будет польза, если мы прислушаемся к голосу женщин и осознаем, что они говорят о чувствах, переживаемых всеми людьми.

В этом конфликте не могут победить ни те, ни другие, так как история учит нас, что никто не может окончательно победить в битве, пока обе стороны не разделят экономическую, эмоциональную и моральную поддержку друг с другом.

Надо щадить и мир мужчин, так как мирный договор, который слишком сурово унижает и наказывает одну из сторон, расплачивается за это в свое время очередной войной. Таким образом, даже несмотря на то, что древний, жесткий, «мужской» стиль жизни неизбежно будет побежден, тем не менее его надо уважать и с пользой применять его внутреннюю силу.

Временное перемирие возможно лишь тогда, когда наступит всеобщее признание групповых меньшинств, когда мы все достигнем глубочайшего понимания других людей, когда не будет антагонизма между мужчинами и женщинами, между энергиями Инь и Ян, а будет просто осознание перемен. Метод глобального процесса может быть полезным на этой стадии, так как в своей основе он политически нейтрален. Он чужд категорий и типологии и подходит к людям как к беспрерывно изменяющимся существам. Хотя, быть может, в этом пока и его слабая сторона, а именно, — внимание к различиям.

Бывает полезно внимательно прислушиваться к тому, как мы разделяем людей на мужчин и женщин, черных и белых, азиатов и европейцев, христиан и евреев. Процесс изменения установок, однако, не абсолютизирует эти сущности, а полагает их как мгновенные образы, к которым привязываемся мы сами и окружающий нас мир.

Самоопределение имеет огромное значение и даже может быть вопросом жизни и смерти. Но, как и все образы, самоопределение—это не статическая картина, а путь к еще более необъятному и неизведанному духу. Этот путь легко представить себе, если мы будем помнить, что все когда-нибудь умрем и то, что дремлющий дух жизни, который движет нами, не зависит от красоты, времени, пола, возраста и даже, может быть, от самой смерти.

Упражнения.

1. Вспомните, когда в последний раз вы или еще кто-нибудь заявляли о том, что женщина менее значима, чем мужчина.

2. Представьте себе тип женщины, которую вы осуждали. Как она выглядит? Как она может себя вести?

3. Теперь представьте конкретный вопрос или дело, решить которое женщина неспособна. В чем суть этого дела, какова задача?

4. Представьте, как могли бы измениться мир или организация, если бы она возглавила их. В чем сказались бы ее преимущества?

5. Теперь обратитесь к своей собственной работе с миром и представьте, какую пользу можно было бы извлечь, если бы эту же работу выполняла эта женщина.

6. Какие эмоциональные перемены вы ощущаете, представляя эти различия?

Глава 12. ГОРОДСКИЕ УЛИЦЫ И ЭКОЛОГИЯ.

Когда мы с Эми были в Бомбее, то остановились у небольшой лавочки на одной из отдаленных улиц, чтобы немного перекусить. Мы купили пепси и бананы и, когда покончили с ними, стали оглядываться в поисках мусорного ящика. Когда мы спросили у хозяина лавки, куда можно выбросить мусор, он молча взял у нас пустые стаканчики и банановую кожуру и выбросил все это прямо на тротуар.

Мы с Эми смущенно переглянулись, увидев это. Бомбей выглядел совершенно грязным городом и нашим первым инстинктивным движением было желание очистить его, а не добавлять грязи, выбрасывая мусор прямо на улицу. Если такое вытворяется на улицах Бомбея, то сколько же мне придется вынести в поле этого города, спросил я сам себя.

До того, как я успел получить ответ на свой вопрос, на улице появился мальчик, ведущий за собой корову. Корова сжевала банановую кожуру, а парнишка подобрал выброшенные стаканчики и еще кое-какие отбросы с тротуара и проследовал дальше. Тут вдруг до меня дошло, что мусора-то больше нет—все выброшенное на тротуар должно быть снова использовано, съедено или перепродано.

Теперь я нашел ответ на свой вопрос. Ничто не должно выбрасываться из поля. Все и вся совершенно взаимосвязано как единое целое. Сначала я был шокирован, увидев, как хозяин лавки выбросил на улицу стаканчики и кожуру. Но когда я увидел, что выброшенный мусор был подобран мальчиком и съеден коровой, то понял, что в каждом поле имеется своя экология. Было подобное поведение хозяина лавки загрязнением среды или экологией? Если бы он не выбросил мусор на тротуар, мальчик не смог бы подобрать стаканчики, чтобы потом перепродать их, и стал бы еще голоднее, а корова стала бы слабее, если бы не съела банановую кожуру.

Как охарактеризовать такое сложное взаимодействие, имеющее своим конечным результатом экологию? Экологическое мышление, по своей природе, должно включать в себя психологию, духовность и политику. Когда возникнет такая связь между духовностью, здоровьем планеты и политикой, мы будем жить в новом мире.

Экология и здоровье.

Раньше я обычно под здоровьем и выздоровлением понимал правильное питание, многие физические упражнения и хорошую психологическую форму. Однако теперь я далеко ушел от такого одностороннего представления о своем здоровье.

Кофе считается типично вредным для здоровья напитком, вызывающим перевозбуждение нервной системы, повышающим кровяное давление и ухудшающим пищеварение; он может затруднять работу кишечника и дыхание. Однако в определенных случаях кофе может принести пользу.

Помню одну свою клиентку, которая несколько лет тому назад обратилась ко мне, находясь в последней стадии неизлечимого рака. Она пожаловалась мне на то, что чувствует глубокую депрессию и не может заснуть по ночам, несмотря на принимаемые лекарства. Подозревая, что нарушение ее сна подкрепляется внутренней потребностью к бодрствованию, я решил последовать происходящему процессу. Я посоветовал ей пить перед сном черный кофе. По крайней мере, объяснял я, она сумеет завершить все свои дела и рассчитаться перед смертью с долгами.

Она охотно стала пить черный кофе и бодрствовать по ночам. Она не только рассчиталась с долгами, но и написала ряд статей для журналов. Спать она стала по вечерам. Через несколько недель случилось странное. Ее рак перестал прогрессировать, и она бросила химиотерапевтические процедуры. Рак не исчез, но и не прогрессировал. Она закончила написание статей и предложила их к публикации. После того как они были напечатаны, она полностью выздоровела.

Конечно, невозможно установить истинную причину ее выздоровления. Была это удача, моя любовь и вера в нее, химиотерапия или возрожденный дух, как сказали бы знахари? Я склоняюсь к тому, что кофе сыграл роль «хорошей экологии»—он соответствовал всему ее жизненному процессу.

Человеческим системам нельзя помочь каким-нибудь одним способом. Наш мир такой сложный! Кофе считается токсичным, предположительно вредным напитком. Действительно, многие стараются ограничить его потребление из-за его вредных последствий. Тем не менее для этой женщины, в этой ситуации, он мог стать просто необходимым лекарством. Он отозвался на ее вторичный процесс—поддержал ее природные силы. С другой стороны, употребление кофе без перехода к работе принесло бы очевидный вред. Хорошая экология означает следование общему процессу с помощью вещества, которое адресовано определенному состоянию сознания и поддерживает его. Сработало не только употребление этого вещества (в данном случае кофе) — эта женщина усилила общую установку.

Хорошая экология означает использование принципов глубокой демократии, т. е. это сознательное постижение того, что ищет себе выход, умение оценить явление и проанализировать его радостным и критическим разумом, помочь развернуться всему процессу.

Можно ли развить эту аналогию, полагая, что кое-что из того, что мы считаем отравляющим, может оказаться для людей полезным?

Рассмотрим с точки зрения экологии общественный процесс. Я был свидетелем нескольких процессов, в которых сознание группы казалось связанным с синхронистическими эффектами в данном биорегионе. Одно из наиболее драматических событий случилось, когда мы были в Эсалене, во время первого нашего пребывания там.

Экология и синхроничные явления.

Погода, природа и психологический климат Эсалена, Биг Сур, штат Калифорния, казалось, совпали в один ненастный вечер 1988 г. Община этого городка была на пороге перемен после смерти одного из своих лидеров, Дика Прайса. Различные фракции раздирались разногласиями и безудержными конфликтами.

Для того чтобы постараться опять поставить свои дела на путь истинный, местные менеджеры пригласили в Эсален ряд специалистов со стороны.

Я и Эми были приглашены первыми к участию в этой программе. Ко времени нашего прибытия в Эсален, Биг Сур и большая часть Калифорнии страдали от засухи. Климат был особенно тяжелым, а осенние дожди еще не приходили.

Община эта тоже переживала своего рода засуху. Напряжение достигло предела, а конфликтны вспыхивали почти непрерывно. По прибытии мы решили официально начать свою работу с собрания всех членов общины. Такое бывало редко, если вообще когда-нибудь бывало. Очень редко можно собрать всю общину, включая школьников, учителей, менеджеров, рабочих и инспекторов. Мы назначили собрание на среду, в 7.30 вечера. Когда в большом конференц-зале стали собираться участники собрания, пошел дождь.

Сначала он был таким слабым, что никто его не заметил. Вдруг, как только собрание началось, небеса разверзлись и дождь хлынул на Биг Сур. Тем вечером он шел только в этом районе, включая лишь прибрежную полосу 40 миль севернее и около 35 миль южнее Эсалена.

