Мифы и легенды народов мира. Легенды и предания древней Индии.

Гокул-трудяга.

Хотя Гокул-трудяга жил в деревне неподалеку от Бенареса, он никогда не бывал в этом священном городе на реке Ганг. Ему даже не приходила в голову мысль выйти за пределы деревни или поля, которое он обрабатывал.

– Это же ненормально, – говорили его друзья и обвиняли надзирателя в том, что он слишком мало платил Гокулу и тот не мог позволить себе время от времени повеселиться в городе.

– Это не моя вина, – оправдывался надзиратель. – Гокул предпочитает получать плату не деньгами, а вещами и продуктами.

И это была правда: Гокул упрямо желал получать плату за свой труд зерном и полотном в количестве достаточном, чтобы прокормить и одеть семью и его самого. Когда Гокулу что-то требовалось, он предпочитал получать желаемое путем обмена.

– В городе, – объяснял надзиратель, – все хотят получать за свой товар только деньги, а наш Гокул, боюсь, давно позабыл об их существовании. Он, наверное, не помнит, когда в последний раз монету в руках держал. Знаете ведь его присказку: слова «богатство» и «бедность» с одной буквы начинаются. Я же не могу заставить его измениться.

– Но тебе все равно придется что-то придумать, – настаивали друзья Гокула. – Он здоров и силен, но если не будет время от времени отдыхать, превратится в развалину.

И вот однажды надзиратель отозвал Гокула в сторону, дал ему десять сверкающих серебряных рупий и посоветовал взять выходной.

– Что за глупость? – воскликнул, рассердившись, Гокул. – Я здоров как бык, почему вы лишаете меня работы?

– Послушай-ка, Гокул, – сказал надзиратель, – я вовсе не собираюсь лишать тебя работы. Просто ты так усердно работал, что я даю тебе в награду десять рупий и выходной. Завтра можешь не выходить в поле, иначе нам с тобой достанется на орехи от твоих приятелей.

– Но что я буду делать весь день? И на что мне потратить эти рупии?

– Ради бога, отправляйся в Бенарес и купи что-нибудь своей жене Ганге. Вот увидишь – не успеешь оглянуться, как рупии разойдутся.

Гокул поблагодарил надзирателя и вечером поспешил домой к жене.

– Посмотри-ка, Ганга, – сказал он, протягивая ей серебряные рупии. – Это для тебя!

Радость женщины не знала границ, она тут же позвала детей, чтобы и они порадовались вместе с нею.

– Теперь, – сказал Гокул, задумчиво разглядывая блестящие монеты, – нужно решить, что с этими деньгами делать. Завтра у меня выходной. Если не возражаешь, я пойду в Бенарес и куплю что-нибудь тебе и детям. Что бы ты хотела?

Ганга произвела быстрый подсчет: четвертую часть следовало пожертвовать храму, а остальное можно было пустить на подарки.

– Но какие подарки? – спросил Гокул. – Что мне купить? В Бенаресе можно найти все что угодно, хоть слона.

– Боже мой, – воскликнула Ганга, – я думала, ты уже изучил мои вкусы. Я хотела бы новое сари. Бенарес славится своим шелком, купи мне отрез самого лучшего шелка.

– А мне коня и меч! – закричал сын Сису.

– А мне, папочка, привези красный платок и золотые сандалии, – попросила маленькая дочь Бина.

– Хорошо, – ответил Гокул, целуя детей перед сном. – Завтра вечером получите свои подарки.

Хотя Бенарес был всего в паре часов ходьбы от деревни, Гокул встал на рассвете, прочел утреннюю молитву, взял крепкий посох и отправился в путь.

Первое, что привлекло его внимание в священном городе, были сверкающие купола и башни. Потом он, широко распахнув глаза, уставился на широкие каменные ступени на левом берегу Ганга. Дворцы Бенареса, казалось, были возведены не людьми, а великанами. Идя по узким улицам, обрамленным красивыми домами с балконами, он достиг храма, постоял некоторое время в благоговейном молчании, а затем набрался храбрости и спросил у почтенного служителя разрешения войти внутрь и вознести молитву.

