Мифы и легенды народов мира. Легенды и предания древней Индии.

Щедрый скряга.

Жил-был в Раджгире торговец по имени Махаджани, проповедовавший трезвый образ жизни.

– Никогда в жизни, – клялся он, – я не возьму в рот ни капли спиртного.

Трезвенником он был вовсе не по религиозным соображениям, а по одной простой причине: будучи невероятно богатым, Махаджани был столь же невероятным скрягой.

«Если я налью себе, – думал он, – другие непременно захотят присоединиться, а всех поить никаких денег не хватит».

От одной мысли о «других» у Махаджани сжималось сердце, и немудрено – ведь он был главой гильдии, а стало быть, приятелей и коллег у него было много.

– Поить всех за свой счет, – бормотал он себе, – это же сущее разорение.

Отец Махаджани, добрый человек, оставил сыну баснословное состояние. Благодаря этому наследству и всеобщему уважению, которым пользовался отец, вскоре после его смерти Махаджани избрали главой гильдии. В тот день жена Махаджани сказала мужу:

– Дорогой, двери дома главы гильдии должны быть открыты для людей. Время от времени мы должны приглашать в гости членов твоей гильдии и их жен, а также других важных людей.

– Только через мой труп, – холодно ответил Махаджани. – Пока я жив, даже не думай зазывать кого-то сюда. Все эти увеселения лишь опустошают кошелек. А я этого не люблю.

Жена запротестовала. Она напомнила Махаджани, что, когда его отец был жив, все было по-другому.

– Ведь тогда ты не чурался развлечений, – сказала она.

– И когда ты только поумнеешь? – фыркнул Махаджани. – Тогда я вынужден был притворяться, что мне нравится все, что делает старик. Я знай себе помалкивал. Иначе – кто знает? – он мог лишить меня наследства и оставить все свое состояние городу или гильдии. Сейчас дело другое – я не желаю просаживать деньги на всякие вечеринки и прочую чепуху.

Жена Махаджани промолчала. А что еще она могла сделать? Она восхищалась многими добродетелями своего свекра и больше всего его искренней щедростью и гостеприимством. Поэтому она очень расстроилась, слыша рассуждения супруга.

Со временем скупость Махаджани только возрастала. Однажды он заявил жене, что отныне она должна печь пудинг без изюма.

– А что не так с изюмом? – удивилась жена.

– Из винограда делают вино, – ответил муж, – а что такое изюм? Это высушенный виноград. Я знаю людей, пристрастившихся к виноградному вину. Это настоящие пьянчуги. Поэтому не спорь со мной – отныне никакого изюма. Кроме того, он стоит кучу денег.

Несколько дней спустя Махаджани заявил, что финики хуже самых опасных наркотиков, ведь финиковое вино погубило немало достойных торговцев.

– Вино превратило их в свиней, – сказал Махаджани. – Теперь они проводят все свое время в компании таких же пьяниц, как они сами. Мне становится дурно при одном взгляде на финики. К тому же они стоят кучу денег.

Таким образом Махаджани каждый день вычеркивал из меню какой-нибудь продукт. Все с большей неохотой он выдавал жене деньги на хозяйство и даже сократил ее карманные расходы. Испугавшись, что муж сходит с ума, бедная женщина заложила некоторые из своих украшений, чтобы посоветоваться с известными специалистами по умственным расстройствам по поводу скупости своего супруга.

– Когда мы поженились, – всхлипывала женщина, – он таким не был. Тогда он был очень похож на своего отца – такой же веселый и щедрый. Каждый день он покупал мне подарки и всегда помогал нуждающимся. А сейчас муж совершенно переменился. Он больше не смеется и перестал давать мне деньги. Что с ним происходит? Для кого он копит все это богатство? У нас нет детей.

Затем женщина поведала, что Махаджани нарушил традиции своего рода, основанные еще его предками, которые раздавали милостыню неимущим. Он выгонял за ворота нищенствующих монахов.