Было это синхроничной связью между двумя атмосферами человеческой и земной систем—или всего-навсего случайным совпадением? Возможно, дух местности, земной дух, высох и нуждался в освобождении и очищении. Если бы я был более внимательным к происходящему, то я бы постарался привлечь этот земной дух к работе, как потревоженный дух текущего момента в групповом процессе.

Это событие напомнило мне рассказ Р. Вильгельма К. Юнгу об одном вызывателе дождя, даосеЗ. В нем описывается, как один из районов Китая сильно страдал от ужасной засухи. Его жители решили обратиться за помощью к даосу—вызывателю дождя. Когда тот прибыл, то потребовал хижину, где мог бы остаться наедине.

Он вошел в хижину и сел там. На следующий день ничего не произошло. На второй день тоже ничего не произошло. Вечером третьего дня пошел дождь и продолжался весь следующий день. Позднее, когда этот вызыватель дождя уходил из хижины, чтобы спуститься в долину, Вильгельм спросил у него, как он сделал это. Тот ответил, что вообще ничего не делал. Он только заметил, что жители этой деревни не были в Дао, поэтому он сам вошел в состояние Дао и тогда пошел дождь. Для него этот район был полем, биорегионом, неизвестным духом, содержащим в себе все окружающее.

Хорошая экология.

Хорошая экология означает согласовывать свою жизнь с жизнью Земли, а это зависит от нашего умения входить в Дао, следовать энергии поля, в котором мы находимся. В Эсалене лишь сама попытка решить проблемы, действовать заодно с силами окружающей природы, увенчалась успехом.

Для общества, так же как и для личности, жить в Дао— это значит жить, обеспечивая доступ ко всем частям. Если в обществе существует огромная напряженность, которая не находит выхода, то простое высвобождение эмоций позволяет этому обществу стать более согласованным. Нет большой разницы между тем, что идет дождь, и тем, что общество разряжается эмоционально.

Практика хорошей экологии—это движение в ногу с непредвиденными и игнорируемыми явлениями окружающей среды. В стране повышенной сейсмичности, например, надо уяснить, что может рухнуть, и постараться сберечь строения, сооружая их в другом месте. Чтобы избежать опасности такой аварии как загрязнение нефтью, можно просто постараться меньше пользоваться ею. Смысл того или иного происшествия полностью зависит от его восприятия группой или личностью и от его воздействия на них. Важно постараться извлечь определенный смысл из нового события.

Хорошая экология использует все—будь то банановая кожура, стаканчики из-под пепси или эмоции. Необходимо неоднократно все это использовать, ничего не выбрасывая и ничем не пренебрегая. Даже обычные чувства, которые вы испытываете, прогуливаясь по улице, святы. Что делает жизнь ценной, так это чувство целесообразности, вытекающее из умения извлекать пользу из всего, даже из того, что кажется на первый взгляд разрушительным.

Применяя хорошую экологию, мы должны учитывать пре-небрегаемое, непредсказуемое, загадочное, вообще все то, что приковывает наш взгляд. Это значит думать о планете, как о своем собственном теле, своих мечтах, семьях и группах. Это значит поддерживать мнение групповых меньшинств, отстаивать скрытое и загадочное. Это значит смело нырнуть в проблемное поле, разбить его, чтобы его собственные силы подсказали нам, как его можно опять восстановить. Это означает не самому быть мудрым, а дать возможность проявиться мудрости группы; это означает консультирование, а не только управление.

Лидеры должны умирать.

Эсален агонизировал подобно всякой малой планете в поисках своей цельности. Умерли многие из его великих лидеров. Не стало Фрица Перлса, только что умерла Вирджиния Сэ-тир. Умер Гарри Слоун, а недавно был убит Дик Прайс. В чем замысел Дао, допустившего смерть всех этих людей? Не только в Эсалене, но и во всем мире мы сталкиваемся с потерей лидеров, с отсутствием хорошего лидерства. Где лидеры мира?

Теория поля помогает нам понять, где они. Мы проецируем свою индивидуальность на конкретных мужчин и женщин, которые, на самом деле, не соответствуют этим проекциям. Лидеры не бывают плохими или негодными, так как лидерство— это роль, проявление духа, которое лишь может переживаться любым из нас. Самый лучший лидер, в лучшем случае, только помогает мудрости, изначально присущей группе. Не можег существовать только один вызыватель дождя. Суть в том, что лидер должен умирать, так как он уносит с собой при этом ответственность за всех и знание того, что должен уметь делать каждый. Идея великого вождя порочна, ибо настоящим лидером всегда и везде является каждый, кто сознает назревающий процесс и помогает ему осуществиться. Лидеры—это те, кто умеет предугадывать Дао.

Служение Земле.

Хорошая экология—это не только чистота воздуха, воды и земли, но и наше знание о том, какие процессы могут возникнуть. Хорошая экология становится служением Земле, когда мы обладаем мужеством следовать происходящим на Земле процессам.

Служение Земле—это помощь личности и группам стать самими собой. Помогая группам постичь значение и смысл их трудностей и проблем, ломая прежнее отношение к этим проблемам, можно также предотвратить их явно негативные последствия.

Любовь, размышление о добре, уважение к другим людям и своей земле необходимы, но недостаточны. Если служение природе становится просто одной проповедью, то никто не будет ее исполнять. Кто захочет уважать людей за их жестокость? Я никого не буду уважать, даже родную землю, если она убивает нас тем же способом, каким мы разрушаем окружающую среду.

Служение Земле дело намного более сложное, чем просто любовь и служение! Это—знание всех сторон жизни. Служение Земле всегда будет делом личным. Один человек или группа будет следовать Дао, установив алтари и молясь перед ними, тогда как другие должны вспахать землю, на которой живут. Все наши реакции и чувства, а также взаимодействие между ними есть Дао.

Служение природе будет означать поворот истории вспять, полное изменение немыслимого объема бессознательного, болезненной и бессмысленной напряженности, которые всегда идут рука об руку с мировым процессом. Необходимо со-тво-рять историю, отмечая то, что может произойти, и содействуя этому до того, как это событие случится спонтанно и сокрушит нас.

Люди портлендских улиц.

Чтобы проверить эту точку зрения на проблеме значимости меньшинств, я решил поговорить с бродягами Портленда на своих занятиях по проблемам бездомности. С помощью местных участников семинара я обращался к первым встречным бродягам, оказавшимся рядом с тем местом, где проходили наши занятия. Мои данные подтвердили общепринятую статистику, что третья часть бездомных десоциализирована и морально больна, треть подвержена наркомании и алкоголизму, а треть отражает произошедшие перемены в экономической и социальной политике правительства. Мучительная драма бедности вряд ли осознается остальной частью страны, которая игнорирует лишения миллионов людей с улицы.

Но еще хуже известны внутренние переживания наших бедняков. Многие из них настолько пьяны и находятся в таких измененных состояниях сознания, что само представление о том, что нормально жить—это значит зарабатывать себе на жизнь, кажется им со своей точки зрения глупостью! Когда люди считают, что они в полном порядке, а весь остальной мир сошел с ума, по-моему, следует кое-чему поучиться у этих «теней города».

Например, один хронический алкоголик насмехался над моим классом. Он утверждал, что только он сам по-настоящему свободный человек. Он путешествует в товарных поездах на север летом, на юг—зимой. Дом, говорил он нам, — это всего лишь момент в жизни. Другой соглашался с ним. Для него дом был местом, куда Господь позволяет завалиться на ночь. Еще один постоянно всех благословлял. Другой, явно шизофренический тип, твердил нам, что он совершенно свободная личность, — «ведь, в конце концов, я гражданин США и имею право передвигаться, куда мне вздумается». Одна, дикого вида личность, у которой брал интервью наш сотрудник, кричала, тащив за собой мешок: «Война здесь и сейчас! Здесь и сейчас! Здесь и сейчас!» Война, по его словам, происходит из-за того, что пищу выбрасывают на улицу. Поразмыслив над всем этим, я понял, что все эти люди потенциально являются «пищей» или материалом, который общество выбрасывает. У них такой образ жизни, в котором есть польза и для всех нас!

Во время одной из телевизионных демонстраций нашего группового процесса с бродягами Портленда, мужчина, называвший себя Теннеси, сказал в пьяном отупении, что Бог на его стороне, а не на стороне полиции, которая старается очистить магазины от бродяг в угоду лавочникам. Он объяснял свое пьянство тем, что, в конце концов, сам Христос обращал воду в вино, а значит пьяница тоже верующий и безгреховный человек.

Люди улицы нуждаются в нашей любви и помощи, но мы должны не только помогать им. Соблюдать хорошую экологию и принципы глубокой демократии—это значит не выбрасывать духовную пищу, которой являются эти учителя с улицы. Только кажется, что мы живем в мире, из которого исчезают духовные учителя. Если повнимательнее приглядеться, можно увидеть, что именно в эту самую минуту рядом с нами, на улицах города, в измененном состоянии сознания живут многие из. наших гуру. Кажется, сама жизнь научила их пониманию того, что именно этот неповторимый миг жизни и есть наш истинный дом, что мусорный ящик неиспользованного опыта— лучшее место для поиска своего собственного «я».

Упражнение.

1. В следующий раз, когда вы окажетесь в городе, присядьте рядом с нищим и представьте, что он—ваш учитель, который может вам помочь.

2 Подайте ему несколько монет.

3 Расспросите его о том, что хорошего и плохого он видел в своей жизни на улице.

