Меч Чародея.

Меч Чародея Меч Чародея

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. КАРТА, ПОЛНАЯ ТАЙН.

Меч Чародея

Глава первая. ПУТЕШЕСТВИЕ НАЧИНАЕТСЯ.

Меч Чародея

На следующее утро после прощания с Виллиной Сказочный народ собрался на площади перед Желтым дворцом, чтобы решить, как быть дальше. К ним присоединился и малыш Дром. Великан Дол, явно наученный Парцелиусом, предложил для начала избрать правителя.

— Во всех здешних странах есть свои короли да волшебники, — пробасил он, поглядывая на алхимика. — А у нас никого нет. Это нехорошо, над нами будут соседи смеяться. Давайте выберем в короли всеми уважаемого Парцелиуса, и дело с концом! А уж он разъяснит, кому куда идти и чего делать. Правильно я говорю?

Одни, в основном лешие и водяные, заорали:

— Правильно! Пускай Парцелиус правит! Он самый головастый из нас, да еще и слуг подземного колдуна победил!

Другие, главным образом гномы и маленькие ведьмы, возражали:

— Нет, пусть правителем будет Дурбан! Он самый сильный! Это он привел нас сюда, а ваш глупый Парцелиушка все время подзуживал вернуться назад. И подземных победил не он, а Корина. У-лю-лю! Фьи-и-и! Не хотим Парцелиушку, хотим Дурбана!

Шум поднялся нешуточный. Кое-кто даже пустил в ход кулаки, но Дурбан быстро утихомирил спорщиков, рявкнув:

— Хватит!

Голос у него был такой мощный, что гномы даже сели на землю, а маленьких ведьм разметало по всему саду. Когда наконец все утихомирились, Дурбан предложил:

— Самая мудрая из нас — это королева эльфов Логина. Ей сама Виллина поручила с нами нянчиться. Пускай она скажет свое слово.

Логина взлетела повыше в воздух и оглядела толпу. Вид у нее был озабоченный. Перед отлетом Виллина почти час проговорила с королевой эльфов наедине. Старая Хранительница в самом деле попросила Логину опекать Сказочный народ, и королева отлично понимала, какой нелегкий груз согласилась взвалить на свои хрупкие плечи. Новые жители края Торна не были злыми существами. Но большинство из них, кроме разве что гномов, привыкли быть сами по себе и никому не подчиняться. Как научить их жить дружно и мирно? Это была непростая задача.

Логина сказала:

— Без правителя не обойтись. Да, нас пока немного, Желтая страна велика, и жить, скорее всего, мы можем порознь. Но не забывайте, что в Большом мире остались наши собратья. Сегодня же вечером мы с подругами заиграем на своих волшебных флейтах, и все они узнают, что мы достигли цели. Как знать, может быть, и они захотят прийти сюда. Хорошо было бы, если б их встретил правитель Желтой страны: великан, джинн или кто-то еще. Но выбирать должны вы сами. Давайте голосовать, как делают в таких случаях люди!

— Голосовать? Это что еще за штука? — спросил леший и озадаченно поскреб мохнатый затылок.

Логина долго и обстоятельно разъясняла Сказочному народу, что такое голосование. Когда все вроде бы разобрались, что к чему, проголосовали по команде Логины сначала за Дурбана, а затем за Парацелиуса. Первый получил заметное преимущество, и его сторонники бросились было поздравлять великана, но тут один джинн закричал, что он все перепутал и голосовал не за того. Поднялся страшный шум.

Все пытались перекричать друг друга, объясняя, как надо голосовать, а как не надо. В конце концов Логина схватилась за голову и воскликнула:

— Ничего у нас не выйдет. И как это люди справляются? Давайте сделаем так. Кто хочет, пусть считает королем Желтой страны Дурбана, а кто хочет — Парцелиуса. Оба они достойны уважения. А время рассудит, кто из правителей лучше.

На том и договорились. Дурбан и Парцелиус бросили жребий, кому в какую сторону идти. Великану достался восток, алхимику — запад. Затем Сказочный народ разделился на две группы и разошелся в разные стороны. С Парцелиусом пошло не более трех десятков существ, в том числе великан Дол, джинны Араджан, Пурган и Азарк, привидение и, к всеобщему удивлению, малыш Дром. Кто-то из гномов видел, как накануне вечером алхимик прохаживался с маленьким железным человечком на плече и что-то ему втолковывал. О чем они говорили, было неизвестно, но Дром действительно ушел на запад. Почему-то он не захотел проститься со старыми друзьями, и даже своим любимым Изумрудиком, а только издали помахал им рукой.

Меч Чародея

Страшила очень расстроился.

— Это я во всем виноват, — говорил он, расхаживая по большому залу дворца и потрясая мягкими кулаками. — Как я мог за всей этой суетой забыть о Дроме? То я куда-то лечу, то кого-то спасаю — и все это без моего дорогого велика… то есть хотел сказать, малыша! Понятно, что он обиделся. Где были мои замечательные мозги, куда смотрели нарисованные глаза?

Дровосек как мог утешал друга.

— Не расстраивайся, Изумрудик, — вздыхал он. — Видно, время такое несчастное пришло! Только что мы расстались с Виллиной, а теперь и с Дромом… Но с ним-то мы можем свидеться, когда захотим!

— Верно! — повеселел Страшила, хлопнув себя ладонью по лбу. — И как я не додумался до такой простой мысли? Видимо, от расстройства я изрядно поглупел. Ой!

Страшила в недоумении уставился на упавший с потолка кирпич. Впрочем, это был не кирпич, а Том. Неугомонному медвежонку быстро наскучили грустные разговоры, хотя причины для огорчения были и у него: ведь Роза и лис Родни ушли вместе с Дурбаном, к которому успели привязаться за время вынужденной остановки у перевала. Они звали с собой и Тома, но медвежонок решительно отказался. «Изумрудик и Гуд собираются в большое путешествие, — заявил он. — Дело это трудное, без нас, медведей, не обойтись. Вот, например, Элли не взяла меня с собой в полет на Василе. А что вышло? Некому было этих самых драконов побежать… или побеждать? Нет уж, теперь я промашки не допущу, я впереди всех пойду. А то меня опять забудут».

Меч Чародея

Во дворце Том занялся своим любимым делом — начал лазать по стенам, занавескам и шкафам. Упав в очередной раз, он подскочил вверх, словно мячик, несколько раз перекувырнулся через голову, а затем плюхнулся на мягкий диван. Стоя на нем вверх ногами, он спокойно осведомился:

— И долго будем ахать-охать? Мы в путешествие отправляемся или нет? Если нет, то я лучше побегу, может, еще Дурбана догоню. А если да, то тогда идти надо! Глядишь, скоро наша дорогая Элли прилетит и спросит: а где карта? A у нас-то ее и нету!

Страшила кивнул и с уважением поглядел на стоявшего вверх ногами — медвежонка. Он даже пожалел, что не умеет так стоять. Может быть, в этой позе к голове приливает больше умных мыслей?

Меч Чародея

— Том прав, — вздохнул он. — Надо отправляться в поход., — Пойду позову Аларма.

Он вышел на балкон и увидел, как среди клумб беспечно гоняются друг за другом Пеняр и Кустар. Аларм сидел на изящной каменной скамейке и внимательно разглядывал карту Виллины. Услышав окрик Гуда, он свернул пергамент в трубочку и торопливо зашагал во дворец.

Вскоре, сидя за круглым столом, друзья уже вместе изучали карту. Конечно же, она была волшебной. Большую часть края Торна закрывали белые облака. Только кое-где виднелись просветы, и там можно было разглядеть знакомые места: Изумрудный город, Басту, Когиду, дворцы Виллины и Стеллы, дорогу из желтого кирпича, перевал, ущелье Черных драконов и еще кое-что. Но открытые места составляли не более десятой части от всех земель Волшебной страны.

Страшила не поверил своим глазам, когда увидел небольшое пушистое облако, висевшее всего в нескольких милях на юго-восток от Изумрудного города.

— Быть того не может! — заявил он. — Что-что, а Зеленую страну я знаю как свои пять пальцев. Я даже однажды составил подробную карту, опросив гостей Изумрудного города из многих деревень и хуторов. Да и сам я прошел немало дорог, особенно когда на меня находила скука. Нет возле столицы ничего особенного! Что скажешь, Гуд?

Бывший король был озадачен не меньше. В отличие от Страшилы он сам исходил Фиолетовую страну вдоль и поперек и знал все ее селения наперечет. Что касается Голубой страны, то там он родился и немало побродил по лесам, как любой дровосек. Никаких загадочных мест он не видел и даже не слышал о таких. Однако на карте Виллины страны Жевунов и Мигунов были скрыты несколькими десятками белых облаков!

Аларм и медвежонок смотрели на карту Виллины просто с любопытством. Они мало что видели в краю Торна и не могли понять изумления своих друзей.

— Чего ахаем-то? — осведомился Том. — Подумаешь, облака! Лучше обмозговать, куда идти сначала. Только чур не в ущелье драконов — хватит с нас чудищ, навоевались!

Аларм с улыбкой потрепал медвежонка за плюшевое ухо:

— Том прав — надо решать, откуда начнем путешествие. Сдается мне, белые облака рассеются только когда мы обследуем каждое из этих мест. Но как туда попасть — вот вопрос! Матушка Виллина говорила, что и ей не везде удалось побывать. Эти места явно заколдованы, иначе о них бы все знали.

Страшила кивнул.

— По-моему, Виллина не зря нам ничего не подсказала, — заметил он. — Похоже, придется поработать не только ногами, но и головой.

Гуд осторожно похлопал его по мягкому плечу:

— Ну, если речь пошла о мудрой голове, то это о тебе, Изумрудик. Предлагай!

Страшила так долго и напряженно думал, что из его головы вылезли острые иглы и булавки. С трудом затолкав их обратно, он произнес:

— Да здесь и рассуждать-то нечего. Начать надо из самого что ни на есть странного места. А что может быть страннее, чем белое облако рядом с Изумрудным городом? К тому же это почти центр Волшебной страны. Откуда же отправляться в путешествие, как не из центра?

Поразмыслив, все согласились с мудрыми доводами бывшего правителя Зеленой страны. И дружно ахнули — облачко рядом с Изумрудным городом дрогнуло и на мгновение отплыло в сторону, а затем вернулось на место. Но друзья успели рассмотреть высокую одинокую гору, окруженную кольцом рощ.

Страшила хлопнул себя по лбу.

— Я помню, помню это место! — возбужденно закричал он. — Я своими глазами видел странное кольцо рощ, будто кем-то специально посаженных. Только никакой горы там нет, клянусь Великим и Ужасным Гудвином!

— Кто такой Гудвин? — заинтересованно спросил Том. — Это случайно не наш брат медведь?

Все рассмеялись.

— Нет, так зовут одного волшебника, — отсмеявшись, ответил Страшила. — Правда, на самом деле волшебником он не был, понятно?

— Не-е-е, — замотал головой медвежонок. — Понятно другое: раз в Изумрудном городе когда-то жил волшебник, почему бы рядом не быть заколдованной им горе? Страшила с уважением посмотрел на Тома.

— Должно быть, опилки, которыми фермер Роберт набил твою голову, были высшего сорта, — заметил он.

— А как же — с важным видом кивнул Том. — Других не держим!

Через час, собрав свой нехитрый скарб и запас еды для Аларма, путники вышли на площадь, окруженную цветочными клумбами. Мальчик с грустью закрыл поплотнее центральную дверь дворца и постоял несколько минут, прощаясь с местом, где протекло самое счастливое время его жизни. Затем он решительно повернулся и зашагал по уже знакомому ему пути, ведущему к Изумрудному городу. Товарищи поспешили следом, причем Том не преминул забраться верхом на своего приятеля Пеняра.

Дойдя до ближайшей рощи, все остановились и оглянулись на опустевший Желтый дворец.

— Мы еще вернемся! — крикнул Страшила и помахал шляпой.