– И это в доме, – продолжала женщина, – откуда никто никогда не уходил с пустыми руками! Сейчас его интересует только золото, и ничего, кроме золота. Однажды он обменяет на золотые слитки сам дом. Откуда такое ненасытное стремление к накопительству?

Специалисты задали женщине еще несколько вопросов, а затем, посовещавшись между собой, заявили:

– Твоего мужа укусил золотой жук. У нас нет лекарства, которое могло бы исцелить его. Если хочешь, можешь пожаловаться королю.

– В том-то все и дело, – прошептала женщина, вытирая глаза. – Я не хочу скандала.

Что касается работы, Махаджани выполнял ее так же хорошо, как и прежде. Только самые близкие ему члены гильдии заметили некоторые странности: при заключении сделок Махаджани проявлял все большую безжалостность, а рабочий день его становился все длиннее.

Однажды с Махаджани произошло нечто необычное. Он возвращался домой из летнего дворца, где король давал аудиенцию. Проходя мимо полуразвалившегося трактира, он увидел деревенского парня. Тот весело смеялся и напевал себе под нос:

Пью, когда хочу,
И пою, когда хочу.

– Вот странно! – сказал себе Махаджани. – Судя по виду этого человека, он беден как церковная мышь, еле сводит концы с концами, а посмотри-ка – смеется и распевает веселые песни. Что-то тут не так. У него наверняка где-то припрятана куча золота, может быть, она даже больше моей. Но как, как ему удалось добыть такое богатство? Откроет ли он мне свой секрет?

Махаджани завистливо вздохнул и остановился, глядя на человека. Судя по всему, тот явился издалека – он был покрыт пылью с головы до пят, а вместо одежды были лохмотья. Рядом с ним лежали корзины и бамбуковый шест. По всему видно было, что человек этот – простой носильщик, устроивший себе короткий отдых на обочине. Он то и дело наподнял свою кружку дурно пахнущим напитком из кувшина, закусывая издающей столь же неприятный аромат сушеной рыбой, и, судя по всему, получал от этого удовольствие.

Удивление Махаджани все возрастало.

«Может быть, – думал он, – это изменивший свой облик Кубера, бог богатства. Пути богов неисповедимы. Он появляется в самых неожиданных местах, чтобы помочь тем, кто этого заслуживает. Говорят же – внешний облик обманчив. Самый богатый джайн, которого я знаю, ходит босиком, а из одежды на нем – одна набедренная повязка. Может, этот человек и выглядит как простой носильщик, но я уверен, что он им не является. Иначе разве стал бы он распевать веселые песни».

Махаджани приблизился к бедняку и почтительно поклонился. Носильщик жестом пригласил Махаджани присесть рядом и отведать его напитка. Наш глава гильдии заколебался. Увидев это, носильщик весело пропел:

Холла хо! Холла хо!
Посмотрите-ка на этого бирюка!

Неумеренную веселость подвыпившего носильщика наш скряга истолковал в свою пользу. Наверняка бог Кубера хочет помочь ему, подумал Махаджани. И снова поклонившись носильщику, он спросил, есть ли в этом мире что-то дороже золота.

– Домашнее пиво, – ответил носильщик, – а уж после пива – золото.

– Но где же отыскать золото?

– Да прямо тут, – ответил захмелевший носильщик, растянувшись на скамейке и устало зевнув. Прежде чем уснуть, он пробормотал что-то о прелести сельской жизни и о том, что в городе немудрено заблудиться. – А горожане, – прибавил он, – все поголовно плуты и мошенники.

Махаджани поспешил домой.

– Что случилось, дорогой? – встревоженно спросила жена. – Почему ты так поздно? Ты такой бледный! Тебе нездоровится?

Но Махаджани лишь невнятно пробормотал что-то и попросил оставить его в покое. Он удалился в свою комнату, лег на постель и принялся стонать.

– Что с тобой? – не унималась жена. – Хочешь, я помассирую тебе спину? Может быть, у тебя опять приступ ревматизма?

