Мудрость Толтеков в новой эпохе.

Глаз видит лишь маски. Если что-то происходит, позади маски возникает нечто, чего мы не знаем.

Если ты хочешь с этим встретиться, ты должен проникнуть сквозь маску, как сквозь стену.

Герман Мелвилл «Моби Дик».

Посвящаю всем тем, кто безудержно расспрашивает, и вместе с тем безоговорочно действует.

Я хочу поблагодарить всех тех, кто в последние годы встретился мне в пути и повлиял на него.

Моя благодарность относится, прежде всего, Хоке за открытие склонности, Джессике за возрождение благоговения, Йоргу за юмор, Грэт за чувство совместной действительности, Мартину за глубокие беседы и дружественные похлопывания по лопаткам, моим спутникам Магдалене, Кире и Мэй, Рабито, Титусу и Слю за постоянный вызов, а также Грациэле Корвалан за прекрасный вечер.

Моя особенная благодарность — намерению и Земле; толтекским магам и ведьмам, прежде всего — Карлосу Кастанеде, Флоринде Доннер-Грау, Тайше Абеляр, Кэрол Тиггс, Энергетическим Трэкерам, Элементам, а также Голубому и Оранжевому Лазутчикам. Моя благодарность относится ко всем тем, кто делал пометки на семинарах и докладах, многочисленным интервьюерам и комментаторам. И, не в последнюю очередь, я благодарю тех, кто помог выпуску этой книги.

Пролог.

Санта-Моника, Калифорния, ноябрь 1993. Незаметно для широкой общественности происходит нечто из ряда вон выходящее. В переполненном книжном магазине толпа ожидает докладчика необычного толка. Одетый по-спортивному мужчина лет шестидесяти, невысокий и мускулистый, неузнанным подходит к трибуне и берет слово:

«Мое имя — Карлос Кастанеда. Я хочу сегодня попросить вас кое о чем. Я прошу вас воздержаться от ваших суждений. Я прошу вас — только на один час — открыться возможностям, о которых я вам расскажу.

В течение тридцати лет я был недоступен. Я не выходил к людям и не говорил с ними. Но сейчас, на одно мгновение, я здесь. Это наш долг — вернуть хоть частицу тем, кто приложил все усилия, чтобы показать нам определенные вещи. Мы унаследовали это знание. Дон Хуан говорил нам, что мы не должны скрывать его. Мы хотим, чтобы вы узнали, что существуют странные прагматические возможности, которые находятся в пределах вашей досягаемости».

Карлос Кастанеда, ученик мексиканского мага дона Хуана Матуса, выступил перед общественностью. А прежде, прервав многолетнее молчание, появились на сцене повседневного мира со своими книгами и семинарами две его «соученицы» — Тайша Абеляр и Флоринда Доннер-Грау. Наследники дона Хуана виртуозно воодушевляли публику и пытались сделать вход в мир магов доступным для широких масс, подключить их к намерению, которое мексиканские шаманы древности выковали в неисчислимой последовательности поколений.

Развитие событий продолжалось и, между прочим, достигло уже и Германии. На таких семинарах, как в Берлине в июне 1997, Карлос Кастанеда и «ведьмы» (Тайша Абеляр, Флоринда Доннер-Грау и Кэрол Тиггс) при поддержке новой формации воинов, звучно именуемых Трэкеры энергии или Элементы, демонстрируют практические упражнения их традиции, которые позволяют участникам открыть непосредственный вход в мир магии.

Уже существуют и видеокассеты с этими упражнениями, дающие возможность тем, кто не может непосредственно принять участие в семинарах, все же получить пользу от наследия дона Хуана. Почти одновременно с выходом этой книги появилась учебная книга Карлоса Кастанеды под названием «Тенсёгрити — магические пассы», снабженная многочисленными фотографиями.

Кастанеда жмет на все педали: наряду с этими публикациями он издает журнал Readers of Infinity, который не только информирует читателей об актуальном развитии, но и предлагает основополагающие знания о мире магов и пути воина, а также в отдельной рубрике отвечает на вопросы читателей. Шаманы не шарахаются и от новейших средств массовой информации. В Internet существует адрес, с помощью которого Кастанеда информирует читателей его книг и статей о семинарах и новых книгах.

Мне посчастливилось наблюдать это развитие с первых его шагов и участвовать в нем. После опубликования моей первой книги о Кастанеде и учении дона Хуана «Мудрость толтеков» я неожиданно для самого себя вступил в контакт с кругом Карлоса Кастанеды и таким образом стал свидетелем движения, которое все еще набирает силу и вовлекает все новые и новые круги последователей.

Но чтобы пресечь в корне все возможные недоразумения: я не являюсь «учеником» Кастанеды или учеником его соратниц. Они — последние звенья в цепи, длинной линии магов, которая заканчивается вместе с ними. Несравнимым жестом человеческому духу отдают они сейчас человечеству свое наследство, завещание дона Хуана. Как часть этого общества, как один среди многих, я хотел бы только одного: облегчить этой книгой растущему числу людей подключение к этому движению, к намерению магов, чтобы они могли увидеть собственными глазами, что оно собой представляет.

Однако такое подключение вовсе не означает, что надо записаться в какой-то клуб или союз. Фундаментальный принцип магии заключается в том, чтобы принять ответственность за собственную жизнь и собственные действия. Кастанеда не устает подчеркивать: «Нет никаких гуру. Вам не нужен лидер. Все, что вам нужно, — это энергия. А энергию получают, если рассматривают и исследуют себя самого и всех остальных, не вынося суждений».

Кастанеда не может принять на себя ответственность за своих читателей и их действия, даже если эти действия и были вызваны чтением его книг или посещением одного из его семинаров. Это же справедливо и для данной книги. Кто бы ни практиковал описанные здесь техники, он должен всегда осознавать, что целиком и полностью несет за это ответственность сам. И еще — нет никакой гарантии успеха. Хотя я и могу указать на возможность, на путь, но идти каждый должен собственными силами и собственными ногами.

Возможно, такие требования звучат необычно в нашем мире организованной безответственности — в мире магов они основополагающи. То же самое можно сказать и об иных взглядах и намерениях магов, которые могут показаться современному человеку чуждыми, чудовищными или даже смешными. Наши внутренние защитные механизмы слишком быстро готовы палить из орудий всех калибров, если они видят угрозу привычным и удобным убеждениям и суждениям.

Поэтому я хотел бы, как и Кастанеда, попросить читателей: при чтении этой книги воздержаться от суждений, открыться возможностям, которые здесь будут представлены. Я хочу попросить вас рассматривать и исследовать самих себя и всех других без осуждения и таким образом, возможно, накопить достаточно энергии, чтобы самим войти в чудесный мир магов.

Январь 1998.

Норберт Классен.

Карлос Кастанеда, ученик магов и путешественник в иные миры, оставался долгое время в тени, несмотря на свою необычайную популярность автора бестселлеров. Немногочисленные интервью, которые он себе позволил на протяжении тридцати лет, рисовали расплывчатый образ мага, который, верно следуя учению своего наставника дона Хуана Матуса, оставался недосягаемым для мира.

И хотя книжки-интервью Грациэлы Корвалан «Путь толтеков» и Кармины Форт «Разговоры с Карлосом Кастанедой» и содержали подробную информацию о жизни Карлоса Кастанеды, к моменту их выхода в Германии они уже устарели. Корвалан говорила с Кастанедой в 1979 году — книга вышла на немецком языке лишь в 1987. «Разговоры…» Кармины Форт проходили в 1988 году — немецкий читатель смог получить удовольствие от чтения книги лишь в 1996.

С книгами самого мага дело обстояло иначе. Произведения Кастанеды — до сих пор их вышло десять — появлялись в Германии примерно спустя год после опубликования оригинала.

Первая книга Тайши Абеляр «Магический переход» появилась на немецком языке спустя два года после ее выхода в Соединенных Штатах. Только произведениям Флоринды Доннер-Грау, пожалуй, не везет. Ее последняя книга «Жизнь-в-сновидении» появилась в оригинале в 1991 году, а нам пришлось целых пять лет ждать, пока наконец одно издательство не согласилось опубликовать великолепно написанное сообщение о ее собственном опыте. «Шабоно», первенец Доннер-Грау, наконец-то, к счастью, спустя много лет вышла вторым изданием, так же как и ее вторая книга, «Сон ведьмы», которая в полностью переработанной версии нашла приют в том же издательстве, в котором выходит и эта книга.

Однако и все вышеперечисленные произведения почти не содержат актуальных сведений, что следует из самой природы этих книг. Все произведения Карлоса Кастанеды, за исключением его последней книги «Тенсёгрити — магические пассы», повествуют о времени его ученичества у дона Хуана, то есть включают временной промежуток с 1960 по 1973 год, когда тот покинул известный нам мир и сгорел в «огне изнутри». Книги Доннер-Грау «Сон ведьмы» и «Жизнь-в-сновидении», как и книга Тайши Абеляр «Магический переход» рассказывают об их встречах с миром магии в конце шестидесятых — начале семидесятых годов. Поэтому все события, описываемые в книгах, происходили более двадцати лет назад и никак не позволяют объяснить этот ошеломляющий выход магов к общественности, который, начиная с середины девяностых годов, притягивает все новые и новые слои населения и превратился в настоящее движение.

Хотя Кастанеда и пишет в «Искусстве сновидения», что он планирует книгу о том, чем занимаются наследники дона Хуана Матуса в настоящее время, однако, даже если предположить, что речь идет о работе «Тенсёгрити — магические пассы», мы не можем узнать даже из нее, что же привело к удивительнейшему раскрытию, которое, как представляется, противоречит всему тому, что мы знаем, — или думаем, что знаем, — о Карлосе Кастанеде и учении дона Хуана. Одна из целей настоящей книги — заполнить этот пробел и одновременно показать, что в действительности нет никакого противоречия.

В своей новейшей работе «Memorable Events» Кастанеда хотя и будет более подробно говорить о событиях, приведших к нынешнему положению вещей, однако уже сейчас известно, что и это произведение не будет хроникой, воспроизводящей шаг за шагом развитие ситуации и комментирующей его. Речь идет о еще одном томе цикла дона Хуана, работу над которым Кастанеда завершил некоторое время назад. Очевидно, он ждет, когда наступит наиболее подходящий момент для публикации этого произведения, самого личного из всего им написанного.

Здесь нет ничего удивительного, ведь и «Искусство сновидения» существовало в рукописи до своего издания несколько лет. Причину подобной задержки Кастанеда указал в тексте на суперобложке книги латиноамериканского издания:

«В мире дона Хуана Матуса определенные события иногда не следуют линейным законам общественного мнения — они искажаются, растягиваются, превращаются в нечто такое, что происходит, но не имеет ни причины, ни рационально объяснимого действия. Наглядный пример — то, что произошло с этой книгой, которую Флоринда Доннер-Грау и Тайша Абеляр несколько лет назад оставили в зоне второго внимания, той неописуемой зоне, которая не является ни реальной, ни ирреальной и, однако, существует вне параметров Common sense.

Когда я закончил работу над этой книгой, мы не захотели ее публиковать по очень личным причинам. Но вместо того, чтобы отправить ее в машину для уничтожения бумаг, как я этого хотел, Флоринда и Тайша взяли это на себя и унесли ее во второе внимание. Когда спустя годы мы начали ее искать, нам пришлось очень сильно напрячься, чтобы найти ее. И, после того как нам это наконец удалось, мы заметили, что текст получил странную и роковую силу, которой он не обладал прежде».

Кастанеда слишком хорошо знает, как тяжело будет его читателям, которые сами не являются магами, принять такое высказывание, не говоря уже о том, чтобы понять его. «Мы осознаем, что простейшее дело — сообщить об этом событии — является чем-то абсурдным», — пишет он далее. Очень тяжело согласиться с мыслью, что может существовать иной мир параллельно нашему, что можно войти в этот мир и депонировать там рукопись, которая еще к тому же сама по себе изменяется. Последнее удивило даже магов: «Рациональные замечания или пояснения этому были бы, во всяком случае, не только абсурдными: они невозможны».

Вышесказанное справедливо не только для возникновения книги, но и для ее содержания. Кто читал «Искусство сновидения», тому пришлось непосредственно столкнуться с невероятными историями, которые противоречат рассудку и находятся где-то на границе нашего воображения. Благодаря силе сновидения Кастанеда встречается здесь с существами из иного мира, существующего параллельно нашему, в который можно проникнуть с помощью магических техник. Он освобождает задержанное там существо, голубого лазутчика, и приводит его в наш повседневный мир, где это существо появляется в образе маленькой девочки. Дон Хуан знакомит его с одним древним магом, о котором говорится, что ему уже семь тысяч лет. Поэтому маги называют его бросившим вызов смерти.

Для тех, кто не знаком с произведениями Кастанеды, это должно звучать как некая смесь фантазии и фикции, и даже для верных поклонников Кастанеды это крепкий орешек. К тому же автор вновь и вновь утверждает, что он описывает только действительные события. «Моими книгами я пытался, — подчеркивает он, — показать возможность того, что сознание и восприятие могут использоваться как посредник для движения и физического перемещения. К сожалению, я не был достаточно убедительным: большинство до сих пор считает, что я пишу художественные романы».

Однако тому, кто входит в тесный контакт с Кастанедой и его окружением, приходится непосредственно встретиться с действительностью рассказанного им. Так, многим участникам семинаров пришлось лицом к лицу столкнуться с голубым лазутчиком. Девочка из «Искусства сновидения» превратилась между тем юную даму, которая успешно завершила изучение социологии в УКЛА, университете в Лос-Анджелесе, в котором учился и Кастанеда. Она оказывает чужеродное, эфирное воздействие, очарование, которое, как кажется, не принадлежит нашему миру.

Это вряд ли убедит скептиков. Мы живем в мире, в котором ложь и обман сделались повседневной практикой, нам хорошо известны случаи, когда люди действительно считают себя Наполеоном или капитаном космического корабля. Но наши герои не являются ни жадными до денег соблазнителями, ни сумасшедшими. Они жертвуют большую часть своих доходов на благотворительные цели, такие, как сиротские приюты или клиники для наркоманов. Все они — ученые, защитившие диссертации в различных отраслях науки: антропологи, историки, лингвисты и социологи. И они постоянно подчеркивают абсолютную необходимость ясного разума, чтобы уметь трезво и деловито оперировать знанием, которому они обучают.

Эти знания, которые они передают не только своими публикациями, но и видеокассетами, докладами и семинарами, ни в коем случае не являются их изобретением или их заслугой. Это — завещание дона Хуана, наследство непрерывной традиции магов Центральной Америки, традиции, простирающейся на многие тысячелетия назад. В связи с этим Флоринда Доннер-Грау указывает, что маги ее группы могут проследить свою линию через 27 прошедших поколений.

Кастанеда и его спутницы являются последним звеном длинной цепи, находящей в нынешней генерации свое завершение. Маги представили в последние годы свои знания публике, чтобы заплатить свой долг учителям — дону Хуану и его спутникам и, с другой стороны, спасти знания их традиции для человечества. Традиция заканчивается вместе с Кастанедой, знание будет жить дальше.

«Вещи, которые описаны в книгах, — практические руководящие линии», — подчеркивает Тайша Абеляр. Знание, представленное здесь для обсуждения, является не сбором данных, не лексическим набором слов и концепций, но — практическим знанием par excellence, знанием в смысле непосредственного восприятия и осознания. Только практический опыт дает знания из первых рук, и произведения Кастанеды и его спутниц в полном объеме поймет лишь тот, кто действительно следует этим руководящим линиям, кто превращает рассказы в опыт и опыт — в непосредственное знание. Любой другой способ постижения представляет из себя кокетство со знанием и в конечном счете является самообманом.

Маги традиции дона Хуана называют такие руководящие линии «Сказками о силе». В моей книге «Мудрость толтеков» я писал по этому поводу:

«Для дилетанта или ученика магов рассказы Силы звучат сначала как сказки или мифы, которые должны пояснить какое-либо символическое содержание. Таким образом, они кажутся символами. И обычный читатель книг Карлоса Кастанеды не поднимается выше этой ступени символического понимания рассказов. Это ни в коем случае не упрек, потому что первая ступень взаимодействия с рассказами Силы по необходимости требует символического понимания. Однако многим не ясно, как можно подняться над этой ступенью. Можно посоветовать самому повторить содержание рассказов и сделаться прототипом каждой истории…

Сказки о Силе — нечто большее, чем просто сказки или истории; они являются предвестниками действительных действий магов и как бы сценариями спектаклей, которые ставятся на магической сцене».

После того как в «Мудрости толтеков» я, среди прочего, написал и о том, как некоторые сказки о Силе стали для меня действительностью, знаниями из первых рук, я хочу в настоящей книге коснуться сказок, которые сегодня движут Кастанедой и его соратницами. Чтобы сделать эти сказки доступными для читателя, надо, однако, вначале подготовить для их понимания почву.

Так, часть первая данной книги не только излагает основные пункты учения дона Хуана, но и представляет собой грубый набросок истории магов его линии, заканчивающейся на Кастанеде. Затем будет сообщено о том, какие изменения произошли в окружении Кастанеды после того, как дон Хуан оставил этот мир: например, о смерти известной нам по книгам Кастанеды Ла Горды и о возвращении женщины-нагваля Кэрол Тиггс, отсутствовавшей после ухода дона Хуана на протяжении десяти лет.

Кастанеда и его группа столкнулись с ситуацией, совершенно новой в истории магии, для которой нужны были и совершенно новые решения. Хроника продолжается рассказом о беспримерном выходе магов к публике, о жесте, сделанном ими человеческому духу, жесте, превратившемся в настоящее движение, которое ширится и по сей день и позволяет все большему количеству людей подключиться к намерению магов и превратить их Сказки о Силе в живую действительность.

Вместе со взглядом на широкое окружение новых магов, на сподвижников, сторонников, вздыхателей и жаждущих выгоды оппортунистов, желающих эксплуатировать знания на свой лад, вырабатывается и совершенно новый взгляд на Карлоса Кастанеду, его группу и завещание дона Хуана. Мы почувствуем очарование магических актеров на сцене повседневного мира и получим впечатление от того, что Тайша Абеляр называет «действующим театром магии».

В то время как этот первый акт показывает мир магов с точки зрения повседневного мира, вторая часть книги поворачивает ось и открывает нам новые перспективы: взгляд на повседневный мир с точки зрения магов. Благодаря их расширенному восприятию, их знаниям об энергетических взаимосвязях в этом мире, мы получим новые сведения о существенных аспектах жизни, зачатия, секса и смерти.

Кастанеда и его соратницы впечатляющим и полным юмора способом показывают, чем является, собственно, наше развитие: мы всё еще — большие, туго соображающие обезьяны, не знающие своей истинной природы и не использующие своих возможностей. «Ведьмы» — Флоринда Доннер-Грау, Тайша Абеляр и Кэрол Тиггс — указывают в связи с этим на особую роль женщины, которая ни в коем случае не менее важна, чем роль мужчины. Напротив, маги утверждают, что Универсум по самой своей природе является женским.

Правда, это отнюдь не означает, что Универсум является миролюбивым местом. И здесь мы столкнемся с пугающими перспективами, не только с концепцией разбойничьего Универсума, но и с теорией о существах в нашем мире, которых мы обычно не замечаем, но которые делают нас глупыми и зависимыми, чтобы и далее питаться нашим осознанием.

Еще хуже то, что мы вследствие этого делаем с собой сами. По вине нашей ограниченной и ограничивающей социализации мы сами запираем себя в клетку, позволяющую воспринимать мир и судьбу только сквозь шоры. Тайша Абеляр удачно сравнивает наш повседневный мир с известным островом-тюрьмой Алькатрас. Мы настолько отчуждены от нашей собственной природы, так далеки от корней нашего восприятия, что как данность принимаем реальность «обезьяний театр повседневного мира», из которого нет выхода вплоть до самой смерти.

В самом деле нет? В качестве ответа на этот вопрос Кастанеда снова и снова подчеркивает революционную точку зрения дона Хуана: «Я не участвую в соглашениях, которые мною не заключались. Я не подписывал этого договора». Если человек действительно понял, если он знает, что он — существо, которому суждено умереть и, следовательно, нечего терять, то ему открываются все двери. Только большинству из нас это до сих пор, к сожалению, не ясно.

Третья часть книги предлагает возможность пояснить эту точку зрения в самой основе и показывает путь из повседневного мира в мир магов. «Трансформация повседневного мира» происходит не за один шаг. Необходимые шаги будут столь подробно освещены, чтобы их могли эффективно выполнять все, кому это важно. Они представляют собой практическую эссенцию завещания дона Хуана, путь воина, который ведет из тюрьмы повседневного мира на свободу.

«По ту сторону Алькатраса» нас ожидает — согласно заявлению Тайши Абеляр — сначала открытое море, кишащее акулами. У нас нет никакой гарантии, что мы когда-нибудь достигнем вновь твердой земли. Однако у нас есть союзник, в некотором роде близнец, которого мы вновь обретем на пути воина: энергетическое тело, которое называется также двойник или тело сновидения. С его помощью удается достичь новых берегов и получить опыт, который даже трудно себе представить.

С этим мы и войдем окончательно в четвертой части книги в мир магов и встретимся с действительностью совершенно иным способом. Это справедливо не только для других миров, но и для жизни в нашем мире. Способ жизни воина сталкивает нас с существующими альтернативами в обхождении с нашей действительностью — совершенно все равно, идет ли речь о других людях, других существах или иных мирах. Для большинства читателей будет, пожалуй, ошеломляющим то, какую огромную роль играет несгибаемая любовь воина, концепция, которую многие до сих пор не разглядели в произведениях Кастанеды.

Все вышеизложенное приводит нас к вопросу о значении всех откровений магов для сегодняшнего времени и для цивилизованного человека. Каковы с точки зрения магов шансы нашего постобезьяньего театра? Какие возможности нам открыты? Какую роль играет в этом современное движение, связанное с Кастанедой и его спутницами?

Размышлениями о наших возможностях и заканчивается эта книга.

Часть 1. ДЕЙСТВУЮЩИЙ ТЕАТР МАГИИ.

1. Краткая история магии.

История — это ангел, летящий назад в будущее. История — это куча осколков. Ангел хочет вернуться назад, чтобы связать, отремонтировать то, что разбилось. Однако из рая дует штормовой ветер и все время относит ангела назад в будущее. Этот штормовой ветер называется прогресс.

Л. Андерсон, «The Dream Before».

Десятки тысяч молодых и старых читателей знают о первой встрече Кастанеды с доном Хуаном Матусом в 1960 году на пыльной автобусной станции в Аризоне вблизи от мексиканской границы больше, чем о встрече Данте с Беатриче на берегу Арно. Пожалуй, это объясняется тем, что учение дона Хуана было опубликовано во времена, когда большее, чем когда бы то ни было, число людей было склонно причислить к действительности также и иррациональные вещи», — жаловался американский журнал весной 1973 года. Журнал видел в произведениях Кастанеды и в их популярности неоспоримое свидетельство падения ценностей цивилизации, закат западной культуры просвещения.

Подобные опасения высказал в 1994 году и критик Ганс Штайн в своей рецензии к «Искусству сновидения», в которой он полемизирует с «отказом Кастанеды от ценностей общества, морали и разума». Штайн ставит произведения Кастанеды в один ряд с «Виннету» Мэя и «Демиан» Гессе: «Кому в семидесятые годы все еще было мало, тот читал Кастанеду. В его произведениях были еще раз рассказаны те же самые истории успеха». Можно было бы понять это высказывание как комплимент. Однако для Штайна Кастанеда — соблазнитель молодых людей, «малообразованный шарлатан», его индейский учитель дон Хуан — «типичная проекция, критикующая цивилизацию» и само учение — «скрытый плагиат: мешанина из Витгенштейна, Гуссерля, восточных мудрствований и психологических учений о спасении».

Похоже, универсальный метод защиты от мыслей, которые не нравятся, всегда один и тот же: тому, кто высказал эти мысли, приписывают либо заимствование из одного источника или исторической данности, либо из суммы разных — и дело с концом. Или все же дело обстоит не так? «А что, если Кастанеда ничего не выдумал»? — спрашивает обвиняемый в смысле ответа.

Пожалуй, эта мысль питала и скрытый страх физика, автора ряда книг и критика Кастанеды Ганса Петера Дюерра, когда Кастанеда пригласил его в 1982 году открыто высказаться. На этой встрече Дюерр познакомился также и с Флориндой Доннер-Грау, другой ученицей дона Хуана, что устранило его сомнения в том, происходило ли в действительности то, о чем Кастанеда сообщил в своих книгах. Он после этой встречи был «склонен верить, что существует (или существовал) как дон Хуан, так и группа учеников мага».

Между тем еще два члена этой группы — Флоринда Доннер-Грау и Тайша Абеляр — опубликовали сообщения о времени своего ученичества, что подтверждает достоверность изложенного Кастанедой и со всей очевидностью показывает, что полемика, развернутая Штайном и другими, по меньшей мере несвоевременна. Можно крутить хоть так, хоть эдак — Кастанеда и дон Хуан — это историческая действительность, да, они сами писали историю. Для тех читателей, кто не знаком с произведениями Кастанеды или кто прочитал много лет назад лишь «Учения дона Хуана», мы кратко воспроизводим здесь основные события.

Летом 1960 года Карлос Кастанеда, студент антропологии, посещает пограничный регион между Аризоной (США) и Сонорой (Мексика), чтобы провести полевые исследования лечебных и психотропных растений среди коренного индейского населения. На автобусной станции его друг обращает его внимание на старого индейца-яки, который представляется как Хуан Матус.

Встреча этих совершенно непохожих друг на друга мужчин подобна столкновению двух миров. С головой ушедший в науку исследователь, ищущий добровольного информатора, и традиционный шаман, узнавший в собеседнике своего избранного ученика, которого привели к нему силы Универсума. Недоразумения, которые следуют из такого культурного шока, запрограммированы.

Вначале Кастанеда принимает роль ученика мага только для вида, чтобы добраться до нужной ему информации. А дон Хуан прилагает все усилия, чтобы прорвать ограниченное восприятие своего ученика и привести его в состояние, в котором он может видеть мир таким, каким он является в действительности. Кастанеда подводит итог:

«Его поучения были как дубинка, которая долго стучала по моей глупой голове, пока я не понял, что мой драгоценный взгляд на мир в действительности является конструкцией, сотканной из всех возможных фиксированных интерпретаций, которые я использовал для того, чтобы защититься от чистого, удивительного восприятия».

Кроме всего прочего, дон Хуан использовал психотропные растения (растения Силы), чтобы разрушить устоявшиеся представления о мире своего ученика. Эту фазу своего ученичества Кастанеда изложил в первых книгах «Учения дона Хуана: путь знания индейцев яки» и «Отдельная реальность», в которой переживания, связанные с приемом психоделиков, занимают центральное место. Кастанеда был убежден, что он достиг заветной цели и получает информацию из первых рук для своих этноботанических исследований. Потребовалось довольно продолжительное время, пока он понял, что ввязался во что-то, не имеющее никакого отношения к его академическим амбициям, и что с помощью растений Силы дон Хуан лишь пытался преодолеть его привязанность к определениям и понятиям.

Последующие книги — «Путешествие в Икстлан» и «Сказки о силе» излагают основные фундаментальные аспекты учения дона Хуана. Кастанеда продвигается вперед по пути воина, учится и без растений Силы покидать застенки повседневного мира:

«Дон Хуан показал мне, что мир намного больше того, что мы обычно признаем, что наши нормальные представления о действительности являются следствием нашего социального соглашения, которое само по себе является лишь трюком. Нас приучают рассматривать и понимать мир через процесс социализации, который, если он правильно функционирует, убеждает нас в том, что интерпретации, с которыми мы соглашаемся, определяют и границы реального мира. Дон Хуан прервал во мне этот процесс, показав мне, что мы обладаем способностью перемещаться в иные миры, которые существуют постоянно и независимо от нашего в высшей степени ограниченного осознания. Магия приносит с собой новое программирование наших способностей воспринимать сферы, которые столь же действительны, единственны в своем роде, абсолютны и привлекательны, как и наш повседневный нечестивый мир».

Это перепрограммирование достигает своей высшей точки в конце обучения Кастанеды, что выражается в действии, только от попытки представить которое волосы становятся дыбом. После основательной подготовки под руководством дона Хуана и его сподвижника Хенаро, Карлос и его соученик Паблито прыгнули в отнюдь не символическую пропасть. Этой захватывающей сценой завершается четвертая книга цикла о доне Хуане.

Кастанеда приходит в себя в своем бюро в Лос-Анджелесе. Он совершенно ошеломлен. Чтобы выяснить, что же в действительности произошло, он отправляется в Мексику расспросить дона Хуана. Но его учитель исчез и не появляется больше. Он находит лишь группу учеников, среди которых и Паблито, который, со своей стороны, так же озадачен прыжком в пропасть, как и сам Кастанеда.

Книги «Второе кольцо силы» и «Дар Орла» отражают замешательство, в котором Кастанеда находится в это время. Фрагментами, кусочками всплывают снова и снова разрозненные воспоминания, которые вначале, как кажется, не имеют никакого смысла. Однако затем все складывается вместе, и он вспоминает. Дон Хуан вводил его каждый раз в состояние, которое он сам называл состоянием повышенного осознания. Одной из особенностей этого необычного состояния сознания является то, что, возвращаясь в нормальное бодрствующее состояние сознания, люди не могут вспомнить о событиях, происходивших в нем с ними.

Согласимся, это звучит невероятно. Однако если подумать о сравнимых состояниях, как, например, о лунатизме, о котором также не остается никаких сознательных воспоминаний, то можно представить себе, что понимается под этим расширенным осознанием. Сравнимым является и то обстоятельство, что мы не сохраняем никаких воспоминаний о большинстве наших снов. Но хороший гипнотизер может вызвать все эти воспоминания, так как они, очевидно, просто хранятся в нашей памяти в каком-то ином месте, чем обычные.

Кстати, это похоже на объяснения, имеющиеся для таких состояний у самих магов. Кастанеда знакомит нас в книгах «Огонь изнутри», «Сила безмолвия» и «Искусство сновидения» не только с вновь обретенными воспоминаниями об учении области сознания, но также и с высокоразвитым мировоззрением магов, базирующемся на их столь своеобразных исследованиях сущности сознания и сущности мира. Эти исследования, однако, могут быть понятны только в контексте истории тех магов.

По словам дона Хуана, более чем десять тысяч лет назад на высокогорной территории нынешней Мексики уже жили люди, которые то ли из-за голода, то ли из любопытства принимали психотропные растения. Под их влиянием они могли воспринимать другие миры или иные аспекты известного нам мира.

Древние шаманы вовсе не были столь «примитивны», как некоторые могут подумать. Это были исключительно трезвые мыслители, которые начали систематизировать свой опыт. Они не отдавались в своих психотропных путешествиях воле случая, а планировали их как научные маневры в области человеческого сознания.

Они узнали, что повседневное восприятие является лишь продуктом произвольного соглашения и с помощью определенных средств может быть прервано и заменено другими, столь же фактическими и объективными формами восприятия. Так, они, например, умели превращаться с помощью их «растений Силы» в зверей и птиц и совершать другие непредставимые действия — и умели это не только на уровне психологических желаемых представлений, но и в реальности. Они и были, собственно, основателями магии — манипуляции осознанием, которая включает в себя намного больше того, о чем мы осмеливаемся сегодня мечтать.

Те древние маги поколение за поколением проникали все глубже и глубже сквозь внешнюю оболочку явлений, пока наконец не достигли восприятия, которое больше нельзя было редуцировать: восприятия мира как энергии, того, что дон Хуан называет видением. Это название нередко вводит в заблуждение, поскольку мы идентифицируем его с деятельностью глаз. Видение — в противоположность обычному смотрению — акт всего тела или, как говорят маги, акт восприятия всего собственного энергетического тела.

Для предшественников дона Хуана, линии магов, пережившей свой первый расцвет между восьмым и пятым тысячелетиями до нашей эры, достижение такого видения сделалось основной целью, а знания, которые они получили, достигнув видения, легли в основу учения для всех последующих поколений магов. Кастанеда так излагает эти основные пункты:

1. Вселенная является бесконечным скоплением энергетических полей, похожих на нити света.

2. Эти энергетические поля, которые называют эманациями Орла, излучаются из источника непостижимых размеров, метафорически называемого Орлом.

3. Человеческие существа также состоят из несчетного количества таких же нитеподобных энергетических полей. Эти эманации Орла образуют замкнутые скопления, которые проявляются как шары света размером с человеческое тело с выступающими по бокам руками, подобные гигантским светящимся яйцам.

4. Только небольшая группа энергетических полей внутри этого светящегося шара освещена точкой интенсивной яркости, расположенной на поверхности шара.

5. Восприятие имеет место, когда энергетические поля из этой небольшой группы, непосредственно окружающие точку яркого сияния, распространяют свой свет и освещают идентичные энергетические поля вне шара. Поскольку воспринимаются только те поля, которые озарены точкой яркого сияния, эта точка называется «точкой, где собирается восприятие» или просто «точкой сборки».

6. Точка сборки может быть сдвинута со своего обычного положения на поверхности светящегося шара в другие места на поверхности же или внутри шара. Поскольку свечение точки сборки может озарить все энергетические поля, с которыми она приходит в контакт, она немедленно высвечивает новые энергетические поля, делая их воспринимаемыми. Это восприятие известно как видение.

7. Когда точка сборки смещается, становится возможным восприятие совершенно иного мира — такого же объективного и реального, как и тот, который мы воспринимаем обычно. Маги отправляются в этот другой мир, чтобы получать силу, энергию, решение общих и частных проблем, или для встречи лицом к лицу с невообразимым.

8. Намерение — это проникающая сила, которая дает нам возможность восприятия. Мы осознаем не благодаря восприятию — скорее, мы воспринимаем в результате давления и вмешательства намерения.

9. Целью магов является достижение полного осознания для того, чтобы овладеть всеми возможностями, доступными человеку. Это состояние осознания предполагает даже совершенно иной способ ухода из жизни».

Маги древности также видели, что точка сборки у новорожденного еще не фиксирована в определенной позиции, но колеблется туда-сюда. Только процесс социализации, когда родители и воспитатели обучают ребенка, каким он должен воспринимать мир, постепенно фиксирует точку сборки в позиции, из которой ребенок воспринимает действительность точно так же, как и его «указчики места», и может теперь взаимодействовать с ними осмысленно и в соответствии. Его шаг за шагом знакомят с действительностью, которую он учится воспринимать, защищать и удерживать как «истинную реальность». Другими словами, он учится самостоятельно удерживать точку сборки в одном фиксированном положении.

Сила подобной фиксации столь велика, результирующая действительность столь всеобъемлюща, что практически нет возможности выйти за ее пределы. Вся энергия, находящаяся в нашем распоряжении, используется для удержания нашего мира, так что у нас не остается достаточно энергии, даже чтобы увидеть что-нибудь за краем действительности, не говоря уже о том, чтобы покинуть ее пределы.

Растения силы давали магам древности необходимую для сдвига точки сборки энергию. Однако этот сдвиг был неконтролируем и принудителен, а его последствия для тела и энергетических параметров ужасны. Поэтому они стали искать альтернативы. Они видели, что точка сборки смещается также в экстремальных ситуациях, например под влиянием голода, температуры, болезни, старческой слабости и так далее. Бессонница, пост, эмоциональные неурядицы и глубокая медитация также вызывали подобное смещение. Однако достигнутые смещения редко оказывались стабильными, а цена за них была по-прежнему велика.

Решающее открытие было сделано, когда они направили свое видение на спящих. Когда человек засыпает, его точка сборки начинает вибрировать и затем перемещаться вглубь светящегося яйца. Чем далее сместилась точка сборки, тем более необычными были сновидения, о которых, проснувшись, сообщали спавшие. Таким образом, маги древности не только объяснили причину ночных сновидений, но и получили дальнейшее подтверждение правильности их предположений относительно роли точки сборки.

Из их объяснения следует, что необходимость сна возникает из того обстоятельства, что фиксация точки сборки в одной позиции — восприятии повседневного мира — постепенно истощает всю имеющуюся в запасе энергию и делает необходимой регенерацию. Необходимость в этом, снижающуюся фиксацию, мы ощущаем как чувство усталости.

При засыпании фиксация прекращается, и точка сборки скользит внутрь нашего светящегося кокона. При этом она освещает другие эманации, что приводит, в зависимости от места локализации эманации, к более или менее чужеродным восприятиям. Если точка сборки смещается незначительно, то мы переживаем во сне фантомные картины нашего повседневного мира. Если же она смещается далее, мы переживаем фантастические сценарии, которые имеют лишь очень немного общего с известной нам действительностью.

Однако подобные перемещения непостоянны, вследствие недостатка энергии точка сборки скользит вдоль полей эманации и освещает то одну, то другую световую нить. Подобный феномен известен всем нам: он проявляется всегда, если последовательный поток событий сновидения прерывается. Лица и места превращаются в другие, вещи переходят одна в другую, и действие теряет всякую логику. Такие переходы манифестируют постоянное смещение точки сборки во сне.

Пытаясь контролировать подобные перемещения и фиксировать точку сборки в новых позициях, маги древности разработали две основы толтекской магии: искусство сновидения и искусство сталкинга. При этом речь идет о двух нераздельных методических системах, причем техники сновидения направлены на то, чтобы сдвинуть точку сборки, а принципы сталкинга нацелены на ее удержание в любой позиции, в которую она сдвинулась.

Начало сновидения очень просто описать, но трудно выполнить. Человек ставит перед собой задачу сохранять во сне осознание того, что он спит. Маги применяют для этого различные трюки, например сохранять осознание в момент засыпания или дают себе задание увидеть во сне собственные руки. Результатом будет так называемое осознанное сновидение, в котором можно действовать и принимать решения, как и в повседневном мире. При этом человек осознает, что его физическое тело во время происходящего лежит в постели и спит.

Однако толтекские мага не остановились на ступени осознанного сновидения, которое, кстати, изучается также и в других традициях, например в тибетской, и используется сегодня все чаще для терапевтических целей. Вначале они с помощью упражнений развили особый вид внимания, которое сделало их способными наблюдать картины сновидения столь долго и интенсивно, сколь им было угодно. Это внимание сновидения, которое Кастанеда называет, чтобы подчеркнуть его противоположность обычному вниманию в повседневном мире, вторым вниманием, стало основой одного из их самых значительных открытий.

Звездный час магов древности наступил, когда они принесли во внимание сновидения свое видение. При этом они обнаружили, что большинство их снов представляли только фантом.

Понятия «толтекский» и «Толтек» используются здесь и в дальнейшем не в этнологическом или историческом, но в их первоначальном значении. «Толтек» означает «образованный», «искусный» или «знающий». Только с развитием искусства сновидения и сталкинга в описаниях раннего среднеамериканского шаманизма появляется определение «Толтек».

Иные миры, не обладающие энергетической основой, и, очевидно, были вызваны некоторыми аспектами воспоминаний или процессами в их собственном энергетическом поле. Однако в этих сновидениях все время появлялись существа, которые, если сновидящий изолировал их с помощью видения, излучали энергию. Очевидно, у них было собственное энергетическое поле, что отличало их от обычных феноменов во сне. Эти существа были столь же действительны, как и сам сновидящий.

Маги обнаружили, что данные существа являются лазутчиками из других миров, которые пытаются через сновидение вступить в контакт с другими формами жизни. Они происходили из мира, существующего параллельно нашему, из универсума-близнеца, в котором существа хотя и обладают осознанием, но не имеют органического, материального существования. В традиции дона Хуана они были поэтому названы «неорганическими существами».

Неорганические существа значительно отличаются от известных нам органических форм жизни. Их энергетическая структура такова, что по сравнению с нами они живут бесконечно долго. Они очень старые, и их осознание, соответственно, очень высокоразвито. Нет ничего удивительного, что древние маги попытались заключить с ними соглашение.

Контакт с неорганическими существами был верстовым столбом в истории магии. С помощью более высокого осознания последних сновидение магов древности стало безукоризненным. Им удалось проникнуть телесно в мир неорганических существ и воспринять энергетическую структуру последних. В определенном смысле они тоже сделались неорганическими и бессмертными. Но какой ценой!

Они очутились в мире, который исполнял все их малейшие желания, но и сама вечность превратилась в ходе тысячелетий в мучение. Многие из тех древних магов живут и поныне в том другом мире, из которого нет выхода, поскольку их собственный мир давно прошел и позабыт. Согласно дону Хуану, они попали в западню, заключив соглашение с союзниками и подписав соглашение, столь же связывающее и привлекательное, как и соглашение нашей социализации, которое мы научились воспринимать как «единственный реальный мир».

Однако не все попались в ловушку. Некоторые маги были достаточно трезвыми, чтобы посмотреть фактам в лицо. Тот новый мир был, точно так же, как и повседневный мир, лишь одной позицией точки сборки и его восприятие—интерпретацией одного энергетического потока. Они стали двигаться дальше и открыли, что существует много других таких позиций, представляющих собой вход в другие миры, каждый из которых столь же фактический, реальный и привлекательный, как и мир, известный нам. При этом они пришли с помощью видения к новому пониманию термина «действительность»: реальными для них были только те миры и существа, которые вырабатывают собственную энергию. Все остальные — миры-фантомы, проекции нашей фантазии или воспоминаний, которые не производят никаких энергетических эффектов.

Маги исследовали новые миры и обнаружили, что они подобны кожуре луковицы: к каждому миру непосредственно примыкает следующий. Одной из этих оболочек является и наш повседневный мир. Все эти миры — или позиции точки сборки — особо прочны и объединяющи, поскольку они вырабатывают энергию; поэтому из некоторых практически нет выхода. Дон Хуан сообщает, что целые группы магов никогда не вернулись назад из своих путешествий. Другие сознательно искали спасения в иных мирах, но никто не знает, что они там нашли.

В те времена, примерно три тысячи лет назад, некоторые маги, так называемые Нагвали, сделались особенно влиятельными. Нагваль — это маг, который от рождения имеет особенную энергетическую структуру, отличную от энергетической структуры других людей: его светящееся яйцо кажется другому видящему двойным, с энергетической точки зрения у него большая масса. Светящееся тело обычного человека состоит из двух отделений, у Нагваля — из четырех. Такая структура не только ведет к необычным резервам силы, но и к тому, что Нагваль может сдвигать точку сборки других людей или синхронизировать ее. Данная способность делает Нагваля — это может быть как мужчина, так и женщина — прирожденным вождем группы магов.

Под руководством мужчин и женщин такой энергетической конфигурации в классической Мексике расцвела высокая культура, которая никогда не была по-настоящему понята историками. Маги того времени настолько идеально развили свои способности сновидеть, что с помощью своего связанного внимания сновидения смогли проецировать копии городов и сооружений в иные миры, чтобы потом проследовать туда и жить там. Они сновидели вместе новый мир.

Пример тому — храмовое сооружение Теотихуакан вблизи Мехико. Археологи до сих пор удивляются размерам этого сооружения и спорят о его назначении. Так, пирамида Солнца имеет в своем основании значительно большие размеры, чем самое монументальное сооружение Старого мира — египетская пирамида Хеопса. Другая загадка — улица мертвых, названная так потому, что в нишах стены этой крепости длиною более километра обнаружили деформированные человеческие останки. Вряд ли это были жертвы военных действий, потому что в Теотихуакане не обнаружили никаких следов войны, более того — никакого оружия. И куда могло деться население — столь бесследно, что историки до сих пор ломают голову, что же это за народ там жил?

Согласно Кастанеде, Теотихуакан был городом древних магов. Он сообщает, что по всей длине улицы мертвых в маленьких нишах располагались сновидящие, чтобы закрепить пирамиду Луны, находящуюся в конце улицы, во внимании сновидения:

«По сигналу они стали пристально созерцать пирамиду, чтобы сохранить ее для сновидения под различными углами зрения. В интенсивном совместном созерцании некоторые сгорели в огне изнутри, причем остались только некоторые части тела, и из благоговения их там и оставили, потому что считали, что они пропитаны необычной силой. Другие сновидящие тут же занимали место ушедших. Их целью было совместно сновидеть пирамиду на другом месте и сохранить ее там на несколько десятилетий, а может, и на более длительное время. Конкретный город Теотихуакан и его сооружения были для них лишь некоторого рода проектом. В действительности речь шла о версии сновидения города. Они увековечили картину. И население целых городов исчезло здесь, как и в других местах — например, на Юкатане — между 800 годом до нашей эры и 800 годом нашей эры, или еще позже, уйдя в иные миры, в свои города сновидения».

Падение той чужеродной культуры произошло, однако, не из-за такой необычной формы путешествий. Это волны переселяющихся народов смели древних магов. Между 600 и 1200 годами нашей эры в Северной Америке царил страшный период засухи, и воинственные народы проникали в сравнительно благополучные плодородные пространства Юга. Древние маги с болью в сердце узнали, что все их способности не могут помочь против человеческой вражды, а их неорганические союзники не могут сделать их недоступными для ранений. Их просто-напросто растоптали.

Завоеватели присвоили себе культурные достижения толтекских магов, однако ядро их знаний они не смогли постичь. Согласно дону Хуану, они так и не смогли научиться видеть: «До сих пор по всей Мексике встречается множество магов — последователей тех завоевателей. Они следуют по пути Толтеков, но понятия не имеют ни о том, что сами делают, ни о том, о чем говорят, поскольку не являются видящими».

Маги, пережившие падение их мира, ушли в подполье и стали решать, что следует предпринять. Они были твердо убеждены, что причину падения их культуры следовало искать в их собственной слабости, и пришли к решению подвергнуть все их знание тщательной проверке. Они хотели раз и навсегда исключить все возможные ошибки.

Из этой реформации вышла и линия традиции дона Хуана, которую ее наследники могут проследить назад вплоть до времени исторических Толтеков примерно до десятого века нашей эры. Те новые видящие преодолели маниакальное стремление своих предшественников находить все новые и новые позиции точки сборки, все новые магические трюки, чтобы властвовать над подданными как человеческого, так и нечеловеческого вида. Они видели, что именно это конкретное стремление к собственной выгоде, чувство собственной важности древних магов и связанная с ним переоценка самих себя и послужили причиной их поражения.

Чувство собственной важности стало главным врагом новых видящих, которому они объявили открытую войну. Они повернулись спиной к конкретному и ко всем формам магии, преследующим определенные цели, и устремились отныне лишь к абстрактному. Этим словом они обозначили некую силу, которая была известна и их предшественникам, но которой прежде не придавалось существенного значения. Новые видящие познали, что это и есть та самая сила, которая правит положением точки сборки, восприятием и, следовательно, судьбой любого существа. Они видели, что эта сила определяет положение точки сборки примерно так же, как сильное магнитное поле определяет положение стрелки компаса. По этой причине они назвали эту силу абстрактным, духом или намерением.

Свою новую цель новые видящие сформулировали одним словом: свобода — свобода от принуждения воспринимать то, что предписывает позиция точки сборки. Цель, выводящая за пределы оболочки луковицы и, по определению, находящаяся вне всех конкретных положений точки сборки, а значит, вне всех конкретных миров. Но поскольку в конце концов положение точки сборки определяется намерением, им следовало сначала овладеть последним.

Так овладение намерением сделалось еще одним краеугольным камнем учения нового цикла. Задача эта оказалась непростой, потому что намерение является чем-то вроде власти судьбы, с которой не шутят. Надо сначала подружиться с намерением, войти с ним в доверительные отношения. Для этой цели новые видящие использовали реформированную практику сновидения, которая направлялась отныне не на цели конкретной магии, а концентрировалась на овладении осознанием, на свободе, которой они достигали намереванием новых позиций точки сборки.

Параллельно они обратились к сталкингу, распространившемуся отныне на намеревание собственного поведения. Преимущество получили техники выслеживания самого себя, которые не только позволяли контролировать позицию точки сборки, но одновременно были направлены против чувства собственной важности и переоценки своих возможностей. Возник своеобразный кодекс, связывающий воедино три основы магии — сталкинг, сновидение и намерение — и ведущий практиков по пути к свободе. Это Путь воина.

Этот Путь заканчивается единственным маневром, который невозможно себе представить: абстрактным полетом, огнем изнутри. При этом практик заставляет свою точку сборки скользить по всей ширине его светящегося яйца, по всему спектру возможных для человека восприятий и таким образом зажигает одновременно все внутренние эманации. Соответствующий кокон как будто взрывается, маг превращается в чистую энергию и обретает истинную свободу.

Скольким магам это до сих пор удалось — не известно, точно так же, как мало что известно из истории первых двенадцати поколений линии дона Хуана, о которых Кастанеда и его спутницы до сих пор поведали очень немного. Точная генеалогия представлена нам лишь со времен испанских конкистадоров, другому значительному событию в истории магии.

Дон Хуан сообщает:

«Новый цикл только-только сформировался, когда пришли испанские захватчики. К счастью, новые видящие успели как следует подготовиться к такого рода опасности. Они уже стали непревзойденными мастерами практики искусства сталкинга.

Последовавшие за этим столетия порабощения обеспечили новым видящим идеальные условия для дальнейшего совершенствования мастерства. Это может показаться довольно странным, но именно исключительная суровость и жестокость тех времен дали им импульс к выработке новых принципов. А благодаря тому, что они никогда не афишировали свою деятельность, их оставили в покое, так что они получили возможность разобраться в своих находках».

После того как новые видящие поняли, что коммуникация с завоевателями бесполезна, они ушли в подполье. Они не были партизанами, но они хранили в тайне свое знание, они защитили его тем, что каждый Нагваль изолировал свою группу от любых открытых контактов с другими видящими. Этим они предотвратили свое окончательное уничтожение между жерновами инквизиции с одной стороны и местническим сознанием групп — с другой. Последствием данного эдикта новых видящих стало образование отдельных школ, которые развивали учение дальше индивидуальным образом.

Не каждая школа находила последователей, что частично можно объяснить отношением новых, видящих к чувству собственной важности. Они больше не избирали своих учеников сами, как делали все их предшественники, но позволяли намерению указать на них. Это означает, что маг нового цикла уже не ищет сам никаких учеников, но ученик может искать себе учителя. Всегда имеется омен, знак намерения, духа, который руководит их соединением. Но даже если подобные предпосылки имелись, могло случиться, что полученный от намерения кандидат вовсе не интересовался магией, и соответствующая школа была обречена этим на вымирание.