4. Учитесь у этих людей и у тех сторон жизни, которые нельзя сразу изменить.

Часть IV. ВОЗМОЖНАЯ ВСЕЛЕННАЯ.

Глава 13. ПЕРЕВОРОТ В СОЗНАНИИ И ИСЦЕЛЕНИЕ.

В предыдущих главах было показано, что мы способны более полно прожить свою жизнь. Конфликт, половые различия, загрязнение среды и проблемы меньшинств могут магическим образом преобразить болезненные ситуации. Умение жить повседневной жизнью с осознанием и состраданием— одна из целей глубокой демократии.

Действительно, если мыслить категориями поля, то как мы справляемся с напряжениями, будь то физические трудности, образы, проблемы взаимоотношений, групповая динамика или политические, экологические и исторические события, — все эта влияет на будущее мира. В этой и заключительных главах своей книги я хочу рассмотреть следствия, вытекающие из этой идеи, а также роль знания и осознания на исцеление, магию и будущее мира.

Путешествие в прошлое.

Как часто приходилось вам, только подумав о ком-то, столкнуться с этим человеком на улице, услышать его телефонный звонок или получить от него письмо? Юнг называл события такого рода синхроничностью или значимыми совпадениями двух пространственно разделенных событий. Независимо от того, во что вы верите—в синхроничность событий, совпадение или счастливую случайность, я хочу показать, как жизнь в Дао связывает внутренние переживания и события с событиями внешнего мира.

В своем «Путешествии в Икстлан» Кастанеда приводит историю, случившуюся с ним и его наставником, шаманом Дон Хуаном. Однажды они прогуливались по оживленному торговому ряду одного из мексиканских городов, когда вдруг Кастанеда до смерти перепугался, увидев своего знакомого, встречи с которым он старался избегать. Дон Хуан заметил трудность своего ученика и вывел его из этого состояния, крепко хлопнув его по спине. Это подействовало лучше, чем если бы он просто увел его с этой оживленной улицы, и в результате Карлос попал в прошлое.

Он вдруг увидел, как гуляет там же, в том же городе за-неделю до этого. Когда Карлос вышел из этого состояния, он опять вернулся на то же самое место и смог убедиться в том, что рынок и все его посетители находятся там, где он их представлял себе, хотя в действительности он никогда здесь не бывал.

Фейнмановская электронная модель поля.

Читатель может относиться к этому рассказу как к притче, парапсихологическому событию или просто как к выдумке. Я же просто очарован тем, как подобные события моделируются в современной физической Фейнмановской теории антиматерии.

Фейнман, лауреат Нобелевской премии, постулировал в 1960-е годы теорию, предсказывающую возможность материи возвращаться в прошлое. В соответствии с его теорией, разработанной для объяснения поведения элементарных частиц в магнитном поле, электрон при своем движении может возвращаться в прошлое.

Теория Фейнмана связана с электронами, микрочастицами материи, имеющими отрицательный электрический заряд, и позитронами—такими же частицами, как электроны, но с положительным зарядом. Физики называют позитроны «антиматерией», так как они подобны электронам, но встречаются намного реже и обладают очень коротким периодом жизни. С точки зрения психологии мы можем представить себе электроны как «реальное», а позитроны как «воображаемое».

Фейнмановская теория объясняет поведение материи, попадающей в магнитное поле. Существовавшее к тому времени объяснение состояло в том, что электрон, частица материи с отрицательным зарядом, движется вперед во времени, пока не вступает в сильное магнитное поле. Магнитное поле воздействует на электрон, который образует при этом пару—новый электрон и его «двойник»—позитрон. Таким образом, под воздействием магнитного поля возникают три частицы—первоначальный электрон и пара «электрон-позитрон».

В соответствии с этим представлением позитрон, образованный как часть пары при входе электрона в магнитное поле, движется во времени вместе с начальным электроном и неизбежно аннигилирует вместе с ним. Наконец, электрон пары продолжает свое существование как перевоплощение в другую форму начального электрона.

Фейнман видоизменил прежнее объяснение и предложил свое, совершенно отличное от предыдущего. По Фейнману, когда электрон входит в магнитное поле, он не обязательно должен порождать новую пару «электрон-позитрон», неизбежно впоследствии аннигилирующую, но может сохраниться без образования двойника и последующей аннигиляции.

Все, что мы должны сделать по Фейнмановской интерпретации, — это представить себе, что начальный электрон, двигаясь в магнитном поле, возвращается в прошлое. Он путешествует в прошлое, потом опять изменяет свое движение во времени, переходит в будущее и выходит из магнитного поля.

Создание двойника.

Таким образом, физика постулирует возможные интерпретации и объяснения поведения элементарной частицы при ее входе в магнитное поле. Одно из них предполагает образование воображаемого двойника, другое состоит в том, что электрон сохраняется, но возвращается в прошлое. Если воспользоваться физической аналогией в применении к психологии, то можно сказать, что начальный электрон—это личность, попавшая в исключительно сильное по напряжению поле, которое на нее воздействует.

Подобно электрону, попадая в трудную ситуацию, мы имеем выбор: мы можем раздвоиться, рассогласоваться и создать воображаемого двойника, стараясь вести себя «нормально», или же можем оказаться вне времени, двигаться в этом поле и сохранить свое «я».

Что значит создать своего двойника? Когда мы сталкиваемся с напряженной ситуацией, подобно тому, как Карлос представил себе того, кого всячески старался избежать, мы начинаем дублировать сигнал, так как при этом мгновенно расщепляем свое «я» надвое. Одна часть при этом хочет сохранить свою индивидуальность. Мы стараемся продолжать действовать по своему плану, остаться нормальными. Однако другие части, импульсы и эмоции усиливаются, и мы рассогласовываемся. Мы выдаем ряд противоречивых сообщений и сигналов. Подобно Карлосу, мы цепенеем и отбрасываем те чувства и части своего «я», которые идут вразрез с нашими намерениями. Таким образом, мы порождаем комплексы, физические симптомы, образы и фантазии, которые я называю одним словом—вторичный процесс.

Наше тело начинает сходить с ума, порождая огромное число сообщений, которые могут любого сбить с толку.

Мы расщепляемся на две части. Одна часть—это наше обычное «я», другая—«я» воображаемое, содержащее противоречивые сообщения и создающее нам проблемы. Подобна позитрону, второе «я» старается уничтожить нас, нашу нормальную сущность и нашу цель.

Другими словами, воображаемое «я» нокаутирует нашу фиксированную сущность и вызывает измененные состояния сознания, тревоги, физическое расстройство, образы и беспокойные мысли. Они могут угрожать здоровью, становясь причиной несчастных случаев. Бессознательная попытка уравновесить поведение без вмешательства сознания, может привести к саморазрушению личности.

Время и переворот в сознании.

До того как быть уничтоженным вторичными процессами, гибко действующий воин может использовать свое знание для изменения своей сущности. Он осознает, что его путь не единственный и ведет себя в соответствии с происходящими событиями. Чем больше он проявляет знания и гибкости, тем лучше он сможет овладеть энергией данного поля, силовыми линиями своего города и времени. В какой бы напряженной ситуации он не оказался, он, прежде всего, замечает все проявления духа в поле. Вместо того чтобы позволить проявиться образам, физическим симптомам или трудностям во взаимоотношениях, которые угрожают его целостности, он учитывает их, изменяет свою сущность, а затем становится вне времени и входит в Дао.

Возвратиться в прошлое—значит оставить в прошлом первичные процессы. Это значит отказаться от наших привычных планов, намерений, сознательных целей. Когда что-то мешает или ситуация давит на сознание, то, прежде чем броситься вперед, мы должны последовать за вторичными процессами, согласуясь с теми проявлениями духа, которые присутствуют в поле.

Путешествие в прошлое—это практика «умирания», практика отказа от старых целей, намерений и прежней сущности, это движение в будущих процессах Поступать так—значит умирать, оставлять свое прежнее «я» и полностью отдаться переменам. Мой опыт работы с многими умирающими клиентами создает такое впечатление, что близкая смерть учит нас тому, как стать свободными и войти в Дао2. Я глубоко убежден, что нам не нужно дожидаться прихода смерти для того, чтобы вернуться в прошлое и выйти из нашей обычной сущности.

Таким образом, искусный воин полностью изменяет свое духовное и физическое состояние и способен перемещаться во времени, в свое прошлое, чтобы найти там те части своего «я», в которых он нуждается сегодня.

Если воин проявляет гибкость и позволяет себе «умереть», входя и выходя из своей сущности, то он при этом путешествует во времени, следуя ощущениям своего тела, своим фантазиям и интуиции.

Внутренние переживания и внешние события.

Однажды мы с Эми катались в горах, спускаясь на лыжах по крутому склону заброшенного ущелья. Мы были совершенно одни, так как мало кто катается на лыжах в этом уединенном горном районе. Во время спуска я вдруг почувствовал, что веду внутренний диалог, думая о ребенке, с которым я работал на этой неделе. Я был «пойман магнитным полем».

При последнем нашем занятии я был суров с маленькой девочкой, стараясь доказать, что ей необходимо повзрослеть. До этого последнего занятия я слишком баловал и опекал ее, поэтому теперь какая-то часть моего «я» заставила меня усомниться в правильности моего поведения. Мне стало стыдно за проявленную строгость.