– Войди, сын мой, – ответил старик, – и соверши свое пожертвование, ибо говорится в священных книгах: «Молитва открывает человеку путь в рай; пожертвование приводит к райским вратам, но врата эти откроются лишь человеку щедрому». Заходи, сын мой, и вознеси молитву.

Помолившись и оставив в храме деньги, Гокул отправился на большой базар за покупками. Здесь, в многоголосой толпе покупателей и продавцов, зазывал и попрошаек он совершенно растерялся. Его поразили бесконечные ряды лавок, в которых продавались товары со всего света. Гокул смотрел на все это, открыв рот, и впервые в жизни чувствовал себя невежей.

– Но что это я? – наконец очнулся он. – Тут можно и целый день простоять, глазея на все эти чудеса.

Придя в себя, он осознал, что базар таит в себе опасности – не раз и не два его чуть не сбивали с ног носильщики, нагруженные тяжелыми мешками, но хуже всего было то, что чьи-то ловкие руки постоянно шарили по его карманам. Постепенно от всей этой суеты и толчеи у него разболелась голова. Гокул решил поскорее покончить с покупками и вернуться в свою тихую деревню.

Он не мешкая зашел в лавку, возле которой были выставлены образцы шелковых тканей.

– Я бы хотел взглянуть на лучшие образцы, – сказал он. – Только учтите – шелк должен быть самым лучшим.

Продавец с удивлением посмотрел на Гокула: его акцент и внешний облик безошибочно выдавали в нем крестьянина.

«С ним я только время зря потрачу, – подумал продавец. – Нечего и надеяться продать ему что-нибудь».

Поэтому он некоторое время колебался. Однако хозяин лавки был начеку.

– Этот тип приехал из деревни, – прошептал он продавцу. – Взгляни на его одежду. Должно быть, он из зажиточных фермеров, которые никак не избавятся от привычки одеваться как простые крестьяне. Готов поклясться, что он и к королю в таком виде явится, а с китайским императором будет разговаривать так же, как с надзирателем. У таких обычно водятся денежки. Покажи ему самый лучший шелк.

Гокул осмотрел и перещупал все имеющиеся в лавке отрезы. Все они выглядели великолепно, и трудно было выбрать что-то одно. Наконец, Гокул остановил свой выбор на отрезе оранжевого шелка с золотой каймой.

– Это подойдет, – сказал он, сворачивая ткань. – Сколько вы хотите за этот шелк?

– Вы наш новый покупатель, господин, – заговорил хозяин лавки сладким голосом, – поэтому только для вас – особая цена. Мы хотели бы снова видеть вас в нашей лавке, когда вы в следующий раз почтите Бенарес своим присутствием. Может быть, вы даже окажете нам любезность и порекомендуете нашу лавку своим друзьям и родственникам. Мы возьмем с вас минимальную стоимость – всего пять тысяч рупий. Для всех остальных цена – шесть тысяч рупий. Взгляните на материал, посмотрите на изящную золотую вышивку. За нее и шести тысяч мало, а уж пять тысяч – вообще даром.

Гокула словно молнией поразило. Он медленно положил отрез на прилавок.

– Пять тысяч – это даром? Это какая-то ошибка. Вы ведь говорите про эти рупии? – спросил он хозяина, протягивая свои монеты.

Хозяин изрядно удивился. Он был человеком опытным и знал, что крестьяне любят поторговаться, но ему никогда еще не приходилось встречать человека, который бы попытался сбить цену с пяти тысяч рупий до пяти.

– Конечно, вы не про эти рупии говорили, – повторил Гокул, демонстрируя монеты.

– Да нет, как раз про эти. И скажу вам, пять тысяч – это просто даром.

– Бедная Ганга, – вздохнул Гокул, представляя, как расстроится жена. – Бедная Ганга…

– Бедная кто?

– Моя жена.

– А какое мне дело до вашей жены? – спросил хозяин лавки. По мере того как шансы заключить сделку уменьшались, тон его становился все грубее.

