Лекции Рудольфа Штайнера.

Антропософия и Теософия.

В ежемесячном издании "Люцифер-Гносис (Luсifеr-Gnоsis)" я мог донести к первой публикации то, что стало основой для Антропософской деятельности. Здесь возникло сначала то, что я имел сказать об усилиях, которые должна сделать Душа, для того, чтобы достигнуть собственного созерцательного понимания Духо-познания. "Как достичь познаний высших Миров?" появлялось в продолжениях от номера к номеру. Так же была заложена основа для Космологии через продолжающиеся статьи "Из Акаша-Хроники".

Из этого, данного здесь, а не из чего-либо, позаимствованного из Теософского общества, произрастает Антропософское движение. При моих письменных изложениях Духо-познания я думал об общепринятых в обществе учениях, -- так это было только для того, чтобы напротив этому или тому, что мне в этих учениях являлось ошибочным, выступить коррегирующе.

В этой взаимосвязи я должен оговорить нечто, что с оппонентной стороны постоянно снова преподносилось, облаченное в неком тумане недоразумений. Из внутренних причин я вообще не нуждаюсь говорить об этом, ибо это не имело никакого влияния ни на ход моего развития, ни на мою публичную активность. И напротив всего, что я имею здесь изложить, это осталось чисто "приватным" делом. Это есть принятие меня в существующую внутри Теософского общества "Эзотерическую школу". Эта "Эзотерическая школа" уходит назад к Е.П.Блаватской. Таковая создала для малого внутреннего общества место, в котором она делилась тем, что в обычном обществе не желала говорить. Она считала, как и другие знатоки Духовного мира, за невозможное поделиться определенными глубинными учениями с общественностью.

Теперь, все это связано с тем образом, как Е.П.Блаватская пришла к своим учениям. Всегда ведь существовала традиция о таких учениях, которые уходят назад к древним Мистериям-школам. Эта традиция лелеется во всевозможных обществах, которые бдят о том, чтобы от учений ничего не выходило наружу из обществ.

Но с какой-то стороны было посчитано соразмерным поделиться с Е.П.Блаватской такими учениями. Она связала затем то, что она тут получила, с откровениями, которые восходили в ее собственном Внутреннем (Innеrеn). Ибо она была человеческой индивидуальностью, в которой Духовное действовало через один странный атавизм, как он однажды действовал при Мистериях-лидерах, в одном состоянии сознания, который напротив современному, освещенному насквозь сознательной Душой, был одним, более согласованным в Сновидческом (Тrаumhаftе). Так обновилось в "человеке Блаватская" нечто, что в пра-древнее время было домашним в Мистериях.

Для современного человека существует свободная от заблуждений возможность чтобы решать, что из содержания Духовного созерцания может быть сообщено широким кругам. Со всем возможно совершить то, что исследователь может облачить это в такие идеи, как они свойственны сознательной Душе и как они по своему образу также могут прийти к действенности в признанной науке.

Не так обстоит дело, когда Духо-познание живет не в сознательной Душе, но в более под-сознательных Душевных силах. Поэтому для учений, которые будут так добыты из под-сознательных областей, сообщение может быть опасным. Ибо такие учения могут ведь только опять быть воспринятыми под-сознательным. И учитель и обучаемый движутся здесь по такой области, где то, что человеку есть свято, что есть вредно, должно быть очень заботливо задействовано.

Все это для Атропософии не входит в рассмотрение потому, что таковая свои учения полностью поднимает из под-сознательной области.

Внутренний круг Блаватской жил в "Эзотерической школе" дальше. -- Я вставил свою Атропософскую деятельность в Теософское общество. Я должен был поэтому быть информирован обо всем, что в таковом происходило. Ради этой информации и потому, что я для продвинутых в Атропософском Духо-познании некий более узкий круг сам считал за необходимый, позволил себе принять меня в "Эзотерическую школу". Мой более узкий круг должен был все-таки иметь другой смысл, чем такая школа. Он должен был представлять более высокое отделение, более высокий класс для тех, которые достаточно много приняли из элементарных познаний Атропософии. -- Теперь, я желал повсюду завязаться на имеющееся, на историческое данное. Так, как я это делал в отношении Теософского общества, хотел я это также делать напротив "Эзотерической школы". Поэтому состоялся мой "более узкий круг" также сначала во взаимосвязи с такой школой. Однако взаимосвязь располагалась только в организациях, не в том, что я давал как сообщение из Духо-Мира. Так выглядел мой более узкий круг в первые годы внешне, как одно отделение "Эзотерической школы" г-жи Безант (Мrs. Веsаnt). Внутренне был он полностью и вовсе не этим. И в 1907, как г-жа Безант была у нас на Теософском конгрессе в Мюнхене, прекратилась полностью после, между г-жой Безант и мной встречной договоренности, также внешняя взаимосвязь.

То, что я внутри "Эзотерической школы" г-жи Безант мог бы выучить нечто, лежало уже вне области возможного потому, что я с самого начала не принимал участия в мероприятиях этой школы, за исключением некоторых немногих, которые должны были служить для моей информации, что происходит.

Тогда ведь в школе было никакое другое действительное содержание, как таковое, которое происходило от Е.П.Блаватской и таковое было уже отпечатано. Вне этого отпечатанного г-жа Безант давала всевозможные Индийские упражнения, которые я, однако, отклонял.

Так до 1907 был мой более узкий круг в некотором, относящимся к организационному, смысле в некоторой взаимосвязи с тем, что г-жа Безант лелеяла как такой круг. Однако это является неправомерным, из этих фактов делать то, что сделали из этого противники. Утверждалась, прямо-таки абсурдность, что я вообще был приведен к Духо-познанию только через Эзотерическую школу г-жи Безант.

В 1903, приняли тогда Мари фон Сиверс (Маriе vоn Sivеrs) и я снова участие в Теософском конгрессе в Лондоне. Здесь появился тогда также полковник Олькотт (Соlоnеl Оlсоtt), президент Теософского общества. Любезная личность, которую еще наблюдали, как он через энергию и необычайную организаторскую одаренность мог быть соратником в основании, организации и руководстве Теософского общества. Ибо внешне стало это общество в короткое время большим объединением с превосходной организацией.

Мари фон Сиверс и я сошлись на короткое время ближе с г-жой Безант через то, что она жила в Лондоне у г-жи Брайт (Мrs. Вright) и мы для наших более поздних посещений Лондона были также приглашены в этот любезный дом. Г-жа Брайт и ее дочь, мисс Эстер Брайт (Мiss Еsthеr Вright) были домовладельцами. Личностями, как воплощенная любезность. Я думаю о времени, которое я должен был провести в этом доме с внутренней радостью. Брайтс остались в отношении г-жи Безант верно-преданными друзьями. Их старанием было завязать теснее узы между ней и нами. Как стало невозможно, чтобы я поставил себя на сторону г-жи Безант в определенных вещах -- из которых некоторые здесь уже оговаривались -- это было также болью для Брайтс, которые железными узами безкритично твердо держались Теософского общества.

Для меня была г-жа Безант через определенные качества интересной личностью. Я отметил у ней, что она имеет определенное право говорить о Духовном мире из своих собственных внутренних переживаний. Внутренний подход к Духовному миру с Душой, это имела она. Таковой был только позднее заглушен внешними целями, которые она себе поставила.

Для меня должен был человек быть интересным, который из Духа о Духе говорил. -- Однако я был, с другой стороны строг в своем воззрении, что в наше время проницание в Духовный мир должно жить в пределах сознательной Души.

Я созерцал в древнее Духо-познание человечества. Оно имело сновидческий характер. Человек взирал в образах, в которых проявлял себя Духовный мир. Однако эти образы были развиты не через познание-волю (Еrкеnntnisswillеn) в полной разумности (Веsоnnеnhеit). Они выступали в Душе, данные ей из Космоса, как сновидения. Такое древнее Духо-познание потерялось в Средние Века. Человек вступил в обладание сознательной Душой. Он не имеет более познание-сновидения. Он вызывает идеи в полной разумности через познание-волю внутрь в Душу. -- Такая способность изживает себя сначала в познаниях о чувственном мире. Она достигает своей вершины как чувство-познание в пределах естествознания.

Задача Духо-познания есть теперь, в разумности через познание-волю, идеи-переживание донести до Духовного мира. Познающий имеет тогда Душе-содержание, которое будет переживаться как математическое. Однако человек думает не в цифрах или геометрических фигурах. Человек думает в образах Духо-мира. Это есть, в противоположность бодрственно-сновидческому (wасhtrаеumеndеn) древнему Духо-познанию, полно-сознательное внутри-стояние (Drinnеnstеhеn) в Духовном мире.

Для такого нового Духо-познания невозможно было завоевать внутри Теософского общества никакого верного отношения. Было подозрительным, как только полно-сознание желало к (hеrаnwоlltе аn) Духовному миру. Знали именно только полно-сознание для чувственного мира. Не имелось никакого верного смысла для того, чтобы таковое развить дальше вплоть до Духо-познания. Исходили собственно однако из того, чтобы с подавлением полно-сознания опять вернуться назад к древнему сновидо-сознанию. И такое возвращение назад было также у г-жи Безант в наличии. Она едва имела возможность понять современный род Духо-познания. Но то, что она говорила о Духо-мире, было однако из такового. И так, была она для меня интересной личностью.

Потому что также внутри другого руководства Теософского общества была в наличии такая несклонность против полно-сознательного Духо-познания, не мог я в отношении Духовного никогда чувствовать себя Душой как дома. Общественно был я охотно в этих кругах; однако их Душе-настроения напротив Духовного оставались мне чуждыми.

Я был вследствие этого также не склонен говорить на конгресах общества в моих докладах из моего собственного Духо-переживания. Я делал доклады, которые также мог бы сделать некто другой, кто не имел никакого собственного Духо-созерцания. Таковое оживало сразу же в докладах, которые я делал не внутри рамок мероприятий Теософского общества, но которые произрастали из того, что Мари фон Сиверс и я организовывали из Берлина.

Тут возникли Берлинский, Мюнхенский, Штутгартский и так далее труды. Другие места присоединялись. Тут исчезло постепенно содержательное Теософского общества; возникло то, что нашло свою согласованность через внутреннюю силу, которая обитала в Антропософском.

Я разрабатывал, в то время как встречались мероприятия для внешней деятельности в сообществе с Мари фон Сиверс, свои результаты Духовного созерцания. Я имел ведь с одной стороны именно совершенное внутри-стояние в Духо-мире; однако я имел около 1902, и для многого, также еще последующие годы, именно имагинации, инспирации и интуиции. Однако смыкались таковые только постепенно совместно в то, что затем выступило в моих написаниях перед публичностью.

Через деятельность, которую развернула Мари фон Сиверс, возникло полностью из малого, философско-Антропософское издательство. Небольшая рукопись составленная вместе из записываний докладов, котоыре я делал в упомянутой здесь Берлинской свободной высшей школе, была первым издательским трудом. Необходимость мою "Философию свободы", приобрести и самим заботиться о распространении, которая через своего предшествующего издателя не могла быть более распространяемой, дало второй. Мы выкупили еще имеющиеся экземпляры и издательские права книги. -- Это все было для нас не легко. Ибо мы были без значительных денежных средств.

Однако работа шла вперед, именно благодаря тому, что она могла опереть себя на ничто внешнее, но единственно на внутреннюю Духовную взаимосвязь.

Глава ХХХII, стр. 316 -- 322.

(* Приводятся выдержки из восьмого издания автобиографической книги Р. Штайнера "Мой жизненный путь (Меin Lеbеnsgаng)" на немецком языке, Дорнах, 1982, причем перевод преднамерено является не литературным, но насколько это удалось, дословным. Антропософия, дословно в переводе с греческого "Человекознание" или "Человекомудрость", характеризует знание или мудрость, приобретаемое человеком сознательно изнутри, внутренними Душевными силами чувствования, мышления и воления. Теософия, дословно в переводе с греческого "Богомудрость", характеризует знание, получаемое человеком извне от высших Иерархий в одном из под-сознательных состояний Душевных сил. Основное различие между Теософией и Антропософией заключается именно в том, что первая получает знания в под-сознательных состояниях, в то время как последняя приобретает их в сознательных. Поэтому, например, если человек познает высшие Иерархии, то Теософ получает такое знание под-сознательно извне, а Антропософ приобретает его сознательно изнутри. Отсюда вытекает и различие в методах. Под-сознательные методы познания соответствовали прошлым уровням сознания человека. Знание, полученное Е.П.Блаватской извне от Учителей, позволило учредить Теософское общество. В основе передачи такого знания лежала задача подведения итога Духовных школ, завершающих или уже завершивших свое существование на современном этапе развития человеческого сознания. Знание, приобретенное Р.Штайнером сознательно изнутри, лежит в основе Антропософского движения. Духовная необходимость современного этапа развития человеческого сознания позволяет человеку познавать сознательно изнутри и делает актуальными сознательные Духовно-научные методы познания высших Миров, предлагаемые Атропософией).

Антропософия и Христианство.

Прежде всего прошу вас извинить меня за то, что я не имею возможности говорить с вами сегодня на языке вашей страны. Но мои друзья, члены нашего антропософского общества, среди которых в эти дни я смогу прочитать лекции по антропософии, высказали мнение, что в этом городе я могу говорить о духовной науке на немецком языке. Тему, которой посвящается сегодняшний вечер, тоже предложили наши уважаемые члены, живущие в этом городе. Я буду говорить об отношении духовной науки или, если использовать другое название духовной науки, об отношении антропософии к христианству. При этом, конечно, необходимо предварительно сказать несколько слов о сути и значении духовной науки, о точке зрения, исходя из которой, я должен буду говорить.

Духовная наука, подразумеваемая здесь не стремится к основанию какой либо новой религии, новой религиозной секты или чего-то подобного. Духовная наука хочет и надеется взять на себя то, что в духовном отношении возложено на нашу современную культуру.

Три, четыре или пять столетий тому назад, когда на заре своего развития естественная наука вступила в культурную жизнь человечества, в ряде областей был достигнут определенный прогресс. Если же мы хотим добиться прогресса в какой-либо актуальной для нас области человеческой культуры в наше время, то мы должны сказать: То, чем стала для человечества, для жизни эта естественная наука в познании внешней природы, благодаря познанию законов внешней природы, тем же хотела бы стать духовная наука посредством познания законов нашей душевной и духовной жизни и благодаря применению этих законов в этической и социальной жизни, в самых разных областях культуры;она хотела бы быть столь же важной для нашей современности и для ближайшего будущего. И хотя многие будут отрицать эту духовную науку, - а это неизбежное и вполне понятное явление, - она, рассматривая судьбу естествознания на восходе новой жизни духа, черпает из этого рассмотрения веру в своей истинности и действенность для культуры человечества.Так же и естествознание противостояло столетним, тысячелетним предрассудкам; но истина имеет также силы, которые, используя подходящие способы, всегда позволяют ей побеждать все противостоящие силы.

Итак, после того как сказано несколько слов об этой вере духоиспытателя в истину и в эффективность своей работы, сразу же следует остановиться на сути, на способе исследования, лежащего в основе духовной науки.

Поистине духовнонаучный образ мыслей всецело соответствует по духу естественно-научному образу мыслей. Но так как эта духовная наука касается совсем другой области исследования, нежели естествознание, - т.е. не той области, которую можно воспринимать с помощью обычных органов чувств, то есть области внешней природы, - а области духа, то должно быть очевидно, что как раз естественно-научный способ мышления там, где речь идет об исследовании области духовного, должен существенно видоизмениться, должен стать иным, нежели в сфере естествознания. Метод, способ исследования духовной науки всецело соответствует духу естествознания, так что всякий естественно-научно образованный человек, воспринимающий без предубеждения сегодняшнее естествознание, может поставить себя на почву этой духовной науки; но все же необходимо сказать, что до тех пор, пока естественно-научные методы воспринимаются односторонне, как это сегодня происходит, против использования естественно-научного образа мыслей в духовной жизни может возникать одно предубеждение за другим. Ведь естественно-научное мышление, естественно-научная логика применяется здесь к тому, что человеку ближе всего, хотя эта область труднее всего поддается исследованию; этот способ мышления применяется к самому существу человека. И человек должен исследовать в духовной науке самого себя, прибегая к единственному инструменту, имеющемуся в его распоряжении для такого исследования, а именно - к себе самому. Духовная наука исходит из того, что человек, становясь инструментом для исследования духовного мира, должен пережить метаморфозу в себе самом и проделать с собой нечто, дающее ему возможность заглядывать в духовный мир, чего в повседневной жизни он, конечно, не делает.

Позвольте мне исходить из сравнения, из естественно-научного сравнения, не для того, чтобы что-либо доказать, но чтобы просто показать, как духовнонаучный образ мышления целиком стоит на почве естественно-научного. Например, в природе мы встречаем воду. Рассматривая воду как внешний объект, мы видим сначала ее свойства. Но приходит химик со своими методами разлагает воду на водород и кислород.Так что же делает этот естествоиспытатель с водой? Как известно, вода не горит. Химик извлекает из воды водород - газ, который способен гореть. Путем простого наблюдения невозможно определить, что вода состоит из водорода и кислорода, которые имеет совсем другие свойства, нежели вода.

Так же и человек, встречая в жизни другого человека, - это как раз показывает духовная наука, - не может знать, каков внутренний мир этого человека*. И как химик-естествоиспытатель способен разложить воду на водород и кислород, так же и духоиспытатель, используя внутренний процесс, происходящий в глубине души, может различить в том, что предстает ему внешне как человек, внешне-телесные и духовно-душевные свойства. Прежде всего он заитересован в исследовании, с точки зрения духовной науки, духовно-душевного отдельно от телесного. Нельзя познать истинную реальность духовно-душевного на основе внешне-телесного, как нельзя познать природу водорода, если не извлечь его из воды.

Сегодня очень часто случается, что когда говоришь о подобных вещах, немедленно поступают возражения: "Это ведь противоречит монизму, придерживаться которого безусловно необходимо". Однако монизм не может помешать химику разлагать воду на две части. Это не означает попытки опровергнуть монизм, если реально происходит, то, что может произойти, как, например, когда с помощью методов духовного исследования духовно-душевное отделяется от физически-телесного. Только это не те методы, какие применяются в лабораториях, физических кабинетах и клиниках;они представляют из себя процессы, которые должны протекать в самой душе. Это не какие-то чудеса, а только усиление тех способностей, которыми мы уже обладаем в обычной жизни. Но человек должен бесконечно усилить их, если хочет стать духовным исследователем. И так как я не хочу произносить лишь общие слова, то сразу же приступаю к предметному рассмотрению.

Каждому известно то, что называют в человеческой душевной жизни способностью вспоминать - памятью. Каждый, конечно, знает, сколь многое зависит от памяти. Представьте себе, что мы пробудились утром, не имея ни малейшего понятия о том, кто мы и откуда. Мы лишились бы тогда всей своей человеческой сущности. Наша память обладет определенной внутренней цельностью, начиная с некоторого момента нашего детства, и она есть необходимая составляющая нашей человеческой жизни. Современные философы встают в тупик перед исследованиями памяти. Некоторые из них даже отходят от материалистически-монистического воззрения на память, обнаружив с помощью тщательного исследования, что хотя восприятия органов чувств (если вообще возможно так рассматривать душевную деятельность), внешним образом привязаны к телу, но нельзя сказать, что память вообще привязана к телу. Я только обращаю на это внимание. Даже французский философ Бергсон указал на этот духовный характер памяти, а он уж точно не имеет никакого желания вникать в духовную науку.

Но как память, сила воспоминания проявляется в нашей жизни? Давно прошедшие события входят в нашу душу в виде образов. Хотя сами события принадлежат прошлому, душа таинственным образом извлекает их из глубин внутренней жизни. И то, что поднимается из душевных глубин, можно сравнить с первоначальным событием. В сравнении с образами, предлагаемыми нам восприятием органов чувств, воспоминания бледны. Но они связаны с целостностью душевной жизни. И мы не смогли бы ориентироваться в мире, если бы не имели памяти. В основе памяти лежит способность воспоминания, и благодаря этой способности душа может вызывать скрытое в глубинах памяти.Тут как раз и вступает в действие духовная наука. Не память как таковая - я прошу вас вникнуть в то, что я хочу сказать, - не память как таковая, но эта способность, поднимающая из глубин души духовное содержание, может быть увеличена, бесконечно усилена, так что в душевной жизни ее можно будет использовать не только для подъема из души пережитых событий, но и совсем иного. В основе духовно-исследовательских методов лежат не внешние методы, которые мы наблюдаем в лаборатории и то, что можно воспринимать внешними органами чувств, а интенсивные душевные процессы, которые может пережить каждый. Ценность этих интенсивных процессов в нашей жизни - в безграничном усилении внимательности или, другими словами, концентрации мысленной жизни.

Что же такое концентрация мысленной жизни?

Сегодня у меня есть всего час на то, чтобы изложить принципы того, о чем идет речь. Более подробно об этом вы можете прочитать в моей книге "Как достигнуть познания высших миров" и во второй части "Тайноведения " , эти книги есть и в переводе. Об этом говорится так же в книге "Порог духовного мира". Но останавливаясь на принципах, я хочу изложить первые действия души, способствующие безграничному усилению того, что необходимо для человеческой жизни, - усилению внимательности. Внимательность должна безгранично усилиться, чтобы могло начаться духовное исследование.

Что обычно делает человек, вступая в соприкосновение с внешним миром? Он воспринимает вещи; он перерабатывает эти вещи с помощью мышления, связанного с головным мозгом. Затем он создает себе образ воспринятого. На этом, как правило, его деятельность прекращается.Там, где останавливается повседневное мышление, там начинаются методы духовной науки, основанные на концентрации мышления. Желающий стать духовным исследователем должен перехватить нить душевной жизни там, где она во внешней жизни обычно теряется.

Мы должны отдать предпочтение таким образам, которые мы сами выстраиваем в деталях и можем затем обозревать в нашем сознании. Здесь особенно подходят символические представления, которые нет нужды проверять на соответствие внешнему миру. Такие образы, вытекающие из духоведческой практики либо предложенные нам духовным исследователем, мы помещаем в центр всего сознания, так, что в течение длительного времени мы отвлекаем внимание души от всего внешнего и концентрируемся только на одном образе. В то время как обычно мы переходим от одного мысленного образа к другому, в этом случае мы собираем все силы своей души, концентрируем их на одном заранее выбранном образе и полностью предаемся этому образу. Наблюдая человека за таким занятием, мы видим, что он, по сути дела, совершает нечто, подобное сну (хотя фактически принципиально отличное от сна). Ибо, чтобы такая концентрация стала плодотворной, человек должен на самом деле стать по добным спящему.

Когда мы засыпаем, то в начале чувствуем, как спокаиваются в наших членах волевые силы, как вокруг нас наступают некие сумерки и как стихает деятельность чувств. Затем мы переходим в бессознательность.При концентрации, как во время сна, мы должны полностью освободиться от всех впечатлений внешнего мира. Глаз так же мало видит, как во сне; ухо так же мало слышит, как во сне, и так далее. Но затем вся душевная жизнь собирается и концентрируется на одном образе - в этом принципиальное отличие от сна. Это состояние можно было бы назвать осознанным сном, сном в полном сознании. В то время как во сне в душевной жизни расстилается тьма бессознательного, желающий стать духовным исследователем живет усиленной душевной жизнью. Он напрягает все силы душевной жизни и обращает их на один образ. Смысл не в том, что мы созерцаем этот образ; он только дает нам повод собрать наши душевные силы, сплотить их. Смысл именно в этом сплочении душевных сил. Ибо благодаря ему мы действительно постепенно достигаем того - за подробностями я снова должен отослать вас к моим книгам, - что вырываем душевно-духовное, находящееся в нас, из физически-телесного.

Охарактеризованное мной сейчас достигется не сразу. Большинству людей, даже если их не отвлекает повседневная жизнь, нужна многолетняя практика такой концентрации, ибо удержать ее можно только несколько минут, самое большее - долю часа, но необходимо все снова и снова повторять ее, пока действительно не удастся так укрепить силы, которые обычно лишь дремлют в повседневной жизни (но все же присутствуют в ней), чтобы они обретали активность в наших душах и освобождали духовно-душевное от физически-телесного.

Так как я не хотел бы говорить абстрактно, а хотел бы сообщить вам факты, то следует сразу же сказать, что если духовному исследователю удается благодаря энергии и терпению, благодаря самоотверженности в своих упражнениях действительно получить плоды этих упражнений, то тогда он достигает переживания, которое пока можно было бы назвать переживанием чисто внутреннего сознания.Одним словом, с определенного момента времени наполняется смыслом высказывание, которое до сих пор казалось бессмысленным: "Я знаю, что я вне своего тела; переживая свой внутренний мир, постигая свое внутреннее, я существую вне своего тела.".

Я хочу подробнее рассказать вам об этом переживании. Сначала ощущают, что сила мысли, которая обычно активна только в будничной жизни, действительно отделяется от тела.Поначалу переживание неопределенно, но все же появляется оно так, что если его испытали, то природу его можно распознать. При возвращении в свое тело, погружаясь в физическую материю, в жизнь мозга, человек прежде всего чувствует как этот мозг оказывает сопротивление. Мы знаем, что мозг является инструментом повседневного мышления; но мы только что испытали себя снаружи его. Постепенно приходят к осмыслению слов: "Ты переживаешь себя в душевно-духовном". Переживают, как собственная голова до некоторой степени облачена в одежды своих мыслей. Узнают, что означает иметь душевно-духовное отдельно от внешней физически-телесной жизни. Сначала постигают сопротивление, оказываемое телесной жизнью. Затем знакомятся с самостоятельной жизнью вне тела. На самом деле это выглядит так, как если бы однажды водород воспринял себя вне воды. То же происходит с человеком, если он проделывает такие упражнения. И затем, если он настойчиво продолжает такие упражнения, наступает великий, значительный момент, который заключает в себе отправную точку для настоящего духовного исследования. Это момент, который глубоко потрясает и который оказывает сильнейшее влияние на всю жизнь. Этот момент может проявляться по-разному, но все же я хочу охарактеризовать его типичные черты.

Если упражняться в течение определенного времени, если обращаться с собственной душой сообразно естественно-научному образу мыслей, то наступает такой момент, - он может наступить либо в повседневной жизни, либо среди сна, - что, пробуждаясь уже знаешь: ты видишь это не во сне, ты переживаешь новую реальность.Можно пережить это таким образом, что, например, говоришь себе: "Что происходит вокруг меня? Я оказываюсь в как бы отделяющемся от меня окружении, как если бы мое тело разрушилось от подобного молнии натиска стихий, а я тем не менее, в противовес этому сохранился." Человек учится осознанию того, что все духовные исследователи во все времена называли образным выражением: достигать врат смерти. При этом переживании человек познает в образной форме - не реально, как это бывает после смерти, а именно в образной форме, - что он представляет собой как душевно-духовный человек, когда он уже не использует свое тело в качестве инструмента для восприятия мира, когда он живет только духовно-душевно.

Это потрясает, что ты со своей мыслительной силой оторвался от своего тела. И точно так же и другие силы могут быть оторваны от тела, так что душевная жизнь человека становится все богаче, все глубже.

Но одного этого упражнения, обозначенного как концентрация или бесконечное усиление внимательности, недостаточно. С помощью этого упражнения достигается следующее: с того момента, когда душа поднимается до переживания самой себя, появляются образы, которые можно назвать реальными имагинациями. Возникают картины, но такие, которые сильно отличаются от картин обычной памяти. Если в картинах обычной памяти содержится только пережитое снаружи, то эти картины поднимаются из сумеречных душевных глубин и не имеют ничего общего с тем, что можно пережить во внешнем чувственном мире. Все возражения, что можно якобы легко ошибиться и что поднимающееся тут из сумеречных душевных глубин могло быть лишь реминисценцией памяти, все эти возражения несостоятельны. Ибо духовный исследователь как раз учится действительно различать то, что может вызывать память, и то, что в корне отлично от всего, находящегося в памяти.

Конечно, когда заходит речь об этом моменте вступления в духовный мир, необходимо помнить следующее: для духовного исследования мало пригодны такие личности, которые страдают галлюцинациями, видениями или подобными болезненными душевными проявлениями и состояниями. Чем меньше человек склонен к тому, что является только реминисценцией дневной жизни, тем безопаснее, тем увереннее он продвигается вперед в области духовного исследования. И значительная часть подготовки к духовному исследованию состоит в том, чтобы научиться точно отличать все то, что только могло бы таким бессознательным и болезненным образом навязываться изнутри, от того, что может выступить благодаря духовно-научному воспитанию души как новый элемент, как духовная реальность.

Я хотел бы подчеркнуть коренное различие между видениями, подобными галлюцинациям, и тем, что созерцает духовный исследователь. Почему же так много людей верят, что они уже находятся в духовном мире, тогда как они имеют только галлюцинации и видения? Просто люди на самом деле так неохотно знакомятся с чем либо новым! Они так охотно придерживаются старого, в котором уже находятся. В галлюцинациях и видениях нам на встречу выступают болезненные душевные образы по сути дела подобно тому, как выступает нам навстречу внешняя действительность. Они тут присутствуют, они предстают перед нами. И мы в общем-то ничего при этом не делаем. Духовный исследователь по отношению к своему новому духовному элементу находится в ином положении. Я говорил о том, что духовный исследователь все силы своей души, в обычной жизни дремлющие, должен концентрировать и поднимать вверх. Но это требует напряжения душевной энергии, душевных сил не присутствующих во внешней жизни. А при вступлении в духовный мир эти силы необходимо напрягать постоянно. При галлюцинациях и видениях, напротив, характерным является то, что человек остается пассивным, ему не нужно напрягаться. Если же мы хотя бы на одно мгновение становимся пассивными в отношении духовного мира, тотчас все исчезает. Мы должны быть непрерывно деятельными, активными. Именно поэтому мы не можем обмануть себя, ибо ничто, исходящее из духовного мира, не может предстать перед нашими глазами подобно тому, как предстает перед нами видение или галлюцинация. Мы должны деятельно присутствовать повсюду, в каждой детали того, что выступает нам на встречу из духовного мира. Мы обязаны знать, как обстоит дело со всем, что мы здесь видим.Эта беспрерывная деятельность необходима для настоящего духовного исследования. И только тогда мы вступаем в мир, коренным образом отличающийся от физически-чувственного. Мы вступаем в мир, где вокруг нас присутствуют духовные существа, духовные факты.

Но для этого необходимо пройти второй этап. Отделение души от тела происходит описанным выше образом. Прояснить второй этап можно вновь с помощью естественно-научного сравнения. Когда мы отделяем водород, то сначала он существует в одиночестве, но потом вступает в соединение с другими веществами и становится чем-то совсем другим. То же самое должно совершаться с нашим духовно-душевным после отделения от тела. Это духовно-душевное должно соединиться с существами, отсутствующими в чувственном мире; именно благодаря этому оно и будет воспринимать их.

Первая ступень духовного исследования - это отделение душевно духовного от физически телесного.Вторая ступень - соединение с существами, находящимися за пределами чувственного мира. Но как раз этого в наше время и не прощают; гораздо скорее прощают разговоры о "духе вообще". Сегодня уже существует много людей, которые испытывают внутреннюю потребность признать существование чего-то духовного. Они говорят о духе, скрывающемся за внешними событиями мира, и довольны, если могут быть пантеистами. Но для духовного исследования пантеизм представляет из себя нечто подобное тому, как если бы человеку, выводя его на природу, сказали:"Посмотри-ка, все окружающее тебя здесь - это природа!", не говоря при этом: "Это деревья, это облака, это лилия, это роза ", - а восклицая только "Это природа!" - этим ведь ничего не сказано. Необходимо детально, конкретно останавливаться на фактах. Сегодня люди вполне допускают разговоры о некоем духе, присутствующем во всем. Однако сегодня очень не любят, когда говорят о том, что дифференцированы не только природные процессы в растительном, животном и человеческом царствах, но что и при вступлении человека в духовный мир тоже идет речь о конкретных деталях и фактах. Духовный исследователь обязан обращать внимание на то, что когда он вступает в духовный мир, то он вступает в мир реальных конкретных духовных существ и духовных процессов.

Нам будет необходимо еще одно упражнение - в усилении чувства самоотрешенности, самоотрешенности, которую человек испытывает и в обыденной жизни, а в особые возвышенные моменты - как религиозное служение. Но это чувство необходимо усиливать бесконечно, чтобы человек смог самозабвенно покоиться в потоке космических событий, как он это делает во сне. Как во сне он забывает любое возбуждение собственного тела, так же должен он забывать всякое возбуждение собственного тела в созерцании и медитации.

Это второе упражнение необходимо чередовать с первым. Упражняющийся совершенно забывает о своем теле не только в мыслях, но также в состоянии погасить движения чувств и воли, как и во сне погашается любая подвижность тела. Но этого состояния необходимо достигать осознанно. Добавляя это упражнение в самоотрешенности к первому упражнению, человек действительно встраивается в духовный мир с помощью пробуждающихся духовных органов чувств так же, как он вживается в мир чувственности, окружающий нас, посредством внешних чувств.

Тогда перед человеком возникает новый мир, мир, в котором он всегда присутствует своим духовно-душевным. Внутреннему взору человека открывается реальность, - реальность, которая сегодня все еще отвергается предрассудками нашего времени, но которая в такой же степени является результатом строгого научного исследования, как и эволюционное учение нового времени. Я имею в виду тот факт, что человек знакомится со своим душевно-духовным сущностным зерном, знакомится с ним так, что познает: "Еще до зачатия и рождения, прежде чем я вступил в эту жизнь, облачившую меня в это тело, я был в духовно-душевной форме в духовном царстве. Когда я пройду через врата смерти, мое тело отпадет, но то, с чем я теперь познакомился как с душевно-духовным сущностным зерном, которое может жить вне тела, пройдет через врата смерти. После того, как оно пройдет врата смерти, оно будет жить в духовном мире." Другими словами, люди уже в этой жизни, между рождением и смертью, познают бессмертную душу, осознают то, о чем известно, что оно не зависит от тела, знакомятся с миром, в который человеческая душа вступает после смерти. Однако с этим духовно-душевным сущностным зерном человека знакомятся таким образом, что это может быть описано с научной четкостью.

Когда мы созерцаем растение - как развивается семя, как возникают листья и цветы, как образуется плод, из которого потом снова возникает семя, - тогда мы обнаруживаем, что в этом семени жизнь данного растения достигает высшей точки. Наблюдая опадание цветов и листьев, видят, что остается семя, несущее в себе новое растение.Таким образом замечают, что в этом растении, которое мы видим перед собой, живет зерно нового растения. Когда же мы наблюдаем жизнь между рождением и смертью, мы учимся познавать, что в духовно-душевном развивается то, что проходит сквозь врата смерти, но что является зерном новой жизни. Как зародыш растения имеет задаток стать новым растением, так и душевно-духовное, скрывающееся в обыденной жизни, но обнаруживаемое духовной наукой, несет в себе задаток нового человека. И благодаря такому рассмотрению, в полном соответствии с естественно-научным способом мышления люди приходят к выводу о повторяемости земных жизней; знают, что вся человеческая жизнь состоит из жизни между рождением и смертью и из жизни, протекающей между смертью и новым рождением, из которой человек затем опять вступает в новую земную жизнь.

Единственным возражением против только что сказанного является вероятность гибели зерна при отсутствии условий, вызывающих его к новой жизни. Для духовной науки это возражение снимается тем, что возможность гибели зерна обусловлена его зависимостью от внешнего мира.Но в духовном мире, где для новой земной жизни созревает душевное сущностное зерно человека, нет никаких препятствий для того, чтобы душевное зерно, созревающее в земной жизни, снова появилось в другой земной жизни. Я могу лишь бегло, в нескольких словах, показать, как духовный исследователь, придерживаясь естественно-научного способа исследования, приходит к представлению о повторяемости земных жизней.

Духовную науку упрекали в буддизме, так как она говорит о повторяемости земных жизней. Так вот то, что говорит духовная наука, она получает вовсе не от буддизма, оно всецело стоит на почве современного естествознания.Но это современное естествознание она распространяет на духовную жизнь. И не ее вина, что она, никак не принимая во внимание буддизм, приходит к воззрению о повторяемости земных жизней. Она не имеет никакого отношения к тому, что в древнейшие времена, исходя из древних традиций, буддизм тоже говорил о повторении земных жизней.

В связи с этим я хотел бы обратить внимание на то, что Лессинг 5, исходя из своего зрелого многоопытного мышления, пришел к идее повторения земных жизней. В конце своей плодотворной жизни Лессинг написал труд о воспитании человеческого рода, где защищал это учение. Он говорит примерно следующее: "Нужно ли отвергать это учение лишь потому, что оно выступило на ранней заре человечества, когда его еще не затуманивали никакие предрассудки всякого рода школ и направлений?" Если Лессинг мало смутился тем, что учение о повторении жизней выступило на заре человечества, но позже было оттеснено на задний план из за различных предубеждений, то и духовной науке не следует пугаться этого учения только из-за того, что оно уже существует в буддизме. Обвинять духовную науку на этом основании в буддизме - совершенно несостоятельно.

Духовная наука из своих собственных источников исповедует учение о повторяемости земных жизней; она указывает человеку на то, что он на Земле находится во взаимосвязи со всей жизнью человечества на протяжении всей его истории. Ибо души, живущие в нас, уже были тут не раз и еще будут тут неоднократно. Мы смотрим на древние культурные эпохи, например, на времена, когда человек взирал на пирамиды. Мы знаем, что наши души уже тогда жили и они снова появятся в будущем: они принимают участие во всех эпохах человечества.

Вполне понятно, что в наши дни предубеждения людей обращаются против такого учения. Есть люди, объясняющие все так, как им хочется. Известно, что Лессинг был великий человек. Но есть люди, которым не нравится, что он пришел к идее повторяемости земных жизней на вершине своей мудрости, и поэтому они говорят: "Ну конечно, Лессинг в старости ослаб умом!" Думать так людям удобнее, чем признать:"Человек связан со всеми прошлыми и настоящими цивилизациями Земли".

Так каким же образом духовная наука предполагает внести эти знания в современную культуру? Точно так же, как и современное естествознание представляет свои открытия. Однако, выступая теперь таким образом перед человечеством, эта духовная наука подвергается таким же нападкам, каким подвергался новый естественно-научный образ мыслей. Вспомним только Коперника , Галилея и Джордано Бруно. То же самое было тогда, когда Коперник выступил с воззрениями о том, что Земля не является неподвижной, а вращается вокруг Солнца, что в действительности Солнце неподвижно по отношению к Земле. Что же тогда подумали? Подумали, что религия находится в опасности и что в следствие такого прогресса в познании религиозное благочестие человека подвергается опасности.

Некоторые церковные конфессии только лишь в ХIХ веке были вынуждены исключить учение Коперника из Индекса и признать его частью своего мировоззрения. Духовный прогресс должен в любое время сражаться против старых предрассудков. Новая духовная наука вступит в культуру человечества так же, как когда-то вступило в культуру человечества новое естественно-научное знание. Духовная наука подчеркивает тот факт, что дух можно познавать, и что человечество созрело для овладения этим знанием, так же как во времена Коперника, Галилея и Джордано Бруно человечество осознало необходимость нового познания природы, поскольку тогда человечество уже созрело для этого.

В те времена даже христианского каноника Николая Коперника обвинили в том, что он не христианин. И теперь духовную науку можно с легкостью обвинить в том, что она якобы не христианская. Слыша такое обвинение, я всегда вспоминаю одного священника, который, вступив в должность ректора университета, читал лекцию о Галилее и сказал: "В то время, когда люди выступили против Коперника, среди них были сильны религиозные предрассудки. Но тот, кто действительно религиозен, знает, что величие и свет божества не уменьшаются от того, что познание проникает в тайны Вселенной; он знает, что расширив свое познание за пределы чувственно воспринимаемого, вычислив звездные орбиты, исследовав свойства созвездий, человек только возвышает представление о Боге.".

Истинно религиозная душа в состоянии осознать, что религия лишь выиграет от того, что углубляется наукой. Духовная наука не стремится быть новой религиозной конфессией и не хочет порождать ни пророков, ни основателей религии. Время основания религий, время пророков миновало. Человечество созрело. И людей, пожелавших в будущем прийти к человечеству с пророческой миссией, ждет совсем иная судьба, нежели древних пророков. Древние пророки были по праву почитаемы в соответствии с особенностями своего времени как выдающиеся люди. Пророки современности, пожелавшие быть таковыми в древнем смысле, испытают иную судьбу:они будут высмеяны! Духовной науке не нужны пророки, ибо духовная наука в силу всей своей природы основывается на том, что высказываемое ею принадлежит глубинам человеческой души, тем глубинам, которые однако, человеческая душа не всегда может осветить. И духоиспытатель хочет просто исследовать в своей области, как обыкновенный ученый, привлекая внимание к жизненно важным темам. Духовный исследователь говорит: "Я нашел это; если ты будешь искать, то найдешь то же самое!" И все ближе и ближе времена, когда духоиспытателя признают простым исследователем, так же как теперь признают химика, биолога исследователями в своей области; разница лишь в том, что духовный исследователь работает в области, которая близка каждой человеческой душе.

Сегодня я смог лишь коротко обрисовать как происходит исследование в этой области. Но если вы глубже изучите этот предмет, то увидите, что это исследование касается важнейших для человеческой души вопросов: о человечестве и о судьбе, - вопросов, которые могут глубоко волновать людей ежедневно, ежечасно, вопросов, подвигающих человеческую душу на то, чтобы работать. А так как объекты духовного исследования связаны с глубинами человеческой души, то ему свойственно захватывать человека, соединяться с его глубочайшим внутренним, углубляя и усиливая его религиозное чувство.

Духовная наука не хочет заменить христианство, она хочет быть инструментом для постижения христианства.Так, с помощью духовной науки нам становится ясно, что Существо, называемое нами Христом, должно быть поставлено в центр всего земного бытия и что вероисповедание, называемое нами христианским, является последней религией, вечной религией для будущего Земли. Духовная наука показывает нам, в частности, что дохристианские религии перерастают свою односторонность и вливаются в религию христианства. Духовная наука не хочет заменить христианство чем-либо другим, а хочет только помочь понять христианство глубже и сердечнее.

Можно ли сказать, что Коперник, разрабатывая новую астрономическую систему мироздания в своей тихой комнатке, хотел переделать природу? Сказать такое было бы безумием. Природа осталась такой, как и была, но люди научились мыслить о природе, как то подобало новой культуре. Свою книгу, написанную о христианстве много лет тому назад, я позволил себе назвать "Христианство, как мистический факт " 8 .Тот, кто привык задумываться о вещах, которые он передает миру, не без сомнения выбирает такое название. Почему же я выбрал такой заголовок? Как раз для того, чтобы показать, что христианство не просто учение, которое можно понимать так или иначе, но что оно вступило в мир как факт, который можно понять только духовно. Как верно то, что природа через Коперника не стала иной, так же верно, что истина христианства не меняется из-за того, что духовная наука превращается в инструмент для более полного понимания этой истины чем это было возможно в минувшие времена.

Разрешите мне отметить только один момент из духовно-научного исследования христианства. Хотя я уже превысил время, отведенное мне, я прошу вас позволить мне указать еще на один конкретный пункт христианского духовного исследования.

Если взглядом духовного исследователя проследить древние, дохристианские культуры, то обнаруживается, что эти дохристианские культуры повсюду имели так называемые мистерии, места, о которых можно сказать, что они были одновременно центрами религии, искусства и науки. В те древние времена внешняя культура была устроена так, что человек никогда не проникал в духовный мир таким образом, как это я изобразил, то есть тогда внешняя культура совершенно не позволяла проникать в духовный мир с помощью духовно-научных методов, однако отдельные люди могли быть приняты в мистерии. Это были ученики, которых называли также посвященными. Их проводили к развитию свободной от тела душевной жизни.Чего же они достигали благодаря этой свободной от тела душевной жизни? Они достигали возможности переживания духовного мира и центрального момента истории земного человечества, события Христа. Внешняя наука слишком мало внимания уделяет тому, кем становились посвященные, а можно было бы показать это на многих примерах. Позвольте мне упомянуть только одно симптоматическое высказывание отца Церкви Августина 9 .Он сказал: "Христиане существуют не только с тех пор, как Христос появился на Земле, христиане были и прежде!" Подобные высказывания сегодня вызывают обвинения в ереси; и это мнение принадлежит самому Августину. Почему этот христианский учитель сказал такие слова? К некоторому осознанию того, почему он это сказал, приходишь, читая, например Платона, как он ценил мистерии, как он говорил о значении мистерий для всего существа и жизни человечества. Платон оставил нам высказывание, которое может показаться жестким: как в трясине живут души людей, пока они не посвящены в священные мистерии. Он сказал это, потому что был убежден, что человеческая душа действительно по своей сути является духовно-душевной, но что только тот, кто извлек свою душу из физического тела, благодаря мистериям видит духовный мир.Тот, кто не проник в мистерии, кажется Платону человеком, лишенным своего истинного существа. И самое главное: в древние эпохи путь через мистерии был единственным путем для проникновения в духовное из физически-чувственного.

Но сегодня все обстоит уже не так.Связь человеческой души с духовным миром испытала значительное изменение по сравнению с дохристианскими временами.То, что я рассказал вам сегодня и что каждая душа может проделать с собой для своего вступления в духовный мир, стало возможно в мире только с момента основания христианства. Только с этого времени каждая душа, применяющая то, что я представил сегодня и что содержится в названных книгах, может через самовоспитание подняться в духовный мир. До основания христианства люди нуждались в мистериях, нуждались в авторитетных наставлениях учителей. В древние эпохи самопосвящения не было. И если духовную науку спросят:"На чем основывается это коренное изменение?" - тогда она ответит, исходя из своих исследований:"Это изменение стало возможно благодаря Мистерии Голгофы". Благодаря основанию христианства человечество предстало перед реальностью, которая может быть изучена только духовно. Христа, которого прежде можно было найти только в сфере духа, когда человек при помощи мистерий покидал тело, после основания христианства каждая человеческая душа может найти посредством собственных усилий. То, что просачивалось в человеческие души посредством мистерий, это со времени Мистерии Голгофы стало достоянием каждой человеческой души.

Как это понять? Тех, о ком известно, что они пришли через мистерии: Гераклита, Платона, - отцы Церкви называют "христианами ", потому что они с помощью мистерий видели духовный мир. Духовная наука показывает нам, что в то время, как Иисус жил так, как вы можете прочесть об этом в Евангелиях, в его жизни наступил момент - крещение в Иордане, - когда Иисус преобразился. Существо (Христос), не бывшее в Нем раньше, вступило в Него и жило в Нем в течение трех лет. Это Существо, которое таким образом вошло в Него, проходит через Мистерию Голгофы (прим.: Мистерия Голгофы включает в себя события Распятия и Воскресения). Здесь сейчас не время детально описывать Мистерию Голгофы. Но духовная наука со своей вполне научной точки зрения подтверждает сказанное в Евангелиях. Благодаря происшедшему на Голгофе Существо, которое прежде можно было достичь только в духовных высотах, соединилось с земным человечеством. С того времени, как Христос прошел через смерть на Голгофе, Он живет во всех человеческих душах. Он - источник силы, благодаря которой каждая душа может найти путь в духовный мир. Человеческий род на Земле благодаря Мистерии Голгофы стал другим в отношении своей души. Христос, как Он сам говорит, пришел "свыше", но Он вступил в человеческий мир на Земле.

Духовную науку упрекают за утверждение, что Иисус будто бы не всегда был Христом, а только на тридцатом году Иисуса началась на Земле жизнь Христа. Легкомыслие и поверхностность, порожденные предубеждениями людей, выступают против духовной науки; констатация факта сталкивается с предвзятым мнением. И так почти во всем, что говорят оппоненты о позиции духовной науки по отношению к христианству.

Не должны ли мы сказать: "Только на третьем году жизни человек начинает помнить себя"? Но разве следует сделать из этого вывод, будто того, что позже появилось в человеке, в нем раньше не было? Когда говорят о вступлении Христа в Иисуса, отрицают ли, что Христос был соединен с Иисусом начиная с рождения? Как не отрицается это, так не отрицается и то, что в ребенке есть душа еще до того, как она, эта душа, так сказать, пробуждается в нем в течение третьего года жизни. Понимающий то, что говорит духовная наука, уже не будет ее противником.

Далее, духовную науку обвиняют в том, что она делает Христа космическим Существом. Но она лишь выводит взгляд земного человека за пределы чисто земных физических вопросов в дали Вселенной, чтобы он и духовно охватил своим знанием Вселенную так, как Коперник своим знанием охватил внешний мир. Потребность духовной науки включить в это свое знание то, что для нее является самым святым, отвечает и религиозному чувству, и одновременно глубокому научному чувству. До Коперника люди судили о движении во Вселенной по тому, что видели; потом они научились судить независимо от чувственного мира. Какое преступление в том, что духовная наука сделала то же самое в отношении духовных вопросов человечества? До сих пор люди судили о христианстве, о жизни Христа Иисуса лишь так, как это им было доступно. Духовная наука хочет расширить взгляд человека до космических духовных далей. К познанному до сих пор она добавляет то, что она может сказать о Христе, исходя из духоведения. Духовная наука познает в Христе Существо, Которое вечно, Существо, Которое только один раз вошло в человеческое тело и Которое отличается от остальных людей тем, что Оно не проходит через повторение земных жизней. Христос только один раз вошел в человеческое тело и теперь соединен с душами людей.

Странную ошибку совершают те, кто борется с духовной наукой с точки зрения христианства. Пусть однажды спросят у духовной науки, борется ли она с тем, что можно найти внутри христианства! Она подтверждает все, на чем зиждется христианство. Но к этому она добавляет и нечто другое. Запрещать это другое не значит настаивать на христианстве, но это значит настаивать на ограниченности христианства; это значит поступать так, как поступали те, кто о Копернике, Галилее и о Джордано Бруно говорил то, что я уже приводил выше. Можно легко увидеть, какая логическая ошибка лежит в основе этих высказываний. Те, кто приходит и заявляет: "Ведь вы говорите о космическом Христе, живущем также и в далях Вселенной, поэтому вы гностик ", совершают ошибку, аналогичную следующей. Допустим, что один человек задолжал мне 30 крон.Теперь он отдает мне деньги, но отдает 40 крон, потому что 10 крон он добавляет мне взаймы. Если я теперь скажу:"Он не выплатил мне долг, ведь он дал мне не 30, а 40 крон" - не глупую ли ошибку я совершаю?! Но если люди приходят и говорят защитникам духовной науки: "Вы говорите нам не только то, что говорим о Христе мы, но вы добавляете к этому еще нечто", - то эти люди не замечают, какую чудовищную ошибку они совершают, потому что они высказываются исходя из своего пристрастия, а вовсе не объективно. Пусть они лучше скажут о том, имеют ли для них значение открытия духовной науки. И это уже будет зависеть от осознания ими своих потребностей. Можно было бы, конечно, отвергнуть так же и Коперника, Галилея и Джордано Бруно. Но нельзя утверждать, что духовная наука не может внести вклад в изучение христианства или что она враждебна ему.

И еще необходимо сказать, если речь идет об отношении духовной науки к христианству. Человечество изменяется, продвигаясь в отдельных человеческих жизнях от эпохи к эпохе. Наши человеческие души проходили через земные жизни в те эпохи, когда Христос еще не был соединен с Землей и они будут продолжать проходить через земные жизни, в которых Христос уже соединился с Землей. Теперь Христос живет в каждой человеческой душе. И если человеческая душа все больше и больше углублется, снова и снова проходя через земные жизни, то она становится все более самостоятельной и все более внутренне свободной. Поэтому она и нуждается все в новых инструментах для понимания древних истин, она должна все дальше продвигаться вперед, исходя из этой внутренней свободы. Так что необходимо сказать: Именно потому, что духовная наука познает глубину, истину и значение христианства, она так уверенно возвещает эти древние христианские истины в новой форме. Пусть тот, кто не желает расставаться со своими предрассудками, полагает, что духовная наука наносит христианству вред. Тот кто внимательно вникнет в культуру современности, обнаружит, что именно те люди, которые не могли быть христианами по-старому, благодаря духовной науке смогли убедиться в истине христианства. Ибо то, что духовная наука в состоянии сказать о христианстве, она может сказать каждой душе, потому что Христос, о Котором говорит духовная наука, может быть найден в каждой человеческой душе. Но она может также сказать и то, что признает Христа Существом, однажды реально вступившим в человеческие души, в земной мир благодаря Мистерии Голгофы. Вера не должна страшиться знания, так как объекты веры, восходящие к духу, не должны страшиться света знания. И таким образом духовная наука завоюет для христианства те души, которые могут прийти к нему, только если к ним обратится не пророчествующий основоположник религии, а простой ученый, указывающий на то, что можно найти в области духовной науки, и заставляющий звучать струны, существующие в каждой душе.

Духовным исследователем может стать каждый человек; пути для этого вы можете найти в вышеназванных книгах. Но даже тот, кто не является духовным исследователем, может проникнуться этой истиной, если он позволит истине непредвзято воздействовать на себя, иначе он не сможет освободиться от предубеждений. Все истины заложены в душе человека. Может быть, не каждый человек имеет возможность созерцать духовную истину как духовный исследователь, но если уж наше мышление выходит за рамки чувственного мира, то оно позволит нам понять и духовного исследователя, желающего обратить наше внимание на исследуемое им на его духовном пути. А он хочет обратить внимание только на то, что есть истины, которые могут прорастать в каждой душе, ибо они в каждой душе уже заложены.

В заключение я хотел бы сказать еще о том, как духовная наука встраивается в культурную жизнь современности. Духовная наука действительно согласуется с естественно-научным характером представления и мышления, и она желает проявить себя в современной культуре так же, как предстали перед своей эпохой церковный каноник Коперник, Галилей и Джордано Бруно. Представьте себе Джордано Бруно. Что он, собственно, сделал? Прежде чем он появился и высказал свои столь значительные для развития человечества слова люди уже заглянули во Вселенную. Они говорили о звездной сфере на основе того, что видели. Они говорили о голубом небосводе, ограничивающем Вселенную. Коперник, Галилей, Джордано Бруно имели мужество разрушить чувственную иллюзию и создать новое мышление. Что же, по сути дела, Джордано Бруно сказал своим слушателям? Он сказал: "Посмотрите на голубой небосвод, вы сами создаете эту небесную твердь ограниченностью своего познания. Ваши глаза видят только до этой грани, и ваши глаза эту грань и создают!" Джордано Бруно расширил взгляд человека за пределы этой границы. Он осмелился указать на то, что вечные звездные миры являются частью бесконечных космических далей.

Что должен делать духовный исследователь? Позвольте мне выразить это скромно, в соответствии с новым духовным развитием. Духовный исследователь должен указывать на временной небосвод, на границы человеческой жизни рождение и смерть, он должен говорить: "Внешний взгляд видит в рождении и смерти некий временной небосвод вследствие ограниченности человеческого рассудка и возможности восприятия". Но, подобно Джордано Бруно, он должен указывать на то, что этого небосвода на самом деле нет, а воображают его только от ограниченности человеческого воззрения. Как Джордано Бруно указал за пределы предполагаемой ограниченности Космоса, на то, как бесконечные миры являются частью космических далей, так и духовный исследователь должен указывать на то, что за несуществующей границей рождения и смерти таится бесконечность времени и что в него включена вечность человеческой души, вечное существо человека, переходящее от жизни к жизни. Тут духовная наука находится в полной гармонии с теми импульсами, которые принесли изменения в естественную науку.

Позвольте мне в этом городе еще раз обратить внимание на то, что духовная наука хочет не основать религию, а более религиозно настроить душевную жизнь и что она как раз ведет ко Христу как Сущности, стоящей в центре религиозной жизни. И тот, кто боится, что духовная наука может якобы разрушить религиозное сознание, тот подобен человеку, который подошел бы к Колумбу, когда тот отправлялся в Америку - позвольте использовать такое сравнение - и сказал бы: "Зачем тебе открывать Америку? Здесь, в нашей старой Европе, так прекрасно восходит Солнце; разве мы знаем, восходит ли Солнце в Америке, греет ли оно людей, освещает ли оно землю?" Но тому, кто вник в смысл физического земного бытия, известно, что Солнце светит во всех странах. И тот, кто боится за христианство, подобен человеку, пугающемуся открытия новой страны, потому что он думает, что, может быть, там не светит Солнце. Тот, кто действительно несет в своей душе Христа-Солнце, тот знает, что хотя бы открывались еще области, будь то области природы или духа, Америка духа никогда не будет открыта, если истинно религиозная жизнь не пожелает отдать себя средоточию земного бытия, Христу-Солнцу, и если Христос-Солнце не будет светить, освещая души, согревая и воспламеняя их.Только тот, чье религиозное чувство и без того слабо, может бояться, что это религиозное чувство может ослабеть или умереть в новой ситуации. Но тот, кто крепок в своем подлинном чувстве переживания Христа, не испугается знания, не побоится что знание каким-то образом повредит вере.

Упованием на это живет духовная наука. В уповании на это духовная наука обращается к культуре современности. Ибо она знает, что это истина и никакое исследование не может угрожать истинному религиозному мышлению и чувству, лишь слабая религиозность может чего-то бояться. Духовная наука знает, что чувству истины можно доверять. Пройдя через события, потрясающие душу, духовный исследователь знает, что живет в глубинах человеческой души. В своих исследованиях он обретает веру в человеческую душу, он видит, что человеческая душа имеет теснейшее сродство с истиной. Поэтому, несмотря на то, что знамения современности выступают против духовной науки, он верит в ее окончательную победу. И он уповает в этом на человеческую душу, проникнутую любовью к истине и подлинной религиозностью.

Норчепинг, 13 июля 1914 г.

Ариманический обман.

— В обращении к публичной аудитории сегодня по наиболее важному вопросу нашего времени, делает большое различие, если говорят из знания глубинных сил Мировой исторической эволюции, то есть из посвящения-науки, или говорят без такого знания. Это относительно легко говорить о современных вопросах, если полагаются на данные внешнего знания, которые считаются научными, практическими и так далее. Это, однако, чрезвычайно трудно говорить о таких вопросах с точки зрения посвящения-науки из которой действительно выведено то, с чем мы должны иметь дело на таких собраниях как наше сегодня.

Из различных утверждений, которые были сделаны здесь и которые вы также обнаружите в некоторых из моих курсах-лекциях, вы знаете, что мы должны поместить начало нашего соврменного периода в середине пятнадцатого столетия. Мы всегда называли этот период — в котором мы действительно находимся только в начале — пятая после-Атлантическая эпоха. Она заместила Греко-Латинскую эпоху, которую мы отсчитываем с середины восьмого столетия до Р.Х. до середины пятнадцатого столетия; и далее еще назад, мы имеем Египетско-Халдейскую эпоху. Я указал это только, чтобы вы могли вспомнить где, в человеческой эволюции как целое, мы помещаем эпоху, в которой мы ощущаем себя стоящими как современные люди.

Теперь, вы знаете, что в конце первой трети Греко-Латинской эпохи, имела место Мистерия Голгофы. И со многих различных аспектов мы охарактеризовывали, что действительно свершилось для человеческой эволюции через Мистерию Голгофы, фактически для всей эволюции Земли. Сегодня, в этот обширный исторический обзор мы поместим различные вещи, касающиеся человечества, которые связаны с этой Мистерией.

Имея это в виду, давайте взглянем назад в гораздо более ранние времена, скажем в века около начала третьего тысячелетия до Р.Х… Вы осознаете, как мало говорится во внешней исторической традиции об этой ранней эволюции человеческой расы на Земле. Вы знаете также, как исторические документы указывают на Азию, на Восток. Из многих Антропософских источников, вы узнаете, что чем дальше мы уходим назад в человеческой эволюции, тем больше мы обнаружим различную конституцию человеческой Души и нечто, подобное изначальной мудрости, лежащей в основе всей эволюции человечества. Вы знаете, далее, что определенные традиции древней мудрости человечества были сохранены в тесных тайных кругах, прямо в девятнадцатое столетие. Они сохранены в наше собственное время — но, для наибольшей части, совсем не верно.

Когда современный человек узнает нечто из такой изначальной мудрости, он поражается глубинами реальностей, к которым она указывает. Еще в течение изучений, которым мы следовали многие годы, было показано, что такая широко распространенная мудрость-учение древних времен всегда контрастировала с пониманием жизни и Мира, которым обладал древний Еврейский народ и который носил совершенно иной характер. С определенной справедливостью широко распространенная изначальная мудрость описывается как языческий элемент и противоположный этому Еврейский элемент. Из внешних традиций и литературы вы осознаете, как Христианский элемент затем возник из Еврейского.

Вы уже можете собрать из этих внешних фактов то, что я прошу вас запомнить в уме, а именно что это было существенным в человеческой эволюции конфронтировать древнему языческому элементу и его мудрости с Еврейским элементом, из которого Христианство развилось частично во всех случаях. Изначальная языческая мудрость в своей полноте не была предопределена иметь единственное влияние на дальнейшую эволюцию человечества. И теперь может возникнуть вопрос: почему должна была древняя языческая мудрость, которая во многих отношениях является такой великолепной, пережить новую форму, трансформацию через Иудаизм и Христианство? Такой вопрос неизбежно возникает.

Ответ доставляется инициации-мудрости только через очень, очень весомый факт, через событие, которое имело место давно в Азии, в начале третьего тысячелетия до-Христианской эры. Ясновидение обнаруживает во взирании назад, что инкарнация сверх-человеческого Существа в человеческом существе имела место там также, как в событии Голгофы инкарнация сверх-человеческого Существа Христа имела место в человеке Иисус из Назарета. Инкарнацию, которая имела место в начале третьего тысячелетия до Р.Х. чрезвычайно трудно проследить, даже с наукой ясновидения, инициации. Она дала человечеству нечто огромного блеска, имеющее острый эффект. То, что она дала человечеству, фактически было изначальной мудростью.

Рассматривая внешне, можно сказать, что это была мудрость, проникающая глубоко в реальность; холодная, основанная на идеях, мало проникнутая чувством. Действительная внутренняя природа этой мудрости может быть оценена только идя назад к той инкарнации, которая имела место давно в Азии в начале третьего до-Христианского тысячелетия. Ретроспективному ясновидческому взору открывается, что это была действительная человеческая инкарнация Люциферической силы.

И эта инкарнация Люцифера в человечестве, которая была достигнута определенным образом, была источником широко распространенной мудрости третьей после-Атлантической цивилизации.

Существовал еще после-эффект даже в Греческие времена широко распространенного культурного импульса, который был произведен из Азиатского, Люциферического существа. Люциферическая мудрость была наибольшей пользы для человека в ту эпоху эволюции — блестящей определенным образом, градуированной соответственно по различным народам и расам, среди которых она была распространена. Она была прямо распознаваемой через всю Азию, затем в Египетской цивилизации, Вавилонской цивилизации и даже в культуре Греции.

Все, что было возможно человечеству того времени в мысли, в области поэзии, в деяниях было определенным образом определено через вхождение этого Люциферического импульса в человеческую цивилизацию.

Это было бы, конечно, чрезвычайно обывательски желать сказать: то была инкарнация Люцифера, следственно мы должны бежать от нее! Такая обывательность может заставить также бежать от красоты и величия, которое пришло к человечеству из этого Люциферического течения, ибо плоды Греческой культуры со всей ее красотой происходили, как уже сказано, из этого течения эволюции. Вся Гностическая мысль, существующая ко времени Мистерии Голгофы, впечатляющая мудрость, бросающая свой свет глубоко в Космические реальности — это все Гностическое знание было инспирировано импульсом, приходящим из Люциферических сил. Не должно говорить, что Гностическая мысль является следовательно ложной; ее только характеризуют говоря, что она проникнута Люциферическими силами.

Затем, значительно более чем две тысячи лет после Люциферической инкарнации, пришла Мистерия Голгофы. Может быть сказано, что люди, среди которых распространился Импульс этой Мистерии, были все еще полностью насыщены в своем мышлении и чувствовании тем, что пришло из импульса Люцифера. И теперь в эволюцию цивилизованного человечества вошел полностью другой импульс, Импульс происходящий от Христа. Мы часто говорили о том, что этот Импульс Христа означает внутри цивилизованного человечества. Христос-Импульс — я только коснусь этого сегодня — был принят сердцами и умами, которые я только что охарактеризовал. Эти вещи должны быть рассмотрены без предосуждения; противным образом, не является действительно возможным понять особенный способ, в котором Христианский Импульс был получен в первые столетия нашей эры.

Как Люциферический импульс начал блекнуть все больше и больше, люди стали также все более неспособными абсорбировать Импульс Христа верным образом. Рассмотрите, как много стало материалистическим в течение современного времени. Но если вы спросите себя, что в особенности стало материалистическим, вы должны получить ответ: огромная часть современной Христианской теологии. Ибо это есть просто наисильнейший материализм, когда она не видит Христа в человеке Иисус из Назарета. Она видит только человеческое существо, «простого человека из Назарета», которого можно понять, если возвысить себя немного к некоторому сорту высшего понимания. Чем больше человек Иисус из Назарета мог быть рассматриваем как обычное человеческое существо, принадлежащее к рангам других замечательных личностей, тем лучше это удовлетворяет определенную материалистическую тенденцию современной теологии. Из сверх-чувственного элемента события Голгофы современная теология желает признать мало, очень мало.

Импульсы, входящие в человечество из Люциферического источника погружались постепенно вниз в Душу. С другой стороны, однако, другой импульс, который мы называем Ариманическим, возрастает все сильнее и сильнее в современные времена. Он станет еще более сильным в близком будущем и в будущие века. Ариманический импульс происходит от сверх-чувственного Существа, отличного от Существа Христа или Люцифера. Равно со «сверх-чувственный» можно сказать «под-чувственный» — но это не есть главное здесь. Влияние этого Существа становится особенно мощным в пятой после-Атлантической эпохе. Если мы взглянем на запутанные условия последних лет, мы обнаружим, что люди были приведены к таким хаотическим условиям через Ариманические силы.

Так же, как имела место инкарнация Люцифера в начале третьего до-Христианского тысячелетия, как имела место инкарнация Христа ко времени Мистерии Голгофы, также будет иметь место Западная инкарнация Ариманического существа немного времени спустя после нашего настоящего Земного существования, в действительности, в третьем после-Христианском тысячелетии. Чтобы сформировать верную концепцию исторической эволюции человечества в течение приблизительно шести тысяч лет, должно осознать, что на одном полюсе стоит Люциферическая инкарнация, в центре инкарнация Христа, а на другом полюсе Ариманическая инкарнация. Люцифер есть сила, которая возбуждает в человеке все фанатическое, все ложные мистические силы, все, что физиологически склонно привести кровь в беспорядок и так возвысить человека над и вне самого себя. Ариман есть сила, которая делает человека сухим, прозаическим, обывательским — которая костенеет его и приводит его к предрассудку материализма. И истинная природа и сущность человека есть, по сути, усилие удерживать баланс между силами Люцифера и Аримана; Импульс Христа помогает человечеству установить такое равновесие.

Эти два полюса — Люциферический и Ариманический — непрерывно присутствуют в человеке. Рассматривая исторически, мы обнаружим, что Люциферический преобладал в определенных течениях культурного развития до-Христианского века и продолжался в первые столетия нашей эры. С другой стороны Ариманическое влияние было в действии начиная с середины пятнадцатого столетия и будет возрастать в силе вплоть до фактической инкарнации Аримана, которая будет иметь место среди Западного человечества.

Теперь, это есть характеристика таких вещей, что они подготавливаются задолго заранее. Ариманические силы подготавливают эволюцию человечества таким образом, что она может стать жертвой Аримана, когда он появится в человеческой форме внутри Западной цивилизации — с трудом тогда должной быть названной «цивилизация» в нашем смысле — как однажды Люцифер появился в человеческой форме в Китае, как однажды Христос появился в человеческой форме в Малой Азии. Бесполезно предаваться иллюзиям сегодня об этих вещах. Ариман появится в человеческой форме и единственный вопрос есть, как он найдет все человечество подготовленным. Обеспечат ли его подготовления для него как последователей все человечество, которое сегодня называет себя цивилизованным, или он обнаружит человечество, которое может оказать сопротивление. Это не поможет вовсе предаваться иллюзиям. Люди сегодня бегут от истины и невозможно дать ее им в неприкрытой форме, потому что они бы обсмеяли ее и глумились над ней. Однако если дать ее им через «Троичный социальный организм», как сейчас пытаются сделать, тогда они не будут иметь ее в любом случае — не большинство, по крайней мере. Факт, что люди отвергают такие вещи есть просто одно из средств, которое Ариманические силы могут использовать и которые дадут Ариману наиболее возможное последование, когда он появится в человеческой форме на Земле. Такое пренебрежение весомейших истин есть точно то, что выстроит Ариману наилучший мост к успеху его инкарнации. И ничто не поможет нам найти верную позицию в отношении роли, играемой Ариманом в человеческой эволюции, исключая непредвзятое изучение сил, через которые действует Ариманическое влияние как и изучение познать силы, через которые человечество может вооружить себя против искушения и заблуждения. По этой причине мы бросим короткий взгляд сегодня на различные вещи, которые способствуют поддержке Ариману и которые Ариманические силы, действующие из сверх-чувственных Миров через человеческие умы, особенно задействуют для того, чтобы сделать его последование настолько многочисленным, насколько возможно.

Одно из средств есть то — что не осознается, что является актуальным значением для человека, определенных видов мысли и концепции, которые преобладают в современные времена. Вы знаете, конечно, что существует большое различие между способом, которым человек ощущал себя пребывающим со всем Космосом, скажем, в Египетский век и даже во времена Греции и как он ощущает начиная с начала современного века, начиная с окончания Средних Веков. Представьте себе хорошо-инструктированного древнего Египтянина. Он знал, что его тело было составлено не только из компонент, которые существуют здесь на Земле и которые воплощены в животном царстве, растительном царстве, минеральном царстве. Он знал, что силы, которые он видел в Звездах вверху, действовали в его существе; как человек он ощущал себя членом всего Космоса. Он ощущал весь Космос не только оживленным Жизнью, но одушевленным и преисполненым Духом; в его сознании жило нечто из Духовных существ Космоса, из Душе-природы Космоса и его Жизни. Все это было потеряно в ходе позднейшей человеческой истории. Сегодня человек смотрит с Земли вверх на Звездный мир и для него он наполнен неподвижными звездами, солнцами, планетами, кометами и так далее. Но какими средствами он изучает все, что смотрит вниз на него из Космического пространства? Он изучает это с математикой, с наукой механики. Что располагается вокруг Земли лишено Духа, лишено Души, даже Жизни. Это есть огромный механизм, фактически, только долженствующий быть понятым при помощи математических, механических законов. С помощью этих математических, механических законов мы понимаем его замечательно! Ученик Духовной науки есть несомненно как раз тот, кто ценит достижения Галилео, Кеплера и других, однако то, что пронизывает человеческое понимание и сознание через догматы этих великих Духов в человеческой эволюции только показывает Вселенную как огромный механизм.

Что это означает, открывается только тому, кто способен осознать человека в его целостной природе. Это очень хорошо для астрономов и астрофизиков представить Вселенную как механизм, который может быть понят и рассчитан математической формулой. Это действительно то, во что человек будет верить во время от пробуждения утром вплоть до отправки в постель ночью. Но в тех неосознанных глубинах, которые он не достигает своим бодрствующим сознанием, но которые все же принадлежат его существованию и в которых он живет между засыпанием и пробуждением, нечто, полностью отличное касательно Вселенной вливается в его Душу. В человеческой Душе живет знание, которое хотя и неизвестное бодрствующему сознанию, все же присутствует в глубинах и формированиях Души — знание Духа, Жизни Души и Жизни Космоса. И хотя в своем бодрствующем сознании человек не знает ничего из того, что происходит в общении с Духом, Душой и Жизнью Вселенной пока он спит — в Душе вещи есть здесь; они живут внутри нее. И многое из огромного разлада, ощущаемого современным человеком выводится из дисгармонии между тем, что Душа переживает и тем, что бодрствующее сознание удостоверяет как свою Миро-концепцию.

А что весь Дух и суть Антропософской Духовной науки говорит об этих вещах? Он говорит: что идеи Галилео, Кеплера принесли человечеству является грандиозным и могущественным, но не абсолютной истиной, никоим образом абсолютной истиной. Это есть один аспект Вселенной, одна сторона с определенной точки зрения. Это только через высокомерие современного человека люди говорят сегодня: «Птоломеевская Миро-система — ребячество; это есть то, что люди имели, когда они были детьми. Мы совершили такие большие шаги — прямо „к Звездам“ и это есть то, что мы теперь принимаем как абсолютное». Это является также мало абсолютным как и Птоломеевская система была абсолютной, это есть один аспект. Единственно верный взгляд — согласно Духовной науке — это есть осознать, что все то, что принимается путем только Миро-математики, только Миро-механики, только Миро-схематизмом механического порядка, не снабжает человека абсолютной истиной о Вселенной, но только иллюзиями. Иллюзии являются необходимыми, потому что человечество проходит через варьирующиеся формы обучения в своих различных стадиях эволюции. Для современного обучения нам необходимы такие иллюзии математической природы о Вселенной, мы должны приобрести их, но мы должны знать, что они есть иллюзии. И наиболее всего они являются иллюзиями, когда мы перемещаем их в наше ежедневное окружение, когда в соответствии с атомическими или молекулярными теориями, мы даже стремимся создать некий вид астрономии для субстанций Земли. Верное отношение касательно всей современной науки, постольку, поскольку она мыслит по таким направлениям, будет распознать, что ее знание есть иллюзия.

Теперь, для того, чтобы его инкарнация могла принять наиболее выгодную форму, наибольшим интересом Аримана есть то, что люди должны совершенствовать себя во всей нашей иллюзорности современной науки, но без знания того, что это есть иллюзия. Ариман имеет наиболее возможный интерес в инструктировании людей в математике, но не в инструктировании их, что математически-механические концепции Вселенной есть только иллюзии. Он интенсивно заинтересован в донесении до людей химии, физики, биологии и так далее, как они представлены сегодня во всех их замечательных эффектах, но он заинтересован заставить людей верить, что они являются абсолютными истинами, не то, что они есть только точки зрения, подобно фотографиям с одной стороны. Если вы фотографируете дерево с одной стороны, это может быть корректной фотографией, все же это не дает картину всего дерева. Если вы фотографируете его с четырех сторон, вы можете в любом случае получить идею о нем. Чтобы скрыть от человечества это в современной интеллектуальной, рационалистической науке с ее добавлением предрассудочного эмпиризма, имеют дело с великой иллюзией, обманом — то, что люди не должны распознать, это является величайшим возможным интересом Аримана. Это было бы триумфальным переживанием для него, если научный предрассудок, который захватывает все круги сегодня и которым люди даже желают организовать свою социальную науку, должен был бы преобладать в третьем тысячелетии. Он имел бы величайший успех, если он мог бы затем прийти как человеческое существо в Западной цивилизации и обнаружить научный предрассудок.

Однако я прошу вас не выводить ложных заключений из того, что я только что сказал. Это было бы ложное заключение избегать науки сегодня; это было бы наиболее ложное заключение, которое могло бы быть выведено. Мы должны познать науку; мы должны получить точное знание обо всем, что приходит из этого направления — но с полной сознательностью, что мы получаем иллюзорный аспект, иллюзию, необходимую для нашего обучения как людей. Мы не обезопасим себя против Аримана избегая современной науки, но учась познавать ее характер. Ибо современная наука дает нам внешнюю иллюзию Вселенной и нам необходима эта иллюзия. Не воображайте, что мы не нуждаемся в ней. Мы должны только наполнить ее с совершенно другой стороны актуальной реальностью, приобретенной через Духовное исследование, мы должны подняться из иллюзорного характера к истинной реальности. Вы обнаружите ссылку во многих моих лекциях-курсах на то, что я говорю вам сегодня и вы увидите как везде искалось войти полностью в науку нашего времени, однако чтобы возвысить ее к сфере, где можно видеть ее реальную ценность. Вы не можете желать избавиться от радуги, потому что вы знаете, что это должно быть иллюзией света и цвета! Вы не поймете ее, если вы не осознаете ее иллюзорный характер. Но это есть как раз то же самое со всем, что современная наука дает нам для нашего представления Вселенной, она дает только иллюзии и это должно быть распознано. Обучая себя через такие иллюзии достигают реальности.

Это, затем, представляет одно из средств, используемых Ариманом чтобы сделать свою инкарнацию настолько эффективной, насколько возможно — это удерживание человека назад в научном предрассудке.

Вторым средством, которое он задействует, есть возбудить все эмоции, которые расщепляют людей на малые группы — группы, которые атакуют одна другую. Вам нужно только взглянуть на конфликтующие партии, которые существуют сегодня и если вы непредосудительны, вы распознаете, что объяснение не должно быть найдено только в человеческой природе. Если люди честно стараются объяснить так называемую Мировую войну через дисгармонии, они распознают, что с тем, что они найдут в физической человечности, они не могут объяснить ее. Это именно здесь, «сверх-чувственные» силы, Ариманические силы были в действии.

Эти Ариманические силы действуют в действительности, где-угодно дисгармонии возникают между группами людей. Теперь возникает вопрос, на каком фундаменте большинство из того, что мы рассматриваем, основывается?

Давайте продолжим из очень характерного примера. — Современный пролетариат имеет своего Карл Маркса. Рассмотрим поближе, как доктрины Карл Маркса были распространены среди пролетариата, с Марксистской литературой, достигающей практически неизмеримых пропорций. Вы обнаружите все методы нашей науки современности использованными в книгах; все есть строго доказано, так строго доказано, что многие люди, о ком никогда не предполагалось бы, выпали жертвой Марксизма. Что было действительным предназначением Марксизма? Он распространился сначала, как вы знаете, среди пролетариата и был твердо отвергнут университетской наукой. Сегодня имеется уже число университетских ученых, которые развернулись кругом, чтобы подтвердить Марксистскую логику. Они привержены ей, потому что ее литература доказала, что ее заключения находятся в замечательном согласии, что с точки зрения современной науки Марксизм может быть вполне четко доказан. Средне-классовые круги к сожалению не имели Карл Маркса, который мог бы доказать противоположное для них; ибо как возможно доказать идеологический характер или право, моральность и так далее, теорию прибавочной стоимости и материалистическое историческое исследование с Марксистской точки зрения, также возможно доказать их точную противоположность. Средне-классовый, буржуа-Маркс был бы вполне способен доказать точную противоположность тем же самым строгим методом. Нет никакого надувательства или мошенничества в этом; доказательство сработало бы верно.

Откуда это происходит? Это происходит от того факта, что современное человеческое мышление, современный интеллект, располагается на стратуме, уровне бытия, где он не достигает вниз до реальности. Поэтому можно доказать нечто совершенно строго и также доказать ему противоположное. Сегодня возможно доказать спиритуализм с одной стороны и материализм с другой. И люди могут бороться друг против друга из равно хороших точек зрения, потому что интеллектуализм современности находится на более высоком уровне реальности и не снисходит вниз, в глубины бытия. И это есть то же самое с партийными мнениями. Человек, который не смотрит глубоко, но просто позволяет себе быть принятым в определенный партию-круг — по причине своего образования, наследственности, обстоятельств жизни и положения — вполне искренне верит — или так он думает — в возможность доказательства догматов партии, в которую он проскальзывает, как он говорит. И затем — затем он борется против кого-нибудь еще, кто проскользнул в другую партию! И один также как раз прав, как и другой. Это вызывает хаос и путаницу, сметение у человечества, которое постепенно становится все больше и больше, пока человек не увидит ее насквозь. Ариман использует такую путаницу, сметение для того, чтобы подготовить триумф своей инкарнации и вести людей с возрастающей силой в то, что они обнаружат таким трудным чтобы осознать — а именно, что интеллектуальным или современным научным размышлением сегодня можно доказать любую вещь и равно хорошо доказать ее противоположность. Главным для нас является распознать, что все может быть доказано и по этой причине изучение доказательств продвинуть вперед в науку сегодня. Это есть только в естественной науке, что реальность показывается фактами; ни в какой другой области нельзя рассматривать интеллектуальные доказательства действительными. Единственный путь избежать опасности, которая угрожает, если принимают соблазны Аримана и его желание вводить людей глубже и глубже в такие вещи, является осознать через Антропософскую Духовную науку, что человеческое знание должно быть разыскиваемо в стратуме, уровне более глубоком, чем тот, в котором возникает действительность наших доказательств. И так для того, чтобы создать разногласия, Ариман также использует то, что развивается из древних условий наследственности, которые человек действительно перерос в пятой после-Атлантической эпохе. Ариманические силы используют все, что выведено из древних обстоятельств наследственности для того, чтобы наставить людей друг против друга в конфликтующих группах. Все, что приходит из древних различий семьи, расы, племени, народов используется Ариманом чтобы создать путаницу, сметение. «Свобода для каждой нации, даже для наименьшей…». Это были красиво-звучащие слова. Однако силы, враждебные человеку всегда используют красивые слова чтобы внести путаницу, сметение и для того, чтобы достичь вещей, которые Ариман желает достичь для своей инкарнации.

Если мы спросим: Кто возбуждает нации одну против другой? Кто поднимает вопросы, которые направляют человечество сегодня? — Ответ есть: Ариманический обман, который разыгрывается в человеческой жизни. И в этой области люди очень легко позволяют себе быть обманутыми. Они не желают снизойти к более низкому стратуму, уровню, где реальность должна быть найдена. Ибо, вы видите, Ариман искуссно подготавливает свою цель заранее; даже начиная с Реформации и Ренессанса, экономист возникает в современной цивилизации как представительный руководящий П. Это есть исторический факт. Если вы вернетесь назад, к древним временам, даже к тем, которые я охарактеризовал сегодня как Люциферические — кто был руководящим типом тогда? Посвященные. Египетские фараоны, Вавилонские правители, Азиатские правители — они были посвященными. Затем священник-тип возник как руководитель и священник-тип был действительно руководителем прямо вплоть до Реформации и Ренессанса. Начиная с того времени экономист был командующим. Правители являются в действительности только мастеровыми, подчиненными экономистов. Не должно представлять, что правители в современные времена есть нечто, кроме как подчиненные экономистов. И все, что результирует путем закона и правосудия — нужно только изучить это внимательно — есть просто следствие того, что обдумывали экономически ориентированные люди. В девятнадцатом столетии «экономический» человек замещается впервые человеком мыслящим в терминах банков и в девятнадцатом столетии создается впервые организация финансов, которая затопляет любое другое взаимоотношение. Должно только быть способным взглянуть в эти вещи и последить их эмпирически и практически.

Все, что я утверждал во второй публичной лекции здесь (Социальное будущее, 25 Октября 1919) глубоко истинно. Можно было бы пожелать, чтобы это было прослежено во всех деталях; тогда было бы видно, как фундаментально истинны эти вещи. Но как раз потому что возникло такое правление только «символа для твердых товаров» (деньги), Ариману было дано другое существенное средство для обмана человечества. Если люди не осознали, что права-государство и организм Духа должны быть установлены против экономического порядка, вызванного через экономистов и банки, тогда снова, через такое отсутствие осознания, Ариман найдет важный инструмент для подготовки своей инкарнации. Его инкарнация несомненно приходит и такое отсутствие прозрения позволит ему подготовить ее триумфально.

Такие средства могут быть использованы Ариманом для определенного типа человека. Но существует другой тип — действительно оба часто смешаны в одной личности — и это также с другого направления обеспечивает Ариману легкий путь к успеху.

Теперь, это есть факт, что в реальной жизни, тотальные ошибки не являются такими вредными, как полу-истины или четверть-истины. Тотальные ошибки вскоре видны насквозь, в то время как полу-истины или четверть-истины заблуждают людей. Они живут с ними, эти частичные истины становятся формовкой жизни и причиной наиболее ужасного опустошения.

Сегодня существуют люди, которые не осознают односторонность Галилео-Коперниковской Миро-концепции или которые по меньшей мере не видят ее иллюзорный характер или слишком беспечны, чтобы изучить ее. Мы уже показали как неправильно это есть. Но существуют также сегодня люди, неисчислимые люди, которые удостоверяют полу-истину, очень значимую полу-истину и которые не входят в вопрос чисто гипотетического подтверждения ее. Странно, как это может показаться многим людям, это является уже как одно-сторонним рассматривать Мир единственно через Евангелия и отвергать любое другое исследование в истинной реальности, как и рассматривать Мир с точки зрения Галилео и Коперника или с университетской материалистической науки в общем.

Евангелие было дано тем, кто жил в первые столетия Христианства и верить, что сегодня Евангелие может дать все Христианство есть просто полу-истина. Это есть следовательно также полу-ошибка, которая запутывает людей и таким образом снабжает Аримана наилучшими средствами достижения цели и триумфа его инкарнации.

Как многочисленны те, кто думает, что они говорят из Христианского смирения, но в действительности из ужасного невежества, когда они говорят: «Ах, нам не нужна Духовная наука! Непритязательность, простота Евангелий ведет нас к тому, что людям необходимо из вечного!». Ужасное невежество выражается, ибо наибольшая часть в этом кажущемся смирении может быть очень хорошо использована Ариманом в указанном мной смысле. Ибо не забывайте, что я объяснил в начале сегодняшней лекции, как во время, на которое выпадает Евангелие, люди были еще проникнуты Люциферическим импульсом в своем мышлении, чувствовании и общих взглядах и что они могли понимать Евангелие определенным Люциферическим Гносисом. Но осознание Евангелия в таком древнем смысле невозможно сегодня. Реальное понимание Христа не может быть приобретено, если полагаться только на Евангелие, особенно в форме, в которой оно было передано. Нигде сегодня не существует наименее истинного понимания Христа, чем в различных верованиях и конфессиях.

Евангелие должно быть углублено Духовной наукой, если мы желаем приобрести действительное осознание Христа. Это затем является интересным изучить отдельные Евангелия и добраться до их реального содержания. Принять Евангелие как оно есть и как неисчислимые люди принимают его сегодня, и практически как оно преподается сегодня, не есть путь к Христу; это есть путь от Христа. Следовательно конфессии удаляются дальше и дальше прочь от Христа. К какому сорту Христос-концепции приходит человек, который принимает Евангелие и только Евангелие, без глубины, даваемой Духовной наукой? Он приходит в конце к Христу — но это есть наибольшее, что он может достичь только через Евангелие. Это не есть реальность Христа, ибо сегодня только Духовная наука может вести к ней. То, к чему ведет Евангелие есть галлюцинация Христа, реальная внутренняя картина или видение, все же только картина. Евангелие сегодня обеспечивает путь чтобы прийти к видению Христа, но не к реальности Христа. Это есть как раз причина, почему современная теология стала такой материалистической. Теологические комментаторы и толкователи Евангелия спросили себя: Что должно быть сделано из Евангелия? Они решили в конце, что по их видению, результат является аналогичным тому, что получают, если изучают случай Павла перед Дамаском. И затем теологи, которые предполагают утвердить Христианство, но только реально подрывают его, говорят: Павел был просто болен, страдая от нервов, и он имел видение перед Дамаском.

Главное есть то, что через само Евангелие можно прийти к галлюцинациям, к видениям, но не к реальностям; Евангелие не дает нам реального Христа, но только галлюцинацию Христа. Реальный Христос должен искаться сегодня через все, что может быть приобретено из Духовного знания Мира.

Те самые люди, которые привержены только Евангелию и отвергают каждый вид реального Духовного знания, образуют начало толпы для Аримана, когда он появится в человеческой форме в современной цивилизации. Из этих кругов, из этих членов конфессий и сект, которые отвергают конкретное знание, приносимое Духовным устремлением, разовьется целое воинство как приверженцев Аримана. Теперь, это все начинает приходить в существование. Это есть здесь, в действии в современном человечестве и тот, кто говорит людям сегодня со знанием Духовной науки, говорит в нем, безразлично говорит ли он о социальных или других вопросах. Он знает где враждебные силы располагаются, что они обитают сверх-чувственно и что люди являются их бедными обманутыми жертвами. Это есть призыв к человечеству: «Освободитесь от всех этих вещей, которые образуют такое великое искушение способствования триумфу Аримана!».

Многие люди ощущали нечто такого сорта. Но не имеется еще мужества прийти везде к пониманию исторических импульсов Христа, Люцифера и Аримана неотложным образом, который необходим и это подчеркивается Антропософией. Даже те, кто имеют идею того, что необходимо, не пойдут достаточно далеко. На мгновение, взгляните на примеры, где возникает некоторое знание, что мирская материалистическая наука со своим Ариманическим характером должна быть проникнута Импульсом Христа и как, с другой стороны, Евангелие должно быть просветлено через объяснения Духовной науки. Рассмотрите, как много людей пробивается к пункту, действительно бросающему свет в любом из этих направлений посредством Духовно-научного знания! Все же человечество только приобретет верное отношение к Земной инкарнации Аримана, если оно увидит через все эти вещи и имеет мужество, волю и энергию просветить Духом обоих, мирскую науку и Евангелие. Подумайте, например, как кардинал Ньюман (Nеwmаnn) — кто был все же просветленным человеком, который последовал современному религиозному развитию — ко времени своей ратификации как кардинал в Риме высказал открыто в своем обращении, что если Христианское католическое учение должно выжить, необходимо новое откровение. Мы не нуждаемся, однако, в новом откровении; время откровений в древнем смысле закончилось. Нам нужна новая наука, такая, которая просветлена Духом. Но люди должны иметь мужество для такой новой науки.

Подумайте о литературном феномене, подобному движению Лукс Мунди (Luх Мundi), которое возникло с определенными выдающимися теологами, членами Английской Высшей Церкви (Еnglish Нigh Сhurсh), в конце восьмидесятых и начале девяностых годов последнего столетия. Оно состояло из серий изучений, проникнутых насквозь устремлением построить мост от мирской науки к содержаниям догмы. Можно назвать это выпутыванием там и сям, никогда не осмеливаясь осознать мирскую науку, никогда не просветляя ее Духом. Не имелось непредосудительного изучения Евангелия со знанием, что Евангелия самого по себе недостаточно сегодня, что оно должно быть прояснено и просветлено. Однако человечество должно быть мужественным в обоих направлениях и сказать: мирская наука сама по себе ведет к иллюзии, Евангелие само по себе ведет к галлюцинации. Серединный путь между иллюзией и галлюцинацией должен быть найден только осознанием реальности через Дух. Это есть главное.

Мы должны видеть насквозь такие вещи как таковые сегодня. Чисто мирская наука сделала бы людей полностью предметом иллюзии; в действительности они совершали бы только безрассудства. Вполне достаточно безрассудство увековечилось уже сегодня, ибо катастрофа Мировой Войны была великим безрассудством! Все же многие люди были вовлечены в нее, которые были тщательно пропитаны официальной мирской наукой нашего времени. И если вы заметите, какой замечательный психологический феномен сразу же возникает, когда одна секта или другая помещает одно из четырех Евангелий на передний план, тогда вы более легко поймете то, что я говорил об Евангелиях сегодня.

Посмотрите, как сильно склонны ко всем сортам галлюцинаций те секты, которые уделяют внимание единственно Евангелию Св. Иоанна или единственно Евангелию Св. Луки! К счастью, существует четыре Евангелия, которые внешне противоречат одно другому и это пока предотвращало великий вред, который вызвала бы такая односторонность. Встречаясь с четырьмя Евангелиями, люди не идут слишком далеко в направлении одного, но имеют другие наряду с ним. Одно Евангелие читается вслух в одно воскресенье, иное в другое воскресенье и так иллюзорная сила одного противобалансируется таковой другого. Великая мудрость располагается в факте, что эти четыре Евангелия снизошли в цивилизовнный мир. Таким путем человек защищен от захватывания одним течением, которое завладевает им — как это есть в случае так многих членов сект — если он подвержен влиянию только одного Евангелия. Когда единственно одно Евангелие воздействует на него это особенно ясно как это ведет в конце к галлюцинации.

В действительности, это существенно сегодня оставить многое из субъективной наклонности, многое из того, к чему прикрепляются и мыслят набожно и заумно. Человечество должно превыше всего искать универсальности и мужества смотреть на вещи со всех сторон.

Я желал сказать это вам сегодня, так что вы могли осознать, что то, что пытаются теперь изменить в человечестве, имеет истинно более глубокие основания, чем некий сорт субъективного предосуждения. В действительности, можно сказать, что это прочитано со знамений времени и что это должно быть изменено.

Цюрих, 27 Октября, 1919.

Бхагавад Гита и послания Св. Павла.

Слияние трех духовных течений в Бхагавад Гита.

Мы стоим сегодня, как бы, у стартовой точки основания Антропософского общества в более узком смысле и мы должны воспользоваться этой возможностью, чтобы еще раз напомнить нам о важности и значении нашего общего дела. Это верно, что то, чем Антропософское общество желает быть для более новой культуры не должно в принципе отличать ее от того, чем мы всегда занимались в нашем кругу под имением Теософии. Однако вероятно такое придание нового имени может все же напомнить нам о серьезности и достоинстве с которыми мы намереваемся действовать в нашем Духовном движении и ввиду этой точки зрения я выбрал название этого курса лекций. В самом начале нашего Антропософского дела мы будем говорить о предмете, который способен многочисленными путями указывать на замечательную важность нашего Духовного движения для современной цивилизации.

Многие люди могут быть удивлены, обнаружив два такие явно широко отличные Духовные течения сведенные вместе, как великая Восточная поэма Бхагавад Гита и Послания того, кто был так тесно связан с основанием Христианства, Апостола Павла. Мы можем лучше всего распознать близость этих двух Духовных течений друг к другу, если вступительным образом мы укажем, как на сегодняшний день должно обнаружить с одной стороны то, что относится к великой поэме Бхагавад Гита, а с другой стороны Павлинизм, который происходит с начала Христианства.

Определенно, многое в Духовной жизни нашего настоящего времени отличается от того, что было даже сравнительно короткое время тому назад, но именно это самое отличие есть то, что делает такое Духовное движение, как Антропософия так необходимым.

Давайте поразмыслим, как сравнительно короткое время тому назад, если человек занимался Духовной жизнью своего времени, он должен был в действительности, как я показал в моих курсах в Базеле и Мюнхене, изучить три периода в тысячу лет каждый; один до-Христианский период в тысячу лет и два других тысячелетия, совокупность которых еще не вполне завершилась; две тысячи лет проникнутых и насыщенных Духовным течением Христианства. Что мог бы сказать такой человек лишь короткое время тому назад, когда размышляя о Духовной жизни человечества, когда, как мы сказали, не было вопроса о Теософском или об Антропософском движении, как мы теперь понимаем его? Он мог бы сказать: «В настоящее время делает себя заметно ощущаемым нечто, что может быть найдено за тысячелетия, предшествующие Христианской эре». Ибо только в течении последней тысячи лет до Христианской эры обнаруживаются индивидуальности персональной важности в Духовной жизни. Как бы ни могло появляться для нас многое великим и мощным и могущественным в Духовных течениях прежних времен, все же личности и индивидуальности не выступают из того, что располагается в этих течениях. Давайте взглянем назад на то, что мы считаем не в таком ограниченном смысле, как последняя тысяча лет до Христианской эры. Давайте взглянем назад на Египетское или Халдейско-Вавилонское Духовное течение; здесь мы обозреваем непрерывность, так сказать, связанной Духовной жизни. Только в Греческой Духовной жизни мы находим индивидуальности, как таковые, выдающиеся как всецело Духовные и жизненные. Великие, могущественные учения, мощный взор в пространство Космоса; все это мы находим в древние Египетские или Халдейско-Вавилонские времена, но только в Греции мы начинаем взирать на отдельных личностей, на Сократа или Перикла, Фидиаса, Плато, Аристотеля. Личности, как таковые, начинают отмечаться. Это есть особенность Духовной жизни последних трех тысяч лет; и я не только имею в виду сами замечательные личности, но скорее воздействие, произведенное Духовной жизнью на каждую отдельную индивидуальность, на каждую личность. В эти последние три тысячи лет, это стало вопросом личности, если можно так выразиться; и факт, что отдельные индивидуальности теперь ощущают необходимость принятия участия в Духовной жизни, находят внутренний комфорт, надежду, мир, внутреннее блаженство и защищенность в различных Духовных течениях дает таковым их значимость. И с тех пор, вплоть до сравнительно короткого времени тому назад, мы были заинтересованы в истории, поскольку она продвигалась от одной личности к другой, мы не приобретали действительно ясного понимания того, что происходило до последних трех тысяч лет. История, только для которой мы имели, вплоть до недавних пор, какое-либо понимание, началась с Греции, а в течение перехода от первой ко второй тысяче лет, произошло то, что связано с великим Существом, Иисусом Христом. В течение первой тысячи лет то, чем мы обязаны Греции является преобладающим, и те Греческие времена выдвигаются вперед особенным образом. В начале их расположены Мистерии. То, что проистекало из них, как мы часто описывали, переходило на Греческих поэтов, философов и артистов в каждой области. Ибо если мы желаем верно понять Эсхилиса, Софокла, Еврипида, мы должны искать источник для такого понимания в том, что проистекало из Мистерий. Если мы желаем понять Сократа, Плато и Аристотеля, мы должны искать источник их философий в Мистериях, не говоря о таких выдающихся фигурах, как Гераклит. Вы можете прочитать о нем в моей книге «Христианство, как Мистический Факт», как всецело он зависел от Мистерий.

Затем во второй тысяче лет мы видим Христианский импульс вливающийся в Духовное развитие, постепенно поглощающий Греческий и объединяющий себя с ним. Всецелое второй тысячи лет проходило таким образом, что мощный Христианский импульс объединил себя со всем, что перешло из Греции как живущая традиция и жизнь. Так мы видим Греческую мудрость, Греческое чувство и Греческое искусство медленно и постепенно объединяющимися органически с импульсом Христа. Таким образом вторая тысяча лет проходила свой путь. Затем в третьей тысяче лет начинается культивирование личности. Мы можем сказать, что мы можем видеть в третьей тысяче лет как отлично ощущается Греческое влияние. Мы видим это, когда мы рассматриваем таких художников как Рафаэль, Михаил Ангелий и Леонардо да Винчи. В третьей тысяче лет Греческое влияние более не воздействует совместно с Христианством, как оно делало в культуре во второй тысяче лет; не как нечто исторически великое, не как нечто измышленное внешне было Греческое влияние ощущаемо в течение второй тысячи лет. Однако в третьей тысяче мы имеем поворот в установочных целей Греческого. Мы видим как Леонардо да Винчи, Михаил Ангелий и Рафаэль позволили себе быть подверженными влияниям великих творений искусства, которые были затем обнаружены; мы видим Греческое влияние становящимся все более и более поглощенным. Оно было поглощено бессознательно в течение второй тысячи лет, но в третьем тысячелетии оно было принято все более и более сознательно. Примером того, как это Греческое влияние становилось распознаваемым в глазах мира, должно быть обнаружено в фигуре философа Томаса Аквинаса; и как он был вынужден объединить то, что изливалось из Христианской философии с философией Аристотеля. Здесь Греческое влияние было поглощено сознательно и объединено с Христианством в философской форме; как и в случае Рафаэля, Михаила Ангелия и Леонардо да Винчи в форме искусства. Такое всецелое движение мысли возвышается до Духовной жизни и даже принимает форму определенной религиозной оппозиции в случае Джиордано Бруно и Галилео. Не смотря на все это, мы обнаружим где угодно Греческие идеи и концепции, особенно о природе, плодоносящие снова; имеется сознательное поглощение Греческого влияния, однако это не идет назад далее за Греческий век. В каждой Душе, не только в более знающей или более высоко обученной, но в каждой Душе вплоть до наипростейшей, Духовная жизнь распространена широко и обитает в тех, в ком Греческое и Христианское влияние объединены сознательно. Из университетства вплоть до крестьянской хижины Греческие идеи обнаруживаются объединенными с Христианством.

Теперь, в девятнадцатом веке появляется нечто особенное, что нуждается в Антропософии, чтобы объяснить это. Тут мы видим в одном единственном примере, что могущественные силы находятся в действии. Когда замечательная поэма Бхагавад Гита впервые стала известной в Европе, определенные значительные мыслители были восхищены величием поэмы, ее глубоким содержанием; и никогда не должно быть забыто, что такой вдумчивый Дух как Вильям фон Хумбольд, когда он ознакомился с ней, сказал, что это была самая глубочайшая философская поэма, которая когда-либо завладевала его вниманием; и он сделал прекрасное замечание, что это стоило того, чтобы иметь возможность дорасти до такого возраста как он, чтобы иметь возможность ознакомится с Бхагавад Гита, великой Духовной песней, которая звучит из изначальных священных времен Восточной древности. Что за чудесная вещь, что медленно, хотя возможно и не так привлекательно все еще для широких кругов, так много из Восточной древности было излито в девятнадцатое столетие посредством Бхагавад Гита. Ибо это не является подобным другим писаниям, которые перешли из древнего Востока, которые провозглашают Восточные мысли и чувства с той или иной точки зрения. В Бхагавад Гита нам противостоит нечто, о чем мы можем сказать, что это есть объединенное течение всех различных точек зрения Восточной мысли, чувства и восприятия. Это есть то, что делает ее такой значительной.

Теперь давайте вернемся назад к древней Индии. Помимо других важных вещей, мы найдем здесь в первую очередь три тени, если можно так их назвать, Духовных течений, проистекающих из древних до-исторических времен. То Духовное течение, которое мы встречаем в самых ранних Ведах и которое развилось в дальнейшем в более поздние Ведантические поэмы, есть одно вполне определенное — мы опишем его здесь — есть, если можно так сказать, одно-стороннее, все же вполне отдельное Духовное течение. Затем мы встретим второе Духовное течение в философии Санкхья (Sаnкhуа), которое снова идет в определенном Духовном направлении; и наконец, мы встретим третью тень Восточного Духовного течения в Йоге. Здесь мы имеем три наиболее замечательные ориентальные Духовные течения помещенные перед нашими Душами. Веды, Санкхья и Йога.

Система Санкхья Капилы, философия Йоги Патанджали и Веды есть Духовные течения определенного оттенка, которые из-за такого определенного оттенка являются до определенной протяженности одно-сторонними и которые являются великими из-за своей односторонности. В Бхагавад Гита мы имеем гармоническую интерпретацию всех трех Духовных течений. Что философия Вед имеет дать нам обнаруживается сияющим в Бхагавад Гита; что Йога Патанджали имеет дать человечеству мы находим снова в Бхагавад Гита; и что Санкхья Капилы имеет дать, мы найдем здесь также. Более того, мы не найдем их как конгломерат, но как три части вливающихся гармонически в один организм, как если они изначально принадлежат вместе. Величие Бхагавад Гита расположена во всесторонности ее описания как эта ориентальная Духовная жизнь получает свои притоки от Вед с одной стороны, с другой от философии Санкхья Капилы и снова с третьей стороны от Йоги Патанджали.

Мы теперь коротко охарактеризуем то, что каждое из этих течений имеет дать нам. Течение Вед является наиболее эмфатически, подчеркнуто философией единства, оно является наибольшим Духовным монизмом, который мог быть помыслен; философия Вед, которая консолидирована в Веданте есть Духовный монизм. Если мы желаем понять философию Вед, мы должны в первую очередь удерживать ясно перед нашими Душами факт, что эта философия основана на мысли, что человек может найти нечто глубже в своей собственной Душе, а то, что он осознает в обычной жизни является неким видом выражения или отпечатка этой его самости, Я; что человек может развить и что его развитие вытянет глубины его истинного Я все больше и больше из оснований его Души. Высшее Я покоится как бы дремлющим в человеке, и это высшее Я не является тем, что современный человек непосредственно осознает, но есть то, что действует в нем и к чему он должен развить себя. Когда человек однажды достигнет того, что живет в нем как «Я», он затем осознает, согласно философии Вед, что это «Я» является одним со все-объемлющим Я Мира, что он не только покоится со своим Я во все-объемлющем Мировом-Я, но что он сам есть одно с ним. Настолько он является одним с этим Мировым-Я, что он соотносится к нему двояким образом. Некоторым образом, подобным нашему физическому во вдыхании и выдыхании представляет Ведантист отношение человеческого Я к Мировому-Я. Как некто вдыхает и снова выдыхает, поскольку вовне есть универсальный воздух, а внутри только малая его порция, которую мы вдохнули, так вовне нас мы имеем универсальное, все-объемлющее, все-проникающее Я, которое живет и двигается во всех вещах и которое мы вдыхаем когда мы предаемся медитации о Духовном Я Мира. Духовно, его вдыхают с каждым восприятием, которое достигает это Я, его вдыхают со всем, что втягивается в Душу. Все знание, все мышление, все восприятие есть Духовное дыхание; а то, что мы как часть Мирового-Я, втягиваем в наши Души (чья часть остается органически объединенной с Целым), это есть Атман, Дыхание, которое по отношению к нам является как часть воздуха, который мы вдыхаем и которая не может быть различной от того, что является все-правящим Я Мира. Как мы выдыхаем физически, так есть приверженность Души, через которую лучшее, что существует в ней, выходит в форме молитвы и жертвенности к этому Я. Брахман есть подобное Духовному выдыханию. Атман и Брахман, подобно вдыханию и выдыханию делают нас соучастниками в во все-правящем Мировом-Я. То, что мы находим в Ведах является моноистической Духовной философией, которая есть в то же самое время религия; а цветение и плод Ведантизма располагается в том, что благославляет человека, в наиболее полном и наивысшей степени удовлетворяющем чувстве единства с универсальным Я, могущественно проникающим через Мир. Ведантизм рассматривает эту связь человечества с единством Мира, факт человеческого бытия внутри части всего великого Духовного космоса. Мы не можем сказать Веда-Слово, потому что Веда означает Слово, но Слово-Веда само дышится, соответственно Ведантической концепции, все-правящим унитарным Существом, а человеческая Душа может принять его в себя как высшее выражение знания. В принятии Слова-Веда, вбирается самая лучшая часть все-могущего «Я», приобретается сознание связи между индивидуальным человеческим Я и этим все-могущим Мировым-Я. Что Веда говорит есть Бог-Слово, которое является креативным, созидающим, и которое рождается снова в человеческом знании, и так ведет его наряду с креативным принципом, который живет и проникает через Мир. Следовательно то, что написано в Ведах оценивается как Божественное Слово, и кто преуспел в овладении им, рассматривался как профессор Божественного Слова. Божественное Слово пришло Духовно в Мир и было найдено в Ведических-Книгах; те, кто овладел этими книгами принимал участие в креативном принципе Слова.

Философия Санкхья является другой. Когда сначала встречаются с ней, как она пришла к нам через традицию, мы находим ее противоположной учению Единства. Если мы желаем сравнить философию Санкхья с чем-нибудь, мы можем сравнить ее с философией Лейбница (Lеibnitz). Это есть плюралистическая, множественная философия. Несколько Душ упоминается в ней — человеческие Души и Души Богов — не проследуются в философии Санкхья к унитарному источнику, но берутся как Душевное состояние, отдельное, так сказать, от Единства. Плюрализм, множественность Душ есть то, что мы находим в философии Санкхья. Независимость каждой индивидуальной Души, выносящей свое развитие в Мире, заключенном внутри своего собственного существа, строго подчеркивается; а в контрасте с плюрализмом Душ это есть то, что в философии Санкхья называется элементом Пракрити (Рrакriti). Мы не можем хорошо описать это современным словом «материя», ибо оно имеет материалистическое значение. Однако в философии Санкхья мы не подразумеваем выразить это «вещественным», которое находится в контрасте со множественностью Душ, и которое опять таки не выводится из общего источника. В первую очередь мы имеем множественность Душ, а затем то, что мы можем назвать материальной основой, которая как изначальное течение протекает через Мир, через Пространство и Время, и из которого Души берут элементы для своего внешнего существования. Души должны одеть себя в этот материальный элемент, который опять таки не прослеживается обратно к Единству с самими Душами. И так это есть в философии Санкхья, что мы принципиально находим такой материальный элемент, тщательно изучаемым. Внимание не направляется сильно на индивидуальную Душу; это принимается как нечто реальное, что есть здесь, ограниченное и объединенное с такой материальной основой, и что принимает самые разнообразные формы в ней, и таким образом показывается внешне во многих различных формах. Душа облачается таким изначальным материальным элементом, что можно мыслить, как сама индивидуальная Душа происходит из Вечности. Природа Души выражается через материальный базовый элемент и делая так, она принимает много различных форм, и в частности изучение этих материальных форм мы находим в философии Санкхья. Здесь мы имеем, в первую очередь, так сказать, изначальную форму такого материального элемента как некий вид изначального течения в который погружена Душа. Таким образом если бы мы должны были взглянуть назад на первые стадии эволюции, мы должны были найти не дифференцированные материальные элементы погруженные здесь, множественность Душ, которые должны развиваться дальше. Что, следовательно мы найдем как Форму, как все еще не дифференцированную форму Единства изначального источника, есть сама Духовная субстанция, которая располагается в начальной точке эволюции. Первая вещь, которая затем возникает, с которой Душа может еще облачаться индивидуально, есть Буддхи. Так что когда мы представляем себе Душу, облаченную изначальным потоком-субстанцией, внешне эта Душа не должна быть различима от универсального подвижного элемента изначального потока. Постольку, поскольку Душа не только погружает себя в это первое существо универсального вздымающегося изначального потока, но также в то, что впервые продолжается из него, таким образом она облачается в Буддхи. Третий элемент, который формирует себя из целого и через который Душа может затем стать все более и более индивидуальной, есть Ахамкара. Она состоит из все более и более низших форм изначальной субстанции. Так что мы имеем изначальную субстанцию, первая форма которой есть Буддхи, а вторая Ахамкара. Следующая форма есть Манас, затем идет форма, которая состоит из органов чувств; за ней следует форма четырех элементов, а последняя форма состоит из элементов субстанции, которую мы имеем в нашем физическом окружении. Это есть линия эволюции, по философии Санкхья. Выше есть самый сверхчувственный элемент, изначальный Духовный поток, который, становясь все плотнее и плотнее, снисходит к тому, что окружает нас в грубых элементах, из которых также построено человеческое тело. Между ними находятся субстанции, из которых, например, сотканы наши органы чувств, и более тонкие элементы, из которых соткано наше эфирное или жизненное тело. Должно быть тщательно отмечено, что соответственно философии Санкхья, все это есть оболочки Души. Даже то, что происходит из изначального потока есть оболочка для Души; Душа впервые есть в нем; и когда философ Санкхья изучает Буддхи, Ахамкара, Манас, чувства, тонкие и плотные элементы, он понимает посредством этого возрастающие плотные оболочки, внутри которых Душа выражает себя.

Мы должны ясно понимать, что манера, в которой философия Вед и Санкхья представлены нам, является возможной только потому, что они были составлены в то древнее время, когда древнее ясновидение все еще существовало, в любом случае, в определенной степени. Веды и содержание философии Санкхья возникли различными путями. Веды основываюся повсюду на изначальной инсприрации, которая была все еще естественным обладанием древнего человека; они были даны человеку, так сказать, без осуществления чего-либо, чтобы заслужить их, за исключением того, что все свое существо человек подготавливал сам для того, чтобы получить в свою внутреннюю глубину ту Божественную инспирацию, которая сама приходила к нему, и чтобы получить ее тихо и спокойно. Философии Санкхья была сформирована другим образом. Тот процесс был чем-то подобным изучению нашего сегодняшнего дня, только, что оно не является проникнутым ясновидением, как оно было проникнуто тогда прежде. Философия Вед состояла из ясновидческого знания, инспирации, данной милостью свыше. Философия Санкхья состояла из знания, разыскиваемого, как мы ищем его теперь, но разыскиваемого людьми, для кого ясновидение было еще доступным. Поэтому философия Санкхья оставляет фактический Душевный элемент незатронутым, так сказать. Она допускает, что Души могут отчеканить себя в том, что мы можем изучать как сверхчувственные внешние формы, но она в особенности изучает внешние формы, которые возникают как облачения этих Душ. Отсюда мы обнаружим полную систему форм, встречающихся нам в Мире, так же как в нашей собственной науке мы обнаруживаем число фактов о природе; только в философии Санкхья наблюдение простирается до ясновидческого наблюдения фактов. Философия Санкхья есть наука, которая хотя и получена ясновидением, есть все таки наука внешних форм, которые не простираются в сферу Души: Душевная природа остается в некотором смысле не обеспокоенной такими изучениями. Тот, кто посвящает себя Ведам чувствует абсолютно, что его религиозная жизнь есть Одно с жизнью Мудрости; однако философия Санкхья есть наука, она есть восприятие форм в которых Душа выражает себя. Однако вполне возможно для учеников философии Санкхья чувствовать религиозное посвящение Души их философии. Способ, которым Душевный элемент организован в формы — не сам Душевный элемент, но форма, которую он принимает — прослеживается в философии Санкхья. Он определяет способ, которым Душа, более или менее, сохраняет свою индивидуальность или, иначе, еще больше погружена в материальное. Она имеет дело с Душевным элементом, который, это истина, расположен под поверхностью, но который внутри материальных форм все еще сохраняется как Душа. Душевный элемент, таким образом, замаскированный во внешней форме, но который проявляется как Душа, обитает в элементе Саттва (Sаttvа). Душевный элемент погруженный в форму, но который является, так сказать, запутанным в нем и не может выйти из нее, обитает в элементе Тамас (Таmаs).

Кологна, 28 Декабря 1912.

Воздействие духовных существ в человеке.

Тринадцать докладов, прочитанных в Берлине между 6 января и 11 июня 1908 г.

ПЕРВЫЙ ДОКЛАД. Берлин, 6 янаваря 1908 г.