Путешествие в Зеленую страну заняло почти неделю и не было отмечено никакими особенными приключениями. Аларм совсем недавно прошел этот путь вместе со Сказочным народом и армией Гуда и потому уверенно ориентировался меж лесистых холмов. Памятуя о том, как он завел большой отряд в болота, на этот раз Аларм взял на несколько миль на восток, в сторону от Гнилой топи. Вскоре им стали попадаться фермы жителей Зеленой страны. Они с радостью приветствовали своего бывшего правителя Страшилу и его друзей. От вездесущих птиц Жевуны узнали обо всех удивительных событиях, произошедших в Желтой стране, но все же хотели услышать рассказ очевидцев. Аларм обычно отговаривался тем, что они очень спешат, но словоохотливый Страшила иногда просил его остановиться хотя бы на пять минут. Мигом собиралась толпа. Изумрудик взбирался на плечи Дровосека и рассказывал об осаде Желтого дворца, о приходе Сказочного народа и о прощании с Виллиной. Само собой, он ни словом не упоминал о Пакире и его подземном царстве. И правильно — к чему зря беспокоить людей? Придет время, и все узнают, какая страшная угроза нависла над Волшебной страной. А может, еще и обойдется…

Несмотря на всю свою выносливость, Аларм нуждался в отдыхе. Остальным долгая дорога была нипочем, но мальчик был живым существом и не мог идти без передышки день и ночь.

Однако Аларм не пожелал задерживать отряд. Слегка покраснев, он сказал:

— Впереди у нас долгий путь, и я не хочу его удлинять. Может, мастеру Гуду будет нетрудно понести меня ну хотя бы час-два?

Дровосек охотно согласился. Каждую ночь он нес Аларма на руках, ничуть при этом не уставая. Будил он мальчика только на рассвете, и Аларм к тому времени успевал выспаться как следует.

К полудню путники вышли на большую холмистую равнину. Впереди, в зеленом сиянии, поднимались башни Изумрудного города.

Глава вторая. ГОРА ГУДВИНА.

Горожане встретили путников с такой неподдельной радостью, что Страшила быстро забыл все свои старые обиды. На центральной площади собралась огромная толпа, и бывший правитель Зеленой страны дал волю своему красноречию. По случаю победы над подземными чудовищами старейшины города организовали большой праздник, который продолжался всю ночь. В воздухе расцветали фейерверки, на улицах царило неподдельное веселье. Конечно, горожанам было жаль, что Виллина навсегда покидает Волшебную страну, но что поделать? Зато Элли, их дорогая фея, становится ее преемницей, а значит, Изумрудный город вновь будет столицей всего края Торна. Ура-а-а!

Только к полуночи друзья покинули гостеприимные улицы и отправились ночевать в Изумрудный дворец. Возбужденный своим успехом, Страшила пригласил друзей в Главный зал, где вновь уселся, с явным удовольствием, на троне Гудвина. До самого рассвета они с Дровосеком вспоминали все былые славные дни. Пеняр с Кустаром с интересом слушали их рассказы об удивительных событиях, некогда происшедших в Волшебной стране. А Том занимался своим любимым делом, да так ловко, что лишь дважды сверзился вниз головой на пол.

Аларм, уставший от огромных толп и непривычного для него городского шума, отправился спать в покои Гудвина, но ему никак не спалось на большой, закрытой балдахином кровати. Дворец, окутанный мглой, казалось, полнился странными шорохами. От одной мысли, что здесь некогда жил таинственный Гудвин, Великий и Ужасный, сердце мальчика трепетало. Гудвина уважала сама Виллина, об остальных и говорить не приходится. И при этом первый правитель Изумрудного города вовсе не был волшебником. Как такое могло быть?

Под утро Аларм не выдержал и отправился бродить по бесчисленным залам дворца. Когда стало светать, он поднялся на верхний этаж и обошел все комнаты, внимательно вглядываясь в окна. Как он и ожидал, никакой горы на востоке не было видно. Почему же это место на карте Виллины скрывало облако?

Вскоре к Аларму присоединились Гуд с Изумрудиком. Страшила лично осмотрел все окрестности города и заявил:

— Вот видите, ничего нет! Что-то Виллина напутала. Нет в Зеленой стране гор, уж я-то знаю!

Дровосек недоуменно пожал железными плечами.

— Что будем делать? — растерянно спросил он.

И тут Аларм обратил внимание на узкую винтовую лестницу, ведущую наверх.

— Интересно… — произнес он, кладя руку на перила. — Поглядим, что ли?

Страшила испуганно замахал руками:

— Ты что говоришь? Да эта же лестница ведет в кабинет самого Гудвина!

— Ну и что? — недоуменно спросил мальчик. — Постойте… Сколько же на ступеньках пыли… Разве никто не заглядывал туда после отлета волшебника в Большой мир?

Страшила озадаченно посмотрел на него:

— Д-да… То есть нет… Мне в в голову не приходило такое! Это же личная комната самого Гудвина, понимаешь? И потом, во дворце полно комнат. Зачем же мне было лезть сюда, на самый верх? Ручаюсь, что даже Корина здесь ни разу не появлялась. Ведь Гудвин для нас — почти то же самое, что Торн! О нем слагают легенды, поют песни… Это он подарил мне замечательные мозги, а Дровосеку — сердце. Как же мы можем забыть о таком?

— Но вы же сами говорили, что Гудвин не был волшебником? — удивился Аларм.

— Э-э… да… То есть нет! — возразил Страшила. — Вернее, это великая тайна, верно, Дровосек?

Гуд кивнул. Когда-то давно они договорились никому не выдавать секрет великого обманщика, чтобы не разочаровывать жителей Волшебной страны. Со временем они и сами стали верить, что Гудвин был Великим и Ужасным чародеем.

Но Аларм ничего этого не знал и потому не отступил. Насмешливо хмыкнув, он стал подниматься по лестнице.

— Стой! — испуганно закричал Изумрудик. — Дверь наверняка заколдована! Или за ней тебя поджидает чудовище — Гудвин был мастером на такие шутки!

Мальчик даже не обернулся. Его разбирало любопытство, и никакие чудовища не могли бы его остановить.

Добравшись до крепкой дубовой двери, он остановился. А что, если и впрямь закрыта колдовскими чарами?

После недолгих раздумий Аларм попросту нажал на ручку — и дверь распахнулась!

Страшила, стоявший внизу, ойкнул и закрыл рукою глаза, ожидая чего-то невероятного и жуткого.

Но ничего не произошло. Аларм вошел в комнату, и некоторое время его не было слышно. Затем мальчик вновь появился в проеме двери — глаза его были распахнуты, рот широко открыт. Аларм пытался что-то сказать, но не смог и в конце концов просто призывно махнул рукой.

Страшила и Гуд переглянулись и буквально взлетели вверх по лестнице, ожидая самого ужасного. Однако комната, в которую они попали, выглядела весьма мирно. Здесь стоял мягкий зеленый диван, маленький столик, шкаф с хрустальной посудой и верстак, засыпанный стружками. В углу помещалось чучело какого-то странного зверя с драконьим телом, пятью глазами и выдающимися вперед челюстями, усеянными мелкими острыми зубами. Чучело было недоделано и тем не менее выглядело почти как живое.

Но отнюдь не дракон ошеломил Аларма. Мальчик подбежал к хрустальному окну и указал на юго-восток. Там, в окружении пяти пышных рощ, возвышалась коническая гора, обвитая спиральной дорогой, доходившей до самой вершины. Над горой висело белое пушистое облачко.

— Не может быть… — прошептал Страшила, вытаращим глаза. — Это, наверное, просто картинка на стекле…

Вместо ответа Аларм распахнул окно, и в комнату ворвался свежий ветер. Гора осталась на месте.

Не говоря ни слова, Страшила спустился по лестнице, а затем вновь поднялся, но уже не торопясь. Вид у него был крайне озабоченный, но изумление уже прошло.

Из остальных окон не видно никакой горы, — заявил он. — Должно быть, Гудвин знал какой-то секрет… Я же говорил, что он был великим мудрецом! Так или иначе, нам надо хорошенько запомнить дорогу к этой горе-невидимке.

Подойдя к окну, трое друзей внимательно оглядели окрестности горы. Они заметили, что из соседней рощи к ней тянется хорошо утоптанная тропинка.

— Все понятно, — сказал Гуд. — Надо найти эту тропинку, и она приведет нас к горе Гудвина. Конечно, гора тоже заколдована, но зато мы знаем, как ее искать!

На том и порешили.

Когда солнце поднялось над лесистым горизонтом, друзья вновь выступили в путь. На этот раз их никто не заметил и не провожал — горожане спали, утомленные ночным празднеством. Гуд осуждающе покачал головой, глядя на храпящих около ворот стражников, но будить их не стал.

Обойдя городскую стену, путники отправились на восток. Настроение у всех было приподнятое. Наконец-то началось их настоящее путешествие, и оно виделось всем, особенно Тому, в розовом свете. Медвежонок лихо скакал на Пеняре впереди небольшого отряда и распевал только что сочиненную песенку:

Мы идем в Большой поход. Ура-а-а! Страшила, который набит соломой, Дровосек, сделанный из железа, Аларм, смелый и сильный воин, Кустар, знаменитый своими колючками, Пеняр, славный и веселый парень, А главное, самый смелый, славный, веселый и добродушный из медведей Том. Ура, ура, ура, ура!!!

Прохладный утренний ветерок обвевал им лица, но день обещал быть жарким. Аларм не выдержал, снял свою роскошную лисью шкуру и спрятал ее в рюкзак. Доспехи ему тоже хотелось снять, но он не рискнул это сделать. Мальчику было не привыкать к длительным переходам. Некогда вместе с Роханом они обошли почти половину Желтой страны, но там было куда прохладнее.

Вспомнив о Рохане, мальчик помрачнел. «Неужели мы действительно никогда больше не увидимся?» — подумал он и вздохнул.

Пройдя несколько миль, путники подошли к большой роще кленов, тополей и ветвистых вязов.

Страшила сказал:

— По-моему, из этой самой рощи и выходит тропинка, ведущая к горе. Надо обойти ее со всех сторон — где-нибудь тропинка да найдется.

Так они и сделали, но никакой тропинки не нашли. Посреди кольца из пяти округлых рощ располагалась очень большая поляна, заросшая высокой сочной травой. Аларм вместе с Дровосеком пересекли ее в нескольких местах, но ничего не обнаружили. Затем они стали прочесывать рощу, пытаясь отыскать хоть какие-то следы тропинки, но не тут-то было.

В конце концов путники уселись под высоким вязом на старом бревне, не зная, что делать дальше. Настроение у всех, даже у Тома, упало. Веселого, легкого путешествия что-то не получалось.

Через полчаса на поляну выехала повозка, которую тащил мохнатый понурый пони. Им управлял старик в широкополой зеленой шляпе. Спустившись на землю, старик достал из повозки косу, немного поточил ее, а затем начал методично косить траву. Заметив сидящих неподалеку путников, старик даже крякнул от удивления и едва не выронил косу.

— Вот это дела! — выпалил он, глядя на Страшилу и его друзей. — Сам Мудрый правитель пожаловал на Мокрый луг!

Сняв шляпу, он низко поклонился, что в его солидном возрасте было совсем нелегко.

Страшила вскочил с бревна и подбежал к старику.

— Что же вы мне кланяетесь, дедушка, укоризненно воскликнул он, — Я давным-давно никакой не правитель, разве вы не слышали? Сейчас в Изумрудном городе царствует фея Элли, а до нее много лет на троне сидела колдунья Корина.

— Да ну? — искренне удивился старик, с трудом распрямляя спину. — Хороши же дела творятся в Изумрудном городе! По правде говоря, я там давненько уже не был, хоть и живу почти рядом. Но мое дело простое, крестьянское. Всю жизнь провозился с лопатой да косой в руках, куда мне следить за колдуньями и феями. Да и живу я на ферме давным-давно один. Дети, почитай, лет десять меня не навещали. Значит, сейчас у нас правит Элли? Это хорошо, это правильно.

— Вы помните Элли, дедушка? — обрадовался Страшила.

— А как же! — ответил фермер. — Однажды в молодости я пошел по дороге из желтого кирпича, чтобы, значит, травы накосить для моей лошадки. Вижу диво дивное: идут по дороге девочка ростом повыше меня, а с ней железный человек, лев и пуга… то есть вы, уважаемый Страшила. Я так и простоял часа два с разинутым ртом. Молодой был, ясное дело, глупый…

— И в этих местах вы в то время бывали, дедушка? — спросил Страшила.

— А как же не бывать! Бывал. Трава здесь самая сочная в округе, потому как родников тут много. Я на этом лугу с самого детства косил, еще когда был жив мой дед.

— Интересно, а вы никого тут не встречали? — вкрадчиво спросил Изумрудик. — Ну, скажем, такого лысого человечка, в зеленом сюртуке, с пышными бакенбардами — словом, непохожего на всех жителей нашего края?