– Расскажу вам все как есть, – сказал Гокул. – Я работаю в поле с самого детства и до вчерашнего дня деньги даже в руках не держал. Вчера надзиратель дал мне десять новеньких рупий. Три из них я оставил в храме, а на оставшиеся семь думал купить жене сари, лошадку и меч для сына, а еще платок и сандалии для дочки. Так как же я могу заплатить вам столько денег? На что я куплю остальные подарки?

– Убирайся из моей лавки! – закричал разъяренный хозяин. – Я даром потратил время на безумца. Возвращайся к своей Ганге и детям. Купи им горсть леденцов и не показывайся мне больше на глаза.

И Гокула без церемоний выставили из лавки.

– Бесполезно учить этих торгашей хорошим манерам, – пробормотал Гокул после того, как его вышвырнули еще из двух лавок. – Они все плуты и мошенники. Но среди торговцев лошадьми должны быть порядочные люди. По крайней мере, они знают, как разговаривать с такими крестьянами, как я.

Гокул без труда отыскал лошадиный базар. Едва он заговорил о покупке лошади, его тотчас окружила дюжина торговцев. Один из них, самый крепкий и сильный, потащил Гокула осматривать своих лошадей.

– Какая лошадь вам нужна, господин? – осведомился торговец.

– Хорошая, – ответил Гокул. – Мне нужна хорошая лошадь для моего сына.

– Понимаю. Но лошадей у нас много, – сказал торговец и развернул внушительный список. Здесь были чистокровные лошади, арабские скакуны, боевые лошади, охотничьи жеребцы, скаковые лошади, тяжеловозы, кобылы, жеребята, пони, жеребцы, мерины… – Кроме того, – продолжал торговец, – вы, наверное, предпочитаете определенный окрас. Я знаю одного молодого фермера, который скорее умрет, чем сядет на лошадь чалой масти, а его сосед, напротив, предпочитает только чалых.

– Прошу вас, замолчите! – воскликнул Гокул. – Как я могу принять решение, если вы совсем запутали меня этими названиями? Дайте я сам посмотрю на лошадей.

– Эти деревенские жители здорово умеют торговаться, но деньги у них водятся, – прошептал торговец одному из своих конюхов. – Приведи-ка черного скакуна, посмотрим, что будет.

Гокул пришел в восторг от великолепного черного как ночь скакуна, прогарцевавшего перед ним, и уже собирался сказать, что покупает его, как вдруг другой торговец прошептал ему на ухо:

– Простите, что вмешиваюсь, но я хорошо знаю этого черного жеребца. Сейчас-то он хорош, а посмотрели бы вы на него в конюшне…

Этот же торговец отсоветовал Гокулу покупать чудесного белого пони с длинным хвостом. На этот раз знаток лошадей общался с Гокул ом жестами: сначала он указал Гокулу на руку конюха, на которой не хватало одного пальца, а затем ткнул пальцем в пони. Гокул сразу понял, что хотел сказать торговец – этот пони любил пускать в ход зубы, а значит, сын тоже мог, чего доброго, лишиться пальца.

От этой мысли Гокул пришел в такое расстройство, что поспешил распрощаться с хозяином пони и от всей души поблагодарил торговца лошадьми за своевременное предупреждение.

– Кусачая лошадь мне не нужна, – сказал Гокул. – Вы, видать, хорошо разбираетесь в лошадях, может, посоветуете какое-нибудь подходящее животное для моего сына?

– Я действительно разбираюсь в лошадях, – заявил торговец. – Но, сказать по правде, ни один из моих пони не подойдет для вашего маленького сына. Зато у моего кузена есть настоящая драгоценность – как раз для сынка процветающего фермера. Проблема в том, что кузен вряд ли захочет расстаться со своим пони. Впрочем, дайте-ка подумать… Его сын как раз уехал в Дели, в школу, поэтому можно попробовать уговорить кузена… Подождите тут немного, я попытаюсь помочь вам.

Гокул охотно согласился подождать. Он возблагодарил звезды за то, что ему попался такой понимающий человек.