Сегодня мы будем рассматривать с духовнонаучной точки зрения некоторые факты и существ высших миров и связь этих фактов и существ с человеком. И хотя в такой теософической группе это может показать ся ненужным, но все же следует предварительно указать, что сегодняшний доклад будет принадлежать к числу тех, которые читаются для достаточно сведущих в теософии людей. Это также должно быть иногда возможным в теософских группах. Поэтому тот, кто толь ко с недавнего времени присутствует на этих понедельничных докладах, будет, может быть, поражен тем или иным, о чем будет сказано сегодня; но мы не продвинемся вперед, если не захотим иногда обсуждать также и то, что относится к более высоким областям теософии. Кто совсем новичок и даже, быть может, ждет, что его будут убеждать в духовнонаучных истинах, может, пожалуй, найти безумным что-то из того, о чем будет идти сегодня речь; но подобных областей также следует когда-то касаться.

Из докладов, которые читались здесь в последнее время, вы могли заключить, что когда мы поднимаемся ясновидчески с физического плана в высшие миры, мы встречаем там существ, которые хотя и не принадлежат к нашему физическому миру, но которые как существа высших миров являются настолько обособленными в себе, что мы можем также назвать их личностями в тех мирах, подобно тому как мы называем личностями людей здесь на физическом плане. Вы видели, что целые группы одинаковых или схожих животных принадлежат к одной «групповой душе» или к одному «групповому Я», и что на астральном плане мы встречаем как обособленные личности «душу львов», «душу тигров» и другие групповые Я животных. Мы можем — говоря тривиально — там на астральном плане встречать их так же, как здесь в физическом мире мы встречаем людей. Точно так же находим мы в еще более высоких областях, на деваханическом плане, групповые Я всех растений, а в высших частях Девахана мы находим Я минералов как обособленные личности, подобно личностям людей здесь на физическом плане. И это означает, что в этих высших мирах мы встречаем известных существ, которые простирают, так сказать, свои органы, свои отдельные члены вниз, вплоть до физического мира. Если бы человек показал свои пальцы, протянув их сквозь отверстия занавеси или в бумажной стене, то мы бы увидели только его десять пальцев; сам человек был бы скрыт за стеной. Также обстоит дело с групповыми Я животных. Мы видим здесь физическими глазами то, что от высших существ астрального плана простирается вниз как их члены, а подлинное Я скрыто за стеной — за той стеной, которая отделяет физический мир от астрального. И то же самое, соответственно, происходит с другими групповыми Я — с групповыми Я растений или минерального мира. Но когда с этой исходной точки зрения физического мира мы поднимаемся в высшие миры, то находим там не только этих вышеназванных существ, которые простирают свои члены сюда в физический мир; мы встречаем там целый ряд других существ, которых мы можем также обозначить как обособленные в себе личности в тех мирах, но физические члены которых не являются столь наглядными и ощутимыми, как у групповых Я животных, растений и минералов.

Астральный план и деваханический план суть именно весьма населенные миры, и мы находим там различных существ, которые хотя и не могут быть столь явно наблюдаемыми в своих откровениях, но, тем не менее, проявляют свои действия, свои деяния здесь, па физическом плане, и имеют весьма большое значение для физического плана, для всей нашей теперешней человеческой жизни. Мы не поймем человеческой жизни, если не знаем, что внутри этой человеческой жизни действуют такие существа, которые живут в высших мирах. В самом человеческом теле происходит многое, чем человек не владеет; что является не выражением человеческого Я, а действительностью, действием, откровением существ высших миров. Об этих вещах мы будем говорить сегодня.

Когда мы рассматриваем астральный план, то мы встречаем там неизвестных существ — только один вид из многих — которые, по-видимому, не имеют никакого проявления, никакого откровения среди существ, наблюдаемых нами прежде всего на физическом плане, но которые все же связаны с нашим физическим планом. Мы встречаем их там на астральном плане как астральных существ, с явно выраженной волей, с явно выраженными намерениями. Эти существа имеют такого рода бытие, что мы, как сказано, можем встретить их на астральном плане; но они родственны, они принадлежат к тому же роду существ, которые обитают на нашей современной Луне, какие имеют на нашей теперешней Луне даже известное физическое существование. Кто может ясновидчески подойти к этим вещам, тот знает, что это суть существа, которые на арене Луны являются в известном отношении человекоподобными существами, но что по сравнению с людьми они как бы карлики, так как они едва достигают размеров шести-семилетнего ребенка. Там, на Луне, представляется своеобразная возможность для их деятельности. Физические условия там совсем другие; там, например, совсем другая атмосфера, вследствие чего эти существа, удаляясь, так сказать, на свою родину, получают там способность чудовищно реветь, подавать чудовищно сильные ужасающие звуки. В нашем мире эти карликовые существа могут удерживаться как астральные существа.

Положение вещей в высших мирах мы должны представить себе гораздо более сложным, чем это делают обычно. Поскольку мы говорим о высших мирах, существует несомненная связь между отдельными планетами, и, следовательно, существует связь между Луной и Землей. Как, например, из Берлина можно телефонировать в Гамбург, так с помощью астральных сил могут оказывать свои действия на Земле такие существа, которые живут на Луне. Они, можно сказать, являются только дурной оборотной стороной других существ, которых мы также находим в астральном мире: существ с доброй природой, таких, что по сравнению с современной даже самой мягкой человеческой натурой они являются гораздо более мягкими — очень мягкими также и в смысле языка. Это существа, язык которых не имеет той жесткости, как человеческий язык, в котором, когда человек хочет высказаться, сначала нужно долго обдумывать, чтобы облечь в слова свои мысли и представления. Можно было бы сказать, что у этих существ мысли изливаются с уст — не только одно выражение мыслей в словах, но сами мысли изливаются у них с уст в этом мягком языке. Этих существ вы находите также внутри астрального мира; свою истинную арену они имеют опять-таки на другой планете. Как первые из названных существ имеют свою родину на Луне, так эти вторые — на Марсе; они обитают на Марсе и являются там даже главнейшим населением, как известные человеческие расы являются главнейшим населением Земли.

Если мы поднимаемся затем дальше на деваханический план, то найдем там известных существ, которые по своим свойствам также мягки и миролюбивы, и которые в своем роде необыкновенно умны. Эти существа, которых мы можем обнаружить на деваханическом плане, имеют свою родину на Венере, подобно тому как предыдущие существа на Луне и Марсе. На Венере же мы находим еще и второй род существ, которые — в противоположность мягким, ласковым — представляют собой дикую, буйную деятельность, главнейшим занятием которых являются взаимная война и грабеж.

Затем в высших частях деваханического плана мы находим известных существ двоякого рода, описать которых весьма трудно. Мы можем обрисовать их только сравнительно, если скажем, что они безмерно изобретательны, что каждое мгновение жизни они что-нибудь изобретают, так как было бы неправильно сказать «они выдумывают». У них этот изобретательский дар существует приблизительно таким образом, как если бы человек взглянул на вещь и в ту же минуту — при первом же взгляде — ему внезапно пришло в голову, как это может быть сделано иначе. Так у них тотчас же появляется изобретение. Этим существам, которые имеют свою родину на Сатурне, противостоят, опять-таки, другие, как их оборотная сторона; неукротимые, ужасные существа, которые в бесконечно большей, страшной степени обладают всем тем, что живет в человеке как ненасытная алчность и вожделение.

Все эти названные существа совсем не отделены от нашей жизни: напротив, они простирают свои деяния, свои действия и откровения в нашу жизнь, и для ясновидчески одаренного человека их действия ощутимы именно тогда, когда на Земле возникают определенные условия. Так, те существа, которые имеют свою родину на Луне, выступают — разумеется, как астральные существа — при самых различных обстоятельствах на Земле, например, когда какой-нибудь человек одержим бредовыми идеями, сходит с ума. С особым пристрастием эти существа — как астральные существа — держатся вблизи домов для умалишенных. Они находятся почти всегда около медиумов и сомнамбул, которые частично окружены целой толпой этих существ, и большая часть влияний, оказываемых на этих людей, исходит от присутствия такого рода созданий. Напротив, там, где преобладает любовь и делается добро, где совершаются гуманные поступки, там вы найдете присутствующими — в качестве астральных созданий — охарактеризованных выше мягких, кротких существ Марса, и именно они участвуют в силах, которые здесь проявляются. Это есть их питание, атмосфера, в которой они могут жить и в которой они, со своей стороны, могут влиять на людей.

Там, где совершаются человеческие изобретения, где работают инженеры, в технических мастерских — там создается атмосфера для описанных выше изобретательных сатурнических существ, а там, где имеют место действия, требующие известного присутствия духа, там вступают существа, имеющие свое местопребывание на Венере.

Таким образом, вы видите, как в самых различных жизненных положениях человек непрерывно окружен и охвачен толпой этих, как мы их еще называем, элементарных существ. Он действительно никогда не бывает один; что бы он ни делал, что бы он ни предпринимал, это всегда дает вместе с тем повод для проявления целого рода существ. Более тонкие или более грубые действия людей, самые идеальные и возвышенные поступки и самые разрушительные деяния — все это есть причина и повод для присутствия этих созданий, которые вмешиваются в силы людей и действуют в них, и которых нужно знать, если мы хотим действительно понимать жизнь. Кто не видит этих вещей, тот проходит именно слепым по жизни. Речь идет здесь не о теории и не о каком-либо теоретическом требовании, но о том, чтобы все эти вещи стали непосредственной практикой. Ибо в будущем земного развития человек только тогда постепенно научится правильно действовать и поступать, если будет все больше знать о том, какие существа призываются теми или иными делами и обстоятельствами. Все, что человек делает, есть как бы зов, обращенный к неведомым существам. Данные существа, среди которых встречаются довольно-таки злокозненные бездельники, осмеливаются подступать не только к умалишенным и медиумам, но, например, даже и к совсем маленьким детям, если их так неразумно закармливают, что в них возбуждается жадность к еде; тогда эти существа могут приблизиться к ним и испортить их развитие. Отсюда вы видите, насколько необходимо знать о том, что, собственно, человек вызывает всем своим поведением и всеми своими действиями вокруг себя в мире.

Но и в другом отношении эти существа не лишены значения для человека. Напротив, они имеют глубокое непосредственное значение для всего человеческого организма. Из всего, что содержится в человеческом теле, в сущности, только одно принадлежит человеку или может более или менее ему принадлежать: это его кровь. Сок человеческой крови есть то, что представляет собой непосредственное выражение его Я. Но если человек не следит за тем, чтобы внутренне все более и б. олее укреплять свое Я сильной и твердой волей, сильной и мужественной душой, если его Я, так сказать, ускользнет от него, тогда и в его крови также могут укорениться иные существа, и это будет большим злом для человека. Напротив, в других частях человеческого организма до сих пор еще коренятся иные существа, и мы ходим рассмотреть ближе, что же, собственно простирает свои щупальца в это человеческое тело, что укореняется в этом человеческом теле. Для этого мы должны несколько больше всмотреться в это человеческое физическое тело.

Вы знаете, что кровь, которая течет в жилах, есть выражение человеческого Я, и что она все больше и сильней становится выражением Я, когда само Я все сильней и крепче находит в себе свое средоточие, свой внутренний силовой центр. По отношению к другим частям, к другим образованиям организма человека Я получит господство только в гораздо более далеком будущем. Ныне в этих ингредиентах человеческого тела содержится еще много иных существ. В целях нашего исследования рассмотрим теперь несколько подробнее три рода соков: хилус, лимфу и кровь.

Вы, может быть, знаете, какое значение эти три вида жидкостей имеют для человека. Вы знаете, что когда человек принимает пищу, то она направляется подготовляющими органами прежде всего в желудок, соединяется с соответствующими жидкостями, которые выделяются из желез, и подготовляется таким образом, что может быть переработана в кишечнике. При этом пища приводится в жидкое кашеобразное состояние и продвигается дальше через кишки. То, что может служить питанием для человека, передается затем телу при помощи мелких органов, так называемых кишечных ворсинок, чтобы быть питательным соком для тела, непрерывно обновлять его строение. Таков один вид субстанций, которые мы имеем в теле и которые мы называем хилусом.

Дальше, вы, может быть, знаете, что кроме этого хилуса, который образуется благодаря тому, что в человеческое тело поступает пища, внутри человеческого тела имеются еще другие сосуды, переносящие жидкость, которая в известном отношении подобна белой субстанции нашей крови. Эта жидкость распространяется также по всему человеческому организму в определенных сосудах, которые многократно переплетаются с теми кровеносными сосудами, которые мы называем венами, ибо они содержат в себе синевато-красную кровь. Эти сосуды воспринимают в себя также и хилус. Жидкость, которую они в себе содержат, есть лимфа. Это сок, который по сравнению с общим пищевым соком, хилусом, является, так сказать, более одухотворенным. Сосуды, проводящие лимфу, распространяются по всему человеческому телу: до известной степени они проникают даже в костный мозг, и их содержание принимает в себя также пищевую кашицу-хилус. Вся лимфа, которая распространяется в левой части тела и в нижних конечностях — начиная от левой части головы, левой стороны корпуса, левой руки и до обеих ног, — вся эта лимфатическая жидкость собирается, объединяется и в левой подключичной вене вливается затем в общий круговорот крови. То, что имеется в лимфатических сосудах правой стороны головы и правой стороны корпуса, объединяется и вводит лимфу в правостороннюю подключичную вену. Так эти лимфатические сосуды становятся выражением значительного факта.

Вы видите, что благодаря этому человек разделяется на две части, и именно не симметрично, а так, что одна часть обнимает всю нижнюю часть тела, левую половину корпуса и головы, в то время как другая часть образуется правой стороной корпуса и головы. Это вторая жидкость, которая пульсирует в человеке, и эта жидкость гораздо ближе к душевному, чем хилус, желудочно-кишечный питательный сок, хотя, разумеется, душевные состояния оказывают свое глубокое влияние также и на все пищеварение и на передвижение питательных соков. Но с лимфатическими соками душевные состояния связаны гораздо более глубоко. У человека очень активного, очень деятельного лимфа движется гораздо живее, чем у вялого, ленивого и ничего не делающего человека. И мы могли бы привести еще много душевных состояний, которые связаны с движением лимфы в человеческом теле.

Третья жидкость есть кровь, о которой мы часто уже говорили. В ней содержится красная, богатая кислородом, жизнеспособная кровь, которая протекает в артериях, и синевато-красная, богатая углекислотой кровь, которая течет в венах. Подобно тому, как наша кровь есть откровение, выражение нашего Я, так лимфа есть в известном направлении выражение, откровение человеческого астрального тела. Эти вещи раскрываются не просто в одном направлении. В другом направлении выражением астрального тела является нервная система. В том направлении, которого мы будем держаться в наших рассмотрениях сегодня, действием, выражением, откровением астрального тела является лимфа. Как человек может иметь две специальности, так и человеческое астральное тело: с одной стороны, оно есть строитель нервной системы, с другой — строитель, созидатель лимфы. Точно так же человеческое эфирное тело в одном отношении есть создатель и строитель всей системы желез, а в другом отношении — создатель, строитель, организатор и распределитель кругооборота хилуса, пищевой кашицы. Так вы имеете прежде всего указание на связь этих протекающих в человеческом теле соков с членами самой человеческой природы.

Но мы должны уяснить себе, что Я совсем не является, так сказать, единственным господином в человеческом астральном теле, в человеческом эфирном теле. По мере своего развития человек постепенно достигает в своем Я все большего господства над своими астральным и эфирным телами, когда он преобразует свое астральное тело в Самодух или Манас, а свое эфирное тело преобразует так, что Я достигает господства над Жизнедухом или Будхи. Но пока человек не имеет власти над этими частями своего существа, до тех пор другие существа находятся в связи с этими человеческими членами.

В человеческом астральном теле гнездятся — простите за такое неаппетитное выражение, но это так, — точно червячки в сыре, другие существа. И именно те астральные существа, о которых я вам сказал, что они имеют свою истинную родину на Луне или на Марсе, смотря по тому, являются ли эти существа наделенными доброй или злой природой. Они укореняются в астральном теле. И лимфа, эта беловатая жидкость, пробегающая по человеческому организму, принадлежит к телу этих существ, которые живут в нашем астральном мире. Однако эти существа, которых мы находим как астральных существ на астральном плане и которые имеют свою истинную родину на Луне или на Марсе, не выступают так ощутимо, как групповые Я животных. Но их астральная природа такова, что мы можем сказать в несколько другом направлении: как у животных, например, в группе львов, мы имеем своего рода откровение той сущности, которую мы встречаем на астральном плане как обособленную личность, как Я львов — точно так же, хотя и не столь очевидно, — имеем мы известное откровение, протянутые члены этих астральных существ в том, что как лимфа пронизывает человеческое тело.

Таким образом, могли бы вы спросить, эти астральные существа имеют также своего рода физическое бытие, подобно тому как групповые души животных, например, групповое Я рода львов, имеют в отдельных львах-индивидах свое откровение здесь на физическом плане? Если бы вы так спросили, то вам должны были бы ответить: да, они его имеют. — Как относительно животных мы видим, что астральное групповое Я протягивает свои члены в отдельных львов-индивидов, так и эти астральные сущности простирают сюда свое физическое бытие. Но они не могут ввести его непосредственно с астрального плана в физический мир. Поэтому они нуждаются на физическом плане в существах, паразитами которых они являются, в которых они впиваются и ввинчиваются. Они суть паразиты людей на Земле. Если бы не было земных человеческих существ, то они очень скоро распростились бы с Землей, так как не имели бы себе никакого пристанища: им не понравилось бы тогда на Земле. Но есть существа, люди и высшие животные, которые имеют лимфу; в ней, в этой лимфе, находят свое откровение эти существа. Таким образом, в нашем теле пульсирует не просто материальное вещество, но в каждом таком круговороте движутся целые полчища этих существ, которые вращаются в человеке, продвигаются сквозь него и имеют свое тело в человеческой лимфе — в то время как сам человек, собственно Я-человек, имеет своим телом сначала только свою кровь. И смотря по тому, совершают ли в нем свое круговое движение главным образом лунные существа или существа Марса такого рода, его лимфа приобретает особый характер. Если в человеческом теле совершают свое круговое движение главным образом лунные существа, то человек склоняется больше в сторону злобы, раздражения, гнева; если же в нем обращаются главным образом существа Марса, то человек склоняется больше в сторону мягкости, доброты, кротости. Так вы видите, что человек пронизан не одними только жидкостями, но и духами, и что мы поймем человека только тогда, если будем знать, что он пронизан не только жидкостями, но также и духами.

Если вы исследуете ясновидчески то, что называется хилусом и является прежде всего выражением человеческого эфирного тела, то вы найдете в нем также включенных и укоренившихся существ подобного рода. И то, что в него включено, это суть прежде всего те существа, которых мы выше охарактеризовали, с одной стороны, как добрых, а с другой стороны, как злых существ Венеры, существ, которые имеют свою родину на Венере и находятся в нашем деваханическом мире. Там они являются личностями для ясновидческой способности восприятия и имеют свое выражение, свое откровение здесь, в физической жизни, в человеческом питательном соке, в хилусе, как бы странно это ни выглядело. В этом пищевом соке, пронизывающем человеческое тело, живут эти существа, которые имеют свою истинную родину на деваханическом плане, и, насколько они принимают на себя физическое тело, имеют свою физическую жизнь на Венере. И так как Венера в смысле своих сил связана со всей нашей земной растительностью и со всем вообще, что живет на нашей Земле, то вам будет понятно, какая связь существует между тем, чем человек питается, и тем, чем человек становится благодаря этому питанию. Это вовсе не безразлично. Во всех растениях и, конечно, также и в животных живут влияния существ Венеры, с одной стороны, добрых, мягких, кротких, с другой стороны — тех неукротимых существ Венеры, которые, как Вам было описано, жаждут разбоя и находятся во вражде друг с другом. Смотря по тому, какого рода существа действуют на наших животных или на растения, мясо этих животных или пища, приготовленная из этих растений, будучи превращена в питательные соки, внедряет в тело человека добродетели или пороки.

Здесь вы видите с более высокой точки зрения, чем та, которая была указана вам в прежних докладах, насколько важно понять человеческую пищу с духовнонаучной точки зрения, и знать, под каким влиянием стоит то или другое растение, каким воздействиям подлежит то или другое животное. И кто знает, что в какой-либо стране особенно развиваются те или иные растения или животные, стоящие под теми или иными небесными влияниями, тот поймет, как необходимо образуется совершенно определенный народный характер, благодаря тому, что во всей принимаемой в себя пище, полученной из своего окружения, человек поглощает не только те вещества, какие указывает химия, но принимает в себя вместе с тем и определенных духов; и они-то входят через его рот в желудок и распространяются по его существу. Так открывается нам перспектива, которая позволяет из более глубоких географических особенностей страны узнать характер живущего в ней народа.

Не забудьте замечание, которое вы можете найти в записи доклада об «Отче наш», где этот факт был представлен с совсем другой точки зрения. Там было указано, что своим эфирным телом человек связан со всем своим народом, между тем как своим астральным телом он связан со своим ближайшим окружением.

Здесь опять-таки с более глубокой точки зрения проливается свет на образование народного характера, в зависимости от тех духовных существ, которые воспринимаются человеком вместе со средствами питания. Это есть одно из тех средств, благодаря которым великое духовное водительство Земли распределяет на ней различные народные характеры при помощи такого распределения различных по содержанию средств питания, что благодаря добываемой пище выявляется тот или другой народный характер. Это не означает скрытого возвращения к материализму, напротив, духовная наука показывает, как все материальное есть откровение духа, и как неизвестным для человека путем духовные влияния сами собой распространяются в человеке.

Труднее понять то, каким способом действуют на человека сатурнические духи, одни из которых таковы, что имеют тотчас же изобретения, как только взглянут на вещи, а другие таковы, что проявляют страшные разрушительные страсти чувственного рода, по сравнению с которыми все, что может в этом отношении сделать человек, является детской игрушкой. Эти сатурнические существа еще более таинственным образом прокрадываются в человеческое тело, а именно, через чувственное впечатление. Когда человек направляет взгляд на прекрасный, на чистый и благородный предмет, то в нем возбуждается одного рода представление; когда он направляет взгляд на безнравственный, грязный предмет, то в нем возбуждается другого рода представление. Когда путем внешнего впечатления в душе вызывается некоторое представление, то в то же время в человека пробираются сатурнические духи, добрые или злые. Так благодаря всему, что человек проявляет как простую симпатию и антипатию к тому, что он видит и слышит в своем окружении, он подвергает себя незаметному вторжению тех или иных сатурнических духов. Через глаза, уши, через всю кожу прокрадываются в человека эти духи, в то время как он имеет свои восприятия. Для оккультного наблюдения, например, ясно, какие невероятно разрушительные духи входят в людей через запахи некоторых духов, когда они находятся вблизи надушенных этими духами лиц, не говоря уже о самих этих лицах.

Отсюда вы видите, как тонко и интимно следует наблюдать с духовной точки зрения даже самые обыденные вещи, если мы хотим понять жизнь. Вы, может быть, слышали рассказы о людях, которые более или менее сознательно или бессознательно умели владеть теми духами, которые действуют на человека и проникают в него именно через запахи. Если бы узнали некоторые более интимные подробности из истории той или иной эпохи, например, из истории Франции при Людовике ХIII, ХIV, ХV, когда действительно ароматы играли весьма важную роль в проведении различных интриг, то вы имели бы представление о тех возможностях, какими располагают люди, умеющие сознательно или бессознательно распоряжаться такими духовными сущностями, которые примешиваются к чувственным впечатлениям и через парфюм и ароматы проникают в людей. Я мог бы указать вам на довольно интересную книгу, написанную недавно министром одного небольшого двора, при кагором в последние годы произошла важная катастрофа. Он описывает в своих мемуарах деятельность одной личности, которая умела известным образом управлять ароматами с их духовными аспектами. Разумеется, он писал это, ничего не зная о существе этих фактов, но самые действия ароматов были ему ясны, и он с удовлетворением отмечает, что оказался достаточно защищенным и не подпал их влиянию. Таким образом, вы видите, что эти вещи совсем не безразличны для практической жизни и оказывают на нее свои влияния. Если воспринимать жизнь не как слепой материалист, а как видящий человек, то можно повсюду ощутить эти влияния; и только тот, кто знает эти влияния, тот понимает жизнь.

Итак, вы видите, что мы должны представлять себе человека как существо весьма сложное, как спутника многих существ и многих миров. Кто продвигается по пути оккультного развития ко все более и более высоким познаниям, тот научается распознавать своеобразную природу этих существ и только благодаря этому освобождается от них, достигает свободного созерцания их. Воспринять в себя истинное познание высших миров — это и значит действительно стать свободным, действительно стать зрелым, так как этим путем мы овладеваем импульсами и влияниями, пульсирующими в нашей жизни. Научиться владеть этим познанием — это и значит жить вместе с тем свободным и независимым.

И подобно тому, как мы можем указать на известные соки, пульсирующие в человеке, так же можем мы указать на отдельные органы человека, в которых находят свое выражение, свое откровение существа высших миров. Так, например, те существа, которые были выше обрисованы как сатурнические существа, находят в известном отношении свое выражение в человеческой печени. Разумеется, мы должны дать себе ясный отчет в том, что Духовная наука — если мы хотим ее действительно изучить — суть весьма, весьма сложная область.

При описании эволюции человечества в период Сатурна вам было показано, что иод действием сил Сатурна впервые появились в своих зачатках человеческие органы чувств. Сатурн продолжает и теперь еще действовать на человека, и среди человеческих органов, внутри телесных органов силы Сатурна имеют интенсивное и большое влияние на печень. Но так как человек находится на пути к тому, чтобы все больше и больше вырастать за пределы всего сатурнического, то он должен подняться над теми силами, которые коренятся в его печени. В печени действительно коренятся те силы человека, над которыми он должен подняться, но которые были необходимы для того, чтобы он мог прийти к своей современной форме и образу. И печень есть тот орган, который содержит в себе больше всего тех сил, какие должны быть преодолены человеком. Вы можете проверить это на одном явлении, на одном внешнем факте. Так, например, вы можете убедиться, что в период перед рождением и тотчас после рождения печень имеет наибольшую величину по отношению к остальному телу. Затем она постепенно уменьшается. Если бы вы захотели указать относительную величину печени к остальному телу, то вы могли бы сказать, что вначале она равна 1:18; впоследствии это отношение становится 1:36. Доля печени уменьшается наполовину, так что путем чисто естественного развития человек преодолевает уже тс силы, которые коренятся в печени.

Когда человек получает на земле право на все более и более высокое духовное развитие, то он получает вместе с тем как внешнее физическое выражение этого способность преодолевать силы печени. В известном смысле противоположным печени органом являются легкие — таким органом, который в отличие от печени не вталкивает эгоистически все в человека — ибо это именно делает печень, — но открывает человека свободно вовне, так что через вдыхаемый и вновь выдыхаемый воздух он находится в непрерывном общении с внешним миром. В легком происходит процесс сгорания. Синевато-красная, богатая углекислотой кровь поступает и, соединяясь с кислородом, превращается в красную, жизнеспособную кровь. Как в горящем огне вещества соединяются с кислородом, так и в легких имеет место процесс сгорания. Дыхание есть в известном смысле процесс сгорания; и вместе с этим процессом дыхания и сгорания человеку дано право на все более и более высокое развитие. Человека построили те силы, которые нашли свое последнее завершение в печени. От действия этих сил, приковывающих человека к земле, его освободят те силы, которые он, как огонь из воздуха, воспринимает в себя. Огонь, который человек воспринимает из воздуха, который выражается в его дыхании, есть то, что поведет человека во все более и более высокие сферы.

Мифы, саги оказываются всегда мудрее и глубже нашей науки, ушедшей, как кажется, так далеко вперед. Только что указанная здесь особенность человеческой жизни выражается величественным образом в мифе о Прометее. В рассказе о том, что Прометей принес людям огонь с неба, отражено его участие в том процессе, который проявляется в дыхании и ведет человека все выше и выше. Но вместе с тем удивительным образом показано: так как Прометей поднялся над силами, которые приковывают людей к Земле и через это стал в противоречие с земными силами, так как он был тем, кто впервые дал людям возможность иметь эту силу огня, то он должен был пострадать за это. Это страдание представлено как удивительный факт, лежащий в основе этого мифа: коршун терзает печень прикованного Прометея! Как можно было бы прекраснее и мудрее показать, что силы, которые вливаются к нам с процессом дыхания, гложут печень, и тот, кто предвосхищает то, что будет совершено человечеством в далеком будущем, стоит перед нами как распятый — показать, как то, что спускается из воздуха, нисходит, грызет печень!

Так посвященные выразили в мифах великие принципы бытия. Нет ни одного мифа, который действительно не вышел бы из мистерии и не содержал бы глубокой мудрости, которую мы можем снова найти. И когда, обладая познанием фактов духовной науки, мы походим к мифам, то стоим в благоговении перед этими мифами, которые, как справедливо говорят, открыли человеку высокие духовные сущности, для того чтобы люди сначала в образах познали то, чего в более поздние времена они должны достигнуть в ясных представлениях. И это постоянно подтверждается, что мифы содержат в себе мудрость и что мы должны обращаться к ним, когда хотим в какой-нибудь области жизни найти изображение глубочайшей мудрости. Это знали те, кто создавали свои произведения из глубин искусства. Так, например, в произведениях Вагнера нашло себе художественное выражение его отношение к истине мифа. Наше время снова поднимется от чисто физической повседневности к полноте духовного течения. Если вы так увидите и поймете то, что пульсирует в наши времена, то вы воспримете во все более глубоком значении задачи духовной науки.

Мы начали с рассмотрения высших миров и в этой связи познали, собственно, назначение духовной науки — дать человеку возможность познакомиться и познать жизнь, ввести в его деятельность и работу все в большей и большей степени то, что таинственно участвует в каждом движении его руки, во всем, что он творит духом, душой и телом. Он со всех сторон окружен спутниками, и благодаря духовной науке будет все больше и больше осознавать этих существ, жить и творить в созвучии с ними. Так духовное исследование откроет ему полноту действительности и сделает его способным внести познание и мудрость в жизнь.

ВТОРОЙ ДОКЛАД. Берлин, 27 января 1908 г.

Сегодня мы углубимся несколько дальше в мировое пространство, и нам должен открыться внутренний ход мирового развития в целом и вместе с тем связь этого великого мирового развития с развитием человечества на Земле. В мире нет ничего, что не было бы связано между собой. Разумеется, для того, чтобы проследить эти сложные связи во Вселенной, человеку нужно очень, очень много времени, и лишь постепенно он войдет, так сказать, в интимные подробности мирового свершения.

Из прежних докладов мы видели, что известные существа, которые обитают на других мировых телах, имеют влияние на нашу собственную жизнь, что они имеют отношение к тому, что мы называем в себе лимфой, что мы называем своим питательным соком, и также к тому, что проникает в нас как чувственное восприятие через наши органы чувств. Уже из этого вы могли заключить, из каких далей действует дух, проницая мировое пространство.

Сегодня мы рассмотрим эти вещи еще с другой стороны и припомним для этого прежде всего то, на что мы уже неоднократно указывали: а именно, что сама наша Земля, подобно человеку, прошла через различные воплощения и пройдет еще через различные воплощения в будущем.

Мы видим в прошлом, собственно, три воплощения нашей Земли: воплощение, непосредственно предшествовавшее теперешнему состоянию и называемое нами старой — не нашей — «Луной»; далее то воплощение, которое мы обозначаем как «Солнце»; и затем еще более далекое воплощение, которое мы обозначаем как «Сатурн». И мы смотрим пророчески в будущее, когда наша Земля превратится в «Юпитер», в «Венеру» и в «Вулкан».

Так установили мы последовательные воплощения нашей земной планетной жизни. Если вы немного подумаете над последовательностью развития нашей Земли, то вы, конечно, сможете понять, что называем мы в оккультном понимании «Солнцем», вокруг которого, когда оно выступает как наше современное Солнце, вращается ряд планет. И если при этом мы говорим также еще о планетном бытии «Солнца», и о том, что сама наша Земля была в своем более раннем состоянии развития «Солнцем», то тем самым мы в известном отношении говорим, что то Солнце, которое образует теперь центр нашей планетной системы, не всегда было Солнцем. Оно, так сказать, продвинулось вперед и поднялось до степени Солнца, до достоинства Солнца во Вселенной. Некогда оно было соединено со всеми теми веществами и силами, какие были прежде в нашей Земле; оно взяло затем себе, так сказать, лучшие из них, содержавшие в себе наивысшую возможность развития, отделилось от Земли и покинуло нас и некоторое количество земных сил, предоставив более медленному развитию. Оно взяло с собой высшие существа и поставило себя с этими высшими существами в центр нашей системы. Таким образом, то, что теперь имеется в Солнце, представляло собой тогда только планетное бытие, и от этого планетного бытия поднялось затем до бытия неподвижной звезды. Отсюда вы видите, как все изменчиво во Вселенной, как все находится в развитии. Солнце не является сразу же Солнцем. Неподвижная звезда не становится так просто неподвижной звездой, но должна проходить сначала более низкую школу планетного бытия.

Конечно, вы можете меня спросить, что же происходит дальше, когда эта неподвижная звезда продолжает развиваться, что же тогда происходит? Действительно, как из планетного бытия развилось высшее бытие неподвижной звезды, солнечное бытие, так же совершается дальнейшее развитие в Космосе. Но мы, без сомнения, лучше поймем это развитие, если сначала рассмотрим еще немного протекшее развитие нашей Земли.

Действительно, на некоторый отрезок пути своего космического развития наша Земля отделилась от Солнца. Солнце со своими существами идет, так сказать, путем более быстрого развития. Наша Земля со своими существами идет теперь другим, более медленным путем. Но эти существа и вся Земля, после того как им в их раздельном пребывании была дана возможность вполне завершить свое развитие, придут однажды к воссоединению с существом Солнца; ибо в будущем наша Земля вновь соединится с Солнцем. Она воссоединится с Солнцем уже в нашей земной стадии, как во время земной же стадии она прежде отделилась от Солнца. Затем она должна будет еще раз выйти из Солнца во время состояния Юпитера. Это состояние Юпитера земные существа должны будут проходить снова отдельно от Солнца. Затем опять последует соединение; и во время состояния Венеры наша Земля будет более длительно соединена с Солнцем, будет более длительно пребывать в Солнце. Во время состояния Вулкана наша Земля внутри Солнца сама станет Солнцем и присоединит к солнечному развитию некоторую часть бытия, которой, несмотря на свою возвышенность, никогда не смогли бы сами по себе достигнуть существа, которые оставались соединенными с Солнцем. Земное бытие должно было наступить именно для того, чтобы люди могли развиваться так, как они развивались со своим повседневным сознанием, которое протекает в смене бодрствования и сна. Ибо это связано с отделением от Солнца. Существа, которые живут всегда в Солнце, не имеют дня и ночи. То чувственное сознание, которое мы называем ясным дневным сознанием и которое в будущем разовьется в более высокое сознание, именно оно принесет с собой в солнечное развитие опыт познания внешнего физического пространства. Благодаря этому мы также даем нечто солнечным существам, мы обогащаем их. И из того, что будет достигнуто на Земле, с присоединением того, что достигается на Солнце, образуется состояние Вулкана. Это состояние Вулкана есть уже состояние более высокое, чем наше современное состояние Солнца. Так развивается Земля, так развивается Солнце, прежде чем они смогут соединиться в развитии Вулкана.

Теперь вы можете снова спросить меня: что же произойдет дальше в космическом развитии с этим Солнцем, в которое разовьется наша планета? Без сомнения, мы сможем сказать, что, достигнув состояния Венеры, наша Земля сама станет Солнцем, и все существа на Венере будут солнечными существами; они будут даже выше того, чем являются существа современного Солнца. Что же произойдет дальше с этим планетарным развитием?

Вы видите: что мы теперь обсуждаем, покажется, разумеется, достаточно странным и прозвучит как безумие для всех тех, у кого понятия неподвижно застыли в том, что называют современной астрономией. Но такова истина, такова действительность космического развития: когда такая планета, как наша Земля, поднимется до бытия Солнца, когда она постепенно соединится опять со своим Солнцем, и все это в целом станет еще выше над солнечным бытием, тогда из всего этого образуется, как еще более высокая ступень развития, то, что в известном отношении вы можете воспринять теперь также на небе: тогда возникнет то, что мы называем теперь «Зодиаком»; это есть более высокая ступень по сравнению с развитием неподвижной звезды. Таким образом, когда существа не остаются ограниченными только неподвижной звездой, но распространяют свое развитие с такой мощью, что оно простирается выше, над неподвижными звездами, которые являются как бы включенными в них телами, тогда достигается более высокая ступень, ступень Зодиакального развития. Поистине, те силы, которые из Зодиакального Круга действуют на планетную систему, проходили сами прежде развитие в некоторой планетной системе и поднялись затем до стадии Зодиака.

А теперь припомните развитие старого Сатурна, первого воплощения нашей Земли. Этот Сатурн вспыхнул некогда, так сказать, в мировом пространстве, как вспышка утренней зари нашего планетного бытия. Вы, разумеется, знаете также, что на этом старом Сатурне развились первые зачатки нашего физического тела. Но даже в самом плотном своем состоянии этот Сатурн далеко не был плотным, физическим, как наша Земля. Он имел тонкое бытие. Его материей было то, что теперь пронизывает все существа как тепло и что в оккультизме называется «огнем». Мы можем представить себе это таким образом, что в окружении старого Сатурна, этой первой утренней зари нашего планетарного бытия, стояли образы Зодиака — разумеется, еще не такие, каковы они теперь. Эти зодиакальные образы обступали тогда старый Сатурн в таком виде, что отдельные звезды едва могли быть отличимы одна от другой. Они только слабо светились, напоминая скорее световые полосы, исходившие как бы от Сатурна. Вы лучше всего представите себе это, если помыслите этот старый Сатурн окруженный световыми полосами, подобно тому, как наша Земля окружена Зодиаком; и в ходе земного развития эти световые массы уплотнились в звездные массы современного Зодиака — так что, применяя абстрактное выражение, мы можем сказать, что Зодиакальный Круг дифференцировался из первоначальных масс огненных полос. Но откуда же появились самые массы этих огненных лопастей?

Они возникли из еще более древней планетарной системы, которая предшествовала нашей собственной планетной системе. Ибо Сатурну также предшествовали планетарные развития, протекавшие в то время, которое мы — говоря поистине астрономически-оккультно — уже не можем обозначать как «время» в нашем смысле, ибо оно имело несколько другой характер, чем наше «время». Мы можем сказать, что для современного человеческого понимания и для современного человеческого представления оно является настолько баснословным понятием, что мы не имеем слов для его выражения. И мы могли бы сказать только по аналогии, что силы более раннего планетарного бытия, предшествовавшего нашей планетной системе, растворились в световые куски, и лишь из незначительной части прежней материи в центре постепенно образовались первые зачатки древнего состояния Земли, старый Сатурн, а извне, из Вселенной, светили вниз силы, которые были вверху в зодиакальном круге.

Выступает нечто примечательное, когда мы сравним планетарное бытие с бытием Зодиакальным. Оккультист определяет двумя словами отличие планетарного бытия от бытия Зодиака. Он говорит: все, что объединяется в Зодиаке, стоит под знаком «устойчивости», «постоянства»; то, что объединяется в планетарном бытии, стоит под знаком «времени». Вы можете понять, что это значит, если припомните, что Зодиак представляется в течение очень, очень долгих времен неизменным. Каждая отдельная планета может сильно меняться, проходить отличные одна от другой эпохи развития, но то, что действует при этом вверху, в Зодиаке, остается сравнительно устойчивым, постоянным. Разумеется, эти понятия нужно брать лишь относительно. И если мы их рассмотрим, то разница в изменениях скажется лишь в их быстроте. Изменения в Зодиаке совершаются медленно. Изменений в мире планет и даже в бытии неподвижных звезд — по сравнению с изменениями в Зодиаке — совершаются очень быстро; итак, это различие только относительное. Мы могли бы, пожалуй, сказать, что для всех человеческих понятий планетарное бытие есть сфера конечного, бытие Зодиака это сфера бесконечности. Как сказано, это следует понимать относительно; но для человеческих понятий этого вполне достаточно.

Итак, мы можем сказать одно (и я прошу вас хорошенько это заметить): то, что действовало в планетарном бытии, что сделалось Солнцем, это поднимается выше до небесного бытия, до бытия Зодиака. И когда оно достигает этого зодиакального бытия, что же оно тогда совершает? Тогда оно жертвует собой! И я прошу вас обратить внимание именно на это слово. Таинственным образом это первое утренне-рассветное состояние нашей Земли возникло из жертвы Зодиака. Силы, которые сложили в шар первую тонкую массу Сатурна, эти силы излились сверху из Зодиака и произвели первый зачаток физического человека на Сатурне. И это продолжается дальше; ибо мы не должны думать, что это совершилось только один раз! Это совершается, в сущности, беспрерывно, постоянно приносятся в жертву силы, которые развились до более высокой ступени, пройдя предварительно через планетное бытие. Мы, пожалуй, почти можем сказать: то, что имеется сначала в планетной системе, развивается затем до солнечного бытия, далее до бытия Зодиака, и достигает тогда способности стать, в свою очередь, творческим, пожертвовать собой планетному бытию. Из Зодиака непрерывным «дождем» падают в планетное бытие силы, и также непрерывно из планетного бытия вверх поднимаются силы; ибо то, что когда-нибудь станет после нас Зодиаком, должно, в свою очередь, постепенно подниматься вверх. Поэтому мы можем сказать: распределение сил в нашей Земле таково, что, с одной стороны, в ней имеются силы, нисходящие от Зодиака, с другой, силы, восходящие к Зодиаку. Это таинственное взаимодействие Зодиака с нашей Землей. Силы нисходят и восходят. Это суть ступени таинственной «небесной лестницы», по которой спускаются и поднимаются силы. На них различным образом указывалось в религиозных писаниях; мы находим их также в «Фаусте» Гете:

Как все вплетается в Целое,
Одно в другом действует и живет!
Как Небесные силы восходят и нисходят
И себе златые Ведра подают!
С благостно-благоухающими Раскачиваниями
С Небес через Землю проникают,
Гармонически всю Вселенную прозвучивают!
(Фауст, I, Ночь).

Для нашего суждения и для нашей способности восприятия эти силы начали нисходить вместе с проявлением бытия Сатурна, и когда Земля достигла середины своего развития, то был сделан также шаг к тому, чтобы эти силы начали вновь подниматься. В настоящее время мы достигли того, что переступили уже, так сказать, через середину нашего развития. Ибо в середине нашего развития мы были как раз в середине атлантической эпохи; и то, что люди прошли после атлантической эпохи, есть нечто, превышающее середину нашего развития. Так что мы можем сказать, что в известном смысле в настоящее время возносится больше сил, нежели нисходит из Зодиака.

Итак, если вы помыслите весь Зодиак, то вы должны представить себе, что одна часть сил этого Зодиака нисходит, другая часть сил восходит. Те силы, которые находятся теперь в восходящем развитии, мы соединяем, ибо они относятся именно к этим созвездиям, с зодиакальными знаками Овна, Тельца, Близнецов, Рака, Льва, Девы, Весов. Это суть семь созвездий, которые соответствуют восходящим силам. Пять других созвездий соответствуют нисходящим силам: Скорпион, Стрелец, Козерог, Водолей, Рыбы. Вы видите, таким образом, как силы нисходят вниз из Зодиака и поднимаются вверх, причем восходящим силам соответствует семь созвездий, а нисходящим пять созвездий. В человеке восходящие силы Зодиака соответствуют высшим членам его существа, высшим более благородным свойствам. Силы нисходящего развития должны сначала в человеке достигнуть той ступени, благодаря которой они могут стать восходящими силами.

Таким образом, вы поймете, как в мировом пространстве одно может действовать на другое, как в мировом пространстве все должно быть связано и соотнесено одно с другим. И мы должны всегда твердо помнить, что эта связь, это взаимодействие во всем существует, всегда налицо. Так что в каждый момент своего развития, где бы мы ни стояли, мы можем сказать себе: да, в человеке имеются теперь силы, которые входят и выходят, силы, которые нисходят и восходят. Для каждой из этих сил наступает момент, когда из нисходящих они превращаются в восходящие. Все те силы, которые становятся восходящими, были сначала нисходящими. Они нисходят, так сказать, вниз до человека. В человеке они достигают возможности стать восходящими силами.

Когда наша Земля была в середине своего развития, пройдя через три планетарных ступени бытия, Сатурн, Солнце, Луну, когда она вступила в четвертое планетарное состояние (и далее ей предстоят еще состояния Юпитера, Венеры, Вулкана), то ей надлежало пройти через три «состояния жизни», которые называют также кругами или рундами. Три из них она уже прошла; в четвертом состоянии жизни она находится теперь. Затем ей надлежало пройти через три «состояния формы», арупа, рупа, астральное, вплоть до физического бытия. Таким образом, в смысле состояния формы она находится теперь в середине своего развития. Как физическая Земля в четвертом состоянии формы, четвертого состояния жизни, четвертого планетарного бытия, она должна была пройти через три расы: первую полярную, вторую гиперборейскую, третью лемурийскую расу. Атлантическая раса четвертая. В атлантической расе человечество было как раз в середине того развития, о котором мы вообще можем говорить. По прошествии середины атлантической эпохи человечество перешло через середину своего развития; и с середины атлантической расы для человечества вообще впервые начался тот период, когда преобладание получили силы восхождения. Если бы мы измерили соотношение восходящих и нисходящих сил Зодиака в середине атлантической эпохи, то мы должны были бы сказать: они находятся в равновесии. Тогда мы должны были бы перечислять иначе, и сказать, что к восходящим силам относятся: Овен, Телец, Близнецы, Рак, Лев, Дева. Но Весы мы должны были бы отнести к другой части, к части нисходящих сил.

Но со всем этим связано еще нечто другое. Вы должны уяснить себе, что когда мы говорим об этих космических процессах, то мы говорим не о физических или эфирных телах, а о существах, которые обитают на соответствующих называемых нами небесных телах. Когда мы духовнонаучно говорим о человеке, то мы говорим, что человек во всей его полноте — а такого человека мы и можем иметь в виду — суть существо семичленное, которое состоит из физического тела, эфирного тела, астрального тела, Я, Самодуха, Жизнедуха, Духочеловека. Теперь он еще не завершен; но он будет завершенным, когда его семичленная сущность достигнет своего полного развития. Но в великой Вселенной имеются не только такие существа, как человек. Есть и другие существа — например, такие, о которых мы не можем сказать, что они имеют физическое тело, как имеет его современный человек. Есть существа, составные члены которых мы должны перечислять иначе. Мы можем записать члены человеческого существа так:

7. Духочеловек.

6. Жизнедух.

5. Самодух.

4. Я.

3. Астральное тело.

2. Эфирное тело.

1. Физическое тело.

Но есть существа, низшим членом которых является эфирное тело; они также имеют семь членов, но они имеют выше, над Духочеловеком, еще восьмой член. У них начинается с эфирного тела, астрального тела и т. д., и кончается тем членом, который лежит выше нашего Атма, выше Духочеловека. Затем есть существа, низшим членом которых является астральное тело; зато выше, над Духочеловеком, они имеют еще восьмой и девятый член. Есть существа, низшим членом которых является Я, то есть такие, которые не имеют в нашем смысле физического тела, эфирного тела, астрального тела, но проявляются так, что их Я открывается вовне без трех оболочек — существа, которые всюду являют вовне свое Я. Зато они имеют еще восьмой, девятый и десятый член; они указаны в Апокалипсисе как «существа, исполненные очей». Далее, есть существа, которые начинаются как с низшего члена с Самодуха, с Манаса. Сверху они имеют еще одиннадцатый член. И, наконец, есть существа, которые начинаются с Жизнедуха; высшим членом они имеют тогда еще двенадцатый. Итак, есть существа, которые имеют своим низшим членом не физическое тело, как имеет его человек, а именно своим низшим членом имеют Будхи; зато они имеют тот высший член, который мы лучше всего обозначим числом двенадцать. Это суть высокие, возвышенные существа, которые далеко превосходят все, что человек может себе представить. Как же можно составить себе вообще какое-либо представление об этих удивительных, наивысочайших существах?

Если мы хотим с известной стороны охарактеризовать человека, то он предстает перед нами по отношению к Вселенной как существо воспринимающее. Вовне, вокруг нас, находятся вещи, существа; вы воспринимаете их, вы образуете себе о них понятия. Представьте себе, что мир вокруг нас был бы пустым или темным: вы не могли бы получить тогда никаких восприятий, никакие вещи не дали бы вам понятий. Вы принуждены содержание своего внутреннего воспринимать извне. В этом характерная особенность человека: он — существо воспринимающее, существо, которое свое душевное содержание, свое внутреннее воспринимает прежде всего извне; так что вовне должны существовать вещи для того, чтобы он мог иметь какое-либо содержание. Эфирное тело человека построено таким образом, что всеми имеющимися в нем переживаниями оно обязано всему мировому окружению. Те существа, о которых я говорил вам выше, существа, которые имеют своим высшим членом Жизнедух, находятся в совсем другом положении. В смысле своей жизни эти существа определяются не тем, что они являются воспринимающими извне, но тем, что они являются дающими вовне, творящими. Из тех сообщений, которые я постоянно давал вам, вы уже, разумеется, знаете, что Я работает также и в эфирном теле, и что Будхи есть не что иное, как переработанное эфирное тело, так что субстанционально Жизнедух есть также эфирное тело. Да, двенадцатый член у этих Высочайших существ есть также эфирное тело, но эфирное тело, которое изливает жизнь, которое действует в мире так, что оно не получает жизнь, а отдает — может постоянно жертвовать ею.

Спросим себя теперь: можем ли мы составит себе представление о существе, которое находится в каких-то отношениях к нам и которое изливает таким образом жизнь в нашу Вселенную? Изливающуюся жизнь, непрерывным оживляющим потоком текущую в мир — можем ли мы эти себе представить?

Вернемся на мгновение к тому, что мы сказали в начале сегодняшнего доклада. Мы сказали, что существуют восходящие и нисходящие силы, силы, которые поднимаются к Зодиаку, и силы, которые исходят от него. Каким же образом человек вообще пришел к такому состоянию, что от него может что-либо изливаться вверх? Что именно произошло с человеком, что из его существа что-либо может подниматься вверх? Он пришел к этой возможности благодаря тому, что сначала долгое время подготовлялось, а потом все дальше и дальше развивалось его Я. Это Я подготовлялось долго, очень долго. Ибо, в сущности, все бытие в состоянии Сатурна, в состоянии Солнца и в состоянии Луны, когда создавались оболочки, которые должны были принять в себя Я, было подготовлением этого Я. Тогда другие существа создавали обитель для Я. Теперь на земле эта обитель была создана настолько, что в человека могло вступить Я; и это Я в человеке начало с тех пор изнутри наружу преобразовывать внешние телесные оболочки. Эта внутренняя работа создала превышающий равновесие избыток восходящих сил. Пока Я еще не могло работать в человеке, до тех пор восходящие силы постепенно развивались в нем до среднего уровня, и в тот Момент, когда Я вошло в человека, восходящие и нисходящие силы достигли как раз «состояния равновесия». Вступление Я в человека означает момент уравновешенности восходящих и нисходящих сил; и от человека зависит должным образом сдвинуть с места это состояние равновесия. Поэтому оккультисты называли «Весами» то созвездие, в которое вступило развитие, когда началось приближение Я. И хотя до конца периода «Девы» в нашем планетарном развитии подготовлялось действие Я, однако само Я еще не сходило. Теперь же, с момента Весов, началось прямое участие Я, и тем самым был осуществлен важный момент его развития.

Подумайте, что это значит, что Я достигло такой стадии: начиная с тех пор, Я могло участвовать в силах, которые принадлежат Зодиаку; оно могло проникать своим действием в Зодиак. Чем более Я стремится к высшей точке своего развития, тем больше оно врабатывается в Зодиак. В глубинах Я не происходит ничего, что не имело бы своих воздействий, достигающих вверх до Зодиака. И когда своим Я человек закладывает основание к тому, чтобы развиваться до своего Атмана или Духочеловека, он все больше и больше вырабатывает в себе те силы, которые дают ему возможность действовать вверху в Весах Зодиака. Он достигнет полного овладения этими Весами Зодиака, когда сделает свое Я выражением Атмана или Духочеловека. Тогда он становится существом, которое нечто из себя изливает, которое из стадии временности переходит в стадию вечности или постоянства.

В то время как человек проходит этот свой путь, имеются другие существа, низшим действием которых является то, что есть высшее действие для человека. Поищем теперь эти существа, у которых низшим действием является то, что у человека есть его действие в Весах Зодиака. Если мы впишем человека в Зодиак, то увидим, что он достигает до Весов. Существо, которое в своем истинном бытии принадлежит всему Зодиаку, существо, силы которого принадлежат всему Зодиаку и которое в планетарной жизни проявляется как имеющее своим низшим членом Весы — в то время как у человека низшим членом являются Рыбы, — это существо, как вы видите (см. схему), распространяет свою жизнь над всей нашей Вселенной. В то время как человек берет в себя жизнь, это существо излучает жизнь на всю Вселенную.

Мистический Агнец (с 12-го по 6-й член):

1. Овен, 12-й член.

2. Телец, 11-й член.

3. Близнецы, 10-й член.

4. Рак, 9-й член.

5. Лев, 8-член.

7. Духочеловек. Дева, 7-й член.

6. Жизнедух. Весы, 6-й член.

5. Самодух. Скорпион.

4. Я. Стрелец.

3. Астральное тело. Козерог.

2. Эфирное тело. Водолей.

1. Физическое тело. Рыбы.

Это есть Существо, которое имеет силу принести великую жертву и которое вписано в Зодиак как существо, жертвующее собой за наш мир. И как человек стремится подняться вверх к Зодиаку, так эта сущность ниспосылает нам свой жертвенный дар из Овна, который принадлежит ей, как знак Весы принадлежит человеку. И как человек направляет свое Я к Весам, так это существо изливает над нашим миром свое бытие как жертву. Поэтому его обозначают как «Мистического Агнца», жертвующего собой, ибо агнец есть то же, что овен; отсюда указание на Христа как на Агнца или овна, отдающего Себя в жертву. Таким образом, Христос характеризуется здесь как принадлежащий всему Космосу. Его Я простирается до Овна; и, простираясь до Овна, оно само становится тем самым «Великой жертвой» и связуется со всем человечеством, так что силы и существа, которые действуют на Земле, являются Его созданиями Всей Своей сущностью Он направлен в Солнце, в Своем творении Он связан с Луной и Землей, и Его силы лежат в созвездии Овна. Силы расположены так, что Он мог стать творцом этих существ, в созвездии Овна или Агнца. Из самих небес вынесено наименование «Мистического» или «Жертвующего Собой Агнца». Таков один из аспектов, к которым мы приходим, когда от нашего узко-ограниченного бытия поднимаем взор к небесным пространствам и познаем, как взаимодействуют между собой небесные силы и существа в небесном пространстве. И благодаря этому силы, идущие от небесного тела к небесному телу, становятся для нас подобными тем силам, которые идут от одной человеческой души к другой, как любовь и ненависть. Мы видим душевные силы, которые идут от звезды к звезде и мы учимся познавать то, что начертано на небесах, как действия, деяния, поступки этих сил в мировом пространстве.

ТРЕТИЙ ДОКЛАД. Берлин, 15 февраля 1908 г.

Эти проходящие но понедельникам доклады имеют своей целью поднять ко все более и более высоким воззрениям теософов, которые уже в течение долгого времени проникались теософическим воззрением, и особенно — что еще более важно — теософическим образом мыслей. Поэтому тем, которые присоединились, так сказать, как позднейшие слушатели, будет все трудней следовать за нами. И поэтому с/г тех, кто присутствуют здесь лишь с недавнего времени, потребуется много доброй воли, чтобы с понимающим чувством и ощущением следить за содержанием этих докладов. Но необходимо особенно подчеркнуть, что мы не продвинулись бы вперед, если бы не имели случая пролить свет также и на более высокие области духовного бытия. Это и должно быть сделано здесь, в настоящих докладах.

Итак, в последнем докладе я некоторым образом представил вашему обозрению развитие всей нашей планетной системы. Этому предшествовало рассмотрение самой этой планетной системы в смысле обитаемости отдельных планет различными существами, которые, со своей стороны, имеют влияние на наше человеческое тело. Сегодняшние сообщения примкнут к этим двум предыдущим рассмотрениям. Мы еще более расширим обозрение планетной системы и познаем при этом с духовной точки зрения некоторые тайны мирового бытия.

Когда перед нами выступает одно из обширных представлений о возникновении нашей планетной системы, то нам указывается, прежде всего, на некоторую туманность, на огромное скопление туманности, из которой образовалось затем наше Солнце с окружающими его планетами, причем движущими силами этого образования признаются, как правило, только физические силы. Вы знаете, что эту теорию, которая затем неоднократно модифицировалась, называют канто-лапласовской теорией, и вы знаете также, что люди, пришедшие теперь к такому пониманию происхождения планет и, в частности, Земли, чрезвычайно горды этим пониманием. И они всегда указывают, насколько несовместимо с таким передовым воззрением желание говорить еще и о духовных силах и духовных существах, участвующих в выделении небесных сил из их первичной туманности. Вы знаете, что существуют популярные книги, в которых это желание определяется как нечто самое отсталое и суеверное.

Ум теософа может понять все, что говорится в этих научных теориях. Но он идет еще несколько дальше. Для него ясно, что признание сил притяжения и отталкивания не исключает возможности участия еще многих других вещей. В настоящее время теософия еще должна терпеливо переносить, когда общепринятая официальная наука, которую можно было бы, пожалуй, назвать «антисофией», объявляет ее непроходимым невежеством, ужасающим суеверием. Но мы живем в эпоху, которая для теософа является удивительным образом «обнадеживающей». Хотелось бы сказать, что теории, воззрения и познания, которые общепринятая ныне наука черпает из своих же собственных фактов, имеют вид маленьких, задыхающихся карликовых существ, которые, пыхтя и отдуваясь, бегут, далеко отставая от фактов. Ибо факты современной науки, в сущности, далеко опережают то, что является «верой» современной науки. Они-то как раз все снова и снова подтверждают теософические истины. Но только этого в них не замечают. Я хотел бы лишь указать, что мы часто говорили здесь о действии астрального тела ночью: днем физическое и эфирное тело истощаются, и ночью астральное тело действует восстанавливающим образом, удаляя вещества, которые вызывают усталость. Высказать это положение в такой форме было бы совершенно недопустимым для современной науки. Но факты говорят ясным языком. И когда мы читаем, например, в одном американском журнале: «Некий исследователь выдвинул теорию о том, что деятельность сна в человеке является инвольвирующей, созидающей, в то время как деятельность бодрствования является, напротив, разрушительной», — то мы имеем в этом новое подтверждение того, что современная ученость бежит за фактами, наподобие маленьких карликов, которые не поспевают за ними; а в духовном воззрении имеются большие, полные света озарения, которые вынесены из духовного мировоззрения.

Когда мы духовнонаучно рассматриваем возникновение нашей современной солнечной системы, то нам совсем не нужно, как и в других областях, вступать в какое-либо противоречие с данными, предлагаемыми физической наукой. Ибо теософия никоим образом не противоречит тому, к познанию чего единственно стремится физическая наука, тому, что можно было бы видеть глазами в последовательности развития. Если бы в эпоху первичной туманности кто-нибудь поставил в мировом пространстве стул и, усевшись на него, стал в течение долгого времени наблюдать происходящее перед ним образование отдельных шаров (планет), то физическими глазами он не увидел бы ничего, кроме того, что констатирует эта физическая наука. Но это было бы подобно сообщениям двух свидетелей, наблюдавших, как один человек дал пощечину другому. Тогда один из них сказал бы: этот человек был охвачен страстным гневом на другого; это заставило его поднять руку, и, таким образом, тот получил пощечину. Другой наблюдатель сказал бы: ты фантазируешь, я не видел никакого гнева или страсти; я видел только, как двигалась рука и наносила удар; оттого и получилась пощечина. — Таково внешне-материалистическое описание, тот метод, какой применяет современная наука. Он не противоречит духовному исследованию фактов. И вот тот, кто полагает, что это материалистическое описание фактов является единственным, чувствует себя в своем научном величии далеко превосходящим все то, что может предложить духовное исследование. Таким образом, так называемая модифицированная канто-лапласовская теория вполне может иметь свое значение как описание внешних событий. Но внутри всего этого образования шаров, всей этой кристаллизации отдельных мировых тел действовали духовные силы и духовные существа.

Экспериментатор очень хорошо показывает нам теперь, как все это может происходить, эту канто-лапласовскую теорию. Для этого нужно только взять не слишком большую каплю масла, которая плавает на воде, ввести в нее в области экватора небольшой кружок картона и проткнуть иглой. Если после этого начать достаточно быстро вращать иглу, то от капли масла станут отрываться мелкие капли, так что появится в малом виде целая мировая система, на которой можно будет наглядно увидеть то, что происходило при образовании мировой системы в пространстве. Но при этом экспериментатор забывает одно: а именно, что он сам присутствовал при этом, сделал все необходимые приготовления и начал вращать иглу, и что в великом Космосе не может происходить само собой то, что и в малом космосе также не происходит само собой. А там, в пространстве, по его мнению, должно происходить само собой! Это совсем не так трудно понять; но правильные физические положения используются таким образом, что, кто этого не может видеть, тот и не видит. Итак, при образовании всех этих планет действовали духовные силы и духовные существа, и мы рассмотрим теперь нечто из этой деятельности.

При этом я должен напомнить вам о неоднократно упоминавшемся факте: наша Земля, прежде чем стать «Землей», прошла через другие планетарные состояния: состояние Сатурна, состояние Солнца, состояние Луны, и только после этого достигла своего теперешнего, земного состояния. Поставьте теперь достаточно живо перед душой этот древний, в бесконечно далеком прошлом царящий в пространстве Сатурн, который был первым воплощением нашей Земли. В существе этого древнего Сатурна совсем еще не было ничего такого, что мы видим вокруг себя как наши растения, минералы и животные. Первоначально этот Сатурн состоял лишь из самых первых зачатков человека. Мы не можем сказать о нем иначе, как то, что он являл собой как бы сцепление человеческих существ, которые также имели тогда только в самом зачатке физические тела. Из одних лишь физических человеческих тел был составлен этот старый Сатурн — приблизительно так, как тутовая ягода Или ежевика состоит теперь из отдельных зерен. И как наша Земля окружена теперь воздухом, так этот старый Сатурн был окружен атмосферой, которая, однако, по сравнению тем, что нам известно сегодня как наша земная атмосфера, была духовной. Это была атмосфера чисто духовного рода, и в ней развивался тогда человек в своем первоначальном зачатке. Затем наступило время, когда Сатурн перешел в состояние, подобное тому, человек переживает, когда между смертью и новым бдением пребывает в деваханическом состоянии. Это состояние мирового тела называется пралайей. Таким образом, Сатурн прошел через своего рода деваханическое состояние и появился затем, вступив снова во внешне воспринимаемое бытие, как второе планетарное состояние нашей Земли, Солнце. Это солнечное состояние, в свою очередь, подвинуло человека дальше вперед. Некоторые отставшие существа проявились теперь как второе царство рядом с человеческим царством на Солнце, так что мы имеем здесь уже два царства. Затем опять наступает состояние пралайи, после чего вся планета превращается в состояние Луны, и затем, пройдя через пралайю, Луна превращается в нашу Землю.

Когда наша Земля выступила из чисто духовного, деваханического состояния, когда она получила впервые внешне воспринимаемое бытие, то она была не такой, как теперь; она была такой, что для внешнего созерцания ее действительно можно было воспринять как великую «первичную туманность», которую описывает внешняя физическая наука. И мы должны мыслить себе, что эта «первичная туманность» была огромна, что размеры ее были гораздо больше теперешней Земли и выходили далеко за пределы самых крайних планет, принадлежащих теперь к нашей солнечной системе, далеко за пределы Урана. Духовнонаучно мы представляем себе это так, что это образование, выступавшее из чисто духовного состояния, было не только неким родом физической первичной туманности. Кто описывает то, что тогда возникло, только как некоторого рода физическую первичную туманность, и ничего больше, поступает подобно тому, кто, желая обрисовать человека, скажет: человек состоит из мышц, облегающих кости, и из крови, — то есть опишет только физическое. Но в первичной туманности содержится множество духовных сил и духовных существ, которые входят в ее состав; и то, что происходит в этой туманности, есть последствие деяний духовных существ. Все, что описывает физик, есть та картина, которую можно было бы видеть, если поставить в мировом пространстве стул и наблюдать с него происходящее. Он описывает действительно как тот наблюдатель, который отрицает гнев и страсть, и видит одну движущуюся руку. На самом деле то, что там происходит — выделение мировых тел, мировых шаров — есть действие духовных существ, так что в первичной туманности мы видим одеяние, внешнее откровение сонма духовных существ.

Эти духовные существа стоят на разных ступенях развития. Они не появляются из ничего, но имеют за собой некоторое прошлое. Они имеют за собой прошлое Сатурна, Солнца и Луны. Они все прошли через это и теперь им предстоит применить в своей деятельности то, чему они научились на Сатурне, Солнце и Луне; но все они стоят на самых различных ступенях развития. Среди них есть существа, которые уже на старом Сатурне достигли того, чем является теперь человек на Земле. Они прошли человеческую ступень уже на Сатурне и стоят, таким образом, выше, чем стоял человек в начале развития; они стоят гораздо выше человека. Есть и другие существа, которые прошли свою человеческую ступень на Солнце; и такие, которые прошли ее на Луне. Человеку предстоит пройти свою человеческую ступень на Земле. Когда мы рассматриваем хотя бы только эту четырехчленную иерархию существ, то мы имеем уже перед собой род различных существ на разных ступенях развития.

Мы называем тех существ, которые проходили свою «человеческую ступень» на Солнце, «Духами Огня». Но мы не должны представлять себе, что эти Духи Огня, которые были людьми на планете старого Солнца, выглядели тогда так, как выглядят теперь люди. Они проходили свою человеческую ступень в другом внешнем облике. Планета старого Солнца состояла из чрезвычайно тонкой, легкой материи. Тогда совсем еще не было ничего твердого и жидкого, а одно только газообразное, и тела Духов Огня, хотя они стояли на стадии человека, были только газообразными. В космическом развитии человеческая ступень может быть проходима в самых разных формах. В плотном теле ее проходит только земной человек на Земле. В своего рода водном состоянии ее проходили те существа, которые были людьми на Луне, и которые тогда уже, на Луне, стояли выше человека.

Таким образом, с той первичной туманностью, которая лежит в исходной точке нашей солнечной системы, были связаны эти духи и сонмы еще других духов. И вы легко можете представить себе: то, что для человека началось на Сатурне, для других существ началось известным образом на Солнце. Как на Сатурне было положено начало физического тела человека, так на Солнце появились другие существа, проходившие, так сказать, ту же космическую азбуку. В настоящее время они достигли такого состояния при своем физическом воплощении, что являются нашими животными. На Луне к этому присоединились те существа, которые выступают теперь в растениях; а наши современные минералы возникли впервые лишь на Земле. Таковы эти младшие спутники нашего развития, страдания и радости которых я обрисовал вам в одном из предшествующих докладов. Таким образом, в этой первичной туманности были не только ушедшие вперед существа, но также и такие существа, которые еще не стояли на человеческой ступени.

К существам, которых я вам теперь перечислил, присоединяются еще такие, о которых мы сказали, что они отстали на известных ступенях космического развития. Возьмем, например, Духов Огня. Духи Огня закончили свою человеческую ступень уже на Солнце. Теперь на Земле они являются высоко вознесенными существами, на две ступени превышающими человека. Они ушли так далеко, что человек, только поднявшись через бытие Юпитера и Венеры к бытию Вулкана, созреет для того бытия, какое эти возвышенные солнечные Духи имели уже, когда Земля начала свое развитие. Но есть существа, которые отстали, то есть такие, которые на Солнце могли бы пойти так же далеко, как духи Огня, но по известным причинам отстали позади, не могли развиваться вполне до той высоты, до которой дошли Духи Огня к тому моменту, когда Земля стояла в начале своего развития.

Вы все помните, что Земля в самом начале своего развития находилась в таком состоянии, когда она — и это вполне согласуется с теорией первичной туманности — представляла собой одно тело вместе с Солнцем и Луной. Так что если бы вы смешали в одном гигантском космическом котле три небесных тела, Землю, Солнце и Луну, то вы получили бы тело, которое некогда существовало в действительности. Затем наступил момент, когда Солнце отделилось, оставив Луну плюс Землю, а затем наступил момент, когда отделилась также и Луна, и наша Земля стала такой, какова она теперь: с Одной стороны, в ее окружении находится Солнце, с другой, Луна.

Спросим же себя: для чего произошло то, что из одного тела стало три тела? Вы легко поймете, отчего это произошло, если припомните, что в первичной туманности — связанные с внешним бытием первичной туманности — действовали высоко развитые существа, которые стояли на две ступени выше человека непосредственно. Им нечего было делать на такой планете, какова теперь наша Земля; они нуждались совсем в другого рода арене. И напротив, человек был бы, так сказать, уничтожен, если бы он оставался связанным с Солнцем. Он нуждался в менее напряженном, более умеренном бытии. Поэтому действием Духов Огня Солнце должно было быть извлечено из Земли и сделано местом их обитания. Это не есть только физическое событие; но мы должны понимать это как деяние самих Духов огня. Они извлекли из Земли все нужные им субстанции и сделали своей обителью Солнце. В силу своей природы они могут выносить выносить эту огромную стремительность в своем развитии. Если бы человек подвергся этой гигантской стремительности развития, то, едва родившись, он уже был бы стариком. Все развитие бурно неслось бы вперед. Только такие существа, которые стоят тремя ступенями выше человека, могут выносить такое бытие, каким является бытие Солнца. Они отделились вместе с Солнцем и оставили Луну вместе с Землей.

И теперь мы можем ответить также на вопрос, почему Луна должна была отделиться от Земли. Если бы Луна оставалась соединенной с Землей, то человек опять-таки не мог бы продолжать свое существование. Луна должна была быть выброшена из Земли, ибо она мумифицировала бы все развитие человека. Люди не могли бы проходить такого быстрого развития, какое совершилось бы, если бы Солнце оставалось соединенным с Землей; но они одеревенели бы, превратились бы в сухие мумии, их развитие было бы так замедлено, что они мумифицировались бы, если бы Луна оставалась соединенной с Землей. Луна со своими силами и с подчиненными ей существами должна была быть извлечена из Земли, для того чтобы были созданы условия возможного для человека развития. И поэтому с Луной связаны те существа, которые, как это мной было описано, в течение всей своей жизни остаются приблизительно на той ступени, которой на Земле достигает теперь семилетний ребенок. Так как они проходят только такое бытие, как человек до семилетнего возраста, когда развивается только его физическое тело, то им нужна такая арена жизни как Луна. Если вы представите себе, что с первой туманностью были связаны не только эти существа, но и ряд еще других, стоящих на самых различных ступенях развития, то вы поймете, что из этой туманности выделились не только такие планеты, как Земля, Солнце и Луна, но также и другие мировые тела, и они выделились именно потому, что должны были возникнуть места деятельности, соответствующие ступеням развития существ. Так, были такие существа, которые при начале нашего земного развития вряд ли были бы способны участвовать в этом развитии, существа, которые были еще настолько юны во всем своем развитии, что каждый дальнейший шаг принес бы им гибель. Они должны были получить такое место действия, на котором они могли бы, так сказать, вполне сохранить свою юность. Все другие планеты предназначены стать обителями для уже более продвинутых существ. Для существ, которые возникли последними во время лунного периода и которые поэтому остались на очень ранней ступени развития, должна была быть выделена обитель, которая опять-таки имеет только слабую связь с нашим земным бытием; так выделилось то мировое тело, которое мы обозначаем как Уран. Оно стало ареной деятельности для таких существ, которые должны были оставаться на очень далекой, отставшей ступени развития.

Затем развитие пошло дальше. Все, что имеется в нашей мировой системе, не считая Урана, пребывает сначала в виде одной смешанной общей массы. Греческая мифология называет «хаосом» то состояние, которое было до выделения Урана. Затем выделяется Уран, r остальное остается еще, так сказать, в хаосе. В нем пребывали тогда существа, которые в своем развитии стояли как раз на такой ступени, на какой находились мы, люди, когда наша Земля проходила через состояние Сатурна. И для них именно была создана особая ярема «Сатурна», для возможности их развития. Так Выделилось второе мировое тело, Сатурн, который вы теперь еще видите в мировом пространстве. Он возник благодаря тому, что имелись существа, стоявшие на той ступени, на какой люди стояли во время сатурнического бытия Земли. И когда этот Сатурн возник как особое мировое тело, в его первозданной массе содержалось в разреженном виде все то, что принадлежит теперь к нашей планетной системе, включая также и Землю со всеми ее существами. Отдельно в пространстве существовали только Уран и Сатурн.

Следующее, что произошло, было отделение новой планеты, которая должна была стать ареной для существ на известной ступени развития. Это был «Юпитер», третья планета, которая выделилась из общей массы туманности, являющейся для нас Землей. При отделении Юпитера и других планет, как мы их уже знаем, Солнце и Луна были еще соединены с Землей. Те планеты уже были выделены из хаоса, когда с Землей происходило то, что сейчас происходит с Солнцем, когда наша Земля еще была соединена с Солнцем и Луной. В это время, когда отделился Юпитер, постепенно возникли предшественники современного человечества, то есть современные люди появились тогда опять, как новое растение появляется из семян. Эти человеческие семена образовались постепенно во время состояния старого Сатурна, во время состояния старого Солнца и во время состояния старой Луны. Теперь, когда Солнце было еще связано с Землей, эти человеческие семена появились снова.

Но люди не могли бы продолжать такого развития; они не могли бы выдержать этого темпа развития на Земле, еще связанной с Солнцем. И тогда произошло то, что мы поймем правильно, если уясним себе, что существа, которых мы назвали Духами Огня, поместили арену своего действия вне Земли. Солнце выделяется из Земли, и Земля остается с Луной. В этот период — мы не будем сейчас на нем подробно останавливаться, так как это завело бы нас слишком далеко — опять-таки, как арена действия для особых существ был выделен Марс, который в дальнейшем развитии проходит через Землю с Луной и при своем прохождении оставляет в Земле с Луной то, что мы знаем теперь как железо. В нем причина и всего того то, что как железосодержащее имеет место в живом существе, то есть в крови. Но кто-нибудь мог бы сказать: железо ведь есть везде, и в Солнце, и в прочем. — Это неудивительно, так как в первичной туманности, подобно другим планетам, был также и Марс со своим железом, которое он и оставил после себя. Оно имеется также во всех других планетах! И современная наука дает уже удивительное подтверждение того, что дело обстоит именно так, как об этом говорится здесь, со стороны духовного учения. Вы, конечно, помните, что однажды я обрисовал вам, каким образом символически переходят от зеленого растительного сока, хлорофилла, к человеческой крови. Растения возникли в эпоху, предшествовавшую этому прохождению Марса, и сохранили свои особенности. Затем в существа, которые организованы теперь выше, чем растения, было заложено железо, и они были пронизаны красной кровью. С этими духовнонаучными фактами вполне согласуется то, что недавно было открыто в одной бернской лаборатории: кровь не может быть приравнена к хлорофиллу. И это именно потому, что она образовалась позднее. Мы должны представлять себе, что кровь зависит от субстанциональности химического элемента «железа». Я говорю об этом особенно потому, что кто-нибудь мог бы сказать, что нельзя говорить о сходстве хлорофилла с кровью. Современная наука открывает, что кровь содержит в себе железо, между тем как в хлорофилле оно не содержится. Но это вполне согласуется с тем, что может сказать духовная, наука; нужно только рассматривать Вещи в правильном свете.

Итак, по причинам, о которых мы уже упоминали, отделяется «Луна»; так что Земля остается сама по себе, и около нее, как ее спутник, наша современная Луна. На Солнце уходят все существа, стоящие по своей природе выше человека и названные нами Духами Огня. Но есть существа, которые не поднялись так высоко, чтобы быть действительно в состоянии переносить солнечное бытие. Постарайтесь уяснить себе, каковы эти существа: это суть существа, высоко стоящие над человеком, однако не ушедшие так далеко, чтобы подобно Духам Огня быть в состоянии жить на Солнце. Для этих существ должны были быть созданы арены действия. Все другие арены были бы для них непригодны, ибо хотя эти существа и должны были быть причислены к Духам Огня, но они не выполнили до конца соответствующего космического развития и представляют собой, главным образом, две группы отставших духовных существ; для них были созданы особые арены путем отделения Солнца от двух других планет, «Меркурия» и «Венеры». Меркурий и Венера суть две планеты, которые отделились как арены действия для тех Духов Огня, которые стоят гораздо выше человеческого бытия, но которые не могли бы переносить солнечной жизни. Таким образом, вы имеете вблизи Солнца Меркурий как обитель таких существ, которые не могут пребывать на Солнце вместе с Духами Огня, и Венеру как обитель существ, которые в известном отношении отстали от существ Меркурия, но стоят все же гораздо выше человека.

Таким образом, вы видите, как по внутренним причинам в результате духовно действовавших деятельностей из первичной туманности выделяются различные мировые тела. Вы видите, что если держаться только физического, то все происходит именно так, как о том рассказывает нам современная наука; но дело идет именно о том, чтобы познать духовные причины, по которым все это произошло. Сами существа создали себе в первичной туманности обители, в которых они могли жить. И эти разнородные существа, которые пребывали, так сказать, в согласном единстве до своего выделения, не утратили и впоследствии до конца своих связей. Они действуют до известной степени совместно, одно в другом. Особенный интерес представляет действие существ Меркурия и Венеры на Землю. Перенеситесь назад в то время, когда из Земли выделилось Солнце, выделилась Луна, и человек начал свое бытие в теперешней форме. Этого бытия в теперешней форме человек достиг благодаря тому, что один из Солнечных Духов — если позволите употребить это выражение — снизошел до того, чтобы не продолжать далее своего бытия на Солнце, а соединиться с Луной. Благодаря этому появился Возвышенный правитель, действующий с Луны. Кроме того, на Луне были низшие существа; но один из Солнечных Духов связал себя с бытием Луны. Этот солнечный Дух, который связал Себя с Луной, который является, таким образом, собственно, перемещенным во Вселенной Солнечным Духом — этот Солнечных Дух, как Божественное существо, есть Иегова, или Ягве, правитель Луны. Мы поймем, почему это произошло, если припомним следующее.

Мы видели: если бы Солнце оставалось вместе с Землей, то человек подвергся бы слишком быстрому развитию; если бы на него воздействовала Луна, то человек был бы мумифицирован. Но благодаря созвучию солнечных и лунных сил возникло равновесие, которое поддерживает человек в его теперешнем темпе развития. В начале земного развития человек имел от Сатурна свое физическое тело, от Солнца эфирное тело и от Луны тело астральное. Но хотя человек тогда имел три тела, и теперь имеет три тела, его облик был совершенно иным. Вы были бы поражены, если бы я описал вам этот облик, ибо тот образ, который он имеет теперь, сложился лишь медленно и постепенно, уже после выделения Луны. Низшие, менее ценные силы Луны не могли бы дать человеку его теперешнего образа. Они могли дать ему образ, но только менее совершенный, не способный к дальнейшему развитию. Эти лунные силы, оставаясь вместе с Землей, удерживали бы человека в одном и том же образе. Ибо от Луны исходят силы, которые дают образ, а от Солнца исходят силы, которые непрестанно изменяют этот облик. Но чтобы человек получил свой сегодняшний облик, он должен был формироваться с Луны, иначе не могло быть. Так начинается развитие Я-человека. Начинается четвертый член человеческого существа, и Ягве подает с Луны человеку зачаток того облика, в котором человек может становиться носителем Я.

В настоящее время человек не может еще силами своего Я переработать свое астральное тело, потом эфирное тело и, наконец, свое физическое тело. Человек придет к этому лишь постепенно. Как ребенок нуждается в учителях, так человеку, когда он уже приведен к тому, чтобы стать Я-человеком, нужны на Земле учителя для дальнейшего движения вперед, и для человека есть две возможности. Из рассмотрения пути всего космического развития вы можете себе представить, откуда они появляются.

Существа, ближе всего стоящие к человеку, были существа Меркурия и Венеры. В конце атлантической эпохи — ибо только тогда это стало возможно — человек мог сделать первые слабые попытки действовать самостоятельно силами своего Я на три тела, он должен был иметь «учителей», действие которых перешагнуло бы эти атлантические времена. И этими учителями были существа, обитающие на Венере и Меркурии. Но вы не должны думать, что эти существа действовали подобно теперешним учителям; вы должны представлять себе это так, что существа Венеры дали человеку его интеллектуальность. Внешне люди ничего не знали о том, что на них действовали эти существа, как и о том, что в их внешнем облике соучаствуют известные существа с Луны. Я уже показал вам, как в человеке действуют разные соки; подобно этому действуют, проникая в человека, силы этих существ, прежде чем сам он может самостоятельно работать над своими телами. То, что мы находим теперь как интеллект в человеке, было даровано ему духами, которые как более низкие Духи Огня остались на Венере. Кроме того, были еще другие учителя, которых ясновидящие люди древности осознавали как учителей: учителя великих мистерий тех древних времен. Тогда существовали не только общие влияния духов Венеры, которые изливались более или менее на все человечество, но были еще места мистерий, в которых более развившиеся люди духовно воспринимали обучение от Духов Огня. В мистериях людей обучали более высокие Духи Огня Меркурия. Они являлись там, если можно так сказать, в духовном воплощении, и были учителями первых посвященных. И если первые посвященные были учителями больших человеческих масс, то учителями первых посвященных были существа Меркурия. Из всего этого достаточно ясно видно, что на человека действуют существа других планет, и эти действия чрезвычайно разнообразны.

Вы помните из моей «Теософии», что деление человека на физическое тело, эфирное тело, астральное тело, Я, Самодух, Жизнедух и Духочслонок, является достаточно грубым делением. Вы знаете, что более правильным будет следующее: физическое тело, эфирное тело, астральное тело; далее в том, что раскрывается как Я, мы различаем душу ощущающую, душу рассудочную или душу характера, и душу сознательную, и только потом уже Самодух или Манас, Жизнедух или Будхи и Духочеловек или Атман. Таким образом, душевность включена в человека как душа ощущающая, душа рассудочная и душа сознательная. Если мы проследим развитие человека на Земле, то можем также сказать:.к трем составным частям, которые были перенесены с Луны, присоединяется прежде всего развитие души ощущающей, потом возникает душа рассудочная, и душа сознательная появляется, собственно, только в конце атлантической эпохи, когда человек впервые научился говорить себе Я. Только с тех пор человек может сознательно работать над членами своего существа с помощью своих собственных внутренних сил. Следовательно, когда мы различаем в человеке тело, душу и дух, то в душе мы должны различать, в свою очередь, душу ощущающую, душу рассудочную и душу сознательную. Они развиваются лишь постепенно; душа сознательная не может еще теперь иметь влияния, так как она возникла последней. Вначале эти члены должны были быть пробуждены извне. Для этого на них действовали существа, причем так, что Марс со своими существами действовал на возникновение души ощущающей, Меркурий со своими существами на возникновение души рассудочной и давно уже существовавший Юпитер — на возникновение души сознательной.

Таким образом, в душевном существе человека вы находите деятельность трех мировых тел: действие Марса в душе ощущающей, Меркурия в душе рассудочной, Юпитера в душе сознательной, и когда в душу сознательную вступает Самодух, то на это действует со своими существами Венера. С другой стороны, на первых посвященных действует также Меркурий, так что существа Меркурия проявляют двойную деятельность: во-первых, ту, которая остается вполне бессознательной для человека, когда они пробуждают в нем душу рассудочную; и затем они становятся учителями первых посвященных, и тогда действие их вполне сознается человеком. Итак, существа Меркурия действуют всегда в двух направлениях — то в одном, то в другом, подобно иным сельским учителям, которые учат детей и, кроме того, должны еще обрабатывать свое поле. Так существа Меркурия должны развивать душу рассудочную и, кроме того, быть великими учителями в школах посвящения. Все это вы можете понять также чисто логически. Вы, конечно, можете спросить: почему же именно Юпитер действует на душу сознательную, если он является такой давней планетой? Но эти вещи мы находим не путем логических умозаключений, а благодаря исследованию событий духовных миров. И тогда вы действительно видите, что душа сознательная пробуждается существами Юпитера, которым помогают отставшие существа Венеры. В объяснении космического развития нельзя прибегать к рассудочным схемам и нужно отчетливо уяснить себе, что, выполнив одну задачу, планетные существа могут выполнять потом еще другую задачу. В период второй человеческой расы существа Юпитера принимали участие в образовании эфирного тела; после того они сами продвинулись несколько дальше на своем пути, и когда человек достиг возможности развития души сознательной, эти существа должны были выступить снова и участвовать в развитии его души сознательной. Так сложно протекает деятельность духовных существ в мировом пространстве, и нельзя схематически переходить от одного к другому.

Как мы видели, физик, наблюдая мировое пространство, воспринимает лишь внешние тела духовных организмов, а духовная наука подводит нас к духовным причинам, порождающим то, что наблюдает физик. Можно сказать: мы не отдаемся тому обману, которому отдается тот, кто берет каплю масла и потом забывает, что он сам начал ее вращать. Но мы нашли существ, которые образовали отрывающиеся шары и придали им их теперешний вид. Мы не предаемся иллюзии, что и без нас все будет вращаться; но мы нашли «вращающего», Того, Кто как истинно духовно действующая Сущность стоит за всем; и мы можем открыть все большее и большее согласие между открытиями внешней науки и сообщениями духовной науки. Но из фактов внешней науки вы никогда не сможете получить того, что говорит духовная наука. Вы в лучшем случае придете к аналогиям. Но если с помощью оккультных средств открыты духовные факты, то они — если вы не упорствуете, что все должно быть открыто исключительно внешней наукой, — то эти факты мгновенно согласуются с тем, что говорит физик. Так теософ мгновенно оказывается не менее состоятельным, чем физик. Он прекрасно сознает всю возможность существования того, о чем говорит физик. Но он знает, что, кроме этого, есть еще духовный процесс. И хотя иной высоко мнящий о себе ученый считает теософа глупцом или еще того хуже, теософия может принимать это спокойно. Уже через пятьдесят лет все это изменится; ибо неизменное существование материалистической науки нанесло бы в дальнейшем сильный вред здоровью и благу человечества — если бы положение осталось таким, как теперь, и если бы духовная наука не оказала бы здесь своего противодействия.

ЧЕТВЕРТЫЙ ДОКЛАД. Берлин, 29 февраля 1908 г.

Сегодня мы коснемся предмета, непосредственно связанного с теми обширными, всеобъемлющими обозрениями областей мирового пространства, которые мы предприняли в последний раз. При этом мы более внимательно обратимся к духовному развитию в том внешне-пространственном и материальном развитии, о котором шла речь в последнем докладе. Мы видели в прошлом докладе, как именно духовные существа руководят и управляют тем мощным процессом развития, о котором неточно рассказывает внешняя физическая наука и точно теософия или духовная наука.

Мы видели в прошлый раз, как из общего перво-вещества выделились отдельные планеты, отдельные тела нашей системы, и мы предположили в общем, что во всем этом развитии действовали духовные существа самого разного рода. И в других докладах мы также указываем, что в области духовной науки мы видим в отдельных телах нашей мировой системы не только физически-материальное, но физически-материальное, связанное с более или менее высокими духовными существами, с существами возвышенной природы, которые ведут развитие вперед на благо всей системы; и также с духовными существами низшего рода, которые вступают, задерживая и препятствуя развитию. Разумеется, мы должны уяснить себе, что то, что появляется как задержка и разрушение, в общем великом плане целого, в свою очередь, включается в мудрость всей системы. Поэтому хотелось бы сказать: если где-либо существует нечто, выглядящее разрушающим, задерживающим и злым, то общий ход эволюции направляется так мудро, что в целом это разрушительное, задерживающее и злое претворяется, преобразуется в благое, в доброе! Но то, что мы хотим сегодня живо поставить перед ощущением нашей души, это как раз бытие таких духовных существ — и прежде всего мы направим взор на духовных существ возвышенной природы, — на существ, которые принадлежат уже к «творящим» существам, в то время как человек должен будет еще долго работать в эволюции, прежде чем поднимется до степени «творящего» существа. Мы направим наш взгляд в особенности на группу тех существ, которые участвовали при начале нашей мировой системы, когда Земля как Сатурн вступила в свое земное развитие.

Наша Земля начала свое развитие в образе Сатурна, прошла через солнечное и лунное развитие, и затем пришла к своему теперешнему образованию. В то время, когда наша Земля была Сатурном, на этом мировом теле Сатурна все, разумеется, было совершенно иным, чем на нашей современной земной планете. На Сатурне не было ничего того, что мы называем каменными массами, минеральным миром в современном смысле, не было также и воды в современном смысле, и даже не было воздуха; но то, что было тогда из теперешних элементов Земли, допускает сравнение только с теплом — с «огнем», как мы называем это в оккультизме. Но, конечно, мы не составили бы себе правильного представления, если бы подумали, что этот огонь Сатурна имел такой вид, как пламя нашей свечи или пламя газа. Правильное представление вы составите себе, если подумаете о том, что, приливая и отливая, пульсирует в нашем собственном теле, если подумаете о том основном различии, какое в этом отношении существует между низшим животным существом, сохранившим известную ступень развития, и человеком. Теплота низшего животного соответствует теплоте его окружения. Амфибия не имеет своего внутреннего тепла, а имеет только тепло своего окружения; она холодна или тепла соответственно своему окружению. Человек имеет свое собственное внутреннее постоянное тепло, какое ему необходимо. Его организм должен заботиться о том, чтобы при наличии внешнего холода сохранять все свое тепло на известном уровне; и вы знаете, что когда наступают нарушения этого внутреннего тепла, как, например, при лихорадке и тому подобном, то происходит также и нарушение здоровья физического тела. Вызнаете, что дело именно в том, чтобы человек мог сохранять определенную меру своего тепла; и он должен мыслить, что в основе этого внутреннего тепла лежит нечто как сила, которая порождает это тепло. Эта сила — не вода, не земля, не воздух, а особый элемент; и этот элемент был единственно тем, что существовало на старом Сатурне, первом воплощении нашей Земли. Если бы мы прошли в то время по мировому пространству — разумеется, это фантазия, но она здесь пригодна, чтобы составить себе представление о том, что тогда было, — то вы не увидели бы Сатурна; ибо в своем древнейшем состоянии он не излучал никакого света. Для того чтобы стать светящимися, мировые тела должны сначала сделаться Солнцем или вступить в связь с каким-нибудь Солнцем. Если бы мы приблизились к старому Сатурну, то мы заметили бы: здесь чувствуется тепло. Вы пережили бы его как заполненное теплом пространство, как своего рода разогретую печь. Только посредством этой силы тепла возвестило бы о себе бытие старого Сатурна. Это есть тонкое материальное состояние, о котором современный человек едва ли может составить себе правильное представление, и меньше всего ученый физик; но оно существует — это состояние, которое тоньше газа, тоньше воздуха, и все то, чем был тогда человек, и именно первые зачатки физического тела, состояли тогда из этого вещества. Если бы вы могли теперь устранить в себе все, кроме тепла своей крови, то мы имели бы перед собой тогда те первые зачатки человека. Но для нас это было бы невозможно, ибо теперь так жить нельзя. С нашим минеральным царством, водным царством и т. д. нельзя жить так, как человек жил на старом Сатурне. Тогда это было возможно. Итак, вы должны мысленно устранить в себе все, что вы имеете в себе, например, как соки, как твердые составные части, устранить в себе также и то, что вы вбираете в себя как кислород из воздуха. Вы должны мыслить себя так, что от вас остается единственно лишь тепло, которое содержится в вашей крови — разумеется, также совсем в другом образе: физический человек, который состоит из одного тепла! Это представление ужасно для современного естествоиспытателя, но, тем не менее, оно именно правильно и реально!

Таким был зачаток человека, его физического тела. Всех других существ, которые имеются теперь на Земле как животные, растения и минералы, на Сатурне не было. Сатурн состоял из одних человеческих зачатков, которые были сжаты вместе, как отдельные зерна ежевики, образующие одну большую ягоду: так масса Сатурна представляла собой как бы одну огромную ягоду, составленную сплошь из мелких зерен, которые и были людьми. Таким шаром был этот старый Сатурн. Если мы исследовали бы затем окружение этого Сатурна, как мы исследуем, например, окружение нашей Земли, находя, что она окружена воздушным покровом, в котором имеются такие образования, как туман, облака и т. д., то в окружении Сатурна мы не нашли бы вещей материального рода, но в покрове Сатурна мы нашли бы духовные субстанции, духовных существ, которые во всех отношениях стояли выше того, чем был тогда человек в своем первом зачатке на Сатурне.

Мы рассмотрели сейчас определенного рода существ, которые были связаны со старым Сатурном. Мы находим здесь Духов Воли, Духов Мудрости, Духов Движения, Формы, Личности, Духов Сынов Огня и Духов Сынов Сумерек. Мы хотим сегодня остановить свой взгляд особенно на Духах Формы, потому что они, как мы увидим, играли важную роль в начале нашего теперешнего земного развития. Итак, из всего ряда духовных существ, которые были в атмосфере и окружении Сатурна, мы выделили Духов Формы и уяснили себе, что до настоящего времени эти Духи Формы также совершили некоторое развитие, как совершают его все существа. Как человек получил на Солнце эфирное тело, на Луне астральное тело, на Земле Я, и благодаря этому становился все более совершенным, так прошли через свое развитие также и Духи Формы.

Эти Духи Формы на Сатурне не имели физического тела. Они были тогда устроены так, что имели низшим членом своего существа эфирное тело, которое можно сравнить с эфирным телом человека. Итак, физическое тело мы должны совершенно отбросить и представить себе низшим членом Духов Формы эфирное тело. Далее, эти существа имеют астральное тело, Я, Самодух или Манас, Жизнедух или Будхи, Духочеловека или Атман, и еще восьмой член, который на одну ступень выше того, чего человек может достигнуть в течение своего развития, проходя через ряд земных воплощений. Таким образом, эти Духи Формы на Сатурне действуют вовне при помощи своего эфирного тела точно так же, как человек на Земле действует вовне при помощи своего физического тела. У них нет рук, которыми они могли бы работать на Сатурне, нет ног, которыми они могли бы ходить и т. п., ибо все это суть члены физического тела. Но их эфирное тело проявляет себя в том, что они непрерывно излучают и посылают силу из окружения Сатурна — оплодотворяющие жизненные соки в виде весьма тонкой материи. Мы можем представить себе Сатурн, каким мы его описывали, и затем представить себе — непрерывно со всех сторон излучающиеся — из эфирного тела Духов Формы оплодотворяющие жизненные соки, падающие сверху, из окружения, как бы в виде дождя на Сатурн. Сам же Сатурн имел такое устройство, что он не удерживал эти оплодотворяющие жизненные соки, но непрерывно отражал их, как зеркало. Благодаря этому возникали — теперь я описываю более подробно то, о чем я упоминал в прежних докладах — те отраженные образы Сатурна, о которых я говорил. Вы можете представить себе тепловую материю Сатурна, как он непрерывно воспринимает излучение эфирного тела Духов Формы и отражает их обратно. Грубую картину этого мы можем составить себе, когда представим, как дождь падает из облаков вниз на Землю, собирается в Земле и в виде шаров поднимается снова вверх. Но мы не должны представлять себе, что между тем и другим проходит какое-то время; мы должны представлять себе этот процесс не разделенным никаким промежуточным временем: обильные жизненные соки плодотворно изливаются вниз и отражаются обратно, так что возникают эти образования Сатурна, первые зачатки человеческого физического тела как отраженные образы. Они состоят, собственно, из отражений. Мы будем иметь правильную картину того, что произошло тогда на Сатурне, с физическими зачатками человека, если представим себе, что перед нами стоит человек и мы смотрим ему в глаза: вы посылаете свой свет в глаза другого, и ваш образ сияет вам навстречу из его глаз. Так это было с Духами Формы в окружении старого Сатурна. Они посылали свои жизнетворные соки вниз в тепловую массу Сатурна, и их собственный образ, их подобие, отражалось в этой тепловой массе; этот отраженный образ и был первым зачатком человеческого физического тела. Уже на старом Сатурне человек был, в буквальном смысле, подобием своего Божества.

Если мы перейдем дальше к Солнцу, которое возникло из старого Сатурна, то это развитие выражается в том, что Духи Формы не нуждаются больше в эфирном или жизненном теле; они отдают эфирное тело. Они уже не посылают больше вниз оплодотворяющих жизненных основ, но они отдают эфирное тело, и благодаря этому первые физические зачатки людей пронизываются эфирным телом. Эфирное тело, которое люди получили на Солнце, образовалось прежде всего из эфирного тела Духов Формы и было частью эфирного тела Духов Формы. Эти небесно-духовные Существа отражались в тепловом Сатурне, и благодаря тому, что они принесли ему жертву и создали образы, они стали самостоятельными к великому деянию — отдать свое эфирное тело, пожертвовать им и пронизать теперь жизнью, собственной жизненной силой то, что они создали сначала как образ. Если бы то отражение, которое сияет вам навстречу из глаз вашего ближнего, вы могли одарить жизнью, сделать его самостоятельным, так, чтобы оно имело свою собственную жизнь и могло выступить из глаз вовне — тогда вы имели бы то деяние, которое Духи Формы совершили при переходе от старого Сатурна к Солнцу. Это было значительным шагом вперед в нашем космическом развитии.

Вы уже знаете — здесь я только упомянул об этом — что все сказания и мифы имеют много значений, и когда мы в духовном смысле ставим перед собой истинные факты мирового развития, то мифы удивительным образом выступают навстречу нам в своей истинности. То же и здесь в связи с одним мифом.

Припомним, как мы рассматривали тот шаг вперед, который был сделан в развитии при переходе от Сатурна к Солнцу. На старом Сатурне животворные силы изливались вниз, отражались обратно и воспринимались снова покровом, атмосферой Сатурна. В древнем греческом мифе тепловой шар Сатурна называли «Геей», а атмосферу «Кроносом». Возьмите теперь этот миф. Жизнетворческие силы Кроноса непрерывно излучаются на Гею, на Сатурн, и поднимаются снова вверх, впитываются атмосферой. Это «Кронос», который непрерывно поглощает своих детей. Нужно почувствовать истину такого мифа. Если мы не почувствуем ее, то мы не найдем к нему правильного отношения. Ибо представьте только себе все значение этого факта, что в седой древности Греции мы находим миф, который так удивительно передает нам эту истину в образе! Существует только одна возможность для объяснения этого факта, и именно следующая: наиболее передовые представители человечества, которые руководили в мистериях развитием человечества, знали о мировом развитии то же самое, что мы сообщаем теперь в теософии. Совершенно так же, как мы теперь говорим об этих вещах, говорилось о них и в Древней Греции; и для широких масс истины облекались в образы, которые и слагались в то, что мы теперь знаем как миф. Странное положение занимают по отношению к этому познанию люди, которые полагают, что только за последние сорок лет человечество открыло истину, и что познания более ранних времен были лишь понятиями детской фантазии. Но детским является как раз постоянное подчеркивание, «как далеко мы ушли теперь вперед»! — Поистине, это детское представление.

Итак, мы переходим от Сатурна к Солнцу и рассматриваем дальше развитие Духов Формы. Они сложили с себя свое эфирное тело, «излили» его и передали Земле, благодаря чему человеческие тела были пронизаны эфирным телом Духов Формы. Сами они теперь имеют своим низшим членом астральное тело; и их дальнейшее развитие заключается в том, что они имеют выше над Духочеловеком или Атманом не один только член, а еще и другой высший член; так что мы должны говорить для них об астральном теле, Я, Самодухе, Жизне-духе, Духочеловеке, восьмом члене и девятом члене, пронизывающем все то, чего человек может достигнуть в своем полном семичленном развитии.

Что же предлагают теперь Духи Формы «в сторону внешнего»? На Сатурне Духи Формы изливали вниз, так сказать, «дождь жизни». На Солнце они проявляют себя в излучении влечений, желаний, страстей, всего того, что коренится в астральном теле. Если бы кто-нибудь мог тогда быть на Солнце и смотрел оттуда в мировое пространство, то он не видел бы вспышек молний, не слышал бы раскатов грома. Но он воспринимал бы вокруг себя в астральном свете страсти духовных существ, отовсюду со всех сторон страсти духовных существ, и мы не должны думать, что это были только низкие страсти. Эти страсти, эти аффекты планетного окружения продолжали извне вовнутрь созидание планеты. Если мы опять обратимся к мифу, то увидим в нашем земном развитии творящих «титанов», творящие страсти, которые действуют извне вовнутрь — из духовной атмосферы Солнца, когда оно было планетой.

Перейдем теперь дальше к Луне — Солнце превращается в Луну. Это означает в ходе развития, что Духи Формы слагают с себя также и свое астральное тело, и что их низшим членом является Я. Если бы мы захотели описать их существо, то мы должны были бы сказать: как человек имеет низшим членом физическое тело, так эти Духи Формы, которые обитают в окружении Луны, имеют низшим членом Я, затем имеют Самодух, Жизнедух, Духочеловек, восьмой член, девятый и затем еще десятый член. Итак, с внешней стороны они являют только свое Я. Это весьма удивительно, но это так: они являют вовне только свое Я, они буквально сплошь покрыты своим Я. Вся деятельность в окружении Луны такова, что вы как бы стоите перед существами, которые обнаруживают перед вами всю свою индивидуальность, все свое своеобразие. Это воздействие исходит из атмосферы Луны. Представьте только себе, что все ваши Я, которые находятся здесь в ваших физических телах, вдруг освободились бы от физического тела; физическое тело, эфирное тело, астральное тело отпали бы, и низшим членом оказались бы только ваши Я, и они могли бы проявляться в пространстве. Представьте себя самих на старой Луне и ваши Я вовне в мире, но так, что они были бы включены в духовные субстанции, действуя только как низшие члены Духов Формы из воздуха на Землю; тогда вы имели бы представление о том, как обнаруживают себя Духи Формы, действующие как чистые Я из пространства на Землю. Свое астральное тело, которое они еще имели на Солнце, они отдали человеку, так что на Луне человек состоит уже не из физического тела, эфирного тела и астрального тела.

Чтобы лучше представить эти вещи, сделаем небольшой набросок. Представьте себе человека Сатурна, который имеет первые зачатки физического тела. Парящими сверху над ними мы должны помыслить существа Духов Формы, которые имеют эфирное тело, астральное тело, Я, Самодух, Жизнедух, Духочеловека и еще выше восьмой член.

Затем мы переходим к Луне. Мы имеем здесь человека, состоящего из физического тела, эфирного тела и тела астрального; это астральное тело возникло только благодаря тому, что Духи Формы пожертвовали ему свое астральное тело и имеют теперь своим низшим членом Я, а выше вверх Самодух, Жизнедух и т. д., вплоть до десятого члена. Таким образом, все то, что мы называем «человеком», постепенно излилось извне, из окружения планеты, и собралось внизу. Все, что теперь находится внутри, было когда-то вовне и вошло затем в человека.

Проследим теперь развитие на самой Земле: в начале земного развития человек имеет зачаток физического тела, затем эфирное тело и астральное тело. Духи Формы переходят сюда с Луны. Их низший член есть Я; они жертвуют теперь также, еще и это Я и одаряют человека в его зачаточном виде этим Я, которое является оплодотворяющей силой, изливающейся от Духов Формы; в себе Духи Формы оставляют как низший член своей сущности Самодух или Манас. Так что если бы мы захотели бы их обрисовать, мы должны были бы сказать: выше, над нами, в нашем окружении в атмосфере Земли действуют Духи Формы. Их низший член есть Самодух или Манас, в котором они живут и действуют; и они пожертвовали тем, что они имели еще на Луне, своим во все стороны действующим Я. Оно излилось вниз и оплодотворило человека.

Проследим же этот путь самого человека на Земле. У человека можно указать то место, где в него излилось Я; но сегодня мы рассмотрим это лишь схематически. Человек принимает в себя свое Я. Естественно, что это Я встречает прежде всего его астральное тело, которое окружает человека как аурическая оболочка; сюда, в это астральное тело, вливается прежде всего Я и пронизывает его. Это происходит в эпоху, которую мы называем «лемурийской». Это есть середина развития. В эту лемурийскую эпоху, в течение долгих промежутков времени, различных у разных людей, это Я впервые вступает в астральное тело и оплодотворяет его. Представим же себе это дальнейшее развитие человека.

Без сомнения, физическое тело не состояло тогда из костей, плоти и крови, как теперь, но оно было еще совсем мягким образованием, не имеющим даже хрящей, и было пронизано как бы магнетическими потоками. Таким было тогда физическое тело; затем было также эфирное тело, и затем тело астральное, которое оплодотворялось силами Я. Это оплодотворение мы должны представлять себе так, что в астральном теле образовалось как бы отверстие, углубление. Это было действительно так, что вверху, в астральном теле образовалось как бы отверстие, через которое вошло Я — отверстие, доходящее до эфирного тела. Это имело большое значение и большое влияние, и следствием этого было то, что наступило первое сумеречное восприятие физического внешнего мира. В прежних состояниях человек не воспринимал ничего другого, кроме того, что жило в его внутреннем; он был как бы герметически замкнут от внешнего. Он воспринимал только себя самого и то, что происходило в его внутреннем. Теперь в нем впервые открывается взгляд на внешний физический мир. Но человек не был еще вполне самостоятельным. Многое направлялось в нем еще другими Божественными Существами, с которыми он стоял в связи. Было так, что человек еще не мог видеть всего, что его окружало, как он видит это теперь; но благодаря тому, что было открыто только его астральное тело, он мог воспринимать только этим астральным телом. Это было совсем смутное ясновидение, которое состояло в том, что когда в те времена человек двигался по Земле, он воспринимал то, что было вне его телесного существа; и воспринимал это в том именно смысле, насколько оно было ему приятно или неприятно, полезно или вредно. Так, например, двигаясь по Земле, он воспринимал резкий красный образ, который вставал перед ним как аурический красный образ, так как тогда было открыто для внешнего только его астральное тело. И он знал, когда перед ним возникал красный красочный образ: вблизи меня находится существо, которое для меня опасно; когда же он встречал сине-красный (фиолетовый) красочный образ, то он знал, что может к нему подойти. Так руководствовался он этими смутными ясновидческими восприятиями. Но он воспринимал именно только душевное; он еще не воспринимал того, что имеется, например, в современных растениях; он воспринимал только то, что как душевное было в других людях и в животных, и, разумеется, воспринимал также и групповые души. Таково было первое оплодотворяющее действие Я.

Это Я продолжало развиваться, и именно таким образом, что его оплодотворяющий элемент, входивший в астральное тело, все больше и больше пронизывал это астральное тело, так что Я все больше и больше присутствовало в чувствах удовольствия или неудовольствия астрального тела. И по мере того как Я распространялось в астральном теле, возникало то, что в «Теософии» вы находите под названием душа ощущающая. Это совершилось тем путем, что Я распростиралось по всему астральному телу и тем самым вызывало к бытию душу ощущающую.

Здесь мы должны добавить еще один важный факт. Мы рассматривали до сих пор преимущественно нормальный ход развития. Мы видели, как на старой Луне Духи Формы излучали свой низший член, свое Я и как они — когда из Луны образовалась Земля — отдали это Я и таким образом оплодотворили этим Я человека. Но мы знаем, что на Луне отстали известные существа, которые не совершили тогда своего развития. Что это значит? Это значит, что они не дошли до той ступени, где они приобрели бы способность изливать свое Я и оплодотворять этим Я человека. Они стояли еще на старой лунной ступени в то время, когда своим Я действовали в атмосфере Земли. В среде, окружающей человека, были отставшие существа, которые действовали согласно природе Духов Формы на старой Луне; так действовали и эти отставшие существа на Земле. В атмосфере Земли человек был окружен Я-существами, еще не отдавшими своих Я. Эти существа ищут возможности совершить на Земле то последнее, что они должны были бы совершить на Луне. Благодаря этому человек оказался подверженным таким влияниям, которых он не должен был бы знать в нормальном развитии. Это были влияния Я-духов, которые изливались в его астральное тело. В то время как благодаря Я, подобно капле дарованному человеку Духами Формы, видоизменялось его астральное тело, в это же время Я-духи, не достигшие ступени истинных Духов Формы, излучали в него силы, низшие по сравнению с теми, которые должны были входить в него при нормальном развитии. Эти низшие силы оказали то действие, что человек разделился на высшую и низшую часть. И оттого мы имеем, благодаря действию Я правильных Духов Формы, Я, способное к бескорыстию, а благодаря тому, что влилось от отставших Я-духов, мы имеем другое Я, склонное к самости, к эгоизму. Это то Я, которое не хочет еще освободиться от инстинктов, желаний и страстей. Они проникают в него и пролизывают астральное тело так, что в человеческом астральном теле имеется двоякое: бескорыстные возвышающие порывы — и страсти, которые пронизаны самостью; они вошли в человека под действием Я-духов и укоренились в нем.

Рассмотрим теперь дальнейший ход развития. Мы видели, как астральное тело было пронизано силой излившегося Я. Как следующее, этой же силой охватывается также эфирное тело, и в эфирном теле образуется также разрыв в сторону внешнего мира. Если мы хотим нарисовать это, то мы должны сделать так: мы ставим здесь в центре как бы физическое тело, затем заполненное силой Я эфирное тело, имеющее разрыв в сторону внешнего мира; затем астральное тело — разумеется, тоже заполненное силой Я. Так что в эфирном теле мы имеем теперь силу, которая Стремится вовне: эфирное тело открывается внешнему миру.

Мы стоим тогда приблизительно в первой и второй трети атлантической эпохи развития. В это время существовало еще древнее ясновидение, однако уже не то, когда человек видел в образах полезное и вредное, приятное и неприятное, но теперь перед человеком выступало нечто подобное живым образам сновидений, которые долго удерживались. Его эфирное тело есть носитель памяти, и так как эти люди не имели еще никакого препятствия со стороны физического тела, то они могли очень долго удерживать эти образы, которые они воспринимали извне. Память была тогда совершенно особенно развитой душевной силой. В книге «Из летописи мира» вы можете прочесть, какими люди были тогда в этом отношении. Конечно, это было еще не полное созерцание внешнего мира, а некоторого рода сумеречное ясновидение. Но оно было все же более обширным, чем восприятие при помощи астрального тела. Оно дает возникать величественным ясно оформленным образам, которые подобны образам сновидений, но отвечают уже внешним предметам, между тем как прежние образы только говорили человеку, в каком направлении он должен двигаться. Но внешние предметы еще не были видимы.

Мы идем затем дальше и переходим в последнюю треть атлантической эпохи. Здесь силой Я охватывается не только астральное тело и тело эфирное, но также и физическое тело. В физическом теле намечается выемка. В физическом теле образуется выемка, а вокруг него мы имеем эфирное и астральное тела. Представим себе все это теперь схематически; в ближайших докладах мы узнаем соответствующие подробности. Итак, образовалась некоторого рода выемка. Физическое тело приняло в себя Я. Между надбровными дугами лежит точка — об этом я не раз уже вам говорил, — где было воспринято Я. С этим отверстием, которое возникает благодаря тому, что физическое тело пронизывается силами Я, мы должны мыслить особенно связанным раскрытие физических органов чувств. Я пронизывает глаза, уши; но это не одно лишь отверстие, а целая область отверстий. Все это происходит в последней трети атлантической эпохи; и только благодаря этому физическое тело видоизменяется таким образом, что становится тем, что оно есть теперь.

Мы называем измененное эфирное тело, каким оно сложилось в начале атлантической эпохи, «душой рассудочной» или «душой характера», и измененное физическое тело мы называем «душой сознательной». Здесь нам показано в ходе эволюции то, что в моей «Теософии» вы находите образованным в его теперешнем виде. Здесь вы видите, как эти вещи складывались постепенно во времени.

Только после того, как и физическое тело стало также открытым в сторону внешнего мира, человек учится действительно познавать внешний мир, и тогда начинается сознательное преобразование астрального тела. До тех пор преобразование было более или менее бессознательным, так как душа сознательная появилась только теперь. Если мы хотим представить себе это состояние, то мы должны схематически помыслить его себе так: астральное тело, эфирное тело, физическое тело открыты вовне; и благодаря тому, что человек вступает в общение с внешним миром, в нем откладывается как бы некий запас. Этот запас есть все то, что Я развивает при общении с внешним миром, чему Я «учится» во время общения с внешним миром. Представьте себе, как все это в целом, все, что Я таким образом развивает, становится все больше, — это схематическое описание, но оно соответствует реальности, — что это новое образование, постепенно развиваемое человеком, откладывается здесь, вокруг его астрального тела, соединяется с его астральным телом, и затем в ходе развития преобразует это астральное тело в подлинный человеческий Манас или Самодух (см. рис.). Этой работой человек занят теперь, когда с помощью того, чего он достигает при своем общении с внешним миром, он преобразует свое астральное тело в Манас или Самодух. В этом процессе мы находимся в настоящее время. Но благодаря тому, что Духи Формы отдали человеку и излили в него свое Я, мы являемся со всех сторон окруженными этими Духами Формы как существами, низшим членом которых является манасический или Самодух. И когда мы хотим найти в своем окружении этих Духов Формы, их низший член, то мы находим его в том, что мы сами развиваем в себе как наш пятый член. То, что мы развиваем как человеческую мудрость, благодаря чему мы становимся все более мудрыми, мы должны были бы найти проявленным в нашем окружении как низший член Духов Формы. Рассмотрим же то, что совершили вокруг нас высокие, возвышенные существа, то, в чем мы не имеем еще никакого участия. Взгляните — я не раз уже упоминал об этом — на берцовую кость, удивительное строение которой заставляет нас сказать: с величайшей мудростью достигнута здесь при наименьшей затрате материи наибольшая степень силы! Мы находим, что здесь уже вложено то, чего человек лишь постепенно достигнет в своей мудрости. Человек постепенно научится — чего он теперь еще не умеет — воздвигать в своем инженерном искусстве, например, такие мосты, которые будут построены так же мудро, как берцовые кости, служащие опорой для верхней части человеческого тела. И так же мудро построено все человеческое тело, выражение и откровение мудрости; и когда мы подходим к природе, то навстречу нам отовсюду выступает эта мудрость. Подойдем, например, к сооружениям, которые устраивают себе бобры. Мы видим, как в известное время года, когда вода достигает наибольшей высоты, бобры собираются вместе и возводят в воде под определенным углом заграждение, которое удерживает воду и образует новые поверхности, технически столь совершенное, словно они пользовались математикой и прочими науками. Так во всем, что нас окружает в природе, мы находим запечатленную мудрость — то, что будет запечатлено в нас самих, когда мы вполне разовьем в себе Манас. Эта мудрость, которую мы находим во всем, что нас окружает в природе, есть член Духов Формы. Как у нас низшим является физическое тело, так мудрость, которую мы находим в своем окружении, есть низший член Духов Формы. Затем эти духи Формы имеют Будхи и Атман, там, где мы имеем наше эфирное тело и тело астральное; и затем еще восьмой, девятый, десятый и одиннадцатый член. Таким образом, вы видите, что мы имеем здесь дело с высокостоящими существами, к которым мы поднимаем свой взор, и когда мы открываем в своем окружении мудрость, то мы видим лишь последний, низший член этих высоких, возвышенных существ. Так, животное, низшее существо, которое ползает внизу вокруг человека, воспринимает лишь его внешнее явление, его физическое тело. — Мы ползаем по Земле и видим мудрость, которая для Духов Формы есть то же, что для нас физическое тело. Такого рода существо есть то, что мы называем «Творящим Духом» по отношению к человеку; ибо этот Творящий Дух излил в человека его Я.