Школа дона Хуана имела, начиная с конца пятнадцатого века и до сегодняшнего дня, включая дона Хуана и Карлоса Кастанеду, шестнадцать Нагвалей. Первые восемь руководили своими группами до конца семнадцатого столетия в полном соответствии с кодексом новых видящих. Большинство этих групп воинов были невелики и состояли из восьми-шестнадцати членов. Каждая из таких генераций передавала непосредственно следующей свое традиционное знание и весь свой накопленный опыт.

Однако в 1723 году случилось нечто такое, что в корне изменило дальнейшее развитие школы. Девятый Нагваль, Себастьян, встретился с одним из магов древности, внезапно появившимся перед ним во плоти и попросившим у него помощи. Его собственные силы иссякли, ему срочно нужна была энергия двойного существа, иначе он был обречен умереть.

Древний видящий находился 7000 лет в заточении в параллельном универсуме, пока он в начале XVIII века не нашел лазейки из ловушки неорганических существ. Теперь ему срочно нужна была помощь, которую и оказал нагваль Себастьян после некоторого колебания. Он поделился энергией, необходимой древнему видящему для дальнейшей жизни в созданном им самим мире сновидения. В награду дон Себастьян получил непосредственное знание: позиции точки сборки, открытые в незапамятные времена магами древности.

Нагваль Себастьян заключил с древним видящим соглашение, по которому и все его последователи обязывались отдавать энергию в обмен на знание других положений точки сборки. И Бросивший вызов смерти, получивший после заключения пакта также прозвище «Арендатор», являлся с тех пор всем последующим Нагвалям: Сантистебану, Лю Ханю, Розендо, Элиасу, Хулиану, Хуану и Карлосу Кастанеде. Последний описывает в «Искусстве сновидения», как он встречается с Бросившим вызов смерти в церкви и следует за ним в его город сновидения.

Нагваль Карлос Кастанеда был первым в этой длинной цепочке магов, который не потребовал от Бросившего вызов смерти никакой ответной услуги. Однако, как оказалось, это было не единственным, что отличало его от дона Хуана и его предшественников. Когда на пыльной автобусной станции дон Хуан узнал в страстном антропологе избранного ученика, посланного ему намерением, он еще не знал, что встретился с окончанием своей линии. Или, может быть, он увидел новое начало?

2. О конце одной линии.

Все начинается и все заканчивается в нужном месте, в нужное время.

Джоан Линдсей, «Пикник В День Валентина».

После того как нагваль дон Хуан нашел в Кастанеде своего предполагаемого наследника, он и его спутники занялись составлением партии воинов для нового Нагваля. При этом они полностью отдались воле намерения, которое также определило и конфигурацию их группы. Новая команда должна была быть точной копией команды предшественников.

Они следовали правилу Нагваля, мифу, который предполагает, что союз Нагвалей — мужчины и женщины — ведет группу воинов к свободе. Эти воины принадлежат к различным основным типам, из которых и состоит человечество: четыре женских и четыре мужских типа. Женщины к тому же были представлены двумя группами: сталкеры и сновидящие.

Такая классификация является у магов не психологической изощренностью, а энергетической данностью. Светящиеся коконы отдельных типов явно имеют отличительные параметры, которые выражаются также в поведении и предпочтениях типов. Да, можно сказать, что четыре различных человеческих типа имеют различное представление о том, что такое счастье в жизни, представление, которому уравниловка нашего современного повседневного мира не дает возможности развиться.

Ученый человек найдет осуществление в понимании, человек действия — в деле, организатор — в планировании, а курьер — в практическом исследовании новых путей и возможностей.

С женской стороны четыре типа соответствуют четырем сторонам света: Восток соответствует порядку, Север — силе, Запад — чувству и Юг — росту. Восточная женщина найдет свое счастье в творческом оформлении, северная женщина — в борьбе, западная женщина — в интуитивном познании, а южная — в заботе и уходе за другими существами.

Согласно правилу, партия воинов составляется из представителей всех этих типов. Наибольшая мыслимая разнородность отдельных членов ведет в совместных действиях к наибольшему возможному потенциалу активности, потенциалу, который вообще возможен для какого-либо человеческого сообщества. При этом Нагваль-мужчина и Нагваль-женщина образуют посреднический центр, без которого другие члены группы вряд ли нашли бы общий язык. Данная посредническая функция принадлежит им от рождения, поскольку они могут отражать все остальные типы различными гранями своего поведения.

Правило Нагваля — это живой миф, абстрактный сценарий человеческого взаимодействия, который создает из толпы отдельных индивидов структурное целое, единый организм. И этот организм обладает способностью размножаться в смысле передачи структуры своей культурной традиции наследникам, когда он продолжает существовать абстрактным образом в соответствующей группе последователей.

Это было именно то, что дон Хуан и его спутники намеревались сделать. И они нашли для нового Нагваля группу мужчин — Нестора, Паблито, Бениньо и Элихио — и кольцо женщин: Лидию, Розу, Хосефину и Марию-Елену, которую за ее полноту называли также «Ла Горда» — толстуха. Теперь недоставало только женской половины, дополняющей Кастанеду, — женщины-Нагваля, которая нашлась последней. Это была Кэрол Тиггс.

Ее первая встреча с доном Хуаном и Кастанедой произошла в Мехико, где она тогда изучала историю искусства. Она наслаждалась семестром за границей, вдали от охраняющей ее семьи, так как, как она сама говорит, она была «законченная стерва», которая старалась, нарочно шепелявя, привлечь внимание мужчин.

Однажды вечером она гуляла по парку Аламеда и заметила, что за ней следуют двое мужчин, старый и молодой. Она приняла обоих за «нахальных латиноамериканцев» и ускорила шаг, но мужчины подходили все ближе. Когда молодой мужчина почти поравнялся с ней, она услышала, как старый закричал: «Только не дай ей удрать! Хватай ее, за что можешь»!

Это напугало не только Кэрол. Кажется, и молодой мужчина колебался, что же ему предпринять. Задыхаясь, он выпалил ей в спину целый ряд вопросов: «Ты американка? Как тебя зовут? Сколько тебе лет? Ты одинока или у тебя есть друг»?

Тут Кэрол запаниковала. Она уже хотела пригрозить, что громко позовет на помощь, когда старик вдруг очень громко отрыгнул. Она окаменела от ужаса и затем услышала собственные слова: «Меня зовут Кэрол Тиггс, мне девятнадцать лет и у меня нет друга».

Кэрол рассказала мужчинам, где она живет, и они регулярно ее посещали, пока она находилась в Мехико. Совместная работа производилась всегда в состоянии повышенного осознания, в которое дон Хуан перевел ее уже при первой встрече. Благодаря своей громкой отрыжке он привлек к себе внимание Кэрол и одновременно магическим движением руки сдвинул ее точку сборки. Позже ему нужно было только привлечь ее внимание к своему левому глазу и повторить движение рукой — и Кэрол уже переходила в состояние повышенного осознания. Но когда она возвратилась назад в США, воспоминания о встрече заволокло туманом.

Дома Кэрол как ни в чем не бывало продолжила свое обучение в колледже. Лишь годы спустя она вновь встретилась с доном Хуаном, на этот раз при совершенно других обстоятельствах. Она работала во время каникул в государственном учреждении, и к ней обратился старый, как ей показалось, беспомощный индеец, у которого были проблемы с документами. Она не узнала его!

Кастанеда подробно описывает последующие события в книге «Дар Орла», где он еще был убежден, что речь идет о первой встрече Кэрол и дона Хуана. Он тоже не мог вспомнить предысторию, произошедшую в Мехико, потому что и он тогда находился в состоянии повышенного осознания.

Дон Хуан использовал свои замечательные способности сталкера, чтобы окончательно завлечь Кэрол в свой мир. Он вновь перевел ее в состояние повышенного осознания, причем настолько глубоко, что она больше уже никогда полностью не выходила из него. Ее точка сборки сместилась столь драматическим образом, что никогда больше не возвращалась в свою привычную позицию.

С этого момента Кэрол Тиггс перестала существовать для повседневного мира. Дон Хуан объяснил ей Правило Нагваля, и Кэрол приняла его со всеми вытекающими отсюда последствиями. Одним из последствий было то, что она как Нагваль-женщина должна была сопровождать дона Хуана и его спутников в их окончательном путешествии, чтобы позже стать светящимся маяком на пути к свободе для своей группы. До нее этот же путь проделали и все остальные женщины-Нагвали.

Группа наследников линии дона Хуана была, таким образом, укомплектована, и все, казалось, находилось в идеальном соответствии, если бы не проявились некоторые несогласованности, подобные темным грозовым тучам на горизонте. Согласно правилу, кольцо женщин должно было состоять из сталкеров, которые очень сильно отличаются по свой энергетической структуре от сновидящих. Обычно те вступают в игру, когда прежняя команда воинов уже покинула мир. Однако Лидия, Роза, Хосефина и Ла Горда однозначно принадлежали к сновидящим. Поскольку сам дух избрал этих женщин, дон Хуан и его спутники приняли это решение намерения, хотя и не поняли его.

Затем на сцене появилась новая фигура: Соледад, истинная женщина-сталкер. Вначале никто не принял ее всерьез, поскольку это была старая, жирная баба, у которой, по всей вероятности, было не очень много энергии. Однако от нее было не просто отвязаться, и знаки намерения были столь очевидны, что дон Хуан и его спутники не смогли отказать ей. Они приняли ее, хотя она совсем не вписывалась в схему, по которой формировался круг возле нового Нагваля.

Следующей загадкой было преображение Ла Горды, которая в ходе обучения потеряла все лишние килограммы. Это не только изменило ее внешность, но и повлияло на энергетическую структуру. Видящие партии дона Хуана считали ее вначале южной женщиной. Однако вдруг оказалось, что она — северная женщина. Это было, собственно говоря, невозможно, потому что энергетическая структура от рождения представляет собой неизменный параметр. Об ошибке при видении тоже не могло быть речи, поскольку энергетическая структура имеет в каждом случае совершенно четкую конфигурацию, не допускающую никаких отклонений и ошибочных заключений.

Все эти события придали партии воинов довольно странный вид: одна-единственная старая женщина-сталкер и неполное кольцо сновидящих, у которых южная позиция оказалась вакантной, а северная, напротив, была представлена сразу двумя женщинами — Розой и Ла Гордой. Такого еще не было ни в одном из предыдущих поколений.

Становилось все более ясно, что что-то неладно. При более внимательном исследовании доном Хуаном и его спутником Сильвио Мануэлем, которым эти несоответствия не давали покоя, оказалось, что «ошибка» была в самом Нагвале — Карлосе Кастанеде. Все думали, что он — такой же Нагваль, как дон Хуан, и вдруг оказалось, что он имеет совершенно другую энергетическую структуру. Вместо четырех отделений, обычно характерных для Нагваля, его светящееся яйцо имело только три. Этого дон Хуан и его спутники до сих пор не заметили. Поскольку правила, которым они следовали, были созданы для «четырехзубчатого» Нагваля, они просто-напросто не срабатывали у «трезубца» Карлоса Кастанеды.

При этом расследовании также оказалось, что никто не совершал ошибки. При выборе учеников маги точно следовали указаниям духа. Очевидно, само намерение подложило кукушонка в гнездо дону Хуану. Теперь следовало выяснить, что при этом имелось в виду, и действовать согласно условиям новой ситуации.

В ходе дальнейшей учебы Кастанеды дон Хуан все более приходил к убеждению, что решение духа избрать Кастанеду его учеником не может означать ничего иного, как конец его линии.

Кастанеда вспоминает точку зрения дона Хуана:

«Он говорил, что конец его линии не имеет ничего общего с ним или с его усилиями а также с его успехом или неудачей как мага на пути к абсолютной свободе. Он понимал все обстоятельства как нечто такое, что связано с решением, которое было принято по другую сторону от человеческой области, не каким-либо существом или творением, но безличными силами самого Универсума».

Изменения, потребовавшиеся вследствие данного обстоятельства, лишь частично документированы в книгах Кастанеды. Так, например, отныне Кастанеда не тренировался больше вместе с другими учениками. Его смягченная энергетическая структура делала для него невозможным вести других учеников, быть для них Нагвалем.

Это касалось, прежде всего, трех мужчин — Нестора, Паблито и Бениньо, и трех женщин — Лидии, Розы и Хосефины. Они образовали собственные группки: «Хенарос» и «Сестрички». Необычайно талантливому Элихио удалось подключиться к курьеру дона Хуана Эмилито, а Соледад попала под крылышко Флоринды, северного сталкера старой группы. Только Ла Горда и Кэрол и дальше учились вместе с Кастанедой, поскольку были энергетически более совместимы и, очевидно, принадлежали его группе.

К этому союзу вскоре присоединились еще две женщины, подходящие для Кастанеды. Дон Хуан получил знамение относительно девушки по имени Марта, которая была введена в мир магов с помощью Клары, южной сновидящей старой группы. А его спутница Флоринда открыла на вечеринке у одного техасского нефтяного магната непоседливую Регину, в которой сразу же узнала точную копию самой себя. Вскоре после этого Регина была завлечена в Мексику Делией, южным сталкером группы дона Хуана, и там посвящена в тайны магии. Оба новичка стали позже известны под другими именами: как Тайша Абеляр и Флоринда Доннер-Грау.

Подобное изменение имен является у магов обычным делом. Во-первых, оно становится выражением полноты изменения, которое происходит с человеком при вступлении в мир магов. С другой стороны, существует традиция передавать имена от одного поколения к другому как наследство, чтобы еще более подчеркнуть принадлежность потомков рамкам правила Нагваля. Марта приняла имя, первоначально придуманное для нее родителями, — Тайша. А Регина унаследовала имя своей учительницы и предшественницы, которая была удивлена их необычайной схожестью с первого мгновения встречи — Флоринда.

Итак, новый союз состоял из пяти членов: Карлос Кастанеда, Кэрол Тиггс, Тайша Абеляр, Флоринда Доннер-Грау и Ла Горда. Долгое время группа не упоминалась Кастанедой, поскольку дон Хуан не позволял ему писать о ней. Произведения Кастанеды должны были дать информацию о первоначальной традиции толтекских магов, а не об изменениях, произошедших в последнее время. После того как его линия была, очевидно, обречена на закат, дон Хуан сам стал поощрять Кастанеду в его писательской деятельности, потому что видел в ней шанс сохранить по крайней мере малую толику от завещания своей традиции, от знания Толтеков.

Лишь с опубликованием «Искусства сновидения» Кастанеда прервал навязанное ему молчание и начал давать сведения о своей собственной группе. Он объясняет:

«Мы взаимодействовали друг с другом исключительно во втором внимании. В мире повседневной жизни мы не имели друг о друге даже смутного представления. Что же касается отношений каждого из нас с доном Хуаном, то здесь все было совершенно ясно: он вкладывал одинаково огромные силы в обучение и тренировку каждого из нас. Тем не менее ближе к концу, когда время дона Хуана было почти исчерпано, психологическое давление, вызванное его предстоящим уходом, начало разрушать бывшие до того незыблемыми границы сферы второго внимания. В результате наше взаимодействие стало выплескиваться в мир повседневности. И мы впервые, как нам казалось, встретились». Флоринда Доннер-Грау сообщает в книге «Жизнь-в-сновидении» об этих встречах. Интересно, что при чтении этой книги создается совершенно иное представление о Кастанеде, который в своих собственных публикациях охотно выставляет себя глуповатым учеником старого мага-мастера дона Хуана. В «Жизни-в-сновидении» он сам предстает талантливым магом, который умело справляется со всеми вызовами на пути воина. Если бы он и в действительности не был таким, ему вряд ли бы удалось преодолеть все трудности, с которыми сталкиваются на этом пути. Так, в «Искусстве сновидения» Кастанеда рассказывает, как в конце шестидесятых годов он все больше попадает под неотразимое влияние неорганических существ и предпринимает в сновидениях продолжительные экскурсии в их мир.

В одном из этих путешествий он находит заточенное там существо, энергия которого существенно отличается от энергии других неорганических существ. Его сияние было не красным или розоватым, как у существ в параллельном универсуме, а голубым. Поэтому Кастанеда назвал его голубым лазутчиком.

В «Искусстве сновидения» он описывает, как начал испытывать жалость к этому существу и как он, наконец, попытался захватывающим дух актом воровства вырвать существо из мира неоргаников — маневр, который почти стоил Кастанеде жизни. Он затратил на попытку освобождения, удавшуюся лишь наполовину, всю свою энергию. Поскольку отказаться от своего предприятия он тоже не хотел, то, как объяснил ему дон Хуан, он и Кэрол Тиггс должны были совместно найти выход, чтобы окончательно освободить лазутчика из тенет параллельного универсума.

Путь освобождения и последующие события не описаны ни в одной из книг Кастанеды. Единственной возможностью освободить голубого лазутчика из мира неорганических существ было целиком забрать его в наш мир. Но единственным путем, ведущим к физическому существованию в нашей сфере, является рождение. Поэтому Карлос и Кэрол в состоянии повышенного осознания решили зачать ребенка и дать, таким образом, осознанию голубого лазутчика физическую оболочку.

Попытка удалась, и Кэрол Тиггс стала матерью необычной дочери, которая была выращена и воспитана с помощью магов группы дона Хуана. Однако оказалось, что голубой лазутчик был не один. За ним скрывалось еще одно существо, которое также попало в застенки мира неорганических существ, — оранжевый лазутчик. Кастанеда и его спутницы решили освободить и это существо, чтобы последовательно завершить начатое дело.

Кэрол Тиггс уже не подходила на роль матери. После некоторого колебания Флоринда Доннер-Грау заявила о своем согласии родить оранжевого лазутчика. Для этой цели она нашла подходящего мужчину — как она сама говорит, «родового индейца из окрестностей Оахаки», и зачала с ним дочь. И эту девочку сразу после рождения маги группы дона Хуана взяли под свою опеку.

Однако самые большие испытания ожидали Кастанеду в 1973 году, когда он впервые встретился с Бросившим вызов смерти. Это событие подробно описано в «Искусстве сновидения». Там он сообщает, как чудовищно старый маг появился перед ним в образе женщины, с которой он встретился в церкви в городке недалеко от Оахаки. Она провела Кастанеду в версию сновидения церкви и городка, и Карлос получил первые впечатления о непредставимой мощи древних магов, их способности фиксировать внимание сновидения на конкретных явлениях.

В ходе описанной встречи произошел обмен между Кастанедой и Бросившим вызов смерти, отдача энергии, совершить которую он был вынужден как наследник линии Нагваля Себастьяна. Однако новый Нагваль Карлос отказался принять как ответное действие подарок Силы — конкретную позицию точки сборки. Он не хотел никаких сделок с Бросившим вызов смерти. Если уж он должен был тому помочь, то хотел сделать это свободно, как настоящий подарок.

Это привело к неожиданным осложнениям. Бросивший вызов смерти не хотел брать у Кастанеды энергию без ответного действия. Поэтому он отказался от конкретного действия, а сделал новому Нагвалю абстрактный подарок: способность лететь на крыльях намерения, способность намереватъ во внимании сновидения. Это было высшее искусство древних магов, с помощью которого они и транспортировали в иные миры целые города вместе с их населением.

Однако вскоре выяснилось, что этот подарок был подобен троянскому коню. Бросивший вызов смерти нашел возможность окончательно вырваться из тюрьмы своей позиции сновидения. Он знал, что это может быть его последним шансом после того, как конец линии Нагваля Себастьяна был опечатан Кастанедой. Он вступил в соглашение с женщиной-Нагвалем Кэрол Тиггс, о котором Кастанеда узнал, когда уже ничего нельзя было изменить. Кэрол объединилась с Бросившим вызов смерти в одно существо, использовав тот же дар, что он сделал Кастанеде: через намеревание во внимании сновидения. Таким образом старый маг навсегда соединил свою судьбу с последним звеном цепочки, последним Нагвалем и его группой. Если они когда-нибудь достигнут свободы, он тоже станет окончательно свободным.

Непосредственным следствием слияния Кэрол Тиггс и Бросившего вызов смерти было то, что они покинули известный нам мир. Долгое время Кастанеда был убежден, что Кэрол ушла вместе с Нагвалем доном Хуаном и его группой, как то предписывало Правило Нагваля. Это заблуждение вполне понятно и объясняется эмоциональным взрывом в момент прощания и тем, что события практически совпали по времени. Ведь уже спустя несколько недель, в июне 1973, дон Хуан и его спутники заявили о своем решении предпринять окончательное путешествие. Кастанеда вспоминает по этому поводу:

«Я видел, как они уходят, дон Хуан и его группа, целое скопление магов. Они шли к месту, свободному от всего человеческого и от болезненного принуждения поклонения человеку. Они сгорели в огне изнутри. Когда они уходили, они приняли форму, которую они называли пернатый змей. Они полностью, вплоть до обуви, превратились в энергию. Единым движением они еще раз обернулись назад, чтобы бросить последний взгляд на этот прекрасный мир. Когда я об этом вспоминаю, я дрожу и у меня выступает гусиная кожа. Последний поворот — только чтобы бросить один взгляд.

Я бы мог их сопровождать. Когда дон Хуан уходил, он сказал: «Уход требует от меня всего. Он нуждается во всем моем мужестве, во всей моей надежде — и никаких ожиданий. Остаться — тебе тоже потребуется все твое мужество и все твои надежды». Так и случилось, что я прыгнул в пропасть и проснулся в моем бюро в Лос-Анджелесе». Элихио, курьер из первой группы Кастанеды, покинул мир вместе с доном Хуаном. Остались Хенарос, Сестрички, Соледад и группа Кастанеды. После долгих лет учебы они были впервые предоставлены сами себе, они остались без руководства, и потребовалось немалое время, прежде чем они вновь обрели равновесие. Кастанеда впечатляюще описывает это время во «Втором кольце силы».

Когда ученики вновь обрели самообладание, они обнаружили, что не все маги старой группы покинули мир. Флоринда и Зулейка, западная сновидящая когорты дона Хуана, остались, поскольку по своим чувствам они не принадлежали дону Хуану. Они предполагали собрать еще больше энергии, чтобы совершить гигантский прыжок. Они хотели достичь группы их учителя, Нагваля Хулиана, которая покинула мир таким же образом десятилетия назад. Как говорила Флоринда, Нагваль Хулиан был «любовью ее жизни», к которому она чувствовала себя привязанной более, чем к миру.

В течение следующего десятилетия обе ведьмы опекали оставшиеся группы, причем старая Флоринда больше заботилась о новой группе Кастанеды и о своей «приемной дочери», принявшей ее имя. Однако ее стиль руководства более походил на стиль нетерпеливого фельдфебеля, а не на стиль заботливой матери. Она давала все новые и новые задания, которые должны были развивать способности учеников в искусстве сталкинга.

Кастанеда рассказывает:

«Флоринда потребовала от меня, чтобы я нашел себе работу. Я ответил ей, что нахожу ее предложение бессмысленным, поскольку достаточно зарабатываю писательским трудом. «Писать и выступать с докладами — это бессмыслица! — нетерпеливо возразила она. — Ты должен вернуться на твердую почву». «И что я по твоему мнению должен делать»? — спросил я. Она немного подумала и ответила: «Работай поваром»!

Так я нашел себе место повара в Туксоне, Аризона, где люди ненавидят латиноамериканцев, что я регулярно и чувствовал на себе. Однажды один парень величиной с дерево и набитый до отказа сахаром и пивом бросил в меня гамбургером и обругал. Я не знал, как я должен был реагировать в подобной ситуации. Позже я спросил у Флоринды, но она сказала только: «Пригнуться!».

Подобный род указаний постепенно развил в Кастанеде очень прагматический способ поведения, который ему как ученому был прежде чужд. А Тайша и молодая Флоринда были, наоборот, посланы в школу, потому что они как женщины уже по природе своей были прагматиками, однако сталкивались с трудностями, пытаясь облечь свои знания в слова. Обе учились — как и сам Кастанеда — в УКЛА, университете в Лос-Анджелесе.

Ученицы были благодарны старой Флоринде, что их учеба не превратилась в сухую академическую пытку. Так, Флоринда Доннер-Грау описывает в своих книгах «Шабоно» и «Сон ведьмы» свои захватывающие полевые исследования, к которым ее побудила ее учительница. Ее пребывание у индейцев яномама в девственных лесах Америки и у ведьм и целителей на побережье родины—Венесуэлы было одновременно огненным испытанием для всего, чему она научилась прежде на пути воина.

Не пощадили и Ла Горду. Она была ассистенткой Кастанеды в Туксоне, где работала официанткой. Она не видела смысла в выполнении все новых и новых заданий, которые, как казалось, уводили все дальше от цели. В ее глазах Кастанеде было нужно слишком много времени, чтобы действительно научиться соответствовать роли Нагваля и вести ее к свободе. Ее нетерпение росло день ото дня.

В 1985 году Ла Горда окончательно сорвалась. Поскольку дон Хуан в свое время уверил ее, что она является «непревзойденной сновидящей», она все больше и больше приходила к убеждению, что именно она должна возглавить руководство. В пылу чувства собственной важности она утверждала, что является истинным Нагвалем и поведет всех остальных к свободе. Поскольку ей никто не поверил, она попыталась самостоятельно совершить абстрактный полет. Попытка закончилась катастрофой. Вместо того чтобы сгореть в огне изнутри, она умерла на руках остальных членов группы.

Когда старая Флоринда, во время этого события отсутствующая, вернулась домой, она страшно разгневалась. Она обвинила Кастанеду и его спутниц в ответственности за смерть Ла Горды. Они якобы ничего не предприняли, чтобы удержать Ла Горду от ее предприятия, и она сыта по горло столь некомпетентными дилетантами. Флоринда решила в тот же момент покинуть мир. Лишь свою возлюбленную дочь хотела она взять с собой.

Флоринда Доннер-Грау рассказывает, что в этот момент из-за нее разгорелся спор. Кастанеда вырвал ее из рук старой ведьмы. Затем та покинула дом и исчезла за апельсиновым деревом. Молодая Флоринда увидела вспышку света, однако все еще думала, что ее любимая учительница всего лишь спряталась. Однако затем сад заполнился странной вибрацией, поколебавшей апельсиновое дерево и его цветы. Спутница дона Хуана действительно отправилась в свое окончательное путешествие. С тех пор Кастанеда и его спутницы были предоставлены самим себе и не знали, что они должны делать дальше. Поэтому они решили заниматься повседневными делами, пока не получат знака намерения, который укажет им дальнейший путь. Никто из них не предполагал, что такой знак очень скоро появится.

Примерно за два года до описываемых событий Кэрол Тиггс вернулась в повседневный мир, хотя об этом никто не знал; Кэрол вдруг снова обнаружила себя на улице в Туксоне, где она бесцельно слонялась. Она чувствовала, что что-то не в порядке, потому что с трудом приходила в себя. Ее ноги были необыкновенно тяжелыми и ватными.

Медленно она вновь обрела сознание. Она узнала свою бывшую родину, однако все здесь изменилось. Повсюду были новые дома и улицы. Что произошло? Сколько времени прошло? Кэрол решила подумать, что же ей следует предпринять.

Она вспомнила, что дон Хуан постоянно советовал своим ученикам припрятывать в окрестностях своего дома небольшие суммы денег на случай, если случится что-то непредвиденное. Кэрол последовала его совету, что ей теперь и пригодилось. Она нашла часть зарытых ею денег, хотя на одном из ее тайников за эти годы уже выстроили новое здание. Когда она уладила свои дела таким способом, она попыталась установить контакт с другими членами своей группы.

Однако это было нелегким предприятием. Кастанеда и его спутницы — не те люди, чьи фамилии можно найти в телефонной книге. Они постоянно стремились, чтобы даже ближайшие знакомые ничего не знали об их местопребывании. Поэтому потребовалось некоторое время, чтобы Кэрол отыскала их следы. В середине 1985 она увидела в Лос-Анджелесе плакат, приглашающий на доклад Кастанеды, чья книга «Огонь изнутри» как раз вышла из печати. Так она оказалась в указанный вечер в переполненном книжном магазине «Феникс» в Санта-Монике, точно так же возбужденная, как и другие посетители.

Когда Карлос наконец появился, публика засыпала его вопросами. Его взгляд скользил по толпе и наткнулся на Кэрол. Как он сам рассказывает, он заметил сначала между слушателями «странно привычное свечение». Следует заметить по этому поводу, что светящееся яйцо мага имеет излучение иного цветового оттенка, чем яйцо обычного человека. Затем он увидел Кэрол и вначале не поверил своим глазам. Но это была действительно она.

С трудом он закончил свой доклад, чтобы наконец увериться в своем предположении. Это была действительно Кэрол! Вне себя от счастья, Кастанеда не знал, что он должен говорить и делать. Поэтому он обратился к молодой женщине, сидящей рядом с Кэрол, так как думал, что это она совершила чудо, приведя Кэрол назад. Он осыпал ее благодарностями, в то время как женщина напрасно пыталась объяснить ему, что не имеет к происходящему никакого отношения. Она не могла и предположить, что она сделалась частью знака намерения, знака, которого Кастанеда и его спутницы страстно ждали со времени смерти Ла Горды и ухода старой Флоринды.

3. Начало новой эры.

«Пойдем с нами, — сказал петух. — Что-нибудь получше, чем смерть, можно отыскать повсюду».

«Бременские Музыканты».

Возвращение Кэрол было событием, не имеющим аналогов в истории магии. Во всех предыдущих поколениях женщины-Нагвали покидали мир вместе со своими предшественниками и затем служили маяком к свободе для собственной группы. Только этот маневр и обеспечивал продолжение традиции на протяжении тысячелетий. Было ясно, что круг разорван, и конец линии определен однозначно.

Кастанеда и его спутницы восприняли как особый знак, что Кэрол появилась именно во время одного из докладов. Для них это было неоспоримым указанием, что они, чтобы выполнить свое предназначение, должны еще активнее распространять свои знания в массах. Ведь они были последним звеном в цепи, и именно они должны были решить, что произойдет со знанием, переданным им предшественниками.

Со времен Конкисты их традиция скрывалась под покровом тайны. Никто даже не догадывался, что она существует. Это привело к тому, что линия дона Хуана была подобна необитаемому острову, бытие которого оторвано от остального человечества, от развития человеческих целей и идеалов. После того как конец линии был предопределен, не имело никакого смысла больше поддерживать существующее положение. Напротив, речь шла о том, чтобы найти новые пути дальнейшего сохранения их знаний, абстрактного ядра их традиции. Одним из особых моментов этой традиции были магические движения, открытые магами древности и передававшиеся от поколения к поколению в большой тайне. Кастанеда и его спутницы задались вопросом, что им делать с этой частью их наследства. Было просто-напросто невозможно описать в книгах, что они с успехом делали в отношении других аспектов своего знания, большое число последовательностей магических движений. С другой стороны, в магических движениях речь шла о практической, функциональной части их наследства. Кастанеда пишет:

«Мы решили использовать магические движения и передать их всем, кто желает их изучить. Наше решение положить конец таинственности, окружавшей их с незапамятных времен, было логическим следствием нашей глубокой убежденности, что мы действительно являемся окончанием линии дона Хуана. Мы не могли согласиться с представлением, что мы должны унести с собой тайны, которые вовсе не принадлежат нам. Окутать магические движения покровом тайны было не наше решение. Но это именно наше решение — покончить раз и навсегда с таким положением дел».

И Кастанеда с его спутницами начали в конце восьмидесятых годов преподавать магические движения сначала небольшому кружку интересующихся. Они встречались один раз в неделю в балетной студии в Санта-Монике, всего в двух шагах от места, где Кэрол в 1985 году вновь восстановила контакт с группой: в «Phoenk Bookstore». Участие в «классах» было бесплатным и происходило по пригласительным билетам. Единственное, что требовал Кастанеда от участников, было нераздельное внимание. «Свобода свободна, — говорил он каждому, кто хотел его слушать. — Ее нельзя купить или понять».

Участники набирались вначале из слушателей докладов, которые делали Карлос Кастанеда и Флоринда Доннер-Грау. Одной из первых, получивших такое приглашение, была молодая женщина, которая сидела рядом с Кэрол во время доклада и пыталась защититься от незаслуженных ею благодарностей Кастанеды. К счастью, в тот вечер был сделан список участников, в котором Кастанеда и ведьмы смогли найти ее имя — Рената Мюрез. И после некоторых первоначальных трудностей, связанных с ее строгим католическим воспитанием, «Рени» стала постоянным участником «классов».

К этому времени на сцену выступила и молодая норвежка, с которой Флоринда познакомилась незадолго до этого в картинной галерее в Осло, — Кайли Лундал. На пути в Норвегию Флоринда поддалась одному из своих грехов и так объелась шоколадом, что должна была расплатиться за это. Ее тошнило, и молодая художница Кайли искренне позаботилась о Флоринде. Поскольку ее художественные работы не приносили большого дохода, Кайли работала также массажисткой. Она привела Флоринду в свою приемную и обработала ее по всем правилам мастерского искусства. В разговоре выяснилось, что Кайли знакома с произведениями Кастанеды, и Флоринда пригласила ее в Лос-Анджелес, чтобы расплатиться за ее дружелюбие. Как она сама признается, она не рассчитывала, что Кайли примет ее сделанное не слишком серьезно предложение.

Год спустя Кайли сожгла за собой все мосты и последовала приглашению. Она искала агентов Флоринды и рассчитывала на то, что Флоринда будет о ней заботиться. Однако она везде получала отказ. Флоринда велела ей передать, что она приехала с необоснованными претензиями и будет лучше, если она вернется домой. Ей не нужна лишняя обуза.

Однако от Кайли было не так-то легко отвязаться. Она не для того предприняла столь длительное путешествие, чтобы потерпеть обидное поражение. Она решила измениться и поработать над своим отношением. И это ей удалось. После того как она появилась перед магами без каких-нибудь ожиданий, они уже не могли отказать ей. Она стала постоянной участницей класса Кастанеды и позже стала играть значительную роль в разработке актуальных последовательностей движений.

Еще одна история — история Найи Мюрез, кузины Рени, которую та потеряла из виду со времени совместного обучения в католической школе для девочек. Найи была типичным случаем «непризнанного гения». Она считала себя прирожденным литератором, которому для успеха не хватает только «последнего штриха», и посещала в университете семинары для развития писательских способностей. На одном из семинаров в УКЛА Найи столкнулась с Флориндой, преподававшей здесь под другим именем. Доцент проявила интерес к пухленькой подрастающей звезде, но Найи была слишком занята собой, чтобы замечать что-либо кроме ее мира фантазии.

Спустя некоторое время она была приглашена на доклад автора книг Флоринды Доннер-Грау, книги которой она читала и высоко ценила. Однако ей не удалось поспеть вовремя, и она пропустила почти весь доклад. Когда она наконец появилась, другие слушатели сказали ей, что Флоринда уже заканчивает свое выступление. Только теперь она обратила внимание на кафедру и, к большому удивлению, узнала в докладчице своего доцента из университета.

Флоринда тоже узнала свою юную слушательницу и пригласила ее в «классы». Там Найи была вначале принята скептически по причине ее большого веса. Некоторые участники прямо спрашивали Флоринду, где она откопала эту «жирную старуху». Однако Найи не испугалась, тем более что уже при выполнении первых упражнений она почувствовала энергетическое действие, которое не могла подробно описать словами. Это было начало удивительного превращения, не только устранившего лишний вес, но и сделавшего ее одной из центральных фигур будущего развития событий.

Три эти истории не только являются показательным примером различных путей, которыми участники классов приходили к Кастанеде и ведьмам, но и рассказывают о возникновении новой формации воинов, позже ставших известными как чакмулы. Кастанеда поясняет:

«Понятие чакмулы обозначает гигантские базальтовые статуи, найденные в мексиканских пирамидах в Туле и на Юкатане. Они изображают людей, изогнувшихся назад и держащих руками в районе пупка особого вида плоские чаши. Историки считают эти фигуры стилизованными курильницами, а маги линии дона Хуана рассматривали их как символических представителей особой категории свирепых стражей и воинов. Для дона Хуана и видящих его линии чакмулы ни в коем случае не были курильницами — они были стражами пирамид как мест Силы.

Сегодня, как и во времена тех видящих, чакмулы были и остаются свирепыми воинами, чьей задачей является охранять других людей знания. Они охраняют их способ жизни, места, где те живут, а также места, где те практикуют сновидение. Чакмулы — хранители идей, видений и возможностей видящих, находящихся под их защитой».

Кайли приняла роль чакмулы с того момента, когда в Осло стала заботиться о Флоринде. Найи и Рени, известные также как «кузиночки», тоже стали расти под влиянием критических моментов в жизни магов, так что постепенно сделались чакмулами. По словам Кастанеды, каждый воин автоматически становится чакмулой, если он принимает на себя ответственность за благополучие других магов и защиту их образа жизни. В этом отношении их можно сравнить с телохранителями, хотя функции чакмул значительно более разносторонни.

Так, одной из главных задач трех чакмул стало сведение к единству четырех различных последовательностей магических движений, которые получили от своих учителей Кастанеда, Абеляр, Доннер-Грау и Тиггс. Дон Хуан и его спутники показали каждому из них различные движения, которые в своей специфической форме соответствовали потребностям и энергетическому строению тела каждого из учеников. Единая, доступная для всех форма, независимая от каких бы то ни было предпосылок, еще должна была быть найдена. И потребовалось несколько лет, пока чакмулы под руководством Кастанеды и его спутниц разработали действенную для любого человека форму, которая сегодня известна как Тенсёгрити.

Между тем ведьмы начали первое наступление на публику. В 1991 году Флоринда опубликовала книгу «Жизнь-в-сновидении», а Тайша Абеляр в 1992 году свою первую книгу — «Магический переход». Эти книги не только впервые засвидетельствовали время посвящения в маги других учеников дона Хуана, но еще и были книгами, написанными женщинами для женщин, идущих по пути воина или интересующихся этим путем.

Всеобщий резонанс на эти книги был очень положительным, Флоринда и Тайша выступили впоследствии с многочисленными интервью и докладами, в которых углубили женскую тему. Это было несколько необычно, поскольку уже привыкли, что Кастанеда избегает появляться на публике и категорически отказывается от интервью. Дон Хуан научил его как можно более незаметно идти по жизни, быть недосягаемым и стирать свою личную историю. А женщинам, очевидно, не представляло труда время от времени появляться на сцене повседневного мира, чтобы затем снова исчезать в свободу неизвестного.

Большим преимуществом было и то, что эпицентром своей деятельности они избрали Санта-Монику, предместье Лос-Анджелеса. Ведь если действительно хотят основательно спрятать иголку, ее втыкают не в стог сена, а в подушечку для иголок. Между всеми звездами и звездочками, проповедниками и сумасшедшими, которые подвизаются там, в предместье Голливуда, они действительно были незаметны.

Здесь в начале 1993 года они и основали свое агентство Toltec Artists, которое впервые представляло всех магов вместе и координировало их дальнейшие действия. Их новым агентом стал Трейси Крамер, известный в Голливуде предприниматель, который за несколько лет до этого вместе с писателем и автором сценариев Брюсом Вагнером и его ассистенткой Зайей Александер уже связывался с магами, чтобы вести переговоры о возможных съемках фильмов по произведениям Кастанеды. Хотя Кастанеда и отклонил тот проект категорически, все трое были столь воодушевлены жизнью и делами магов, что остались при них и стали страстными посетителями «классов».

По причине столь примечательного обстоятельства, что и в прошлом к Кастанеде и к его предшественникам обращались подобные группы из трех человек, группа Трейси Крамера, Брюса Вагнера и Зайи Александер получила название Cyclic Beings. Это название отражает модель понимания магов, концепцию цикличности, которая исходит из того, что некоторые люди и другие существа связаны между собой энергетическими линиями, которые прочно связывают и их судьбы. Циклические существа имеют в жизни схожие переживания, однако обычно не осознают своей связи и вытекающей из нее синхронности. Позже мы подробнее поговорим на эту тему.

В 1993 году Toltec Artists организовала первые семинары магов, которые под названием Toltec Dreaming вели Флоринда Доннер-Грау, Тайша Абеляр и Кэрол Тиггс. Ведьмы выступили с этой программой трижды: в институте РИМ в Аризоне, на Гавайях в Akahi-Farm и в известном Исалене — институте в Калифорнии. Рядом с новыми сведениями из сокровищницы знаний, оставленных доном Хуаном, здесь были впервые предложены Тенсёгрити Карлоса Кастанеды. Проведение упражнений было поручено трем чакмулам, которые таким образом впервые показались на публике.

Кастанеда вначале держался вдали от этих мероприятий, но после опубликования «Искусства сновидения» выступил с собственным циклом лекций. В конце 1993 года он вдохновлял публику в Лос-Анджелесе, Сан Франциско и других городах своими историями о времени ученичества и актуальном положении дел, причем неизменно подчеркивал, что это возвращение Кэрол Тиггс предоставило им возможность выступать открыто перед публикой. Какое значение он придавал этому событию, видно хотя бы из того, что новый цикл лекций начался в том самом магазине «Феникс» в Санта-Монике, месте, где он спустя десять лет вновь встретил Кэрол. Четыре доклада, сделанные в «Фениксе», были для него, как он сам говорил, возможностью заплатить хотя бы часть своего долга благодарности книжному магазину и его владельцу.

В ходе 1994 года проникновение магов в общество, казалось, приостановилось, но на поверку это оказалось затишьем перед штурмом. После удавшейся в 1993 году генеральной репетиции 1995 год стал годом рождения движения Тенсёгрити. Чакмулы организовали институт, Chacmool Center for Enhanced Perception, и отправились вместе с Тайшей Абеляр, Флориндой Доннер-Грау и Кэрол Тиггс в необычное турне по Америке. В Мехико, Буэнос-Айресе, Лос-Анджелесе, на Гавайях и в Колорадо они обучали участников семинаров двенадцати основным движениям для накопления энергии и сохранения хорошего самочувствия. В марте 1995 они выпустили одноименный видеофильм, который стал первым в целом ряду Тенсёгрити Карлоса Кастанеды.

В мае 1995 чакмулы под руководством ведьм представили следующий цикл упражнений, в котором речь шла о перераспределении рассеянной энергии. В Мехико, Ринебеке, Нью-Йорке они проясняли под этим названием одну из основных целей Тенсёгрити. Маги говорят, что в течение жизни все большее количество энергии проецируется изнутри на внутреннюю поверхность светящегося кокона и собирается на ее краю, где образует кучи и завалы, которые больше нельзя использовать. Это перераспределение вредит напряжению и интеграции всего нашего светящегося тела. Тенсёгрити (это понятие состоит из двух слов: Tension — напряжение и Integrity — единство, удержание вместе) служит среди всего прочего и тому, чтобы вновь возвратить эту энергию ее источнику и сделать для нас возможным ее использование.

И к этой серии был выпущен видеофильм, который, как и первый, распространяло издательство Cleargreen, основанное в это время Toltec Artists и магами. Издательство заботилось также об организации и проведении семинаров, которые привлекали все более широкие массы. Так, Омега-институт в Ринебеке насчитал на семинаре ведьм в мае 1995 более 400 участников.

Подобное развитие дел было встречено не без критики. Некоторые боялись инфляции, обесценивания учения или думали, что Тенсёгрити превратится таким образом лишь в одну из волн спиритуального потока. Однако эффект массы оказался очень полезным для магов, так как, очевидно, он облегчал обучение. Они были удивлены, как быстро обучаются и достигают нужного эффекта участники семинаров по сравнению с участниками «классов». Единственное объяснение этому, которое они смогли дать, — то, что участники семинаров становятся, благодаря синхронным движениям, единой энергетической массой, подобной стае птиц, и таким образом создают поле, в котором гораздо легче подключиться к намерению магов и к соответствующему движению.

Многие также жаловались, что поднялась стоимость входного билета, хотя она и осталась в рамках, обычных для подобных мероприятий. И это нововведение было сделано магами из сравнения с «классами». Большинство участников «классов» прекратили занятия, так как решили, что путь воина требует от них слишком интенсивной работы, жизнь магов оказалась для них весьма жесткой. Опыт проведения семинаров в 1993 году, однако, показал, что у большинства людей возникает совершенно другое отношение к совместной работе, если они платят за свое обучение, — шизофреническое следствие современного общественного порядка, — что и решили использовать маги.

Неоспоримым преимуществом «классов» было время, продолжительная совместная работа оказывает более постоянный эффект, чем посещение одного семинара в выходные дни. И маги подготовили следующий эксперимент: интенсивный курс Тенсёгрити, который задумывался как трехмесячный. Однако по причине растущей популярности во всем мире и большого спроса эта идея не могла быть осуществлена, так что в конце концов решили ограничиться тремя неделями.

В августе 1995 это свершилось: в Лос-Анджелесе стартовал первый трехнедельный семинар Tensegrity Intensive Workshop, который в некотором отношении стал необычным. Впервые «четыре мушкетера» — Кастанеда, Тиггс, Абеляр и Доннер-Грау появились вместе, причем новый Нагваль более чем когда бы то ни было выдвинулся на передний план. Он воодушевлял собравшихся приправленными шуткой докладами и речами и непосредственно посвящал небольшие группы в искусство магических движений. Три чакмулы в мощном напряжении демонстрировали следующую последовательность движений, которая должна дать практику возможность сдвинуть точку сборки и воспринимать мир совершенно новым образом — энергетическое скольжение от одного биологического вида к другому и которая послужила основой для третьего видеофильма. Здесь речь идет о техниках Бросившего вызов смерти, которые позволяют нам выйти за пределы обычной перспективы и воспринимать мир с точки зрения других существ, например бабочки.

Семинар был, с точки зрения магов, очень успешным. Они видели, как осознание многих участников гармоничным способом освободилось от тенет социализации и это позволило им бросить хотя бы короткий взгляд за край нашей повседневной действительности. И они подключили к этому мероприятию целый ряд последующих семинаров, которые должны были закрепить и стабилизировать такое развитие. В Скоттсдейле, Аризона, Лос-Анджелесе и Анахайме, Калифорния, они продемонстрировали целый ряд новых упражнений и обеспечили докладами и вступительными речами дальнейшее проникновение в теорию и практику магии.

Никогда прежде ни группа Кастанеды, ни какая-либо из групп их предшественников из линии дона Хуана не была столь близка общественности. Кастанеда был так воодушевлен быстрыми успехами участников семинаров, что всегда, когда это ему удавалось, появлялся на них, чтобы ускорить дальнейшее развитие. Голубой лазутчик также впервые вышел в этой совершенно новой атмосфере на публику и доказал, что он не является ни метафорой, ни фантазией заблуждающегося психопата. Молодая женщина воодушевляла слушателей речитативами из неопубликованных произведений ее отца и рассказами о ее происхождении, о ее родине — о мире, лежащем за пределами наших возможных представлений, в другой оболочке «луковицы», которая разделяет все миры, доступные нашему восприятию.

Новая открытость и то обстоятельство, что это развитие было новым также и для магов, столкнуло их, однако, с трудностями, о которых они и не подозревали. В ходе проведения семинаров чакмулы, сначала незаметно, стали изменяться. То обстоятельство, что только они были признанными учителями Тенсёгрити, стало почвой для растущего чувства собственной важности, которое со временем стало видно всем. И в конце 1995 года у Кастанеды не осталось никакого иного выхода, как только раз и навсегда отказаться от формации чакмул.

Не только чакмулы были в шоке, когда на семинаре в Анахайме в декабре 1995 он согнал их со сцены. Публика тоже была вначале ошеломлена. За прошедшее время все уже привыкли к трем женщинам, которые, сами того не желая, сделались иконами движения Тенсёгрити. Никто, даже сами маги, не знали, что же будет дальше.

Однако уже в начале 1996 года из окружения Кастанеды сформировалась новая группа воинов, занявшая место чакмул. Сначала она была известна как Pathfinders, поскольку маги считали, что они найдут новые средства и пути передачи их знаний общественности без того, чтобы сделаться коррумпированной группой под влиянием общества. Однако скоро стало ясно, что новая формация отличается еще и другими особенностями, что послужило причиной переименования их в Трэкеры Энергии. Как единая группа они продемонстрировали невероятную способность следовать по следам энергии, совсем так, как истинный следопыт следует по следам своей добычи.

Трэкеры Энергии — это союз женщин, который вначале состоял из Зайи Александер и двух новичков, которых маги рекрутировали на предыдущих семинарах. Позже к союзу присоединились также бывшие чакмулы и другие новички, так что группа состоит сегодня примерно из десяти женщин.

Параллельно Трэкерам Энергии сформировался другой союз воинов: Элементы. Здесь речь идет о группе мужчин, состоявшей вначале из Трейси Крамера и Брюса Вагнера, а ныне насчитывающей примерно восемь членов.

Поскольку лица в окружении Кастанеды постоянно меняются и, очевидно, конфигурация Трэкеров Энергии и Элементов подбирается в соответствии с обстоятельствами, невозможно дать более точные сведения об этих группах. Такая стратегия, вероятно, должна воспрепятствовать тому, что эти группы попадут в ту ловушку, которая стала поражением чакмул.

С новыми группами маги организовали в 1996 году новую серию семинаров, причем первые выступления в Мехико и Окленде еще сопровождались временной формацией Pathfinders. Дебют Трэкеров Энергии состоялся в марте 1996 года на семинаре «Женское энергетическое тело» в Лос-Анджелесе, который, как видно из названия, был предназначен исключительно для женщин. Кэрол Тиггс, Тайша Абеляр, Флоринда Доннер-Грау и Голубой лазутчик продемонстрировали здесь магические пассы, специально приспособленные к особенной энергетической конфигурации женщин. По этим движениям планировался еще один видеофильм, который, однако, до сих пор не появился. Но, во всяком случае, они стали отдельной Серией для матки в новой книге Кастанеды «Тенсёгрити — магические пассы».