Я заметил, насколько поглотила меня эта внутренняя дискуссия, и предположил, что оказался в каком-то поле, под перекрестным огнем различных проявлений духа. Поэтому я остановился и позвал на помощь Эми. Я поработал внутренне с этим конфликтом и выразил вслух чувства этой маленькой девочки. Она просила своего папу быть нежнее! Отец, однако, старался изменить чувства своей дочери, доказывая ей, что и любя иногда следует проявлять строгость.

Я почувствовал себя легче и остался доволен своей проницательностью. Когда мы продолжили свой спуск, на горизонте показалась пара лыжников. Это выглядело немного странным, так как местность была слишком безлюдной. Когда они подъехали поближе, то мы увидели, что это была та самая маленькая девочка со своим отцом. Он давал ей советы и заботливо помогал спускаться с горы.

Я вдруг почувствовал, что здесь столкнулись моя внутренняя работа и события внешнего мира. Передо мной была не просто внутренняя дилемма, я находился в сфере действия поля, где в проблеме детского воспитания столкнулись два различных проявления духа. Как это все можно объяснить? В одной теории такое совпадение назвали бы синхроничностью. Физик сказал бы, что я попал в напряженное поле и создал в другой точке пространства двойника. Мы могли бы также сказать, что, представляя себе этих отца и дочь, я вызвал их образы во внешний мир.

Внутренняя работа—это работа глобальная. Она связана с полем, в котором мы живем. Когда кто-то работает над проявлениями духа в данном поле, это больше не внутренняя или внешняя работа, локальное или глобальное событие. Участвовать в мировом процессе—это значит глобально относиться к тому, о чем мы думаем, что воспринимаем, вспоминаем, чувствуем или над чем фантазируем. То, что мы считаем своим собственным психологическим материалом, есть часть данного поля.

Глобальный смысл и парные события.

Какую роль играет в приводимом примере причинно-следственный способ мышления? Даже и без законов физики мы знаем, что вселенная обладает всеобщей симметрией, хотя мы и не знаем, как определить, что или кто является причиной событий.

Стал я «причиной» появления отца и дочери в тот момент, когда внутренне работал над конфликтом между ними? Произошел наш с тобой спор от того, что я отдалился от тебя или ты от меня? Стали мои сны причиной моего физического расстройства или наоборот, — это расстройство стало причиной моих снов? Повлияли проблемы между Ираком и Кувейтом на групповой процесс или этот процесс повлиял на события на Ближнем Востоке?

Хотя иногда бывает полезно и даже необходимо проследить причины и следствия событий, мы живем во Вселенной» где все события попарно симметричны друг другу. Поэтому мы не можем сказать, какое из событий является причиной другого, а ясно только то, что происходят связанные между собой процессы.

Такой способ мышления отличается от того, как мы обычно оцениваем явления, но он приводит к обобщенной концепции нашего «я»; мы отождествляемся лишь с небольшой ега частью. Другая его часть—это сам мистический мир. Мы не просто жертвы мировых мистических сил, мы в то же время и сами эти, пугающие нас, силы Мы сами себе противник» и единственное изменение во времени, в котором мы нуждаемся, — это изменение восприятия времени. Мы должны полностью изменить обычный способ мышления и осознать, что та вселенная, которая вторгается в нас самих и других людей, это—мы сами. Мы сами постоянно являемся вызовом и побуждением к изменениям для других.

Мы можем по-прежнему, если зашли настолько далеко, стараться изменить собственные трудности и проблемы мира. Но мы можем постараться использовать беспорядки, загрязнение среды, конфликты и проблемы для того, чтобы овладеть энергией и окружающими нас проявлениями духа, пользуясь этим глобальным семинаром для того, чтобы стать до конца самими собой. Если мы будем продолжать жить так, как сейчас, то неизбежно будем разрушаться тем миром, который сами создали, подобно тому, как аннигилирует электрон в объятиях своего двойника. Если мы, однако, замечаем наступление аннигиляции, то можем изменить общее ее направление и направить ее на уничтожение своей прежней сущности!

Упражнение по преобразованию времени.

1. Соберитесь воедино и терпеливо ожидайте возникновения очередной напряженности в поле.

2 Отметьте свои физические ощущения Наблюдайте за своим настроением, образами взаимоотношениями и окружающим миром.

3 Как только поле начинает беспокоить вас или создает ощущение пребывания в двух местах одновременно поймите, что вы получаете шанс изменить время и заняться серфингом на «волнах дракона».

4 Сохраняйте свое прежнее «я» и старайтесь избегать или контролировать то, что происходит.

5. Когда это вам больше не удается, наберитесь мужества и дайте своей старой сущности и поведению измениться, пройдя через то чувство, которое вас беспокоит. Отметьте, какие теперь возникают новые части вашего «я».

6 Начните по-другому действовать, чувствовать и выражать себя.

7. Оглянитесь вокруг себя, отметьте обратную связь с миром, то, как изменяются физические ощущения, ваши взаимоотношения, наблюдайте за окружающим миром, за его синхроничной согласованностью.

8 Каким образом можно «умереть> и вновь возродиться вместо того, чтобы быть уничтоженным?

Глава 14. ЗНАНИЕ И ЭНТРОПИЯ.

Практичная теория должна не только описывать то, что уже произошло, но и уметь предсказывать то, что может произойти. В этих последних главах я хочу предугадать некоторые пути преобразования времени, или аспекты негэнтро-пии1 в мировом процессе.

Концепции и теории, представленные в первой части этой книги, задают установки и методы работы с глобальными ситуациями, которые вызывают ощущение относительности происходящего. Мировой процесс сам подсказывает, как можно радоваться кажущимся нам хаотичным или тревожным событиям. Идеи теории поля создают возможность преобразования времени.

Что такое будущее событие? Само слово «будущее» сложно. На языке глобального процесса будущее—это не более, чем скрытое настоящее, завуалированные вторичные процессы, происходящие прямо сейчас. То, что грядет, может быть предсказано на основе того, что назревает в этот самый момент. Следовательно, чтобы заглянуть в будущее, мы должны всмотреться в наши чувства, симптомы, мечты и двойные сигналы в их взаимосвязи. Чтобы увидеть будущее всего мира, мы должны анализировать наши коллективные образы, мифы и синхроничности.

Существующие мифы о будущем нашей планеты дают повод для пессимизма. Некоторые из наиболее известных мифов о будущем предсказывают конец света. Например, китайская мифологическая фигура, олицетворяющая мир, — Пан Ку— после своего сотворения распадается на куски. Немецкий миф о «сумерках богов» (ОоНегйаттегип^) — это ужасное видение смерти и разрушения без последующего возрождения.

Саморавновесие и самоуничтожение.

Предсказывают ли наше будущее эти мифы или указывают на тенденцию к самоуравновешиванию природы, о котором я говорил в предыдущих главах? Проявления духа, предоставленные самим себе, могут уничтожить друг друга так же, как материя сталкивается с антиматерией, действительность с мечтами. Части системы будут автоматически уравновешивать и компенсировать друг друга, приводя, в конечном итоге* к самоубийству и страданию, или к мудрости и целостности, в зависимости от той роли, которую играет при этом сознание.

Например, в одном из психиатрических институтов я видел пациента, страдавшего галлюцинациями. Он слышал голоса и один из этих голосов, который, как он считал, принадлежал богу, велел ему убить ребенка. Когда он однажды заглянул в зеркало, то увидел в нем смеющегося над ним ребенка. С криком, что наконец-то он нашел его, он приставил ружье к своей голове и убил этого ребенка, а значит, и самого себя.

Это была неудачная и саморазрушительная попытка к самоуравновешиванию. Я знал этого человека и знал то, что он не хотел быть взрослым. Он действительно вел себя как ребенок. Как и многие из нас, он не хотел вырасти и уйти из своего дома, который был для него своего рода психиатрической клиникой. Голос, приказавший ему убить ребенка, был попыткой достичь внутреннего равновесия. Он взрастил этого ребенка, лишь его только опекал, отказываясь взрослеть. Его самоубийство было актом самоуравновешивания, ведущим не к мудрости, а к хаосу.

На глобальном уровне мы тоже часто наблюдали попытка самоуравновешивания, которые скорее ведут к разрушению, чем к мудрости. Группы стремятся стоять только на своем и неизбежно встречают сопротивление со стороны других групп, поступающих тоже по-своему. Группировки и личности сталкиваются, угрожают друг другу и зачастую стараются уничтожить друг друга. Уравновешивание тенденции к узкой защите своей позиции без соответствующего осознания, чаще всего приводит не к мудрости и порядку, а к разрушению.

Энтропическое разрушение в физике.

Второй физический закон термодинамики, как в зеркале, отражает мифы о разрушении мира и тоже предсказывают грядущий конец света. Первый закон термодинамики гласит, что энергия Вселенной не может быть рождена или уничтожена, она может быть только преобразована. По второму закону термодинамики эта энергия может быть преобразована из одной формы в другую, но каждый раз, когда это происходит, теряется определенное количество имеющейся энергии/ Общий объем энергии сохраняется, но то количество ее, которое необходимо для совершения полезной работы, уменьшается в системах, замкнутых для внешних взаимодействий.

В соответствии с этой теорией, поскольку вся Вселенная является замкнутой системой, она движется к своей «тепловой смерти». Энергии замкнутой системы все более не хватает для совершения работы; следовательно, замкнутые системы постепенно саморазрушаются. Правда, остается еще не решенным окончательно вопрос о том, является ли Земля абсолютно замкнутой системой.