Старик оперся на косу и надолго задумался. В это время, заинтересовавшись, к ним подошли Гуд с Алармом.

Меч Чародея

— Ну как же, видал, — наконец сказал старик. — Один раз видал. Кошу я траву, а он идет в рощу да оглядывается, словно кого-то опасается. Но меня не приметил. Зашел во-он за тот старый вяз — он и тогда был таким же старым, обошел его кругом, попрыгал на одной ножке и пропал! Честное слово, пропал! Я чуть себе ноги не скосил от удивления. Часа через два он опять появился возле вяза, словно с неба свалился. Увидел меня — и как припустит в сторону города!

Низко поклонившись, Страшила сказал:

— Спасибо большое, дедушка, вы нам очень помогли. А теперь наша очередь вам помочь. Друзья, кто из вас умеет косить траву?

Выяснилось, что Аларм был хорошо знаком с косой, да и Гуд не забыл тех времен, когда во время уборки урожая откладывал в сторону топор и помогал фермерам собирать пшеницу. По очереди они вдвоем быстро скосили половину луга. Кустар и Страшила разложили скошенную траву так, чтобы она быстрее сохла. Том с Пеняром весело прыгали вокруг них, больше мешая, чем помогая. Старик, тем временем, уселся в теньке рядом с повозкой и, покачивая головой, бормотал:

— Ну и дела! Сразу два правителя, Страшила и Дровосек, для меня траву косят. Никто из соседей небось не поверит!

Нагрузив полную повозку, путники проводили старика, а затем дружно побежали к вязу, стоящему на краю рощи. Пеняр успел опередить всех. Том кубарем скатился с него и закричал:

— Чур, я первый!

Делать было нечего, и просьбу медвежонка пришлось уважить. Он с гордым видом обошел вокруг вяза один раз, а затем проделал то же, прыгая на одной лапке. Допрыгав до поляны, он вдруг исчез.

— Уф! — выдохнул Аларм и вытер со лба пот. — Получилось!

Он проделал такие же два круга и тоже растворился в воздухе. За ним последовали Страшила и Дровосек. Кустару и Пеняру пришлось потруднее — они не привыкли прыгать на одном корне, но после нескольких неудачных попыток им это удалось.

Меч Чародея

Друзья оказались у подножия высокой бурой горы, вершина которой утопала в белом как молоко облаке. Хорошо утоптанная тропинка вела к дороге, которая спиралью поднималась наверх. Не раздумывая путники начали восхождение. Странное дело, но по мере подъема окружающая местность менялась, да так, словно кто-то крутил колесо времени назад. Приблизительно на середине пути друзья увидели еще не достроенный Изумрудный город. По башням дворца ползали строители, устанавливая на вершинах шпилей крупные изумруды. Когда же друзья добрались до вершины, то от столицы Зеленой страны не осталось и следа. Видимо, они попали во время, когда Гудвин еще не прилетел.

На вершине их ждали еще два сюрприза. Поначалу все окутывал туман, но стоило Аларму достать из своего рюкзака карту Виллины, как белесая пелена быстро рассеялась и в голубом небе вновь засияло солнце. То же самое произошло и на карте — белое облачко в центре Зеленой страны растаяло, и на его месте появилось изображение горы. Под ним вспыхнула красная надпись: «Гора Гудвина».

— Почему Гудвина? — пробормотал Страшила. — Непонятно, при чем здесь… ой-ой-ой!

Бывший правитель, хотя и был сделан из мягкой соломы, отнюдь не был трусом. Но сейчас он подпрыгнул, словно заяц, и дал деру. Гуд удивленно обернулся — и с глухим стоном схватился за пластину на груди, под которой билось его замечательное шелковое сердце.

В нескольких шагах от них, на округлом валуне сидел… сам Гудвин. Великий и Ужасный задумчиво глядел на зеленую равнину, на которой он когда-то построит — или построил? — Изумрудный город.

Аларм и оба живраста тоже были удивлены, но они никогда не видели Великого и Ужасного волшебника и потому ничего поначалу не поняли. Что касается Тома, то он был очень непосредственным медвежонком. Без тени смущения он подошел к сидящему на камне человеку и протянул ему лапку.

Меч Чародея

— Привет, меня зовут Том, — вежливо сказал он. — Меня сделал дядя Роберт из лучшего в мире плюша и… ой!

Лапка медвежонка прошла сквозь руку Гудвина, как сквозь воздух. Сам же лысый человек даже не пошевелился, точно не заметил стоявшего перед ним Тома.

Это… это… это призрак! — пискнул медвежонок и закрыл лапками глаза.

Прошло немало времени, прежде чем путники успокоились. Да, на валуне сидел не сам Гудвин, а его бесплотная и к тому же застывшая копия!

— Колдовство, да и только! — развел руками Страшила. — Интересно, кто мог заколдовать Великого и Ужасного? Или он заколдовал сам себя? Ума не приложу, хотя ум мне подарил тот же Гудвин…

— А мне интересно другое, — сказал Аларм. — Вы видите, куда этот призрак смотрит?

Далеко-далеко на юго-западе посреди леса стояло странное здание, увенчанное семью белыми башнями. Без всякого сомнения, Гудвин смотрел именно на него.

— Вот вам и ответ, куда идти дальше, — нервно усмехнулся Аларм. — Только где находится этот дворец?

Страшила озадаченно почесал затылок.

— Вроде бы в Голубой стране, — нерешительно ответил он — где-то неподалеку должен быть замок Людоеда… да вот же он среди высоких елей, видите? Это совсем близко от дороги из желтого кирпича. Помнишь, Дровосек, как мы однажды там попали в ловушку?

Гуд кивнул:

— Я также помню, что от замка Людоеда до Изумрудного города дня два пути. Может, попросим у фермеров пони? Хм-м… что-то я плохо вижу этот белый дворец…

Он снял с плеча рюкзак, достал из него большую подзорную трубу и только было хотел приставить ее к глазу, как Том завопил:

— Стой! Не смотри в эту трубу! Не смотри!

Гуд удивленно опустил подзорную трубу, а затем охнул и с размаху стукнул себя ладонью по лбу — так, что по вершине горы прокатился звон.

— Тьфу, как же я мог забыть про подарок Элли! — огорченно воскликнул он. — Она же меня, старого дурака, предупреждала: мол, эта труба не простая, а волшебная и сумеет здорово сократить нам путь. А вот как ею пользоваться, я вспомнить не могу…

Том важно выставил вперед лапку.

— Это дело поправимое, — пробасил он, пытаясь выглядеть посолиднее. — С нами, с медведями, не пропадешь! Я эту самую трубу отлично знаю, с ее помощью я однажды сразу от двух драконов убежал. Кстати, я об этом рассказывал?

— Рассказывал, рассказывал, — поспешил заверить его Страшила, опасаясь, что болтливый медвежонок затянет долгую историю. — Только как пользоваться волшебной трубой, ты не говорил. Небось забыл?

— Вот еще! — возмутился Том. — Значит, так: возьмитесь за руки… да нет, не так, а чтобы из вас получилась цепочка! Хорошо. А теперь ты, Аларм, бери меня за лапу, чтобы я, значит, стал первым. Понятно? А теперь дай мне трубу.

Гуд вручил подзорную трубу Тому. Тот деловито оглядел друзей — все ли они взялись за руки? — а затем поднял трубу к глазам.

Через мгновение шесть путешественников оказались возле стен белого дворца.

Глава третья ХРАМ СЕМИ ИДОЛОВ.

— Вот это да! — воскликнул Страшила, задрав кверху голову и придерживая рукой шляпу, чтобы она не упала.

Белый дворец походил на огромную каменную корону. Нижняя, круглая, часть была выложена из серых гранитных плит, а сверху, словно зубцы, высились семь слегка изогнутых башен из сахарно-белого мрамора. Со всех сторон дворец окружал густой, непроходимый лес, так что путники еще раз мысленно поблагодарили Элли, подарившую им волшебную подзорную трубу. Без нее путешествие к белому дворцу оказалось бы долгим и трудным.

Дворец, очевидно, был построен много сотен лет назад. Лес за это время вплотную подступил к нему и обвил стены и башни хмелем и диким виноградом. Странно, но здесь не было ни птиц, ни животных. Зато воздух пестрел сотнями разноцветных бабочек и стрекоз, да таких крупных, каких не было больше нигде в Волшебной стране.

— Что-то непохоже это на дворец, — задумчиво произнес Гуд, поглаживая рукоять топора. — Да и откуда ему взяться в моей родной Голубой стране? Не было у нас никогда никаких королей… по крайней мере, я о таких не слышал.

— А разве ты слышал о горе Гудвина? — резонно возразил Страшила. — Нет. Но мы только что побывали на ее вершине, верно? А ты что скажешь, Аларм?

Мальчик нахмурил брови, словно о чем-то вспоминая.

— Мне кажется, это не дворец, а храм, — пробормотал он.

— Храм? Что это такое? — заинтересовался Том, прыгая вокруг них верхом на Пеняре.

— Ну-у… Даже не знаю, как объяснить, — пожал плечами Аларм. — У нас в стране Рудокопов есть Священный источник, из которого вытекает усыпляющая вода… Так вот, года за два до моего рождения король Тогнар построил на берегу источника большой и красивый дом. Внутри он приказал установить статую какого-то злого-презлого старика. Отец рассказывал, что стражники по приказу короля загоняли людей в это здание и заставляли поклоняться статуе.

Каменный дом он приказал называть храмом, а статую — Верховным Божеством.

— Чепуха какая-то, — проворчал Страшила. — Ладно, пойдем посмотрим.

Путники направились ко входу в храм. Впереди шли Гуд с топором наготове и Аларм с мечом в руке. Они поднялись по полуразрушенным каменным ступеням и вошли под высокие своды. Внутри было сумрачно и прохладно. Очутившись в большом полукруглом зале, друзья в изумлении остановились. Прямо перед ними возвышались семь огромных, футов в тридцать высотой, каменных идолов. Трое, что стояли слева, поражали страшными, искаженными злобой лицами. Трое, находившихся справа, светились добрыми, радушными улыбками. Идол, расположенный посередине, имел равнодушный, лишенный всякого выражения лик. Каждая статуя имела по три глаза — два были закрыты, а третий ярко светился. К подножиям идолов вели отдельные лестницы.

— Точно, это храм, — хриплым от волнения голосом сказал Аларм.

— Да, на дворец не похоже, — согласился растерянный Изумрудик. — Ни один король не захотел бы жить среди этих громадин.

— Интересно, кто его построил? — пробормотал Гуд, — Уж точно это сделал не Торн.

Том ничего не сказал — он сидел верхом на Пеняре и таращил разноцветные пуговичные глаза на статуи. Они казались маленькому медвежонку ростом с гору.

Аларм с надеждой повернулся к Страшиле.

— Уважаемый Изумрудик, что будем делать дальше? — спросил он.

Соломенный человек вновь приставил палец ко лбу и задумался. Иглы и булавки стали выпирать из его головы так быстро, что Гуд едва успевал их запихивать обратно.

Наконец Страшила улыбнулся и сказал:

— Виллина сказала, что меч Торна спрятан в каком-то лесном урочище. Поскольку это храм, то меча здесь нет. Так?

— Так, — дружно согласились Аларм и Гуд.

— А раз меча здесь нет, то нам предстоит отправиться отсюда в другое место. Но его можно разглядеть только с высоты, то есть с вершины одной из башен. Верно я рассуждаю?

Друзья только кивнули в ответ, с уважением глядя на Изумрудика.

— Башен в храме семь, идолов тоже семь, — продолжил Страшила, очень довольный своей сообразительностью. — И к каждому каменному страшилищу ведет лестница. Но у ног она заканчивается. Что это, по-вашему, означает?

— То, что лестницы продолжаются за спинами статуй! — воскликнул Аларм, возбужденно взмахнув мечом так, что в воздухе раздался свист.

— Осторожнее, мой мальчик, — снисходительно улыбнулся Страшила. — Конечно же, ты прав. Но как заставить статуи повернуться к нам спиной? И какую именно статую выбрать? Вот в чем проблема.

— По-моему, все дело в красных глазах идолов, — нерешительно предположил Гуд.

— А я считаю, что главное — лестницы, — возразил Аларм. — Наверняка они построены с каким-то секретом. Э-э, да что рассуждать попусту!