Не прошло и минуты, как перед Гокулом появился серый пони. Он прогарцевал перед Гокулом, высоко подняв голову и развевая хвост, и сердце Гокула растаяло. Он пожелал немедленно совершить сделку.

– Дружище, – сказал он торговцу, – не будем терять время, у меня еще много дел в Бенаресе. Сколько ты хочешь за этого пони?

– С любого другого покупателя, – сказал торговец, – мой кузен запросил бы не меньше двухсот рупий, но мы ведь с тобой друзья, поэтому я уговорил его уступить тебе лошадь всего за сто девяносто рупий.

Гокул отшатнулся, пораженный.

– Да что же это такое? – пробормотал он. – Неужели и торговцы лошадьми такие же мошенники, как торговцы шелком?

И он повторил свою историю, которую до этого уже рассказывал в лавке торговца шелком.

Торговец лошадьми едва дослушал рассказ до конца.

– Повезло же мне! – вскричал он. – Только зря потратил время на такого олуха, как ты! Подумать только, я едва не поссорился с родственником, и из-за кого? Из-за тупицы, который не может отличить пони от ишака! Отправляйся к своей Ганге, купи ей ослиный хвост!

И торговец поспешил прочь, бранясь и проклиная Гокула.

А наш трудяга не знал, что ему делать. Он остановил прохожего, чтобы спросить совета, но тот оттолкнул его, закричав:

– Ступай прочь! Попрошаек в Бенаресе пруд пруди, но ты самый глупый из всех. Посмотрите-ка на него, золотые сандалии захотел!

Другой прохожий посоветовал Гокулу немедленно отправиться в сумасшедший дом. Наконец, какой-то бенаресец подсказал, где находится лавка, в которой продают золотые сандалии, но цены там оказались заоблачными.

На закате разочарованный и расстроенный Гокул отправился домой. Проходя по окраине Бенареса, он увидел монаха.

– Возлюбите ближнего своего! – кричал тот. – Тот, кто дает бедным, дает Богу! А Господь вернет сторицей!

– Послушай-ка, – обратился Гокул к монаху, – ты единственный человек в Бенаресе, с которым я хотел бы заключить сделку. Вот семь рупий. Возьми их и потрать во имя Господа, чтобы мне вернулось в тысячу раз больше – мне ведь нужна куча денег, чтобы хватило на все подарки.

И он рассказал удивленному монаху свою историю – о том, как до вчерашнего дня он и монеты в руках не держал, и о том, как надзиратель дал ему выходной.

– Вот я и подумал – отправлюсь в Бенарес, куплю подарки жене и детям.

Монах охотно взял деньги и пообещал молиться за Гокула.

– Господь вернет тебе в тысячу раз больше, – заверил он его.

Гокул вернулся домой поздно, но жена и дети не ложились спать, дожидаясь его.

– Где моя лошадка и меч, которые ты мне обещал? – спросил сын.

– А где мой платочек и золотые сандалии? – захныкала Бина.

Бедный Гокул лишь покачал головой, он не знал, что и сказать.

Ганга поняла, что с мужем что-то случилось.

– Уже поздно, – сказала она детям, – ступайте спать. Лавки в Бенаресе не такие, как у нас в деревне. В Бенаресе люди не носят с собой покупки. В каждой лавке есть носильщики, они приносят тебе домой то, что ты купил. Через несколько дней они приведут коня и принесут все остальное. А теперь бегом в постель!

– Что произошло в Бенаресе? – спросила Ганга, когда дети ушли. Она внимательно слушала рассказ мужа и согласно кивала, одобряя все действия Гокула до того момента, когда он начал рассказывать о своей встрече с монахом. – Не хочешь же ты сказать, что отдал ему все оставшиеся деньги? – воскликнула она.

– Я сделал это во имя Господа, – ответил Гокул. – В Бенаресе полно мошенников, а этот монах был единственным честным человеком. Он пообещал, что мне вернется в тысячу раз больше, чем я отдал. Чего же ты еще хочешь?