Параллельно с серией семинаров «Cleargreen» начался выпуск журнала Кастанеды, который вначале вышел под названием «The Warriors' Way» («Путь воина»), а с марта 1996 был переименован в «Readers of Infinity» («Читатели бесконечности»). В этом «Журнале прикладной герменевтики» речь шла прежде всего о противостоянии двух способов мышления: философии старого света, особенно феноменологии, и способа мышления толтекских магов. С помощью этой диалектики Кастанеде удается прорабатывать абстрактное ядро магии как философско-пракгическую предпосылку и делать его понятным. Как он сам утверждает, он работал над публикациями для этого журнала уже с начала семидесятых годов, однако эта идея всегда стопорилась издателями, которые считали проект слишком рискованным и потому не сулящим выгоды от продажи.

Развитие последних лет наконец-то подготовило плодородную почву для выпуска журнала. Он оказался также удобной платформой для сообщений об основах и целях Тенсёгрити, рекламы новых публикаций, объявлений о семинарах, а также давал возможность отвечать на многочисленные вопросы читателей и участников семинаров. Однако уже в апреле проект был приостановлен, поскольку маги увидели, что избранная форма — ежемесячник — не соответствует значению дискутируемых тем. Талия Бей, президент «Cleargreen», отправила письмо всем абонентам, в котором разъясняла принятое решение и сообщала, что журнал будет выходить в переплетенном виде, как книга. До сих пор этого еще не случилось.

Параллельно в Интернет было отправлено сообщение, что Кастанеда отныне будет проводить семинары только в Лос-Анджелесе, потому что семинары в Мехико в январе 1996 и Окленде в феврале 1996 стоили ему очень много энергии. Он не учел энергетический императив, который говорит, что Нагваль-мужчина может подпитываться энергетически только в том месте, где он живет, в случае Кастанеды — в Лос-Анджелесе. Следствием было энергетическое истощение, приведшее к серьезной болезни и потребовавшее сложных действий по регенерации. Он не хочет в будущем подвергаться опасности — говорилось в сообщении — и будет работать только в окрестностях Лос-Анджелеса, пока не найдет другое место, способное служить ему энергетическим центром.

Поэтому следующий семинар, который состоялся опять в Окленде, должен был проводиться без Кастанеды. Это не было проблемой в том смысле, что Кэрол представляла достойную замену ее мужскому прототипу. Однако многие участники были разочарованы, поскольку первоначально объявлялось, что руководить семинаром будет Кастанеда, и они записались на семинар, только чтобы хоть раз лично увидеть своего кумира.

Кто имеет дело с миром магии, тот знает, что подобные моментальные изменения могут иметь место. В мире повседневности мы привыкли планировать все свои дела на далекое будущее. Мы думаем, что можем точно определить будущее, потому что исходим из концепции прочного мира, свойства и границы которого ясно видны. А для магов такой мир нереален, потому что он был бы мертвым миром. Они пришли благодаря видению к убеждению, что Универсум — живой и находится в постоянном движении и что наши действия и решения должны быть в согласии с этим потоком, чтобы и мы сами могли быть живыми и подвижными.

Если, например, рассматривать историю с изданием журнала или отказ Кастанеды от проведения семинара с позиций мертвого мира, то Кастанеда, естественно, покажется ненадежным или непоследовательным. А из перспективы живого мира он только следует за потоком энергии и доказывает, что является убежденным прагматиком.

Это проявилось и на следующем семинаре в Вествуде, в Лос-Анджелесе, в июле 1996 года. Следуя за потоком энергии, Кастанеда предложил участникам недельного семинара четыре последовательности магических движений, представляющих четыре основных действия видящих древности: «принятие решения идти по пути магов», перепросмотр, сновидение и внутреннее безмолвие. Поскольку он чувствовал, что простого обучения упражнениям и словесных пояснений недостаточно, он решился на предварительное опубликование пассажей из рукописи «Тенсёгрити — магические пассы» и подготовил брошюру на 50 страниц «Silent Knowledge», которая была напечатана к концу семинара и роздана участникам. При этом он явственно показал, что старается только следовать потоку энергии, полностью доверяясь ему и отдаваясь со стопроцентной готовностью к действию.

Рядом с Кастанедой выступили и ведьмы, представившие в докладах истории из времен своего ученичества у дона Хуана и сообщения о путешествиях в бесконечность. Голубой лазутчик, взявший на себя вместе с Трэкерами Энергии обучение магическим движениям, удивил публику чтением отрывков из нового произведения Кастанеды «Memorable Events».

Другим сюрпризом было выступление Элементов, которые впервые были представлены как самостоятельная формация. Они продемонстрировали серию движений, направленную на повышение мужской витальности, так называемую мужскую серию. При этом они положили начало развитию мужского аспекта Тенсёгрити, который должен был быть углублен на последующих семинарах.

Следующий семинар состоялся в Мехико и, несмотря на отсутствие Карлоса Кастанеды и Кэрол Тиггс, собрал очень много участников. Почти тысяча человек со всего мира съехались, чтобы послушать Тайшу Абеляр и Флоринду Доннер-Грау и освоить магические движения. Помимо повторения прежних серий, в программе имелась новая серия, направленная на разделение левого и правого тела, двух аспектов нашей энергетической целостности, которые не следует, однако, путать с известной нам концепцией правого и левого полушарий мозга.

Дуальность человеческого существа, о которой мы позже еще поговорим, стала и темой последнего семинара 1996 года, состоявшегося в конце ноября в Пасадене, Лос-Анджелес. Здесь четыре наследника дона Хуана вновь выступили вместе, предложив новую фазу магических движений, еще сильнее подчеркивающих прагматический аспект их учения. В прошлом их доклады, казалось, не были связаны с движениями, были перемешаны с анекдотами, которые слушатели по желанию могли воспринимать то ли как истории, то ли как рассказы Силы, то ли как абстрактный сценарий для собственной жизни. В Пасадене их сопроводительные речи сводились в основном к конкретным предложениям и практическим указаниям.

Эта тенденция была продолжена и на первых семинарах 1997 года, которые все были сотканы по одной схеме. Маги бомбардировали публику в Мехико, Барселоне, Берлине магическими движениями в сжатые сроки — всего два с половиной дня. Шесть серий магических движений, которым здесь обучались и которые представляли полное содержание книги Кастанеды «Тенсёгрити — магические пассы», включали примерно 200 особенных последовательностей движений, что может дать представление о насыщенности семинаров.

При этом маги следовали концепции насыщения, которая обозначает в их прагматическом представлении мира точку, в которой внутренний диалог и обычные механизмы интерпретации обучающегося прерываются под влиянием чувства наполненности от выполнения магических движений, и достигается состояние, которому маги придают высшее значение, — состояние внутреннего безмолвия. Только в этом состоянии можно достичь цели, к которой стремятся маги линии дона Хуана: непосредственно видеть энергию, так, как она течет в Универсуме.

Чтобы избежать распространенного недоразумения, надо указать, что видение не достигается автоматически с наступлением внутреннего безмолвия, но что насыщение ведет своими моментами внутреннего безмолвия к желанной цели. Флорида Доннер-Грау пояснила на первом семинаре в Германии, в Берлине, что эти мгновения суммируются, как на банковском счете, пока не достигается индивидуальный порог, за которым видение энергии происходит само по себе. Нам не остается ничего другого, как только сознательным выполнением Тенсёгрити шаг за шагом приближаться к состоянию, при котором мы сами сможем видеть, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Достижению этой цели служит и шаманский театр, который был представлен на первом европейском турне по Тенсёгрити в Барселоне и Берлине. Двое из Трэкеров Энергии приняли на себя на сцене маски «альтернативных личностей» и очаровали присутствующих танцами Сильвио Мануэля, окутанного покровом тайны организатора из группы воинов дона Хуана. Представление старых мексиканских шлягеров и классических произведений было несказанно воодушевляющим и одновременно комичным, удивительная смесь магических движений и ужимок, присущих кабаре. Но именно эта смесь и была тем, что приостанавливало внутренний диалог многих участников — из благоговейного удивления у одних, от смеха — у других.

Этот эффект был в конце берлинского семинара усилен еще и тем, что и публика была вовлечена в шаманский театр. Во время семинара изучались «особо таинственные магические движения», которые позже оказались танцевальными па и были исполнены затем 800 участниками в некотором роде массовым танцем под одну из любимых песен Сильвио Мануэля, «Aquellos ojos verdes». Шаманский танец стал кульминационным завершением семинара.

Кастанеда не участвовал в европейском турне, которое проводили Тайша Абеляр и Флоринда Доннер-Грау, и его поклонники с нетерпением ожидали следующих семинаров в США.

Наряду с двумя однодневными семинарами, в Сиэтле, Вашингтон, и «Фениксе», Аризона, целью которых было освежить и рассмотреть под новым углом зрения магические пассы первых трех видеокассет и которые проводили Трэкеры Энергии и Элементы, в августе 1997 был объявлен пятидневный семинар по теме «He-делание», который должен был состояться в Лос-Анджелесе. Одновременно распространились слухи, что на этом представлении Кастанеда в последний раз покажется на публике: энергетические обстоятельства делали для него невозможным далее в такой форме общаться со своими почитателями.

Соответственно, когда стало ясно, что Кастанеда не появится и на этом семинаре, разочарование участников было очень большим. Даже Трэкеры Энергии и Элементы выглядели заметно ошеломленными, даже, похоже, не знали, что делать и какому плану следовать, поскольку он твердо пообещал выступить. Тайша Абеляр, Флоринда Доннер-Грау и Кэрол Тиггс хотя и извинились за отсутствие своего коллеги, однако не ответили на вопрос, появится ли Кастанеда в будущем перед публикой.

По содержанию, однако, семинар никак нельзя было назвать разочаровывающим, если даже вначале многие участники и были введены в заблуждение, когда на розданной программке увидели лишь шесть уже известных серий Тенсёгрити. Однако вскоре стало ясно, что эти серии на сей раз будут представлены не отдельными обособленными движениями, но как шесть непрерывных длинных последовательностей движений. При подобном способе кинестетичесая память работает гораздо лучше и эффект насыщения и последующее внутреннее безмолвие максимальны. И то, и другое — важнейшая предпосылка для практики движений не-делания, которые изучались в конце семинара.

Движения не-делания выполняются в положении лежа и ведут к продолжительным состояниям внутреннего безмолвия.

Они стали также темой следующих мини-семинаров, состоявшихся в октябре в Денвере, Колорадо и Ринебеке, Нью-Йорк, где Кастанеда и ведьмы не выступали. Дальнейшим новшеством было то, что участниками руководила смешанная пара — Зайя Александер и Миль Рид. По заявлению Кастанеды, они были единственными членами Трэкеров Энергии и Элементов, преодолевшими глубокую пропасть между практиками мужского и женского пола и были в состоянии передавать публике движения не-делания новым, гармоничным способом.

Вместе они выступили на сцене и на последнем семинаре 1997 года в Мехико, чтобы ввести публику под руководством Флоринды Доннер-Грау в новые движения не-делания, которые стали также темой следующего семинара в феврале 1998 года в Помоне. Новой информации о моменте опубликования книги пока нет. По слухам из ближайшего окружения Кастанеды, ему и ведьмам осталось не очень много времени для передачи их наследства всем интересующимся. Однако они будут и в дальнейшем стараться пробиться к наибольшему количеству людей, чтобы дать им шанс непосредственно подключиться к намерению магов. Эта деятельность не превратит их ни в миссионеров, ни в торговцев знаниями, потому что они стремятся к абстрактной цели, выходящей за рамки всех конкретных устремлений и личных интересов, — свободе. А свобода, как известно, свободна.

4. Товарищи, коршуны, ездоки на подножках.

Кто знает себя глубоко, заботится о ясности; кто хотел бы казаться толпе глубоким, заботится о темноте. Ибо толпа считает глубоким все то, чему она не может видеть дна: она так пуглива и так неохотно лезет в воду!

Фридрих Ницше, «Веселая Наука. Быть Глубоким И Казаться Глубоким».

История линии дона Хуана и современное положение дел, связанное с именами Карлоса Кастанеды, Флоринды Доннер-Грау, Тайши Абеляр и Кэрол Тиггс, будет неполным, если мы не рассмотрим здесь последствий этого развития. Ведь столкновение этой своеобразной традиции с привычным культурным потоком привело к появлению на точках соприкосновения целого ряда странных «цветов», которые мощь этого культурного шока взрастила и в общественном устройстве, и в сознании читателей.

Первоначально «Учения дона Хуана» вообще не предназначались для широкого круга читателей, но представляли собой этнографическую работу, на основании которой Кастанеда получил научную степень магистра по специальности «Антропология». Ее опубликование вновь разожгло внутреннюю борьбу, которая в середине пятидесятых годов разделила всех этнографов на два лагеря: так называемые этик-фракция и элшк-фракция.

Сторонники этик-фракций прочно держались за старые, проверенные методы, которые описывали чужие народы и культуры в понятиях, признанных всей западной наукой, чтобы таким образом сохранить обманчивую претензию на объективность. Это предпосылка традиционной этнографии, рассматривающей все «чужое» или «другое» как бы со стороны и пытающейся описать его привычными терминами. А сторонники элшк-фракции считали, что такой способ исследования наблюдаемых феноменов не может привести к истине, поскольку при этом остается скрытой сама основа явлений. Они стремились к этнографии изнутри, которая описывает чужие культуры с точки зрения и в понятиях их членов и таким образом открывает нам доступ в эти культуры, доступ, которого старая антропология никогда не имела.

«Учениями дона Хуана» и своей последующей докторской диссертацией, ставшей основой для третьей книги «Путешествие в Икстлан», Кастанеда заявил себя как предвестник нового потока. Никогда прежде ни одному антропологу не удавалось столь глубоко проникнуть в способ жизни и мышления чужой культуры и представить ее так живо и наглядно. Все сторонники элшк-фракции, и прежде всего научный руководитель докторской работы Кастанеды Харольд Гарфинкель, были в восторге. И несмотря на непризнание и попытки дискредитации со стороны этик-фракций, целое новое поколение этнографов отправилось по следам Карлосы Кастанеды на поиски шаманов, знахарей и целителей.

Для Кастанеды, однако, его работа с самого начала не ограничивалась тесными рамками антропологии. Он поясняет: «Точка зрения, что искусство, магия и наука не могут существовать в одно и то же время на одном и том же месте — устаревший реликт аристотелевских категорий. Мы должны наконец оставить позади себя в науках об обществе XXI столетия этот вид ностальгии. Само название «этнография» слишком однобоко, потому что, согласно ему, только писание о других культурах является особой антропологической активностью, в то время как этнография в действительности характеризуется именно пересечением со многими другими дисциплинами и жанрами. Поэтому и сам этнограф является каким угодно, но не монолитным — напротив, он должен быть многосторонним и подвижным, точно таким, как культурные феномены, с которыми он встречается в облике «другого».

Это высказывание убедительно показывает, что Кастанеда не ограничивает элшк-аспект своих произведений только содержанием последних, но видит свою задачу в переносе его на внешние явления. Его книги не только повествуют о магических процессах — они сами являются актом магии. И сам он не только писатель, но — шаман, который видит свою задачу не в том, чтобы предоставить специалистам необходимые факты, но в том, чтобы рассказать всем интересующимся о новых возможностях. Типичной характеристикой шаманской практики является разрушение границ, которое здесь проявляется в отказе от разграничивающих науку, магию и художественную литературу линий. Именно этот магический искусный прием и сделал произведения Кастанеды интересными не только для узкого круга специалистов, но и для широкого круга читателей.

Итак, первая публикация «Учений дона Хуана» была встречена восторженно как литературной критикой, так и представителями контркультуры, которая в конце шестидесятых годов достигла своего расцвета. Один из теоретиков контркультуры, Теодор Росчак, провел в 1968 году интервью с тогда еще малоизвестным Кастанедой — и лавина обрушилась. Спрос на «Учения…» был столь большим, что издательство «University of California Press» не могло с ним справиться и передало издание книги большому издательству «Ballantine». И уже в 1969 году первенец Кастанеды был продан в невиданно большом количестве — более 300 000 экземпляров.

Его читатели рекрутировались вначале из революционной молодежи движения «Нью-Эйдж», из хиппи, из людей, порвавших с обществом, из поклонников индейцев, из наркоманов и других аутсайдеров, которые думали, что нашли в Кастанеде еще одного апостола их сомнительного образа жизни. Его имя сразу было поставлено в один ряд с именами Вильяма Барроуза, Тимоти Лири и Алана Уотса, с которыми у Кастанеды не было ничего общего, если не считать опыта с приемом психоделиков. Ведь он написал «Учения дона Хуана» не для того, чтобы пропагандировать новые возможности бегства от реальности, но чтобы показать легкомыслие нашего кажущегося представления о прочной действительности. С точки зрения магов, разглагольствования наркомана ничуть не лучше и не хуже, чем повседневность, в которой живет обычный человек.

Именно эту точку зрения и пытался привить Кастанеда своим студентам в университете в Лос-Анджелесе и позже в университете Южной Калифорнии. Однако он мало преуспел на этом поприще. И он стал все более следовать совету дона Хуана — держаться подальше от света рампы, чтобы не навредить своей растущей популярностью дальнейшим успехам на пути искусства магии. Он должен был стать недосягаем для повседневного мира, чтобы не быть привязанным к одной позиции коллегами, сторонниками или противниками, позиции, которая исключала бы любую возможность дальнейшего продвижения вперед.

Стратегическое отступление Кастанеды породило информационный вакуум, ставший основой не только для диких слухов о его жизни и занятиях, но и для появления целой когорты бесстыдных плагиаторов и шарлатанов. С одной стороны, его недостижимость расправляла крылья фантазии читателей, которые спрашивали себя, существует ли дон Хуан в действительности или все написанное является лишь рекламным трюком находчивого писателя-фантаста? С другой стороны, отсутствие автора открывало двери жадным до наживы или нервнобольным имитаторам, которые с радостью устремились в предоставленную им лазейку, чтобы превратить в действительность на сцене жизни их версию сказки ученика магов.

В интервью и в докладах Кастанеда охотно рассказывает о личной встрече с одним из этих имитаторов, причем следует заметить, что история эта — действительно единственная в своем роде. Кастанеда находился во время этой встречи инкогнито на вечеринке в Саусалито, на которую Алан Уотс пригласил всевозможных идолов нового сознания:

«В центре патио стоял хорошо выглядевший мужчина, высокий, красивый, голубоглазый, подкупающе интересный — и, конечно, босиком. Это было в начале семидесятых. Он как раз надписывал книги, и хозяин сказал мне: «Я хочу представить Вам Карлоса Кастанеду». Итак, мужчина представлял Карлоса Кастанеду, окруженного когортой прекрасных женщин. Я сказал ему: «Очень рад познакомиться с Вами, мистер Кастанеда». Он ответил только: «Доктор Кастанеда». Он чертовски хорошо играл свою роль!».

Если такие наглецы встречались и не слишком часто, было, однако, достаточно возможностей сорвать куш из дефицита информации у многих читателей Кастанеды. Так, существуют некоторые организованные группы, которыми руководят лица, утверждающие, что они тоже были учениками дона Хуана или его спутников или являются прямыми потомками других толтекских линий. Другие заявляют, что были посвящены в маги самим Карлосом Кастанедой, и продают свои «знания» за кругленькие суммы в книгах, докладах или на семинарах.

Кастанеда очень долго не высказывался по этому поводу, надеясь, что ветер сам отделит зерна от плевел, однако с началом новой эры он не стыдится более открытой конфронтации со всеми эти самозваными вождями и соблазнителями. Некоторые случаи мы назовем здесь, поскольку именно эти группировки могут представлять по причине их большой величины и известности настоящую опасность для интересующихся дилетантов или начинающих идти по пути толтеков.

Так, прежде всего следует предостеречь от «Deer Tribe Metis Medicine Society», вызванного к жизни в 1978 году ирокезом-полукровкой Харли «Swift Deer» Риганом и распространившегося с тех пор по всему миру. Это общество представляет себя как шаманскую ложу, которая посвящает своих членов в индейские ритуалы и церемониальную магию согласно традиции американских аборигенов через систему ступеней посвящения — так называемые «Gateways», — чтобы привести их таким путем «к гармонии с землей, с самими собой и с окружающими людьми». Их знание, если верить Быстрому Оленю, идет от союза старейшин и шаманов разных племен, который он называет «Twisted Hairs Council of Elders». «Twisted Hairs» он описывает как истинных хранителей традиционного знания, которые решили перед лицом глобальной катастрофы и угрозы дальнейшему существованию человечества поделиться частично своими знаниями с людьми, чтобы дать последним шанс на новое будущее.

Все это звучит очень мило и даже правдоподобно, если бы вышеназванное общество не украшало себя чужими перьями. Так, многие подключенные к «Deer Tribe» ложи вербуют себе сторонников заявлением, что Быстрый Олень в 1976 году стал «как наследник Тома Уилсона, восемнадцатым Нагвалем магического круга». Если даже предположение, что индеец Plains, Навахо Уилсон, именует себя титулом, распространенным в Мексике, звучит довольно странно, то дальнейшее еще более поразительно: одновременно утверждается, что Уилсон — это дон Хенаро, спутник дона Хуана, который нам хорошо известен из произведений Кастанеды. Фотографии этого предполагаемого дона Хенаро появляются практически в каждой брошюре «Deer Tribe» рядом с фотографиями Быстрого Оленя и его доверенных лиц. А далее утверждается, что Navajo Gus Graymountain, друг и учитель Быстрого Оленя, — это известный из книг Кастанеды Сильвио Мануэль.

Странно только, что и Кастанеда, и Флоринда Доннер-Грау описывают своего учителя Хенаро как индейца-масатека из Южной Мексики, который к тому же — как и все маги в линии дона Хуана — решительно отвергал всякие попытки его сфотографировать. Бросаются в глаза и многие другие несоответствия. Так, у Уилсона было очень много детей, и он умер в 1976 году. А дон Хенаро в произведениях Кастанеды много раз описывается как бездетный человек, и он не оставил ни внуков, ни надгробного камня.

Быстрый Олень искусственно сконструировал связь с «Хенаро» и «Сильвио Мануэлем», чтобы объяснить ошеломляющую похожесть своего «учения» с учением дона Хуана и таким образом избежать обвинения его или «Twisted Hairs» в плагиате. Их «учения» как по содержанию, так и по выбору терминов заметно перекликаются с описанным Кастанедой, с той только разницей, что Быстрый Олень, видимо, не понял многих вещей и, чтобы прикрыть дефекты, заменил их по своему усмотрению парными банями, священными трубками, перьями, церемониями, танцами, ритуалами и другими клише, связанными с индейской культурой.

Почему так поступают? Чтобы ответить на вопрос, достаточно взглянуть на цены курсов в «Deer-Tribe» и на иерархически-авторитарную структуру внутри группы, которая манит при продвижении от «Gateway» к «Gateway» тяжеловесными титулами и весьма приличными возможностями заработать, если, по типу цепочек «писем счастья», вовлекают в «нижние степени посвящения» все новых и новых членов. Еще одно отражение нашего общества, которое имеет мало общего со свободой, но очень много — с чувством собственной важности и из структуры которого получают преимущества лишь те, кто находится на верхушке пирамиды. Мир для людей, которые охотно играют в индейцев и которым нет дела до того, что перья в их головном уборе фальшивы, а их лекарства — дорогие, но бездейственные.

Несколько иной случай с Кеном Орлиное Перо, который утверждает в своих произведениях и на проводимых им семинарах, что был посвящен в маги самим доном Хуаном. В книге «Путешествие с Силой» он повествует, как после наполненной страданиями жизни солдата во Вьетнаме стал искать духовности и на этом пути книги Кастанеды стали для него руководящим указанием. Но его желание найти личного учителя было столь сильным, что он отправился на юго-восток США, где надеялся найти учителя во плоти. Он описывает далее, как в 1975 году встретился в Туксоне, Аризона, со старым индейцем, которого он идентифицировал как дона Хуана и который своим странным поведением все время вводил его в состояние эмоционального конфликта, что этот «желающий быть учеником» интерпретировал как сверхмудрые поучения.

Насколько объемными и содержательными были эти поучения, видно хотя бы из того, что Кен Орлиное Перо посвящает в «Путешествии с силой» взаимодействию с предполагаемым доном Хуаном аж целых десять страниц! В остальном книга состоит из пережевывания написанного Кастанедой и нескольких глав плохо переваренных Эдгара Кейса и Роберта Монро, чьи произведения он пытается связать с учением Толтеков. Поскольку это удалось ему скорее плохо, чем хорошо, он избрал для своей второй книги «Тропа Толтеков» другую основу, где он лишь цитирует, анализирует и препарирует известный по книгам Кастанеды материал.

Мистификаторы типа Быстрого Оленя или Кена Орлиное Перо в большинстве случаев раскрывают себя уже несоответствием называемых ими дат. Так, последний был якобы принят доном Хуаном в ученики через три года после ухода дона Хуана. Другой выдающий их параметр, который они разделяют со всеми другими самозваными представителями толтекской традиции, — это то, что они не могут сказать ничего нового. «Их» учения всегда ориентируются на книги Кастанеды, и только тогда актуализируются или расширяются, когда появляются новые публикации из круга действительных учеников дона Хуана. Их собственный вклад состоит в большинстве случаев из псевдотрадиционного фокуса-покуса и других трюков, которые должны прикрыть их собственную пустоту.

Пример тому — «Sixth Sun Foundation», образовавшаяся вокруг мексиканского врача Мигеля Анхеля Руиса. Этот Нагваль собственной милостью, который благосклонно позволяет себя величать «Мастером Намерения», утверждает, что является продолжателем другой линии толтекских магов. Свои знания «дон Мигель» получил якобы от своей матери и своего умершего дедушки.

После того как он достиг определенной степени известности благодаря книгам одной из своих учениц, Сюзан Грегг, он организует дорогостоящие путешествия по кольцу культовых сооружений Мексики и семинары, на которых он преподает отголоски учения дона Хуана. Посетители его семинаров сообщают, что не могли отделаться от впечатления, что слышат плохой пересказ «Огня изнутри» Кастанеды, когда дон Мигель распространялся насчет овладения осознанием, сталкингом и намерением. Подобно Быстрому Оленю и Кену Орлиное Перо, он тоже придает всему собственную окраску и приправляет учение небольшой дозой мексиканского фольклора и прогнозами о гибели мира, которые он распространяет также и через Интернет.

В Интернете найдем мы и рекламу других «аутентичных мастеров», как, например, «The Quest for Freedom», где некий Авиндэр Дрейгон рекламирует свои курсы и публикации. Помимо сообщений о том, как он в астральном мире стал учеником дона Хуана и мексиканского демиурга Кетцалькоатля, он предлагает разнородную смесь из толтекской традиции, йоги, оккультизма и обиходной эзотерики. Немногим отличается и южноафриканец Теун Марез, который в рубрике «The Assemblage Point» и в своих произведениях называет себя хранителем другой толтекской линии, имеющей общее с линией дона Хуана происхождение из Атлантиды, однако, кроме тепловатой вытяжки из книг Кастанеды, ему тоже нечего сказать.

Рынок, очевидно, весьма прибылен, хотя кое-где и стараются быть консервативными. В Канаде, в США и в Австралии существуют регулярные школы с установленной учебной программой, которые за плату должны сопровождать желающих идти по пути к знанию и к свободе. При этом изучаются досконально все публикации Кастанеды, Доннер-Грау, Абеляр и, где возможно, с дословной точностью претворяются в действия. Только школа в Ванкувере, Британская Колумбия, насчитывает более 250 студентов, которые за семь классов обучения должны там превратиться в воинов. Очевидно, большинству из нас очень трудно одному — то есть самому — делать что бы то ни было.

Немало подвизается и незначительных адептов толтекского искусства магов, стремящихся не к обогащению, а к власти, признанию, влиянию. Флоринда Доннер-Грау сообщает, что она и ее спутники насчитали уже более 200 самозваных Нагвалей, и не только в США, а также в Аргентине, Африке, Европе и даже в отдаленных уголках России. Некоторые из них без стыда и совести предлагают стать наследниками Кастанеды, как, например, автор одного письма, полученного Кастанедой весной 1995 года. На плохом испанском там заявлялось, что его время истекло и ему пора отступить назад и передать бразды правления следующему поколению. Письмо было подписано: «Новый Нагваль, дон Алонцо».

Чтобы избежать возможных недоразумений, Кастанеда опубликовал в 1993 году подписанное им заявление, которое обращено ко всем его читателям и всем интересующимся:

«Карлос Кастанеда хотел бы здесь раз и навсегда пояснить, что он не несет никакой ответственности за действия и проекты всех тех групп или людей, которые без его ясно выраженного подтверждения утверждают, что являются его учениками или студентами, ни за тех, кто использует его имя или понятия и концепции учения дона Хуана в своих семинарах или произведениях — без различия, ставят ли они перед собой цели альтруистического или коммерческого характера».

Наряду со всеобщей значимостью этого заявления, с ним связано еще и совершенно особое значение, поскольку оно появилось в мексиканском «New-Age-Blatt», причем на той же странице, где мексиканский автор Виктор Санчес поместил объявление о своих курсах по «искусству сталкинга». Кастанеде не только удалось очень элегантно отмежеваться от Санчеса, который, между прочим, названием своей книги «Учения дона Карлоса» вызывает обманчивое впечатление, что является учеником Кастанеды, но одновременно и преподать Санчесу бесплатный урок в том самом искусстве, по которому он предлагал свои семинары.

Позже Кастанеда отмежевался от Санчеса и в Интернете, где он однозначно заявил, что не знает вышеупомянутого господина. Возможно, последний и посещал один или два из его семинаров в Мехико, однако если Санчес помимо этого претендует на личное знакомство или даже на обучение, то это просто плод его фантазии.

Опровержения Кастанеды касаются не только утверждений Санчеса о личных связях, но и того способа, которым тот пытается передать учение дона Хуана. Книги Санчеса похожи на технические описания того, как его читатели шаг за шагом по простейшим рецептам должны прийти к мастерству в искусстве магов. При этом он по отдельности изолировал, проанализировал и систематизировал каждую, даже самую незначительную, технику, описанную в книгах Кастанеды, но недопонял, что такой способ действия сам по себе противоречит целям самой магии.

На семинаре по Тенсёгрити в Берлине Тайша Абеляр еще раз подчеркнула, что подобные устремления в конце концов являются продуктами нашего разума, который таким образом пытается защититься от действительного познания нового и неизвестного. Техническая настольная книга рецептов магии никогда не может и не будет издана. Подобная попытка столь же нелепа и обречена на неудачу, как и настольное руководство по любви, которое с помощью простых патентованных рецептов хочет привести нас к счастью и самореализации.

Подводя итог, можно сказать, что такие господа, как Быстрый Олень, Кен Орлиное Перо или Виктор Санчес, и их коллеги черпают из неиссякаемого источника новых идей и выражений, которые они применяют тем или иным способом, чтобы упрочить свою собственную позицию в общественной игре социальных ценностей и тщеславия. Точно так же, как и одна женщина, которая в прошлые годы добилась популярности, утверждая, что была женщиной-Нагвалем первой группы Кастанеды, вождем Хенарос и Сестричек: Мерилин Тюннешенд. Ею мы окончательно заключаем наш краткий вояж по дороге призраков-имитаторов.

Вначале Мерилин Тюннешенд выступила осенью 1994 года со статьей в известном американском журнале «Magical Blend», которая звучала для общественности поистине многообещающе. Она сообщала в ней о времени своего ученичества у старого индейца, которого она называет Джон Черная Ворона и который оказался доном Хуаном. Далее она рассказывает, что после того, как пути Кастанеды и его соучеников разошлись в начале семидесятых годов, она стала лидером остальных учеников, женщиной-Нагвалем «Хенарос» и «Сестричек».

Ее статья была написана очень правдоподобно, и то обстоятельство, что она знала своего учителя под другим именем, не было еще причиной, чтобы сомневаться в ее словах. Ведь и уже известные соученицы Кастанеды тоже знали дона Хуана под другими именами: для Тайши Абеляр он был «Джон Мигель Абеляр», а для Кэрол Тиггс «Мельхиор Yaoquizque». И если дон Хуан после неудачной попытки составить для Кастанеды группу воинов по старому образцу подобрал для своего наследника новых, более подходящих людей, то почему бы ему было не сделать то же для остальных учеников, найдя для них новую женщину-Нагваля? Большая часть поклонников Кастанеды быстро согласилась с этим и радовалась новым откровениям Мерилин, которая, казалось, возникла из ничего.

Однако Карлос Касганеда притушил энтузиазм масс, заявив через Интернет, что не знает никакой женшины-Нагваля по имени Мерилин Тюннешенд и что она, конечно, не может быть ученицей дона Хуана. Отвергнутая самозваная коллега стартовала в Интернет с грязной клеветнической кампанией, где она, например, утверждала, что дон Хуан вовсе не оставил мир в 1973 году, но это было время, когда он якобы прогнал из своего окружения неуспешного ученика Карлоса Кастанеду. Последний нашел впоследствии с помощью злой ведьмы Соледад новых спутниц: Тайшу Абеляр, Флоринду Доннер-Грау и Кэрол Тиггс.

Несмотря на многочисленные противоречия в содержании ее заявлений, Мерилин Тюннешенд приобрела вскоре в этой склоке сторонников, число которых все увеличивалось, вероятно, потому, что ее параноидальные тезисы и открытое перемывание грязного белья больше соответствуют вкусу нашего времени, чем трезвая, трудная работа над собой, к которой призывают Касганеда и его спутницы. Так, например, Тюннешенд предостерегает от практики Тенсёгрити или от посещения семинара магов, потому что маги, якобы, не преследуют никаких иных целей, кроме отсоса энергии у своих поклонников.

Кастанеда в роли энергетического вампира? Смешное представление, если бы оно не было столь горьким. После многих лет практики Тенсёгрити я, во всяком случае, не чувствую энергетического истощения — скорее, напротив. И число сторонников Мерилин Тюннешенд значительно сократилось в настоящее время, после того, как в дальнейших публикациях можно было найти только упреки, но никаких откровений содержательного характера. Ее первая опубликованная книга «Medicine Dream» не содержит никаких новых знаний, которые можно было бы использовать, и ее можно в лучшем случае охарактеризовать как книгу неплохого уровня в списке фантастических произведений об индейцах с примесью эзотерики.

Во всяком случае, вопрос многих читателей Кастанеды, на который Мерилин Тюннешед, как вначале казалось, знает ответ, остался открытым: что стало с людьми из ранних книг Кастанеды, о которых и мы до сих пор не поговорили, — «Хенарос», «Сестричками» и Соледад?

После того как дон Хуан и руководимая им группа оставили известный нам мир, как уже указывалось, оставшимися группами руководили две старые ведьмы — Зулейка и Флоринда. Похоже, что после смерти Ла Горды и ухода Флоринды Кастанеда стремился к более тесной совместной работе с «Сестричками» и «Хенарос».

Когда в декабре 1994 года ему задали этот вопрос, он ответил:

«Дела у остальных магов идут очень хорошо. Они все ведут хороший образ жизни, но они не захотели следовать за мной. Когда я принял на себя руководство, я сказал им, что они снова должны усесться за парты и изучать «сложные труды». Они отказались. Сложные труды тренируют разум и облегчают вход во внутреннее безмолвие».

Более Кастанеда ничего не сказал по этому поводу, вероятно потому, что интересы его группы и групп Хенарос и Сестричек разошлись слишком кардинально. Только более разговорчивая Флоринда Доннер-Грау высказалась в одном интервью 1992 года по данному вопросу более подробно:

«Мы часто встречаемся с Сестричками — Лидией, Розой и Хосефиной — и с Хенарос — Нестором, Паблито и Бениньо — в Мексике или в Лос-Анджелесе. Но их цели отличны от наших. Они стремятся к конкретным целям, к которым стремились и маги древности.

Нестор, например, опытный ботаник, ищет в тундре растение, которому, по мнению магов, должно быть более 300 000 лет. Он хочет найти растение, чтобы затем продать японским фармацевтам за его регенеративные свойства. Он думает, что это растение будет повышать потенцию у мужчин. Женщины тоже поддались стремлениям подобного рода. Так, Лидия хочет разработать магический метод лечения СПИДа, при этом она медленно отсасывает вирусы из тела больного и передает их дереву. А Соледад, напротив, достигла больших успехов как постановщик фильмов. Она использует свое магическое искусство, чтобы собирать деньги для своих проектов. Ее девиз: доллары — для фильмов, все равно откуда».

В данном интервью Флоринда вовсе не хотела сказать, что намерения других учеников недостойны, — она хотела подчеркнуть большую разницу между своей группой и второй группой магов. Новое поколение, и прежде всего Карлос Кастанеда, предпочитает еще более абстрактные формы магии, в которых почти полностью отказываются от всех конкретных устремлений. Для них магия состоит, собственно, только в абстрактном маневре восприятия — окончательном освобождении или полном осознании, о котором мы еще не раз будем говорить в этой книге.

Похоже, однако, что «Сестрички» и «Хенарос» тоже достигли своих целей, потому что в мае 1995 года Кастанеда заявил в Интернете, что они покинули этот мир точно также, как и дон Хуан. Они сгорели в огне изнутри.

Правда, остается открытым вопрос, соответствует ли это высказывание истине, или оно лишь еще одна декорация в действующем театре магии. Время «исчезновения» «Сестричек» и «Хенарос» было избрано удачно в том плане, что как раз в этот момент внимание общественности невольно было очень сильно приковано к этим группам из-за ложных откровений Мерилин Тюннешенд. И можно предположить, что это внимание было для них более чем неприятно. Пути магии, которым они следовали, были, безусловно, путями одиноких птиц, а не истоптанными дорогами современных средств массовой информации.

Наряду с группой Кастанеды, очевидно, исключение из этого правила представляет Соледад, которая, по крайней мере за кулисами, использовала, а может, и сейчас использует магию в средствах массовой информации современности. И уж если существует средство массовой информации, которое способно — в хорошем или плохом смысле — манипулировать общественным сознанием, то им является кино. Поэтому не стоит удивляться, если мы найдем магов и ведьм нового поколения во влиятельнейшей сфере средств массовой информации, иногда на экране, а иногда — за ним.

Контакты со съемочной площадкой возникали не только по причине любви Кастанеды к кино или оттого, что его избранной родиной стал Лос-Анджелес, но и потому, что многие киношники были в восхищении от его произведений. Некоторые режиссеры, такие, как Джордж Лукас, под влиянием книг Кастанеды создали свои наилучшие произведения, в данном случае трилогию «Star-Wars-Trilogie», где, особенно в «Возвращении рыцарей Джедаев», нельзя не заметить отзвуков кастанедовских книг. Другие неоднократно пытались превратить «Учения дона Хуана» в киносказку.

Одним их этих «других» был известный итальянский режиссер Федерико Феллини. И хотя проект уже с самого начала сорвался, между Кастанедой и Феллини завязалась интересная дружба. В интервью с Карминой Форт Кастанеда и Доннер-Грау сообщили, что всегда, бывая в Риме, навещают Феллини.

Как уже указывалось ранее, с подобными намерениями связались с Кастанедой и постановщик из Голливуда Трейси Крамер и автор сценариев Брюс Вагнер, и в этом случае результатом тоже был не проект фильма. Возникли совсем иные отношения. Сегодня они оба вошли в состав Элементов — новой формации воинов — и в этой роли очень тесно работают вместе с Кастанедой и ведьмами.

Наряду с этой деятельностью они по-прежнему действуют в своей исходной сфере занятости, и не только потому, что Крамер стал продюсером, а Вагнер — режиссером серии видеофильмов по Тенсёгрити. Крамер является агентом не только магов, но и известных в США «Rug Rats», «Duck Man» и «Real Monsters». А Вагнер пишет и далее книги и сценарии, причем даже для таких популярных режиссеров, как Оливер Стоун или Фрэнсис Коппола.

Интересна также связь с Оливером Стоуном, потому что, очевидно, последний тоже является страстным поклонником Кастанеды и ведьм. Он, например, написал хвалебный комментарий к книге Флоринды Доннер-Грау «Жизнь-в-сновидении», помещенный на обложке первого издания. Еще большее доказательство — тот факт, что все его последние фильмы вышли под эгидой основанного им общества «Ixtlan Productions», среди них и такие получившие мировое признание киноленты, как «JFK» или «Natural Born Killers». Как он сам говорит, он выбрал название для своего общества как напоминание о его любимой книге «Путешествие в Икстлан» и ее авторе Карлосе Кастанеде. Совместно с Брюсом Вагнером Стоун выпустил в 1992 году телевизионную серию «Wild Palms», которую неоднократно демонстрировали и в Германии. В серии представлен не совсем уж фиктивный сценарий, в котором верхушка средств массовой информации посредством новых технологий манипулирует сознанием населения и контролирует его.

Для реалистичного представления этой опасности Вагнер и Стоун зачерпнули из глубины ящика с фокусами и не поскупились сами на манипулятивные техники, такие, как подсознательное внушение. Так, во многих местах фильма мы видим интересные надписи на стенах и заборах, которые глаз зрителя воспринимает лишь неосознанно, т. е. подсознательно, однако воспринимает и перерабатывает. При этом написанные высказывания — о них мы позже еще поговорим в другом месте — вполне могли бы выйти из-под пера Кастанеды, который, возможно, таким образом хочет подготовить зрителей к откровениям, к которым их сознание еще не готово.

Возможно, это звучит очень загадочно, но тем не менее является действующим театром магии, который представляет собой нечто намного большее, чем только акт представления на какой-либо сцене. Кино и телевидение формируют сегодня сознание человечества, в том числе и бессознательные основы, сильнее, чем какой-либо иной фактор. Это обстоятельство хорошо известно и новым магам из окружения Кастанеды, наследникам традиции, которая с незапамятных времен написала на своих знаменах цель — совершенствование манипуляций с сознанием, причем понятие «манипуляции» здесь абсолютно свободно от ценностной оценки. Это мы все отвечаем за то, превратятся ли наши возможности в сценарий фильма ужасов или в стоящий вызов.

Стоун, Вагнер, да, в конце концов, и сам Кастанеда используют новейшие средства массовой информации, чтобы показать нам эти возможности, точно так же, как классический театр в свое время проповедовал публике новые идеи. И, как и классический театр, действующий театр магии сегодняшнего дня не избегает столкновения с темными аспектами этих возможностей.

Это мы строим дома и делаем их тюрьмами. Мы изготовляем инструменты и превращаем их в оружие. Мы исследуем атомную энергию, а затем используем ее для бомб. Почему мы все это делаем, мы попытаемся рассмотреть в следующих главах в контексте мировоззрения магов.

А пока я хотел бы посоветовать всем и каждому держать глаза и уши открытыми и быть готовым к новым возможностям, потому что неизвестное поджидает нас везде — точно так же, как и действующий театр магии. Например, так, как если Фредди Крюгер, сверхъестественный киллер из «Nightmare on Elm Street», в третьей части проникает в сны своих жертв. Те, кто при этом спонтанно вспоминает Кастанеду и «Искусство сновидения», — недалек от истины. Ведь автор сценария этого фильма — и кто бы еще мог его написать? — Брюс Вагнер.

Часть 2. ТЕАТР ОБЕЗЬЯН МИРА ПОВСЕДНЕВНОСТИ.

5. Об энергии, зачатии, сексе и смерти.

Что знает рыба о воде, в которой она плавает всю свою жизнь?

Альберт Эйнштейн, «Мой Образ Мира».

Мы — сознательные, воспринимающие существа. Эта предпосылка в учении магов линии дона Хуана кажется на первый взгляд банальной и раскрывает нам свое истинное значение только при внимательном рассмотрении. Ведь наше восприятие как первичная функция познания — единственное, что нам дано непосредственно: Я воспринимаю, значит, я существую.

Одновременно ставится вопрос о природе восприятия, включая восприятие нами нас самих, — вопрос, имеющий философскую широту, в котором речь идет о том, что же реально находится по ту сторону акта восприятия.

Соответствует ли наше восприятие действительности, которую мы можем верифицировать как находящуюся вне нас?

Эта проблематика занимает с конца девятнадцатого века как философов, так и представителей естественных наук. Первые пришли к выводу, что наше сознание является единственным непосредственно данным нам бытием и потому у нас нет никаких шансов проникнуть когда-нибудь в мир в себе. А естественные науки пришли на основе нейрофизиологических исследований к убеждению, что то, что мы обыкновенно называем действительностью, является неким видом голографии в нашей голове: виртуальным отражением окружающего нас мира, которое возникает в результате сложного соединения бесчисленных рецепторов, синапсов и нервных окончаний и благодаря которому мы можем практически мгновенно взаимодействовать с другими существами, точно так же заточенными в свои голографические клетки.

Наивное убеждение, что наше восприятие представляет мир непосредственно так, как он есть, не выдерживает, таким образом, критики ни с философской, ни с естественнонаучной точки зрения, как бы мы ни цеплялись за это обывательское представление. Однако о том, что находится за пределами клетки восприятия, не могут ничего сказать точнее ни философия, ни естественные науки.

Чаще всего сегодня пользуются абстракциями современной физики, описывающими мир как последовательность различных степеней уплотнения энергии. Эти энергии, в зависимости от их формы и степени уплотнения, возбуждают различные нейронные рецепторы, что и приводит в конечном счете к восприятию. Однако и здесь остается открытым вопрос о воспринимающем сознании. Ведь и мы сами в смысле физических абстракций являемся не чем иным, как сложной структурой уплотненной энергии, и физика не ставит свой задачей объяснить, как может одна энергетическая структура осознать другую энергетическую структуру или как и почему энергия вообще может обрести сознание.

Весь комплекс тем восприятия и осознания, несмотря на свое огромное значение, все еще представляет для современного человека, как мы видим, неисследованную область, и прежде всего потому, что мы слишком долго принимали познание окружающего нас мира как нечто само собой разумеющееся. Напротив, «люди, жившие 7—10 тысяч лет назад в Новом Свете», если верить дону Хуану, занимались «уже тогда интенсивно вопросами Универсума и восприятия, о которых современный человек до сих пор не отваживается и помыслить».

Пионеры в исследовании сознания благодаря своей способности видеть узнали, что Универсум представляет собой бесконечное скопление нитевидных энергетических полей. Причем они описывали энергию как нечто живое и сознательное. Далее они выяснили, что эти энергетические поля ни в коем случае не являются статичными и неизменными — напротив, они находятся в постоянном движении.

Согласно познаниям тех видящих, человек также является скоплением таких энергетических полей, которые, как и у всех других органических существ, отделены от общего энергетического потока оболочкой. Специфический конгломерат энергий — человек — представляется поэтому видящему как своего рода кокон, светящийся шар величиной с человека.

На задней стороне шара, примерно на расстоянии вытянутой руки от лопаток, они обнаружили место величиной с теннисный мяч, излучение которого является наиболее интенсивным в коконе. Они узнали, что в этой точке, позиция которой одинакова у всего человечества, сходятся вместе бесчисленные энергетические линии, образующие Универсум как целое, и преобразуются затем в чувственные данные. Их логическим заключением было, что, очевидно, это и есть место, где восприятие собирается или, иными словами, «монтируется». Поэтому они и дали этому месту соответствующее название — точка сборки.

Далее они познали, что точка сборки является не только местом, где поток энергии окружающего нас Универсума преобразуется в чувственные данные, но и местом, где эти данные интерпретируются.

Кастанеда поясняет значение этого открытия: «Дон Хуан Матус объяснил нам, что мы, люди, совершаем как организмы фантастическое действие, которое, к несчастью, придает восприятию фальшивую внешность; мы преобразуем входящий поток чистой энергии в чувственные данные, которые затем толкуем согласно строгой системе интерпретаций, которую маги называют человеческой формой. Этот магический акт интерпретации чистой энергии и вырабатывает фальшивый образ: наше твердое убеждение, что наша система интерпретации и является всем, что существует».

Если мы, например, воспринимаем помидор, наша точка сборки уже совершила необъятное действие: преобразовала пучок нитеобразных энергетических полей в чувственные данные, которые сами по себе весьма скудны: матово-блестящее, красное, круглое нечто. И только наша система интерпретации делает из этого нечто солидный трехмерный объект по имени «помидор» и подключает нас к целому ряду других значений, как, например, что речь идет о съедобном плоде растения родом из Центральной Америки; какие витамины и иные вещества делают помидор полезным продуктом питания, или к каким блюдам его можно использовать как составную часть, или с какими продуктами его едят сырым.

Все это, если мы хотим быть точными в определениях, уже не является больше восприятием, а представляет собой акт интерпретации, придания значений — то, что немецкий философ Эдмонд Гуссерль назвал интенциональностъю. Маги линии дона Хуана используют сравнимое выражение — призывание намерения.

В нашем примере сначала нужно вызвать намерение помидора, чтобы придать скудным чувственным данным некоторое смысловое значение. Только после этого и можно в буквальном смысле представить помидор как плотный объект и что-то с ним сделать — если, например, призывают намерение сварить и производят магическое действие в сложной переменной игре восприятий, интерпретаций и действий — и это обычно называют томатным соусом. Причем роль самого восприятия в смысле преобразования энергии в чувственные данные в этой игре совсем невелика.

Кастанеда подчеркивает, что человек «принадлежит к организмам, которым нужна очень маленькая доза в смысле реального восприятия, чтобы создать их мир, или, соответственно, они воспринимают лишь то и столько, чтобы поддерживать в действии свою систему интерпретации».

Это означает, что мы далеки от истинного восприятия и еще более далеки от лежащей в его источнике энергии. Так, вполне достаточно магического слова бундестаг, чтобы вызвать соответствующее намерение. И перед нашим внутренним взором возникает сцена: здание, увенчанное орлами, зал пленарных заседаний с дискутирующими ораторами и скучающими в рядах кресел политиками — даже если мы никогда сами там не бывали!

Этот пример наглядно показывает, сколь мала может быть входная мощность и сколь много можем мы из нее извлечь. Мы находимся в подчинении у нашей системы интерпретации, нашего мироописания и давно потеряли из виду тот мир, каковым он на самом деле является, — энергетическую действительность.

Но, прежде чем мы займемся далее причинами и следствиями этой потери реальности, мы хотели бы сначала описать, как видят нашу жизнь в ее элементарных проявлениях маги линии дона Хуана, которые возвратились к непосредственному восприятию энергии и при этом — к самой действительности. Начнем с самого начала: с момента возникновения новой жизни.