Он решительно направился к крайней правой лестнице, решив, что идол с самым добрым лицом не может таить зла на путников. Но Кустар опередил своего друга и первым вскочил на ступеньку. Тотчас лестница с оглушительным грохотом рухнула, и на ее месте в полу открылась пропасть.

К счастью, Аларм успел одним прыжком одолеть расстояние до края провала. Он схватил растерявшегося Кустара за ветку и мигом вытянул из пропасти.

— Так, так… — прошептал ошеломленный Страшила. — Надо быть осторожней, друзья, не то мы здесь все погибнем…

— Я же говорил, что дело в глазах идолов, — вздохнул Гуд, — только как до них добраться?

Аларм вытер со лба выступивший пот. Затем он снял с плеча лук, вложил в него стрелу и прицелился в сверкающий красный глаз соседнего, второго справа каменного гиганта.

— Э-э, да разве в него попадешь… — с безнадежным видом вздохнул Страшила. — О-о, вот это да!

Меч Чародея

Стрела описала высокую дугу и вонзилась точно в глаз идола. Красное сияние погасло, и неожиданно открылись два нижних глаза, до сих пор закрытые белыми каменными веками. Ласковая улыбка на лице идола сменилась на злобную полную ненависти, ухмылку. Лестница, ведущая к его ногам, вспыхнула ослепительным пламенем. Страшила с воплем отпрыгнул в сторону.

— Хорошо, что ты попал точно в цель, сынок! — воскликнул Гуд. — В таком жарком огне даже я бы расплавился. Делать нечего, придется тебе поразить красные глаза и остальных истуканов, иначе кто-нибудь непременно попадет в губительную ловушку.

Аларм снисходительно улыбнулся.

— Это нетрудно, — сказал он. — Еще отец учил меня стрелять из лука, а потом моим наставником был сам мастер Рохан. Да и стрел у меня хватит… э-э, что это?!

Мальчик с изумлением смотрел на свой колчан. В нем должно было находиться около трех десятков стрел, но сейчас почему-то было всего шесть!

У Тома наконец-то прорезался голос.

— Я же говорил, что этот храм заколдован! — взвизгнул он. — Вперед, Пеняр! То есть назад!

Пень повернулся и понесся к выходу. Внезапно каменные двери со скрежетом затворились.

Друзья испуганно переглянулись. Путь назад был отрезан.

— Я, кажется, понял… — прошептал Страшила. — Дорога на которую мы ступили, ведет к мечу Торна… А это значит, что тебя, Аларм, на каждом шагу будут ожидать испытания. Меч достанется лишь тому, кто заслужил право владеть им!

Мальчик глубоко задумался, опустив голову. Еще недавно путешествие по Волшебной стране казалось ему веселым, захватывающим приключением. А теперь оно обернулось игрой — но игрой по жестким, суровым правилам. И проигрывать было нельзя, иначе отец может навсегда остаться в рабстве у проклятого Пакира!

Том скакал кругами на Пеняре и вопил:

— Чего ждешь, Аларм? Стреляй быстрее, я на солнышко хочу!

Однако Гуд строго сказал:

— Не кричи, Том. И не торопи его! Аларму промахиваться теперь нельзя. Ни разу — понимаешь?

Мальчик постоял несколько минут с закрытыми глазами, пытаясь сосредоточиться. Рохан учил его, как сохранять хладнокровие в бою, но сердце мальчика все равно бешено колотилось.

Наконец, вздохнув, Аларм открыл глаза. Старательно прицелившись, он выстрелил в соседнего, третьего по счету идола.

— Попал! — восторженно закричал Страшила и потряс в воздухе тростью.

И вновь красный глаз погас, и вновь доброе лицо исказилось злобой. Лестница ушла под пол, и из-под ног идола хлынул водопад. Все, даже обычно невозмутимый Кустар, вздрогнули. Если бы кто-нибудь встал на ступеньку, то мгновенно бы погиб.

Меч Чародея

— Та-а-к, с «добрыми» идолами все ясно, — жестко усмехнулся Аларм и вложил в тетиву очередную стрелу. — посмотрим, может быть, злые окажутся поласковее к своим гостям.

Все три последующие выстрела оказались точными. Увы, это не изменило выражение на лицах истуканов, и они явили путникам поочередно непроходимое болото, каменную стену и лес из железных пик. Путь к башням храма явно пролегал не здесь.

Облизнув пересохшие губы, Аларм прицелился в красный глаз среднего идола, равнодушно глядевшего на него с тридцатифутовой высоты. Увы, рука мальчика дрогнула. Стрела, вспыхнув, растаяла в воздухе.

— Какой же я растяпа! — расстроенно воскликнул мальчик. — У меня осталась всего одна стрела, а статуи-то две!

— Как две? — удивился Гуд. — А где же вторая? Аларм молча указал на самую первую статую — ту, которая едва не погубила Кустара в бездонной пропасти.

— Да здесь и думать нечего, — сказал, нахмурившись, Гуд. — Самый правый идол и так нас славно встретил, нечего тратить на него последнюю стрелу. Что скажешь, Изумрудик?

Соломенный человек растерянно пожал плечами.

— Даже не знаю, — неуверенно ответил он. — Вроде бы Гуд прав. А может быть, и нет… решай сам, Аларм, положись на свое сердце. Моя мудрость больше ничем не может тебе помочь. Пускай же тебя ведет любовь к отцу!

Эти слова ободрили мальчика. Он уверенно сделал несколько шагов вправо, встал напротив крайнего идола и послал в цель последнюю стрелу. И произошло чудо! Два закрытых глаза статуи открылись, и в них не было зла. Статуя улыбнулась Аларму и медленно повернулась к нему спиной, открыв за собой узкий ход, ведущий наверх. Из провала в полу вновь поднялась лестница, и Том верхом на Пеняре с гиком пронесся впереди всех.

Спиральная лестница вывела путешественников на вершину одной из башен храма. Отсюда открывался удивительно красивый вид на Голубую страну. Страшила и Гуд, перебивая друг друга, показывали на Когиду, зубчатые стены замка людоеда, ущелье Черных драконов… Счастливый Аларм тем временем достал волшебную карту Виллины. Солнце засияло еще ярче, словно вышло из-за невидимой тучи, и путники увидели далеко на севере синий лес, опоясанный округлой желтой стеной. Тотчас на карте растаяло одно из белых облачков, и на его месте появилось изображение Леса Призраков, окруженного Бесконечной стеной.

Через несколько минут еще дальше на севере засияла серебристая лента, и карта назвала ее Лунной рекой.

Меч Чародея

На юге они увидели вьющуюся среди лесов и полей дорогу из желтого кирпича, высокую гору, у подножия которой находился вход в пещеру Гингемы, и перевал. Внимание путников привлекло большое белое облако, висевшее над желтой дорогой, невдалеке от цепи гор.

— Интересно, где же начинается эта дорога… — проговорил Страшила. — Элли рассказывала мне, будто сама Виллина ни разу не видела это место… Ух ты!

Облако вдруг исчезло и путники увидели, что желтая лента упирается в лес каких-то странных разноцветных деревьев.

— Что такое? — удивился Гуд. — Уж я-то в деревьях знаю толк, а ничего подобного не видел. На сосны они не похожи… и на лиственницы тоже… и на вязы… Аларм, что говорит твоя карта?

Мальчик взглянул в нижний угол карты и прочитал: «Каменный лес».

— По-моему, туда нам и надо, — решительно заявил Страшила. — Это же страшно интересно — место, откуда берет начало дорога из желтого кирпича! А я-то думал, что ее построил Гудвин вместе с Изумрудным городом. Но ведь могло быть и иначе: он мог заложить город там, где кончалась дорога, чтобы не тратить силы на ее постройку. Что ни говорите, а Гудвин был большим мудрецом!

Аларм согласно кивнул и спрятал карту в рюкзак. Чуть помедлив, он достал из кармана сверкающий красный камень и задумчиво посмотрел на него. Все дружно ахнули.

— Это еще что? — воскликнул Гуд. — Откуда ты взял эту штуку, сынок?

Мальчик смутился.

— Это глаз того доброго идола, — запинаясь, произнес он. Сам не знаю, почему я подобрал его со ступеньки. Наверное, я выбил его стрелой… Выбросить?

— Ни в коем случае! — закричал испуганно Страшила. — Глаза идолов на дороге не валяются, тем более рубиновые! Возможно, он нам еще пригодится. Спрячь его в карман, а там видно будет.

Аларм так и сделал.

Взявшись за руки, друзья вновь доверили волшебную трубу Тому. Гордый и довольный собой, медвежонок приставил ее к правому глазу-пуговице и посмотрел на опушку Каменного леса.

Глава четвертая. КАМЕННЫЙ ЛЕС.

Путники, задрав головы, в благоговении смотрели на Каменный лес. Как ни высоки были башни храма Семи идолов, деревья в этом невероятном лесу были еще выше. Перед Страшилой и его друзьями стояла стена из густо переплетенных граненых ветвей и могучих конических стволов. Пробраться между ними было бы нелегко. Да и куда идти, что искать?

Гуд, лучше всех разбиравшийся в деревьях, был сильно озадачен. Вряд ли даже его острый топор сможет одолеть этих исполинов. Железный Дровосек предложил друзьям пройтись вдоль опушки — посмотреть, нет ли где прохода.

Больше часа путники шли вдоль края Каменного леса. Им встречались самые разнообразные громады-деревья: из красного и черного гранита, белые мраморные, серые известковые, зеленые с желтыми прожилками из малахита, золотистые из янтаря, голубые из берилла и многие, многие другие. Аларм, как любой рудокоп, прекрасно разбирался в камнях, но и он порой не мог понять, из какого материала «выросло» то или иное дерево. Глаза мальчика сияли от восхищения. Он-то знал, каким трудом достаются рудокопам малахиты и бериллы — а здесь их было в таком количестве, что бери не хочу! Но ни один ствол, ни одна ветка не были тронуты топором… вернее, киркой. Видимо, никто из жителей Голубой страны даже не подозревал о существовании чудесного леса.

Шедший впереди Гуд радостно вскрикнул и указал на золотистую ленту, пересекавшую вдали зеленую равнину. Это была дорога из желтого кирпича. Путники обрадовались и прибавили шаг. Им казалось, что разгадка Каменного леса лежит совсем рядом. Но они ошибались. Дорога из желтого кирпича упиралась в непроходимую стену леса. Деревья в этом месте были чуть пониже, но зато из красного гранита, так что пройти здесь не смог бы даже гибкий Кустар.

— Славно, славно… — пробормотал Страшила, почесывая затылок. — Может, тут и был когда-то проход, да он давно зарос. Что скажешь, Гуд?

— Мигуны выковывала лезвие моего топора из самой лучшей стали, отозвался Дровосек. — Но даже оно едва ли перерубит ветви из гранита.

— Да, здесь не пройдешь, — согласился Аларм. — Разве что Том…

Медвежонок слез с Пеняра, расправил плечи и вразвалку направился к лесу. Он легко пролез под нижними ветвями и исчез из вида.

Минут через десять он выскочил обратно с вытаращенными от ужаса глазами-пуговицами.

— О-о! — завопил он, размахивая лапками. — Та-а-ам… та-а-ам т-т-та-кое!..

Отойдя подальше от леса и немного успокоившись, Том объяснил более толково:

— Там, за тремя деревьями, я нашел большую-пребольшую поляну — шагов в сто, не меньше. И т-там… Как она гаркнула, как бросилась на меня!

— Кто гаркнул-то? — сердито спросил Страшила. — Объясни как следует.

— Птица… Только огромная, я таких никогда не видел! И словно бы не живая, а… каменная, что ли… Глаза красные, как у тех семи идолов, когти железные, клюв тоже… Жуть одна! Еле лапы унес…

— Только каменных птиц нам не хватало! — расстроился Аларм.

— Ну, птицы — это ничего, с ними мы справимся, — улыбнулся Страшила. — Меня они побаиваются, даже орлы! Гуд, помнишь, как однажды я одолел целую стаю ворон с железными клювами?

Дровосек кивнул.

— Пойдемте дальше, — предложил он. — Быть может, где-нибудь и отыщется дорога через лес.

Дороги они не нашли, но через полчаса обнаружили три тропинки. Они были настолько узкими, что ни Аларм, ни Дровосек не смогли бы протиснуться среди густого переплетения ветвей, не говоря уже о полненьком Страшиле. После недолгого совещания на разведку в лес отправились Кустар, Пеняр и Том. Медвежонка уговаривали остаться, но он уже успел забыть о недавно пережитых страхах и рвался в бой.