– Ты с ума меня сведешь, – простонала Ганга. Ее участь, жаловалась она, была куда тяжелее участи остальных женщин – ведь ей достался в мужья такой простофиля. С его стороны было сущей глупостью брать плату за свой труд пищей и холстом. Полжизни она потратила, обменивая зерно и холст на нужные в хозяйстве вещи. Нелегко заботиться о доме при таких обстоятельствах. А если муж думает по-другому, то она готова поменяться с ним местами – пусть он присматривает за домом, а она отправится вместо него в поле. – Во имя Господа, – зарыдала Ганга, – почему мне достался такой муж, как ты? Ты что, шуток не понимаешь?

Гокул покачал головой. Он никак не мог взять в толк, о чем говорит жена.

– Как можно купить лучший шелк за десять рупий? – воскликнула она. – А лошадь? Я думала, ты купишь деревянную лошадку и игрушечный меч для сына, а Бине обычные сандалии и, может быть, кое-что для хозяйства. У тебя что, совсем ума нет?

– Тогда зачем же ты велела мне купить отрез лучшего шелка? – спросил обиженный Гокул.

Тут Ганга окончательно вышла из себя, терпение ее лопнуло. Несмотря на поздний час, она поспешила в дом надзирателя, чтобы рассказать ему о своих семейных проблемах.

На следующее утро надзиратель дал Гокулу новую работу – в одиночку выкопать колодец близ заброшенного.

– Это приведет тебя в чувство, – сказал надзиратель. – Должна же у человека быть хоть крупинка здравого смысла. Честно говоря, Гангу мне жаль больше, чем тебя.

Гокул, впрочем, не жаловался. Он работал усерднее, чем всегда, и колодец был закончен раньше, чем ожидал надзиратель. В результате Гокул снова получил выходной.

– Проведи день в Бенаресе, – посоветовал надзиратель.

– А что мне делать с тем большим кувшином с галькой, который я нашел, роя колодец?

– Съешь эти камни! – рявкнул надзиратель. – А не сможешь съесть – продай. Да для чего тебе голова дана?

Гокул обиделся. Он попробовал на зуб один из камешков и решил, что они несъедобны. Что же с ними делать? Потом он вдруг вспомнил, что видел похожие в одной лавке в Бенаресе.

И вот на следующий день Гокул снова отправился в священный город. Здесь он отыскал нужную лавку и спросил хозяина, не желает ли он купить камешки, похожие на те, что продаются в его лавке.

– Охотно, – ответил хозяин. – Я дам тебе хорошую цену за каждый такой камешек. Сколько их у тебя?

– Да целый воз, – ответил Гокул. – Но учти, взамен я хочу деревянную лошадку и сандалии для девочки.

– Целый воз! – рассмеялся хозяин. – Ты, наверное, шутишь. Покажи мне один из твоих камешков.

Гокул тут же достал из кармана пригоршню. Ювелир – а это была ювелирная лавка – на мгновение потерял дар речи. Он побледнел, решив, что перед ним грабитель, обчистивший королевскую казну.

– Подождите здесь, господин, – пробормотал он дрожащим голосом, – я вернусь через несколько минут.

И на подгибающихся ногах ювелир вышел из лавки. Вскоре он вернулся вместе с вооруженными полицейскими, а вокруг лавки столпились жадные до зрелищ жители Бенареса.

– Вот он, – сказал ювелир, указывая на Гокула. – Наверное, это и есть сбежавший из тюрьмы заключенный, которого ищет губернатор.

Такой поворот событий немало удивил Гокула. Еще удивление возросло, когда он увидел знакомого монаха. Тот выступил вперед и заявил:

– Я уверен, что этот тот самый человек. Он разбрасывает рупии горстями!

– Вздерните его! Вздерните его! – закричала толпа. – Должно быть, это тот самый бандит, что грабил и убивал невинных паломников. Смотрите, его карманы раздуваются от золота и серебра.

Не дав Гокулу возможности объясниться, полицейские схватили его и затолкали в крытую повозку, которая доставила его в ближайшую тюрьму. Здесь он предстал перед губернатором. Гокул услышал, как полицейские назвали его совершившим побег преступником, приговоренным к смертной казни.