Маги придают условиям зачатия нового существа огромное значение, поскольку в момент зачатия закладываются энергетические основы будущей жизни. При этом имеется в виду не генетическая комбинация материнского и отцовского наследства, которая более или менее определяется волей случая, а то, что полностью исчезло из поля зрения современного человека из-за ошибочной интерпретации биологических наблюдений, социологических предположений, примитивных влечений, моральных ценностей и осуждения, а именно:

Обстоятельства нашего зачатия определяют, кто или что мы есть, при этом степень сексуального возбуждения обоих родителей является главным обстоятельством.

Во время сексуального акта все энергетические нити внутри светящихся коконов сексуальных партнеров приходят, как можно видеть, в возбуждение. Все подготавливается к тому, чтобы создать новое существо — совершенно не имеет значения, является ли это сознательным намерением партнеров или нет. Даже противозачаточные средства ничего в этом процессе не изменяют, даже при мастурбации процесс остается тем же, хотя он, исключая случай искусственного оплодотворения, и не может привести к цели. Мы — очень древние существа, энергетические механизмы которых возникли за миллионы лет до создания противозачаточных таблеток или до проклятия последних Папой Римским.

Магам нет дела и до моральной оценки современных сексуальных отношений, когда они утверждают, что только сильное сексуальное возбуждение обоих партнеров дает сильного и здорового ребенка.

Дон Хуан поясняет:

«Если в момент зачатия нет возбуждения, то ребенок, произведенный в таком соитии, будет внутренне отражать обстоятельства зачатия. Если между партнерами не возникает настоящего возбуждения и совокупление происходит, например, только в результате ментального побуждения, ребенку придется испытать в жизни все следствия подобного акта. Маги утверждают, что такие дети являются слабыми, неуверенными, нуждающимися и зависимыми.

Единственное преимущество таких существ, что они из-за своей слабости исключительно постоянны. Они могут всю свою жизнь выполнять одну и ту же работу, не стремясь ни к каким изменениям. Если они в детстве имеют хороший пример, то становятся очень порядочными, но, если такой пример отсутствует, их страданиям, заблуждениям и неуравновешенности нет конца».

К сожалению, большинство из нас являются такими «bored racks», как говорят маги, — скучными номерами, зачатыми при домашнем будничном сексе или как традиционное завершение пьяной ночи. Так и приходим мы потом в жизнь: домашнего изготовления, скучными или с тупым чувством в голове — как будто это мы пропьянствовали всю ночь напролет.

Уже во время нашего взросления нас постоянно грызет чувство, что нам чего-то не хватает, что мы что-то упустили.

Так начинаем мы наш поиск, нашу охоту за тем, что могло бы заполнить внутреннюю пустоту. Поиск любви, охота за возбуждением. Один ищет особенное в сексе мимоходом, наркотиках и приключениях, другой — в прочных отношениях, социальной безопасности и профессиональном успехе. А те, кто уже отчаялся или осознал бесполезность всех вышеназванных устремлений, возможно, ищут свое «спасение» в религии или спиритизме, причем мотив остается постоянным: недостаток энергии. Согласно дону Хуану, мы ищем на протяжении всей жизни исходное возбуждение, энергию, которой нам с самого начала недодали.

Поиск становится особенно фатальным, если он направлен на ближайшее окружение и человек пытается восполнить недостаток энергии при помощи секса, партнерства или зачатия собственных детей. Ведь каждый сексуальный акт и прежде всего действительное зачатие потомков требует большого количества энергии, что еще более ослабляет и без того слабую конституцию скупного номера. Чтобы понять это, мы должны еще раз вернуться к процессу зачатия.

До сих пор мы занимались вопросом, какое значение имеют обстоятельства зачатия для родившегося ребенка, и отметили, что возбуждение родителей может служить мерой измерения энергии отпрыска. Однако эта энергия не приходит из некоего космического резервуара для новых граждан Земли, как пытаются объяснить нам некоторые религии, а берется непосредственно от самих родителей. Часто новоиспеченные родители отчетливо чувствуют после рождения ребенка, что они лишились какой-то своей изюминки в характере, которую они позже, при внимательном наблюдении, могут вновь обнаружить в своем чаде.

Как утверждают маги, потомство забирает у родителей большую часть их энергии, их энергетичности и оставляет их более или менее «пустыми».

Это не простая метафора, потому что маг может точно узнать, является ли человек полным в энергетическом отношении.

Во «Втором кольце силы» Ла Горда поясняет:

«У неполного человека дыра в животе. Маг может видеть эту дыру так же ясно, как ты видишь мою голову. Когда дыра находится с левой стороны живота, то ребенок, который произвел эту дыру, имеет тот же пол. Если же она находится справа, то ребенок противоположного пола. Дыра слева — черная, справа — бурая».

Эти «дыры» в светящемся коконе, в нашем энергетическом поле, обычно неустранимы и становятся все больше с рождением новых детей. При этом черный цвет на левой стороне говорит о том, что принадлежность ребенка к тому же полу, что и соответствующий родитель, стоит большего количества энергии, чем ребенок другого пола (бурая «дыра»).

Потеря полноты, естественно, оказывает влияние на поведение и переживания соответствующей личности. В целом родители, приобретая потомство, становятся спокойнее и уравновешеннее, что с точки зрения природы дает преимущества в деле воспитания и заботы о новом поколении. Однако, с другой стороны, потеря полноты означает для «bored rack» чаще всего еще большую неуверенность, еще более сильную потребность в зависимости от других, что может привести к напряженным социальным отношениям и большой эмоционально-энергетической недостаточности. Такие родители буквально цепляются за своих детей, они хотят чувствовать свою энергию в непосредственной близости от себя, они чувствуют себя целостными, только находясь рядом со своим потомством. Если же дети и сами по себе являются скучными номерами, что в подобной ситуации более чем вероятно, дьявольский круг недостатка энергии замыкается, что и гнетет сегодня почти все современное общество.

Однако, как уже указывалось выше, не только зачатие ребенка приводит к катастрофическим потерям энергии. Каждое, даже кажущееся незначительным сексуальное действие может иметь, если смотреть сточки зрения энергии, огромные последствия. При этом центральную роль играет одна странная побочная функция человеческой сексуальности, которая заботится о том, чтобы между партнерами возникало чисто одностороннее энергетическое взаимодействие.

В книге Тайши Абеляр «Магический переход» Клара объясняет своей ошеломленной ученице:

«Мужчины оставляют в телах женщин особые энергетические волокна. Они подобны светящимся червям, которые живут в матке и поглощают энергию… Эти энергетические волокна обладают одним еще более зловещим качеством… которое состоит в том, что они обеспечивают постоянный отток энергии к мужчине, который их посеял. Эти волокна, которыми женщина заражается во время полового акта, вбирают в себя и похищают энергию ее тела, которая уходит к тем мужчинам, что оставили их».

Маги увидели, что мужчина при извержении семени изливает в тело женщины не только сперму, но и особый вид светящихся нитей, которые представляют собой энергетический аспект спермы. Последние не погибают, как их физический аспект, а гнездятся в матке и начинают свою воровскую деятельность, которая продолжается семь лет.

Цель этого странного установления в природе Клара объясняет следующим образом:

«…В идеале этот процесс дает возможность женщине, которая энергетически питает мужчину, оставившего в ее теле свои энергетические волокна, сделать его таинственным образом зависимым от себя на уровне тонких сущностей. Это подтверждается тем, что мужчина делает все от него зависящее, чтобы возвращаться к этой женщине снова и снова для энергетической подпитки. Таким образом… природа достигает того, что мужчина не просто чувствует иногда мимолетное желание получить удовольствие от физической близости с женщиной, но и получает основание для установления с ней более устойчивых отношений.

Энергетические волокна, оставленные в матке женщины, в случае зачатия частично сливаются с энергетической оболочкой плода… Их можно назвать рудиментарной формой семейных уз, потому что отцовская энергия сливается с энергией эмбриона, и это даст возможность отцу впоследствии чувствовать, что это его ребенок».

Эти откровения, возможно, шокируют многих читателей и читательниц, по крайней мере, тех, кто свыкся с обывательским представлением о том, что секс является прекрасным средством обмена энергиями. Однако законы природы — это нечто весьма далекое от понятия «прекрасное», и их установления ни в.

Коей мере не являются ни гуманными, ни моральными. Природа заботится только о сохранении рода как такового, и поскольку женщины и являются, собственно, краеугольными камнями в деле продолжения рода, они несут, с точки зрения энергии, и основную нагрузку. Это они проводят в жизнь новое существо и лелеют потомство, и, кроме того, на энергетическом уровне они заботятся о том, чтобы обеспечить мужчинам их роль в данном процессе.

Кто считает подобные рассуждения чем-то отвлеченным, тому мы советуем задуматься, какую функцию выполняет девственная плева, существующая только у женщин и самок лишь нескольких млекопитающих, тоже имеющих групповую социальную структуру, — например, у человекообразных обезьян.

Или копытных животных. Почему природа позаботилась о том, чтобы первый сексуальный акт был связан для женщины с болью и страхом? Уж конечно, не для того, чтобы предохранить кого-то от добрачных половых связей; с точки зрения магов, это может иметь лишь один смысл: предохранить девочку-подростка от слишком ранней потери энергии и энергетических связей с мужчиной, которые бесполезны в смысле продолжения рода.

В связи с этим маги линии дона Хуана ни в коей мере не разделяют эйфории, связанной с женским движением поколения шестидесятых годов, если речь идет о «сексуальной эмансипации женщины», или так называемой «сексуальной революции».

Флоринда Доннер-Грау вспоминает точку зрения своих учительниц:

«Для них результат сексуальной революции и сексуального «освобождения» женщины заключался лишь в том, что женщины при этом в определенной степени попали в еще большее рабство, потому что внезапно они вынуждены были энергетически подкармливать не одного мужчину, а одновременно многих.

Те немногие женщины, с которыми я говорила об этом в рамках моих лекций, подтвердили эту точку зрения. Вначале я боялась, что обсуждение этой темы натолкнется на непреодолимые трудности. Но именно те женщины, которые в результате этого так называемого «освобождения» имели многих любовников, утверждают, что они полностью истощены и не знают почему».

Из этого положения существует, к сожалению, только один выход: женщина должна на протяжении семи лет полностью воздерживаться от половых контактов с мужчинами, чтобы избавиться от своих навязчивых жильцов. Потому что именно по окончании этого срока черви слабеют и погибают. Однако это легче сказать, чем сделать, потому что существуют определенные механизмы, которые должны препятствовать воздержанию.

Клара поясняет:

«.. Неприятнее всего то, что, когда эти семь лет оказываются на исходе, вся армия червей, начиная с тех, которые оставил первый мужчина, и кончая принадлежащими последнему, внезапно оживляется и вынуждает женщину снова вступить в половой акт. После него все черви опять усиливаются за счет новой потери женщиной светящейся энергии и существуют в таком состоянии еще семь лет. Фактически, это бесконечный цикл».

Возможно, некоторые женщины прерывают этот дьявольский круг в почтенном возрасте, когда сексуальный интерес угасает или их супруг умер. Иногда утечка энергии заканчивается в результате удаления матки, чем можно объяснить заметный расцвет многих женщин после такой операции. Однако для большинства женщин энергетическая эксплуатация, о социальных аспектах которой мы еще поговорим, заканчивается только со смертью.

Итак, мы приходим в наших рассуждениях об энергетических началах неизвестных аспектов секса и деторождения к концу — к смерти, имеющей в мире энергий столь же фундаментальное значение, как и зачатие. И здесь маги предлагают нам необычный взгляд на вещи, к которому они пришли в результате видения. С некоторыми их утверждениями мы сейчас и познакомимся, поскольку они непосредственно связаны с проблемой энергии, которая и делает нас тем, что мы есть, — нашей энергетичностъю, которую мы получили при зачатии от наших родителей.

Для лучшего понимания подчеркнем с самого начала, что маги линии дона Хуана не верят ни в реинкарнацию, ни в продолжительное существование индивидуального сознания после смерти, потому что они могут видеть, что точка сборки во время умирания быстро бледнеет и неотвратимо угасает. С ее светимостью исчезает также и индивидуальное сознание, и восприятие всего того, что мы знали как действительность.

Однако смерть не является ни в коем случае быстрым процессом, как можно понять из такого объяснения, поскольку иногда, в зависимости от обстоятельств, требуется много времени, чтобы энергетические нити, из которых мы состоим, оторвались друг от друга и разделились в общем энергетическом потоке Универсума. Эти нити обладают собственным осознанием, что и объясняет очень многие недоразумения, которые широко распространены в отношении вопроса о смерти и умирании — среди прочих также идея реинкарнации или представление о вечной жизни.

Естественно, все нити осознания, из которых мы состоим, существуют и после нашей смерти и могут при соответствующих обстоятельствах вновь подключиться к одному или многим новым существам. Однако наша социальная личность, наше индивидуальное сознание, наше «Я», к которому мы так привязаны, необратимо исчезает с угасанием точки сборки, что представляет вышеназванные идеи совсем в ином свете. Только наша первоначальная энергия, энергичность, которую мы получили при зачатии от наших родителей, неизменно и полностью возвращается к тем, от кого мы ее получили. Естественно, при условии, что родители еще живы и что сам умерший не имеет детей.

Эта энергичность подчиняется определенным правилам, которые заботятся о том, чтобы энергия вернулась туда, где она наиболее необходима в смысле продолжения рода. При этом имеют приоритет собственные потомки, и прежде всего те, у которых еще нет своих детей. Затем следуют родители, братья и сестры и другие родственники в соответствии со степенью биологического родства. Следующим критерием является энергия возможных кандидатов, потому что, как говорят маги, сила ищет силу. Разделения же энергии не происходит, за исключением случая, когда она возвращается к обоим родителям.

Если у умершего было, например, трое детей, из которых двое еще не имеют собственного потомства, энергетическую добавку получит полный ребенок, имеющий больше энергии. Если у умершего не было детей, энергия возвратится к родителям или, если они умерли, к одному из братьев и сестер или других родственников, причем и здесь решение, кому достанется энергия, определяется полнотой и энергией кандидата. Кто бы ни унаследовал энергетичность умершего, он получит сильный прилив энергии, который можно сравнить только с первоначальным импульсом в момент зачатия, как бы жестоко это ни звучало. Это — возможность получить второй шанс, особенно если мы понимаем энергетические процессы и не станем фазу снова использовать вновь обретенную энергию в плане продолжения рода. Для скучного номера смерть близкого родственника — по иронии судьбы, чаще всего одного из родителей — может оказаться единственной естественной возможностью получить то, что он недополучил с самого начала: энергию.

6. Большие обезьяны, бедные детки.

Вот и сидели они, покончив с ловлей блох,

В домах с центральным отоплением.

Тут сидят они и поныне у телефона.

И по-прежнему царит тот самый тон,

Как раньше — на деревья.

Эрих Кестнер, «Развитие Человечества».

Перед смертью существует жизнь. Однако она, к сожалению, как говорят наследники дона Хуана, для большинства из нас уже предопределена — не в виде некоторой формы судьбы, но силой нашей системы интерпретации, нашим мироописанием. Это мироописание ни в коей мере не является индивидуальным: взаимодействуя с другими людьми, мы поддерживаем социальный порядок, который и определяет сценарий всех наших жизней, оставляя отдельному человеку очень мало простора для какого-либо отклонения от коллективно установленного соглашения.

Типичный сюжет подобного сценария несказанно прост: мы рождаемся и в то же мгновение становимся членами определенного общества. Вначале о нас заботятся наши родители — в основном матери, — которые играют роль первых регулировщиков, определяющих наше место. Это означает, что они — первые, кто вводит нас в соответствующую действующую систему интерпретации и тем указывает нам наше место в мире и в обществе. В смысле же учения магов это к тому же означает, что как раз они сдвигают нашу точку сборки в определенную позицию и постепенно обучают нас самостоятельно ее в этой позиции удерживать. Мы учимся воспринимать, интерпретировать и поддерживать всеобщее соглашение как единственный реальный мир.

За этой основополагающей фазой социализации, во время которой мы прежде всего учимся говорить, следует в нашем современном мире ряд институтов, которые предпринимают точно нормируемую установку позиции точки сборки в принадлежащей им системе интерпретации, делая постепенно из чудесного ребенка безвольный функционирующий рычаг общественной машины. Путь ведет от профессиональных регулировщиков отведенных каждому мест в детском саду, через школу и обучение профессии. Только тогда — а к этому моменту в большинстве случаев мы уже прожили лет двадцать — нас отпускают в «суровый мир повседневности», и мы сами в свою очередь становимся носителями системы, в которой родились.

Менее институционализирована другая большая область социального порядка, к которой принадлежит сексуальность, нахождение партнера, основание семьи и продолжение рода, — так называемая интимная сфера. Но и здесь наши родители закладывают первые камни основания, когда они указывают нам на соответствующую роль того или другого пола, которую мы в дальнейшей жизни, почти не задумываясь, перенимаем, разве что во взаимной игре с другими незначительно модифицируем. И если общество в этом диапазоне действует не столь очевидно, как в случае профессионального развития, то и здесь многочисленные писаные и неписаные правила соглашения ограничивают свободу индивидуума, который учится действовать в тесных рамках общественных ожиданий.

В нашем жизненном сценарии это означает, что в идеальном случае к концу профессионального образования находят партнера противоположного пола и подтверждают эту находку штампом ЗАГСа, основывают с ним семью, и кругооборот начинается сначала. Зачинают детей, заботятся об их развитии, собственном профессиональном успехе и браво трудятся во имя покупки собственного дома, будущего отпуска, хобби и иных наград, не в последнюю очередь ради соответствующей пенсии и обеспечения себя на старост лет.

Когда это время приходит, большинство из нас уже находится в преклонном возрасте, страдает от телесной слабости и слабости духа, которые осложняют нам жизнь. И поскольку со времени нашего детства мы никогда ничего не сделали действительно самостоятельно и потеряли в монотонной повседневной работе всякую подвижность, мы уже не способны начать что-то новое. И мы убиваем время банальностями индустрии средств массовой информации или утешаемся наградами нашего общества потребления, пока смерть не подаст нам знак и не закончит наше бесполезное существование.

Возможно, все вышеизложенное звучит цинично — но только для того, кто убежден в незыблемости этого сценария и рассматривает его как единственно возможную форму взаимодействия с окружающим нас миром. Однако, согласно утверждениям магов, этот сценарий соответствует только одной из бесчисленных возможностей, одной-единственной позиции точки сборки — и это самое ужасное. Мы умираем, даже не бросив хотя бы единственного взгляда на бесконечные широты собственных возможностей. И наше единственное утешение в том, что и наши родители умерли столь же глупо, и столь же глупо умрут, по всей вероятности, наши дети. В этом и заключается настоящий цинизм, являющийся продуктом нашего социального порядка.

К счастью, этот лотерейный билет — не единственный, позиция точки сборки не столь неподвижна, как обычно считают. Социальный порядок только вызывает ложное впечатление, что эта позиция — наш повседневный мир — покоится на восприятии действительности, на конкретном опыте и исходящих из него последствиях. Но мы уже показали, что речь здесь идет не столько о восприятии, сколько об интерпретации. В этом смысле весь полученный опыт и понимание — не более чем продукты нашей интерпретации, сколь бы реальными они ни казались.

Стабильность повседневного мира, наша коллективная позиция точки сборки, покоится, согласно Кастанеде, на трех энергетических опорах, которые он называет краеугольными камнями в основании повседневного мира:

1. Презентация и самозащита.

2. Биологический императив к образованию пары и продолжению рода.

3. Чувство собственной важности.

Эти три пункта неразрывно связаны между собой и образуют некоторый род кулис, перед которыми разыгрывается драма нашей повседневной жизни. Попробуем рассмотреть эти основы по отдельности, чтобы немного разобраться в их хитросплетениях.

1. Презентация и самозащита.

В нашей повседневной жизни мы используем большую часть нашей энергии для того, чтобы нас самих представить или же защитить. Речь идет прежде всего о том, чтобы вписаться в окружающее нас социальное поле: какую позицию мы в нем занимаем, какую роль играем и какие трюки мы используем, чтобы сохранить завоеванные позиции.

В конечном счете все сводится к древней, как мир, теме, которую мы можем в сравнимой форме заметить у всех наших родственников в мире животных. Каждая группа обезьян имеет свою социальную структуру, в которой главную роль играет постоянная борьба за позицию в иерархии группы. Эта позиция определяется степенью внимания и уважения, которыми пользуется соответствующий индивидуум со стороны других членов группы. Идет постоянное соревнование за выигрыш внимания, и в этой борьбе разрешены и используются всевозможные трюки и средства: психическая разборка, демонстрация силы, угрозы, ребяческие успокаивающие жесты, сексуальные нападения и заигрывания, подкуп в виде лакомых кусочков и раздела средств пропитания, а также обоюдный уход за мехом и интимность. Но все эти средства прекрасно известны нам и из человеческого репертуара.

Пример: в одной группе обезьян социальная структура поддерживается прежде всего за счет ухода за мехом и телом. При таком положении вещей блохи выполняют не только нужную, но, можно сказать, социальную функцию; эта функция образует и у нас, людей, истинную причину потребности в интимности. Обычно, когда мы испытываем такую потребность, мы не ищем секса — мы ищем внимания, которое выражается в поглаживаниях и любовных прикосновениях точно так же, как у обезьян в уходе за мехом и телом. Если бы нам были ясны границы между сексом и интимностью, мы нашли бы здесь много общего между нами и обезьянами.

Эти границы за время развития нашей цивилизации сделались очень размытыми, ведь на них наслоились религиозные и культурные догмы, так что сегодня мы все — действительно бедные существа, оставляющие лишь детям преимущества непосредственной интимности. Взрослый человек заменяет их словесами, которые современные исследователи человеческих отношений называют «разговорами начистоту». При этом речь идет, фактически, о театральном представлении, которое служит единственной цели: представить самого себя в наиболее выгодном свете, обменяться знаками внимания и таким образом обустроить и укрепить социальную структуру общества. Обезьяну, достигшую успеха во всеобщей борьбе за внимание и получающую большую порцию доброжелательности в виде социального ухода за телом, можно, естественно, сразу узнать по соответственно очень хорошему состоянию меха. Это — знак престижа у всех приматов, и человек здесь не является исключением. Он имитирует отсутствующий эффект чистки меха чистой и приличной одеждой, косметикой и стрижкой и, между прочим, тоже позволяет себя мыть, массировать и стричь. И даже если сегодня уходом за волосами и телом можно наслаждаться в основном лишь в рамках оплачиваемых услуг, они и поныне составляют важный параметр престижа, который мы, современные обезьяны, выставляем напоказ в виде подстриженных волос, ухоженной кожи и чистой одежды. Да, даже наш дом, наш автомобиль и наши домашние животные должны блестеть, чтобы каждый узнал, как благополучно мы живем, как далеко мы продвинулись в обезьяньей иерархии. Естественно и стремление защитить достигнутую в иерархии позицию, даже если наше положение мы и защищаем, в отличие от родственников-обезьян, в основном с помощью лжи и обмана. Мы чуем за версту завистников и конкурентов, и каждый читатель знает из собственного опыта, на что мы способны, только бы не уступить нашей маленькой роли в обезьяньем театре повседневного мира какому-нибудь разбойнику, на нее посягающему.

Как показывает этот пример, наше природное наследство понуждает нас к смешному топтанию на месте, даже если мы этого не осознаем и продолжаем оставаться на промежуточной ступени эволюции, на которой мы уже не обезьяны, но еще далеко не люди. Это справедливо и для области образования пары и сексуальности, о которых мы сейчас и поговорим.

2. Биологический императив к образованию пары и продолжению рода.

Второй краеугольный камень, связывающий нашу энергию и фокусирующий ее на мире повседневности, по своему происхождению еще древнее, чем первый. Биологический императив к образованию пары и продолжению рода столь же древен, как и появление полов, и может быть назван естественным стремлением к сохранению вида. Однако у нас, людей, этот императив принял сложные формы, далеко выходящие за рамки удовлетворения инстинктов и репродуктивной функции.

Так, например, наш постоянный поиск партнера, если мы уже не живем с таковым, непосредственно обусловлен биологическим императивом, даже если мы и объясняем такой поиск по-другому. Большинство людей, и в первую очередь скучные номера, живут с ложным представлением, что им не хватает партнера для полноты жизни или что партнер может дать им ощущение полноценной жизни. При этом они в действительности смешивают две различные вещи: с одной стороны, их глубокое ощущение недостатка энергии, что и ведет к постоянным поискам полноты, и биологический импульс — с другой стороны, который заставляет их искать подходящего партнера для продолжения рода и основания семьи.

«Прочность семьи — один из самых сильных факторов поддержания социального порядка, — говорит Тайша Абеляр, — так как существует ужасный страх перед жизнью в одиночестве и страх умереть одному». При этом она подчеркивает, что мы, люди, — настоящие социальные существа, стадные животные, чувствующие себя защищенными только в группе. Эта черта тоже принадлежит к нашему наследству приматов и указывает на то, что мы — все еще обезьяны, ищущие защиты в тесном кругу семьи, что было необходимо в ходе истории развития для сохранения нашего вида. Только под защитой племени могло спокойно родиться и расти молодое поколение, да и для взрослого индивидуума безопасность была тесно связана с присутствием других членов рода; голая обезьяна без мощных челюстей, клыков и когтей нуждалась в них, чтобы выжить во враждебной природе.

В понимании магов подобная безопасность могла функционировать только благодаря тому, что внутри группы создавалось точное согласование жизни одного со всеми, соглашение, ненарушимость которого стала высшей заповедью для каждого члена сообщества. Таким образом и возник первый социальный порядок, целью которого было обеспечение единой фиксации точки сборки и создание вследствие этого общего мира, который предлагал своим жильцам ориентацию и пристанище: простейший предок нашего сегодняшнего повседневного мира.

Но то, что в те давние времена было необходимо и правильно, может стать сегодня нашим несчастьем. По причине нашего общего наследства мы цепляемся за социальный порядок, давно уже ставший анахронизмом; он был необходим для выживания наших предков, но закрывает нам доступ к новым знаниям и опыту, которые как раз в нынешнее время могут быть важны для нашего всеобщего выживания.

При этом ложное чувство безопасности вводит нас в заблуждение, обусловленное миром повседневности. Мы ведем себя подобно кротам, которые при появлении туч ищут убежища в их подземных домах, ведь они всегда укрывали их от непогоды, но внезапно превратились в смертельную ловушку. Аналогично и мы следуем иллюзорному чувству безопасности, своего рода эху всей нашей истории развития, и не понимаем, что настало время преодолеть иррациональный страх, который связан с познанием неизвестного.

Мы должны учиться понимать, что опыт нового — сдвиг точки сборки — только потому вызывает чувство страха и панику, что мы при этом нарушаем высшую заповедь неразрывности соглашения, вырываем себя из социального порядка и при этом лишаемся защиты группы. Наши инстинкты говорят нам, что это представляет непосредственную опасность для нашей жизни. Мы реагируем чувством смертельного страха, независимо от того, ожидает ли нас «там, снаружи» — в другой позиции точки сборки — опасность или единственный шанс выжить.

Но даже если мы готовы, несмотря на страх, покинуть хотя бы на одно мгновение безопасность в семье и поддержку социального порядка во имя исследования потенциального шанса, имеется еще третья причина, которая удерживает мир повседневности на его месте и очень тесно связана с уже обсужденными механизмами: чувство собственной важности, о котором маги говорят, что оно является самым чувствительным краеугольным камнем мира повседневности.

3. Чувство собственной важности.

«Третий пункт, требующий энергетически наибольших затрат, — это чувство собственной важности, — говорит Кастанеда. — Мы все ценим представление о нашей собственной важности, особенности и единственности, без того, чтобы хоть раз их поточнее исследовать или спросить себя, в чем же они заключаются».

Попробуем сначала выяснить, что же он, собственно, имеет в виду, когда говорит о чувстве собственной важности.

Он имеет в виду повседневное «я, я, я»: «Какое это имеет отношение ко мне? Имеет он в виду меня? Почему именно я? Что я буду от этого иметь?» Эти и неисчислимое количество подобных вопросов то и дело возникают у нас в голове и создают некий довольно скучный внутренний диалог, который постоянно крутится вокруг одного и того же центра: нашего столь высоко ценимого, нежного и часто обижающегося Эго, которое мы все считаем в том или ином смысле центром Универсума.

В данном случае началось все столь же безобидно: с первородного чувства самосохранения каждого существа и простого обстоятельства, что восприятие всегда производится из одного и того же центра. Это столь долго не представляло никакой проблемы, пока восприятие не направилось на самое себя и не произвело в акте самоотражения представление о Я, которое разделяет воспринимающего индивида и воспринимаемый им мир. С того мгновения все входные данные органов чувств стали оцениваться с точки зрения потенциальной пользы или возможной опасности для Я, что и позволило возникнуть системе интерпретации, которая все более и более обособлялась в ходе истории человечества.

При этом Я впало в определенные заблуждения, которые сами собой возникли из его позиции главного наблюдателя.

Поскольку все входные данные можно трактовать по отношению к Я, и весь мир должен иметь отношение к Я. Ложный вывод, сравнимый со средневековым представлением, что Земля является центром Универсума. С точки зрения земного наблюдателя кажется, что это так и есть: Солнце, Луна и звезды вращаются по кажущимся неизменными орбитам вокруг нас, если мы примем нашу наблюдательную позицию за неподвижный центр.

То, что для Коперника и его современников означало революционный поворот, ясно сегодня каждому: Земля не является центром Вселенной, а всего-навсего спутником Солнца. Но в наших внутренних убеждениях все вращается так же, как и прежде, в первую очередь — вокруг нас самих. Человек по-прежнему считает себя венцом творения, и каждый из нас тем или иным образом воспринимает себя как совершенно особенный образчик человеческого рода.

При этом не имеет значения, имеет ли наше чувство собственной важности положительное или отрицательное значение. Уверенность, что являешься неудачником, есть такое же выражение чувства собственной важности, как и убеждение, что ты лучше других. Переоценка себя, мания величия, высокомерие и нарциссизм идентичны по основной своей мотивации самосостраданию, комплексу неполноценности, покаянию и мученичеству. Все эти и им подобные побуждения предполагают, что собственной персоне придается слишком большое значение — во всяком случае, достаточно большое, чтобы оправдать повседневное помешательство, которое из этого следует. Чувство собственной важности напяливает на нас шоры, редуцирующие мир до эгоистических интересов и позволяющие нам видеть только то, что непосредственно связано с нашей персоной. Только так и можно объяснить, как это мы умудряемся эксплуатировать природу и окружающих нас людей и одновременно жалуемся на загрязнение окружающей среды, социальную несправедливость и повсеместное распространение эгоизма. Мы абсолютно не способны наблюдать мир и нас самих, не вынося об этом суждений, и прийти к такому взгляду на вещи, в котором мы не играем никакой значительной роли, что в подавляющем большинстве случаев и является истинным. А общественное соглашение способствует такой частичной слепоте, чтобы, как говорит Кастанеда, держать нас в границах повседневного мира:

«Представление о собственной важности взращивается в нас социальным порядком, чтобы держать нас с помощью наград или штрафов в рамках его правил и границ. При этом его нисколько не волнует сам индивидуум. Социальный порядок интересует не индивидуум, а лишь поддержание собственных правил и заповедей».

Это высказывание возвращает нас к взаимодействию краеугольных камней повседневного мира и показывает нам, например, почему общественное одобрение и социальное признание не только связывают нас в смысле погони за вниманием, но и вызывают возбуждение, аналогичное действию наркотика. Усиление собственной важности мы воспринимаем как стимулятор, в то время как ее снижение ощущается как унижение, которое ведет к симптомам, подобным процессу отвыкания от наркотиков. Так и выставляем мы себя, где только возможно, выпрашивая долю внимания и признания, и в постоянном соревновании с другими создаем хоровод тщеславия, дьявольский круг конкуренции, который поддерживает устои нашего мира повседневности.

При этом каждый из нас выработал особый трюк, собственный вид самопрезентации, которым мы вербуем партнеров и привлекаем к себе внимание и благодаря которому мы еще более усиливаем чувство собственной важности. Эти трюки, как считает дон Хуан, определяются спецификой времени, потому что большинство из нас используют одинаковые приемы и уловки.

Тайша Абеляр подводит итог:

«Каждая эпоха характерна тем, что дон Хуан называл модальностью времени: определенный шаблон идей, культурный духовный склад. Модальность нашего времени — это то, что мы видим по телевизору и читаем в наших книгах и газетах. Нас постоянно бомбардируют определенными темами и идеями, за которые мы должны держаться. Маги называют современный духовный склад синдромом «я — бедная детка», потому что каждый человек, там, в мире, подавлен жизненным ощущением, что он — беспомощное существо».

И большинство из нас применяет в своей презентации трюк «бедного сиротки», в котором они изображают роль жертвы, пытаясь таким образом получить внимание и помощь от других. Мы взываем к естественному инстинкту ухода за беспомощными детьми, к сочувствию к слабым и создаем все вместе мир, в котором преобладает в качестве духа времени прогрессирующая слабость и принадлежащая ей схема отношений «преступник— жертва».

Стоит хотя бы один раз сознательно вглядеться в то, что поставляют нам средства массовой информации. Так, например, по телевидению нас заливает поток отрицательных сообщений: несчастные случаи и катастрофы, насилие и преступления, убийства и покушения, войны и революции определяют содержание телевизионных программ. В унисон поют и любимые многими бульварные передачи и клубы, когда они заставляют нас думать о повседневных ужасах: разводы, трагедии в семье, стычки с соседями являются столь же постоянной репертуарной частью, как и загрязнение окружающей среды, испорченные продукты питания, неизлечимые болезни, загадочные эпидемии и насилие над детьми.

Наш повышенный интерес ко всем этим проблемам отчетливо показывает, насколько мы свыклись с ролью жертвы, и наше сочувствие есть не что иное, как жалость к самим себе. Общество и отдельный человек подавлены негативным чувством собственной важности, что находит свое выражение в ощущениях собственной ненужности и невыгодности собственного положения. Но эти чувства возникают не столь из-за вышеназванных недостатков общества, которыми мы их обычно объясняем, а скорее из-за недостатка энергии, о котором мы уже говорили — того обстоятельства, что большинство из нас являются скучными номерами и поэтому — в истинном значении слов — «энергетически бедными сиротками».

Как таковые, мы, естественно, не готовы принять на себя ответственность за нашу жизненную ситуацию и активно действовать, чтобы изменить ее. Наш регрессирующий менталитет ожидает нужных изменений от общественных институтов, которые берут на себя роль наших родителей, будь то государство, церковь или какое-то другое объединение, к которому мы принадлежим. И точно так же, как ребенок, мы ожидаем, что получим в наших страданиях скорую поддержку, — другой регрессивный параметр нашего времени, который маги называют синдромом исправления—удовлетворения. Мы стремимся к скорейшему удовлетворению всех наших желаний, и в идеале хотели бы, чтобы все желания исполнялись по мановению руки или взмаху волшебной палочки.

Различные отрасли промышленности нашего «прекрасного нового мира» сироток производят самые разнообразные продукты, соответствующие нашим детским потребностям, от растворимого кофе до готовой к употреблению пищи, от самомоющейся микроволновой печи до удобного в пользовании устройства телекоммуникации. Можно продолжать до бесконечности приводить примеры, доказывающие, что мы сегодня, как никогда прежде, менее всего готовы испытывать чувство неудовольствия и делать какие-либо усилия, чтобы удовлетворить наши потребности, или даже — чтобы ощутить радость. При этом именно последнее — ощущение радости — всегда связано с усилиями или борьбой, как, например, когда мы поднимаемся на крутую гору и, достигнув вершины, испытываем ни с чем не сравнимое чувство радости, несмотря на то что нам еще предстоит опасный спуск. Многие даже и не знают сегодня этого чувства и думают, что радость возникает из-за открывающегося перед глазами альпиниста прекрасного вида, которым можно, как правило, наслаждаться на высокой вершине, — заблуждение настолько укоренившееся, что люди едут на вершину по канатной дороге, а потом стоят и удивляются, что же прекрасного находят другие в этих скалах, тем более что чаще всего они покрыты тучами? Тогда они снова усаживаются в кабину канатной дороги и едут к следующему аттракциону, который, возможно, более интересен и разгонит нашу постоянную скуку.

Но чувство наполненной жизни никогда не приходит, потому что мы слишком прочно держимся за наш повседневный мир, за позицию бедного сиротки нашей точки сборки. Кастанеда замечает по этому поводу:

«Мы любим Христа — кровоточащего и распятого на кресте. Это наш символ. Никто не интересуется Христом, воскресшим и вознесшимся на небеса. Мы хотим быть мучениками, неудачниками; мы не хотим успеха: бедные деточки, поклоняющиеся бедному ребенку».

Как современные декадентствующие обезьяны, мы рассматриваем неизвестное, новые возможности и позиции точки сборки в лучшем случае интеллектуально, но никогда — как практическую альтернативу повседневному миру, потому что для такого подхода мы должны сначала отказаться от нашей удобной позиции внутри известного.

Флоринда Доннер-Грау поясняет, почему это столь сложно для нас:

«Дон Хуан пытался нас рассердить, сравнивая нас с обезьяной, которая засунула руку в сосуд с узким горлышком, чтобы достать горсть зерна. Обезьяна не может вытащить руку назад, пока она сжала ее в кулак и держит зерно. Во многих отношениях люди точно такие же. Наши общественные ожидания и есть зерна, которые истощают наше осознание. Все, что нужно сделать обезьяне, чтобы освободиться, — это разжать кулак, оставив эти проклятые зерна, — но она этого не сделает. И мы не бросим зерна, чтобы освободиться из подобной ловушки или ситуации. Мы просто не в состоянии их бросить».

Так что не только наше стремление к удобствам блокирует нас, но и наше наследство от приматов, которое играет с нами злую шутку, если мы пытаемся вырваться из привычных образцов известного. Самое печальное в этой ситуации даже не то, что мы попадаем в ловушку из-за нашей первобытной жадности и оказываемся в тюрьме, но то, что мы даже не понимаем, что способны освободиться и что освобождение заключается в самом простом действии — бросить то, за что мы так уцепились.

Это справедливо, кстати, и в отношении женской и мужской роли, в которых мы социализировались и которые в значительной мере обусловливают драму повседневного мира. Однако при этом следует вначале указать на различия, которые специфические параметры пола имеют с точки зрения магов: часть их является следствием нашего рождения, другая — воспитания. Этой темой мы и займемся в следующей главе.

7. Женщина, мужчина и природа Универсума.

Мужчины всегда хотят только одного: говорить.

(Из Разговора В Поезде).

Это несомненно: все ведущие позиции во всех общественных институтах заняты преимущественно мужчинами.

Даже эмансипация и демократия ничего не изменили. По закону мужчина и женщина равноправны, однако наш повседневный мир продолжает оставаться мужским миром, в котором женщинам не только предоставляется меньшая мера ответственности, но и в котором они получают, к примеру, меньшую, чем мужчины, зарплату за одну и ту же работу.

Столь очевидная несправедливость, по мнению магов, не будет устранена введением женской квоты или иными регламентирующими законами, о которых в связи с этим нынче много дискутируют и частично пытаются осуществить. Они видят причины подобного состояния дел не только в устоявшихся социальных отношениях, предписывающих нам определенные социальные половые роли, но и в энергетических механизмах, связанных с продолжением рода.

Делия, учительница Флоринды Доннер-Грау, поясняет:

«Реально ничего не изменилось. Женщины остаются рабами. Рабыни, которые получили образование, заняты сейчас выяснением истоков социального и политического насилия, направленного против женщин. Ни одна из рабынь, однако, не может сосредоточить внимание на корне их рабства — половом акте, — если только он не заключается в изнасиловании или не связан с другими формами физического насилия».

При этом Делия непосредственно указывает на энергетические отношения, в которых женщины несут большую нагрузку, проявляющуюся и обновляющуюся с каждым половым актом. И общественная эксплуатация женщин, согласно объяснению магов, — только одна из форм выражения лежащей в ее основе энергетической эксплуатации, а ни в коем случае не результат какой-либо воображаемой или действительной неполноценности так называемого «слабого пола».

Женщины, как краеугольные камни в сохранении человеческого рода, являются какими угодно, но только не слабыми. Лишь их сексуальные связи и деторождение обусловливает заметное ослабление, потому что тогда все их силы направляются в круговорот репродукции и существующий социальный порядок. Они отдают всю свою энергию рождающемуся потомству, своим мужчинам и сохранению нашего повседневного мира, так что в конце концов у них не остается сил даже на то, чтобы разобраться в собственном положении, не говоря уже о том, чтобы изменить его.

Социальный порядок, в котором доминируют мужчины, естественно, так же ни капельки не заинтересован в том, чтобы женщины увидели свою роль в истинном свете, потому что это, несомненно, потрясет основы существующего положения дел. Поэтому постоянно поддерживается пропагандистская кампания, разъясняющая и утверждающая, насколько секс хорош и полезен для здоровья женщины. Если же раздается противоположное мнение, оно сразу объявляется устаревшим и порожденным ложными моральными представлениями. Сексуальное освобождение женщины, как утверждается, означает освобождение женщины в целом; точка зрения, которую маги, исходя из своего понимания энергетических закономерностей, ни в малейшей степени не разделяют.

Делия подчеркивает:

«Приравнять свободу к сексу — это злая ирония. Мужчины настолько полностью, настолько тотально затуманили наш разум, что мы теперь совершенно лишены энергии и воображения, чтобы сосредоточиться на действительной причине нашего порабощения… Желать мужчину сексуально или влюбиться романтически — вот всего лишь два варианта выбора, предоставленного рабыням. И все, что мы говорили об этих двух вариантах, служит только оправданием для нашего соучастия и невежества».

С самого младенчества девочке в нашем современном мире постоянно внушают, что в нашем обществе доминируют мужчины, поскольку они — физически более сильные, агрессивные и способны нести большую нагрузку, лучше разбираются в научных и технических вопросах и так далее. Абсолютно все равно, как бы ни выглядели аргументы, они всегда указывают на второсортность женщины, совсем как в Библии, где Ева была создана из ребра Адама. Мужчина является истинным прототипом человеческой расы — мнение, которое не выдерживает критики не только с точки зрения знаний магов, но и с современной так называемой научной точки зрения. Маги даже утверждают, что дело обстоит как раз наоборот.

Они говорят, что мужское есть не что иное, как сформированное из женского, — мнение, подтверждаемое современной биологией и генетикой. Прототип человеческой расы, как и любого другого двуполого вида животных, — женская форма, женщина. Только она и является существом, способным рождать к жизни другие существа и в истинном смысле творить человека.

Пожалуй, сейчас раздастся возражение — прежде всего со стороны мужчин, — что и самцы необходимы, если речь идет о продолжении рода. Однако в животном и растительном мире имеется множество примеров однополой репродукции, продолжения рода посредством неоплодотворенного деления клеток. Некоторые виды, как, например, тля, даже размножаются преимущественно через партеногенез, причем их новорожденные обычно женского пола и точные копии матерей. Только при определенных обстоятельствах, например в преддверии наступающей зимы, они производят и потомство мужского пола, чтобы обогатить генетическое продолжение рода половым размножением и обеспечить таким образом новой генерации лучшие стартовые условия следующей весной.

Маги линии дона Хуана утверждают, что и женские представительницы человеческого рода способны на такое. К сожалению, они не осознают своих собственных творческих возможностей:

«Матка — это центр нашей творческой энергии… Даже если в мире не останется ни одного мужчины, женщины смогут продолжать воспроизведение рода. Но тогда мир будут населять только женщины».

Естественно, в этом случае дети были бы точными копиями своих матерей, и маленький Спаситель, как в случае непорочного зачатия, известного западноевропейской истории, просто не мог бы появиться. Если библейское предание о непорочном зачатии Марии должно соответствовать истине в биологическом смысле, то мы имели бы дело со Спасительницей, с Женщиной, а не с Сыном некоего, само собой разумеется тоже мужского пола, Богом.

Действительно примечательно, что Библия и другие так называемые «священные писания» так и пестрят мужскими образами. Женщинам в них приходится довольствоваться ролью рожениц или матерей. А ведь именно они-то и являются в истинном смысле «производителями», теми, кто несет в себе творческие силы.

В связи с этим маги указывают на центральное значение матки, поскольку она, помимо своей репродуктивной функции, является органом, имеющим еще одно назначение. Если мы доверимся откровениям наследников дона Хуана, то узнаем, что матка является творческим центром, в некотором роде вторым мозгом или второй точкой сборки, органом, который можно использовать как для непосредственного восприятия, так и для сновидения и даже — для сотворения новых отношений и идей. Она, как и точка сборки, может связывать эманации Орла, интерпретировать их и манипулировать ими без участия разума. Если бы она не обладала этими свойствами, она не могла бы творить новые живые существа. При этом она представляет собой одновременно самостоятельную творческую силу, способную к гораздо большему, чем только воспроизведение человеческого рода.

К сожалению, большинство женщин не имеют ни малейшего понятия о силах, которые в них заключены, и прежде всего потому, что мужчины в течение последних тысяч лет во всех земных культурах сделали все возможное, чтобы женщины забыли о собственных возможностях и превратились в управляемых служительниц мужским интересам. Такое подавление происходило и происходит, конечно, не только из-за мужского стремления к удобствам или к владению, но, главное, из-за непобедимого страха перед сверхмощной и чуждой им силой, заключенной в матке, силой, которая делает их зависимыми от женщины.

Кастанеда сообщает в связи с этим, что первоначально шаманская культура Древней Мексики в течение тысячелетий создавалась и поддерживалась женщинами, пока их коллеги мужского пола не захватили эту власть насилием. С тех пор существует скрытое, а подчас и открытое недоверие между полами, которое удалось преодолеть лишь некоторым практикам. Похоже, нечто подобное произошло и в большинстве культур, поскольку повсюду находят следы былых матриархальных обществ, которые сменились несколько тысячелетий назад всеобщим патриархатом.

Если даже и не совсем ясно, когда и почему произошел такой переворот в нашей культуре, то многочисленные исторические события свидетельствуют об открытой или скрытой войне мужчин против женского знания. Классическим примером может служить пресловутая охота на ведьм в Средневековье, в которой мужчины поистине приложили все старания, чтобы уничтожить мудрых женщин, еще сохранивших свои знания о плодородности, предотвращении нежелаемого зачатия и тайнах матки. Возможно, они были последними истинны ми свидетельницами матриархальной традиции в Европе, которые преследовались и были уничтожены самозваными защитниками Богу-мужчине угодного патриархата — Католической Церковью и ее палачами.

То, что жертвами этого процесса сделались многие невинные женщины, ничуть не беспокоило преследователей. Женщины были подозрительны уже потому, что они женщины. Разве не Ева была виновной, заключив легкомысленное соглашение с дьяволом, и тем ответственная за изгнание из рая? И разве не были все ее дочери опустившимися соблазнительницами, завлекающими своими смертоносными яблоками?

Да и сегодня большинство мужчин испытывают тайный страх перед оружием женщин, перед Femmefatale, перед соблазняющими сиренами их беспорядочных сновидений, которые их соблазняют и затем сталкивают в пропасть. Они боятся мести мрачной Немезиды, которая вырвет узды правления из их рук и накажет их за все то, что они сделали женщинам. Потому что и сегодня поодиночке и все вместе мужчины продолжают подавлять женщин, их эксплуатировать, выставлять глупыми и считать глупыми. И, как всегда, под шитым белыми нитками предлогом: что мужчины якобы являются «сильным полом», теми, кто истинно владеет интеллектом, языком, техническим складом ума и физической силой.

Многие женщины, к сожалению, тоже верят в эту белиберду, не в последнюю очередь потому, что им от рождения ее внушали, и не только мужчины, но и их собственные матери, тетки и сестры, которые уже были воспитаны как безвольные статисты в обезьяньем театре повседневного мира. При этом, например, не замечают, что, если уж говорить о физической силе, матка является самым сильным мускулом, который вообще имеется у человеческого рода с момента его появления. И с точки зрения накопления знаний этот наиболее женственный из всех органов ничуть не является недостатком, а, напротив, решающим преимуществом. По мнению магов, существует природное различие между видом и способом овладения знаниями мужчинами и женщинами.

Флоринда Доннер-Грау поясняет:

«Мужчины собирают знания — с энергетической точки зрения — по конусообразному закону: ступенька за ступенькой. Этот постепенный процесс накопления знаний можно представить себе физически как конус, в котором мужчины шаг за шагом все более и более приближаются к источнику знаний, но никогда не могут его достигнуть. У женщин — по-другому, потому что этот конус у них перевернут. Благодаря матке женщины обладают способностью воспринимать знания непосредственно».

Это различие, которое никак нельзя назвать «незначительным», проявляется не только в различных органических отношениях, но и в фундаментальном положении точки сборки, которая в конечном счете определяет, мужчина мы или женщина. Точка сборки тоже имеет форму светящегося конуса, причем наиболее ярко светящаяся часть у женщин направлена внутрь, а у мужчин — наружу.

Соответствующая конструкция точки сборки обусловливает совершенно различное отношение к жизни и способы поведения у мужчин и у женщин. Маги говорят, что мужчины способны строить мосты понимания с помощью слов, в то время как женщины сооружают их самой жизнью. Это означает, что мужчина сначала формулирует свою цель — ему нужна структура и порядок, прежде чем он приступит к действию. А женщина, напротив, просто «живет» и только позже упорядочивает или систематизирует свой опыт.

А происходит это потому, что мужчина вследствие направленности его конуса от источника — намерения — чувствует себя удаленным от него и, следовательно, стремится постепенно, шаг за шагом, восстановить связь с этой силой, связь, о существовании которой он в силу конфигурации своей энергии только догадывается. Женщины же по причине интровертированной структуры их конуса уже по природе своей с самого начала связаны с намерением, что делает излишними любые «научные» методы, процедуры и ритуалы. Все эти как научные, так и религиозные устремления типичны только для мужского процесса познания.

Флоринда Доннер-Грау замечает:

«Первоначально женщины не видели необходимости интеллектуально использовать свою способность непосредственно подключаться к Духу. Они не считали необходимым говорить об этом или интеллектуально осмыслить эту их способность. Им было вполне достаточно знать, что они такой способностью обладают и в любой момент могут ее использовать. Именно неспособность мужчин непосредственно подключаться к Духу и привела к тому, что они начали говорить о процессе достижения знаний — и они до сих пор не прекратили говорить об этом. Как раз то, что они зациклились на анализе этого процесса, и привело их к убеждению, что рациональное мышление является мужским качеством».