— Чего мне бояться-то? — обиженно ворчал он. — Что я, каменных ворон невидал? Если заблудюсь — или заблужусь? — меня Кустар с Пеняром запросто найдут. Небось во всем этом лесу нет больше ни одного медведя.

— Но они также запросто могут и потерять тебя из виду, — возразил Гуд. — Ты же такой маленький!

— Не увидят, так услышат, — упирался Том. — я так зареву, что все деревья затрясутся. Знаете, как ревут медведи?

Он выпятил грудь, широко раскрыл рот и тоненько завыл:

— У-у-у… у-у-у… у-у-у… — Страшно, правда?

И вот трое разведчиков: Кустар, Пеняр и Том, исчезли за деревьями. Оставшиеся путники расположились на пригорке, греясь на ярком солнышке. В небе плыли редкие облачка, дул легкий ветерок. Аларм растянулся на траве и закрыл глаза — он так и не свыкся с ярким солнечным светом.

— Интересно, что они найдут? — проговорил он. — Неужели опять какой-нибудь храм или гору?

— Вряд ли, — откликнулся Страшила.

— А я надеюсь, что моему топору все же найдется работа, — вздохнул Гуд. Он достал из-за пояса масленку и стал смазывать суставы рук и ног. — Обидно оказаться в лесу и не срубить ни одного дерева! Может, все-таки попробовать, а, Изумрудик?

— Нет, нет! — испуганно воскликнул Страшила. — Разве ты не видишь, что это путешествие не столько для ног и рук, сколько для головы? Подождем, что расскажут наши разведчики.

Ждать пришлось долго. Солнце уже начало склоняться за кроны каменных исполинов, когда на опушку почти одновременно вышли Том, Кустар и Пеняр. Вид у всех троих был довольно потрепанным, а Том к тому же изрядно извалялся в пыли.

Оказалось, что тропинки вели к огромным деревьям, намного более высоким, чем все остальные. Кустар обнаружил красное рубиновое дерево, Пеняр — изумрудное, а Том — желтое, из простого камня.

— Какого такого камня? — с интересом спросил Аларм. — Может быть, серы или пирита?

— Откуда я знаю? — сердито отвечал Том, камень как камень, желтый такой, понятно? Листья похожи на кирпичи. Их там под стволом навалено видимо-невидимо!

Страшила задумался.

— А не похожи ли эти кирпичи на те, из которых построена старая дорога? — спросил он с надеждой.

Том развел лапками.

— Может, похожи. А может, и нет. Желтые они, ясно?

Аларм переглянулся со Страшилой и сказал:

— А ну-ка, Пеняр, сажай на себя Тома и дуйте к желтой дороге. Том, погляди как следует: может быть, она вымощена такими же «листьями»?

Пеняр от удовольствия высоко подскочил и воздух и подбежал к медвежонку, дружелюбно подмигивая единственным глазом.

— Ладно уж, съезжу, — буркнул Том.

Он был недоволен тем, что его не похвалили. Друзья и не подозревали, как ему было страшно там, в каменных джунглях. И на тебе — никто даже лапу не пожал!

Солнце зашло за кроны деревьев, и стало быстро темнеть. Том верхом на Пеняре запрыгал в сторону дороги. Вернулись они, когда в небе замерцали первые звезды.

— Ну что? — нетерпеливо спросил Страшила.

Том неторопливо слез с Пеняра, потянулся, зевнул и лениво произнес:

— Подождите. Подождать, что ли, не можете? Надо медведю немного отдохнуть? То им через весь лес иди, то скачи взад-вперед… А вы знаете, как в лесу было темно? Хорошо еще, что у меня три глаза. Третий мне пришила Элли, когда мы путешествовали и подземном царстве. Хотите, расскажу?

— Были мы там, были, — перебил его Аларм, невольно улыбаясь. Конечно, медвежонок был слишком болтлив, но сердиться на него было совершенно невозможно. — Память у тебя дырявая, Том.

— Ничего подобного! — обиделся Том. — Да, ты там был, согласен, и Страшила тоже… и Кустар с Пеняром… А вот Гуд не был! Ему то я и расскажу о нашем уж-жасном путешествии, тем более что память у меня очень даже хорошая.

— Расскажи, — усмехнулся Дровосек. — Только начни с желтых кирпичей.

— Каких таких кирпичей? — искренне удивился Том,

Все удивленно переглянулись.

— Мы послали тебя поглядеть, не похожа ли брусчатка дороги на те «листья», что ты видел под желтым деревом, — напомнил ему Страшила. — Неужели забыл?

Меч Чародея

Том поморщился.

— А я-то думал, зачем мы скакали к этой дурацкой дороге! — сокрушенно покачал он головой. — Оказывается, чтобы смотреть на кирпичи. Надо же! А мы-то с Пеняром попрыгали по дороге, побегали, да и вернулись. Выходит, надо было на камни смотреть…

Делать было нечего. Решили наутро вновь послать Тома на разведку. Ночью заниматься поисками было бессмысленно, потому путники расположились лагерем у подножия небольшого холма, подальше от леса. Аларм вскоре уснул, а Гуд со Страшилой тихо проговорили до самого рассвета, вспоминая былые дни. Что касается Тома, то он улегся на похрапывающем Аларме. Заложив лапки за голову, медвежонок любовался россыпями созвездий и считал падающие звезды.

Ночь прошла спокойно, хотя из леса время от времени доносились ахающие и ухающие звуки, а порой и грохот осыпающихся камней. Возможно, это опадали листья с деревьев.

С первыми лучами солнца Том с Пеняром вновь отправились к дороге. Они вернулись с известием, которое очень обрадовало Страшилу: кирпичи были такими же, что росли на желтом исполине.

Изумрудик с довольным видом потер мягкие руки.

— Теперь все понятно, — заявил он. — Еще в бытность мою правителем Зеленой страны я не раз задумывался: откуда же Гудвин набрал столько желтого кирпича для строительства такой длинной дороги? Да и дома в Изумрудном городе построены из таких же брусков. О-ох!

Он внезапно замолчал, раскрыв рот.

— Что случилось? — хором спросили Гуд и Аларм.

— Ах, голова я соломенная… — бормотал Изумрудик, словно не слыша их. — Видно, кое-какие булавки в моем мозгу здорово проржавели… Может быть, их тоже надо смазать маслом, как делает Гуд со своими суставами?

— Да объясни ты толком, что случилось! — сердито рявкнул Гуд, да так громко, что лес отозвался гулким эхом и каким-то жутковатым уханьем.

Страшила вздрогнул и пришел в себя.

— Глупость мы сделали, вот что случилось, — вздохнул он. — Помните, когда мы поднялись на гору возле Изумрудного города — куда мы смотрели? Только на Голубую страну, вот куда. А почему? Да потому, что в ту сторону глядел призрак Гудвина. Нам и в головы не пришло, что надо было поглядеть и на север, и на восток!

— И что бы мы там увидели? — полюбопытствовал Том.

— Продолжение дороги из желтого кирпича, вот что! — объяснил с сокрушенным видом Страшила. — Та, вторая часть, заколдована, и потому с земли ее не видно. Но она есть, я уверен, есть! А середина дороги давно разобрана — из нее-то и построены дома в Изумрудном городе! Гудвин был настоящим мудрецом, не то что я. Когда он прилетел в Волшебную страну, то увидел, что больших городов здесь нет, а селения все больше построены из дерева. Да и откуда в Зеленой стране взять камни для строительства больших домов? Тогда Гудвин приказал разобрать часть дороги и желтый булыжник пустил на строительство. Одним ударом он убил сразу трех ворон: построил быстро город, получил готовую дорогу к нему, и поразил жителей Волшебной страны настолько, что они назвали его Великим. Теперь понятно?

— Ты все-таки мудрец, Изумрудик, — прочувствованно сказал Аларм. — Мне такая мысль в голову никогда бы не пришла!

— А мне и подавно, — развел руками Гуд, с восхищением глядя на старого друга.

— А мне… мне, наверное, приходила, — буркнул Том, ревниво глядя на соломенного человека. — Только я ее забыл. Знаете, сколько идей мне каждый день в голову лезет? А голова у меня маленькая, не то что у Страшилы, вот некоторые мысли из нее и выпадают.

Аларм рассмеялся, а затем задумчиво спросил:

— Куда же все-таки ведет эта дорога? В Желтую страну или в Фиолетовую? И кто и зачем ее построил?

— Вот этого я не знаю, — признался Страшила. — Ладно, придет время, и мы эту тайну разгадаем. А теперь пойдем по тропинке, по которой шел вчера Том. Есть возражения?

Возражений ни у кого не было. Медвежонок сразу же воспрянул духом и важно сказал:

— Только, чур, я пойду впереди. Я-то дорогу уж знаю, а вы там никогда не были. Только как же вы по ней пройдете? Уж больно вы толстые и неповоротливые…

Страшила подмигнул Гуду:

— Ну, Дровосек, действуй! Настал твой час.

Железный человек расцвел улыбкой. Он поплевал на руки, нахмурился и описал топором круг над головой. Раздался такой свист, что Том с испуга даже свалился с Пеняра. Гуд направился широким шагом к еле заметной тропинке, по которой вчера шел медвежонок. Она начиналась между двух гранитных деревьев — черного и красного с белыми прожилками. Казалось, нечего было и думать повалить такие гиганты, но Дровосека это не смутило. Размахнувшись, он ударил остро отточенным лезвием по нижним ветвям. И произошло чудо: они с грохотом упали на землю и мгновенно исчезли, словно растворились.

— Вот так-то, — удовлетворенно улыбнулся Гуд и начал крушить ветви налево-направо, медленно продвигаясь по тропинке в глубь леса.

Аларм с восхищением глядел на мастерскую работу Гуда.

— Интересно, — сказал он, — а что, если бы мы попытались прорваться к другим тропинкам? Хотел бы я увидеть рубиновое дерево!

— А я бы выбрал путь к изумрудному дереву, — признался Страшила. — Сам понимаешь, к этому камню я неравнодушен. К тому же, в столице Зеленой страны изумруды есть только на башнях стен и дворца. На крышах же обычных домов и на мостовой — лишь простые куски хрусталя. Гудвин, честно говоря, был великим обманщиком, и к тому же весьма тщеславным. Изумрудов на весь город ему не хватило, и тогда он заставил горожан и гостей столицы носить день и ночь очки с зелеными стеклами. У ворот даже стояла будка, где дежурил Страж. Он надевал всем входящим очки и застегивал на маленький замочек… Э-эх…

— О чем ты вздыхаешь? — спросил Аларм.

— Да так, вспомнил своего старинного друга Фараманта… Сколько приключений мы пережили вместе с ним, а еще с солдатом Дином Гиором! Однажды, когда я гостил у Дровосека, они исчезли из Изумрудного города, и больше их никто не видел. А ведь к тому времени они уже сильно постарели…

Аларм с сочувствием посмотрел на соломенного человечка.

— А как же обычай с зелеными очками? — спросил он.

— Пока я был правителем Зеленой страны, этот обычай свято соблюдался, — гордо сказал Страшила. — Из уважения к Великому и Ужасному Гудвину. Но когда колдунья Корина прогнала меня, то будку у ворот закрыли. Я слышал от знакомых ворон, что горожане были очень недовольны, когда их заставили снять очки. Люди давным-давно догадались, для чего нужны зеленые стекла, однако ни в какую не хотели расставаться с ними. И все же Корина принудила горожан отказаться от зеленых очков. Что не добавило королеве любви со стороны ее новых подданных.

Пока Страшила и Аларм беседовали, Гуд успел углубиться в лес, оставив за собой довольно широкий проход. Том пришпорил верного Пеняра, и пень весело поскакал вслед за Дровосеком. Кустар дожидался Аларма, переминаясь с корня на корень.

— Пора и нам, — сказал Страшила, которого воспоминания только расстроили. — Вперед!

Несколько часов шли путники по тропе, ведущей в глубь чудесного леса. Дровосек без устали рубил каменные ветви. Аларм попробовал было подменить его, но одолел только шагов двадцать, после чего остановился, обливаясь потом. Топор, увы, был слишком тяжел для него.

Только к полудню друзья вышли на круглую поляну, окруженную ветвистыми гигантами из серебристого камня. Посреди поляны высилась огромная желтая гора, уходившая, казалось, под самые облака. Подойдя ближе, путник увидели, что это — исполинское дерево. Земля вокруг ствола была усыпана холмиками желтой брусчатки. Точно такие же «булыжники» росли на бесчисленных ветвях гиганта. Том оказался прав — это были листья каменного дерева.