Как мифология, так и современная физика склонны утверждать, что наша Земля, будучи замкнутой системой, движется к тепловой смерти. Я интересовался мнением сотен людей относительно будущего нашей планеты. Позвольте задать вам два вопроса: первый—считаете ли вы, что наша планета обречена на самоуничтожение? второй—какова роль человека, правительств или Бога перед лицом энтропии или гибели нашей планеты?

Я слышал разные ответы на эти вопросы. Многие отвечают: «Да, мир погибнет». Другие: «Нет, Господь поможет нам». Третьи: «Люди сами решат эти проблемы».

Демон Максвелла.

Моим ответом на первый вопрос будет—«и да, и нет». Д а, мир явно двигается к самоуничтожению до тех пор, пока самоуравновешивание не подкрепляется осознанием. Нет, мир необязательно должен погибнуть. Люди смогут повернуть вспять энтропические процессы с помощью своего знания.

Максвелл также постулировал теорию о преобразовании разрушительных, энтропических процессов. Это не удивительно, так как второй закон термодинамики является настолько мрачным взглядом на будущее мира, что Максвелл сам старается его внутренне уравновесить, выдвинув гипотезу о том, что этот закон можно было бы изменить, если бы в замкнутой системе существовало маленькое человекоподобное существо, демон, который умел бы управлять происходящим. Этого демона принято называть теперь демоном Максвелла.

По Максвеллу, демон мог бы управлять потоком молекул при их движении внутри замкнутой системы от одной ее части к другой. В замкнутой системе молекулы горячих и холодных веществ должны смешиваться хаотически и это неизбежно приведет к системе с однородной температурой, смеси, которая неспособна производить работу. Демон мог бы обратить этот процесс. Он мог бы создавать негэнтропию («отрицательную энтропию»), т. е. мог бы использовать этот поток молекул для выполнения большого объема работы.

Аналогично, если в системе, подобной нашей планете, происходят химические реакции, которые повышают ее температуру, демон мог бы использовать это возрастание температуры на выполнение полезной работы и тем самым снизить общую температуру планеты без какого-либо снижения ее рабочего потенциала. Другими словами, если бы в замкнутой системе существовал демон Максвелла и если бы Земля была замкнутой системой, то он мог бы преобразовать этот тепловой эффект. В том и только в том случае, если этот демон обладает знанием.

Сознание и энтропия.

Мифы мира, подобно второму закону термодинамики, предрекают уничтожение мира, так как они не учитывают демонов знания. Большинство этих мифов связано с божествами, а не с человеком. В законах энтропии также нет места для человеческого сознания и, следовательно, они не учитывают неуловимых изменений, происходящих в нашем знании. Без такого знания наука и мифология—одно и то же: и та, и другая указывают на будущее самоуничтожение Вселенной.

Ученые могут возразить, что Вселенная или Земля на самом деле не являются замкнутыми системами. Но Земля становится замкнутой системой в большей степени, чем мы это себе представляем. Эти мифы и законы описывают реальный и опасный, всем нам известный ежедневный процесс—процесс запирания в замкнутые системы, бессознательные ситуации. Наука и мифология описывают повседневную действительность как замкнутую систему. Они ничего не говорят о том, что может произойти в системах, где кто-нибудь способен успешно работать в этими поляризациями мира!

Система без демона знания—это мир, усложняемый личностями, которые находятся в измененных состояниях сознания, в мощных эмоциональных состояниях, таких как экстаз или депрессия, война или гнев, где не остается места для знания и мудрости. Как часто мы все пребываем в таких состояниях замкнутой системы, переживая бессознательно свой гнев и депрессию?

Все эти состояния сознания, возникающие при отсутствии-знания, являются замкнутыми и потенциально разрушительными системами. Великие открытия, как например, потрясающее открытие атомной энергии, кажутся нам замечательным достижением, но без осознания смертельного потенциала этой энергии мир уничтожает сам себя таким открытием. Те, кто живет в западном мире, услышав о демократических революциях в странах восточного блока, вздохнули с облегчением. Но нам нужно еще сохранить свое знание о духе тирании и господства. Если мы не замечаем ничего, кроме свободы, и забываем о существовании этого духа, эти страны лишь качнутся к свободе, а затем вновь вернутся насилие и распад. Тирания, власть и гнев, не преобразованные осознанием, смогут сорвать движение к демократии.

История, перемены и сознание.

История—это рассказ о череде одной революции за другой, одного насилия за другим. Однако, действительное изменение—это не бессознательное чередование одного состояния общества с другим. Это лишь замена одного проявления духа другим, замена демократии тоталитаризмом, ненависти любовью. Нам нужна новая история, новый мир, в котором системы не меняют друг друга, а сознательно взаимодействуют так, что все стороны могут быть услышаны и никто больше не подавляет другого.

Осознать—это не значит открыть и дать выход новым частям своего «я», которые разрушают и подавляют прежние его части. Это не осознание. Психология или метод глобального процесса, которые помогают личности обнаружить новые формы поведения или новые части своего «я», лишь на мгновение облегчают нам доступ к образам и формам поведения, которые были до этого скрыты. Я призываю к достижению чего-то более тонкого. Я заинтересован не в новом росте, а в процессе получения нового знания. Это значит, что меня интересует вся система, включая ее новые части и те старые, которые они стараются вытеснить, а также взаимодействие между ними и не интересует смена прежнего тирана новым.

Знание означает то, что существует демон Максвелла, консультант, находящийся в другой замкнутой системе, позволяющий демократии и тирании узнать друг друга, использовать друг друга, а не просто меняться местами. Осознание означает не подавление энергии, а ее применение со знанием. Если мы просто мечемся от тирании к демократии, энергия уходит в бессознательное и возвращается потом губительным образом! Если мы не применяем знание в качестве посредника во взаимоотношениях между проявлениями духа, мы будем самоуничтожаться, стремясь к равновесию и перескакивая с одной стороны системы на другую. Таким образом, важно не само изменение, а осознание того, что происходит с прежними частями в процессе этого изменения.

Если нам повезет, то мы обретем демона Максвелла в лице семейного терапевта, посредника, хорошего друга или советника, который, находясь с нами в нашей замкнутой системе, будет помогать нам с пользой для нас проанализировать происходящее. Но когда мы одиноки, этот демон-терапевт, как правило, отсутствует.

Кто из нас готов применить знание, отстаивать свою позицию страстно и со знанием, сочувственно встать на сторону своего партнера, сохранить ясность мышления и нейтралитет в конфликте, позволяя обеим сторонам взаимодействовать так, как им подсказывают ум и сердце?

Осознание включает в себя понимание того, что то, что противостоит нам, — это часть нас самих, в которой мы нуждаемся. Осознание означает, что мы должны полностью изменить наше мышление, перестать оглядываться в прошлое, сойти с проторенного пути, по которому шли до сих пор, и следовать актуальным чувствам и проявлениям духа.

Война—это самая напряженная из всех замкнутых систем. В конфликте участвуют две или больше сторон, каждая из которых заинтересована в победе над другой и здесь нет места знанию. Наше стремление запираться в замкнутых системах является причиной того, что мы не можем обходиться на этой планете без лидеров. Мало кто из нас способен полностью изменить себя, пережить метафорически смерть, которую мы сами для себя создаем, на время избавиться от прежней сущности и руководствоваться сознанием.

Самая наша огромная опасность заключается в стремлении порождать замкнутые, непроницаемые системы, которые сами будут себя уравновешивать вплоть до смерти. До настоящего времени человеческая история повторяется по мере того, как новые лидеры, идеи и группы просто берут верх над старыми, безотносительно к тому, каким образом это происходит. Группы ведут себя как отдельные личности—они растут, взрослеют, протестуют и подавляют других! Точно так же, по мере того как вырастают новые мировые движения и крушат старые партии, большинство из нас принимает в этом участие, тихо страдает или пассивно почитывает газеты. В будущем мы сможем сохранить свою самостоятельность, только став «демонами знания», если будем влиять на ход событий, убедившись в том, что изменение происходит наиболее гуманным образом, учитывая все стороны и интересы всех людей.

Зигзаги и повороты истории сопровождаются неизбежной борьбой между сотворением и разрушением, в то время как многие из нас, сидя в сторонке, рассуждают: «Это—естественный ход истории, слишком древний и непостижимый для того, чтобы могли с ним справиться». Так ли?

Глава 15. ГЛУБОКАЯ ДЕМОКРАТИЯ.

Я уже приводил случай с маленьким мальчиком, страдавшим от опухоли мозга. Помните, как в его работе появилась дисциплина? Когда родители привели его ко мне, он уже перенес две операции. Они обратились ко мне, считая, что им нечего больше терять. Я попросил мальчика рассказать о своих ощущениях, и он сказал мне, что опухоль причиняет ему боль.

«Как это происходит?»—спросил я его. «Она стучит, как молоток по голове», — ответил он и, произнеся слово «молоток», стукнул себя кулаком по колену. Тогда, чтобы узнать сообщение, передаваемое этим молотком, мы в шутку стали стучать вместе с ним, как этот молоток, — он по своему колену, а я по столу. Через пару минут он слегка смущенно посмотрел на меня и сказал, что «молоток» велит ему начать работать, меньше сидеть у телевизора и выполнить домашнее задание.