И как описанным образом мы поднимаемся к Манасу, так в дальнейшем ходе развития мы поднимемся еще выше, благодаря преобразованию эфирного тела. Мы присоединим к себе Жизнедух, Будхи. В окружающем нас мире мы имеем Манас или Самодух как запечатленную в мире мудрость. И как мудрость есть низший член Духов Формы, так с Землей связаны еще и другие существа, низшим членом которых является не наш пятый, Манас, а наш шестой член, то есть Жизнедух или Будхи. В нашем окружении есть атмосфера для существ, низший член которых — как член высших существ — равнозначен Жизнедуху для нас. И как в начале земного развития действием вне человека стоящих духовных существ в него было влито Я, так же в определенный момент земного развития произошло первое явление, первое воздействие тех существ, которые постепенно вольют в человека во всей полноте силу Будхи. Все это происходит весьма постепенно. И даже спустя две тысячи лет после того, как в далекой древности в человека было влито Я, присутствие этого Я в человеческом теле было не очень заметно. Только в ряде многих тысячелетий сила этого Я достигла своего полного значения. Никак нельзя думать, что излияние Я в человека было событием, о котором кто-нибудь мог бы сказать: «Здесь не произошло ничего особенного, я этого не признаю, то же самое было и прежде!» — Если бы тогда на Земле жили особо «просвещенные» умы, представители материализма, то они сказали бы: «Ах, среди нас есть люди, которые утверждают, что с небес снизошла особая сила и подвинула вперед всех людей; но это самый предосудительный дуализм: мы как монисты должны заявить, что то же самое было и прежде!» Эти вещи развивались медленно и постепенно.

И как в начале лемурийской эпохи произошел величественный сдвиг вперед, благодаря внедрению Я в человека, что дало возможность для позднейшего развития Самодуха или Манаса, так же существует величайшее по значению, основное событие, благодаря которому человек будет в состоянии развить в себе не только Манас, но и Жизнедух или Будхи. Это событие есть Событие Голгофы! Это событие есть явление Христа на Земле! И пусть те или иные люди отрицают теперь это, но это событие есть такое же воздействие из внеземного окружения, как воздействием из внеземного окружения было другое событие, излияние Я. Так видим мы, что нам открывается духовное понимание развития мира, когда мы вглядываемся в глубины этого мира. Мы учимся постепенно направлять наш взгляд не на одно только материальное бытие: но мы открываем везде, куда бы мы ни посмотрели в мировом пространстве, духовных существ и их действия; и благодаря тому, что мы называем теософией, мы живем, действуем и пребываем в среде духовных существ и их действий.

В следующий раз мы рассмотрим подробнее человеческий организм и укажем на действительное развитие тех образований, которые сегодня мы обозревали более схематично.

ПЯТЫЙ ДОКЛАД. Берлин, 16 марта 1908 г.

В последний раз мы обсуждали в общих чертах становление человека в связи со становлением, с развитием Космоса. Эти вещи можно рассматривать с самых различных точек зрения. Ибо когда мы направляем духовно-исследующий взор во времена отдаленнейшего прошлого, то нам открывается не меньшее богатство и многообразие событий, нежели в нашем непосредственном настоящем; и нельзя думать, что если мы охарактеризовали развитие событий с помощью нескольких понятий и представлений, то тем самым мы уже вполне поняли их и можем их вполне себе представить. Но, напротив, необходимо также и эти времена далекого прошлого, вплоть до нашей современности, характеризовать с различнейших точек зрения. Тогда мы будет понимать их все ясней и ясней. Не следует смущаться мнимыми противоречиями, которые мы можем найти в том или другом рассмотрении. Эти мнимые противоречия происходят оттого, что также в духовном отношении предмет можно рассматривать с самых различных сторон. Можно, например, обойти вокруг дерева и набросать с разных сторон рисунок этого дерева. Каждое изображение будет верным. Их может быть сто. Разумеется, это только сравнение; но в известном отношении, без сомнения, верно, что эпохи нашего земного развития мы можем рассматривать также с самых различных точек зрения.

Сегодня мы рассмотрим наше земное развитие в связи с нашим человеческим развитием с иной точки зрения, чем вчера; и для этого обратим больше внимания на самого человека. Мы опишем события, которые открываются глядящему в прошлое ясновидящему взгляду в том, что называют Акаша-хроникой.

Мы много раз уже повторяли, что наша Земля, прежде чем стать «Землей», прошла через ряд воплощений. Ей предшествовала эпоха Сатурна, эпоха Солнца, лунная эпоха, и тогда только наступила, собственно, наша земная эпоха.

Если мы еще раз бросим беглый взгляд на далекую эпоху старого Сатурна, то мы припомним — об этом уже говорилось, — .что из всех элементов и телесных состояний, которые имеются теперь на Земле, твердого или земного, жидкого или водяного, воздухообразного или огненного, на старом Сатурне был только огонь, тепло. Мы правильно представим себе бытие этого первого воплощения Земли, если осознаем следующее: Сатурн не имел еще в себе ни газов, ни водных частей, не говоря уже о чем-либо твердом. Если бы вы посетили, так сказать, старый Сатурн — в случае, если бы вы тогда уже могли быть таким человеком, каковы мы теперь, — то, приближаясь к старому Сатурну, вы не встретили бы никакой жидкой или иной материи, а только шар, который состоял бы исключительно из тепла. Вы ощутили бы его только как переход в другую тепловую область. Итак, старый Сатурн состоял исключительно из тепла.

На Солнце, которое было вторым воплощением Земли, тепло является уже в таком уплотнении, что мы можем говорить о газо- или воздухообразном состоянии. Затем, на старой Луне, в ее начальном периоде, мы имеем водное состояние наших субстанций; и я уже указывал, что часть лунной субстанции, солнечная субстанция, выделилась; и что после того как она удалилась, произошло сразу же сильное уплотнение всех лунных существ.

Сегодня для нас особенно важно, чтобы мы еще раз вполне отчетливо осознали, что в каждом последующем состоянии развития должны известным образом повторяться более ранние состояния. Так, когда мы оглядываемся на прошлое развитие самой нашей Земли, то мы имеем в начале нечто вроде развития Сатурна, именно повторение состояния Сатурна; затем мы имеем своего рода развитие Солнце, повторение состояния Солнца; затем своего рода лунное развитие; и, собственно, только тогда начинается действительно теперешнее воплощение развития нашей Земли. Когда наша Земля выступила из состояния пралайи, из сумеречного состояния, через которое она прошла после того, как была Луной, то наша Земля, в свою очередь, была также лишь тепловым шаром. Я ведь уже говорил вам о том, что выделились другие планеты. Теперь мы остановимся на том, что Земля была таким образованием, которое содержало в себе только лишь тепловой или огненный элемент. В этом тепловом шаре, который состоял из огня, был заложен также уже человек. И как на Сатурне существовал уже зачаток человека, так и теперь, при повторении состояния Сатурна на Земле, снова имелся уже человек. Никаких других царств еще не было. Человек был перворожденным в состоянии Земли. Ни растительного царства, ни животного царства, ни минерального царства не было в начале нашего земного развития, так что, в сущности, в начале своего развития и наша Земля была составлена только из человеческих тел.

Да, но в чем же различие между состоянием старого Сатурна и этим состоянием Земли, которое повторяет состояние старого Сатурна? Различие есть, и очень существенное! Оно заключается в том, что человеческие тела — которые выступают теперь подобно тому, как новые растения развиваются из семян — прошли через три предыдущие ступени развития. Они построены гораздо разнообразнее, сложнее; ибо все те силы, которые действовали в Сатурне, имеются теперь в этом первом состоянии Земли. В нем имеется также и старое Солнце, и старая Луна. Они соединились в начале земного развития и стали опять одним телом. Силы Сатурна, Солнца, Луны действуют в нем совместно. Оттого это первое человеческое существо в начале земного развития является уже гораздо, гораздо более сложным, чем человеческое существо на Сатурне. В Сатурне все было не дифференцировано, все было сатурническим человеком. Теперь во вновь возникшей Земле Сатурн, Солнце и Луна действуют объединенно; земной человек появился в своем первом, весьма сложном зачатке.

В те времена, когда вновь появилась Земля, когда она, так сказать, выступила из мрака мирового пространства, как пространство, пронизанное теплом, тогда в этом пронизанном тепловом пространстве первые человеческие формы также жили как тепловые существа. Если вы ясновидящим взглядом оглядываетесь в прошлом на то, чем был тогда человек, то вы находите прежде всего этот первый человеческий зачаток как бы в тепловой сфере, которая вся пронизана многими, многими потоками. Эти потоки направляются извне к поверхности Земли — то есть вновь возникшей Земле, — погружаются в эту поверхность и образуют там более теплые массы, нежели их окружение. Человеческие существа отличаются от своего окружения только тем, что мы чувствуем: известные части пространства являются более теплыми. И я лучше всего поясню вам, каким был тогда человек, если среди человеческих органов обрисую вам то, что образовалось тогда в своем первом зачатке.

Представьте себе только что родившегося ребенка, у которого сверху на голове имеется еще совсем мягкое место. Представьте себе это место совсем открытым, и представьте себе, что извне в это отверстие входит тепловой поток. Но представьте себе этот тепловой поток не таким плотно материальным, как теплота в потоках крови, а скорее как силовые потоки, направляющиеся вниз и образующие своего рода центр там, где теперь находится ваше сердце, и имеющее кругооборот в силовых потоках, а не в кровеносных сосудах. Тогда вы будете иметь первый тепловой человеческий зачаток. Из теплового человеческого зачатка образовалось в позднейшем развитии человеческое сердце с его кровеносными сосудами, образовалась циркуляция крови. Этот орган, который долгое время существовал в человеческом развитии и который потом исчез, был световой и тепловой орган, проявлявшийся тогда также лишь в первом зачатке. Уже гораздо позднее в развитии Земли человек имел еще этот орган. То место на голове, которое у младенца остается еще мягким, указывает на тепловой орган, который возвышался из человека, когда он не мог еще видеть своего окружения. Когда человек был еще морским человеком, когда он не мог еще иметь таких восприятий, как теперь, когда он еще плавал в море, тогда он должен был прежде всего знать температурные состояния окружающего, знать, может ли он двигаться в том или ином направлении. С помощью этого органа, напоминающего фонарь, он мог воспринимать, в каком направлении ему можно двигаться. Этот орган человек имел еще в третьем периоде, в лемурийскую эпоху. Я однажды уже указывал вам, что сказания о циклопах, людях с одним глазом, относятся к этой форме человеческого глаза. Это не был, собственно, глаз, и когда он изображается в виде глаза, то это неверно. Это был своего рода орган тепла, который указывал, в каком направлении человек может идти. Это был воронкообразный орган, который расширялся внизу в первый зачаток сердца и который был окружен своего рода щупальцами, так что человек имел наверху своего рода цветок. Таков был первоначально этот орган.

Затем в ходе земного развития произошло нечто весьма важное: дифференцировалась материя, вещество. Единая тепловая материя дифференцировалась, возникла материя воздуха, в то время как часть тепловой материи осталась в прежнем тепловом состоянии. Но при этом вы должны принять во внимание один закон, и необходимо, чтобы мы его себе как следует уяснили, если вы хотите рассматривать эти человеческие образования в ходе развития: когда тепловая материя уплотняется до того, что образуется воздух, то одновременно возникает свет. Тепловая материя является еще темной материей, не пронизанной светом. Но когда в таком мировом теле часть тепла уплотняется в воздух или газ, то другая часть этой материи может пропускать свет. Так это и было.

Итак, мы имеем Землю во втором состоянии ее развития. Параллельно с этим развиваются все другие аспекты. Мы имеем теперь Землю, которая состоит частью из тепла, частью из воздуха, и которая внутренне светится. И все это действительно отражается на человеческом развитии, на образовании человека. То, что раньше было в своем зачатке только тепловым органом, начинает теперь светиться. Еще несколько десятилетий тому назад вы могли бы удивиться, что есть светящиеся существа. Теперь это уже нисколько не удивительно, так как в естествознании уже известно, что далеко в глубинах моря, куда не проникают никакие световые лучи, есть существа, которые светятся, которые сами распространяют вокруг себя свет. Так и человек начал тогда светиться.

Но в этом человеческом образовании выступает нечто совсем особенное. Появляется первый зачаток органа — постепенно он продолжает затем развиваться — для усвоения окружающего воздуха, образуется начало процесса дыхания. И мы видим, что к прежнему тепловому процессу присоединяется своего рода процесс дыхания. Очень важно понять, что с появлением на Земле воздуха возникает процесс дыхания, который состоит именно в том, что к тепловой материи присоединяется воздух, который пронизан воздушными пузырьками. Это действие воздуха. Но это связано еще с другим; ибо, кроме того, есть еще действие света, и оно проявляется в том, что образуются первые зачатки нервной системы, и именно внутренней нервной системы. Но заметьте, не физически выраженной нервной системы, а скорее силовых линий, которые достигли известного уплотнения. Вы должны представить себе, что все в целом было газообразным, и что в нем могли быть только совсем тонкие воздушные потоки в виде силовых линий.

Итак, мы имеем теперь человеческое образование, которое во всей тонкости является еще всецело эфирным, тепловым существом, воздушным существом, и существом, в котором начинаются первые зачатки нервной системы. Если вы немного подумаете над этим, то вам будет ясно, что это было тем состоянием нашего земного развития, когда Солнце находилось еще внутренне в Земле. Без сомнения, оно было еще в ней! Представьте себе, как выглядело бы это мировое тело в мировом пространстве, если бы кто-нибудь смотрел на это мировое тело извне. Все те существа, которых мы описали как первые человеческие существа, излучают в отдельности свет, и этот свет сливается в единый свет, который сияет в мировое пространство. Вы видите, тут действительно мы имеем дело с Солнцем, сияющим в мировое пространство. Если бы вы могли исследовать состояние Сатурна, то вы нашли бы, что можете приблизиться к нему, не видя его; он был бы ощутим только через тепло. Теперь же вы имеете дело с внутренне согретым, но излучающим свой свет вовне солнечным телом.

Затем постепенно приблизился момент, который я охарактеризовал вам как выделение Солнца. Все высшие существа, которые были связаны с Солнцем и которые дали человеку описанные способности, все эти существа отделились вместе с более тонкими субстанциями. Солнце выделилось. Оно еще не светило, оно еще не разливало свет; но оно вышло из Земли.

Так мы имеем мировое тело, которое состоит из Земли и Луны; ибо современная Луна в то время была еще в Земле. Тогда произошло нечто в высшей степени знаменательное. Благодаря тому, что все более тонкие силы ушли вместе с Солнцем, последовало — вполне естественно — очень быстрое уплотнение. То, что прежде было только силовыми линиям, являет теперь уже совсем плотный образ. И когда более тонкие субстанции удаляются, то мы видим, как газообразное состояние уплотняется до воды. Все в целом состоит теперь не только из огня и воздуха, но и из воды. Сила света ушла вместе с удалившимся Солнцем. На Земле стало снова темно; только часть силы света существа Земли внутренне удержали в себе.

Это был важный момент в состоянии человеческого развития. Я сказал вам, что силой света было положено начало нервной системы. Эта нервная система есть создание света. Во всех ваших нервах вы имеете не что иное, как первоначальные излучения света. Затем свет, Солнце, выходит вовне, в мировое пространство. Благодаря этому масса очень быстро уплотняется. И хотя она не становится сразу той нервной системой, которую мы имеем теперь, но она становится плотнее, чем прежде. Она не остается уже только тонкой эфирной массой; и это существенно: прежде она светилась во мне, теперь она излучает свет вовнутрь. Это значит, другими словами, что эта первоначальная нервная система человека обладает способностью порождать внутренние световые образы, выступают видения, открывается ясновидящее сознание. Итак, Солнце выходит из Земли; оставляет Землю, так сказать, без света, но существа порождают в себе внутренний свет. Прежде было так, что они взаимно посылали друг другу свет извне. Теперь они потеряли способность светиться. Земля не была больше Солнцем; но светом озарилось внутреннее пространство сознания, подобно тому как во сне вы озаряете теперь пространство своего сознания всем миром сновидений; но только гораздо значительнее, гораздо живее было освещено в то время пространство сознания.

Здесь мы приходим опять к важному моменту. Как вместе с образованием воздуха возник свет, так с уплотнением воздуха до воды выступило соответствующее отражение. А именно, как воздух относится к свету, так точно вода относится к звуку, к тону. Конечно, звук может проходить сквозь воздух и вызывать колебания в воздухе; благодаря этому он становится слышимым. Но звук — как таковой — возник, появился на Земле с образованием воды. И как воздух был пронизан действием света, так же точно теперь вся вода, до которой уплотнился воздух — ибо мы имеем здесь Землю, состоящую из тепла, воздуха и воды, — так вся вода пронизывается звуковыми лучами. В это время наша Земля, особенно в тех частях, где она стала водной, пронизывается гармонией сфер, звучаниями, которые во всевозможных гармонических сочетаниях вливаются в нашу Землю из мирового пространства; и следствие этих взаимодействий звука в воде было в высшей степени важным. Конечно, вы должны представить себе, что в этой первичной воде, в этой текучей водной Земле, содержались все субстанции, которые теперь отделены как металлы, минералы и т. д. Представляет совершенно особенный интерес направить духовный взгляд на это далекое время и видеть, как из воды возникают всевозможные формы под действием звука, который создает в воде образования. Звук создает в воде образования. Это было удивительное время нашего земного развития. Это совершалось тогда в грандиозных размерах, нечто подобное тому, что происходит теперь, когда вы насыпаете мелкий песок на металлическую пластинку и проводите по ней смычком; тогда возникают хладниевы звуковые фигуры. Вы, разумеется, знаете, какие правильные фигуры тогда возникают. Так же возникали под действием музыки, звучавшей из мирового пространства, всевозможные образования и фигуры; вещества, которые были растворены в воде, которые сами были текучими, повиновались мировой музыке и складывались согласно мировой музыке. Важнейшим образованием этого танца веществ является белок, протоплазма; это основа всех живых организмов. Предоставьте материалистам сколько угодно размышлять над механическим соединением белка из кислорода, азота, углерода и т. д. Первичная протоплазма, белок, образовалась из мирового вещества, которое сложилось под действием гармоний мировой музыки. Так что в живом организме вещества объединяются согласно музыке сфер. К прежним тонким образованиям присоединяется теперь и входит в них то белковое вещество, та протоплазма, которая пронизывает все живое по тем линиям, которые я обрисовал вам как тепловые линии; проходит сгустившаяся в белок под действием мирового звука вода и постепенно переходит в образование крови. Сгустившаяся до белкового образования вода включается в линии нервов. И прежде всего белок образовал себе как бы род оболочки, клейкую субстанцию, чтобы быть, так сказать, защищенным извне. Все это сложилось действительно вследствие танца вещества в соответствии с музыкой сфер.

Все это происходило прежде, чем появилась хотя бы одна отдельная клетка. Клетка не есть нечто первичное в организме, но первичным в организме является то, что я вам сейчас обрисовал: то духовное, что имеется сперва как тепловое существо, потом намечается более определенно в линиях сил; потом в этих линиях сил распределяется то, что возникло из гармонии сфер путем сочетания веществ; и только сравнительно поздно, как последнее в развитии, появилась клетка. Клетка как последнее обособление должна была быть порождением уже живого существа. Никогда не было того, чтобы организмы образовались из клеток, но, напротив, клетка образовалась только уже из живого. Анатомическое есть всегда лишь последствие соединения.

Все это мы имеем в начале того состояния, когда Луна была еще в Земле, а Солнце уже вне Земли. Но пока Луна оставалась в Земле, происходило все более сильное уплотнение белкового образования, и, наконец, произошло бы то, что я описал вам как мумификацию, если бы наиболее грубые субстанции и существа не выделились из Земли. Последнее, что образовалось в это время в человеческом существе, были те нервы, которые идут к органам чувств. Но органы чувств еще не были открыты. И тогда выделяется Луна вместе с наиболее грубыми субстанциями. Следствием этой ступени развития было то, что человек мог постепенно перейти к более высокому состоянию, благодаря тому, что открылись его органы чувств, так как оба мировые тела, которые находились тогда вне Земли, взаимно уравновешивали друг друга. Если прежде, когда они были связаны с Землей, они созидали человека, то теперь они действуют на него извне, открывают его органы чувств, делают его видящим и слышащим существом, каким он нам теперь является.

Выделение Луны происходит в середине древней лемурийской эпохи. Мы имеем тогда человека, у которого органы чувств еще не открыты, но который обладает сильным ясновидческим даром. Я обрисовал вам это: человек может заполнять внутреннее пространство своего сознания всевозможными красочными и тепловыми образами, которые имеют всегда реальную ценность и всегда что-нибудь означают; но он еще не воспринимает предметы во внешнем пространстве. Это начинается только после того, как Луна покинула Землю.

Если вы примете во внимание этот краткий очерк земного развития, который я дал вам, то вы увидите, что человек как земное существо, каким он является теперь, имеет своим исходным пунктом, в сущности, сердце. Конечно, сердце не было тогда таким органом, как теперь. В таком виде оно сложилось гораздо позднее: но зачаток сердца возник из огня. Затем к нему присоединилась порожденная воздухом система дыхания и порожденная светом нервная система. Затем образовалось то, что включилось в органы как протоплазма, которая и сделала все живой материей под влиянием мирового звука, сгустившего разные субстанции до белка. В конце того периода земного развития, когда Земля была еще соединена с лунной субстанцией, произошло уплотнение водного состояния до земляного; и лишь незадолго перед выделением Луны выступило то, что называют теперь обычно минеральным царством, появилось твердое из водного. Ибо белок есть промежуточное состояние между твердым и жидким. И твердое земляное возникло, собственно, в самом конце этой эпохи. Каким образом? Оно возникло благодаря тому, что под влиянием уплотнения — ибо тогда все находилось в процессе непрерывного уплотнения — самые элементы сделались материальными. Припомните начало земного развития. Что произвела тогда тепловая материя? Она дала вам для вашего телесного существа то, что пульсирует теперь в вашей крови. Это было не то тепло, какое существовало вначале. Когда мы говорим о первичном тепловом состоянии Земли, то вы не должны думать, что мы говорим о том тепле, которое развивается, когда мы зажигаем спичку. Последняя есть минеральный огонь и минеральное тепло. Мы же говорим о том тепле, о том огне, который пульсирует в нашей крови; это живое тепло. Действительно, существует не только то минеральное тепло, которое проявляется в пространстве; но существует и совсем другое, живое тепло, которое вы имеете в себе. Оно было в начале Земли, и из нее образовался первый зачаток человека. Но с продолжавшимся уплотнением это живое тепло постепенно стало неживым теплом. Это было связано с процессом того уплотнения, которое наступило, когда Солнце отделилось от Земли и одна Луна осталась соединенной с Землей. И тепло, которое стало минеральным теплом, проявляется впервые как процесс сгорания.

Здесь мы подходим к важному явлению, на которое я прошу обратить особое внимание. Хотя вначале мы можем говорить о тепловом состоянии, о состоянии огня, но о сгорании, собственно, мы не можем еще говорить. Это было бы неверно. Мы не можем говорить ни о чем ином, как только о том тепле, которое теперь мы чувствуем пульсирующим в нашей крови. Тепло, которое развивается при внешнем, минеральном сгорании, выступило только после того, как Солнце отделилось и Земля осталась только с Луной. И благодаря этому сгоранию, которого раньше совсем не было, в земной массе выделились те вещества, которые в оккультизме называют «золой». Когда вы что-нибудь так сжигаете, то остается зола. Зола включилась в земное образование, когда Земля осталась только с Луной. Мы уже видели, как под действием мирового звука, который излился и вызвал танец веществ, образовались массы протоплазмы. Мы видим, как существа располагают по силовым линиям сначала тонкие массы протоплазмы, образуя нечто подобное составу современного белка. Мы видим затем также более плотные массы, которые служат как бы защитой, образуя своего рода клейкую оболочку вокруг данного существа. Чего же недостает этим существам? Твердой костной массы! Говоря популярным языком, я могу сказать: это была, главным образом, клейкая масса, и минеральное как таковое в ней совершенно отсутствует вплоть до того периода, который я вам теперь обрисовал. И вы должны это представить себе, насколько иными были эти существа. В настоящее время в вашем физическом теле нет ничего, что не было бы проникнуто минеральной субстанцией. Таким образом, человеческое тело, каким оно является теперь, возникло сравнительно поздно. Современное человеческое тело состоит не только из костей, но и из мышц и крови, и все это пронизано минеральной массой. Постарайтесь мысленно устранить всю минеральную массу и представить себе Землю и ее существ без этой минеральной массы; а затем представьте себе, как в результате процесса сгорания ко всему присоединяется минеральная зола, зола различных минеральных субстанций. Таким образом, в человеческих существах, которые к тому времени достигли только плотности клейкого вещества, включились по всем направлениям частицы золы. И теперь существа принимают в себя золу, как прежде они приняли в себя белок, и распределяют ее, вводят эту минеральную субстанцию в себя, начиная от твердых костей до жидкости крови. Вы легко можете составить себе представление о том, что вошло тогда в человека: все то, что остается от него как зола, когда тело сжигают или когда оно истлевает. И то, что остается как зола, было действительно последним, образованием. Все, что не остается в виде золы, возникло прежде, и только затем уже включило в себя эту золу. Человек, который видящим взором смотрит на эту золу, должен сказать себе: во мне это минеральная субстанция, которая позднее всего присоединилась к тому, что было образовано раньше. — Итак, в ходе земного развития минеральное появилось позже всего, и прочие царства включили его в себя после того, как они состояли уже из других субстанций.

И теперь мы можем еще спросить себя: что же было причиной этого присоединения золы? — Ведь мы всегда носим в себе эту золу, но только она распределена в нас и выступает отдельно, лишь когда наш труп сжигается или истлевает. Как же проникла зола в эти линии сил, которые были заполнены белковой субстанцией?

Мы видели, что вначале был огонь; из него образовался зачаток сердца, потом из воздуха образовался зачаток легких; затем присоединился свет и образовал зачаток нервов; далее выступил звук и, вызвав танец веществ, образовал живую субстанцию. Что же было причиной присоединения золы, минерального? То, что вносит в человеческое тело золу, это была теперь мысль, которая звук, тон делает словом. Еще в атлантическую эпоху, когда все вокруг было погружено в массы паров и тумана, членораздельный язык, на котором говорил человек, не был единственным, что он мог понимать; но он мог понимать язык шумящих деревьев, журчащих источников. Все, что теперь составляет членораздельный язык, и то, что в нем выражается, создавало танец; звук языка, музыкальное в нем слагало вещества в живую субстанцию. Смысл, значение слов вносит в эту живую субстанцию золу, образующуюся при процессе сгорания, и по мере «того как к концу атлантической эпохи костная система постепенно твердела, человек все больше и больше пронизывался мыслями, самосознанием. В нем вспыхнул интеллект, и он делался все более и более сознающим себя существом.

Извне вовнутрь шло создание того, что мы имеем в себе: сперва наш физический зачаток, который находит свое завершение в высшем органе сердца, потом наша нервная система с зачатком органов дыхания, потом те органы, которые образуются в живом органе как система желез. Потом присоединяется костная система, твердые вещества, которые проникнуты золой, и человек становится сознающим себя существом. Таков ход развития в пределах нашего земного воплощения. Вместе с тем мы подошли уже почти к концу атлантической эпохи.

Если вы сравните это с тем, что мы обсуждали раньше, то вы увидите: то, что приводится в действие последним, всегда существует вначале: то, что как «Слово» вошло в материю, оно было прежде всего. Если вы постараетесь правильно понять то, что было сказано сегодня, вы легко обнаружите в этом те факты, о которых говорится в начале Евангелия от Иоанна. Как раз в одном из последних докладов мы должны будем показать, как наши направленные далеко в мировое пространство рассмотрения прекрасно отражены в начале Евангелия от Иоанна и также в начальных стихах Библии. Все это мы находим вновь, когда обозреваем ход мирового развития. Но одно станет для вас особенно ясно. Когда мы рассматриваем эти факты, то человеческое развитие рисуется нам иначе, чем это представляет себе материалистическая фантастика, которая говорит, что человек произошел от грубой материи, и что духовные способности развились затем из последней.

Но вы видели, как то, что составляет, собственно, миссию земного развития, то, что служит у человека для выражения любви, было вначале заложено в виде того, что мы нашли как тепловой орган; это проявляется первым. Прежде органического было духовное в форме силовых линий; органическое присоединилось позднее под действием удивительной музыки сфер, и только затем уже все это пронизывается минеральной субстанцией, плотным веществом под действием слова или мысли. Самое плотное появляется после всего. Человек развился из духовного, как мы видели это, когда обозревали ход земного развития. Свое начало и происхождение человек имеет, как это всегда показывало истинное рассмотрение мира, не в материи, а в духе; и материя вошла в человеческое существо только под воздействием духовных сил. Это все больше и больше открывается из подобного рассмотрения.

ШЕСТОЙ ДОКЛАД. Берлин, 24 марта 1908 г.

Кто еще раз внимательно обдумает последний из состоявшихся здесь докладов и припомнит, как в более поздней стадии происходит повторение известных предыдущих состояний — как, например, на нашей Земле постепенно выступают состояния Сатурна, Солнца и Луны, и только потом уже развивается вполне, собственно, наше земное состояние — тот может почувствовать побуждение сделать следующее замечание.

Он может сказать: в прошлых докладах не раз утверждалось, что первый физический зачаток человека имел уже в себе системы органов чувств, что этот первый зачаток физического тела состоял как бы из примитивных, элементарных органов чувств. Затем на Солнце развилась система желез, на Луне нервная система, и на нашей Земле все опять повторилось. Но как же согласовать это с тем, что было сказано в последний раз: первое, что выступает на Земле, есть зачаток кровеносной системы, своего рода тепловой человек; затем, когда земное состояние уплотняется до воздуха и присоединяется свет, возникает, с одной стороны, род воздушной системы, которая позднее преобразуется в систему дыхания, в то время как тепловая система преобразуется в позднейшую кровеносную систему; а, с другой стороны, под воздействием света образуется род внутренне-видящей нервной системы. Дальше описывалось, как все это находится еще в тонком, эфирном состоянии, как потом, так сказать, заполняется своего рода белковой субстанцией, которая под действием мирового звука, мирового тона расчленяется на отдельные вещества. Если я принимаю, так мог бы кто-нибудь сказать, что система желез начинается только с образованием органического вещества, то на Земле сначала должна была быть своего рода тепловая система, представляющая собой зачаток кровеносной системы, и своего рода нервная система, существовавшая тогда, без сомнения, в виде тонких эфирных силовых линий; затем выступила бы система желез, которая является в известном отношении уже органически вещественной; и, наконец, все было бы проникнуто минеральным веществом, как это описывалось в последний раз. Но удивительно, что когда выступали последовательные состояния Сатурна, Солнца и Луны, и когда эти состояния повторились на Земле, то первой появилась не система органов чувств, затем система желез, нервная система и, наконец, система крови. Но в последнем докладе было указано как раз обратное: сначала кровь, потом нервы, железы, и последним твердые части, которые, как было особенно отмечено, делают впервые возможным открытие органов чувств вовне. Кто-нибудь мог бы сказать, что этот принцип повторения оказался вполне непригодным, так как именно в последний раз был указан порядок, прямо противоположный тому, что следовало бы ожидать, если бы имело место действительно точное повторение.

Нужно сказать, что если бы кто-нибудь захотел чисто интеллектуальным путем изобразить эти последовательные отношения как простое повторение предыдущего, то, по всей вероятности, он дал бы описание, которое было бы противоположно тому, что происходило в действительности. Ибо рассудок сделал бы шаблонное заключение, что на Земле должно было сперва повториться то, что было на Сатурне, потом то, что было на Солнце, потом то, что было на Луне, и что тогда только появилась система крови. Мной уже неоднократно подчеркивалось, что в оккультизме можно сделать ошибки и впасть в злейшие заблуждения, если не описывать, исходя из фактов, а на основании чисто рассудочных построений делать логические выводы. Ибо когда мы исследуем по Акаша-хронике развитие Сатурна, Солнца и Луны, то дело обстоит действительно так, что мы должны сказать: на Сатурне была заложена своего род система органов чувств, на Солнце система желез, на Луне система нервов, и на Земле к этому присоединяется кровь. При дальнейшем исследовании оккультного факта оказывается, что на Земле появляется сначала своего рода система крови, затем система желез, система нервов, и только тогда образуется то, что является пригодной для земных условий системой органов чувств. Таким образом, если мы хотим говорить о повторении, то, соответственно фактам, следует сказать о повторении в обратном порядке. То, что описывалось раньше, и то, что было показано в последнем докладе, проистекает не из каких-нибудь спекуляций рассудка, а было дано в соответствии с действительными фактами; и тогда открывается этот обратный порядок в последовательности событий, что делает повторение гораздо более сложным.

Однако мы не можем остановиться на предположении, что имеем дело с простым обратным порядком. Но мы встречаем систему крови при первом зачатке нашей Земли как своего рода теплового человека, как я это описал в последний раз, так что действительно система крови является вместе с тем и своего рода системой органов чувств. Это есть именно тепловая и познавательная система одновременно. Весь человек, так сказать, состоит только из тепла и крови. Но его пронизывает не субстанция крови, а эфирные тепловые линии сил, и эти эфирные тепловые линии сил, на которых позднее возникает система крови, являются в первом зачатке именно родом системы органов чувств. А нервно-световая система является на Земле сначала своего рода системой желез; и действительно, позднейшая система желез может включиться только благодаря тому, что другие, прежде возникшие системы, система крови, нервная система, продвигались вперед в своем развитии. Это продвижение вперед совершается так: в то время как нервная система развивается в некоторого рода систему желез, от крови остается нечто как зачаток позднейшей крови. Но одновременно в течение второго состояния сама система крови также преобразуется в род нервной системы; и когда это достигается и в третьем состоянии включается система желез, то две прежние системы снова преобразуются так, что система крови подвигается на одну ступень вперед, и нервная система также подвигается на одну ступень вперед. Таким образом, происходят непрерывные видоизменения и трансформация. Развитие действительно протекает крайне сложно, и никак нельзя успокаиваться на понятии повторения в обратном порядке. Ибо этот «обратный порядок», в свою очередь, относителен. Система крови есть система органов чувств, которая видоизменяется позднее, и то же самое для нервной системы и т. д.

Итак, вы видите: то, что произошло для того, чтобы человек мог достигнуть своей современной высоты, совсем не является предметом, удобным для рассудка, и все дело в том, чтобы мы с терпением и настойчивостью разобрались в этом сложном ходе развития. Но все это есть лишь своего рода введение, которое я хотел дать тем, кто еще раз близко провел перед своей душой то, что было сказано в последний раз.

Сегодня же нам предстоит совсем другая задача: рассмотреть самого человека на Земле с совершенно иной точки зрения, так, чтобы это человеческое существо все более выступило перед нами. Если с этой целью мы посмотрим назад, на предшествующее воплощение нашей Земли, на старую Луну, то человек на этой старой Луне явится перед нашей душой как имеющий физическое тело, эфирное тело, астральное тело. Но у него еще нет своего личного Я, какое он имеет теперь на Земле. Если мы исследуем состояние сознания этого лунного человека, то оно коренным образом отличается от состояния сознания земного человека. Состояние земного человека действительно выражается в том, что можно было бы назвать «личностью». Этим словом сказано многое для характеристики земного человека, так как на старой Луне еще не было «личности». Мы видели, что эта личность достигла своего полного развития лишь на Земле, и что в те далекие времена человек чувствовал себя еще, главным образом, членом одного общего целого. Даже если мы пойдем не слишком далеко назад, в тех странах, где мы теперь живем, если мы вернемся хотя бы к первым векам христианства, то мы найдем еще последние отзвуки более древнего сознания. Древний херуск, древний сугамбр, герул, бруктер не чувствовал еще себя отдельным человеком в той мере, как современный человек, но он чувствовал себя прежде всего членом своего племени. И когда он говорил «я», то это «я», без сомнения, означало еще нечто совсем иное, нежели оно означает теперь. Когда современный человек произносит теперь свое «я», то он разумеет под этим существо своей личности, поскольку оно заключено, так сказать, в оболочку его кожи. Тогда человек чувствовал себя по отношению к своему племени подобно тому, как чувствует себя отдельный член нашего организма по отношению ко всему организму. Он чувствовал себя в первую очередь сугамбром, герулом, бруктером, херуском, и лишь во вторую очередь персональным Я. Многие состояния в эти древние времена вы поймете лучше, если будете иметь в виду это радикальное изменение личности, если уясните себе, что, например, определенные формы кровной мести, семейной мести, племенной мести находят свое полноценное объяснение в общем сознании племени, в сознании своего рода групповой души. Люди воспринимали себя именно как группа совместной крови, и поэтому месть за убийство падала на все племя убийцы, как на него самого. И если мы возвратимся еще дальше назад, к классическому ветхозаветному времени, во времена еврейского народа, мы увидим, что отдельный еврей чувствовал себя всецело членом всего еврейского народа, что говоря «я», он чувствовал себя не как представитель своего личного Я, но он чувствовал кровь всего еврейского народа, как она струилась через поколения от отца Авраама: «Я и отец Авраам одно!» В этом сознании принадлежащий этому народу чувствовал свою защищенность и ценность. Он чувствовал эту групповую душу в крови далеко вглубь, вплоть до отца Авраама. Если мы еще дальше углубимся в праотдаленные времена Земли, то мы увидим групповую душу выраженной еще более четко. Тогда отдельный человек вспоминал то, что делали предки, вплоть до Урана. Память потомков простиралась через столетия.

В наше время человек в нормальной ситуации не вспоминает больше о том, что делал его отец, если он сам этого не видел. Он уже не вспоминает о том, что пережили его предки. Его память охватывает только его собственную жизнь. В древние времена человек вспоминал внутренне благодаря своей памяти не только о том, что он сам пережил, но также о том, что пережили его предки, с которыми он был одной крови, не потому, что он это знал, но потому, что память прорастала дальше поверх рождения. И мы знаем, что возраст древних патриархов, Адама и последующих предков еврейского народа, значит не что иное, как длительность памяти, то, насколько далеко вспоминают себя в ряду предков. Почему Адам и другие патриархи жили так долго? Потому что тогда обозначали не отдельную личность, но помнили себя сквозь ряд поколений, как теперь помнят о своем детстве. Это называлось тогда одним общим именем. Личность совсем не принималась в расчет. Помнили не только о том, что сами пережили в своем детстве, но помнили о том, что пережил в своем детстве отец, что пережил дед, и так на протяжении столетий; содержание этого воспоминания и воспринимали как некое единство, и называли его, например, Адам или Ной. Отдельная личность совсем не имела еще в те древние времена того значения, какое она имеет теперь; но память простиралась сквозь отца, мать, деда и т. д.; и то, над чем она распространялась, называли одним общим именем. Для современного материалистического мировоззрения это кажется чем-то фантастическим и натянутым. И, тем не менее, это есть то, что должно констатировать фундаментальное учение о душе, которое умеет считаться с фактами, постигать глубину фактов. Здесь мы приходим уже на нашей Земле к тому, что человек имел в прошлом род группового сознания, которое было присуще его групповой душе. Если бы мы пошли дальше назад, к старой Луне, когда человек не имел еще такого ограниченного коренящегося в групповом сознании Я, но когда он вообще не имел еще никакого Я, когда он состоял из физического тела, эфирного тела, астрального тела, то мы нашли бы, что сознание на этой старой Луне было не меньшим, но что оно охватывало огромные группы, и что поистине великие групповые души лежали в основе человеческого рода на Луне. Эти групповые души Луны, которые ставили отдельных лунных людей только, так сказать, как свои члены на Луне, были мудрые души. Мы уже рассматривали групповые души животных на Земле и нашли также мудрость как их отличительный признак. Эти групповые души Луны привили наглей планете в ее предыдущем воплощении ту мудрость, которую мы познаем и которой удивляемся теперь. И когда нас поражает, что каждая кость, что сердце и мозг, что каждый лист растения пронизан и проникнут этой мудростью, то мы знаем, что эта мудрость была излита групповыми душами, которые находились в атмосфере старой Луны — как облака изливают теперь дождь на Землю; и что она проникла во все существа, которые восприняли ее как свою основу и являют ее в себе, когда после пралайи они выступили опять на Земле. Итак, мудрые, великие групповые души пребывали на старой Луне.

Но если бы мы стали искать на древней Луне ту способность, которую мы находим во все большем масштабе, по мере развития, на нашей Земле, то мы не нашли бы у лунных существ этой способности. Эта способность — любовь, стремление, которое, исходя из свободной воли, объединяет существ. Любовь есть миссия нашей земной планеты. И поэтому в оккультизме мы называем Луну «Космосом Мудрости», а Землю «Космосом Любви». И как мы, находясь на Земле, изумляемся запечатленной в ней мудрости, так когда-нибудь существа Юпитера будут стоять перед существами, из которых навстречу им будет благоухать любовь. Они будут как бы впитывать и вдыхать в себя любовь из окружающих их существ. Как навстречу нам на Земле светит мудрость, так существам Юпитера будет благоухать то, что разовьется здесь на Земле из чистой половой любви до Божественной Любви в смысле Спинозы. Эта Любовь будет благоухать тогда подобно тому, как теперь благоухают, изливая различные ароматы, растения. Так разные степени любви будут изливаться, поднимаясь из того Космоса, который мы назвали Юпитером, последующим воплощением нашей Земли. Так сменяются отношения в ходе эволюции; и всякий раз, когда в эволюции происходит движение вперед, в этом участвуют все существа. И тогда существа, связанные с данным планетным образованием, поднимаются на все более высокие ступени развития. В настоящее время, так сказать, орудием развития любви являются люди; прежде различные, более элементарные формы любви развивались царством животных; и простое наблюдение показало бы, что все проявления любви у животных суть только предварительные ступени человеческой, постепенно все более одухотворяющейся любви. И как на Земле человек является, так сказать, орудием любви, так в будущем, когда он поднимется до Юпитера, он станет способным к восприятию все более высокого свойства. Так же и те существа, которые из окружения Луны изливали вниз мудрость, получили способность к более высокому развитию, когда Луна стала Землей. Существа, которые были тогда в состоянии излить мудрость в человеческие существа, были именно те, которые к моменту выделения Солнца из Земли ушли настолько далеко вперед, что могли отделиться вместе с Солнцем и сделать Солнце местом своего обитания. Существа, которые на Луне были Духами Мудрости, духами изливающейся вниз мудрости — это были другие духи мудрости, нежели те, какие были названы в связи с Сатурном. Эти существа, или, по крайней мере, большая часть их, избрали себе местом своего обитания Солнце. Только та сущность, которая обозначается именем Ягве или Иегова, и которая достигла затем своей полной зрелости на Луне, сделалась на Земле властителем формы, повелителем лунных сил.

Но мы уже говорили о существах, которые не прошли от Луны до Земли своего полного развития, которые как бы остановились посередине между человеческим и божественным бытием. Мы неоднократно описывали их с самых разных сторон. Мы сказали, что на определенной стадии своего развития Солнце выделило из себя Венеру и Меркурий, чтобы дать этим существам соответствующую им арену действия. Мы говорили также о том, что в продвижении человеческого развития вперед участвовали существа Венеры и Меркурия, которые стали великими учителями человечества в Мистериях. Сегодня мы дополним эту картину с другой точки зрения.

Мы уже указывали, что если бы те силы и существа, которые ушли от Земли вместе с Солнцем, оставались связанными с Землей, то человек должен был бы развиваться в таком быстром темпе, какого он не мог бы выдержать. Он вообще не мог бы прийти к своему развитию, если бы духи мудрости оставались связаны с Луной. Они должны были удалиться и действовать извне, чтобы человек мог совершать в правильном темпе свое развитие. Иначе, едва родившись, человек сразу же делался бы стариком; он в слишком быстром темпе проходил бы свое развитие. Я могу показать вам это наглядно еще на другом примере.

Эти духи, которые сами развились до солнечного бытия, не имеют никакого интереса в том, чтобы человек развивал свою духовность медленно и постепенно, проходя через различные возрасты жизни, детство, юность, зрелость и старость, и медленно и постепенно накапливал бы в телесности земной опыт. Их интересует только развитие человека до полной духовности. Если бы они оставались связанными с Землей, то тела, можно сказать, погибли бы, были бы сожжены. Не получив никаких плодов от земного бытия, дух устремился бы к быстрому развитию, и человек был бы лишен всего того, чему он может научиться на арене Земли. И прежде всего осталось бы нераскрытым в космическом процессе развитие любви. Для того чтобы любовь могла развиваться на Земле, должно было сначала на примитивной ступени развиться тело. Любовь должна была быть заложена в своей низшей форме как половая любовь, чтобы постепенно, проходя ряд ступеней, подняться вверх; и чтобы в конце, когда Земля придет к завершению в своей последней эпохе, эта любовь проявилась как чистая любовь, как духовная любовь в человеке. Вся низшая любовь есть обучение высшей любви. Земной человек должен развить в себе любовь, чтобы в конце своего развития смочь вернуть ее Земле; ибо все, что развивается в микрокосме, будет в конце концов влито в Макрокосм. Продвижение человека есть развитие Макрокосма. Мудрость, которая излилась в лунного человека, сияет навстречу земному человеку как мудрость, которая пронизывает все его строение. Любовь, которая в течение земного развития будет привита человеку, изольется как благоухание навстречу человеку Юпитера из всего царства Юпитера. Этот путь должны пройти отдельные космические силы.

Таким образом, исходный пункт нашего земного развития — напечатление любви — был поставлен, так сказать, под влияние следующих двух направлений: Духи Мудрости, создатели мудрости, которые на Луне влили мудрость в царство Земли, не имели на Земле, именно как Духи Мудрости, никакого интереса для себя в физической телесности человека. Они передали, поскольку сами они интересовались только мудростью, основную миссию Земли Духам Любви, которые имеют другую природу и которые как Духи Любви были также способны некоторое время проходить свое развитие вместе с Солнцем. Таким образом, мы имеем двоякое в развитии Земли: излияние любви, которая, так сказать, выступает впервые как нечто новое, и излияние мудрости, которая действует извне, так как духи, которые интересуются преимущественно мудростью, удалились от Земли на арену Солнца. Очень важно, чтобы мы правильно восприняли это взаимодействие Духов Мудрости и Духов Любви, ибо в этом взаимодействии духов Мудрости и Духов Любви выражается бесконечно важное различие. Если я переведу на наш человеческий язык то, что тогда произошло, то это различие проявляется в том, что Духи Мудрости предоставляют развитие отдельного человека между рождением и смертью всецело Духам Любви, а на себя берут руководство «индивидуальностью», которая проходит через различные «личности» в череде земных воплощений.

Итак, если вы представите себе человека в его целом, то вы различите два рода влияний, под действием которых человек стоит в космическом водительстве. То, чем человек является между рождением и смертью, все то, что он в себе развивает благодаря тому, что живет в своем теле, то, что делает его именно тем существом, которое стоит, так сказать, двумя своими ногами на почве Земли — все это находится под водительством Духов Любви. То, что проходит сквозь личность как пребывающая индивидуальность, что рождается вместе с человеком, умирает, снова рождается, вновь умирает и т. д. — это находится в известном отношении под водительством Духов Мудрости. Но опять-таки мы не должны этого шаблонизировать и говорить: итак, ты утверждаешь, что человеческая индивидуальность стоит под влиянием Духов Мудрости, а человеческая личность стоит под влиянием Духов Любви. Если бы мы стали шаблонизировать, то получилась бы снова ошибка. Ибо понятия только тогда имеют смысл, когда их берут в их реальности, когда знают, что каждое понятие имеет в себе две стороны. Только если бы вы были того мнения, что отдельная жизнь между рождением и смертью не имеет никакого значения для всех последующих жизней, тогда вы могли бы устанавливать такие шаблоны. Но если вы будете помнить то, что мы постоянно подчеркивали, что плоды каждой отдельной земной жизни, то есть плоды всего того, что достигается под влиянием Духов Любви, вливаются во все развитие, в то, чем руководят Духи Мудрости, и если, с другой стороны, вы уясните себе, что под действием сил Духов Мудрости протекает все то, что имеется в человеческом теле, вплоть до астрального тела — мы ведь уже обрисовали, как должны измениться и преобразоваться опыты, собранные на Земле, — то вам будет ясно, что на существо человека, поскольку он имеет физическое тело, эфирное тело и астральное тело, действуют также и Духи Мудрости. И так как то, что человек как личность развивает под действием элемента любви — когда он разовьет это, — сохраняется для его индивидуальности, то, в свою очередь, обходным путем через мудрость Духи Любви действуют в том, что развивается в отдельной человеческой жизни. Тогда они действуют совместно. Но, с другой стороны, действие их различается, так что все, относящееся к личности, подлежит непосредственно прямому воздействию любви, и все, что происходит между рождением и смертью, подлежит косвенному воздействию элемента мудрости.

Таким образом, мы видим, что личность человека и индивидуальность человека включены в два разных потока и направления. Это важно по следующей причине: если бы водительством завладели, так сказать, те Духи Мудрости, о которых теперь идет речь, наступило бы бурное, стремительное развитие, которое мы могли бы охарактеризовать, сказав: человек пережил бы сжатым в одну инкарнацию все то совершенствование, какое возможно в ряде инкарнаций! Но этого не произошло, и то, что должны были дать Духи Мудрости, распределилось на все последующие инкарнации на Земле. В оккультизме это выражается одним, совершенно определенным словом. Если бы водительство оставалось за Духами Мудрости, то человек телесно сжигал бы себя, быстро проходя через все ступени развития к состоянию духовности. Но Духи Мудрости отказались от того, чтобы привести человека к такому стремительному развитию. Они ушли от Земли, чтобы умерить, сделать соразмерными периоды времени, которые иначе протекли бы стремительно. Поэтому в оккультизме говорят, что Духи Мудрости сделались «Духами Кругооброта времен». В последовательных кругообротах времен, управляемых ходом светил, были установлены последовательные воплощения человека. Духи Мудрости стали Духами Кругооброта времен. Они могли бы могуществом своей мудрости поднять вверх человека и увлечь его от Земли; но тогда люди должны были бы отказаться от вынашивания тех плодов, какие могут созреть только во времени. Плоды любви, земной опыт, не были бы достигнуты. Тайны, которыми обладают, и которые должны соблюдать существа для того, чтобы дать созреть любви на Земле, взрастить земной опыт, были скрыты от этих Духов Кругооборота времен. Поэтому в Писании говорится: «Они закрыли свое лицо перед Священным Агнцем». Ибо «Священный Агнец» — это Солнечный Дух, Который обладает тайной не только поднимать вверх от Земли духов, но освобождать от Земли тела, одухотворять их после того, как они пройдут через многие воплощения. Владеющий тайной любви есть Дух Солнца, Которого мы называем Христос. И так как Он имеет отношение не только к индивидуальности, но и к каждой отдельной личности на Земле, то мы называем Его поэтому «Великой Жертвой Земли», «Священным Агнцем».

Итак, эти Духи Мудрости стали Духами Кругооборота времен и руководили последовательными инкарнациями. Христос стал центром, поскольку отдельная человеческая личность должна была быть освящена и очищена. Всего, что человек может ввести как плод из отдельной личности в индивидуальность, он достигает благодаря своей связи с Существом Христа. Взирание на Христа, чувство своей связи с Христом очищает и облагораживает личность. Если бы развитие Земли прошло без явления Христа, то тело человека осталось бы, если мы возьмем это выражение в самом обширном смысле, злым; оно должно было бы связаться с Землей и подпало бы навсегда материальности. И если бы Духи Мудрости не отказались от того, чтобы одухотворить человека в самом начале собственно земного развития, то могло бы наступить следующее: тогда, то есть в лемурийскую эпоху, Духи Мудрости сразу же вырвали бы человека из тела, повели бы его навстречу быстрому духовному развитию и быстро сожгли бы его тело; так что Земля никогда не смогла бы выполнить свою миссию. Или же Духи Мудрости сказали бы: мы не хотим этого, мы хотим, чтобы тело человека вполне развилось, но мы сами не имеем к этому никакого интереса, оттого предоставляем это тому, кто появится позднее, Иегове, который есть Владыка Формы! Но тогда тело человека было бы мумифицировано, оно иссохло бы. Тело человека осталось бы связанным с Землей; оно никогда не пришло бы к одухотворению.

Ни один из этих двух путей не был избран, но для того, чтобы могло установиться равновесие между Духами Мудрости и позднейшим порождением Луны, Владыкой Формы, являющимся исходным пунктом для действия Луны, было создано среднее состояние; и это среднее состояние подготовляло явление Христа, Который стоит выше мудрости, перед Которым Духи Мудрости в смирении закрывают свое лицо и Который спасает людей благодаря тому, что они все больше и больше будут наполняться и пронизывать себя Его духом. И если Земля достигнет того момента, когда человек будет вполне одухотворен, то из эволюции не выпадет сухой шар, но благодаря тому, что человек сможет вынести из развития, он поведет свою все более облагораживаемую человеческую форму к полному одухотворению. И мы видим, как духовно совершенна человеческая форма. Если бы взглянули на первоначальные тела лемурийской эпохи — я никогда не стану в открытой лекции описывать эти лемурийские человеческие тела! — то мы нашли бы, что они представляются нам стоящими на крайней границе безобразия. И все более и более облагороженными выступают перед нами люди, по мере того как они все больше очищаются любовью. Но и в отношении своего теперешнего лица человек также поднимется в своем развитии. Как человеческие тела становились все более одухотворенными с лемурийских времен, так и лик человека будет становиться все более одухотворенным. Мы живем теперь в пятой расе. Как сейчас в лице человека отражаются доброта и благородство, живущие в душе, так в шестой расе лик человека явит уже внутреннее богатство. Совсем другое лицо будет тогда у человека, так что по его внешнему виду будут узнавать, насколько он добр и благороден, и по характеру лица будут узнавать, каковы внутренние душевные качества человека; все больше и больше будет отпечатлеваться в человеческом лице то, что как добро и благородство заключено в его душе; так в конце земного развития телесное существо человека будет всецело пронизано духовным, и будет резко отличаться от тех, кто останется связан с материальностью и будет нести отпечаток зла на своем лице. Это есть то, что предстоит в будущем и что называют «Страшным Судом», разделением добра и зла. Это одухотворение человеческого тела или, говоря популярно, «Воскресение плоти». Эти вещи нужно только понять в правильном смысле, исходя из оккультизма; тогда против них невозможны никакие нападки. Внешняя просвещенность, разумеется, не в состоянии понять, что так называемая материя может когда-либо стать чем-то другим, кроме материи. То, что можно было бы назвать «собственно безумием материальности», никогда не сможет представить себе, чтобы материальное могло одухотвориться, то есть что могло бы произвести то, что называют одухотворением, воскресением плоти. Но это так, и таков ход земного развития; так раскрывается смысл земного развития и место Христа внутри этого земного развития.

Если бы мы смотрели только на то, что уже вошло в наше сегодняшнее изложение, нам предстала бы особая картина нашего земного развития. Эта картина показала бы действительное равновесие между Духами Формы и теми духами, которые стали Духами Кругооборота времен, в сущности, Духами Света. Так как после Мистерии Голгофы развитие Земли будет вести Христос, то это равновесие сохранялось бы и наступило бы действительно восхождение. Но дело опять-таки обстоит не так просто. Мы знаем, что были отставшие духи, которые не достигли полной зрелости и развития мудрости и поэтому не были расположены уступить свое водительство течению любви. Они хотели действовать дальше и продолжать изливать мудрость. Они действовали на людей, и это их действие не было бесплодным для Земли. Они принесли людям свободу. Если Христово начало принесло любовь, то эти духи, которых мы называем люциферическими духами, принесли человеку свободу, свободу личности. Они дали человеку возможность выбора между добром и злом. Отставание известных духов имеет также свою положительную сторону, и все, будь то продвижение вперед или отставание, имеет Божественную природу. Итак, были Духи Кругооборота времени, которые руководили последовательными инкарнациями — тем, что как индивидуальность проходит через все инкарнации; и были Духи Любви, стоявшие под водительством принципа Христа, которые подготовляли эту индивидуальность, так что личность может постепенно перейти в царство любви. Если мы хотим охарактеризовать тут великий идеал, который преподносится нам как царство любви, то мы можем сделать это следующим образом.

Теперь еще в самых широких кругах распространено основное заблуждение, что благосостояние и благополучие отдельной личности возможно без благосостояния и благополучия всех людей на Земле. Если даже этого не говорится прямо, то практически все в нашей жизни построено на том, что отдельный человек живет за счет других; и общераспространенным является мнение, что благосостояние отдельного человека не зависит от благосостояния других. Будущее развитие приведет к полной общности духа, так что на Юпитере господствующей станет уверенность, что не существует никакого блага и счастья для отдельного человека без блага и счастья для всех остальных отдельных людей. Христианство подготовляет это воззрение и пришло для того, чтобы подготовить это. Первоначально общность людей на Земле развилась благодаря любви, связанной с кровью. Этим был преодолен узкий эгоизм. Христианство же имеет задачу зажечь в человеке ту любовь, которая уже не связана с кровью, то есть привести его к чистой любви, где счастье и благо отдельного не мыслится вне счастья и блага других. Царство любви означает, что как прежде людей связывало кровное родство, так тогда человек будет видеть в другом брата вне зависимости от общности крови. Это выражено в словах: «Если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником.» Все остальное не есть истинное христианство. Так можем мы охарактеризовать развитие человека в сторону более высокого состояния. Но это развитие происходит циклически, а не прямолинейно. Вы можете уяснить себе это путем простого рассмотрения этих циклов.

Вы видите тогда, в начале послеатлантического времени выступает некая культура, она достигает своей высшей точки и снова приходит в упадок; она достигает своей вершины благодаря бегству из материальности; и они должна прийти к упадку, поскольку искала свою силу И области непризнания материи. Затем вы видите, как наступает новый цикл в образе древнеперсидской культуры, как древнеперсидская культура овладевает земным шаром через признание материи; хотя в материи она видит силу, которая сопротивляется человеку и которую человек должен подчинить себе в своей работе; и снова эта культура достигает своей высшей точки и склоняется затем к упадку. Но за ней поднимается новая культура, египетско-халдейско-ассиро-вавилонская, которая уже не только признает материю, но проницает ее человеческим разумом, так что исследуются пути звезд, воздвигаются постройки на основе того, что получено от звездной мудрости, происходит обработка земли по законам геометрии. Материя теперь уже не просто сопротивляющаяся сила, она прорабатывается и преобразуется в нечто духовное. Пирамиды суть отражение того, что человек видел в звездах. Затем, по окончании египетско-халдейско-ассиро-вавилонской культуры, мы переходим к греко-латинской культуре, когда в человеческом искусстве человек так видоизменил материю, что внес в нее свой собственный образ, красотой преображая материю. Этого не было прежде: не было того, что произошло в греческой скульптуре, в греческой архитектуре и драме, где человек запечатлел свой собственный образ в материи. В греческом искусстве высшим явлением красоты стал персональный облик. В римской культуре к этому присоединяются понятия о правах личности. Только совершенно превратная ученость — это может с первого взгляда увидеть каждый разумный человек — говорит, что понятие права существовало уже и прежде. Книга законов Хаммурапи есть нечто совсем иное, нежели то, что было создано как юриспруденция в Риме. Последняя есть чисто римский продукт; ибо юриспруденция появилась там, где отдельная личность создала свой отпечаток также и в праве, в праве человек всецело утвержден в своей личности. Изучите и сравните свод римского права о том, что находится в книге законов Хаммурапи, где личность человека была целиком включена в теократию! «Римский гражданин» есть новый элемент в цикле развития человечества. Еще глубже спускается человек в материю в пятой, германской культуре; следствием этого становится преобразование природных сил, триумф техники. Но мы прошли глубочайшую точку этого развития. И опять новым циклом станет тот, который наступит, когда люди вполне воспримут то, что появляется теперь как теософия. Мы видим, что каждый цикл в культуре достигает своей вершины и затем склоняется к упадку, и как каждый новый цикл имеет своей задачей двигать культуру вперед. [Пропуск в тексте.]

Твердое положение равновесия дает человеку уверенность, что он может быть освобожден от Земли; и стремление вверх и вниз есть то, что мы называем стремлением к собственной свободе, то, что привили человеку люциферические духи. Так в ходе мирового развития действуют совместно Христово начало и люциферические духи и обусловливают возможность культуры. Это ничего, что в первые времена христианства исключался люциферический принцип и указывалось только на Христово начало. Со временем человечество снова придет к тому, что овладеет свободой при полной отдаче себя Христову началу, ибо Христово начало столь всеобъемлюще, что постигнуть Его может только тот, кто стремится постигнуть Его на ступени Высочайшей Мудрости.

Вернемся назад в дохристианские времена. Мы находим там религии, которые являются подготовлением для христианства. Мы имеем уже религии у индусов и персов; но это религии, которые свойственны данным народам, из которых они родились. Это национальные, племенные, родовые религии, которые выступают вместе с народом, из которого они возникли; религии, ограниченные в своем внутреннем существе, так как они исходят еще известным образом из групповых душ и связаны с ними. С христианской религией в развитие человечества входит элемент, который является истинным элементом развития Земли. В первые времена христианство, во всяком случае, таково, что оно сразу же разрушает все прежние религиозные принципы. Оно резко противопоставляет себя словам: «Я и отец Авраам одно». Оно, прежде всего, противопоставляет себя тому, что можно чувствовать как единство с какой-либо одной только человеческой группой; в противоположность этому душа, которая живет в каждой человеческой личности, должна почувствовать свое единство с вечной основой мира, которая называется «Отец» и которая живет в каждой душе; и оно выражает это в словах: «Я и Отец — одно». И в противоположность Ветхому Завету, который начинается словами о том, что в начале был свет, христианство ставит в Новом Завете слова: «В начале было Слово!» Этим был дан один из величайших сдвигов вперед в развитии человечества. Ибо когда говорится о появлении света, то говорится, насколько можно говорить о свете, о чем-то внешне видимом. Древнее предание описывает генезис, где физическое предстает как откровение света. «Слово» же есть то, что исходит из внутренних глубин существа; и прежде чем совершилось какое-либо откровение света, человек существовал уже как то, что «было, есть и будет», то есть то, под чем подразумевается наиглубочайшее внутренне существо человека. Первоначален не свет, первоначально слово. Евангелие от Иоанна есть памятник, который нельзя ставить в один ряд с другим; но оно расширяет другие памятники, переводя от рассмотрения временного к вечному.

Таким образом, христианство предстает не как религия, которая была бы религией отдельного племени; но оно предстает как религия человечества, если оно понято правильно. Когда христианин чувствует себя единым с «Отцом», то душа стоит перед душой, безразлично, к какому бы племени она ни принадлежала. Так все ограничения должны пасть под воздействием христианства, и состояние Юпитера должно быть подготовлено под влиянием этого принципа. Христианство началось как религия; ибо человечество было построено на основе религии. Но религия есть нечто, что в ходе развития человечества должно смениться мудростью, познанием. Поскольку религия основывается на вере и не пронизана огнем полного познания ее, она есть то, что в ходе развития человечества должно смениться другим. И если прежде человек должен был верить для того, чтобы прийти к знанию, то в будущем изольется свет полного знания; человек будет знать и этим путем поднимется к признанию высочайших духовных миров. От религии человечество разовьется вновь к согретой огнем любви мудрости. Сначала мудрость, потом любовь, потом пронизанная огнем любви мудрость.

Здесь мы можем спросить: но когда религия растворится в познании, когда религия не будет уже больше даваться человеку в древней форме, при которой указывалось, что он должен только путем веры воспринимать мудрость, направляющую развитие, то сохранится ли тогда христианство? Никакой другой религии, опирающейся только на веру, тогда не будет. Но христианство останется; так как хотя в своем начале христианство было религией, но христианство больше всех религий! Это мудрость розенкрейцерства. Религиозный принцип христианства в своем начале был более всеобъемлющим, чем принцип всех других религий. Но христианство еще более велико, чем сам религиозный принцип. Когда отпадут оболочки веры, оно станет формой мудрости. Оно может совершенно снять с себя все оболочки веры и стать религией мудрости; и духовное знание поможет подготовить людей к этому. Люди смогут жить без древних форм религии и веры; но они не смогут жить без христианства; ибо христианство больше всех религий. Христианство пришло для того, чтобы разорвать оковы всех форм; и то, что наполняет людей как христианство, будет существовать еще и тогда, когда человеческие души вырастут уже за пределы всякой чисто религиозной жизни.

СЕДЬМОЙ ДОКЛАД. Берлин, 13 апреля 1908 г.

В последний раз, когда мы здесь встречались, я мог закончить тем, что сказал, что христианство есть нечто более глубокое, более всеобъемлющее, нежели то, что заключено в религиозном элементе, и что в те будущие времена, когда человечество вырастет за пределы того, что в ходе времен привыкли называть религией, в том далеком будущем, сказал я тогда, содержание христианства, освобожденное от религиозного в древнем смысле элемента, станет для человечества фактом духовной культуры. Таким образом, христианство сможет само преодолеть ту форму, которую мы, исходя из предыдущего развития культуры, вправе рассматривать как форму религиозной жизни.

С того последнего доклада мне пришлось столкнуться с многообразными симптомами культурной жизни. Вы знаете, что между той и нашей сегодняшней встречами лежит небольшая часть духовнонаучной работы в трех северных странах: Швеции, Норвегии и Дании. На позапрошлой неделе у меня был также доклад в Стокгольме. Вам будет понятно, если я скажу, что в тех северных странах, в которых из-за малого числа жителей так много места для людей, что они живут дальше друг от друга, чем мы в наших странах среднеевропейской культуры — упомянем только, что вся Швеция имеет столько же жителей, сколько один Лондон, — что в тех местностях, в которых есть столько места, имеются также условия для проявления древних северных богов и существ духовного жизненного окружения. Вполне можно сказать: для тех, кто знает нечто о спиритуальности, это в известном отношении так, что из всех углов и концов мелькают духовные лики тех древних северных божественных существ, которые стояли перед духовным ликом северных посвященных в северных мистериях в те времена, когда христианская идея еще не вошла в мир.

Внутри этой не только в поэтическом, но также и в спиритуальном смысле пронизанной сагами местности можно найти и другой симптом. Между докладами в Стокгольме я должен был докладывать в Упсале. В библиотеке Упсалы — среди свидетельств спиритуалыюго рода о древних дохристианских временах — спокойно лежит первый древний германский перевод Библии, так называемый Серебряный кодекс, Четвероевангелие, переведенные в четвертом столетии готским священником Вульфилой. Примечательно: в силу кармической цепи этот христианский документ во время Тридцатилетней войны был вывезен из Праги, где он до этого находился, и хранится теперь в окружении тех духовных существ, которые, как минимум в воспоминаниях, наполняют духовную атмосферу той местности. И словно так и должно быть, что этот документ должен покоиться в этом месте, здесь имеет место еще одна необыкновенная история. Одиннадцать станиц этого Серебряного кодекса однажды были украдены одним любителем. Спустя длительное время его наследник почувствовал такие угрызения совести, что прислал эти одиннадцать страниц в Упсалу, так что они теперь находятся там вместе с остальными страницами первого германского перевода Библии.

Из тех трех открытых докладов в Стокгольме, которые я должен был прочитать, один должен был быть посвящен главной идее «Кольца Нибелунгов» Вагнера. И как раз в это время афишные столбы в городе извещали о постановке «Вагнер. Рагнарек — сумерки богов» как последнем вечере представления этого «Кольца Нибелунгов». Это действительные симптомы, которые таким необычным образом переплетаются друг с другом: мир северных саг, которые всегда содержат глубокие указания на то, что однажды придет Тот, кто освободит этот северный мир богов. Я часто обращал ваше внимание на то, что это настроение северных саг обнаруживается как отзвук в среднеевропейском облике в том, что Зигфрида поражают в то единственное место, которое еще было уязвимо, и этим пророчески указывается на то место, которое позже у Другого будет покрыто крестом — чтобы одновременно подчеркнуть: здесь то место, где еще нечто отсутствует. Это не просто поэтическая игра, но это нечто, что извлечено из глубин инспирации мира саг. Потому что этот трагический мотив покоится как на северной саге, так и на лежащей в ее основе мистерии, что на месте северного мира богов позже вступит христианский принцип. В северных мистериях везде обращается внимание на то, что, собственно, значат эти сумерки богов. Одновременно подчеркивается — я имею этим самым в виду нечто большее, чем просто поэтический образ — что в глубине народного чувства воспоминания о древних богах весьма дружески уживаются с тем, что вошло с христианством. Это ощущается как симптом, эта покоящаяся готическая Библия внутри древних воспоминаний.

Можно и дальше ощутить как симптом, как указание на будущее, что в стране, где боги времен «Сумерек богов» были так жизненны, как только возможно, что эти боги снова возрождаются, воскресают в данной им Рихардом Вагнером форме вне узких границ движущейся религиозной жизни. Потому что кто хоть немного в состоянии понимать знаки времени, тот увидит в искусстве Рихарда Вагнера первую проблеснувшую звезду, как христианство в его глубочайшей идее выступает из узких рамок религиозной жизни в широкий круг современной духовной культуры. Можно бы подслушать в душе Рихарда Вагнера, как религиозная идея христианства выступает наружу, как она разрывает религиозные путы, чтобы стать чем-то всеобъемлющим. Когда он на берегу Цюрихского озера у виллы Везендонк как раз в Страстную Пятницу 1857 года смотрел на первые распускающиеся весенние цветы, и в этой распускающейся жизни воспринял душевное зерно «Парсифаля», то это и есть такая трансформация того, что в христианстве сначала живет как религиозная идея, на более широком плане. И после того как он сначала возвысил себя в своей душе к тому пророческому провозвестию христианства, которое у него так мощно воссияло в его «Кольце Нибелунгов», позже в «Парсифале» эта христианская идея выступила в полном объеме и завоевала дальнейшие горизонты. Этим самым она стала исходным пунктом для того будущего, когда христианство будет не только религиозной жизнью, но и жизнью познания, жизнью искусства, жизнью красоты в всеобъемлющем смысле слова.

Это должно быть сегодня поставлено перед вашей душой, чтобы примкнуть к окончанию нашего предыдущего рассмотрения как нечто, что может возбудить основное ощущение того, чем станет однажды христианство для человечества. Опираясь на это, мы хотим сегодня, исходя из глубины развития человечества, обозреть отношения между религией и христианством. Также и момент времени, в который мы хотим сделать это рассмотрение, не является неблагоприятным, чтобы как раз такое рассмотрение предложить нашей душе.

Мы находимся в непосредственной близости к тому великому символическому празднику, который можно выразить как праздник, который указывает на победу духа над смертью. Мы находимся в преддверии Пасхи. И мы вспоминаем, возможно, то рассмотрение, когда мы пытались вникнуть в суть Рождества, исходя из глубин сущности мистерий. Когда мы представим себе с некой высокой точки зрения на одной стороне праздник Рождества, на другой стороне Пасху с ее бликом на Троицу, то как раз тогда, когда мы это правильно рассматриваем, чудесным образом перед нашими духовными глазами предстает отношение между религией и христианством.

Мы будем вынуждены еще и дальше привлекать основы для этого рассмотрения, но и из этого мы будем видеть, что, собственно, в таких праздниках является законсервированным, и что они могут пробуждать в нашей душе. Мы будем еще и дальше возвращаться в развитии человечества, хотя и не так далеко, как в наших последних докладах, из-за недостатка времени и места. Но рассмотрения, которые мы предприняли, послужат нам помощью, так как мы из этого увидели ход развития Земли и его взаимосвязь с развитием небесных существ. Сегодня мы будем углубляться в прошлое только примерно до середины атлантического периода времени. Это тот период времени, когда предки сегодняшнего человечества жили на западе Европы между Европой и Америкой, на том континенте, который сегодня образует дно атлантического океана. Земля тогда выглядела по-другому. Что сегодня является поверхностью воды, тогда было поверхностью земли, и там жили предки людей, которые сегодня образуют европейско-азиатскую человеческую культуру. Если мы кинем духовный взгляд на душевную жизнь этого атлантического народа, то душевная жизнь предстанет нам совершенно иначе, нежели душевная жизнь послеатлантического человечества. Из предыдущих рассмотрений мы знаем, как мощно в ходе земного развития все изменилось, а также и в душе человека, вплоть до перемены состояния в момент дневной бодрственности и ночного сна — все в жизни человеческого сознания изменилось с того времени.

Сегодня это нормально для человека, когда он просыпается утром, что он со своим астральным телом и Я погружается в физическое и эфирное тела. И тем, что он погружается, он создает возможность, чтобы его глаза видели, его уши слышали, и его другие чувственные органы воспринимали впечатления чувственного мира вокруг него. Он погружается в свой мозг и свою нервную систему и комбинирует свои чувственные впечатления. Это его дневная жизнь. Вечером он снова извлекает свое астральное тело и свое Я из своих физического и эфирного тел. И когда человек засыпает, его физическое и эфирное тела лежат в постели, тогда исчезают все впечатления чувственного мира и дневной жизни. Тогда исчезают удовольствие и печаль, радость и боль, все, что составляет внутреннюю душевную жизнь, и темень и мрак являются ночной жизнью вокруг человека.

Но в середине атлантического времени это было еще не так. Тогда жизнь сознания человека представляла существенно другую картину. Когда человек утром погружался в свое физическое и свое эфирное тела, тогда ему навстречу выступали не те определенные четко обозначенные образы физического внешнего мира, но образы были гораздо более неопределеннее, примерно так, как сегодня являются нам уличные фонари в густом тумане, как будто окруженные аурическими радугоподобными образами. Здесь вы имеете небольшое подобие, чтобы составить себе представление о том, что видел атлант в середине своего периода времени. Только эти цвета, окружавшие предметы, которые еще не были заслонены четкими контурами, как их сегодня видит человек, а также звуки, звучавшие из предметов, не были еще столь сухими и скучными цветами и тонами, как сегодня. В этих цветных контурах, которые окружали также все живые существа, выражалось нечто из внутренней душевной жизни существ, так что человек, если он погружался в свои физическое и эфирное тела; воспринимал еще нечто от духовной сущности явлений, которые его окружали, в отличие от сегодняшнего дня, когда он, погрузившись утром в свое эфирное и физическое тела, воспринимает только число физические предметы в их четких границах и цветных поверхностях. И если вечером человек оставлял свои физическое и эфирное тела, тогда вокруг него простиралась не беззвучная тишина и темнота. Тогда образы, которые он воспринимал, были для него самое большее несколько иными, однако едва ли намного слабее, чем днем. Различие было только в том, что во время дневной жизни он воспринимал предметы минерального, растительного, животного и человеческого царств. Однако ночью, когда человек выходил из своего физического и эфирного тел, тогда пространство вокруг него наполнялось также такими красочными образами и тонами, исходившими из всевозможных впечатлений обоняния и вкуса от всего, что находилось вокруг него. Однако эти цвета и тона и эти впечатления от тепла и холода, которые он воспринимал, это были одежды и оболочки духовных существ, которые не опускались до физического воплощения, существ, чьи имена и образы можно получить в сагах и мифах. Потому что саги и мифы являются не народным творчеством, а воспоминаниями о тех видениях, которые имели люди древних времен в подобных состояниях; потому что эти люди воспринимали духовное днем, и духовное ночью. Человек действительно жил ночью, окруженный тем северным божественным миром, о котором сообщают саги и мифы. Один, Фрея и все другие образы северных саг не выдуманы. Они переживались так же подлинно в духовном мире человечеством того времени, как сегодня человек переживает окружающих его современников. И саги и мифы являются воспоминаниями о том, что переживал человек во всем том, что он делал в своем сумрачном ясновидческом состоянии.

Когда это состояние сознания, которое развилось из еще более древнего состояния, взрастало больше и больше, тогда солнце на небе стояло в знаке весов, в том пункте времени, который мы сегодня называем весной. И если мы теперь пойдем дальше, в то время, которое называется атлантическим, мы увидим, как все больше образуется состояния, которые мы имеем сегодня. Все более смутными, все менее различимыми становились впечатления, которые имел человек, когда его астральное тело и его Я ночью отделялись от физического и эфирного тел. Все более отчетливыми становились иные образы, которые он воспринимал, когда был внутри своих физического и эфирного тел. Словом, все больше и больше — если позволите выразиться парадоксально — ночь для него становилась ночью, а день становился днем.

Затем наступил атлантический потоп и затем пришли послеатлантические культуры, те культуры, которые я вам часто описывал, которые мы называем древнеиндийская культура, во время которой святые Риши сами учили людей, древнеперсидская, халдейско-ассиро-вавилоно-египетская культура, затем греко-латинская, и, наконец, наша культура. Если мы сегодня захотим описать настроение, в котором пребывали люди послеатлантического времени и частично также последнего времени атлантической эпохи, то это настроение выступает нам навстречу таким образом: везде народы, также и те, которые ушли на восток и там осели как потомки атлантических народов, еще были во власти древних воспоминаний, древних саг и мифов, которые воспроизводили то, что люди переживали в более ранние времена, в более ранних состояниях сознания атлантического времени. Эти саги народы взяли с собой из атлантического времени, хранили и рассказывали их. Это было нечто, что их наполняло, и древнейшие жители севера еще чувствовали силу, которая из саг и мифов говорила к ним, потому что эти древнейшие имели воспоминания о том, что их предки сами видели то, о чем рассказывается.

Еще нечто другое сохранялось внутри этих народов. А именно, то, что эти народы не пережили, но что пережили те, которые были посвященными тех древних времен, священники мистерий и мудрецы мистерий. Им было позволено духовно смотреть в те самые глубины мирового бытия, которые сегодня все снова открываются благодаря духовному исследованию. Им было позволено, потому что состояния душ предков человека внутри поколения посвященных были такими, как народная душа, которая в древние времена еще жила в духовном мире. Даже если это ясновидческос состояние тех древних времен в сумрачном виде все же еще было. Так как народы хранили свои саги, сказки, легенды, которые в многократно преломленном излучении доказывали то, что раньше переживалось, то в пра-древней мудрости было сохранено то, что созерцалось в мистериях, что лелеялось в древние времена: всеобъемлющее мировоззрение, которое затем в мистериях могло быть принесено тем, кого посвящали до непосредственно индивидуального состояния. Только искусственно можно было в древних мистериях вызывать те состояния, которые в древние времена были естественны.

Почему в те древние времена духовное восприятие было естественным? Потому что тогда существовала еще иная взаимосвязь между физическим и эфирным телами. Сегодняшняя взаимосвязь возникла в ходе последнего послеатлантического времени. У атлантического человека верхняя часть эфирной головы и также другие части эфирного тела простирались далеко вне его физической головы, и лишь постепенно, лишь в конце Атлантиды эфирная голова полностью погрузилась в физическую голову. Это привело почти к совпадению эфирного и физического тел. Через это слияние физической и эфирной головы было вызвано более позднее состояние сознания, которое и стало присущим для людей послеатлантического времени: возможность воспринимать физические предметы в их четких границах. Что он может слышать тона, ощущать запахи, видеть цвета поверхностей, когда они ему не являются больше свидетелями духовного внутри вещи, это все было связано с тем более сильным слиянием физического тела и эфирного тела, которое тогда постепенно наступало.

В более древние времена, когда эфирное тело еще частично находилось вне эфирного и физического тел, было еще так, что эта вне находящаяся часть эфирного тела могла еще получать впечатления от астрального тела, и эти впечатления являлись восприятиями древнего сумеречного ясновидения. Лишь когда эфирное тело полностью погрузилось в физическое тело, древнее сумеречное ясновидение было полностью отнято у человека. Поэтому в тех древних дохристианских мистериях у посвящаемых иерофантами должно было искусственным образом вызываться то состояние, которое в атлантическое время было естественным. Здесь мы видим, что с посвящаемыми учениками в храмах мистерий обращались таким образом, что после того как астральное тело получало соответствующие впечатления, эфирное тело частично извлекалось посвящающим священником, таким образом, что физическое тело вводилось в трех с половиной дневный летаргический сон, в своего рода состояние паралича. И когда эфирное тело становилось свободным, астральное тело могло передать ему все переживания, которые более ранний атлантический человек имел в естественном состоянии. Тогда древний посвящаемый мог видеть то, что было для него не просто сохраненным через писания, не просто традицией, но что теперь становилось для него индивидуальным переживанием.

Осознаем, что тогда переживал посвящаемый. В то время как священник мистерий частично извлекал из физического тела эфирное тело и вводил в это извлеченное эфирное тело впечатления астрального тела, посвящаемый переживал духовные миры настолько сильно, что воспоминания о них он мог внести в физический мир. Он становился свидетелем того, что происходило в духовных мирах. Он мог отложить свидетельства об этом в себе. И он теперь возвышался над всем тем, что было поделено на народы и нации, потому что он был посвящен в то, что все, все народы соединяет друг с другом: в прамудрость, в праистину.

Так это было в древних мистериях. Так это было также в те мгновения, о которых мне довелось рассказать вам при мистерии Рождества, в которой те вещи, которые, собственно, и образовывали характерное более позднего сознания, были скрыты от взора посвященного. Подумайте о том, что существенное послеатлантического сознания состояло в том, что человек теперь не может больше проникать во внутреннее вещей, что существует граница между ним и внутренним вещи, и что он видит только поверхности предметов физического мира. Что стало непроницаемым и непросматриваемым для сознания человека послеатлантического времени, то было для посвящаемого проницаемым и просматриваемым. Когда для него наступал великий момент, тот, который называют ночь посвящения, тогда он мог видеть сквозь твердь земли, и он мог «видеть солнце в полночь», духовное солнце видеть «в полночь». В сущности, это дохристианское посвящение было чем-то вроде вызывания того, что в древние времена было для людей естественным, что в древние времена люди переживали как свое естественное состояние сознания. Но люди все больше вырастали из этого воспоминания о древних временах. Мы видели, как шаг за шагом с прогрессивными культурными циклами человечество вырастало из тех древних воспоминаний, и как у него все больше и больше исчезала способность переживать нечто вне физического тела.

В первые времена послеатлантической эпохи в древней Индии, персидской, халдейской, даже еще в египетской культуре были многие люди, которые свое эфирное тело еще не соединили настолько со своим физическим телом, чтобы они не могли иметь впечатлений из духовных миров как атавистические остатки из более. ранних времен. Но затем во время греко-латинского времени исчезли все эти пережитки более раннего времени, и все меньше появлялась возможность проводить посвящение таким же способом, как раньше. Также исчезала возможность сохранять для людей воспоминания о древней прамудрости. Мы все больше приближаемся к нашему собственному пятому периоду, который, глядя изнутри, имеет совершенно особенное значение внутри эволюции человечества.

В четвертый временной период, то есть в греко-латинский, дело обстояло так, что можно сказать, тогда с равным успехом можно было как обладать возможностью воспоминания того, что человечество видело при помощи древнего сумеречного ясновидения, так и, с другой стороны, у некоторых людей полностью пребывать в физическом теле и вследствие этого быть абсолютно закрытым от духовных миров. Вся наша жизнь показывает нам, что человек нашего пятого послеатлантического периода опустился еще глубже в физическое тело. Внешним признаком этого является возникновение материалистических представлений. Они возникли сначала в четвертом периоде, у древнеэллинских атомистов. Затем они исчезают и возникают снова, пока не становятся все сильнее и сильнее в последние четыре столетия, так что человек не только потерял позитивное древнее содержание воспоминаний о духовных мирах, но также веру в духовные миры вообще. Это констатация факта. Человек в этом пятом периоде настолько глубоко опустился в физическое тело, что потерял даже веру. У многих людей эта вера в существование духовных миров полностью утеряна.

Спросим же себя сейчас с другой точки зрения: каким был ход человеческого развития? Мы оглядываемся назад в то древнее атлантическое время, которое мы попытались сделать сейчас наглядным, и мы можем сказать, что там человек жил со своими богами. Он верил не только в самого себя и в три царства природы, но он верил также в высшее царство духовных миров, так как он был их свидетелем в то атлантическое время. Не существовало большой разницы между его ночным и его дневным сознанием. Они были еще в равновесии, и человек был бы глупцом, если бы отрицал то, что действительно было вокруг него воспринимаемым, потому что он видел богов. Религии в нашем сегодняшнем смысле тогда, еще не могли существовать, потому что тогда люди еще не нуждались в религии. Что является содержанием религии, то для человека атлантического времени было фактом. Также как вам не нужна религия, чтобы верить в розы, лилии, скалы и деревья, так атланту не нужна была религия, чтобы верить в богов, потому что они были для него данностью.

Но эти факты все больше исчезали. Все больше содержание духовных миров становилось воспоминанием, частично сохраняемым в традициях, тем, что рассказывалось из древних времен, что это видели предки, частично сохранялось в сагах и мифах, и в том, что отдельные особо предрасположенные ясновидящие люди еще видели сами. Но прежде всего это содержание духовных миров сохранялось в том, что хранили священники в мистериях. Все, что хранили священники культа Гермеса в Египте, священники культа Заратустры в Персии, мудрецы халдеев, индийские последователи святых Риши, все это было не что иное, как искусство снова в посвящении делать человека свидетелем того, что пра-человечество видело естественным образом в своем окружении. И смотря по тому, чем был народ наделен, какими особенными способностями и ощущениями, смотря по климату, в котором он жил, от этого зависело, что именно сохранялось в мистериях, в религии народа преобразованным в образах. Однако прамудрость лежала в основе этих религий как великое единство. Эта прамудрость была одинаковой, единой, независимо от того, лелеял ли ее Пифагор в своей школе, или ученики Гермеса в Египте, или халдейские мудрецы, или последователи Заратустры в Передней Азии, или приверженцы Брахмы в древней Индии — везде одна и та же прамудрость, только обусловленная потребностями и особенностями отношений в народных религиях, как они нам в отдельных местностях являются. В этом видим мы становление религиозной культуры.

Так что же это такое религиозная культура? Религиозная культура является описанным образом действующим посредником между духовными мирами и той частью человечества, которая не обладает больше способностью воспринимать этот духовный мир собственными органами восприятия. Религия стала провозвестием, посланием духовного мира тем, кто не в состоянии больше переживать духовный мир как факт. Так распространилась духовная жизнь как культура в форме религии по земному шару. Так жила она в различных культурных периодах, от древнеиндийского, древнеперсидского, египетско-халдейского, греко-латинской эпохи до нашего времени.

Человек был погружен в свое физическое тело с целью познать внешний мир, пережить физическими чувствами, чтобы то, что он переживает снаружи при помощи, физических чувств, взять внутрь в свое духовное, чтобы вести его навстречу будущим ступеням эволюции. Однако сейчас, поскольку мы погрузились в физическое тело, так как мы перешагнули середину послеатлантической культуры, мы находимся в совершенно особой ситуации. Еще не все, но значительное число людей уже находится в этой ситуации. Все развитие внутри человечества происходит примечательным способом. Оно идет, так сказать, до известного момента вперед, а после этого момента оно идет в обратном направлении. После того как развитие опустилось вниз до известного момента, оно снова поднимается вверх и снова проходит через те же этапы, только в более высокой форме, таким образом, сегодня человек действительно стоит перед примечательным будущим: перед будущим — это знает каждый, кому известен этот глубокого значения факт развития человечества, — что его эфирное тело постепенно снова освобождается, после того как он погрузился в физическое тело, в котором он в четких границах и формах воспринимал все то, что можно воспринять сегодня в физическом мире. Эфирному телу необходимо снова освободиться, необходимо снова возвыситься, чтобы человек мог воспрянуть к одухотворению и мог снова воспринимать в духовном мире. Действительно, человечество сегодня уже находится в том пункте, когда у большой части человеческих индивидуумов снова освобождается эфирное тело.

Здесь нам навстречу выступает нечто в высшей степени необыкновенное. Это как раз тайна нашего периода культуры, которой мы сейчас касаемся, если проводим эти факты перед своим взором. Мы должны представить себе, что эфирное тело глубоко вошло в физическое тело, и теперь должно начать обратный путь. Оно должно взять из физического тела все, что может быть воспринято физическими чувствами. Но благодаря тому, что эфирное тело снова освобождается, все, что раньше было физической действительностью, должно быть постепенно снова одухотворено. Человек должен взять в будущее сознание, знание, что в физическом тоже есгь духовное. Потому что что выступает из него? Его эфирное тело выходит из физического тела, однако человек сохраняет только веру в физический мир, и у него отсутствует сознание, что духовное имеет действительность в физическом, которая выходит с эфирным телом как плод пережитого в физическом теле. Таким образом может случиться, что люди, так сказать, не находили бы подступа к этому высвобождению их эфирного тела.

Нам нужно точно и определенно ухватить пункт, где эфирное тело человека абсолютно и полностью сидит внутри физического тела и начинает снова выходить наружу. Нужно понять только: человек освобождает свое эфирное тело так, что он теряет веру, сознание духовного мира, пока он живет в физическом теле, что он себя таким образом отрезал от взаимосвязи с духовным миром в физическом теле. Нужно понять, что он так прочно и старательно опустился в физическое тело, что у него не было иного исхода, как поверить, что физическая жизнь является единственной действительностью. И теперь он вступает в следующий период. Эфирное тело выходит, оставляет его неизбежно, и человек оказывается не в состоянии войти в это состояние, что существует сознание духовного мира. Тогда он не признает этот духовный мир. Это то, что в ближайшее время может предстать перед человечеством: что оно не будет признавать духовный мир, который оно вынуждено будет переживать вследствие освобождения эфирного тела, что оно будет держать его за воображаемое, за фантастику, за иллюзию. И те, кто самым рафинированным образом — или, скажем, чтобы не быть язвительными, самым субтильным образом — спустились в физическое тело, кто стал материалистическим ученым, то есть усвоил себе самые окостенелые понятия о материи, они-то больше всего стоят перед опасностью при освобождении их эфирного тела не иметь никакого понятия, что существует духовный мир. Тогда они считают все, что они переживают от духовного мира, за иллюзию, фантастику, мечтания.

Я приведу только один пример: недавно появилась психологическая книга одного немецкого профессора. Там указано, что душа, собственно, совершенно идентична мозгу, и только с другой стороны показывает отправления, там снаружи, тут изнутри. Внутреннее — это чувства представления и воля, а внешнее — это мозг, исследованный анатомически-физиологически. В этой книге вы найдете примечательное высказывание; там указывается на то, что если бы это была самостоятельная душа, то нужно было бы ведь понять, что эта самостоятельная душа должна была бы умножать или уменьшать свои силы через все впечатления, которые человек воспринимает. Но существует закон сохранения энергии, который говорит, что все силы, которые человек воспринимает извне, должны снова выйти из него наружу, и указывается на то, что у человека также и вся тепловая энергия, которую он воспринимает, снова отдается. Но так как это подлежит всеобщему закону сохранения энергии, и там видят, что то, что входит, так же снова выходит, из этого следует сделать вывод, что там не происходит вторжения самостоятельной души, но что там происходят чисто материальные процессы, которые входят внутрь и снова выходят наружу.

Не может быть и речи о какой-то едкой критике такой книги и такого учения, которое преподается на официальных кафедрах нашей официальной науки, так как люди не могут удержаться от выдумывания таких учений; они живут в страшнейшей суггестии. В действительности если исследуют, сколько тепла в человека поступает и сколько выходит, и на основе этого заключают, что у него нет души, то это примерно так, как если бы кто-нибудь стал перед банком и захотел бы исследовать, какая денежная масса входит и какая снова выходит, и на основе этого заключил бы, что так как все энергии, то есть денежные массы, снова вышли, то, значит, в банке нет никаких служащих! Такого рода мыслеформы находите вы сегодня почти везде, во всем, что считается официальной психологией. И как неслыханно суггестивно действуют они на современное человечество! Это время, в которое сильнее всего в физическое тело окунулись как раз те, которые хотят быть вождями человечества и которые полагают, что они оперируют безусловной наукой. Во время вхождения эфирного тела в физическое тело они полностью потеряли сознание, что существует духовный мир, и, об этом следует сказать, как раз эти ученые больше всего подпадут судьбе, которую я сейчас должен вам описать. Какова судьба этих людей может быть в будущем?

Правильный образ жизни человека в будущем, когда эфирное тело будет снова свободно, означает, что этот человек должен иметь осознание того, что предлагает себя этому эфирному телу, и что соответствует человечеству. Этим самым он имел бы осознание того, что предлагает себя как познание духовного мира, поэтому необходимо, чтобы человечество пронесло через пункт, когда человек полностью погружается в физически-чувственное, познание, что духовный мир существует. Нельзя допустить, чтобы был потерян переход от религиозной жизни к жизни познания. Человек низошел из жизни среди богов; к жизни с богами он снова восходит. Но он должен будет их познать! Он действительно должен будет знать, что боги реальны! О древних временах человек не сможет больше вспоминать, если его эфирное тело снова будет свободно. Если в средние века он потерял сознание духовного мира, если он усвоил себе единственную веру, что жизнь в физическом теле и видимое в физическом теле являются единственной действительностью, тогда для всего будущего он повисает в воздухе. Тогда он не знает себя в духовных мирах, тогда теряет он почву под ногами. Тогда для него наступает опасность того, что называют «духовной смертью»; потому что то, что вокруг него, оказывается тогда недействительным, иллюзией, для чьей действительности у него нет сознания, во что в нем нет веры, и он умирает. Это является действительным умиранием в духовном мире, это нечто, что угрожает человеку, если при вступлении в духовные миры он не приносит сознание этих духовных миров.

Где, однако, лежит тот пункт эволюции человечества, в котором может быть полностью достигнуто сознание духовного мира? Это тот пункт, в котором через нисхождение в физическое тело и через его преодоление перед людьми поставлен великий образ, тот великий образ, который дан в Христе. Через полное понимание Христа достижимо то, что дает человечеству возможность завоевать подступ ко всем воспоминаниям прошлого и ко всем прорицаниям будущего. Потому что все зачинатели религии до Христа, на что они указывали? Они указывали на предыдущие инкарнации и на последующие инкарнации человека. Христос вошел в тело Иисуса из Назарета, когда Иисус из Назарета был возрасте тридцати лет. Христос был сущностью, которая жила в физическом теле только один раз. И через эту однократную победу над смертью, если это правильно понимается, указывается человеку на то, как ему следует жить, чтобы привносить во все будущие времена сознание существования духовного мира. Это есть единение с Христом.

И как будет жить идея Христа в человеке будущего? Человек будущего будет так же оглядываться на нашу эпоху, когда человек жил в физическом теле, как человек послеатлантического времени откладывается на атлантическое время, когда люди жили вместе с богами. Он будет себя чувствовать победителем над тем, что переживается в физическом теле. Когда он затем снова поднимается на духовный план, он будет указывать вниз на физическое как на нечто, что преодолено. Это должны мы чувствовать в великом пророческом деянии, если мы созерцаем чудо Пасхи.

Человек будущего имеет перед собой две возможности: одна возможность та, что он вспоминает о том времени, когда он имел переживания в физическом теле, и говорит себе: только это, что было тогда, было действительным. Мы находимся отныне в мире иллюзий; действительностью была жизнь в физическом теле. Такой человек оглядывается на оставленное физическое как на гроб, и то, что он видит в гробу, есть труп; но труп как физическое представляет для него подлинную действительность. Это одна возможность. Другая возможность такова, что человек оглядывается назад на пережитое в физическом мире как на гроб, но так, что верящим, будто одно физическое является истиной, действительностью, он говорит, глубоко чувствуя при этом истину этих слов: «Тот, Кого вы ищете, Его там больше нет!» Гроб пуст, и Тот, о Котором идет речь, Он воскрес! Пустой гроб и воскресший Христос — это мистерия пророчества; и таким образом в мистерии Пасхи мы имеем мистерию пророчества.

Великий синтез мистерии Рождества как повторения древних мистерий и мистерии Пасхи как мистерии будущего, мистерии воскресшего Христа — это хотел дать Христос человечеству. Это мистерия праздника Пасхи. Это будет будущим христианства, что христианская идея это не просто весть о высших мирах, не просто религия, но христианская идея является убеждением и импульсом жизни: убеждением, потому что человек в воскресшем Христе видит то, что ему самому предстоит пережить в будущем; деянием жизни, потому что Христос является человеку не просто чем-то, к чему он взирает, что дает ему просто утешение, но является ему великим образом, по которому он живет и с которым он превозмогает смерть. Быть деятельным в духе христианства, жить, видя в Христе не просто утешителя, но видеть Христа как того, кто нам предшествует, и кто в глубочайшем смысле родственен нашей глубочайшей сущности, того, по которому мы живем — это и есть идея Христа будущего, которая стремится проникнуть все познание, все искусство, всю жизнь. Если мы хотим вспомнить, что содержит в себе идея Пасхи, то мы найдем в ней символ христианства подлинного действия и подлинной жизни.

Когда человечество не будет больше нуждаться в религиозных сообщениях, которые приносят им весть о богах древних времен, потому что оно снова будет жить среди богов, тогда Христос будет для них тем, кто будет давать им силу, чтобы найти правильную точку взаимоотношений среди богов. Тогда не будут больше нуждаться в религии, чтобы верить в богов, которых тогда снова будут видеть, также как в ней не было потребности раньше, когда люди жили среди богов. Тогда им не нужно было верить, и им не нужно будет верить в богов, которых они снова будут видеть, если они вступят в среду богов, усиленные тем, что дает христианство. Тогда они сами будут одухотвореными среди духовных сущностей и тогда их работа сможет проходить среди духовных сущностей. Так человек уже совсем в не таком далеком будущем снова будет видеть, как физический мир теряет для него свое значение, и как, так сказать, физические вещи поблекнут. Их действительность поблекнет, даже если человек еще долгое время будет пребывать на Земле. Если, однако, физические вещи потеряют свое значение и важность и поблекнут, тогда человек будет либо угасающим образом видеть значимость физического и не сможет верить в духовное, которое перед ним восстает, или все же он сможет верить и пронести сознание для духовности будущего, и тогда он не познает духовной смерти.

Противостоять действительности, которую не познают как таковую, это значит быть разрушенным в духе. В такое духовное разрушение будут вживаться люди, если духовные миры будут возникать перед ними при освобождении эфирного тела и не будут познаны как таковые. Сегодня кое-кто мог бы уже иметь сознание духовных миров, но он не имеет его, и поэтому они отбрасывают его, и это выражается в его нервозности, неврастении, в патологическом страхе. Это есть не что иное, как ответный удар, вызванные отсутствием сознания духовного мира. Кто это чувствует, тот чувствует также необходимость духовного движения, которое, перерастая чистую религию, сохраняет веру в человека, в целого человека, это значит также в духовного человека, и несет полное познание духовного человека. Познать Христа значит также познать духовного человека.

С идеей Христа вживаться в будущее человечества, значит преодолеть христианство как религию и раскрыть дальние горизонты христианству как познанию. Христианство войдет в искусство, расширит и оживит его, станет образующей силой искусства в самой высокой степени. «Парсифаль» Рихарда Вагнера это подготовка к этому. Христианство войдет во все проявления жизни на Земле, и когда религии уже давно будут больше нужны человечеству, тогда человечество как раз и будет находиться под сильным влиянием христианского импульса, который должен был быть дан человечеству тогда, как оно было в середине четвертого культурного периода. В греко-латинском культурном периоде Христос выступил среди человечества. И как человечество должно было опуститься до глубочайших глубин материальной жизни, так должно оно снова подняться к познанию духа. И этот импульс дало Явление Христа.

Эти ощущения должны воодушевлять нас во дни, в которые мы символически имеем вокруг себя мистерию Пасхи, в период Пасхи. Потому что мистерия Пасхи не является только мистерией воспоминания, но также и мистерией будущего, пророчества для человека, который постепенно все больше и больше освобождает себя от уз и пут и обстоятельств чисто физически чувственной жизни.

ВОСЬМОЙ ДОКЛАД. Берлин, 20 апреля 1908 г.

Сегодня я хотел бы говорить с вами о том, что отчасти выпадает из установленных рамок этих докладов, но в другом отношении составляет в то же время дополнение к ним, так как сказанное в прошлых докладах будет повторено и в известном смысле может даже получить лучшее освещение.

Мы уже знаем, что человек, каким он является теперь, сложился только в течение долгой эволюции, что он прошел через различные планетарные состояния, во время которых он развился до своей теперешней высоты. Мы знаем также, что в будущем он поднимется к более высоким ступеням развития. И мы уже получили представление о том, что в то время, когда на старом Сатурне человек был еще в совсем смутном состоянии сознания, имелись уже существа, которые стояли тогда так же высоко, как стоит теперь человек; и что были там еще и такие существа, которые стояли гораздо выше, чем стоит теперь человек. Мы знаем, что теперь также есть существа, которые в настоящее время достигли ступени развития, которой человек достигнет лишь в будущем. Таким образом, мы можем поднять взгляд вверх к некой — как ее называют в оккультизме — Иерархии стоящих над человеком существ, каждая из ступеней которой стоит выше, чем предыдущая. Ближайшую ступень существ, которые стоят над человеком, мы называем в эзотерическом христианском обозначении «Ангелы». Так что Ангелы являются для нас существами, которые уже на Луне, планетарной предшественнице нашей Земли, достигли человеческого сознания, и которые теперь стоят ступенью выше, чем человек. Сам человек будет на ступени Юпитера иметь то сознание, какое теперь является сознанием существ, называемых нами «Ангелы». Этим мы указали уже на первую ступень стоящих над человеком существ. Но из некоторых других источников мы знаем также следующие ступени. Мы знаем, что выше, над Ангелами, стоят Архангелы; затем чин Начала, Архаи; далее Власти или Откровения, Эксузиаи; затем так называемые Силы, Динамис, Господства; далее Престолы, Херувимы и Серафимы. Только тогда — за пределами Серафимов — мы могли бы говорить о том, что в христианском смысле называется собственно Бог. Ибо истинный оккультизм, истинное духовное знание не может разделять обычного, тривиального представления, что человек мог бы непосредственно взирать на высочайшее Божественное; но мы имеем над человеком целую лестницу духовных существ, которых мы называем в христианстве Ангелы, Архангелы и т. д. И для нас, в известном отношении, духовное было бы удобнее таковым, как это часто, можно слышать: «Ах, зачем нужна эта целая лестница духовных существ; человек может ведь непосредственно войти в общение с Богом!» Этой удобностью не может пользоваться философ или оккультист; ибо эти существа действительно имеются в мире, и сегодня мы будем говорить о некоторых особенностях и свойствах этих существ и об их задачах.

Прежде всего, мы попытаемся составить себе представление об Ангелах. Мы можем легче всего составить себе представление о сознании этих существ, если припомним, что человек в своем внешнем физическом сознании охватывает теперь четыре царства природы, которые он может, так сказать, воспринимать: минеральное, растительное, животное и собственно человеческое царство; так что с точки зрения его содержания мы можем обрисовать человеческое сознание как такое, которое охватывает эти четыре воспринимаемые внешними чувствами царства. Все, что человек воспринимает через посредство своих органов чувств, принадлежит так или иначе к этим четырем царствам. Если мы спросим себя затем: каково же сознание ангельских существ? — то получим ответ: это есть в известном отношении более высокое сознание; и оно характеризуется как более высокое сознание благодаря тому, что оно не спускается вниз до минерального царства. Сознание Ангелов не достигает той области, где находятся камни, минералы. Но в этом сознании имеются растительные существа, животные существа, человеческие существа и царство самих Ангелов, которое играет там такую же роль, как человеческое царство для нас. Поэтому мы можем сказать, что Ангелы воспринимают своим сознанием также четыре царства: царство растений, царство животных, человеческих существ и царство Ангелов.

В этом состоит особенность Ангелов: они не имеют физического тела и вследствие этого никаких органов физического тела, никаких глаз, ушей и т. д. Поэтому они не воспринимают физического царства. Они имеют своей низшей сущностью свое эфирное тело. Благодаря этому они имеют известное сродство с растениями. Они могут, таким образом, спускаться своим сознанием до растений; они могут еще воспринимать растения. Напротив, где есть минералы, там они воспринимают пустоту, совершенно так же, как мы это описывали в связи с деваханическим состоянием человека, который также воспринимает как пустоту то пространство, которое здесь, на Земле заполнено минералом. Так и Ангелы воспринимают как пустоту то, что здесь является физическим царством. Зато их сознание возвышается в ту область, куда сознание человека теперь еще не достигает.

Но мы знаем, что также и люди стоят теперь друг к другу в таком отношении, что один руководит, а другие являются руководимыми. При этом я имею в виду не что иное, как детей и взрослых-воспитателей. Дети должны быть руководимыми до тех пор, пока не станут такими зрелыми, как взрослые воспитатели. В своем теперешнем развитии люди зреют до сознания Юпитера. Это сознание будет подобно тому, какое имеют теперь уже Ангелы. И поскольку сознание Ангелов таково, Ангелы являются теперь действительно руководителями людей, их воспитателями, которые их подготовляют, и существует тесная связь между тем, что постепенно развивается в человеке, и тем, что является задачей этих Ангельских существ. Что же образуется в человеке к концу его земного бытия? Об этом мы часто уже говорили. Мы говорили, что человек имеет физическое тело, эфирное тело, астральное тело и Я, и что теперь он подошел как раз к тому, чтобы постепенно преобразовать свое астральное тело в Самодух. И хотя человек уже работает и над другими своими членами, но существенное в земном развитии заключается в том, чтобы был вполне развит Самодух. Ангелы развили в себе Самодух; он был развит в них, когда началось бытие Земли. Поэтому в иерархии развития Ангелы являются теми духами, которые ведут в человеке эту работу преобразования астрального тела в Самодух.

Но как, спросим себя, они делают это? — Прежде всего вспомним о том, что мы сказали: когда человек умирает, то после смерти он имеет сначала вокруг себя то, что мы назвали обширной картиной воспоминания о протекшей жизни. Она остается в течение двух-трех дней; у разных людей это бывает несколько по-разному. Как правило, она остается так долго, сколько данный человек мог выдержать в жизни, не засыпая. Разные люди в этом отношении очень различны. Один привык спать каждые двенадцать часов, и у него слипаются глаза, когда эти двенадцать часов прошли; другие могут, напротив, бодрствовать четыре-пять дней. Сколько человек может выдержать, не засыпая, столько же держится картина его воспоминаний. Потом эфирное тело растворяется и от него остается только экстракт, плод жизни, протекшей жизни. Он берется человеком на все последующие времена, включается в состав его сущности и образует то, согласно чему человек в ближайшей инкарнации может построить свое физическое тело. Он в состоянии построить свое физическое тело более совершенным именно благодаря тому, что может воспользоваться для этого плодами своей предыдущей жизни. Таким образом, человек имеет в себе этот экстракт жизни и может построить из него в следующей жизни свое новое тело.

Но мы знаем еще также нечто другое. Мы знаем, что человек строит не только это свое тело, но что в Девахане он вообще не остается бездеятельным. Было бы ошибочно думать, что человек занят только самим собой. Мир построен совсем не на таком эгоизме. Он устроен так, что человек в каждом положении должен участвовать в работе над Землей; и в Девахане он участвует в преобразовании поверхности Земли. Мы знаем, что, например, та почва, на которой мы теперь находимся, выглядела совсем иначе всего несколько сот лет тому назад. Земля непрерывно изменяется. Во времена земных странствий Иисуса Христа здесь были огромные лесные массивы; тут были совершенно другие растения и животные. Облик Земли непрерывно преобразуется. Как люди, строя города и т. д., непрерывно работают с помощью тех сил, которые действуют в физическом, точно так же они воздействуют из Девахана с помощью тех сил, которые преобразуют лик Земли; следовательно, также и растительное и животное царства. Поэтому в следующей инкарнации человек находит Землю, которая являет совсем другую картину, так что он всегда переживает нечто новое. Ибо мы совсем не напрасно родились в новой инкарнации, но для того, чтобы переживать нечто новое. Человек сам способствует тому, чтобы преобразовать Землю; но он не может сделать этого без руководства. Он не может определять следующие инкарнации; ибо тогда ему не нужно было бы пережить то, что должно совершиться лишь в будущем. И существа, которые руководят человеком, участвующим с помощью сил Девахана в работе над преобразованием Земли, которые устанавливают созвучие между отдельными человеческими индивидуальностями и эволюцией Земли так, чтобы это соответствовало отдельным индивидуальностям — эти существа суть Ангелы. Они не могут участвовать в работе над минералами, над твердой земной корой; ибо их сознание не достигает внизу до минералов. Но они вполне достигают до растительного царства, которое Земля несет в себе. Там они могут действовать, хотя и не творяще, но все же преобразующе.

И действительно, дело обстоит так, что вместе с каждой человеческой индивидуальностью действует ангельское существо, которое ведет и направляет человека в его работе над развитием Самодуха в астральном теле. Поэтому в известной части христианского учения говорится об ангелах-хранителях людей. Это суть представление, которое вполне отвечает реальности. Это существа, которые устанавливают созвучие между отдельной человеческой индивидуальностью и ходом земного развития, до тех пор, пока в конце земного развития человек достигнет возможности сменить своего Ангела, так как тогда он сам будет иметь такое сознание, какое сегодня имеется у Ангела.

Теперь вам легко понять, что Архангелы имеют сознание, которое не спускается до растительного царства и достигает внизу только до царства животных. Растения для них, так сказать, уже не существуют; это для них слишком низкое, слишком незначительное царство. С царством животных они еще имеют точки соприкосновения; они воспринимают животное царство. Они не имеют эфирного тела, и низшим их членом является астральное тело. Животное также имеет астральное тело, поэтому Архангелы воздействуют на астральное тело животных. Затем они воспринимают человеческое царство, царство Ангелов и свое собственное царство. То, о чем они говорят «я», что для них есть то же, что для человека человеческое Я — это есть царство Архангелов. Эти существа также имеют значительную миссию, и вы, конечно, поймете, что они имеют сознание, на две ступени превышающее сознание человека, что их миссия может быть очень высокой. Ибо сознание Архангелов так возвышенно, что они имеют вполне развитый Жизнедух, Будхи, и могут поэтому действовать, руководя и направляя в земной эволюции с той высоты, которая соответствует Жизнедуху, Будхи. Это раскрывается в том, что Архангелы являются вождями и руководителями целых народов. То, что называют духом народа и что является объединяющим для народов, это есть в действительности какой-либо Архангел. И вы найдете также понятным, что народы, которые сохранили еще сознание этих духовных связей, не взирали прямо на Высочайшую Божественную Сущность, но обращались, так сказать, к более близким существам, которые их вели и направляли.

Возьмем древнееврейский народ. Он почитал как Высочайшего Бога Ягве или Иегову. Но Бог Ягве принадлежал для него к области откровений. Это была высочайшая сущность, которую они признавали своим Богом. Но они говорили: Тот, кто нас ведет и направляет как истинный посланник Иеговы, это Михаил, один из Архангелов, имя которого означает: «Тот, кто стоит перед Богом». В древнееврейском языке его называли также «Лик Божий», ибо представитель Ветхого Завета, обращая взор к Богу, чувствовал, что Михаил предстоит перед Богом и выражает Его Существо, подобно тому как человеческое лицо выражает существо человека. Поэтому его называли буквально «Лик Божий». Итак, когда говорят о «Духе Народа», то в смысле оккультизма говорят не о каком-то неуловимом, непонятном существе. Когда в наше материалистическое время говорят о духе народа, то под этим, собственно, ничего реального не подразумевают; ибо при этом имеют в виду только внешнее абстрактное единство особенностей данного народа. В действительности существует духовный представитель, которого называют Архангелом и который руководит и направляет весь народ как целое. Это существо достигает внизу до мира животных. Народы также чувствовали это. Ибо можно сказать, что из народного инстинкта это легко почувствовать. Один народ живет там, другой здесь. Смотря по различию стран, в которых живут народы, они должны пользоваться теми или другими животными, и это — так инстинктивно ощущали народы — назначается духом их народа. Так что древний египтянин, который вполне ясно чувствовал это, говорил: когда мы рассматриваем развитие растений, то находим, что в них действуют Ангелы, когда мы рассматриваем животных, то мы видим, что их направляет к нам руководящий дух всего народа! Поэтому силу, которая приводила к ним животных, они почитали священной, и характер их отношения к животным был выражением этого сознания. При этом они не говорили об Архангелах, но имели это ощущение. Это есть именно то ощущение, которое египтянин связывал с культом животных; и оно, в свою очередь, лежит в основе того факта, что там, где имелось сознание всей этой спиритуальной связи, эти духи воспроизводились хотя и не в образах земных животных, но все же в таких образах, как сфинкс, крылатые животные и т. д., которых мы находим в многочисленных изображениях у разных народов. В них как бы просвечивают управляющие народом Архангелы. Поэтому вы можете видеть в различных животных группах воспроизведение эзотерического явления ведущих Архангелов; и многие образы египетских божеств сводятся к этому представлению, что Архангел — дух, руководящий народностью — спускается вниз до царства животных. Такова основная задача Архангелов; но есть еще и другая.