Поэтому не стоит удивляться, что именно после средневекового преследования ведьм наступило время расцвета разума, так называемое Просвещение. Мужчина пережил истинный расцвет в смысле развития своего процесса познания, однако за этот процесс было заплачено ужасной ценой — полным подавлением женского начала.

По причине различных линий поведения в жизни и в познании подавление проявляется не только в социальной несправедливости и эксплуатации, но и в том, что женский элемент практически полностью отсутствует в концепциях общества, в науке, религии и понимании природы разума. И поныне именно мужчины определяют, что именно является истинной природой знаний и действительности, и не дают женщинам возможности участвовать в этом процессе или развивать собственные концепции и идеи.

Однако самый ужасный эффект подавления женского начала заключается в том, что в ходе времени и сами женщины забыли свою непосредственную связь с намерением. Флоринда Доннер-Грау указывает: «Они забыли, как нужно ее использовать, или, вернее, они стали копировать состояние мужчин, у которых вообще не было этой связи. Тысячи лет мужчины усердно боролись, чтобы добиться такого положения дел, что женщины забудут об этой связи. Потребность мужчин властвовать над другими и отсутствующий у женщин интерес формулировать словами их знание и способ их познания образовали трагический комплекс. Только этот комплекс и создает возможность принудить женщин с момента их рождения уважать мнение, что полнота жизни находится в любви, замужестве, рождении детей и самоотрицании. Женщины исключены из доминирующих форм абстрактного мышления и воспитаны быть зависимыми. Их так основательно тренировали верить, что за них должны думать мужчины, что они в конце концов вообще отказались от мышления».

Могут возразить, что такое представление о женщинах в наши дни является анахронизмом, поскольку в нашем современном обществе имеется много женщин, добившихся успеха, и женщин-мыслителей. Однако те немногие, которые относятся к этой категории, являются, по мнению магов, не столь эмансипированными, как просто подстроившимися. Они имитируют мужской процесс познания и таким образом вносят свой вклад в угнетение женщин, не только потому, что при этом они сами себя отрицают, но и потому, что они предлагают другим женщинам ложный образ, в котором эмансипированная женщина представляется как лучший мужчина.

Этим процессом обманчивой эмансипации мы только расширили подмостки обезьяньего театра повседневного мира, добавив еще и холодную войну между полами. В этой войне речь идет не только о том, кто в нашем обществе «в штанах ходит», но и о том, что представляет собой женщина вообще, об идентичности женщины самой себе. К сожалению, большинство женщин даже не замечает, как общество, в котором доминируют мужчины, навязывает им типично мужские проблемы и конфликты, которые заставляют женщин еще более основательно забыть о собственных импульсах и побуждениях. Они столь усердно стараются быть с мужчинами на равных, что им даже не приходит в голову, что уже благодаря тому обстоятельству, что они — женщины, они всегда превосходили и всегда будут превосходить мужчин.

Единственное, что делает мужчину чем-то примечательным с точки зрения магов, — то, что мужчины — редкость. Маги, собственно, говорят, что сам Универсум по природе своей является женским — бесконечным собранием существ женского пола, женских миров и женских энергий. В этом Универсуме мужское как расширение и дополнение женского представляет довольно редкое явление.

Поэтому — как редкость — мужские существа исключительно желательны для женщин, и женские существа заботятся о них, ухаживают и оберегают — и делают это не только в смысле вербовки партнера в рамках биологического императива продолжения рода. Мужчин даже активно преследуют, как пишет Карлос Кастанеда в «Искусстве сновидения». Там он описывает неорганические существа из параллельного универсума, женские сущности другого мира, ищущие контакта с мужчинами нашего мира через мост, создаваемый сновидением, чтобы таким образом получить столь желаемую ими мужскую энергию.

Позже мы подробно поговорим на эту тему.

А пока нам надо остановиться еще на двух вопросах. Во-первых, что Универсум не является понятием мужского рода, как это утверждает наш патриархальный язык; и, во-вторых, то обстоятельство, что мужские существа являются исключением, в значительной мере обусловливает их высокомерие и чувство собственной важности, а женщин склоняет к тому, чтобы о мужчинах заботиться и их баловать. На энергетическом уровне это заходит столь далеко, что они — если даже и бессознательно — скармливают мужчинам собственную энергию и при этом столь значительно ограничивают собственные возможности, что матка функционирует только как орган для вынашивания детей и уже не может служить творческим центром для непосредственного восприятия и познания.

Однако женщины делают это, надо сказать, не из-за слепой любви и не из наивного альтруизма, потому что, как и неорганические существа, они получают определенные преимущества из энергетической связи с мужчинами. Как указывалось в главе 5, мужчина обычно очень быстро становится зависимым от энергии женщины, с которой он спит, и, соответственно, в определенной степени контролируемым и управляемым. Конечно, при этом имеется в виду не столько уменьшение или увеличение отдаваемой мужчинам энергии, хотя такие механизмы поощрения или наказания и играют огромную роль в повседневной игре по оказанию знаков внимания. Гораздо большее значение имеет то, что женщина выигрывает тайное влияние на мужчину, потому что она его действительно энергетически носит в себе и находится в нем. Поэтому, скажем, не удивительно, что женщина практически всегда чувствует, если любимый ей изменяет, даже если он внешне исключительно успешно старается замести все следы.

Со стороны женщин стремление оказывать влияние на мужчин определяется не столько стремлением к владению или потребностью подавлять других — это типично мужские черты, — сколько ее заботой о сохранении однажды достигнутого социального статуса, причем не имеет значения, сколь бы нищенским этот статус ни был.

Флоринда Доннер-Грау говорит по этому поводу: «Это большая трагедия, что у женщин их социальное сознание доминирует над индивидуальным сознанием. Женщины боятся быть другими и не хотят слишком далеко отклоняться от удобств известного. Они предпочитают свои прочные путы страху перед новым».

По всей видимости, с обеих сторон мы имеем дело с примитивными, эгоистическими мотивами. Мужчина желает владеть и властвовать, женщина ищет защиты и уверенности. Поэтому она подчиняется ему и жертвует своими магическими возможностями в пользу сомнительной защиты и обманчивой уверенности. Со своей стороны, мужчина заботится о женщине и отдает свою свободу за собственность, которой он на самом деле никогда не будет иметь, не говоря уж о том, чтобы над ней властвовать. В конце концов оба оказываются ни с чем, потому что их желания неисполнимы, и в своем стремлении к их исполнению они теряют и то, что уже имели.

В свете наших заученных и бережно хранимых норм и представлений о мире это может казаться грубым искажением социальной действительности, однако исходная позиция, на которой стоят наследники дона Хуана в своих высказываниях, не является ни социальной, ни моральной, а чисто феноменологической: они описывают мир только таким, каким они его видят. И, согласно такому видению, Универсум в энергетическом отношении не только является женским, но и имеет разбойничью натуру. Все существа, находящиеся в нем, заботятся в той или иной степени только о своей собственной пользе и живут в постоянной охоте за другими существами и энергиями, которые могут обеспечить их выживание. И мы сами являемся разбойниками, питающимися исключительно другими живыми существами, причем мы не остановимся, даже если перед нами наш — ах! горячо любимый! — партнер.

По словам Кастанеды, наш глаз—глаз хищника в постоянной охоте за добычей, в постоянном поиске пропитания или партнера для секса и продолжения рода. При этом он имеет в виду не только животные инстинкты, унаследованные нами от наших предков, но и основополагающую структуру нашего восприятия, которая в ходе эволюции постоянно направлялась на выживание в разбойничьем Универсуме.

С помощью этого восприятия и соответствующей ему, сформулированной мужчинами системы интерпретации, мы создали бесчисленное количество вооружений, трюков и ловушек и действительно подчинили себе Землю в смысле библейского напутствия. Мы не только истребили наших макроскопических врагов и конкурентов, как, например, почти всех хищников, — мы не менее успешно справились и с нашими микроскопическими противниками. Пенициллин, антибиотики и подобное им оружие современности дали нам власть над микрокосмосом бактерий, грибков и вирусов, перед которым были беззащитны наши предки. Даже царство неорганической материи сделалось для нас добычей и плацдармом для эксплуатации, причем в столь эксцессивном масштабе, что мы за несколько столетий человеческой цивилизации почти полностью исчерпали природные ресурсы и богатства Земли.

Если посмотреть на разрушение окружающей нас природной среды, то, кажется, наша разбойничья сущность в сочетании с мужской парадигмой собственности и мании владения, вызванными чувством оторванности от намерения, сделали нас «слишком успешными». Как клетки злокачественной опухоли, мы в нашем не знающем более собственной зависимости от целого слепом эгоизме уничтожаем основы нашего коллективного и индивидуального выживания.

Однако маги говорят, что это не единственная причина наших нынешних сложностей. Ведь огромное количество людей понимают, что эксплуатация природы и других людей может привести нас всех в конце концов к гибели. И многие всеми силами пытаются предотвратить катастрофу, например, если они отказываются, хотя бы частично, от своей разбойничьей натуры и становятся вегетарианцами, гуманистами, феминистками, пацифистами, «зелеными» или просто сознательно относящимися к природе реалистами. Многие такие попытки обречены на неудачу с самого начала, ведь они определены мужской парадигмой с лежащей в ее основе оторванностью от мира и от намерения — они вырождаются в разговоры о необходимых изменениях, за которыми не следуют никакие действия. Но если даже мы не будем говорить о таких попытках, то все равно, несмотря на все усилия, ситуация не изменяется к лучшему. Маги говорят, что причина заключается не столько в том, что нам не хватает доброй воли, убежденности или идей, но скорее в том, что нам недостает необходимой для такого изменения энергии. Они увидели, что наша энергия расходуется не только на поддержание повседневного мира, но и потребляется сверх этого некоей внешней силой, одной разбойничьей живой формой, которую мы не замечаем, но которая оказывает на нас определяющее влияние и имеет живейший интерес поддерживать неизменным состояние нашего повседневного мира. Как мы увидим в дальнейшем, она даже в некоторой степени ответственна за поддержание именно такого состояния дел и за все наши глобальные проблемы.

8. Воладорес: жизнь в курятнике.

— О, как мне это надоело — каждое утро нести яйца, — пожаловалась курица.

— Ну, отныне тебе больше не нужно будет делать этого, — сказала лиса.

«Басня О Завтраке».

Мы подошли к очень болезненной теме, которая столь необычна и нова, что Кастанеда в своих сочинениях до настоящего времени обходил ее стороной. Только в последней книге «Тенсёгрити — магические движения магов» мы находим указания на некую чуждую силу, которая нас контролирует, некоторых частично, а некоторых и полностью. Однако эта сила не называется и подробно о ней не говорится. Собственно, дон Хуан разъясняет своему ученику следующее:

«То, что ты называешь твоим разумом, вовсе не является твоим разумом. Маги глубоко убеждены в том, что наш разум является внешним установлением, которое навязано каждому из нас. Прими это к сведению, без дальнейших пояснений о том, кто нам его навязал и как это произошло». Однако в докладах, сделанных за последние годы, Кастанеда понемногу начал освещать подробности этого процесса и ответственных за него существ — несмотря на однозначное предостережение дона Хуана: «Если ты начнешь говорить об этом, они тебя определенно сожгут».

Не совсем ясно, имел ли при этом старый маг в виду действительное сожжение на костре своего ученика или символическое, а может, и действительное сожжение его книг. Во всяком случае, он знал совершенно точно, что в этой части его наследства речь идет о чем-то таком, что не только не каждому нужно знать, но и что далеко не каждый захочет знать.

Поэтому и мы сделаем на этом месте предостережение: последующие рассуждения могут звучать еще более невероятно, чем все вышеизложенное в этой книге. Возможно, они будут казаться измышлениями параноика или вызывать чувства паранойи, страха и стремление защититься. Все это совершенно нормально с точки зрения магов, и очень понятно, потому что рассудок — центр нашего отражающего сознания — будет всеми силами стараться защититься от представления о себе как чужой инсталляции разбойничьего существа иного мира. Такое высказывание равносильно требованию изобличить самого себя, а признание в преступлении — это то, что никто не делает охотно и с легким сердцем.

Поэтому в связи с этим рекомендуется попытаться не выносить сразу собственное суждение, а сначала послушать, что говорит Кастанеда и его спутники. Только постепенно становится ясно, что имеют в виду наследники дона Хуана и какое значение в действительности могут иметь их высказывания. Только так мы можем избежать недоразумений, которые в ином случае запрограммированы.

Итак, перейдем к пояснениям.

Первыми, кто заметил, что дело не в порядке, были шаманы Древней Мексики, те женщины и мужчины древности, которым удалось непосредственно видеть энергию, протекающую в Универсуме. В своих наблюдениях они не только заметили, что точка сборки у маленького ребенка не закреплена в определенной позиции, но и что светящийся кокон младенца отличается от кокона взрослого и в другом отношении. Так, например, они увидели, что кокон новорожденного полностью покрыт своеобразной блестящей оболочкой, которая похожа на прозрачное покрытие из пластмассы и обусловливает особо яркое свечение кокона. Однако по мере взросления это внешнее свечение постепенно исчезает, и у взрослого человека остается обычно только малая часть, некий род светящейся лужи под его ногами, которая и равна по величине примерно его стопам. Древние шаманы поняли интуитивно, что внешняя светящаяся оболочка представляет собой собственное осознание человека, поскольку они увидели, что интенсивность свечения так же абсолютно точно определяет степень осознания соответствующей личности, как позиция точки сборки предписывает природу сознательно воспринимаемого мира. Взволнованные обстоятельством, что наше осознание с раннего детства столь сильно уменьшается, в то время как мы в зрелые годы становимся как будто все более и более сознательными существами, они занялись поиском ответа на это явное противоречие.

Вначале они подумали, что это загадочное исчезновение определяется постепенной фиксацией точки сборки в ходе социализации из-за того, что восприятие отграничивается от множества возможных миров и явлений и сокращается до восприятия одного-единственного мира: мира повседневности.

Но затем, внимательно наблюдая за таинственным исчезновением осознания, они увидели тенеподобных существ, которых они вначале не заметили из-за слишком яркого свечения оболочки человеческого энергетического поля. Они увидели, что тени питаются блеском нашего осознания и систематически пожирают его. Поскольку эти разбойники-паразиты показались им похожими на летучих мышей и поскольку они летали и прыгали, древние шаманы назвали их воладорес, что означает «летающее существо» или «летун».

Маги линии дона Хуана обнаружили далее, что воладорес — высокоразвитые сознательные существа, не имеющие материального тела и потому обычно недоступные нашему взгляду. Согласно Кастанеде, они явились в наш мир много тысяч лет назад, натолкнувшись в своем поиске пропитания на великолепный источник. Поскольку они питаются исключительно од ним определенным типом энергии и осознания, соответствующим внешнему свечению нашего светящегося кокона, то они нашли в людях именно то, что искали. Так мы сделались их любимой добычей или, более того, как говорят маги, мы сделались полезными домашними животными воладорес, которых те используют так, как им угодно.

Энергетический ущерб нашему осознанию, вызываемый этим процессом, невосполним. Хотя внешнее сияние и растет постоянно, но воладорес его снова и снова поглощают вплоть до определенной высоты — как коровы, которые на пастбище постоянно обрывают верхушку травы, оставляя только короткие ростки. Так и степень нашего осознания все время остается на очень низком уровне, который хотя и позволяет нам создавать наш привычный мир, но не дает возможности вглядеться в нашу ситуацию и узнать, что мы разделяем в значительной мере судьбу наших домашних животных. Дон Хуан говорит, что точно так же, как мы держим кур в курятниках и клетках, воладорес держат нас в человеческих стойлах, с той только разницей, что наши стойла и клетки мы строим себе сами.

Такие стойла, подчеркивает Кэрол Тиггс, — наши города, деревни и дома, причем не играет роли, живем ли мы в идиллическом малозаселенном уголке планеты или в центре большого города. Ведь и для кур нет особо большой разницы, сидят ли они в тесных клетках на птицеферме или свободно разгуливают во дворе крестьянина — их яйца там и там разбойничьи похищаются, потому что они живут и умирают в рабстве.

По причине полнейшей несвободы и эксплуатации, которым мы подвергаемся, может предстать в новом свете и наша дискуссия о гуманном содержании наших домашних животных. Потому что, как говорит Кэрол Тиггс, мы делаем с ними то же, что летуны делают с нами. Как просвещенные рабы, берущие пример со своих господ, мы точно так же безжалостно эксплуатируем наших домашних животных: мы берем от них молоко, шерсть, убиваем их, получая мясо, мы воруем их яйца и пользуемся ими различными другими способами. Мы ловим их, сажаем в клетки, подрезаем им крылья, клювы, когти и рога, дрессируем их, делаем их зависимыми, выводим новые породы, постепенно уменьшаем их агрессивность и естественное стремление к свободе.

Такими чертами глубоко проникнуто все наше поведение, ведь мы эксплуатируем не только наших домашних животных, но и всю живую и неживую природу, включая и других людей. Несмотря на уничтожение рабства и всеобщие лозунги современного мира, провозглашающие свободу, равенство и братство, эти понятия могут стать действительностью лишь для тех немногих, кто находится на самом верху общественной лестницы. Большинство же людей все еще живут и работают в зависимых отношениях, в которых они—более или менее добровольные слуги, даже если сегодня они и не носят ошейник или цепь на шее. Их единственное утешение заключается в том, что другие, возможно, стоят еще ниже на иерархической лестнице и потому могут ими эксплуатироваться и подавляться — совершенно по принципу велосипеда: вверх отпускать, вниз — давить на педали.

Все это маги линии дона Хуана рассматривали не только как следствие нашего происхождения от существ-разбойников, но и как продукт неравноправных отношений между воладорес как режиссерами за кулисами обезьяньего театра повседневного мира и людьми как марионетками на сцене. Мы имитируем наших господ в своеобразном менталитете эксплуатации и потребительского отношения, в то время как иначе могли бы действительно ограничиться жизненно необходимым.

Лужица осознания у наших ног, которую оставили нам воладорес, не позволяет нам выйти за границы обыденной жизни, у нас хватает осознания лишь на то, чтобы просто жить день за днем и отражать себя в блестящей поверхности лужицы. По причине недостатка энергии мы находимся в положении современного Нарцисса, который в своем ограниченном осознании не может распознать ничего другого, кроме самого себя и своих маленьких проблем. Нам не осталось ничего, говорит Кастанеда, кроме нашего «осознания подошв», лужицы, которая отражает нашу собственную саморефлексию, наше чувство собственной важности и наше Эго, которое и является, собственно, нашей клеткой.

Это поясняет также кажущееся противоречие, на которое натолкнулись шаманы Древней Мексики. Несмотря на их непрерывную работу с собственным осознанием, саморефлексия играла все большую роль в процессе социализации, что создавало ложное представлении о якобы растущем осознании. В действительности же растет вовсе не осознание, а способность интерпретировать восприятие, соответствующая система интерпретации, и, соответственно, увеличивается чувство собственной важности.

Видящие могли ясно воспринимать этот процесс как рост или вспучивание точки сборки.

При этом происходит достойное внимания странное изменение нашей энергии, на которое тоже обратили внимание шаманы Древней Мексики. Они увидели, что светящийся кокон человека содержит шесть больших энергетических центров, которые могут быть восприняты как светящиеся вихри.

Дон Хуан поясняет: «Для каждого энергетического центра тела характерна определенная концентрация энергии. С точки зрения видящего, который пристально всматривается в такой центр, она видится своего рода вихрем, водоворотом энергии — чем-то вроде трубы, которая вращается против часовой стрелки». Древние шаманы с удивлением обнаружили, что один из этих вихрей, соответствующий шестому центру на макушке тела, изменяет свое движение в ходе социализации и с уменьшением осознания. В то время как у новорожденного энергия этого вихря вращается в направлении, противоположном часовой стрелке, у взрослого она постоянно изменяет направление своего вращения — по словам дона Хуана, такое движение неестественно и вызывает отвращение.

При точном исследовании оказалось, что эти изменения в направлении движения вихря вызывают воладорес путем некоторого рода имплантанта, чужеродного механизма, контролирующего и направляющего действия соответствующей жертвы. Дело обстоит так, как если бы летун сидел непосредственно на голове соответствующего человека и оттуда не только отсасывал его энергию, но еще и суфлировал, что человек должен думать и что делать.

Как уже указывалось вначале, маги утверждают, что наш рассудок и является этим чужеродным механизмом — и не только в метафорическом смысле. Наш повседневный разум, рассудок, не является продуктом нашей собственной деятельности, но представляет собой контрольный инструмент воладорес, который должен сделать нас управляемыми посредством простых нормирующих процессов.

Это высказывание нуждается в некоторых пояснениях. Посмотрим сначала, как нам в детстве «прививается» рассудок: в процессе социализации нас учат вначале ходить и говорить, однако позже, в школе, мы должны учиться тихо сидеть и молчать. Благодаря этим и бесчисленному количеству других аналогичных противоречивых указаний нам и прививается послушание, мы учимся быть в высшей степени «разумными», вместо того чтобы учиться быть самостоятельно мыслящими существами. «Здравый смысл» — Common sense социального порядка — принудительно навязывается нам в процессе социализации, причем будучи детьми мы не имеем ни малейшей возможности проверить на истинность нормы и ценности рассудка, а о том, чтобы отвергнуть их, вообще не может быть и речи.

Только если мы очень внимательно рассмотрим нормы и ценности рассудочного мышления, можно заметить в них чужеродное влияние. Какой смысл имеют, например, библейские призывы позволить вести себя, как агнца, на заклание? Или подставить другую щеку, если тебя ударили по одной? От такого поведения, само собой разумеется, нам, людям, нет никакой выгоды. Однако те, кто знает о существовании воладорес, легко догадаются, кому может быть выгодно такое человеческое по ведение. Наш менталитет рабов, привитый нам еврейской культурой и утешающий нас наградой в потустороннем мире, служит не нам, людям, а чужой власти, которая в порядке обмена награждает нас за нашу отдачу энергии верованиями и мировоззрениями, в которых мы оказываемся дураками и приняв которые попадаем в еще более прочную зависимость.

Если бы при этих воззрениях речь шла не о чем ином, как лишь о внешних религиозных догмах не отвечающей требованиям времени религии, все было бы не столь ужасно. Имея хотя бы небольшую долю собственного мнения и трезво взглянув на вещи, мы легко оставили бы эту религию позади. Но неудачи многих попыток такого рода во времена Просвещения или в ходе коммунистических «культурных революций» однозначно свидетельствуют, что эти воззрения гораздо глубже укоренились в нас, чем нам кажется. Однако, по мнению магов, это не является свидетельством истинности соответствующих религиозных положений и убеждений, скорее, это — свидетельство того обстоятельства, что они являются в действительности чужеродным внедрением в ядро нашей системы интерпретации, нашего рассудка, который и придает значение ценности тем или иным восприятиям нашего мира.

Так и модальность нашего времени, синдром бедной сиротки, о котором мы говорили, и наш посредственный менталитет являются продуктом неравного симбиоза людей и воладорес. Мы чувствуем себя жертвами, потому что мы и есть жертвы, однако вместо того, чтобы ополчиться против наших господ или просто-напросто вырваться из нашей тюрьмы и сбежать, мы ведем себя как овцы, которые даже при открытых воротах сбиваются в кучу и не покидают спасительной ограды. Ведь глубоко в душе мы убеждены — и это убеждение является еще одним имплантантом воладорес, — что за границами привычного нас ожидает злой волк, судьба, которая будет к нам еще более жестока, чем все то, что мы уже испытали в нашей повседневной жизни.

И мы продолжаем браво отражать самих себя в лужице нашего ограниченного осознания и мертвой хваткой цепляемся за то, что нам еще осталось: за наше Эго и «маленькие радости» привычного нам мира. Мы замыкаем себя в рамки нашей профессии, которая большинству из нас даже не доставляет удовольствия, в рамки партнерства и отношений, которые нас уже давно не удовлетворяют, в рамки представлений и воспоминаний, которые вообще не соответствуют пережитому.

По вине нашей системы интерпретации мы полностью обособились от энергетической действительности и с помощью воладорес создали для себя кажущуюся возможность бегства в некие виртуальные реальности, которые мы были способны создавать задолго до эпохи компьютеров и развития средств массовой информации.

Многие из нас предпочитают предаваться воспоминаниям, причем последние в подавляющем большинстве случаев приукрашиваются или изменяются иным образом. Они кажутся фотографиями в бережно хранимых фотоальбомах, которые показывают нам фрагменты событий, имевших для нас значение; мы привязываемся к нашим воспоминаниям и укрепляем этим образ самих себя, причем все воспоминания, которые не подходят к нашему образу, просто-напросто отбрасываются или ретушируются до неузнаваемости.

Другие ограничиваются планированием некоего более или менее реального будущего, причем не имеет значения, представляется ли им будущее в виде забот и страхов или в форме надежд и ожиданий хорошего. А некоторые вообще сбегают из отношений реальности и времени и полностью переселяются в виртуальные миры: в книги и хобби, в музыку, науку или мировоззрение, в спасительные или ужасные миры кинофильмов и телевидения, в мир телевизионных или компьютерных игр, в какую-нибудь спиритуальную или религиозную фикцию. Похоже, в этом отношении наша фантазия не знает границ.

Вся широкая палитра повседневного мира служит единственной цели: убить время, не оставить нам ни минуты, когда мы были бы наедине с самими собой и могли бы осознать наше действительное положение. Даже если иногда такая минута все-таки наступает, в дело вмешивается наш внутренний диалог — беспорядочное движение наших мыслей, туда-сюда, движение, обусловленное чуждым внедрением, — и препятствует нам использовать свободную минутку, и заставляет нас вновь искать убежища в наших виртуальных реальностях.

Нам станет ясно, что такое поведение абсолютно неестественно, неприродно, если мы сравним наше социализированное поведение с поведением детей или других млекопитающих, для которых нет ничего лучшего, чем полностью погрузиться в восприятие мира и наслаждаться их простым и все же вызывающим благоговение настоящим. У них нет нашей суеты, им не нужна никакая причина, никакое действие и никакие результаты, чтобы прекрасно себя чувствовать в своем теле и в своем мире.

Очевидно, что мы имеем дело с типичным параметром нашего социализированного менталитета домашних животных, нашего взрослого Common sense, что мы делаем наше ощущение счастья и собственной ценности зависимым от определенных действий в смысле награды или наказания. Потому что, в отличие от наших диких родственников и маленьких детей, нам очень трудно беспричинно радоваться нашему существованию и просто быть счастливыми. Да, это кажется нам наивным, если даже не безответственным, если взрослый человек вдруг начинает так себя вести. Многие люди старшего возраста в наши дни не могут даже просто наслаждаться едой, если они не заработали ее в смысле библейского требования «в поте лица своего».

Можно, кстати, наблюдать, как большинство людей на старости лет все больше и больше попадают в ловушку воладорес, из чего, однако, не следует ложный вывод, будто молодые люди обладают иммунитетом в отношении этих ловушек. Большую часть нашего осознания мы жертвуем уже в раннем детстве, а затем становимся для воладорес подобны домашним животным, дающим молоко: оно регулярно отсасывается; так поддерживается на определенном уровне и наше осознание. Если же осознание по причине старости, слабости или болезни перестает расти или его рост слишком замедляется, тогда воладорес сжирают внешнее свечение практически до основания и даже не оставляют маленькой лужицы. Последствия такого состояния — закостенелый ум, повышенная забывчивость и путаница в мыслях, при этом — растущая раздражительность, фанатичное цепляние за нормы и ценности общественного порядка, увеличение чувства собственной важности; короче — все симптомы и признаки старческой немощи.

В связи с этим Тайша Абеляр сообщает, что в квартирах старых людей, в домах престарелых, в госпиталях и больницах можно встретить особенно много воладорес, потому что здесь они находят свою любимую пищу в больших количествах. Это даже не просто осознание, а совершенно особенное его качество — потому что не всякое осознание для них одинаково вкусно. Они особенно любят осознания эгомании, самосострадания, которые склонны к эмоциональным взрывам и индульгированию, в то время как трезвость и дисциплина ими презрительно отвергаются.

Так, они охотно находятся в местах, где собирается много людей, одинаково эмоционально настроенных: церкви, кладбища, анатомические театры принадлежат к таким традиционным местам. Все чаще организуемые ныне крупные представления, такие, как концерты, демонстрации, собрания, футбольные состязания или иные спортивные события, притягивают многочисленных нечеловеческих гостей, которые тоже по-своему участвуют в праздновании. В более скромной степени вышесказанное справедливо, кстати, для всех общественных мест, таких, как вокзалы, аэропорты, различные учреждения и школы, а также маленькие личные застолья и банкеты. Где бы ни собрались люди в подходящем «для переваривания» настроении, не будет недостатка и в воладорес.

Как вещественное доказательство существования воладорес, наследники дона Хуана несколько раз демонстрировали в 1995 году фотографию одного воладора, сделанную незадолго до того на весеннем празднике тибетских буддистов на руинах Теотихуакана. Фотографом был знакомый Кастанеды, Марко Антонио Тарам, руководитель Casa Tibet в Мехико, который и организовал празднование, где более 90 000 христиан и буддистов молились за мир под началом Далай Ламы. Во время празднования Марко Антонио сфотографировал — не заметив этого — огромную тень, которая, подобно туче, колыхалась над головами толпы, собравшейся на молитву между пирамидами.

Когда Марко Антонио, проявив пленку, обнаружил необычную тень, по форме и облику похожую на молящегося человека, он попросил Кэрол Тиггс посмотреть странную фотографию и высказать свое мнение. Она была не менее поражена и взяла фотографию с собой, чтобы показать Кастанеде и другим его сподвижникам. Все пришли к единому заключению, что Марко Антонио сфотографировал огромного воладора, который так обожрался эмоциональной энергией собравшихся на молитву, что частично материализовался и сделался видимым для чувствительной линзы фотоаппарата. Они восприняли это событие как знак того, что пришло время освободить от эзотерического статуса и эту часть их знаний и сделать ее доступной общественности.

Все вышесказанное, однако, не означает, что мы вообще не имеем понятия о существовании этих воладорес — собственно говоря, у нас отсутствуют слова и языковые средства, чтобы описать их в контексте нашего повседневного мира. Маги говорят, что дети, которые еще не полностью социализированы, часто обладают способностью видеть эти существа и обычно тонко чувствуют, когда чужеродные создания паразитируют на внешнем блеске их осознания. Неудивительно, что они боятся духов, монстров и демонов, которые прячутся у них под кроватью или подглядывают за ними из шкафа. Поскольку воладорес обычно стараются проделать свою работу, оставшись неузнанными, они приступают к делу как правило ночью и действительно охотно прячутся в темных уголках и закоулках.

Именно поэтому многие люди боятся темноты, даже будучи взрослыми, или их привлекают рассказы о привидениях и фильмы ужасов. Классические истории о пожирающих людей чудовищах и циклопах, сосущих кровь упырях и вампирах представляют собой великолепную поверхность, на которую мы проецируем наше бессознательное знание о существовании воладорес и их коварных проделках. В связи с этим в последнее время стали особенно популярны истории, повествующие о проникновении к нам инопланетян, чуждых существ, желающих уничтожить или поработить человечество. Как различные киноверсии бестселлера «Нашествие пожирателей тел», так и новые киноленты типа «Alien, Independence Day» или «Люди в черном» получили наибольшие кассовые сборы, что можно объяснить только тем обстоятельством, что страх перед показываемыми событиями имеет под собой реальную основу.

Конечно, истории о вампирах или фантастические фильмы сами по себе еще не являются доказательством существования воладорес или уликой, способной убедить скептиков. Однако они говорят вполне понятным языком, если только мы готовы воспринять их послание — совсем как в серии Оливера Стоуна и Брюса Вагнера «Wild Palms», где мы при достаточном внимании прочтем на входной двери в пивную с примечательным названием Hungry Ghost («Голодное привидение») нанесенное опрыскивателем высказывание: Los Voladores: They eat your awareness («воладорес: они пожирают твое осознание»). Простое послание необычайной широты.

Мы должны свыкнуться с возможностью, что обезьяний театр нашего повседневного мира представляет собой, возможно, не только заблуждение или окольный путь в нашей эволюции от примитивных приматов к человеку, но что многие его признаки имеют еще более жуткое происхождение. Конрад Лоренц, этолог, исследователь отношений людей и животных и лауреат Нобелевской премии, уже несколько десятков лет назад указал на странные признаки доместикации — слово означает одомашнивание, приручение диких животных — в физиологии и поведении цивилизованного человека, которые аналогичны поведению и физиологии наших домашних животных и которые он мог объяснить лишь тем, что он предположил, что мы сами себя приручаем. Ну с какой стати мы должны, например, запирать себя самих в «используемые человечеством стойла», как называет Лоренц городские квартиры и высотные дома? Какое преимущество мы можем получить при этом — все равно, для человечества в целом или для отдельного индивидуума?

Но если мы примем во внимание существование воладорес, нам многое станет ясно. Безусловно, мы сами социализируем себя в наш повседневный мир, однако параметры социального порядка и управляющего рассудка определены не нами, но превосходящими нас существами, рассматривающими нас как домашних животных. Возможно, Эрих фон Деникен спросил бы: «Были ли Боги воладорес?».

Несмотря на их превосходство над нами, воладорес, конечно же, не были и не являются богами, даже если они и навязали нам представление о Боге, нормы и ценности социального порядка и культуру в самом широком смысле этого слова. Ведь с другой стороны, им же обязаны мы и нашим потребительским поведением, нашим менталитетом эксплуататоров, а также тем, что мы одновременно воображаем себе, что мы — бедные сиротки, страдальцы и неудачники. И в то же время воладорес не являются ни чертями, ни демонами.

Такое их понимание будет все тем же способом представлять мир только в черно-белых красках, непрекращающимся движением туда-сюда между крайними противоположностями, как добро и зло, небо и ад, Бог и черт, любовь и ненависть, положительное и отрицательное, характерной особенностью чуждой инсталляции, которую мы несем на нашей голове. Если мы хотим избавиться от воладорес и от рассудка, который вовсе не является нашим, мы должны сначала преодолеть ложный дуализм нашего Эго, отражения в лужице осознания, и научиться наблюдать мир таким, каков он на самом деле: энергия, которая сама по себе ни хороша и ни плоха.

Если нам это удастся, мы узнаем, что по другую сторону миража известного и тесных границ повседневного мира нас ожидает великолепный Универсум. Безусловно, это разбойничий Универсум с хищными воладорес и такими же хищными людьми. Однако это простое обстоятельство не имеет ни малейшего значения, а наоборот, ставит знак равенства между нами, воладорес и иными существами.

Только если мы избавимся от рабского духа и схемы «преступник—жертва», мы получим настоящий шанс вновь обрести нашу свободу — шанс на свободу от воладорес, от зеркала самолюбования, от цепей повседневного мира и фиксации точки сборки. Если мы откажемся от дуалистической оценки всего существующего и не будем больше рассматривать явления вокруг нас как проклятье или благословение, но — как стоящий вызов, мы сделаем первый шаг на пути, который ведет из тюрьмы обыденного Я: на пути воина.

Часть 3. ТРАНСФОРМАЦИЯ ПОВСЕДНЕВНОГО МИРА.

9. Путь воина.

Только воин может выжить на тропе знания. Искусство воина — находить равновесие между ужасом оттого, что ты человек, и восхищением оттого, что ты человек.

Дон Хуан Матус.

При чтении предыдущих глав многих читателей, возможно, охватит гнетущее чувство, что для них не существует способа вырваться из оков повседневного мира, что они — «скучные номера», образованные обезьяны или невольные жертвы эксплуатации со стороны социального порядка, мужчин и воладорес. Это — ложное, хотя и вполне понятное впечатление, потому что они не принимают во внимание, что мы являемся магическими существами в магическом мире и в конечном счете не имеем ни малейшего представления о таящихся в нас силах.

Первый шаг, который нужно сделать, чтобы разбудить эти силы и освободиться от чувства безысходности, состоит в том, чтобы окончательно отбросить ложный дуализм схемы «преступник— жертва» и убеждение, что мы — бедные, беспомощные создания, — и стать воинами. Это даже не вопрос образования, знаний или умений, а просто — наше решение.

Тайша Абеляр поясняет: «Ты не можешь научиться быть воином! Это, собственно, решение, которое ты однажды должен принять для себя и через себя. Просить кого-то другого научить тебя быть воином — ложная предпосылка, это исходная позиция я — бедная детка по отношению к состоянию воина».

Данным заявлением она подчеркивает главную необходимость: взять на себя полную ответственность за нашу жизнь, наше восприятие и то, что все мы должны умереть. Именно этот трансформирующий акт сознательного принятия на себя ответственности, который отличает воина от обыкновенного человека, и делает его в полном смысле воином. Поэтому важно прежде всего, несмотря на все сомнения, ясно понять, что мы — существа, которые должны умереть.

Кастанеда поясняет этот первый и решающий шаг: «Прими на себя ответственность за то обстоятельство, что ты — смертное существо. Уважай это обстоятельство со всей скромностью и смирением. Тут не о чем спорить, тут нет места сомнению и уверткам. Встань глубокой ночью перед зеркалом и посмотри в него, понаблюдай за существом, которое умрет. А затем, перед лицом твоей неминуемой смерти, громким и ясным голосом задай себе следующие вопросы: Что я делаю? Чему равна сумма всех моих действий»?

Естественно, это только один из способов осознать собственную недолговечность. Все, что напоминает нам о том обстоятельстве, что мы не имеем абсолютно никакой гарантии пережить настоящее мгновение, подходит для того, чтобы привести нас в состояние трезвости, в котором от нас отлетают все суетные мысли и обыденные заботы. Ведь что стоят большинство наших мелких проблем перед лицом неминуемой смерти? Маги называют этот маневр использовать смерть в качестве советчика, потому что при осознании собственной смертности намного легче принимать решения — совершенно не имеет значения, идет ли речь о том, чтобы поехать в город на машине, или о том, чтобы стать воином. Ведь в противоположность нормам повседневного мира такое состояние не видит разницы между важными и не слишком важными решениями. Просто существуют решения, и перед лицом неминуемой смерти их надо принимать одинаково основательно.

Сознание собственной смертности не только является состоянием, в котором воин принимает свои решения, но и всеобщим духом его жизни. Все его действия не только направлены к благополучию, но всегда точны и целесообразны. Ведь он знает, что в свете его предстоящей кончины они должны быть окончательными и не требующими исправления. Он всегда делает лучшее, на что он способен, что также означает, что он не теряет свой юмор. Перед лицом смерти не имеет смысла отказываться от вещей и действий, которые доставляют человеку удовольствие — именно они часто выходят тогда на первый план, и человек начинает наслаждаться ими сознательно.

Обобщая все вышесказанное, можно отметить, что первый шаг на пути воина ведет к тому, что человек начинает жить более сознательно, потому что отныне он сам несет ответственность за собственное состояние и собственные действия и не перекладывает больше эту ответственность на других людей, общественные организации, неудачные обстоятельства или погоду, как это обычно бывает в повседневном мире. Воин не считает себя больше листком на ветру — он считает себя самостоятельным существом и отвечает за то, кем он является и что он делает.

Если кому-то трудно находиться в таком состоянии, можно воспользоваться другой техникой магов Древней Мексики, при которой сознательно заклинают силу, регулирующую наше восприятие и нашу судьбу, — намерение. Однако такое сознательное призывание намерения не должно быть унизительным попрошайничеством нищего, так как воин не просит о подачке, а требует только свое магическое наследство, причитающееся ему по праву рождения:

«Призови намерение. Громко прокричи его имя и потом громко скажи, что ты хочешь: «Намерение! Я хочу принять на себя ответственность за то, что я — смертное существо! Я хочу уважать то обстоятельство, что я умру!» Намерение услышит тебя и удовлетворит твою просьбу. Наш голос несет в себе мощную силу. Наши слова — решающая сила. Осознай, что слова — магия и что они обладают особенной силой, если они сказаны при осознании собственной смертности».

В большинстве случаев недостаточно вызвать намерение только один раз, по крайней мере, до тех пор, пока мы не приобретем опыт и наши слова не будут сказаны с достаточной силой. Поэтому лучше всего снова и снова повторять просьбу; не имеет значения, идет ли речь о вышеупомянутом или другом требовании. Постепенно становятся заметны изменения, которые сначала тонко действуют на наше настроение, а позже все более и более определяют наше ощущение жизни.

Применять такой метод рекомендуется не только по отношению проблемы взятия на себя ответственности за нашу смертность, наши решения и действия, но и в отношении принятия ответственности за наши восприятия. Сделать это — значит сознательно уклоняться от оценивающих интерпретаций разума и таким образом постепенно отвоевывать почву под ногами чуждой инсталляции.

Даже если сначала это и кажется абсолютно невозможным, можно в первую очередь попытаться осознать абсолютную реальность всех оценочных интерпретаций вообще, так как предметы восприятия, как и само восприятие, сами по себе не могут быть ни хорошими, ни плохими, ни положительными, ни отрицательными, ни истинными, ни ложными. Они не подчиняются рациональным правилам логики, дуалистической парадигме чуждой инсталляции и потому не могут быть «поняты».

Кастанеда подчеркивает: «Забудь о попытках понимать вещи. Не спрашивай: почему? Не существует никаких рациональных объяснений. Разве мы были когда-нибудь в состоянии действительно понимать что-нибудь вокруг нас? Ничего нельзя объяснить».

Обожествляемая в нашем повседневном мире логика справедлива только в строгих рамках синтаксиса системы интерпретации, потому что она, как неотъемлемая часть этой системы, следит за поддержанием своих собственных правил. Она имеет отношение только к высказываниям внутри самой системы, а никак не к предметам восприятия, которые существуют в энергетическом смысле независимо от процесса интерпретации. Например, дерево как предмет восприятия не может быть ни истинным, ни ложным, оно существует в диапазоне, расположенном ранее любой интерпретации, и потому не может быть рационально понято или объяснено.

Поток энергии, образующий Универсум, не зависит от власти интерпретации и ее внутренней логики, даже если в обычном мире мы это охотно воображаем или соглашаемся, когда об этом говорят. Согласно магам, это кажущееся влияние существует лишь потому, что слова сами по себе обладают властью — властью призывать намерение и таким образом преобразовывать скудные данные наших чувственных восприятий в комплексное чудо — в мир с огромным количеством деталей и отношений, который мы целиком принимаем как нечто само собой разумеющееся.

Воин осознает и то обстоятельство, что этот мир ни в коей степени не является само собой разумеющимся, а возникает в чисто магическом акте. Поэтому он, с одной стороны, избегает каких бы то ни было оценок и отступает на позицию, названную магами позицией свидетеля. Он все более концентрируется на способности воспринимать, которая присуща нам как воспринимающим существам и действует вне и до любой интерпретации. С другой стороны, он создает свой собственный мир, когда сознательно призывает намерение и таким образом придает восприятию новый смысл, который более отвечает его потребностям и его натуре, чем интерпретации повседневного мира. В некотором смысле он как бы по-новому интерпретирует чувственные данные без влияния рассудка и создает этим новый мир, свободный от повседневности, мир, который отнюдь не «само собой разумеется», а также творит вход в иные миры, которые точно так же обладают множеством деталей и столь же действительны, как и мир, в котором мы живем.

Однако для того, чтобы создавать все это, ему нужна энергия — та энергия, которая расходуется на поддержание и интерпретацию повседневного мира. Большую часть энергии он удерживает у себя, когда занимает позицию свидетеля и все более и более воздерживается от ценностных интерпретаций. Однако, как правило, этого недостаточно для того, чтобы расшатать краеугольные камни повседневного мира. Поэтому воин сознательно стремится сохранить энергию, обычно расходующуюся на поддержание трех столпов повседневного мира, о которых мы уже говорили. В этом ему прежде всего помогает техника вспоминания, некоторый вид всеобъемлющей инвентаризации собственной жизни и отношений, которая подробно будет описана в главе 11.

Однако есть еще простые, но сильнодействующие трюки, с помощью которых можно расшатать краеугольные камни.

В отношении первого краеугольного камня повседневного мира — презентации и самозащиты — можно посоветовать вначале осознать факторы, которые мы защищаем. Этому помогает не только проведение перепросмотра, но также простое наблюдение за нашим поведением. Если мы, например, чувствуем себя обиженными, нужно не поддаваться этому чувству, а встать на позицию наблюдателя и спросить себя: а что, собственно, нам требуется защитить? Какой аспект моего образа, моей маски обида пошатнула или поцарапала? Оправдана ли моя реакция с точки зрения того обстоятельства, что я — смертный?

Если мы будем делать это постоянно, мы будем все более удаляться от бала-маскарада обиженных тщеславцев и зоны влияния первого краеугольного камня. Это, конечно, не означает избегать общества других людей или удаляться от мира; напротив, воин всегда живет в центре повседневного мира, но не является его частью. Если даже это и звучит абстрактно, но является на деле прагматическим перенесением позиции свидетеля на сцену повседневного мира. Всем интересующимся можно к тому же посоветовать отказаться от желания играть главную роль и хотя бы на протяжении недели сознательно избегать слов «я», «мое», «мне», «меня».

Ведь, как говорит дон Хуан, обычно мы даже не в состоянии рассказать самую маленькую историю или вспомнить о чем-то без того, чтобы не сделать нас самих главными героями. Даже если кто-то другой что-то рассказывает, мы не проникаемся этой историей, а начинаем говорить о нас: «А вот мне недавно даже… Если бы со мной такое случилось… Если ты хочешь услышать мое мнение…».

Мы упорно нажимаем на наше монотонное «я, я, я», с которым мы пытаемся прорваться на передний план, и отодвигаем в сторону истинное понимание.

Флоринда Доннер-Грау знакомит нас с совершенно противоположной позицией ее учителя, которая является испробованной терапией воина против эгомании:

«Дону Хуану больше нравилось предоставлять истории и события их собственному ходу, позволять им развиваться самим по себе. Ведь тогда они во всех отношениях будут намного богаче, так как они сами себя раскрывают. Рассматривай состояние свидетеля как упражнение, которое ты можешь практиковать в любой повседневной ситуации; не будь хоть раз главным постановщиком. То, что тогда начнет происходить, поистине достойно внимания».

И точно так же достойно внимания, что тогда каждый может гораздо больше заметить — в том числе и в отношении нашей привязанности ко второму краеугольному камню повседневного мира, к ритуалам создания пары и поиска партнера. Ведь, несмотря на естественное главенство биологического императива к продолжению рода, большинство из нас совсем не столь «горячи», как они обычно думают или изображают.

Маги утверждают, что почти все цивилизованные люди по натуре своей очень щепетильны — и не только по причине обстоятельства, что большинство явились на свет скучными номерами и не могут предложить достаточно энергии для действительно интересного секса. К тому же почти у всех поврежден один энергетический жгут, который тянется по всему светящемуся телу — у женщин в виде прямой балки, у мужчин — в виде кривой, напоминающей изгиб лебединой шеи, и который отвечает, помимо прочего, за переживание энергетически полного наслаждения сексуальностью. Согласно Кастанеде, повреждение этого жгута наблюдается практически у всех, и происхождение этого повреждения представляет собой еще одну проделку воладорес, которые и в этой области держат нас под контролем и заботятся о том, чтобы новое поколение «скучных номеров» и «бедных сиротою) заняло наше место в курятнике.

Многие читатели сейчас возмутятся, потому что у них есть впечатление, что они просто лопаются от сексуальной энергии. Однако в большинстве случаев это очень поверхностное впечатление, которое к тому же поддерживается внешним фасадом нашего общества, которое не особо скупится, если речь идет о сексуальных мотивах. В рекламе и средствах массовой информации проповедуется прямо-таки помешанность на сексе, которая приняла со временем совершенно гротескные формы. При этом не имеет значения, подразумеваются ли выпрыгивающие из одежды груди и вихляющие бедра или сострадательные дискуссии о сексуальных извращениях и изнасилованиях, где точно так же сексуальность всегда выходит на передний план.

Это индивидуальное и коллективное возбуждение происходит, однако, согласно Кастанеде, не столько из-за истинной сексуальной потребности или биологического императива к продолжению рода, сколько от нашего современного питания. «Мы не психологические существа, — подчеркивает он. — Наши неврозы — побочный продукт того, что мы отправляем себе в рот».

В своих «классах» Кастанеда постоянно рекомендовал питаться в соответствии с предложениями американского исследователя Барри Сойера, который изложил результаты своей научной работы в книге «The Zone». На основании данных современной биохимии Сойер объясняет, какое влияние на наше сознание и самочувствие оказывает питание и как мы можем научиться сознательно использовать эти эффекты. При этом он указывает прежде всего на слишком большое потребление сахара, которое создает обманчивое представление о громадных энергетических резервах и потенциалах, которыми мы на самом деле вовсе не располагаем.

Сахар представляет собой самую чистую форму связанной световой энергии и возникает в растительном мире как продукт фотосинтеза, при котором улавливается солнечный свет и накапливается в виде глюкозы, сахарозы или фруктозы. Две первые из них, в переизбытке содержащиеся сегодня почти во всех промышленно изготовленных продуктах питания и которые мы потребляем также почти в чистой форме в виде сластей, лимонада и других напитков, превращаются непосредственно в энергию в нашем теле и вызывают состояние возбуждения и беспокойства, которые можно легко перепутать с естественным побуждением к сексу или действительной силой. На самом деле мы только искусственно возбудились и сразу снова сникнем, как только наркотик исчезнет из тела.

В любом случае стоит попытаться временно воздержаться или по крайней мере ограничить потребление сахаросодержащих продуктов питания и напитков, чтобы понаблюдать, как это повлияет на сексуальное влечение. Большинство из нас, и прежде всего «скучные номера», быстро заметят, что они без наркотика-сахара не только менее «горячи», но и в целом менее раздражительны и менее подвержены стрессу, потому что их тело оперирует только с базой их реального энергетического хозяйства. Благодаря этому простому мероприятию им будет легче накапливать сексуальную энергию, чтобы сравняться с небольшим количеством счастливцев, получивших при зачатии большое количество энергии.