— Придется как-то забраться на эту гору, — вздохнул Страшила. — Эх, жаль, что вершина не видна — тогда можно было бы воспользоваться волшебной трубой. А так я уж и не знаю, что делать. Высоко-то как, просто ужас!

Вместо ответа Аларм стал расстегивать боковые застежки на своих латах. Сняв их, он с облегчением улыбнулся и немного размялся.

— На дерево полезу я, — сказал он твердо.

— И я тоже! — подхватил Том. — Знаешь, как мы, медведи, умеем лазить по деревьям?

Подумав, Аларм согласился.

— Ладно, садись мне на плечо и держись покрепче за воротник. Крепче, я говорю! Изумрудик, давай трубу.

— Ты хочешь нацелиться вот на ту, самую высокую ветку? — испуганно спросил Страшила. — Но с нее же можно сорваться!

Аларм спокойно посмотрел на него.

— А ты что предлагаешь? — сказал он. — Если я начну подъем с земли, то и за неделю до вершины не доберусь. Кстати, если мы с Томом к вечеру не вернемся, не переживайте. Переночуем наверху, ничего с нами не случится.

Страшила и Гуд недовольно переглянулись. Им очень не хотелось отпускать мальчика. Кустар с Пеняром тоже страшно волновались и попытались даже преградить Аларму дорогу. Но тот лишь улыбнулся и постарался успокоить друзей.

— Не бойтесь, мы с Томом обязательно вернемся. Обязательно!

Приложив подзорную трубу к глазу, Аларм нацелился на край самой высокой видимой с земли ветви. И тут же исчез. Через мгновение друзья со страхом наблюдали, как он ухватился за толстую ветвь, но не удержался на ней и соскользнул вниз. К счастью, Аларму удалось уцепиться за нижнюю более тонкую ветку. Какое-то время он висел на руках по инерции раскачиваясь. Если бы мальчик сейчас опять сорвался, то неминуемо бы погиб.

Меч Чародея

Страшила и Гуд в страхе на миг зажмурили глаза. Кустар и Пеняр застыли на месте, не зная, что делать.

Аларм раскачивался все сильнее и сильнее, и стало ясно, что он делает это нарочно. Наконец ему удалось закинуть ноги на ветку. А Том все продолжал висеть, держась за воротник мальчика.

К счастью, все обошлось. Аларм быстро оседлал ветвь и засунул перепуганного медвежонка за пазуху. Вытерев испарину со лба, он помахал друзьям, посмотрел в трубу и пропал из виду. На этот раз — совсем.

Медленно потянулись часы. Ждать оказалось куда труднее, чем действовать самим. Заложив руки за спину, Изумрудик ходил по поляне вокруг дерева. Дровосек делал то же самое, только в обратном направлении. Кустар с Пеняром предприняли несколько попыток взобраться на дерево, но ствол у основания был настолько гладким, что у них ничего не вышло.

Стемнело. Высоко в небе проступила полная луна. И тут лес ожил.

Путники услышали шорох чьих-то шагов, среди звезд заскользили тени. Ухание и гуканье неслось со всех сторон. И между стволов засветились огоньки глаз неведомых животных.

— Гуд, дорогой, что это?.. — прошептал не на шутку перепуганный соломенный человек.

Дровосек нахмурился и покрепче взялся за рукоять топора.

— Не знаю, дружок, — тихо ответил он. — Может, это те самые каменные вороны, о которых говорил Том?

В воздухе послышалось хлопанье многочисленных крыльев. И на путников сверху набросилась стая каменных птиц.

Гуд бешенно размахивал топором, но даже стальное лезвие не могло причинить странным созданиям большого вреда.

Страшиле же поначалу пришлось совсем туго. Он прекрасно умел управляться с живыми воронами, но у каменных птиц были шеи покрепче. Сообразив, что действовать надо иначе, Страшила стал отбиваться от жутких созданий тростью. Случайно он угодил набалдашником из крупного изумруда по голове одной из летающих тварей. Кр-р-рак! Голова рассыпалась на мелкие обломки, и птица рухнула на землю.

— Ур-р-ра! — закричал Страшила. — Гуд, бей их по головам!

Меч Чародея

Увы, Дровосек не мог последовать совету друга. Его тяжелый широкий топор все время рассекал воздух, в лучшем случае задевая крылья. Зато Страшила нанес нападавшим огромный урон. Точными ударами он сокрушал одну птицу за другой. Вскоре вокруг него образовался завал камней, грозивший засыпать отважного соломенного человека с головой. И тут на помощь ему пришли Кустар с Пеняром. Они стали быстро разбирать завал, отбрасывая обломки в стороны.

Бой продолжался до самого утра. Будь Страшила с Гудом живыми существами, они давно бы устали и погибли. Но оба бывших правителя не знали, что такое усталость, и это дорого стоило обитателям волшебного леса.

С первыми лучами солнца стая каменных ворон рассеялась, скрывшись среди крон деревьев. Погасли и красные глаза, светившиеся меж стволов. Путники так и не узнали, кому они принадлежат, — никто из наземных тварей не рискнул напасть на них.

На поляне высились груды камней. Это все, что осталось от нападавших. Но и защищавшимся изрядно досталось. Гуд огорченно разглядывал многочисленные вмятины на его груди и руках. Страшила выглядел еще хуже. Каменные клювы ворон пробили в нем множество дырок, из которых клочьями торчала солома.

Изумрудик оглядел себя и вздохнул.

— Кажется, я похож на решето, забитое соломой, — недовольно пробурчал он. — Гуд, помоги мне.

Конечно же, заботливая Элли снабдила Страшилу катушкой зеленых ниток и несколькими иголками. Спустя час многие дырки на одежде Изумрудика были зашиты, хоть и неумело, но крепко. Соломенный человек сразу же повеселел.

— О-ля-ля, вот это была славная битва! — воскликнул он. — Сколько на мне боевых шрамов! Элли придет в восторг, когда увидит раз, два, три… целых семь швов на моей одежде. А затем я попрошу заменить камзол, штаны и шляпу на новые. Ей это нетрудно будет сделать, ведь она теперь самая настоящая волшебница!

К полудню на тропинке, ведущей к опушке леса, появились… Аларм и Том! Вид у мальчика был усталый, а медвежонок больше напоминал старую одежную щетку.

Пеняр и Кустар радостно бросились навстречу друзьям, а Страшила с Дровосеком очень удивились.

— Не понимаю… — пробормотал Изумрудик. — Вы же были на дереве! Когда же вы успели спуститься, да еще так, что мы вас не заметили?

Аларм усмехнулся и указал на подзорную трубу, которая была заткнута за его пояс.

— Вы забыли об этой волшебной штуке, — заметил он. — Если бы не она, то мы с Томом спускались бы вниз целую неделю. Но, к счастью, мы добрались до ветки, с которой была видна опушка леса. Туда мы с Томом и перенеслись.

Страшила понимающе кивнул.

— Но вы сумели увидеть что-то интересное? — спросил он с надеждой. — Куда нам дальше отправляться-то?

— Куда, куда, — заворчал Том. — Аларм спрятал меня за пазуху, а оттуда разве что разглядишь…

— Погоди, Том, — остановил его мальчик, усаживаясь на груду обломков. — Разве ты не видишь, что нашим друзьям этой ночью тоже пришлось несладко? Не надо ворчать, малыш. К тому же мы с тобой так и не добрались до макушки дерева.

— Неужели? — расстроился Гуд. — Значит, ты проделал такой трудный путь напрасно?

Аларм устало улыбнулся.

— Нет, кое-что я все-таки разглядел. Наш дальнейший путь ведет к Лунной реке!

Глава пятая. ЛУННАЯ РЕКА.

К вечеру долгая дорога вдоль горного хребта подошла к концу. Впереди показалось несколько бурных потоков, несущихся с крутых склонов. Внизу, среди холмов, их воды сливались в довольно широкую реку. Она текла по равнине несколько миль, затем резко замедляла течение и превращалась из мутно-желтой в темно-синюю. Чуть дальше над рекой стоял голубой туман, скрывая за плотной пеленой ее берега.

С помощью подзорной трубы Торна путешественники вплотную подступили к колышущейся сизо-голубой стене и остановились, не зная, что делать дальше. После некоторого раздумья Аларм спрятал волшебную трубу в рюкзак.

— Дальше нам придется идти пешком, — твердо произнес он. — Эй, Том, садись на Пеняра! Кустар, иди вперед вдоль берега. Вытяни-ка ветви, дружище, — кто знает, что нас ждет в этом жутком мареве?

Страшила вздохнул, с тоской глядя в голубую пелену, зависающую над землей.

— Ох, неохота мне идти туда, — заявил он. — Терпеть не могу сырости! Через час-другой моя солома может так напитаться влагой, что хоть выжимай. Жаль, что мы не захватили…

Аларм усмехнулся и вынул из своего бездонного рюкзака факел — тот самый, что Том нашел на подземном острове у подножия белого обелиска.

— Это я подсказал Аларму взять с собой эту штуку, — довольно объяснил медвежонок. — Темноты я не боюсь, а вот сырости… бр-р-р… От нее мои опилки становятся ужасно тяжелыми.

Новость ободрила путников — теперь туман был не так страшен. И все же Гуд на всякий случай тщательно смазал все свои суставы и даже металлические веки. После чего друзья нырнули в туман.

Меч Чародея

Воздух сразу же наполнился синей мглой. В небе пульсировали серебристые звезды. Река словно бы пылала холодным белым огнем, высвечивая обрывистые берега. Страшила подошел поближе к воде и даже вскрикнул от изумления: в зеркале реки отражался полный месяц!

— Ничего не понимаю, — прошептал сбитый с толку Аларм, взглянув вверх. — Среди звезд нет никакой луны — как же река может отражать ее свет?

— Хм-м… не зря, по-видимому, она на карте названа Лунной, — резонно заметил Гуд. — Похоже, на ее берегах царит вечная ночь… Смотрите!

Гуд указал рукой вниз по течению.

В полумиле впереди темнел большой омут, посреди которого медленно вращался водоворот. Он словно бы дробил ровный лунный свет на тысячи лучей, углами рассыпавшихся во все стороны. За омутом невысоко над рекой висел арочный мост, окутанный мглистым облаком.

— Летающий мост! — звенящим от волнения голосом воскликнул Аларм. — О нем мне рассказывала матушка Виллина. Теперь я знаю, что мы можем найти… если у нас хватит мужества и сил.

Меч Чародея

— И что же это? — с любопытством спросил Изумрудик, но мальчик ничего не ответил. Он отошел в сторонку и вынул из ножен меч Рохана. Опустившись на одно колено, он склонил голову и застыл в этой позе на несколько минут. Любопытный Том хотел было узнать, что это мальчик делает, но Гуд успел поймать медвежонка за лапу.

— Похоже, Аларм готовится к схватке, — тихо объяснил он.

— Ты можешь помочь… — начал было Страшила, но Гуд покачал головой.

— Это будет не мой бой.

Наконец Аларм поднялся с колена. Не оборачиваясь, он быстро зашагал к Летающему мосту. Кустар и Пеняр последовали за хозяином. После некоторого раздумья Гуд положил свой огромный топор на плечо и тоже двинулся вдоль берега.

— А мы? — обиженно пискнул Том. — И я хочу с кем-нибудь схватиться! Только, чур, Изумрудик, донеси меня до поля боя — не то моя правая лапа вот-вот отвалится.

В отличие от плюшевого медведя Страшила вовсе не рвался в бой с неведомым противником. Но оставаться без друзей на берегу заколдованной реки ему тоже не хотелось. Тяжело вздохнув, он поплелся следом, неся на плече Тома.

Тем временем Аларм уже стоял прямо под мостом и разглядывал его, задрав голову. Это было древнее сооружение с кружевными металлическими поручнями и высокой беседкой посреди пролета. За долгие столетия скитаний Летающий мост грубо оброс вьющимися растениями. Некоторые из них спускались к самой поверхности воды. Вздохнув поглубже, Аларм разбежался и прыгнул с крутого берега. Пролетев несколько метров, он сумел схватиться за лозу дикого винограда. К счастью, она выдержала вес мальчика. Некоторое время Аларм раскачивался на ней, словно маятник, а затем медленно стал подниматься. Кустар и Пеняр метались вдоль берега, не находя себе места от волнения, но последовать за хозяином не решались. Вскоре к ним присоединился и Гуд.