Современному человеческому сознанию знакомы еще — как легенда далеких времен — имена Уриила, Гавриила, Рафаила и Михаила, но вам достаточно только открыть книгу Еноха, чтобы найти также имена других Архангелов. «Гак, был еще Архангел Фануил. Это был значительный Архангел, задача которого состояла не только в том, чтобы руководить какой-либо народностью. Мы, разумеется, знаем, что посвящение заключается в том, что человек стремится ко все более высокому сознанию, и уже теперь во время земной эволюции поднимается ко все более высокому сознанию. Но в местах мистерий люди хорошо знали, что для этого также нужны руководящие и направляющие силы. Поэтому они ставили тех, кто искал посвящения, под защиту Архангела, которого называли Фануил. Он был покровитель, к нему обращались те, кто стремился достичь посвящения.

Другие духовные существа этой ступени имеют, со своей стороны, другие задачи. Так, например, в основе всего мирового развития, всей мировой эволюции, действительно лежит некая сумма сил, которые направляются известными существами. Так, есть Архангел — в древности его называли Сурахиил — задача которого состоит в том, чтобы истреблять особенно распространенные пороки какого-нибудь города или целой страны и претворять их в добродетели. Кто знает об этих связях, тот отсюда увидит, что то, что называют общим абстрактным словом «провидение», в действительности является подлинным водительством. Если мы стараемся хорошо узнать духовные миры, то не можем удовлетворяться общими абстракциями, но должны войти в эти подробности. Ибо высочайшие сущности, которых человек может представить себе лишь в смутном предчувствии, руководят при помощи этих посредствующих существ ходом мирового развития. Таково развитие того, что можно назвать различными задачами отдельных Архангелов.

Перейдем теперь к иерархии Начал. Это существа еще более возвышенные, сознание которых уже не спускается вниз до животных; когда посвященный поднимается до общения с Началами, то из своего человеческого сознания он не сообщает им, каковы образы животных на Земле, ибо сами они достигают своим сознанием внизу только до человека. Затем они знают царство Ангелов, царство Архангелов и свое собственной царство, где они говорят себе «я». Человек есть низшая иерархия, которую они воспринимают. Чем для человека является камень, минеральное царство, тем для Начал является человек: самым низшим миром (царством). Этим уже сказано, что они с очень большой высоты направляют ход человечества. Есть люди, которые там или здесь чувствуют, что существует как бы своего рода «Дух Времени», который является различным в разные эпохи. Эти люди чувствуют, что есть «Дух Эпохи». Мы не раз говорили здесь о «Духе Эпохи». Мы сказали, например, что в первой культуре послеатлантического периода, в древнеиндийском народе, дух эпохи состоял в том, что люди страстно стремились назад к древним атлантическим временам, когда они смутно воспринимали вокруг себя высшие царства. Так возникла система йоги, с помощью которой они хотели снова подняться в высшие миры. С этим связано, что люди придавали тогда мало значения внешней действительности, физическому плану. Майей, иллюзией становится для людей физический план. Древнеиндийская культура имела, так сказать, мало интереса к физическому плану. Вам покажется странным, но это действительно так: если бы сохранилась древнеиндийская культура, то никогда не было бы железных дорог, телефонов и всего того, что теперь имеется на физическом плане; потому что им казалось бы неважным овладевать законами физического мира в такой степени, чтобы наполнить этот физический мир всем тем, что представляется нам теперь достижениями культуры.

Затем пришел дух персидской эпохи. Благодаря ему человек научился видеть в материи сопротивляющийся материал, который он должен был обрабатывать. Он соединился с добрым духом Ормуздом против духа материи, Аримана. Но перс уже интересовался физическим планом. Затем пришел дух той эпохи, которая изживает себя, с одной стороны, в вавилоно-ассиро-халдейской, с другой стороны — в египетской культуре. Закладываются основы человеческой науки. С помощью геометрии стараются сделать Землю удобной для человека. В астрологии и астрономии пытаются познать движение светил и по движению светил упорядочивают то, что совершается на Земле. Как раз в социальной жизни в древнем Египте смотрят на ход светил. Руководствуются тем, что открывают как тайны звезд. Древний индус искал путь к богам, совершенно отвлекая свое понимание от внешней действительности; египтянин изучал законы, которые господствуют во внешней действительности, чтобы исследовать, как воля и дух Богов выражают себя в законах внешней природы. Это была опять-таки другая эпоха. Так вы имеете определенного духа для каждой эпохи; и развитие на Земле происходит благодаря тому, что один дух эпохи сменяет другого. Бывают отдельные случаи. Люди возвышаются до воззрений эпохи, но они не знают, что за всем этим ходом эпох стоят эпохальные духи; и люди не знают, что выражая здесь, на Земле, дух своей эпохи, они являются только орудиями этих стоящих за ними духов эпох. Вспомните хотя бы Джордано Бруно. Если бы Джордано Бруно родился в восьмом веке, то он не стал бы тем, чем он стал в тот период, когда господствовал тот дух эпохи, выразителем которого он сделался. Он был орудием духа времени; и то же было в других случаях. Но существует обратная возможность: если бы Джордано Бруно родился в восьмом веке, то дух эпохи не мог бы найти себе такое выражение, какое он нашел в Джордано Бруно. На этих примерах мы видим, как люди являются орудиями духов эпох, а также «духов мнений и воззрений» в меньших эпохах. Таковы Начала. Они руководят не тем, что связывает человека с другими царствами природы; так как их сознание не достигает даже до царства животных. Порядки, согласно которым, исходя из духа времени, люди устраивают свою жизнь, основывают государства, создают науки, обрабатывают свои поля — все, что исходит от человека — этот ход культуры от начала до конца стоит под водительством Начал. Они руководят людьми, поскольку люди имеют дело именно с самими людьми.

Я мог также в разное время указывать, что от каждой иерархии отстают известные существа, которые не могут подняться так же далеко, как другие, которые, так сказать, задерживаются в мировом развитии. И вы легко можете себе представить, что есть существа, которые, так сказать, должны были бы во время лунного развития подняться до степени Властей или Откровений и которые достигли только до Начал. Эти Начала отличаются от тех, которые в правильном ходе развития поднялись до ступени Начал. Таким образом, есть такие Начала, которые являются на Земле, собственно, замаскированными Властями. Теперь мы узнаем в другом аспекте нечто из того, о чем уже слышали. Итак, среди Начал есть такие, что за ними скрываются те, что могли бы, собственно, быть уже Властями. И к этим Началам, которые являются в сущности противозаконными, принадлежат — разумеется, только для тех, кто рассматривает эти вещи с точки зрения духовной науки — то существо, которое справедливо называть «сатаной», противозаконным князем этого мира. Законный властитель есть «Власть»: Ягве или Иегова; противозаконный принадлежит к ступени Начал. Он проявляется в том, что приводит людей к постоянному сопротивлению эпохальному духу. Такова истинная сущность этого духа, которого называют также «духом тьмы» или противозаконным князем этой нашей Земли, который притязает, собственно, на то, чтобы руководить и управлять людьми. И тогда вы поймете, какой глубокий смысл имеет тот факт, что явился на Земле Христос, чтобы пролить Свой Свет на всю последующую эволюцию и что Он должен был преодолеть в борьбе этого противозаконного князя мира сего. За этим лежит глубочайшая мудрость, которая выражена в этой удивительной части Евангелия.

Поверхностным является то, что вы слышите теперь о сатане, не только от материалистически настроенных людей, но так же и от тех, в которых проступают еще известные древние представления и которые, однако, понимают эти представления неправильно; ибо с давних пор уже о сатане говорится довольно насмешливо. И даже люди, которые охотно признают других духовных существ, не хотят признавать реальность сатаны; они ее отрицают. Это происходит оттого, что уже в Средние века люди имели весьма странные представления о сатане и говорили: в сущности, он отставший дух из порядка Властей; и, будучи духом из порядка Властей, он отстал. — Где должны мы искать духов из иерархии Властей? Они проявляются в том, что открывают себя в мире как дух. Сатану называли духом тьмы и полагали, что тьма есть только отрицание света. Свет реален, а тьма не реальна. — Так же думали и о духовном. И духам, которые проявлялись в свете, приписывали действительность; а действительность сатаны, который проявлялся во тьме, отрицали. Это приблизительно так же умно, как если бы кто-нибудь, выслушав физика, сказал: холод есть только недостаток тепла; он не есть что-то действительное; когда мы постепенно уменьшаем тепло, то оно становится все холоднее, и если холод получается, когда мы все больше отнимаем тепло, то он не есть что-то действительное; потому не будем думать о зиме! — Но хотя холод есть только отрицание тепла, он все же дает себя сильно почувствовать, если в комнатах не будут топить. Так и сатана есть нечто вполне действительное, хотя он и является только отрицанием света.

Тем самым мы поднялись до очень высоких Духов, которых называют «Эксузиаи», «Откровения». К ним относится, например, то существо, которое в другой связи мы узнали как Ягве или Иегову, которому сопутствуют Элоимы. Мы знаем, что Ягве имел шесть собратьев, которые отделили для себя Солнце. Сам Ягве ушел вместе с Луной, которая изливает на Землю отраженный свет Солнца; но он связан с другими Элоимами. Если вы попытаетесь по аналогии с предыдущим представить себе сознание этих откровений, то вы скажете: эти духи не заботятся уже об отдельных людях. Отдельный человек управляем духами, которых мы назвали Ангелами, Архангелами, Началами — вплоть до тех, что мы назвали эпохальными духами. Вся картина в целом, в которую включен человек, водительство и руководство планетой и тем, что на ней происходит, является делом Откровений или Властей. Ибо все теперешнее развитие человека не могло бы совершиться, если бы не действовали, с одной стороны, влекущие вперед Силы Солнца и, с другой стороны, задерживающие силы Луны. Откровения или Власти имеют дело совсем не с отдельным человеком, а с человеческими группами. Они управляют внешними силами, которые конфигурируют планету и в которых человек нуждается, чтобы иметь возможность пройти все развитие на Земле. И тогда, наконец, мы поднимаем взор к той высокой духовной Сущности, Которая выходит за пределы всего, о чем мы сейчас говорили — к Сущности Самого Христа, Которая приносит на Землю то, что имеет отношение не к отдельному лишь человеку, но к водительству всего человечества. И свой путь ко Христу каждый человек должен найти сам; ибо принудительным образом найти себя могут заставить человека еще только Начала, ко Христу он должен прийти свободно.

Так составили мы себе, прежде всего, представление о низших ступенях иерархий, стоящих над человеком — об Ангелах, Архангелах и немного также о Началах и Властях; и только в предчувствии можем мы поднять взор к Высочайшей Сущности, ко Христу. — В другой раз мы можем воспользоваться случаем, чтобы рассмотреть то, что может быть сказано о «Престолах» и так далее. Сегодня я хотел сообщить вам нечто о системе духовных существ, в которую включен человек, поскольку в ней участвуют Ангелы, Архангелы, Начала и Власти.

ДЕВЯТЫЙ ДОКЛАД. Берлин, 13 мая 1908 г.

Этот доклад должен осветить тему, которая достойна того, чтобы быть рассмотренной с точки зрения спиритуалыюй жизни. Мы будем говорить о том, как может тот, который причисляет себя к духовнонаучному воззрению, занимать позицию по отношению к другим духовным направлениям, как он может держать себя в отношении развития современного человечества, вообще в отношении сегодняшних вопросов. Я хотел бы в существенном очертить вам сегодня развитие религиозных идей в период с послеатлантической культуры до современности.

При этом мы будем вспоминать о том, что уже в том или ином месте упоминали: что понятие собственно религии является чем-то, что имеет смысл только в послеатлантическое время. До великого атлантического потопа то, что называют религией, вообще не могло существовать, потому что религия предполагает, что человек не имеет восприятия и видения сверхчувственных миров, или как минимум что большая масса людей не имеет таких восприятий. Религия служит соединениям человека со сверхчувственным тогда, когда для большой массы людей сверхчувственное является невоспринимаемым, а только может быть опосредовано различными способами, через поэтов, видящих, мудрецов, мистерии и т. д., так, как это имело место в последних тысячелетиях. Перед великим атлантическим потопом, когда наши предки по большей части жили в области старой Атлантиды, тогда люди еще имели более или менее непосредственные опыты, восприятия сверхчувственного. В то время, когда люди сами жили в духовном мире, в котором они постоянно имели опыт, как сегодняшние люди в чувственно воспринимаемом мире, религии не требовалось. Под конец этого атлантического времени для подавляющего большинства сверхчувственный опыт был погашен. На его место вступил отчетливый чувственный опыт, который человечество имеет сегодня. Что осталось от древнего атлантического времени?

Если мы вернемся в седую старину и исследуем саги и мифы, через которые воздействуют на нас германские боги, то мы найдем в них сообщения из чувственных миров в образной форме. Эти сообщения не являются образами народной фантазии, персонификациями, как нас побуждают в это поверить, но они являются действительными воспоминаниями из того древнего времени, когда люди сами еще знали, что они воспринимали. Саги о Вотане, Торе и т. д. являются такими воспоминаниями. И то, что вплоть до послеатлантического времени человеку осталось, являлось в высшем смысле слова религией памяти. Дальше всего продвинулась она у народов, которые живут на юге Азии, у индийских народов; в другой форме она сделала себя значимой в Европе. В Индии воспоминание о том времени человечества, когда каждый еще сам имел восприятия в духовных мирах, заметно в ностальгии по тому миру. Там воспринимали действительность как иллюзию, как майю, и стремились назад в те древние времена. Йогой называли то, что в отдельном человеке развивало способность проникновения в сверхчувственные миры. Не все народы продвергнулись так, что они имели мудрецов, которые могли возноситься до йоги. Другие народы вынуждены были довольствоваться воспоминаниями, в особенности народы Севера. Их посвященные также достигали духовных миров, тоже имели непосредственные опыты в божественном мире, однако северная природа делала затруднительным проникновение чуда людям в большом количестве. Поэтому образовалась северная мифология.

Однако кое-что мы найдем как нечто общее из того, что люди еще сохранили в то послеатлантическое время: это отзвук той много далее простиравшейся силы памяти, нежели это имело место в атлантическое время. Тогда память была развита совершенно иначе, чем сегодня. Люди могли вспоминать себя вплоть до жизни далеких предков. Они знали о том, что проделал такой предок за столетия до того, они знали это, как сегодня старик знает о том, что он пережил в юности. Такие воспоминания о предках вызвали то, что можно назвать религией предков, культом предков. Культ предков, почитание предков в действительности является первой религией. Память известным образом сохранялась живой. Эта живость памяти была так велика, что в действительности для отдельного человека, даже если он не мог подняться до йоги, все же могло наступить спиритуальное состояние, когда ему во сне или в особых психических состояниях являлся общий предок народа.

Это не было просто сагой, мифом, что древний род имел живым как общего предка, но это было нечто, что время от времени являлось человеку, что являлось в психическом сознании, что сопровождало народ. Отдельные народности, которые устремлялись через Европу, имели разнообразнейшие переживания. Однако одно переживание оставалось для многих всегда активным и живым. И они рассказывали это тем, кто имел доверие к этому, кто верил в это: это было явление родоначальника, положившего начало рода, который из области духа был их советником, стоял с ними в отношении. Он приходил в особенно важные моменты, был в сомнительных случаях. Культ предков был нечто, что благодаря физическим особенностям предков оставалось живым. Все больше и больше преобразовывался этот культ предков в религиозную систему, которая хотя и была выработана известными посвященными, однако была приемлема и для многих непосвященных. В различных областях проявилась такая религиозная система, например, в древнем индийском брахманизме. Последние отзвуки этого находим мы в философии Веданты, однако также и в древнейших философских системах находим мы последние отзвуки этого древнего пантеизма. Это был своего рода эзотерический пантеизм, как мы имеем его в древнем брахманизме. Он проявляется в собственной системе египтян, также у евреев. В действительности мы можем представить себе, что эта религиозная система возникла из-за того, что постепенно выработалась всеобъемлющая идея божественной сущности, которая все проникала и пронизывала. Родоначальник вырос вместе с духовными основами бытия, он стал своего рода духовной прасилой.

Затем в том, что мы можем назвать антропоморфизмом, мы имеем специальные образования эзотерического пантеизма. Он представляет себе различных богов в человекоподобных образах. Сюда принадлежит, например, греческая религиозная система. Но совершенно ошибочно представляют, если думают, что позади отдельных богов для образованного грека не вершил собственно духовный мир. Когда мы говорим об Ангелах, Архангелах и т. д., вообще о различных духовных сущностях, которые стоят над человеком, как мы это делали в учении о космической эволюции, то мы говорим совершенно схожим образом, как это происходило тогда, когда говорили о Зевсе, Афине и т. д., в сравнении к единому мировому духу. В основе этой системы лежит единая мировая мысль. Пантеизм является духовной подосновой вещи; тогда боги наделяются человеческим обликом.

Если мы спрашиваем себя: с чем это связано, что еще во многом более абстрактный эзотерический пантеизм перешел в многообразие греческого мира богов? — мы должны в этом познать глубокую потребность человечества вообще, глубокий принцип в развитии человечества. Если мы рассматриваем переход от египетского к греческому, то мы лучше всего видим проявления этого принципа. Во всем представлении догреческого времени лежит нечто особенно мощное, символическое. Египетские пирамиды и сфинксы великолепны, мощное творение человеческого духа, которые в несколько абстрактной форме указывают на духовную первопричину, которую еще не отваживаются выразить. Как доказал греческий дух способность выразить духовное в образной форме! В этом лежит неслыханный прогресс, который можно видеть во всем. Наиболее полно найдете вы выраженным этот переход, если вы в духе проследите переход от восточного к греческому искусству строительства, если мы ухватим архитектоническую мысль в ее чистоте. Архитектоническая мысль приходит к своему наилучшему выражению на протяжении всего развития человечества в греческой архитектуре. Нигде не найдем мы такого безостаточного излияния мысли во внешнюю форму, как в греческой архитектуре. Мы видим, как все введено в пространство, как это соответствует великим космическим законам.

Это произошло, возможно, еще только раз в развитии человечества, что архитектонические мысли были осуществлены: это мысль готической архитектуры. И если мы сопоставим готическую мысль и греческую архитектоническую мысль, то мы должны сказать: в готике мы, собственно, не имеем больше дела с чистой архитектурой, но с только намеченным в формах выражением живущего в чувстве мистического элемента. Готика не является безостаточным выражением этой мысли. Греческий храм, напротив, есть жилище бога, и его нужно понимать как таковое. Потому что если мыслить себе бога творящим в пространстве, его силой, пронизывающей пространство, как он самому себе образует тело, как он ткет себе одежду, тогда мы имеем греческий храм. Если мы имеем его перед собой, мы знаем: это жилище бога. Готический собор не является таковым; он является домом молитвы. Его невозможно представить себе без посетителя, который есть внутри, для которого он построен полным настроения. Представьте себе греческий храм существующим сам для себя, совершенно сам для себя, только оживляемый богом, тогда вы имеете его весь. И это не символическое выражение. Готическому храму принадлежит верующий. И кто понимает пространство не как пустоту, но как пронизанное силами, кто знает, что в пространстве кристаллизуются силы, и кто чувствует эти силы, тот чувствует, что в греческом храме выкристаллизовалось нечто из динамических сил мира. Кто имеет для этого чувство, настолько сильное, что он может воспринимать эти сущности, тот знает, что силы пронзают пространство. Греки знали о жизненности пространства. Лучше всего можно убедиться в том, как мышление, чувство, воля стали конкретными, если сравнить с греческим романское искусство строения, в котором мы многократно видим, как колонна, например, из своей пространственной задачи как носитель возвышена колонна. Романское строительное искусство также велико, но оно имеет, однако, много декоративного, и среди прочего как раз эти колонны, для которых не существует более глубокой мотивации. В этом нет смысла, нет чувства пространства. Колонна есть, однако она не выполняет своего назначения. Все это связано со ступенью развития человеческого духа. Только пройдя через этот антропоморфизм, могло человечество быть подготовлено к восприятию Богочеловека, к восприятию в самом человеке живущего Бога. Однако это и есть христианство, называемое оккультизмом еще теоморфизмом.

В христианстве сливаются все различные образы богов в один живой образ Христа Иисуса. Для этого необходимо было мощное углубление человечества, углубление, которое сделало человечество способным не только промыслить живые формы пространства, как это проявилось в греческой пластике, но которое могло бы подняться к мысли видеть внутреннее во внешнем, к вере, что вечное действительно могло жить в историческом образе на Земле в пространстве и во времени. Это существенное в христианстве. Эта идея значила самое большое развитие, которое могло сделать человечество на Земле.

Нам нужно только сравнить — и такое сравнение позволительно — греческий храм, который является жилищем Бога, с тем, что позже стало христианской церковью, как это в самом чистом виде выразилось в готике. Тогда мы увидим, что во внешних формах необходим был даже шаг назад, если говорить о желании представить вечное во времени и пространстве. И то, чего достигает более позднее искусство благодаря тому, что выражает внутреннее во внешнем, это находится полностью под впечатлением духовного течения христианства. В принципе следует сказать, что это можно понять, что самой прекрасной архитектура может быть там, где еще могут быть связанными всей душой с внешними силами, которые протекают через пространство.

Итак, мы видим, как религиозная мысль постоянно углубляется в послеатлантическое время, как люди ищут указания на сверхчувственное. Во всем, что здесь сказано, будет нетрудно увидеть указание на страстное желание человека проникнуть во внешнюю форму, как-нибудь охватить внешней формой сверхчувственное. На это нацелены все изначальные первопричины искусства. С христианством мы, так сказать, достигли нашего времени. На основе здесь сказанного, во взаимосвязи со всем другим, что сказано о развитии после атлантического времени, вы можете познать, что ход человечества постоянно стремится к внутреннему. И в различных расах существует все растущее сознание о выражении внутреннего во внешнем.

Мы хотели бы сказать, что в греческих образах богов мы видим, как то, что в человеке живет внутренне, изливается во внешний мир. В христианстве дан важнейший импульс в этом направлении. Мы видим, что с христианством пришло нечто, что до нашего времени называют наукой. Потому что то, что сегодня так называют, то есть схватывание мыслительных первопричин бытия, начинается в халдейское время. Теперь в наше время мы действительно живем в большом повороте развития человечества.

Окинем взглядом то, что мы эскизно здесь рассмотрели, и спросим себя: почему все произошло так, почему человек развился до того, чтобы выражать внутреннее во внешнем? — Тогда ответ будет тот, что человек был принужден к этому развитием своей организации. Древние атланты могли воспринимать в сверхчувственном мире, потому что у них эфирное тело было еще не полностью втянуто в физическое тело. Соответствующая точка эфирной головы еще не была покрыта соответствующей точкой физической головы. В полном пронизании эфирного тела физическим телом заключается причина того, что человек теперь больше стремится во внешний мир.

Когда врата духовного мира закрылись, человеку в его художническом развитии потребовалась связь чувственного со сверхчувственным миром. Раньше, в атлантическое время, ему этого не было нужно, так как тогда он еще был в состоянии из непосредственного опыта познавать сверхчувственный мир. Рассказывать о богах и духах потребовалось людям тогда, когда они потеряли восприятие этого, как, например, нужно рассказывать о растениях только тем людям, которые их никогда не видели. Это причина религиозного развития послеатлантического времени. Почему существо сверхчувственного рода, такое, как Христос, вынуждено было являться в конечной личности, в Иисусе, и странствовать по Земле? Почему вынужден был Христос стать исторической личностью? Почему взгляды человека должны были быть привязаны к этому облику? Мы уже говорили, что люди не могли больше смотреть в сверхчувственный мир. Тогда что должно было произойти, чтобы Бог мог стать для них опытом? Он должен был стать чувственным, воплотиться в чувственно-физическое тело. Это и есть ответ на вопрос. До тех пор, пока люди могли воспринимать духовное, до тех пор, пока они могли воспринимать там в сверхчувственном опыте богов, никакому богу не нужно было становиться человеком. Но теперь Бог вынужден был стать внутри чувственного мира. Из этих чувств исходят слова учеников к подтверждению этого факта: «Мы вложили свои руки в Его раны» и тому подобные. Так мы видим, как явление Христа Иисуса становится нам понятным из природы послеатлантического человека, так мы познаем, почему, собственно, Христос вынужден был открыть себя чувственному восприятию. В этом для человечества должен заключаться сильнейший исторический факт. Духовная Самость вынуждена была чувственным образом быть здесь, дабы люди имели точку опоры, которая могла бы соединить их со сверхчувственным миром.

Чистая наука все больше и больше превращалась в почитание, в поклонение внешнему миру. В этом мы сегодня достигли высшего пункта. Христианство было сильной поддержкой против этого растворения в чувственном. Сегодня христианство должно быть понято в теософском углублении, чтобы оно могло выступить перед человечеством в новом понимании. Раньше в Средние века еще существовала связь между наукой и христианством. Сегодня мы нуждаемся в сверхчувственном углублении знания, мудрости, чтобы понять христианство во всей его глубине. Таким образом, мы стоим перед духовным пониманием. Это следующая ступень, теософское или духовнонаучное христианство. Растворяющаяся же в материальном наука, напротив, будет все больше и больше терять связь с сверхчувственными мирами.

Какова же задача духовной науки? Может ищущий духа человек принимать во внимание сегодняшнюю обычную науку? То, чем является сегодня обычная наука, это есть как раз то, что все больше будет идти путем послеатлантического развития, и все больше будет входить только во внешнее физическое, материальное, все больше будет терять взаимосвязь с духовным миром. Ощутите, какая наука это могла быть, раньше в ранние времена: как много духовных элементов было раньше в ней!

Вы будете видеть везде, в медицине и в других сферах, как духовная взаимосвязь все больше терялась. Это вы можете видеть везде. И это должно так быть, потому что ход послеатлантического времени состоит в том, что та изначальная взаимосвязь с духовным миром должна больше и больше теряться. Сегодня мы можем предсказать ход науки. Внешняя наука не будет, сколько бы ни делалось попыток, способной к спиритуальному углублению. Она будет все больше переходить в то, что является более высоким введением к технической ловкости, средством к овладению внешним миром. Математика была для пифагорейцев еще средством переживания взаимосвязи духовных миров, мировой гармонии; для современного человека она есть средство дальнейшего развития техники и тем самым овладения внешним миром. Секуляризация, безфилософичность — такая судьба ждет внешнюю науку. Все люди должны будут получать импульсы из спиритуального развития. И это спиритуальное развитие открывает путь к спиритуальному христианству. И духовная наука будет тем, что будет в состоянии дать импульсы для каждой духовной жизни. Наука будет все больше превращаться в техническую инструкцию. И университетская жизнь все больше сближается с жизнью технической школы. И это закономерно. Все духовное будет становиться человеческим достоянием, которое вынуждено выйти из науки. Наука затем снова выступит в совершенно другой взаимосвязи, в совершенно другой форме. Потому что для сегодняшнего человечества необходимо, чтобы новое начало произошло на основе великого опыта сверхчувственных миров. Что это необходимо, вы можете понять, если уясните, чем мы станем, если этого не произойдет. Эфирная голова сегодня втянута в человека; соединение эфирного тела с физическим телом находится сегодня в высшем пункте развития. Поэтому никогда не было меньшим процент людей, которые имели бы сверхчувственные переживания. Однако ход развития человечества движется так вперед, что новое выхождение эфирного тела снова произойдет совершенно само по себе. И это началось уже сегодня. Снова эфирное тело выступает наружу, оно снова становится более самостоятельным, более свободным, и в будущем снова будет таким же образом вне физического тела, как это было в ранние времена. Отделение эфирного тела должно снова наступить, и сегодня это уже началось. Однако человек должен в своем выходящем наружу эфирном теле взять то, что он пережил в физической жизни, особенно физическое событие Голгофы, что он должен пережить физически, это значит в земном бытии. В противном случае он нечто безвозвратно потеряет: эфирное тело вышло бы наружу без того, чтобы принять в себя существеннейшее, и такой человек остался бы пустым в эфирном теле. Но те, кто испытают спиритуальное христианство, будут в полноте иметь в себе то, что является величайшим событием физического тела.

В наибольшей опасности находятся те, кто отделены от спиритуальных истин научными занятиями. Но начало выхождения эфирного тела уже положено. Свидетельством этого является нервозность нашего времени. И она будет нарастать все больше и больше, если человек не примет в себя то, что является величайшим событием в физическом теле. Для этого у него есть еще много времени, ибо для большой массы это будет длиться еще долго, однако отдельные личности уже сейчас подошли к этому. Но если бы нашелся человек, который никогда не проделал бы в физическом того, что является величайшим событием в физическом мире, который ни разу не пережил бы глубины христианства и не запечатлел бы это в своем эфирном теле, тогда ему предстояло бы то, что называют духовной смертью. Потому что пустота эфирного тела имела бы последствием духовную смерть.

Атлантический духовно видящий человек не нуждался в религии, потому что для него переживание сверхчувственного было фактом. Из такого времени вышло все развитие человека. Затем видение духовного мира исчезло. Религия значил соединение, и таким образом религия является соединением чувственного со сверхчувственным. Время наступающего материализма требовало религии. Но придет время, когда люди снова смогут иметь опыты в сверхчувственном мире. Тогда им больше не нужна будет религия. Новое видение имеет предпосылкой явление спиритуального христианства, оно является консеквенцией христианства. Это обосновывает высказывание, которое я прошу заметить для себя как особенно важное: христианство началось как религия, но оно больше, чем все религии.

То, что дает христианство, будет взято во все времена будущего, и станет еще самым важным импульсом человечества, когда уже не будет никакой религии. Даже когда человечество преодолеет религиозную жизнь, христианство все же останется. То, что оно вначале было религией, связано с развитием человечества; но христианство как миропонимание больше, чем все религии.

ДЕСЯТЫЙ ДОКЛАД. Берлин, 16 мая 1908 г.

В нашем последнем рассмотрении уже было указано, что на данном отрезке развития нашей ветви Общества должны быть сделаны некоторые сообщения для «продвинувшихся теософов», но было отмечено, что это выражение «продвинувшиеся теософы» понимается не в том смысле, что при этом имеется в виду какое-то особенное теоретическое знание теософских учений. То, что при этом имеется в виду, можно уяснить себе лучше всего, если поставить перед своей душой тот факт, что жизнь внутри теософского сообщества, хотя бы даже в течение некоторого времени, имеет все же определенное значение для человеческой души. Во время этой жизни в теософском сообществе не только усваиваются представления и понятия о существе человека, о высших мирах, об эволюции и т. д., но, собственно, во время этой жизни в теософском сообществе в гораздо большей степени, чем отдельный человек, доводят до своего сознания, усваивают ряд ощущений и чувств, отличных от тех, которые вновь вступающий в теософию приносит сначала с собой. Эти ощущения и чувства касаются того, чтобы научиться с полным покоем и тишиной, с известным внутренним доверием — а не как что-то фантастическое и пригрезившееся — воспринимать и выслушивать сообщения и описания, над которыми до вступления в теософию человек, вероятно, посмеялся бы, и над которыми, конечно, сегодня стало бы смеяться как над фантазиями большинство наших современников. Гораздо важнее, чем знание всех частностей теософского учения и теории, является обретение этих ощущений и чувств, которые постепенно проникают нам в душу. Ибо благодаря этому мы действительно постепенно становимся другими людьми, и когда в данном случае мы говорим о «продвинувшихся теософах», мы имеем в виду таких людей, которые усвоили эти ощущения и чувства по отношению к иным мирам, непрестанно пульсирующим в нашем мире, но не воспринимаемым нашими органами внешних чувств, людей, которые развили в себе эти ощущения и могут указанным образом относиться к иным мирам. Таким образом, речь идет не о ваших теоретических знаниях, но о вашем сердце, о вашем чувстве, если мы хотим свободно и непредубежденно воспринимать такого рода рассмотрения, какие составляли уже содержание последних лекций и будут, известным образом, продолжены сегодня. Если бы мы стали говорить в общепринятых абстрактных теориях, чтобы как можно меньше оскорбить так называемый здоровый человеческий рассудок, то мы до некоторой степени только обманывали бы себя, у нас не было бы воли, чтобы действительно открыть для себя тот мир, который действительно должен быть постепенно открыт благодаря теософскому движению.

Сегодняшнее обсуждение касается темы, которая познакомит нас с существами, которые стоят, так сказать, ниже нас, когда мы рассматриваем себя как духовных существ, и описание которых в наших предыдущих рассмотрениях играло лишь незначительную роль. Во всех наших теософских исследованиях мы, естественно, ставили человека как микрокосм в центр нашего внимания. Но чтобы понять человека, чтобы познать его эволюцию, мы в большинстве случаев поднимали взор от человека к другим существам, к высшим духовным существам, которые в эволюции нашей земной планеты играли прежде такую же роль, какую по отношению к нашей Земле играет теперь человек. Мы видели, что наша Земля, прежде чем вступить в теперешнее состояние, была тем, что мы привыкли называть старой Луной, и мы осознали, что известные духовные существа, которые теперь стоят выше человека, которые имеют способности, какие человек обретет лишь на будущих состояниях Земли, были тогда на Луне на ступени человечества при других условиях. Мы осознали, что существа, которые теперь стоят двумя ступенями выше человека, Архангелы или Духи Огня, проходили человеческую ступень на старом Сатурне, равно как Азуры, Духи Личности, Архаи, превышающие сегодня в добре или зле человека, проходили человеческую ступень на старом Сатурне. Так рассмотрели мы в потоке времени целый ряд существ, которые участвовали в развитии всей нашей жизни и бытия. Мы узнали существ, к которым мы в известном отношении должны поднимать взор вверх. Для того, кто созерцает эти вещи ясновидчески, открывается значительное различие между этими существами и человеком.

Рассматривая человека в его более тонком членении, мы находим в нем, в том, что, собственно, мы называем телесностью, физическое тело, эфирное тело, астральное тело. От этой телесности мы отличаем душу, и мы выделяем душу ощущающую, душу разумную и душу сознательную, и как третье мы отличаем в нем дух, который сегодня находится лишь в зачаточном состоянии развития. Человек доведет его до более высокого развития в будущих стадиях нашей планеты. Эти три части его существа, телесное, душевное и духовное, во всем выявляют трехчленную сущность человека.

Но если от человека мы поднимаем взор к высшим существам, о которых мы здесь говорили, то можем сказать, что они отличаются от человека отсутствием более грубой телесности. Поэтому мы не можем увидеть грубой, воспринимаемой чувствами телесности. Если мы рассматриваем, например, лунных Питрис или Ангелов, как мы называем согласно христианской эзотерике, то это существа, которые прошли свою человеческую ступень на Луне и поднялись теперь выше. Им нельзя приписать никакой грубой телесности, какая имеется у человека. Напротив, они имеют теперь уже высшие духовные члены, которых человек еще не развил в себе, так что мы можем сказать: они суть дух и душа, в отличие от человека, который есть трехчленное существо: дух, душа и тело. Таким образом, мы были заняты рассмотрением таких существ в Космосе, которые не являются, собственно, людьми, имеющими тело, душу и дух, но которые стоят над человеком и имеют дух и душу.

Но для оккультного наблюдателя мира действительно имеются еще другие существа, которые хотя и остаются совершенно сокрытыми в современной фазе человеческого развития, но, тем не менее, играют роль в эволюции Космоса. А именно, есть существа, которых ясновидящий исследователь мира не может признавать духовными, так как не может открыть в них того, что мы привыкли обозначать у человека как «дух»; существа, которые состоят преимущественно из тела и души. Из наших предыдущих рассмотрений вы уже знаете целую группу таких существ; это животные. Они имеют тело и душу. Но мы знаем, что эти животные вверху связаны со своей групповой душой или групповым Я, и что оно уже духовной природы. Так что хотя в отдельном животном, которое стоит перед нами в физическом мире, мы имеем существо, имеющее лишь тело и душу, но оно, так сказать, продолжается в более высокие мира и там вчленяется в духовность. Я часто приводил сравнение, которое мы можем применить к групповому Я животных: если бы здесь была стена, и я протянул бы свои десять пальцев сквозь стену, но так, чтобы вы меня не видели, а видели бы только десять пальцев, то вы по праву сказали бы, что эти движения пальцев относятся к существу, которое находится за стеной. То же самое с животными и их групповыми Я. Эти групповые Я существуют, и животные постепенно преходят. Различные, но одинаково сформированные животные связаны с этим своим групповым Я. Но когда мы говорим о той части животного, что составляет здесь на физическом плане отдельное животное, мы можем говорить о том, что животное имеет тело и душу. Мы отвлекаемся тогда от продолжения в астральном.

Но есть и другие существа, которые также имеют лишь тело и душу и которые более не видимы для физического рассмотрения. Их называют в различных теософических учениях «элементарными духами». Это название является совершенно неподходящим, так как упоминает то, чего они как раз не имеют, эти существа не имеют духа. Лучше назвать их элементарными существами. Почему их тело невидимо, мы узнаем еще об этом в ходе наших сегодняшних рассмотрений. Предварительно примите как своего рода определение, что эти существа в известном смысле состоят из тела и души. Разумеется, в наше просвещенное время эти существа отрицаются, так как человек в настоящей фазе своего развития не может их воспринимать. Тот, кто хочет воспринимать их, должен достигнуть известной степени ясновидческого сознания. Но когда что-нибудь не воспринимаемо, это не значит, что оно не действенно. Действенность этих существ, имеющих тело и душу, несомненно проявляется в нашем мире. То, что они делают, вполне воспринимаемо, но не они сами.

Нам необходимо прежде всего, насколько это возможно без собственного созерцания, составить себе понятие об этих существах, которые в самых различных обликах содержатся в объемлющем нас всех духовном пространстве. Их называют также природными духами. Им дают вообще много названий. Но эти названия ничего не объясняют. Поэтому нам необходимо составить себе о них понятие. И здесь уже начинается то, что апеллирует к вашим теософическим чувствам и ощущениям, поскольку я хотел бы вполне откровенно рассказать вам, какими являются эти существа для ясновидящего взгляда.

Есть различные существа, располагающиеся в различных местах Земли. Например, вы можете их видеть в глубине Земли, где ничто не растет, нет живых существ, нет живой растительности, то есть, например, в рудниках, состоящих их чисто минеральных пород. Когда вы углубляетесь в металлические или горные породы земного царства, то находите существ, которые проявляются прежде всего удивительным образом, как если бы что-то рассеивалось. Оказывается, что они могут быть пространственно сжатыми в невероятном количестве, и когда горные породы освобождаются, то они как бы растрескиваются. И существенно, что они не разлетаются, не отлетают друг от друга, а увеличиваются в своем телесном объеме. Но даже когда они достигают своей наибольшей величины, то, по сравнению с человеком, они остаются все же маленькими существами. Сегодняшний просвещенный человек их не знает. Но люди, которые сохранили известное чувство природы, то есть древние ясновидческие силы, которые прежде имели все люди и которые были необходимо утрачены благодаря приобретению внешнего предметного сознания, могут многое рассказать о существах такого рода. Этим существам давали различные названия, как-то: кобольды, гномы и т. д. Эти существа отличаются от человека, не говоря уже о том, что они телесно невидимы, еще и тем существенным, что им нельзя было бы приписать никакой моральной ответственности. Таким образом, они не имеют того, что называют моральной ответственностью в человеке. То, что они делают, они делают автоматически. Но при этом никак нельзя сказать, чтобы то, что они делают, не имело ничего сходного с тем, что делает, например, человеческий рассудок, человеческий ум. Они в высшей степени обладают тем, что называют остроумием, и тот, кто приходит с ними в соприкосновение, имеет много случаев наблюдать проявления этой способности. Они так устроены, что могут сыграть с человеком самые разные шутки, которые может подметить каждый рудокоп, еще сохранивший в себе чувство природы, не столько рудокоп в угольных копях, сколько рудокоп, имеющий дело с металлами.

С помощью средств оккультизма может быть исследован состав членов этих существ, подобно тому как мы исследуем состав членов у человека, когда различаем в нем физическое тело, астральное тело, Я. И то, что должно из них постепенно развиться в будущем благодаря работе Я, мы называем Самодух или Манас, Жизнедух или Буддхи и Духочеловек или Атма. То существенное, что имеет значение для человека на современной ступени развития, это суть четыре первых из названных членов, так что мы можем сказать: Я есть высший, физическое тело — низший член в человеке. Но мы впали бы в заблуждение, если бы чисто абстрактно представили себе, что это физическое человеческое тело не имеет ничего общего с Я человека. В физическом человеческом теле мы имеем также орудие для человеческого Я. Мы видели, что человеческое тело представляет собой чрезвычайно сложную организацию. И мы говорим, что Я имеет свое физическое орудие в системе крови, астральное тело в нервной системе, эфирное тело в системе желез, физическое тело в физических, чисто механически действующих органах. Мы должны представлять себе, что все внутреннее переживание человека, протекающее в астральном теле, имеет свое материальное выражение в нервной системе, а все происходящее в эфирном теле имеет свое материальное выражение в системе желез и т. д. Так что физическое человеческое тело является как бы отражением четырехчленной сущности человека.

Возьмите теперь физическое человеческое тело, каким вы его имеете перед собой, возьмите все то, чем это физическое человеческое тело является в качестве орудия мыслящего, разумного Я. Вы лучше всего уясните себе, что при этом имеется в виду, если подумаете о том, что само Я остается одним и тем же из инкарнации в инкарнацию, и что орудие Я создается заново в каждой инкарнации. Таким образом; материальное орудие Я создается вновь для каждой инкарнации. И далее та, более тонкая материальная организация, которую человек имеет преимущественно перед всеми животными, то есть та материальная организация, которая выявляет, собственно, человеческий разум, возникла благодаря тому, что в течение долгих времен человек медленно и постепенно учился — хотя и вполне бессознательно — работать над астральным телом. Мы знаем, что астральное тело человека состоит из двух частей: одна часть, над которой мы еще ничего не сделали, которая, следовательно, осталась такой, какой она была взята из Космоса, и другая часть, над которой человек уже работал. Обе эти части астрального тела известным образом развиты в каждом человеке. В высшей нервной системе, особенно в мозге, которые создаются вновь с каждой новой инкарнацией, вы имеете материальное выражение того, что человек сделал в работе своего Я над своим астральным телом, хотя по большей части и бессознательно. И тот факт, что человек имеет более развитый, более совершенный, по сравнению с животным, головной мозг, объясняется тем, что этот мозг является откровением проработанного силами Я астрального тела. Но астральное тело выражается также и в нервной системе. И как вы легко можете понять, каждый раз, когда какой-нибудь член вашего организма поднимается выше в своем развитии, происходит необходимое изменение всего остального организма. Весь остальной организм должен измениться. Почему человек не может ходить на четырех ногах? Почему он преобразовал свои передние конечности в орудия работы? Потому что он работал над своим астральным телом, и это вызвало преобразование его передних конечностей в орган труда; и развитие форм головного мозга человеческого тела есть следствие этой внутренней работы. Внешнее есть всегда действительное откровение внутреннего. Все, что мы видим в физическом теле в нашей современной фазе развития, есть результат, и именно специфицированный результат духовной эволюции.

И вы также поймете, что все материальное вплоть до его формы есть результат того действенного, что стоит за формой. Так, есть, например, существа, подобные тем, которых я вам выше описывал и которые не имеют возможности изменять свое астральное тело, потому что они не имеют духовности. Над их астральным телом не работает Я. Это астральное тело, являющееся тем не менее суммой душевных переживаний, которые может иметь именно астральное тело и которые должны прийти к выражению в каком-либо материальном образе. Этот материальный образ, который имеет такого рода существо, не пронизанное огнем Я, не может быть видимым в нашей фазе развития на физическом плане. Он не может быть видимым, потому что он лежит на одну ступень глубже, чем наша видимая материя. Прошу вас хорошенько понять, что под этим подразумевается.

Когда вы стараетесь показать, что составляет отличительный признак физического тела, то вы можете сказать, что оно видимо. — Эфирное тело уже нельзя видеть, потому что в субстанциональном отношении оно лежит на одну ступень выше физического тела. Астральное тело можно видеть еще меньше, потому что оно лежит еще выше, нежели эфирное. Но не только выше, но также и ниже физической материи лежат субстанции, которые не могут быть видимы, так как от всей материи воспринимаема только средняя полоса — то именно, что составляет физическую материю, видимую физическим глазом. Подобно тому, как субстанция продолжается вверх, образуя физическую основу эфирного и астральности, точно так же продолжается она и вниз и становится опять невидимой. И теперь после того, как мы представили себе состав членов у человека, рассмотрим также состав членов у этих других существ.

Мы видели, что человек, если его рассматривать снизу, имеет как первое физическое тело, затем эфирное тело, астральное тело, и четвертым Я. Тем существам, которых мы назвали элементарными существами, недостает Я, и поэтому им недостает также ответственности. Но ниже физического тела они развили еще один принцип, назовем его «минус первый». Так что мы можем сказать, что у них развиты принципы третий, второй, первый и минус первый (астральный, эфирный, физический). Но мы можем пойти, и дальше. Есть не только такие существа, которые начинаются с астрального тела и имеют минус первый принцип, но и такие существа, которые начинаются со второго, то есть имеют принцип эфирного тела, затем принцип физического тела, затем минус первый и минус второй. И, наконец, мы имеем еще такие существа, у которых высший принцип составляет то, что у человека является низшим принципом. Они развили себе первый, минус первый, минус второй и минус третий. Мы можем составить себе отчетливое представление, почему эти сущности не являются видимыми. Ведь вы можете возразить: если они имеют физическое тело, то оно должно быть видимым. — Если бы у человека не было высших членов, если бы у него было только физическое тело, то это физическое тело выглядело бы совершенно иначе. Когда человек умирает, то физическое тело остается одно; тогда оно распадается, рассыпается на всевозможные атомы. Это закон природы. То, что оно является таким, каким вы его знаете, зависит от того, что оно пронизано эфирным телом, астральным телом и Я. Существа, которых мы описали как гномов и кобольдов, без сомнения, имеют физическое тело, но им недостает Я, астрального тела и эфирного тела. Именно существа, имеющие высшим принципом физическое тело, суть те, которых мы назвали гномами. Они имеют три члена ниже физического тела. Благодаря этому их физические тела гораздо менее видимы, чем физическое тело человека. Ниже физического плана лежащие силы этих существ обусловливают тот факт, что даже то, что является в них физическим, никогда не может быть увидено обычными физическим глазом. Чтобы они могли иметь приблизительно физическую материю, должно действовать огромное давление, когда внешняя физическая материя сжимает их. Тогда их телесность так сдавливается, что они лежат спрессованными в большом количестве и разлетаются вновь описанным выше невероятным способом. В общем, этот процесс, происходящий, едва прекращается внешнее давление, процесс высвобождения, происходит с невероятной быстротой, гораздо быстрее, чем распадение человеческого тела после смерти, он происходит с невероятной быстротой, когда вы раскапываете Землю. Оттого они никогда не могут быть видимы, хотя и имеют физическое тело. Только для того, кто видит сквозь Землю, имеют они маленькое физическое тело. Это тело, которое существует в них как принцип, как сила, имеет в себе нечто — по своей структуре, по своей организации — сходное с человеческим орудием мысли, с орудием человеческого ума. Поэтому не без основания те, кто, исходя из известного чувства природы, изображают гномов, особенно характерно изображают у них именно голову. Все те символы, которые при этом привлекаются, имеют свое истинное обоснование в действительности. Эти существа имеют род автоматического разума, ибо он действует поистине автоматически. Это подобно тому, как если бы вы представили себе, что ваш мозг вынут из вас и более не пронизывается вашими высшими членами; и как скоро он вынут, он не действует уже в духе более высокого развития, но действует вопреки этому высшему развитию. Так мы имеем перед собой существ, которых называем гномами. В дальнейшем мы еще сможем пролить свет на этих существ, которые стоят ниже человека.

Но теперь мы должны составить себе понятие о том, какое место занимают эти существа в ходе эволюции, поскольку это связано со стоящей перед нами более глубокой задачей. Этот вопрос действительно более важен и связан не только с нашим прошлым развитием, но и с будущим. Это существенно. Чтобы разобраться, рассмотрим еще раз развитие человека. Мы знаем, что человек идет от воплощения к воплощению, от инкарнации к инкарнации; мы знаем, что в каждую инкарнацию он вносит плоды предыдущей. Мы знаем, что, в сущности, в каждой новой инкарнации человек действует творчески как на свою форму, так и на свои способности и на свою судьбу. Что постигает его как судьба, это суть его дела во внешнем мире; что он сам запечатлел в себе своей жизнью, возвращается к нему в виде его талантов и способностей. Таким образом, человек является со-творцом, как в смысле своей внешней судьбы, так и в смысле своей внутренней организации. Спросим себя теперь: отчего происходит, чем объясняется, что мы оказываемся на более совершенной ступени развития? — Ведь в этом отношении каждый современный человек оказывается на более совершенной ступени развития. Это наше усовершенствование мы приобретаем в переходе от инкарнации к инкарнации. Мы не напрасно смотрим глазами, мы не напрасно слышим ушами, но в каждой инкарнации мы усваиваем себе плоды жизни. И после смерти мы проносим с собой то, что может стать действенным, что может образовать силовое зерно, что будет соучаствовать в создании и развитии следующей инкарнации.

Но может случиться по-разному. Стрелка весов может склониться в ту или другую сторону. Идеальное состояние было бы то, когда в каждой инкарнации человек вполне использовал бы свою жизнь, не упустил бы ничего из того, что он может узнать, что он может пережить и что может принести плоды для следующих инкарнаций, и взял бы все это с собой. Как правило, этого не происходит. Человек уклоняется в ту или другую сторону. Или он недостаточно использует свою жизнь, оставляет без употребления известные силы и приносит в новую инкарнацию меньше, чем мог бы принести; или он слишком глубоко входит в свою организацию и слишком срастается с этой инкарнацией, со своим телесным существом. Есть два рода людей. Одни хотели бы жить всецело в духе и не опускаться до телесности. Этих людей обыкновенные, будничные люди называют мечтателями и фантазерами. Другие люди слишком глубоко сходят в телесность. Они не выносят того, что из нее можно вынести, но они срастаются с инкарнацией. Им приятно, им любо быть вместе с инкарнацией, они не сохраняют в себе того, что переходит из воплощения к воплощению, но дают ему утонуть в том, что должно быть только орудием вечного сущностного ядра человека.

Я однажды указывал, что имеется один значительный миф, одна значительная легенда, которая говорит нам о том, что должен пережить человек, который слишком глубоко погружается во временно-преходящее существо одной инкарнации. Если мы доведем эту мысль до крайних пределов, тогда это можно представить себе так: какое мне дело до того, что я должен что-то перенести в следующую инкарнацию. Я живу в данной инкарнации, она мне нравится, она мне подходит. Что я из нее должен сделать, это меня нисколько не беспокоит. — Если мы переведем это в область мысли, то к чему это приведет? Это приведет к такому характеру, что человек сидит на повороте дороги и мимо него проходит великий вождь человечества, знающий пути человечества. Но кто не желает знать будущего, тот отторгает подобного учителя, подобного вождя человеческого: я не хочу ничего знать о тебе, желающем понести зерно моего существа в будущие инкарнации, где человечество станет более совершенным. Я хочу срастись со своим теперешним образом. — Этот человек, который отталкивает от себя такого вождя человечества, появится снова в том же сомом образе. И если это настроение в нем укрепится, то он и в следующих инкарнациях также оттолкнет от себя вождя человечества. Он будет появляться все в том же образе. И как другие люди, которые слышат великих вождей человечества и сохраняют в себе душу с ее вечным сущностным ядром, появляются снова в более развившейся расе, так тот, кто отталкивает от себя вождя человечества, должен будет приходить опять в том же образе. Такова глубинная суть легенды об Агасфере, который должен появляться все в том же облике, поскольку он оттолкнул от себя руку Христа, величайшего вождя. Так у человека есть возможность либо срастись с инкарнацией и оттолкнуть от себя вождя человечества, либо совершить переход к более высокой расе, к более высокому усовершенствованию. Расы не отставали бы, не приходили бы в упадок, если бы такие души не могли бы и не хотели бы останавливаться в развитии К более высоким расовым формам. Посмотрите на расы, сохранившиеся от более ранних времен: они имеют место просто потому, что тут души, не смогшие подняться выше. Сегодня я не могу больше останавливаться, на том, что это означает, что человек «срастается с расой». В ходе земного развития возникал ряд рас и впадал в упадок. Припомните атлантическую эпоху. Атланты развивались через расы, расы исчезли, но души людей перешли в другие, более высокие расы. Но для тех, кто пожелал остаться на месте, для пожелавших срастись с расой, есть другая возможность, что они опускаются «собственной тяжестью» и нисходят в материю. Есть шестнадцать возможностей срастись с расой. Их называют «шестнадцатью путями погибели». Но благодаря движению вперед человек поднимается на все более высокие ступени.

Таким образом, мы видим, что действительно возможно, чтобы человек настолько сросся с одной инкарнацией, чтобы он, так сказать, отстал от эволюции. Его душевные собратья окажутся тогда на более высокой ступени при его появлении в новой инкарнации. Он же должен будет довольствоваться менее ценной инкарнацией, которая останется ему от декадентствующей расы. Но это не должно внушать людям страх. Никто не находится сейчас на таком пути, что он не мог бы снова воспрять, поэтому никто не отлучен от эволюции.

Представим себе теперь крайний случай, допустим, что человек максимально плотно срастается с сущностью одной инкарнации. Это происходит не сразу, но это возможно в ходе шестнадцати инкарнаций, если бы он прошел шестнадцать неверных путей. Земля с ее душами его не ждет; она идет дальше вперед. Но тут материальное все более действует на душевное, и, наконец, такой человек приходит к ступени, где он уже фактически не находит возможности воплотиться в каком-либо человеческом теле, ибо чрезвычайно сросся с телесностью. Эти души теряют возможность воплотиться и не находят никакой другой возможности. Представьте только себе, что теряют тогда эти души, хотя это возможно лишь как крайний случай, что это состояние в полной мере выступит в будущем земном развитии. Только для совершенно особых людей возникнет возможность, что они настолько окажутся склонны ко злу, что не будут больше находить возможности воплощаться, поскольку для них не будет больше достаточно плохих тел. Но тогда у них не будет и другого, в чем выражается нормальное развитие. Допустим, что эти существа остаются на Земле. Тогда они с преображением Земли в Юпитер — поскольку позднейшее есть результат предыдущего — не найдут для себя подходящих тел. Для тел низшего природного порядка они окажутся, так сказать, слишком хороши, для человеческих тел слишком дурны. Таким образом, они должны будут избрать себе бестелесное существование. Они должны будут действительно отрезать себя от прямого хода развития человечества. Они заслужили это тем, что не использовали жизнь. Мир окружает их. Они имеют свои органы чувств, чтобы воспринимать мир, обогащать при помощи органов чувств глубочайшее ядро своего существа и образовать его до высшего совершенства. Они не идут вперед вместе с мировым развитием, они отстают на известной ступени. Эти отставшие на известной ступени существа появляются в позднейшем периоде с характером, подобным более раннему периоду, с которым они срослись, а не в формах позднейшего периода. Они появляются в позднейшем периоде как нижестоящие природные духи, в том, смысле, как это было описано. Во второй половине развития Юпитера человеческий род даст действительно целый ряд этих новых природных духов, ибо на ступени Юпитера человек будет иметь вполне развитым пятый член своего существа, Манас. Те же, кто не воспользовались возможностью развить на Земле пятый член, появятся в юпитерианском развитии с четырьмя членами, причем четвертый член будет их высшим членом. В то время как человек будет иметь на ступени Юпитера пятый, четвертый, третий, второй принципы, эти существа будут иметь четвертый, третий, второй, первый, и это не будет находить для себя внешнего облика. Такова была бы судьба тех людей, которые не развили в себе постепенно своих высших членов путем использования земной жизни. Они будут, так сказать, невидимо действующими природными духами будущих периодов эволюции. С нашими теперешними природными духами произошло то же самое в более ранних эпохах — только, конечно, все это непрестанно меняется в связи с характером отдельных эволюционных эпох. Природные духи Юпитера, которые возникнут из людей, будут все же иметь известную моральную ответственность, как она есть у нас сейчас на Земле, и поэтому они будут отличаться от природных существ земного бытия. Вспомним теперь то, о чем я прежде уже говорил: чем отличается Юпитер от нашей Земли. Мы обрисовали сущность Земли как планету любви, в отличие от Луны, которая является планетой мудрости. Как любовь развилась на Земле, так на Луне развилась мудрость, которую мы находим в том, что нас окружает. Любовь в своей низшей форме раскрылась в древней лемурийской эпохе и изменялась, переходя ко все более высоким ступеням вплоть до высшей духовной формы. Во время юпитерианского бытия обитатели Юпитера будут взирать на любовь, как земные люди взирают на мудрость. Земной человек рассматривает берцовую кость и видит, что ее строение пронизано мудростью, он рассматривает ее удивительное строение и вынужден признать, что сегодня мы со всем своим инженерным искусством не может достичь того, что запечатлено в этой берцовой кости. В известном отношении вся земная планета есть кристаллизованная мудрость, которая постепенно развивалась на старой Луне. И так же постепенно на нашей Земле развивается любовь. И как мы удивляемся мудрости во всем, что нас окружает, так будущий обитатель Юпитера будет чувствовать благоухающую ему любовь во всех существах. Эта любовь будет изливаться и говорить из всех существ, как теперь говорит нам мудрость, которая вложена в Землю древним бытием Луны.

Так движется Земля от ступени к ступени. Земля есть космос Любви. Каждое планетарное состояние имеет свою особенную задачу, и лишь это познание позволяет нам понять задачу каждого времени. Как всеобъемлющая мудрость пронизывает нашу Землю, так всеобъемлющая любовь будет пронизывать Юпитер. И как разрушительные силы мудрости исходят от тех существ, которые отстали на Луне, так на Юпитере выступят разрушительные силы любви, которые будут вплетены во все происходящее как безобразные обликом отставшие земные существа, которые проявятся как природные духи с эгоистическими притязаниями на любовь. И они станут мощными разрушительными силами бытия Юпитера. Отставание отдельных людей создаст разрушительные природные силы. Так мы видим, как образуется ткань мира; видим как вредные, так и полезные части! Так имеем мы моральный элемент, вплетенный в ткань мирового процесса.

Элементарные существа;

Физическое тело и вверх от него;

Вниз от него;

Гномы; 1; 3;

Ундины; 2; 2;

Сильфы; 3; 1;

Саламандры; 4; 0;

Все природные духи, которые таким образом возникли и которые показаны в следующей схеме, суть следующие. Гномы имеют один член как человек и три элемента вниз; ундины имеют два элемента вниз от человека и сильфы имеют три члена как у человека и один вниз. Все они отстали в прежние планетарные времена. У них нет того духа, который сегодня раскрывается у человека. Они стоят ниже человека, они «ниже духа» и состоят только из тела и души. Это двухчастные существа, и мы называем их гномами, ундинами, сильфами. Но вы спросите меня, откуда же, собственно, взялись саламандры?

Гномы, ундины и сильфы суть отставшие существа более ранних земных состояний. Саламандры в известном смысле возникли так, что они отчасти, но именно отчасти выработали четвертый принцип, но они не дошли до того, чтобы обрести человеческий облик. Откуда же возникли саламандры? Я хочу прояснить это в заключение. Потому что когда вы поймете этот род существ, вы поймете многое в тайнах окружающей нас природы.

Прослеживая человека в прошлом его эволюции, мы придем ко все более и более духовным формам. Мы знаем, что отдельные виды животных постепенно, так сказать, выделялись как отставшие братья идущей вперед человеческой эволюции, они остались на более ранних ступенях. Человек оттого так высоко поднялся в своем развитии, что он позднее всего выступил в физическом становлении. Другие существа стали такими потому, что они не могли подождать и раньше вошли в физическую инкарнацию. Эти животные имеют групповые души, которые существуют только на астральном плане, но простирают свои действия в физическом мире. То, что дала нашей эволюции старая Луна, мудрость, мы видим в самом всеобъемлющем смысле развиваемой групповыми душами в животном царстве. Человек не смеет приписывать мудрость себе. Он создает при помощи мудрости свою культуру, но в гораздо более сильной степени мудрость разлита во всей Земле. Человек, который гордится достижениями человечества, может сказать: как высоко поднялось человечество! Новейшие изобретения, например, свидетельствуют об этом. — Вспомните только свои школьные годы, какая мудрость вам тогда сообщалась. Может быть, вы вспомните, что вам говорилось об изобретении бумаги. Конечно, бумага есть достижение человеческой мудрости; но оса могла это делать гораздо раньше! Осиные гнезда построены из того же вещества, как и настоящая бумага. Так мы могли бы пройти всю природу и повсюду увидели бы действующую в ней мудрость. Насколько раньше человека изобрел бумагу групповой дух осиного рода! Это делает не отдельная оса, но это делает групповое Я.

Таким образом, мы видим, как то, что является человеческой мудростью, вплетено в ткань и напечатлено всей земной планете. Мы можем шаг за шагом пройти Землю и везде найдем эту мудрость. Но отношение животного к его групповой душе лишь до известной степени таково, каково оно, если я могу так сказать, должно было бы, собственно, быть с космической точки зрения. Каково это отношение групповой души к отдельному животному?

Представьте себе, например, групповую душу какого-нибудь вида насекомых. Когда умирает отдельное насекомое, то для групповой души это то же самое, как когда у вас выпадает и вновь вырастает волос, или отрезается ноготь. Животные, которые появляются, это только новые образования групповой души. Так можете вы проследить далеко вверх животное царство, и вы найдете, что то, что имеется на физическом плане, существует как растворяющееся и вновь образующееся облако. Физическое бытие метаморфизируется и групповой дух обновляет только то, что простирается вниз. Но так идет лишь до известной ступени. Затем наступает нечто иное. Это выступает у высших животных, и тем больше, чем более высоких животных вы рассматриваете, выступает то, в чем уже нельзя видеть сходства с описанным выше. Возьмем, например, обезьян. Обезьяна берет слишком много от группового духа вниз в свое отдельное существо. В то время как у сравнительно низших животных все снова возвращается к групповой душе, обезьяна, будучи сложно организованной, удерживает нечто в своей физической организации. Оно слишком выделилось из группового духа и не может уже вернуться назад. Это прогрессирующий групповой дух. Он действует так, что в случае низших животных создает член; затем снова впитывает в себя все существо, создает новый, снова впитывает, и так далее. Для львов это тоже так. Но если вы возьмете пример обезьяны, то групповая душа производит обезьяну, но обезьяна нечто забирает из групповой души, что не может вернуться назад. Когда умирает лев, то физическое растворяется, а душевное возвращается групповому духу. Но у обезьяны то, что было отделено от группового духа, не может вернуться назад. У человека его Я идет от инкарнации к инкарнации и способно к развитию, поскольку может принять новую инкарнацию. У обезьян это не так. Но обезьяна не может и вернуться назад. Это удивительным образом действует на наивный нрав обезьяны, поскольку она действительно отделившееся от группового духа существо; она не может снова вернуться к групповой духовности, но и не может снова сама инкарнировать. Сумчатые животные — еще один пример животных, которые нечто забирают от группового духа. То же, что остается, так сказать, как индивидуальная душа животного, что не может снова инкарнировать, это есть истинный источник происхождения четвертой группы элементарных духов. Это отделившаяся часть таких животных, которая не может вернуться к групповой духовности, поскольку перескочила нормальный пункт в эволюции. От многочисленных животных остаются Я-подобные сущности, и это и есть саламандры. Это высшая форма природных духов, они Я-подобны.

Тем самым я ввел вас в рассмотрение природы ряда существ, которых мы постепенно будем изучать более подробно. Сегодня мы ознакомились только с особенностями их бытия и их связями. Но они действуют в нашем мире, и мы можем воспринимать их откровения. Сегодня мы хотим образовать еще одно понятие об этих так называемых элементарных духах. Саламандры возникают и сегодня — это можно утверждать — примечательным образом, когда особенно низко построенные человеческие натуры, которые могут все же продолжать воплощаться, оставляют после себя часть своей низшей природы. Это особенно плохие элементы, такие отставшие натуры особенно низких людей в нашей эволюции, это совсем уж крайние натуры, оставшиеся в роли природных духов и пронизывающие наше бытие. Многое, что пронизывает наше духовное пространство, что примечательным образом воспринимается людьми — хотя им и не снится, что это есть — в очень сильной степени даст о себе знать во внешних явлениях. Эти духовные сущности все частично родственны человеку, и они вмешиваются в человеческую эволюцию, по преимуществу мешающим образом. Иное отрицательное культурное явление, представляющееся сегодня вполне естественными, выяснится в своем значении, только когда люди будут знать, с какими препятствующими, задерживающими силами им приходится иметь дело. Эти воздействия будут сказываться во многих упадочных явлениях в нашей культуре. Только потому, что это заранее предвидится теми, кто умеет истолковать знаки времени, было вызвано к жизни наше Теософское общество, поскольку только познание оздоравливающе действует в мире. Кто стоит в мире, не имея понятия об этих вещах, вынужден позволять им действовать на себя и часто образует о них фантастическое представление. Но кто имеет прозрение в эти вещи, тот будет в состоянии познать нужность теософского движения, тот видит глубину духовности и здоровость теософического движения. Оно хочет освободить человека от тех сущностей, которые стремятся его задержать. Иначе наша культура пришла бы к полному упадку. В ближайшее время вы можете пережить ряд кричащих явлений культуры. Вы переживете, что люди, охваченные этим, будут считать мечтателями тех, кто называет такого рода вещи их собственными именами. Мир принимает такой отпечаток, что те, кто знает действительность, будут названы мечтателями и фантазерами; между тем как истинными мечтателями и фантазерами являются те, кто духовную действительность объявляют сумасбродством. Развитие и истинный успех культуры заключается в том, чтобы человек проницал своим познанием существо враждебных сил. Познание есть то, что, исходя из теософического духовного течения, оправдает слова, которые мы узнали из христианской эзотерики и которые Водитель христианской жизни провозгласил, обращаясь к своим ученикам: «и познаете истину, и истина сделает вас свободными!» Познание полной и всецелой истины и действительности может сделать человека вполне и до конца свободным.

ОДИННАДЦАТЫЙ ДОКЛАД. Берлин, 1 июня 1908 г.

Это была, конечно, рискованная область, в которую мы направились в последний раз, когда обратили свое внимание на известного рода существ, которые, несомненно, имеются в нашей действительности как духовные существа, но которые, все же, известным образом выпадают из правильного хода нашей эволюции, и собственное значение которых заключается как раз в том, что они известным образом выпадают из эволюции. Эта была область элементарных существ. Мы рассмотрели элементарных существ, которых просвещенный ум нашего времени рассматривает, конечно, как предельное суеверие, но которые именно благодаря тому положению, какое они занимают в Космосе, будут играть не в таком уж далеком будущем значительную роль в нашем духовном развитии. Мы видели, как образуются эти элементарные существа, являясь, так сказать, неправомерными, оторвавшимися частями групповых душ. Нам достаточно только вспомнить о том, что мы сказали в конце последнего рассмотрения, и перед нашим духовным взором тотчас же встанет сущность этих элементарных созданий. Мы указали на одну из последних образовавшихся форм этих элементарных существ. Мы сказали, что каждой животной форме или, если мы будем говорить в общих чертах, каждой совокупности однородных существ соответствует групповая душа. Мы сказали, что эти групповые души играют в астральном мире известным образом ту же роль, как наши человеческие души — поскольку они наделены Я — в физическом мире. В сущности, человеческое Я есть спустившееся с астрального плана до физического плана групповое Я. Благодаря этому оно стало индивидуальным Я. Животные Я находятся, как правило, и теперь еще на астральном плане, а то, что мы имеем как отдельных животных индивидов здесь на физическом плане, это имеет на физическом плане только физическое тело, эфирное тело и астральное тело, а Я оно имеет в астральном мире, причем так, что одной породы животные являются как бы членами группового Я этих животных. Благодаря этому мы можем представить себе, что то, что называется рождением и смертью в человеческой жизни, для животных не имеет того же значения. Ибо когда отдельное животное умирает, то групповая душа или групповое Я остается живым. Это совсем то же самое, как если бы — в случае, если бы это было возможно — человек потерял руку и мог снова ее вырастить. Его Я не сказало бы: я умерло от потери руки; — но оно почувствовало бы, что обновило один из своих членов. Так групповое Я львов обновляет один из своих членов, когда отдельный лев умирает и заменяется другим. И мы можем понять, что для групповой души животного рождение и смерть имеют совсем не то значение, как для человека в современном цикле развития. Групповая душа животных различает превращения, метаморфозы, различает, так сказать, обособление членов, которые протягиваются тогда в физический мир, потерю этих членов и их обновление.

Но мы сказали, что существуют отдельные формы животных, которые слишком далеко идут в обособлении и не могут уже послать обратно на астральный план все то, что они принесли на физический план. Ведь у умирающего животного все, что тогда отпадает, должно целиком раствориться в окружающем мире… И наоборот, то, что одухотворяет и одушевляет животное, должно излиться назад в групповую душу, чтобы потом вновь протянуться вниз и вырасти в нового индивида. Но существуют животные формы, которые не могут послать все опять назад в групповую душу, и эти отдельные части, которые оторвались, обособились от групповой души, ведут тогда изолированное существование как элементарные существа. А так как наша эволюция прошла через различнейшие формы и ступени, и на каждой ступени обособлялись эти элементарные существа, то вы, конечно, можете себе представить, что мы имеем вокруг себя очень много различного рода элементарных существ, в том, что мы называем прилегающим к нам сверхчувственным миром.

Если, например, просвещенный человек скажет: нам говорят здесь об элементарных существах, называемых сильфами или также лемурами; ничего подобного не существует! — то ему следовало дать ответ, звучащий, конечно, неожиданно и парадоксально: ты не видишь этого только потому, что замыкаешь себя от развития тех органов познания, которые убедили бы тебя в бытии этих существ. Но спроси пчелу, или, другими словами, душу пчелиного улья! Она не могла бы замкнуться от бытия сильфов или лемуров! Ибо элементарные существа, которые обозначаются этими названиями, держатся на совершенно определенных местах — именно, где происходит известное соприкосновение животного и растительного царств, но и то не везде, а только в тех местах, где это соприкосновение происходит при известных условиях. Когда бык ест траву, то, несомненно, также происходит соприкосновение животного царства с царством растительным; но это соприкосновение регулярное, спокойное, лежащее в правильном ходе эволюции. Совсем в другой области мировой эволюции лежит то соприкосновение, которое происходит между пчелой и цветком, и именно потому, что в организации пчела и цветок гораздо дальше отделены друг от друга, и затем снова соединяются, причем при соприкосновении пчелы и цветка развивается совершенно особая чудесная сила — конечно, лишь для оккультно-видящего. К числу наиболее «интересных» — если мы можем употребить это выражение, но у нас так мало подходящих слов для таких тонких вещей — к числу наиболее «интересных» наблюдений духовно-сверхчувственных миров принадлежит тот своеобразный аурический покров, который образуется всегда в то время, как пчела или другое подобное насекомое вбирает в себя сок цветка. Необыкновенное своеобразное переживание, какое бывает у пчелки, когда она впитывает сок цветка, развивается не только в жевательных органах или в теле пчелы, по то, что возникает как вкусовой обмен между пчелой и цветком, распространяет вокруг как бы своего рода небольшую эфирную ауру. Каждый раз, когда пчела вбирает цветочный сок, образуется эта маленькая эфирная аура, и каждый раз, когда нечто такое происходит в сверхчувственном мире, приближаются существа, которым это нужно. Они притягиваются к этому, так как находят здесь, если мы опять-таки можем употребить грубое выражение, свою пищу.

Однажды по другому поводу я сказал уже: собственно, нас совсем не должен бы трогать вопрос о том, откуда берутся все те существа, о которых здесь говорится. — Где только дается повод для появления определенных существ, там они всегда и появляются. Когда человек распространяет вокруг себя злые, недобрые ощущения, то эти злые недобрые ощущения являются тем, что живет, окружая его, и привлекает к себе существ, которые здесь имеются и которые только этого и ждут, как какое-нибудь физическое существо ждет пищу. Однажды я сравнил это с тем, что в чистой комнате нет мух; когда же в комнате имеются всякие остатки еды, то они тотчас же появляются. То же самое со сверхчувственными существами — достаточно только дать им пищу. Когда пчела высасывает цветочный сок, то она распространяет маленькую эфирную ауру, к которой притягиваются эти существа, особенно когда где-нибудь на дереве садится целый пчелиный рой и потом улетает с пережитым вкусовым ощущением в теле. Тогда весь пчелиный рой окутан этой эфирной аурой, но также и совершенно пронизан этими духовными существами, которые называются сильфами и лемурами. Именно в таких пограничных областях, где, так сказать, приходят в соприкосновение друг с другом различные царства, имеются эти существа, и они действительно играют некоторую роль. Они имеются именно не только тогда, когда возникает указанная выше тонкая эфирная аура; они, я хотел бы сказать, не только лишь насыщаются — но они испытывают также голод, и этот голод они выражают тем, что направляют соответствующих животных в соответствующие места. Они являются известным образом как бы их руководителями.

Так видим мы, что эти существа, которые, скажем так, порвали свою связь с иными мирами, с которыми они были прежде связаны, получили взамен этого замечательную роль. Они стали существами, которые могут быть употреблены на благо в других мирах. Несомненно, при этом устанавливается некоторого рода организация: они подчинены высшим существам.

В начале сегодняшнего рассмотрения было сказано, что не так далеко уже то время, когда человеку будет крайне необходимо знать об этих существах. Не в столь уже отдаленном будущем наука примет особое направление. Наука будет становиться, так сказать, все более и более чувственно-физической, будет ограничиваться исключительно описанием внешних физически-чувственных фактов. Наука ограничится грубо материальным, хотя в настоящее время еще сохраняется примечательное переходное состояние. Ибо в науке был период настоящего грубого материализма. Он не так далеко позади за нами. Теперь этот грубый материализм почитают возможным лишь те, кто стоит на совсем дилетантской точке зрения, хотя из мыслящих умов только немногие пытаются поставить на место его что-то другое. Мы видим, как появляется целый ряд абстрактных теорий, в которых справедливо указывается на сверхчувственное, на сверхтелесное. Но ход событий и власть фактов целиком опрокинет именно эти удивительные, фантастические теории, выставляемые теми, кто не довольствуется физической наукой; и в один прекрасный день ученые окажутся в поразительной ситуации по отношению к этим теориям. Все эти тонкие измышления о все-существе и все-одушевленности тех или иных миров, все эти спекуляции будут целиком отброшены, и в руках у людей не останется ничего, кроме чувственно-физических фактов из областей геологии, биологии, астрономии и т. д. Выставляемые ныне теории будут самыми недолговечными; и для того, кто может хотя бы несколько проницать специальный ход науки, открывается картина абсолютной пустоты чисто физического горизонта.

И тогда придет время, когда человечество в лице большего числа своих представителей созреет для признания тех сверхчувственных миров, о которых говорится в духовной науке или в теософическом мировоззрении. Такое явление, как жизнь пчел, в связи с тем, что можно узнать из сверхчувственных миров, предлагает удивительный ответ на загадки бытия. Но и, с другой стороны, эти вещи имеют большое значение: для человечества будет все более необходимо понять сущность групповых душ. Ибо познание этой сущности групповых душ будет играть большую роль также и в чисто внешнем развитии человечества. — Если мы вернемся в развитии на много тысячелетий назад, то найдем самого человека еще как существо, принадлежащее к групповой душе. Развитие человека на Земле идет от групповой душевности к индивидуальной душе. Человек продвигается все дальше вперед, благодаря тому, что его одаренная Я душа все ниже спускается в физическое и имеет в физическом возможность стать индивидуальной. Мы можем наблюдать различные этапы в развитии человечества. Тогда мы увидим, как групповая душа становится постепенно индивидуальной.

Пойдем, например, во времена первой трети атлантического культурного развития. Жизнь человечества является там совсем другой. В телах, в которых мы тогда были воплощены, наши души переживали совсем другие процессы. Мы можем направить свой взгляд на один процесс, который играет важную роль в жизни человека и как отдельного существа, и как социального индивида, и который прошел с того времени через огромное изменение: это смена сна и бодрствования.

В древние атлантические времена вы не переживали бы такой смены бодрствования и сна, как теперь. Что же является здесь характерным отличием, по сравнению с современным человечеством?

Когда физическое и эфирное тело лежат в постели, а астральное тело и Я выходят из них, тогда то, что мы называем современным сознанием, погружается в неопределенную темноту. Утром, когда астральное тело и Я снова входят в физическое и эфирное тела, пользуются опять физическими органами, это сознание вновь загорается. Этого состояния дневного бодрствования в сознании и ночного сна в бессознательности не было прежде. Было скорее так, если мы можем употребить это сравнение — для тогдашних отношений это было не вполне так, мы можем его употреблять для состояний, в которых человек был связан со своим физическим телом, — что когда человек днем погружался в свое физическое тело, насколько тогда это было возможно, то он совсем не видел физических существ и вещей в таких очертаниях, как теперь; но он видел все в неопределенных, расплывающихся вовне контурах, подобно тому, как когда вы идете в тумане по улице и видите фонари, окруженные туманными кольцами. Так воспринимал человек в те времена все вещи.

И если таково было дневное состояние, то каким было ночное состояние? Когда ночью человек выходил из физического тела, то он не впадал в абсолютную бессознательность. Это было только другого рода бытие сознания. В те времена человек воспринимал еще в своем окружении духовные события и духовных существ, хотя и не с такой уж точностью, как в действительном ясновидении, но как бы в последних остатках его, сохранившихся от древнего ясновидения. Днем человек жил в мире с неопределенными, расплывающимися, туманными очертаниями. Ночью он жил среди духовных существ, которые окружали его, как теперь его окружают дневные предметы. Так что не было резкой границы между днем и ночью; и то, что содержат в себе сказания и мифы, является не плодом народной фантазии, но воспоминаниями о переживаниях, которые древний человек имел в своем тогдашнем состоянии сознания в сверхчувственном мире. Вотан, или Зевс, или другие божественно-духовные существа, которые признавались тем или другим народом, не были созданиями фантазии, как это утверждается за зеленым столом ученых. Утверждать это может лишь тот, кто никогда не знакомился с сущностью народной фантазии. Народу совсем не приходят на ум такого рода персонификации. Это был опыт древних времен. Вотан и Тор были существами, с которыми человек общался, как теперь он общается со своими собратьями-людьми; и мифы и сказания именно суть воспоминания из времен древнего ясновидения.

Но мы должны уяснить себе, что с этим вживанием в духовно-сверхчувственные миры было связано еще нечто другое. В этих мирах человек не чувствовал себя индивидуальным существом. Он чувствовал себя членом духовных существ; он, так сказать, принадлежал к высшим духовным существам, как нам принадлежат руки. То слабое чувство своей индивидуальности, какое имел тогда человек, он получал, когда погружался в свое физическое тело, когда на короткое время он эмансипировался, так сказать, от хоровода божественно-духовных существ. Это было началом его чувства индивидуальности. Это была та эпоха, когда человеку стало вполне ясно, что он имеет групповую душу; он почувствовал себя погружаемым в групповую душу, когда покидал свое физическое тело и вступал в сверхчувственное сознание. Это была эпоха, когда с огромной силой в человеке выступало сознание своей принадлежности к групповой душе, к групповому Я.

Рассмотрим второй этап развития человечества — промежуточные этапы мы опускаем, — тот этап, на который указывает история патриархов Ветхого Завета. О чем там, в сущности, говорится, об этом мы уже упоминали. Мы указали причину, почему патриархи, Адам, Ной и т. д. имели такую долгую жизнь. Они имели такую долгую жизнь благодаря тому, что память этих людей была совсем другой, чем память наших современников. Ибо память современного человека стала также индивидуальной. Человек теперь помнит о том, что он пережил с момента рождения — часто с гораздо более позднего момента. В древние времена это было не так. Тогда переживания отца, деда, прадеда, какие они имели между рождением и смертью, были таким же предметом воспоминания для человека, как и его собственные переживания между рождением и смертью. Каким бы странным это ни показалось современному человеку, но действительно были времена, когда существовало такое воспоминание, которое выходило за пределы отдельного индивида и охватывало в прошлом все родственное по крови. И если мы спросим себя, какие внешние знаки указывают на существование такого рода памяти, то мы найдем их именно в таких именах, как Ной, Адам и т. д. Под ними подразумеваются не отдельные индивиды в пределах между рождением и смертью. Человек, который обладает памятью, замкнутой в пределах между рождением и смертью, дает одно имя этому одному индивиду. Прежние имена охватывали собой весь ряд поколений, уходивших так далеко в прошлое, как далеко уходила память, как далеко шел назад поток крови, пробегавший через поколения.

Адам есть не что иное, как имя, которое держалось так долго, как долго человек мог себя помнить. Кто не знает, что прежде имена давались совсем иным образом, тот никогда не поймет сущности этих вещей. Представьте себе, что предок имел двух детей, каждый из них имел снова двоих, следующее поколение также двоих и т. д. У всех память восходила назад вплоть до предка, и они чувствовали себя едиными в памяти, которая, так сказать, объединялась вверху в одной точке. И народ Ветхого Завета выразил это в словах, имевших одинаковое значение для каждого отдельного человека, исповедовавшего Ветхий Завет: «Я и отец Авраам одно». Так отдельный человек чувствовал себя укрытым в сознании групповой души, в отце Аврааме.

Сознание, которое даровал человечеству Христос, выходит за эти пределы. Я в своем сознании непосредственно связано с духовным миром, и это выражается в словах: «Прежде нежели был Авраам, Я есмь». Тогда приходит импульс, пробуждающий Я со всей полнотой в отдельном индивиде.

Так видим мы второй этап развития человечества, эпоху групповой души, которая находит свое высшее выражение в кровном родстве поколений. Народ, который особенно развил это, придает исключительное значение тому, чтобы постоянно подчеркивать: как народ, мы имеем одну общую групповую народную душу. Таков был именно народ, державшийся Ветхого Завета. Поэтому консервативный элемент этого ветхозаветного народа с особой силой противился провозглашению «Я есмь», индивидуального Я. Кто читает Евангелие от Иоанна, тот может руками, «духовными руками» осязать, что это так. Достаточно только прочесть рассказ о беседе Иисуса с Самарянкой у колодезя Иаковлева. Там ясно показано, что Христос Иисус приходит также и к тем, которые не связаны с кровным родством. Возьмите хотя бы слова: «Как Ты, будучи Иудей, просишь пить у меня, Самарянки, ибо Иудеи с Самарянами не сообщаются». Если действительно войти в это и в особенности если войти в это медитативно, то постепенно можно прийти к тому, чтобы увидеть, как человечество продвинулось вперед от групповой души к душе индивидуальной.

История, как она создается теперь, без сомнения, создается чисто внешне. Эта современная история во многих отношениях является «fаblе соnvеnuе», так как она пишется на основании документов. Но представьте себе, что нечто должно быть описано на основании документов, и что важнейшие документы потеряны! Тогда сообщение делается на основе случайно имеющихся, сохранившихся документов. Для того, что совершается в духовной действительности, не нужно никаких документов, ибо оно записано в непреходящей и верной Акаша-хронике. Но чтение в Акаша-хронике затруднительно, так как внешние документы являются даже препятствием для прочтения духовных «записей». Однако мы все-таки можем видеть, что и во времена, очень близкие уже к нашему времени, происходило это развитие от групповой души к индивидуальной душе.

Кто рассматривает историю духовно, тот должен будет признать в раннем Средневековье в высшей степени важный момент. В прежнее время человек, хотя бы только внешне, был включен в какую-либо группу. В гораздо большей степени, чем это может представить себе современный человек, в начале Средневековья человек получал признание и значение также и в смысле своей рабочей силы от своих родственных и других связей. Являлось, так сказать, совершенно естественным, что сын занимался тем же, чем и отец. Затем пришло время великих изобретений и открытий. Мир предъявлял все больше требований к личной деятельности человека, и этот последний все больше отрывался от прежних связей. Выражение этого мы видим в течение всего Средневековья в образовании известного типа городов, который прошел по всей Европе. Мы можем теперь еще отличить города, которые были образованы по этому типу, от тех, которые развивались на других основаниях.

В середине Средневековья произошел дальнейший переход от групповой души к индивидуальной душе. Если мы посмотрим в будущее, то мы должны сказать: все больше и больше эмансипируется человек от всякой групповой душевности, все больше и больше он обособляется. Если бы вы могли оглянуться на более ранние фазы развития человечества, то увидели бы, что те культуры были, так сказать, монолитны, например, египетская и римская. Теперь такие монолитные культуры имеются в весьма слабой степени. Человечество спустилось теперь до той точки, где не только нравы и обычаи, но даже мнения и верования стали индивидуальными. Среди нас есть уже люди, которые высший идеал видят в том, чтобы каждый человек имел свою религию. Иному преподносится идея, что когда-нибудь должно наступить время, когда сможет существовать столько же религий и истин, сколько людей.

Человечество не пойдет этим путем развития. Оно пошло бы этим путем, если бы последовало тому импульсу, который исходит от материализма. Это привело бы к дисгармонии, к раздроблению человечества на отдельных индивидов. Но оно не пойдет этим путем только в том случае, если люди примут такое духовное течение, как духовная наука. Ибо что тогда наступит? Выступит та великая истина, великий закон, что индивидуальные истины, находимые более внутренним способом, являются в то же время наиболее общеприменимыми.

Я уже однажды указывал: в настоящее время всеобщее согласие имеется только в отношении материалистических истин; ибо они суть наиобщие. Но никто не может сказать, что он находит математические истины путем внешнего опыта. Они все находятся путем внутреннего понимания. Когда хотят показать, что три угла треугольника составляют вместе 180°, то это делают таким образом, что проводят через вершину линию параллельно к линии основания и располагают три угла веерообразно; тогда угол а = d, b = е, с равен сам себе; таким образом, три угла равны развернутому, равны 180°. Кто один раз понял это, тот знает, что так должно быть всегда; точно также, один раз поняв, он знает, что трижды три есть всегда девять; я не думаю, чтобы кто-нибудь захотел искать это путем индукции.

Эти наиболее общие истины, арифметические, геометрические, были найдены внутренним путем, и все же люди о них не спорят. Относительно них господствует абсолютное согласие, ибо человек теперь достиг возможности понимать эти вещи. Согласие отсутствует лишь до тех пор, пока чистая истина затемняется страстями, симпатиями и антипатиями. Придет время, хотя оно отстоит от нас еще очень далеко, когда человечество будет все более и более охвачено познанием мира внутренних истин. Тогда водворится согласие, несмотря на всю индивидуализацию, несмотря на то, что каждый будет находить истину в самом себе. Если бы в настоящее время математические истины не были так очевидны, то, конечно, страсти затрудняли бы путь к их признанию. Если бы это зависело от жадности, то, разумеется, иная хозяйка голосовала бы за то, что дважды два пять, а не четыре. Но эти вещи настолько ясны и понятны, что не могут быть поколеблены симпатиями и антипатиями. Все большие области будут охватываться такого рода истинами, и все больше согласия войдет в человечество через такое понимание истины. Человек произошел из групповой душевности, и постепенно все больше эмансипировался от нее. Если вместо отдельных душ мы будем рассматривать группы, то получим единства семейные, племенные, народные и, наконец, расовые. Расе соответствует групповая душа. Все эти групповые связи древнего человечества таковы, что человек из них вырастает и чем дальше мы продвигаемся вперед, тем больше понятие расы теряет свое значение.

В настоящее время мы стоим в переходном моменте; то, что является расой, мало-помалу совершенно исчезает, и вместо этого выступит нечто совсем другое. Люди, которые, как это было указано, постигнут духовную истину, будут объединяться по свободной воле. Это будут объединения позднейшего времени. Связи прежних времен таковы, что человек в них родится. Человек родится в своем народе, в своей расе. Впоследствии мы будем жить в связях, которые люди будут устанавливать сами, группируясь соответственно точкам зрения, на которых они с полным сохранением своей свободы и своей индивидуальности, сольются в известного рода единства. Понимание этого необходимо для того, чтобы правильно познать сущность такого явления, как Теософское Общество. Теософское Общество должно быть примером этой свободной связи людей, несмотря на то, что оно далеко еще от своей цели. Это всего лишь попытка создать такого рода связь, в которой люди объединились бы вне различия прежней групповой душевности; в будущем возникнет много таких объединений. Тогда мы должны будем говорить уже не о расовых связях, а о связях, образуемых общностью интеллектуальных, эстетических, моральных точек зрения.

Благодаря тому, что люди свободно сольют воедино излучения своих чувств, образуется нечто вновь выходящее за пределы одного отдельного человека. Отдельный человек имеет свою индивидуальную душу; она никогда не утратится, после того как она однажды была достигнута. Но благодаря тому, что люди сходятся в свободных объединениях, они группируются вокруг некоторых центров. Тогда чувства, которые сливаются в одном центре, дают, в свою очередь, повод известным существам действовать наподобие групповой души, но совсем в другом смысле, чем прежние групповые души. Все прежние групповые души были существами, которые делали человека несвободным. Эти же новые существа сочетаемы с полнейшей свободой и индивидуальностью людей. И мы смеем даже сказать, что в известном отношении их бытие питаемо человеческим единодушием; и от самих человеческих душ будет зависеть, дадут ли они случай возможно большому числу этих высоких душ спуститься вниз к людям, или они не сделают этого. Чем больше люди будут разъединяться, тем менее возвышенные души могут сходить в человеческую область. Чем больше образуется связей и чем больше развивается общность чувств при полной свободе, тем более возвышенные души СМОiуr сходить в человеческую область и тем скорее одухотворится земная планета.

Таким образом, мы видим, что если человек хочет вообще получить представление о будущем развитии, то он должен правильно понять именно характер групповой души, так как иначе может случиться, что его индивидуальная душа после слишком долгого обособления на Земле не найдет пути к соединению с другими, упустит случаи к соединению и станет благодаря этому некоторого рода элементарным существом: и эти элементарные существа, возникшие из людей, были бы весьма недобрыми существами. Между тем как возникшие из прежних царств элементарные существа являются очень полезными в устроении нашей природы, эти человеческие элементарные существа совсем не обладают таким свойством.

Мы указывали, что в известных пограничных областях возникают подобные обособившиеся существа; и они возникают также на границе при переходе от групповой душевности к свободным групповым связям на основе эстетичсски-морально-интеллектуального единства. Везде, где выступают такого рода связи, имеются эти групповые существа.

Если бы вы имели случай рассматривать известные места, например, в источниках, где внизу лежит камень, и сверху на нем растет мох, и там образуется своего рода грань между растением и камнем и над этим сочится вода — это также необходимо — тогда вы увидели бы, как то, что называют нимфами и ундинами, есть нечто вполне реальное; это проявляется здесь с особенной силой. Там, где сталкиваются металлы и другие образования земного царства, лежат целые пучки тех существ, которых называют гномами. Четвертую группу представляют собой саламандры. Это как бы самая молодая порода в ряду всех элементарных существ; но, тем не менее, они весьма многочисленны. По большей части это суть существа, которые обязаны своим происхождением процессу отмежевания от групповых дунь Эти существа также ищут себе питание и находят его там, где человеческое царство вступает не в нормальное, но в отклоняющееся от нормы отношение к животному царству. Кто осведомлен в такого рода вещах, тот знает, что элементарные существа и именно элементарные существа вполне доброкачественного рода — развиваются благодаря фамильярным отношениям между всадником и его конем. В особенности же благодаря душевным отношениям известных людей к группам животных образуются чувства, мысли и волевые импульсы, которые дают пищу этим саламандрообразным элементарным существам. Это можно наблюдать, в частности, в связях, возникающих между пастухом овец и овцами, и вообще у пастухов, живущих в тесном общении со своими животными. В чувствах, которые развиваются при интимных отношениях между человеком и животным, находят себе пищу известные саламандрообразные элементарные существа, которые держатся там где нечто подобное возникает. Эти существа также довольно умны и, без сомнения, обладают природной мудростью. У пастухов образуются способности, благодаря которым эти элементарные существа могут нашептывать человеку то, что они знают; и иные рецепты, исходящие из этих источников, имеют свое происхождение в том, что было указано выше. Во всяком случае, вполне возможно, что человек, находящийся в таких условиях, окружен как бы тонкими духовными существами, которые наделяют его знанием, о каком не снится нашим теперешним умникам. Все эти вещи вполне обоснованны и могут наблюдаться с помощью методов, которые может развивать оккультная мудрость.

В заключение я хотел бы отметить еще другое явление, которое может вам показать, что известные вещи, которым дается теперь лишь часто абстрактное объяснение, проистекают во многом из более глубокой мудрости. Я уже говорил прежде, что в атлантические времена, когда люди ночью выходили из своего тела, то жили среди тех духовных существ, которых они называли богами. Эти люди шли путем погружения в физическое тело. Но существа, которых они почитали как богов, например, Зевс, Вотан, идут другим путем развития. Они не доходят вниз до физического тела: они не касаются физического мира. Но также и здесь имеются известные переходные состояния. Человек возник именно благодаря тому, что все его душевное и духовное существо уплотнилось до физического тела. У человека групповая душа вся целиком направилась вниз на физический план, и физическое тело человека стало отпечатком групповой души. Предположим, что существо такого рода как Зевс — которое является несомненно реальным — так сказать, только слегка касается физического плана, лишь немного входит в него. Это подобно тому, как если бы вы замочили водой при погружении только самый край шара.

Так в атлантическую эпоху известные существа были только затронуты физическим миром. Физические глаза не видели того, что остается духовным, астральным, эфирным. Видимой становится только та малая часть, которая выступает в физическом. Из таких восприятий возникла символика мифологии. Когда орел является символом Зевса, то это происходит оттого, что зевсова природа орла является той точкой, головкой, где существо высших миров коснулось физического мира. Большинство образов из мира птиц суть обособившиеся части развивающихся существ сверхчувственного мира. И как с орлом Зевса, с воронами Вотана, так же обстоит дело во всех тех случаях, где символика ведет к оккультным фактам. Многое станет для вас более понятным, если в различных областях вы привлечете к рассмотрению сущность, действие и развитие передовых душ.

Это я хотел сегодня предпослать нашим последующим рассмотрениям, чтобы тем самым иметь для них законченную основу.

ДВЕНАДЦАТЫЙ ДОКЛАД. Берлин, 4 июня 1908 г.

Эти доклады, которые мы проводим уже ряд вечеров на собраниях нашей группы, должны, в сущности, послужить тому, чтобы расширить или дополнить то или другое, что занимало нас в течение этой зимы. Поэтому понятно, что в них встречаются отдельные замечания, которые могут показаться афористичными. Ибо мы как раз хотим в этих рассмотрениях завершить или оформить ту или иную мысль, то или иное представление, которые в нас возникли.

В последних докладах нас занимало главным образом наличие всевозможных духовных существ, которые находятся, так сказать, между окружающими нас чувственно-физическими царствами природы. В частности, в последнем докладе мы видели, что в тех местах, где соприкасаются существа различных царств природы, где растение льнет к камню, как это бывает в источнике, где простой камень льнет к металлу, как это бывает во всевозможных горных породах, а также где возникает такая близость между пчелой и цветком — там везде развиваются силы, вовлекающие в земное бытие тех существ, которых мы называли элементарными существами. И в связи с этими элементарными существами нас занимало то явление, которое мы называли отмежеванием известных существ от их великого целого. Мы видели, что, например, те существа, которых в духовной науке мы называем саламандрами, происходят отчасти благодаря отмежеванию частей животных групповых душ, которые, так сказать, осмелились слишком далеко зайти в наш физический мир и не могли уже найти обратного пути, чтобы после распадения тела животного снова соединиться в групповой душе данного животного вида. Ибо мы знаем, что в правильном развитии нашей жизни существа нашей Земли, существа животного царства, растительного царства и минерального царства имеют, если можно так назвать, свою «Я-душу» — имеют, собственно говоря, такую же, как человек, Я-душу, которая отличается от человеческой только тем, что Я-души других существ пребывают в других мирах. Мы знаем, что человек является в нашем цикле развития тем существом, которое имеет индивидуальное Я здесь на физическом плане, по крайней мере, во время дневного бодрствования. Мы знаем далее, что те существа, которых мы называем животными, находятся в таком положении, что, говоря в общих чертах, одной породы животные имеют одну групповую душу или одно групповое Я, и что эти групповые Я находятся в так называемом астральном мире; мы знаем далее, что те существа, которых мы называем растениями, имеют только сознание сна без грез, но что они имеют групповые Я, которые обитают в нижних частях деваханического мира; и что, наконец, камни имеют свои групповые души в верхних частях деваханического мира. Тот человек, который ясновидяще движется в этих мирах, в астральном и деваханическом мире, общается там известным образом с групповыми душами животных, с душами растений и с душами минералов, подобно тому, как здесь в физическом мире во время дневного бодрствования он общается с человеческими душами или с человеческими Я.

Но мы должны уяснить себе, что еще и в других отношениях человек является существом весьма сложным и составным, сложность которого мы достаточно уже обсуждали в наших лекциях. Но он будет являться для нас все более и более сложным, чем дальше мы будем углубляться в его связь с великими космическими фактами. Чтобы понять, что этот человек не есть то совсем простое существо, каким он может казаться при наивном способе рассмотрения, достаточно только вспомнить, что ночью, от засыпания до пробуждения, человек современного цикла развития есть совсем другое существо, чем днем. В постели лежит его физическое тело и тело эфирное; его Я и астральное тело выходят и поднимаются вверх. Рассмотрим то и другое, сначала физическое и эфирное тела. Они лежат здесь и имеют, если мы оставим в стороне переходное состояние сна с грезами, то сознание, которое мы называем сознанием сна без грез, не заполненное никаким содержанием, никаким восприятием. Но и то, что вышло из физического и эфирного тел, Я и астральное тело, у человека в современном цикле развития также имеет сознание сна без грез, без сновидений. Сознание, которое имеет здесь в физическом мире расстилающийся растительный покров, это сознание имеет спящий человек как в тех частях, которые остаются здесь в физическом мире, так и в тех частях, которые во время сна находятся в астральном мире. Теперь мы должны несколько остановиться на этих двух отдельных частях спящего человека.

Мы знаем уже из других рассмотрений, что этот современный человек складывался медленно и постепенно. Мы знаем, что в древнейшем воплощении нашей Земли, которое мы называем Сатурном, он получает первый зачаток физического тела. Мы знаем, что во втором воплощении нашей Земли, на старом Солнце, он получил затем в добавление к физическому телу, еще эфирное или жизненное тело; в третьем воплощении нашей Земли, на старой Луне — астральное тело; и на Земле, теперешнем воплощении нашей планеты, он получил то, что мы называем Я. Так человек развивался совсем медленно и постепенно; это физическое тело, каким его имеет теперь человек, есть поистине самая древняя часть человека, которая прошла через наибольшее число изменений. Оно изменялось четырежды. Первый зачаток его, который человек получил на старом Сатурне и который трижды совершенствовался с тех пор — один раз на Солнце, второй раз на Луне и, наконец, на Земле, — этот зачаток выражает себя в органах чувств, имеющихся теперь у человека. Они были совсем другими органами на старом Саiурnе; но тогда они уже существовали в своем первом зачатке, а всего остального человеческого тела еще не было. Как единое существо с одними лишь органами чувств, можем мы рассматривать старый Сатурн, сплошь покрытый только органами чувств. На Солнце к этому присоединяется эфирное тело. Человеческое эфирное тело преобразуется и возникают те органы, которые мы обозначаем теперь как органы желез. Тогда они были еще очень несовершенны, но они уже существовали в своем первом зачатке; органы чувств тогда совершенствуются. Далее на Луне к этому присоединяются те органы, которые мы теперь, после того как благодаря напечатлению астрального тела физическое тело преобразовалось в третий раз, обозначаем как органы нервной системы. И, наконец, на нашей Земле к этому присоединяется кровеносная система; ибо она есть выражение Я, подобно тому как нервная система есть выражение астрального тела, а система желез есть выражение эфирного тела.

В наших предыдущих докладах мы уже видели, что кровеносная система выступила впервые, собственно, в нашем земном развитии. Мы смотрим теперь на физическое тело и спрашиваем себя: почему в совершенном человеческом образовании бежит кровь в кровеносных сосудах? — Мы говорим: эта кровь есть выражение Я. — Здесь мы сразу же укажем на возможное недоразумение, на то именно, что человек, в сущности, неправильно понимает современное физическое тело. Это современное физическое тело есть, так сказать, только одна из форм, в какой может выступать физическое человеческое тело. Оно было на Луне, на Солнце, на старом Сатурне, но там оно было всякий раз иным. На Луне, например, еще не было того царства природы, которое мы теперь называем минеральным царством Земли; на Солнце еще не было растительного царства в нашем смысле, и на Сатурне животного царства в нашем смысле; был только человек в своем первом физическом зачатке. Если мы обдумаем это, то для нас должно быть ясно, что теперешнее человеческое тело есть не только физическое тело, но физически-минеральное тело, и что к законам физического мира, благодаря чему оно и названо «физическим» телом, оно присоединило в себя законы и субстанции минерального царства, пронизывающие его теперь На Луне это физическое тело еще не усвоило себе законов минерального царства; если бы его тогда сожгли, то не осталось бы никакой минеральной золы или пепла. Ибо минералов в теперешнем земном смысле еще тогда не было. Итак, заметим: бытие физическое и бытие минеральное суть две совсем разные вещи. Человеческое физическое тело является физическим потому, что над ним господствуют те же законы, что над камнями; человеческое физическое тело является в то же время минеральным потому, что оно пропитало себя минеральными веществами. На Сатурне существовал первый зачаток физического тела. Но тогда не было ни твердых тел, ни даже воды, ни газа. На Сатурне было вообще только тепло, состояние тепла. Современный физик не знает этого состояния тепла, так как он полагает, что тепло может выступать только как свойство газов, воды, твердых тел. Но это заблуждение. Физическое человеческое тело, которое теперь усвоило себе минеральные субстанции, было на Сатурне сцеплением физических законов. Мы суть физические законы, которые действуют в линиях, формах, то, что в физике вы познаете как законы. Внешне это физическое человеческое тело открывалось на Сатурне только как существо, которое жило в теле. Так что мы должны действительно делать различие между минеральным и тем, что составляет собственно физический принцип человеческого тела. К физическому принципу относится, например, то, что наше ухо имеет такую форму, благодаря которой оно совершенно определенно воспринимает звук; к минеральной природе уха принадлежат те вещества, которые заполняют это сооружение физических законов.

После того как мы поняли это и особенно обратили внимание на то, что органы чувств, железы, нервы и кровь суть выражения четырех основных частей человека, вернемся опять к рассмотрению спящего человека. У спящего человека в постели лежит физическое тело и тело эфирное; астральное тело и Я находятся вне их. Но подумайте о том, что астральное тело есть принцип нервной системы, и Я принцип кровеносной системы. Таким образом, астральное тело оставляет ночью в физическом теле то, причиной чего оно, так сказать, является, то есть нервную систему. Ибо нервная система могла возникнуть лишь после того, как на Луне к человеку присоединилось астральное тело. Итак, астральное тело небрежно покидает то, что к нему принадлежит, о чем оно, собственно говоря, должно заботиться в человеке; и точно также Я покидает то, что оно вызвало к жизни. В спящем физическом теле и в спящем эфирном теле принцип крови и нервной системы находятся вовне. Они теперь остаются совсем одни, но никогда ничто физическое не может удержаться в той форме, в какой оно было вызвано к жизни духовным принципом, если этот духовный принцип оставит его. Это совершенно исключено. Никогда нервная система не может продолжать жить, если в ней не будут деятельными астральные существа, и кровеносная система, если в ней не будут действовать Я-сущности. Но все вы ночью небрежно оставляете своим Я и своим астральным телом свою нервную сисгему и свою кровеносную систему и предоставляете ее другим существам астральной природы. Тогда существа, имеющие одну природу с нашим Я, опускаются, так сказать, в наш организм. Каждую ночь человеческий организм действительно заполняется этими существами, которые в состоянии его поддерживать. Физическое тело и эфирное тело человека, лежащие в постели, в то же время пронизаны этими астральными и Я-сущностями, которые находятся, собственно, в физическом теле. Мы могли бы их назвать вторгшимися, но это не совсем справедливо. Скорее мы должны были бы назвать их охраняющими духами, ибо они суть хранители того, что человек беспечно бросает ночью.

Но совсем уж не так плохо, что человек каждую ночь оставляет свое физическое и эфирное тела. Я сказал уже вам, что ночью астральное тело и Я находятся в непрерывной деятельности. Они устраняют из физического тела то, что создает дневное изнашивание и что в широком смысле мы называем усталостью. Утром человек встает освеженным и отдохнувшим, потому что ночью его астральное тело и его Я удалили ту усталость, которая охватила его благодаря дневным впечатлениям. Для ясновидящего наблюдения это факт: эта непрерывная в течение ночи воспринимаемая деятельность астрального тела для устранения продуктов усталости. Извне вовнутрь направляется работа Я и астрального тела над физическим и эфирным телами. Но в современном цикле своего развития человек не достиг еще возможности выполнять эту деятельность вполне самостоятельно. Он может выполнять ее только под руководством других, более высоких существ. Таким образом, человек, так сказать, каждую ночь принимается как бы в лоно высших существ, которые наделяют его способностью правильным образом работать над своим физическим и эфирным телами; и это суть вместе с тем существа — поэтому мы не можем назвать их вторгающимися, — которые ночью правильным образом духовно поддерживают его кровеносную и нервную системы.

Пока не происходит никаких отступлений от нормы, ночью имеет место правильное взаимодействие духовных существ в человеке. Но вполне могут начаться неправильности, и здесь мы подходим к такому отделу духовной науки, который является чрезвычайно важным практически для человеческой душевной жизни и относительно которого хотелось бы пожелать, чтобы это стало не только теоретически известным в самых широких кругах, но послужило бы в значительной степени основой для известных сторон душевной деятельности человека. Обычно человек не представляет себе, что факты душевной жизни имеют весьма обширное действие. В разных случаях я уже указывал вам, что факты душевной жизни находят свое правильное объяснение, только когда их рассматривают в смысле духоведения. Мы все знаем глубокое значение указания: рассматриваемая духовнонаучно, ложь есть род убийства. — И я говорил вам, что действительно в астральном мире происходит род взрыва, когда человек произносит ложь — в известном смысле, уже когда он только думает ее сказать; — что когда человек лжет, то в духовном мире происходит нечто имеющее там гораздо более разрушительное действие, чем какое-либо несчастье в физическом мире. Но эти вещи, о которых упоминают и, насколько это уже возможно, характеризуют также на известной ступени духовнонаучные рассмотрения, приобретают все большую отчетливость и ясность, чем дальше мы продвигаемся вперед в духовнонаучном познании.

Сегодня мы познакомимся с другим последствием лжи и клеветы, хотя ложь и клевета берутся здесь не в таком грубом значении, в каком обычно употребляются эти слова. Но даже всякий раз, когда человек в более тонком смысле из условных приличий, из разных общественных или партийных соображений, так или иначе окрашивает истину, мы всякий раз имеем дело в духовнонаучном смысле с проявлением лжи. Вся жизнь человека всячески пронизана если не ложью, то лживоокрашенными проявлениями. Материалистически просвещенный человек, во всяком случае, понимает, что на его физическое тело оказывается влияние, когда кто-нибудь ударит его топором по голове, когда поезд отрежет ему голову, когда где-нибудь на теле у него появится опухоль или когда в него проникнут бациллы. Тогда просвещенный человек найдет понятным, что на его физическое тело оказываются воздействия. Но что как духовно построенное существо человек есть некое единство, и что то, что происходит в высших членах его существа, в астральном теле и в Я, следует рассматривать именно так, что оно простирает свои действия вниз вплоть до физической части его телесности, об этом обычно совсем не думают. Не думают о том, что, например, произнесение лжи и неправдивость, неправдивость даже в жизненном поведении имеет несомненные последствия для человеческого физического тела. Ясновидчески мы можем пережить следующее: если, например, днем человек сказал ложь, то действие этой лжи остается в физическом теле и становится видимым для ясновидческого восприятия в то время, когда человек спит. Допустим, что человек является вообще лживым человеком и накопляет кучи лжи. Тогда он будет иметь много таких воздействий в своем физическом теле. Все это ночью известным образом твердеет, и тогда происходит нечто весьма значительное. Эти включения, эти затвердения очень плохо соотносятся с теми существами, которые ночью должны овладеть физическим телом, которые, следовательно, как мы видели, из других миров выполняют в физическом теле те функции, какие днем выполняют астральное тело и Я. Это имеет такое последствие, что в течение жизни зараженные, я хотел бы так сказать, ложью части тела отмежевываются от существ, которые ночью опускаются в человека. Здесь мы снопа имеем процессы отмежевания. Они приводят к тому, что когда человек умирает, то его физическое тело идет не только теми путями, которыми оно проходило бы при правильном ходе развития, но, сверх того, остаются еще существа, которые возникли, так сказать, в силу действия лжи и клеветы в физическом теле и которые отмежевываются от духовного мира. Эти возникшие таким путем существа также носятся тогда в окружающем нас мире. Они принадлежат к тому классу существ, который мы называем «фантомы». В них мы имеем известную группу элементарных существ, которые родственны с нашим физическим телом, не видимые прежде всего для физических глаз, они размножаются через ложь и клевету. Поистине, ложь и клевета населяют наш земной круг такого рода фантомами. Таким образом, мы познаем новый класс элементарных существ.

Но не только ложь и клевета, имеющие место в душе, оказывают свое влияние на телесное существо человека; на него влияют также и другие факты душевной жизни. Ложь и клевета действуют именно на физическое тело таким образом, что от него отделяются фантомы. Другие факты, в свою очередь, действуют подобным же образом на эфирное тело. Вы не должны приходить в изумление от этих необычных явлений душевной жизни; в духовной жизни нужно уметь принимать вещи с полным спокойствием. Факты, которые оказывают свое вредное влияние на эфирное тело, суть, например, дурные законы или дурные социальные порядки в каком-либо человеческом объединении. Например, все, что ведет к несогласию, что вообще вызывает в людях раздоры — все это посредством настроения, которое оно порождает в совместной жизни людей, действует так, что это действие проникает до эфирного тела. И то, что нацепляется в эфирном теле под влиянием такого рода душевных фактов, создает опять-таки отмежевания, которые также находятся в нашем окружении. Их называют «спектры», по-немецки сказали бы «гешпенстер», призраки. Мы видим, как эти существа, которые находятся в эфирном мире, опять-таки вырастают из жизни людей. Так иной человек может ходить среди нас, и его физическое тело для того, кто умеет духовно распознавать эти вещи, можно сказать, «набито» фантомами, его эфирное тело набито «спектрами» или призраками; и все это, как правило, разлетается во все стороны и населяет мир после смерти человека или некоторое время спустя.

Мы видим здесь, какие тонкие последствия имеют духовные события нашей жизни, как ложь, клевета, дурные социальные учреждения отлагают свои создания среди нас в нашем земном окружении. И теперь вы можете также понять, что когда в нормальной человеческой дневной жизни физическое тело, эфирное тело, астральное тело и Я связаны вместе, и физическое тело и эфирное тело, так сказать, допускают в себя другие существа или позволяют что-то делать с собой, что тогда также и астральное тело и Я находятся не в нормальном состоянии. Но, разумеется, по сравнению с физическим телом и телом эфирным они находятся в несколько ином положении. Физическое тело и тело эфирное, когда человек спит, имеют то же сознание, какое имеют растения. Но растения имеют при этом свое Я в Девахане. Поэтому физическое тело и тело эфирное спящего человека должны поддерживаться существами, которые развивают свое сознание с высоты Девахана. Астральное тело и Я человека находятся теперь на один мир выше; человек же спит без грез, подобно растениям. Что растения имеют только физическое и эфирное тела, а человек в спящем состоянии имеет к тому же еще астральное тело и Я, это ничего не меняет в отношении его растительной природы. Хотя человек во время сна поднимается в духовный мир, в астральный мир, но он не достигает своим Я той высоты, с которой он мог бы тогда поддержать себя в состоянии сна. Вследствие этого также и в астральное тело спящего человека должны входить духовные существа. Так это и происходит: в астральное тело человека непрерывно проникают воздействия из деваханического мира. Эти воздействия вовсе не должны быть какими-либо ненормальными, это могут быть воздействия, исходящие из того, что мы называем высшим Я человека. Ибо человек постепенно вживается в деваханический мир, по мере того как он все больше идет к своему одухотворению; и то, что тогда подготавливается, оказывает на него свое влияние уже теперь, во время состояния сна.

Но существуют не только эти нормальные воздействия. Такое было бы возможно только в том случае, если бы люди в своем общении поняли до конца, что значит ценить и уважать свободу души другого. Но современное человечество еще очень далеко от этого. Подумайте только о том, как современная душа по большей части хочет подчинить себе другую душу, как она не терпит, когда другая душа мыслит и любит что-нибудь другое, как одна душа хочет властвовать и влиять на другую. Во всем, что действует в наше время от души к душе, начиная с неправильного, изданного людьми постановления, и кончая всевозможными способами воздействия, которые применяются, чтобы подчинить себе души во всем действующем не так, что свободная душа стоит перед свободной душой, но так, что, пусть даже только в малейшей степени, применяются принудительные средства убеждения, воздействия, влияния, имеющие целью не просто пробудить в другой душе то, что в ней уже дремлет, — во всем этом от человеческой души к человеческой душе действуют силы, которые опять-таки влияют на эти души таким образом, что ночью это отражается в астральном теле. Астральное тело получает включения, благодаря чему снова обособляются существа, которые как элементарные существа проносятся в нашем мире. Эти существа принадлежат к классу «демонов». Они имеются налицо только потому, что в нашем мире самым различным образом проявляется нетерпимость мысли, насилие мысли. Множество такого рода демонов вошло в наш мир этим путем.