– Прошу тебя, женушка, – простонал Махаджани, – принеси мне домашнего пива. Я уверен, оно исцелит меня.

Эта просьба буквально ошеломила женщину. Она не поверила своим ушам. Но Махаджани все повторял и повторял свою просьбу, и жена разрыдалась: у нее не было денег даже на еду, а муж хочет, чтобы она отправилась в какой-то трактир за пивом! Что же ей делать?

– Это слова самого бога Куберы, – твердил Махаджани, – мы должны последовать его совету. Пожалуйста, сделай так, как я прошу. Это очень серьезно. Ради всего святого, не трать время напрасно.

Чем настойчивее Махаджани спроваживал жену в трактир, тем больше она медлила. Ей казалось странным, что муж решил испробовать для лечения ревматизма такое странное лекарство. Раздраженный муж повторил, что сам бог богатства посоветовал ему выпить кувшин пива близ старого трактира на окраине Раджгира. Поскольку сам он не решается отправиться за пивом из опасения, что кто-нибудь увидит его на улице со спиртным, жена должна купить пива и поставить кувшин под акацией.

– Если тебе хоть сколько-нибудь дорог твой муж, ты немедленно пойдешь и купишь пива, – втолковывал жене Махаджани. – Спрячь кувшин в кустах возле акации. Старый трактир найти легко.

Не давая жене вымолвить хоть слово, Махаджани выпроводил ее из дома.

– Если ты не поспешишь, – сказал он, – Кубера откроет свой секрет кому-нибудь другому, и мы лишимся богатства. Я уверен, что стоит мне выпить кувшин пива и съесть пару сушеных рыбин, бог покажет мне место, где спрятано сокровище. Возьми деньги и, прошу тебя, нигде не задерживайся по пути, не вступай в разговор с этой болтушкой, женой нашего соседа. И кстати, сдачу можешь оставить себе, купишь какое-нибудь украшение.

«Это просто безумие», – подумала про себя жена Махаджани, но сделала так, как велел ей супруг.

Спустя некоторое время Махаджани, выпив крепкого пальмового вина, отправился прямиком в летний дворец короля. Поскольку он был уважаемым главой гильдии, о его приходе тут же доложили королю, и тот сразу принял Махаджани.

– Что привело тебя сюда в неурочный час, глава гильдии? – спросил король.

– Я пришел, государь, потому что очень обеспокоен. Я не сплю ночами: в моем доме лежит груда золотых слитков. Я хотел бы отдать золото вам, и чем скорее это будет сделано, тем лучше. Соблаговолите приказать, чтобы его немедленно перенесли в королевскую сокровищницу.

– О нет, – сказал король, ибо из государственных соображений он не мог взять золото. Поблагодарив Махаджани, король предложил ему использовать свое сокровище так, как тот сочтет нужным. Отец Махаджани щедро жертвовал деньги на благотворительность, и сын мог бы поступить так же. – Я очень ценю ваше предложение, – добавил король, – и, хотя я не могу принять ваш подарок, все равно хочу поблагодарить вас.

– Как будет угодно вашему величеству, – ответил Махаджани. – Я принял решение: этот миллион я раздам нуждающимся. Глашатаи сегодня же возвестят об этом.

Вернувшись домой, Махаджани созвал всех своих слуг, привратников, садовников и объявил, что если какой-либо человек, похожий на него, Махаджани, явится в дом и объявит себя их господином, его следует хорошенько поколотить и выбросить вон.

– Наверное, вам трудно в это поверить, – сказал Махаджани, – но уверяю вас, этот тип хитер как лиса. Он во всем походит на меня, копирует мои жесты, мою походку. Не дайте этому наглецу обмануть себя.

– Но кто же он? – спросили удивленные слуги.

– Должно быть, это безработный актер. Я заметил его отражение в зеркале в королевском дворце. Он стоял позади меня, словно тень. Но когда я обернулся, чтобы разглядеть его, он исчез, спрятался за колоннами.