— Да, это не мой бой… — прошептал механический человек, глядя на свисающие с моста растения. — Эти травинки меня не выдержат. Что ж, у тебя был хороший учитель, мальчик, — не посрами же мастера Рохана!

Добравшись до поручней, Аларм перебрался через них и оказался на мосту. Доски слегка прогнулись под его ногами — видимо, за сотни лет они частично подгнили. Но мальчик даже не взглянул на них. Он неотрывно смотрел на шатровую беседку, возвышавшуюся посреди моста. Она была окутана непроницаемой мглой, но мальчику казалось, что он видит в ее глубине могучую фигуру дремлющего воина. Набравшись мужества, Аларм хрипло крикнул:

— Я пришел!

Некоторое время вокруг висела звенящая тишина. Затем в глубине беседки что-то зашевелилось — словно медведь заворочался в берлоге. Глухой, басистый голос пророкотал в ответ:

— Кто это — я?

— Я — Аларм, рудокоп!

— Рудокоп, ха-ха! Никогда не слыхал о таких человечках. Многое же изменилось в краю Торна, пока я спал. Убирайся, малыш, пока я всерьез не осерчал.

Аларм облизнул пересохшие губы и выкрикнул, ощущая бурное биение сердца:

— Я пришел вызвать вас на бой, мастер Фарах!

Ответом было долгое молчание. Затем мгла, царящая в беседке, стала постепенно рассеиваться. Аларм увидел могучего воина, раза в два выше и шире его в плечах. Фарах был закован с ног до шеи в серебристые чешуйчатые латы, с плеч его свисал черный плащ. Седые волосы падали на плечи, лицо прорезали глубокие морщины, голубые глаза сияли словно две льдинки. Сердце мальчика сжалось от страха, но он выхватил из-за пояса свой клинок. При его виде Фарах гулко расхохотался. Он поднял пятифунтовый меч и со свистом закрутил его над головой.

Силы были явно не равны, но Аларм не собирался отступать. Матушка Виллина не случайно рассказала ему об этом знаменитом витязе древности, одном из самых славных военачальников чародея Торна. Наверное, она предвидела их встречу. Что же говорила Виллина? Аларм лихорадочно пытался вспомнить слова старой волшебницы, но сверкающий веер над седой головой гиганта путал все его мысли. Кажется, у Фараха есть какое-то слабое место…

С оглушительным выкриком старый воин сделал выпад. Аларм лишь чудом увернулся от разящего клинка, получив скользящий удар по плечу. Этого было вполне достаточно, чтобы развеять его последние надежды: Фарах отнюдь не был призраком. Здесь, на Летающем мосту, время словно бы остановило свой бег. Чародей Торн и его непобедимая армия сгинули в небытие многие тысячи лет назад, но один из его соратников продолжал странствовать над Волшебной страной, ожидая, быть может, его, рудокопа Аларма?

Следующий удар мальчик попытался отразить и был отброшен к перилам моста, словно пушинка. И тотчас на него словно молния обрушился огромный меч, Аларм едва успел отпрыгнуть в сторону.

— Что же ты бегаешь от меня, как заяц? — насмешливо пророкотал Фарах. — Испугался смерти? Поверь, малыш, смерть в бою — это высшая радость, какую только может получить такой глубокий старик, как я.

— Но я не старик! — воскликнул Аларм и тотчас же застонал от боли — Фарах неожиданным ударом слева ранил его в бедро. Нет, это была не игра, Фарах дрался всерьез!

Мальчик стал отступать. Как жаль, что он оставил внизу лук со стрелами! Эта ошибка могла стоить ему жизни. Что же делать, что?

Постепенно Аларм дошел до самого края моста. Внизу зияла пропасть. Мальчик еще мог спастись, прыгнув в Лунную реку, но гордость останавливала его. Собрав оставшиеся силы, Аларм сумел отразить два могучих удара и, сделав молниеносный выпад, пронзил насквозь правую кисть старого воина.

Фарах оглушительно расхохотался.

— Неплохо, парень, — пробасил он. — Вижу, из тебя сделали хорошего бойца. Но меня может победить только самый лучший, ясно?

Старый витязь перебросил меч в левую руку, и вновь на мальчика обрушился стальной град ударов. Несмотря на всю ловкость и выносливость, Аларм получил еще две раны, и его одежда обагрилась кровью. Фараха это, похоже, только забавляло. Но постепенно на его морщинистом лице стало проступать нечто вроде удивления.

— Прыгай, парень! — рявкнул Фарах, сделав очередной выпад. Аларм лишь в последнее мгновение успел увернуться. — Внизу река, ты даже не ушибешься. Прыгай, я тебе говорю!

Мальчик в ответ лишь сильнее стиснул зубы. Силы его иссякали. Гибель была так близка. Конечно же, этот бой — испытание, и его надо выдержать любой ценой. Любой!

Получив очередную рану в ногу, Аларм застонал и инстинктивно прижал левую руку к бедру. И чуть вздрогнул, ощутив под тканью что-то округлое.

Глаз! Это был глаз идола! Ну конечно же, Виллина говорила о глазах Фараха! Старый воин долгое время провел во мраке и не выносил яркого света!

Не раздумывая, Аларм вынул рубин из кармана и поднял его высоко над головой. Камень вспыхнул ослепительным блеском.

Меч Чародея

Фарах вздрогнул и с глухим стоном отступил. Сияние рубина ослепило его. Воспользовавшись этим, Аларм изо всех сил ударил клинком по мечу витязя. С грохотом древнее оружие упало на мост.

Закрыв лицо рукой в металлической перчатке, Фарах сделал еще шаг назад. С криком отчаяния Аларм бросился ему в ноги. Споткнувшись, гигант рухнул на спину. Мальчика с силой отбросило в сторону, но, превозмогая боль, он сумел подняться. Прыгнув на грудь поверженного гиганта, Аларм приставил острие меча к горлу Фараха.

— Сдавайся! — выкрикнул он.

Какое-то время Фарах ошеломленно смотрел на него, а потом вновь расхохотался, на этот раз почти добродушно.

— Ловко ты провел меня, парень, — пророкотал он. — Молодец, находчивость никогда еще не мешала воину в бою. Наверное, она тебе понадобилась и в храме Семи Идолов?

Аларм встал и спрятал меч в ножны.

Фарах поднялся с неожиданной легкостью и улыбнулся.

— Тебя-то я и ждал долгие столетия. Мудрец Торн знал, что рано или поздно колдун Пакир вновь захочет вырваться из своего подземного логова. И кто-то должен будет вступить с ним в бой. Почему бы это не сделать тебе, сыну ловчего Олдара? Мальчик вздрогнул от неожиданности.

— Откуда вы знаете обо мне, славный Фарах? — спросил он взволнованным голосом. — А-а, понимаю. Вам рассказала матушка Виллина?

Фарах улыбнулся еще шире.

— Ты не только смел и находчив, но и догадлив, — сказал он. — Однако твое испытание еще не окончено. Отправляйся в Фиолетовую страну, найди там урочище Меча и постарайся завладеть оружием Торна. Но помни, темная сила будет противостоять тебе!

— Я понимаю, — кивнул Аларм.

— А теперь подними руки и закрой глаза.

Мальчик так и сделал. Что-то прошелестело в воздухе, а затем на Аларма нахлынули подряд две волны — ужасного холода и испепеляющей жары. Он едва не закричал от невыносимой боли.

— Открой глаза, — приказал Фарах.

Аларм так и сделал — и не мог сдержать удивленного восклицания. Его кожаная куртка исчезла. Вместо нее тело мальчика защищали серебристые доспехи и шлем — точно такие же, какие носил Фарах, только гораздо меньше по размеру. Фарах ли?

Витязь стоял на прежнем месте, но теперь его до шеи окутывало облако тьмы.

— Прощай, парень! — сказал старик. — Я выполнил свой долг и наконец-то могу отдохнуть. Выполни и ты с честью то, что предначертано тебе судьбой. Прощай!

Мальчик остался один. Ошеломленный всем происшедшим, он еще долго стоял, безуспешно пытаясь собраться с мыслями. Только далекие крики «Аларм! Аларм!» вывели его из оцепенения. Спрятав меч в ножны, мальчик перебрался через перила и спустился по лозе дикого винограда на землю. Там его радостно встретили друзья.

— Ну наконец-то! — с облегчением вздохнул Страшила. — Что ты делал так долго… ого! Откуда у тебя эти чудесные доспехи?

— Да, ничего себе железячки, — с завистью согласился Том. — Мне бы такие! Я бы тогда… да я…

Кустар и Пеняр между тем затеяли вокруг друга бешеный танец. Бедняги были лишены дара речи и таким образом выражали свой восторг.

Дровосек оглядел доспехи взглядом знатока и только покачал головой, не находя слов для восхищения. Он молча пожал Аларму руку.

— И куда же мы теперь направимся? — спросил Страшила. — Может быть, ты разглядел что-нибудь оттуда, с моста?

Аларм покачал головой.

— Нет. Но Фарах сказал, что нам надо направляться в Фиолетовую страну, чтобы разыскать там урочище Меча. Он предупредил, что на пути нас ожидают разные сюрпризы… Кстати, не пора ли нам взглянуть на карту?

Страшила кивнул и достал из рюкзака пергаментный свиток, а Гуд включил факел. При его свете друзья разглядывали на карте Лунную реку, которая пересекала Голубую страну с запада на восток и впадала в Большую реку на самой границе с Зеленой страной.

— Где же находится это таинственное урочище Меча? — задумчиво произнес Страшила. — Бьюсь об заклад, где-нибудь на севере Фиолетовой страны! Смотрите, сколько на карте в тех местах белых пятен!

Никто не стал спорить — ведь Страшилу не зря прозвали Мудрым.

Друзья дали выспаться усталому Аларму, а затем двинулись вдоль берега Лунной реки. Им предстоял далекий путь на восток, на другой край страны Торна.

Меч Чародея

Не успели они пройти и нескольких шагов, как позади них Лунная река внезапно вспыхнула водопадом огней. Только водопад этот падал не вниз, а вверх — высоко в небо несся поток розового пламени. Аларму показалось, что за стеной света среди звезд заметалась какая-то крылатая тень.

— Что это? — прошептал он.

— Похоже, нас кто-то преследовал, — также тихо ответил Страшила. — Я что-то видел там, в небе… или мне только показалось?

Меч Чародея

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ТЕМНЫЙ ОТРЯД.

Меч Чародея

Глава шестая. БЕГСТВО ИЗ УЩЕЛЬЯ.

Меч Чародея

После изгнания из Изумрудного города Корина вместе с Дональдом направились в ущелье Черных драконов. Юная волшебница с помощью магии создала на склоне одной из гор чудесный белый дворец и поселилась там. А Дональду приглянулась башня Торна, стоявшая на самом краю огромной расщелины. Каждое утро молодой дракон Чангар приносил ему из дворца корзину с едой, так что юноша ни в чем не нуждался.

В первый же день Дональд с помощью Чангара разыскал в пустыне своих друзей — пса Полкана и коня Джердана. Бедные животные уже несколько дней блуждали в пустыне, опасаясь приближаться к Черным камням Гингемы, и едва держались на ногах от жажды и голода. Оба были близки к смерти, но Корина одним мановением руки сумела вернуть им былое здоровье и жизнерадостность.

Юноша был тронут до глубины души тем, что великая волшебница так заботится о нем и о его друзьях. На следующее же утро он собрал на склонах гор чудесный букет и явился во дворец, чтобы поблагодарить свою благодетельницу. Корина приняла его в ажурной белой беседке, вокруг которой, был разбит цветник из ее любимых алых роз. Она с увольствием выслушала пылкие слова благодарности, вдыхая аромат луговых цветов, а затем знаком руки пригласила Дональда сесть на соседнюю скамейку. В ответ на его распросы Корина рассказала о своей давней встрече с Варагом в Лесу Призраков, о великом колдуне Пакире и о его подземном воинстве. В заключение юная волшебница сказала:

— Я не случайно решила поселиться здесь, в ущелье. Вожак стаи Вараг хорошо относится ко мне и не раз предлагал стать королевой Черных драконов. Вчера я согласилась на это и обещала помогать стражам ущелья к борьбе с подземными чудовищами Пакира. Так уж получилось, что я причинила жителям Волшебной страны немало зла, быть может, здесь я смогу искупить хоть часть своей вины. И потом, так приятно быть королевой…

— А я смогу стать стражем ущелья? — с надеждой спросил Дональд.