– Добро пожаловать обратно, господин преступник, – обратился губернатор к Гокулу. – Милости просим в нашу тюрьму! Очень мило с твоей стороны отдать монаху целую пригоршню рупий. Твоя щедрость вызвала у него подозрения. Он-то и помог нам выследить тебя. На этот раз тебе от нас не сбежать.

– Но что я сделал? – воскликнул ошеломленный Гокул.

– Спроси лучше, чего ты не сделал! Ты грабил и убивал и по справедливости был приговорен к смерти. Если бы ты не сбежал, тебя бы давно уже повесили. А теперь я хотел бы узнать: почему ты хотел обменять целый воз драгоценных камней на игрушечную лошадку и пару сандалий?

– Это для моих детей, – ответил Гокул и рассказал свою историю про десять рупий, первый визит в Бенарес и про все остальное.

Губернатор задумался. С одной стороны, было очевидно, что Гокул говорит правду. С другой стороны, люди утверждали, что это сбежавший из тюрьмы преступник. Наконец, губернатор пришел к выводу, что об этом запутанном деле следует рассказать королю.

И вот Гокул предстал перед королем и первым священником государства. К удивлению всех присутствующих, едва завидев Гокула, король и священник поднялись с места и прошептали:

– Вот он! Это он! Человек, которого мы ищем!

– Сын мой, – сказал священник, обнимая Гокула, – где же ты был все это время?

Король тоже обнял Гокула, приказав накинуть ему на плечи дорогой шелковый платок и принести напитки.

– Нам с королем, – продолжал священник, – несколько ночей снился один и тот же сон. Мы слышали голос, говоривший, что Господь хочет помочь своему верному слуге Гокулу. Во сне мы видели, как ты возделываешь поле, копаешь колодец, читаешь молитвы, но сон не открыл нам, где ты живешь.

Озадаченный Гокул не знал, что и сказать.

– А потом, – заговорил король, – я ясно увидел во сне, что ты хочешь купить шелка для своей жены, лошадь и меч для сына, платок и сандалии для дочери. Мы уже приготовили все это для тебя вместе с другими дарами. А теперь скажи, где ты живешь, и все подарки будут отправлены в твой дом.

Гокул назвал свою деревню и добавил, что такому простому человеку, как он, больше подойдет деревянная лошадка и игрушечный меч, а также простые сандалии.

– Нет, нет, – запротестовал король. – Мы не можем ослушаться Божьей воли, которая открылась нам во сне.

– Мы дадим тебе настоящую лошадь и деревянную лошадку для твоего сына, пару золотых и пару простых сандалий для дочери. Иначе Господь разгневается на нас.

– Мне очень жаль, – добавил король, – что тебе пришлось так много испытать. Прошу тебя, возьми также подарки, которые мы приготовили для твоей жены.

– Но скажите же мне, – заговорил пришедший в себя Гокул, – почему ювелир поднял такую шумиху вокруг моих камешков? – И Гокул вынул из кармана пригоршню своих камешков. – Они такие красивые, что же с ними не так?

– Да ведь это же драгоценные камни!

Услыхав это, Гокул расстроился. «Что же мне с ними делать?» – задумался он, а потом обратился к королю:

– Ваше величество, а давайте заключим с вами сделку. В обмен на ваши подарки я отдам вам свои камешки при условии, что четвертая часть будет передана в храм для нуждающихся. Может быть, эти камни помогут тем, кто знает, что с ними делать. Я не знаю. Видите ли, матушка всегда говорила мне: «Благословен тот, кто нашел работу по сердцу, и другого благословения ему не нужно». Я нашел себе работу по сердцу, к чему мне драгоценные камни?

Вернувшись домой, Гокул увидел, что все королевские подарки уже доставлены.

– Слава богу, ты достойно держался перед королем и священником! – сказала Ганга, обнимая мужа. – Я уже знаю все, что произошло в Бенаресе.

– Это всего лишь здравый смысл, Ганга: по одежке протягивай ножки.