Чтобы развить дальше этот процесс, я занял в нем противоположную сторону. Действуя как упрямая часть его «я», я пожаловался, что люблю смотреть телевизор и не хочу заниматься. Это заставило мальчика еще больше войти в роль «молотка». Он настаивал на том, что «я» должен дисциплинировать себя. Наконец, мы пришли к мирному соглашению. Сначала мальчик должен немного позаниматься, потом он может посмотреть телевизор, а потом снова приступит к работе.

Мальчик был рад такому решению. Однако его мать была недовольна. Она была убеждена, что он слишком болен, для того чтобы заниматься. Я «отбился» от нее, утверждая, что мальчик нуждается в большей дисциплине. Она, наконец, поняла меня и стала поощрять домашнее занятие ребенка.

Его состояние радикальным образом улучшилось. В конечном итоге он полностью выздоровел. Позднее его доктор рассказал мне, что рентгеновский анализ показал отсутствие этой опухоли. Что изменило разрушительный процесс? Счастливая случайность?

Можно полагать, что в мальчика вселился демон Максвелла. До того момента, пока конфликт не проявился в сознании, этот демон жил в психологически замкнутой системе, которая стремилась сама себя уравновесить.

На одной стороне этой системы находился ленивый ребенок, на другой—усердная, дисциплинированная личность, которая: хотела заниматься. Обе стороны убивали друг друга, и посреднику в этом конфликте не было места.

Одно только самоуравновешивание убило бы его. Именно это и предсказывают некоторые мифы и законы физики. Но посредник, который смог проникнуть в эту замкнутую систему, разделить и объединить дисциплину и желание смотреть телевизор, позволило конфликту разрешиться мирным путем— больше занятий и больше отдыха. Самое главное, это позволило ребенку выжить.

Разберем этот процесс посредничества более подробно. Да того как посредник вышел на сцену, в конфликте участвовало два проявления духа—«молоток» и «телезритель». «Молоток» убивал и себя, и «телезрителя» с помощью опухоли. Однако когда на сцену вышло знание, мальчик не только смог прочитать сообщение, передаваемое этой опухолью, подключился к энергии, скрываемой в дисциплине, но и смог также признать «телезрителя»! Глубокая демократия не подавляет один дух за счет другого, а выявляет сущность и ценность обоих, позволяя каждому из них проявляться по очереди.

Процесс, который сначала действовал разрушительно, вдруг стал приносить пользу, и мальчик стал жить более полно и радостно. Выявление скрытых частей нашего «я» и следование процессу перемен привносит больше смысла и радости в жизнь. «Прокручивание» явно разрушительного конфликта и отравляющего сопротивления ему означает не просто овладение большей энергией; это приводит к большей общительности и радости в жизни.

Любой из методов мирового процесса (консультирование, дискуссии, общественная работа, разрешение конфликта, терапия или организационное развитие), который открывает нам доступ к явно деструктивным процессам, создает в поле негэнтропию—суть нового века.

Каждый раз, когда мы позволяем проявлениям духа соединиться и взаимодействовать со знанием, все и вся в системе приобретает больший смысл и озаряется новым светом. Мгновенно улучшается обстановка в мире, будь то конфликт или проблемы окружающей среды. Но сумеем ли мы избавиться от индивидуальных и общественных симптомов, зависит не только от прошлого знания. Нам нужен не один «вызы-ватель дождя», не один целитель или посредник. Многие ли из нас обучаются искусству сохранять ясное сознание в атмосфере эмоционального хаоса и использовать сопротивление для конструктивного сотворчества? Этот вопрос остается открытым, и ответ на него будет влиять на судьбу нашего мира.

Точно так же, как решение глобальных проблем требует знания от всех нас, может быть, наше личное исцеление зависит отчасти от того, насколько сознательными являются другие. Многие из нас работали с семьями, где развитие взрослых помогало выздоровлению детей. Мы должны ясно осознавать тот факт, что определенные личные, групповые и мировые проблемы не могут быть решены без глобальных перемен во всех нас, так как личные проблемы являются также и проблемами глобальными.

Подумайте еще раз о том маленьком мальчике. Работа в больших группах связана с теми же проявлениями духа, которые его беспокоили. Нам всем противостоит однобокая дисциплина и одержимость работой. Мы все одержимы работой, временем и прогрессом и, наряду с этим, стремимся расслабиться, посмотреть телевизор и помечтать об очередном отпуске. Наше честолюбие не в ладах с вегетативной нервной системой. Посредником между ними могло бы стать знание того, когда надо упорно трудиться, а когда расслабиться, когда спешить, а когда выращивать и поливать цветы. Оба состояния необходимы. Нужно и честолюбие и расслабление; ни то, ни другое не может быть только хорошим или только плохим. Оба эти состояния прекрасны, но без консультанта они убьют и себя и нас самих.

Индивидуальное и глобальное развитие во многом взаимосвязаны. Я могу, например, представить себе, что в какой-то момент своей жизни тот парнишка захочет своим «молотком» пробудить сознание других людей. Иными словами, наши трудности могут быть связаны с нашими ролями и обязанностями в общей эволюции сознания.

Новые мифы.

Хорошее здоровье—хорошая политика; хорошее здоровье— это Максвеллово знание в атмосфере личного безумия. Ощущая и разделяя проявления духа в поле, мы организуем их общую работу и предотвращаем их аннигиляцию. В будущем люди должны будут вмешиваться в ту сферу, где царили только боги. Знание, вечное учение Дзен, медитация, даосизм и боевые искусства будут приобретать еще большее значение и будут все более видоизменяться по мере того, как мы будем осознавать их возможности в со-творении истории.

Знание будет приобретать для нас новый смысл. До настоящего времени это было нечто нейтральное, но чаще всего это было просто пассивное сознание. В будущем оно будет означать тот вид открытости, который ведет не только к состоянию «не-сознания», а к творческому действию. Это означает быть открытым не только к своему собственному «я», но и ко всем другим. Это будет означать память о целостности «я» в обстановке хаоса, не только прислушивание к голосу того, что нам нравится, но также и признание голоса того, что нам кажется невозможным. Знание означает участие в процессе, так же как и отстраненность от него и ощущение автономности поля, в котором мы живем, когда, наконец, мы будем не подчиняться, а служить происходящему.

Такие перемены в нашем представлении о знании не оставят в стороне законы физики. По мере того как мы будем учиться конфликтовать, служить духам и заботиться о них, витающих в нашем засоренном окружении, будут возникать эффекты отрицательной энтропии. Будет ли это эпохой миражей? В любом случае, прежние законы физики, основанные на предположении, что сознание не возникает в замкнутых системах или такие законы, как второй закон термодинамики, будут свергнуты с Олимпа общепринятых догматических учений. Избавление от депрессии и страха перед будущим может превратить «современную» квантовую физику в устаревшую сказку о человечестве, спавшем до тех пор, пока в со-творение истории не вмешалось со-знание.

А что можно сказать о нашем теле? До сих пор наше тело и душа выглядели полями сражений, о которых мы читаем в газетах. Личная внутренняя работа, направленная на такие бессознательные состояния, как суетливость и леность, будет, несомненно, способствовать переходу к более осмысленному существованию и, может быть, даже продлению жизни. Физиологически преобразование напряженностей будет избавлять и наши тела и нашу Землю от войны между глобальными проявлениями духа. Природа наших внутренних органов, которые выдерживают такую нагрузку, тоже будет изменяться. Кто знает, что может произойти, если мы будем работать над самими собой, управляя землетрясениями и засухой, слыша голоса животных и растений?

Мы должны быть благодарны неразрешимым экологическим проблемам и наступающему концу жизни на Земле за то, что они подталкивают нас к необходимости пробуждения всего потенциала. Близость смерти каждого, с кем мне приходилось работать, независимо от убеждений человека, вынуждала его мобилизовать огромные внутренние возможности и стать даосом. Таким образом, новый миф может поведать потрясающую историю о том, как люди, почти задыхавшиеся в своей замкнутой планетарной системе, были спасены перед самой своей смертью одним человеком, который научился оценивать их ситуации и изменять, в соответствии с этим, энтропию.

Эта планетарная негэнтропия будет сопровождаться возрастанием психических и телепатических способностей. Как туземные племена пропадают под натиском высокой технологии, так и волшебники, мудрецы и целители будут возрождаться в каждом человеке одновременно с ростом его чувствительности и знания о полях. Нам не нужно так много мудрых волшебников, но, конечно, должно быть больше тех, кто может быть посредником между духами и членами нашего вновь-возрождаемого племени.

Таким образом, теория предсказывает, что перемены в сознании могут предотвратить действие закона энтропии и разрушение мира, или, по меньшей мере, вернуть утраченные нами природные богатства с помощью энергии, запертой в нашей задыхающейся теплице.

Я надеюсь, что мгновенные прорывы в сознании, полное изменение его и хода времени, излагаемые в теории мирового процесса, придадут мужества многим. Но я и жду от них того, что они смогут стать теми, очень немногими людьми, которые уже приблизились к небесам в своем божественно чистом сознании. Однако этот луч Нового Века—всего лишь светлая мечта, скрашивающая ожидание Страшного Суда. Так как этот эйфорический луч надежды угасает, наталкиваясь на проблемы современности, мы должны расценивать наши мечты о мире на Земле и об избавлении от голода и горя как возможности, которые будут осуществляться только тогда, когда мы признаем энергию, скрытую в жестокости, и используем ее воинствующий характер.

Глубокая демократия.