Этот простой трюк, кстати, часто дает еще и другой положительный эффект, если постепенно расширяют сферу его применения, исключая не только сахар, но и все сладкие продукты питания, включая как естественные, так и искусственные сладкие продукты. Ведь, согласно Кастанеде, сладкий вкус является неотъемлемой составной частью синдрома бедного сиротки, потому что почти всех нас в рамках нашей социализации утешали или награждали сластями. Поэтому «сладкое» является для большинства из нас испытанным утешителем или — наградой в виде подачки энергии, которая дает нам ложное чувство, что все не так уж плохо, хотя в действительности наше положение столь же безутешно, как и прежде.

То, что мы предпочитаем сладкое, является, очевидно, не только частью наследства, доставшегося нам от наших волосатых предков, которые, как и все приматы, особенно любят сладкие, богатые энергией фрукты, но и представляет собой средство, которым нас контролирует внешний мир и которым мы сами себя держим под контролем. Это полностью отвечает интересам воладорес, и можно сказать, что сахар представляет в нашем курятнике некоторый вид усиленного питания в фураже, которым, с одной стороны, нас откармливают и который, с другой стороны, имеет способность делать нас зависимыми и таким образом как бы заботится о том, чтобы мы всегда оставались в границах норм или, по крайней мере, снова и снова возвращались на нашу орбиту. Возможно, все это целостное послание содержится в известном призыве: «Дайте обезьянам сахар!».

Вернемся, однако, назад, ко второму краеугольному камню повседневного мира и пути воина. В целом рекомендуется рассмотреть собственное сексуальное поведение с энергетической точки зрения и, если нужно, изменить его. Что нужно при этом принять во внимание — мы уже пояснили в главе 5. Так, человек должен сначала добиться ясности в вопросе о том, как он был зачат и сколько сексуальной энергии находится, соответственно, в его распоряжении. Во всяком случае, для «скучных номеров» действует правило, что, если они хотят успешно двигаться по тропе воина, им было бы лучше принять решение о как можно более умеренной сексуальной жизни. Для человека, зачатого с большой энергией, это правило не играет значительной роли.

Однако и энергетически богатые люди должны осознать, что от природы сексуальность задумана не для наслаждения, а для целей продолжения рода и потому активирует энергетические механизмы, при которых за коротким удовольствием следует затем долгая расплата. В этом смысле прежде всего женщины должны осознать, что, даже не учитывая риск беременности, они платят особенно высокую цену за каждый половой акт: создают энергетическую связь, образуемую энергетическими червями, которых мужчины оставляют в их телах, и эта связь всегда не в пользу женщины.

От передачи этих «червей», трезво предупреждает Флоринда Доннер-Грау, не защищают ни презервативы, ни совокупление с прерыванием до семяизвержения.

Какие практические последствия вышесказанное будет иметь для личной сексуальной жизни — остается, естественно, на совести и ответственности каждого. Ведь путь воина не является ни моральным указателем, ни действительным для всех кодексом, по которым нужно жить. Он только обращает наше внимание на энергетические факты, важные для жизни и хорошего самочувствия воина.

Нельзя, например, сделать из вышесказанного вывод, что достойной устремлений для всех и каждого является жизнь в одиночестве, хотя в некоторых случаях такая жизнь полезна и может принести ощутимые преимущества. Однако во всяком случае следует воздерживаться от того, чтобы принуждать себя к одиночеству, воздержанию или другим аскетическим ограничениям, потому что отказ от чего-либо будет иметь еще более фатальные последствия, чем сознательное и под контролем удовлетворение своего желания с получением при этом наиболее полного наслаждения. Принудительный аскетизм ведет обычно только к вспучиванию точки сборки и увеличению чувства собственной важности, потому что человек думает, что он оторвался от «серой массы» и стал уже не столь примитивным, как остальное человечество: «Я — великий воин!».

Ну вот мы и добрались до третьего и последнего краеугольного камня повседневного мира: мы все считаем, что очень важны. При этом, как уже указывалось, не играет никакой роли, проявляется ли наше чувство собственной важности в мании величия и надменности или в самосожалениях и комплексе мученика. Мы не должны стыдиться или искусственно скрывать наше чувство собственной важности.

Тайша Абеляр подчеркивает: «Не скрывай своего чувства собственной важности, заменяя гордость ложным смирением и показной скромностью. Решающую роль играет обстоятельство, что ты не более и не менее важен, чем все другие живые существа. Думать по-другому означало бы существовать как муравей в муравейнике, который тащит особенно тяжелый груз и потому думает, что он — самый большой, самый лучший из всех муравьев, в то время как в следующий момент я наступлю на него и его приятелей, и все они будут равны в своей смерти. На каждого из нас в один прекрасный день наступит что-то, точно так же, как мы можем наступить на муравейник».

При этом Тайша Абеляр еще раз указывает на уже известный нам маневр — принять смерть в качестве советчика и ввиду неизбежности собственной смерти осознать, что мы не являемся чем-то особенным или единственным в своем роде. Лишь осознание собственной смертности ставит воина на одну ступеньку со всеми иными живыми существами и помогает ему преодолеть свое чувство собственной важности.

Однако в большинстве случаев это легче сказать, чем сделать, прежде всего потому, что чувство собственной важности является силой, подчиняющейся своим собственным законам. Отчасти это происходит потому, что чувство собственной важности очень тесно связано с самолюбованием, саморефлексией, отражением в лужице осознания, оставленной нам воладорес. Поэтому для преодоления чувства собственной важности нам нужно не только средство, помогающее разбить зеркало саморефлексии, но и средство, препятствующее дальнейшему паразитированию воладорес на внешнем свечении нашего светящегося кокона, где они могут поддерживать наше осознание на уровне, соответствующем пониманию нами самих себя как очень важных. В связи с этим более чем интересно, что существуют множество методов разбить зеркало самолюбования, но только один-единственный — испортить воладорес аппетит. Сконцентрируемся вначале на предположительно более легком предприятии.

Самое предпочтительное средство избавиться от чувства собственной важности и разбить зеркало саморефлексии — изменить направление нашего взгляда: вместо того, чтобы наблюдать нас самих, наблюдать что-нибудь другое. Например, это может означать возможность направить все физические и духовные силы на заботу о каком-то другом человеке, животном или растении. При этом важно, что человек не сам выбирает свой объект заботы, а предоставляет сделать это намерению, что в данном случае будет означать «случайный выбор». Ведь если мы будем выбирать сами, велика опасность, что наш выбор будет определен эгоистическими мотивами, что с самого начала обрекает весь процесс на неудачу.

Маневр начинается с громкого призывания намерения и громко высказанной просьбы предоставить какое-нибудь существо, которое помогло бы нам преодолеть чувство собственной важности. А затем ждут, сохраняя полнейшее внимание, пока на нашем пути не появится какое-либо существо. Совершенно все равно, что за существо это будет — птица с перебитым крылом или старый вонючий нищий на улице — мы должны лично и от всего сердца заботиться о нем, и его благополучие считать более важным, чем наше собственное.

При этом, однако, мы не должны подпадать под «синдром помощника», который на деле является только еще одной разновидностью чувства собственной важности. С точки зрения воина помогать означает не отдать другому то, что ему, по нашему мнению, необходимо, а помочь ему самому справиться со всеми проблемами. Это значит — активно поддерживать его во всем, что он сам желает, даже если это противоречит всем нашим представлениям. Даже если однозначно видно, что другой выбрал направление, могущее его уничтожить, воин не имеет права вмешиваться; единственное, что ему остается в этом случае, — молчать и не поддерживать человека на этом пути.

Если мы внимательны, мы почувствуем, когда придет пора закончить испытание. Ведь воин не является ни первопроходцем, который приходит в мир, чтобы творить добрые дела, ни человеком, заинтересованным в том, чтобы привязываться к другим существам. Его цель — свобода, и данный прием, пусть даже это звучит эгоистично, служит не столько цели «творить добро», сколько намерению вырвать самого себя из тенет саморефлексии. В конце концов, преодоление чувства собственной важности вовсе не означает отказ от инстинкта самосохранения, что привело бы нас не к свободе, а к могиле. А воин не только желает выжить, но и делает это самым лучшим способом.

Если даже вышеописанный метод из-за своей надежности особенно хорошо подходит для того, чтобы поставить под удар наше чувство собственной важности, то можно, конечно, разорвать процесс саморефлексии и иными способами. В этом смысле столь же хорошо подходит и концентрация на какой-либо задаче, выбор которой нужно, естественно, тоже предоставить намерению. При этом, как и в случае вышеописанного маневра, справедливо следующее: чем труднее и неприятнее задача — тем лучше для воина. Ведь только так он получит возможность преодолеть чувство собственной важности, разбить зеркало саморефлексии и выйти за свои собственные границы.

Кэрол Тиггс выразила этот дух воина — его истинное смирение, которое не является подчинением, и его скромность, которая мужественно принимает все на своем пути как вызов, следующей молитвой:

Подай мне, Бог, что у тебя осталось,
Подай мне то, что никому не нужно:
Я не прошу богатства или славы,
И не для выгоды твой дар послужит.
Так часто люди этого просили,
Что истощили все твои запасы.
Подай мне, Бог, что ты еще имеешь:
Отдай мне неуверенность и боль,
Отдай мне беспокойство и лишенья,
Отдай мне все безрадостные судьбы.
Еще молю Тебя я, Боже,
Ты отпиши мне все несчастья сразу —
Достанет ли мне мужества, не знаю,
Об этом попросить тебя еще раз.

В большинстве случаев не представляет труда вызвать в себе дух воина; настоящая трудность состоит в том, чтобы удержать его. И для этого нам прежде всего нужна дисциплина — дисциплина, которая, однако, не имеет ничего общего с тем, что обычно понимается под этим словом.

Тайша Абеляр поясняет: «Под дисциплиной понимается не то, чему обучают девочек в католических монастырях, и не то, что раньше практиковалось монахинями. Она также не имеет ничего общего ни с тем, чтобы рано вставать, успевая до работы еще заняться аэробикой, ни с тем, чтобы придерживаться точного режима дня или разумно питаться. Все это — рутина, привычки, а не дисциплина воина».

Для воина дисциплина означает не упрямое сохранение одного-единственного образца поведения, а несгибаемое стремление к абстрактной цели. Поэтому введение дисциплины на практике означает, с одной стороны, самую большую текучесть и способность к изменениям, чтобы человек мог соответствовать постоянно меняющимся требованиям живого мира, и, с другой стороны, неуступчивую решительность, которую маги называют несгибаемым намерением. Однако это — только внешние признаки дисциплины, а не ее истинная сущность, которая коренится в духе воина.

Никто не выразил эту сущность лучше, чем дон Хуан: «Маги понимают под дисциплиной способность спокойно противостоять неблагоприятным обстоятельствам, не входящим в наши расчеты. Для них дисциплина — это искусство, искусство неуклонно противостоять бесконечности, не потому, что ты силен и несгибаем, но потому, что исполнен благоговения».

Например, нам не нужна никакая строгая диета и никакая ложная дисциплина, если мы испытываем глубокое почтение перед жизнью, перед нашими продуктами питания, да и перед нами самими, потому что почтение само по себе будет препятствовать обжорству, не позволяя убивать больше живых существ, чем это необходимо для нашего выживания. То же самое справедливо и для бесчисленного множества иных областей жизни, и можно без преувеличения сказать, что дисциплина воина является лучшим средством против нашего индульгирования на самих себе, причем совершенно не имеет значения, идет ли речь о нашем обезьяньем поведении, наших сексуальных эксцессах, нашем чувстве собственной важности или о коллективном синдроме бедной сиротки.

Дон Хуан даже считает, что дисциплина является единственным средством одержать победу над нашим рассудком и таким образом освободиться от чуждой инсталляции воладорес. Собственно, маги увидели, что дисциплина изменяет структуру осознания, образующего внешний блеск нашего светящегося кокона, и придает ему совершенно иной «вкус», который воладорес явно не нравится. Во всяком случае, воладорес оставляют дисциплинированное осознание в покое, и оно может постепенно регенерировать.

Однако для того, чтобы надолго или навсегда освободиться от воладорес, надо постоянно находиться в дисциплинированном состоянии, потому что в то мгновение, когда мы «отпускаем себя», изменяется и вкус нашего осознания для воладорес, они вновь накидываются на него и человек опять становится жертвой. В такой ситуации ничего иного не остается, как только вновь начать все с нуля и вести дисциплинированную жизнь воина. Когда-нибудь человек достигнет на этом пути состояния, при котором его осознание превзойдет некую критическую точку, и чуждая инсталляция окончательно потеряет свое воздействие. Маги линии дона Хуана увидели, что в этот момент освобождения шестой энергетический центр на нашей макушке перестает неестественно вращаться туда-сюда и возвращается к своему первоначальному направлению движения против часовой стрелки.

Безусловно, это будет огромной победой. Однако даже если воину удалось расшатать краеугольные камни повседневного мира, разбить зеркало саморефлексии, преодолеть свое чувство собственной важности и освободиться от чуждой инсталляции воладорес, пред ним стоят еще иные задачи, прежде чем он сможет при помощи вновь собранной энергии и расширившегося осознания отправиться в иные миры и достичь окончательного освобождения. Потому что сначала нужно оплатить свои долги.

Маги говорят, что уже по причине того простого обстоятельства, что мы что-то воспринимаем, мы автоматически становимся должниками источника нашего восприятия, и так возникает энергетическая связь. В этом смысле мы все являемся должниками перед другими людьми, а также перед миром и намерением. Из этого переплета можно выйти, только заплатив долги и таким образом разорвав установившиеся энергетические связи.

Тайша Абеляр замечает по этому поводу: «При этом воин очень великодушен. Он не рассматривает мир в отношении того, что ему должны другие. Он рассматривает мир скорее в отношении возможности оплатить свои собственные долги, чтобы не оставаться связанным ими».

Имеется множество возможностей для оплаты долгов, и здесь фантазия воина не знает границ. Мы можем оплатить наш долг другому человеку, сделавшему нам что-то хорошее, приглашением в гости, совместным путешествием, подарком или другим дружественным жестом. Да, даже в том случае, если эти люди больше не живут, у нас есть возможность сделать нечто такое, что, как мы знаем или можем предположить, им бы понравилось. Однако нужно правильно понимать, что эту задачу выполняют не со счетами в руке: воины не являются меркантильными людьми, а долги — не всегда материального рода. Главное, чтобы чувство подсказало нам, что все правильно — даже если нам и неприятно делать это.

Как замечает Тайша Абеляр: «Если тебя кто-то действительно обидел, надо оплатить и это. Концепция оплаты долгов — не сентиментальная причуда, которая ограничивается оплатой только хороших связей. Речь идет о том, чтобы отрешиться от всех связей. Если ты связан с кем-то, кто тебя действительно ранил, может быть, крайне необходимо отплатить той же монетой, чтобы разорвать связь. Поэтому оплата долгов не является моральной обязанностью — она идет в обоих направлениях».

После того как мы обсудили важнейшие практические аспекты пути воина, сконцентрируемся на тактиках магов, служащих повышению осознания, накоплению энергии, сдвигу точки сборки, созданию прохода в иные миры и к иным опытам. При этом Кастанеда и его сподвижницы подчеркивают особую ценность девяти вспомогательных накладывающихся один на другой практических путей, которым их обучили их предшественники. Эти девять путей магов характеризуются прежде всего тем, что ведут к гармоническому сдвигу точки сборки и, если они изучаются и практикуются в нижеперечисленной последовательности, не представляют для практика никакой мыслимой опасности:

1. Магические движения.

2. Перепросмотр жизни.

3. Не-делание.

4. Мелкие тираны.

5. Созерцание.

6. Внутренний покой.

7. Дисциплина и безупречные действия.

8. Искусство сновидения.

9. Искусство сталкинга.

Именно такая последовательность соответствует степени осознания, которая требуется для безопасной практики и истинного преодоления соответствующего пути. Для первых двух путей — магических движений и вспоминания — даже не обязательно, чтобы практикующий был воином. Их суть такова, что они могут изучаться даже людьми с малой энергией и ограниченным осознанием, почему мы и посвятим им следующие главы. Они дают возможность каждому интересующемуся бросить внимательный взгляд в мир магов без того, чтобы отдаться этому миру полностью. И они позволяют как среднему человеку, так и воину простым и прямым способом получить пользу от наследства дона Хуана и достигнуть повышенного осознания и энергии, а также физического и духовного здоровья.

10. Магические движения.

Магические пассы повышают осознание независимо от того, как ты к ним относишься. Но разумнее все-таки считать их тем, чем они и являются, — магическими пассами, выполнение которых позволит практикующему сбросить маску социализации.

Дон Хуан Матус.

Маги Древней Мексики, которым много тысяч лет назад удалось проникнуть за завесу известного и видеть Универсум как поток энергии, посвятили большую часть своего времени исследованию новых, прежде неиспользованных возможностей восприятия. Для этого они развивали среди прочих техник искусство сновидения, с помощью которого они могли сознательно сдвигать свою точку сборки, превращая совершенно обыкновенные сны в мосты, по которым можно было проникнуть к другим мирам—мирам, которые столь же прочны и действительны, как и наш повседневный мир.

В своих исследовательских путешествиях по неизведанным краям те маги пережили невероятные вещи и иногда открывали истинные чудеса, однако то, что с самого начала приковало к себе их внимание, — было необыкновенное состояние силы и прекрасного самочувствия, в котором они находились во время сновидения. Сначала они думали, что данное состояние вызывается одним лишь взаимодействием с новыми мирами, однако при точном исследовании оказалось, что такие состояния связаны с определенными положениями тела, которые они занимали во сне, или движениями, которые они во сне производили. К их огромной радости, обнаружилось, что эти состояния можно воспроизвести и в бодрствующем состоянии, если в обычной жизни повторять соответствующие движения и придавать телу определенные положения.

С течением времени они открыли и развили неисчислимое количество магических движений, магия которых состоит не только в их таинственном происхождении, но и в их исключительной действенности. Последнее сделало магические движения весьма важным инструментом магии, который давал посвященным преимущества по отношению к их современникам и вместе с тем — определенную власть. Поэтому маги Древней Мексики хранили в тайне магические движения как особо ценное сокровище. Они окружили движения многочисленными ритуалами и всевозможными отвлекающими трюками, передавая суть своим последователям, лишь приняв все возможные меры предосторожности и взяв с них клятву о неразглашении этой абсолютной тайны.

Именно таким способом были посвящены в искусство магических движений также Кастанеда и его спутницы, хотя дон Хуан и его непосредственные предшественники и не особенно интересовались властью и ритуалами и уже освободили движения от всех ненужных фокусов. Тем не менее заповедь молчания оставалась, и дон Хуан неоднократно указывал своим ученикам, что они не должны даже между собой говорить о магических движениях. И, как мы знаем из первой части этой книги, они свято следовали этому завету до тех пор, пока возвращение Кэрол Тиггс не подтвердило окончание традиции и заповедь молчания не потеряла смысл.

Однако причина подобного отношения дона Хуана к магическим движениям заключалась не только в его верности традиции, но и в том, что до сих пор эти движения изучались в формах, подходящих тому или иному индивидууму, и полностью соответствовали мельчайшим особенностям энергетической конфигурации данного ученика. Таким образом, Кастанеда изучал совершенно иные магические движения, чем Флоринда Доннер, Тайша Абеляр или Кэрол Тиггс, поэтому какие-либо попытки понять их суть в то время непременно привели бы к заблуждениям. Итак, они владели четырьмя индивидуальными последовательностями магических упражнений, которые должны были слиться воедино, чтобы стать доступными широкой общественности в форме, приемлемой для всех.

Как уже указывалось, это удалось сделать с помощью чакмул, «Центра развития восприятия», Трэкеров Энергии и Элементов, которые создали в творческом процессе под руководством наследников дона Хуана Тенсёгрити — комплексную систему движений, которую с равной эффективностью может практиковать любой интересующийся.

Понятие Тенсёгрити Кастанеда взял из области архитектуры, где Тенсёгритет означает структурный принцип, находящий свое применение не только в архитектонике, но и в природных опорных структурах. Фуллер, гениальный инженер и архитектор, который ввел в науку современное понятие Тенсёгритет, указывал, между прочим, что этот принцип лежит в основе способности человеческого скелета нести нагрузку тела и стабильности нашего позвоночника.

Способность нашего скелета нести нагрузку и стабильность позвоночника базируются, как и в архитектурных сооружениях, основанных на принципе Тенсёгритет, не на прочно покоящихся друг на друге элементах, как уложенные друг на друга кирпичи, а на связке непрерывных элементов давления и связующего напряжения, опор и растяжек, причем в скелете позвонки означают опоры, а мускулы, сухожилия, связки соответствуют растяжкам. Как и в искусственных структурах, построенных по принципу Тенсёгрити, стабильность и подвижность нашего тела поддерживаются только благодаря верному углу наклона позвонков относительно друг друга и уравнивающего напряжения связок, принимающих на себя большую часть нагрузки.

Скажем, кость, к примеру, при любой нагрузке сразу бы выпала из сочленения, если бы она не удерживалась на своем месте силой напряжения мускулов, сухожилий и связок, контролирующих ее вращательные и поступательные движения. К тому же кости скелета, как и опоры искусственной конструкции по принципу Тенсёгрити, служат не столько носителями нагрузки, сколько поддерживают определенные размеры. Напряжение связок, мускулов, сухожилий принимает на себя большую часть нагрузки — когда они напрягаются, кости скелета от нагрузки освобождаются.

Таким образом, принцип Тенсёгрити дает максимальную стабильность при минимальных материальных затратах. Для нашего тела это означает, что все его элементы—кости, мускулы, сухожилия, связки и так далее — работают в целом наиболее эффективно и экономично. Все эти показатели справедливы и для современной версии магических движений, что и объясняет решение Кастанеды назвать их Тенсёгрити.

Он говорит: «Этот термин наилучшим образом соответствует природе разработанной нами системы движений. Смысл практики этой системы состоит в напряжении и расслаблении определенных участков тела с последующим напряжением и расслаблением всего тела в целом.

Разрабатывая ее, мы ставили перед собой задачу создания средства, правильное применение которого позволяло бы человеку добиться того фантастического уровня эффективности функционирования человеческого существа, каким обладали маги древности — первооткрыватели магических движений».

Таким образом, он понимает принцип Тенсёгрити в прямом смысле слова — как состоящий из двух частей: Tension — напряженней Integrity—единство, спайка. Только в том случае, когда сложное взаимодействие костей, мускулов, сухожилий и связок функционирует без помех, может быть обеспечено здоровье и благополучие нашего тела. Но если, например, только одно-единственное сухожилие в нижней части нашей спины «заржавело» и сидит неподвижно, это может иметь самые серьезные последствия для структурного единства позвоночника, как и для функционирования всего тела в целом. Магические движения предохраняют от подобного неравновесия, поскольку они позволяют нам сознательно познать наше тело как конкретное единство и тренировать его.

Однако Кастанеда постоянно указывает, что, несмотря на сильный телесный акцент, в упражнениях Тенсёгрити речь идет не об оздоровительной программе или гимнастике для воина. Конечно, первая цель движений — привести тело в оптимальное состояние подвижности и хорошего самочувствия, однако это отнюдь не является единственной целью. Потому что принцип Тенсёгрити действует не только на физическом уровне, являющемся лишь выражением лежащей в его основе энергетической действительности, но это — основной энергетический принцип, отвечающий как за сохранение нашего светящегося кокона—конгломерата энергетических полей, так и за когерентность всех иных энергетических структур в Универсуме.

Кастанеда поясняет: «Современный человек в рамках своих естественнонаучных исследований обнаружил, что существует связующая сила, связывающая воедино все частицы атома. Аналогичным образом особой силой удерживаются вместе составные части клетки, которая, очевидно, еще и понуждает клетки объединяться в ткани и органы.

Дон Хуан говорил, что видящие Древней Мексики знали уже тысячи лет назад, что мы, люди, как конгломерат энергетических полей удерживаемся не какой-либо энергетической оболочкой или связками, но некоторого рода колебанием, которое все одновременно оживляет и удерживает на своем месте: некий вид силы или энергии, которая благодаря ее вибрации спаивает энергетические поля в одно-единственное энергетическое единство».

Итак, в высшем смысле в магических движениях Тенсёгрити речь идет о том, чтобы осознать эту силу и физически ее почувствовать. Только так, между прочим, нам может удастся поддержать или восстановить наше здоровье и хорошее самочувствие на лежащей в основании физического тела энергетической области. Это и есть именно та область, в которой проявляется действие магических движений древних магов и их современных последователей.

При этом отдельные упражнения или последовательности упражнений весьма различны, что объясняется их происхождением из сновидения и тем обстоятельством, что люди, открывшие их, абсолютно не интересовались тем, чтобы их систематизировать. Они знали, собственно, отдельные последовательности магических движений, которые более или менее свободно удерживались вместе присушим им намерением. Только Кастанеда и его спутницы с помощью новой формации воинов свели их в единую целостную систему движений и создали с помощью Тенсёгрити рамки, в которых отдельные последовательности движений могут практиковаться настоящими сериями, служащими совершенно специфическим целям.

Что касается конкретной практики Тенсёгрити и магических движений, то данная книга не может служить здесь руководством: во-первых, потому что мы не чувствуем себя ни достаточно авторитетными, ни достаточно квалифицированными; во-вторых, потому, что это было бы просто невозможно, — даже простое перечисление всех многочисленных последовательностей движений Тенсёгрити Карлоса Кастанеды в рамках одной главы заняло бы очень много места, не говоря уже о том, чтобы подробно, их описать. Поэтому мы сошлемся ниже на специфические указания и всеобщие пояснения в уже существующих публикациях и средствах массовой информации, которые мы в связи с этим от души рекомендуем использовать.

Каждый, кто интересуется практикой Тенсёгрити, должен сначала ознакомиться с движениями, представленными в трех уже вышедших тренировочных видеокассетах и книге «Магические пассы». Затем следует серьезно подумать о посещении одного из семинаров магов, пока такая возможность еще имеется. Ведь это — наилучший способ не только изучить движения, но и получить непосредственное впечатление о движущей силе и намерении, заключенных в них.

Дополнительная возможность заключается в том, чтобы посещать одну из учебных групп Тенсёгрити, которые существуют сейчас по всему миру, в том числе и в Германии. Адреса подобных групп можно найти на соответствующих страницах Carlos Castaneda's Tensegrity в Интернете, откуда можно также почерпнуть информацию об условиях приема в ту или иную группу. Большинство этих групп бесплатные — в них не требуется платить ни вступительных, ни членских взносов, однако, как правило, они требуют от новичка участия хотя бы в одном семинаре по Тенсёгрити или большого опыта занятий движениями с помощью видеокассет.

В иных случаях лучше быть осторожным, когда люди, которые не получили разрешения от Кастанеды или Cleargreen, начинают самостоятельно обучать Тенсёгрити. Потому что, чтобы передать магические упражнения другому, нужно обладать гораздо большей силой, умением и осознанием, чем для того, чтобы самому практиковать их. Однако снова и снова всплывают на поверхность самозваные учителя, объявляющие, что они обучают магическим движениям, в то время как в лучшем случае они передают внешнюю форму, в которой отсутствует внутреннее намерение соответствующего движения, поскольку они еще и сами не овладели этим намерением, даже если они, возможно, и получили его на одном из семинаров магов.

Кстати, эта же проблема существует и во многих учебных Тенсёгрити-группах, потому что и там, собственно, не «научаются» магическим движениям, а, в лучшем случае, практикуют их совместно с другими. Поскольку в них нет «учителей», и уж конечно, нет «мастеров», то только соглашение между группой и движением позволяет человеку присоединиться к этому соглашению и таким образом усваивать новые магические движения. И даже если эффект обучения в таких группах намного скромнее, чем на регулярных семинарах по Тенсёгрити, где не только присутствуют квалифицированные учителя, но и где большое количество участников обуславливают существенно более сильное единодушное стремление, совместное обучение остается, тем не менее, эффективным путем подключения к намерению соответствующего движения.

С другой стороны, именно работа в группе несет с собой опасность, что внутригрупповое соглашение пересилит совместную тренировку и образуется своего рода мини-субкультура — некий осколок повседневного мира, в котором социальные маски получат только несколько новых мазков, в то время как в действительности каждый участник будет занят привычной игрой во внимание, наслаждаясь чувством собственной важности или занимаясь вербовкой сексуального партнера. Если для кого-то очень трудно оставить собственную маску в раздевалке спортивного зала, то весьма предпочтительно тренироваться в одиночестве, что ни в коей мере не снижает действенность магических движений.

Тем, кто впервые сталкивается с Тенсёгрити, можно посоветовать воздержаться от поспешных сравнений. Потребность многих новичков, уже имеющих опыт с восточными системами, сравнивать Тенсёгрити с Йогой, Цигун или восточными единоборствами находится в полном противоречии с собственным замыслом магических движений. Их намерение состоит в том, чтобы освободить нас от цепей социализации и подобных актов ментальной мастурбации, преодолеть чуждую инсталляцию и достичь внутреннего безмолвия.

Однако, если мы попытаемся втиснуть Тенсёгрити в какую-либо схему или поставить на них печать давно известного, мы будем сами себе препятствовать познать нечто новое и упустим очередной шанс заглянуть за край нашего повседневного мира. Поэтому гораздо лучше распознать такой импульс как сопротивление нашего рассудка и отойти на позицию свидетеля — только так нам может открыться истинная природа Тенсёгрити и мы сможем с помощью магических движений получить действительно новый опыт.

Обратимся к тренировочным видеокассетам и практике Тенсёгрити Карлоса Кастанеды. Часть первая, двенадцать базовых движений для накопления энергии и поддержания хорошего самочувствия, представляет собой преимущественно практическое введение. Движения на этой кассете включают как простые, так и сложные формы, которые легко могут быть воспроизведены даже новичком. Одновременно они показывают широкий спектр воздействия, типичный для практики Тенсёгрити.

Так, почти во всех магических движениях активируются железы или системы желез, что находит свое выражение отчасти и в названиях упражнений, как, например, «Пробуждение потока иммунной системы», или «Массаж желез между лопатками». Подобная активация находит свое выражение и в других упражнениях, даже если на нее прямо и не указывается.

Эта активация — часть пробуждения всего тела, процесса, который протекает при одном только выполнении магических движений. Согласно Кастанеде, это происходит потому, что тело и каждая отдельная его часть обладает своим собственным сознанием и памятью, которые, однако, у большинства современных цивилизованных людей практически не развиты, потому что в рамках социализации ими пренебрегают в пользу саморефлексии. Тенсёгрити поможет изменить такое ложное положение вещей, пробуждая спящие вторичные функции тела и его органов и позволяя им постепенно развивать себя.

При этом особую роль играют мускулы, сухожилия и связки, которым в нашей повседневной жизни мы уделяем не слишком много внимания, за исключением случаев их повреждения или растяжения. Как уже указывалось, они играют особую роль в равновесии Тенсегрити нашего тела, потому что они — носители основной нагрузки, даже если мы обычно и думаем, что эта функция выполняется костями скелета. Практика Тенсёгрити делает для нас ясным на физическом уровне, что это не так и что мы обладаем крайне ограниченным сознанием собственного тела. Кроме того, эта практика ясно показывает, что, кроме этой первичной функции, мускулы, сухожилия и связки выполняют еще очень важную вторичную функцию: они являются истинными носителями кинестетической памяти и проводниками особой силы, которую маги, за неимением лучшего понятия, назвали энергией сухожилий.

Кинестетическая память и есть та память, что помогает нам выполнить сложную последовательность движений, не пытаясь запоминать их разумом. При этом речь идет не об управляемом мозгом автоматизме, как думают в помешанных на разуме и головном мозге кругах обычной медицины, но эта память покоится непосредственно на способности вспоминать, которой обладают молекулы, клетки и органы нашего тела. В начале это может звучать непривычно, но если вспомнить, что сегодня в биохимических и физических исследованиях все чаще говорят о способности вспоминать у молекул, белков и металлов, то нужно серьезно задуматься о возможности того, что наше тело обладает древней, независимой от нервной системы памятью, которая при соответствующей активации может пробудиться, развиться и стать сознательной.

Именно к такой активации и побуждают магические движения, посылая импульсы энергии сухожилий в ткани и органы тела и таким образом активируя их. Согласно Кастанеде, энергия сухожилий есть не что иное, как чувствуемый аспект той таинственной силы вибраций, которая поддерживает наше единство как конгломерата энергетических полей и как комплексной структуры молекул, клеток и органов. Как истинная жизненная сила, она не только в состоянии разбудить кинестетическую память мускулов, связок и сухожилий, но обладает также способностью привести все остальные части нашего тела в оптимальное состояние равновесия и хорошего самочувствия.

Тот, кто желает понять на практике, что понимают маги под энергией сухожилий, должен попытаться проделать второе упражнение первой серии — «Краб наносит удар». При выполнении данного движения можно отчетливо почувствовать, что сила, с которой соответствующая рука посылается вперед, не исходит ни из руки, ни из плеча. Если упражнение «Краб наносит удар» выполняется правильно, то практик чувствует, что при каждом ударе происходит своего рода взрыв в области солнечного сплетения, который с быстротой молнии распространяется по всему телу, что, собственно, и обуславливает ударное движение.

Подобные взрывы происходят и при выполнении большинства других магических движений, например в последнем упражнении первой серии, имеющем примечательное название «Антенна». Однако здесь вступает в игру еще и внешняя сила, имеющая для магов особое значение: энергия умирающих или уже потухших звезд. С помощью антенн эта особая энергия улавливается и используется для того, чтобы восстановить объеденный воладорес внешний блеск светящегося кокона. Вследствие этого данное движение является высшей точкой и венцом серии накопления энергии и достижения хорошего самочувствия, потому что оно позволяет нам повысить степень нашего осознания и воспринимать больше информации о мире и о нас самих, чем в целом допускают узкие границы повседневного мира и зеркало саморефлексии.

Кстати, Тайша Абеляр указывает в связи с этим на то, что определенные звезды или планетарные туманности представляют собой особенно хорошие источники этой энергии: звезда Альдебаран в Тельце, один объект в созвездии Корона (Corona Borealis), а также туманность Кошачий Глаз в Драконе и туманность Ориона в Мече Ориона, причем энергия последних двух особенно хорошо воспринимается антеннами.

Учитель Тайши Абеляр Эмилито не уставал призывать к этому свою ученицу: «Вытащи меч из пояса Ориона, и используй его, чтобы разбить твое чувство собственной важности!».

Безусловно, высказывание Эмилито является, с одной стороны, метафорой, описывающей процесс разбивания зеркала саморефлексии, в котором используют неличностную энергию космической туманности, чтобы повысить собственное осознание. С другой стороны, однако, это — конкретное указание, которое можно легко воплотить на практике, если обладаешь соответствующими астрономическими знаниями. Это означает, что магическое движение «Антенна» можно направлять непосредственно на соответствующее звездное скопление, если человек знает, в какой точке небосвода созвездие находится в данное время. При этом не только значительно повышается эффект упражнения, но и наши знания: мы учимся чему-то новому об Универсуме, чьи размеры также наилучшим образом способствуют тому, чтобы победить наше чувство собственной важности, поскольку они наглядно демонстрируют нам, сколь малы и ничтожны мы по сравнению с космическими далями.

Конечно, отсюда ни в коем случае не вытекает требование практиковать упражнение «Антенна» только под открытым небом — как раз этого новички должны избегать. Во всех отношениях поначалу лучше изучать Тенсёгрити в закрытом помещении и избегать любых сквозняков, потому что во время выполнения магических движений мы очень сильно открываемся, а не каждый порыв ветра является тем, чем он прикидывается.

Кастанеда поясняет, что иногда внезапный порыв ветра означает присутствие неорганических существ, которых мы интерпретируем как ветер, поэтому лучше избегать практики под открытым небом до тех пор, пока мы не будем в состоянии отличать ветер от чего-то другого. Поэтому мы должны вначале в закрытом помещении ориентироваться в направлении соответствующей звезды или туманности, поскольку в энергетическом смысле не имеет большого значения, видим ли мы их действительно во время выполнения упражнения.

То же самое справедливо и для последнего магического движения второй серии «Перераспределение рассеянной энергии», в котором точно так же используется энергия звезд, хотя и для других целей. Данное движение, которое в идеальном случае выполняется в направлении звезды Альдебаран или созвездия Северная Корона, носит примечательное название «Дотянуться до звезд» и служит тому, чтобы с помощью звездных сил освободить и возвратить назад ту внутреннюю энергию, которую мы спроецировали во время эмоциональных взлетов и падений из жизненных центров нашего светящегося кокона на его внешнюю оболочку. Там она образует завалы и скопления, препятствующие напряжению и связке нашей энергетической оболочки, в то время как жизненные центры постепенно полностью истощаются, что отражается на нашем повседневном самочувствии.

Общее истощение, быстрая утомляемость, недостаток спонтанности и плохая реакция, эмоциональная несдержанность, а также невозможность длительное время концентрироваться на одной цели — типичные симптомы недостатка энергии в витальных центрах и внутреннего закостенения нашей энергетической оболочки. Почему это так, станет легко понятно, если мы рассмотрим шесть больших энергетических центров, о которых мы уже упоминали мимоходом.

Шесть больших энергетических вихрей, которые могут рассматриваться как резервуары энергии для определенных целей, находятся в тесном взаимодействии с железами внутренней секреции и внутренними органами тела:

На правой стороне передней части светящегося кокона находится центр спонтанных действий и быстрой реакции, локализированный непосредственно над печенью и желчным пузырем.

На левой стороне расположен центр чувствования, который можно обнаружить под нижним краем грудной клетки и который ассоциируется с селезенкой и поджелудочной железой.

Заднюю сторону кокона образуют два похожих вихря, которые рассматриваются как образующие совместно центр продолжительных и целенаправленных действий. Этот центр связан с почками и надпочечниками.

Магические движения второй серии служат прежде всего возвращению в эти центры закостеневшей энергии, находящейся внутри нашей энергетической оболочки, энергии, которая в действительности не потеряна, а лишь находится вне сферы нашего управления. Сделав это, мы будем более способны на неожиданные поступки, на более высокую скорость реакции, на настоящие чувства и большее постоянство в наших действиях и целях. Кроме того, эти упражнения — наилучшая подготовка к следующим шагам на пути воина и энергетическому восстановлению других центров, которые у большинства людей тоже исчерпали свои ресурсы.

Четвертый энергетический центр имеется только у женщин, потому что речь идет об энергетическом аспекте матки и центре разносторонности. У большинства женщин этот энергетический вихрь тоже истощен, однако не столько из-за проекции энергии на периферию оболочки, сколько вследствие сексуальных связей и откачки энергии светящимися червями, которые оставили в ее матке мужчины во время половых актов.

Данную проблему невозможно решить непосредственно с помощью практики Тенсёгрити, однако имеется другой способ — устранить нахальных «сотрапезников» в рамках практики вспоминания, о чем мы поговорим в следующей главе.

Однако имеется особая серия магических движений, которая увеличивает энергию четвертого вихря и может помочь женщинам вырваться из цикла продолжения рода, открыв в себе вторичную функцию матки и использовать далее этот орган как центр творческой разносторонности и основу сновидения. Серию для матки Кастанеда подробно описывает в своей книге по Тенсёгрити, где он останавливается также и на других аспектах освобождения матки. Однако эти упражнения ни в коем случае не должны практиковать беременные женщины, так как, по причине их очень глубокого действия, они могут привести к проблемам с вынашиванием ребенка или даже к выкидышу.

В этой же книге мы впервые встречаем описание пятого центра энергии, находящегося на несколько сантиметров ниже горла, в V-образном углублении верхней части грудины. По причине этой формы Кастанеда называет данный центр V-точкой и говорит, что это — центр принятия решений. По его словам, этот центр особенно ослаблен, поскольку в процессе социализации нас с самого начала отучают от принятия на себя какой бы то ни было ответственности, и все решения, которые мы пытаемся принять сами, тем или иным способом саботируются. Постепенно это приводит к полному подавлению энергии пятого центра, что отражается в нашей теперь уже неспособности принимать решения.

Как иначе, например, объяснить тот факт, что современное цивилизованное общество образованных людей нуждается в огромном государственном аппарате — администрации, которая говорит нам, что мы должны делать и что — терпеть? Кастанеда подчеркивает: «Уже несколько столетий шаманы указывают на неспособность людей принимать решения. Они указывают, что мы создали гигантские институты, которые взяли на себя ответственность за принятие решений. Мы не решаем сами для себя, но позволяем социальному порядку решать за нас, а затем подчиняемся решениям, принятым от нашего имени».

К счастью, существует целая последовательность магических движений для усиления центра принятия решений, которую Кастанеда описывает в рамках «Вествудской серии». Исходя из собственного опыта, могу утверждать, что данные движения исключительно эффективны и можно только посоветовать всем и каждому практиковать их ежедневно, потому что иначе наши решения остаются пустыми словами и мы сами в конце концов ввергаем себя в запрограммированную судьбу повседневного мира и безответственное бытие домашнего животного.

Усиление центра принятия решений имеет исключительно важное значение еще и по той причине, что, вместе с усилением предыдущих четырех центров, это — единственный путь освободить шестой энергетический центр на макушке от чуждой инсталляции воладорес и вернуть его к первоначальному направлению движения. Таким образом, практика Тенсёгрити ведет не только к восстановлению отношений напряжения и связки нашего светящегося кокона, не только к повышению осознания и усилению жизненных центров, но и к освобождению от пут нашего рабства.

Кроме того, Тенсёгрити Карлоса Кастанеды открывают и целый ряд других возможностей, о которых, однако, мы не будем здесь подробно говорить, так как это уведет нас далеко за рамки данной главы. Но мы советуем обратить внимание еще на несколько серий магических движений, представленных магами.

Во-первых, следует указать на третью серию из вышедших на видеокассетах — Энергетический переход от одного биологического рода к другому. Выполняя магические движения данной серии, можно действительно превзойти в восприятии границы представимого и произвести невероятный маневр: так сдвинуть нашу точку сборки, что мы будем представлять мир уже не из нашей перспективы млекопитающего, а, например, с точки зрения насекомого, совершенно необычной для нас.

Следует назвать и другие серии из книги Кастанеды, помимо уже названных, которые, возможно, не столь поразительны, но столь же действенны. Особого разговора заслуживает следующая группа движений из Вествудской серии, которая служит для поддержки вспоминания, о котором мы будем говорить в следующей главе. Эти движения не только очень эффективны, но и представляют аспект Тенсёгрити, о котором мы до сих пор еще ничего не сказали: дыхание.

Кастанеда замечает по этому поводу: «Дон Хуан Матус был уверен, что в наши дни многие проблемы со здоровьем могут быть легко преодолены с помощью глубокого дыхания. Современный человек склонен к поверхностному дыханию, а одной из целей магов Древней Мексики было натренировать при помощи магических пассов тело так, чтобы освоить глубокое дыхание». Поэтому при практиковании Тенсёгрити мы должны всегда следить за тем, чтобы следовать рекомендованному способу дыхания и действительно глубоко вдыхать и выдыхать. Однако не менее ценно понаблюдать однажды, как мы дышим в повседневной жизни, и более осознанно относиться к дыханию. Тогда мы узнаем, что дыхание является не каким-то второстепенным обстоятельством, но самым необходимым условием для жизни. Мы можем прожить недели без пищи, дни — без воды, но только считанные минуты — без воздуха, который мы постоянно вдыхаем. Дышать — означает жить.

Второй магический путь — вспоминание — полностью основан на древней технике дыхания, которая одновременно является магическим движением. С ее помощью маги проделывают следующее магическое действие: отделение нашей жизненной силы от нашего жизненного опыта, что ведет в конце концов к тому, что в конце жизни маги не умирают обычной смертью, но вступают в окончательное путешествие восприятия. Возможность, открывающаяся перед всеми нами, если нам удастся правильно провести вспоминание.

11. Перепросмотр и внутренний видящий.

Недавно Карлос Кастанеда получил письмо: «Я всю последнюю ночь занимался вспоминанием. Могу ли я теперь подключиться к вашей группе»? Перепросмотр продолжается всю жизнь, а не только одну ночь.

Тайша Абеляр.

Если кто-нибудь спрашивает нас, в чем заключается смысл жизни, мы или честно ответим, что не знаем, или скроем наше незнание и неуверенность за религиозными догмами или показным цинизмом. Мы не знаем, зачем мы здесь, в этом мире, мы не знаем, служат ли наше существование и сама жизнь какой-либо внешней по отношению к ним цели.

Для магов Древней Мексики, которым удалось проникнуть за поверхность явлений и видеть Универсум как поток энергии, ответ на вопрос о смысле жизни был столь очевиден, что они даже не удосужились сформулировать его в словах. Ведь они видели тот самый источник, из которого вытекает энергия и к которому она возвращается в измененной форме.

Свое видение они интерпретировали в форме мифа, повествующего, как источник всей энергии — Орел — наделяет каждое живое существо при рождении искрой осознания, которое данное существо должно увеличить благодаря накопленному жизненному опыту. В момент смерти Орел забирает одолженное с процентами, проглатывая расширенное жизненным опытом осознание и присваивая его.

Независимо от описания разбойничьего Универсума миф рисует нам образ бессознательного творца, который становится сознательным только в процессе творения, — картину темного Универсума, создавшего звезды для того лишь, чтобы осветить свои собственные мрачные глубины. В таком Универсуме смысл жизни более чем однозначен и заключается в расширении осознания, сборе жизненного опыта и в обучении, чтобы принести свет в тьму только-существования.

Но — ценой собственной жизни? Маги не видели причины, почему они должны непременно умереть, чтобы выполнить свое предназначение, и развили технику вспоминания как возможность отдать Орлу еще при жизни то, что ему полагается, чтобы не жертвовать ему в момент смерти собственную жизнь. Кастанеда поясняет: «По мнению магов линии дона Хуана, работа с инвентаризационным списком позволяет отдать темному морю осознания то, что ему требуется, — накопленный человеком жизненный опыт. Посредством работы с инвентаризационным списком можно добиться жесткого контроля над сознанием и таким образом научиться отделять свой жизненный опыт от жизненной силы. С точки зрения магов, эти две вещи отнюдь не являются неразрывно связанными — они соединены вместе только в силу сложившихся обстоятельств.

Маги линии дона Хуана утверждали, что темное море осознания не стремится отнять у человеческого существа жизнь; оно всего лишь хочет получить его жизненный опыт. Но нехватка дисциплины не позволяет людям отделить друг от друга эти две вещи, и в результате они лишаются жизненной силы — тогда как им было предназначено всего лишь передать свой жизненный опыт».

Итак, перепросмотр является магической техникой, которая позволяет отделить жизненную силу от жизненного опыта, что происходит, когда человек до малейших подробностей вспоминает свою прошедшую жизнь и изготавливает таким образом как бы копию жизненного опыта, которая предлагается Орлу взамен собственного осознания. Таким образом, магам удается оплатить свой долг творцу, без того, чтобы в момент смерти окончательно перестать существовать.

Однако это не означает, как мы позже увидим, что маги достигают этим вечной жизни или становятся бессмертными — по крайней мере, не в том смысле, в каком мы обычно понимаем бессмертие. Просто человек, который сделал точную копию своего осознания и своего жизненного опыта, в момент смерти не распадается, а превращается в чистую энергию, которая, однако, сохраняет его индивидуальное осознание.

В связи с этим Кастанеда вспоминает метафору, с помощью которой дон Хуан объяснил ему, как он себе представляет такую смерть: «Маги линии дона Хуана были убеждены, что когда человек умирает таким особым образом, то все его существо превращается в особый вид энергии, сохраняющий отпечаток его индивидуальности.

Дон Хуан пытался объяснить мне это с помощью следующей метафоры. Мы представляем союз многих стран: в него входят страна легкое, страна сердце, страна желудок, страна почки и так далее. Каждая страна иногда действует независимо от других, но в момент смерти все они объединяются в одно целое. Маги линии дона Хуана называли это состояние абсолютной свободой».

Так магам удается с помощью перепросмотра достичь их конечной цели и преобразовать смерть таким образом, что она становится для них не разрушителем, которого ждут со страхом, но представляет собой некую объединяющую силу, которой они добровольно открываются в назначенный час. Они сгорают в огне изнутри и исчезают с лица земли, как если бы они никогда не существовали, и объединенное осознание всех «стран» вступает в окончательное путешествие в непредставимое.

Наряду с этой трансцендентной целью перепросмотр служит и целому ряду иных, второстепенных целей, которые представляют собой своего рода ступеньки на пути к окончательному освобождению. Однако они имеют и собственную ценность. В этом отношении следует назвать прежде всего возвращение назад энергии, которую мы в течение жизни оставили в мире, и отдачу чужой энергии, которую оставили в нас другие люди. Это происходит с помощью особой техники дыхания, сопровождающей процесс вспоминания и превращающей простое действие по вспоминанию в магический процесс.

Прежде чем мы перейдем к описанию этой техники, представляющей собой не что иное, как магическое движение, следует объяснить предварительные действия, которые необходимы для практики вспоминания. Во-первых, мы должны подготовить список всех людей, которых мы встречали в нашей жизни. Во-вторых, надо позаботиться о временных и пространственных рамках, для проведения вспоминания.

Лучше всего начать с составления списка. Здесь рекомендуется действовать систематически, разделив собственное прошлое на отдельные области. Практика показала, что очень удобно пользоваться скоросшивателем, в котором такие обширные области как секс, семья, друзья, соседи, школа, работа и т. д. ведутся по отдельности и в случае необходимости могут быть разбиты на еще более мелкие подразделы. Так, школьное время легко можно разделить на классы, что облегчает в дальнейшем вспоминание об отдельных людях или событиях. Одновременно рекомендуется ввести подразделы для событий, в которых принимало участие много людей сразу и которые поэтому трудно связать с определенным лицом — например, совместные поездки с классом или вылазки, школьные праздники или события на школьном дворе во время перемены.

В эти различные подразделы вносятся имена всех тех людей, с которыми мы когда-либо вступали в контакт — от беглого знакомства до самой интимной дружбы. Если мы позабыли имя человека, можно описать его несколькими словами, на основании чего мы сможем его вспомнить. При описании событий тоже рекомендуется не описывать их подробно и избегать подробных комментариев, потому что список должен служить нам только своего рода картой нашей личной истории, на основании которой мы позже будем ориентироваться на пути сквозь детали наших воспоминаний.