Затем Махаджани поднялся на второй этаж и приветствовал жену лучезарной улыбкой.

– Дорогая, – сказал он, – я больше не бледен как полотно, не правда ли? Я был только что в летней резиденции его величества, он дал мне разумный совет: лучшее лекарство от скупости – щедрость. Что ты об этом думаешь?

– Ты можешь позволить себе быть щедрым, – ответила жена. – Можешь поделиться с другими частью своего богатства. Ведь ты – богатейший глава гильдии в Раджгире.

– Приятно слышать, что ты разделяешь мое мнение. На некоторое время я уеду в наш загородный дом, переодевшись простым носильщиком, а ты останешься здесь и будешь приглядывать за тем, как идет раздача денег нуждающимся. Так велел бог Кубера, и я не могу его ослушаться. Кроме того, ты и раньше часто оставалась дома одна.

Жена удивилась, услышав про очередную причуду супруга, но согласилась присмотреть за раздачей денег.

– Пошлите за глашатаями, – велел Махаджани слугам. – Пусть они под бой барабанов возвестят, что любой может прийти в мой дом и взять все, что хочет. А я уеду на несколько дней.

Вскоре дом Махаджани окружила целая толпа. Люди уносили богатые дары целыми мешками.

Среди тех, кто явился к дому главы гильдии, был арендатор Махаджани – крестьянин, живший на его земле. Он просил пару бычков и повозку, но получил, к своему удивлению, не только это – повозка была доверху нагружена мешками с зерном. Щедрость хозяина поразила его. Возвращаясь домой, он громко повторял:

– Долгих лет жизни тебе, добрый господин Махаджани! Благодаря твоей щедрости я буду жить в достатке. Чьими были эти прекрасные быки? Твоими. Кому принадлежала эта повозка? Тебе. Не мать и не отец дали мне мешки с зерном. Нет, источник моего богатства – только ты, мой господин Махаджани!

Случилось так, что эти слова достигли ушей Махаджани, прогуливавшегося возле своего загородного дома. Он надеялся, что свежий воздух избавит от головной боли, мучавшей его после крепкого пальмового вина.

– Почему этот человек все время повторяет мое имя? – удивился Махаджани.

Затем он с трудом вспомнил, что, будучи под хмельком, явился в королевский дворец и предложил королю забрать золото.

«Может быть, король раздает теперь мое богатство людям?» – подумал Махаджани и решил обратиться за объяснением к крестьянину.

– Объяснение? – воскликнул негодующий крестьянин. – Кто ты такой, чтобы требовать объяснений? Ступай прочь, пьяница! И не пытайся выдавать себя за главу гильдии Махаджани! Я все про тебя знаю. Ты, может, и хитер как лиса, но меня тебе не обмануть.

– Почему ты решил, что я не Махаджани? – спросил Махаджани.

– Повтори это в королевском дворце, и тебя мигом упрячут в тюрьму! Я знаю, ты – актер, оставшийся без работы, мошенник и самозванец. – Погрозив Махаджани кулаком, крестьянин повторил: – Самозванец! Ты следишь за моим господином, подражаешь его жестам и походке и даже говоришь таким же голосом. Ступай прочь!

Но Махаджани не двинулся с места. Признав своих лучших быков и свою повозку, он с криком схватил животных за упряжь:

– А ну-ка стой! Это же мои лучшие быки, и повозка тоже моя.

Услышав это, крестьянин задал ему взбучку, крича, что не позволит обмануть себя подлому самозванцу. Наконец, он оттолкнул Махаджани прочь.

Поколоченный Махаджани поплелся в город. Здесь он увидел людей, мешками выносивших из его дома добро. В отчаянии Махаджани бегал возле дома, хватая то одного человека, то другого.

– Что же это творится?! – кричал он. – Грабят средь бела дня!

Но люди лишь отвешивали ему тумаки, называя обманщиком, плутом и самозванцем.