Итак, сегодня мы снова узнали существ, которые так же действительны, как те вещи, которые мы воспринимаем физическими чувствами, и которые вполне проявляют свое влияние в человеческой жизни. Человечество, например, развивалось бы совсем иначе, если бы люди своей индивидуальностью не создали этих демонов, которые пронизывают наш мир и оказывают непрерывное воздействие на людей. В то же время они суть духи предрассудков. Так понимаем мы жизнь в ее тонких явлениях, когда узнаем эту переплетенность духовного мира в высшем смысле с нашим человеческим миром. Все эти существа, как сказано, имеются налицо и проносятся в мире, в котором мы живем.

Теперь вспомним нечто другое, о чем мы также уже говорили. Мы указывали, что у людей последней трети атлантической эпохи, у людей до атлантического потопа отношение человеческого эфирного тела к физическому телу было совсем другим, чем в предшествующие времена. В настоящее время в области человеческой головы это отношение таково, что эфирная часть и физическая часть головы, в основном, покрывают друг друга. В древней Атлантиде это было еще не так. Тогда эфирная часть головы, и именно в области лба, далеко выступала из физической части. Ибо мы имеем в эфирном теле головы и в физическом теле головы приблизительно между надбровных дуг центральную точку. Обе эти точки совпали в последней трети атлантической эпохи и покрывают теперь друг друга. Благодаря этому человек получил способность говорить себе «я» и чувствовать себя самостоятельным человеком. Таким образом, эфирное тело головы и физическое тело головы слились вместе. Это произошло для того, чтобы человек мог стать чувственным существом, каким он является в нашем физическом мире, чтобы он мог обогащать свою внутреннюю жизнь тем, что он воспринимает через впечатления физических чувств, через обоняние, вкус, зрение и т. д. Все это вступает в его внутреннее существо, чтобы он имел это в себе и мог употребить для дальнейшего развития Космоса. Это приобретение не могло быть сделано никаким другим способом. Поэтому мы всегда говорили, что не должны понимать духоведение в аскетическом смысле как бегство от физического мира; но все, что здесь происходит, берется с собой из этого мира, и было бы потеряно для духовного мира, если бы мы этого здесь не собрали.

Но человек все больше и больше приближается к новому состоянию. В послеатлантический период мы прошли через различные эпохи культуры: древнеиндийскую, прадревнеперсидскую, затем ту, которую мы назвали вавилоно-ассиро-халдейско-египетской, потом греко-латинскую, и теперь мы находимся в пятой культурной эпохе послеатлантического периода. Ее сменит шестая и седьмая эпохи культуры. И между тем как в течение всего этого периода вплоть до нашего времени соединение эфирного и физического тел все более укреплялось, становилось внутренне все теснее и ближе, человек движется теперь к такому периоду в будущем, когда его эфирное тело будет постепенно выделяться и становиться самостоятельным. И теперь уже есть люди, которые имеют гораздо более свободное эфирное тело, чем другие. Это высвобождение эфирного тела является правильным для человека, если во время различных воплощений в тех культурах, о которых мы упоминали, он воспринял в себя столько, что его вновь выделяющееся эфирное тело уносит с собой надлежащие плоды из физически-чувственного земного мира, плоды которые могут быть включены и усвоены его эфирным телом, становящимся все более самостоятельным. Чем духовнее те представления, которые человек находит здесь, в физическом мире, тем больше берет он с собой в свое эфирное тело. Все внешние полезные представления, механические, производственные представления, которые служат только потребностям внешней жизни, не могут быть включены в эфирное тело. Напротив, представления прекрасного, художественного и религиозного — а в сферу мудрости, искусства и религии может быть все погружено, — все такого рода представления сообщают его эфирному телу способность и возможность быть самостоятельно организованным. Так как это предвидится, оттого здесь не раз было указано, что духовно-научное мировоззрение должно послать свои импульсы и воздействия в практическую жизнь, и что духоведение никогда не должно оставаться предметом разговора за чайным столиком или какого-либо подобного рода занятием, проистекающим из обыденности, но что оно должно проработать всю нашу культурную жизнь. Когда со временем будут поняты духовнонаучные мысли, тогда будет снова понято, как все, что наполняет нашу эпоху, должно быть пронизано духовными принципами. Умы, подобные Рихарду Вагнеру, в известных областях культуры предчувствовали это пронизание духовными принципами. Когда-нибудь сумеют так построить вокзал, чтобы он излучал мудрость так же, как храм, если только он будет соответствовать в своих внешних формах тому, что в нем живет. Здесь еще многое предстоит сделать. Для этого должны подействовать духовные импульсы, и они будут действовать по мере того, как все больше и больше будет расти понимание духовнонаучных мыслей. Я живо помню еще, как двадцать пять лет тому назад один известный архитектор говорил в своей ректорской речи об архитектурных стилях и высказал удивительную мысль: «Архитектурные стили не изобретаются, архитектурные стили вырастают из духовной жизни!» — И тут же указал, почему наше время хотя и выдвигает различные архитектурные стили, но, в сущности, воспроизводит лишь архитектуру прошлого: ибо наше время как таковое не имеет еще внутренней спиритуальной жизни. Новые возможности придут в мир вместе с рождением новой духовной жизни. Тогда мы переживем, как навстречу нам из всего, что на нас смотрит, будет сиять нам человеческая душа, подобно тому как в средневековом городе каждый дверной замок выражал понимание человеческой душой сущности внешних форм. Теософия будет понята только тогда, когда она выступит таким образом перед нами как бы кристаллизованная в своих формах. Но тогда и человечество также будет жить как дух, в духе. И тогда человек все больше подготовит себе то, что он возьмет с собой, когда снова войдет в духовный мир, и когда его эфирное тело станет самостоятельным. Так люди должны погрузиться в духовный мир, для того чтобы эволюция могла соответственным образом продвигаться дальше вперед.

Ничто не дает нам такого прекрасного символа пронизания мира духом, как повествование о чуде Пятидесятницы. Как пророчески указывается в сошествии «огненных языков», если вы над этим задумаетесь, на предстоящее пронизание и проникновение мира потоками духовной жизни. Все должно быть снова духовно оживлено. Также и то абстрактное, понятийное-рассудочное отношение, какое человек имеет к годовым праздникам, должно стать снова конкретным, снова живым. Постараемся же и это время года, которое мы называем временем Пятидесятницы, Троицы, действенно наполнить свою душу теми мыслями, которые могут возникнуть для нас из сегодняшнего рассмотрения. Тогда этот праздник, который, без сомнения, установлен из духовных оснований, будет опять означать нечто живое для человека, когда его эфирное тело созреет для духовного творчества. Но если человек не воспримет духа Троицы, тогда его эфирное тело, выступив из физического тела, окажется прежде всего недостаточно сильным для того, чтобы победить то, что было создано прежде, те миры спектров, фантомов и демонов, которых мир создает как свои побочные явления. О том, как эволюция может направляться Духом, что мы можем об этом предсказать, станет содержанием следующих рассмотрений.

ТРИНАДЦАТЫЙ ДОКЛАД. Берлин, 11 июня 1908 г.

В наших последних рассмотрениях во время этих вечерних встреч цвайга мы указывали с различных сторон на существование полного тайн взаимодействия между человеком и духовными мирами, духовными существами, которые, собственно, непрерывно находятся вокруг нас и не только находятся вокруг нас, но в известном отношении непрерывно пронизывают нас и с которыми мы непрерывно живем. Но вы не должны думать, что существует только такое, можно сказать, более грубое отношение между человеком и окружающими его существами, как это было указано в последних докладах. Но также и благодаря разнообразной деятельности и занятиям, относящимся больше к области человеческой мысли, образуется известное отношение между человеком и духовным миром.

В двух предыдущих докладах мы должны были указать на существ, в известном смысле, низшего порядка. Но мы знаем из более ранних докладов, что мы имеем дело также и с такими духовными существами, которые стоят выше человека, и что имеются также отношения и связи между человеком и возвышенными духовными существами. Мы упоминали о том, что есть такие высокие духовные существа, которые в отличие от человека имеют своим низшим членом эфирное тело, и которые, так сказать, обитают в нашем окружении. Для обыкновенного взгляда они невидимы, благодаря тонкой эфирной природе своего эфирного существа, так что человеческий взгляд проходит сквозь них. И затем мы приходим к еще более высоким духовным сущностям, низшим членом которых является астральное тело, и которые, таким образом, представляют собой для человека еще менее плотную телесность.

Все эти существа стоят в известном отношении к человеку; и что сегодня для нас особенно важно: человек может что-то делать, для того чтобы в своей жизни здесь, на земной арене, вступить в совершенно определенные отношения к этим существам. Смотря по тому, как поступают и что делают люди в условиях своей жизни, они устанавливают те или иные отношения к высшим мирам, как бы маловероятно это ни казалось человеку современной, как говорят, просвещенной эпохи, которая, однако, совсем не просвещена относительно многих глубоких истин жизни.

Возьмем прежде всего существ, которые имеют своим низшим членом эфирное тело, и в этом тонком эфирном теле окружают нас, живут вокруг нас, посылают вниз к нам свои воздействия и откровения. Поставим этих существ духовно перед своей душой и спросим себя: может ли человек сделать что-нибудь здесь на Земле, или, лучше сказать, делали ли люди что-нибудь с давних времен для того, чтобы эти существа могли иметь связующее звено, своего рода мост, благодаря которому они пришли бы к более интенсивным воздействиям на всего человека? — Да, люди с давних пор делали это! Мы должны углубиться в известные ощущения и представления, которые могли воспринять в последних докладах, если мы хотим составить себе более ясное представление об этом.

Итак, представим себе, что эти существа живут в духовных мирах и как бы простирают оттуда свое эфирное тело. У них нет такого физического тела, какое имеет человек. Но существует такая физическая телесность, посредством которой они могут привести свое эфирное тело, так сказать, в связь с нашей земной сферой, такая земная телесность, которую мы можем, так сказать, установить На нашей Земле, и которая образует связующую нить, так что эти существа спускаются своим эфирным телом к этой земной телесности и имеют в ней случай задержаться среди людей. Таким поводом для духовных существ задерживаться среди людей служат, например, древние греческие храмы, готические соборы. Когда мы устанавливаем в нашей земной сфере эти физически действительные формы с их соотношением линий и сил, эти храмы, а также художественные произведения скульптуры, то мы создаем для этих существ возможность прильнуть и войти своим эфирным телом во все эти художественные формы и линии. И искусство есть истинное и действительно связующее звено между человеком и духовными мирами. Вплоть до всех пространственно являющихся художественных форм, имеем мы на Земле физические телесные образования, к которым спускаются существа своим эфирным телом.

Но существам, которые имеют своим низшим телом астральное тело, нужно уже что-то другое здесь на Земле как связь между духовным миром и нашей Землей. И такой связью являются музыкальные и фонетические искусства. Пространство, наполненное звуками музыки, дает повод для легкоподвижного, определенного в себе астрального тела высших существ изжить себя в этом пространстве. Так искусства и то, чем они являются для человека, получают весьма реальное значение. Они образуют магнетические силы притяжения для духовных существ, которые, согласно своей миссии, своей задаче, хотят и должны что-то сделать с человеком. При таком взгляде на вещи углубляется наше чувство по отношению к человеческому художественному творчеству. Но наше чувство может еще более углубиться, если человеческий источник художественного творчества и с тем вместе художественные наслаждения мы воспримем с точки зрения духовной науки. Если мы хотим это сделать, то должны несколько более подробно рассмотреть различные формы сознания человека.

В разных случаях мы уже неоднократно указывали, что в бодрствующем человеке мы имеем перед собой физическое тело, эфирное тело, астральное тело и Я, в спящем человеке мы имеем лежащее в постели физическое и эфирное тело, и вне физического и эфирного тела его астральное тело и Я. Для наших сегодняшних целей будет хорошо, если мы несколько подробнее рассмотрим эти два состояния сознания, сменяющиеся для каждого человека в течение двадцати четырех часов. Мы имеем в человеке прежде всего физическое тело, потом эфирное или жизненное тело, потом то, что мы называем в более грубом смысле слова душевным телом, которое принадлежит к астральному телу, но связано с эфирным телом. Это есть тот член человека, который имеют также и животные в физической жизни, здесь на физическом плане. Далее — вы можете прочесть это в моей «Теософии» — то, что объединяют обычно под названием Я, но что является, собственно, трехчленным существом: душа ощущения, душа рассудочная или душа характера и душа сознательная, и мы знаем, что душа сознательная, в свою очередь, связана с тем, что мы называем Самодух или Манас. Если мы представим себе это многосоставное строение человека, то можем сказать:

То, что мы называем душой ощущения и что вообще принадлежит, без сомнения, к астральному телу и имеем астральную природу, — это, вообще говоря, выделяется, когда вечером человек засыпает; но часть душевного тела все же остается в постели, связанная с эфирным телом. В основном, душа ощущения, душа рассудочная и душа сознательная выделяются у спящего человека. У бодрствующего человека все это связано, и все это действует в нем одно на другое. Следовательно, то, что происходит в физическом теле, действует на все внутреннее: на душу ощущающую, душу рассудочную и также на душу сознательную. Все, что в обычной, в сущности, довольно беспорядочной и хаотической жизни действует на человека, те неупорядоченные впечатления, которые он воспринимает с утра до вечера — подумайте только о том, какие впечатления вы воспринимаете, когда идете в шуме и грохоте большого города, — все эти впечатления продолжают свои воздействия в тех членах, которые при бодрствующем сознании связаны с физическим и эфирным телами. Ночью внутреннее существо человека — душа ощущающая, душа рассудочная, душа сознательная — находится в астральном мире, черпает в нем себе силы, гармонии, которые были потеряны им в дневной бодрственной жизни из-за хаотических впечатлений дня. Тогда то, что в более широком смысле называют Я-душой человека, пребывает в более упорядоченном, более духовном мире, чем во время дневного бодрствования. Утром это душевно-внутреннее существо человека выделяется из этой духовности и погружается в тройственную оболочку физического тела, эфирного тела и ту часть астрального тела, которая, собственно, связана с эфирным телом и остается связанной с ним также и ночью.

Да, если бы человек никогда не спал, то есть никогда не черпал бы себе укрепляющих сил из духовного мира, то в конце концов все, что живет в его физическом теле и вносит силы в его физическое тело, было бы совершенно подточено. Но благодаря тому, что каждое утро в силы физического тела погружается укрепленная внутренняя душевность, восстанавливается снова порядок и происходит, можно сказать, возрождение сил в этом физическом теле. Таким образом, человеческая душевность приносит из духовного мира для каждого из членов человеческого существа то, что продолжает действовать, когда душевное существо, выходившее ночью вовне, является связанным с внешним орудием физического тела.

И то, что происходит во взаимодействии между внутренней душевностью и чисто внешним физическим орудием, может пронизать, если человек восприимчив к гармониям в духовном мире, ночью физическое тело в его силах — но не в его веществах — теми силами, которые можно было бы назвать «силами пространства». В силу того, что в нашей современной культуре человек так далеко отошел от духовного мира, именно эти пространственные силы мало в нем проявляются. Там, где внутреннее душевное сталкиваются с самым плотным членом человеческого существа, силы должны быть действительно достаточно крепкими, чтобы они могли проявиться в грубом физическом теле. В эпохи более тонко воспринимавших культур души несли в своей внутренней душевности душевные импульсы и легче пронизывали ими физическое тело; и тогда люди чувствовали, что через физическое пространство во все стороны направляются силы, что физическое пространство отнюдь не есть безразличная пустая пространственность, но что оно во всех направлениях пронизано силами. Существует чувство этого распределения сил в пространстве; оно порождается описанными выше соотношениями. Вы можете представить это себе в следующем примере.

Возьмите одного из художников великой эпохи искусства, когда люди еще имели ясное чувство этих сил, действующих в пространстве. У такого художника вы могли бы увидеть, как он рисует в пространстве группу, состоящую из трех ангелов. Вы стоите перед картиной, и у вас является непосредственное ощущение: эти три ангела не могут упасть, совершенно естественно, что они парят, так как они взаимно поддерживаются силами, действующими в пространстве. Люди, которые благодаря указанному взаимодействию между внутренней душевностью и физическим телом усвоили себе эту внутреннюю динамику, эти люди чувствуют: так это должно быть, три ангела держатся в пространстве. Вы найдете это именно у многих более старых художников, у новейших гораздо меньше. Можно очень высоко ценить Неклина, но фигура, которая парит над его «Пьетой», вызывает у каждого такое чувство, что она может ежеминутно свалиться вниз; она не держится в пространстве.

Все эти разнонаправленные силы, которые человек ясно ощущает в пространстве, суть реальности, действительности — и из этого чувства пространства рождается все архитектурное искусство. Истинное подлинное искусство архитектуры проистекает не из чего другого, как из того, что в направлении линий, уже имеющихся в пространстве, закладываются камни или кирпичи, и таким образом делается видимым, благодаря внесению материи, то построение, которое идеально, духовно уже распределялось в пространстве. В наиболее чистом виде это чувство пространства имел греческий зодчий, который в своем храме во всех его формах выражал то, что живет в пространстве, что можно почувствовать в пространстве. Тот простой факт, что колонна поддерживает горизонтально или наклонно расположенные линии тел, есть воспроизведение содержащихся в пространстве духовных сил. И весь греческий храм есть не что иное, как заполнение материей того, что живет внутри пространства. Поэтому греческий храм есть чистейшая архитектоническая мысль, кристаллизованное пространство. И как бы странно это ни показалось современному человеку, греческий храм, являясь сложенной из мыслей физической телесностью, дает возможность тем существам, которых греки почитали как своих богов, воистину коснуться своим эфирным телом линий посвященных им зданий и обитать в них. Больше чем простой фразой являются слова, что греческий храм есть место, где обитает бог. Для того, кто действительно чувствует эти вещи, особенность греческого храма состоит в том, что мы можем представить себе: далеко кругом и в нем самом нет ни одного человека. Греческий храм не нуждается в человеке, который взирал бы на него или находился бы в нем. Представьте себе греческий храм, который стоит одиноко и вокруг во все стороны нет ни души. Тогда он больше всего суть то, чем он должен быть. Тогда он — место обитания бога, который может в нем жить в этих формах. Только так поймем мы греческое зодчество, чистейшее архитектурное искусство в мире.

Египетская архитектура, выраженная, например, в пирамиде, есть нечто совсем другое. Сейчас мы можем только коснуться этих вещей. Здесь пространственные отношения, пространственные линии располагаются так, что в своих формах они показывают пути души, воспаряющей в духовные миры. Исходя из путей, по которым душа направляется из физического мира вверх в мир духовный, даны нам те формы, которые выражаются в египетской пирамиде. Так в основе каждого рода архитектурного стиля мы имеем мысль, которую можно понять только исходя из духовности.

В романской архитектуре, которая имеет округлую арку и создает свои храмы таким образом, что в них имеется центральная часть и боковые приделы, а также поперечная часть и апсида, и, таким образом, все в целом имеет форму креста, увенчанную куполом — во всем этом мы имеем идею пространства, выросшую из идеи места погребения. Романское здание мы не можем мыслить подобно греческому храму. Греческий храм есть место обитания бога. Романский храм нельзя мыслить иначе, как только так, что он представляет собой место погребения. К нему необходимо принадлежит крипта, склеп; в нем не просто собираются люди, стоящие непосредственно в жизни, но его нужно мыслить так, что это есть место, объединяющее в себе все чувства, которые связаны с хранением и обереганием умерших.

В готическом здании вы имеете опять-таки нечто другое. Насколько правильно, что греческий храм мы можем представлять себе в совершенно безлюдной местности — и он будет все же наполнен, ибо он есть место, где обитает бог, — настолько же готический собор с его стрельчатыми арками немыслим без заполняющей его толпы верующих. Он не есть нечто завершенное. Когда он стоит один, то он не закончен. К нему принадлежат находящиеся в нем люди с их сложенными руками, сложенными наподобие стрельчатых арок. Он есть нечто целое только тогда, когда его пространство заполнено чувствами благоговения верующих. Это суть действенные, появляющиеся в нас силы, которые ощущаются в физическом теле как чувство вживания в пространство. Истинный художник чувствует таким образом пространство и передает его архитектонически.

Если мы перейдем теперь выше, к эфирному телу, то мы снова будем иметь то, что душевная внутренность усваивает себе ночью в духовном мире и приносит с собой, когда опять погружается в эфирное тело. Истинный ваятель, истинный скульптор ощущает то, что таким образом отражается в эфирном теле, и запечатлевает это в живых образах. Это уже не идея пространства, а скорее тенденция, показать и выявить в живых формах то, что ему представляется в природе. То, что греческий художник более осознанно знал тогда, например, о Зевсе, было принесено из духовного мира, оно оживало и чувствовалось при соприкосновении с эфирным телом.

Далее происходит такое же взаимодействие с тем, что мы называем душевным телом. Когда душевная внутренность соприкасается с душевным телом, то тем же путем возникает чувство направления проводимой линии, первых элементов живописи. И благодаря тому, что утром душа ощущающая соединяется с душевным телом и пронизывает его, возникает чувство в отношении гармонии красок. Так имеем мы три первые формы искусства, которые работают с внешними средствами, которые черпают свой материал из внешнего мира.

Но благодаря тому, что каждую ночь в астральный мир уходит душа разумная или душа ума, происходит опять-таки нечто другое. Когда в смысле духовного знания мы употребляем выражение «душа рассудочная» или «душа разумная», то мы не должны думать о сухом, трезвом рассудке, который представляют себе, когда в обычной жизни говорят о рассудке. Для духоведения «рассудок», «разум» есть чувство для восприятия гармонии, которая не может быть воплощена во внешнем веществе, чувство восприятия пережитой внутренней гармонии. И поэтому мы говорим «душа разумная» или «душа ума». И когда каждую ночь душа разумная или душа ума погружается в гармонию астрального мира и утром снова осознают себя их в астральном теле — в том самом астральном теле, которое возвращается из духовных миров, но которое ночью у современного человека не сознает своего собственного внутреннего существа, — тогда происходит следующее. Ночью душа разумная или душа ума живет в том, что мы всегда называли «гармониями сфер», внутренней закономерностью духовного мира, той гармонией сфер, на которую указывала древняя пифагорейская школа, и что обладающий восприятием в духовных мирах постигает как отношения великого духовного мира. На это указывал также Гете. Начало своего «Фауста» он перенес на небо и выразил это в словах:

Солнце озвучивает по древнему способу
В братских сферах соревнованья песнь,
И свое предписанное путешествие
Полнозавершает оно с громовым ходом.
(Фауст, I, Пролог В Небесах).

И он сохраняет тот же образ, когда во второй части, где Фауст снова поднят в духовный мир, он пишет слова:

Колоссальный шум возвещает приближение Солнца.
Слушайте! Слушай бурю Хоры!
Звучно будет для Духа-ушей
Уж новый день рожден.
Скальные врата скрипят грохоча,
Феба колеса катятся треща,
Какой шум приносит Свет!
Барабанит, трубит,
Глаз жмурится, и ухо изумляется,
Неслыханное не слышится.
Проскальзывает к венчикам цветов,
Глубже, глубже, безмолвно чтоб обитать,
В скалах, под листвой;
Относится это к вам, то есть вы глухой!
(Фауст, Ii, 1-Й Акт, Привлекательная Местность).

Это значит, что ночью душа живет в этих звучаниях сфер; и эти звучания сфер вспыхивают в ней, в то время как астральное тело осознает само себя. В творчестве композитора мы имеем не что иное, как процесс, в котором восприятия ночного сознания пронизывают дневное сознание, становятся воспоминанием, воспоминаниями об астральных переживаниях и, в частности, о переживаниях души разумной или души ума. Все, что человечество знает как музыкальное искусство — все это суть отпечатки, отображения того, что переживается бессознательно в гармониях сфер, и быть музыкально одаренным означает не что иное, как иметь такое астральное тело, которое в дневном состоянии является восприимчивым для того, что пронизывает его звучанием всю ночь. Быть немузыкальным, это значит иметь астральное тело в таком состоянии, что эти восприятия не могут состояться. В музыкальном искусстве человек переживает звучание духовного мира. И так как музыкальное искусство вносит в физический мир то, что может быть почерпнуто в астральном мире, то я и сказал, что оно приводит человека в связь с теми существами, которые имеют своим низшим членом астральное тело. С этими существами человек живет ночью; их деяния он переживает в гармонии сфер и выражает их в дневной жизни в своей земной музыке так, что эти гармонии сфер появляются в земной музыке как теневой образ. И когда то, что составляет элемент этих духовных существ, вливается здесь в земную сферу, проникает, парит и живет в нашей земной сфере, то они имеют возможность погрузить свое астральное тело в волнующееся море музыкальных звучаний, и таким образом благодаря искусству создается мост между этими духовными существами и человеком. Мы видим тогда, как на этой ступени возникает то, что мы называем музыкальным искусством.

Что же воспринимает душа сознательная, погружаясь ночью в духовный мир, не имея при этом возможности сознания в современном цикле развития человечества? Она воспринимает слова духовного мира. Она получает сообщения, которые нашептываются ей, которые она может получить только из духовного мира. Ей нашептываются слова, и когда эти слова переносятся в дневное сознание, то они появляются как основные силы поэтического искусства, поэзии. Так поэзия есть теневой образ того, что душа сознательная переживает в духовном мире во время сна ночью. И мы можем представить себе, что благодаря своей связи с высшими мирами — только благодаря ей — человек создает в пяти искусствах: в архитектуре, в скульптуре, живописи, музыке и поэзии — отражения, открытия духовной действительности здесь на нашей Земле. Разумеется, это происходит только тогда, когда искусство поднимается над чисто внешним, чувственным созерцанием. В простом подражании внешнему, в том, что в грубом смысле называют теперь натурализмом, нет ничего поэтического, что было бы принесено человеком из духовного мира. И это чисто подражательное внешнее искусство, которое мы сегодня имеем во многих областях, есть лишь доказательство того, что люди потеряли связь с божественно-духовным миром. Человек, который всеми своими интересами сливается с внешним физическим миром, в том, что признают и допускают только внешние органы чувств, действует благодаря этим интересам к внешнему физическому миру на свое астральное тело с такой силой, что оно становится слепым и глухим, когда ночью оно находится в духовном мире. Тогда могут раздаваться самые прекрасные звучания сфер, могут нашептываться самые высокие звуки слов, но оно ничего не приносит с собой в дневную жизнь! И такой человек насмехается над идеалистическим, над спиритуальным искусством и говорит, что искусство существует лишь для того, чтобы фотографировать внешнюю действительность, потому что только тогда оно имеет под ногами что-то реальное, подлинное.

Так говорит материалистически чувствующий и ощущающий человек, потому что он не знает реальностей духовного мира. Но истинный художник говорит другое. Он скажет, например: когда передо мной звучит оркестр, то я слышу говорящие мне тоны изначальной музыки, которая звучала уже, когда еще не было никакого человеческого уха, чтобы слушать ее. Он может также сказать: в том, что звучит в симфонии, лежит познание духовных миров, которое выше, значительнее всего, что может быть доказано логически и разъяснено в цепи умозаключений.

Оба эти высказывания сделал Рихард Вагнер, который хотел дать почувствовать человечеству, что там, где выступает истинное искусство, необходимо должен быть подъем над внешне-чувственным. Когда духовнонаучное воззрение говорит: в человеке живет нечто превышающее человека, нечто сверхчеловеческое, которое должно появиться все более и более совершенным в будущих инкарнациях, — то Вагнер передает это ощущение в словах: Я не хочу таких фигур, которые двигались бы по сцене как обыкновенные люди земной повседневности! — Он хочет людей, которые поднимались бы над повседневностью. Поэтому он берет мифические образы, которые имеют в себе более всеобъемлющее содержание, чем обыкновенные люди. Он ищет сверхчеловеческое в человеческом. Всего человека в целом, со всеми духовными мирами, которые изливают свой свет и озаряют человека физического круга Земли, хочет представить Рихард Вагнер в искусстве. Две фигуры стояли перед ним в несколько более раннем прошлом: Шекспир и Бетховен. Шекспир является ему в своих художественно-гениальных видениях таким, что он сказал: собрав все, что Шекспир дал человечеству, я вижу, что у него ходят по сцене фигуры, которые совершают поступки, действия. Действия — в данном случае слова суть также действия, — совершающиеся после того, как душа пережила в чувстве то, что не может быть представлено внешне в пространстве, то, что она имеет уже за собой. Душа пережила целую шкалу чувств от страдания и боли до радости и блаженства, и ощутила, как из того или другого нюанса проистекает то или иное действие. В драме Шекспира, считает Рихард Вагнер, все проявляется только в своем результате, когда оно принимает пространственный образ, когда оно становится внешним поступком. Это есть драматика, которая может показывать только лишь выведенное вовне внутреннее переживание; и человек может, самое большее, только предчувствовать, что живет в душе, когда перед глазами совершается это действие.

Рядом с этим перед ним встал образ симфониста, и он увидел в симфонии выражение того, что живет в душе во всей шкале ощущений от страдания и боли до радости и блаженства во всех нюансах. Это выражается в симфонии, говорил он себе, но не становится действием, не выходит вовне, в пространство. И он поставил перед своей душой образ, который вызвал в нем ощущения, что однажды это внутреннее как бы взорвалось в художественном творчестве, чтобы излиться вовне. Бетховен остается в своих творениях в музыкальном пространстве, из которого он вырывается только раз, в Девятой симфонии, где чувство вздымается с такой силой, что прокладывает себе путь словом.

Из этих двух видений искусства в его душе возникла идея соединить Бетховена и Шекспира! — И мы должны были бы пройти длинный путь, если бы захотели показать, как посредством своеобразного применения оркестра Рихард Вагнер пытается установить великое созвучие между Бетховеном и Шекспиром, чтобы внутреннее изживалось в звуке и в то же время вливалось в действие. Разговорный язык был для него недостаточным, так как он является средством для выражения событий физического плана. Только та речь, которая может быть дана в звуках пения, становится для него средством выражения того сверхчеловеческого, что перерастает физически-человеческое в человеке.

Теософия вовсе не должна высказываться только в словах, проявляться в мыслях. Теософия есть жизнь. Она живет в мировом процессе, и когда говорится, что она должна слить в одном великом потоке различные разъединенные душевные человеческие течения, го мы видим, как это же чувство живет в художнике, который стремится объединить отдельные выразительные средства искусства, чтобы в отдельном нашло себе выражение то, что живет в целом. Рихард Вагнер не хочет быть только музыкантом, только драматургом, только поэтом. Все, что мы видели изливающимся вниз из духовных миров, становится для него средством для соединения в физическом мире с чем-то еще более высоким, так как у него есть предчувствие того, что люди переживут, когда будут все больше и больше вживаться в предстоящую человечеству эпоху развития, в которой Самодух или Манас присоединится к тому, что человек принес с собой из древних времен. И предчувствие великого импульса человечества, объединяющего то, что проявилось в период разъединения, выступает у Рихарда Вагнера в слиянии отдельных средств художественной выразительности. В нем жило предчувствие того, какой будет человеческая культура, когда все, что душа переживает, будет погружено в принцип Самодуха или Манаса, когда вся полнота души будет погружена в духовные миры. С духовноисторической точки зрения имеет глубокое значение, что в искусстве для человечества зажглась первая утренняя заря того будущего, в котором все, что было завоевано человеком в отдельных областях, сольется в одной, общей культуре. В известном смысле, искусства суть провозвестники духовности, открывающейся в чувственном мире. И гораздо важнее отдельных высказываний Рихарда Вагнера в его прозаических сочинениях то общее настроение, которое в них живет, их все проникает, настроение религиозной мудрости, благоговения, которое особенно ярко сказалось в его гениальной статье о Бетховене, где вы должны читать главным образом между строк, но где вы можете почувствовать дыхание возвещающей о себе здесь утренней зари.

Так видим мы, что духовнонаучная точка зрения может углубить понимание того, что выполняет и делает человек. Мы видели сегодня, как в области искусств человек создает то, благодаря чему, если можно так сказать, около него могут жить боги; создает в земной области место для пребывания богов. Если духоведение должно довести до сознания человека, что духовность связана с физической жизнью, то искусство, без сомнения, осуществило это на деле в физической жизни. И духовное искусство будет всегда пронизывать нашу культуру, если только люди будут погружаться своими душами в духовность. Благодаря таким рассмотрениям, то, что обычно сообщается в духовной науке как учение, как мировоззрение, расширяется до степени импульсов, которые пронизывают нашу жизнь и могут сказать нам, что необходимо и что должно быть. В музыкально-поэтическом искусстве Вагнера впервые взошла первая звезда, которая посылает свет духовной жизни Земли. Вес больше и больше должен расширяться этот жизненный импульс, пока вся жизнь не станет отражением души.

Все, что выступает перед нами, может стать отражением души. Не берите это внешне, но примите как то, что может быть почерпнуто из духовной науки. Припомните, как в прошлых столетиях в каждом дверном замке, в каждом ключе нас встречало то, что было отражением чувств и ощущений ремесленника. То же будет, когда в человечестве снова выступит истинная духовная жизнь, и все, что предстает нам внешне, снова явится как отражение души. Профанация сооружений останется профанацией только до тех пор, пока человек не способен запечатлеть в них дух. Дух может быть запечатлен во всем. Перед нами может вспыхнуть образ вокзала, задуманного художественно. Сейчас у нас этого нет. Но когда будут снова чувствовать, чем должны быть формы, тогда почувствуют, что и локомотив можно оформить архитектонично, и что вокзал мог бы быть тем, что относится к локомотиву как внешняя оболочка того, что выражает локомотив в своих архитектонических формах. Но они выступят как две части одного общего целого, только когда мы будет мыслить их архитектонично. Но тогда будет также небезразлично, как мы воспринимаем правую и левую сторону в формах.

Когда человек узнает, как во внешнем выражается внутреннее, тогда наступит также новая культура. Было время, когда еще не существовало никакой романской архитектуры, никакой готики, тогда те, кто несли в своей душе новую восходящую культуру, сходились в глубине катакомб древнего римского города. И то, что в них жило, что только в скудных формах могло быть запечатлено в древних подземных пещерах, как вы находите это на гробницах, это начинало тогда восходить и стало потом тем, что является нам в романской арке, в романской колонне, в апсиде. Мысль была внесена в мир. Если бы первые христиане не носили в душе этих мыслей, то перед нами не выступило бы то, что стало потом мировой культурой. Теософ чувствует себя теософом только тогда, когда сознает, что носит в своей душе будущую культуру. И пусть тогда другие скажут ему: что же ты уже сделал? — он скажет себе: да, но что сделали христиане катакомб, и что из этого стало!

Постараемся же то, что живет в нашей душе во время наших собраний как некоторый импульс ощущения, расширить в духе, подобно тому, как мысли христиан могли бы расшириться в чудеса арок позднейшего собора. Представим себе это в часы, когда мы сидим здесь все вместе, расширенным во внешний мир, вынесенным в мир. Тогда мы несем в себе те импульсы, которые мы должны иметь, если мы сознаем, что теософия должна быть не пристрастием отдельных сидящих здесь людей, а тем, что должно быть внесено во внешний мир. Души, которые сидят здесь в своих телах, найдут, когда воплотятся опять, уже осуществленным многое из того, что теперь живет в них. Унесем же с собой на летний отдых эти мысли с нашего последнего в настоящем сезоне собрания. Преобразуем эти духовнонаучные мысли так, чтобы они могли действовать как культурные импульсы. Постараемся наполнить нашу душу этими ощущениями и чувствами, и будем жить в них навстречу летнему сиянию Солнца, которое являет нам внешне, в физическом, действенную космическую силу. Тогда наша душа будет все больше и больше способна и готова нести во внешний мир то, что она переживает в духовных мирах. Это принадлежит к развитию теософа. И таким образом мы продвинемся вперед и окрепнем, если возьмем с собой эти чувства и ощущения на летний отдых.

Действие ангелов в астральном теле человека.

Антропософское духопостижение не должно быть просто теоретическим мировосприятием, оно должно быть жизненным содержанием и жизненной силой.

И только если мы окажемся в состоянии укрепить в нас наше антропософское мировоззрение настолько, что действительно станет в нас действительно жизнеспособным, только тогда исполнит оно свою задачу.

Ибо, дорогие друзья, соединяя свои души с антропософским духопостижением, мы, в некотором отношении, стали стражами вполне определенных значительных процессов в развитии человечества.

Ведь люди, стремящиеся обычно к тому или иному мировоззрению, как правило, убеждены, что мысли и представления, кроме того, чем они являются в их душах, не имеют иного значения в мировой взаимосвязи. Люди с подобным мировоззрением думают: мысли и представления будут вживаться в мир в качестве идеалов настолько, насколько человеку удастся, выполняя лишь действия в чувственном мире, применить их на деле.

Антропософская нравственность предполагает ясное осознание того, что наши мысли и представления нуждаются для своего воплощения еще и в других путях, нежели то, что свершается благодаря нашим чувственным деяниям, нашим деяниям в чувственном мире.

В познании этой жизненной необходимости уже содержится требование, чтобы антропософ некоторым образом был причастен наблюдению за знамениями времени. Весьма многое происходит в развитии миров; человеку, особенно человеку нашей эпохи, надлежит приобрести действительное понимание того, что происходит в развитии миров, в которое включен он сам.

Видите ли, что касается отдельного человека, то всякий знает, что следует принимать во внимание его развитие, а не только лишь внешние события, происходящие вокруг него. Представьте себе, грубо говоря, если так можно выразиться, те внешние чувственные события, которые происходят в данный момент, которые совершаются вокруг людей в возрасте 5-ти, 10-ти, 20-ти, 30-ти, 50-ти, 70-ти лет. Однако ни один разумный человек не будет требовать, чтобы отношение к этим фактам было одинаковым у 5-летнего, 10-, 20-, 30-, 50-, 70-летнего. Отношение людей к внешней среде можно определить, только принимая во внимание развитие самого человека. Относительно отдельного человека с этим согласится каждый.

Но подобно тому, как отдельный человек подлежит определенному развитию, подобно тому, как он имеет силы различного рода, будучи ребенком, в среднем возрасте и будучи стариком, так и человечество в ходе развития обладает все иными и иными силами, и, так сказать, лишь спящий в отношении развития миров не замечает того, что в своем существе человечество в ХХ столетии есть нечто иное, чем оно было в ХV столетии или даже в времена Мистерии Голгофы, или еще раньше. То, что не хотят видеть того, что я только что сказал, что люди думают, что о человеке или человечестве можно говорить слишком абстрактно, и не нужно знать того, что это человечество подлежит определенному развитию, относится к величайшим недостаткам, заблуждениям и путанице нашего времени.

Спрашивается, как можно прийти к пониманию этих вещей? Вы знаете: мы уже часто говорили о самом основном в этом развитии. В греко-латинскую эпоху, с VIII столетия до христианской эры приблизительно до ХV ст. христианского летоисчисления, мы имеем дело с так называемой культурной эпохой души рассудочной или души характера; а с ХV ст. — с культурной эпохой души сознательной. Этим мы охарактеризовали главное в развитии человечества, поскольку именно это относится к нашему времени. Благодаря этому мы знаем, что главной силой, на которую рассчитывается в развитии человечества с ХV ст. вплоть до 3-го тысячелетия, до начала его, является душа сознательная.

Но, дорогие друзья, в духовной науке, в настоящей духовной науке никогда нельзя довольствоваться общими и абстрактными истинами, всюду надо стараться постигать конкретные факты. Абстракции в лучшем случае могут лишь удовлетворить любопытство в самом обычном смысле. Если духовную науку хотят превратить в содержание, в силу всей своей жизни, то надо быть серьезнее, нежели просто любопытным, тогда нельзя оставаться при таких абстракциях, какую я только что приводил. Что мы живем в эпоху души сознательной, что в расчет принимается преимущественно выработка души сознательной, — это совершенно правильно и это также очень важно, но на этом останавливаться нельзя.

Если мы хотим прийти к определенному взгляду на эти вещи, мы должны, прежде всего, несколько точнее взглянуть на существо самого человека. Поскольку мы суть люди, в духовно-научном смысле, — идя сверху вниз, — мы расчленяемся: на «Я», на астральное тело, на эфирное тело, которое я недавно назвал также телом формообразующих сил, и на физическое тело. Из всех этих членов человеческой природы только «Я» является тем членом, в котором мы живем и созидаем душевно-духовно прежде всего. Ведь «Я» дано нашим земным развитием и управляющими им Духами Формы. В основном, все входящее в наше сознание, входит в наше сознание через наше «Я». И, если «Я» развивается таким образом, чтобы — пусть даже посредством других тел — уметь находиться в связи с внешним миром, то тогда мы обладаем сознанием не больше, чем с момента засыпания до момента пробуждения. «Я» есть то, что связывает нас с нашим окружением; астральным телом мы наделены благодаря нашему лунному развитию, предшествовавшему нашему земному развитию; наше эфирное тело мы получили в предшествовавшем ему солнечном развитии; физическое тело в своих первых зачатках — благодаря сатурническому развитию.

Если вы пройдете описание этих тел в «Очерке тайноведения», вы увидите, каким сложным образом образовалось то, чем является сегодня человек, состоящий из четырех охарактеризованных членов. Разве мы не видим из фактов, передаваемых нам «Тайноведением», что в этом расчленении человеческого существа на 3 оболочки принимали участие всевозможные Иерархии? Разве мы не видим, что то, что облекло нас как физическое тело, как эфирное тело, как астральное тело, — очень и очень сложной природы? И не только, чтобы эти Иерархии сотрудничали в созидании этих оболочек, — они все еще работают внутри них. И тот, кто думает, что человек — это простое соединение из костей, крови, мяса и т. д., как о нем рассказывают нам обычное естествознание, физиология или биология, или анатомия, — тот не понимает человека.

Если приблизиться к реальности этих человеческих оболочек, если увидеть эти человеческие оболочки в их истине, тогда видно, как одно в другом работают планомерно, мудро работают одно в другом во всем том, что вне нашего сознания происходит в наших телесных оболочках, духовные сущности высших Иерархий. Из беглых, я бы сказал, очерков, сделанных мною в моем «Тайноведении» относительно взаимодействия отдельных духов высших Иерархий в сотворении человека, вы сможете понять, насколько сложно все в отдельности. И тем не менее: если мы хотим понять человека, то и к этим вещам надо приближаться все более и более по отдельности, все конкретнее и конкретнее.

В этой области даже выделение какого-нибудь конкретного вопроса необычайно трудно, эти конкретные вопросы необычайно сложны. Представьте себе, если бы кто-нибудь спросил: «Что делает в современном цикле развития человечества, в 1918 году в эфирном теле человека, скажем, Иерархия Серафимов или Сил?». Ибо этот вопрос можно поставить так же легко, как, скажем, вопрос: «Идет ли сейчас в Лугано дождь или нет?».

Разумеется, и один и другой вопрос одинаково мало можно решить посредством лишь размышления или теорий: нужно обратиться к фактам. Так же, как посредством хотя бы телеграммы или письма, или иначе надо справиться, идет ли сейчас дождь в Лугано или нет, так и путем действительного проникновения в факты надо осведомляться о чем-либо, вроде: «Какую задачу в современной эпохе человечества имеют именно Духи Мудрости или Престолы относительно, скажем, эфирного человеческого тела?». Но такой вопрос, как только что поставленный, необычайно сложен, и мы, до известной степени, можем лишь приближаться постепенно к областям, где появляются подобные вопросы. В этой области действительно устроено так, чтобы человек не взлетал в небеса и чтобы он не возгордился в своем стремлении к истинному познанию.

В известном смысле ближайшие перспективы, непосредственно касающиеся нас, — это те, которые мы можем ясно видеть. Но мы должны их ясно увидеть, если не хотим спать в отношении нашей включенности в человеческое развитие.

И я буду говорить с вами о вопросе, не таком неопределенном и неясном хотя он весьма конкретен — как этот вопрос: «Что делают Силы и Престолы в нашем эфирном теле?». Я буду говорить сейчас о другом вопросе, который не столь неясен, не столь неопределенен, но даже должен подступить к современному человеку. Это вопрос: «Что делают в современную эпоху развития человечества Ангелы, ближайшие существа, действующие в астральном теле человека?».

Созерцая нашу внутреннюю сущность, мы видим, что астральное тело находится ближе всего к нашему человеческому «Я». Стало быть, можно надеяться, что ответ на только что поставленный вопрос мог бы представить для нас жизненный интерес. Ангелы являются ближайшей Иерархией над самой человеческой Иерархией. Итак, мы поставили скромный вопрос; дальше мы увидим, как важен для нас ответ на этот вопрос: «Что делают именно сейчас, в нашем жизненном возрасте человечества, протекающем через ХХ столетие, в этом жизненном возрасте человечества, который начался в ХV столетии и будет продолжаться до середины 4-го тысячелетия, что делают Ангелы в человеческом астральном теле?».

Что же можно сказать об этом вообще, дорогие друзья, как отвечать на этот вопрос? Можно сказать: лишь духовное исследование, если оно проводится со всей серьезностью и не является игрой представлений или игрой слов, то оно действительно работает на ту область, в которой духовный мир становится зримым. И это близлежащее действительно может наблюдаться, — но, в сущности, плодотворный ответ на этот вопрос возможен только в эпохе самой души сознательной.

Вы могли бы подумать: если бы такой вопрос возник в других эпохах, и на него надо было бы отвечать, то по всей вероятности, нашелся бы и ответ… Но не в эпоху атавистического ясновидения, ни в эпоху греко-латинской культуры на этот вопрос не был возможен ответ — по той простой причине, что образы, получаемые в душе в атавистическом ясновидении, затемняли наблюдения над действиями Ангелов в нашем астральном теле. Ничего нельзя было увидеть именно потому, что имелись образы, даваемые атавистическим ясновидением. А в греко-латинскую эпоху мышление еще не было настолько сильным, как сейчас… Мышление укрепилось, укрепилось именно благодаря естественнонаучной эпохе. Так что эпоха души сознательной является той эпохой, в которой возможно сознательное проникновение также и в такие вопросы, как только что поставленный.

Плодотворность нашей духовной науки для жизни должна проявляться как раз в том, что мы не ограничиваемся теориями, а можем сказать вещи, имеющие для жизни решающее значение.

Что делают Ангелы в нашем астральном теле? Мы можем только тогда убедиться в том, что они там делают, когда мы поднимаемся до соответствующей степени ясновидческого наблюдения, так что можно видеть то, что происходит внутри нашего астрального тела. Итак, для ответа на указанный вопрос надо подняться до соответственной степени — самое меньшее — имагинативного познания.

Тогда окажется, что эти существа из Иерархии Ангелов и известным образом каждый Ангел в отдельности, имеющий свою задачу для каждого человека, но также главным образом — посредством их взаимодействия формируют в человеческом астральном теле образы. Не поднявшись до имагинативного познания, мы не знаем о том, что в нашем астральном теле непрерывно формируются образы. Эти образы возникают и исчезают. Если бы эти образы не формировались, тогда не было бы развития человечества в будущее, соответствующего намерениям Духов Формы. То, чего Духи Формы хотят достигнуть вместе с нами в конце земного развития и далее, это они должны сперва развивать в образах; а из образов позже возникает преобразованное человечество, действительность. И эти образы в нашем астральном теле Духами Формы формируются уже сегодня посредством Ангелов. Ангелы формируют образы в человеческом астральном теле, — образы, которые можно постигнуть развитым до ясновидения мышлением. И если возможно проследить за этими образами, которые Ангелы формируют в нашем астральном теле, окажется, дорогие друзья, что эти образы формируются согласно вполне определенным импульсам, по вполне определенным принципам. А именно, они формируются так, что в том, как возникают эти образы, до некоторой степени заложены силы для будущего развития человечества. Наблюдая Ангелов при этой их работе — хотя это и звучит странно, но приходится выразиться так — мы видим, что эти Ангелы при этой их работе имеют вполне определенное намерение в отношении будущей социальной структуры человеческой земной жизни; и они хотят породить в человеческих астральных телах такие образы, которые влекут за собой вполне определенные социальные состояния в человеческой совместной жизни будущего.

Люди могут сопротивляться признанию того, что Ангелы хотят вызвать в них идеалы будущего, но тем не менее это так. Причем в этом образоформировании, проводимом Ангелами, действует вполне определенный закон; действует закон, состоящий в том, что в будущем ни один человек не должен находить покоя в наслаждении счастьем в том время, как другие рядом с ним несчастны. Господствует определенный импульс абсолютнейшего братства, абсолютнейшего единения человеческого рода — верно понимаемого братства — в согласии с социальным положением в физической жизни.

Это одно, одна точка зрения, согласно которой мы видим, что Ангелы формируют образы в человеческом астральном теле. Но имеется еще и второй импульс, с точки зрения которого формируют эти Ангелы, а именно: они преследуют не только определенные намерения относительно внешней социальной жизни, но они преследуют также определенные намерения относительно человеческой души, относительно душевной жизни людей. Относительно душевной жизни людей, посредством своих образов, запечатлеваемых ими в астральном теле, они преследуют ту цель, чтобы в будущем каждый человек видел в каждом другом человеке скрытое божественное.

Итак, надо заметить, дорогие друзья: все должно стать иным согласно замыслам, лежащим в основе работы Ангелов. Должно быть так, чтобы мы не смотрели на человека, в некоторой степени, как на высокоразвитое животное согласно лишь его физическим свойствам — ни в теории, ни в практике, но чтобы мы шли навстречу каждому человеку с вполне развитым чувством: в человеке проявляется нечто, что открывается из божественных мировых основ, открывается через плоть и кровь. Ангелами вкладывается в образы то, чтобы со всей возможной серьезностью, силой, пониманием человек воспринимался как образ, открывающийся из духовного мира.

Когда-нибудь, если это осуществится, это будет иметь вполне определенное последствие. Всякая свободная религиозность, которая разовьется в будущем у человека, будет покоиться на том, чтобы в непосредственной жизненной практике, а не только в теории, в каждом человеке действительно признавалось подобие Божества. Тогда не сможет существовать никакое религиозное принуждение, и в этом не будет надобности, так как встреча любого человека с любым человеком с самого начала будет религиозным действием, таинством, и чтобы поддерживать религиозную жизнь, никому не понадобится особой церкви, имеющей внешние учреждения на физическом плане. Церковь — если она сама правильно поймет свою задачу, — может иметь лишь одну цель — сделать себя ненужной на физическом плане, так как вся жизнь становится выражением сверхчувственного.

В основе импульсов ангельской деятельности лежит по крайней мере следующее: излить на человека совершенную свободу религиозной жизни. И третье, что лежит в основе: дать людям возможность достижения духа посредством мышления, посредством мышления перешагнуть разделяющую пропасть и прийти к переживанию в духовном.

Духовную науку — Духу, религиозную свободу — душе, братство — телам; это звучит словно мировая музыка в деятельности Ангелов в человеческих астральных телах.

Так вот, дело обстоит так, что мы живем в эпоху души сознательной, а в эту эпоху души сознательной Ангелы делают в человеческом астральном теле то, о чем я вам только что рассказал: люди постепенно должны сознательно прийти к постижению того, о чем я вам только что рассказал. Это относится к человеческому развитию. Как же вообще прийти к тому, чтобы говорить нечто такое, как то, что я только что высказал? Где, так сказать, находится эта деятельность?

Эта деятельность еще находится сегодня в спящем человеке. Ее можно найти в состояниях сна человека от засыпания до пробуждения; ее можно найти также и в состояниях бодрственного сна. Я часто говорил о том, что люди, несмотря на то, что они находятся в бодрственном состоянии, фактически просыпают всю свою жизнь относительно самых важных событий. И я могу вас заверить, хотя это и не очень отрадно, что сегодня действительно — если сознательно идти сквозь жизнь — найдется много спящих людей. Они не интересуются тем, что происходит в мире, не тревожатся о нем, не связывают себя с ним. То, что отходит в прошлое при великих мировых событиях, проходит мимо них, как проходит мимо спящего то, что происходит в городе… Хотя внешне люди как будто бодрствуют. Но как раз тогда, когда люди, именно бодрствуя, просыпают что-нибудь особенное, тогда обнаруживается, как в их астральных телах — совсем независимо от того, что они хотят или чего они не хотят знать — совершается эта важная работа Ангелов, о которой я говорил. Такие вещи происходят многократно таким способом, который людям должен казаться весьма загадочным, весьма парадоксальным, так как многие считают совершенно недостойным останавливаться на том или ином в связи с духовным миром. Но, в действительности, подобный человек, в настоящей его инкарнации, является ни кем иным, как, прежде всего, чудовищным соней, просыпающим все, что происходит вокруг него, а в его астральном теле работает Ангел, Ангел в сообществе Ангелов, работающих над будущим человечества. Его астральное тело все-таки используется, и в его астральном теле можно наблюдать подобные явления.

Но дело ведь в том, чтобы как раз нечто такое пробивалось в человеческое сознание. Душа сознательная должна быть возвышена до признания того, что может быть найдено только таким способом.

После того, как мы сделали эти предварительные замечания, вы поймете, мои дорогие друзья, если я обращу ваше внимание на то, что именно эта эпоха души сознательной устремлена к вполне определенному событию, и что поскольку мы имеем дело с душой сознательной — от человека будет зависеть, как это событие будет происходить в развитии человечества.

Видите ли, это событие может наступить столетием позже или раньше, но оно, собственно, должно войти в сферу человеческого развития. И это событие можно охарактеризовать именно так: исключительно своей душой сознательной, посредством сознательного мышления люди должны прийти к созерцанию того, как действуют Ангелы, подготавливая будущее человечества, такой практической жизненной мудростью, чтобы люди могли быть твердо убеждены: их собственное благо в мудрости состоит в том, чтобы признать, что Ангелы хотят того, что я охарактеризовал.

Но человеческий род относительно своего приближения к свободе ушел так далеко, что уже от самого человеческого рода зависит, проспит ли он упомянутое событие или же с полным сознанием захочет пойти ему навстречу. Что это значит: пойти с полным сознанием ему навстречу? Видите ли, пойти навстречу ему с полным сознанием значит следующее: сегодня можно изучать духовную науку (наука уже существует), поистине, не нужно ничего иного, как изучать духовную науку. Если помимо всего этого делают еще и всевозможные медитации, если учитывают то, что дано в таких практических руководствах, как «Как достигнуть познания высших миров?», то содействуют этому и далее. Но необходимое происходит уже тогда, когда изучают и правильно, сознательно понимают духовную науку. Сегодня уже можно, не приобретая ясновидческих способностей, изучать духовную науку; это может любой человек, не преграждающий себе пути предрассудками. И если люди все больше и больше будут изучать духовную науку, если они усвоят представления и идеи, даваемые духовной наукой, то тогда их сознание пробудится настолько, что некоторые события будут не проспаны, а пройдены сознательно.

Эти события мы можем охарактеризовать еще точнее: ибо то, что мы знаем о том, что делает Ангел, является, в сущности, лишь подготовлением. Главное состоит в том, что в один определенный момент — как уже сказано, в зависимости от того, как человечество будет к этому относиться, этот момент может наступить раньше или позже, или, в самом худшем случае, вовсе не наступить — но то, что должно наступить, состоит в том, что человечеству посредством его ангельского мира будет показано троякое.

Во-первых: будет показано, как в действительности можно постигнуть более глубокую сторону человеческой природы посредством наинепосредственнейшего человеческого интереса. Да, дорогие друзья, придет время, которое люди не должны проспать, когда через своего Ангела люди воспримут из духовных миров побудительные импульсы, сводящиеся к тому, чтобы мы имели к каждому человеку гораздо больший интерес, нежели мы склонны иметь ныне. Повышение интереса к нашим ближним должно развиваться не просто субъективно, как это столь удобно развивать в себе, но рывком, — так в человека со стороны духовного действительно вливается известная тайна… чем является другой человек. Под этим я подразумеваю нечто весьма конкретное не какое-нибудь теоретическое соображение. Люди узнают нечто, что сможет заинтересовать их в каждом человеке. Это одно, и оно совсем особым образом завоюет социальную жизнь.

А вторым будет то, что Ангел неотразимо будет показывать человеку из духовного мира, что Христовый импульс, помимо всего остального, обуславливает для человека полную религиозную свободу, что только то является подлинным христианством, что делает возможным абсолютную свободу религии.

И третье — это неотвратимое постижение духовной природы мира. Это событие, как сказано, должно наступить таким образом, чтобы душа сознательная человека имела к нему определенное отношение. Это предстоит человечеству в его развитии. Ибо над этим работает посредством своих образов в человеческом астральном теле Ангел.

Но теперь я обращаю ваше внимание на то, что это предстоящее событие уже вложено в человеческую волю. Ведь люди могут много упускать. И сегодня многие упускают еще многое из того, что должно вести к бодрственному переживанию указанного момента.

Но, как вы уже знаете, в развитии миров имеются и другие существа, интерес которых состоит в том, чтобы свести человека с пути: это существа ариманические и люциферические. То, о чем я говорил только что, заложено в божественном развитии человека. В сущности, человек должен был бы, если бы он был предоставлен его собственной природе, прийти к созерцанию того, что развивает Ангел в его астральном теле, но люциферическое развитие стремится к тому, чтобы оттеснить человека от прозрения работы Иерархии Ангелов. И эти люциферические существа действуют, чтобы оттеснить человека, следующим образом: они делают это так, что препятствуют свободной воле человека. Они стараются затемнить для человека практику его свободной воли, делая его, правда, добрым существом. — Люцифер, с точки зрения, которой я касаюсь теперь, стремится именно к добру, к духовному для человека, но он хочет сделать это автоматически, без свободной воли… Это должно, в известной степени, автоматически перенести человека в ясновидение, согласно добрым принципам… Но Люцифер хочет отнять у человека его свободную волю, способность ко злу. Люциферические существа хотят сделать его таким, чтобы, хотя и из духа, он поступал бы, как духовное отражение: то есть, без свободной воли. Они хотят сделать его автоматичным, эти люциферические существа.

Это связано с весьма определенными тайнами развития. Люциферические существа — это, как вы знаете, существа, остановившиеся на других ступенях развития, которые вносят нечто чужеродное в нормальное развитие. Эти люциферические существа высоко заинтересованы в том, чтобы завладеть человеком так, чтобы он не пришел к свободной воле, так как и сами они не завоевали свободной воли. Ведь свободная воля может быть завоевана только на Земле, а они не хотят иметь ничего общего с Землей, они хотят лишь сатурнического, солнечного и лунного развития, остановиться на этом и не иметь ничего общего с земным развитием. Они, эти люциферические существа, в известной степени ненавидят свободную волю человека. Они действуют высокодуховно, но они действуют автоматически, — это необычайно важно, — и они хотят поднять человека до своей высоты, до своей духовной высоты. Они хотят сделать его автоматичным, — духовным, но автоматичным. Таким образом, с одной стороны, может появиться опасность, что человек, если он слишком рано, до того, как начнет полностью функционировать его душа сознательная, сделается духовно-автоматически действующим существом, проспит то Откровение, которое должно наступить и которое я вам только что охарактеризовал.

Но также и ариманические существа противодействуют этому Откровению. Они не стремятся к тому, чтобы сделать человека особенно духовным, но они стремятся к тому, чтобы умертвить в человеке сознание его Духовности. Они стремятся к тому, чтобы привить человеку воззрение, что он является, в сущности, всего лишь развитым до совершенства животным. В самом деле, это Ариман является великим учителем материалистического дарвинизма. Ариман также является учителем всей технической и практической деятельности в земном развитии, который не хочет признавать ничего, кроме внешней чувственной человеческой жизни и который стремится иметь лишь развитую технику, чтобы человек рафинированным образом удовлетворял те же потребности в еде и питье и другие потребности, которые удовлетворяют и животные. Ариманические духи стремятся в наше время умерщвлять, затемнять в человеке для души сознательной, то есть посредством всевозможных рафинированных способов, сознание того, что он — отражение Божества.

На ранних этапах ариманическим духам не было бы никакой пользы от затемнения посредством теорий истины для человека. Почему? Еще во время греко-латинской эпохи, в еще в более ранних эпохах, в которых человек еще обладал атавистическим ясновидением, образами, было совершенно все равно, как человек думал; у него были его образы — посредством своих образов он видел в духовных мирах. То, что Ариман внушил бы ему относительно его связи с животным, не имело бы никакого значения для его образа жизни.

Мышление стало сильным — можно было бы сказать, сильным в своем бессилии — лишь в нашей пятой послеатлантической эпохе, начиная с ХV столетия. Лишь с этого времени мышление стало пригодным к тому, чтобы ввести душу сознательную в духовную область, но вместе с тем и к тому, чтобы воспрепятствовать ей войти в духовный мир. Только теперь мы переживаем время, в котором теория, наука сознательно похищают у человека его Божественность и опыты о Божественном. И это возможно только в эпоху души сознательной.

Поэтому ариманические существа стремятся к распространению среди людей таких учений, которые затемняют божественное происхождение человека.

Из указания на эти течения, противодействующие нормальному божественному развитию человека, можно судить о том, как нужно устраивать свою жизнь, чтобы не проспать именно то, о чем говорилось, что должно войти как откровение в человеческое развитие. Иначе возникнет большая опасность. И человек должен внимательно отнестись к этой опасности, иначе вместо многозначительного события, которое должно могущественно проникнуть в будущее формирование развития Земли, наступит то, что может стать поистине опасным для этого развития Земли.

Видите ли, определенные духовные существа достигают своего развития посредством человека, тем, что человек развивается вместе с ними. Ангелы, развивающие свои образы в человеческом астральном теле, развивают эти образы, разумеется, не ради игры, но для того, чтобы чего-то достигнуть этим. Но поскольку то, что должно быть достигнуто, должно быть достигнуто именно в земном человечестве, то ведь вся история стала бы игрой, если бы люди, достигнув души сознательной, сознательно пренебрегли этими вещами. Ведь все это сделалось бы игрой. Ангелы занимались бы лишь игрой, развивая человеческие астральные тела! Только благодаря тому, что это осуществляется в человечестве, только благодаря этому это не игра, а серьезность.

Из этого мы можем понять, что работа Ангелов должна оставаться серьезной при любых обстоятельствах. Подумайте, что было бы за кулисами бытия, если бы люди своей сонливостью просто могли превратить работу Ангелов в игру.

А если бы все-таки случилось! Если бы земное человечество упорствовало при этом и проспало важное духовное событие откровения будущего! Если бы оно, например, проспало среднюю часть, — относящуюся к религиозной свободе, — если бы оно проспало повторение Мистерии Голгофы на эфирном плане, о котором я часто говорил, — новое появление эфирного Христа, — если бы оно проспало это, или другие вещи, тогда того, что должно было быть достигнуто посредством образов в человеческом астральном теле, Ангелы добивались бы на иных путях. И то, чего люди не дали бы достигнуть в своем астральном теле, делаясь бодрственными, — достигалось бы в этом случае таким образом, что Ангелы осуществляли бы свои намерения посредством спящих человеческих тел. Итак, то, что люди проспали бы в своем бодрственном состоянии и чего Ангелы потому не смогли бы достигнуть, достигалось бы при помощи лежащих в постели во время сна человеческих физических и эфирных тел. В них искались бы силы для достижения того, чего не удавалось бы достигнуть с бодрствующими людьми в то время, когда бодрствующие души находятся внутри эфирного тела и физического тела. Это достигается со спящими эфирными и физическими телами, когда люди, которые должны были бодрствовать, будут в состоянии сна находиться вовне со своим «Я» и своим астральным телом.

В этом заключается большая опасность для эпохи души сознательной. Это то событие, которое могло бы еще произойти, если бы люди не захотели обратиться к духовной жизни. Ведь мы совсем недалеко от начала 3-го тысячелетия! Ведь, как известно, 3-е тысячелетие начинается с 2000-го года. Пока что еще могло бы случиться так, что то, что должно быть достигнуто для Ангелов через их работу, должно было бы достигаться — вместо того, чтобы это достигалось в бодрствующих людях, — в спящих телах людей, то есть, что Ангелы должны были бы извлечь всю свою работу из астрального тела человека, чтобы погрузить ее в эфирное тело человека, дабы она могла осуществиться. Но человек не участвовал бы в этом! Так, это должно осуществляться в эфирном теле, если человек не присутствует при этом. Ибо, если бы человек присутствовал при этом в бодрственном состоянии, он помешал бы этому.

Сейчас я развил перед вами общее понятие о положении вещей. Но что произошло бы, если бы Ангелы должны были провести такую работу в эфирных телах людей и в физических телах людей без присутствия при этом самих людей, когда они спят?

В результате этого, дорогие друзья, в человеческом развитии неизбежно наступило бы троякое. Во-первых, в спящих человеческих телах — как раз когда человек спит, не присутствуя при этом своим «Я» и своим астральным телом порождалось бы нечто, что он позже находил бы, но не через свободу, а находил бы тогда, когда он просыпается утром; все время находил бы он… Это будет инстинкт вместо сознания свободы, и потому это будет вредно. Причем вредными грозят стать определенные инстинктивные познания, которые должны войти в человеческую природу и которые связаны с мистерией рождения и зачатия (соnсерtiо), со всей сексуальной жизнью… если должна будет наступить опасность, о которой я говорил: что определенные Ангелы сами переживали бы тогда определенное изменение, о котором я не могу говорить, потому что это изменение принадлежит к тем высшим тайнам науки инициации, о которой сегодня еще не должно говориться. Но, пожалуй, можно сказать: то, что происходит в развитии человека, состояло бы в том, что — вместо того, чтобы это происходило в ясном, бодрственном сознании, полезным образом вредным, разрушительным образом в сексуальной сущности выступили бы определенные инстинкты; инстинкты, которые означали бы не просто заблуждение, но которые перешли бы в социальную жизнь, внесли бы заблуждения в социальную жизнь. Прежде всего это стало бы препятствием для людей — через то, что вошло бы тогда в их кровь в результате социальной жизни — непременно стало бы препятствием для развития какого бы то ни было братства на Земле, но люди стали бы все время восставать против братства. Это сделалось бы инстинктом.

Итак, настает решающий момент, когда, в известной степени, можно будет повернуться направо… но тогда надо быть бдительным — или будет повернуто налево… тогда можно спать, но тогда появятся инстинкты, которые будут ужасны!

Что тогда скажут естествоиспытатели, когда появятся такие инстинкты? Да, естествоиспытатели скажут: «Это природная необходимость, это должно было прийти, это заложено в развитии человечества».

Ведь посредством естествознания нельзя предостеречь об этих вещах. Потому что естественно-научно было бы объяснимо и если бы люди становились ангелами, и если бы они становились чертями! В обоих случаях естествознание может сказать одно и то же: «Это произошло как следствие из того, что было раньше»… Такова великая мудрость причинно-следственного объяснения природы. Естествознание ничего не заметит относительно события, о котором я вам говорил, ибо оно, разумеется, будет считать естественной необходимостью то, что люди станут наполовину чертями вследствие своих сексуальных инстинктов. Итак, естественно-научно эти вещи вовсе не объяснимы, ибо что бы ни случилось, все объяснимо согласно естествознанию.

Такие вещи прозреваемы только в духовном познании, только в сверхчувственном познании. Это во-первых.

Во-вторых, из этой работы, из этой вызывающей изменения для Ангелов работы, для человечества следует еще вопрос: инстинктивное познание некоторых лечебных средств — но вредное познание некоторых лечебных средств!

Все то, что связано с медициной, будет необычайно поощряться, необычайно — в материалистическом смысле. Инстинктивно будут получены прозрения в лечебную силу определенных субстанций и определенных отправлений, — и этим будет причинен огромный вред. Но этот вред будут считать полезным. Болезнь будут считать здоровьем, дорогие друзья, ибо увидят то, что это приводит к определенному отправлению, которое будет нравиться людям. Просто людям будет нравиться то, что в определенном направлении доведет людей до нездоровья.

Итак, повысится познание лечебных сил и известных процессов, известных отправлений, но это примет совсем вредное направление. Потому что, прежде всего, посредством определенных инстинктов будет постигнуто то, какие болезни вызываются определенными веществами и определенными отправлениями. И можно будет совершенно из эгоистических соображений вызывать или не вызывать болезни.

Третье, что последует, будет вот что: будут узнаны вполне определенные силы, которые, я бы сказал, посредством лишь совсем легких действий, посредством гармонизации определенных вибраций можно будет освободить большие машины силы в мире. Как раз этим путем инстинктивно будет познаваться определенное духовное управление машинным, механическим, и вся техника примет опустошающее направление. Но это опустошающее направление будет исключительно хорошо служить и нравиться человеческому эгоизму.

Это, дорогие друзья, отрывок конкретного постижения эволюции бытия, отрывок из жизнепостижения, который, в основном, может правильно оценить лишь тот, кто прозревает, как недуховное восприятие жизни вовсе не может прийти к ясности относительно этих вещей. Недуховное воззрение на жизнь если бы когда-нибудь появилась вредная для человечества медицина, ужасное заблуждение сексуальных инстинктов, ужасная двигательная сила в чистом мировом механизме, в использовании природных сил силами ума — недуховное мировоззрение не постигло бы всего этого, оно не заметило бы, как оно сбилось с правильного пути… Как спящий, когда он спит, не может видеть, когда к нему приближается разбойник, желающий его ограбить; это ускользает от его внимания, он видит то, что наделано, лишь позже, когда просыпается! Но тогда это было бы очень дурным пробуждением для человека! Иначе он стал бы радоваться инстинктивному расширению своего знания лечебных сил, определенных процессов и определенных субстанций, почувствовал бы такую удовлетворенность в следовании определенным заблуждениям сексуальных инстинктов, что начал бы превозносить это заблуждение как особо высокое развитие сверхчувствительности, свободы от предрассудков, непредвзятости! Отвратительное стало бы красивым, а красивое отвратительным в некотором отношении, и ничего из этого нельзя было бы заметить, так как все это стало бы считаться природной необходимостью. Но это было бы отклонением от того пути, который предначертало себе в человечестве само собственное существо человека!

Я верю, дорогие друзья, что получив чувство того, как духовная наука проникает в образ мыслей — можно подняться до серьезного отношения к таким истинам, как приведенные сегодня. И из этого можно почерпнуть то, что, собственно говоря, должно быть почерпнуто из всей духовной науки: признание в этой духовной науке определенного обязательства, определенного жизненного обязательства. Где бы мы ни были, дорогие друзья, что бы мы ни делали в мире, важно, чтобы мы могли питать в себе следующую мысль: наши деяния должны быть просветлены и пропитаны нашим антропософским сознанием. Тогда мы прибавим нечто к тому, чтобы человечество в верном смысле продвинулось вперед в своем развитии.

Человек заблуждался бы, если бы думал, что истинная духовная наука, воспринятая серьезно и достойно, могла бы отвлечь его от практической, интенсивной работы в его жизни. Как раз истинная духовная наука пробуждает человека, пробуждает относительно таких вещей, которые я сегодня привел. Дорогие друзья, можно спросить: не вредна ли бодрственная жизнь для сна, собственно говоря? Если мы возьмем такое сравнение, что прозрение в духовный мир относительно обычного бодрствования является дальнейшим пробуждением подобно тому, как обычное пробуждение является пробуждением ото сна, то тогда, чтобы понять это сравнение, мы можем задать вопрос — может ли в таком случае бодрственная жизнь принести когда-либо вред сну?

Когда она не будет правильной! Если человек правильно проводит бодрственную жизнь, тогда и сон у него будет здоровым, но если человек проводит жизнь в дремоте или лени, или в удобствах, не работая, тогда и сон у него будет нездоровым. Также обстоит дело и относительно той жизни, которую мы усваиваем через духовную науку как бодрственную жизнь. Заложив в себе посредством духовной науки правильное отношение к духовному миру, мы достигнем того, что: как посредством здоровой бодрственной жизни регулируется сон, так же точно посредством этого правильного отношения к духовному миру будет направлен по верному пути и наш интерес к обычной чувственной жизни.

Тот, кто наблюдает жизнь именно в наше время, тот сам должен спать, если он не станет внимательным к разным вещам. Как люди гордились, особенно в последние десятилетия, своей жизненной практикой! В конце концов в последние десятилетия дошло до того, что те, которые больше всех пренебрегают идеальным, духовным, спиритуальным, как раз и заняли повсюду ведущее положение. И о практике этой жизни можно было бы разглагольствовать до тех пор, пока человечество не было ввергнуто в пропасть. Теперь именно некоторые — большинство делает это совершенно инстинктивно — начинают ныть: «Должно прийти новое время, должны появиться разные новые идеалы». Но это всего лишь нытье. И если эти вещи наступят инстинктивно, без сознательного вживания в духовную науку, то они скорее послужат разрушению того, что должно быть пережито в бодрственном состоянии, чем какому-либо успешному переходу в развитии.

Тот, кто сегодня разглагольствует перед людьми теми же словами, к каким они давно привыкли, иногда находит еще некоторое одобрение. Но люди должны будут приспособиться слышать другие слова, другие выражения, чтобы из хаоса вновь вышел социальный космос (греч. слово в прямом значении «упорядоченный строй» — перевод).

Если в какую-нибудь эпоху люди, которые должны бодрствовать, упустят бодрствовать и не поймут того, что должно было бы произойти в действительности, тогда не произойдет ничего настоящего, лишь призрак предшествовавшей эпохи будет бродить вокруг, — так же, как во многих религиозных общинах сегодня бродят лишь призраки прошлого, и как, например, сегодня в нашей юридической жизни часто еще бродит призрак древнего Рима. Именно в этом отношении в эпоху души сознательной духовная наука должна сделать свободным, должна сделать человека свободным, должна действительно ввести его в наблюдение духовного факта: «Что делают Ангелы в нашем астральном теле?». Абстрактно говорить об Ангелах и т. д., это в лучшем случае может послужить началом, успех должен достигаться благодаря тому, что мы говорим конкретно, то есть отвечаем на ближайший касающийся нас вопрос в связи с нашей определенной эпохой. Этот вопрос касается нас потому, что просто в нашем астральном теле Ангел ткет образы, эти образы должны формировать наше будущее, а это формирование должно осуществиться через душу сознательную.

Если бы у нас не было души сознательной, тогда нам не нужно было бы заботиться о этом, тогда выступили бы уже другие духи, другие Иерархии для того, чтобы вызвать то, что ткет Ангел. Но так как мы должны развивать душу сознательную, то никакие другие духи не выступают для того, чтобы осуществить то, что ткет Ангел.

В египетскую эпоху ткали, разумеется, другие Ангелы. Но вскоре вступили другие духи, и как раз это было затемнено для человека его атавистически-ясновидящим сознанием. Итак, люди соткали — потому что люди эти видели это в своем атавистическом ясновидении — завесу, темную завесу над этими образами. Но сейчас человек должен снять с них покров. Поэтому он не должен проспать того, что вносится в его сознательную жизнь в эпоху, которая закончится еще до 3-го тысячелетия. Возьмем из антропософски ориентированной духовной науки не только разные учения, возьмем также замыслы! И они дадут нам силы для того, чтобы мы были бодрствующими людьми. Мы можем обратить наше внимание на разное. Мы можем сразу начать с внематериальности, мы сможем заметить, что, в сущности, не проходит и дня, чтобы в нашей жизни не случилось чудо. Мы можем перевернуть положение, о котором я сейчас сказал. Мы можем сказать: «Если в какой-нибудь день мы не увидим в своей жизни чуда, то это значит, что мы его просто не заметили». Попробуйте вечером пересмотреть свою жизнь: вы найдете в ней маленькое или большое, или среднее происшествие, о котором вы можете себе сказать: оно так удивительно вошло в мою жизнь, так удивительно свершилось. Вы сможете достигнуть этого, если только вы начнете достаточно широко думать, если только вы достаточно широко сможете объять своим душевным оком жизненные взаимосвязи.

Но это совсем не делается в обычной жизни, так как обычно не спрашивают себя: «Что, например, было расстроено чем-либо?».

В большинстве случаев мы не беспокоимся о тех вещах, которыми были расстроены, событиях, которые, если бы они наступили, основательно изменили бы нашу жизнь. За этими вещами, которые каким-либо образом удаляются из нашей жизни, содержится необычайно многое из того, что воспитывает нас бодрствующими людьми. «Что могло бы сегодня произойти со мною?», — если я каждый вечер поставлю перед собой этот вопрос и затем смотрю на отдельные происшествия, которые могли бы вызвать то или иное, то к этим вопросам присоединятся жизненные наблюдения, вносящие бдительность и самовоспитание. А это уже кое-что, могущее дать начало и само собой уже ведущее все дальше и дальше в конце концов к тому, чтобы мы не только исследовали, что значит в нашей жизни, что, например, утром в половине 11-го мы хотели выйти из дому, и что как раз в последнюю минуту пришел какой-нибудь человек, который задержал нас. Мы сердимся, что он нас задержал, но мы не спрашиваем: «Что могло бы случиться, если бы мы действительно, как планировали, вышли из дому в назначенное время? Что изменилось тут?».

Об этих вещах также я подробно говорил уже здесь. От наблюдения отрицательного в нашей жизни, что однако может свидетельствовать о преисполненном мудростью руководстве нашей жизнью, к наблюдению текущего и действующего в нашем астральном теле Ангела — лежит прямой путь, поистине прямой путь и надежный путь, который мы можем избрать!

Цюрих, 9 Октября 1918.

Знамения времени, битва Михаила и ее отражение на Земле.

I.

В настоящее время тяжелых испытаний должно быть совершенно естественным для каждого, кто имеет искренний интерес к устремлениям антропософской духовной науки, поразмышлять над взаимоотношениями, существующими между тем фактом, что духовно-научное движение стало в начале двадцатого столетия посылать свои импульсы в эволюцию человечества, и тем другим фактом, что человечество в настоящее время поглощено пучиной катастрофических событий. Насколько эти события катастрофичны для человечества, еще не полностью понято, так как люди сегодня привыкли к жизни без духа. Однако жить без духа значит жить поверхностно, а поверхностная жизнь заставляет человека проспать важные впечатления от событий, происходящих вокруг него. Проспать все важные события — это особо характерно для людей нашего века. Мало людей в наше время приходят к надлежащему пониманию суровости и остроты событий современности. Большинство из них живет изо дня в день. Если делается попытка говорить о грядущем, то люди, и во многих случаях именно те, от кого зависит ход событий, яростно отвергают эти попытки. Если среди многих своих задач духовная наука достигнет успеха в развитии более энергичной, более бодрствующей человеческой души, то она выполнит важную для настоящего времени задачу; духовно-научные концепции требуют большего напряжения мышления, большей интенсивности чувствования, чем это требуется для усвоения других концепций, особенно ходячих в наше время.

Важно познакомиться сегодня с теми концепциями духовных исследований, которые могут направлять вести нас к пониманию современности в самом широком смысле. Сегодня я разовью несколько основных концепций, опираясь на которые мы на нашей следующей лекции обоснуем в идеи, что бросят свет на важные факторы современности. Я буду исходить из более общих мыслей, касающихся личного в человеке, что, с определенной точки зрения, составит основание для наших последующих духовно-научных рассмотрений.

Мои дорогие друзья! В ходе наших духовно-научных исследований мы должны снова и снова подчеркивать тот факт, что смена состояний нашего сознания проходит через всю нашу жизнь между рождением (или, вернее, зачатием) и смертью: смена сна и бодрствования. В общем смысле мы знаем разницу между сном и бодрствованием, но только духовно-научное познание в состоянии показать человеческой душе более внутренним образом истинную разницу между сном и бодрствованием. В обычной жизни мы верим, что мы спим с момента засыпания до момента пробуждения, и что мы бодрствуем с момента пробуждения до засыпания. Но это только приблизительно верно. В действительности эта граница между сном и бодрствованием проведена неправильно. Ибо то состояние неясного сознания, которое во многих отношениях бессознательно, и через которое мы проходим в состоянии сна, простирается также и на нашу дневную жизнь; частью нашего существа мы находимся в этом состоянии также во время между пробуждением и засыпанием. Мы никоим образом не бываем полностью бодрствующими всем нашим существом между пробуждением и засыпанием; мы пробуждены только частью его, а другая часть продолжает спать, хотя мы и считаем себя бодрствующими. Мы всегда, в некотором отношении, спящие человеческие существа. Это действительно так. Мы действительно пробуждены только в отношении наших восприятий внешних чувств и мышлений. Воспринимая внешний мир через наши органы чувств (слыша, видя и так далее), мы бодрствуем в слухе, зрении и в осознании их. Здесь мы полностью бодрствуем. Мы также бодрствуем, хотя и в меньшей степени, в мышлении, в вызываемых представлениях: когда мы образуем мысли, когда возникают в нас представления, когда воспоминание всплывает из темных тайников нашей душевной жизни. Мы бодрствуем в отношении опыта внешних чувств. Мы бодрствуем в отношении процессов восприятия внешних чувств мышления.

Вы знаете, однако, что кроме восприятий внешних чувств и мышления наша душевная жизнь содержит также чувствования и воления. В отношении чувствований мы не бодрствуем, хотя и верим, что бодрствуем. Степень и интенсивность сознания, которые мы имеем при чувствовании, равнозначны степени и интенсивности сознания, которые мы имеем при сновидениях. И как сновидения возникают картинами из бессознательных глубин нашей души, так и чувствования возникают в нас как силы. В чувствовании мы бодрствуем в той же самой степени, как в сновидении; единственная разница в том, что мы приносим наши сновидения из сна в обычное бодрствующее сознание, вспоминая их и тем отличая их от бодрствующего состояния, в то время как в случае чувствования все это происходит одновременно. Чувствование само снится нам, но мы сопровождаем наше чувствование нашими понятиями. Чувствование не содержится в понятиях, но мы взираем из понятий на чувствования так же, как мы оглядываемся после пробуждения на наши сновидения. И так как в случае чувствования мы делаем это одновременно, то мы и не замечаем того факта, что мы имеем только понятие чувствования в действительном сознании, в то время как чувствование само остается в области сновидений как любое сновидение.

А сама воля, мои дорогие друзья? Что знаете вы о происходящих процессах, когда вы решаете взять книгу, и затем ваша рука действительно схватывает книгу? Что вы знаете о том, что происходит между вашей сознательной мыслью: «Я хочу взять книгу!» и таинственным процессом, который затем происходит в вашем организме? Мы знаем, что мы думаем относительно воления, но воление само остается неизвестным для обычного сознания. В то время, как мы «видим» в сновидениях наши чувствования, мы «просыпаем» истинное, основное содержание нашего воления. Как воспринимающие, мыслящие человеческие существа мы бодрствуем, но как чувствующие и волящие человеческие существа мы «видим» сновидения и спим даже в бодрствующем состоянии. Таким образом, в чувствовании и волении состояние сна простирается в бодрствующее сознание. То состояние, в котором мы находимся между засыпанием и пробуждением в отношении всего нашего существа в целом является состоянием, в котором мы живем в нашем бодрствующем сознании в отношении нашего чувствования и воления.

Посредством восприятия внешних чувств и мышления мы научаемся познавать мир вокруг нас, который мы обозначаем как физически-чувственный мир; посредством чувствования и воления мы не научаемся познавать этот мир, в котором мы существуем как чувствующие и волящие человеческие существа. Мы находимся постоянно в сверхчувственном мире, силы нашего чувствования и воления порождаются этим сверхчувственным миром так же, как наше восприятие и мышление порождаются физическим миром. Мы не имеем телесных органов для чувствования и воления, мы имеем телесные органы для восприятия и мышления. Многие физиологи верят, что органы для чувствования и воления существуют, это показывает, что они не знают о чем они говорят. Физиолог, который действительно мыслит, не верит этому.

То, что я описал сейчас, является определенным состоянием, в котором мы живем между рождением и смертью, — состоянием, в котором мы бодрствуем в отношении восприятия и мышления, но спим в отношении чувствования и воления, Иные условия — во времени между смертью и новым рождением, в некотором смысле, они противоположны. Мы начинаем тогда быть пробужденными в отношении наших чувствования и воления, и мы спим в отношении восприятия и мышления, хотя сон является иным состоянием в том мире, в котором мы тогда пребываем с нашими душами. Из того, что я только что сказал, вы видите, что так называемые живые, просыпают то, что так называемые умершие, в действительности, испытывают. Так называемые живые просыпают чувствование и воление, которые постоянно струятся через их существа, умершие находятся внутри этих чувствований и волений. Вам не трудно понять, что умершие пребывают в том же самом мире, в котором пребываем и мы, как, так называемые живые. Мы отделены от умерших только потому, что мы не воспринимаем мира, в котором они живут и творят. Умершие всегда вокруг нас, мы окружены, таким образом, теми существами, которые живут, не будучи физически воплощенными. Мы только не можем воспринять их.

Мы должны только образовать идею человеческого существа, спящего в комнате: вокруг него предметы, но он не воспринимает их. Тот факт, что что-то не воспринимается, не является доказательством, что этого нет. В отношении мира умерших, мы в том же самом положении, в котором мы находимся в отношении мира физических существ, когда мы спим. Мы живем в том же самом мире с умершими и с высшими духовными иерархиями: они находятся среди нас и мы отделены от них только благодаря природе нашего сознания.

Мои дорогие друзья, из этого следует, что человеческое существо воспринимает и понимает только часть той реальности, внутри которой оно действительно существует. Если бы человеческое существо овладело полной реальностью, его познание было бы совершенно отличным от сегодняшнего. Его познание тогда охватывало бы не только силы, которые приходят из царств природы, известных нам, но также силы высших духовных существ и силы, которые приходят из царства так называемых умерших. Сегодня такие факты кажутся поразительно нелепыми большинству людей. Однако, для все более широких кругов человечества и, особенно, для тех, чьей заботой является заинтересованность в эволюции и прогрессе человеческой жизни, эти идеи станут предметом, который должен быть познан. Ибо более или менее, вплоть до нашего времени, человеческое существо было руководимо темными, неведомыми силами в отношении всего, чего оно не могло воспринять в своем окружении. Водительство этими темными, неведомыми силами более или менее прекратилось в наше время. (Мы будем говорить об этом в нашей ближайшей лекции). Ныне человеческие существа должны войти в сознательные взаимоотношения с некоторыми силами, которые достигают нашего мира из царства так называемых умерших. Нелегко привести человеческие существа к сознанию этих вещей в степени, необходимой для замены истинной реальностью фантастической неадекватности, которая преобладает в современности и принесла столь великие катастрофы. В этом отношении я хочу привлечь ваше внимание к одному только моменту, к одному факту.

Среди многих, так называемых «научных» направлений, имеются также исторические исследования. Историю учат и изучают ее в школах. Но что такое эта история? Любое хорошо осведомленное лицо, знакомое с литературой прошлых времен, знает, что то, что сегодня называется наукой истории, не старше ста лет. Я ничего больше сказать об этом не хочу. Люди изучают и пишут историю с теми же самыми мыслями и концепциями, которые они применяют в обычной, внешней жизни, наблюдая природу. Но никто не спрашивает допустимо ли наблюдать историческую жизнь тем же путем, каким наблюдают внешнюю природу? Это недопустимо. Ибо историческая жизнь человечества управляется импульсами, которыми нельзя овладеть, пользуясь концепциями нашего бодрствующего сознания. Каждый, кто действительно изучал историю, знает, что мы в исторической жизни управляемы импульсами, которые для обыкновенного сознания доступны только в состоянии сновидения. Также как человечеству снится (видится в сновидении) жизнь чувствований, также снятся ему и импульсы истории. Если мы пытаемся наблюдать историческую жизнь человечества путем концепций, которые великолепны для естественных наук, то мы не можем верно постигнуть ее: мы тогда наблюдаем ее только на ее поверхности. Чему учат и что изучают как историю в школах? В отношении к истинной истории это не более как описание трупа в отношении к целостному человеческому существу. История, как ей обучаются сегодня, это изучение трупа. Изучение истории должно претерпеть полное превращение. В будущем будут понимать, что постигать историю возможно только при помощи инспирированных концепций, при помощи инспирации. Тогда мы будем иметь истинную историю. тогда мы будем знать, что именно управляет человечеством, что проникает из исторической жизни в жизнь социальную.

Мои дорогие друзья, то, что я здесь высказываю, имеет очень глубокое значение. Люди думают, что они понимают социально-историческую жизнь. Но они не понимают ее, так как пытаются постичь ее посредством обычных понятий повседневной бодрственной жизни. Это не становится очевидным потому, что история пишется так, что кажется мало что зависит от того, верны ли в действительности приводимые факты или же нет. Я хочу дать вам пример этого. Мы узнаем из исторических книг, что Америка была открыта в 1492 году. Вообще говоря, это правильно, но из того, как это описывается в исторических книгах, мы образуем представление, что до 1492 года Америка была полностью неизвестна, как бы далеко мы ни заглядывали назад в историю. Но это не так. Америка была неизвестна только в течение немногих столетий. Еще в двенадцатом и тринадцатом столетиях существовала оживленная торговля между Исландией, Ирландией и Америкой. В Европу из Америки импортировались медицинские травы и другие товары. По некоторым причинам, связанным с внутренней кармой Европы и прежней ролью Ирландии, Рим приложил все возможные усилия, чтобы отсечь Европу от Америки так, чтобы Америка была забыта. Эти усилия со стороны Рима не были вредны для Европы того времени, имелись ввиду благие намерения.

Я хочу показать вам на этом примере только то, что факт не обязательно должен быть историческим фактом, — то, что мы можем быть полностью несведущи исторически в отношении важных вещей.

Иметь историческое познание или быть исторически невежественным в отношении социальной жизни человечества, с другой стороны, имеет очень большое значение.

Как часто мы слышим сегодня людей, говорящих: «Мы должны думать о разных событиях таким образом потому, что так учит нас история». Возьмите современную литературу, особенно современные журналы и газеты, и вы увидите, как часто употребляется фраза: «История учит нас таким образом». Человеческое существо частично просыпает исторические события, среди которых оно живет, но тем не менее оно образует суждение о них, или оно прививается ему. Фраза «История учит нас так.» очень часто слышится, и в начале этой войны значительные люди утверждали, что история учила их относительно длительности войны. Это было честное убеждение так называемых «умных людей» что, согласно общим социальным и экономическим условиям на земле, война не может длиться более четырех — шести месяцев. Многие утверждали это, многие пророчили: самое большее от четырех до шести месяцев! Результат этого пророчества был подобен другому историческому пророчеству, сделанному, безусловно, великим умом, но который образовал его, пользуясь обычными понятиями повседневного сознания. А этим можно овладеть только с помощью великих концепций. Когда Фридрих Шиллер стал профессором философии в Йенском университете, он произнес свою всемирно-известную вступительную речь об изучении истории. Это было незадолго перед взрывом Французской революции. Он высказал свое убеждение, извлеченное из истории, но полученное при помощи обычных концепций. Я не цитирую буквально, но вот что сказал Шиллер, который безусловно не был незначительной личностью, выдвигая свое убеждение: «История учит, что много распрей и войн случалось в древние времена, и, исходя из того, что имело место тогда, мы могли бы ожидать дисгармонии среди европейских народов в будущем. Однако, они будут рассматривать себя как членов одной большой семьи и не станут больше рвать друг друга на части», так сказал Фридрих Шиллер. Вскоре после этого в 1789 году разразилась Французская революция. Все, что выпало на долю европейской семье народов в девятнадцатом столетии, и что происходит теперь, много лет позже, безусловно уничтожает так называемое историческое суждение Шиллера самым основательным образом.

История выучит нас чему-нибудь только тогда, если мы окажемся в состоянии постичь ее при помощи инспирированных концепций. Ибо историческая жизнь человечества находится под влиянием не только так называемых живых, но и душ умерших, а также духов, с которыми так называемые умершие живут точно так же, как мы живем с существами животного, растительного и минерального царств. Человечество придает большую ценность просто фразам. Но оно должно отвыкнуть от этой привычки. Оно сможет сделать это только если приобретет истинные концепции — концепции, пронизанные реальностью. Очень важной концепцией является та, которая показывает нам, что мы отделены от так называемых умерших только благодаря нашему сознанию, которое является спящим сознанием в отношении мира чувствования и воления, находясь в котором умершие окружают нас. Это спящее сознание подобно тому сознанию, в котором мы пребываем между засыпанием и пробуждением в отношении физических предметов вокруг нас.

Ясновидческое сознание подтверждает шаг за шагом то, что было охарактеризовано здесь в общих чертах.

Однако, может возникнуть вопрос — как это человеческое существо ничего не знает о мире, в котором оно живет, через который оно проходит с каждым шагом своей жизни? Так вот, мои дорогие друзья, сам путь, которым ясновидческое сознание предлагает конкретную информацию относительно общения с так называемыми умершими, является живым доказательством факта. что для обычного сознания мир, в котором живут умершие, должен оставаться неизвестным. Мне стоит только привести несколько характерных черт этого общения с так называемыми умершими, которые могут иметь место при развитом ясновидческом сознании, и вы усмотрите из этого, почему мы не знаем ничего в обычной жизни относительно общения с умершими. Возможно (хотя во многих отношениях это очень тонкое дело), что мир умерших откроется для пробужденного сознания, что мир умерших может быть осознан человеческим существом, что оно сможет войти в сознательные взаимоотношения с индивидуальностью умершего. Человеческое существо должно, однако, приобрести тогда полностью иное сознание, если оно хочет войти в действительные и безопасные отношения с умершей личностью. Оно должно приобрести сознание, которое полностью отлично от применяемого в физическом мире. Разрешите мне описать несколько характерных черт его.

В физическом мире мы имеем определенные навыки в нашем общении с другим человеческим существом. Если я говорю с кем-нибудь здесь, на физическом плане, спрашиваю его что-то, сообщаю что-нибудь ему, я сознаю тот факт, что речь проистекает из моей души и через мои органы речи передается ему. Я сознаю тот факт, что я говорю. Я сознаю этот факт также в отношении внешнего восприятия. И если это другое человеческое существо здесь, на физическом плане, отвечает мне или сообщает мне что-нибудь, тогда я слышу его слова, его слова звучат от него ко мне.

Не так обстоит дело при полностью сознательном общении с умершими (в полусознательном общении дело обстоит иначе, но я говорю здесь только о полностью сознательном общении). При полностью сознательном общении с умершими все это как бы перевернуто наоборот. Оно совершенно отлично от того, что мы ожидаем. Когда я сталкиваюсь с умершим лицом, то оно говорит в своей душе то, что я собираюсь спросить его, что я хочу сообщить ему: это звучит мне от него. А то, что оно собирается сказать мне, звучит из моей собственной души. Мы должны привыкнуть к этому, мои дорогие друзья. Мы должны привыкнуть слышать то, что говорят другие звучащим из нашей собственной души и слышать то, что мы говорим звучащим как бы из внешнего духовного мира. Это столь отлично от всего, что мы привыкли испытывать здесь, в физическом мире.

Так что учтите следующее. В тот или иной момент жизни нечто говорит внутри вашей души. Вы, естественно, припишите это себе. Человеческое существо, в некоторых отношениях, эгоцентрично и, если нечто возникает в его душе, он склонен приписывать это своему собственному вдохновению, своему собственному гению. Только путем ясновидческого сознания мы научаемся узнавать, что то, что возникает в наших душах, поистине говорится нам умершими. Сфера умерших постоянно касается нашей воли, наших чувствований. Нечто возникает в нас, что мы можем назвать хорошей идеей, в действительности, это сообщение от умерших. Мы настолько незнакомы с иным аспектом вещей, так мало обращаем внимания на то, что может появиться из сумеречного духовного окружения, которое подобно нашим собственным мыслям окружает нас. Если человек может быть достаточно объективен в отношении к собственным мыслям, переживать их, как если бы они теснились вокруг нас, тогда умершие понимали бы эти мысли.

Верно, что человеческое существо даже в обыкновенном сознании связано с умершими, но оно не сознает этого, так как не умеет объяснять факты, которые я только что описал. Мы должны усвоить, что кроме сна бодрствования и сновидений мы имеем еще два других состояния сознания. Мы имеем два других необычайно важных состояния сознания, но мы не обращаем на них внимания по определенной причине, которую вы сразу поймете, когда я назову эти два состояния сознания: мы имеем состояние засыпания и состояние пробуждения. Они длятся столь коротко и проходят так быстро, что мы не обращаем внимания на их содержание. Но чрезвычайно важная вещь происходит в момент засыпания и в момент пробуждения.

Если мы научимся познанию истинной природы этих двух моментов, мы, в некотором отношении, приобретем правильную концепцию, касающуюся взаимосвязи человеческого существа с миром, в котором умершие сосуществуют с нами.

Человек находится в постоянной связи с миром умерших, и эта связь особенно жива в момент засыпания и момент пробуждения. Ясновидческое сознание показывает, что в момент засыпания человеческое существо особенно способно задавать вопросы умершим, давать сведения умершим, вообще обращаться к умершим. В момент пробуждения человеческое существо особенно способно получать сообщения, послания от умерших. Оно получает их очень быстро, и так как оно пробуждается сразу же. непосредственно после этого они быстро проходят мимо и тонут в суете бодрственной жизни. Не так давно более примитивные народы в их атавистическом состоянии сознания знали эти факты и намекали на них, но под влиянием нашей материалистической культуры подобные вещи гибнут, даже в отдаленных областях. Каждый, кто вырос среди старых крестьян в сельских местностях, знает, что одним из основных их правил при пробуждении утром является оставаться на короткое время спокойным и воздерживаться смотреть в окно, на свет. Эти люди стараются защитить то, что действует на душу в момент пробуждения от натиска и шума бодрствующей жизни, они стараются остаться на момент спокойно в своей темной комнате и не смотреть в окно немедленно по пробуждении.

Не трудно заметить, что моменты пробуждения и засыпания имеют совершенно особый характер. Но для того, чтобы осознать подобные вещи, мы нуждаемся в некоторой бдительности мышления.

Бдительность (бодрственность) мышления — это такая способность, которая никогда не была столь отсутствующей именно сегодня. Я могу дать вам нелепый пример этого. Разрешите мне привести один из банальных примеров, которые наполняют повседневную жизнь, их мы встречаем за каждым углом, так сказать.

Несколько дней назад я заметил в газете объявление, занимавшее примерно восьмую часть страницы. Оно рекламировало хорошо известные курсы лекций человека по имени Пельман. Оно утверждало, что только применяя методы г-на Пельмана возможно достичь влияния на других людей. Никакой другой метод этого дать не может. Я не буду говорить о том, допустимо это или нет, правильно или нет пытаться «достичь влияния» на других людей, в настоящий момент это нас не касается. Я привлекаю ваше внимание к самой форме объявления. Оно утверждает: некоторые люди претендуют на то, что они могут достичь влияния на других при помощи личного магнетизма или усиления той или иной силы в человеческой природе. Но трудно доказать, что эти люди говорят неправду, так как ни один из них не может сказать, что он личным влиянием заставил г-на Ротшильда или другого богатого человека дать ему миллион долларов. Так как доказано, что этого не случилось (а это непременно было бы испробовано, если бы были шансы на успех), то значит доказано также, что никакого влияния на других людей просто так достигнуто быть не может. Влияние может быть достигнуто только на пути науки и образования. А затем описывается метод г-на Пельмана.

Мы знаем, что большое число людей будут убеждены этим объявлением, гласящим, что все другие методы достижения влияния на людей бесполезны потому, что разве не доказано, что они не в состоянии повлиять на г-на Ротшильда так, чтобы он предоставил им свои миллионы. Но сколько найдется людей (можете вы спросить себя), прочитавших объявление, у которых сразу возникнет возражение — есть ли у этого г-на Пельмана слушатели, которые преуспели в завоевании миллионов Ротшильда. Вы только спросите себя скольким людям придет эта очевидная мысль.

Это тривиальный пример, но пример, показывающий как мышление не пробуждается в отношении того, что мы читаем. Я выбрал этот пример, во-первых, потому, то он имеет повседневный характер, а, во-вторых, потому, что никто из здесь присутствующих не замедлил бы заметить, что даже г-ну Пельману не удалось получить миллионы. Это заранее принятое заключение, что никто из обманутых объявлением не присутствует здесь, и из вежливости я не приведу примера, который мог бы относится к кому-нибудь из присутствующих здесь моих слушателей! Но я хочу сказать, что с утра до вечера люди читают подобные вещи. Это случается в бесчисленных случаях. Они говорят: «- Мы не обращаем на это внимания». Так ли это? Недавно я прочел речь, в которой была такая фраза: «Наши взаимоотношения с некоторыми странами являются тем центром, который даст нам направление в нашей политике в будущем». Представьте себе построение этой мысли: «взаимоотношения» являются «центром», который станет «направлением»! Люди, думающие таким образом, могут сделать любую вещь! Но мы не замечаем связи, существующей между таким искалеченным мышлением и общественной жизнью.

Необходимо в наши дни обращать внимание на отсутствие бдительности в мышлении, которое является знаком нашей культуры. Иметь мысли, которые могут быть доведены до конца, вот первое требование, если мы хотим сознавать откровения, возникающие в момент засыпания и пробуждения.

Однажды я слушал речь очень известного профессора литературы и истории, это была его вступительная речь, и он очень старался. Он сформулировал всевозможные литературно-исторические вопросы и в заключение сказал: «Видите, господа, я привел вас в лес вопросительных знаков». Я вообразил себе — лес вопросительных? Только подумайте — лес вопросительных знаков.

Только тот, кто привык додумывать и доводить до конца все возникающие у него концепции, то есть тот, кто развивает бдительность в своем мышлении, подготовлен к тому, чтобы замечать вещи, происходящие в моменты пробуждения и засыпания. Однако, если что-то и не воспринимается, то оно все же существует. И связь между человеческим существом и умершими существует и особенно сильна в моменты засыпания и пробуждения. На самом деле, каждое человеческое существо ставит бесчисленные вопросы и сообщает сведения своим любимым умершим в момент засыпания и получает послания (ответы) от них в момент пробуждения. Однако, эта связь с умершими может быть определенным образом культивирована. Ранее мы описывали несколько путей, ведущих к этому, сегодня мы добавим следующее.

Имеется некоторое различие в отношении мыслей, которые ведут нас к связи с умершей личностью в момент засыпания, не каждая мысль является подходящей. Пусть кто-либо, кто не ведет просто чувственно-эгоцентрированную жизнь, из здоровых побуждений стремится не прерывать те связи, которые карма принесла ему с некоторыми личностями, прошедшими теперь врата смерти. Он, естественно, часто связывает свои мысли с этими личностями. И мысли, которые мы соединяем с нашим представлением об умерших, могут привести к действительной связи с умершими, даже если мы не в состоянии обратить внимание на происходящее в момент засыпания. Однако, одни мысли более благоприятны для этого, чем другие. Абстрактные мысли, мысли, которые мы образуем с известным безразличием, возможно только из чувства долга, мало подходят к тому, чтобы перейти к умершему в момент засыпания. Но мысли, концепции, возникающие из переживаний особенной заинтересованности, которая связывала нас при жизни, очень подходящие для передачи умершему. Если мы вспоминаем умершую личность таким образом, что не просто думаем о ней абстрактными мыслями и холодными понятиями, но вспоминаем моменты, когда нам было тепло рядом с ней, когда она говорила нам что-то дорогое нашему сердцу; если мы вспоминаем моменты, которые мы с нею прожили в общности чувствований и общности воли; если мы вспоминаем время, когда мы что-то вместе решали и предпринимали, что мы оба ценили и что приводило нас к общности действия, короче говоря, нечто, заставляющее наши сердца биться как одно; если мы живо вспоминаем это общее биение сердец, тогда все это окрашивает наши мысли об ушедшем так, что они в состоянии стремиться к нему в ближайший момент засыпания. Неважно, когда эти мысли приходят к нам, в девять утра, в полдень или в два часа пополудни. Мы можем иметь их в любое время дня — они останутся и устремятся к умершей личности в момент засыпания.

В момент пробуждения мы, в свою очередь, получаем ответы, послания от умерших. Не обязательно в самый момент пробуждения возникают они в нашей душе, так как возможно, что мы не в состоянии обратить на них внимание, но в течение дня нечто может возникнуть в нашей душе в форме хорошей идеи — инспирации, можем мы сказать, если верим в подобные вещи. Но и в отношении этого некоторые условия более благоприятны, другие — менее. При некоторых условиях умершим легче найти доступ к нашей душе. Условия благоприятны, если мы приобрели ясное представление о существе умершего, если мы были так глубоко заинтересованы в его существе, что оно дейст-вительно стоит перед нашим духовным взором. Вы спросите — к чему он все это говорит? Ведь если кто-то был нам близок, мы безусловно имеем представление о его существе. Я совсем не верю этому, мои дорогие друзья. Люди в наше время проходят мимо друг друга и знают друг о друге очень, очень мало. Это не отчуждает нас от других существ здесь, в физическом мире, но это отчуждает нас от существ, обитающих в мире умерших. Здесь, в физическом мире, имеются многочисленные бессознательные и подсознательные силы и импульсы, которые привлекают людей друг к другу, даже если они и не хотят изучать друг друга. Случается в жизни и вы, наверное, читали об этом, что люди могут быть женаты десятки лет и все-таки, очень мало знать друг о друге! В этом случае импульсы, столкнувшие вместе этих людей, не основывались на взаимном понимании. Жизнь повсюду проникнута бессознательными и подсознательными импульсами. Эти подсознательные импульсы связывают нас вместе здесь, на земле, но они не связывают нас с существами, прошедшими через смерть раньше нас. С целью завязать подобную связь необходимо, чтобы мы получили в нашей душе нечто, благодаря чему существо ушедшего могло ярко жить в нас. И чем ярче оно живет в нас, тем легче этому существу найти доступ к нашей душе, тем легче для него сообщаться с нами.

Вот это я и хотел сказать вам о постоянно происходящем общении между так называемыми живыми и так называемыми умершими. Каждый из нас находится в постоянном общении с так называемыми умершими, а причиной, почему мы не знаем об этом, является наша неспособность к достаточному наблюдению моментов засыпания и пробуждения. Я говорю все это вам с целью придать более конкретную форму вашим связям с сверхчувственным миром, в каком обитают умершие. Эта связь примет еще более определенную форму, если мы учтем следующие взаимоотношения.

Умирают молодые, умирают старые. Смерть молодых людей отлична от смерти более старых людей в их отношении к живым человеческим существам, которых они оставили позади. Подобные вещи могут обсуждаться только в случае, если возможно сосредоточить внимание на определенные конкретные условия, существующие в этой области. Я описываю это не как общее знание, но как итог того, что действительно происходило в определенных индивидуальных случаях. Если ясновидческое сознание наблюдает смерть детей или когда молодые люди оставляют родителей, семью и проходят через врата смерти, и научается познанию того, как живут эти души, то знание, которое возникает таким образом может быть подытожено в следующих словах.

Сознание молодых людей, прошедших через врата смерти, можно охарактеризовать, сказав, что они не потеряны для живущих, они остаются здесь, остаются по соседству в существовании тех, кого они оставили позади. Долгое время эти молодые люди не разлучаются с теми, кого они оставили позади, они остаются внутри их сферы. Иначе обстоит дело в случае старых людей, когда они умирают. Легче объяснять эти вещи эпиграмматически. Души тех человеческих существ, которые умерли в поздние годы своей жизни, не теряют, со своей стороны, души тех, кто остался позади. Таким образом те, кто остался на земле, не теряют души людей, умерших юными, а старые люди, пройдя врата смерти, не теряют души живущих, несмотря на то, что последние существуют здесь, на земле. Они как бы берут с собою то, что они хотят иметь от нас. Им легко сделать это, в то же время души более молодых людей смогут получить от нас то, в чем они нуждаются, только тогда, когда они остаются более или менее в сфере переживших. Они это и делают.

Возможно изучить эти взаимоотношения таким образом, чтобы удостовериться в фактах, которые я только что описал. Изучение, конечно, должно проводиться ясновидческим сознанием. Если ясновидческое сознание изучает печаль и страдание разлуки, оно найдет, что имеются два совершенно отличных состояния. Человеческие существа не знают этого. Но если наблюдать печаль, скорбь в душах людей над умершим ребенком, это окажется совершенно отличным состоянием от печали и скорби, которые наблюдаются, если умирает старый человек. И хотя человеческие существа не знают этого, эти внутренние душевные состояния существенно различны.

Вот странный факт: если родителя оплакивают ребенка, умершего в ранние годы, это оплакивание и в своем подлинном содержании, и в глубочайших импульсах является только отражением в душах родителей того, что переживает ребенок. Дитя остается здесь, и то, что оно чувствует, проникает в души тех, кто оплакивает его, вызывая импульс. Это — боль сострадания, это в действительности боль и скорбь самого ребенка — то, что испытывают родители — они, безусловно, приписывают ее себе, но это только печаль сочувствия. Поймите меня правильно, мои дорогие друзья, мы должны принять выражение, которое я собираюсь употребить в разумном смысле, не придавая ему вторичного значения. Мы можем сказать: если умирает молодое существо, то мы одержимы болью собственной души умершего (мы «одержимы» в нормальном смысле, что не является вредным), он живет в нас, и то, что выражается как боль — это его жизнь в нас.

Иное дело, когда мы оплакиваем старого человека, покинувшего нас. Здесь горе не является отражением того, что живет в умершем, так как он действительно может получить то, что живет в нашей душе, он сам не теряет нас. Невозможно для нас быть одержимыми его болью, его чувствами потому, что он увлекает нас за собой. Он не теряет нас. Поэтому эта боль, это оплакивание есть эгоцентрические боль и оплакивание. Это не подразумевается как упрек, так как и боль, и оплакивание тут оправданы, но необходимо отличать эти два рода оплакивания.

Поговорив таким образом об оплакивании наших ушедших и о том пути, на котором мы продолжаем жить вместе с ними, перейдем теперь к рассмотрению самих умерших. Поскольку отношения к умершим в юности так отличны от отношений с лицом, умершим в поздние годы жизни, поэтому вы без труда поймете, что должна быть разница в образе поминовения их. В отношении ребенка мы примем правильный обряд, правильное поминовение, мы будем нести его в памяти правильным образом, если мы примем во внимание, что ребенок остался с нами, что он живет с нами, что он любит быть осведомленным о том, что могли бы мы давать ему, если бы он жил. Опыт показывает, что дети после своей смерти стремятся найти в поминовениях, которые мы предлагаем им, общие человеческие взаимоотношения, они стремятся найти в заупокойной службе то, что имеет общий интерес и не касается специальных интересов. Поэтому Римско-Католическая заупокойная служба наиболее подходяща для детей; это общий обряд, действительный для каждого одинаковым образом. Умершему ребенку нравилась бы заупокойная служба общего характера, годная для всех, а не для него одного.

Протестанская заупокойная служба, в течение которой произносится речь, отмечающая специальные, индивидуальные жизненные взаимоотношения отошедшего, более подходит для поминовения умершего старого человека. И если мы хотим почтить его память, лучше придерживаться деталей его жизни, которые были характерны для него, и вглядываться в его специальную, индивидуальную жизнь с мыслями, которыми мы отмечаем его память.

Из этого, мои дорогие друзья, вы видите, что правильно понимаемая духовная наука не может оставаться просто теорией. Она показывает нам нечто из взаимоотношений, которые существуют в мире, от которого мы отделены только благодаря тому факту, что наши чувствования мы видим в сновидениях и просыпаем наши волевые импульсы. Она говорит о мирах, в которых мы существуем чувствованиями и волением. Если мы овладеем духовно-научным мышлением с достаточной интенсивностью, с должной энергией, оно не останется только мышлением, но будет воздействовать на чувствования и волю. Только вообразите плодотворное действие этих идей на жизнь! Священнослужитель, который не придерживается только абстрактной теологии, получит помощь от этих идей в проведении заупокойной службы должным образом и с должным тактом.

И это не удивительно, так как мир, о котором говорит духовная наука, это реальный мир, в котором живут импульсы наших чувствований и воли. Таким образом, то, что способна дать духовная наука, действует в свою очередь, на чувствования и волю. Она воздействует на чувствования, если мы развиваем наши чувствования в отношении умерших. Но она должна также действовать и на импульсы воли. Мы уделим этому специальное внимание в свое время. Ибо, мои дорогие друзья, если мы проследим волевые импульсы человеческих существ нашего времени, мы не придем к очень глубоким областям человеческой души. Настоятельно необходимо ныне, чтобы люди искали духовные импульсы для своего воления, и трагично, что до настоящего времени они не решаются сделать это. Все тревоги нашего времени найдут свое разрешение только тогда, если человеческие существа проявят волю в поисках духовных импульсов для их внешней жизни. Как я уже говорил, люди все еще отбрасывают это. Но они должны будут научиться этому, ибо наша эпоха ставит это великой главной задачей для поколения, которое будет в ней жить, главной задачей в значительно большей степени, чем то было ранее.

Мы свяжем нашу ближайшую лекцию с концепциями, которые я изложил вам сегодня, которые касались индивидуального, личного элемента, а затем будем говорить об условиях, обстоятельствах нашего нынешнего времени с истинной духовно-научной точки зрения.

II.

17 февраля 1918 года.

Моей сегодняшней задачей будет продолжить наши духовные наблюдения, основания которым мы положили здесь в последний раз, и перейти к таким духовным процессам, которые лежат непосредственно позади событий нашего времени и так серьезно гласят нашим душам.