Уже само по себе составление инвентарного списка представляет собой нелегкий вызов, прежде всего потому, что в нашей жизни мы познакомились с тысячами людей. Однако очень важно именно на этой ступени не сдаваться и не поддаваться сомнениям, так как на ней мы, собственно, заявляем о своем намерении вспоминать. Составлением списка мы впервые предъявляем счет всей нашей прошедшей жизни и получаем впечатление о том, что маги называют «суммой всех наших действий», и о том, что мы должны возвратить Орлу. Одновременно это подготовительное упражнение помогает нам обрести хотя бы минимальное количество решительности, концентрации и терпения — всех тех свойств, которые крайне необходимы для практики вспоминания.

Работая над составлением списка, мы одновременно должны подумать о подходящем месте для проведения вспоминания. Вовсе не обязательно, чтобы это была уединенная пещера, которую описывает Тайша Абеляр в своей книге. Любое спокойное место, где можно удобно сидеть, подойдет для данной цели. Однако большим преимуществом будет, если это место можно затемнить и если его малые размеры будут оказывать давление на оболочку нашего светящегося кокона.

По этой причине маги древности строили настоящие ящики для вспоминания или использовали земляные «гробы», которые не только надежно экранировали от любых внешних воздействий, но и оказывали необходимое физическое давление, чтобы привести и дух, и тело в состояние, оптимальное для вспоминания. Комбинация экрана от внешних воздействий и определенного давления на светящийся кокон приводит нас в своеобразное состояние духа, в котором, с одной стороны, человек предельно бодр и сконцентрирован, но с другой — предельно спокоен и расслаблен: чувство проникновения, не знающее никакой спешки, и чувство уверенности, не являющееся ни сонливостью, ни неосторожностью. Однако, чтобы достигнуть такого идеального состояния, нам не нужны никакие особенные сооружения, потому что в этом отношении столь же эффективными, как дорогостоящий «самадхитанк», будут шкаф для одежды, коробка или крытая душевая кабина.

Когда мы закончили составление списка и подобрали или соорудили подходящее место, начинается настоящее вспоминание. При этом рекомендуется сначала вспомнить все сексуальные контакты, потому что большинство из нас потеряли в этой области особенно много энергии, которую можно возвратить назад. Это не только переводит нас в состояние энергетического подъема, облегчающее нам дальнейшее вспоминание, но и позволяет разорвать энергетические нити к бывшим партнерам, которые до сих пор, как мы знаем из описания «энергетических червей» в главе 5, активно действуют.

Это справедливо не только для женщин, которые таким образом могут приостановить дальнейшую утечку энергии, не воздерживаясь в течение семи лет от половых связей, но и для мужчин, которые благодаря вспоминанию могут освободиться от тайного влияния энергии бывшей партнерши. Однако следует воздержаться от вспоминания связи, актуальной в настоящее время или желаемой в будущем, потому что существует опасность, что эта связь разорвется в результате вспоминания.

Итак, берут листок, относящийся к нашей сексуальной активности, и отправляются на место, избранное для вспоминания. Там усаживаются поудобнее, но спина должна быть прямой, и начинают с вводного дыхания. При этом поворачивают голову вправо до упора, пока подбородок не окажется на правом плече. Затем медленно вдыхают через нос, в то время как голова поворачивается влево. Когда подбородок окажется на левом плече, движение останавливается и начинается выдох через рот, при этом голова возвращается в исходное расслабленное состояние.

Это вводное дыхание повторяют каждый раз перед началом нового сеанса вспоминания, а также перед началом вспоминания по каждому отдельному человеку. При этом, как и в дальнейшем, следует следить за тем, чтобы глубоко вдыхать диафрагмой и не слишком далеко поворачивать голову, чтобы не повредить шейные позвонки.

Затем берут первое имя, стоящее на листке, и вспоминают последнюю встречу с этим человеком — в данном случае, последний половой акт. Однако вначале концентрируются не на самом действии или на испытываемых тогда чувствах, но начинают с воссоздания сцены, некоторого акта визуального представления, при котором перед внутренним взором должны быть как можно более точно воспроизведены все внешние элементы события.

Вначале представляют дальнее окружение, например улицу или дом, в котором состоялось вспоминаемое событие, затем представляют, как входят в здание и в помещение действа, совсем так, как если бы действительно входили в эту комнату. При этом обращают внимание на каждую деталь: на полы, на мебель, на обои, на картины на стенах, на всевозможные мелочи и предметы, которые может реконструировать наша память. Затем это же делают с внешним видом участвующего в событии человека и его одеждой, интегрируя их в свое представление. В этой фазе следует усиленно обращать внимание на восприятия другими органами чувств помимо зрения: какая музыка звучала в этот момент? какие духи или туалетную воду использовал партнер в этот вечер?

Если у кого-то есть проблемы с визуализацией, то можно посоветовать сначала попрактиковаться на простых объектах и привычных помещениях. Просто-напросто закрывают глаза и представляют себе комнату в собственном доме. В воображении оглядываются вокруг и стараются увидеть как можно больше деталей. Затем мысленно переходят в другую комнату и столь же внимательно ее осматривают. Это вовсе не сложно, и при некоторой тренировке будет легко визуализировать сцены из прошлого столь же ярко и отчетливо.

Только после того, как полностью оформили сцену события всеми возможными деталями, наконец стартуют в истинное вспоминание события. При этом дают событию свободно развиваться, как если бы нажатием кнопки привели в движение застывший кадр киноленты. Только при этом пользуются не управляющим модулем, а дыханием, с помощью которого можно полностью погрузиться во вспоминание.

В то время как вспоминают событие — все разговоры, поцелуи, нежности, заигрывания, сам половой акт, — глубоко дышат диафрагмой, причем голова медленно движется туда-сюда выметающим движением. Выметающее дыхание начинается, когда подбородок находится на правом плече. Во время вдоха голову поворачивают налево, представляя себе, что с помощью вдоха возвращают назад все чувства, инвестированные в событие. Над левым плечом после короткой задержки начинается выдох, при котором выбрасываются все нежелательные и чужие чувства, а голова вновь возвращается в исходную позицию над правым плечом. Далее все движение повторяется.

Как истинное магическое движение, выметающее дыхание не только способствует тому, что мы освобождаем задержанную в прошлом энергию и возвращаем ее назад при вдохе, что мы выбрасываем вредную чужую энергию при выдохе, но и тому, что детали нашего вспоминаемого события с каждым вдохом проясняются все более. Поэтому рекомендуется практиковать выметающее дыхание на протяжении всего времени вспоминания. Его заканчивают только тогда, когда все детали и чувства вновь пережиты и прояснены дыханием, что узнают по особому ощущению, будто соответствующая сцена становится «пустой», то есть свободной от каких-либо эмоций.

Если во время вспоминания вы вдруг почувствуете, что тело принимает слишком большое участие в процессе вспоминания, или вдруг появится ощущение тошноты, сердцебиение, судороги, или выступит пот, следует продолжать движение головой туда-сюда, но не дышать при этом, пока указанные симптомы не исчезнут. Такое выметающее движение смягчает и распутывает соответствующие нити энергии и позволяет нам преодолеть блокады и без проблем еще глубже погрузиться в воспоминание.

При этом также рекомендуется дополнить вспоминание самого полового акта, и прежде всего оргазма, еще и следующим магическим движением, которым можно разделить связь между мужчиной и женщиной в виде энергетических червей. Это происходит в результате короткого, решительного удара ребром ладони, выполненного в пространстве непосредственно перед животом — соответственно, перед маткой. При этом внутренняя сторона ладони направлена к животу, однако не касается его. Рука только скользит по энергетическому полю и разделяет энергетические связи, которые отныне раз и навсегда принадлежат лишь прошлому.

С помощью данной техники прорабатывают весь диапазон сексуальной активности, а потом и иные области инвентаризационного списка, вспоминая одного человека за другим и освобождая из оков прошлого все больше энергии. Причем рекомендуется сначала вспомнить события недавнего прошлого, потому что они обычно доступнее для нашей памяти и подготовят нашу способность к концентрации, а нашу память — к более сложным задачам.

В этом отношении самые твердые орешки следует приберечь напоследок: мать, отец, воспоминания о самом раннем детстве, когда нам, указали, наше место и запрограммировали наше поведение. Только с помощью уже накопленного ранее опыта перепросмотра нам может удастся сделать энергетически бездейственными эффекты социализации и окончательно освободить нашу точку сборки от какой бы то ни было фиксации.

Однако это ни в коей мере не означает, что только на этом этапе мы получим заметный эффект от процесса вспоминания. Планомерное повторение нашей личной истории очень быстро приведет к тому, что мы увидим всю монотонность нашего обычного поведения и нашу привязанность к краеугольным камням в основании повседневного мира. Мы обнаружим, что в совместных действиях с другими людьми мы постоянно представляем или защищаем себя, причем обычно у нас есть лишь один или два трюка, с помощью которых мы выдвигаемся на передний план или боремся за внимание. Одновременно нам станет ясно, как сильно мы управляемся в наших действиях биологическим императивом и чувством собственной важности, с которыми мы будем сталкиваться чуть ли не в каждом воспоминании.

Техника вспоминания ни в коем случае не является психоанализом или техникой аналитической самопомощи, даже если эти техники тоже используют знания, полученные в результате исследования прошлого. Кастанеда предостерегает от недоразумений по этому поводу, поскольку рациональный анализ будет отрицательно влиять на вспоминание. При перепросмотре не размышляют о прошлом— его не оценивают, но просто переживают еще раз в памяти. И благодаря этому сознательному еще раз переживанию получают непосредственное знание, настоящее понимание, основанное только на нашем телесном и энергетическом опыте, а не на ложном дуализме чуждого внедрения, которое мы называем нашим разумом.

Это понимание возникает совершенно конкретно благодаря тому, что мы осознаем в процессе вспоминания энергетическую область, и замечаем, где в мире мы оставили слишком много энергии и где другие люди заполнили нас своими эмоциями. Это — знание нашего тела, которое, в противоположность аналитическим рассуждениям, действует мгновенно и изменяет наше поведение в самой его основе, поскольку оно переносится прямо на восприятие повседневного мира.

Если мы, например, в процессе вспоминания узнали, с помощью какого трюка мы всегда стараемся выдвинуться на передний план, мы будем распознавать этот трюк сразу и в своей повседневной жизни, и нам мгновенно станет ясно, что мы опять разбазариваем нашу энергию. Поэтому вспоминание не только является наилучшим средством изменения нашего поведения, но и единственным путем сделать это без посредничества оценивающего разума, которому вряд ли можно доверять в данном случае. В ходе вспоминания это будет становиться все более и более ясным, ведь мы познаем, что между нашими мыслями и нашими действиями лежит глубокая пропасть и наш разум, похоже, совсем не ориентируется на наши истинные потребности.

В абстрактном описании магов такое непосредственное понимание является не чем иным, как результатом минимальных сдвигов точки сборки, которые происходят потому, что в процессе вспоминания мы все время движемся туда-сюда между актуальной позицией точки сборки и позицией, которую она занимала во время вспоминаемого события. Наряду с возвращением назад утерянной энергии и расширением осознания вспоминание обусловливает, с одной стороны, и некоторую подвижность точки сборки, позволяющую нам быть более раскованными в нашем поведении. С другой стороны, возникает фантомная позиция точки сборки, альтернативный наблюдательный пост, из которого мы можем наблюдать и события нашего прошлого, и то, что мы переживаем в настоящем.

Тайша Абеляр поясняет: «В абстрактном смысле техника вспоминания создает альтернативную платформу, из которой ты можешь исходить, потому что ты одновременно работаешь в двух местах. Ты перемещаешься отсюда туда, от твоего настоящего состояния к воспоминанию о тогдашней твоей действительности, о том, что тогда представлял собой твой мир. И ты видишь, как повторяются образцы поведения. Ты слышишь, что тебе говорили твои родители, и познаешь энергетические взаимосвязи — ты видишь их. Внезапно и непосредственно ты видишь. Однако что в тебе видит. Не твое повседневное «я», но то другое существо, видящий. Дон Хуан называл его внутренний видящий, который просыпается. Ты активируешь ту фантомную позицию точки сборки, которая есть у всех нас несмотря на то, что соглашение повседневного мира запрещает нам даже признавать ее существование, не говоря уже о том, чтобы ее использовать».

Таким образом, мы создаем вспоминанием нейтральный наблюдательный пункт, из которого мы можем непредвзято наблюдать самих себя и окружающий мир. Вначале речь идет действительно о некой фантомной позиции, которая, однако, становится все сильнее благодаря постоянной практике обрывания всех энергетических связей с прошлым и однажды станет настоящей альтернативой к позиции повседневного мира, станет позицией свидетеля, которую мы уже описали, говоря о пути воина.

В повседневной жизни это означает не только то, что мы учимся благодаря вспоминанию постоянно находиться в настоящем и воспринимать наш мир без оценочных характеристик разума, но и то, что мы больше не привязаны к его механизмам познания. Позиция свидетеля не является крепостью, куда мы скрываемся, чтобы воспринимать лишь пассивно, — это активная самостоятельная позиция, обладающая своим собственным механизмом познания. Этот механизм возникает, однако, не из расширения уже привычной нам системы интерпретации, но из непосредственной интерпретации восприятия нашим телом, видящим, магом.

Так, например, с помощью вспоминания мы учимся видеть людей из нашего прошлого в ином свете, потому что мы теперь сознательно воспринимаем энергетическую область межчеловеческих отношений. Во время выметающего дыхания мы можем, например, почувствовать, что определенные личности, о которых мы были высокого мнения, постоянно сбрасывали на нас энергетический мусор или, как вампиры, паразитировали на нашей энергии. И, конечно, мы почувствуем, когда мы и сами, прикрываясь ложными обстоятельствами и небезупречными мотивами, точно так же оскверняли и эксплуатировали других.

Не то чтобы мы не знали этого раньше, но мы просто-напросто игнорировали это. Тайша Абеляр подчеркивает, что фантомная позиция точки сборки имеется у каждого и она точно так же выдвигает на передний план внутреннего видящего, как повседневная точка сборки — наше повседневное «я». У каждого из нас есть внутренний видящий, есть доступ к непосредственному знанию нашего тела, который постоянно информирует нас о том, что он видит.

Как более старшая часть нас самих, он подсказывает нам, например, что мы в очередной раз ищем свое собственное осуществление в других людях. Внутренний видящий предупреждает нас задолго до того, как мы ввязываемся в какую-либо безнадежную аферу, и напоминает нам о проделанном опыте. В обычной жизни мы, однако, чаще всего игнорируем его и строим воздушные замки, пока действительность не прижмет нас к стенке и мы не спускаемся с небес на землю, несказанно удивляясь перемене, которую внутренний видящий предсказал задолго до этого вплоть до мельчайших подробностей.

Неисчислимые случаи подобного игнорирования приводят к тому, что связь с внутренним видящим у большинства из нас уже давно полностью оборвалась. Даже если у нас и имеется смутное представление о некоем внутреннем голосе, мы обычно ничего не хотим о нем знать, потому что он мешает нам наслаждаться нашим самоиндульгированием и постоянно призывает нас к дисциплине и ответственности за делаемое нами. В таком случае мы предпочитаем оставаться глухими и слепыми, чем в полном осознании столкнуться с неприкрытой действительностью. И по причине понятного разочарования голос внутреннего видящего становится все тише и тише, пока не умолкнет навсегда.

Техника вспоминания — наилучшая возможность повернуть этот процесс вспять, вновь подружиться с внутренним видящим и шаг за шагом вновь переместиться на его наблюдательную позицию. Задача эта не из легких — это предприятие на всю жизнь, потому что всегда сохраняется опасность, что однажды мы вновь будем слишком снисходительны сами к себе и попадем в сети зеркала саморефлексии, что, как по мановению руки, лишит нас всей накопленной энергии и отбросит вновь на исходную позицию.

Вспоминание для воина не заканчивается по этой причине даже тогда, когда по прошествии многих лет практики он подойдет к концу списка. Но не только поэтому вспоминание продолжается всю жизнь. Воин начинает второе, третье, четвертое вспоминание, в которых он полностью подчиняется руководству намерения и внутреннего видящего, которые говорят ему, что нужно делать. Это может, например, означать, что он ежедневно вспоминает события прошедшего дня или ищет в прошлом происхождение нынешнего настроения, прослеживая соответствующие энергетические линии с помощью дыхания и разрывая их в самом начале.

Можно, вообще-то, позволить внутреннему видящему руководить собой уже при первом вспоминании и следовать его указаниям при разработке структуры, хотя, обычно, вначале все-таки является большим преимуществом — придерживаться описанного формального метода с составлением инвентарного списка и с систематическим вспоминанием жизни от настоящего момента до момента рождения.

Выметающее дыхание тоже является очень важной составной частью, хотя, по правде говоря, не имеет значения, вдыхают ли, поворачивая голову налево, и выдыхают, поворачивая направо или наоборот. Это следует особо подчеркнуть, поскольку многие читатели были в недоумении, что наследники дона Хуана в своих книгах иногда указывают противоположное направление.

Согласно Флоринде Доннер-Грау, можно практиковать и обратное направление, и оно является столь же действенным, если связать вдох с намерением вернуть назад свою собственную энергию, а выдох делать с намерением отдать назад чужую энергию. Важно не направление дыхания, а эффект: чувствовать энергию в процессе дыхания. Когда имеют достаточный опыт проведения практики вспоминания, то не нуждаются и в сидении в ящике — можно вспоминать, моя посуду или сидя в поезде. Доннер-Грау рассказывает в связи с этим, что она занималась вспоминанием в основном в долгих автобусных поездках по Мексике, потому что ее клаустрофобия делала невозможным заниматься этим в ящике или в пещере.

Как и во всех других техниках магов, речь при вспоминании идет о практике, носящей прагматический характер, в которой ритуалы и формальности имеют лишь второстепенное значение, а иногда становятся даже излишними привычками, от которых лучше поскорее отказаться. И именно этим занимается не-делание, еще один метод магов, о котором мы поговорим в начале следующей главы.

12. He-делание, пристальное созерцание, остановка мира.

Мир такой-то и такой-то только потому, что мы сказали себе, что он такой. Если мы перестанем говорить себе, что он такой, то он перестанет быть таким. Я не думаю, что ты в этот момент готов к такому внезапному удару, поэтому ты должен начать переставать создавать мир.

Дон Хуан Матус.

Рано или поздно в процессе проведения вспоминания нам станет ясно, что мы — скучные существа, которые постоянно повторяются. Образец всех наших действий и реакций по сути своей запрограммирован: привычки, которые столь прочно укоренились в нас в течение жизни, что мы можем действовать только в их жестких границах и сделались рабами упорядоченного повседневного мира. Мы настолько зависим от привычек, что выходим из себя, если не находим ножи и вилки в предназначенном для них отделении кухонного шкафа или если наши ключи не лежат на обычном месте. Мгновенно в нас просыпается чувство отчаяния или даже паники.

К счастью, практика вспоминания не только делает нас более спокойными, но и — более подвижными, поскольку помогает нам смягчить железную хватку привычек.

Как говорит Тайша Абеляр, она помогает нам разжать руку с семенами, за которые мы цеплялись изо всех сил: «Отпустить — очень болезненное дело, если нас всю жизнь обучали хватать и удерживать любой ценой: чем прочнее наша хватка, тем сильнее наше эго, тем значительнее мы выглядим как личности. Маги обучаются противоположному, и они называют свои практики не-деланием, потому что они не держатся слишком долго за что бы то ни было и так же не делают слишком долго что-то определенное. Собственно, они превращают то, что нас учили делать, в не-делание».

Любой автоматизм в представлениях магов является деланием, жесткой последовательностью действий или элементов, которых твердо придерживаются, независимо от их целесообразности. He-делание, напротив, — сознательное избегание любого автоматизма, когда прерывают последовательность и позволяют себе получить новые впечатления и найти путь к истинной спонтанности.

Поэтому для не-делания не существует никаких определенных правил, и ему нельзя систематически обучаться, потому что это в мгновение ока сделало бы не-делание деланием и привычкой. Этот третий путь магии требует от практикующего много энергии и изобретательности, причем он должен целиком и полностью положиться на свою собственную фантазию. Мы можем поэтому только привести некоторые примеры, которые показывают поразительную широту практики не-делания, но ни в коей мере не представляют собой «методы» или «стандартные техники», которые в этой области просто-напросто не существуют.

Истинной помощью может, однако, оказаться вспоминание, которое показывает нам весь собранный инвентарь нашего делания, мы осознаем специфические последовательности всех наших действий и реакций, и это позволяет нам заменить определенные последовательности другими, которые разрушат всякое делание.

Если, например, человек ежедневно едет на работу на автомобиле и при этом сидит за рулем, как зомби, то можно превратить поездку в не-делание, если ежедневно выбирать другой маршрут и по возможности пересаживаться на велосипед или пользоваться общественным транспортом. Таким способом мы сохраняем постоянное внимание и исключаем с самого начала любую возможность уже в пути на работу погрузиться в повседневный транс и переходить от одного автоматического действия к другому.

Естественно, можно превратить в не-делание уже утренний туалет или завтрак; мы выбрали наш пример сознательно, чтобы показать, что магические практики могут использоваться не только в мексиканской пустыне или в фиктивном сценарии отшельника. Мы можем жить в повседневном мире, не становясь его рабами, если мы превратим делание в не-делание. Если мы, например, оставаясь в рамках нашего примера с работой, не будем более рассматривать нашу должность как необходимое зло, а примем ее целиком в духе воина как вызов, то и работа превратится в не-делание, в сознательное действие, которое будет придавать нам силы, вместо того чтобы отсасывать их.

Любое не-делание придает нам силы, поскольку необычное поведение колеблет точку сборки и активирует доселе неиспользуемые энергетические нити в ее непосредственной близости. Одновременно повышается и наше осознание, давая нам представление о подвижности истинной дисциплины, освобождая наше восприятие от притяжения к зеркалу саморефлексии и направляя его вновь на окружающий мир.

Лучше всего начинать с мелочей, с которыми можно справиться, даже не имея достаточно энергии и осознания. Так, можно несколько дней подряд застегивать ремень на другую сторону; спать в постели, положив подушку на другую сторону кровати; причесываться вилкой; чистить зубы пальцами; пить холодный кофе из бокала для шампанского или хлебать горячую кока-колу из суповой тарелки.

Таким способом можно превратить в не-делание все наши повседневные привычки, причем, однако, следует следить за тем, чтобы делать это как можно более незаметно, а не устраивать из этого шоу. Тот, кто зимой полуголым явится на работу или в качестве украшения вешает на себя бусы из головок чеснока, практикует не не-делание, а еще один вариант игры во внимание, из которой он пожнет не столько силу, сколько насмешки. В практике не-делания речь не идет о том, чтобы открыто нападать на соглашения делания, но чтобы осознать их. Мы должны понять — по другую сторону от интеллектуального понимания, — что все наше делание покоится на произвольном соглашении и без проблем может быть заменено другими образцами поведения.

Вышесказанное справедливо не только для конкретных действий, но и для идей, концепций и мыслей, которые тоже являются не чем иным, как привычками. Как мы уже описали в главе 9, можно, например, с помощью простых методов успешно бороться с чувством собственной важности. Спрашивать совета у смерти или принять на себя полную ответственность за нашу жизнь и переживания — не принадлежит к нашему повседневному инвентарю, поэтому в определенном смысле это — практики не-делания, нейтрализующие чувство собственной важности и действенно изменяющие наше отношение; с наших плеч сваливается тяжкий груз огромного количества ненужных мыслей, забот, страхов и ожиданий, если мы осознаем нашу смертность и не будем больше цепляться за бессмысленные вещи.

С другой стороны, наши концепции, мысли и представления определяют все наши действия, и мы можем превратить привычное поведение в не-делание, если осознаем их и прорвем дьявольский круг делания на этом основополагающем уровне. Так, например, можно посредством простого упражнения выслеживания обнаружить общественные концепции, которые определяют модальность нашего времени.

Для этого берут парочку свежих газет и журналов и, систематически проглядывая их, ищут возбудителей синдрома «я — бедная сиротка» и относящиеся к данному синдрому автоматические образцы поведения. Отмечают все относящиеся к этой теме места и затем внимательно читают их: где и в какой форме взывают здесь к нашему чувству жалости к себе? Какие реакции при этом хотят вызвать? Как изменится наша реакция благодаря тому обстоятельству, что мы осознали ведущуюся игру?

Подобным образом можно использовать телевидение или иные средства массовой информации, если, например, внимательно наблюдать, как реклама использует наше стремление выдвинуться на передний план или почти обожествляет гражданскую концепцию свободного времени. Предложениями типа: «Вы это заслужили!» реклама пропагандирует отпуск как награду для бравых и усердных рабов — ирония, которую мы совершенно не замечаем, если позволяем себе попасть в сети такой рекламы и легкомысленно идентифицируем себя как тех, о ком здесь говорится.

Благодаря таким упражнениям мы узнаем, что все наши социализированные автоматизмы диктуются языком, самыми обычными предложениями, которые маги называют синтаксическими приказами. Мы управляем собой и другими людьми посредством языковых команд, которые нас, например, похвалой или порицанием привязывают к деланию общественной иерархии и определяют наше представление о себе: «Ты что, этого не понимаешь? Ты ведь не глупый. Это так просто. Я не могу сделать это. Я должен это сделать. Извини. Ничего страшного. Позволь мне сделать это. Я лучше всех. Я хуже всех. Не со мной. Все ясно?».

Мы переполнены подобными высказываниями, которые представляют собой нечто большее, чем банальности или затертые штампы. Мы призываем ими намерение делания и сами определяем наше место в повседневном мире. Если мы хотим изменить положение дел, то мы не только должны сознательно относиться к каждому сказанному нами слову, но и активно превращать эти штампы в не-делание, вызывая альтернативное намерение.

Для этого лучше всего составить инвентарный список важнейших синтаксических приказов, которые наиболее часто встречаются в нашем внутреннем диалоге. Их записывают и затем стараются сократить до типичных команд. При этом, однако, следует избегать желания оценивать или анализировать команды. Упражнение не-делания состоит в том, чтобы на определенное время заменить эти команды полностью противоположными.

Если мы, например, по привычке часто говорили себе, что мы глупые, начнем сознательно говорить, что мы умны, делая это до тех пор, пока не увидим, что новый приказ действует и мы действительно думаем, что поумнели. Достигнув этого состояния, мы не привязываемся к нему, а осознаем, что наш образ себя — просто следствие произвольных команд и в конце концов не играет никакой роли, считаем ли мы себя глупыми или умными.

Таким способом мы сокращаем наш образ себя с каждой командой, которую мы заменили не-деланием, и подходим все ближе к тому, чем мы являемся в действительности: воспринимающими существами, которые, только осознав свою смертность, становятся способными овладеть магией синтаксических приказов и с их помощью создать свой собственный мир. И, если даже сначала это и кажется нам чем-то недостижимым, мы по крайней мере учимся сами выбирать свое настроение, а не подчиняться командам, которые мы не сами избрали, но которые навязаны нам рамками социализации.

Другие упражнения не-делания прерывают соглашение делания и образцы социализации, давая нам новые возможности восприятия и новое осознание тела. В магических движениях речь тоже идет о практических примерах не-делания, поскольку при их выполнении мы начинаем осознавать Тенсёгритет нашего тела, развиваем кинестетическую память и ощущаем энергию связок. Кроме этого, практика Тенсёгрити освобождает нас от многих ложных представлений, связанных с нашим телом, которые мы раньше не осознавали.

Например, многие из нас думают, что наши руки связаны со скелетом плечевым суставом и начинаются от плеч. А практика Тенсёгрити сразу показывает нам анатомическую данность: что наши руки в действительности начинаются от V-образной выемки на верхушке грудины и ключица является на самом деле верхней частью руки. Это является не рациональным познанием, но пониманием тела, которое ведет к тому, что регион возле V-точки, который у большинства людей полностью атрофирован, вновь становится подвижным, что соответствует в энергетическом отношении реактивации центра принятия решений.

Наряду с большим числом подобных пониманий тела, практика Тенсёгрити как не-делания ведет к чисто энергетическим откровениям, расширяя восприятие нашей собственной натуры как конгломерата энергетических полей. Особое значение имеют здесь магические движения горячей серии, которые помогают нам получить непосредственное впечатление о значительном различии между энергиями правой и левой половин тела. Эта разница столь велика, что маги линии дона Хуана говорят не о правой и левой половинах тела, но о правом и левом телах. Согласно их видению, наше тело представляет собой соединение двух противоположных энергетических потоков, причем доминантное значение для всего нашего существа имеет правое тело.

Это, конечно, не естественное состояние, а очередная проделка воладорес, которая даже древнее инсталляции разума и создает уже в младенчестве базис для нашего окончательного превращения в рабов. Надо знать, что правое тело — более молодая, более любознательная и более миролюбивая часть нашей целостности. Оно — исследователь и изобретатель, который стремится внести порядок в хаос Универсума. А левое тело столь же древнее и мудрое, сколь полное сил и агрессивное. Это — знающий, видящий, который познает поток энергии и принимает его таким, каков он есть.

Эта фундаментальная разница отражается также в энергетическом движении обоих тел. Энергия левого тела движется как грозный океан и вырабатывает мощные взрывы, похожие на протуберанцы солнца; а энергия правого тела, напротив, движется более или менее спокойными спиралями, которые вращаются в одну сторону, как водовороты реки.

И как раз такой вид движения характерен для всех наших жизненных центров, независимо от того, находятся они на левой или на правой стороне. Это значит, что правое тело главенствует над всем нашим существом, что способствует не только тому, что мы идентифицируем себя с исследователями и отрицаем существование нашего внутреннего видящего, но и тому, что все наше существование протекает цикличными кругами, в которых все повторяется. Это делает нас однотонными и предсказуемыми, что объясняет интерес воладорес помочь правому телу осуществлять свое господство. Одновременно они стараются полностью подавить левое тело, потому что внутренний видящий может мгновенно разгадать их маневры и покончить с их играми одним мощным насильственным актом.

Именно поэтому маги придают большое значение пробуждению внутреннего видящего, который является не только фантомной позицией точки сборки, но и выражением подавленной части нашей целостности. Пробуждение и эмансипация левого тела может осуществляться не только вследствие вспоминания и магических движений, но и с помощью иных многочисленных практик не-делания, которые прерывают главенство правого тела и активируют левое.

Для этого рекомендуется выполнять простое упражнение, которое знакомит нас с различными формами энергии наших двух тел и одновременно обладает еще одним приятным свойством, препятствуя дальнейшему вытеснению энергии на периферию светящегося кокона. Упражнение основывается на открытии магов, что левое тело вследствие своей агрессивной натуры обладает свойством рассеивать энергию других существ и благодаря этому укреплять себя, в то время как правое тело имеет рецептивную природу и при всех энергетических столкновениях рассеивается в пользу соответствующего противника.

Удивительнейшее дело—это нужно обязательно понаблюдать самому! — при каждой толчее мы протискиваемся вперед именно правой стороной, что сразу ведет к энергетическому истощению. Именно поэтому многие из нас ненавидят универмаги, переполненные базары и другие магазины. Упражнение не-делания заключается всего лишь в том, что в подобной толкучке мы продвигаемся вперед, сознательно выставляя левую сторону. Для этого не нужно даже слишком сильно поворачивать корпус, достаточно уже, если левое плечо немного выдвинуто вперед, когда мы движемся в толпе. Таким образом мы центрируем нашу собственную энергию и с самого начала избегаем истощения, которое иначе непременно происходит в повседневной толкучке.

На семинаре по Тенсёгрити в августе 1995 года Кастанеда рекомендовал группе участников постоянно передвигаться подобным образом при любых скоплениях народа и при ходьбе следить к тому же, чтобы ставить ступни параллельно друг другу, так как V-образная походка Чарли Чаплина приводит к тому, что мы размазываем нашу энергию по поверхности энергетических структур земли, вместо того чтобы без проблем легко скользить по ней.

Очень полезно провести прямое сравнение и в переполненном универмаге или ином месте, где ходят толпы людей, пройти сначала правым плечом вперед, а затем короткое время левым. Какое различие между чувствами во время и после соответствующей походки? Чувствуем мы себя заряженными энергией или истощенными? И что говорят наши непосредственные ощущения о разнице между левым и правым телом?

Все описанные до сих пор техники — магические движения, вспоминание и практики не-делания — помогают нам разбудить левое тело и восстановить первоначальное равновесие в его целостности. При этом они одновременно создают и предпосылки для дальнейшего продвижения по другим магическим путям. Мы остановимся кратко на пятом и шестом путях, созерцании и остановке мира, которые непосредственно примыкают к практике не-делания и сами до некоторой степени являются прогрессивными техниками не-делания.

Кто интересуется четвертым путем, где речь идет о мелких тиранах повседневного мира, с помощью которых маги обучаются дисциплине и побеждают свое чувство собственной важности, мы рекомендуем обратиться к книге Кастанеды «Огонь изнутри». К сожалению, объем данной книги не позволяет хотя бы кратко осветить все магические техники. Поэтому можно только снова и снова рекомендовать всем интересующимся читать и перечитывать книги Карлоса Кастанеды, Тайши Абеляр, Флоринды Доннер-Грау как практические учебники и следовать их указаниям, если какая-то техника кажется полезной и нужной.

Сказанное справедливо и для техники созерцания, при которой речь идет в первую очередь о том, чтобы прервать суждения нашего повседневного зрения, представляющего нам мир как трехмерный и наполненный твердыми объектами, имеющими ясные очертания. По мнению магов, такое суждение базируется не столько на нашем действительном восприятии, сколько на системе интерпретации его, на тех основах, которые мы в рамках социализации воспринимаем как истинно существующие и учимся защищать, в то время как истинная действительность, непрекращающийся поток энергии, совершенно не замечается нами.

Наше повседневное смотрение, таким образом, абсолютно противоположно видению магов, оно не только далеко от непосредственного восприятия, но еще больше удалено от энергетической действительности. Обычно мы лишь очень поверхностно наблюдаем мир, а большая часть нашей картины мира возникает за счет интерпретации этих скудных чувственных данных, которые мы ухватили на бегу. Разве мы тратим наше драгоценное время на то, чтобы действительно смотреть и, как ребенок, безо всякой интерпретации погрузиться в действительность? Большинство из нас даже не знает больше, что такое восприятие, потому что система интерпретации — такое фундаментальное делание, такой основополагающий автоматизм, что мы путаем ее содержание с реальным миром и начинаем этот инвентарь считать единственной реальностью.

В этом отношении созерцание представляет собой технику не-делания, которая должна привести нас назад, к чистому восприятию, через простой путь наблюдения. Самый простой метод состоит в том, чтобы уставиться, широко открыв глаза и приоткрыв рот, на какой-нибудь объект или феномен, или позволить взгляду медленно скользить по его контурам, пока восприятие объекта не начнет меняться. Это может произойти внезапно, так что создается впечатление, что объект созерцания теряет свои контуры как трехмерное тело или на короткое время вообще исчезает. Нередко кажется, что задняя часть предмета выдвигается вперед, как если бы картина явилась в перевернутом виде.

Эффекты созерцания нелегко описывать, поскольку они не подходят ни для системы интерпретации, ни для готовых шаблонов языка. Да и речь идет вовсе не об описании, но только об опыте чистого восприятия. А его можно еще углубить, если во время созерцания остановить внутренний диалог. Для этого начинают глубоко вдыхать и выдыхать животом и одновременно концентрируются на том, как воздух струится через нос в том и другом направлении.

В принципе можно созерцать все что угодно, хотя, особенно вначале, рекомендуется выбирать неживые предметы, такие, как песок, галечник, камни или сухие листья. Подходят также предметы домашнего обихода и технические приспособления. Тайша Абеляр рассказывает, как дон Хуан уговорил ее созерцать телевизор, потому что раньше она много часов проводила перед ним. Он сказал: «Ну, хорошо, глазей, но не включай его». Таким образом он еще и преподал ей лекцию по действенному прагматизму магов, которые умеют одним выстрелом сразить двух зайцев и превратить привычку сидеть перед телевизором в упражнение по созерцанию и не-деланию.

А вот при созерцании живых существ надо быть осторожным. Растения и животные тоже обладают силой, и могут, в зависимости от обстоятельств, реагировать враждебно, если прежде мы не подружились с ними. Сначала мы должны войти с ними в доверительные отношения, а уж потом созерцать их. Это лучше всего сделать, разговаривая с ними. Если мы говорим с ними громким и ясным голосом и с искренними чувствами, нам, может, удастся преодолеть барьер между видами и достичь истинного взаимопонимания с соответствующим животным или любым растением. Однако, поскольку речь идет о не-делании, мы должны ожидать не словесной коммуникации, но — обмена чувствами, который происходит на энергетическом уровне.

Этот обмен становится еще более интенсивным при созерцании, поэтому Тайша Абеляр предостерегает от того, чтобы созерцать растения или животных, если человек болен или у него плохое настроение. Конечно, при этом возможно передать болезнь или плохое настроение другому существу, однако в таком случае лучше обратиться к морю или к горизонту, которые способны принять на себя наше настроение или болезнь, не навредив при этом самим себе. Их просто созерцают, предоставляя чувствам свободу, пока они не уплывут вдаль и не потеряются в морской дали или за линией горизонта.

Начинающих, однако, следует предостеречь от созерцания тумана, дождя, туч или текучей воды, потому что эти явления могут столь сильно воздействовать на наши чувства, забирая их у нас, что лишают нас энергии. Может даже случиться, что они заберут с собой все наше осознание и нам будет трудно возвратиться назад в физическое тело и нашу повседневную жизнь. Точно так же запрещается созерцание грозовых туч, молнии и звезд, потому что эти явления энергетически сильнее нас и могут сделать нас больными или даже убить. Ни в коем случае нельзя пытаться работать с ними, не имея достаточно опыта с другими феноменами и пока не умеешь возвращаться назад к чистому восприятию и останавливать мир.

Под остановкой мира маги понимают состояние полного внутреннего безмолвия, в котором не только внутренний диалог, но и любой процесс интерпретации вообще приостанавливается. Когда это происходит, окружающий нас мир повседневности буквально перестает существовать и остается только непосредственное восприятие энергии светящихся существ в светящемся мире. Другими словами: точка сборки уходит из своего фиксированного положения, если ее намеренно не удерживают в нем, и перескакивает в новую позицию, следствием чего является альтернативное восприятие. Видящий полностью проснулся, и мы видим глазами левого тела, которое принимает на это время предназначенное ему руководство над нашей целостностью.

Это является целью шестого пути магов, в котором речь идет о накоплении мгновений внутреннего безмолвия, пока мы не насытимся и не достигнем уровня, где не существует никаких интерпретаций, — восприятие повседневного мира разрушается. Как мы указывали в третьей главе, этот уровень строго индивидуален и может лежать в пределах от нескольких минут до одного часа. Тайша Абеляр говорит, что ее точка сборки сдвинулась после пяти минут внутреннего безмолвия, в то время как Флоринде Доннер-Грау было нужно восемь минут, а Кэрол Тиггс 23 минуты, что добиться видения.

Единственной возможностью установить собственный уровень является постепенное шаг за шагом приближение к нему путем собирания мгновений внутреннего безмолвия, пока точка сборки не покинет самостоятельно привычную позицию. Все пути магов ведут к таким моментам: магические движения, вспоминание и прежде всего практики не-делания и созерцания. Однако есть и специальные методы, помогающие нам успокоить и даже прервать внутренний диалог, например такие, которые Кастанеда описывает в конце книги «Магические пассы». Здесь с помощью кожаного пресс-папье и пальцев давят на особые центры тела, что помогает достижению внутреннего безмолвия.

Тайша Абеляр рекомендует также особое не-делание, которое тоже весьма эффективно. При этом сначала кладут указательный палец левой руки в углубление между корнем носа и лбом и путем легкого нажатия заставляют его вибрировать. После нескольких секунд меняют руку и примерно столько же времени производят давление указательным пальцем правой руки. Затем указательным и большим пальцами захватывают одну из энергетических линий, вытягивают ее на несколько сантиметров вперед и отпускают, позволяя ей возвратиться назад. Одновременно следует представлять себе эту линию и концентрироваться на чувствах, которые вызывает данное упражнение".

Однако столь же эффективной может быть медитация, созерцание горящей свечи, концентрация на дыхании и вслушивание в шумы мира. Все, что помогает нам успокоить внутренний диалог, независимо от происхождения техники или идеологии, с ней связанной, может быть использовано. Однако применение наркотиков не рекомендуется, потому что это вызывает энергетические потери, которые несравнимо выше, чем возможная польза. Наследники дона Хуана предостерегают в связи с этим снова и снова от недоразумений, могущих возникнуть у читавших только первые книги Кастанеды. Они поясняют, что действительную ценность имеет только тот опыт, который мы приобретаем сами, потому что одновременно мы учимся дисциплине, и это помогает нам трансформировать повседневный мир без чужой помощи и не принося вреда нашему телу и не завися от чужой помощи.

Если мы удалим из нашей жизни излишний балласт, расстанемся с вредными и ненужными привычками, у нас появится достаточно времени и сил, чтобы идти по дорогам магии. И если мы ежедневно пару часов будем заниматься магическими движениями, вспоминанием, не-деланием и созерцанием, мы насобираем достаточно осознания и внутреннего безмолвия, чтобы остановить мир, видеть энергию, сдвигать точку сборки и вырваться из тюрьмы повседневного мира. Тогда мы будем готовы и для нового опыта: новых миров, которые столь же действительны и привлекательны, как и наш повседневный мир, и новых аспектов нас самих, о которых мы раньше не отваживались и помыслить.

Часть 4. ПО ТУ СТОРОНУ АЛЬКАТРАСА.

13. Que ni te jodan: двойник.

Но все мы, светящиеся существа, имеем дубля. Все мы! Воин учится осознавать это, только и всего. Есть, видимо, почти непроходимые барьеры, охраняющие это осознание, но этого можно было ожидать. Эти барьеры и делают такую задачу уникальной.

Дон Хуан Матус.

Двигаясь дорогами магии, мы очень скоро придем к пониманию, что традиционный дуализм духа и тела, добра и зла, Бога и черта и тому подобное представляет собой не что иное, как ошибочные концепции, навязанные нам в рамках социализации и ни в коей мере не соответствующие нашему непосредственному опыту. Скорее, они являются продуктами чуждой инсталляции, результатом отражения в лужице остатков нашего осознания и идентификации с неким оторванным от мира эго, проецирующим свое состояние на всех и каждого. Если же мы разобьем зеркало саморефлексии и наше осознание начнет понемногу восстанавливаться, мы будем все более и более убеждаться в том, что мы связаны со всем вокруг нас и что диктаторские замашки разума не основываются на энергетической действительности, а представляют собой основной образец системы интерпретации. Повседневный взгляд всегда проходит сквозь сито интерпретации, своего рода очки, которые заставляют нас воспринимать мир не единым цветовым спектром, а лишь контрастом черного и белого.

Однако это не означает, что маги в их видении становятся более неспособными понимать различия или что различия вообще не существуют. Они тоже говорят об универсальном дуализме двух сил, которые, однако, являются не столько противоположными, сколько взаимодополняющими по своей природе, — о тополе и нагвале, единственной истинной паре, лежащей в основе всего сущего. Мы тоже являемся продуктом этих первобытных сил, которые проявляются в дуализме правого и левого тел и соединяются внутри нашего светящегося кокона в единое существо: наше повседневное «я».

Иному читателю подобный дуализм может показаться знакомым, так как он вспоминает естественнонаучную концепцию о полушариях мозга, которым также приписываются взаимодополняющие свойства. Но высказывания магов покоятся не на аналитических умозаключениях и не на рациональных концепциях, а лишь на их непосредственном видении. Поэтому вышеназванная парадигма о полушариях нашего мозга представляет собой для магов в лучшем случае ограниченную интерпретацию основополагающего дуализма между левым и правым телами, но никак не объяснение этого.

Несказанно важно уяснить себе это, потому что иначе мы опять попадемся на удочку упрощающих интерпретаций, которые редуцируют нас до механизмов и моделей и делают нас слепыми по отношению к истинным мистериям нашего бытия.

Одной из таких мистерий является то, что мы, люди, подчиняемся еще более своеобразному дуализму, соответствий которому нет ни в одной из современных мыслительных систем. Маги Древней Мексики обнаружили уже тысячи лет назад, что у каждого из нас есть энергетический близнец, представляющий собой точный отпечаток конгломерата энергетических полей, которые мы знаем как наше тело. Поскольку, однако, этот близнец в противоположность нашему повседневному я не материализован в физическом теле, а существует лишь как чистая энергия, маги назвали его энергетическим телом. Они дали ему также названия тело сновидения, двойник, другое я или коротко — другой. Все эти наименования могут привести к недоразумениям и потому нуждаются в пояснениях.

Собственно говоря, энергетическое тело вовсе не является «другим», как не является и «двойником», по меньшей мере, не в том смысле, в каком мы это обычно понимаем. Маги рассматривают физическое тело и энергетическое тело, «я» и «другое я» как единство, которое вместе зачинается и вместе рождается, однако уже в процессе рождения они отделяются друг от друга внешними силами, так что в большинстве случаев мы не имеем ни малейшего представления о существовании нашей пары.

В Древней Мексике знание об энергетическом близнеце было, напротив, общим достоянием. Интересно, что на фресках доколумбовой эпохи мы встречаем мифический образ Xolotl, что в переводе означает двойник или светящийся близнец, в большинстве случаев в форме плаценты. Поскольку, однако, в противоположность распространенному мнению, древние мексиканцы не имели богов, то можно предположить, что речь идет о простой идеограмме, связанной с энергетическим телом, причем они представляли это тело в его первоначальном образе.

Если это так, то, очевидно, они были убеждены, что энергетическое тело является энергетическим аспектом детского места, плаценты, частью нас самих, которая после своей физической смерти существует далее как чистая энергия и остается связанной с повседневным я. Так, на античных фресках Xolotl нередко изображен с пуповиной, связывающей его с Кетцалькоатлем, что опять-таки может быть понято как идеограмма инкарнированного человека. Маги линии дона Хуана тоже говорят об эфирном шнуре, соединяющем «я» и другое я на протяжении всей жизни подобно пуповине.

В связи с этим Кастанеда вспоминает высказывание своего учителя: «Если физическое и энергетическое тела и не связаны между собой непосредственно, — пояснил дон Хуан, — они все же соединены эфирным шнуром, который иногда столь тонок, что, кажется, практически не существует». Он был убежден, что энергетическое тело в ходе нашей жизни уносится от нас все дальше и дальше и что смерть наступает в конце концов как результат обрыва этой непрочной связи».

Прежде чем мы займемся поиском возможностей предотвратить это фатальное разделение и попытаемся вновь возвратить энергетическое тело к нашему физическому телу, поговорим сначала о возникновении странного близнеца. При этом весьма плодотворно — следовать указаниям старых мексиканских фресок и присмотреться повнимательнее к беременности и рождению. Давайте еще раз вернемся к решающему моменту нашего зачатия.

При зачатии возникает зародыш, который у человека уже в первые дни после закрепления в матке начинает делиться на две четко отграниченные друг от друга части: на оболочку, которая позже образует плаценту, и собственно эмбрион, развивающийся затем в человеческое тело. При этом оболочка, которая в первые недели беременности растет быстрее, чем эмбрион, не только выполняет защитные функции, но и представляет собой связующее звено между матерью и ребенком. Внешняя оболочка, хорион, связанная с эмбрионом пуповиной, образует многочисленные реснички, которые забирают из матки продукты питания и кислород и на обратном пути выбрасывают отработанные вещества и углекислый газ.

Наряду с этой первичной функцией обмена веществ хорион все в большей степени принимает на себя вторичную функцию железы, которая управляет ходом беременности. Одновременно примерно на третьем месяце он срастается одной стороной с ячеистой поверхностью матки, и так образуется плацента, представляющая бесформенную противоположность эмбриону, который на данном этапе развития медики называют плодом. Плод и плацента связаны вплоть до момента рождения пуповиной и разделяются только в момент рождения.

Современный человек думает, что плацента просто умирает после того, как пуповину обрезают и детское место выходит в мир. Обычно послед просто-напросто выбрасывается в мусорное ведро или продается фармацевтам и производителям косметических средств, которые делают из составляющих плаценту веществ медикаменты, глазные капли и кремы. А вот в прежние времена акушерки обращались с детским местом с большой осторожностью и хоронили его как умершего под деревом, о котором отныне думали, что оно неразрывно связано с жизнью новорожденного.

До сих пор в некоторых регионах Земли существует обычай, согласно которому мужчина, ставший отцом, сажает дерево для своего ребенка. Но захоронение плаценты и знание о магическом значении этого акта полностью кануло в прошлое. Лишь у некоторых доисторических народов еще существуют подобные культы, как, например, у индейцев яномама, которые сжигают плаценту, как и умерших, и, что весьма примечательно, называют ее другой.

Но, как бы то ни было, маги линии дона Хуана увидели, что энергетическое тело и физическое тело неразрывно связаны друг с другом вплоть до момента рождения. Однако уже вскоре после перерезания пуповины происходит первое разделение, которое становится все больше из-за внешних условий. Внешние условия — описанное выше обхождение с плацентой — являются—как и следовало ожидать — еще одной махинацией воладорес, которые всеми силами стараются оторвать от нас энергетическое тело, пока это еще возможно.

Дело в том, что, как и его физический двойник, энергетическое тело также развивается со временем, оно растет и собирает осознание, которое, однако, по причине отсутствия социализации непригодно для питания воладорес. Именно это и является причиной того удивительного факта, что видящий может легко отличить светящийся шар энергетического тела от шара его физического двойника, хотя они, собственно говоря, и идентичны. Энергетическое тело сияет светом полного осознания, в то время как у физического забрано его внешнее сияние и оно представляет собой безрадостное зрелище. Взрослое энергетическое тело стало бы погибелью для воладорес, потому что оно сразу бы увидело все их проделки и положило им предел. Поэтому у них нет иного выбора, как только разделить близнецов как можно раньше и позаботиться о том, чтобы один из них позабыл о существовании другого.