Покрытый синяками и грязью, Махаджани устремился в дом, но на пороге был остановлен привратником.

– Эй, ты! Куда это ты направляешься? – спросил тот.

– В свою комнату, – ответил Махаджани.

– Посмотрите-ка на этого нахала! – воскликнули слуги. – Он хочет проникнуть в дом нашего господина.

Затем они, осыпая Махаджани проклятиями, выбросили его за ворота.

Хромая, Махаджани приплелся в королевский дворец. Поклонившись королю, он воскликнул:

– Ах, ваше величество, зачем вы повелели разорить меня? Почему вы разрешили людям разграбить мой дом? Весь Раджгир сегодня побывал там.

– Нет, Махаджани, – ответил король. – Это не я, а ты решил отдать свое золото нуждающимся. Разве ты забыл, что я отказался взять твой миллион и ты послал глашатаев объявить, что каждый может прийти в твой дом и взять все, что пожелает?

Махаджани смутился. Он напряг память, пытаясь вспомнить все, что делал после того, как встретил носильщика у старого трактира.

– Государь, – наконец сказал он, – вы хорошо знаете, что я славлюсь своей бережливостью. Я и с одной монетой не смог бы расстаться. Разве похоже все это на меня? Выбросить миллион на ветер, отдать его лентяям и пьяницам. Я уверен, это сделал мой двойник. Он ввел вас и всех остальных в заблуждение. Я никогда не приказывал отдать свой дом на разграбление.

– А ты уверен, – спросил король, – что ты и есть настоящий Махаджани, а не его двойник?

Охваченный подозрениями, король велел заключить Махаджани под стражу и приказал позвать его жену, чтобы она опознала мужа.

Бедный глава гильдии задрожал. Он взглянул на свое отражение в дворцовых зеркалах и ужаснулся – теперь он и сам себя едва ли узнал бы: волосы растрепаны, глаза покраснели, весь покрыт грязью, а вместо одежды – лохмотья.

«Если бы матушка была жива, – подумал Махаджани, – то и она бы не узнала меня! Что будет, – размышлял он, – если жена заявит, что я – самозванец? Что станет с моим богатством? Не стану ли я одним из попрошаек Раджгира? Можно ли спасти мое состояние?» – такие мысли мучали Махаджани. Наконец силы его покинули и он погрузился в забытье.

Придя в себя, он увидел склонившуюся над ним жену.

– Подтверждай все, что я буду говорить королю, – шептала она, – и пообещай, что больше никогда не прикоснешься к крепким напиткам.

Махаджани охотно согласился.

Тогда находчивая женщина заявила, что перед ней не кто иной, как ее законный супруг Махаджани, глава гильдии, щедрый человек, всегда готовый помочь нуждающимся.

– А я, – продолжала жена Махаджани с притворным вздохом сожаления, – очень вспыльчивая женщина. Мои капризы вывели мужа из себя. Он хочет… всегда хотел отдать половину своего богатства. Но я со своей скупостью сдерживала его. Это по моему совету он рассказал всем историю про самозванца. Теперь же я раскаиваюсь в своей глупости. Отныне пусть станет известно, что двери нашего дома открыты для всех, а я с радостью помогу всем нуждающимся. Мой муж достаточно богат и может позволить себе отдать миллион. С благословения бога Куберы и с вашего разрешения мы отдадим и больше. Нас только двое – мой муж и я, что нам делать с богатством, если не поделиться им с остальными?

Махаджани кивнул, подтверждая слова жены.

– Что ж, госпожа, – сказал король, – вы поступили правильно, решившись на такое признание. Что до вашего мужа, в будущем все будут звать его Махаджани Щедрый.

Так оно и случилось: скряга стал щедрым. Со временем супруги поверили, что у старого трактира Махаджани действительно встретил бога Куберу, принявшего облик простого носильщика. Благодаря этой встрече жизнь их изменилась, в семье воцарились мир и любовь. Может быть, они не так уж и не правы…