В мире, находящемся под угрозой «тепловой смерти», понятия «плохое» и «хорошее» не так важны, как отношение между ними, так как именно оно определяет наш выигрыш или проигрыш. Новый шаг мира вперед не может быть очередной религией, основная заповедь которой—«быть хорошим». Вспышка демона Максвелла предвещает жизнь, которая для многих может быть более совершенной, чем рай без ада.

Работа с миром—это новая профессия, это ориентация на жизнь, стихийно возникающая везде, где существуют экологически образованные личности, группы и нации. Она возникает всегда, когда мы начинаем сражаться с хаосом, а заканчиваем это сражение, признавая хаос, содействуя ему. На Земле так много людей, заинтересованных в новом образе жизни, что эта работа может объединить в национальную и международную партию тех, кто хочет больше, чем просто выражать волеизъявление большинства. Консультанты мирового процесса желают большего единства и взаимосвязи между всеми партиями мира.

На сегодняшний день ООН, пожалуй, наиболее выдающаяся миротворческая организация на случай кризиса. ООН содержит 32 органа, наблюдающих за мировым здравоохранением, состоянием мира, литературы, питания и промышленности. Несмотря на то, что ООН—это наш единственный координирующий организм, ему нет еще и 50 лет. До 1948 года никто не знал, какова численность населения Земного шара, так как не было статистических данных! Сегодня, впервые в истории, эта цифра регулярно проверяется!

ООН не должна быть единственным глобально мыслящим организмом, рассматривающим мировые проблемы во взаимосвязи. Для того чтобы мир развивался, каждый из нас должен ежедневно размышлять над тем, к чему мы приходим лишь в конце жизни. Мы должны задумываться над глобальным, существенным и глубоким вопросом о том, какова наша роль на Земле именно сейчас. Индивидуальная психология—это глобальная работа. Вопрос о том, что мы чувствуем в данный момент—это вопрос ко всему миру. Наши чувства и эмоции— это чувства части мира, пытающейся сосуществовать с остальными его частями.

Способ, которым мы уживаемся с самими собой, влияет на развитие мира. Это означает, что внутренняя работа—это глобальная работа, что мы нуждаемся в психологически обоснованном политическом мировоззрении, которое оценивает и координирует связь между частями и духами окружающей среды. Демократия—хорошее начинание, но нам нужно больше, чем народные выборы. Нам нужны новые формы демократии, которые сотрудничают с оппозиционными партиями. Необходимо возродить демократию, создать партию, которая будет открытой для всех, такое проявление духа, в которое может войти любой в данный момент и выйти из него, когда почувствует несоответствие с ним. Нужна партия и политика, которые отражали бы более глубокую демократию.

Глубокая демократия затрагивает все уровни нашей жизни. В личной жизни это означает открытость всем нашим внутренним голосам, чувствам и побуждениям, не только тем, которые известны нам и которые мы разделяем, но и тем, которые нам незнакомы и пугают нас. Во взаимоотношениях с людьми глубокая демократия означает обладание современным знанием о высших идеалах и мрачных настроениях. В групповой жизни это означает готовность выслушать и работать с любой из сторон. В глобальной работе глубокая демократия признает как этничность, сепаратизм и дух местности биорегионов, так и унификацию и космополитичную жизнь.

Следовательно, глубокая демократия—это идея, которая проходит через нас всегда, когда мы восприимчивы к изменениям в полях и группах. Такая чувствительность означает следующее:

Осознание того, что наши установки по отношению к личностям и окружающим событиям способствуют либо разрушению глобального поля, либо развитию его разума.

Служение Земле. Глубокая демократия верит в то, что Земля обладает собственной чувствительностью, силой и магией. Мы понимаем, что на все, что бы мы ни делали, накладывает свой отпечаток природа конкретной местности, что мы должны уважать ее и позволить войти этому кусочку Земли, который непосредственно воздействует на нас, в наше сознание с помощью анализа этого духа местности, выражаемого людьми, которые его любят. Мы должны подбирать брошенный пластик и смягчать тем самым конфликт между тем, кто его бросил, и Землей, которую он оскорбил.

Глубокая демократия опирается на знание того, что мир можно понять только частично. Его необъяснимая и необратимая природа ведет нас к сотрудничеству с таинственными силами поля, в котором мы живем.

Представительство. Так как глубокая демократия—это идея, то она может проявиться всегда и везде подобно группе со свободным членством. Мы все принадлежим ей, когда нас касается ее дух. Так что в принципе можно гордиться своей величайшей принадлежностью к всеобщей партии, так как так или иначе каждый принадлежит к ней. Так как в этой партии отсутствует фиксированное членство, то никто не может ей принадлежать постоянно. Если наша судьба — пополнить ее ряды, то мы начинаем содействовать происходящему и становимся руководителями мира.

К глубокому сожалению, партия глубокой демократии одна из самых малочисленных в мире. Мы стремимся поддерживать только допустимые, знакомые части своего «я». Затем мы можем переметнуться на сторону другой, вновь возникающей силы. Глубокая демократия—это нечто другое. Она стоит и за себя, и за все другие партии. Она не забывает время, предшествующее революциям, но старается обнаружить ценное как в старом, так и в новом, не отождествляясь ни с тем, ни с другим. Глубокой демократии известно, что подавляемая в прошлом часть, в настоящем автоматически становится влиятельным призраком. Поэтому она стоит за осознание отношений между различными партиями.

Всем нам известно, что для того, чтобы выжить, нам необходимо сотрудничать друг с другом. Однако со всей скромностью мы должны также признать то, что, хотя мы и способны на удивительные достижения, даже самым просвещенным из наших лидеров и организаций не удается сотрудничество. Где бы мы ни были, мы очень редко встречали людей, использующих принцип глубокой демократии в хаотический момент, когда это больше всего требовалось, хотя все тянулись к этим людям. Одна из причин состоит в том, что лишь очень немногие из нас достаточно хорошо знакомы с полями и группами.

Другая причина—внутреннее развитие. Мы считаем себя открытыми людьми и стараемся вести себя соответственно этому, не осознавая своих предрассудков по отношению к тем, кто не похож на нас. Без такого понимания мы воюем с самим миром. Когда мы осознаем это, мы можем почувствовать большую открытость по отношению к себе и сознательно вступить в конфликт с событиями. Только тогда, когда наши взгляды выражены, мы по-настоящему сможем раскрыться для других. Затем, когда люди борются за лидерство и власть, мы можем выбрать одного из них, победить другого или поддержать их всех. В противном случае мы ненавидим других людей, когда они действуют с позиции силы, вряд ли сознавая то, что наша собственная ненависть—это еще одна такая же сила. Если мы действуем таким образом и не заботимся о своих высших убеждениях и идеалах мира и гармонии, то это может породить войну и агрессивность.

Когда мы проникнуты духом глубокой демократии, мы можем действовать так, будто нам известен этот путь, но мы открыты к пониманию того, что лидер—это сам процесс. Многие из нас приходят к глубокой демократии только в результате изнурительных попыток манипулировать миром. Действительно, усталость может быть лучшим учителем в работе с миром. Только после того, как мы поработали, как боги, мы можем служить им.

Таким образом, в отличие от некоторых философских систем и верований, глубокая демократия начинается с признания невозможности разрешения конфликтов и проблем, пока для этого не наступило время. Сила и успех этого метода полностью зависит от знания происходящих процессов. Дух глубокой демократии не разделяет ни применение силы в политике, ни молебны о мире, а скорее поощряет знание о том и другом в момент их возникновения. Глубокая демократия не знает, что надо делать. Хотя она и добивается решения, но не полагается при этом ни на кого, так как всем известно, что все изменяется.

Следовательно, работа с миром не отождествляется со старым или новым, хорошим или плохим, любовью или грубостью, молодым или старым. Глубокая демократия—это не Инь или Ян, это более глубокий и фундаментальный принцип. В центре его внимания—крутящийся водоворот, порождающий то, что мы называем миром. Некоторые надеются, что этот центр возникнет в лице нового старейшины нашего мирового племени. Другие переживают этот центр как свою собственную способность любить, позволяющую признать и поддержать все элементы изменения.

СЛОВАРЬ.

АНТИМАТЕРИЯ—в физике понятие вещества, обладающего электрическим зарядом, противоположным по отношению к обычной материи, и имеющего короткий период жизни.

АНТРОПОС—в мифах о сотворении мира представление о вселенной как об огромном человекоподобном существе.

АРХЕТИП—идея австрийского психолога К. Юнга о коллективном паттерне, рисунке поведения и восприятия, который можно обнаружить во всех культурах и во вое времена в виде определенных образов.

БАРЬЕРЫ—ограничения, накладываемые на собственную индивидуальность и философские убеждения, удерживающие от более полного ее проявления.

ВТОРОЙ ЗАКОН ТЕРМОДИНАМИКИ—закон физики, предсказывающий тепловую смерть вселенной в замкнутых системах, т. е постоянное возрастание энтропии и переход от порядка к хаосу.

ГЛУБОКАЯ ДЕМОКРАТИЯ—установка и название политической позиции, которая подчеркивает ответственность каждого за все происходящее и выступает за открытость различным, даже полярным, сторонам групп и полей.

ДАО—древнекитайское описание типа поведения, основанного на мгновенном переживании данного момента времени.

ДУХ МЕСТНОСТИ—чувства и образы, вызываемые данным местом или способ, которым дух данного физического окружения проявляется в виде постоянно изменяющейся групповой роли.