Если мы живем (в смысле нашей духовной науки) в общении с силами, которые стремятся от так называемых умерших в сферу, в которой мы обитаем во время нашего воплощения, то, возможно, очень ясно наблюдать, что лежит в основе нашего такого трудного времени. Правда, люди нашего времени очень мало стремятся познать духовные основы бытия. Такое отсутствие интереса тесно связано с тем, что эта великая катастрофа выпала на долю человечества нашего времени. Я привлекал ваше внимание к факту, что в последней трети девятнадцатого столетия, в противоположность более ранним периодам времени, произошли большие изменения в человеческой эволюции. Я неоднократно указывал на конец семидесятых годов последнего столетия и показывал, что конец семидесятых годов был острым моментом в эволюции человечества. Очень мало людей настоящего времени сознают основную разницу в духовной жизни, наступившую с конца семидесятых годов, по сравнению с духовной жизнью, которая ей предшествовала. Человеческим существам недостает перспективы, чтобы увидеть это, так как подобная вещь становится очевидной только тогда, если есть способность наблюдать различия с некоторого расстояния. Если человечество не хочет ожидать еще больших несчастий, эта перспектива должна быть достигнута как можно скорее. Ибо, мои дорогие друзья, наше настоящее время управляется странными и очень яркими противоречиями. Я опишу вам эти противоречия и вы найдете их очень нелепыми. Никогда не было в пределах истории человеческой эволюции времени столь духовного, как время, в котором мы живем — времени, начиная с конца семидесятых годов. С исторической точки зрения мы живем в самое духовное из времен. Однако, и это неоспоримый факт, что люди, считающие себя духовно развитыми, верят, что наше время полностью материалистично! В том, что касается жизни, наше время не материалистично, но насколько это касается веры многих людей и ее последствий, наше время, безусловно, материалистично. Что мы имеем ввиду в действительности, когда говорим: «Наше время духовное»?

Мои дорогие друзья, рассмотрите естественно-научные концепции мира нашего времени — по сравнению с ними естественно-научные концепции мира прошлого материалистичны. Сегодня мы имеем естественно-научную концепцию мира, которая поднимается до самых тонких, самых одухотворенных концепций. Мы увидим это, если понаблюдаем существование за пределами непосредственного физического настоящего.

Самые духовные нынешние концепции, хотя и благонамеренные, но означают очень мало для так называемых умерших. Но естественно-научные концепции современности, если они отражаются без предубеждений, значат для них исключительно много. Очень интересен факт, что так называемый материалистический Дарвинизм воспринимается и применяется полностью духовным образом в сфере умерших. В полноте духовной жизни вещи представляются совсем иными, чем они выступают в часто ошибочных верованиях, являющихся следствием того, что люди переживают в теле. Что я действительно имею ввиду, указывая на духовную естественно-научность? Для того, чтобы быть способным образовать эти концепции, подняться до таких мыслей, которые развиваются сегодня в отношении эволюции и т. п., необходима духовность, какой не было в предыдущие века. Гораздо проще видеть призраки и принимать их за нечто духовное, чем формировать строго определенные концепции о том, что кажется только материальным. Это приводит к тому, что человеческие существа развивают в своей душе самые одухотворенные концепции, а затем начинают отрицать их. Эти одухотворенные концепции ошибочно считаются относящимися только к материальным вещам. Материалистическая интерпретация современной естественно-научной концепции мира, является ничем иным, как отрицанием ее истинного характера. Она появилась из наклонности к трусости, чистой трусости! Не могут заставить себя жить со своими чувствами в этих одухотворенных концепциях и овладеть этой духовностью в разреженной атмосфере, необходимой для образования четких концепций относительно природы. Не смеют признать, что живут в духе, когда развивают эти одухотворенные концепции. Обманывают себя, говоря: «Эти концепции относятся только к материальным вещам. Ибо это не верно, это самообман.

То же самое считается хорошим и в других сферах жизни. Как я указывал вам два дня назад (См. Рудольф Штейнер. Чувственно-сверхчувственное в своем осуществлении посредством искусства), многие художественные произведения современности выявляют свою ценность, благодаря этим одухотворенным, утонченным чувствам, которые не существовали в искусстве, развивавшемся в прежние эпохи. Это изменение в духовной жизни было привнесено через вполне определенное духовное событие, которое я хочу охарактеризовать сегодня с определенной точки зрения.

В начале сороковых годов девятнадцатого столетия, когда середина этого столетия еще не была полностью достигнута, Архангел Михаил постепенно поднимался из чина Архангела в чин Духа Времени. Он начал в это время проходить эволюцию, которая позволила ему воздействовать на человеческую жизнь не только со сверх-земной точки зрения, но и непосредственно с земной. Он должен был подготавливаться, чтобы спуститься самому к земле, как бы соревнуясь с великим деянием Самого Христа Иисуса, чтобы отправная точка его была здесь, на земле, и действовать с этого времени с земной точки зрения. С сороковых до конца семидесятых годов последнего столетия это духовное существо подготавливалось к своей задаче. Можно было заметить, что период между сороковыми годами и 1879 годом являет знаменательную битву в той сверх-земной сфере, которая граничит непосредственно с земной сферой. Это духовное существо, которое мы называем Архангелом Михаилом, должно было вести трудную битву с некоторыми противостоящими духами. Если мы хотим понять что действительно случилось там, мы должны рассмотреть этих противоборствующих духов.

Духовные существа, которые должен был побороть Архангел Михаил, становясь Духом Времени, всегда затрагивали жизнь и развитие человечества в течение последнего тысячелетия, предшествовавшего середине девятнадцатого столетия, их задачей в духовном мире было создавать различия между человеческими существами. Те духовные существа, которые являются прямыми последователя Архангелов, стремятся вести человеческие существа обратно к групповой душе, распространить однотипность на все человечество. Если бы эти существа действовали одни, человечество стало бы единым недифференцированным родом, подобным роду животных, но на несколько более высоком уровне. Однако, те духовные существа, против которых должен бороться принцип Михаила, имели задачей распространить различия среди человечества, разделить человечество на расы и народы, вызвать все те различия, которые связаны с кровью и с дерзким темпераментом. Это должно было произойти. Их можно называть Ариманическими существами и мы должны усвоить, что Ариманический принцип был необходим в ходе эволюции человечества.

Начиная с сороковых годов девятнадцатого столетия настало время великой важности в эволюции человечества. Наступило время, когда старые различия должны исчезнуть, когда разделенное на расы человечество должно снова образовать единство.

Как видите, космополитические воззрения, которые, конечно, иногда превращались в космополитические лозунги в восемнадцатом и первой половине девятнадцатого столетия, являлись просто отражением того, что происходило в духовном мире. В человечестве существует тенденция стирать различия, порождаемые кровью и дерзким темпераментом. Тенденцией духовных миров не является создание дальнейших различий среди человечества, но тенденцией духовных миров является влить в человечество космополитический элемент. Хотя, под влиянием нашего катастрофического времени, люди мало понимают это, все же это должно быть установлено как истинный факт. Если этот факт, отраженный в прошлых событиях, наблюдается в его духовном происхождении, ясновидческое наблюдение показывает, что этот Дух, который должен стать, начиная с сороковых годов и дальше вперед, Духом Времени современности, борется против духов расы, духов народов, которые производят различия между людьми. То, что всегда изображалось важным символом, происходило здесь, хотя и на иной стадии. Символ указывает также и на другие стадии эволюции, так как события повторяются на различных стадиях эволюции, и то, о чем я говорю вам сейчас — это только повторение определенной стадии духовного свершения, которое произошло прежде на других стадиях. Это — событие, которое выражается символом Архангела Михаила, побеждающего дракона. Победа над драконом Архангела Михаила, которая означает, что противоборствующие силы были низвержены из царства, в котором правит Архангел Михаил, произошла в определенной сфере, начиная с сороковых годов последнего столетия. Некоторые духовные существа, задачей которых в духовном мире было разделение человечества на расы и народы, были низвержены с Неба на землю. Эти духовные существа, производившие до сороковых годов эти различия среди человечества, не имеют больше силы сверхчувственных существ в областях, граничащих с земным миром. Они были низвержены в сферу людей на землю со всем, что они могли принести с собой.

Вот это духовная наука и обозначает как победу Архангела Михаила над противоборствующими духами (произошедшую в конце семидесятых годов) низвержение на землю некоторых духов, сопротивляющихся ему.

Таким образом, начиная с конца семидесятых годов (начиная в 1879 году), мы имеем две вещи. Во-первых, мы имеем на земле для тех, о ком можно сказать, что это люди доброй воли (если мы понимаем это выражение в правильном смысле), правление Духа Времени Михаила, которое дает нам возможность достичь одухотворенных концепций, одухотворенной умственной жизни. И, во-вторых, мы имеем на земле также противоборствующих духов, обманывающих нас, отрицая духовность настоящего времени. Если мы боремся против материализма нашего времени, мы постоянно должны отдавать себе отчет в том факте, что мы не должны бороться против того, что есть хорошего в нашем времени, но против лжи нашего времени. Так как духи, низверженные с Неба на землю, — это, главным образом, духи лживости, которые, как духи препятствий, противодействуют нам в поисках духовного в нашем овладении природным существованием.

Если узнать те человеческие существа, которые спустились из духовного мира в земное воплощение после 1841 года и уже умерли, можно увидеть, как эти вещи рассматриваются, так сказать, с той стороны. Тогда можно быть в состоянии исправить многое, что здесь, в физическом мире, очень трудно точно увидеть.

Видите ли, в начале двадцатого столетия стало постепенно ясно каким образом необходимо снова указать на различные сферы деятельности духа в жизни, и те, кто привлекали внимание к этому факту были человеческие существа, которые после 1848 года (точнее, после 1840 года) принимали участие в тяжелой битве, которую вел Архангел Михаил в духовном мире, и которая завершилась в 1879 году низвержением противоборствующих духов в земную жизнь, где они сейчас находятся среди человеческих существ. В битве Архангела Михаила принимают участие те, кто восстает против этих духов и пытается их изгнать с поля их действия (См. Рудольф Штейнер «Изучение Гете и гетевский метод мышления»).

Существует определенный закон, гласящий, что с любого пункта истории мира эволюция может быть прослежена в двух направлениях: как назад, так и вперед. Если мы сконцентрируем наше внимание на любой точке исторического развития человечества, мы можем сказать — «В этой точке времени случилось то-то и то-то». С ходом времени могут быть наблюдаемы наступающие события, но и время так же может быть наблюдаемо в обратном направлении. Мы можем пойти назад от 1879 года к 1878, 1877, 1860, 1850 году и так далее, и можем тогда наблюдать духовный мир ретроспективно. Тогда представляется следующее: в глубочайшем строении происходящих событий мы можем обнаружить повторение того, что им предшествовало. Если выражать нечто великое простым путем, оно легко может звучать тривиально. Но я буду говорить просто. Если мы рассматриваем 1879 год, мы можем продвинуться к 1880 году или вернуться назад к 1878 году. Если мы продвинемся к 1880 году, то заметим в глубочайшем духовном строении этого года, что происходящее в 1878 году еще активно внутри 1880 года, — позади событий 1880 года стоят активные силы событий 1878 года. А позади событий 1881 года стоят, как активные силы, события 1877 года. Если мы возвращаемся назад, линия времени как бы обращается, и события, лежащие позади определенного пункта времени, встают из-за событий, которые лежат впереди этого пункта времени. Многое может быть понято, если мы постигнем эти вещи.

Теперь я прошу вас вспомнить, что я уже много лет назад говорил вам о 1879 годе, а не только после 1914 года, что было бы дешевкой. Это очень важно, мои дорогие друзья, и я прошу вас сделать со мной вместе простые вычисления. Считайте назад от 1879 года. Считайте назад к году, который я часто обозначал вам как другую границу. Я всегда сообщал, что битва, о которой я теперь говорю, началась в начале сороковых годов, около 1840, 1841 года. Считайте назад — 1879, 1869, 1859, 1849 годы и еще восемь или девять лет — будет 38 или 39 лет. Теперь считайте вперед — 1879, 1889, 1899, 1909, 1914 и прямо в наши дни (1918 год) — и вы также будете иметь 38 или 39 лет. Если вы отметите 1917 год, вы найдете удивительный результат. Вы поймете глубокое значение заявления оккультиста, что отправляясь от острого исторического события, вы найдете предшествовавшее духовное событие повторенным в последующем. Позади земных событий наших дней стоят духовные события, начавшиеся в сороковые годы и которые мы обозначили как битву Архангела Михаила с противодействующими духами. Эти события стоят позади событий сегодняшнего дня. Мы имеем сегодня повторение того, что происходило в начале сороковых годов. Вы можете себе представить как совершенно иначе выглядят события нашего времени. если обращать внимание на этот закон. Развивается глубокое понимание событий, которые иначе проходят незамеченными, не проникают в душу. Приходит понимание, что битва Архангела Михаила с противоборствующими силами, до известной степени, вернулась к своей отправной точке.

Вообще, очень трудно говорить современным человеческим существам об этих глубочайших взаимосвязях потому, что они яростно отбрасывают все, что могло бы помочь им понять настоящее время и дать возможность действовать правильным образом. Необходимо сегодня избавиться от старых предубеждений и сознательно понимать факты. Ибо здесь, на физическом плане, случаются вещи, природа которых значительно более духовна, чем событие вообще. Это связано с нисхождением Архангела Михаила в нашу земную область. Многие люди говорят об этом нисхождении. Но если их серьезно призывают признать этот факт в его истинной основе, они не слушают, не хотят слушать. Однако, это исключительно необходимо, чтобы духовное понимание самых важных импульсов нашего времени охватило как можно более широкие круги наших современников. Поэтому было очень важно в течение всех этих лет наших встреч привлекать внимание к необходимости не проспать поток событий, на который в наше время так сильно влияет дух. Так как просыпать события характерная черта нашего времени. Люди проходят мимо событий как бы уснувшие и, можно сказать, что чем острее, чем более значительнее событие, вступающее на физический план, тем более человеческие существа просыпают его.

События марта 1917 года, если я могу указать конкретный факт,[1] имели потрясающее значение и вызовут последствия такой огромной важности, которая даже не снится сегодня человечеству; просто поистине невероятно как мало понимания необходимости полного пересмотра их суждений существует среди людей, полнейшего пересмотра всего, во что люди верили до 1914 года.

По этому поводу я позволю себе указать на факт, что в 1910 году я прочел ряд лекций в Христиании (Осло) относительно душ европейских народов. В первых же лекциях вы можете прочесть, что человеческие существа скоро будут призваны к пониманию в отношении душ европейских народов.[2] Повторно подчеркивалось в наших лекциях следующее: обратите ваш пристальный взгляд на ближайший Восток; происходящее там важно для человеческой эволюции. Как часто это говорилось! Каждый из моих слушателей слышал это. И весной 1914 года в цикле лекций в Вене о жизни между смертью и новым рождением,[3] я осмелился сделать настойчивое заявление, что социальная жизнь нашего времени может быть сравнима со специальной формой заболевания, а именно, с раковым заболеванием; я утверждал, что подкрадывающееся раковое заболевание пронизывает социальную жизнь. Естественно, мои дорогие друзья, такие вещи не могут формулироваться иначе — они должны быть поняты.

Мы не должны думать об исторических событиях, следующих одно за другим в непрерывной последовательности, так, как воображают это историки. Они верят, что более позднее событие развивается из предшествовавшего, которое, в свою очередь, развилось из другого предшествовавшего, и так далее. Предубеждение, утверждающее, что последующее развивается самым спокойным образом из предыдущего, мы оставим тем, кто не имеет чувства реальности, которое ожидается в наличии у антропософа. Мы можем оставить это предубеждение политикам. Реальность, однако, совершенно отлична. Мы должны думать о ходе событий как о паре чашек у колеблющихся весов, коромысло которых опускается сначала в правую сторону, потом в левую. Поэтому время с начала сороковых годов характеризуется следующим образом. Существовали великие возможности подготовить соответствующим образом одухотворение человечества, к чему и стремился Архангел Михаил (если бы была сделана попытка в большем масштабе вдохнуть в человечество духовные концепции, духовные идеи в течение периода от 1840 года до 1914 года, а 1879 год делит этот период на две части). Однако, современное человечество должно зависеть только от своей свободной воли; и если человечество своим собственным волением не в состоянии овладеть подобными возможностями, тогда коромысло весов опускается в другую сторону. То, что могло быть достигнуто на духовном пути, теперь осуществляется через потоки крови. То, что мы испытываем в наше катастрофическое время — это выравнивание чашек весов. Человечество, которое отбросило одухотворение, должно быть заставлено принять его. Это может случиться через физическую катастрофу.

Эта идея может быть проверена, если мы утвердимся на следующем твердом основании. Мы живем здесь, в этом физическом мире, но мы бодрствуем в этом физическом мире только благодаря нашим восприятиям и нашим понятиям, как я описал это вам два дня назад. Нам снятся наши чувствования и мы спим в отношении наших волевых импульсов. Это само собой разумеется для человека. Но если, посредством имагинации, инспирации и интуиции, мы хорошо ознакомимся с духовным миром, всегда окружающем нас, как воздух, и в котором существуют так называемые умершие вместе с нами, в котором их импульсы деятельны, тогда мы постигаем как жизнь здесь, в физическом мире, связана с жизнью так называемых умерших. Умершие в состоянии получать от человеческих сердец только духовные мыли.

Вспомните, что я говорил вам два дня назад. Я сказал: — Если человеческое существо умирает в юности, то оно, в духовном смысле, не покидает совершенно своей семьи; оно в действительности остается здесь. Нечто, очень важное для умерших, связано с этим, и я прошу Вас принять это очень серьезно, так как для ушедшего это не просто вопрос бытия здесь. Для него это вопрос возможности переносить это существование. Если умершая личность присутствует в материалистически настроенной семье, которая не культивирует духовных мыслей, она постоянно подавлена и огорчена; семья представляет для нее кошмар, сравнимый с ночным кошмаром, который мы испытываем, когда задыхаемся. Только духовные мысли тех, с кем он остался, могут помочь умершему освободиться от этого кошмара и сделать сносной его жизнь среди них.

И снова я говорю вам — если более старый человек вырывается из семьи, то он, в некотором смысле, берет их души с собой. Он притягивает их вслед за собой, но если они не пронизаны духовными мыслями, то они подобным же образом составляют кошмар для него.

Теперь рассмотрим следующее. Мы можем научиться многому, если будем наблюдать внезапную смерть человеческого существа, причиненную внешними или ненормальными внутренними условиями. Например, если человек убит или застрелен. В таком случае смерть вызывается путем, совершенно отличным от постепенного умирания вследствие болезни. Вообразите следующий случай: человеческое существо застрелено в тридцатипятилетнем возрасте, его жизнь разрушена благодаря внешним обстоятельствам. Если бы пуля не ударила его (безусловно, существуют кармические связи, но то, что я собираюсь сказать, тем не менее, справедливо) организм этого человека позволил бы ему прожить еще тридцать пять лет. Он нес в себе телосложение еще для других тридцати пяти лет. А это производит совершенно определенный результат.

Мои дорогие друзья, если человеческое существо умирает насильственно во время полной активности его жизненных сил, оно имеет в момент смерти потрясающе знаменательное переживание. Оно переживает те вещи, которые должны были развернуться в длительный период времени, сжатыми в одно мгновение. То, что оно должно было пережить в течение следующих тридцати пяти лет, оно теперь переживает в один момент. Ибо важным переживанием в час смерти является следующее: человеческое существо видит действительно свое тело извне; видит превращение, через которое оно проходит; видит, что оно лишается контроля над силами, которыми оно обладало при пребывании души в теле, и что теперь его тело становится существом природы, отданным природным силам, внешним физическим силам. Потрясающе знаменательным переживанием в момент смерти является то, что человеческое существо созерцает отдачу своего организма физическим силам мира природы. Если человеческое существо пострадало от насильственной смерти, оно не только внезапно освобождается от нормальных природных сил, но и попавшая пуля превращает его организм в неорганическое, безжизненное тело; оно теперь полностью передано неорганическому миру. Большая разница существует между медленной смертью через болезнь и внезапной смертью через вмешательство внешнего мира в человеческий организм. Будь это в форме пули или в какой-либо иной форме. В этот момент налицо внезапная вспышка, внезапный выброс потрясающего количества духовности. Имеет место воспламенение духовной ауры и прошедший через врата смерти, оборачиваясь, видит это воспламенение. Это пылание очень похоже на событие, происходящее, когда человеческое существо посвящает себя духовным концепциям. Это — равнозначные ценности, мои дорогие друзья. Чрезвычайно интересно видеть следующее сходство; отошедший воспринимает пронизанную чувством мысль с другой стороны, возникающую у какого-либо лица, когда оно наслаждается или творит образ, картину, рожденную духовной жизнью; отошедший видит как схожа эта пронизанная чувством мысль, видимая с той стороны, с ощущениями человека (который, конечно, не сознает этого), страдающего от внешнего ранения, скажем, руки, когда боль возникает в ней. Здесь имеется большая связь между двумя событиями — одно может занять место другого.

Теперь вы охватите кармическую связь между двумя событиями. Конечно, довольно значительное число людей знало «аспект звезд», когда приблизились сороковые годы девятнадцатого столетия. Когда оккультисты хотели обозначить такое событие как битва Архангела Михаила с драконом, они употребляли техническое выражение «Это аспект звезд». В то время существовало довольно много людей, знающих о происходящем подобном значительном событии. Были такие, которые хотели принять меры предосторожности, но одна из чашек весов была слишком тяжело нагружена: материалистические наклонности были слишком сильны у людей. Возможно поэтому прибегли к худшим средствам. Люди, понимавшие знамения времен, пол-ностью сознавали, что духовная жизнь должна войти в человечество. Если бы эта духовная жизнь вступила в человечество с начала сороковых годов и дальше, человечество было бы избавлено от многих катастроф. То, что должно было произойти, произошло бы, но в другой форме. То, что кармически необходимо, происходит, но оно может произойти в разнообразных формах Это всегда надо держать в уме.

Я выражусь более ясно. Существуют два пути мышления относительно того, что должно происходить в социальной сфере или любой иной. Мы можем представить программу, сформулировать программные концепции, мы можем продумать, как будет мир развиваться в той или иной области; это может быть представлено в прекрасных словах. Мы можем клясться этими словами, принять их как догмы, но ничего в результате не произойдет из них, совершенно ничего! Мы можем иметь самые великолепные идеи о том, что должно случиться, но ничего не получится из них. Идеи, как бы они ни были прекрасны, не обязательно должны давать результаты. Измышленные программы, это самая никчемная вещь в жизни. В противоположность этому мы можем сделать что-нибудь, и многие люди делают нечто, без какого-либо специально развитого ясновидения. Мы можем просто, благодаря безыскусственному, интуитивному знанию условий времени, спросить себя: что должно произойти в ближайшие двадцать или тридцать лет? Что содержится в нашем времени, что стремится стать реальностью? И если обнаружить то, что должно неизбежно произойти, тогда можно сказать себе: — «Теперь мы можем выбирать». Люди могут взяться за ум и вести ход событий в направлении, в котором он шел бы в любом случае. Или они спят и им не удастся сделать этого, и они просто позволят событиям течь своим путем: в этом случае то, что должно произойти, осуществится путем катастроф, революций и катаклизмов. Никакая статистика, никакие программы, как бы они ни были хорошо продуманы, не имеют никакой цены. Это должно быть осознано нами, такими идеями должно управляться настоящее.

В сороковые годы последнего столетия многие люди, придерживающиеся программ, одержали победу над немногими, понимающими то, что я изложил. Отсюда возникли различные попытки одухотворения человечества; спиритизм, например, был одной из них; это было попыткой одухотворить и реформировать человечество неподходящим способом — раскрыть духовный мир материалистично. Даже наше мышление может быть материалистичным. Это материалистичная мысль говорит: «- Та или эта определенная группа человечества права». Почему же духовные силы не вмешиваются и не помогают им отстоять их права? Как часто слышим мы сегодня людей, говорящих: «-Почему не вмешиваются духовные силы?». Два дня назад я дал ответ на это в более абстрактной форме — человечество сегодня должно полагаться на собственную свободу. Те, кто спрашивают:

«— Почему духовные силы не смешиваются?», исходят из предположения, что призраки вместо людей должны делать политику. Безусловно, это был бы очень легко достижимый прогресс, если бы вместо человеческих существ необходимые реформы проводили бы духи. А они этого, конечно, не делают, так как человеческие существа должны полагаться на свою свободу. Надежда на помощь от духов — вот что определенно сбивает с толку человеческие существа; она отвлекает их внимание от того, что должно происходить. Таким образом, тот период в жизни человечества, когда постепенно развивались утонченные духовные концепции, был как раз тем временем, когда человечество было подвергнуто сильнейшим материалистичным искушениям. Человеческие существа были просто не в состоянии почувствовать различие между утонченными одухотворенными концепциями и ощущениями с одной стороны и тем, что, с другой стороны, приближалось к ним как искушения и противодействия овладению одухотворенными элементами внутри них самих. Именно потому, что люди не поняли в должное время как должна происходить эволюция, сделался необходимым наш катастрофический век, наши настоящие трудные времена. Без современных тяжелых испытаний человечество погрузилось бы еще глубже в сомнения в себе. Безусловно, оно развилось бы духовно, но оно было бы отброшено на еще низшую ступень.

Это — часть заднего плана кулис исторического развития. Я очень хотел бы осветить, исходя из этого, многое, находящееся на переднем плане; но вы оцените причины, по которым это не может быть сделано в наше время. Я должен предоставить отдельным лицам осветить для себя то, что живет в нашем непосредственном настоящем, рассматриваемом со стороны заднего плана, который я только что описал.

Вот видите, мои дорогие друзья, проспать события, которые я характеризовал, значит проглядеть острые углы и контуры жизни. Но если мы проглядим острые углы и контуры жизни, то возникнут компромиссы. Бывают времена, подходящие для компромиссов. Предшествовавшее сороковым годам девятнадцатого столетия время было таким; но для нашего времени это неверно. Наше время требует, чтобы мы видели вещи, как они есть, со всеми их углами и контурами, в резком рельефе; но это поднимает также в человеческой душе побуждение, именно по причине наличия этих острых углов и контуров, сонно закрыть на них глаза. То, что я только что сказал замечается и в отношении величайшего, значительнейшего события в человеческой эволюции.

В отношении величайшего события мирового развития происшедшая эволюция как раз выдвинула эти острые углы и контуры! Действительно, даже в отношении величайшего события мирового развития, а, именно, Мистерии Голгофы! Мы знаем все замечания, делавшиеся в ходе теологического развития девятнадцатого столетия в отношении Мистерии Голгофы. С момента, когда Лессинг начал говорить о Мистерии Голгофы, вплоть до времени теолога Древса, в отношении ее были высказаны всякого родя заявления. И можно сказать, что все теологическое развитие девятнадцатого столетия полностью доказывает, что люди совершенно забыли как следует понимать Мистерию Голгофы. Было несколько очень интересных публикаций, касающихся Христа Иисуса. Действительно, чрезвычайно интересных публикаций! Возьмите, например, датскую.[4] Эта датская публикация написана полностью с точки зрения современного естественно-научного мышления. Автор утверждает: «- Я — психолог, физиолог и психиатр, я исследую Евангелие с этой точки зрения. И к каким заключениям он приходит? Совершенно фактически (в смысле современного психиатрического суждения) он приходит к следующему: образ Христа Иисуса, обрисованный в Евангелиях, является патологическим. Мы можем представить себе Христа Иисуса только как лицо, страдающее безумием, эпилепсией, патологическими видениями и тому подобными состояниями; как обладающее всеми симптомами серьезной психической болезни. Когда прочтешь людям самые важные места этой книги, как я недавно это сделал, то они возмущаются. И это понятно — люди ужасаются, когда почитаемое священным описывается как патологический случай. Но каковы же реальные факты в этом вопросе? Факты, мои дорогие друзья, следующие. Среди большого числа нечестных соглашателей выдвигается один, основывающийся полностью на естественно-научной точке зрения и не идущий ни на какие компромиссы, а утверждающий: я — ученый, поэтому я должен говорить так, как я это делаю, потому что таковы факты. Если люди честно встанут на точку зрения естественной науки, они должны будут держаться подобных взглядов. Здесь как раз налицо те острые углы и контуры, которых они не могут избежать. Они не могут избежать их до тех пор, пока не откажутся от естественно-научной точки зрения и не перейдут к духовно-научной точке зрения: в этом случае они останутся честными. Или они могут захотеть остаться честными с естественно-научной точки зрения, тогда они будут обязаны наблюдать факты бескомпромиссно (таким путем, как ученый, хотя и полностью честен в своей области, но значительно ограничен в своих взглядах, и не пытается скрыть своей ограниченности). Он чрезвычайно ограничен, но последователен. Это должно быть понято. Если люди сегодня увидят, что, по необходимости, должно произойти, если будут последовательно доводить до конца некоторые вещи, они увидят жизнь без компромисса.

Кто-то недавно передал мне интересный листок бумаги со ссылкой на книгу, уже известную мне, но, так как я не имею ее здесь со мной, я прочту вам то, что написано на этом листке бумаги. Он был передан мне с целью показать, какие вещи возможны сегодня.

«Каждый, посещавший высшую школу, вспомнит незабываемые часы, когда он должен был, изучая Платона, «наслаждаться» беседами Сократа с его друзьями. Незабываемыми — по причине невероятной скуки, порождаемой этими беседами. Он может быть вспомнит, что эти беседы Сократа поразили его как исключительно глупые; но, конечно, он не смел высказать такое мнение, ведь человек, о котором шла речь, был Сократ, величайший философ» (книга Александра Мошковского «Сократ-идиот», изд. «Гейслер и К», Берлин, полностью разделывается с неоправданной переоценкой доброго афинянина). В этой небольшой занимательно написанной книге Мошковский берет на себя задачу основательно лишить Сократа его философской славы. Заглавие «Сократ-идиот» должно быть понято буквально. Мы не ошибемся, предполагая, что эта книга вызовет научные споры.

Вы может быть подумаете, как это ужасно, что пишутся подобные вещи. Но я совсем не нахожу этого ужасным. Я нахожу это самоочевидным и вполне честным со стороны Мошковского, ибо, в соответствии с его идеями и чувствами, он не мог сделать иначе, если хотел оставаться последовательным, как назвать Сократа идиотом. Делая это он более честен многих других, которые, придерживаясь своих взглядов, должны были бы также назвать Сократа идиотом, но вместо этого предпочитают компромисс.

Я думаю, мне не нужно говорить, мои дорогие друзья, что вам не следует, выйдя, сейчас же распространить новость, что я в полном согласии с Мошковским, объявляющим Сократа идиотом. Я надеюсь, вы понимаете, что я, действительно, имел ввиду.

Но я должен признать тот факт, что люди в наше время приходят к некоторым суждениям потому, что они прибегают к бесчестным компромиссам. Невозможно думать о душевной патологии как современные психиатры и не написать книгу, подобную книге такого автора, касающейся Христа Иисуса. Это невозможно не сделать. Честность требует или отбросить эти концепции и заменить их духовными, или принять точку зрения, что Христос Иисус был психически больной. Если быть знакомым со взглядами подобных людей, если знать мнения Мошковского относительно строения всей Вселенной, его специальные взгляды на теорию радиации и теорию квантов, можно понять, почему он, желая остаться честным и последовательным, должен считать Сократа, а также и Платона, идиотами.

Что особенно необходимо для человечества — это отбросить компромиссы. Человеческие существа не должны допускать компромиссы, по крайней мере, в своих душах. Очень важно рассматривать это как требование нашего века, так как к наиболее значительным импульсам Духа Времени, Михаила, относится излияние ясности, абсолютной ясности, в души людей. Если хотят следовать за Архангелом Михаилом, необходимо вливать ясность в человеческие души, преодолевать сонливость. Эта сонливость возникает в других сферах тоже, но больше всего сегодня необходимо добиться абсолютной способности проникновения в значение вещей. В предшествовавшие эпохи было иначе. В течение столетий до эпохи Михаила, когда европейское человечество управлялось и руководилось Архангелом Гавриилом, компромиссы, которые человечество допускало в своем мышлении, смягчались влиянием духовного мира. Михаил — это дух, который занимается свободой человека в самом возвышенном смысле этого слова. Михаил всегда делает то, что необходимо. Вы не должны верить, что Михаилу может не удаться верная вещь. В бессознательных областях души каждого человеческого существа сегодня резко очерчены каждый контур и угол духовной жизни. Это — здесь. Тот, кто вообще способен извлечь на поверхность существующее в глубинах душевной жизни как скрытое видение, знает, что живет сегодня в душах в виде противоречий и несвязных фактов. Он знает, что в душах бок о бок живут современная, материалистичная психиатрия, у которой хватает духу увидеть эпилептика в Христе Иисусе, а также и признание Христа Иисуса. Каждому, способному поднять эти вещи в сознание, становятся ясны эти факты. Было бы интересно, когда бы хороший художник, с истинным пониманием нашего времени, написал бы «Христос, рассматриваемый с точки зрения современного психиатра», изобразив это экс-прессионистски. Результат был бы очень интересным, если бы художник имел истинное понимание происходящего в настоящее время в глубинах жизни человеческой души.

Видите ли, в наше время мы должны проникать вглубь, если хотим овладеть происходящим на поверхности существования. Но надо понимать, с другой стороны, что люди охвачены некоторой трусостью и упадком духа, когда они должны приближаться к указанным вопросам.

И вот другое качество, необходимое сегодня — смелость, даже некоторая дерзость в восприятии, в мышлении; дерзость, не притупляющая наши идеи, но делающая их чрезвычайно сильными. Все, что было сказано сегодня, может быть найдено во внешних событиях; духовный исследователь просто описывает их более точно потому, что он видит их на соответствующем фоне, заднем плане кулис. И если духовный исследователь описывает затем этот задний план кулис, то внешние события еще более подкрепят, например, то, на что было указано сегодня.

Многие люди спрашивают: «- Что я должен делать?». Это так очевидно что должен каждый делать! Каждый должен открыть свои глаза! Свои духовные глаза, конечно! И если каждый откроет глаза, последует воля. Воля зависит от обстоятельств нашей жизни. Не всегда возможно в различных обстоятельствах каждого, в соответствии с его кармой, делать правильные вещи, но каждый должен стараться открыть духовно глаза. Сегодня, однако, часто случается следующее. Если пытаются сообщить людям в словах то, что необходимо для нашей эпохи, они быстро закрывают свои глаза, затем быстро отворачивают от этого и свой ум. Это есть опускание чашки весов в другую сторону. То, что я говорю здесь, может быть рассмотрено как критика нашего времени, но это не было моим намерением. Моей целью было привлечь внимание к импульсам, которые должны вступить в человеческие души, в человеческие умы из духовного мира, если мы хотим подняться над катастрофическим временем, в котором мы живем. Как я уже заявил, в конкретные детали входить невозможно. Каждый должен сделать это сам для себя.

Примечания.

1.

Начало Русской революции, отречение царя (прим. редактора).

2.

Рудольф Штейнер «Миссия народных душ в связи с Германо-Скандинавской мифологией».

3.

Рудольф Штейнер «Внутреннее существо человека и жизнь между смертью и новым рождением».

4.

Эмиль Расмуссен «Иисус. Сравнительное психологическое исследование».

Календарь Души.

Старинный дом стоит заброшен
В нем Духи прошлого живут
Хотя я в нем совсем непрошен
Они меня к себе влекут
Тот дом я сам когда-то строил
Из жизни в жизнь переходя
В мышленьи, чувствованьи, воленьи
Себя никак не находя
На дом смотрю я с удивленьем
В нем узнаю я Божества
Что моей воле подчиняясь
Меня творили из себя
Тот дом есть будущее основанье
Созданья нового меня
Весь опыт-дом моего переживанья
Лежит в основе Мира Бытия

Предисловие ко второму изданию (1918).

Течение года имеет свою собственную жизнь. С этой жизнью человеческая Душа может развернуть чувство-унисон. Если Душа открывает себя влияниям, которые говорят к ней так различно от недели к неделе, она найдет верное восприятие себя. Этим Душа почувствует силы, растущие внутри, которые усилят ее. Она узрит, что такие внутренние силы, желают быть пробужденными — пробужденными способностью Души участвовать в значимом течении Мира, как он приходит в жизнь в ритмах времени. Этим Душа полностью осознает деликатные, также жизненные нити, которые существуют между ней самой и Миром, в котором она была рождена.

В этом календаре стих предписан для каждой недели. Это позволит Душе участвовать активно в прогрессирующей жизни года, как она разворачивает себя от недели к неделе. Каждый стих должен звучать в Душе по мере, как она объединяет себя с жизнью года. Здоровое чувство «со-единенности» с течением природы, и вытекающее из него «нахождение себя» подразумевается здесь, в надежде, что чувство-унисон с Мировым течением как развернутое в этих стихах есть нечто, к чему Душа стремится, когда она верно понимает себя.

Рудольф Штайнер.

Весна.

Пасха-Настроенье, 1-52, 27–26.

Когда из Мира-широт
Солнце говорит к Человеко-чувству
И радость из Души-глубин
Со светом объединяет себя в созерцаньи,
Тогда извлекаются из Самости покрова
Мысли в Пространства-дали
И связывают смутно
Человека существо с Духа бытием.

2-я неделя (14–20 апреля), 2-51, 28–25.

Во Внешнее Чувств-вселенной
Теряет Мысли-власть свое Собственное-бытие;
Находят Духо-миры
Человеко-росток снова,
Который свой зачаток в них,
Но свой Души-плод
В себе должен найти.

3-я неделя (21–27 апреля), 3-50, 29–24.

Говорит к Миро-вселенной,
Себя самого забывая
И свое пра-состояние вспоминая,
Человека растущее Я:
В тебе, освобождая себя
Из моей обособленности пут,
Постигаю я мое подлинное существо.

4-я неделя (28 апреля — 4 мая), 4-49, 30-23.

Я чувствую сущность моей сущности:
Так говорит восприятье,
Которое в Солнце-озаренном мире
Со Свето-потоками себя объединяет;
Оно желает мышленью
К ясности тепло подарить
И человека и Мир
В единство прочно связать.

5-я неделя (5-11 мая), 5-48, 31–22.

В свете, который из Духо-глубин,
В пространстве плодотворно ткя
Богов творенье проявляет:
В нем возникает Души существо
Расширившимся до Миро-бытия
И восставшим
Из узкой Самости Внутри-власти.

6-я неделя (12–18 мая), 6-47, 32–21.

Восстала из обособленности
Моя Самость и находит себя
Как Миро-откровенье
Во Времени- и Пространства-силах;
Мир, он являет мне повсюду
Как божественный пра-образ
Собственного отраженья истину.

7-я неделя (19–25 мая), 7-46, 33–20.

Моя Самость, она грозит ускользнуть,
Миро-светом властно влекомая.
Так вступи ты мое предугадывание
В свои права мощно,
Замени мне мышленья власть,
Которая в чувств видимости
Себя сама потерять желает.

8-я неделя (26 мая — 1 июня), 8-45, 34–19.

Растет чувств власть
В союзе с Богов твореньем,
Она подавляет мышленья силу
До сновиденья смутности мне.
Когда Божественная сущность
Себя с моей Душой объединить желает,
Должно человеческое мышленье
В Сновидо-бытии себя безмолвно пребывать.

9-я неделя (2–8 июня), 9-44, 35–18.

Забывая мою Воле-обособленность
Наполняет Миро-тепло о лете-возвещая
Мне Дух и Души-существо;
В свете себя потерять
Велит мне Духо-созерцанье,
И всесильно возвещает предугадывание мне:
Теряй себя, чтобы себя найти.

10-я неделя (9-15 июня), 10–43, 36–17.

К летним высотам
Возносит Солнце сияя существо себя;
Оно берет мое человеческое чувствование
В свои Пространства-широты с собой.
Предугадывая шевелит во Внутреннем себя
Восприятие, смутно мне возвещая,
Познаешь ты однажды:
Тебя чувствовало сейчас Бого-Существо.

11-я неделя (16–23 июня), 11–42, 37–16.

Должно в этот Солнца-час
По тебе, мудрую весть распознать:
Миро-красоте предаваясь,
В тебе себя ощущая пережить:
Потерять может Человеко-Я,
И найти себя в Миро-Я.

Иоанна-Настроенье, 12–41, 38–15.

Миров красоты-блеск,
Он заставляет меня из Души-глубин
Собственной-жизни Бого-силы
Для Миро-полета высвободить;
Меня самого покинуть,
Доверчиво лишь меня ища
В Миро-свете и Миро-тепле.

13-я неделя (30 июня — 6 июля), 13–40, 39–14.

И есть я в Чувств-высотах,
Так пылает в моих Души-глубинах
Из Духа Огне-миров
Богов Истины-слово:
В Духо-основах ищи угадывая
Себя Духу-родственному чтоб найти.

Лето.

14-я неделя (7-13 июля), 14–13, 40–39.

Чувств-откровеньям предаваясь
Утратил я Собственной-сущности побужденье,
Мысль-сновидение, оно являлось
Одурманивая чтоб Самости лишить меня.
Но пробуждая близится уже
В Чувств-видимости мне Миро-мышленье.

15-я неделя (14–20 июля), 15–12, 41–38.

Я ощущаю как заколдованный
В Миро-видимости Духа тканье:
Оно в Чувств-смутности
Окутало мое Собственное-существо,
Чтоб даровать мне силу:
Которую, бессильное себе самому дать,
Мое Я в своих ограниченьях есть.

16-я неделя (21–27 июля), 16–11, 42–37.

Чтоб укрыть Духо-дар во Внутреннем,
Повеливает строго мне мое предугадывание так,
Что созревая Бого-дары
В Души-основах плодонося
Самости плоды приносят.

17-я неделя (28 июля — 3 августа), 17–10, 43–36.

Говорит Миро-слово,
Которое я через Чувств-врата
В Души-основы позволен провести:
Наполни твои Духо-глубины
Моими Миро-широтами,
Чтоб найти однажды меня в тебе.

18-я неделя (4-10 августа), 18-9, 44–35.

Могу я Душу расширить так,
Что она сама себя соединит с
Воспринятым Мировым-Зачатком-словом?
Я предугадываю, что я силу должен найти,
Душу достойно сформировать,
Чтоб Духо-Облаченье себе образовать.

19-я неделя (11–17 августа), 19-8, 45–34.

Таинственно-полно Новое-Восринимаемое
С воспоминанием охватить
Будь моего стремленья дальнейший смысл:
Он должен укрепляя Собственные-силы
В моем Внутреннем будить
И пребывая меня мне самому давать.

20-я неделя (18–24 августа), 20-7, 46–33.

Так чувствую я только мое бытие,
Которое вдали от Миро-бытия
В себе, себя самое гасить должно бы
И строя только на собственной основе,
В себе, себя самое умертвить должно бы.

21-я неделя (25–31 августа), 21-6, 47–32.

Я чувствую плодонося чуждая власть,
Себя укрепляя, мне меня самого ссужает,
Зачаток воспринимаю я созревая
И предугадывание свето-полно ткет
Во Внутреннем Самости власть.

22-я неделя (1–7 сентября), 22-5, 48–31.

Свет из Миро-далей,
Во Внутреннем живет он могуче дальше:
Он станет Души-светом
И светит в Духо-глубины,
Чтоб плоды разродить,
Которые Человеко-самости из Миро-самости
Во времени-беге созревать позволяют.

23-я неделя (8-17 сентября), 23-4, 49–30.

Приглушает осенне себя
Чувств Прельщенье-устремленье;
В Свето-откровенье примешивают
Тумана глухие завесы себя.
Я сам созерцаю в Пространста-широтах
Осени Зимы-сон.
Лето для меня
Себя самое отдало.

24-я неделя (18–21 сентября), 24-3, 50–29.

Самого себя созидая постоянно,
Станет Души-бытие себя само осознающим;
Миро-Дух, он стремится далее,
В самопознании заново оживленный
И творит из Души-тьмы
Самости-чувства Воле-плод.

25-я неделя (22–28 сентября), 25-2, 51–28.

Я позволен теперь себе принадлежать
И сияя расширять Внутри-свет
В Пространства- и Времени-тьме.
Ко сну принуждает естественно сущность,
Души глубины должны бодрствовать
И бодрствуя нести Солнца-пыланья
В холодные Зимы-теченья.

Михаила-Настроенье, 26-1, 52–27.

Природа, твое материнское бытие,
Я несу его в моем Воле-существе;
И моей Воли Огне-власть,
Она закаляет моего Духа побужденья так,
Что они рождают Самости-чувство,
Чтоб нести меня во мне.

Осень.

27-я неделя (6-12 октября), 27–26, 1-52.

В моего существа глубины проникнуть:
Возбуждает предугадыванья-полное устремленье так,
Что я себя Само-созерцая найду,
Как Лета-солнца-дар, который как зачаток
В Осени-настроенье согревая живет
Как моей Души Силы-побужденье.

28-я неделя (13–19 октября), 28–25, 2-51.

Я могу во Внутреннем заново оживая,
Прочувствовать собственного существа широты
И сил-преисполненно Мысле-излученья
Из Души-солнца-власти
Жизне-загадки разрешая потратить,
Исполненье некоему желанию ссудить,
Надежде уже крылья парализовавшему.

29-я неделя (20–26 октября), 29–24, 3-50.

Самому себе мышления сиянье
Во Внутреннем мощно чтоб разжечь,
Пережитое осмысленно-полно объясняя
Из Мирового-Духа Сил-источника,
Есть мне теперь Лета-наследье,
Есть Осени-покой и также Зимы-надежда.

30-я неделя (27 октября — 2 ноября), 30–23, 4-49.

Всходят во мне в Души-солнца-свете
Мышленья зрелые плоды,
В самосознанья уверенности
Преображает все чувствование себя.
Воспринять могу я радости-полно
Осени Духо-бденье:
Зима будет во мне
Души-лето пробуждать.

31-я неделя (3–9 ноября), 31–22, 5-48.

Свет из Духа-глубин,
Наружу стремится он солнечно:
Он будет Жизне-воле-силой
И светит в чувств смутность,
Чтоб силы разродить,
Которые Созиданья-властям из Души-побуждений
В Человеко-деяньи созревать позволяют.

32-я неделя (10–16 ноября), 32–21, 6-47.

Я чувствую плодонося собственная сила
Себя крепля меня ссужает Миру;
Мое Собственное-существо ощущаю я усиленным
К ясности себя чтоб обратить
В Жизне-судьбы-тканье.

33-я неделя (17–23 ноября), 33–20, 7-46.

Так чувствую я только Мир,
Который вне моей Души сопереживанья
В себе лишь морозная пустая жизнь
И без власти себя проявляя,
В Душах себя вновь воссоздавая,
В себе лишь смерть найти бы мог.

34-я неделя (24–30 ноября), 34–19, 8-45.

Сокровенно-полно Древнее-Сохраненное
Со вновь-восставшим Собственным-бытием
Во Внутреннем себя оживщим ощущает:
Оно должно пробуждаясь Миро-силы
В моей Жизни Внешнее-деянье излить
И пребывая меня в бытие запечатлить.

35-я неделя (1–7 декабря), 35–18, 9-44.

Могу я бытие познать так,
Что оно себя опять-найдет
В Душе-творящем-побужденье?
Я чувствую, что мне власть ссужена так,
Что собственная Самость в Миро-Самости
Как члену смиренно чтоб вжиться.

Зима.

36-я неделя (8-14 декабря), 36–17, 10–43.

В моем существа глубинах говорит
К откровению побуждаясь
Сокровенно-полно Миро-слово:
Наполни твоей работы цели
Моим Духо-светом,
Чтоб жертвовать тобой через меня.

37-я неделя (15–21 декабря), 37–16, 11–42.

Нести Духо-свет в Мира-зимы-ночь
Стремится блаженно моего сердца побужденье так,
Что освещая Души-зачатки
В Миро-основах укореняются,
И Бого-слово в Чувств-тьме,
Просветляя все бытие насквозь-звучит.

Посвященья-Ночь-Настроенье, 38–15, 12–41.

Я ощущаю как расколдованный
Духо-дитя в Души-лоне;
В Сердца-просветленности
Зачало святое Миро-слово
Надежды Небес-плод,
Который ликуя растет в Миро-далях
Из моего существа Бого-основы.

39-я неделя (29 декабря — 4 января), 39–14, 13–40.

Духо-откровению предавшись
Приобретаю я Миро-существа свет.
Мысли-сила, она растет
Себя проясняя, чтоб мне меня самого дать,
И пробуждая особождает себя мне
Из Мышленья-власти Самости-чувство.

40-я неделя (5-11 января), 40–39, 14–13.

И есть я в Духо-глубинах,
Наполняет в моих Души-основаньях
Из сердца Любви-миров
Обособленности пустая иллюзия
Себя Мирового-слова Огне-силой.

41-я неделя (12–18 января), 41–38, 15–12.

Души Созиданья-власть,
Она стремится из Сердца-основанья,
В Человеко-жизни Бого-силы
Чтоб к верному деянию воспламенить,
Себя самое чтоб сформировать
В Человеко-любви и в Человеко-деяньи.

42-я неделя (19–25 января), 42–37, 16–11.

Это есть в этой Зимы-тьме
Откровенье собственной силы
Души сильное побужденье,
В темноте ее направлять
И угадывая предчувствовать
Через Сердца-тепло Чувств-откровенье.

43-я неделя (26 января — 1 февраля), 43–36, 17–10.

В зимних глубинах
Теплеет Духа истинное бытие;
Оно дает Миро-видимости
Через Сердца-силы Бытия-власти;
Миро-холоду наперекор усиливая
Души-огонь в Человеко-внутреннем.

44-я неделя (2–8 февраля), 44–35, 18-9.

Захватывая новые Чувств-прельщенья
Наполняет Души-ясность
Памятуя свершившееся Духо-рожденье,
Запутанное прорастающее Миро-пребыванье
Моего мышленья Созиданья-волей.

45-я неделя (9-15 февраля), 45–34, 19-8.

Крепит себя Мысли-власть
В союзе с Духо-рожденьем,
Она осветляет чувств смутные прельщенья
До полной ясности.
Когда Души-полнота
Себя с Миро-пребываньем объединить желает,
Должно Чувств-откровенье
Мышленья свет воспринимать.

46-я неделя (16–22 февраля), 46–33, 20-7.

Мир, он грозит заглушить
Души врожденную силу;
Так выступи ты, воспоминанье,
Из Духо-глубин осветляя
И укрепи мне созерцанье,
Которое лишь через Воле-силы
Себя самое может сохранить.

47-я неделя (23 февраля — 1 марта), 47–32, 21-6.

Желает восстать из Мирового-лона,
Чувств-видимость освежая, Пребывания-желанье.
Оно найди моего мышленья силу
Снаряженной через Бого-силы,
Которые могуче во мне во Внутреннем живут.

48-я неделя (2–8 марта), 48–31, 22-5.

В свете, что из Миро-высот
В Душе полно-властно течь желает,
Явись, разрешая Души-загадку,
Мирового-мышленья уверенность,
Собирая его лучей власть,
В Человеко-сердце любовь пробуждая.

49-я неделя (9-15 марта), 49–30, 23-4.

Я чувствую силу Миро-бытия:
Так говорит Мысли-ясность,
Памятуя собственного Духа рост
В темные Миро-ночи,
И склоняет к близкому Миро-дню
Внутреннего Надежды-лучи.

50-я неделя (16–22 марта), 50–29, 24-3.

Говорит к Человеко-Я,
Себя полно-властно проявляя
И своего существа силы высвобождая,
Миро-бытия Пребывания-желанье:
В тебя мою жизнь вынося
Из его Колдовства-очарованья,
Достигаю я мою истинную цель.

Весна-Ожиданье, 51–28, 25-2.

Во Внутреннее Человеко-существа
Вливает чувств богатство себя,
Находит себя Миро-Дух
В отраженьи человеческого-ока,
Которое свою силу из него
Себе вновь воссоздать должно.

52-я неделя (30 марта), 52–27, 26-1.

Когда из Души-глубин
Дух обращает себя к Миро-бытию,
И красота источается из Пространства-широт,
Тогда влечется из Небес-далей
Жизни сила в Человеко-телесности
И объединяет, полно-властно действуя,
Духа сущность с Человеко-бытием.

Перевод «Предисловие ко второму изданию (1918)» сделан с английского.

Перевод стихов с немецкого является не литературным, а насколько это удалось, дословным. Составные слова на немецком, которые обычно можно перевести несколькими словами на русском, были соединены вместе знаком переноса «-». Следует еще заметить, что перевод не удалось сделать однозначным. Была сделана лишь попытка не искажать порядок слов, изначальный смысл и стиль произведения немецкого языка. Каждый сможет «олитературить» его сам по мере построения своего опыта:

Космология, религия и философия.

ТРИ ШАГА АНТРОПОСОФИИ.

Я испытываю большое удовлетворение, что этот цикл докладов может состояться в Гетеануме, институте, призванном взращивать спиритуальную науку. Но эту науку, называемую здесь спиритуальной, нельзя смешивать с тем, что как раз в наше время часто выступает под именем оккультизма, мистики и тому подобного. Эти устремления или примыкают к старым спиритуальным традициям, больше не понимаемым правильно — и в дилетантской форме предлагают разного рода псевдопознания о сверхчувственных мирах; или же внешне подражают принятым в настоящее время научным методам, не зная того, что пути исследования, в совершенстве разработанные для рассмотрения чувственного мира, никогда не могут ввести в сверхчувственные миры. И то, что выступает как мистика, это либо просто обновление древних душевных переживаний, либо неясное, часто крайне фантастическое и иллюзионистское самосозерцание.

Метод воззрения Гетеанума, напротив, отличается тем, что он в полной мере поддерживает точку зрения современного естественнонаучного исследования и признает ее там, где она правомерна. Но он, со своей стороны, путем строго регламентированной подготовки чисто душевного созерцания стремится достигнуть объективных, точных данных в отношении сверхчувственного мира. Такими данными он признает только достигаемое при таком созерцании души, при котором душевно-духовная организация может быть обозрима точно так же, как бывает обозрима математическая проблема. Речь Идет о том, чтобы вначале эта организация предстала в научно безупречном созерцании. Если мы назовем эту организацию «духовным оком», то можно сказать: как математик имеет перед собой свои проблемы, так духоиспытатель — свое собственное «духовное око». Таким образом, научный метод применяется им прежде всего при подготовке его «духовных органов». Если эти органы подвластны «его науке», тоща он может ими пользоваться, и ему открывается сверхчувственный мир. Исследователь чувственного мира направляет свою науку вовне, на результаты. Исследователь духа применяет науку как подготовку к видению. Когда начинается видение, то все назначение науки должно быть исчерпано. И если тогда мы хотим назвать свое «ведение» ясновидением, то это будет «точное ясновидение». Там, где кончается, наука о чувственном, начинается наука о духе. Духовный исследователь должен прежде всего взрастить весь свой образ мышления на новейшей науке о чувственном.

Ведь практикуемые сегодня науки вплотную подходят к области, открывающей спиритуальную науку в современном смысле. Это происходит не только в отдельных областях естествознания и истории. Это происходит, к примеру, и в медицине, а также во всех областях практической жизни, в искусстве, морали и в социальной жизни. Это же наблюдается и в религиозных переживаниях.

В предлагаемых докладах будут рассмотрены три такие области, и будет показано, как они сливаются в современном спиритуальном воззрении — это философия, космология и религия.

Философия несла некогда все человеческое познание в целом. В ее Логосе человек достигал познания отдельных областей мировой действительности. Отдельные науки родились из ее субстанции. Но что осталось от нее как таковой? Совокупность более или менее абстрактных идей, которые должны оправдывать свое бытие перед лицом других наук, между тем как эти последние находят свое оправдание в чувственном наблюдении и опыте. К чему относятся идеи философии? Сегодня это стало вопросом. В этих идеях уже не переживают непосредственной действительности; поэтому и стремятся теоретически обосновать эту действительность.

Но философия уже самим своим названием — любовь к мудрости — указывает, что она суть дело не только рассудка, но всей человеческой души. Таково все то, что можно «любить». И мудрость действительно ощущали некогда как нечто живое, реальное. Этого нельзя сказать об «шеях», занимающих только ум и рассудок. Из общечеловеческого дела, которое некогда переживалось в душевной теплоте, философия стала сухим, холодным занятием. И человек, предаваясь философской деятельности, уже не чувствует себя включенным в действительность.

В самом человеке утрачено то, что некогда делало философию действительным переживанием. Чувственная наука пользуется органами чувств, и то, что рассудок мыслит о наблюдении чувств, является обобщением передаваемого чувствами содержания. Это мышление не имеет собственного содержания. Живя в таком познании, человек познает себя только как физическое тело. Философия же была вначале душевным содержанием, которое переживалось не физическим телом. Оно переживалось тем человеческим организмом, который не может быть воспринят органами чувств. Это суть эфирное тело, которое лежит в основе физического тела и содержит в себе сверхчувственные силы, давшие форму и жизнь физическому телу. Человек может пользоваться организацией этого эфирного тела так же, как и организацией своего физического тела. Но тогда это эфирное тело вырабатывает идеи о сверхчувственном, как физическое тело с помощью органов чувств вырабатывает идеи о чувственном. Древние философы развивали свои идеи с помощью эфирного тела. Утратив для познания это эфирное тело, духовная жизнь человечества утратила вместе с тем и характер реальности в философии. Философия превратилась в чисто мыслительное построение. Необходимо снова достигнуть познания эфирного человека: тогда и философия сможет опять обрести характер действительности. Тем самым обозначен первый шаг, который предстоит сделать антропософии.

Космология некогда показывала человеку, каким образом он является членом Вселенной. Для этого было необходимо, чтобы не только его тело, но также и его душа и дух могли рассматриваться как члены космоса. Это происходило благодаря тому, что в космосе видели нечто душевное и духовное. В наше время космология стала только надстройкой над тем, что естествознание познает посредством математики, наблюдения и опытов. То, что исследуется таким путем, обобщается затем в образе космического становления. Из этого образа можно понять физическое тело человека. Но уже эфирное тело остается непонятным, и в еще большей степени — душевное и духовное в человеке. Эфирное тело может быть познано только как член космоса, и только при условии прозрения в эфирное существо космоса. Но это эфирное космоса может дать человеку только эфирную организацию. В душе же есть внутренняя жизнь. И необходимо прозревать также внутреннюю жизнь космоса. Древняя космология была прозрением внутренней жизни космоса. Этим прозрением в космос включалось также и душевное существо человека, выходящее за пределы эфирного. Но современной духовной жизни недостает созерцания реальности душевно-внутренней жизни. В том, как она переживается, в этом пережитом содержании нет ничего, что подтверждало бы бытие за пределами рождения и смерти. То, что знают о душевном в настоящее время, могло возникнуть в физическом теле и благодаря физическому телу через жизнь зародыша и дальнейшее развитие в детстве, и оно может исчезнуть со смертью. Более древнее человеческое познание содержало в себе относительно душевного существа человека нечто такое, лишь отблеском чего является современное познание. Его воспринимали как астральное существо человека. Это было не то душевное, что переживается теперь в мышлении, чувствовании и велении души, но нечто, для чего в мышлении, чувствовании и волении мы имеем только отблеск. Наше теперешнее мышление, чувствование и веление нельзя представлять себе включенными в космос. Ибо они живут лишь в физическом существе человека. Напротив, астральное существо может быть понято только как член космоса. Ибо с рождением оно вступает в физическое существо и со смертью выходит из него. То, что при жизни между рождением и смертью скрывается за мышлением, чувствованием и велением — а именно, астральное тело — есть космическое существо человека.

Утратив познание астрального существа человека, современное познание утратило также и ту космологию, которая могла охватить собой человека: оно знает только физическую космологию. Но в ней содержатся только основы физического человека. Необходимо снова достигнуть познания астрального человека; тогда опять появится космология, объемлющая собой также и человека. Этим определяется второй шаг антропософии.

Религия в своем первоначальном смысле строится на переживании, благодаря которому человек чувствует себя независимым как от своей физической и эфирной сущности, обуславливающей его бытие между рождением и смертью, так и от космоса, поскольку последний соучаствует в этом чувственном бытии. Содержание этого переживания составляет подлинного духочеловека — то, на что наше слово «Я» только еще намекает. Некогда это «Я» обозначало для человека нечто такое, что сознавало себя независимым от всякой телесности, а также независимым и от астральной сущности. Благодаря такому переживанию человек ощущал себя пребывающим в том мире, для которого мир, дающий ему тело и душу, является лишь отображением. Он чувствовал свою связь с божественным миром. Познание этого мира скрыто от чувственного наблюдения. Познание эфирного и астрального человека постепенно приводит к созерцанию этого мира. В чувственном познании человек вынужден чувствовать себя отделенным от божественного мира, к которому принадлежит его глубочайшее существо. Сверхчувственным познанием он снова связывает себя с этим миром. Тем самым сверхчувственное познание переходит в религию.

Для того, чтобы это произошло, необходимо узреть истинную сущность «Я». Но это утрачено современным познанием. Даже философы видят в «Я» лишь обобщение душевных переживаний. Но то представление о «Я», о духочеловеке, которое они таким образом получают, опровергается каждым сном, потому что во время сна содержание этого «Я» гаснет. Сознание, которому известно только такое «Я», не может познавательно вливаться в религию, ибо в нем нет ничего, что противостояло бы погашающему действию сна. Современная духовная жизнь утратила познание истинного «Я», а вместе с тем и возможность прийти от знания к религии. То, что некогда существовало как религия, черпается из традиции как нечто такое, к чему человеческое познание уже не может подойти. Таким образом, религия становится содержанием веры, которое должно быть добыто вне научных переживаний. Знание и вера становятся двумя формами переживания того, что некогда было единством.

Для того чтобы религия заняла правильное место в жизни человечества, должно быть снова достигнуто созерцательное познание истинного «Я». Современной наукой человек только в отношении его физического существа понимается как истинная действительность. Он должен быть в дальнейшем познан как эфирный, астральный и духо- или «Я»-человек, и тогда наука станет основой религиозной жизни.

Этим определяется третий шаг антропософии.

Задачей следующих докладов будет показать возможность познания эфирного человека, то есть возможность придать характер действительности философии, затем указать на познание астрального человека, то есть возможность космологии, объемлющей человека; и, наконец, привести к познанию истинного «Я», чтобы показать возможность религиозной жизни, покоящейся на основе познания.

УПРАЖНЕНИЕ ДУШИ В МЫШЛЕНИИ, ЧУВСТВОВАНИИ И ВОЛЕНИИ.

Философия при своем возникновении была не такой, какой она развивается теперь. В настоящее время она представляет собой совокупность идей, которые не переживаются внутренне в душе так, чтобы осознающий себя человек чувствовал себя в них как в чем-то реальном. Поэтому ищутся всевозможные теоретические способы доказать, что философское содержание все же имеет отношение к действительности. Но таким образом приходят только к различным философским системам, о которых можно сказать, что им присуща некая относительная правильность, ибо, в сущности, основания, с помощью которых их опровергают, имеют такую же цену, как и те, с помощью которых их стремятся доказать.

В антропософии речь идет о том, что подступиться к действительности философского содержания можно не с теоретическими размышлениями, но путем выработки такого метода познания, который, с одной стороны, сходен с тем, каким в древние времена была получена философия — а с другой стороны, при полноте сознания так же точен, как математические и естественнонаучные методы новейшего времени.

Древний метод был полубессознательным. По сравнению с тем состоянием сознания, в котором находится современный человек, когда он научно мыслит, тому древнему методу было присуще нечто полусноведческое. Это не значит, что он жил в снах, непосредственно заключающих в себе реальное содержание — но в бодрственных снах, которые этим содержанием указывали именно на действительность. И это душевное состояние имеет не абстрактный характер современного представления, а характер образности.

Это душевное содержание должно быть снова добыто; но добыто, соответственно современному состоянию развития человечества, в полной сознательности, оно должно быть воспринято в таком же точно состоянии сознания, какое живет в научном мышлении. Антропософское исследование стремится достигнуть этого на первой ступени сверхчувственного познания, в состоянии имагинативного сознания. Оно достигается медитативной работой души, при которой всю полноту силы душевной жизни направляют на легко обозримые представления и в покое задерживаются на них. Если в течение достаточно долгого времени все снова повторять эти опыты, то в конце концов можно заметить, как душа в своем переживании становится свободной от тела. Человек познает, что все мышление обычного сознания есть только отблеск духовной деятельности, которая как таковая остается неосознанной и которая осознается благодаря тому, что она вовлекает в свое течение человеческий физический организм. Все обычное мышление обусловлено отраженной физическим организмом сверхчувственной духовной деятельностью. При этом осознается лишь то, что позволяет осознавать физический организм.

Путем медитации духовная деятельность может быть вырвана из физического организма. Тогда душа сверхчувственным образом переживает сверхчувственное.

Оно переживается душевно уже не в физическом организме, а в эфирном. Возникает представление, носящее характер образности.

В этом представлении мы имеем перед собой образ сил, которые, исходя из сверхчувственного, лежат в основе физического организма как его силы роста, а также как силы, управляющие процессом питания. Мы имеем здесь дело с действительным созерцанием жизненных сил. Это суть ступень имагинативного познания. Таким образом мы живем в эфирном человеческом организме, и нашим собственным эфирным организмом мы живем в эфирном космосе. Между эфирным телом и эфирным космосом нет такой резкой границы в смысле субъективного и объективного, как при физическом размышлении о вещах мира.

В имагинативном познании можно пережить философию как содержание действительности; и можно также создать новую философию. К действительной концепции философии можно прийти только при помощи имагинативного познания. Но когда эта философия дана, то она может быть постигнута и понята также и обычным сознанием. Ибо она говорит из имагинативного переживания в таких формах, которые исходят из духовной (эфирной) действительности и содержание действительности которых может быть сопережито затем в восприятии обычным сознанием.

Для космологии необходима более высокая познавательная деятельность. Она может быть достигнута, если расширить медитацию. Нужно развить не только интенсивный покой на определенном душевном содержании, но также и вполне сознательное пребывание в лишенном содержания душевном покое, после того как из сознания будет удалено все душевное содержание медитации. Этим достигается то, что в лишенную содержания душевную жизнь изливается духовное содержание космоса. Мы приходим к ступени инспирированного познания. Мы имеем перед собой духовный космос, подобно тому как перед органами чувств — физический. Мы достигаем созерцания в силах космоса того, что духовно происходит в процессе дыхания между человеком и космосом. В явлениях процесса дыхания и в остальных ритмических процессах человека мы находим отображение того, что в духовном существует как астральный человеческий организм. Мы приходим к созерцанию того, как этот последний существует вне земной жизни в духовном космосе и как он через зародышевую жизнь и рождение облекается в физический организм, чтобы в смерти опять оставить его. Благодаря этому познанию можно отличить наследственность, которая суть земное явление, от того, что человек приносит с собой из духовного мира.

Так через инспирированное познание мы приходим к космологии, которая может охватить человека в его душевном и духовном бытии. Инспирированные познания образуются в астральном организме. Мы имеем их, когда переживаем вне нашего тела бытие в космосе духа. Но они отражаются в эфирном организме, и в возникающих здесь образах их можно перевести на человеческий язык и соединить с содержанием философии. Так мы получаем космическую философию.

Для религиозного познания нужно третье. Нужно погружаться в существ, образно раскрывающихся в инспирированном содержании познания. Этого можно достигнуть, если к ранее охарактеризованной медитации присоединить душевные упражнения воли. Например, можно представлять себе в обратном порядке процессы, протекающие в физическом мире. Тогда волевым процессом, не применяемым в обычном сознании, мы вырываем душевную жизнь из космического внешнего содержания и погружаем душу в тех сущностей, которые открываются в инспирации. Мы достигаем истинной интуиции, совместной жизни с существом духовного мира. Эти переживания отражаются в эфирном, а также в физическом человеке, и дают в этом отражении содержание религиозного сознания.

Через это интуитивное познание мы достигаем видения истинной сущности «Я», которая в действительности погружена в мир духа. То, что от этого «Я» существует в обычном сознании, это только слабый отблеск его истинного облика. Благодаря интуиции мы получаем возможность ощутить этот слабый отблеск в единении с божественным миром, к которому он принадлежит по своему истинному облику. И тем самым мы оказываемся в состоянии также узреть, как живет в духовном мире духочеловек, истинное «Я», когда человек бывает погружен в состояние сна. В этом состоянии сна физический и эфирный организм нуждаются в ритмических процессах для своего восстановления. В состоянии бодрствования в этом ритме и в связанных с ним процессах обмена веществ живет «Я». В состоянии сна ритм человека и процессы обмена веществ живут как физический и эфирный организм своей собственной жизнью; а астральный организм и «Я» пребывают в мире духа. В инспирированном и интуитивном познании человек сознательно переносится в этот мир. Он живет в духовном космосе, подобно тому как своими чувствами он живет в физическом космосе. Он может познавательно говорить о содержании религиозного познания. Он может это делать, поскольку то, что пережито им духовно, отражается в физическом и эфирном человеке, и эти отраженные образы могут быть выражены в речи. Выраженные в такой форме, они несут в себе содержание, которое может стать религиозно убедительным человеческой душе в обычном сознании.

Таким образом, через имагинативное познание постигается философия, через инспирацию — космология, через интуицию — религиозная жизнь. Кроме уже указанного, к интуиции ведет, например, и следующее душевное переживание. Нужно пытаться воздействовать на жизнь, обычно бессознательно развивающуюся у человека от одного возраста к другому, сознательно развивать в себе привычки, которых ранее не было, или изменять те, которые у нас были. Чем большие усилия необходимы для этого, тем лучше для достижения интуитивного познания. Ибо эти изменения вызывают освобождение волевых сил от физического и эфирного организма. Таким образом мы связываем волю с астральными органами и с истинным обликом «Я», и тем самым сознательно погружаем то и другое в мир духа.

Только в современном духовном развитии человечества появилось то, что можно назвать абстрактным мышлением. Человеку более ранних эпох это мышление не было свойственно. Но оно необходимо для развития человеческой свободы, так как оно освобождает мыслительную силу от образной формы. Человек получает возможность мыслить при помощи физического организма. Но такое мышление не коренится в действительности. Оно содержится только в призрачном мире. В этом последнем человек может отображать природные процессы, не внося в эти образы ничего своего. Так получается отображение природы, которое как отображение не может быть чем-то реальным, поскольку сама по себе жизнь в мыслительном отображении суть не действительность, но лишь видимость. И в это призрачное мышление могут быть восприняты также и моральные импульсы, так чтобы они не производили никакого насилия над человеком. Моральные импульсы сами по себе реальны, поскольку исходят из мира духа; но то, как человек переживает их в своем призрачном мире, дает ему возможность свободно руководствоваться или не руководствоваться ими. Сами они не оказывают на него давления ни через его тело, ни через душу.

Итак, человечество делает шаг вперед, когда его мышление, которое в древние времена было всецело связано с бессознательным имагинативным, инспиративным и интуитивным познанием и в котором мысли открывались таким же образом, как и сама имагинация, инспирация и интуиция, становится абстрактным мышлением, осуществляемым физическим организмом. В этом мышлении, имеющем лишь призрачную жизнь, поскольку оно является духовной субстанцией, перенесенной в физический мир, человек получает возможность развить объективное познание природы и свою моральную свободу. (Подробности можно найти в моей «Философии свободы» и «Как достигнуть познаний высших миров?», «Теософии», «Тайноведении» и др.) Но для того чтобы прийти к философии, космологии и религии, охватывающим человека, необходимо сознательно — то есть противоположным древнему сновидческому ясновидению образом — вступить в область точного ясновидения в имагинации, инспирации и интуиции. В сфере жизни абстрактных представлений человек достигает полноты своего сознания. В дальнейшем развитии человечества ему предстоит внести полноту сознания в опыт, приобретаемый в духовном мире. В этом и должно в будущем заключаться истинное развитие человечества.

ИМАГИНАТИВНЫЙ, ИНСПИРИРОВАННЫЙ И ИНТУИТИВНЫЙ МЕТОДЫ ПОЗНАНИЯ.

При вступлении в имагинативное познание внутренняя жизнь человека принимает иную, нежели в обычном сознании, форму. Изменяется также и отношение человека к миру. Мы достигаем этого изменения благодаря концентрации всех душевных сил на легко обозримом комплексе представлений. Он должен быть легко обозрим для того, чтобы в медитацию не проникало ничего из бессознательного процесса. В медитации все должно протекать только в пределах душевно-духовного. Кто размышляет над математической проблемой, тот может быть почти уверен, что он остается при этом в области только душевно-духовного. Бессознательные воспоминания представлений, находящихся под воздействием чувств или воли, в этом не участвуют. Так это должно быть и в медитировании. Выбирая для этой цели представление из числа наших восприятий, мы не можем знать, сколько при этом телесного, инстинктивного, бессознательно-душевного вносится в сознание и примешивается при погружении в это представление к душевной деятельности. — Поэтому в качестве содержания медитации лучше всего выбрать нечто такое, относительно чего мы уверены, что оно совершенно ново для души. Если спросить в этом совета у опытного духовного исследователя, он прежде всего будет считаться с этим. Он предложит содержание медитации совершенно простое — такое, по поводу которого мы наверняка никогда еще не размышляли. При этом дело не в том, чтобы это содержание соответствовало чему-то уже известному или вообще какому-то факту чувственного мира. Можно взять образное представление, не отображающее ничего внешнего: например, «в свете, струясь, живет мудрость». Вся суть в погружении в этот комплекс представлений. При таком погружении укрепляются духовно-душевные силы, подобно тому как мускульные силы укрепляются при выполнении какой-либо работы. Медитация может быть каждый раз короткой; но чтобы достигнуть результатов, ее необходимо повторять в течение долгого времени. В зависимости от задатков, этот результат может для одного наступить через несколько недель, для другого лишь через несколько лет. Кто хочет стать истинным духовным исследователем, должен проводить эти упражнения строго систематически и интенсивно. С помощью указанного здесь метода медитирования будет прежде всего достигнуто то, что медитирующий с большей уверенностью сможет своей внутренней жизнью контролировать сообщения духовного исследователя. Но справедливо также и то, что для такого контроля вполне достаточен и обыкновенный здоровый человеческий рассудок, если он достаточно непредвзят и непредубежден.

На помощь медитированию должно прийти упражнение в укреплении характера, внутренней правдивости, покое душевной жизни и полной сознательности; ведь только тогда, когда душа проникнута этими качествами, она будет постепенно напечатлевать всей человеческой организации то, что образуется как процесс в медитации.

Если эти упражнения приводят к правильному результату, человек переживает себя в эфирном организме. Переживание мысли приобретает новую форму. Человек переживает мысли не в абстрактной форме, как раньше, но так, что он чувствует в них силы. Прежние мысли можно было только мыслить, у них не было силы для какой-либо активности. Мысли, которые мы переживаем теперь, имеют такую же мощь, как силы роста, преобразующие человека из маленького ребенка во взрослого. Но именно поэтому необходимо, чтобы медитация производилась правильно. Ведь если в ней будут действовать подсознательные силы, если она не будет исполненным разума, протекающим чисто душевно-духовно актом, разовьются импульсы, воздействующие на самый организм человека так же, как природные силы роста. Этого не должно быть ни в коем случае. Собственный физический и эфирный организм должны остаться незатронутыми медитацией. При правильной медитации человек начинает жить во вновь развитом мысле-силовом содержании {шрифт наклонный}вне{шрифт обычный} собственного физического и эфирного организма. Мы переживаем эфирное, и наш собственный организм достигает относительной объективности по отношению к личному переживанию. Мы видим его, и он отражает в форме мысли то, что мы переживаем в эфире.

Это переживание будет здоровым, если мы придем к такому состоянию, при котором сможем совершенно свободно и по собственной инициативе переходить от бытия в эфире к бытию в физическом теле и наоборот. Если что-либо принуждает нас к эфирному бытию, то такое состояние неправильно. Нужно уметь пребывать в себе и вне себя по совершенно свободному решению.

Первое переживание, которого можно достичь подобной внутренней работой, есть созерцание нашей истекшей земной жизни. Мы видим ее, как она, начиная с детства, была построена силами роста. Мы видим ее как бы в мыслеобразах, уплотненных до сил роста. Мы имеем перед собой не просто образы воспоминаний нашей собственной жизни, но образы ряда эфирных фактов, разыгрывавшихся в нашем собственном существе и не вступивших в наше обычное сознание. То, что живет в сознании и в воспоминании, есть только абстрактное сопровождающее явление реального свершения. Это только как бы верхняя волна, которая в своем формировании является результатом процесса, прошедшего в глубине. Мы созерцаем деятельность эфирного организма во время земной жизни.

В созерцании течения этой жизни раскрывается действие эфирного космоса на человека, и то, что тут действует, можно пережить как содержание философии. Это мудрость, но не в абстрактной форме понятия, а в форме эфирного действия в космосе.

Для обычного сознания только младенец, не научившийся еще говорить, находится к космосу в таком же отношении, как и тот, кто регулярно переживает имагинацию. Но младенец еще не выделил мыслительных сил из общих (эфирных) сил роста. Эго происходит лишь при обучении речи. Тогда абстрактные силы мысли отделяются от существовавших до тех пор общих сил роста. В своей последующей жизни человек обладает этими абстрактными силами мысли; но они присутствуют только в физическом организме; они не восприняты эфирным бытием. Поэтому человек не может сознавать своего отношения к космосу. Человек, переживающий имагинацию, учится этому.

Младенец — бессознательный философ; философ, переживающий имагинацию, становится снова младенцем, но пробужденным к полному сознанию.

Упражнения в инспирации к развитым до сих пор способностям присоединяют новую, а именно, умение удалять из сознания образ, на котором мы сосредотачивались в медитации. Необходимо определенно подчеркнуть, что здесь нужно развить способность произвольно удалять выбранные ранее образы медитации, но удалять опять-таки совершенно свободно и по своему желанию. Удаления представлений, вошедших в сознание не по свободному решению, недостаточно. Для удаления образов, полученных в медитации, необходимо больше душевной энергии, чем для погашения представлений, вошедших в сознание иным путем. И эта большая энергия нужна для дальнейшего развития сверхчувственного познания.

Таким образом мы достигаем бодрственного, но совершенно пустого состояния нашей душевной жизни. Мы пребываем в бодрственном сознании. Если пережить это состояние в полном рассудке, то душа наполняется духовными фактами, как через чувства она наполняется физически-чувственными. Это состояние инспирации. Мы переживаем себя со своей внутренней жизнью пребывающими в космосе, как обычно мы переживаем себя со своей внутренней жизнью пребывающими в физическом организме. И мы знаем, что мы переживаем в себе космическую жизнь, что духовные вещи и процессы космоса раскрываются как наша собственная внутренняя душевная жизнь. И мы должны всегда сохранять возможность по собственному решению заменять это внутреннее переживание космоса на состояние обычного сознания. Тогда то, что переживается в инспирации, всегда может быть соотнесено с тем, что переживается в обычном сознании. В чувственно воспринятом космосе мы видим отображение духовно пережитого. Это можно сравнить с тем процессом, при помощи которого мы соотносим новый жизненный опыт с каким-либо воспоминанием, всплывающим в сознании.

Достигаемое духовное созерцание подобно новому опыту, а чувственное созерцание космоса подобно картине воспоминания. Достигнутое таким образом духовное созерцание космоса отличается от имагинативного. В последнем возникают общие образы эфирного свершения; в инспирации встают образы духовных существ, действующих в этом эфирном свершении. Мы встречаем как космических существ то, что в физически-чувственном мире познали как Солнце и Луну, как планеты и неподвижные звезды. И наше собственное душевно-духовное переживание предстанет включенным в круг действия этого мира космических существ. Лишь тогда становится понятным физический организм человека, поскольку в его формах и его жизни действует не только то, что обозревают чувства человека, но также существа, творчески действующие в чувственном мире. Все, что таким образом переживается при инспирации, остается совершенно закрытым для обычного сознания. Человек осознал бы это только в том случае, если бы он пережил процесс своего дыхания как процесс восприятия. Для обычного сознания это космическое взаимодействие между человеком и миром остается скрытым. Философия Йоги стремится к космологии путем преобразования процесса дыхания в процесс восприятия. Этому не должен подражать современный человек Запада. В ходе развития человечества он приобрел организацию, исключающую подобные упражнения йоги. С их помощью он никак не мог бы освободиться от своего организма и при этом удовлетворить требованию оставить незатронутым физический и эфирный организмы. Такие упражнения отвечали бы прошлой эпохе развития, и то, что достигалось ими, должно быть теперь достигаемо таким образом, как это было описано выше для инспирированного познания. Благодаря этому в полном сознании переживается то, что в прошлую эпоху должно было переживаться человечеством в бодрственных снах.

Если философ — это младенец, обладающий полнотою сознания, то космолог должен стать в полном сознании человеком прежних времен, тех времен, когда дух космоса мог быть созерцаем с помощью природных способностей.

Благодаря описанным в предыдущий раз упражнениям воли человек в интуиции целиком переносится в своем сознании в объективный мир космических духовных существ. Он достигает такого состояния переживания, которое было свойственно только прачеловечеству на Земле. Это прачеловечество было связано с внутренним бытием космического окружения как с процессами собственного тела. Те процессы были не столь бессознательны, как у человека нашего времени. Они отражались в душе. Человек как бы в бодрственных образах сновидений душевно переживал свой рост, свой обмен веществ. И то, что он таким образом переживал, делало его способным в сновидении-чувстве воспринимать также и процессы его космического окружения с их духовным внутренним бытием. Он обладал сновидческой интуицией, от которой в настоящее время остался лишь отзвук в особо предрасположенных к этому людях. Для сознания прачеловека окружающее было одновременно материально и духовно. То, что тогда переживалось полусновидчески, было для прачеловека религиозным откровением. Оно было для него прямым продолжением его остальной человеческой жизни. Эти сноведчески познанные прачеловечеством переживания в мире духа остаются совершенно неосознаваемыми современным человеком. Познающий сверхчувственно в интуиции доводит их до полного сознания. Тем самым он по-новому переносится в состояние прачеловечества, для которого мироосознание еще давало религиозное содержание.

Как философ становится полностью осознавшим себя младенцем, космолог — полностью осознавшим себя человеком средней эпохи человечества, так человек, религиозно познающий в современном смысле, уподобляется прачеловеку, но переживает в своей душе духовный мир не сновидчески, подобно прачеловеку, а в полном сознании.

УПРАЖНЕНИЯ ДЛЯ ПОЗНАНИЯ И ВОЛИ.

Относительно развития инспирированного познания было сказано, что основным упражнением является удаление из сознания образов, возникших в сознании во время медитации или как следствие процесса медитации. Но это упражнение является только предварительным упражнением для другого. Благодаря указанному удалению мы достигаем созерцания нашей собственной жизни, как это было представлено в последнем докладе. Мы достигаем также созерцания духовного космоса, поскольку он изживает себя в эфирном свершении. Мы получаем образ эфирно живущего космоса, спроецированного в человеке. Мы видим, как все, что можно отнести к наследственности, в непрерывном свершении переходит от физического организма предков на физический организм потомков. Но мы видим также, как для процессов эфирного организма непрерывно возникает новое воздействие эфирного космоса. Это воздействие эфирного космоса противоречит наследственности. Оно затрагивает только индивидуального человека. Для воспитателя особенно важно вникнуть в эти вещи.

Для того, чтобы дальше развить сверхчувственное познание, необходимо продолжать работать над удалением имагинативных образов. Тогда мы укрепляем душевную энергию, необходимую для этого удаления. Ведь сначала мы достигаем обозрения жизни лишь с момента рождения. И хотя мы имеем уже перед собой душевно-духовное существо человека, мы еще не можем сказать, что оно имеет бытие и за пределами физической жизни человека.

При продолжении этих упражнений в инспирации оказывается, что сила для удаления имагинативных образов все возрастает. В дальнейшем она вырастает настолько, что является возможность удалить из сознания также и всю картину нашей собственной жизни. Тогда у нас появляется сознание, освобожденное от нашего собственного физического и эфирного человеческого существа.

В это в высшей степени пустое сознание вступает тогда благодаря более высокой инспирации образ душевно-духовного существа человека, каким оно было до выхода человека из душевно-духовного мира в физический и до его соединения с телом, возникающим через зачатие и развитие зародыша. Мы приходим к созерцанию того, как астральная организация и «Я»-организация облекаются в эфирную, образующуюся из эфирного космоса, и в физическую, возникающую в порядке физической наследственности.

Только тогда мы приходим к познанию вечного, сущностного ядра человека, изживающего себя в земном бытии в отблеске мышления, чувствования и веления души. Но таким образом мы приходим также к пониманию истинной природы мышления. Оно существует в земном бытии вовсе не в своем истинном облике.

Рассмотрим человеческий труп. Он имеет форму и члены человека. Жизнь в нем прекратилась. Если мы понимаем сущность трупа, то не будем считать его чем-то первичным. Мы признаем его за остаток живого физического человека. Силы внешней природы, которым отдан труп, могут его разрушить; но они не могут его построить. Подобным же образом на более высокой ступени видения мы познаем земное человеческое мышление как трупный остаток того, чем было мышление — как нечто живое — до перехода человека из его переживаний в душевно-духовном мире в земное бытие. Сущность земного мышления столь же мало может быть понята из него самого, как форма человеческого организма из сил, действующих в трупе. Необходимо признать земное мышление за нечто мертвое, если мы хотим познать его правильно.

Если мы стоим на пути к такому познанию, то мы можем постигнуть также сущность земного веления. Тогда мы познаем в нем, так сказать, более молодую часть души. То, что скрыто за велением, стоит к мышлению в таком же отношении, как в физическом организме младенец к умирающему старцу. Но для души дело обстоит так, что детство и старость, то есть отмирающее бытие, развиваются не одно за другим, а сосуществуют рядом.

Вышеизложенное имеет в себе некоторые последствия для философии, стремящейся построить свои идеи на переживании только земного бытия. Она находит для своего содержания только мертвые или умирающие идеи. Поэтому ее задачей может быть только познание мертвенности мира мыслей и заключение от мертвого к прежде бывшему живому. Пока мы остаемся в понятийно доказывающем методе физического человека, нельзя требовать ничего иного. Поэтому эта чисто интеллектуальная философия может только косвенным путем подойти к истинному существу души. Она может исследовать природу человеческого мышления и познать в нем нечто отмирающее. Затем она может косвенно доказать, что это мертвое указывает на живое, как труп указывает на живого человека.

Только инспирированное познание может прийти к действительному созерцанию истинно душевного. Благодаря душевным переживаниям в инспирации умершее мышление в известном смысле оживляется. Хотя мы и не переносимся вполне в состояние, предшествовавшее началу земного бытия, но мы оживляем в себе подлинный образ этого состояния, из сущности которого можно познать, что оно излучается в земное бытие из доземного бытия.

Результатом выработки интуиции в упражнениях воли является оживление во время земного бытия, в подсознательном, того доземного бытия, которое умерло в мышлении. При помощи этих упражнений воли человек переносится в такое состояние, благодаря которому он вне своего физического и эфирного организма входит в мир духовного. Он приходит к переживанию бытия после освобождения от тела. Тем самым ему дается предварительное видение того, что действительно наступает со смертью. Исходя из этого видения, он может говорить о продолжающемся бытии душевно-духовного после прохождения через смерть.

Чисто интеллектуальная философия понятий опять-таки только косвенным путем может прийти к признанию бессмертия души. Подобно тому, как в мышлении она познает нечто отмершее, в велении она может установить нечто зародышевое, нечто, обладающее в себе самой сущей жизнью, выводящей за пределы распадения тела, ибо его сущность уже в течение земного бытия проявляется как независимая от тела. Таким образом, если не останавливаться на мышлении, но само-пережить всю душевную жизнь, то можно прийти к косвенному признанию вечного, сущностного человеческого ядра. Для этого необходимо не ограничивать своего наблюдения мышлением, а подвергнуть методу философского доказательства взаимодействие мышления с другими душевными силами. Но этим путем мы придем все же к переживанию вечного, сущностного ядра человека, как оно живет в земном бытии, а не к видению человеческого душевно-духовного до и после земного бытия. В таком положении находится, например, философия Бергсона, основывающаяся на всеобъемлющем переживании нами того, что может быть охвачено в земном бытии, но не желающая вступить в область действительного духовного познания.

Всякая философия, которая стремится оставаться только в границах обычного сознания, может достигать лишь косвенного познания истинного существа человеческой души.

Космология, которая могла бы охватить также и все человеческое существо, может быть получена через имагинативное, инспирированное и интуитивное познание. В обычном сознании налицо доказательства только для умирающей и вновь пробуждающейся в зародыше человеческой душевной жизни. При непредвзятом рассмотрении из этого можно образовать идеи, указывающие на космическое и раскрывающие его. Но эти идеи суть все же нечто, что излучается из духовного космоса в человеческое внутреннее существо и что к тому же проявляется в человеке в измененной форме. В прежние времена философия имела некую часть, выступавшую как космология. Но фактически содержанием этой космологии были ставшие совершенно абстрактными Идеи, сохранявшиеся по традиции из древних форм космологии. Человечество выработало эти идеи, когда были живы еще древние, сновидческие имагинация, инспирация и интуиция. Эти имен были взяты из традиции и введены в ткань чисто интеллектуального, логического или диалектического доказательства. При этом люди часто совсем не сознавали, что эти идеи достались им по традиции. Они считали их выработанными ими самими. Постепенно стали замечать, что в новейшей духовной жизни нет реальной внутренней жизненной связи с этими идеями. Поэтому утратилось почти всякое доверие к этой «рациональной космологии». Она должна была уступить место физической космологии, которая была построена из чисто физических, чувственных наук о природе, но которая для непредвзятого наблюдения уже не охватывала человека.

Истинная космология сможет возникнуть только тогда, когда будет признано имагинативное, инспиративное и интуитивное познание, и их результаты будут применены к познанию мира.

Для познания в области религии в еще более высокой степени остается в силе то, что должно было быть сказано по отношению к космологии. В области религии должны быть достигнуты познания, происходящие из переживания духовного мира. Из содержания обычного сознания невозможно прийти к заключению о таких переживаниях. В интеллектуальных понятиях нельзя раскрыть содержание религии, можно только пояснить его. Когда начали искать доказательства Бога, сами эти поиски были уже доказательством, что люди утратили живую связь с Божеством. Поэтому ни одно интеллектуальное доказательство не может быть проведено удовлетворительным образом. Всякая теология, строящая на обычном сознании, должна пользоваться идеями, которые почерпнуты из традиции и которые только приводятся в систему работой нашего собственного мышления. И прежние философы и хотели из этого обычного сознания прийти к «рациональной теологии». Но по отношению к теологии, основанной на традиционных идеях, эту «рациональную теологию» в еще большей степени, чем «рациональную космологию», постигла судьба этой последней. А то, что всплыло как непосредственное «переживание Бога», остается в области чувства и воли и просто избегает перехода к какому-либо понятийно-доказательному методу. Сама философия пришла к мысли рассматривать в чистой истории религий бывшие прежде и существующие ныне формы религий. Она сделала это от бессилия прийти путем обычного сознания к идеям о том, что может быть пережито только вне физического и эфирного организма.

Новая основа для познания религиозной жизни может быть получена только через признание имагинативного, инспирированного и интуитивного познания и применения его результатов к этой жизни.

ПЕРЕЖИВАНИЯ ДУШИ ВО СНЕ.

В наше время говорят о «бессознательном» или «подсознательном», когда хотят указать, что душевные переживания обычного сознания — восприятие, представление, чувство и воля — зависят от бытия, которое не охватывается этим сознанием. Познание, стремящееся опираться только на эти переживания, может путем логических умозаключений указать на это «подсознательное», но оно должно ограничиться этим указанием. Оно не может внести свой вклад в характеристику подсознательного.

Описанное в предыдущих докладах имаганативное, инспиративнос и интуитивное познание может дать эту характеристику. Попытаемся теперь сделать это по отношению к тем душевным переживаниям, через которые человек проходит во время сна.

Переживание души во время сна не имеет своей основой телесную организацию, поскольку во время сна душевное переживание внетелесно. Когда при пробуждении душа начинает мыслить, чувствовать, водить при помощи тела, то она в своем воспоминании примыкает к тем переживаниям, которые протекали до засыпания в телесной организации. Переживания сна раскрываются для имагинации, инспирации и интуиции. Они имеют характер не воспоминаний, но как бы предстают душевному взору.

Дальше я буду описывать то, что открывается этому взору. Поскольку это скрыто от обычного сознания, оно, без сомнения, может — если обычное сознание подходит к подобному описанию, не будучи заранее подготовлено, — показаться ему гротеском. Но предыдущее изложение показало, что подобное описание возможно, а также как его следует воспринимать. Поэтому, несмотря на то что оно может быть даже осмеяно с той или другой стороны, я приведу его так, как оно вытекает из описанных выше состояний сознания.

Погружаясь в сон, человек находится сначала во внутренне неопределенном, недифференцированном бытии. Он не переживает различия между своим собственным бытием и бытием мира; не переживает также различия между отдельными вещами или существами. Человек пребывает в общем туманном бытии. Будучи поднято в имагинативное сознание, это переживание предстает как такое само-ощущение, в котором содержится уже и ощущение мира. Человек выступает из чувственного бытия, но еще не вступает явственно в другой мир.

В дальнейшем придется употреблять такие выражения, как «чувствование», «тоска» и тому подобные, которые в обычной жизни относятся к чему-либо сознаваемому. Но они должны будут указывать на процессы, которые остаются неосознанными в обычной душевной жизни. Тем не менее душа переживает их во время сна как реальные факторы. Подумайте, например, о том, как в повседневной жизни в сознании переживается радость. В теле в это время происходит расширение тонких кровеносных сосудов и другие процессы. Это расширение есть реальный факт. А в сознании в это время переживается радость. Так и душа переживает во время сна нечто реальное; это реальное будет далее описано с помощью выражений, относящихся к соответствующему переживанию имагинативного, инспиративного и интуитивного сознания. И когда говорится, например, о «тоске», то подразумевается фактический душевный процесс, имагинативно раскрывающийся как тоска. Следовательно, бессознательные душевные процессы и душевные состояния будут описаны здесь так, как если бы они были осознаваемы.

Одновременно с чувством чего-то неопределенного, недифференцированного в душе появляется томление, тоска по покою в духовно-божественном. Человеческая душа развивает эту тоску как силу, противодействующую чувству потерянности в неопределенном. Душа утратила чувственное бытие и жаждет бытия, охватывающего ее из духовного мира.

В этом состоянии воздействуют сновидения. Они пронизывают бессознательное полусознательными переживаниями. Но истинный облик переживаний во время сна благодаря обычным сновидениям становится не более, а еще менее явственным. Эта неявствснность сказывается и в имагинативном сознании, когда чистота его нарушается непроизвольно всплывающими грезами. Увидеть истину по ту сторону бодрственной, а также и сновидческой жизни можно благодаря душевному настроению, устанавливаемому по свободной воле путем описанных в предыдущих докладах душевных упражнений.

Следовательно, переживаемое здесь душой состояние есть как бы разделение ее самости на отделенные друг от друга внутренние события. Душа переживает себя в этот период сна не единством, а как внутреннее множество. Это состояние вызывает ощущение страха. Если бы оно переживалось сознательно, душа пережила бы его как страх. Реальное соответствие этой боязливости человеческая душа переживает каждую ночь. Но она не осознает этого.

В эти моменты состояния сна у современного человека выступает целящее душу воздействие того, что в состоянии бодрствования он переживает как свою преданность Христу. До события Голгофы это было иначе. Тогда люди во время бодрствования получали от своих вероисповеданий средства, которые действовали затем в состоянии сна и были целебными средствами против указанного страха. Для человека, живущего после мистерии Голгофы, их место заступают те религиозные переживания, которые возникают при созерцательном размышлении о существе Христа, Его жизни и смерти. Благодаря их воздействию на сон человек преодолевает страх. Этот страх, поскольку он присутствует, препятствует внутреннему созерцанию того душевного, что должно было бы переживаться во время сна, как тело во время бодрствования. Водительство Христа соединяет воедино внутреннюю разорванность, множественность. И тогда душа приходит к переживанию иного внутреннего бытия, чем в бодрственном состоянии. Здесь ее внешним миром является также и собственный физический и эфирный организм. Зато в своем внутреннем она переживает тогда отображения планетарных движений. На место индивидуального переживания, обусловленного физическим и эфирным организмами, в душе выступает космическое переживание. Душа живет вне тела, и ее внутренняя жизнь есть внутреннее отображение движения планет. Инспирированное познание признает таковым соответствующие внутренние процессы, как это было описано в предыдущих докладах. Это сознание видит также, как, продолжаясь, живет в бодрственном сознании то, что душа получает от планетного переживания. Во время бодрствования это планетное переживание продолжает как побуждение действовать в ритме дыхания и кровообращения. Во время сна физический и эфирный организм находятся под влиянием этого планетарного воздействия, которое в бодрственной дневной жизни действует в них описанным образом как последствие предыдущей ночи.

Параллельно с этим проходят другие переживания. Душа переживает в этой сфере своего сонного бытия свое родство со всеми человеческими душами, к которым она когда-либо имела отношение в земной жизни. В интуитивном постижении то, что стоит здесь перед душой, приводит к уверенности в повторяемости земной жизни, ибо эти земные жизни открываются в родстве с другими душами. Душевным переживанием становится также связь с другими духовными существами, живущими в мире, никогда не воплощаясь в человеческом теле.

В этой стадии сна наступает также переживание того, что означают добрые или дурные наклонности, добрые и дурные переживания в переплетениях судьбы земного бытия. Перед душой стоит то, что более древние мировоззрения называли кармой.

Все эти переживания сна действуют на дневную жизнь так, что они обуславливают общее самочувствие, душевное настроение, ощущение себя счастливым или несчастным.

В дальнейшем течении сна к описанному состоянию души присоединяется еще другое. Душа переживает в себе отображение бытия неподвижных звезд. Тогда констелляции неподвижных звезд переживаются так, как в бодрственном состоянии телесные органы. Космическое переживание души расширяется; теперь она — духовное существо среди духовных существ. Как было сказано в предыдущих докладах, интуиция познает Солнце и другие неподвижные звезды как физическое создание духовных существ. То, что душа переживает тогда, продолжает действовать в дневной жизни как ее религиозная предрасположенность, ее религиозное чувство и воля. И поистине можно сказать, что то, что живет в глубинах души как религиозное стремление, является для бодрствования последействием звездного переживания в состоянии сна.

И глубоко значительно, что именно в этом состоянии перед душой встает факт рождения и смерти. Она переживает себя как духовное существо, вошедшее в физическое тело через зачатие и жизнь зародыша; и (бессознательно) она видит процесс смерти как переход в чисто духовно-душевный мир. Что в своем бодрственном состоянии душа не может вполне верить в реальность того, что внешне предстает чувствам как события рождения и смерти — это не только исполненное фантазии проявление тоски, но смутно ощущаемое последствие переживания того, что предстает душе в состоянии сна.

Если бы человек мог вызвать в своем сознании все то, что он переживает бессознательно от засыпания до пробуждения, он имел бы в первом переживании сна, в котором чувственные явления растворяются во всеобщем внутреннем переживании мира и в котором выступает своего рода пантеистическое сознание Бога, такое содержание сознания, какое дало бы его философским идеям переживание действительности. Если бы, далее, он мог сознательно нести в себе переживание планет и неподвижных звезд из сна, он имел бы полную содержания космологию.

И как завершение могло бы явиться то, что возникает в переживании звезд и что дает человеку возможность пережить себя как духа среди духов. Поистине, начиная с засыпания, во время дальнейшего сна, человек постепенно становится бессознательно философом, космологом и пронизанным Богом существом. Имагинация, инспирация и интуиция поднимают из темной глубины переживаемого обычно только во сне то, что показывает, каково истинное существо человека, как человек является членом космоса, как он пронизан Богом.

Последнее наступает для человека в состоянии самого глубокого сна. Начиная с этого момента, душа вступает опять на обратный путь в чувственный мир. В импульсе, ведущем к этому обратному пути, интуитивное сознание познает действие тех существ, которые как духовные существа имеют свой чувственный противообраз в Луне. Это те духовно-лунные воздействия, которые во время каждого сна снова призывают человека к земному бытию. Конечно, эти лунные воздействия имеют место и в период новолуния; но изменение чувственно видимого образа Луны имеет значение лишь для того, чем являются лунные воздействия во время пребывания человека в земном бытии от рождения (зачатия) до смерти.

После стадии самого глубокого сна человек, проходя через те же самые состояния, возвращается опять к состоянию бодрствования. Перед пробуждением он снова проходит через переживание всеобщего мирового бытия с тоскою о Боге, в которое уже могут вплетаться и сновидения.

ПЕРЕХОД ОТ ДУШЕВНО-ДУХОВНОГО БЫТИЯ В РАЗВИТИИ ЧЕЛОВЕКА К ЧУВСТВЕННО-ФИЗИЧЕСКОМУ.

В предыдущих докладах было показано, как путем инспирированного и интуитивного познания достигнуть созерцания вечного духовно-душевного сущностного ядра в человеке. При этом было показано, как внутренняя жизнь человека наполняется отображениями космического свершения. Как человек во время сна бессознательно переживает такую космическую, внутреннюю жизнь, было описано в последнем докладе. Внутренний мир человека становится внешним миром; и обратно: духовное существо внешнего мира становится внутренним миром.

В состоянии сна физический и эфирный организм человека являются внешним миром для душевно-духовного существа человека. Они пребывают такими, какими они в бодрственном состоянии всегда могут стать орудием душевно-духовного человека. Переходя в состояние сна, человек уносит с собой стремление к этим двум организмам. Как было показано в последнем докладе, это стремление связано с теми духовными силами космоса, которые находят свое чувственное отражение в явлениях Луны. Человек подчинен этим лунным силам только в силу своей связи с существом Земли. Из созерцания того состояния, в котором человек находится в течение некоторого времени в чисто духовном мире перед своим обращением к земном жизни, открывается, что тогда он не подчинен влияниям лунных сил.

В этом состоянии человек переживает свой физический и эфирный организм как нечто, ему не принадлежащее, как это бывает в состоянии сна. Но он все же переживает их, хотя и совершенно иным образом. Он переживает их основы в космических мирах. Он переживает становление этих организмов из духовного космоса. Он созерцает духовный космос. Этот последний есть духовная часть зародыша физического земного организма, который он будет нести в будущем. Когда в данной связи говорится о «зародыше», то этим обозначается что-то, в известном смысле прямо противоположное тому, что обозначается этим словом в физическом мире. Здесь, в физическом мире, «зародыш» есть малый физический зачаток постепенно увеличивающегося организма. Духовное силовое образование, которое человек созерцает в своем доземном бытии в связи со своим существом, велико, и постепенно все больше стягивается для того, чтобы наконец соединиться с физической частью зародыша.

Для описания этих отношений приходится пользоваться выражениями «большой» и «малый». Но при этом следует принять во внимание, что в духовном мире переживание духовно, и что для него не существует пространства, в котором протекают физические свершения. Таким образом, эти выражения являются, в сущности, лишь образным выражением того, что переживается духовно, чисто качественно, внепространственно.

Во время своего доземного бытия человек пребывает в переживании того космического образования, которое является духовным зародышем будущего физического организма. И это духовное образование переживается в созерцании как единство со всем духовным космосом и в то же время раскрывается как космическое тело самого человеческого существа. Человек чувствует духовный космос как силы своего собственного существа. Все его бытие состоит в том, что он переживает себя в этом космосе. Но он переживает не только себя. Ибо это космическое бытие не отделяется, как отделяется впоследствии его физический организм, от других жизней космоса. По отношению к этой жизни он пребывает в своего рода интуиции. Жизнь этих других дневных существ есть в то же время его жизнь.

В действенном переживании духовного зародыша своего будущего физического организма проводит человек свое доземное бытие. Он сам приготовляет этот организм, работая над духовным зародышем в духовном мире вместе с другими духовными существами. Подобно тому как в земном бытии он, благодаря своим чувствам, имеет перед собой окружающий его физический мир и действует в этом мире, в доземном бытии он имеет перед собой свой образующийся в духе физический организм; и его деятельность заключается в участии в образовании этого организма, также как его деятельность в физическом мире заключается в участии в образовании физических вещей во внешнем мире.

В духовном зародыше физического человеческого тела, который душевно-духовный человек переживает в созерцании в своем доземном бытии, заключена целая вселенная, столь же многосторонняя и многообразная, как и физический мир чувств. Да, интуитивное познание может сказать, что то, что человек несет в себе сжатым в своем физическом человеческом теле как несознаваемый им мир, представляет собой универсум, с великолепием которого не может сравниться физический мир.

Эту Вселенную человек духовно переживает в своем доземном состоянии и действует в ней. Он переживает ее в становлении, в подвижности, но наполненную духовными существами.

В этом мире у него есть сознание. Его собственные силы связаны с действенными силами, изживающими себя в становлении этой Вселенной. Совместная работа духовных сил космоса с его собственными силами наполняет его сознание. Состояние сна — в известном смысле — является отображением этой деятельности. Но она протекает так, что физический организм существует вне душевно-духовного человека как законченное образование. Созерцание лишено здесь действенных сил, образующих в доземном бытии содержание познания. Оттого это состояние протекает бессознательно.

В дальнейшем ходе доземного бытия сопереживающее сознание становления будущего земного организма становится все более смутным. Оно не вполне исчезает для созерцания; но оно тускнеет. Это подобно тому, как если бы человек чувствовал все более чуждым себе свой собственный внутренний космический мир. Его жизнь уводит его из этого мира. То, что вначале было полным сопереживанием вместе с духовными существами космоса, теперь предстает только как откровение этих существ. Можно сказать: прежде человек переживал интуицию духовного мира; теперь она превращается в пережитую инспирацию, в которой существо мира, раскрываясь, действует на человека извне.

И вместе с тем во внутреннем духовно-душевном существе человека выступает переживание, которое можно обозначить как «лишение» и «пробуждение» вожделения к утраченному. Когда употребляются такие выражения, то это делается для того, чтобы с помощью сходных отношений физического переживания образно выразить нечто сверхчувственное.

В этом «лишении» и «вожделении» человеческая душа живет в более поздний период своего доземного бытия. В сознании человека духовный мир предстает уже не в полной реальности сопереживания, но как явленный отблеск, как бы с меньшей интенсивностью бытия.

Тогда душа человека созревает для сопереживания духовных лунных сил, которые ранее были вне сферы ее бытия. Тем самым она достигает бытия, в которое она чувствует себя самостоятельной, отделенной от других духовных существ, вместе с которыми она жила ранее. Можно сказать: раньше ее переживание было пронизано духом, пронизано Богом; затем душа чувствует себя как самостоятельное существо; и космос ощущается ею как внешний мир, хотя сопереживание этого откровения космоса все еще очень интенсивно в своей начальной стадии, и лишь постепенно становится более смутным.

Итак, в этом переживании человек переходит из бытия, ощущаемого как действительность и пронизанного духом, в такое бытие, где ему противостоит проявленный духовный космос. Первая стадия есть переживание того, что проявляется впоследствии, в земном бытии, как религиозные задатки души для представления и ощущения. Вторая стадия есть реальность того, что, будучи описанным, дает истинную космологию. Ибо здесь физический, человеческий организм созерцается в космическом зачатке его зародыша, без которого его нельзя понять.

Затем человек утрачивает видение духа космоса. Этот последний тускнеет для духовного «взора». Зато становится интенсивным переживание внутреннего душевного, стоящего в связи с духовными лунными силами. И человеческая душа созревает для того, чтобы получить извне то, что прежде она переживала во внутреннем. Духовная работа над становлением физического организма, которую ранее человек сопереживал сознательно, теперь скрывается от его душевных органов; она переходит в физическую деятельность, которая в земном бытии протекает как развитие силы размножения. То, что раньше человеческая душа переживала сознательно, переходит теперь в развитие сил размножения, чтобы действовать в нем как управляющее начало. Человеческая душа переживает тогда в течение некоторого времени в духовном мире бытие, в котором она уже не участвует в образовании физического человеческого организма.

На этой стадии она созревает для того, чтобы найти в эфирном космоса удовлетворение своего «лишения и вожделения». Она привлекает к себе космический эфир. И образует из него эфирный организм в соответствии с тем, что как зачатки осталось у нее от работы над человеческим универсумом. Так человек вживается в свой эфирный организм, прежде чем этот последний в земном бытии воспринимается его физическим организмом.

Процессы, развивающиеся в области земного бытия как следствия зачатия и отделенные от развития последней стадии доземного бытия человеческой души, привели образование физического организма к состоянию физического зародыша. Человеческая душа, присоединившая к себе тем временем свой эфирный организм, может соединиться с этим зародышем. Она соединяется с ним силой непрерывно действующего «вожделения», и человек вступает в свое физическое земное бытие.

Переживание человеческой души при присоединении к себе эфирного организма из мирового эфира есть переживание, чуждое Земле; ибо оно совершается без физического организма. Но этот последний является для него «вожделенным» объектом. То, что выступает в переживаниях младенца, есть бессознательное воспоминание об этих переживаниях. Но это есть действенное воспоминание, бессознательная работа над физическим организмом, который ранее был душевным, внутренним миром, и который теперь дается человеческой душе как внешний мир. Образующая деятельность, которую человек бессознательно выполняет в своем собственном организме, в его росте, есть проявление этого действенного воспоминания. То, чего ищет философия и что она может получить как внутреннюю реальность только через вполне осознанную имагинацию первых переживаний детства, содержится в этом действенном бессознательном воспоминании. С этим связана чуждая миру и все же расположенная к миру сущность философствования.

ХРИСТОС И ЕГО СВЯЗЬ С ЧЕЛОВЕЧЕСТВОМ.

В последнем докладе я попытался показать, как душевно-духовное бытие в сфере развития человека переходит в чувственно-физическое. От понимания, которое проявляет человек в отношении этого перехода, зависит, сможет ли он установить соответствующее современному сознанию отношение к событию Голгофы и к связи этого события с земным развитием человека.

Если мы не познаем в нашем собственном физически-чувственном существе, как духовно-душевное из духовной формы переживания преобразовано в явление физически-чувственного мира, для нас останется закрытым явление духа Христа из духовных миров в человеке Иисусе в физическом мире.

Однако необходимо опять подчеркнуть, что речь идет не о том, чтобы всякий раз имело место само созерцающее познание, речь идет о пронизанном чувством понимании того, что исследовано путем созерцания. Созерцающего познания достигают единичные люди. Обоснованное понимание доступно каждому.

Кто признает миры, пережитые человеческой душой в доземном бытии, тот сможет также поднять свой взор к Тому, Кто как Христос до события мистерии Голгофы жил только в этом бытии, и пройдя через эту мистерию, со времени ее свершения, связал свою жизнь с земным человечеством.

Лишь в постепенном развитии приобрели души земного человечества то настроение, в котором они живут в настоящее время. Обычное сознание берет это душевное настроение, каким оно является теперь, и создает «историю», в которой дело излагается так, как будто люди седой древности мыслили, вопили и чувствовали почти так же, как в настоящее время. Но это не так. Были времена в земном развитии человечества, когда душевное настроение было совершенно иным, чем теперь. Тогда не было такой резкой противоположности между сном и бодрствованием. В настоящее время переходом между тем и другим является только сновидение. Но его содержание заключает в себе нечто обманчивое и сомнительное. Человек прежнего времени переживал между полным бодрствованием и бессознательным сном промежуточное состояние, которое было образным и отрешенным от внешних чувств, но благодаря которому раскрывалась действительность духовного, как благодаря восприятию чувств раскрывается действительное физическое.

В этом переживании человеку древности в образах, а не в мыслях давался сновидческий опыт его доземного бытия. Он переживал самого себя как доземное душевное существо как бы в отзвуке того, что происходило там. Но зато у него не было совершенно отчетливого переживания «Я», которое есть у человека современности. Он не ощущал себя как «Я» в той мере, как теперь. Это переживание «Я» выступило лишь постепенно в ходе человеческого духовного развития.

Решающей для развития переживания «Я» эпохой человечества была та, в которой произошло событие Голгофы.

В это время душевное переживание отзвука доземного бытия становится все более смутным в обычном сознании. Знание человека о себе самом все более ограничивается тем, что раскрывается ему как физически-чувственное земное бытие.

И с этого времени приобретает новое значение также и восприятие смерти. Раньше человек, как было сказано, знал о своем вечном сущностном ядре. Он знал его через созерцание упомянутого отзвука так, что ему было ясно, это не подлежит смерти. В тот исторический мировой период, когда взор был ограничен физическим человеческим существом, смерть встала перед душой как мучительная загадка.

Дальнейшее развитие одних только внутренних сил познания не вело к разрешению человеком этой загадки. Она была разрешена для человека благодаря вступлению в земное развитие события Голгофы.

Христос сошел на почву земного бытия из миров, где человек живет в своем доземном бытии. В соединении переживаний обычного бодрственного сознания с существом Христа и во взоре, обращенном к Его действиям, человек может со времени события Голгофы найти то, что он ранее находил благодаря естественным свойствам своего сознания.

Посвященные древних мистерий говорили своим приверженцам таким образом, что эти последние видели в восприятии доземного бытия благодатный дар духовного солнечного существа, отблеск которого предстает нам в физическом солнце.

Посвященные, во времена мистерии Голгофы еще продолжавшие поддерживать древние методы посвящения, говорили желавшим их слушать людям о том, что существо, раньше дававшее человеку из духовных миров в земное бытие отзвук доземного, сошло как Христос в физический, земной мир и приняло телесность в человеке Иисусе.

Те, кто из посвящения знали правду о мистерии Голгофы, в первые времена христианского развития всегда говорили о существе Христа как о сошедшем из духовных миров в земной. Для учителей человечества того времени речь шли главным образом о Христе сверхземного мира и о Его пути к земному человеку.

Предпосылкой такого прозрения было то, что из древнего посвящения они еще столько знали о сверхчувственных мирах, что могли видеть во Христе существо духовного мира до Его нисхождения на Землю.

Остатки этого знания сохранялись приблизительно до четвертого века после Рождества Христова. Затем они потускнели в человеческом сознании. Тем самым событие Голгофы стало событием, известным только благодаря распространению внешней истории. Принципы инициации древнего мира были утрачены для внешнего мира и развивались только в таких местах, о которых люди едва что-либо знали. Лишь начиная с последней трети ХIХ века развитие человечества снова достигло той стадии, когда новое посвящение, описанное в предыдущих докладах, приводит к созерцанию существа Христа в духовном мире.