Действительно, это удалось им столь основательно, что мы обычно не имеем ни малейшего представления о существовании нашего энергетического тела, которое, согласно Кастанеде, за это время удалилось от нас настолько, что может оказаться буквально на другом материке, например в Австралии. Однако связь с ним разорвана не окончательно, и мы можем установить с ним контакт через тонкий, как дымка, шнур, который нас соединяет, и притянуть его поближе к нам. Магам удается достичь этого теми же самыми методами, которыми они освобождаются от воладорес — с помощью усердной практики на магических путях.

Например, посылки энергии связок, которые мы производим в нашем теле при выполнении магических движений, служат не только пробуждению кинестетической памяти и вторичных функций органов. Кроме того, они активируют и усиливают связку между физическим и энергетическим телами и действуют одновременно как сигналы, как если бы мы дергали натянутый кабель, сигналы, привлекающие внимание нашего близнеца и призывающие его поближе к нам.

Аналогичный эффект дает и техника перепросмотра, которая ведет нас в энергетическом отношении все ближе и ближе к нашим истокам, что также означает, что с каждым вдохом мы все ближе притягиваем энергетическое тело. Но не только это. С помощью выметающего дыхания мы передаем нашему близнецу все наши воспоминания, и он отныне будет иметь весь наш накопленный опыт, и рано или поздно поделится с нами своим жизненным опытом. Это проявляется на прогрессирующих стадиях перепросмотра в форме странных воспоминаний, которые кажутся возникшими внезапно и ниоткуда и никак не вписываются в линейный ход нашей жизни.

Если подобные воспоминания повторяются часто, это значит, что энергетическое тело вновь находится рядом с нами и что мы готовы к практикованию более сложных магических техник: искусства сновидения и искусства сталкинга, о которых мы поговорим в следующих главах.

Однако это ни в коем случае не означает, что нужно забросить все предыдущие практики, потому что только дисциплина, которой мы достигаем постоянной тренировкой, удерживает наше осознание на уровне, позволяющем нам получать действительную пользу от магических искусств, не возвращаясь в позорные рамки, предписанные нам воладорес.

Это и составляет эссенцию седьмого пути магии, на котором нет ни методов, ни практик и который состоит только в том, чтобы без принуждения и остановки мы практиковали шесть магических путей и превратили наш жизненный путь в Путь воина.

На этом пути в счет идет только безупречность, которая предохраняет нас от того, чтобы вновь попасть в сети повседневного мира и кружиться в танце социального тщеславия. Критерий безупречности, по словам Кэрол Тиггс, предельно прост: «Твои действия безупречны, если ты совершаешь их только для твоих собственных глаз». А Тайша Абеляр добавляет: «Если ты представляешь, что находишься один в лесу, и все равно делаешь это — тогда твои действия безупречны».

Повышенное и укрепленное благодаря дисциплине и безупречности осознание позволяет нам, используя близость энергетического тела, произвести некоторые непредставимые маневры. Так, нам открывается возможность менять в наших сновидениях точку наблюдения и полностью воспринимать энергетическим телом. Таким образом оно становится нашим телом сновидения, которое мы, как будет показано в следующей главе, можем использовать в качестве транспортного средства в путешествиях в другие миры, для которых наше физическое тело еще не готово.

Очень часто возникает вопрос: может ли действительно наше физическое тело когда-нибудь быть готовым к тому, чтобы так, как есть, от волос до кончиков пальцев ног, путешествовать в другие миры? Так, что оно исчезнет из повседневного мира и полностью переместится в неизвестное? Это действительно возможно, потому что прочность нашего тела — всего лишь результат соглашения, результат нашего постоянного делания. То обстоятельство, что физическое и энергетическое тело — идентичные близнецы, позволяет полную трансформацию одного в другое.

Если нам удастся вернуть энергетическое тело назад в непосредственную близость от нас, то, согласно Кастанеде, начиная с определенного расстояния, становится возможным преобразовать его в другого, в двойника: идентичную копию нашего физического тела, которая не только столь же прочна и трехмерна, как тело, но и может занять наше место в мире и действовать вместо физического тела. И наоборот, мы можем преобразовать физическое тело в копию энергетического — конгломерат энергетических полей, не связанный более границами нашего соглашения. Как чистая энергия, в этом состоянии мы, например, можем проходить сквозь стены или, не подчиняясь силе притяжения, лететь, как стрела.

Мы знаем подобные ощущения только из наших снов, и они представляют собой смутное знание нашей истинной природы светящихся существ. Они на короткое время выносят нас за ограничения повседневного мира и наполняют чувством силы и благополучия, которое нередко сохраняется в течение нескольких часов или даже дней, а затем постепенно гаснет, как и воспоминание о сне. Разве это не замечательно — если бы мы жили с таким чувством постоянно и могли сознательно получать такие невероятные ощущения?

Магу это удается благодаря искусству сновидения, т. е. сознательного использования обычных снов, которые становятся как бы трамплином к энергетическому телу. Постоянная практика сновидения, о которой мы хотим поговорить подробнее, приводит совместно с другими практиками к тому, что однажды энергетическое тело даже может вновь соединиться со своим физическим двойником — процесс, который может продолжаться целую жизнь, но результат стоит затраченных усилий, потому что ведет к окончательному освобождению.

Как уже указывалось, смерть наступает обычно как результат окончательного разрыва связи между физическими энергетическим телами. Если же нам удастся соединить близнецов, мы изменим судьбу, не делая себя одновременно бессмертными. В определенном смысле мы превращаемся в нечто совершенно новое—или, точнее, в нечто очень старое, потому что в этот момент мы познаем нашу истинную природу.

Дон Хуан говорит: «Если обе стороны человека, его тело и его энергетическое тело, вновь соединятся, происходит чудо освобождения. Маги говорят, что в этот момент мы узнаем, что являемся путешественниками и что наше путешествие было прервано внешними силами. И в этот же момент наше путешествие осознания начинается снова».

В этом смысле двойник, являющийся, собственно, интегральной частью нас самих, помогает нам достичь окончательной цели магии — тотальной свободы — и сохранить наше осознание за рамками физического существования. Он делает это, изгоняя воладорес и окутывая нас, как и когда-то в материнском теле, защитным покровом и связывая нас с Универсумом. Не случайно поэтому маги линии дона Хуана дали энергетическому телу примечательное прозвище, которое может быть напоминанием нам и предостережением воладорес. que ni te jodan, что означает: «тот, с которым лучше не связываться» или «тот, с которым не следует шутить».

14. Прорыв в оболочке луковицы.

Человеческие существа совершают путешествие осознания, которое постоянно прерывается из-за воздействия внешних сил. Поверь, мы представляем собой наделенные осознанием магические существа. Убежденность в этом — все, чем мы располагаем.

Дон Хуан Матус.

Все мы проводим значительную часть нашей жизни во сне, в сумеречном состоянии, время от времени освещаемом обманчивым светом сновидений. И не имеет значения, приписываем ли мы этому ночному опыту глубокий смысл, толкуем ли мы наши сны или считаем их досадными побочными явлениями, сопровождающими отдых, — так или иначе, мы привыкли к такому положению дел. Даже если мы и не радуемся сну как желанному времени, чтобы вырваться хотя бы ненадолго из глупости повседневной жизни, мы по крайней мере принимаем его как необходимое зло, как предпосылку для регенерации тела, души и духа.

В свете познаний магов, которые мы описали в первой главе, такое состояние не является принудительным. Конечно, сон является совершенно естественной реакцией на усталость от усилий фиксировать точку сборки, которую мы можем удерживать в одном положении только определенное время. Однако бессознательное состояние, в котором мы проводим эту часть нашей жизни, вовсе не является столь необходимым. Это— автоматизм, делание, которое мы тоже можем превратить в не-делание.

Это означает, что мы не должны больше рассматривать сон и сновидения как нечто само собой разумеющееся, но принимать их как вызов и учиться сознательно использовать сдвиги точки сборки во сне. Для этой цели маги разработали две методические системы, которые делают нас способными контролировать смещение: сновидение и сталкинг. При этом сновидение концентрируется на сознательном целенаправленном смещении точки сборки, в то время как сталкинг делает нас способными фиксировать ее в любой позиции, в которую она сдвинулась, и таким образом подключаться к иным мирам, столь же прочным и действительным, как и наш повседневный мир.

Первый шаг, который подготавливает нас к овладению этим высоким искусством магии, состоит в настройке сновидения. Здесь речь идет о том, чтобы стать сознательным в ночных сновидениях и достичь определенного контроля над ними. Дон Хуан поясняет: «Настроить сновидение — значит обрести практическую способность точно управлять общим ходом развития ситуации в сновидении. Например, тебе снится, что ты — в учебном классе. В данном случае настройка сновидения будет заключаться в том, что ты не дашь ситуации, развивающейся во сне, переметнуться в другое место. Ты не перепрыгнешь из класса в горы. Другими словами, ты контролируешь вид класса и не позволяешь ему исчезнуть до тех пор, пока сам того не захочешь».

Это столь простое и как бы шуточное упражнение на деле оказывается сопряженным с некоторыми трудностями. Нам нужно не только быть сознательными в нашем сновидении, но мы должны одновременно сознавать, что мы спим и сновидим. И, кроме того, мы должны контролировать естественную текучесть образов сновидения, которая возникает вследствие того, что точка сборки не фиксируется на определенном месте, анеконтролируемо скользит по эманациям внутри нашего светящегося кокона и вызывает при этом то одно, то другое восприятие.

Первую проблему можно решить только в случае, если намеревают сознательное сновидение. Кастанеда рекомендует громко призвать намерение и не просто заявить, что человек хочет сновидеть, но что он уже является сновидящим: «Намерение! Я — сновидящий!» При этом очень важно выкрикнуть эти слова в полном осознании своей смертности, чтобы они имели необходимую силу стать действительностью».

Это же следует делать для намеревания всех конкретных шагов, с помощью которых приходят к сновидению. Например, можно применить способ сознательного засыпания, то есть сохранение осознания в момент засыпания, когда концентрируются на определенном ощущении, приятном чувстве тяжести или расслабленности, при котором мы уже не можем открыть глаза. Когда входят в такое состояние, нужно несколько раз повторить намерение громким голосом и добавить, что вы собираетесь во сне посмотреть на свои руки и таким способом осознать сновидение.

Может потребоваться немало времени, пока нам впервые удастся увидеть во сне свои руки. Поэтому не стоит слишком рано отчаиваться, даже если по прошествии месяцев все еще не удается сновидетъ и наши ночные сны, как кажется, напротив, теряют какой бы то ни было смысл и превращаются в настоящие кошмары. Совершенно нормально, что при настройке сновидения мы сталкиваемся с необычного 'рода препятствиями, которые, отчасти, являются проделками воладорес, которым, естественно, не по вкусу, что мы пытаемся пробудить наше энергетическое тело. А, собственно говоря, именно в этом и заключается смысл и цель данного упражнения.

Если же, наконец, мы осознаем во сне, что спим, нам одновременно станет ясно, что наше тело лежит в постели и спит. Тот, кто видит во сне свои руки, — это не наше повседневное я, а другой, глазами которого мы видим снящиеся нам руки и снящийся мир. Это можно приравнять к пробуждению энергетического тела, и мы осознаем, что оно не просто является частью нас самих, но действительно является нами.

Естественно, в данном случае пробуждение двойника не может продолжаться долго, и нам потребуется длительная тренировка, чтобы упрочить связь между я — и другим я, сновидящим — и тем, кого сновидят. К тому же мы должны преодолеть вторую трудность в аранжировке сновидения, состоящую в том, чтобы удерживать столь долго под контролем сцену соответствующего сновидения, что она больше не изменяется произвольно.

Это удастся, если мы в сновидении выследим нашу точку сборки и будем шаг за шагом учиться контролировать наше внимание сновидения. При этом рекомендуется систематически переводить взгляд с рук на отдельные предметы сновидения, а затем обратно. Однако вначале не следует выбирать слишком большое количество предметов, и нужно окидывать их только беглым взглядом, потому что, как только мы уставимся на что-то в сновидении, это начнет изменять свою форму и мы потеряем контроль или проснемся. Поэтому следует, как только предмет начнет меняться, мгновенно возвратиться взглядом к рукам, потому что это действие обновит внимание сновидения и позволит нам продолжать упражнение.

Настройка сновидения заканчивается, когда нам удается рассматривать все предметы в сновидении так, что они не изменяются. При этом мы преодолеваем первые врата сновидения, энергетический барьер, препятствующий нам быть сознательными в сновидении и слиться с энергетическим телом. Одновременно мы помогаем последнему получить минимальный контроль над его вниманием сновидения, и оно становится готовым к следующим упражнениям: подготовке к действительным путешествиям в миры второго внимания.

Дон Хуан поясняет это с помощью метафоры: «Второе внимание подобно океану, а внимание сновидения — впадающей в него реке. Второе внимание — это состояние осознания полноценных миров, таких же полноценных, как наш. А внимание сновидения — это состояние осознания отдельных объектов, присутствующих в сновидении».

Внимание сновидения, являющееся натренированным восприятием нашего энергетического тела, позволяет нам преобразовать наши сны в сознательный, управляемый опыт, оно разрешает нам удерживать точку сборки в любой, какой угодно позиции, на которую она сдвигается. Поскольку в большинстве случаев речь здесь идет о позициях, не обладающих собственной энергетической действительностью, мы должны учиться сдвигать точку сборки от одного сна к другому, пока не научимся перемещать ее в позиции, приводящие не в обычные сны, а в действительные миры. Другими словами, мы должны обучить наше энергетическое тело тонкостям внимания сновидения и подготовить его таким образом к прорыву сквозь оболочки луковицы.

Подготовка эта представляет собой увлекательнейшее мероприятие, потому что впервые мы получаем возможность узнать удивительные способности энергетического тела и активно познавать собственные сновидения. Потому что, даже если в ваших снах речь не идет о действительно существующих мирах, сознательный опыт сновидения является целиком и полностью реальным и во всех отношениях необычным. Например, мы можем в наших сновидениях летать, проходить сквозь стены, превращаться в животных и в растения, скакать на тучах или путешествовать к другим планетам нашего мира.

Однако не рекомендуется слишком сильно увлекаться такими превращениями, потому что они уводят от истинной цели и становятся скорее бегством от действительности, чем дорогой к иным реальностям. Здесь наша цель состоит в том, чтобы научиться сознательно менять сновидения или просыпаться в ином сне, причем и то и другое являются лишь различными вариантами одного и того же упражнения.

Первый вариант состоит в том, что человек фиксирует свое внимание на одном предмете сновидения, пока последний не начнет изменяться и не перетянет нас в другое сновидение посредством своего рода энергетического вихря. Затем мы укрепляем это новое сновидение, для чего не рассматриваем более перетянувший нас предмет, а бросаем мимолетные взгляды на кулисы нового сна. Потом мы концентрируемся на одном из предметов нового сновидения и вновь меняем сцену, разглядывая его и позволяя перевести нас к следующему сновидению.

Второй вариант состоит в том, чтобы мы сновидели, как просыпаемся. Однако при таком просыпании мы окажемся не в повседневной действительности, а в другом сновидении, из которого мы опять-таки можем проснуться в новое сновидение и так далее. Однако здесь необходима осторожность, потому что иногда эти сновидения столь реальны, что человек думает, что он проснулся в действительности, в то время как на самом деле он все еще спит. Такое заблуждение осознают обычно лишь тогда, когда мы второй или даже третий раз подряд поднимаемся с нашей кровати и наше тело наконец-то говорит нам, что мы находимся в повседневном мире.

Данное упражнение повторяют, соответственно, столь долго, пока внимание сновидения не истощится, что проявляется различным образом. Иногда сновидение просто переходит в обычный сон, в котором мы более не осознаем, что сновидим. Иногда мы впадаем в глубокий сон вообще без сновидений, а при иных обстоятельствах мы просыпаемся непосредственно из сновидения, чувствуем себя очень хорошо и энергетично.

Когда мы по-настоящему овладеем переменой сновидений во сне, мы будем готовы пройти сквозь вторые врата сновидения, представляющие собой действительный вход в соседний мир, который маги назвали универсум-близнец. Этот мир населен неорганическими существами, обладающими осознанием, но не имеющими органической формы. Однако они являются стационарными существами, имеющими, как деревья, глубокие корни и, как и деревья, обладающие способностью посредством проекции своего осознания проникать в иные сферы осознания, например в наши сны.

Дон Хуан говорит: «Сны — это если не дверь, то, определенно, лазейка в другие миры… Будучи таковыми, сны подобны улице с двусторонним движением. Через эту лазейку наше осознание пробирается в иные сферы бытия. А оттуда в наши сны пробираются лазутчики».

Лазутчиков, которые вообще очень часто появляются в наших сновидениях, легко распознают по тому, что они совсем не вписываются в сновидение и становятся заметными благодаря их энергетической автономии. Например, частенько они прикидываются летящей рыбой, говорящей вазой, скачущим камнем или иным предметом, ведущим себя совершенно несвойственным ему образом. При этом лазутчики из параллельного универсума вовсе не собираются прятаться, а, напротив, ищут контакта, но нам они кажутся чем-то известным и мы должны сначала научиться видеть их тем, что они собой представляют: пузырями самостоятельной, вибрирующей энергии.

Чтобы достичь этого, мы, собственно, должны использовать естественную способность энергетического тела непосредственно видеть энергию. Если мы громко выразим в сновидении намерение видеть энергию и подкрепим свое желание магическим движением энергетического тела, при котором указывают мизинцем на предмет, который хотят видеть, то предмет покажет свою истинную натуру. Это значит, что если речь идет о предмете обычного сна, то ничего не произойдет, поскольку такие предметы не обладают собственной энергией, но если речь идет о лазутчике, то мы мгновенно начнем воспринимать его как светящееся существо, как шар энергии размером с баскетбольный мяч, который плывет перед нами.

Как только нам удалось изолировать таким образом лазутчика, мы достигаем вторых врат сновидения. Мы можем проникнуть сквозь них, если мы уцепимся за лазутчика своим вниманием сновидения и последуем за ним в его мир — точно так же, как в подготовительном упражнении мы фиксировали свое внимание на каком-нибудь предмете, чтобы переместиться в другое сновидение. Лазутчика нет необходимости фиксировать, ему надо только приказать перенести нас в его мир — и мы мгновенно окажемся там.

На практике изолирование лазутчика представляет собой истинное приключение, поскольку в данном случае речь не идет об обычных феноменах сновидения, которые, возможно, хотят нас напугать, хотя в действительности являются безобидными, поскольку не имеют собственной энергии и, следовательно, нереальны. А у лазутчиков не только есть энергия, но они являются такими же реальными, как и мы, поэтому проход сквозь вторые врата сновидения становится встречей третьего рода и настоящей развилкой на пути воина. Ведь только в результате знакомства с лазутчиками мы непосредственно осознаем, что наши сны действительно являются лазейкой в иные миры и мы оказываемся перед выбором: проникнуть туда или объявить весь предыдущий опыт нашей фантазией и сбежать от чудовищной неизвестности, лежащей перед нами.

Вторые врата сновидения разделяют не только мужественных и боязливых, но и дальнейшие пути обучения сновидящих женского и мужского пола. В то время как женщины уже достаточно обучились за время формальных подготовительных упражнений и могут отныне самостоятельно продвигаться вперед, мужчины должны и далее следовать формальному пути, шаги на котором определяются описанным в главе 7 процессом познания у мужчин. Поэтому мужчинам и далее нужны направляющие поучения, указания, которым они будут следовать, в то время как женщины, достигшие вторых врат, уже настолько восстановили свою связь с энергетическим телом, что могут полностью руководствоваться его непосредственным знанием.

Данное решающее преимущество женщин основывается на том, что они, обладая маткой, не только имеют детородный орган, но и орган познания и сновидения. Для многих женщин не представляет трудности мгновенно перевести себя в состояние сновидения, как только они приостанавливают внутренний диалог и концентрируются на матке. Нередко это свойство сохраняется даже после оперативного удаления матки, потому что энергетический центр матки остается активным и после хирургического вмешательства. Однако в таком случае рекомендуется корректировать соответствующий энергетический ущерб с помощью магических движений серии для матки.

Женщина может следовать за лазутчиком в его мир, не задумываясь, потому что ей там не угрожает никакая непосредственная опасность. Неорганические существа сами имеют женскую природу и поэтому не интересуются женской энергией, от которой им нет никакой выгоды. А вот мужчина должен быть постоянно настороже, потому что неорганические существа ценят мужскую энергию не только по причине ее редкости, но и потому, что они могут использовать мужскую энергию для трансформации собственного осознания непредставимым для нас способом — обстоятельство, делающее мужчин желанной добычей женственных существ параллельного универсума.

Надо знать, что наш универсум и его близнец разделены друг с другом не только барьерами восприятия, но в них действуют различные законы. В то время как органические существа нашего мира обладают большим количеством энергии, но малым осознанием, неорганические существа имеют в своем распоряжении мощное осознание, но незначительное количество энергии. По этой причине мы живем мало, но интенсивно, в то время как неорганические существа практически бессмертны, но, соответственно, весьма флегматичны. Однако они могут значительно повысить интенсивность своих переживаний, если получат энергию от мужского организма и трансформируются на органическом уровне. А энергия женских организмов, очевидно, слишком похожа на их собственную энергию и не подходит для преобразовательных целей.

Конечно, неорганические существа не следует представлять как неких ночных воришек, которые отправляются в сновидения мужчин как на охоту. Скорее, они ищут открытого контакта и честного обмена энергией — обстоятельство, сделавшее их союзниками древних магов и обусловившее поражение последних. Пакт с союзниками предусматривает сегодня, как и в те далекие времена, что сновидящий не только будет вознагражден за отдачу своей энергии непосредственным знанием и невероятным опытом, но и то, что он может достичь почти бессмертного состояния, если согласится остаться навсегда в их мире и жить в нем. Очень заманчивое предложение, на которое попалось бесчисленное количество магов Древней Мексики, что произошло еще и потому, что неорганические существа умеют великолепно продемонстрировать преимущества своего мира.

Так и сегодня каждый сновидящий, оказавшийся поблизости от вторых врат сновидения, начинает слышать голос. Самое позднее, это происходит, когда он вступает в контакт с лазутчиком и следует за ним в его мир. Этот голос, называемый магами эмиссаром сновидения, не только объясняет сновидящему все о мире неорганических существ, но и старается угодить ему всеми возможными способами. При этом эмиссар сновидения не ограничивается лишь пропагандой, но предлагает сновидящему практические примеры всех способностей, которые он может иметь с помощью неорганических существ. Он делает это с большим искусством, потому что знает наши слабости и желания, которые он очень охотно готов исполнить.

Рекламная кампания эмиссара сновидения, начинаясь обычно несказанно мягко, может принять со временем экстремальные формы, так что его голос преследует нас и в обычном мире, и мы, даже садясь на унитаз, получаем от эмиссара мудрые поучения и советы. При этом меняется и сам голос, его тон — если сначала с нами говорят тихим голосом скромного мужчины, то теперь нам открывается истинная природа неорганического существа и мы слышим требовательный голос женщины, которой мы чем-то обязаны. И самое плохое даже не то, что все чаще нас тревожит мысль, что это — первые признаки психической болезни, но что мы постепенно привыкаем к маленькой женщине в нашем ухе и становимся зависимыми от ее советов.

Поэтому при первых признаках подобного навязчивого поведения следует приказать эмиссару сновидения не вмешиваться в обстоятельства нашей жизни в обычном мире и не проникать в наше сознание без нашего разрешения. Он подчинится такому требованию и отныне будет только комментировать наши экскурсии на его родину.

Многим читателям захочется получить на этом месте точное описание такого путешествия в мир неорганических существ. Мы не можем его дать, потому что любое описание с помощью слов нашего языка показалось бы смешным. Хотя Кастанеда и представил великолепно в «Искусстве сновидения» этот мир, но и его сообщения о живых туннелях и вибрирующей энергии — всего лишь слова, которые не могут отразить пережитое. А пережить подобное можно, как сказано, лишь изолировав лазутчика и последовав за ним в его мир.

Здесь сновидящий полностью предоставлен самому себе и волен решать, как ему поступить с этим знанием, которое для практика-мужчины может стать настоящим испытанием и окончательным выбором пути. Ведь мир неорганических существ заставит его ответить на ультимативное приглашение — подписать пакт, гарантирующий практику 5 миллиардов лет жизни — жизни со всеми мыслимыми преимуществами, приключениями и удобствами, которые будут ему предоставлены согласно его вкусу. Цена за все эти блага — наше слово, согласие остаться в мире неорганических существ, а все, что мы говорим в их мире, становится действительным на все времена.

Кажется весьма простым делом — сделать такой выбор, пока мы еще не стоим на пороге вторых врат сновидения. Обычно те, кто пока еще находятся в застенках повседневности и не знают, что такое свобода путешествовать по морю осознания и пространствам второго внимания, говорят, что никто не отказался бы от такого заманчивого предложения. Столь же уверенно другие утверждают, что они предпочитают свободу, пока не познали на собственной шкуре все опасности путешествий в неведомое и не научились ценить спокойную гавань, которую предлагает мир неорганических существ. То, что идет в счет, — это наше решение, когда мы будем действительно поставлены перед выбором.

Для сновидящих, избравших мир неорганических существ, путешествие заканчивается, и надо уважать их выбор. Но для тех, кто стремление к свободе ценит больше, чем почти бессмертие в золотой клетке, путешествие продолжается, причем появляется возможность выделить лазутчиков из иных миров, которые тоже находят путь в наши сновидения. Если мы последуем за ними, то очень скоро нам станет ясно, что не все миры столь дружелюбны, как параллельный универсум, и что вряд ли наша цель находится в оболочках луковицы. Мы осознаем, что истинная свобода должна лежать за пределами всех конкретных миров, и готовы перешагнуть через новые врата сновидения, которые вводят нас в абстрактные тайны магии.

При прохождении третьих врат сновидения, когда мы возвращаем энергетическое тело в мир повседневности и наблюдаем, как наше физическое тело лежит в постели и спит, мы приходим, например, к непосредственному пониманию, что наша повседневная жизнь — не что иное, как сон, который сновидит энергетическое тело, точно так же, как мы сновидели путешествия в иные миры энергетического тела. Затем мы осознаем, что наша повседневная действительность является не только соглашением в смысле интерпретации, но и соглашением о коллективной позиции точки сборки. Одновременно мы понимаем, что эта позиция — наша единственная активная точка и что мы имеем возможность собрать достаточно энергии и осознания, чтобы добиться окончательного освобождения, только в этом мире.

Мы не будем здесь далее вдаваться в подробности, связанные с практическими шагами при прохождении третьих врат сновидения, о которых интересующиеся могут прочитать в книге «Искусство сновидения», а поговорим о тех последствиях, которые оказывает столь фундаментальное понимание на нашу обычную жизнь. Ясно, что это понимание в корне изменяет нас, потому что мы не можем больше рассматривать себя как прочные тела в физическом мире. Но нас интересует прежде всего практический вопрос: насколько вообще такое измененное осознание может вести совместную жизнь с нашими современниками?

Разве практика магии не ведет в конце концов к фундаментальному отчуждению от других людей, которые все еще находятся в иллюзии мира повседневности, к эмоциональной холодности, которая больше не понимает надежды и страхи обычного человека? Или она открывает новые перспективы для чувств и отношений, которые могут преодолеть пропасть между магом и обычным человеком? В следующей главе мы попытаемся найти ответ на эти и подобные вопросы, которые, как известно, волнуют многих читателей Кастанеды и нередко удерживают их от серьезных занятий практикой магов и выбора пути воина.

15. Карт-бланш привязанности мага.

Можешь ли ты любить вечно, даже за гробовой доской? Без малейшей надежды, что ты когда-нибудь получишь что-то взамен? Можешь ли ты любить без каких бы то ни было инвестиций — ни за что и еще раз ни за что? Ты никогда не узнаешь, что это значит — любить так, несгибаемо. Неужели ты действительно хочешь умереть, не познав этого чувства?

Дон Хуан Матус.

Практика магических путей изменяет наше осознание столь кардинальным образом, что рано или поздно мы становимся совсем иными по сравнению с тем, какими нас воспитали. Магические движения изменяют осознание нашего тела и дают нам новое ощущение силы и благополучия. Благодаря перепросмотру и не-деланию мы разбиваем заезженные образцы социализации, которые делали нас маленькими гражданами с мелочной душой, бедными сиротками и учеными обезьянами. Мы больше не идентифицируем себя с модальностью времени, но все больше убеждаемся, что наше существование включает в себя намного больше того, во что хотели заставить нас поверить концепции социального порядка.

По-новому определить наше существование помогают нам прежде всего техники созерцания и сновидения, подключая нас к позабытым областям восприятия и бытия, от которых мы полностью отказывались в повседневности в пользу интерпретации нашего мира — к непосредственному восприятию энергии и энергетического тела, которое мы вновь открываем как неотъемлемую часть нашей целостности. С его помощью нам не только удается открыть новые миры, но и осознать нашу истинную природу как светящихся существ.

Все эти свойства, сколь бы великолепными они ни были, ставят нас, однако, перед серьезной проблемой, если мы собираемся и далее жить в мире повседневности:

Мы больше не разделяем наше мировоззрение с мировоззрением окружающих нас людей, что делает нас в определенной степени отщепенцами. Должны ли мы объединиться с теми, кто разделяет наши взгляды, организовать нечто вроде субкультуры сторонников свободы, или мы должны попытаться уговорить наших родственников и знакомых поклоняться нашим ценностям? Кастанеда и его спутницы тоже ведь живут не на Луне. Как относятся они друг к другу? И каковы их отношения с другими людьми, не являющимися ни воинами, ни магами?

Чтобы ответить на этот вопрос, надо сначала заявить со всей определенностью: Кастанеда и его спутницы не образуют тесной группы, и уж, конечно, не являются сектой. Они не проводят вместе все свое время и не цепляются друг за друга, даже если Флоринда Доннер-Грау и Тайша Абеляр и ходят вместе иногда в кино или за покупками. Каждый из них живет собственную жизнь, и только на уровне второго внимания они образуют единство, которое спаяно их общим намерением.

Поэтому было бы совершенно неверно организовывать группы по предполагаемому образцу, который существует только в наших головах. Мы должны остерегаться проецировать наше стремление к социальному подтверждению и признанию на мир магии, поскольку в этом случае мы очень быстро вновь окажемся в сетях повседневной борьбы за внимание и образуем общество в обществе — элитарное соглашение, которое ни на йоту не приближает нас к желанной свободе, но зато является прекрасным средством повысить чувство собственной важности всех членов группы. Ведь, как члены группы, мы находимся постоянно «в», в то время как все другие — «вне».

Помимо совместных выступлений на семинарах и курсах, каждый из наследников дона Хуана занимается в повседневной жизни своими делами, зарабатывая ими и на свое пропитание. Так, Тайша Абеляр долгое время работала под именем Шейлы Уолтере агентом по продаже недвижимости и, по ее собственным словам, зарабатывала и теряла миллионы. Однако в этом втором существовании речь шла не столько о деньгах, сколько о технике контролируемой глупости, помогающей ей, помимо всего прочего, идти по жизни, оставаясь в тени, не стать отщепенцем и не провоцировать ненужной вражды со стороны общества.

Контролируемая глупость — это комплексная форма не-делания, которую маги противопоставляют всеобщей глупости обезьяньего театра повседневного мира. При этом они сознательно принимают на себя какую-либо роль, которую играют столь убедительно, что иногда и сами забывают, что только играют роль.

Если кто-нибудь понаблюдает за ними, то не найдет никакой разницы по сравнению с обычным человеком, потому что они совершенно погрузились в свое не-делание и создается впечатление, что их действия имеют для них огромное значение. Но при этом они совершенно ясно понимают, что любые их действия перед лицом неминуемой смерти одинаково незначительны и глупы, как и действия любого другого человека. Единственная разница состоит в том, что они контролируют эту глупость.

Шейла Уолтере как личность — великолепный пример контролируемой глупости магов, поскольку здесь речь идет о позиции сталкинга. Это означает, что Тайша Абеляр не только играла роль, но и сновидела альтернативную личность, она сдвинула свою точку сборки в позицию женщины-менеджера и зафиксировала ее там посредством соответствующего делания. Она рассказывает: «Когда попадаешь в эту позицию, у тебя появляется естественное стремление к успеху и ты будешь пытаться сделать как можно больше денег. Если ты не безупречен, то очень легко потерять деньги, потому что ты не слушаешься своего внутреннего голоса. Так, однажды я решила купить несколько тысяч гектаров леса на Севере, что казалось очень выгодным и во всех отношениях идеальным. За исключением того, что участок находился в окрестностях пика Святой Елены, и, когда началось извержение вулкана, естественно, все пропало».

Чтобы потренироваться в контролируемой глупости, вовсе не обязательно сразу создавать альтернативную личность. К тому же такой маневр требует много энергии и его предпосылкой является длительная практика на всех других магических путях. Искусство сталкинга — вершина всех устремлений магов, и лучше начать скромно — с контроля своего повседневного поведения.

Хорошим упражнением является здесь развитие какогонибудь скрытого аспекта нашего репертуара поведения, пока он не станет заметным параметром нашей личности. Если, например, во время перепросмотра мы обнаружили, что в детстве охотно рисовали, то возьмемся за карандаши и кисточки и сделаем рисование нашей страстью или, может быть, даже нашей профессией. Естественно, мы всегда должны осознавать, что речь идет всего-навсего об упражнении в сталкинге и в контролируемой глупости, что, однако, не означает, что мы не должны получать наслаждения от рисования. Напротив, мы должны отдаваться ему всем сердцем.

Это как раз то место, которое, похоже, не поняли многие поклонники книг Кастанеды. Можно нередко встретить охотников стать воинами, играющих перед другими некую роль и считающих, что они практикуют контролируемую глупость. Контролируемая глупость не является ни игрой в прятки, ни дешевой комедией — это настоящий вызов, с которым можно справиться, только имея дисциплину воина, дисциплину, возникающую из благоговения перед всем сущим, которое включает также и людей, находящихся с нами рядом. Даже если в технике контролируемой глупости речь и идет об игре, то чувства актера, тем не менее, должны быть настоящими, а его действия — искренними.

Если практиковать в таком духе контролируемую глупость то не стоит опасаться, что актерство превратит человека в холодного оппортуниста, у которого ни для кого и ни для чего не осталось человеческих чувств.

В этом отношении дон Хуан успокоил своего ученика следующими словами: «Ты слишком озабочен тем, чтобы любить людей, и тем, чтобы тебя любили. Человек знания любит—и все. Он любит всех, кто ему нравится, и все, что ему по душе, но он использует свою контролируемую глупость, чтобы не заботиться об этом. Что полностью противоположно тому, чем сейчас занимаешься ты. Любить людей или быть любимым ими — это еще далеко не все, что доступно человеку».

Только контролируемая глупость делает нас способными действительно чувствовать, потому что этой техникой мы контролируем также и социализирующую глупость — делать наши чувства зависимыми от реакций других людей. Мы чувствуем себя хорошо, если другие оказывают нам внимание, и плохо, если нас не замечают. И сами мы распределяем нашу склонность не от чистого сердца, а по' расчету. Если мы хотим наградить или подкупить кого-то, мы милы с ним, а 'если хотим кого-то наказать — оставляем его побоку. Даже наша так называемая любовь, по словам Кастанеды, в большинстве случаев не настоящая.

Он говорит: «Мы — продажные души, постоянно заботящиеся о том, чтобы по возможности сократить потери. Прежде чем мы сделаем какую-либо «инвестицию», мы потребуем обеспечение. Мы влюбляемся, но только в том случае, если нас полюбят в ответ. И если мы потом когда-нибудь разлюбим — мы просто-напросто сносим объекту нашего вожделения голову и заменяем его кем-нибудь другим. Наша «любовь» поэтому — чистая истерия. Мы не являемся любвеобильными существами, мы — бессердечны».

Мы не научились любить, и в большинстве случаев мы не любим и себя самих. Все наше мельтешение вокруг любви один фарс, поэтому маги предпочитают говорить о привязанности, если хотят сказать о чувствах, являющихся побудительной силой для их собственных отношений. Эта магическая привязанность для них — никакая не инвестиция, но карт-бланш, которую они доверительно предоставляют объекту своей магической привязанности.

Если, например, Флоринда Доннер-Грау заявляет, что она предоставила своим спутникам такие карт-бланш, то она подразумевает при этом, что постоянно готова пожертвовать для них всем, не ожидая ничего взамен. Настоящая привязанность свободна от ожиданий, надежд и страхов. Она в истинном смысле слова безусловная, она выходит за все границы и даже за пределы смерти.

В этом смысле магическая привязанность не ограничивается только отношением к другим магам или воинам, но может быть распространена на всех и на все. У нас постоянно есть возможность вести безупречную жизнь во всех отношениях, если мы научимся делать все, что мы делаем, от чистого сердца и со стопроцентным вниманием. Это — ядро духа воина, безупречность, которая в любой момент делает лучшее, на что способна, и ничего не ожидает.

Кто хочет этому научиться, должен начать с того, чтобы всегда заниматься только одним делом — и это во всем, что он делает. Это означает — слушать другого человека, не прерывая его, есть во время еды, пить, когда пьешь, идти, если идешь, и так далее. Ведь только если мы сознательно производим все наши действия, не смешивая их с другими, мы учимся воспринимать их правильно и ценить по-настоящему. И, одновременно, мы наполняем их силой, которая присуща человеку, осозна ющему собственную смертность, — силой несгибаемого намерения.

Таким образом мы достигнем когда-нибудь точки, когда наполнимся несгибаемым намерением, и с этого момента начнут изменяться и наши чувства, и они тоже станут несгибаемыми. Вот тогда мы и узнаем, что значит любить несгибаемо, и будем в состоянии распространить это чувство на все и на всех, даже на весь Космос. А это нечто, за что стоит бороться и ради чего стоит жить.

16. Суммарная обезьянья субъективность и критическая масса.

Великая задача магов состоит в том, чтобы распространить идею, согласно которой для эволюции человечества вначале необходимо освободить свое осознание от привязанности к общественным условностям. Как только осознание освобождается, намерение направляет его по новому пути развития.

Дон Хуан Матус.

Магов из группы Кастанеды часто спрашивают, какое значение имеет завещание дона Хуана в свете глобального кризиса и угрозы дальнейшему существованию человечества. Что думают они о перенаселении, обнищании, разрушении окружающей среды, озонной дыре, тепловом эффекте и многих других проблемах, представляющих реальную угрозу? Ведь эти проблемы не могут быть объяснены синдромом «я — бедная сиротка»? Почему, несмотря на все наши политические, научные и духовные усилия, нам не удается вырваться из созданного нами же тупика и в корне изменить свои условия жизни?

Суть тезисов наследников дона Хуана по этому вопросу Флоринда Доннер-Грау определяет следующим высказыванием: «Причина, почему ничего не меняется, состоит в том, что мы, как отдельные личности, не готовы измениться, — не имеет значения, идет ли речь о политических догмах, об экономических или социальных вопросах или о чем-то ином. Как же можно ожидать от кого-то другого, что он изменится в угоду нам, если мы сами не готовы измениться?».

При этом она, как видим, еще раз подчеркивает точку зрения воина, который принимает на себя ответственность не только за себя, но и за свой мир. Если мы сталкиваемся с проблемами, мы не должны ждать, пока они решатся как-нибудь сами по себе или будут устранены государством и обществом, но должны относиться к ним как к вызову и сами активно действовать.

Однако, говоря об изменениях, Флоринда Доннер-Грау и ее спутники не имеют в виду, что мы начнем прилежно сортировать мусор, займемся политикой или будем жертвовать деньги голодающим странам Третьего мира. Подобные акции, хотя и могут успокоить нашу совесть, но в конечном счете ничего не изменяют. Происходит это потому, что речь здесь идет не об изменениях, но, как и во всех наших современных проектах разрешения проблем, только о перегруппировке и новом упорядочении элементов внутри все той же старой системы. А именно система больна.

С одной стороны, мешает господствующая мужская парадигма, которая дает нам ощущение оторванности от мира и от намерения, в то время как мы являемся интегральной частью целого. Глубоко укоренившееся в нас чувство оторванности поддерживают и воладорес, разделяя нас с нашим энергетическим телом, а также из-за отражения в лужице нашего осознания, раздувающем наше эго, и чуждой инсталляции, которую мы называем «нашим» разумом. Все это делает нас подходящими объектами для подчинения и позволяет воладорес содержать нас как скот и воровать наше осознание.

Самое фатальное в данной ситуации, однако, что мы ее не замечаем и твердо убеждены, что, когда мы говорим об эго, о разуме и о социальном порядке, мы говорим о самых что ни на есть человеческих свойствах и качествах. Нас нисколько не тревожит даже то, что во всей живой природе мы не находим явления, подобного нам, — напротив, это только повышает нашу наглую заносчивость, нашу уверенность, что мы являемся венцом творения, в то время как мы ведем нищенское существование, которое можно сравнить только с позорными условиями существования наших домашних животных.

Если что-то действительно должно измениться, то этим «чем-то» являемся мы сами, — мы должны изменить себя, одновременно освободив. Однако это не означает, что мы должны воевать против господствующего порядка, но что мы все больше и больше отрываемся от него и начинаем учиться самостоятельно думать и действовать. Путь воина и магические пути дают нам средство разорвать цепи социализации, проснуться из повседневного транса. Они освобождают нас из нашего рабства, и мы впервые научаемся чувствовать разницу между жизнью свободного человека и зависимым существованием.

Но даже если все вышесказанное нам удастся, мы все еще остаемся обезьянами, животными-разбойниками, которые заняты собственным благополучием и воспроизведением рода. Лежащие в основе биологические императивы самосохранения и продолжения рода — неопровержимые факты бытия, против которых даже все магические искусства кажутся бессильными. Однако это впечатление, к счастью, обманчиво, потому что при этом мы не учитываем еще один императив, который для магов является центром их интересов.

Флоринда Доннер-Грау поясняет: «С точки зрения природы, первый императив состоит в сохранении рода, однако он нас больше не интересует. Нас интересует развитие, эволюция, поскольку она представляет собой равнозначный, если не более ценный императив, чем продолжение рода. Если мы не развиваемся, если не превращаемся во что-то другое, то мы поистине сами убираем себя с этой планеты, и я думаю, что это будет необратимо.

Мы уже исчерпали наши ресурсы, и я думаю, мы исчерпали их полностью. Осталось ли у нас еще 50 или 100 лет — не играет роли во временных масштабах Земли как планеты. Это совершенно не важно. Как вид мы обречены на вырождение. И в этом смысле эволюция — наш единственный выход».

В последней книге Кастанеда пишет, что у магов имеется собственное представление об эволюции видов. В то время как большинство современных биологов полностью в традициях дарвинизма защищают мнение, что историческое развитие родов определяется наследственными факторами, случайными мутациями и естественным отбором специфических признаков в постоянной борьбе за выживание, маги весьма сомневаются в этом. Эта теория, согласно Кастанеде, хотя и вписывается во многие наблюдения, но ни в коей мере не объясняет многочисленные эволюционные скачки, которые ставят перед сегодняшними палеонтологами все больше загадок.

Например, в кембрийский период в течение всего нескольких тысячелетий в морях развилось неисчислимое количество видов, в то время как миллионы лет до и после этого периода все, казалось, протекает по дарвиновской схеме. Привели ли тогда глобальные изменения и климатические катастрофы к так называемому кембрийскому взрыву, как предполагают в ученых кругах? Или за всем этим стоит что-то другое, сила, которую они до сих пор не замечали? Подобные изменения хотя и могут обосновать необходимость нового развития или эволюции, но они не объясняют, чем же на самом деле эволюция является и какая сила побуждает жизнь ко все более сложным видам и формам. Неужели речь действительно идет только о случайности и борьбе за выживание?

Дон Хуан, как говорит Кастанеда, был убежден, что побуждающей силой в данном случае является намерение и что у каждого существа имеется способность намеревать свое собственное развитие. Он думал, например, что динозавры не вымерли, а превратились в рамках такого акта намеревания в птиц: «Он сказал, что динозавры летали, потому что они намеревались летать. И он добавил, что крылья представляют собой только одно из возможных решений для намерения летать. Возможно, их выбрали потому, что тогда это было самое простое решение, а может, потому, что они были особенно доступны для динозавров. Их потомки, птицы, и поныне летают на крыльях».

Этим вначале звучащим притянутым за уши объяснением дон Хуан оказался на несколько десятилетий впереди исследователей, потому что сегодня наука подтвердила, что птицы действительно являются потомками теплокровных динозавров, а не произошли от холоднокровных рептилий, как очень долго предполагалось. Однозначно, теория магов получила «плюсик», и — для нас — очень важное указание: мы можем себя развивать, если мы это намереваем.

В индивидуальной сфере это удается практикованием магических путей и, прежде всего, пересмотром жизни, в котором намерение присутствует само по себе. Если быть точным, то, практикуя техники магии, мы подключаемся к намерению всех поколений магов, которые практиковали эти техники ранее и с их помощью развивали себя дальше. Мы подключаемся, таким образом, к эволюционному полю намерения, в котором мы просто повторяем то, что предпринимали другие, чтобы успешно завершить подобную трансформацию.

В коллективной сфере подобное развитие, естественно, затруднено, потому что должно быть создано непредставимо большое поле намерения, чтобы осуществить поставленную задачу. Магов интересует и этот путь, и в этом отношении они постоянно подчеркивают два положения: центральную роль женщин в эволюции и эффект критической массы.

Наследники дона Хуана утверждают, что возможность эволюции человечества как вида целиком находится в руках женщин, потому что они располагают собственным творческим органом нашего вида — маткой. Однако матка может быть использована для изменения человеческого вида только в том случае, если будет приостановлена постоянная потеря энергии из-за сексуальных контактов с мужчинами и матка будет использоваться для функции, до сих пор играющей лишь второстепенную роль — как центр развития. Данный путь предполагает также, что мужчины в этом процессе откажутся от их представлений о власти, к чему они пока что не готовы, потому что больше всего на свете боятся именно потери власти. Флоринда Доннер-Грау поясняет: «Что-то внутри мужчины чувствует нависшую угрозу. Это боязнь отказаться от чего-то такого, о чем некоторые мужчины совершенно точно знают, что они должны отказаться, если мы как вид хотим иметь хотя бы один шанс. Они знают совершенно точно, что пришло время освободить место женщине и что и в прошлом ей всегда предоставлялось время, чтобы что-то развить. Например, влагалище должно было изменить свое положение, чтобы соответствовать прямохождению — ну, и кто должен был подстроиться? — мужчина. Его пенис, как следствие, должен был стать больше. И сейчас женщине снова нужно время, и мужчина должен ей это время предоставить. Он должен дать женщине время переключить ее матку на функцию, бывшую до сих пор второстепенной».

Это, однако, не означает, что мы, мужчины, должны спокойно сидеть и ждать, пока женщины спасают будущее человечества. Напротив, путем постоянной практики магических путей мы можем усилить эволюционное поле намерения. Когда-нибудь мы достигнем состояния насыщения, критической массы, которая позволит нам кардинально усилить эффекты нашей собственной практики и сделает возможным для других людей подключение к полю намерения, даже если они прежде ничего не слышали ни о Кастанеде, ни о магах, ни о самом намерении.

Это может произойти, например, таким образом, что они внезапно сами по себе перейдут в состояние сновидения и осознают существование своего энергетического тела. Или они купят книгу, потому что имя автора или обложка покажутся им странно знакомыми. Такие события нередки в поле намерения и усиливаются еще и потому, что все мы связаны энергетическими нитями, которые судьбоносно соединяют нас с другими существами сквозь все ограничения видов и миров, даже сквозь временные рамки.

Маги говорят, что светящиеся коконы всех воспринимающих существ нанизаны, как жемчужины китайского занавеса, на нитях и что все жемчужины соответствующей нити связаны друг с другом как циклические существа. На энергетическом уровне мы осознаем эту связь и в определенной степени участвуем в опыте и осознании всех наших циклических собратьев. Естественно, это не означает, что все наши циклические собратья сразу начнут развиваться, когда начнем развиваться мы, но это сразу облегчит им доступ ко всему, чего мы уже достигли или намеревали.

Таким путем в кооперации со всеми циклическими существами нам, возможно, удастся создать нечто новое, расширить поле намерения, не образуя клубы или объединения и не обращая других в нашу веру. Мы можем осознать, что нам вовсе не нужно объединяться в группы, потому что мы давно уже соединены намерением — а это означает намного больше, чем мы можем предположить в настоящий момент. Ведь вместе мы создаем возможность совершить эволюционный скачок, который вырвет нас из нашего обезьяньего вида и превратит в то, чем мы в действительности являемся: в чистую энергию.

Согласно дону Хуану, мы, когда достигаем свободы и сгораем в огне изнутри, преобразуемся в некоторый вид неорганических существ, которые начинают свое путешествие в невообразимое. Однако это состояние не означает бессмертия, и, может быть, это и хорошо, потому что только в осознании своей конечности мы можем с благоговением предстать перед бесконечным.

Оглавление.

Мудрость Толтеков в новой эпохе. Пролог. Часть 1. ДЕЙСТВУЮЩИЙ ТЕАТР МАГИИ. 1. Краткая история магии. 2. О конце одной линии. 3. Начало новой эры. 4. Товарищи, коршуны, ездоки на подножках. Часть 2. ТЕАТР ОБЕЗЬЯН МИРА ПОВСЕДНЕВНОСТИ. 5. Об энергии, зачатии, сексе и смерти. 6. Большие обезьяны, бедные детки. 1. Презентация и самозащита. 2. Биологический императив к образованию пары и продолжению рода. 7. Женщина, мужчина и природа Универсума. 8. Воладорес: жизнь в курятнике. Часть 3. ТРАНСФОРМАЦИЯ ПОВСЕДНЕВНОГО МИРА. 9. Путь воина. 10. Магические движения. 11. Перепросмотр и внутренний видящий. 12. He-делание, пристальное созерцание, остановка мира. Часть 4. ПО ТУ СТОРОНУ АЛЬКАТРАСА. 13. Que ni te jodan: двойник. 14. Прорыв в оболочке луковицы. 15. Карт-бланш привязанности мага. 16. Суммарная обезьянья субъективность и критическая масса.