ИЗМЕНЕННОЕ СОСТОЯНИЕ СОЗНАНИЯ—изменения в нормальном поведении, мышлении и восприятии, которые могут носить временный или постоянный характер.

ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПОТОК—представление современной информационной теории, согласно которому информация не извлекается из окружающего нас пространства, а как бы струится, «плавает» в нем.

КАНАЛЫ—сенсорные каналы, по которым передаются сигналы (зрительные, слуховые и г. п.).

КОЛЛЕКТИВНОЕ БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ—идея К. Юнга о безличностной природе определенных образов и переживаний, которые кажутся пришедшими откуда-то извне. Основной элемент коллективного бессознательного—архетип, проходящий сквозь века и культуры.

ЛИНИИ ДРАКОНА—древнекитайское описание воображаемых силовых линий, пронизывающих мир, основанное на психическом переживании данного момента времени.

МЕТОД ГЛОБАЛЬНОГО ПРОЦЕССА—«работа с группой и мировыми ситуациями, ориентированная на процесс и проводимая с установкой на глубокую демократию.

НЕГЭНТРОПИЯ—процесс возможного сопротивления энтропии, что означает увеличение объема полезной работы. В замкнутых системах нормальная энтропия возрастает. В этой книге, однако, предсказаны ситуации, когда возрастает негэнтршвя, что может повернуть вспять «естественный» ход истории.

НЕЛОКАЛЬНОСТЬ—физический термин, указывающий на то, что не существует разделенных друг от друга локальностей, что все положения в пространстве в определенных ситуациях оказываются взаимосвязанными.

НЕОБРАТИМОСТЬ ВРЕМЕНИ—физическая концепция, согласно которой в определенных уравнениях и законах ход времени, может изменяться в направлении.

ОРГАНИЗАЦИОННОЕ РАЗВИТИЕ—попытка улучшить коммуникацию между различными частями организации, связанную в основном с бизнесом Когда в работу включаются элементы воображения и духовного развития, это часто именуется «организационным преобразованием».

ОСОЗНАНИЕ—способность обнаружить и использовать определенный канал восприятия.

ПОЛЕ—выдвинутая в этой книге математическая идея о паттерне, пронизывающем мир, который мы можем ощущать, видеть в своем воображении и который должны подвергать анализу.

ПРОЦЕСС—поток сообщений, сигналов и изменений в индивидуальности.

ПРОЦЕСС ГШРВИЧНЫИ способ, которым личность или группа индивидуализируется.

ПРОЦЕСС ВТОРИЧНЫЙ чувства и сшналы. не осознаваемые или отвергаемые нами.

ПРОЯВЛЕНИЯ ДУХА—ощущения и представления в данный момент времени или способ, которым ^то проявляется в виде групповой роли.

СИНХРОНИЧНОСТЬ—концепция К Юнга, согласно которой внешние события переживаются как обладающие тем же или счодным смыслом, что и внутренне переживаемые образы.

СО-ЗАВИСИМОСТЬ — ощущение подчиненности личных чувств и убеждений, зависимости от друтго человека, который, в спою очередь, зависит от наркотикои или от убеждений других людей.

СИГНАЛЫ—основные блоки информации, элементы сообщений.

СНОЯВЬ термин, предложенный А Минделлом для обозначения глобального или универсального психологического поля Земли (но аналогии с гравитационным полем). В этой концепции мир является комбинацией фи)ических обьектов и паттернов воображения С точки зрения современной информационной теории глобальное поле обладает памятью, архетипами и влияет на мышление, поведение и события окружающего мира.

ТЕПЛОВАЯ СМЕРТЬ — физический термин для обозначения неизбежной гибели Вселенной, вызванной неуклонным снижением объема полез ной работы и информации.

ЭНТРОПИЯ — физический термин для оценки уменьшения способности системы совершать полезную работу, самосохраняться.

1.

Уместно напомнить здесь вывод В. Вернадского о том, что наша планета на 90 % состоит из останков живых организмов. Иначе говоря, Земля—это окаменевшая, остановившаяся жизнь.

2.

Типичный пример проявления коллективной снояви—мифы и архетипы (см Словарь). Мифы, как известно, — это вафикашованные в фольклоре представления о происхождении мира, борьба добра и зла. Это не что иное, как сны Земли. Идея архетипа принадлежит выдающемуся австрийскому психологу К. Юнгу. Согласно Юнгу архетип—это коллективный паттерн, стандарт, рисунок поведения и восприятия, который особенно устойчиво проявляется в виде определенных образов. Архетипы—основной элемент коллективного бессознательного, проходящий сквозь века и культуры. Пример архетипа—герой, побеждающий дракона или другое чудовище.

3.

Он состоит в том, что в животных популяциях, например, среди обезьян данного региона, тот или иной навык (например, мытье картофеля) по достижении определенного критического числа его практикующих, вдруг мгновенно распространяется и среди стад обезьян без личного контакта, как «дух времени».

4.

Достоевский Ф. М. «Преступление и наказание»—М.: Правда, 1988.—с. 457.

5.

«… только кажется, что человечество занято торговлей, договорами, войнами, науками, искусствами; одно только дело для него важно, и одно только дело оно делает—оно уясняет себе те нравственные законы, которыми оно живет. Нравственные законы уже есть, человечество только уясняет их себе, и уяснение это кажется неважным и незаметным для того, кому не нужен нравственный закон, кто не хочет жить им. Л. Н. Толстой, Собр. соч. в 22 т., т. 16—с. 210.

Оглавление.

Лидер как мастер единоборства (введение в психологию демократии). РУКОВОДСТВО ПО ПСИХОТЕРАПИИ ЗЕМЛИ (О книге А. Минделла). Часть I. ТЕОРИЯ И МЕТОДЫ. Глава 1. ЦЕНТР ЦИКЛОНА. Личная ответственность. Идеи процесса. Глава 2. ТЕОРИЯ ПОЛЯ. Теория поля. Эмоции и группы. Характеристики поля. Мысленный эксперимент. Глава 3 ПРОЯВЛЕНИЯ ДУХА В ГРУППОВОМ ПОЛЕ. Проекции и процессы. Роли и проявления духа. Изменяющиеся проявления духа. Духи местности. Упражнения по теории поля. Глава 4. ВМЕШАТЕЛЬСТВО В ПОЛЕ. Турбулентность и саморегуляторы поля. Поля самоуравновешиваются. Разум в самоуравновешиваемой системе. Барьеры и рассогласования. Осознание групповых процессов. Консультант группы как модель поведения. Часть II. МЕТАНАВЫКИ ЛИДЕРСТВА. Глава 5 ЛИДЕР КАК МАСТЕР БОЕВЫХ ИСКУССТВ. Консультант как роль. Уроки из работы с групповой энергией. Внутреннее равновесие. Следование скрытым формам Ци и вторичным процессам. Любовь к природе. Непривязанность. Упражнения по смягчению конфликта и нападения. Глава 6. ГЛУБОКАЯ ДЕМОКРАТИЯ И ВНУТРЕННЯЯ РАБОТА. Ожидание нападения. Лидер как оператор процесса. Бессознательное лидера. Народные лидеры. Глобальная и внутренняя работа. «Мы» и «они» в Южной Африке. Вопросы. Глава 7. ДАОС В ЦИКЛОНЕ. Осознание с точки зрения физики и психологии. Знание и изменение. Паттерны завихрений и групповые барьеры. Центр циклона. Вопросы. Часть III. ГЛОБАЛЬНАЯ РАБОТА. Глава 8. ПРАКТИКА РАЗРЕШЕНИЯ КОНФЛИКТА. Стадии разрешения конфликта. Заключение. Упражнения по разрешению конфликта. Глава 9. САМОСОЗНАНИЕ ГРУППОВЫХ МЕНЬШИНСТВ. Отрицание проблем меньшинства. Члены меньшинств и экстремальные состояния в группе. Отсутствие метакоммуникатора. Самосознание группового меньшинства. Психология меньшинства. Поддержка. Глава 10. КАСТОВЫЕ И РАСОВЫЕ СИСТЕМЫ. Расизм и клановость. Кастовая система. Неприкасаемые. Расизм как проявление духа. Сепаратизм и различия. Преобразование расовых или религиозных напряженностей. Вопросы. Глава 11. МУЖЧИНЫ И ЖЕНЩИНЫ. Решения и разрешения. Упражнения. Глава 12. ГОРОДСКИЕ УЛИЦЫ И ЭКОЛОГИЯ. Экология и здоровье. Экология и синхроничные явления. Хорошая экология. Лидеры должны умирать. Служение Земле. Люди портлендских улиц. Упражнение. Часть IV. ВОЗМОЖНАЯ ВСЕЛЕННАЯ. Глава 13. ПЕРЕВОРОТ В СОЗНАНИИ И ИСЦЕЛЕНИЕ. Путешествие в прошлое. Фейнмановская электронная модель поля. Создание двойника. Время и переворот в сознании. Внутренние переживания и внешние события. Глобальный смысл и парные события. Упражнение по преобразованию времени. Глава 14. ЗНАНИЕ И ЭНТРОПИЯ. Саморавновесие и самоуничтожение. Энтропическое разрушение в физике. Демон Максвелла. Сознание и энтропия. История, перемены и сознание. Глава 15. ГЛУБОКАЯ ДЕМОКРАТИЯ. Новые мифы. Глубокая демократия. СЛОВАРЬ. 1. 2. 3. 4. 5.