Для полного раскрытия «Я»-сознания, которому надлежало войти в развитие человечества, было необходимо, чтобы инициированное познание на несколько столетий прекратилось, и чтобы человек временно видел себя ограниченным чувственным и внешне-историческим миром, в котором он мог свободно раскрыть свое «Я»-сознание.

Таким образом, только для Общины Христиан стало возможным указать верующим на историческую традицию мистерии Голгофы и облечь в догматы для веры то, что некогда знали об этой мистерии из познания духа. Здесь речь идет не о содержании этих догматов, а о том, как оно переживается в душе, путем веры или путем знания.

В настоящее время снова возможно достигнуть непосредственного знания о Христе. Но в течение столетий перед обычным сознанием стоял образ Иисуса, а обитавший в нем Христос сделался предметом веры. И именно в духовно руководящей части человечества все более утрачивалась склонность к догматам веры; Иисуса стали все больше рассматривать так, как он встает перед обычным сознанием из истории. Переживание Христа постепенно терялось. И таким образом возникла даже современная ветвь теологии, которая занимается, в сущности, только человеком Иисусом и у которой нет живого отношения ко Христу. Но вера только в Иисуса — это, собственно, уже не христианство.

В сознании своего доземного бытия человек древности имел точку опоры также и для правильного отношения к своему бытию после земной смерти. То, что в древности он черпал для понимания загадки смерти в естественном переживании самого себя, в более позднее время должно было даваться ему иным образом, через его связь со Христом. По слову апостола Павла: «Не я, но Христос во мне», — Он должен был пронизать человека, чтобы стать его вождем сквозь врата смерти. Ибо хотя в обычном состоянии у человека было уже нечто, что могло привести к полному раскрытию переживания «Я», но у него не было ничего такого, что могло дать душе силу в познании приблизиться к ее живому прохождению сквозь врата смерти. Ведь обычное сознание есть плод физического тела. Поэтому и душе оно может дать только такую силу, в которой она должна видеть нечто, угасающее со смертью.

И тем, кто из древней инспирации мог познать все это, физический человеческий организм казался больным. Ибо они должны были видеть, что в нем нет силы дать душе настолько всеобъемлющее сознание, чтобы оно могло пережить полноту своего бытия. Христос явился душевным врачевателем мира, Целителем, Спасителем мира. И таким Он должен быть познан в Своей глубочайшей связи с человечеством.

Событие смерти, как оно связано со Христом, будет предметом следующего доклада.

То, что древнее знание, углубленное сообщениями посвященных, дало человеку как переживание вечного, благодаря восприятию переживания Христа станет философией, которая может опираться в мировом бытии на принцип Отца. Отец может быть снова уведен в духе как всепронизывающее Сущее. Благодаря познанию Христа, Сущности внеземного мира, принявшей земное тело в человеке Иисусе, космология приобретает христианский характер. В событиях развития человечества Христос познается как существо, имеющее решающее значение в этом развитии. — И благодаря оживлению угасшего познания «вечного человека» человеческая душа из чисто чувственного мира, развивающего «Я»-сознание, будет обращена к Духу, и ей станет доступным исполненное понимания переживание Духа вместе с Богом-Отцом и Христом в обновленной познавательной основе религии.

СОБЫТИЕ СМЕРТИ В ЕГО ОТНОШЕНИИ КО ХРИСТУ.

В состоянии сна для обычного сознания прекращается переживание чувств, а также и душевная деятельность в мышлении, чувстве и воле. Вместе с тем от человека ускользает и то, что он определяет как свою «самость».

Благодаря намеченным в прошлых докладах душевным упражнениям прежде всего высшим сознанием постигается мышление. Но это постижение невозможно, если мышление не будет сперва утрачено. Эта утрата переживается как результат медитации. Хотя человек чувствует при этом себя внутренне сущностным, его внутреннее переживание становится неопределенным; и вначале он не может пережить свое бытие с такой силой, чтобы это внутреннее бытие могло быть постигнуто в мыслительной деятельности. Эта возможность является лишь постепенно. Внутренняя активность возрастает; и сила мышления зажигается с другой стороны, чем в обычном сознании. В последнем человек переживает себя всегда только в настоящем моменте. Когда благодаря упражнению души мышление зажигается снова, пройдя через отсутствие мышления и таким образом достигнув имагинации, человек переживает содержание всей своей жизни, от рождения до настоящего момента, как свое «Я». Также и воспоминания обычного сознания являются тогда переживанием настоящего момента. Они суть образы, переживаемые в настоящем, и только своим содержанием указывающие на прошлое.

Такое воспоминание сперва исчезает при наступлении имагинации. И прошлое видится тогда как настоящее. Подобно тому как в чувственном восприятии мы направляем чувства на вещи, пространственно находящиеся друг подле друга, так направляем мы пробужденную в имагинации активность души на различные события нашей собственной жизни. И мы имеем перед собой как единство то, что последовательно протекает во времени. Содержание становления во времени выступает как мгновенное настоящее.

Но в высшем сознании мы имеем перед собой нечто иное, чем воспоминание обычного сознания. Мы имеем перед собой деятельность эфирного организма, неведомого прежде обычному сознанию. Воспоминания обычного сознания суть лишь образы того, что переживал человек во внешнем мире благодаря своему физическому организму. Имагинативное же сознание переживает деятельность, совершаемую эфирным организмом в физическом.

Появление этого переживания сопровождается чувством, что из душевных глубин возникает нечто, хотя и жившее ранее в нашем существе, но не доносившее своих волн до сознания. Теперь все это должно быть пережито вполне сознательно. Это происходит так, что обычное сознание всецело сохраняется наряду с имагинативным. И нужно всегда уметь соотносить с воспоминаниями обычного сознания то, что мы переживаем во взаимодействии между эфирным и физическим организмом. Кто не умеет этого, тот будет иметь дело не с имагинацией, а с визионарным переживанием, галлюцинацией.

В визионарном переживании сознание не наполняется новым содержанием — как это происходит в имагинации, — присоединяющемся к старому; но оно изменяется, старое содержание не может быть вызвано в нем к бытию наряду с новым. Переживающий имагинацию имеет наряду с собой своего обычного человека; визионер же становится совсем другим человеком.

Те, кто извне критикуют антропософское исследование, должны иметь это в виду. Имагинативное познание часто считают чем-то ведущим к визионерству. Но истинным исследователем духа визионерство должно быть самым решительным образом отвергнуто. Он не ставит на место обычного сознания визионарное; но он присоединяет к обычному сознанию имагинативное. В каждый момент имагинативно переживаемое полностью подконтрольно обычному мышлению. Визионарное представление есть более сильное вживание «Я» в физический организм, чем это бывает при обычном сознании. А имагинация есть действительное выхождение из физического организма; и наряду с ней в физическом организме сознательно сохраняется обычное сознание души. Человек становится сознательным в той части души, которая раньше была бессознательной; та же часть душевного, которая прежде в физическом организме была сознательной, остается в том же душевном переживании. Взаимоотношение между переживанием имагинации и переживанием обычного сознания есть такой же сознательный опыт души, как и переход душевной деятельности от одного представления к другому в обычном сознании. Если принять это во внимание, то об имагинативном познании нельзя говорить как о чем-то визионерском. Напротив, оно может изгнать всякую склонность к визионерству. Познающий имагинативно может также понять, что в галлюцинациях даются не свободные от тела переживания, а такие, которые обусловлены телом в гораздо большей степени, чем чувственные переживания. Ибо он может сравнить особенности подобных видений с истинно свободными от тела имагинациями. Визионер даже глубже погружен в функции своего тела, чем тот, кто переживает обычным способом восприятия своих органов чувств.

С началом имагинации обычное мышление познается как нечто, не имеющее субстанционального содержания. Субстанционным содержанием этого мышления оказывается то, что мы вводим в сознание вместе с имагинацией. Обычное мышление действительно можно сравнить с отражением в зеркале. Но в то время как в обычном сознании возникает отражение, в бессознательном образуется то, что выступает затем как имагинация. Ведь в обычной душевной жизни мы также имеем имагинации, но бессознательно. Если бы мы не имели имагинаций, мы не мыслили бы. Сознательные мысли обычной душевной жизни суть отраженные физическим организмом образы бессознательной имагинации. А субстанцией этой имагинации является эфирный организм, открывающийся в развитии земной жизни человека.

С инспирацией в сознание вступает новый элемент. Для того чтобы прийти к инспирации, необходимо настолько отрешиться от своей человеческой жизни, как это было указано в предыдущих докладах. Но сила активности, которой душа достигла путем имагинации, при этом сохраняется. Обладая этой силой, душа может прийти к представлению о том, что лежит во Вселенной в основе эфирного организма, как сам он лежит в основе физического.

Тем самым душа встает перед своей собственной вечной сущностью. В обычном сознании дело обстоит так, что когда душа хочет стать активной в мышлении, она может сделать это, только овладев физическим организмом. Она погружается в физический организм, и он отражает ей в виде представлений то, что она переживает своим эфирным организмом. Но она не переживает его самого в его деятельности. Этот эфирный организм переживается затем в имагинативном сознании. Но для этого душа должна прежде углубиться в переживании своего теперь уже астрального организма. Пока душа пребывает только в имагинации, она живет в астральном организме бессознательно и созерцает лишь эфирный и физический организм. Но как только душа достигает инспирированного познания, она созерцает также и астральный организм. Ибо тогда душа живет в вечном ядре своего существа. Увидеть его душа может благодаря переходу к интуитивному познанию. При помощи интуитивного познания она живет в духовном мире, подобно тому как в обычном бытии она живет в своем физическом организме.

Таким образом, душа познает, как физический, эфирный и астральный организм вырабатывается из духовного мира. Но она может наблюдать и продолжающееся воздействие духовного на организацию земного существа «человека». Она видит, как духовное ядро человеческого существа погружается в физический, эфирный и астральный организм. Это погружение не есть внедрение духовного в физическое, при котором первое живет в последнем — нет, это превращение части человеческой души в физическую и эфирную организацию. Эта часть человеческой души «исчезает» во время земной жизни, превратившись в физический и эфирный организм. Это та часть души, отблеск которой переживается в обычном сознании мышлением. Но душа всплывает с другой стороны. Это происходит с той ее частью, которая в земной жизни переживается в воле. Воле свойственен иной характер, чем мышлению. В воле человек и в обычной бодрственной жизни несет в себе спящую часть. Помысленное явственно стоит перед душой. В мысли человек поистине вполне пробужден. В воле это не так. Воля побуждается мыслью. Бодрственное сознание доходит до той точки, до которой доходит мысль. Но далее волевой акт погружается в человеческий организм. Когда я по своей воле двигаю рукой, то в обычном сознании я имею как начало побудительную мысль. А в созерцании поднятой руки со всеми сопровождающими душевными переживаниями чувства я имею конец волевого действия. Середина остается бессознательной. И то, что происходит в глубинах организма, когда в человеке действует воля, это ускользает от обычного сознания, как ускользают переживания сна. Человек и в бодрствовании всегда имеет в себе спящую часть.

В этой части во время земного бытия продолжает жить из душевно-духовного то, что не превращается в физический организм. Человек видит эти соотношения, когда благодаря указанным в прошлых докладах упражнениям воли достигается истинная интуиция. Тогда за волей познается вечная часть человеческой души. Эта часть преобразуется в организацию головы; она исчезает в ее форме и жизни на время земного бытия, и снова всплывает с другой стороны, чтобы пройти через смерть и опять созреть для участия в работе над будущим земным телом и земной жизнью. Так мы подходим в своих-рассмотрениях к явлению смерти в человеческой жизни; это явление будет описано в следующем докладе. Ведь те воззрения, которые я описал сегодня, приводят только к продолжающейся жизни воли и к познанию части души, превратившейся из прошлого в организацию человеческой головы. Но мы еще не приходим к судьбе «Я»-сознания. Она может рассматриваться только в связи с проблемой Христа. Поэтому соответствующее рассмотрение снова приведет нас к созерцанию тайны христианства.

Обычная философия идей протекает в мыслях; но в этих мыслях нет жизни, нет субстанции. Мы приходим к субстанции, когда в имагинации отпадает физический организм. До этого мысли философии могут быть только отражениями, как было описано выше. И строя такую философию, мы, вживаясь в них непредвзято, неизбежно чувствуем их нереальность. Тогда мы в предчувствии ощущаем отмеченный выше момент, когда совершенно исчезает вспоминаемое мышление. Августин и Декарт ощущали это, но истолковывали неудовлетворительно, как «сомнение». Философия оживет, когда в душе всплывет единство жизни как субстанция. Это ощутил Бергсон и выразил в своей miсе «длительности», но он не сдвинулся с этой точки. Дальше будет сказано, как, исходя из этих отношений, обстоит дело с космологией и познанием религии.

СУДЬБА «Я»-СОЗНАНИЯ В СВЯЗИ С ПРОБЛЕМОЙ ХРИСТА.

В земном бытии душевная жизнь протекает в явлениях мышления, чувства и воли. В мышлении предстает отражение того, что переживают астральный организм и «Я»-существо в физически-чувственном мире. Другое переживание этих высших членов человеческого существа развивается во время сна. Но это переживание остается в земном бытии неосознанным. Душа в своем внутреннем тогда слишком слаба для того, чтобы поставить перед своим сознанием свое собственное содержание. Для созерцающего сознания это содержание предстает как чисто душевно-духовное.

С пробуждением человека астральный организм и «Я»-существо вступают в физический организм. При помощи мышления человек переживает восприятия чувств в эфирном организме. Но в этом переживании действует не окружающий человека мир, а воспроизведение этого мира. В этом воспроизведении раскрывается совокупность образующих сил, лежащих в основе земной человеческой жизни. В каждое мгновение жизни в человеке имеется это воспроизведение внешнего мира. Человек переживает это воспроизведение через мышление не непосредственно, но так, что его отражение встает перед обычным сознанием благодаря физическому организму как содержание мысли.

Обычным сознанием может быть воспринято не то, что происходит в физическом организме за отражающей деятельностью мышления, а только результат, каковым являются предстающие как мысли отраженные образы. Эти не воспринятые сознанием процессы физического организма суть деятельность эфирного и астрального организма и «Я»-существа. Человек воспринимает в своих мыслях то, что он сам, как душевно-духовное существо, вызывает в своем организме.

В эфирном организме живет воспроизведение внешнего мира как внутренняя деятельность, заполняющая физический организм. В астральном организме продолжает действовать то, что человек пережил в доземном бытии; в «Я»-существе живет вечное ядро человека.

В эфирном организме действует в человеке внешний мир. В астральном организме продолжает действовать то, что пережил человек в доземном бытии. Во время земной жизни эта деятельность по своему существу не стала иной, чем она была в доземном бытии. Она происходила тогда в духовно-преображенном физическом организме. Такова же она и теперь в состоянии бодрствования. Внутренняя организация головы человека непрерывно стремится из физического состояния метаморфизироваться в духовное; но во время земной жизни это превращение выступает лишь как предрасположенность. Физический организм оказывает противодействие. В то мгновение, когда преобразующая деятельность астрального организма достигает той точки, где внутренняя физическая организация головы — как физическая — должна была бы распасться, наступает состояние сна. Из остального физического организма она снова предоставляет внутренней организации головы те силы, благодаря которым она может далее существовать в физическом мире.

Эти силы лежат в эфирном организме. В состоянии бодрствования он делается все менее дифференцированным в области организации головы; в состоянии сна он внутренне дифференцируется в определенные образования. В этих образованиях раскрываются силы, созидающие во время земной жизни физический организм.

Итак, в состоянии бодрствования в организации головы происходит двоякая деятельность; созидающая — благодаря эфирному организму — и разрушающая, в силу которой распадается физический организм. Это разрушение вызывается астральным организмом.

Из-за этой астральной деятельности человек во время своего земного бытия непрерывно несет в нее смерть. Но только эта смерть каждый день побеждается противодействующими ей силами. Однако непрерывно совершающимся действиям смерти человек обязан своим обычным сознанием. Ибо в умирающей жизни организации головы заключено то, что способно отражать душевную деятельность как переживание мысли. Побуждающая к жизни деятельность органического роста не может породить жизни мысли. Для этого необходима жизнь, склоняющаяся к умиранию. Органическая деятельность роста понижает жизнь мысли до степени оглушения, до бессознательности.

Что в момент физической смерти однажды происходит со всем человеческим организмом, это непрерывно сопровождает человеческое бытие во время земной жизни как зачаток, как непрерывно образующееся начало умирания. И своим обычным сознанием человек обязан этому непрерывному умиранию в нем. Перед обычным сознанием эфирный и физический организм встают как непроницаемые сущности; человек видит не их, а отраженные ими мыслительные образы, переживаемые им в своей душе. Физическая и эфирная организация застилают ему астральный организм и «Я»-существо. {шрифт наклонный}Вследствие{шрифт обычный} того, что в обычной земной жизни сознание души наполнено рефлексиями физического организма, человек не может воспринимать своей эфирной и астральной организации, как и своего «Я»-существа.

Со смертью физический организм отделяется от эфирного и астрального и от «Я»-существа. Но человек несет теперь в себе свой эфирный и астральный организм, как и сущность своего «Я». С отпадением физического организма нет больше препятствий для осознания человеком эфирной организации. Перед человеческой душой встает образ только что истекшей земной жизни. Ибо этот образ есть лишь выражение созидающих, образующих сил, являющих в своей совокупности эфирное тело.

То, что таким образом живет в эфирном теле, вплетено в человека из эфирного существа космоса. Оно никогда не может совсем отделиться от космоса. Космически эфирное свершение продолжается в человеческой организации; и это внутричеловеческое продолжение суть эфирный организм. Отсюда проистекает, что в тот момент, когда после смерти человек осознает себя в своей эфирной организации, это сознание начинает уже претворяться в космическое. Человек чувствует мировой эфир, как и свой эфирный организм, как нечто, находящееся в его собственном существе. Но в действительности это означает: через очень короткое время эфирное тело растворяется в мировом эфире. Человек сохраняет свое внутреннее, которое во время земной жизни было связано с эфирным и физическим организмом, то есть свой астральный организм и «Я»-существо.

Астральная сущность никогда не бывает вполне включена в физический организм. Организация головы являет собой полное преображение этого астрального организма и «Я»-существа. Но во всей ритмической организации человека — в процессе дыхания, кровообращения и других ритмических процессах, — астральная организация и «Я»-существо продолжают жить с известной самостоятельностью. Эти процессы отражают их деятельность не так, как отражает их организация головы. Астральная организация и «Я»-существо более свободно соединяются с ритмическими процессами. Так возникает духовно-физическая сущность, которая в обычном сознании проявляется как жизнь чувства. В жизни чувства то, что человек пережил благодаря своим мыслям в чувственном мире, соединяется с астральным организмом и «Я»-существом.

Необходимо рассмотреть это соединение в его частностях. Предположим, что человек что-нибудь совершает в чувственном мире. Для его душевной жизни это не ограничивается одним внешним поступком. Он составляет себе суждение о своем поступке. И это суждение совершается не в одной только жизни мысли; импульс к нему исходит из астрального организма, раскрывающегося в физической жизни в связи с ритмическими процессами. И в жизнь мысли, протекающую в отраженных образах, вливается отблеск морального суждения. В мире отраженных мыслей этот отблеск сам появляется с характерными признаками только отраженной сущности мысли. А в астральном ритмическом организме он живет в своей действительности. Во время земной жизни эта действительность не вступает в обычное сознание. Этому вступлению препятствует то, что физические ритмические процессы чувствуются сильнее, чем сопровождающие их духовные процессы. Когда по смерти бывает отброшен физический организм, когда нет уже физических, ритмических процессов, тогда в космическое сознание вступает созерцание того, чем являются перед лицом духовно-космического мира поступки человека. Это космическое сознание вырабатывается после того, как отделяется эфирный организм. В этом состоянии человек видит самого себя как моральное образование, подобно тому как в земной жизни он видит себя как физическое образование. Он имеет теперь такое внутреннее существо, какое построено моральным качеством его земной деятельности. Он созерцает свой астральный организм. Но в этот астральный организм посылает свое сияние духовно-космический мир. Перед человеческой душой стоит как картина событий то, что говорит этот мир по поводу поступков, совершенных человеком в его земной жизни.

Со смертью человек вступает в такую форму переживания, в которой он переживает иной ритм, чем в земном бытии. Этот ритм является как бы космическим воспроизведением земной деятельности. В это последующее переживание непрерывно изливается жизнь духовного космоса, как в земной жизни вливается в легкие вдыхаемый воздух. В сознательном космическом переживании предстает ритм, отображением которого является физический. То, что человек совершает в земной жизни, включается посредством космического ритма как мир, наделенный моральными качествами, в мир, не имеющий моральных качеств. И после своей смерти человек переживает это образующееся в лоне космоса существо морального ядра будущего космоса, который будет изживать себя не только как теперешний — в чисто природном порядке — но в порядке морально-природном. Основное ощущение, проходящее через душу во время этого переживания в становящемся космическом мире, дается ей вопросом: буду ли я достоин в будущей жизни включить себя в морально-природный порядок?

Тот мир переживаний, через который человек проходит таким образом после смерти, я назвал в моей книге «Теософия» «миром душ». Наступающее через инспирацию сознание этого мира дает содержание для истинной космологии, подобно тому как имагинативное познание реальной человеческой жизни дает содержание для истинной философии.

Но из того космического сознания, на которое действует космическое последствие земных человеческих поступков, еще не может быть получено достаточных импульсов, из которых человеческая душа могла бы приготовить в духовном мире будущий физический организм. Этот организм был бы испорчен, если бы душа оставалась и далее в мире душ. Она должна вступить в такой мир переживаний, где действуют внечеловеческие духовные импульсы космоса. В той же книге я назвал этот мир «миром духа».

Древние посвященные могли из своего полученного путем посвящения знания сказать своим последователям: то духовное существо, которое в физическом мире находит свой отблеск в Солнце, вы встретите после смерти в духовном мире. Оно поведет вас из мира души в мир духа. Его водительство очистит вас, так что вы получите в мире духа способность приготовить соответствующий миру физический организм.

Посвященные времен мистерии Голгофы и первых веков христианства должны были сказать своим последователям: та степень «Я»-сознания, которой вы достигаете в земном бытии, становится в своем существе на Земле столь светлой, что ее противоположный полюс — выступающий после смерти — темнеет настолько, что вы не можете видеть духовного солнечного вождя. Поэтому солнечное существо спустилось на Землю как Христос и прошло через мистерию Голгофы. И если вы уже в земной жизни проникнетесь живым чувством связи с мистерией Голгофы, то ее смысл будет включен в земную жизнь и будет продолжать действовать в человеческом существе после смерти. Благодаря этому продолжающемуся действию вы можете тогда узнать Христово водительство.

Начиная с четвертого века это древнее знание посвященных было утрачено в развитии человечества. Обновленное христианское познание религии должно, исходя из интуиции, снова ввести в космологию действенность Христа для человечества вплоть до посмертного переживания человека. То, как сокрытое в воле свершение человеческого земного бытия действует вплоть до посмертного состояния, будет описано в следующем докладе.

ПЕРЕЖИВАНИЯ ВОЛЕВОЙ ЧАСТИ ДУШИ.

Когда обычное сознание приводит в деятельность волю, то особенно действенной становится та часть астрального организма, которая слабее связана с физическим организмом, нежели часть, соответствующая чувству. А эта соответствующая чувству часть астрального организма слабее связана с физическим организмом, чем та, что соответствует мышлению. В астральном организме воли заключена одновременно и истинная сущность «Я». Между тем как чувству соответствует душевно-духовное, находящееся в постоянной деятельной связи с ритмической частью физического организма, волевая часть души непрерывно пронизывает организм обмена веществ и конечностей; но она находится в деятельной связи с этими членами человеческого существа только в то время, когда совершается волевой акт.

Отношение мыслящей части души к организации головы есть отдача душевно-духовного физическому. Отношение чувствующей души к ритмической организации есть смена самоотдачи и ответного само-удержания. Волевая же часть стоит к физическому в таком отношении, которое она переживает как бессознательное душевное. Это есть бессознательное стремление физического к эфирному свершению. Эта волевая часть по существу своему не растворяется в физической деятельности. Она удерживается от нее и продолжает жить душевно-духовно. И только когда мыслящая часть души простирает свою деятельность в организацию обмена веществ и конечностей, тогда в волевой части появляется побуждение отдаться физической и эфирной организации и действовать в ней.

В основе мыслительной части души лежит разрушающая деятельность физического организма. При построении мыслей это разрушение простирается только на организацию головы. Когда же происходит нечто волевое, то разрушающая деятельность охватывает организм обмена веществ и конечностей. Сила мысли вливается в организм тела и конечностей, где ей соответствует тогда разрушающая деятельность физического организма. Это побуждает волевую часть к тому, чтобы противопоставить разрушению созидание, разрушающей органической деятельности созидающую, образующую.

В человеческом существе борется смерть и жизнь. В мышлении проявляется непрерывно умирающая органическая деятельность; в воле открывается то, что побуждает, созидает жизнь. В душевных переживаниях, которые предпринимаются как упражнения воли для достижения сверхчувственного созерцания, достигнуть результатов можно только при условии, что они становятся внутренним переживанием боли. У того, кто приведет свою волю к повышенной энергии, появится чувство скорби. В более древние эпохи человеческого развития-эта боль вызывалась непосредственно аскетическими упражнениями. Благодаря им телесность приводилась в такое состояние, при котором душе было трудно ей отдаваться. Таким образом, волевая часть души отрывалась от тела и побуждалась к самостоятельному переживанию духовного мира.

Упражнения такого рода уже не пригодны для человеческой организации, достигнутой к настоящему моменту человеческого развития. Человеческий организм теперь таков, что эти старые упражнения в аскезе могли бы вызвать нарушения в человеческом организме, являющемся основой для развития «Я». В настоящее время надо делать обратное. Душевные упражнения, необходимые теперь для того, чтобы освободить от тела волевую часть души, были указаны в предыдущих докладах. Они приводят к укреплению души не со стороны тела, а со стороны самой души. Они укрепляют душевное в человеке и оставляют незатронутым физически-телесное.

Уже обычным сознанием можно заметить, что переживание боли связано с развитием душевного опыта. Всякий достигший тех или иных высших познаний скажет: я благодарен судьбе за счастливые, приносившие радость события моей жизни, но своими подлинными познаниями жизни я обязан своим скорбным, горестным переживаниям.

Для укрепления волевой части души, которое необходимо при достижении интуитивного познания, нужно сначала укрепить желание, изживающееся в обычной человеческой жизни через физический организм. Это происходит путем указанных упражнений. Когда это желание становится таким, что физический организм в своем земном состоянии не может быть для него основой, тогда переживание волевой части души переходит в духовный мир, и наступает интуитивное созерцание. В этом созерцании духовно-вечная часть душевной жизни осознает себя самое. Духовное сознание переживает содержание духовного мира, подобно тому как сознание, живущее в теле, переживает это тело.

В попеременной деятельности созидания и разрушения человеческого организма, как она проявляется в мыслящей, чувствующей и Болящей человеческой организации, нужно видеть более или менее нормальную жизнь человека на Земле. Она бывает иной в детстве, чем у взрослого. Понимание того, как действуют в детстве разрушающие и созидающие силы, и какое влияние оказывают на них воспитание и преподавание, есть задача истинной педагогики. Такая педагогика может возникнуть только из коренящегося в сверхчувственном познания всей человеческой природы в ее телесной, душевной и духовной сущности. Познание, ограничивающее себя только тем, что достижимо путем естествознания, не может быть основой истинной педагогики.

В больном человеке бывает нарушено по отношению ко всему организму или к отдельным органам более или менее нормальное взаимоотношение созидающих и разрушающих сил. Или перевешивает чрезмерно разросшееся созидание в образованиях отдельных органов и процессов, или разрушение в умерщвляющих образованиях. Разобрать, что именно здесь происходит, может только тот, кто познает всю человеческую организацию в физическом, эфирном, астральном организме и «Я»-существе. Только при таком познании могут быть найдены средства лечения. Ибо в царствах внешнего мира имеются минеральные и растительные существа, в которых при духовном познании можно найти силы, противодействующие слишком сильно созидающим или разрушающим силам организма. Такое же противодействие может быть найдено и в определенных отправлениях самого организма, не возникающих и не развивающихся в состоянии здоровья. Истинное медицинское познание, истинная терапия и патология могут быть основаны только на таком знании человека, которое объемлет дух, душу и тело и воспринимает результаты имагинации, инспирации и интуиции. В настоящее время требование такой медицины еще не считается серьезным, поскольку люди стоят на позициях чисто чувственной науки. А стоя на этих позициях, и не подозревают, что для познания всей полноты человека необходимо знать гораздо больше, чем для познания одного только человеческого тела. Действительно можно сказать, что антропософия знает возражения своих противников и умеет отдавать им должное. Но именно поэтому она знает также и то, как трудно ей убедить этих противников.

Волевая часть души сопереживает то, что происходит в чувствующей части. Для обычной душевной жизни это переживание совершается бессознательно. Но в глубинах человеческой организации оно протекает как совокупность явлений. Производимая чувством и волей оценка земной человеческой деятельности преобразуется здесь в стремление противопоставить впоследствии менее ценному поступку более ценный. Так бессознательно переживается вся моральная качественность человека; и из этого переживания образуется своего рода душевно-духовное существо, вырастающее во время земной жизни в бессознательной области человеческого существа. Оно являет собой то, что вытекает из земной жизни как цель, которая должна быть достигнута, но которой в {шрифт наклонный}данной{шрифт обычный} жизни человек не может достигнуть, так как этого не позволяет физический и эфирный организм, получивший свою определенную форму из прошлой жизни. От этого в человеке в виде указанного духовно-душевного существа живет стремление образовать иной физический и эфирный организм, с помощью которого в дальнейшем переживании мог бы быть преобразован моральный итог данной земной жизни.

Образование этого нового физического и эфирного организма может быть осуществлено только в том случае, если человек пронесет сквозь врата смерти указанное выше духовно-душевное существо.

Непосредственно после смерти душевно-духовный человек сохраняет на короткое время свой эфирный организм. Здесь в сознании встает только намек на бессознательно образовавшееся во время земной жизни моральное душевно-духовное существо. Ибо здесь человек погружен всецело в созерцание эфирного космоса. Хотя в последующем, более длительном состоянии переживания (я назвал его в своей «Теософии» «миром душ») имеется ясное сознание этого морального существа, но нет еще силы, чтобы начать деятельность созидания духовного зародыша для следующего земного человеческого организма. В человеке вследствие приобретенных в протекшей земной жизни моральных качеств еще сохраняется тенденция обращать свой взор к этой последней. Через некоторое время человек может перейти к такому состоянию переживания, в котором этой тенденции уже нет. (Эту область, которую человек тогда переживает, я обозначил в моей «Теософии» как область духа в собственном смысле). С точки зрения сверхчувственного содержания мысли, которого человек достигает в космическом сознании — после смерти — можно сказать, в течение некоторого времени после смерти человек живет, еще обращенный к Земле, проникаясь духовными силами, которые находят свое чувственное отражение в физических лунных явлениях. Хотя внешне он и отделился от Земли, но через свое душевно-духовное содержание он косвенно связан с нею. Этими духовно-лунными силами пронизывается все то в астральном организме — или, как было сказано выше, в бессознательной области душевной жизни, проявляющейся в чувстве и воле — что человек во время земного бытия преобразует путем морально-духовной оценки в реальное ценностное существо. Это морально-духовно-ценностное существо по содержанию родственно духовно-лунным силам. И это они удерживают человека в связанности с Землей. Но для выработки духовного зародыша будущего физического организма человек должен духовно-душевно отделиться от Земли. Он может достигнуть этого, только отделившись от области лунных сил. Он должен оставить в этой области родственное ей морально-ценностное существо. Ибо деятельность по созданию будущего физического организма, протекающая в связанности с духовным существом сверхчувственного мира, не должна быть обременена присутствием этого существа.

Человек не может прийти к освобождению из области духовно-лунных сил с помощью тех душевно-духовных сил, которыми он обладает. И все же это освобождение должно произойти.

До мистерии Голгофы наука посвящения могла сказать людям: в известный момент послеземного бытия из сферы Луны должно быть удалено человеческое переживание, удерживающее человека в области планетных сил. Но сам человек не может осуществить это удаление. Тогда за него вступается существо, физическим отблеском которого является Солнце, и это существо ведет его в чистую сферу духа, где действует оно само, а не духовные существа Луны. Человек переживает тогда звездное бытие таким образом, что он созерцает духовные прообразы констелляций неподвижных звезд как бы с другой стороны, с периферии космоса. И хотя ему открываются звезды, но все же это созерцание не пространственно. Совместно с силами, которыми человек пронизан теперь, ему является возможность образовать из космоса духовный зародыш физического организма. Божественное в нем созидает божественное. И когда духовный зародыш созрел, начинается вновь нисхождение к земному бытию. Человек вступает в сферу Луны. Там он находит моральное духовно-ценностное существо, которое он оставил при переходе в чисто звездное бытие; и он присоединяет его к своему душевно-духовному существу, чтобы сделать его основой для своей отвечающей судьбе (космически предопределенной) последующей земной жизни.

Из посвятительной науки христианства проистекает нечто иное. Принятием силы, возрастающей в душе из созерцающего и действенного сопереживания в чувстве земной жизни Христа и мистерии Голгофы, человек уже на Земле развивает в себе способность в определенный момент послеземного бытия освободиться от лунного влияния и вступить в чистую звездную сферу. Эта способность есть духовный, переживаемый после смерти {шрифт наклонный}прообраз свободы{шрифт обычный}, достигнутой в земной жизни через сознание «Я». В последующий период между смертью и новым рождением человек, как сказано, соединяется с оставленным в сфере Луны морально-духовным ценностным существом как со строителем своей судьбы, которую затем он может переживать в свободе во время последующей земной жизни. И так же в свободе несет он в себе на Земле свое религиозное сознание как последствие того пронизанного Богом бытия, которое было пережито им между смертью и новым рождением.

Новейшая посвятительная наука может исследовать это и познать действие Христа в человеческой жизни. К исполненной жизни философии и к космологии, познающей дух космоса, она присоединяет религиозное познание, раскрывающее Христа как источник обновленного религиозного сознания, как вождя мира в свободе.

В этих докладах я мог дать только набросок возможного возникновения философии, космологии и познания религии. Нужно было бы сказать еще многое для того, чтобы этот набросок предстал как живой образ.

Предлагаемые здесь десять авторефератов занимают особое место среди трудов Рудольфа Штайнера. Они возникли как записи для французского перевода цикла докладов «Философия, космология и религия в антропософии». Это был так называемый «французский курс», анонсированный по-французски как «Lа Рhilоsорhiе, lа Соsmоlоgiс еt lа Rеligiоn, солнце раrtiеs dе l'Аnthrороsорhiе», который Рудольф Штайнер прочитал с 6 по 15 сентября 1922 года в Гетеануме в рамках «французского семинара». Перевод выполнил Julеs Sаuеrwеin, Париж. Рефераты, в которых в концентрированной форме воспроизведено содержание докладов, ежедневно записывались для перевода, а затем по частям переводились.

Оригинал текста.

Рукописный оригинал сохранился только для I, II, IV и VI рефератов. Но надо отметить, что Рудольф Штайнер просматривал корректурные гранки для печати в еженедельнике «Dаs Gоеthеаnum». Для третьего (немецкого) издания текст был еще раз выверен. На стр. 36 в 14-й сверху строке было в соответствии со смыслом в скобках вставлено слово «niсht».

Названия рефератам были даны не Рудольфом Штайнером, а Марией Штайнер при подготовке первого книжного издания 1930 года. В дальнейшем, в издании 1956 г., подготовленном Эрнстом Видманом, были изменены названия IV, VII, VIII, IХ и Х рефератов. В данном (немецком) издании Полного собрания трудов восстановлены первоначальные заголовки.

Об общесерийном названии первого книжного издания «Медитативные процессы как духовнонаучные познания, изложенные Рудольфом Штайнером». Этим общим заголовком Мария Штайнер намеревалась объединить эти десять рефератов с такими книгами, как «Путь самопознания человека», «Как достигнуть познаний высших миров?», «Порог духовного мира». Она сообщала тогда о публикации данных рефератов следующее: «Как дополнение и расширение этих собственноручно изложенных результатов духовной науки появятся написанные Рудольфом Штайнером для „Дас Гетеанума“ статьи — IV. „Космология, религия и философия“; V. „О жизни души“. Четыре статьи под названием „О жизни души“ в Полном собрании трудов включены в том GА 36 (Dеr Gоеthеаnum-Gеdаnке inmittеn dеr Кulturкrisis dеr Gеgеnwаrt).

Эдвин Фробезе.

Миссия единичных народных душ в связи с мифологией германского севера.

Рудольф Штайнер.

Миссия единичных народных душ в связи с.

Мифологией германского севера.

Где уравновешены противоположности, тамгосподствует безжизненное, мертвое. Гденалична жизнь, там вершит противоположность; и сама жизнь есть непрерывное преодоление, но в то же время и новосозидание противоположностей.

МИССИЯ ЕДИНИЧНЫХ НАРОДНЫХ ДУШ В СВЯЗИ С МИФОЛОГИЕЙ ГЕРМАНСКОГО СЕВЕРА.

(пер О. Погибина, 1964 г. ).

Предисловие.

К этим более семи лет тому назад прочитанным лекциям.

В этих лекциях, прочитанных в Христиании в июне 1910 года, я решился на попытку набросать психологию развития народностей. Основой рассмотрений послужило то, что я уже изложил об антропософски ориентированной духовной науке (в моих книгах "Теософия", "Тайноведение", "О загадке человека", "О душевных загадках" идругих). Я мог строить на этой основе, потому что мои слушателибыли знакомы с научным воззрением, охарактеризованным в моих книгах. Но к этой внешней основе выбора этой точки зрения примыкаютеще и внутренняя. Для действительной психологии народных характеров никакое антропологическое, этнографическое, даже само историческое рассмотрение обычной науки не в состоянии опереться на достаточно прочные устои. Знания, предлагаемые этой наукой, даютне больше того, что в области познания душевной жизни человекапредлагают анатомия и физиология. Как в рассмотрении внутреннейжизни человека необходимо перейти от тела к душе, так в стремлении к истинному познанию народных характеров необходимо проникнутьк лежащему в их основе душевно-духовному. Такое душевно-духовное есть не простая совокупность отдельных людских душ, а над ними вершащее начало. Рассмотрение его современной науке совершенно непривычно. Говорить с ее форума о народных душах как одействительных существах, как принято говорить о действительноммышлении, чувстве и воле отдельного человека, - это неуместнаякрайность. И так же неуместно видеть с этого форума связь в развитии народов на Земле с силами небесных тел мирового пространства. Чтобы не чувствовать этой неуместности, достаточно лишь вспомнить о том, что никто не станет искать сил, ориентирующих магнитную стрелку в направлении север-юг, в самой магнитной стрелке. Человек относит их к действию земного магнетизма. Причины ориентации стрелки он ищет в космосе. Почему же не искать в космосе, вне народных взаимоотношений, причины развития народных характеров, переселений народностей и т. д.? Уже совершенно помимо самого антропософского воззрения, для которого высшие духовные существа являются действительностью, для содержания этих лекций надосчитаться и с другим положением. В основе этого содержания, конечно, лежит более высокая духовная действительность развития народов, и в этой действительности оно и ищет те силы, которые направляют это развитие. Затем рассмотрение спускается к фактам, которыепроявляются в жизни народов. И здесь становится ясно, что обоснованные таким образом эти факты становятся понятными. Этим самымпроясняются как сами жизненные условия отдельных народов, так и ихвзаимоотношения между собой, в то время как без такого обоснованияистинного познания в этой области не существует. Приходится или жеотказаться от психологии народов, или же обосновать ее в духовнойдействительности.

Для обозначения высших духовных существ я взял наименования, которые применялись в первых христианских столетиях. Человек Востока выбрал бы другие имена. И хотя в настоящее время применение таких наименований можно найти мало "научным" мне все же кажетсяправильным от него не отступать; во-первых, этим отдается должноеосновному характеру нашей западной-христианской-культуры, во-вторых, этим все же скорее дается возможность понимания, чем если быбыли применены совершенно новые имена или переняты восточные обозначения, истинное содержание которых, в конечном итоге, доступнолишь тому, кто связан своей душевной жизни с их культурой. Мневсе же кажется, что того, кто желает проникнуть в эти духовныевзаимоотношения и если он не отвергает предмет как таковой, такиеимена как ангелы, архангелы, престолы и т. д., не оттолкнут, так же, как его не отталкивают такие наименования физики, как положительное и отрицательное электричество, магнетизм, поляризация света и т. д.

Кто свяжет содержание этих лекций с тяжелыми испытаниями культурного человечества, переживаемого им в наши дни, тот сможетнайти, что сказанное тогда бросает некоторый свет и на совершающееся теперь. Если бы я читал эти лекции теперь, то можно было быподумать, что эти рассмотрения вызваны сегодняшним положениеммировых событий. Итак, например, на третьей странице первой лекциимы встречаем: "Это особенно важно..., чтобы как раз в наше времясамым откровенным образом было сказано о том, что мы называеммиссией отдельных народных душ человечества..., потому что ближайшие судьбы человечества в гораздо более высокой степени, чемэто было до сих пор, приведут людей к общечеловеческой миссии. Но отдельные души того или иного народа лишь тогда смогут привнести их соответствующий свободный, конкретный вклад в эту общечеловеческую миссию, когда они поймут прежде всего их народность, поймут то, что можно было бы назвать самопознанием народности". Эти времена, когда судьбы человечества сами учат, что подобноевоззрение содержит в себе истину, пришли.

Возможно, что как раз тема о "Душах народов" является такой, которая показывает, что духовное рассмотрение, касающееся действительных сверхчувственных существ бытия, этим самым дает истиннопрактическое воззрение на жизнь, бросающее свет и на ее второстепенные вопросы. Этого не может сделать такое рассмотрение жизни, которое для развития и для сущности народов пользуется лишь темипредставлениями, которые с правом признаются действительными дляестественных наук. Эта механически-физическая наука достигла еевеликого в производстве механическо-физико-химических средствкультуры; для средств культуры духовной жизни человечества необходима наука, направленная на духовное. Наше время нуждается втакой науке.

Рудольф Штейнер.

Берлин, 8-го февраля 1918 г.

ЛЕКЦИЯ ПЕРВАЯ.

Возможность уже в третий раз и в более продолжительных рассмотрениях обратиться к друзьям нашего духовного мировоззренияздесь, в Норвегии, исполняет меня чувством глубокого удовлетворения; и на добрые слова нашего милого друга Эрикса я хотел бы лишькоротко ответить, что сердечное приветствие, высказанное им сейчас, встречает в моей душе такой же сердечный я такой же глубокий отклик.

Я надеюсь, что и этот цикл лекций, который я начинаю теперьдля вас, сможет привнести кое-что к познанию того, что мы называем общей картиной нашего мировоззрения. Как раз при этом цикле яхотел бы указать на то, что по мере его развития он должен будетоткрыть многое, что относится, так сказать, к радикальнейшим истинам этого нашего мировоззрения; что он должен будет вскрыть вещи, которые, собственно, современному мышлению человека еще довольно чужды. Поэтому прежде всего я прошу тех из уважаемых друзей, которые еще не смогли достаточно ознакомиться с более общими вопросами духовного мировоззрения, принять во внимание, чтомы не продвинемся вперед в нашем задании, если время от временимы не будем совершать как бы прыжок в те области духовного познания, которые довольно чужды мышлению, чувству и ощущению современного человека.

Для этой точки зрения по отношению к дальнейшим изложениямбудет необходима некоторая доля доброй воли, потому что для привнесения всего, что необходимо было бы привнести как материал идоказательства того, что здесь будет сообщено в ближайшие дни, - необходимо гораздо больше времени. Мы не продвинемся вперед, если как раз по отношению к данным изложениям не апеллировать к некоторой доброй воле и не ожидать идущего навстречу спиритуальногопонимания. Область, которой мы коснемся здесь, действительно такова, которая как раз оккультистами, как раз мистиками и духоведами избегалась почти вплоть до наших дней, и избегалась по тойпричине, что для безболезненного и свободного принятия того, чтопо этому вопросу должно быть сказано, необходимо в высокой степени освободиться от предрассудков.

То, что здесь имеется в виду, станет, быть может, вам наиболее понятным, если вы вспомните, что на определенной высоте мистического или оккультного развития человек называется безродным. "Безродный человек" - это просто техническое выражение; и если мыбез вдавания в подробности - потому что мы говорим не о пути познания - хотим охарактеризовать то, что имеется ввиду в выражении"безродный человек", то мы можем коротко сказать, что безроднымчеловеком именуется такой, который в своем познании, в своем постижении великих законов человечества поистине освободился от всего, что подымается в человеке в связи с местом, на котором он живет сообразно своей народности. Мы можем также сказать, что безродный человек - это такой, который может принять на себя великуюмиссию всего человечества без того, чтобы к этому примешивалисьоттенки особых чувств и ощущений, связанных с той или иной почвойего страны. Отсюда вы видите, что для определенной степени зрелости мистического или оккультного развития необходима широта взгляда как раз по отношению к тому, что в ином случае мы с правомрассматриваем, как нечто великое и что опять-таки в отдельной человеческой жизни мы именуем миссией отдельных народных духов, обозначаем как то, что из глубин народной почвы, из духа народов несет.

Отдельные конкретные вклады в общую миссию всего человечества.

Мы хотим, значит, описать все то великое, от чего в определенном отношении должен освободиться "безродный человек". Безродныелюди всех времен, от седой древности и до наших дней, всегда знали, что если бы они дали полное описание характера безродности, - они бы встретили мало, очень мало понимания. Эти безродные людивстретили бы прежде всего предвзятое возражение, которое выразилось бы в упреке: "Вы потеряли всякую связь с родной почвой народа; у вас нет больше никакого понимания того, что является самымдорогим для людей". Но это не так. В некотором отношении безродность является - или, по крайней мере, может этим быть - иным путем, чтобы по достижении этого святого места, этой безродности, этой бездомности, вновь найти путь обратно в народную субстанцию, найти созвучие с тем, что связано с почвой. Если с самого началана это должно быть обращено внимание, то, с другой стороны, все жене является необоснованным тот факт, чтобы как раз в наше времясамым откровенным образом было сказано о том, что мы называем миссией отдельных народных душ человечества. Как до сих пор до некоторой степени было обосновано совсем умалчивать об этой миссии, так обосновано теперь, в нашей современности, начать говорить оней. Это особенно важно уже потому, что ближайшие судьбы человечества в гораздо более высокой степени, чем это было до сих пор, приведут людей к общечеловеческой миссии. Но отдельные люди тогоили иного народа лишь тогда смогут привнести их соответствующийсвободный, конкретный вклад в эту общечеловеческую миссию, когдаони поймут прежде всего их народность, поймут то, что можно былобы назвать "самопознанием народности". Если в древней Греции в мистериях Аполлона большую роль играло изречение "познай самогосебя", то не в столь отдаленном будущем к народным душам будетнаправлен призыв: "познайте самих себя, как души народов". Этотприбыв будет не без значения для грядущей деятельности человечества.

Конечно, в наше время особенно трудно признать бытие существ, которые для внешнего чувственного восприятия, так сказать, совершенно отсутствуют. Нашей современности, быть может, легче будетпризнать, что человек, каким мы его встречаем в мире, содержит в своем существе какие-то члены, какие-то части, являющиеся сверхчувственными, невидимыми. Современный материалистический строймышления людей, быть может, скорее признает, что существа, как, например, сами люди, внешний облик которых, по крайней мере, доступен физическому восприятию, могут еще содержать в себе какую-тосверхчувственную, невидимую часть. Но было бы большим притязаниемна способности нашей современности ожидать от нее понимания, когда речь идет о существах, которые для обычного воззрения, собственно, совсем не существуют. Ибо что, в сущности, обозначаетсясегодня здесь или там как народная душа, как дух народа? В лучшем случае это лишь то, что допускается как свойство, как общийхарактер стольких-то сотен или миллионов людей, стесненных на определенной почве. Трудно довести до сознания современности, чтотакое понятие, как дух народа, таит в себе нечто реальное, нечто, что живет помимо этих многих миллионов людей, стесненных на этойопределенной почве. Если спросить, - возьмем нейтральный пример, что подразумевает современный человек под понятием швейцарскогодуха народа, то в отвлеченных выражениях он опишет некоторыесвойства тех людей, которые населяют область швейцарских Альп и Юры, и будет уверен, что за этим не скрывается ничего, что небыло бы доступно внешним познавательным способностям - будь тозрение или другие органы восприятия. Первый шаг познания в этойобласти - этооткрыто и честно остановиться на мысли, что естьсущества, которые не проявляются непосредственно в чувственноммире, которые недоступны обычной материальной способности восприятия; что, так сказать, между чувственно воспринимаемыми существами находятся другие существа, невидимая деятельность которых проявляется на видимых существах подобно тому, как деятельность существа человека проявляется через его руки и пальцы; что, значит, можно говорить о швейцарском духе народа, как говорят о духе человека, которого так же точно можно отличить от десятипальцев рук, как можно отличить дух швейцарского народа от миллионов людей, живущих в горах Швейцарии. Он есть нечто иное, а именно существо, подобно тому, как и сам человек есть существо. Люди отличаются от него тем, что их чувственная внешняя сторонадоступна способности восприятия человека. Поскольку человек доступен чувственной способности восприятия, постольку дух народане проявляется внешне, не проявляется таким образом, чтобы бытьвоспринятым внешним общением или органами внешних чувств; и, тем не менее, он совершенно реальное существо.

Сегодня нам надо будет выработать себе представление такогореального существа. Какой вообще путь берет духовная наука, чтобы создать нам представление о реальном существе? - Для этого мы найдем характерный пример, остановившись сначала на самомсуществе человека. Описывая его духовно-научно, мы различаем внемфизическое тело, эфирное или жизненное тело, астральное тело или тело ощущений и то, что мы рассматриваем как высший членчеловеческого существа, - Я. Мы знаем, значит, что в том, что мыназываем физическим телом, эфирным телом, астральным телом и Я, мы, так сказать, встречаем современного человека. Но вы знаететакже и то, что мы обращаем наш взор и к развитию человечества.

В будущем, и что Я работает над тремя низшими членами человеческого существа, одухотворяя эти члены, прорабатывая их от современной низшей к будущей высшей форме. Это Я прорабатывает, преобразует астральное, которое станет иным, чем оно есть сегодня. Тогда астральное тело представит собой то, что вам известно подименем самодуха или манаса. Еще более высокая работа Я совершится над эфирным или жизненным телом переработкой и оформлениемего в то, что мы именуем жизнедухом или будхи. И, наконец, наивысший труд человека, который мы пока можем себе представить, это одухотворение им, претворение и метаморфоза наиболее сопротивляемого члена его существа, его физического тела - в духовное. Возникнет наивысший членчеловеческого существа, когда Я переработает то, что является теперь физическим телом, то, что выступает теперь перед нами, как самое грубое и материальное, - когда Я переработает его в духочеловека или атму. Так видим мытри члена человеческой природы, развившихся в прошедшем, одинчлен, в котором мы находимся теперь, и три других, из которых Ясоздает нечто новое в будущем.

Мы знаем, также, что между уже завершенной работой и работой, которая для образования трех высших членов подлежит завершению в будущем, заключено определенное междусостояние. Мы знаем, что само Я мы должны представить себе как бы расчлененным. Оно работает над своего рода связующим звеном. Поэтому мы говоримо том, что между астральным телом, каким оно стало для человека из прошлого, и самодухом или манасом, который из этогоастрального тела станет для человека в далеком будущем, заключеныпосредине три подготовительных тела; ими являются: душа ощущающая, наиболее низший член, над которым работало Я, душа рассудочная или сама душевность и душа сознательная. Таким образом, мы можемсказать: из того, что мы вырабатываем теперь как самодухили манас, от этого в настоящее время у человека имеется исключительно мало, в лучшем случае лишь начало. Но зато человек тем подготовил себя к этой будущей работе, что до определенной степенион достиг некоторого господства над своими тремя низшими членами. Он тем подготовил себя, что он достиг господства над телом ощущений или астральным телом, благодаря прониканию в него своим Яи выработкой в этом теле ощущений души ощущающей. И как душаощущающая находится в определенной связи с телом ощущений, такдуша рассудочная или сама-душевность находится в определеннойсвязи с эфирным или жизненным телом; так что душа рассудочнаяили сама-душевность является слабым прообразом того, чем станет жизнедух иди будхи, - хотя и слабым прообразом, но, тем неменее, все же прообразом. То же, что находится в душе сознательной, в некотором смысле вработано силой Я в физическое тело, поэтому она является слабым прообразом того, чем станет некогдадухочеловек или атма. Мы можем также сказать: в настоящее время, не считая незначительных частей того, что человек уже выработализ астрального тела как начало самодуха или манаса, мы познаемв человеке четыре различных тела; мы можем сегодня различить:

1. физическое тело,

2. эфирное тело,

3. астральное тело,

4. работающее в нем Я,

И далее, как проблеск к высшим членам:

Душа ощущающая,

Душа рассудочная,

Душа сознательная.

Таким предстает сегодня перед нами человек, как существо, и мы, так сказать, охватываем здесь этого человека в его современном становлении. После подготовительной работы при возникновении души ощущающей, рассудочной и сознательной мы действительнозастаем теперь Я за работой над высшими членами. Мы видим это Яработающим силами душ ощущающей, рассудочной и сознательной надастральным телом, над началом самодуха, В настоящее время мызастаем человека в этом периоде его работы.

Те из вас, - это будет большинство, - кто знаком с исследованием акаша-хроники*, с развитием человека седой древности ис его становлением в далеком будущем, знают, что человек, как яего схематично набросал, прошел развитие; что мы можем оглянутьсяк отдаленнейшему прошлому; что огромные эпохи развития понадобились людям, чтобы положить первую основу их физического тела, затем первую основу эфирного тела, наконец, тела астрального и затем развивать далее эти три члена. Много времени понадобилосьдля этого человеку и вы, наверно, также знаете, что ранние развития своего существа, например, развитие своего астрального тела, человек прошел не в таком состоянии Земли, в котором она находится теперь, но свое астральное тело он развил в ее истекшембытии, в лунном бытии. Как нашусовременную жизнь мы признаем следствием прошлыхземных жизней, прошлых воплощений, так же иЗемля имеет за собой ее прошлые воплощения. То, что мы называемдушой ощущающей, душой рассудочной или самой-душевностью, этообразовалось уже в теперешнемземном бытии. В лунном бытии былоположено начало астральному телу, в еще более раннембытии нашейЗемли, в ее солнечном состоянии, было положено начало эфирномутелу и, наконец, в период состояния Сатурна - телу физическому. Таким образом, мы обращаемся к трем истекшим воплощениям Земли, и в каждом из этих воплощений кладется начало, а затем прорабатывается дальше один из членов современного существа человека.

Говоря о состояниях Сатурна, Солнца, Луны, надо подчеркнутьеще и другое. Подобно нам, людям, проходящим на Земле через состояние, которое мы можем назвать самосознательным состоянием человечества, - во времена истекших состояний нашего земного развития, во времена древних состояний Луны, Солнца и Сатурна, другиесущества прошли ступень, которую мы проходим теперь на Земле. При этом довольно безразлично, именуем ли мы этих существ терминологией Востока или же более привычной терминологией Запада. Существ, которые во времена лунного состояния Земли находились натой ступени, на которой теперь находится человек, и которые являются ближайшими высшими существами, стоящими над нами, в терминологии христианской эзотерики мы называем ангелами, Они стоятодной ступенью выше человека, потому что их ступень человечестваони усвоили одной эпохой раньше его. Таким образом, тем, чем мыявляемся теперь, эти существа были тогда, в период древнего лунного состояния. Но условия того их бытия были не таковы, чтобыони могли странствовать тогда по Луне, как это делают теперь люди на Земле; они были существами на ступени человечества, но они не жили во плоти, подобно современномучеловеку. Таким образом, теперешнемубытию человека соответствовала только ступень их развития. Далее мы встречаем существ еще более высокого вида; существ, которые прошли их человеческое развитие в древнюю эпоху солнечного состояния. Это архангелы. Это существа, стоящиедвумя ступенями выше человека, двумя эпохами ранее прошедшие их ступень человечества. Обращаясь к еще более глубокой дали,

К первому воплощению нашего земного бытия, к состоянию Сатурна, мы констатируем, что там прошли их человеческую ступень те существа, которых мы именуем духами Личности, архаями, началами. Таким образом, если мы начинаем от этих существ, которые, значит, были людьми в праотдаленном прошлом, в эпоху древнего сатурнического состояния, а затем прослеживаем воплощения Земли вплоть до нашей эпохи, то нам предстают ступени развития существ, нисходящие до нашего собственного существа. Мы, следовательно, можем сказать: начала, архаи, были людьми на древнемСатурне; архангелы были людьми на древнем Солнце; ангелы былилюдьми на древней Луне; люди суть люди на нашей Земле.

Поскольку мы знаем теперь, что мы идем в нашем развитиивперед, развиваем дальше то, чем являются низшие члены нашегосущества, т. е. наше теперешнее астральное тело, наше эфирное или жизненное тело и наше физическое тело, постольку, все же, мы должны спросить: не является ли столь же естественным, чтосущества, которые раньше прошли ступень человечества, теперь уже находятся на ступени, на которой они прорабатывают их астральное тело в самодух или манас? Как в следующем воплощениинашей Земли - во время бытия Юпитера - мы закончим преобразование нашего астрального тела в самодух или манас, так закончили те существа, которые в течение лунной эпохи были людьми, ангелы, преобразование их астральных тел в самодух или манас; - или они закончат его в течение нашего земного бытия. То, чтонам надлежит проделать лишь в течение следующего воплощенияЗемли, они завершают это в ее современном воплощении. Взглянувеще далее назад, к существам, которые были людьми в период древнего солнечного бытия, мы сможем сказать: им пришлось уже влунный период проделать то, что нам еще предстоит лишь в следующем воплощении Земли. Они заняты теперь тем, над чем будетработать человек, когда силой своего Я он будет преобразовыватьсвое эфирное или жизненное тело в жизнедух или будхи. Такимобразом, в архангелах мы констатируем существ, стоящих двумяступенями выше нас, - стоящими на той ступени, которой некогдадостигнем и мы, когда из сил нашего Я мы будем претворять эфирное тело в жизнедух или будхи. Обращая наш взор к этим существам, мы говорим: мы видим в них существ, которые стоят двумяступенями выше нас, существ, в которых в то же время мы видимпредвосхищенным то, что мы сами переживем в будущем; мы смотримна них как на таких существ, которые работают сейчас над ихэфирным или жизненным телом, оформляя его к жизнедуху или будхи, И так же мы обращаем наш взор к еще более высоким существам, кдухам Личности. Они стоят на еще более высокой ступени, чем архангелы, - на ступени, которой человек достигнет в еще более отдаленном будущем, когда он сможет прорабатывать физическое телов атму или духочеловека.

Как истинна современная ступень бытия человека, - так жеистинны эти существа на соответствующих, сейчас охарактеризованных ступенях их бытия, так же истинно и их высшее над намиразвитие, так же истинна и их реальность. Но их реальность нечужда земному бытию, а вступает в него в активной деятельности, верша в самом становлении человека. Теперь мы только должныспросить себя: каким же образом вершат эти, стоящие над человеком существа, в самом человечестве? - Если мы хотим уяснитьсебе эту их деятельность, то мы должны принять во внимание, что в их работе эти существа предстают, так сказать, в инойдушевнойпанораме, чем существа, которых в наше время мы именуемлюдьми. Различие между этими, стоящими над человеком существами, и существами, которые лишь теперь находятся на ступени человечества, поистине очень значительно. Как бы вам это ни казалось странным теперь, в течение дальнейших дней вам это станетсовершенно ясно. Человек (и это говорится из действительноподлинного духовного исследования), каким он является сегодня, находится в своего рода междусостоянии собственного бытия. Такая работа его Я над низшими членами своего существа, как онапроисходит в современности, не будет продолжаться всегда. Внастоящее время все существо человека является как бы целостнозамкнутым в себе, образует собой как бы ничем непрерываемоесущество. Это может измениться в будущем развитии человечестваи действительно существенно изменится. Когда человек настолькопродвинется в своем развитии, что он с полным сознанием будетработать над своим астральным телом и силой своего Я преобразовывать это астральное тело в самодуха или манаса, тогда состояние, похожее на то, в котором несознательно или подсознательнопребывает теперь человек во время сна, полностью вступит в его сознание. Представьте себе состояние сна человека. Во время снаЯ и астральное тело человека выходят из его физического тела итела эфирного, он оставляет их в постели и как бы реет вне этого Физического и этого эфирного тела. Представьте себе теперьчеловека в этом состоянии таким образом, как если бы проснулосьсознание: я есмь я; как если бы в этом духовном теле оно проснулось так, как оно существует в бодрствующем дневном сознании, Что за странное явление возникло бы для современного человека в нем самом! На одном месте он чувствовал бы: "я здесь! ", а внизу, может быть, очень далеко от этого первого места: "здесь мое физическое тело и мое эфирное тело; они вместе и они принадлежатмне, но я с другими членами моего существа, я рею вне, здесь, наверху". Если в наши дни человек осознаетсебя в своем астральном теле, вне своего физического и эфирного тел, то как бы он ни был высоко развит на современной Земле, он не может делатьбольше, чемсвободно переноситься туда или сюда в этом своемастральном теле и, независимо от своего физического тела, бытьдеятельным здесь или там в мире; однако, подобное еще недоступноему в отношении физического и эфирного тел. Но в далеком будущемэта возможность настанет; возможность извне переводить их из определенного места, скажем - пользуясь современным обозначением, - севера Европы на другое место, приказав им: "идите дальше! " - изатем извне управляя их движением. Сегодня это еще невозможно. Но это станет доступно возможности человека, когда он от ступениземного развития подыметсяк ступени Юпитера, к следующей ступениразвития нашей земной планеты. Это и будет следующее состояниеразвития человека. Мы тогда будем чувствовать, что мы как бы управляем самим собой извне. Это существенно. И это ведет к расщеплению того, что мы назвали сегодня существом человека. Материалистическому сознанию это, конечно, мало доступно.

Оно не может проследить за тем, что уже и теперь в некотором отношении реально проявляется во внешнем мире, подобно тому, какнекогда в будущем это будет свойственно человеческому существу. Такие явления наличны уже и теперь. Люди могли бы их заметить, если бы они были внимательны. Они увидали бы тогда, что живутопределенные существа, которые, например, слишком раноразвилисьв этом направлении. Как человек, когда он дождется своего времени, соответствующе правильным образом достигнет состояния Юпитера исможет управлять своими физическим и эфирным телами, так этисущества в некотором отношении развились слишком торопливо, безтого, чтобы дождаться нужного момента времени. Такихпреждевременно развитых существ мы имеем в мире наших пернатых, а именно в тех существах мира пернатых, которые ежегодно совершают большиеперелеты над Землей. В данном случае с эфирным телом каждой отдельной птицы связана так называемая групповая душа. Подобно тому, как групповая душа управляет регулярными перелетами птиц над навсей Землей, так, по завершении человеком развития его самодуха или манаса, он будет управлять, повелевать, приводить в движението, что мы называем физическим телом и телом эфирным. После жедостижения человеком той ступени развития, на которой он ужесможет работать над преобразованием своего эфирного или жизненного тела, его способность управлять этими своими телами, извнеприводить их в движение, станетеще более значительной. Существа, которые владеют этой способностью, наличны уже и теперь. Это архангелы. Это существа, которые способны к тому, к чемулишь некогда станет способен человек; существа, способностькоторых можно обозначить, как способностьизвне управлятьсвоими физическим и эфирным телами и которые, кроме того, ещемогут работать над их собственным эфирным телом.

Создайте теперь себе как идею, понятие о существах, которые деятельны в окружении нашей Земли, Я которых присутствуетв духовной атмосфере этой нашей Земли и которое своими силамиуже настолько претворило их астральное тело, что они обладаютвполне развитым самодухом или манасом, с которым они теперь продолжают свою деятельность на Земле и работают в самом существечеловека, преобразовывая наше эфирноеили жизненное тело; - это существа, находящиеся на той ступени, где они претворяютэфирное или жизненное тело в будхи или жизнедуха. Представляясебе этих существ, которые, значит, находятся на той ступенидуховных иерархий, на которой мы их именуем архангелами, высоздаете себе понятие о тех, кто называется духами народов, кого называют правящими духами народов Земли. Духи народов принадлежат ступени архангелов. Мы увидим, каким образом с их стороныони управляют эфирным или жизненным телом, влияя этим опять-таки на человечество и втягивая его в их собственную деятельность. Рассматривая различные народы нашей Земли и выделяя единичных из них, нам предстанет в своеобразности их вершения ижизни, в том, что мы называем особенными характерными свойствамиэтих народов, отражение того, что мы можем рассматривать как миссию народных духов.

Если мы распознаем миссию этих существ - эти существа являются инспираторами народов, - то мы можем тогда сказать, чем является и сам народ. Народ есть сопринадлежность группы людей, которая ведется одним из архангелов. И с этой стороны отдельныечлены данного народа получают инспирацию того, что им надлежитсовершить как таким членам народа. Мы можем себе представить, что, подобно людям на нашей Земле, эти духи народов индивидуально различны между собой, и отсюда нам станет понятно, что отдельные различные народности представляют собой индивидуальную миссию этих архангелов. Если в своего рода духовной наглядности мы вызовем перед собой деятельность в мировой истории народа за народом, а также и народа около народа, то, по крайней мере в абстрактной форме - в течение следующих лекций форма будетстановиться все конкретней и конкретней - мы сможем представитьсебе, что все, что здесь происходит, инспирируется этими духовными существами. Но мы сможем все же легко понять, что наряду.

С этой деятельностью одного народа за другим в развитии человечества совершается и нечто другое. Если вы охватите взором всепротяжение времени, которое мы насчитываем от великой атлантической катастрофы, совершенно изменившей лик Земли и вызвавшейтогда гибель континента, который находился между теперешнейАфрикой, Америкой и Европой, то вы сможете различить эпохивремени, в течение которых выдвигались великие народы, носителипослеатлантических культур: древней индийской, персидской, египетско-халдейской, греко-латинской и нашей современной культуры, которая через некоторое время перейдет в шестую культурную эпоху. Мы замечаем также, что в них один за другим действовали различные инспираторы народов. Мы знаем, что когда началась греческая культура, то еще долго продолжалось влияние культуры египетско-халдейской, и что когда уже началась римская культура, тогреческая все еще продолжала свое влияние. Таким образом, мыможем рассматривать народы как вих одновременных сосуществованиях, так и в их последовательных существованиях одного народа за другим. Но во всем, что развивается в народах и с народами, развивается еще и нечто другое. Это продвижение самого развития человека. Здесь дело не в том, оцениваем ли мынечто выше или ниже. Например, кто-нибудь может сказать: индийская культура нравится мне больше всех других. Это можетбыть личным мнением. Но кто не дорожит личными мнениями, тотскажет: как мы оцениваем вещи - это безразлично; необходимоеразвитие ведет человечество вперед, даже если позже это и считается упадком. Необходимость ведет человечество вперед. Сравнивая различные промежутки времени, - 5000 лет до Христа, 3000лет до Христа и 1000 лет после Христа, - мы находим нечто, чтовыходит за пределы духов народов, но в чем различные народныедухи принимают участие. Вам стоит лишь обратить на это внимание в самой нашей современности. Где причины того, что в этомзале собралось так много людей самых различных народностей, понимающих друг друга и стремящихся понять друг друга и в отношении того самого важного, что их собрало здесь всех вместе? Различные люди приходят из различнейших областей народных духови, тем не менее, все же есть нечто, в чем эти люди друг другапонимают. Также и в те времена различные народы могли понять ипонимали друг друга, потому что во всякое время существует нечто, что выходит за пределы народной души и что в состояниисвести вместе различные народные души, - нечто, что более или менее повсюдудоступно пониманию. Это есть то, что обозначаетсядействительно плохим, но привычным выражением: "дух времени" или" также: "дух эпохи". В греческом периоде времени был один дух эпохи, дух времени; в нашем периоде времени он другой. Те, которые чувствуют и понимают его в нашем времени, подходят к духопознанию. Это и есть то, что из духа эпохи выходит за пределы отдельных духов народов. Когда Христос Иисус появился наЗемле, его предтеча, Иоанн Креститель, отметил духа, которогоможно было бы обозначить духом того времени, словами: "Измените ваш душевный строй, потому что Царства Небес приблизились".

Так для каждой эпохи можно найти ее духа времени и этонаходит свое выражение в том, что вступает в вершение духов народов, которое мы сейчас охарактеризовали как вершение архангелов. Для современного материалистического человека дух времениесть нечто совсем абстрактное, без всякой реальности, и ещеменьше доступно ему видеть в этом духе времени действительноесущество. И все же за выражением "дух времени" таится действительное существо, никакое иное как то, которое стоит тремя ступенямивыше ступени человечества. За ним таятся те существа, которые уже на древнем Сатурне, в отдаленнейшей эпохе развития Земли, прошли их ступень человечества и которые из духовного окруженияЗемли работают в наше время над ее преобразованием, проходя при этом, так сказать, последнюю фазу преобразования их физического тела в духочеловека или атму. Головокружительно высоки длячеловека существа и их способности, затрагиваемые нами здесь.

Это те существа, которых мы опять-таки можем обозначить какдействительных инспираторов или, пользуясь в данной области техническим выражением оккультизма, как "интуиторов" эпохи илиэпох. Они деятельныпопеременно и как бы рука в руку. От эпохик эпохе они передают их задание дальше. Дух эпохи, который былдеятелен в греческом периоде времени, передает миссию дальшетому, который после него вступает в деятельность и т. д. Они, значит, чередуются. Существует, как мы видим, ряд таких духоввремени, таких духов Личности, выступающих как дух времени,

По отношению к духам народов эти духи Личности, эти интуиторыэпох, являются духами высшего ранга, В каждом определенном периоде времени бывает деятелен преимущественно один из них, запечатлевая этому времени его общий характер, давая задания духам народов, и, таким образом, то, что является общим духомэпохи, специализируется, индивидуализируется сообразно духамнародов. Затем, в наступающей новой эпохе, ему на смену вступаетдругой дух времени, другой дух Личности, другой архай.

По истечении определенного количества эпох такой духвременизавершает свое определенное развитие. Это мы должныпредставить себе следующим образом: когда, завершив наше земноеразвитие, мы умираем, то итог этой земной жизни наша индивидуальность переносит в следующую земную жизнь. Так же обстоит и с духами эпохи. Каждая из них имеет такого духа; в конце эпохион передает свой пост следующему за ним преемнику, этот опятьследующему и т. д. За это время предшествовавшие проходят ихсобственное развитие. Духом времени всегда выступает очередной, наиболее долго отсутствовавший, опять появляясь в более позднейэпохе как дух этой эпохи, "интуитируя" продвинувшееся за этовремя вперед человечество тем, что он сам успел приобрести для своей высокой миссии. Обращая наш взор к этим духам Личности, к этим существам, каждое из которых в ином случае может бытьназвано таким столь ничего не говорящим наименованием, как "духвремени", мы можем сказать: мы, люди, идем от воплощения к воплощению, и мы долины теперь точно знать, что в этом нашем движении от эпохи к эпохе и дальше в будущем свершения на нашейЗемле всегда управляются иными духами времени. Также и наш современный дух времени опять вернется, мы опять встретим его. Из-за этого их свойства как бы описывать круги и вновь возвращаться к исходной точке, циклически повторяться, их именуюттакже "духами круговорота времен". Более точное обоснованиеэтого выражения еще предстоит нам в дальнейшем. Итак, эти высокие духовные существа, дающие их повеления духам народов, именуются также духами круговорота времен. Этим подразумеваются те круговороты времен, через которые приходится идти и самомучеловеку, когда от эпохи к эпохе он опять возвращается к прежними состояниям, повторяя их в более высокой форме. Это повторение своеобразностей более ранних форм вы можете заметить. Еслив духовнонаучном смысле вы точно просмотрите ступени развитиячеловечества на Земле, то вы встретите самые различные виды этихповторных свершений. Такое повторение заложено, например, в семи эпохах, следующих за атлантической катастрофой, которые мы называем постлантическими культурами. Греко-латинская ступень или эпоха культуры, находясь в центре и образуя, так сказать, поворотный пункт нашего развития, повторения не встречает. За нейследует повторение египетско-халдейской эпохи, а именно в самомнашем времени. За ним будет следовать другая эпоха, котораяпредставит собой повторение времен древней Персии, хотя, конечно, в несколько ином роде, и, наконец, наступит седьмая эпоха, которая будет повторением дрейнейшей индийской культуры, эпохи святых риши, так что в этой грядущей эпохе в новой форме выступят определенные явления, заложенные в той древности. Ходэтих свершений управляется духами времени.

То, что распределено по различным народам и что изживаетсяна Земле, идя вперед от эпохи к эпохе, что на той илииной почве могут возникать самые различные явления, вырастаяиз той или иной местной речи, исходя из той или иной формыречи, из архитектуры, искусства и науки, проходя все метаморфозы и принимая в себя все то, что может излить дух эпохи вчеловечество, - для этого нужны духи народов, принадлежащие виерархии высших существ, архангелам. Но между высокой миссиейнародных духов и теми существами, которые должны быть инспирированы ими здесь на Земле, необходимы еще и посредники. Выугадаете без труда - опять-таки, сначала в абстрактной форме, - что посредниками между этими двумя родами духов являются ангелы. Они образуют связующее звено между духом народа и отдельным человеком, Чтобы человек мог принять в себя то, что какзадание для всего народа излучается от духа этого народа, чтобы отдельный человек стал деятельным органом в миссии народадля этого необходимо это посредничество между отдельным человеком и архангелом народа. Итак, мы приблизились к существам, которые стали людьми тремя ступенями раньше, чем сам человекдостиг своей ступени человечества, и мы увидели, каким образом проникают они своим сознанием в человечество и вступают в наше земное развитие. Завтра нам надо будет показать, насколько работа архангелов - сверху вниз, из их Я, которое уже выработало манаса или самодуха и работает над эфирным или жизненнымтелом человека, - проявляет себя как раз в продуктивности, всвойствах и в характере народа. Человек живет в этой работевысшихсуществ, она непосредственно охватывает его и включаетв себя как принадлежащего данному народу. Человек хоть и является прежде всего индивидуальностью, снабженнойсамостностью Я, но, с другой стороны, он не только индивидуальность, а представитель определенного народа и этим самым некто, в ком человеческая индивидуальность еще не обладает самоопределяющим характером. В чем заслуга человека, если он, принадлежа определенному народу, говорит как раз на языке этого народа? - Это неявляется индивидуальным достижением человека и тем, что мыназываем его индивидуальнымразвитием, это - русло, в котороеон принят. То, что мы называем развитием человека, это нечтосовсем иное. Рассматривая жизнь и вершение народной души, мывспомним, в чем состоит развитие человека и в чем он нуждается для его прохождения. Мы увидим то, что необходимо не толькодля его развития, но и для развития совсем других существ.

Так видим мы человека вчлененным в ряд иерархий, видим, как от одного периода времени до другого, от одной эпохи додругой, в его развитии принимают деятельное участие существа, к сущности которых мы уже раньше подходили с другой стороны. И мы видели как предусмотрено все многообразнейшее индивидуальное проявление этих существ, результат деятельности которыхвступает в человечество.

Духи времени указывают основное направление развития единичных эпох. Распространение духа времени по всей Земле возможно благодаря отдельным народным индивидуальностям. Духи времени дают указания духам народов, а ангелы способствуют тому, чтобы они дошли до отдельных людей, которые, таким образом, могут выполнять свое задание. Итак, чтобы единичные люди сталиорганами действия в этой миссии народных духов, этому способствуют те существа, которые находятся между людьми и духами народов - ангелы.

Каким образом эта поразительная сетьпокажет нам деятельность различных народных индивидуальностей древности исовременности, это будет предметом рассмотрения этих лекций. В следующей лекции мы начнем конкретно изучать эту ткань, - духовную ткань, слегка набросанную нами сегодня, - котораяесть охватывающее нас мировое бытие.

ЛЕКЦИЯ ВТОРАЯ.

Вчера было сказано, что те существа, которых надлежитрассматривать как духов народов, в настоящее время находятся на такой ступени, когда из сил их Я, т. е., значит, из наивнутреннейшего существа их душевного начала они работают над своимэфирным или жизненным телом.

Теперь, естественно, каждый из вас может сказать себе: конечно, надо признать, что работа над этим эфирным или жизненным телом не может быть непосредственно видима физическимиглазамиили вообще быть воспринята внешними органами восприятий, но что она, так сказать, относится к области ясновидческогосознания. Если же деятельность этих существ, т. е. народныхдухов, вступает в жизнь человека, то, с другой стороны, должносуществовать нечто, на что можно было бы указать, что можнобыло бы привести, как существующее до некоторой степени внешневидимо, как своего рода отпечаток, своего рода отблескэтойработы духов народов, этих архангелов. Кроме того, эти существа должны как-то обладать и физическим телом. Их телесностьдолжна выразить себя в какой-то форме. И эта физическая форма, в которой они себя выражают, работа, деятельность этих существ, - они так же должны проступить каким-то образом в мире, в котором находится человек, потому что, в конечном итоге, тело человека тоже ведь должно иметь какое-то отношение к работе этих существ.

Мы возьмем исходной точкой эфирное или жизненное тело этихсуществ и ту работу, которую они в нем совершают, Для этогосначала нам будет необходимо обратиться к исследованиям ясновидческого сознания, Где же встречает ясновидческое сознание то, что может быть отмечено как такое эфирное тело этих архангельских существ, этих архангелов, и как нам надо понимать эту ихработу? - Вы все знаете, что поверхность, что лик нашей Землиразличен в зависимости от различных ее местностей, и что различные местности этой нашей Земли опять-таки ставят самые различные условия для развития народных своеобразностей, народныхсвойств. Здесь внешнее материалистическое сознание будет говорить о том, что - наряду со многими другими - главными причинами этих своеобразностей и свойств народов являются климат, растительное царство, может быть, вода той или иной страны илиместности на Земле. То, что материалистическое сознание, сознание физического плана, таким образом, в этом нет ничегоудивительного, потому что это сознание физического плана знаетименно только то, что можно увидеть глазами. Ясновидческому же сознанию положение предстает еще и много иначе. Кто с ясновидческим сознанием странствует по различным областям нашей Земли, кто, обладая этим сознанием, вступает на ту или иную почвуэтой нашей Земли, тот знает, что своеобразной картиной физического растительного мира, своеобразной конфигурацией горных пород не исчерпывается все то, что ему известно об этой почве, об этой картине той или иной области Земли. Но если речь о своеобразном благоухании или об ауре какой-нибудь определенной области нашей Земли является материалистическому сознанию лишьабстрактностью, то это опять-таки понятно. Ясновидческому жесознанию действительно предстает над каждым клочком нашей Земли своеобразное духовное облакообразование, которое надо обозначить как эфиро-аура данной земной области. Эта эфиро-аура иная, совсем иная, над нивами Швейцарии, чем над нивами Италии и опять иная над нивами Норвегии, Дании или Германии. Как истинно то, что каждый человек имеет свое собственное эфирное тело, так же истинно и то, что над каждой областью земной поверхности подымается своего рода эфиро-аура.

Такая эфиро-аура очень существенно отличается от других эфирных аур, скажем, от эфирной ауры человека. Рассматриваяземного человека, мы находим, что эфиро-аура человека связана с ним только пока он живет, т. е. от рождения до смерти. Она, так сказать, связана с его физическим телом и меняется, собственно, лишь постольку, поскольку человек проходит в жизни развитие, поскольку он подымается выше в смысле ума, морали и т. д.

Но мы тогда всегда замечаем, что эта эфиро-аура человека меняется, так сказать, изнутри наружу, нечто привходит к ней, что мерцает, вспыхивает изнутри. Иначе обстоитс теми эфиро-аурами, которые воспринимаются над различными областями стран. Они, правда, в течение длительного времени обладают определенным основнымтоном; они имеют нечто, что в течение долгих времен пребывает в них неизменно. Но в этих эфиро-аурах могут происходить и быстронаступающие изменения, и эти быстро наступающие изменения и естьто, что отличает эти ауры от аур людей, которые меняются медленно и постепенно, и когда они меняются, то это изменение происходит только изнутри наружу. Эти ауры над различными областямистран меняются в течение развития земного человечества именно тогда, когда какой-нибудь народ покидает свою оседлость и переходит в другую область. Это и есть то своеобразное, что эта эфироаура, распространяющаяся над какой-нибудь определенной областьюземли, действительно зависит не только от того, что поднимается из почвы, но и от того, какой народ захватил эту область и поселился в ней.

Так те, которые хотят проследить в их истинном обликесудьбы нашего человеческого рода на Земле, стремятся проследитьвзаимное проникновение как раз этих частей эфиро-аур данной земной области. Очень сильно менялись различные эфиро-ауры Европыв период времени, который отмечают как переселение народов. Ужеиз этого вы видите, что эта эфиро-аура какой-нибудь области Земли содержит в себе нечто изменяемое, что действительно сразу может измениться и в некотором отношении это изменение может бытьдаже вызвано внешними причинами. Таким образом, каждая такаяэфиро-аура является своего рода сочетанием того, что идет отпочвы и того, что привносится движением народов.

Рассматривая эту ауру, мы должны уяснить себе, что фраза, которая так легко приводится в теософии, но которая, в сущности, никогда не бывает достаточно понята или, по-крайней мере, всеглубокое значение которой не рассматривается достаточно серьезно, - беспредельно реальна; а именно, что все, физически воспринимаемое во внешнем мире, есть все же лишь майя или иллюзия. Этафраза часто высказывается в сфере теософского мировоззрения, носчитаются с ней - так, чтобы ее действительно, вплоть до частностей проводить в жизнь, - в сущности говоря, очень мало. Еебольше произносят, как абстрактную истину. Рассматривая же конкретные соотношения ее забывают и остаются при материальномсознании. Поистине, то, что таинственно подымается нам навстречуот участка Земли, заселенного народом, - это эфиро-аура даннойземной области. То, что в зеленом растительном покрове Земли, в своеобразной конфигурации почвы и т. д. встречаетфизическийвзор, это, в сущности, только майя или внешняя иллюзия; это как бы уплотнение того, что действует в эфиро-ауре. Конечно, из мира внешней действительности лишь то зависимо от этой эфиро-ауры, на что сама эта эфиро-аура, т. е. жизненно самоорганизующийся принцип, может иметь влияние. Архангелы, живущие вдуховных законах, не могут вступать в законы физические. Туда, где приходится считаться только с законами и свершениями физического порядка, как в горных условиях, неровностях почвы ит. д., туда, где большие перемены у народа бывают обусловленыфизическими соотношениями, туда не достигает влияние архангелов; архангелы еще не настолько продвинуты в их развитии, чтобы быть в состоянии вступать в физические соотношения. Поскольку они этого не могут сделать, поскольку они в данном случае ненезависимы, постольку они бываютвынуждены периодически странствовать по Земле, постольку они воплощаются, как в физическомтеле в том, что представляет собой конфигурация почвы, т. е. втом, над чем господствуют физические законы. Эфирному телу народа это еще недоступно; как организующий принцип оно еще не можетпроникнуть собой эту область. Поэтому отыскивается соответствующая почва и из взаимно подходящих условий, т. е. из этого союзамежду эфирным телом - которое прорабатывается теперь духовнодушевными силами - и физической областью Земли, возникает то чарующее веяние, которое выступает нам навстречу в чисто внешнемявлении какой-нибудь народности, - то, что человек, не будучиясновидящим, может лишь чувствовать в какой-нибудь стране, ачеловек, проглядывающий ясновидческим сознанием страну и народ, созерцает.

Как же действует работа архангела, духа народа, в эфирном теле, реющим над почвой? Чем является работа архангела, вчем состоит его деятельность в людях, которые ходят по этойпочве, которые живут в этом облаке народного духа? - Его деятельность сказывается на человеке трояким образом; троякоезахватывается в его существе действием эфиро-ауры, котораяпроникает, пронизывает его собой. И благодаря смеси этоготроякого возникает тот своеобразный характер, который несет в себе человек, живущий в этой эфиро-ауре народа. На что жедействует эта эфиро-аура? Она действует на троякое в темпераментах. Она влияет на темпераменты, которые сами погружены вэмоциональную жизнь человека, которые действуют в эфирном теле человека, но она не влияет на так называемый меланхолический темперамент. Эфиро-аура народа влияет на холерический, флегматический и сангвинический темпераменты. Итак, то, что является силой эфиро-ауры народа главным образом вливается в эти три темперамента. Эти три темперамента могут быть смешаны самым различным образом и действовать сообща в отдельной человеческой индивидуальности. В этой деятельности, когда три силыдействуют сообща, когда одна влияет на другую, преодолевает и т. д. вы можете себе представить бесконечное разнообразие. Благодаря этому возникают самые различные конфигурации, разновидность которых выступает нам навстречу, например, в России, Норвегии, Германии. То, что действует на темпераменты, этосоздает народный характер человека. Различие, существующее между отдельными индивидуумами, вызывается лишь степенью указанной смеси. Итак, народные темпераменты смешаны влиянием аурынарода.

Таким образом, по всей Земле деятельны народные духи. Но они идут и их собственными путями, потому что для их собственных целей их деятельность в темпераментах не является существенной. Они ее выполняют лишь потому, что силы в мире находятся вовзаимодействии друг с другом и прежде всего, потому что онипризнают эту их деятельность за необходимость, за то, чем является их миссия. Наряду с этим в соображение входят и собственные заботы их Я. Они состоят в том, что они сами продвигаются в их развитии, что они сами странствуют по Земле и воплощаются в ту или иную земную область. Это их собственные заботы. Другое, то, что они делают в темпераментах людей, это их побочноезанятие, это их "профессия". Конечно, благодаря этой ихработе, опять-таки, и человек продвигается вперед; в этом сказывается ее обратное действие на нем. Отсюда и человеческая работа в ее обратном действии влияет на духа народа. Значение, которое отдельные люди имеют для духа народа, мы еще увидим. Это важно. Существенное же заключается в том, что мы можем проследитьвоплощение такого народного духа в мире, затем опятьего период жизни в духовном мире, опять его дальнейшее воплощение в другом месте и т. д. Рассматривая эти явления, мы имеемперед собой всегда лишь личные задания самого Я такого существа. Теперь - чтобы хорошо, конкретно представить себе это - подумайте о человеческом эфирном теле в лоне эфирного тела народа; подумайте затем о взаимодействующем влиянии этих эфирных сил - народного и человеческого, - и, далее, подумайте о том, что эфирное тело народа отражается в народном темпераменте, отражаетсяв смеси темпераментов отдельных людей, - тогда вы подойдете к тайне выступления нам навстречу из лона народа во всей своейсвоеобразности самого духа этого народа.

Теперь - после сказанного - мы, в сущности, исчерпаливажнейшую работу архангелов или духов народов. Но мы еще оченьне скоро смогли бы исчерпать всю своеобразность какого-нибудь народа, оставаясь только при рассмотрении рода характера, которым обладает человек в лоне этого народа и который связан с заданием архангельских существ, этих подлинных духов народностей.

Любому народу, как вы это легко можете догадаться, свойственно еще и многое другое. Откуда же происходит это? - Если бы архангел, ведущий дух народа, не встречался с другими существами и не работал бы сообща с ними на той же основе и почвенад эфирным телом человека, то многое из свойств этого народа вообще не смогло бы возникнуть. Человек есть арена встречи архангелов с другими существами, которые действуют сообща с архангелами и, так сказать, сообща с ними работают. Из этой общей работы возникает еще нечто совсем иное. Изучая народы, ясновидческое сознание - помимо уже охарактеризованных архангельских существ - встречает еще, как это ни странно, таинственныхсуществ, которые в некотором отношении родственны архангелам, но которые в другом отношении, опять-таки, совершенно отличныот них, и прежде всего тем, что они в состоянии применять гораздо большие силы, чем сами духи народов. В этом проникании в темпераменты деятельность народного духа сказывается исключительно тонко и интимнона отдельную человеческую душу; в гораздо более сильной степени сказывается здесь деятельность этих других существ. К этимнаблюдаемым ясновидческим сознанием существам из нашего общего знания иерархий мы должны теперь найти подход и, так сказать, их имена. Представьте себе иерархии духов в следующем порядке:

1. люди,

2. ангелы,

3. архангелы,

4. начала или духи Личности,

5. власти или духи Формы.

Далее за ними мы подошли бы к другим, но сегодня мы ихеще не примем во внимание. Если вы вспомните теперь то, о чеммы говорили вчера - и что вы найдете подробно изложенным в моихстатьях "Из хроники акаши" и в маем "Тайноведении", - то высможете сказать себе: из этих существ архангелы являются теми, которые в период древнего солнечного развития прошли их ступеньчеловечества. Те существа, которых мы называем духами Формы иливластями, которые теперь двумя ступенями выше архангелов, в товремя были на ступени архангелов; они были архангелами, такимисуществами, как охарактеризованные сегодня духи народов. Этобыло тогда нормальной ступенью их развития.

Но в развитии заложена своеобразная тайна; это - закон отставания некоторых существ, закон, который приводит к тому, чтона каждой ступени некоторые существа отстают, а затем, на следующей ступени не достигают нормальной высоты, сохраняя, такимобразом, характер, который был им присущ раньше. В течение эволюции человечества всегда происходило такое отставание существ.

Среди таких отставших находятся и эти духи формы, эти власти, и они отстали очень своеобразным образом, а именно так, что вотношении определенными свойств они хотя и являются духами формы, властями, благодаря чему они в состоянии делать то, чтомогут делать теперь только духи формы, ссудившие человека наего земной ступени его личным Я, но, тем не менее, они не всостоянии делать это в совершенстве, потому что они не обладают всеми необходимыми для этого свойствами. Их отсталостьсостоит в том, что свою ступень архангельства они прошли не на Солнце, а проходят ее в теперешнем земном становлении, являясь этим самым существами, которые стоят на ступенидуховнародов, но которые обладают совсем иными свойствами. В то время как народные духи, находясь двумя ступенями выше человека, все же еще родственны ему и могут интимно действовать на егожизнь, власти или духи Формы стоят четырьмя ступенями выше его. Отсюда их огромнейшая мощь, неспособная на такое интимное влияние на человечество; их влияние гораздо сильнее, но поле ихдеятельности не может быть никаким иным, кроме того, где деятельны нормальные духи народов, архангелы.

В этом и состоит трудность, что в высших мирах сначаланадо учиться различать. Очень заблуждаются те, которые думают, что обладание несколькими понятиями достаточно для ориентации в этих высших мирах. Проникнув в высшие миры, человек поверхностных понятий тоже встретит архангелов. Но надо еще различить, являются ли они существами, которые нормальным образомдостигли ступени архангельства теперь или такими, которые должны были находиться на этой ступени в период солнечного состояния Земли. Таким образом, в одной и той же области вместе с духаминародностей, т. е. архангелами, деятельны и другие существа, состоящие, так сказать, в ранге архангелов, но одаренные совсем другими, более сильными способностями, которые свойственныостальным духам Формы и которые благодаря этому могут глубокопроникать в человеческую природу. Ибо что сделали из человекаэти духи Формы в течение земного бытия? - Подумайте только, чточеловек не был бы в состоянии сказать себе "Я", если бы духиФормы не сформировали бы его мозг таким, каким он владеет им всовременности. Итак, влияние этих существ идет вплоть до физического образования, хотя они и находятся всего лишь на ступениархангелов. Они вступают в своего рода состязание с духами народов, причем в поле деятельности самих этих духов народов.

Они сталкиваются с ними и благодаря этому первое, возникновению чего эти духи главным образом способствуют, это речь; речь не могла бы возникнуть без всего строения и формы человеческого тела. В строении человека нам явлена деятельность этихдругих народных духов, которые связаны с силами природы и с человеком. Итак, возникновение речи мы не можем приписывать тем же существам, которые, находясь двумя ступенями выше человека, интимным образом влияют на темперамент народа, придаваяэтому народу соответствующий характер. Существа, дарующие речь, владеют большей силой; они, в сущности, власти; они влияют наЗемлю, потому что они остались на Земле, в то время как их другие собратья в "Я" деятельны с Солнца в мировое пространство. До появления Христа Иисуса люди почитали существо Яве или Иеговызатем они почитали действующее из мирового пространства существо Христа. В отношении духов речи мы должны сказать, что в речи человек любит как раз то, что осталось с Землей. Мы должныпривыкнуть совсем иначе смотреть на веши; человеку привычно ковсей вселенной применять свои собственные понятия. Он, конечно, будет очень не прав, если отставание в развитии этих высоких существ он будет рассматривать приблизительно как отставание школьницы, остающейся в классе на второй год. Они отстаютне потому, что они " плохо учились", а по причинам великой, господствующей в мире мудрости. Если бы определенные существа неотказались от их дальнейшего нормального развития, если бы онине стали проходить свое дальнейшее развитие на Земле, если быони пошли вперед с Солнцем, то на Земле не смогло бы возникнутьто, что мы называем речью. В определенном отношении уже потомуправ человек в своей искренней любви к речи, к своему языку, что, так сказать, из сил любви с ним остались высокие существа, которые отказались от определенного личного продвижения, чтобычеловек смог развиваться так, как это соответствует мудрости.

И как предвосхищение развития нам следует рассматривать каксвоего рода жертву, точно так же и отставание на прежних егоэтапах нам тоже следует рассматривать как своего рода жертву; и мы совершенно ясно должны понять, что не будь принесены этижертвы, людям бы никогда не достичь определенных способностей.

Таким образом, мы видим, что в эфирном теле человека и вэфирном теле соответствующего народного духа происходит взаимообмен работ двух родов существ: нормально развитых архангелов и остановившихся на ступени архангелов духов Формы, которые отказались от их собственного развития, чтобы приобщить людей вовремя их земного бытия к языку народа. Они должны были развитьсилу так преобразовать гортань и все органы, связанные с речью, чтобы физическая манифестация этих органов стала бы именноречью. Таким образом, то, что мы встречаем как народную душевность, как народный темперамент в союзе с языком, мы должны рассматривать как результат такого сотрудничества. То, что человекв состоянии высказаться, в состоянии податьвесть, свойственнуюего народу, дать прозвучать ей в воздухе, - это способность, развитие которой лишь потому смогли вызвать связанные с народными духами духи Формы, что с их мощными силами они сами остались на ступени народных духов. Так в области деятельности народных духов находит место такое сотрудничество. Аналогичное сотрудничество находит место и в другой области.

Вчера я привел в пример деятельность еще и других сил: начал илидухов Личности, представляющих собой в земном бытии то, чтообозначается духом времени. Они действуют таким образом, чтосилами своего собственного Я, силами своей душевной организацииони врабатываются в физическое тело, приводят в движение силыфизического тела. Это надо понимать так, что если в определенный момент времени совершается нечто как результат духа времени, например, происходит какое-нибудь открытие, идущее из импульсадуха времени и благодаря которому человечество продвигается вперед в своем развитии, - то в нашем земном бытии это соответствует определенной работе при помощи физических сил. Вы можетеэто очень легко проследить: достаточно лишь задуматься над этим, чтобы понять, насколько действительно необходимы физическиепредпосылки, чтобы то или иное могло возникнуть из импульса духа времени. Можете ли вы представить себе деятельность Кеплераили Коперника, или Перикла при иных предпосылкахи в ином времени? Индивидуальности вырастают из вполне определенных условийвремени, из тех условий, которые благодаря физической работе в определенный момент времени оформляются и организуются высшими существами. Это действительно физические условия, но, конечно, физические условия, которые следует представить себе нев компактности материи, а как определенные соотношения в физическом целом всей нашей Земли. Иногда очень мощно выступаюттакие сопоставления, причем, когда Дух времени тем или инымобразом проводит свою идею, то для этого должна наступить иногда совершенно определенная физическая констелляция. Подумайтетолько о том, что однажды, играя в шлифовальной мастерской, дети таким образом сложили определенно отшлифованные стекла, что удалось заметить их оптическое действие; так что изобретателю подзорной трубы осталось только реализовать это наблюдение закона сопоставления стекол.

Это исторический факт. Но подумайте только какие физические условия были для этого необходимы! Ведь линзы должны быть сначала изобретены, отшлифованы и соответствующе сложены. Вы, конечно, можете применить здесь слово " случай", но этим самымвы должны будете отказаться от постижения закономерности в подобных свершениях. Сочетание таких физических условий подведомственно архаям, первосилам. То, что при определенном сочетанииусловий совершается на каком-то участке Земли или что вообщемногообразно проявляется в духе времени, - это отражение ихработы. Подумайте далее, сколько бы физических явлений не совершилось в последнее время, если бы в ваших физических телах не происходила эта работа архаев. Деятельность в этом направленииесть действительно их работа.

Если эти архаи, направляя дух времени, деятельны такимобразом, то, опять-таки, мы можем спросить себя: каким образом"интуитируют" эти духи времени развитие человечества? - Они"интуитируют" таким образом его, что происходящее в физическомпобуждает человека к тому или иному как бы случайно. Это непросто легенды, хотя иногда и это случается. Я напомню лишь олампаде в соборе Пизы, когда по ее равномерному качанию в храме Галилей открыл закон маятника, и как затем Кеплер и Ньютонбыли наведены на путь их открытий. можно было бы привести сотни и тысячи случаев сочетания физического свершения с мышлениемчеловека, откуда можно было бы усмотреть это "интуитирование"архаями или первосилами того, что как идеи, как такие идеивремени вступает в мир, что затем влияет на людей в их развитии, что регулирует и закономерно исполняет собой их движениевперед. Но и в этой области происходит совместная деятельностьсуществ, которые в течение нашего земного бытия нормальным образом стали духами Личности, с другими, которые, благодаря тому, что они отстали на Луне, не являются теперь духами Формыили властями, каковыми они должны были бы быть на Земле, но которые и теперь деятельны лишь как духи Личности.

Итак, это существа, которые обрекли себя на отставание нев солнечном, а лишь в лунном периоде; это духи Личности, но нес теми способностями, которые они должны были бы иметь нормально; это значит, что они "интуитируют" не так, как это делают духиЛичности нормального развития, а как отставшие духи Формы. Ихвлияние на человека не имеет того интимного внешнего характера, при котором он сам может находить мотивы для наблюдения физических явлений, но они действуют в его внутреннем существе, действуют в его мозгу, давая определенное направление мышления. Отсюда в различных эпохах это внутреннее побуждение в мышлениичеловека таково, что каждый отдельный период времени носит определенный характер мышления. Это связано с тонкими контурамимышления, со своего рода внутренними констелляциями. Здесь работают во внутреннем существе человека эти отставшие духи Формы, обладающие характером духов Личности, и создают тот или инойобраз мыслей, создают совершенно определенную Форму понятий. Это и есть причина того, что от эпохи к эпохе люди не тольковедомы в смысле интуитирующих духов Личности, когда они, люди, сами находят мотивы для своих действий, но что они еще и понуждаемы своего рода внутренней силой, физически сказывающейся намышлении, подобно тому как другое отставание духов Формы сказывается на речи. Так выражается образ мышления как манифестациядухов Формы, выступающих в наше время как духи Личности. Итак, это не интимная работа духов Личности, оставляющих человеку его волю делать то, что он хочет, а захватывающая его стремительнаямощь. Поэтому среди людей духа времени вы всегда сможете встретить два типа. В тех, которые находятся под влиянием истинных, т. е. стоящих на нормальной ступени развития духов времени выувидите, так сказать, верныхпредставителей своего времени. Мы можем их рассматривать как таких людей, которые должны былиприйти, а их деятельность как такую, которая никак не могла бысовершиться по-другому. Но существуют и другие люди, в которыхдеятельны те духи Личности, которые, собственно, являются духами Формы. Это те другие духи, которых мы отметили как духов мышления и которые их теперешнюю ступень развития усвоили в периодлунного цикла.

Итак, человек является ареной, на которой одновременно разыгрывается эта общая деятельность. Эта совместная деятельность сказывается во взаимодействии речи и мышления, которое основывается на том, что совместная работа происходит не только между духами, стоящими на одной и той же ступени развития, но и между нормальными, регулирующими народную душевность, народный темпераментархангелами - с только что охарактеризованными духами, т. е. сдухами Формы отставшими на ступени архангельства, и, с другой стороны, духами Формы, отставшими на ступени духов Личности.

Эта двойственность проступает в природе и существе человека. Исключительно интересно изучение этих соотношений, когда при помощи оккультного знания, оккультного восприятия переходишь отнарода к народу. Тогда видишь деятельность нормальных духов народов, видишь, как они получают свои директивы от духов временивидишь также совместную деятельность во внутреннем существе человека этих духов народов с духами речи и духами мышления и влияние последних на мысли людей. Здесь, во внутреннем существе человека архангелы нормального развития встречаются не только с несвоевременными архангелами, но и с несвоевременными духами Личности, направляющими изнутри мыслительную деятельность определенного периода времени. И здесь в предельной степени интересно (япредупреждал: будут затронуты вопросы, которые вы должны встретить со спиритуальным пониманием; вопросы, которые неизбежно должны быть облаченыв слова обычной речи, т. к. в жизни еще несуществует такого языка, который все мог бы выразить достоверно и понятно; приходится все выражать в словах, придающих сущностивопроса несколько образный характер, но что, тем не менее, соответствует очень значительному явлению в развитии человечества), здесь в предельной степени интересно и важно знать - важно для того, чтобы проследить развитие человечествнового времени, - что некогда между одним из ведущих духов народов, т. е. архангелом нормального развития, и духом, который был деятелен как дух сил мышления во внутреннем существе человека, т. е. несвоевременным духом Личности, прямо-таки был заключендоговор; и на определенной исторической эпохе мы видим серьезный, значительный результат этого договора, чтобы этотдоговорсмог достичь особого совершенства, была налажена гармоническаясвязь с соответствующим несвоевременным архангелом, который в ту эпоху был ведущим духом речи. Таким образом, в развитии человечества существует период времени, в котором как бы созвучнадеятельность нормального и несвоевременного архангельства, и когда, кроме того в эту деятельность вступает тот характер мышления, которыйвызывается в существе человека силой несвоевременного - духа Личности. Этот договор трех партий находит свое отражениев определенномнароде. Это индийский народ; народ, который впервое послеатлантическое времявел послеантлантическую культуру. Во время этой индийской культуры наступила такая констелляция, при которой сотрудничество этих трех существ было наиболее гармоничным. Результатом этого является все то, чтомы можем обозначить исторической ролью этого индийского народа. То, чтобыло заключено в этом договоре, захватывает своей деятельностьювезде и те времена, о которых уже существует исторические предания. И это причина той мощи, с которой влиял древний святой язык индусов и имел столь же мощные культурные последствия, ипочему мощь его влияния могла сказываться и на дальнейших временах. Эту мощь ему дали архангелы отсталого развития, действовавшие в языке. Эта мощь санскритского языка покоится на договоре, о котором я сейчас рассказал. На нем же покоится и своеобразная индийская философия, которая как философия, как мышление, творящее из внутреннего существа человека, еще не превзойденаникаким другим народом в мире; на этом покоится внутренняя замкнутость мышления индийской культуры. Во всех ее областях мынаблюдаем другие соотношения. В них всех проявилось тогда то, что сейчас было характеризовано. Поэтомутак чарующе следоватьпутями этого мышления, которое - давно, когда индийский народсуществовал еще как первый культурный цвет послеатлантическоговремени, - тем получило свою особую конфигурацию, что оно произошло не из перевеса сил нормального архангела над силами несвоевременного, а есть нечто, что гармонически сочетается ссобственной замкнутостью, потому что действительно каждая мысльвбирается народным темпераментом и вплоть до частностей с любовью развивается дальше. И так влиял язык далее, влиял по тойпричине, что тогда не возникло борьбы, которая в ином случаевозникла бы повсюду, а произошло сочетание работы архангелов - нормального и несвоевременного; так ярко в данном случае можносказать, что язык, излитый из чистейшего темперамента, сам является продуктом темперамента. В этом тайна этого первого народапослеатлантической культуры.

Это и есть то, что необходимо принимать в соображение и у всех других народов, именно, что в них происходит своеобразнаясодеятельность этих трех сил (нормального духа народа илиархангела, архангела отсталого развития и деятельных изнутринаружу сил отсталого духа времени) и того, что интимно передаетнароду истинный дух времени. На этом интимном восприятии внутренних сил покоится истинное познавание всякого народа, - когдавзвешиваешь доли, которые каждый фактор вносит в становлениеэтого народа. Собственно, поэтому и стало так трудно людям, игнорирующим оккультную сторону развития человечества, определить слово " народ". Попытайтесь взять отдельные книги, в которыхгде-нибудь в мире определяется понятие "народ", и вы увидите сколько существует этих определений и насколько они друг от друга отклоняются. Они и должны отклоняться, потому что одинчувствует больше то, что идет с одной стороны - от архангеловнормального развития, - другой чувствует больше то, что идетот архангелов отсталого развития, а третий, опять-таки, то, что идет от единичных индивидуальностей народа. Каждый чувствует несколько иначе и соответственно формулирует свои определения. В этом-то и суть дела, что эти определения не обязательновсегда ошибочны, это нам ясно из духовной науки; но толькоони всегда погружены в майю, в иллюзию. То, что поданному вопросу говорит человек, показывает, насколько он рассматривает лишь майю и не принимает во внимание деятельность различных сил. Отсюда само собой разумеется, что искомое понятие всегда будет иное, если с духовнонаучной точки зрения рассматривать такой народ как швейцарский, который, живя на однойпочве, говорит на трех языках, или, напротив, такие народы, которые говорят на одном языке.

Почему деятельность народов развивается больше из силдуха Личности, т. е. почему именно бытие народов зависит от сочетания деятельности отдельных лиц, об этом мы еще будем говорить. Народы, которые своим бытием обязаны главным образомДуху Личности отсталого развития, - мы их также найдем наЗемле. Эти духи Личности в их деятельности не приводят к дальнейшему развитию. Нам достаточно лишь уяснить себе характер северо-американского народа, и здесь перед вами народ, которыйпока что покоится на этом принципе.

Таким образом, вы увидите, что мы только тогда поймем мировуюисторию, поскольку она является историей народов, - когда мыпроследим в ней в следующих один за другим народах как архангелов, таки духов Личности; проследим и тех, и других в ихрангах ивзаимодеятельности, в их нормальном и отсталомразвитии.

ЛЕКЦИЯ ТРЕТЬЯ.

Факты, которые мы рассмотрим в пределах этого цикла лекций, легко проникнут в душу каждого, потому что они встретятего непосредственный и интенсивный интерес. Но для большей полноты и ясности наших рассмотрений нам придется несколько углубиться в более трудную область, чем сама-по-себе основнаятема наших лекций, которая без этого необходимого отступленияне будет достаточно понятной. Например, мы будем сегодня принуждены коснуться внутренней природы тех существ, о которых мы говорили в обеих предшествовавших лекциях: внутренней природы нормальных духов народов.

То, что необходимо было сказать для их внешней характеристики, это мы уже сказали; именно, что они существа, стоящиедвумя ступенями выше человека, существа, работающие над преобразованием своего эфирного тела, т. е., что они как раз теперьзаняты этой переработкой своего эфирного тела в жизнедух илибудхи. Человек вплетен в эту работу. Поскольку развитие этихсуществ продвигается таким образом, что и человек им захвачен, - отражение такого народного духа сказывается на его индивидуальности в виде народного характера отдельного человеческого индивидуума.

Теперь подойдем к внутреннему существу такой народнойдуши. Если мы хотим разобраться во внутреннем существе современного человека, то нам необходимо представить его себе в его трехчленности, состоящей из:

Души ощущающей - своего рода низший член человеческого.

Существа,

Души рассудочной или самой-душевности - средний член и.

Души сознательной - высший член внутреннего существа человека, в котором он уже действительно осознает свое Я.

Собственно, лишь в душе сознательной налично то, чтоназывается самосознанием человека. Несмотря на это, Я человекадеятельно во всех этих трех областях своей внутренней жизни: какв душе ощущающей, так и в душе рассудочной или самой-душевности и так и в душе сознательной.

В душе ощущающей деятельность этого Я такова, что человек лишь едва чает это свое Я. В этом отношении в душе ощущающей человек предан всем страстям и склонностям. В ней его Янаходится в тупом, приглушенном брожении. Лишь в душе рассудочной или самой-душевностионо пробивается к некоторой ясности, достигая полноты этой ясности уже в душе сознательной. Исследуя в отдельности каждый из этих трех членов внутренней человеческой природы, мы должны в них увидеть три разновидности, части в пределах астрального тела. При этом, конечно, действительностью остается и то, что эти три разновидности, эти три члена астрального тела подготовительно преобразовывают и само астральное тело, тело эфирное и физическое тело. Но этипреобразования все же не являются тем, что мы находим как внутреннюю природу человека, как душевное в собственном смысле слова. Душевное начало, внутренняя природа человека - это эти триразновидности астрального тела. Три разновидностинуждаются вопределенных органах действия, и они предстают в таком виде, что душа ощущающая имеет своего рода орган действия в астральном теле, душа рассудочная или сама-душевность - в теле эфирном, а душа сознательная - в теле физическом. В таком, значит, виде мы можем отличить внутреннюю природу человека оттого, что является природой его оболочек. Итак, внутренняяприрода человека состоит из трех разновидностей астральноготела.

Как внутренняя природа человека, над которой работает и в которой выражается Я, предстает в этих разновидностях астрального тела, так то, что мы можем сравнить с этой внутреннейприродой человека, а именно, внутренняя природа тех духовныхсуществ, которых мы обозначаем как народных духов, представляет собой три члена, три разновидности в эфирном теле. Подобнотому как в человеке мы различаем душу ощущающую, душу рассудочную, душу сознательною, так и уархангелов, у народныхдухов нормального развития, мы должныразличать три разновидности в эфирном теле. Но т. к. эти триразновидности находятсяне в астральном, а в эфирном теле, то поэтому они совсем другие, они существенно отличаются от трех разновидностей душевной жизни человека. Отсюда и форму сознания, всю душевную жизньэтих народных духов вы должны представить себе иной, чем духовная жизнь человека. Здесь от внешней характеристики этих народных духов мы теперь проникаем во внутреннюю природу их душ. Этобудет не совсем просто, но мы должны попытаться перешагнуть этот Рубикон. Для этого намнадо будет взять исходной точкойкакое-нибудь не очень трудное понятие, но понятие, которое как-то родственно внутренней жизни этих народных духов, подобногоочень не много в нормальной жизни человека; напротив: в его собственном сознании исключительно слабо проявляется то, чтоживет в сознании народных духов. Но вы все же сможете создатьсебе об этом представление, если вы терпеливо проследитевместе со мной следующий пример.

Вы все учили в школе, что сумма трех углов треугольникаравна 180, и вы знаете, что никакой внешний опыт не смог бывас этому научить. Возьмите железные, возьмите деревянныетреугольники... внешний опытизмерения угломером трех угловникогда вас не научит, что эти три угла представляют собой180. Но вы сейчас же постигнете это, прибегнув к внутреннемуопыту, причем безразлично, возьмете ли вы на помощь чертежили только представление. Вы это должны узнать силой вашейсобственной души. Для этого вам необходимо проделать следующее(приводимый чертеж делается обыкновенно лишь для внешнего представления идеи).

В этой фигуре перед вами точное доказательство того, что три угла треугольника составляют вместе 180. Если вы какследует представите себе эту фигуру, то она во всяком случаеубедит вас в этом. Эту фигуру вы можете воспроизвести мысленно, не прибегая ко внешнему чертежу. В таком случае, из силвашего внутреннего существа вы производите чисто мыслительнуюоперацию; вы не нуждаетесь ни в чем внешнем. На мгновение выможете себе представить, что совершенно не существует того, что называется миром ощущений и того, что проникает в человека черезвнешние органы восприятий.

Итак, выключите себя совершенно из внешнего мира, удержав мыслительно лишь пространство; тогда в этом пространстве все треугольники будут показывать в сумме их углов 180. В геометрическо-математическом познавании нет необходимости чувственноговосприятия внешнего предмета; оно нуждается лишь во внутреннемпереживании, в том, что протекает в самом сознании.

Я должен был взять этот пример как более простой и болеепрактический, знакомый людям еще со школьной скамьи. Я мог быпривести вам также как пример "Логику"Гегеля, в которой мынашли бы ряд таких понятий внутреннего порядка, но там мы встретили бы много незнакомого, потому что его " Логика" незнакомашироким кругам. - Итак, вы видите, что человек может прийти кпознанию помимо внешних побуждений, путем только внутренней деятельности.

Представив себе то, что внешне достижимо в мире только в математически-конструктивном порядке, - вы поняли одну сторонупроявления сознания архангелов. Мир, каким он открывается человеку во внешних цветах и звуках, они совершенно не воспринимают; подобные ощущения им совершенно незнакомы; у них нет возможностиполучать восприятия и путем осязания. Подобных переживаний архангел никогда не имеет. Но он обладаетдругим переживанием, которое можно было бы выразить в словах: "мне что-то доставляетсяиз мира, который сейчас меня инспирирует; этот мир прошел через мое сознание, он исполняет собой мое сознание".

Но архангелы не являются существами с только математическим представлением; скорее сам человек настолько несовершенен, что деятельность архангеловон в состоянии представить себе лишь в таких абстракциях, какими являются математические истины. Последние представляют собой то, что свойственно как людям, так и этим духам народов. Отсюда вы можете заключить, что внешнийфизический мир, существующий для человека благодаря его органамвосприятий, совершенно непричастен архангелам; т. е. значит, тот облик, в котором этот физический мир дает о себе знать человеку благодаря его физическим органам восприятий, для архангелов не существует. Итак, выключите из вашей картины мира все, что связано с ней только как физическое ощущение, отстраните все, что вы восприняли внешним образом, - тогда из вашей картины мира вы изъяли как раз то, что непричастно архангелам. Итак, спросим себя: что же может дать архангелам человеческое сознание? Что существует в нем для них? Все, что вы переживаете в душе ощущений, все, что вы переживаете как обычную радость, какобычную печаль, вызванные внешним миром, все, что является цветом, звуком, вообще чувственные восприятия внешнего мира, - все это непричастно этим существам. Итак, выключите все содержание души ощущающей и скажите себе: то, что существует как картина мира благодаря наличию в человеке души ощущающей, все это не имеет значения для архангелов, они не деятельны в этой области. Даже часть души рассудочной, поскольку она отвечает реакцией на внешние ощущения, не представляет для них значения. То, что вызывается внешними причинами, что человек прорабатывает своим рассудком и переживает своей душевностью - это тоже не для них.

Но в душу рассудочную человека все же поступают определенныепереживания, которые человек, так сказать, переживает в общей плоскости с архангелами. Мы можем точно установить, что такиепереживания вступают в душу рассудочную или саму-душевность, когда мы видим, как, например, в нашей жизни к нам подходитто, что мы называем нашими моральными идеалами. Не существовало быникаких моральных идеалов, если бы мы были ограничены в нашемпереживании и мышлении только теми ощущениями, темирадостямии печалями, которые, как результат чувственных восприятий, подходят к нам из внешнего мира. В этом случае мы хоть и переживали бы радость при взгляде на полевые цветы или от своеобразиякрасоты ландшафта, но в нашем внутреннем мы не были бы в состоянии воспламениться для идеала, который засветился бы нам неиз внешнего мира и который мы смогли бы занестив свои душу игореть для него. Но мы должны не только гореть и переживать вдуше ощущающей, а мы должны об этом и думать. Человек, которыйтолько ощущает, который не думает, он, правда, может стать мечтателем, но он никогда не станет практическим человеком. Идеалымы должны принимать в душу ощущающую не извне, а давать им притекать из духовного мира и перерабатывать их в душе рассудочнойили самой-душевности. Идеалы искусств, архитектурыи т. д. -живут в душе рассудочной или самой-душевности и в душе сознательной, Они связаны с невоспринимаемым извне, но что, тем не менее, все же проникает собой и зажигает человека, становясь частью егожизни.

Оглянитесь на жизнь народов от одной эпохи к другой, какона протекала, как все вновь подымались в ней представления и новые мировые тайны. Откуда бы взяли греки их представления о Зевсе и Афине, если бы они оставались только при внешних восприятиях! Что содержится в народах как мудрость мифологии, религии и науки, это оживало из внутреннего существа этих народов, Таким образом, половина нашего знания, половинка нашей души рассудочном или самой-душевности и нашей души сознательной обогащаются изнутри, и именно постольку, поскольку человек живетв охарактеризованной внутренней деятельности. До этой областивнутренней человеческой природы могут проникнуть архангелы, ив этой области протекает и их собственная жизнь. Итак, вы должнывыключить из внутренней жизни то, что вбирается душой ощущающей извне и прорабатывается душой рассудочной или самой-душевностью.

Идя дальше, мы подходим теперь к нашему Я. Для нас Я естьнаивысший член нашего существа. Вносимое с этой стороны в моральное сознание, это идеалы, это моральные, эстетические, мыслительные идеи. Так как перед человеком закрыта его внутренняяприрода, но благодаря егофизическим органам восприятийему открыт внешний мир, то он может сказать: "я воспринимаю цвета, звуки, холод и тепло"; но он сознает, чтоза этими восприятиямицвета, звука, тепла и холода находится нечто другое и сущностное. Это существа животного, растительного и минерального царства. Поэтому человек может мыслить мир продолженным дальше. Но ещедальше этого обычному человеку вид закрыт. Не будь это так, небыло бы места никакому материализму. Если бы человеку открывался вид на область, лежащую над душой рассудочной. и душой сознательной, то было бы также бессмысленно сомневаться в духовноммире, как бессмысленно в наши дни сомневаться в существованииживотного, растительного и минерального мира.

Итак, Я человека, высший член его существа, заключает в себе души ощущающую, рассудочную и сознательную. Душевная же жизньархангела начинается его переживанием в своей душе рассудочной или самой-душевности, затем подымается в Я, которое распространяетсяв мир высших царств, в царство духовных свершений, в котором онживет подобно тому, как человекживет в царстве животных, растений и минералов. Так что мы можем сказать: хотя мы и должныпонять, что такое архангельское существо может нести в своей душевной жизни то, что мы называем человеческим Я, однако мы не можем сказать, что это Я архангела одного рода с Я человека. Итак, Я архангела не одинаково с Я человека. Я архангела находитсядвумя ступенями выше и, таким образом, коренится в высшем мире. Как человек благодаря своим органам чувств видит цвета, слышитзвуки, так смотрит архангел вниз, в мир, который заключает в себе как объективную истину Я, - только вокруг этого Я группируется еще та часть астрального, которую мы, люди, знаем в себе как душу рассудочную или саму-душевность. Представьте себе этихсуществ, смотрящих в мир, но не воспринимающих минерального, растительного и животного начала. Представьте себе, что зато этотвзор, который есть духовный взор, охватывает их картину мира, в которой они воспринимают определенные средоточия. Эти средоточия Это человеческие Я, вокруг которых опять-таки группируетсянечто, выглядящее как своего рода аура. - Вот картина того, каким образом смотрит архангельское существо на индивидуальностейнарода, принадлежащих ему - этому архангелу - и представляющих народ. Его мир состоит из астрального поля восприятия, в которомзаключаются определенные центры. Эти центры, эти средоточия являются отдельными людьми, отдельными человеческими Я. И какцвета, звуки, тепло и холод находятся в поле наших восприятий, являясь для нас значительным миром, так для архангельских существ, для народных духов полем их восприятия являемсямы сами с частью нашей внутренней жизни; и как мы идем во внешний мир и обрабатываем его, создаем инструменты, так являемся мы самитеми объектами - поскольку мы принадлежим тому или иному духународа, - которые представляют собой поле деятельности архангелов или духов народов.

Итак, как ни удивительно это звучит, мы заглянули в высшую теорию познавания архангелов. Она совсем иная, чем теория познания людей, потому что уже само данное в ней для архангеловсовсем иное. Данное для людей - это то, что распространено впространстве, что воспринимается нами как цвет, звук, тепло, холод, твердость, мягкость. Данное для архангелов- этото, чтовнутренно проступает в человеческом сознании. Для них это сумма центров, средоточий, которые окутаны целой пряжей внутреннихпереживаний людей, поскольку эти переживания разыгрываются вдуше рассудочной или самой-душевности; но в соответствующем случае деятельность их более высокая.

Каким образом обосабливается мировая картина архангела или духа народа? - Картина мира человека обосабливается тем, что взявши, например, какой-нибудь предмет в руку, он его ощущаеттеплым или холодным. Архангел переживает нечто похожее, соприкасаясь с индивидуальностями людей. Так, он встречает людей, которые преимущественно исполнены внутренней активностью, обладающихболее богатым душевным содержанием, - они производят на него более интенсивное впечатление. Других он находит вялыми, летаргическими, с бледным душевным содержанием; это существа в полевосприятия архангела, подобные теплу и холоду в картине мирачеловеческой души. Так обосабливается картина мира архангела, исообразно с ней он может пользоваться отдельными людьми, можетработать для них, осуществляя то, что идет из его индивидуальности для развития народа.

Ещеи другим образом связана жизнь народа с жизнью ведущего его архангела. Как человек проходит в жизни ее восходящий и ее нисходящий периоды - восходящее время молодости и нисходящеевремя старости, - то и архангел в восходящей и нисходящей культуре данного народа переживает свою молодость и свою старость.

- Теперь мы опять должны обратить наш взор ко внутренней жизнитакого архангела. Изтого, что я уже рассказал, вы, конечно, заметили, что то, что человек получает извне, архангел получаетизнутри; но зато, когда в нем проявляются в виде этих центровиндивидуальности народа, то у архангела возникает ощущение, чтоэто переживание хотя оно и подступает к его сознанию внутренно, тем не менее емусловно чуждо. В нашем сознании этому переживаниюархангела соответствует внезапное появление в нас идей. Обратночеловеку переживает он также молодость и старость. Человек, переживая молодость, чувствует бодрость в членах, чувствует их рост, их развитие. В старости эти члены, так сказать, увядают и отказываются служить. Это нечто, что человек чувствует идущим изего внутренней природы. И, опять-таки, хотя архангел и чувствуетвсе идущим из его внутреннего существа, тем не менее восходящее и нисходящее развитие народа является ему чем-то чуждым, чем-то, о чем он имеет чувство, что оно независимо от него, что оно некасается его непосредственно, но что, тем не менее, дает емуповод в определенное время воплотиться в какою-нибудь народе, когда наступает возможность такого воплощения, т. е. когда появляется народ, жизнь которого находится в восходящем периоде, народ живущий полной восходящей силой, тогда - подобно человекузавершившему свою жизнь между смертью и новым рождением - архангел нисходит в такой народ и воплощается в нем. Когда же начинает слабеть плодотворность, активность отдельных воспринимаемых им центров, когда бледнеет их содержание, тогда архангел чувствует свою "смерть", чувствует необходимость отойти от данного народа; тогданаступает время, когда он его оставляет; он вступает тогда в свой девахан, в свою жизнь между смертью иновым рождением, чтобы позже в других условиях найти себе подходящую народность. Так означает восходящая в молодости жизнь народа молодость его народного духа, и он ее воспринимает как свежий, струящийся элемент, в котором он живет. Нисходящий периоджизни народа он воспринимает как усыхание центров в поле его восприятия. - Итак, мы попытались разобраться во внутренней природе такой народной души.

Рассматривая только что изложенное, мы можем себе сказать: все же в определенном отношении такая народная душадовольнодалека отдельной человеческой жизни, потому что то, что в своейдуше ощущающей и в низшей области своей души рассудочной несетединичный человек, - это область, в которую этот народный дух, архангел, не проникает. Для человека же она нечто очень реальное. Человек очень чувствует, что она связана с самой внутренней, с самой интимной стороной его собственной жизни. В определенномотношении природа архангела, ведущее естество народа, - это нечто, что реет над единичным человеком. Архангел, который ведет народ, чужд личным переживаниям человека, связанным с восприятиями егочувств. Но здесь существуют посредники, и важно, чтобы мы поняли, что такие посредники существуют. Это существа, которых мы называем ангелами и которые стоят между архангелом и человеком. Примите это в самом строгом смысле слова: духи народов - это архангелы, это духи, которые уже закончили преобразование своегоастрального тела в самодух или манас и теперь преобразовываютсвое жизненное тело в 6удхи. Посредине между этими существамии людьми стоят ангельские существа. Это существа, занятые преобразованием своего астрального тела, но еще не закончившие его. В настоящее время человек находится в начале этой работы, ангелы же приближаются к ее завершению, но еще далеко не закончилиее. Поэтому область деятельности ангелов много родственнее той, в которой живет и работает человек. Мы можем сказать, что всядушевность ангельских существ расположена к тому, что мы называем астральным телом. Поэтому у них есть полное понимание того, что как страдание и радость способен пережить человек. Нот. к. с другой стороны, они подняты высоко над человеческим Я, потому что их Я больше развито, потому что им доступна часть высшего мира, то поэтому их сознательный мир достигает той области, в которой пребывают сознательный мир архангелов. Поэтомуони иявляются такими подходящими посредниками между архангелами и единичной человеческой индивидуальностью. Они внимают распоряжениям народных духов и несут их в единичные людские души; и результатом этого посредничества является то, что каждый отдельный человек способен к работе не только на пользу своего личногопродвижения, своего собственного развития, но и для всего своего народа.

Переживания человека несут в себе эти оба течения. Одно изних - это то, которое от инкарнации к инкарнации ведет его развитие, которое связано с его собственными обязанностями, окоторых он прежде всего должен думать, чтобы исполнить тот долг, который, в сущности, является самым серьезным, потомучто это его индивидуальный долг. Он не должен останавливаться в своейработе, иначе не взойдут и заглохнут заложенные в нем семенаразвития. Но это его собственная, индивидуальная обязанность, продвигающая его вперед от воплощения к воплощению. То же, чтоон привносит своей народности, что относится к непосредственныминтересам его народа - этому способствует инспирация ангелакоторый передает единичным людям указания архангела. Итак, мысвободно можем представить себе какую-то область Земли, населенную определенным народом; над этим народом - распростертуюдушу этого народа, эфиро-ауру, а в ней, опять-таки, деятельностьсил народного духа в его трояком преобразовании сил эфирноготела человека. Тот, кто вершит в этой ауре народа, - это архангел. Мы его представляли себе как высшее существо, которое в развитиистоит двумя ступенями над человеком, которое реет над всем народом, давая общие директивы того, что должен провести в жизньэтот народ. Архангел знает, что должно быть сделано в период восхождения, в период юношеской свежести народа; он знает для каких заданий народа должен быть использован переход от молодости к старости, чтобы его импульсы действовали правильно, в крупных штрихах пишет архангел картину; здесь же, на физическом плане, единичный человек должен работать, должен заботиться о том, чтобы эта картина стала действительностью. Связующим звеном между единичными людьми и архангелом являются ангелы, направляющие человека на то место, которое он должен занять, чтобы в общем чувстве народа смогло возникнуть то, что соответствует широким распоряжениям архангела. Мы правильно представляем себе описанные мною факты, если мы ни в каком случае не принимаем их за простую аллегорию, а за возможно большую действительность.

Во всю эту ткань, которую прядет архангел, вступают своейдеятельностью те, кого мы отметили архангелами отсталого развития, - духи речи - в том смысле, как я это охарактеризовал вчера. Мы охарактеризовали такжедеятельность духов Личности отсталогоразвития - архаев. Мы встретили область, где архангелотдает свои распоряжения, распределяет отдельные миссии, которыепереносятся ангелами дальше на единичных людей. Но своей деятельностью архангел может вступать и в область духов Личности отсталого развития, и в обоюдной деятельности архангела и духовЛичности отсталого развития - ибо последние преследуют совсем иные цели, чем архангелы мероприятия архангела могут оказатьсявнекотором отношении расстроены. Если это случается, если эти духиЛичности отсталого развития расстраивают мероприятия архангела, то мы можем заметить, что в пределах самого народа образуютсягруппы со специальными заданиями. Образование в каком-нибудь народе групп со специальным заданием есть внешне проявленная деятельностьтаких духов Личности. Это может длиться много столетий. Как раз в той области, где мы теперь особенно заняты духовнонаучной деятельностью, в Германии, перед вами пример такойобщей, идущей через столетия деятельностинемецкого архангелас иногда противоборствующими отдельными духами Личности. В расщеплении общей немецкой нации на группу народностей вы можетеусмотреть перекрещивающуюся деятельность духов Личности отсталого развития с архангелами.

В таких народах заметно понижение принципа централизации, они больше направлены к совершенствованию индивидуального начала. В определенном отношении это имеет свою хорошую сторону, потому что благодаря этому может проявиться богатая разнообразность, много оттенков народного характера.

Но вы можете себе представить и другой случай, а именно, когда не дух Личности отсталого, а дух Личности нормальногоразвития, т. е. дух времени в какой-то момент становится, таксказать, важнее, чем в обычном ходе развития.

Итак, смотря на какой-нибудь народ, мы смотрим как напервую импульсирующую в нем силу - на архангела. Затем сюдадеятельно вступает дух времени, давая указания этому архангелу, который передает их дальше ангелам, последние, наконец, приносят их единичным людям. Т. к. обычно замечаешь лишь то с чемнепосредственно сталкиваешься, то во всей этой сложной содеятельности как самое важное в ней отмечаешь деятельность архангелов. Но можетнаступить и то, что дух времени для выполнения своей задачи, задачи времени нуждается в выделении из общей народности некоторой ее части; тогда он бывает вынужден дать более веские, более важные распоряжения; он бывает тогда, так сказать, вынужден снять часть задания с архангела. В таком случае происходит отделение от общего народа единичных народных общин. В этом во внешней видимости проявляется первенство духа времени над деятельностью архангела. Подобное произошло, когдаголландский народ откололся от его общей основы с немецким. Первоначально у Голландии и Германии был один общий архангел; расщепление произошло благодаря тому, что в определенный моментдух времени выделил часть народа, возложив нанего проведение в жизнь того, что стало важнейшими задачами нового времени. Все, что вы можете прочесть в голландской истории - хотя история естьлишь внешнее выражение, лишь майа того, чем является внутреннее вершение, - есть лишь отражение этого внутреннего свершения. В этом случае мы видим внешнее отщепление голландского народаот общенемецкой народности. Внутренний же мотив этого явленияэто то, что духвремени нуждался в органе действия, чтобывыполнить заокеанскую миссию этого времени. Вся миссия голландского народа является миссией духа времени. Для этой цели они был отколот, и отколовшаяся часть дала возможность духу времени осуществить ее силами его важное задание. То, что описываютисторики, это - внешняя майа, которая больше заволакивает истинные факты, чем вскрывает их.

В этом смысле еще и в другом месте вы встретите такое жеяркое явление, а именно: отщепление части народа от всеобщейнародности. Это отделение португальского народа. Здесь опятьдело только впреодолении архангела духом времени. В этом случае тщетны будут все ваши искания для этого других причин. Есливы просмотрите отдельные события, вы найдете, что в данном случае была использована возможность образовать особый народ (многихвозможностей не существовало). Общий материнский народ состоялих слитого испано-португальского. Внешними причинами, можетбыть, являются те, что реки судоходны только до португальскойграницы. Других внешних причин не существует. Зато существует внутренняя причина, - именно, что предстояло выполнение заданий, которые как раз явились заданиями португальцев и которые былииными, чем задания общеиспанского народа. Здесь в течение некоторого времени мы замечаем более интенсивную деятельность духоввремени, чем обычно. Существовавшая до сих пор гармония заменяется другой. Мы видим духа времени, которыйвместо того, чтобы давать распоряжения архангелу, сам непосредственно вступает в историю народа, и видим, как другие духи пользуютсяэтим случаемдля их собственного воплощения. Когда такая народность откололась, то это отщепление в первом энтузиазме, который охватываетединичных людей, проявляется, главным образом, в спешке и броженииэтого народа, в котором дух времени на некоторое время сам заменяет функции архангела. Констатируешь спешку, брожение, движение, связанные с миссией духа времени. А затем наступает возможностьдля воплощения в этом отколовшемся народе обоих архангелов, - как нормального, так и отсталого развития. Таково возникновениеголландского и португальского народов, каждый из которых получилзатем таких собственных двух архангелов. Ив том, что в них воплощается, в различии народных темпераментов, сказывающихся наотдельных людях, мы видим вершение этих отмеченных нами духовныхсуществ. Совершенно поразительно вершение этих духовных существ, и мы видим, что внешне разыгрывавшаяся история есть лишь результат их деятельности.

Утверждение, что внешний мир есть майа, иллюзия, принимает все более и более конкретное значение. То, что происходитво внешней истории, есть лишь внешний отблеск духовных, сверхчувственных существ, точно так же как и то, что является внешним человеком, есть лишь отблеск внутреннего человека. Поэтомуя должен был сказать - и это все вновь и вновь должно подчеркиваться, - что выражение: "Мир есть майа" является выражениемвеличайшего значения; только недостаточно абстрактного утверждения, а надо быть в состоянии вплоть до частностей проводить его в жизнь.

Мы увидели, что в том, что мы называем миром, деятельнытакже другие духи и иерархии. Мы говорили о нормальныхи отсталого развития архангелах. Архангелы отсталого развития открылись нам по своему существу как духи формы или власти, которые лишь отказались от развития некоторой части присущих имсвойств. Мы можем в таком случае спросить: как же обстоит дело с нормальными духами Формы? Нормальных духов Формы мы видим стоящими четырьмя ступенями выше над человеком. В следующемнашем рассмотрении нам еще предстоит говорить о них. Пока, значит, удержим только, что это существа, которые в их развитии на четыре ступени выше человека. Но то, что мы привели вчера как ряд иерархий не исчерпывается этими высокими духами Формы. Над ними находятся духи Движения, они же силы или могущества; еще выше - существа, которых мы называем господства или духи мудрости. Вынайдете их описание в моих трудах, как в "Тайноведении", так и в "Из хроники акаши". *

Вы сможете теперь понять, что закон отречения, отставания действителен и для высших духов, что, значит, и духи Движения могут отставать в развитии их некоторых свойств, - духиДвижения, которые стоят пятью ступенями выше, чем человек, - что в эволюции человечества некоторые духи Движения деятельны в настоящее время так, как если бы они были только духами Формы, властями. Это духи, которые в отношении их определенныхсвойствявляются, собственно, духами Движения, в отношении жедругих свойств, развитие которых они задержали, отреклись отнего, - духами Формы. Таким образом, существуют духи Формы нормального развития, стоящие четырьмя ступенями над человеком, и другие духи, деятельные в области этих духов Формы, но которые по своему существу являются Духами Движения. Это, значит, область, в которой (подобно найденной нами общей области деятельности архангелов нормального и отсталого развития) деятельны сообща нормальные духи Формы и духи Формы отсталого развития, т. е. отставшие духи Движения. Благодаря этой общей деятельности происходит нечто, что очень, очень затрагивает самочеловечество; благодаря этому происходит возникновение того, что мы называем расами человечества, которые мы должны отличать от народов.

Рассматривая положение таким образом, мы приходим не кпутанице, а к гибкости понятий; мы не должны смешивать все вместе. Народ не есть раса. Понятие о народе не имеет ничего общего спонятием о расе. Раса момент быть расщепленной на различнейшиенароды. Расы - это большие общины, отличные от народных. Мы с правом говорим о немецком, голландском, норвежском народах; но мы говорим об одной германской расе. Что же деятельно в этомрасовом понятии? Здесь сказывается общая деятельность техсуществ, которых вы обозначили нормальными духами Формы иливластями, и существ, с которыми мы познакомились как с духамиФормы отсталого развития, т. е., по-существу, принадлежащих к духам Движения с миссией духов Формы. Поэтому человечество разбито на расы. То, что по всему земному шару уравнивает людей, что каждого человека независимо от его принадлежности к той илииной расе делает человеком, носителем человеческого начала как такового, - это является следствием деятельности нормальныхдухов Формы. То же, что действует на Земле в сторону разделения всего человечества на расы, - это вызывается духами Формыотсталого развития, отречение которых совершилось в пользу того факта, чтобы на Земле возникло не одновидное, а самое разнообразное человечество.

Здесь, так сказать, мы находим ту подпочву, ту основу, из которой поднимаются единичные народные индивидуальности. Отсюда мы - можем охватить взором всю земную планету; мы находимэту земную планету предназначенной нормальными духами Формы к тому, чтобы нести в себе единое человечество; мы находим, что отставшие духи Движения вступают в область духов Формы и как духи Формы отсталого развития расчленяют человечество навсем земном шаре на отдельные расы. Если мы задумаемся над тем, чего, собственно, хотят эти духи, если мы углубимся в цели изадачи этих духов Формы нормального и отсталого развития, томы поймем, что они имеют в виду с человеческими расами, какимобразом в этих последних созидается почва для того, что затем на ней развивается. И если затем уже мы рассмотрим народкак таковой, мы поймем тогда и сам этот народ.

ЛЕКЦИЯ ЧЕТВЕРТАЯ.

Желая понять взаимоотношения между собой человеческих рас, предоставляющих ту почву, на которой возникают единичные народности, надо принять во внимание, что человек, каким мы его знаем, человек, которым является каждый из нас, в сущнос-ти есть очень сложное существо и в своем современном облике - как внешнем, так и внутреннем - возможен лишь благодаря сотрудничеству многих, многих существ вселенной. Из рассмотрения "Акаша-хроники" и других, посвященных развитию человека, мы знаем, что в прошлом, до достижения нашей Земли ее теперешнего состояния, она сама должна была пройти через три преобразования В течение этих трех преобразований постепенно закладывались и развивались до их современного облика три так называемых члена человека: физическое тело, эфирное или жизненное тело и тело астральное. И лишь во время теперешнего воплощения Земли человек достиг способности принять в себя четвертый член, принять свое Я. Эти четыре члена его существа показывают нам все то, что прои-зошло в течение трех предшествовавших воплощений нашей Земли, - в воплощениях Сатурна, Солнца и Луны и в ее четвертом, соб-ственно земном воплощении, поскольку оно еще протекает в современности Если вы проведете перед вашей душой всех тех существ, которые сообща работали над всем этим - духов Воли или престолов(Тhrоnе), духов Мудрости, духов Движения, духов Формы, духов Личности, архангелов и вплоть до ангелов, а над духами Воли или престолами херувимов и серафимов, - то вы сможете себе представить, что лишь из исключительно сложной совместной работы могло произойти то, что дало возможность осуществить все строение современного человека. Мы видели, что не только совместная деятельность в космосе многих существ и сил природы была необходимо для возникновения человека, но что для этого в определенные эпохи и определенным существам было еще необходимо отречься, отстать от нормального хода их развития, чтобы благо-даря этому иным образом деятельно вступить в становление челове-ческого облика, чем это было бы возможно при их нормальном ходе развития.

Чудесная, многообразная и богатая ткань предстает переднами, когда мы пытаемся постичь человека в его современном обли-ке. Но мы должны уяснить себе, что лишь тогда мы научаемся по-нимать возникновение человека силой сотрудничества этих духов-ных существ, когда мы, как бы расплетая эту ткань, осторожно следуем за единичными существами в их деятельности. Мы можем сказать себе: самым значительным для современного человека су-ществом является то, которое дало ему возможность сказать себе "Я", прийти постепенно к сознанию Я. И мы знаем, что эта воз-можность была дана сначала духами Формы, теми существами, которых мы называем "власти". Итак, следуя за деятельностью, которую они обращают на человека и как бы спрашивая себя: как об-стояло бы с ним, с человеком, если бы в нем действовали главным образом только эти существа, а именно - тот их род, который после-довал нормальному развитию? - мы находим, что они ссужают чело-века организмом Я. Этим самым уже сказано, что сообразно их при-роде их главный интерес заключается в том, чтобы привести человекак этому своему Я. Но здесь необходимо отметить, что совершаемое этими существами в человеке в современной его жизни становится актуальным лишь в определенном возрасте, это проявляется в нем лишь в определенном периоде его жизни.

Если вы вспомните о том, что говорилось о воспитании ре-бенка с точки зрения духовной науки, то вы скажете себе: в пе-риод между физическим рождением и сменой зубов, т. е. до седьмого года жизни, в человеке развивается главным образом физическое тело. К развитию этого физического тела духи Формы не питают никакого особого интереса, потому что оно, собственно, есть лишь повторение того, что совершилось с человеком на древ-нем Сатурне, что уже часто повторялось с ним и что и теперь яв-ляет собой особый род повторения в этом, пока что последнем фи-зическом рождении и до седьмого года жизни. Затем идет время от седьмого до четырнадцатого года жизни, т. е. до половой зре-лости. Также и эти годы жизни не особенно притягивают к себе интерес духов Формы, они - повторение древнего солнечного пе-риода времени, главная же деятельность духов Формы в связи с ссужением ими человека его собственным Я направлена на период земного состояния. Затем мы подходим к третьему жизненному пе-риоду, протекающему между пятнадцатым и двадцать первым, двад-цать вторым годами жизни. В этот промежуток времени повторное развитие в человеке совершает астральное тело, нормально принад-лежащее лунному развитию. Также и здесь духи Формы нормального.

Развития все еще не имеют никакого интереса в человеке. Мы долж-ны, значит, сказать: три жизненных периода в человеке, предше-ствующие собственному рождению Я, которое происходит обычно лишь после двадцати лет жизни, не представляют собой никакого непосредственного интереса для духов Формы. Они деятельно вступаютв человека - так сказать, по существу их природы - лишь в двадцатых годах его жизни. Приняв это во внимание, вы не очень удивитесь, если сказать: в сущности, для деятельности духов Формы человек пригоден им лишь в том состоянии, в которое он вступает после двадцати лет своей жизни. То, что развивается в человеке до этого времени, это, в сущности говоря, является для духов Формы своего рода эмбриональным, зачаточным состоянием. Выражаясь иносказательно, - духам Формы нормального развития было бы удобней, чтобы все происходило в определенной равномер-ности и чтобы никто не вмешивался в их работу. Если бы в тече-ние этих двадцати с небольшим лет никто не вступал в деятель-ность этих духов Формы, то в первые семь лет своего развития человек имел бы сознание, присущее физическому телу, а это со-вершенно пониженное сознание, каким обладает минеральный мир, Во второй стадии, - в период от седьмого до четырнадцатого года, -- он имел бы сознание спящего человека. От четырнадцати лет до двадцатых годов своей жизни он был бы внутренне интенсивно-дея-тельным, но пребывал бы в своего рода сновидческом бытии. И лишь по истечении этого сознания лунного существа, т. е. около двад-цати одного года своей жизни - человек, собственно, смог бы про-снуться и только тогда прийти к осознанию Я. И только тогда смог бы он выйти из замкнутости в себе и охватить взором внеш-ний мир в том его образе, который теперь является нашим обычным, Так было бы если бы все шло нормальным развитием.

Итак, вы видите, что если принять во внимание только дея-тельность духов Формы, то человек, в сущности говоря, слишком рано достигает своего теперешнего сознания, потому что у сов-ременного человека это его сознание до некоторой степени про-буждается вскоре после его физического рождения. Оно не пробу-ждалось бы в такой форме, когда оно ясно и отчетливо восприни-мает внешний физический мир, если бы другие духи - по своему существу духи Движения, - не отстали и не отреклись заранее от тех способностей, развития которых они достигли бы к теперешне-му периоду бытия Земли, если бы они не остановились в их разви-тии, получив этим самым в современном становлении Земли возмож-ность особенным образом вступить в развитие человека. Как раз благодаря тому, что они иным образом прошли свое развитие, они в состоянии уже раньше привести человека к тому, чего нормально он должен был бы достигнуть в двадцатых годах своей жизни. Итак, это духовные существа, которые вплоть до теперешнего состояния земного развития отказались от возможности нормальным образом совершенствоваться дальше; духовные существа, которые во время земного развития могли бы быть духами Движения, но которые задержались на ступени духов Формы и как такие духи Формы деятельны теперь в этом земном развитии. Поэтому в этом последнем они спо-собны ссудить человека - который для этого, собственно, совсем еще не созрел и которому еще много надо было бы наверстать из прошлого - тем, чем нормальный ход развития ссудил бы его лишь в двадцатых годах его жизни Т. е., значит, вступая в земное бытие, человек получает от таких духов Формы отсталого развития способ-ности, которые в ином случае он получил бы лишь по истечении двадцати лет своей жизни.

Все это имеет значительные последствия. Представьте себе, что это было бы иначе. Тогда, если бы это было не так, т. е. если бы эти духиотсталого развития не вступали в станов-ление человека, то в отношении физического мира человека вооб-ще можно было бы принимать в соображение лишь в том его состоянии, которое он достигает в двадцатых годах своей жизни; это значит, что в этом состоянии он должен был бы рождаться как фи-зическое существо; он должен был бы проходить через совсем иное эмбриональное развитие. В действительности же, благодаря этим духам формы отсталого развития, развитие человека от его рождения и до двадцатых годов жизни полностью переносится в физический мир; это составляет, приблизительно, первую треть нашей земной жизни. Следовательно, мы должны сказать: первая треть нашей земной жизни подчинена промыслу не тех существ, которые господствуют над земными условиями, а других, т. е. ду-ховных существ отсталого развития; а т. к. последние принимают участие в общем становлении, то благодаря этому мы, люди, и не обладаем тем обликом, которым бы мы обладали, если бы мы рожда-лись в состоянии, свойственном нам в нашем двадцатилетнем воз-расте. За это человек должен расплачиваться тем, что вся его первая треть жизни годы до его двадцатилетнего возраста - под-чинена большому влиянию этих отставших существ. Под их влиянием происходит, собственно, весь рост человека. За это он платит тем, что по истечении его второй трети жизни по-существу принадлежащей только нормальным духам Формы - начинается его нис-ходящий путь, его отход, а с этим и распадение его эфирного и астрального организма. Таким образом, жизнь расчленяется на три части: восходящую, среднюю и нисходящую. Во время своей земной жизни лишь в средней ее части человек, в сущности, есть человек; в последней трети он должен возвращать то, что он получил в пер-вой, в восходящей, должен соответственно платить по счету.

Если бы человек действительно всегда был полностью под влиянием нормальных духов Формы, то все то, что в настоящее время совершается с его существом вплоть до двадцатых лет его жиз-ни, приняло бы совсем иной характер, совсем иной облик; все протекало бы иначе; все, что связано с современным развитием че-ловека в первой из трех эпох его жизни, в сущности говоря, яв-ляется бытием, предвосхищающим многое из его развития в поздней-ших жизненных эпохах. Благодаря этому, ко времени наступления второй эпохи его жизни человек становится более материальным су-ществом, чем он был бы в ином случае. В этом ином случае человек проходил бы до этого времени своей жизни только через духовные состояния и спускался бы к современному материальному уплотне-нию, находя свою связь с Землей лишь в тот момент своего раз-вития, который теперь он переживает в возрасте двадцати лет или двадцати одного года. Духовная наука, значит, показывает нам, что если бы развитие пошло таким путем, то человек полно-стью нисходил бы на Землю лишь в том состоянии, которое в нас-тоящее время он достигает в двадцатьдвадцать один год своей жизни, и не имел бы возможности пройти на Земле через предшествующие этому состояния; он должен был бы их проделать в над-земном бытии, в окружении Земли. Теперь вы понимаете весь ход развития детского и юношеского возраста.

Если мы примем эту прямую линию ВС за земной путь чело-века, то по предопределению духов Формы человек должен был бы нисходить на Землю лишь в этой точке (двадцать, двадцать один); лишь здесь достигал бы человек Земли, покидая ее вновь после сороковых годов и проводя последнюю треть своей жизни в одухо-творенном состоянии. Силой отставших существ человек принужден уже здесь (А ) вступать в земную жизнь. В этом тайна нашего бытия. Итак, мы видим, что под полным господством тех существ, которые, в сущности, управляют нами, мы находимся лишь во вто-рой трети нашей жизни, в то время как периоды нашего роста и нашего увядания находятся под влиянием совсем других существ, которые так или иначе отказались от их нормального развития.

Случись все так, как это как раз не случилось, т. е. если бы человек переживал первую и последнюю треть своей жизни высо-ко в окружении Земли, проходя лишь вторую треть на Земле значит, в сущности, если бы он стал совсем другим существом, - то человек не был бы так связан с Землей, как он действительно связан с ней в современности. Случись это, то все люди, спускающиесяна Землю, были бы одного облика и одной сущности тогда все они, проходя земные условия бытия, были бы единообличны. Существовало бы лишь однообразное человечество. То, что нас делает существом, проявляющим собой специфические свойства той или иной возникшей в человечестве расы, это идет не из второй трети жизни, благодаря всему, что находится до нее, т. е. что совершается в первой трети жизни, мы всеми нашими силами свя-заны с Землей больше, чем это было нам предопределено нормальны-ми духами Формы. Этим самым человек стал более зависим от Земли, на которой он живет, чем это было бы в ином случае Он стал зависим от той местности Земли, на которой он живет. Именно тем, что человек - так сказать, против намерений духов Формы ранее спускается на Землю, он становится зависим от местности, потому что он связывает себя с Землей в состоянии, которое ему для этого не предназначено. Если бы человек вступал на Землю во второй трети своей жизни, то его появление на севереили на юге, на востоке или на западе не имело бы на него влияния. Благодаря тому, что он становится зависим от Земли тем, что он проходит через свою молодость как мы это охарактеризовали, он становится связанным с Землей, становится существом, связан-ным с местностью. в которой он рожден, существом, принадлежащим к ней. Этим он становится зависим и от всех условий этой мест-ности Земли, в которой он рожден, от угла падения на нее сол-нечных лучей, от того, близка ли она к экватору, к жаркой поло-се, или находится в более умеренном климате, расположена ли она в низине или в горной области. Ведь в долине и дышишь ина-че, чем в горах. Итак, человек находится в полной зависимости от земных условий, от места, на котором он рожден. Так мы ви-дим, что человек совершенно срастается со своей матерью-Землей благодаря этой его тесной связи с тем местом с той областью Земли, в которую он вступает при каждом рождении, и в проявле-нии его свойств мы видим деятельность тех определяющих сил Зем-ли, которые обусловлены этой областью. Все это определяет его расовый характер и окольным путем духи Формы отсталого развития ( те духи Формы или власти, которые дают человеку его современное сознание в годы, лежащие до и после его возраста от двад-цати одного до сорок третьего года жизни ) и являются виновникамирасового различия людей по всей Земле, которое, таким об-разом, зависит от того места Земли, на котором рожден человек.

Но в этот же период времени, который находится под господ-ством духов Формы отсталого развития, человек достигает возмож-ности, достигает способности воспроизведения себе подобного. Так-же и эта способность усваивается им в период, когда на него ни-как не влияют нормальные духи Формы, Этим создается возможность того, что человек не только остается в уже указанной зависимости от места своего рождения, но что усвоенные им благодаря этому свойства могут наследственно переноситься на его потомков; что, значит, расовая сопринадлежность высказывается не только в свя-зи с влиянием на него его места обитания, но и в том, что наследуетсяв расе. В этом вы найдете объяснение того, почему раса передается по наследству, и нам станет понятно указание духов-ной науки, что расовые виды, благодаря влиянию места рождения на людей, могли возникнуть только в прошедшем. Это произошло в последнее лемурийское и в первое атлантическое время, когда че-ловек был зависим непосредственно от земного окружения. Позже расовое начало все больше переносится на наследственную переда-чу, освобождаясь от местных влияний Земли. Итак, раса есть нечто, что первоначально было связано с определенной областью Земли и что затем, получая от нее все большую независимость, укрепилось в человечестве на принципе наследственности.

Из сказанного теперь вам станет ясно, в какой период эволюции понятие о расе получает смысл. Расовое понятие - в собственном смысле слова - не имеет никакого смысла в до-лемурий-ские времена, потому что в тот период времени человек лишь нисходит на Землю. До этого он находился в окружении Земли; затем он спустился на Землю и в течение всего атлантического времени - как и в нашем постатлантическом - расовый облик стал передаваться по наследственности. Мы увидим, что в наше время в народах уже появляются симптомы, указывающие на то, что расовый характер вновь начинает растворяться, сглаживаться. Все это мы еще увидим позже. Мы лишь должны остерегаться рассмат-ривать мир так, как если бы эволюция была просто подобием ко-леса, безначально и бесконечно вращающегося вокруг своей оси. Представление о вращающемся колесе, столь пространно приводи-мое в некоторых мистических миросозерцаниях, вносит невероятную путаницу в понятие собственной эволюции человечества. Представ-ляя себе эти свершения так, как если бы, расчлененное на столько-то рас, все, так сказать, вращалось вокруг постоянного Центра, - совершенно не считаешься с тем, что все находится в развитии и что сами расы тоже развиваются Расы возникли и пройдут, не будут существовать в будущем. Они не повторяются однообразно, как это неверно представляет Синнет своем "Эзотерическом буддизме". Возникновение расовых видов, расовых своеобразностей мы должны искать в древнем лемурийском времени; но при этом не должны упускать из вида, что когда наша современ-ная пятая эпоха развития сменится шестой и седьмой, - не будет больше никакой речи о таком явлении, которое мы смогли бы от-метить как расу. Представляя же себе это развитие в непрерывном и равномерном вращении, мы превращаем наше мышление в своего рода ветряную мельницу, очень далеко удаляясь от понимания то-го, что действительно происходит в мире.

Итак, мы видим, что развитие рас начинается лишь в лемурийский период времени силой деятельности духов Формы отсталого развития. Эти духи приводят в активность силы нашей земной пла-неты на том ее месте, где человек проводит первые годы своей жизни, и это переносится и на его дальнейшую жизнь, потому что человек обладает памятью и в этой своей дальнейшей жизни пом-нит о времени, проведенном им на Земле - в сущности, под влия-нием отсталого развития - до его двадцать первого года. Чело-век стал бы совсем иным существом, если бы были деятельны только духи Формы нормального развития. Но благодаря духам Формы отстало-го развития человек стал зависим от того места на Земле, где он живет. Отклонение от закономерности нормальных духов Формы совершилось только что указанным образом, дав этим сначала зна-чение той местности, на которой живет человек в определенном воплощении.

Эти явления мы поймем еще лучше, задержавшись на следующем рассмотрении. До некоторой степени мы можем проследить, каким образом почва и ее глубины излучают сущность их сил на поверх-ность, проникая собой весь комплекс человека и делая его зависимым от них. В этом отношении мы можем указать на определен-ные точки Земли, связанные с существом человека в его историческом становлении; мы еще будем обстоятельно говорить об этом, а пока я коснусь этого лишь абстрактно.

Возьмем, например, этот пункт, находящийся в глубинах Африки (см. следсхему). На этом месте, как бы излучаясь из Земли, деятельны все те силы, которые способны влиять на человека в период его раннего детства. Позже их влияние на че-ловека ослабевает, он становится менее подвержен им но, тем не менее, их отпечаток сильнейшим образом накладывается на него Значит, этот земной пункт сильнейшим образом действует на чело-века, живущего на этом месте в период его раннего детства, пре-допределяя людей, которые зависимы от этих сил, в течение всей их жизни сохранять на себе следы этого их раннего детства. Та-кова, приблизительно, характеристика всех тех людей - в смысле их расового характера, - которые из этой части Земли принимают в себя определяющее их начало. То, что мы именуем черной расой, в существенном обусловлено этими свойствами.

Переходя дальше, в Азию, мы подходим к той точке земной поверхности, на которой из сил Земли, из существа Земли, чело-веку на всю жизнь запечатлеваются следы его более позднего отро-чества, особые свойства которых дают ему его расовый характер, имеющиеся здесь в виду расы - это современная желтая раса и раса с коричневым оттенком.

Идя еще дальше, с Востока на Запад к Европе, мы встречаем место, которое на всю жизнь запечатлевает человеку следы его еще более позднего отрочества, т. е. те свойства, которые какраз пробуждаются в нем в более позднем возрасте, в следующей за отрочеством молодости; мы подходим, значит, к той точке Земли, на которой ее силы вступают в человека не в детстве, а тогда, когда юность переходит в более зрелый возраст. - Такие земныесилы охватывают человека, определяя его на всю жизнь. И если мы отметим эти единичные точки, мы получим своеобразную изогнутую линию. Эта линия действительна и для нашего времени.

Точка в Африке соответствует тем силам Земли, которые запечат-левают человеку следы его раннего детства; точка в Азиитем, которые удерживают в нем следы юности; и самые зрелые следы за-печатлевает человеку соответствующая точка в области Европы Это просто закономерность, И хотя возможно возражение, что по отношению к черной и желтой расам европеец обладает преимущест-вом, тем не менее - приняв во внимание, что в ряде перевоплоще-ний все люди проходят через различные расы, - в этом, собствен-но, нет никакой несправедливости. Хотя истина здесь иногда и завуалирована но вы видите, что с помощью духовной науки все же узнаешь удивительные вещи,

Продолжая эту линию, мы идем дальше на Запад в область Америки, к местам, в которых деятельны силы, находящиеся по другую сторону второй трети жизни. И здесь мы подходим к силам ( я прошу верно понять то, что сейчас будет сказано; это лишь постольку относится к человеку, поскольку он зависим от физически-организующих сил, от сил, в которых он живет, но из кото-рых не выводится его существо как таковое ), которые очень связаны с умиранием человека, с тем в человеке, что принадлежит его последней трети жизни. Это совершенно ясно показывает эта закономерно-изогнутая линия; эта реальная изогнутость является истинойи выражает собой закономерность во влиянии нашей Земли на человека Этот путь принимают те силы, которые в расовом смысле определяют человечество. Не для удовольствия европейцев, к примеру, вымерло индейское народонаселение, а потому, что оно вынуждено было принять в себя силы, которые ведут к вымиранию. Своеобраз-ность этой линии показывает то, что происходит на поверхности нашей Земли с расами, показывает, к чему приводят те силы, ко-торые вершат вне влияния духов Формы нормального развития. Все, это касается свойств рас, надо искать в этом направлении. В настоящее время расовые свойства подлежат постепенному преодо-лению.

Нечто подобное произошло уже в самые древнейшие времена Земли. Возвращаясь в древнее лемурийское время, мы смогли бы найти первейшие исходные точки расового развития в области со-временной Африки и Азии. Позже мы замечаем передвижение челове-ка в западном направлении и, прослеживая расоопределяющие силы на Запад, мы констатируем вымирание индейцев. Чтобы умереть как раса человечество должно было пойти на Запад. Чтобы освежить че-ловечество новой силой молодости происходит движение на Восток, движение, которое идет из Атлантиды через Европу в Азию, Затем происходит повторное движение на Запад. Но теперь повторяется не движение рас, а более высокой ступени расового развития, - развития культур. В некотором отношении можно проследить, что развитие культур принимает характер, вполне соответствующий смыслу приведенной линии рас. Так следует, например, удивитель-ную культуру, о которой мы уже говорили и в этих наших рассмотрениях - древнейшую индийскую культуру, которая появилась как первая послеатлантическая культура, - отметить как эпоху, соответствующую раннему детскому возрасту, когда человек в отноше-нии оценки физической природы еще совсем спит и когда в его душу вступают откровения духовного мира. И, действительно, пер-вая индийская культура есть откровение свыше, откровение из спиритуальных высот, которое лишь потому смогло проявиться в человеке, что он вступил в сферу влияния индийской почвы, силы которой он уже испытал в давно, давно истекшие времена. Тогда, в праотдаленном прошлом, силами Земли был определен физический расовый характер; теперь, при повторном пребывании на том же месте, главным образом была определена душевная структура чело-века древней Индии. Благодаря движению с Запада на Восток про-ступила та свежесть юности, которая вызвала эту своеобразную духовную конфигурацию, столь характерную в первобытной индийской культуре. Вы увидите, что таким образом очень древняя, еще не исследованная индийская культура - современная наука называет индийской культурой лишь потомка этой древнейшей культуры - на-ходит свое объяснение, а именно в том, что в древнейшей индийской культуре в некотором отношении находит свое повторение культура Атлантиды.

Рассматривая теперь культуры, которые следуют в послеатлантическом времени, мы видим, что они представляют собой следующие одно за другим повторения прежних, уже пережитых в физическом те-ле - но, опять-таки, благодаря омоложению ставших совсем иными условий. Так в персидской культуре мы видим культуру, связанную по-своему с тем, что преимущественно живет в человеке в период расцвета его первой молодой силы, в период его самоотдачи влия-нию духов Формы отсталого развития, но когда он уже проникается силами, идущими и от нормальных духов формы. Эта противополож-ность проявлена в персидской культуре в осознании ею образов света и тьмыОрмузда и Аримана.

Чем дальше мы идем на Запад, тем больше мы встречаем вкультурах тот факт, что творения людейвплоть до современных наших днейеще в высокой степени зависимы от сил и существ вселенной, принадлежащих отсталому развитию; тем не менее, мы, все-таки, найдем понятным утверждение, что по мере продвижения людей на Запад исключительное преобладание расового начала теряет в своей силе Мы сможем также понять, что в определенном смысле движение культур таково, что чем дальше они продвигаются на Запад, тем больше вянет их юношеская свежесть и умирает их продуктивный элемент.

Наблюдающий объективно сможет вывести из многих явлений, что и культура нашего времени несет в себе такое закономерное предначертание, Только люди не склонны к объективизму. И если вы задумаетесь над выводами такого наблюдения, т. е. что дейст-вительно всякая культура находится в движении, то вы увидите, что чем дальше мы продвигаемся на Запад, тем непродуктивнее становится культура; говоря иначе, она как культура идет к выми-ранию. Чем дальше на Запад, тем более достигают расцвета лишь внешние частности культуры, непричастные силам омоложения и све-жести, а по-своему изживающие себя в старчестве. Поэтому в облас-ти открытий по физике, химии и астрономии, во всей, что не зави-сит от свежих сил молодости, человек Запада сможет еще дать человечеству великое и грандиозное. То же, в чем нуждается продук-тивная сила, это действительно требует другой конфигурации дей-ствующих на человека сил.

Взглянем на человека. Из детского возраста он вырастает до определенной ступени; лишь тогда, собственно, расцветает его духовное начало. До этого человек является физически-растущим существом. То, что в ребенке сжато в тесное пространство, долж-но сначала физически раздаться. После этого развитие человека стягивается к его внутреннему существу. Так же обстоит и с че-ловечеством в целом. Прослеживая приведенную выше изогнутую линию, мы видим вершение своеобразного закона. Даже в континен-тах мы находим его выражение. Своего рода первоначальную исход-ную точку физического развития человечества мы видим сначала в Африке; затем пространство, на котором развивается человечест-во, раздается вширь. Это мы находим далее в пространных облас-тях азиатской поверхности. Там человек заселяет огромные, мощ-ные пространства Земли.

Взглянем теперь на повторение расовых образований в послеатлантических культурах. Словно ребенок, любопытно оглядывающий свое окружение, смотрит человек древней индийской культуры в мир. Это находится в полной связи со свежестью молодых сил, рас-ширяющих человека и в его росте ориентирующих его к дали. Затем должно начать проявляться духовное, а физическое должно сжимать-ся; и здесь, при переходе культуры в Европу, мы видим своеобраз-ное явление: пространство, на котором распространяется человечество, стеснено к более малым размерам. Мы видим, что Европа есть наименьшая из частей света, и чем дальше продвигается че-ловек на Запад, тем более она устремляется полуостровами в моря, сжимается.

Все это связано с духовным ходомразвития. Удивительным об-разом вы вглядываетесь здесь в мистерию этого духовного развития. С этим сжиманием к Западу возникает кризис; кризис, силой кото-рого вызывается перевес непродуктивного элемента В полуостровных областях Запада продуктивность по-своему умирает. Эта непродук-тивность показывает себя в том, на что уже было указано, а имен-но, что по мере перемещения культуры на Запад она принимает застывающее в себе, старческое, идущее к смерти начало. Это нечто, что всегда было известно тайным школам. Вы поймете теперь, почему я предупреждал, что то, о чем я буду говорить, представляет собой некоторую опасность, - потому что это способно вызвать раздражение людей. И еще далеко не все может быть высказано из того, что могло бы помочь независимости высшего начала существа человека, при которой он мог бы воспринимать как подымающиеся из Земли расоопределяющие силы, так и то, что позже определяет ха-рактер культуры и что еще позже, когда человек вновь вернется к духовному, вновь потеряет свое значение. Отсюда вы видите, что со всем этим ходом развития человечества связан ход духовного раз-вития, который всегда был известен тем, кто бывал глубже посвя-щен в тайны бытия. Правота сказанного не зависит от того, нравит-ся ли нам одно больше, другое меньше. Она зависит от необходимос-ти в развитии. Тот, кто стал бы говорить против необходимости, не достиг бы ничего. Говорить против нее, - значит, ставить на ее пути препятствия. Поэтому в определенном отношении это только естественно, что люди, которые переходят в более западные облас-ти, все вновь бывают вынуждены принимать свежие силы и импульсы с Востока, а область Центральной Европы должна задуматься над собственной продуктивностью, как это и заложено в самом становлении областей, лежащих до полуостровных образований Вот почему как раз в Европея имеют в виду нашу общую область: Скандина-вию и Германию - люди должны задуматься над их собственным ду-шевным началом и, напротив, как раз на Западе надо видеть ту часть людей, которой надлежит получить некоторую помощь с Востока. Это глубоко обосновано общим характером земного человечест-ва. Такое повторение вы можете увидеть даже в развитии теософ-ского движения. Его мы встречаем и в четвертой послеатлантической культуре, культуре Римлян и Греции. В некотором отношении римляне действительно дальше ушли в развитии чем греки и, тем не менее, они перенимают духовную жизнь живущего на восток от них и завоеванного ими народа.

Чем западнее расположены области, тем более и более будет оправдываться действующий здесь закон. В сущности, об этих вели-ких истинах можно говорить только намеком. Они показывают нам то, что соответствует внутреннему характеру нашей миссии для каждого клочка земной поверхности. И нам надо хорошо понять наше задание, чтобы подняться над общим характером человечества. Здесь велика ответственность того, кто захочет вмешаться в великое движение человечества. Когда дело касается такого великого движения человечества, - должны умолкнуть все личные симпатии и всякий личный энтузиазм, потому что дело не в них, а в том, что обусловленовеликими законами этого человечества. Это надо познать из этих великих законов, не поддаваясь пристрастию в пользу того или иного. Таков, в сущности, характер всего розенкрейцерства. Розенкрейцерство - это деятельность в смысле всего развития человечества. Если узнаешь почву, на которой стоишь, вплоть до ее островных и полуостровных образований, то почувствуешь тот род ощущения, который должен охватить душу, когда желаешь быть дея-тельным в смысле развития человечества.

Некогда силой духов Формы отсталого развития человек был низведен на Землю и поставлен в зависимость от различных участков этой Земли; этим было положено основание для развития рас. Затем мы видим все большее смешение рас. В ходе развития рас мы видим возникновение развития народностей. Мы видим, что влияние развития народностей сказывается и на развитии единичного человека. Мы затронем. большую мистерию, если мы, например, спросим: кем был Платон в смысле его внешнего существа, в смысле его рождения в человечестве? Это человек, вступающий в род Солонидов, принадлежавший племени ионийцев, народу Греции, всей кавказской расе. Что Платон был солонидом, ионийцем, греком, кавказцем - это го-ворит, если это проглядываешь в своей закономерности, о глубокой мистерии. Это говорит о мистерии, которая нам показывает сотрудничество на обширной основе всей земной планеты духов Формы, как нормального, так и отсталого развития, которые, собственно, очень сильно заинтересованы в том, чтобы сделать человека человеком Земли. В этом высказывается, каким образом силой этого сотрудни-чества человечество специфицируется, как затем вступают другие существа, о которых мы уже говорили при характеристике единичных народностей. Каждый человек принимает своим существом участие в свершениях, благодаря которым все эти высшие существа, эти выс-шие духи, сообща формируют мировое развитие.

Нельзя понять единичного человека, не приняв во вниманиетого, чем он стал в своем общем развитии благодаря совместной деятельности этих существ. Тем, что на нашей земной планете втаинственной общей деятельности духов Формы, прошедших через нормальное развитие, с духами Формы, прошедших через отставшееразвитие, некогда была создана кавказская раса, этим была создана почва для того, чтобы вообще мог возникнуть Платон, В том, что в это вершение вступают нормальные и отсталого развития ар-хангелы и вплоть до ангелов мы видим процесс, который был необходим для возникновения Платона, который выступает перед нами, как человеческое существо, который открывает нам свой челове-ческий лик, который является нам с совершенно определенными свойствами рассудка, чувства и воли. Посредине же между расой и индивидуальностью находится народность.

Поэтому мы должны были сегодня в общих чертах охарактеризовать основные предпосылки расы. Завтра мы рассмотрим возникновение из рас народностей, вступление других иерархических ду-хов и, особенно, их вступление в деятельность духов Формы.

ЛЕКЦИЯ ПЯТАЯ.

Как вывод из вчерашней лекции мы должны отметить, что для беспристрастного проникновения в факты, которые лежат в основе этих рассмотрений, необходимо, конечно, в достаточной степени отмежеваться от всего того, что в ином случае легко охватывает человека как чувства и ощущения, идущие как раз из той области которую мы теперь должны объективно характеризовать. Пока не отстранена такая склонность пристрастно принимать объективную характеристику той или иной расы, той или иной народности и т. п. - свободное от предрассудков понимание фактов, приводимых в этих лекциях, будет трудно достижимо. С этим связано то, что говорить об этих вещах возможно, встречаясь только на одной и ни на какой другой - почве: на почве духовной науки. Потому что, что бы ни пришлось услышать о характерных свойствах того или иного народа и, будучи включен в определенную расу, в оп-ределенный народ, как бы сильно благодаря этому ни был затро-нут в своих чувствах, ощущениях и т. д., как духовед обладаешь достаточным противовесом, чтобы положить его на другую чашу весов. Это является действительно понятым учением о карме иреинкарнации. Это дает нам прозрение, что в последовательном потоке времен наше индивидуальное существо воплощается в различнейших расах, в различнейших народах. Таким образом, обращаясь к этому нашему внутреннему существу, мы можем быть уверены, что в нем мы примем участие не только в светлых или, может быть, также и теневых сторонах всех рас, всех народностей, но мы можем быть уверены и в том, что, воплощаясь то там, то здесь, мы вбираем в него как вклад за вкладом благодеяния всех этих рас и народов.

Идеей кармы и реинкарнации наше сознание, наш горизонт расширяется, становится более объемлющим. Поэтому лишь благо-даря ней мы научаемся выносить то, что в настоящее время должно предстать перед нашим духовным оком как тайны, связанные с расами и народами. Таким образом, как раз разбираемое в настоящих рассмотрениях, если оно встретит правильное понимание, не смо-жет внести в нас чувство неудовлетворенности от своей инкарна-ции в таком-то народе или в такой-то расе. Тем не менее, этим же объективным рассмотрением народных и расовых характеров лю-дей, если оно не будет принято с указанными предпосылками, в человечество сможет быть внесена глубокая вражда и дисгармония, Благодаря учению о карме и реинкарнации духовный ученик увидит что каждому - даже самому маленькому - народу надлежит внести свой вклад в общее развитие человечества. В этом отношении как раз будут значительны указания второй части этих лекций, когда будет показано, каким образом единичные влияния народных мис-сий вливаются в общее человечество и каким образом даже единич-ные народные осколки, рассыпанные тут и там в больших народных массах, имеют свое значение в общей гармонии эволюции этого че-ловечества. Но это лишь постепенно сможет взойти перед нашим духовным оком.

Чтобы достичь полного понимания характеров единичных на-родных душ нам придется придерживаться таких примеров, которые в некотором отношении яснее для нас тем, что они являются на-родными характерами современности, в которой мы сами живем со всей нашей цивилизацией; это с одной стороны; с другой же - чтобы проработаться к пониманию того, каким образом вообще сле-дует понимать народные характеры, народные миссии - нам придет-ся заняться и такими народными характерами, которые несколько отдалены от нас во времени.

То, что мы нашли в течение последних лекций - что в опре-деленной расе должны, так сказать, сообща работать дух Формы нормального и дух Формы отсталого развития и что в определенном народе должен работать архангельский дух, проходящий нормальное развитие, и другой, идущий в отставшем развитии, - это, так ска-зать, показало нам, каким образом в эволюцию вступают существа, которые нам известны как духовные иерархии.

Теперь спросим: каким же образом конкретно сказывается деятельность более высоких существ? Здесь нам вообще будет полезно несколько проработать наше понимание иерархий, низшей из которых, как мы знаем, является само человечество. Вспомнив то, о чем мы говорили уже раньше, мы приходим к следующему их распорядку: на нижней ступени находится сам человек ( ниже него лежат три царства природы: животное, растительное и минеральное); над ним стоят ангелы, потом архангелы, потом первосилы или архаи. Подымаясь над человеком, мы можем их обозначить первой иерархией.

Второй будет следующая:

I. Духи Формы - власти.

2. Духи Движения - силы.

3. Духи Мудрости - господства.

И затем наивысшая из трех иерархий:

I. Духи Воли - престолы.

2. Херувимы.

3. Серафимы.

Теперь спросим опять: где на самой низшей ступени их проявления, на ступени обманчивости, мы можем найти всех этих духовных существ, т. к. все они как-то проявляют себя, появляясь в области майи или иллюзии, т. е. в области мира физических чувств? В своих обычных рассмотрениях природы и духа человек знает лишь область майи или иллюзии, - наиболее отдаленное, наиболее внеш-нее откровение этих духовных существ. Я вам приведу пример, ко-торый покажет вам, насколько, собственно, человек знает лишь такое самое внешнее проявление, самое внешнее откровение этих существ,

Человек, например, идет по северной скалистой почве. По этому поводу он высказался бы о ней, как о распластанной под его ногами физической материи, и это плотное образование, по которому он шагает, он описал бы так, как он его видит, и в своей обычной.

Речи наименовал бы его именно " твердой скалистой материей". Тот же, кто проникает в сущность вещей, видит в этой скалистой материи нечто совсем иное. Чем является, собственно, то, что мы попираем ногами и в чем мы встречаем сопротивление? То, в наличности чего не сомневается человек, этого совсем не существует, обманчивость. - Внешняя поверхность нашей Земли- это только обманчивость Истина же - это то, что снизу вверх действуют силы, которые, опять-таки, суть ничто иное как силы, лучащиеся от определенных существ. Таким образом, мы можем сказать: в таком участке земной почвы мы видим сначала то, что предстает перед нами как сила, которая действует из Земли во все направления.

Эти силы действительно существуют и лучатся во все стороны в дали пространства. Человек, конечно, не мог бы ходить по Земле, если бы существовали только эти силы. Деятельностью только таких сил человек с неистовой скоростью был бы выброшен в пространство Возможности стоять на крепкой почве он обязан тому обстоятельству, что со всех сторон мирового пространства на Землю лучатся другие силы. Происходит непрерывная встреча двух сфер сил: излучения и влучения: место же встречи их образует, так сказать, границу, которая и является поверхностью Земли, Таким образом, видимая поверхность - лишь обманчивость, являющаяся результатом влучения и излучения сил, сдерживающих одна другую и этим самым проявляю-щихся в данной поверхности. То, что здесь излучается, в сущест-венном является тем, что мы должны отметить как деятельную силу престолов, является следствием деятельности духов Воли. Эти ду-хи излучают из Земли во все стороны свои силы; то же, что посту-пает из мирового пространства, это в существенном можно обозна-чить влучением, врабатыванием сил определенных духов Движения.

Так встречаются здесь эти оба вида сил и следствием этой совмест-ной деятельности престолов и духов Движения - тем, что престолысдерживаются в их деятельности духами Движения - является различнейше оформленная поверхность; видимая же вами земная поверхность есть беспредельная обманчивость. То, что действительно существует это уравновешивание сил и своего рода договор между духами Воли и духами Движения, результатом которого является различнейшая конфигурация земной поверхности.

Но и этого, конечно, не было бы еще достаточно для образо-вания такой планеты, какой как раз является наша Земля в современности. Противосдерживающих сил духов Воли и духов Движения для этого еще недостаточно. Действие только этих сил привело бы к чему-то совсем иному, если бы из внутреннего существа Земли действовали только духи Воли, встречая деятельность только ду-хов Движения, то Земля пребывала бы в непрерывном тягучем, вяз-ком внутреннем течении. Ни на одном месте планеты не наставал бы еще покой. Она хотя и не была бы такой жидкой, как теперешнее море; она не являлась бы стихией, так легко образующей и бросающей волны, как вода, но, тем не менее, она бы все же образовывала и бросала волны из более плотной массы, Если вы хотите соз-дать себе представление о той далекой деятельности духов Волии духов Движения, то я приведу вам пример и попрошу вас просле-дить немного вместе со мной географическую карту. Остановимсяна Альпах, которые в настоящее время предстают перед нами в плотных горных хребтах и которые на юге каменными массивами отделяют полуостров Италии от остальной европейской области. Каким же образом возникла эта Альпийская цепь гор? - Было время - оно лежит в праотдаленнейшем прошлом - когда Альпийский массив вообще еще не существовал, а к северу и к западу от него находились более древние, уже застывшие к тому времени возвышенности. Затем с юга были подняты и брошены тягуче-вязкие волны; и мы можем представить это явление в следующем виде:

Здесь, в А, у нас Богемское плоскогорье. Затем представьте себе брошенной с юга мощную волну раздваивающуюся перед Богем-ским плоскогорьем и распространяющуюся направо и налево. Так в древнейшие времена эта мощная волна образовала Альпийский массив, Уже простое, обычное представление может прийти к этому заклю-чению, Кто когда-нибудь стоял на одной из Альпийских горных вер-шин и оглядывал своеобразную конфигурацию цепи Альпийских гор, тот мог заметить - даже и не зная этого - то, что уже давно установлено духовной наукой и что устанавливается даже современ-ными геологами: своеобразное волнистое образование, возникшее во времена, когда первичная земная масса пребывала еще в тягу-че-вязком состоянии, Такое становление Земли продолжалось бы еще и сегодня, если бы к деятельности духов Воли и духов Движения не привступила еще иная, очень продолжительная, долгая деятель-ность, выразившаяся на нашей земной поверхности в том, что дея-тельным одновременно с духами Движения волевым силам было вчлененото начало, которое мы как раз именуем духами Формы. Вы вполне можете себе представить, что эти духи Формы, как бы танцуя на волнах, приводят эту массу в движении к покою, вливают ее в формы; так что мы отмечаем троякую со-деятельность сил. Эти три силы исходят от трех видов существ. С одной стороны - мы ви-дим деятельность духов Формы, которые направляют ее как вверх, так и вниз, - как в сферу духов Воли, так и в сферу духов Дви-жения. Над ними - духи Движения, под ними - духи Воли. - То, что внешне является на нашей Земле преимущественно как жидкий эле-мент - конечно, не наша современная вода, а древний жидкий эле-мент, который приводится к покою духами Формы, - это мы должны.

Понять, как самую внешнюю манифестацию духов Воли или престолов, К этой деятельности все время примешивается другой элемент: ду-хам Воли или престолам подается, так сказать, помощь от херу-вимов и серафимов. От херувимов помощь идет в стихии воздуха, во всем, что как воздушный элемент проникает собой кажущуюся материю Земли. Воздух опять-таки иллюзия, скрывающая мощных существ, которых мы называем херувимами. Серафимы же деятельны в том, что нам известно как тепло, позади всего того, что как-то прояв-ляется в тепле.

Здесь мы приблизились к тому, что вызывает на нашей планете сила излучения изнутри, из ее центра Мы можем, значит, сказать: она построена так, что из ее центра действуют духи Воли или престолы, херувимы и серафимы. На месте ее воздушной и тепловой границы - океан воздуха так же принадлежит к ней, как вода и плотная земная субстанция - образуется то, что мы называем поверхностью. На этой поверхности, словно танцуя на волнах и приводя их к покою, к форме, деятельны духи Формы. По этой причине им дано это имя, потому что тягуче-вязкий элемент они приводят кпокою. За ними стоят духи Движения, в стихию которых вмешивается то начало, которое мы именуем духами Мудрости. Таким образом, обращая взор к центру нашей планеты, мы можем сказать: там - возвышенные существа: престолы, херувимы, серафимы; смотрим же мы наверх, в пространство, - сначала сквозь сферу духов Формы, проникающих своим элементом воздух и тепло, - мы встречаем ду-хов Движения и духов Мудрости. Все природные силы и явления, которые мы встречаем в окружении нашей Земли, обращая наш взор ввысь, к небу, - в существенном относятся ко второй иерархии.

Все же, что мы встречаем, обращаясь к глубинам Земли, это мы относим к существам, которых мы отметили как третью иерархию. Своеобразная совместная деятельность второй и третьей иерархий создает конфигурацию нашего окружения.

В какой же стихии природы - как три ее стихии, связанные с духами Воли, с херувимами и с серафимами мы привели воду, воздух и огонь - дают о себе знать духи Формы? Это ближайшие существа, "танцующие" на поверхности, на которой мы сами вершим и существуем. Они идут из мирового пространства, направляя свои силы на то, что подымается из Земли. Для нашего наблюдения они сконцентрированы в лучащемся солнечном свете. Итак, стихия, в которой прежде всего вершат и живут духи Формы, это свет. Когда же такая свето-деятельностъ в ее различных проявлениях распро-страняется на границу встречи сил духов Движения с силами ду-хов Воли, тогда создаются уплотненные формы.

У человека еще нет органов для восприятия того, что находится за теми силами света, которые мы называем также духами Формы; органов, чтобы воспринимать то, что воткано в свет. Все, что вызывает на нашей Земле разложение и соединение, все, что действует на ней как химические силы, здесь еще связано со све-том, и это в существенном та область, в которой деятельны духи Движения. Когда же человек научается понемногу воспринимать то, что в ином случае он видит только как майю в действии химических соединений и разложений, тогда он слышит этих духов Движения, тогда он воспринимает музыку сфер, о которой говорят пифагорейцы и другие тайные школы. Это и есть то, что описывает Гете, говоря о Солнце не как об источнике света, а говоря:

" Издревле соревнуясь в хоре.

Собратий сфер на небесах,

В раскатах грома держит Солнце.

Путь, предначертанный в верхах".

Эта музыка сфер существует и теперь, только обыденное соз-нание ее не воспринимает. Эта музыка сфер - действительность, которая как астральное явление выступает навстречу всякому че-ловеку. Только человек ее не слышит. Если бы эта музыка сфер струилась к человеку в переменности, аналогично свету, который то светит, - то - при наступлении тьмы - исчезает из его восприятия, то в определенные промежутки времени человек бы ее слышал. Но она звучит день и ночь, и поэтому он может ее слышать лишь тогда, когда он проходит определенное оккультное обучение, оп-ределенное оккультное развитие. В то время как свет струится к нам в течение дня, действуя ночью дальше как воспринятый, поглощенный свет- музыка сфер звучит круглые сутки. В дан-ном случае человек подобен мельнику, который слышит свою мель-ницу только тогда, когда она прекращает работу и затихает.

Кроме того существуют еще духи Мудрости, излучающие их деятельность извне и вступавшие с нею в этот ткущий свет и в проникающую собой пространство музыку сфер. Это есть лучащаяся на Землю жизнь мирового эфира. Жизнь струится на Землю из миро-вого пространства и вбирается существами. Это идет от духов Мудрости.

Так, обращая наш взор в мировые дали, мы видим прежде все-го Солнце, в котором сконцентрированы для нас эти силы, и видим проникающими из пространства струящуюся жизнь, ткущий звук, формирующий свет - троичность второй иерархии. Снизу же вверх.

Струение высшей иерархии; серафимов, херувимов и престолов. И, наконец, вплетенной во все это вершение и по всей Земле, но действуя более во внутреннем существе человека, является первая иерархия. К ней сначала принадлежат архаи, деятельные как духи времени; они вершат в том, что им подготовлено высшими иерархиями и способствуют проявлению того, что мы называем нашей исто-рией, называем эволюцией культуры на Земле. Затем в окружении мы встречаем архангелов, духов народностей и, наконец, посред-ников между единичными людьми и архангелами - ангелов.

Итак, мы можем сказать в силах природы нашей земной пла-неты - в земле, воде, воздухе и огне - происходит струение су-ществ третьей иерархии, струение навстречу деятельности духов Формы, приходящих извне. Извне сюда струятся существа второй иерархии, а в окружности Земли - существа первой иерархии, ко-торая пока что обладает, так сказать, более слабыми силами. По-думайте только о мощи сил возвышенных существ, которых мы имену-ем духами Воли и которые в сущности, являются ваятелями почвы, по которой мы ходим. За ними следуют силы, притекающие извне, - например, ближайших нам духов Формы, пластически формирующих расы. И наконец, силы тех, кто интимно действует на душу чело-века, - ангелов, архангелов, архаев. - Итак, в третьей иерархии перед нами те силы, которые мы знаем как сильнейшие, как под-почвенные силы природы, как силы нашей твердой земли; во второй иерархии - силы, которые живут и вершат вокруг нас в эфирном элементе, и в первой иерархии мы имеем то, что нас самих интимно прорабатывает и проникает жизнью.

Рассматривая эти три иерархии в их сотрудничестве, рассмат-ривая их деятельность, связанную с нашей земной планетой, как они формируют ее из сил общего материнского лона вселенной, мы создаем себе понятие о том, что было необходимо для создания этой Земли. Перед тем как стать Землей, эта Земля должна была пройти через различные воплощения; пройти через воплощения Са-турна, Солнца и Луны Если вы проследите изложенное в моих трудах " Из хроники акаши" и в "Тайноведении", то вы увидите, что эти различные духовные существа уже в прежних воплощениях нашей Земли работали сообща, только их работа значительно отли-чалась от современной. При наступлении каждого нового воплощения, - значит, при сатурническом, солнечном, лунном и теперешнем земном, - всегда существовал иной вид сотрудничества этих иерар-хических существ, потому что каждое из этих состояний, через которые проходила наша Земля, представляло собой особое задание, которое ставили себе эти иерархические существа. Поистине, мы можем сказать, что каждое из состояний, через которое прошла Земля, и состояния, через которые она еще пройдет, означают и означали собой особую миссию в космическом развитии.

Чрезвычайно трудно определить - ибо от одного планетарного состояния до другого меняются все понятия, - чем являлась мис-сия древней сатурнической, древней солнечной, древней лунной эпохи. Это не легко, потому что сначала надо очень абстрактно.

Охарактеризовать миссию нашей Земли. Об этом легче всего можно.

Создать себе понятие, если представить себе род всех тех раз-личных сил, которые проявляются в мировом пространстве. Рассматривая внутреннее содержание человека, т. е. его душевную жизньвы встречаете волю, чувство и мышление; смотря же на внешнююсторону человеческой природы, на его оболочки, - перед вамиего физическое тело, эфирное тело и тело астральное; такимобразом, если не принять пока во внимание Я человека, он предстает перед вами как своего рода сплетение физического, эфир-ного и астрального тел, в которое, как во внешнюю оболочку, вотканы воля, чувство и мышление.

Эти силы, как во внешнем, так и во внутреннем существе человека, всегда родственны какой-нибудь прежней миссии, свя-занной с прежним воплощением Земли. Возьмем, например, миссию Сатурна, если вы хотите составить себе о ней приблизительное понятие, то вам следует представить ее родственной с тем, что, с одной стороны является физическим телом человека, с другой - его волей. Это надо понять так, что если бы не было сатурнического воплощения нашей Земли, то как воля человека с одной стороны, так и его физическое тело - с другой не смогли бы достичь их современного образования. Тем, что человек обладаетволей и физическим телом - он обязан древнему Сатурну. Что онобязан своим физическим телом Сатурну, это мы видим из акаша-хроники. Но каждое предшествующее состояние отражается на следующих за этим состоянием образованиях. Поэтому рассмотрениесовременной воли приводит обратно к сатурническому элементу. Результатом последнего является то, что из внутренней природы человека его существо подает о себе весть в воле. О миссии солнечного состояния вы составите себе понятие, рассматривая эфирное тело человека и связав с ним чувство. То, что эфирноетело приводит обратно к Солнцу, об этом вам уже говорилось.

Последствия же этого сказались в том, что позже человек смог развить внутренние силы чувства. - И, наконец, обращаясь к лун ному состоянию, мы видим, что с ним связаны астральное тело и мышление человека. Так что мы можем сказать: чтобы эти силы внутреннего и внешнего человека - физическое тело, эфирное тело и тело астральное - воля, чувство и мышление- смогли раз-виться таким образом, чтобы современный человек обладал ими, как своей внешней и внутренней жизнью, для этого были необхо-димы три последовательных космических миссии. Чтобы могло быть выполнено задание трех последовательных воплощений нашей Зем-ли и человек смог стать снабжен всем тем, что проявляется в его современном строении, для этого каждый раз в соответствую-щей обменной деятельности должны были трудиться те существа,

Которых мы отметили как существ иерархий.

Итак, должна была быть выполнена миссия древнего сатурнического состояния, иначе человек не смог бы получить необходи-мый ему облик физического тела и воли. Должна была быть выпол-нены миссия Солнца, иначе он не смог бы получить эфирное тело и чувство. И, наконец, должна была быть выполнена миссия Луны, иначе он не смог бы иметь астральное тело и то, что мы называ-ем силой мышления. Так каждое из трех предшествовавших вопло-щений нашей Земли было особенно посвящено одному их трех домини-рующих элементов, принадлежащих теперь нашему собственному, лич-ному существу, нашему "Я". Внешнее физическое тело, излитое из существа древнего Сатурна, из духов Воли, представляет собой ничто иное, как внешне видимую волю; это факт. Исходя из нашего внутреннего существа, эта воля деятельна в нас как внутренняя жизнь. Эти слова выбраны совершенно точно; они не фантастика, а совершенно точно соответствуют природе вещей. Из них вы мо-жете многому научиться Земля прошла через солнечное состояние, чтобы с одной стороны, благодаря влиянию духов Мудрости, поло-жить основу эфирному телу, с другой, - чтобы благодаря продолжаю-щемуся действию элемента мудрости положить основу того, что отражает внутреннюю мудрость: чувство. Соответственным образом связано с астральным телом и с мышлением то, что было миссией Луны.

Теперь спрашивается: какова та особая миссия, которую из-брали действующие главным образом на Земле и формирующие ее духи Формы? Мы можем сказать: миссией духов, которые действо-вали главным образом на Сатурне духов Воли или престолов, - было внесение ими того элемента, который позже, в течение развития Земли, проявился в воле. Это великая миссия Сатурна: привив-ка воли, насаждение волевых сил. Чувство глубокого почитания, глубокого уважения по отношению к мощным космическим существам охватывает душу, когда рассматриваешь их вершение, когда ви-дишь, что для этой искусной ткани внешней - физического тела - воли и воли внутренней была необходима особая планетарная мис-сия. Трудом всего мира иерархий был проведен процесс возник-новения и прохождения целой планеты - и это для создания таких соотношений, которые проявились в нас внешним и внутренним эле-ментом воли. Так же должно было возникнуть и древнее Солнце, чтобы дать возникнуть эфирному телу и элементу чувства, внут-реннему элементу мудрости. И, наконец, чтобы смогла возникнуть наша астральность и ее отражение в человекакак внутренний мыслительный элемент, - для этого была необходимамиссия Луны.

Какова же миссия духов Формы, в чем же, значит, состоит собственная миссия Земли? Связывая с миссией Сатурна запечатление воли, с миссией Солнца преимущественно запечатление чувства, с миссией Луны преимущественно запечатление элемента мышления, т. е. того, что находится в человеческом астральном теле, - к миссии Земнойпланеты надо отнести приведение к совершенному равновесию этих трех элементов; ей надлежит таким образом восстановить равновесие между ними - из которых каждый в период соответствующего истекшего состояния нашей планеты, - в период, значит, прошлых воплощений Земли обладал первенством гегемонией, чтобы эти три элемента смогли вершить в состоянии.

Равновесия. И в этом - миссия нашей Земли. Привести борьбу этих элементов к покою восстановлением правильного между ними сос-тояния равновесия, это - миссия Земли. Человек втянут в эту земную миссию, чтобы между мышлением, чувством и волей восста-новить это равновесие сначала в своем собственном внутреннем существе. При возникновении Земли в этом отношении человек дей-ствительно представлял собой спутанную пряжу из мышления, чув-ства и воли. Насколько это равновесие, пребывая в беспорядке и дисгармонии, несовершенно у него еще и в настоящее время, это каждый, кто хоть немного обладает самопознанием, может проверить на самом себе. Человек прежде всего призван восста-новить это равновесие между мышлением, чувством и волей в своем внутреннем существе, благодаря чему он сможет излучить и перенести на Землю результат этого равновесия.

В оккультной символике эту миссию Земли совершенно осо-бенно выражали определенном фигурой Если вы пересмотрите все геометрические фигуры, то, за исключением равностороннего тре-угольника, вы не найдете никакой другой, которая так точно со-ответствовала бы смыслу этой деятельности в равновесии. Если вы начертите равносторонний треугольник, вы найдете, что все три стороны между собой равны, три угла - равны, каждая верши-на угла равно отстоит от другой и все три равно отдалены от центра. Центр равностороннего треугольника является абсолютным символом равновесия сил. Оккультист, созерцающий этот равносторонний треугольник, может видеть в нем символ абсолютно урав-новешенного вершения тех сил, из которых каждая доминировала в одном из трех прежних воплощений нашей Земли. Весь труд чело-веческого Я является ничем иным, как созиданием в человеческой природе деятельного, активного центра, из внутренних сил кото-рого сможет быть подготовлено это состояние равновесия Поис-тине, человек призван к великому на нашей Земле, именно, - из своих внутренних сил прежде всего восстановить во всем своем существе равновесие того, что в различных эпохахдалекого прошлого доминировало в нем самым различным образом.

Этопока действительно абстрактное определение нашего земного назначения, и, тем не менее, оно заключается в сказан-ном. Тайна этого назначения выражается в том, что совместной деятельностью этих трех сил, их равновесием, внутреннее суще-ство человека действительно вызывает нечто совсем новое. К трем предшествовавшим элементам этим поистине вызывается к жизни четвертый, и этот четвертый элемент есть элемент любви. В мировом вершении любовь может развиваться только тогда, когда наступает абсолютное равновесие трех сил, которые попеременно гос-подствовали в истекших временах, - и ближайшие дни мы еще будем говорить об этом подробней; пока же примите это как абстрактное сообщение.

Так является наша планета планетой любви, и итог этого равновесия, возникающий из взаимодействий этих трех сил, явля-ется поэтому, так сказать, "деянием любви". В течение всех по-следующих воплощений Земли в процессе осуществления ее миссии это деяние любви должно влиться во всеобщую эволюцию. Этим са-мым троичность становится четверичностью и эта четверичность начинает свой четвертый элемент на низшей ступени, начинает, так сказать, с самой низшей формы любви, которой надлежит до такой степени достичь просветления и очищения, чтобы к концу об-щего земного развития любовь предстала полностью равноправным элементом. Выполнение миссии равновесия для нашей земной планеты в сущности говоря, значит: обратить троичность в четверичность. Поэтому тайна земного бытия обычно высказывается в оккультных словах: "обращение троичности в четверичность". В наше время четвертый элемент, конечно, еще очень несовершенен. Но когда Зем-ля завершит свое назначение, он засияет столь же ярко, как и свя-той треугольник, который - поскольку мы обращаемся к истекшему прошлому нашей Земли - в своем состоянии равновесия сияет нам как высочайшим символ нашего земного идеала.

Эта со-деятельность во внутреннем существе человека элемен-тов мышления, чувства и воли такова, что это его собственное внутреннее претворяется в субстанцию любви. Это то, что можно назвать собственно продуктивным, внутренне производительным в земном бытии. Поэтому духов Формы в их совокупности - т. к. их миссией как раз является приведение к равновесию трех прежних состояний - надо в то же время обозначить как духов любви.

Рассмотрев таким образом земное бытие, мы охарактеризовали сначала волю, чувство, мышление и деяние любви вне нашей земной планеты, и как особую задачу духов Формы мы смогли отметить при-вивку, запечатление ими любви, являющейся результатом упомянуто-го равновесия. Итак, в этом заключается общая миссия Земли Что-бы вызвать эту проникающую собой Землю силу любви, для этого необходима вся сложная взаимодеятельность отмеченных нами низ-ших иерархий. Уже в прошлом нашем рассмотрении мы начали говорить о том, что этим прядется, так сказать, сеть любви, и эта ткань любви должна быть создана таким образом, чтобы ее главные нити были вотканы нормальными духами Формы, потому что это соот-ветствует их основной миссии. В эту ткань вплетают затем духи Формы отсталого развития - являющиеся, собственно, духами Движе-ния - то, что создает расы. Затем прядением духов времени нор-мального и отсталого развития в нее вносится историческое становление, далее тканье архангелов- опять-таки, нормального и отста-лого развития создает развития единичных народов и языков и, наконец, те существа, которые приводят человека на подобающее ему на Земле место, - ангелы. Так прядется эта мощная ткань любви. Но то, что прядется как эта сеть любви, как собственное земное назначение, это видишь на нашей Земле лишь в отблеске, лишь в майе.

Ближайшей над физическим миром областью, где можно увидеть.

Эту сеть, является астральный мир; и все яснее видишь работу иерархий над истинами, лежащими в основе нашей внешней майи, когда подымаешься из астрального мира в мир низшего и высшего девахана. Тогда видишь процесс прядения этой ткани. Подымаясь в астральный мир, еще не видишь, конечно, тех, кто прядет главным образом изнутри, а именно: духов Воли, херувимов и серафимов. Желая найти этих духов в их работе, человеку надлежит подняться к созерцанию в более высокие миры. Но некоторых мы уженаходим и в астральном мире: тех, кого мы именуем духами Формыотсталого развития, которые - если бы они достигли нормального развития - должны были бы ткать извне. Мы видели, что ткание ду-хов второй иерархии должно происходить извне здесь же мы видим, что оно идет изнутри Итак, мы можем сказать: эту сеть, которую духи Движения, духи Формы и духи Мудрости ткут извне, духи же Воли, серафимы и херувимы ткут изнутри, - изнутри же ткут еще и такие существа, которые, собственно, должны были бы ткань извне Они ткут под поверхностьюподобно шелковичному червю, прядущему кокон. Видимое в астральном мире обладает внутренним характером Ближайшие видимые из всех прядущих и вершащих в духовной атмос-фере Земли духовных существ - это эти смещенные, падшие духи, эти своеобразные духи Движения. Эти духовные существа, первые проступающие к видимости на астральном плане(еще до того, когда нормальным образом предстают видимости ангельские существа, ангелы для ясновидческого созерцания являются, собственно - хотядля возникновения рас они глубоко необходимы - в некотором роде Духами соблазна. Эти духи, каждому из которых, опять-таки, подчинено много других - т. к. каждый создает много духовно-подвластных существ, - окружены целым сонмом духовных существ, всегда за-висимых от данной иерархии. Также и высшие иерархии имеют таких подчиненных им существ: духи Воли - ундин; херувимы - сильф; серафимы саламандр. Также и эти духи Формы отсталого развития - т. е. по-существу, значит, духи Движения, - которые как своего рода уродливые духовные существа появляются на астральном пла-не, имеют своих подчиненных духов. Это духи, вершащие и прядущие в том, что связано с возникновением людских рас, что связано, значит, с тем элементом в человеке, который мы отметили как зависимый от Земли, связанный с размножением и т. п. Эти суще-ства - и вообще вся эта область - принадлежат к самому смешан-ному и самому опасному астрального мира, и, к сожалению, это область - в связи с данным изложением более всего уместно коснуться этого, - которая легче всего достигается теми, которые неправильным образом приходят к сверхчувственному созерцанию. Легче всего проявляются к видимости сонмы этих существ, имеющих дело с размножением расы и являющихся в этом своего рода служеб-ным элементом. Многим, которые преждевременно и неправильным образом вступили в оккультную область, пришлось - не имея уравновешивающей помощи других духовных существ - дорого заплатить за встречу с сонмом духовных существ этого рода.

Итак, мы смогли несколько осветить те силы, которые прядут и ткут реальность бытия, создавая ту канву, на которой раскры-вается затем собственный душевный мир человека. Каким образом это основное вершение, в которое мы сейчас немного заглянули, проявляется в возникновениях рас, в возникновениях народов, говорить об этом дальше мы будем завтра.

ЛЕКЦИЯ ШЕСТАЯ.

Вы можете себе представить всю сложность этого вершения, когда духи различных иерархий должны так соединить их силы и деятельность, чтобы смоглазавершиться земная миссия и под конец настать состояние равновесия. Поэтому вы поймететакже, чтоуказания, подобные тем, которые были сделаны вчера, возможнытолько тогда, когда они даны исходя из одного вполне определенного аспекта земной эволюции, и что все изложение сразу же изменится при рассмотрении эволюции в другом аспекте. Поэтому для более целостного понимания как раз рассматриваемых теперь оченьсложных фактов вам всегда будет необходимо один цикл лекций дополнять и освещать другим.

Я хочу подчеркнуть только один аспект; и то, что я в данноемгновение говорю, должно явиться своего рода примечанием. В нашем земном равновесии все сотрудничество иерархий предстает таким образом, что в их вершении по отношению к этому земному равновесию тех, кого мы вчера обозначили третьей иерархией - духов Воли, херувимов и серафимов, - мы должны искать действующими от Земли. Конечно, вы должны себе представить, что первоначальноеразвитие сил этой иерархии происходит в направлении от вселеннойк земному центру, но что переживание этих сил человеком отвечаетне их непосредственному направлению, а обратному, отраженному.

Поэтому о всей тонкости происходящего здесь вы лишь тогда сможетесоздать себе более завершенное представление, когда сказанноевчера вы сравните с некоторыми указаниями моего Дюссельдорфскогоцикла лекций, в котором, так сказать, небесная сторона вершения иерархий представлена в более полном изложении*. Эти факты не просты; и чтобы миссию Земли сделать доступной пониманию, для этого отправной точкой наших рассмотрений нам необходимоизбрать отражения духов этих иерархий в том, что мы называемэлементами земного бытия.

Если вы это примите во внимание, то вы почувствуете тубесконечную мудрость, которая покоится во всей совокупности сил вселенной, сил космоса. Вы почувствуете также и то, что познавание не останавливается, что у него нет границы, потому чтоэти факты настолько сложны, что, когда нам кажется, что мы поняли их определенный аспект, мы сейчас же бываем принуждены переходить к следующему, который освещает нам положение с другой стороны. Лишь мало-помалу можем мы продвигаться в нашем познавании; и все же из сделанных вчера - именно, в конце рассмотрения - указаний вы несколько точнее познакомились с тем, что можно обозначить общей деятельностью духов Формы нормального иотсталого развития в цели создания в течение нашей земной жизни не просто распространенного по всей Земле однородного, однообразного человечества, но чтобы возникло такое человечество, которое могло бы изживаться во всем разнообразии единичных рас. Для такого однородного человечества, достижение которого возможно только в течение земной эволюции, была 6ы необходима чистая деятельность нормальных духов Формы. Это те же существа, которых генезис ["Книга Бытия"] именует элоимами. В окружающей Землю и образующей с ней одно целое вселенной наличны, собственно, семь таких духов Формы нормального развития. Итак, существуют семь духовФормы или семь элоимов. Чтобы представить себе этих семерыхэлоимов в их различных миссиях и в их призвании восстановить в общем назначении Земли равновесие или любовь, для этого мыдолжны себе уяснить, что деятельность этих семи духов Формы вовсей вселенной такова, что в ее итоге действительно получилосьбы то, что в одной из лекций мы отметили как " человека вовторой трети его жизни"; лишь тогда - если бы деятельностьвсей общины этих семи духов Формы развивалась сообразно толькоих намерению - человек становился бы выражением собственного Я. Но т. к. сюда, вливая в это однообразное человечество богатуюразнообразность, деятельно вступили другие духи, то в космосенастала необходимость в совершенно особом мероприятии. Если в современном космосе вы ищете область, из которой действуют нормальные духи Формы, т. е. те существа, которые теперь, как яэто привел вчера, лучатся нам навстречу в свете, то вы должныобратиться к Солнцу. Эту общину во вселенной, эту космическуюложу, где духи Формы совещаются о восстановлении земного равновесия, о выполнении земной миссии, вы всегда должны искать внаправлении Солнца. Но только чтобы духи Формы отсталого развития своей деятельностью не вызвали в отношении человека слишкомбольшого беспорядка, для этого было необходимо, чтобы один издухов Формы отделился от своей общины; таким образом, в направлении Солнца вам надлежит искать только шестерых из этих духовФормы или элоимов. Для избежания, значит, полного беспорядка ввопросе равновесия - в связи с параллельной деятельностью духов Формы отсталого развития, которые по-существу являются духами Движения, один из этих семи духов должен был отделиться. Это был тот, который в генезисе библии наименован Явэ или Иегова. Если вы ищите его деятельность во вселенной, - вы должныискать ее не в направлении Солнца, а в том направлении, гдекаждый раз находится Луна. Это указано в моем "Тайноведении" - но только с другой стороны, - когда говорится об уходе духов Формы всвязи с выделением Солнца и что лишь особое мероприятие, связанное с выделением Луны, создает необходимыепредпосылки для дальнейшего развития человека. Потому что, еслибы Луна осталась соединенной сЗемлей, эволюция человека несмогла бы совершаться. Эта дальнейшая эволюция человека сталавозможна благодаря тому, что один из элоимов, Иегова, - в товремя, как другие шесть духов остались на Солнце, - выделилсявместе с Луной; она стала, значит, возможна только благодарятому, что во встречной деятельности Явэ стал содействоватьсвоим шести другим собратьям.

Бы можете теперь спросить: для чего вообще было выделеноСолнце? Это было необходимо по следующим причинам: после того, как старшие духи Движения, имеющие большую силу, чем духи Формы, - т. к. в ряду иерархий они стоят выше, - приняли решениеотстать, духи Формы нормального развития были вынуждены ослабить их деятельность выделениемодного из своих. В противномслучае они не смогли бы восстановить равновесия, необходимогодля дальнейшего развития.

Желая достичь удовлетворительного представления о деятельности этих духов Формы нормального развития, лучше всего будетсказать: они лучатся нам в солнечном свете. Желая же получить представление о духах Формы отсталого развития, о том, как они действуют вместе с нормальными духами Формы, сконцентрированнымина Солнце (потому что лишь для восстановления равновесия Иеговаотделился в сторону Луны), мы должны представить себе, что определенная солнечная сила, струящаяся к нам в нормальных духахФормы, видоизменяется той силой, которая струится к нам от духов Формы отсталого развития, которые по-существу, являются духами Движения. Эти последние находят свое средоточие в пяти остальных планетах, - выражаясь в стиле древних. Там вамнадлежит искать средоточие этих других, этих духов Формы отсталого развития, значит, - в Сатурне, Юпитере,: Марсе, Венере, Меркурии.

Таким образом, обращая ваш взор к космосу, вы встречаетев нем своего рода распределение духов Формы нормального и отсталого развития. Шесть духов Формы нормального развития сосредоточены в Солнце, седьмой - Явэ или Иегова - уравновешиваетих с Луны, ведя ее и управляя ею. Деятельность этих духов Формы подвержена влиянию деятельных сил, идущих от Сатурна, Юпитера, Марса, Венеры и Меркурия. Силы эти лучатся вниз на Землю, вбираются ею и опять излучаются на нее так, как это было описано в конце лекции.

Итак, на отрезке земной поверхности, на который с Солнца определенным образом действуют элоимы или духи Формы нормального развития, не возникло бы ничего иного, кроме совершенно нормального Я, Возникло бы то, что дает человеку его нормальное бытие, его среднее, общечеловеческое нормальное начало. Но в эти силы духов Формы, которые в ином случае "танцевали бы" в равновесии здесь на поверхности, вмешиваются силы Меркурия. Этим самым в том, что вершит здесь как сила духов Формы, танцует и вибрирует не только нормальное, но и то, что вмешивается в эти нормальные силы элоимов, в эти нормальные силыдухов Формы, - а именно, то, что идет от этихв центрах единичных планет сосредоточенных духов Формы отсталого развития. Отсюда получатся возможность пяти центров влияния этих духов Формы отсталого развития, и эти пять средоточий влияния в их обратном лучении от центраЗемли действительно вызывают то, что мы различаем как пять основных рас в земном бытии.

Если тот пункт в Африке, который мы отметили в наших изложениях несколько дней тому назад, мы свяжем с возникновениемчерной расы, расы негров, то в оккультном смысле ( т. к. здесьсказывается деятельность нормальных духов Формы и тех духов Формы отсталого развития, средоточием которых является Меркурий ) мы совершенно правильно обозначаем черную расу расой Меркурия.

Прослеживая теперьдальше эту изогнутую линию, которую мытогда провели через центральные точки единичных расовых излучений, мы приходим в Азию и находим расу Венеры или малайскую расу. Затем, следуя через обширную область Азии, мы встречаем в монгольской расе расу Марса. Переходя дальше, в европейскуюобласть, мы встречаем в людях Европы в их первичном, в их расовом характере людей Юпитера. Двигаясь через океан в Америку к той точке, к тому месту, где умирают расы или культуры, мы находим расу сумрачного Сатурна, первоначальную индейскую расу, американскую расу. Индейская раса - это раса Сатурна. Представляясебе все точнее это оккультное явление, вы уясняете себе те силы, которые их внешнее материальное откровение нашли в этих пунктах вселенной, в этих пяти планетах.

Все более точным и конкретным представлением этого вы достигнете внутреннего познания этих самобытныхраспростертыхпо Земле расовых характеров, достигнете познания этой своеобразной совместной деятельности духов Формы нормального и отсталого развития. Этим мы набросали картину, которую мы можем удержать в этом определенном освещении. Но сказанное мной в отношении различных точек Земли опять-таки действительно лишь длясовершенно определенного момента развития. Это действительно для того времени древнего атлантического развития, когда изопределенного пункта Атлантиды потянулись народы, переселяясь в те упомянутые точки, которые давали им возможность к образованию соответствующей расы. Поэтому в моем " Тайноведении" вынаходите также указание на то, что в древней Атлантиде из совершенно определенных центров мистерий, названных в нем оракулами Атлантиды, исходило это распределение людей по Земле, достигшеедействительно того равновесия, которое выразилось всоответственном распределении рас. В таком оракуле мистерийвсегда исследовались те истины, о которых мы говорим теперь, и вначале все ориентировалось сообразно им. Из таких центровсоответствующим образом проводилось то, чему надлежало совершиться на Земле.

Таким образом, в том потоке народов, который потянулсячерез Африку и выкристаллизовался в эфиопской расе, нам надлежит искать импульс, данный оракулом Меркурия, в котором совершенно точно наблюдалась деятельность духов Формы нормального развития - шести элоимов и Явэ или Иеговы - и вступление внее деятельности духов Формы отсталого развития, действовавшихиз центра Меркурия. В астрологическом сочетании действий этихразличных силовых центров выискивалась на нашей Земле точкаравновесия и в согласиис этим эта точка равновесия принималасьза излучающеесяначало для возникновения данной расы.

Аналогично проводилось и образование других рас. Таквозникает великая географическая карта, в которую вносятся влияния в отношении народов, пола и т. д. Эта великая географическаякарта является отбликом небесного вершения, и она возникает благодаря тому, что силы этого небесного вершения струятся на Землю, затем излучаются на нее и определяют человека.

Что мы можем сказать о человеке эфиопской, т. е. меркуриальной расы? Мы можем сказать о нем: первоначально этот человекнес в себе задатки (т. е., значит, был предопределен к этомуэлоимами) для развития в себе во всей его полноте общечеловеческого начала. Номощное влияние из центра Меркурия духовФормы отсталого развитияварьировало человека настолько, что в результате возникла эфиопская раса. Аналогичное произошло и с каждой иной расой. Эта изогнутая линия, которуюя вам начертил несколько дней тому назад, возникла лишь благодаря тому, чтодвижения народов совершенно определенным образом были ведомы из такого первоначального центра. Вы, значит, должны себе представить излучения духов Формы, исходившие из центра. Наличиетакого центра мы должны отнести к определенному времени древнейАтлантиды; и мы встречаем тогда тот принцип, который, погружаясь в атлантический континент, влияет на него таким образом, что души людей подпадают господству соответствующих духов Формы отсталого развития.

Этим была положенавеликая основа к возникновению народов, и силы, образующие человека, он должен искать, обращая свой взор в бесконечные дали небесного пространства, но только этисилы формируют его в их обратном излучении из Земли. Обращая свой взор к нормальным духам Формы, к элоимам, он взирает ктем, кто, собственно, делает его человекомобращая же его ктому, что централизовано вединичных планетах, - помимо Солнца и Луны, - он взирает к тем, кто делает его представителем определенной расы.

Каким же образом работают в человеке и над человеком этирасовые духи? Они работают очень своеобразным образом, как бы"проваривая" его силы вплоть до физического тела. Вы уже знаете, что то, что мы называем четырьмя членами человеческогосущества, проецируется, отображается в соответствующих частяхфизического тела. Т. е., мы можем сказать: то, чем является Я, находит свой отблик в крови; то, чем является астральное тело,

В нервной системе; то, чем является эфирное или жизненное тело, - в системе желез; и лишь физическое тело является самобытийным, является отбликом своего собственного существа, которое длясовременного человека в самом себе несет свои замкнутые законы. Итак, Я находит свой отблик в крови, астральное тело - в нервной системе, эфирное тело - в железах.

Эти духовные существа, которые для создания его расового характера "варят" в человеке, сначала еще не могут сразу и непосредственнодействовать на высшие части его существа. Они "варят" сначала в этих отбликах высших членов, проецируемых в физическое тело. Вступить в физическое тело им не удается, нозато они варят в трех других членах: в том, что является отбликом Я, - в крови; в том, что является отбликом астрального тела, - в нервной системе; в том, что является отбликом эфирноготела, - в системе желез. В этих трех системах, принадлежащихфизическому телу, но являющихся отбликами высших членов, варят расовые духи, духи Формы отсталого развития.

Отсюда вы видите, чтофизическое тело человека определеноизнутри, что эти различные духовные существа захватывают теэлементыв физическом теле, которые являются проекциями, тенеобразами высших членов. Что, например, захватываетМеркурий(я говорю "Меркурий", суммируя то, что как духи Формы отсталого развития находится на Меркурии)? - Он захватывает, действуясообща с другими, именно систему желез. Он варит внутри системы желез и здесь изживаются силы, возникающие благодаря этомуперевесу меркуриальных сил, деятельных в эфиопской расе. Все, что снабжает эфиопскую расу ее особыми признаками, происходитоттого, что в железах данного человека варят и клокочат силыМеркурия. Этим "вывариванием" общий, однородный человеческийоблик приводится к облику эфиопской расы - с кожей черного цвета, ворсистыми волосами и т. п. Это изменение общего человеческогооблика идет, значит, со стороны этих сил.

Переходя теперь далее, в Азию, вы встречаете нечто сходное, что можно было бы обозначить как силы Венеры, т. е. анормальное образование духов Формы. Этисилы Венеры действуют, избирая целью их атаки преимущественно то, что мы называем отбликом астрального тела: в нервной системе. Но они духиВенеры - действуют на нервную систему особенным образом, не прямо. Дело в том, что на нервную систему можно влиять двумя.

Путями. Один - окольный путь - через дыхание. Когда особеннодействуется на дыхание, то в системе дыхания и нервной системечеловека само-по-себе устанавливается это влияние и дает человеку определенную Форму. Этот путь избирают духи Формы отсталогоразвития, которых мы можем назвать существами Венеры - какраз в малайской расе, в расах желтого оттенка южной Азии и всторону Малайского архипелага. Как в эфиопской области распростирается человечество желез, так в этих азиатских областях - такое человечество, в котором духи Формы отсталого развитиядействуют на нервную систему через дыхание. Это действие внервной системе происходит, значит, окольным путем через дыхательную систему. В нервной системе вываривается то, что в особых видоизменениях дает человечество более или менее желтых оттенков. Вызываемое этим превращение выражается, главным образом, в той нервной системе, которую мы обозначаем "солнечным сплетением", собственно, значит, не в высшей нервной системе, а втой ее таинственной области, которая идет - разветвляясь затем- различнейшим образом - двумя вервиями параллельно спинномумозгу. Итак, окольным путем через систему дыхания влияние сказывается в той нервной системе, которая в нашем смысле не относится еще к высшей духовной деятельности. Глубоко в подсознательном организме происходит брожение этих сил Венеры, действующих в этой расовой части человечества.

Задержимся теперь на широких монгольских равнинах. Это равнины, на которых преимущественно действуют те духи Формы, которые набирают окольным путем через кровь. То, что вызывает изменение в человечестве, определяя его расовый характер, "вываривается" здесь в крови. Нечто очень своеобразноевысказывается втой монгольской расе. В кровь здесь вступают духи Марса. Но они работают в крови совершенно определенным образом, будучи всостоянии противодействовать шести элоимам, соединенным на Солнце. Итак, они противодействуют этим шести элоимам в монгольскойрасе. При этом они производят совсем особую атаку в другую сторону, в сторону Явэ или Иеговы, который выделил поле своей деятельности из поля деятельности шести элоимов. Но помимо этой деятельности духов Марса, шести элоимов и Яве, результатом которойявляется монгольская раса, происходит еще нечто особенное. И в этом ином случае мы должны сказать: если монгольская раса вызывается влиянием шести элоимов с Солнца, Яве с Луны и противодействием им духов Марса, то этоиное, особенное влияние сказывается в том, что из лунного направления силыИеговы, встречаясь с духами Марса, как раз сочетаются с ними и действуют сними сообща, вызывая этим, опять-таки, соответствующее особоеизменение в человечестве. Из оккультнейшихглубин вам освещается здесь такое изменение в человечестве, которое приводит ксемитизму. В семитизме перед вами такая разновидность общегочеловечества, которая вызвана своего рода замыканием Иеговы от других элоимов и его сотрудничеством с духами Марса, благодарячему он предрасполагает этот народ к особенному характеру. Теперьвы поймете и то особенное, что заложено в семитском народе и его миссии. Писавший библию мог в некотором отношении с глубоким оккультным смыслом сказать, что Явэ или Иегова сделалэтот народ свои избранным; если же вы примете во внимание ещеи то, что в данном случае происходит сотрудничество с духамиМарса и что духи Марса атакуют преимущественно кровь, то выпоймете также, почему для семито-еврейского народа такую исключительную важность представляет непрерывное влияние крови в роду, от поколения к поколению, и почему в семитском народе богЯвэ обозначает себя богом, вершащим в крови Авраама, Исаака, Иакова и т. д. Это путь струениякрови во всех этих поколениях. Когда Яве определяет себя: "я есмь бог Авраама, Исаака и Иакова, то он говорит: " я вершу в вашей крови". Действующее в крови, как бы воинствуюшее в крови сотрудничество с духами Марсаэто, одна из мистерий, которые глубоко вводят нас в мудрое водительство всем земным человечеством.

Итак, вы видите, что на кровь людей влияется двояким образом, и этим влиянием на кровь возникает два расовых образования: с одной стороны, все то, что мы называем монгольской расой, с другой - то, что мы можем, отнести к семитам. Без этой великой, исполненной бесконечного значения полярности в человечестве нам не понять, глубин народных душ.

Проследим далее, как варят и клокочат в человеке духи, существа, сконцентрированные на Юпитере. В их атаке они избирают второй путь: путь непосредственного влияния на нервную систему. На нервную систему можно влиять через органы чувственныхвосприятий и окольным путем - через дыхательную систему на солнечное сплетение. Атака, идущая от Юпитера, идет путем чувственныхвпечатлений и через них струится в те части нервной системы, которые сконцентрированы в головном и спинном мозгу. Силы, особенно определяющие расовый характер, струятся - в тех расах, которыепринадлежат человечеству Юпитера - в эту область. Это более или менее определяет арийские малоазиатские и европейскиенароды, - тех, кого мы относим к кавказской расе. В данном случае человеческое начало подвергается изменению со стороны духовФормы отсталого развития тем, что эти отставшие духи, которыхмы можем обозначить как духов Юпитера, влияют на органы чувственных восприятий. Итак, образование кавказской расы идет состороны органов чувств. Теперь вы поймете, что такой, отменнои сознательно стоящий под влиянием Юпитера или Зевсанарод, как греки, которые чувствуют себя средоточием влиянияЗевса, выдающимся образом предопределяются тем, что струитсячерез органы чувств в нервную систему. Конечно, греки подверженытакже и солнечным излучениям элоимов, но положение было таково, что у греков все переживания, связанные с органами чувственных восприятий, происходили в самоотдачеЮпитеру или Зевсу, и этим этот народ достиг своего величия. Во всякой видимойими внешней форме, внешней жизнигреки находят глубокий смысл. В чувственно-воспринимаемом они видят духовное и этим становится основным народом в области создания всей скульптуры, основным народом всякого внешнего оформления. Этим мы указали уже и на совсем особую миссию греческого народа, превосходным образом представлявшего собой народ Юпитера или Зевса, народа, который чувствовал себя народом Зевса и в то время, когда благодаря наступившей тогда звездной констелляции произошло совсемособое сочетание деятельности сил Зевса или Юпитера с общимисилами элоимов. Все малоазиатские и особенно европейские народы являются, в сущности говоря, разновидностями этого влиянияЮпитера, и вам не трудно понять, - ибо у человека много органовчувственных восприятий, - что могут возникнуть много такихразновидностей, и что для образования в лоне этой основной расы единичных народов, которые формируются силой влияния этихорганов чувств на нервную систему, тот или иной орган восприятия достигает господства над другим. Благодаря этому различные народы принимают различный облик. В зависимости от того, глаз ли, ухо или иной орган чувства господствует над другим, - соответственно этому различные народы предрасположены к томуили иному особому народному проявлению в пределах расовогохарактера. Отсюда для них вырастают совершенно определенныезадания. Особое задание кавказской расы - Это путем чувственновоспринимаемого прийти к духовному, потому что она организована в сторону органов чувственных восприятий.

И опять здесь нечто, что подводит к глубинам оккультизма и что показывает вам, что народы, стоящие, так сказать, под знаком Венеры, главную исходную точку - также и в оккультном обучении - должны брать там, где важнейшим является дыхание. И, напротив, на Западе исходной точкой должно быть углубление иодухотворение того, что находится в чувственном мире. У народов, расположенных к Западу, это заложено в принципе ступеней ихвысшего познавания: в имагинации, инспирации и интуиции, и находится как раз в линии первичного влияния на их характер духаЮпитера. Поэтому в эволюции человечества всегда существовали эти два центра: центр, которым, так сказать, управляли большедухи Венеры, и центр, которым больше управляли духи Юпитера. Духи Юпитера особенно наблюдались в тех мистериях, в которых - как это известно тем, кто принимал участие в моем прошлогоднем цикле лекций в Мюнхене*, - под конец встретились три индивидуальности, три духовных существа: Будда, Заратустра или - по своей более поздней инкарнации - Заратос и тот великий вождь человечества, которого мы именуем Скифианом. Этот коллегиум, под руководством одной еще более великой индивидуальности, поставил себе заданием исследование таинственных сил, которые должны быть развиты для эволюции того человечества, исходный пункт которогопервоначально был связан с силами Юпитера и был заранее предопределен на уже упомянутой географическойкарте Земли.

И, наконец, на систему желез, но только в обход через вседругие системы, действует то начало, которое мы отмечаем какдухов Формы отсталого развития, сконцентрированных на Сатурне. Здесь, во всем том, что нам надлежит отметить как расу Сатурна, во всем, что мыотносим к сатурническому характеру, мы должныискать нечто, что замыкается в себе, что приводит к сумеркамчеловечества, что приводит его развитие к концу, причем к действительному концу, к умиранию. Каким образом сказывается влияние на систему желез - это мы видим на индейской расе. Здесь причина ее смертности, ее исчезновения. Влияние Сатурна, проходячерез все другие системы, сказывается под конец на системе железвыделяя наиболее черствые, жесткие части в человеке; можно сказать, что это вымирание состоит в своего рода окостенении, как это, впрочем, отчетливо сказывается и во внешности. Взглянитена изображения древних индейцев - и изложенный процессупадка расы станет для вас убедительным. В такой расе сталосовременным - в совершенно особенном виде стало современным - все то, что существовало в сатурническом развитии; затем этостянулось, ушло в самое себя и оставило человека одним с егочерствой, крепкой костной системой, привело его к умиранию. "Это действительно оккультное действие ощущаешь, когда еще в: девятнадцатом веке видишь, какпредставитель этих древних индейцев говорит о том, что живет в нем, что некогда было великим, исполненным для людей мощью, но что не смогло следовать дальнейшей эволюции. Существует прекрасное описание сцены, где вождь, вымирающих индейцев стоит перед европейским пришельцем. Подумайже, что идет от сердца к сердцу, когда два таких человека стоятдруг перед другом: встреча людей, пришедших из Европы, с людьми, которые при распределении рас в седой древности ушли на Запад. Все великое атлантической культуры перенесли индейцы наЗапад. Что же было для индейца самое великое? Это было еще жившее в нем чаяние древнего величия и великолепия той эпохи, которая существовала в период древней Атлантиды, когда еще слабо было начинавшееся расщепление рас, когда люди, обращая свой взорк Солнцу, еще были в состоянии воспринимать проникающимичерезморе тумана духов Формы. Через море тумана атлант обращал свойвзор к тому, что для него не разделялось на шестиричносгь илисемиричность, но что действовало воедино. Это слитное влияниесеми духов Формы он называл великим духом, который открывался человеку древней Атлантиды. Поэтому он не воспринял влияниетого, что вызвали духи Венеры, Меркурия, Марса и Юпитера на Востоке и благодаря чему образовались всете культуры, которые достигли своего расцвета в Европе в середине девятнадцатого века. Он, сын коричневой расы, не прошел через все это. Он крепко придерживался великого духа седой древности. Теперь, когдаему был показан лист бумаги со многими маленькими знаками, буквами, в которых он ничего не понял, - перед его взором, выступило то, чего достигли другие, которые в той седой древности тоже воспринимали великого духа. Все это было ему чуждо, но в своей душе он еще нес великого духа. Слова его сохранилисьдля нас; они показательны, т. к. они указывают на приведенноенами, и они, приблизительно, следующие: " В этой земле, которуюпопирают ноги преодолевших нас, похоронены останки моих братьев. Почему наши покорители смеют шагать по могилам моих братьев? Потому что они владеют тем, что делает великим белого человека. Коричневого человека делает великим другое. Его делаетвеликимвеликий дух, который говорит к нему в веянии ветра, в шелестелеса, в волнении вод, в журчанииключа, в молнии и громе. Этодух, который говорит нам истину. О, великий дух говорит истину! Ваши духи, которых вы имеете здесь, на бумаге, и которые выражают то, что велико для вас, они не говорят истины". Так говорилглава индейцев со своей точки зрения. Великому духу принадлежит, коричневый человек; бледный человек принадлежит духам, которыемаленькими, "черными, карликообразными существами - он имел в виду буквы - прыгают по бумаге; они не говорят правды. - Это - всемирно-историческим диалог, происшедший между покорителями и последним из больших вождей коричневых людей. Здесь мы видим, что принадлежит Сатурну и его влиянию и что возникает на Земле из взаимодействия с другими духами в тот момент, когда встречаютсяоба направления.

Итак, мы увидели, каким образом элоимами или духами Формынормального развития к поверхности нашей Земли привлекается все человечество, как затем из общей человеческой массы, из общего потока человечества подымается то, что является пятью главными расами развития людей, и как эти расы связаны с предводительствующими духами из ряда духов Формы отсталого развития, которых мы должны обозначить именами, заимст