Корина улыбнулась.

— Почему бы и нет, мой друг? Ты стал сильным и ловким юношей. Ни один Жевун и даже Марран не сравнится с тобой. Не сомневаюсь, что из тебя получится замечательный воин. Вместе мы сумеем противостоять Пакиру, и я постараюсь сделать так, чтобы об этом узнали все жители Волшебной страны.

Дональд в изумлении посмотрел на юную чародейку.

— Кажется, я все понял… — медленно произнес он. — Вы хотите со временем вернуться на трон в Изумрудный город?

— Нет, — гордо подняла голову Корина. — Я хочу стать королевой всей Волшебной страны! Но я поняла, что хитростью и коварством этого достичь нельзя. Почему бы не добиться этого в честном соревновании со Стеллой, Виллиной и твоей подругой Элли? Кто из них может противостоять Пакиру, кто спасет край Торна от нашествия подземного воинства? Никто. А мы вдвоем способны на многое. Но прежде я должна еще многому научиться как чародейка — а ты постарайся стать великим воином. Тогда мы вместе станем непобедимыми!

Дональд ошеломленно смотрел на юную чародейку. Он-то по наивности считал, что после поражения у стен Изумрудного города Корина смирится с судьбой и будет жить тихо и незаметно здесь, в ущелье Черных драконов. Оказалось — ничего подобного! А что же он? Разве в своих детских мечтах он не видел себя красивым, сильным и знаменитым? И Корина уже подарила ему здоровье и привлекательную внешнось. Остальное в его руках…

Став стражем ущелья, Дональд заметно приободрился. Да, порой он скучал по Элли и забавному медвежонку Тому, но Джердан и Полкан были рядом, и это согревало сердце юноши. Корина — великая волшебница Корина! — относилась к нему с явной благосклонностью. Даже угрюмый и подозрительный Вараг больше не смотрел на него как на чужака. А молодой дракон Чангар охотно принял дружбу человека из Большого мира. Каждый день по нескольку часов они проводили вместе, патрулируя ущелье. Дональд отличался редкой зоркостью, и это ему очень помогало при несении службы. Несколько раз он первым замечал подземных тварей, вылетавших из глубокой расщелины, и дважды даже спас Чангара, предупредив его о нападении сзади.

Постепенно Черные драконы привыкли к новому стражу ущелья. Дональд нес сторожевую службу наравне со всеми, а остальное время дня тратил на тренировки и на общение с друзьями. Юноша никогда прежде не занимался спортом — калеке такие вещи были просто не по силам. Сейчас же, по милости Корины, он стал мускулистым и стройным парнем. Это было замечательно, но для воина — мало. Поняв это, Дональд ежедневно брал в руки лук со стрелами, вешал на пояс меч и отправлялся с Джерданом и Полканом в горы. Там, на небольшой поляне среди скал, юноша упражнялся в верховой езде, занимался стрельбой из лука и рубился на мечах с воображаемыми противниками. К удивлению Дональда, оружие его прекрасно слушалось. Возможно, ему незримо помогала волшебница Корина, но самолюбивый юноша старался об этом не думать.

Но было у Дональда еще одно занятие, о котором он никому не говорил, даже Корине. Ежедневно перед сном он брал в руки несгораемую свечу — еще один подарок юной волшебницы — и обходил все помещения башни Торна. Юноша с любопытством изучал все шкафы, столы и даже стены в многочисленных комнатах. Вскоре он знал каждую щербинку в полу, каждую трещину в каменной кладке. Дональд не сомневался, что где-то в башне должны скрываться вещи великого волшебника. Более того, он видел некоторые из них, пусть и мельком, когда поднимался в первый раз на крышу башни. Тогда он спешил к спящему наверху дракону и лишь походя сунул в рюкзак книгу и трубу. А куда же подевались остальные вещи? Юноша готов был поклясться, что видел на третьем этаже большой хрустальный шар, а на шестом — книжный шкаф, плотно заставленный книгами в кожаных переплетах. Сейчас их не было. Почему? Дональд терялся в догадках, но делиться своими сомнениями с Кориной не стал. Во-первых, волшебница явно побаивалась башни Торна и даже близко к ней подходить не желала. А во-вторых… хорошо быть воином и иметь могущественную покровительницу, слов нет. Но еще лучше самому стать чародеем!

Но долгие и упорные поиски ни к чему не приводили. Башня крепко хранила свои секреты. Все вещи Торна словно бы растворились в воздухе, и в конце концов разочарованный юноша оставил свои напрасные попытки.

С той поры по вечерам Дональд в одиночестве уходил в глубь ущелья. Бездонная пропасть мрака притягивала его, как безбрежные морские дали манят моряка. Он облюбовал утес, нависающий над расщелиной, и проводил там предзакатные часы, зачарованно глядя вниз. В душе юноши бурлили какие-то непонятные ему самому чувства. Порой Дональду хотелось спрыгнуть в пропасть, широко раскинув руки, и полететь словно птица…

Однажды после утомительного ночного дежурства Дональд хотел было подняться в свою комнату, на верхний этаж башни, чтобы там отдохнуть как следует. Вместо этого он неожиданно для самого себя взял в руки несгораемую свечу и направился на третий этаж, в кабинет Торна. Здесь юноша бывал уже десятки раз, но ничего там не нашел, кроме стола, стула, дивана и пустого шкафа.

— Хрустальный шар… — бормотал Дональд, бродя по комнате из угла в угол. — Я же видел здесь, на столе, прозрачный шар… Он сиял холодным голубым светом… внутри него иногда вспыхивали золотистые искорки… По-моему, шар даже вращался… Куда же он исчез? Не драконы же его унесли! Я очень хочу найти хрустальный шар… Я ДОЛЖЕН НАЙТИ ЕГО!

Внезапно юноша бросил рассеянный взгляд в окно. Оно смотрело на юг, но странное дело, в любое время дня и ночи в нем сияло солнце. Это была одна из многих загадок башни.

Но сейчас Дональда осенила неожиданная догадка. Он сорвал с плеч плащ и закрыл им проем окна. В комнате стало темнее. Охваченный странным возбуждением, юноша тщательно закрыл все щели в окне, и вокруг воцарилась тьма. Казалось, что солнце погасло в небе, а звезды так и не вспыхнули. «И все это сделал мой плащ?» — с удивлением подумал юноша, обернулся и забыл обо всем. В глубине комнаты сиял знакомый голубой шар. Его мерцание было завораживающим и немного пугающим.

— Возьми шар, — услышал Дональд чей-то тихий голос. Юноша вздрогнул и огляделся, но не увидел ничего, кроме непроницаемой тьмы — такой же глубокой и холодной, как в недрах расщелины.

— Кто здесь прячется? — дрогнувшим голосом спросил Дональд.

— Возьми шар! — уже громче зазвучал незнакомый голос, ледяной и безжалостный. — Я приказываю тебе сделать это!

— Приказываешь? — удивился Дональд. — Да кто ты такой…

И тут его возмущение словно бы испарилось. Опустив голову, он пробормотал, подчиняясь воле незримого собеседника.

— Хорошо… Я готов… Сейчас…

Негнущимися ногами Дональд сделал один шаг к сияющему в воздухе шару, затем второй, третий… Голубой шар начал тревожно пульсировать, и юноша подумал: «Господи, что я делаю! Это же шар Торна! Кто приказывает мне взять его и зачем? И что вообще со мной происходит в последнее время? Элли, где ты, мне так нужна твоя помощь…».

Повинуясь чужой воле, Дональд закрыл глаза, и тотчас его тревога ушла. Вытянув руку, он ощутил что-то холодное и пушистое, висящее в воздухе. И тогда яркое сияние погасло.

С шумом плащ упал с окна, и комнату вновь озарили лучи вечно не заходящего солнца. Дональд открыл глаза и увидел на своей ладони небольшой хрустальный шарик, темный и прохладный. Криво усмехнувшись, юноша засунул его в карман кожаных штанов и торопливо вышел из комнаты. Спустившись по лестнице, он подбежал к краю расщелины и заглянул в мрачную пропасть.

— Шар у меня, Владыка… — прошептал он.

Прошло некоторое время, и из глубины донесся еле слышный голос, но такой жуткий, что по телу юного стража пробежали мурашки.

Дональд опустился на колени и, склонив голову, выслушал приказ Пакира.

— Повинуюсь, Владыка, — промолвил юноша. — Завтра же утром я отправляюсь в поход. Могу я взять с собой друзей, Полкана и Джердана?

— Да, — донесся из пропасти голос колдуна. — Тебе понадобятся верные слуги. Я позабочусь, чтобы ты собрал сильный отряд, который будет служить Тьме. А ты отныне станешь одним из моих Черных рыцарей.

Воздух озарила лиловая вспышка, и Дональд зажмурился. Открыв глаза, он увидел в руках длинный меч с черным эфесом. Нарядная одежда юноши исчезла, уступив место черным доспехам и пурпурному плащу.

— Благодарю, Владыка, — сказал восхищенный Дональд. Поднявшись с колен, он увидел, как со стороны дворца к нему несутся Джердан с Полканом. Увидев хозяина в черных доспехах, они остановились в изумлении.

— Что с тобой? — спросил Полкан. — Кто подарил тебе…

Пес внезапно замолчал. Он лег на брюхо и пополз к юноше, жалобно скуля. Джердан почтительно склонил голову и тихо заржал.

Дональд невольно усмехнулся. Почему-то ему была приятна такая перемена в друзьях. Конечно же, Пакир подчинил их своей воле!

— Что случилось? — спросил он.

— Нас послала волшебница Корина, — продолжая лежать на земле, доложил Полкан. — В Желтой стране произошло землетрясение, и она с Варагом срочно отправилась туда. Тебе же, хозяин, она поручила возглавить охрану расщелины.

Дональд спрятал меч в ножны.

— Корина улетела? Очень хорошо, — спокойно сказал он. — Нам тоже пора отправляться в далекий путь. А здесь, в ущелье, драконы обойдутся и без меня.

— Повинуюсь, хозяин, — покорно ответил пес, а Джердан закивал и нетерпеливо ударил копытом по земле.

В полдень, в самый разгар жары, когда большая часть стаи драконов как обычно спала в своих пещерах, трое друзей спокойно пересекли подвесной мост через ущелье и углубились в лес скал. Стражи ущелья в это время находились далеко и ничего не заметили. Только к вечеру обеспокоенный Чангар поднял тревогу. Стая бросилась на поиски беглецов, но они словно растворились на обширной равнине.

Глава седьмая. ЗАБРОШЕННАЯ ДЕРЕВНЯ.

Дональду уже однажды приходилось совершать путешествие от ущелья Черных драконов до Фиолетовой страны, но тогда они с Элли выбрали кратчайший путь через Зеленую страну, и в руках у них была волшебная труба Торна. Сейчас же Дональд мог полагаться только на свои силы и выносливость Джердана. Да и дорога им предстояла гораздо длиннее — на северо-восток, через Желтую страну. Юный рыцарь и сам не знал, почему ему надо непременно миновать страны, в которых правили Элли и Стелла. Его словно бы вела некая незримая сила, но конь и пес пока этого не замечали.

Впервые они почуяли неладное, когда Полкан обернулся и увидел далеко в небе три черные точки. Они быстро приближались, и было ясно, что это отнюдь не вороны.

— Хозяин, проклятые драконы преследуют нас, — залаял он с тревогой. Шерсть на загривке пса вздыбилась, хвост нервно задрожал.

Джердан тревожно всхрапнул и перешел в галоп. Но до ближайшей рощи было еще несколько миль. Вокруг расстилались лишь пологие холмы, за которыми укрыться от погони было невозможно.

Дональд успокаивающе похлопал коня по шее.

— Не трусь, никто нас не тронет. Элберт гонт дарт!

— Что ты сказал? — удивился пес.

Юноша промолчал. Мысли его путались. Откуда он знает это заклинание? Неужели Пакир одарил его магической силой?

Но вдруг все его сомнения мигом схлынули. Раз он научился колдовать, значит, так надо, и точка!

Меч Чародея

Драконы приближались. Полкан тоскливо завыл. Он отлично понимал, что никаких шансов в схватке с чудовищами у них нет. Его острые зубы и крепкие когти не страшны для толстой кожи стражей ущелья.

Погоня была уже близко, но Дональд продолжал скакать вперед, не оборачиваясь и не обращая внимания на завывания пса. И вот на него пала тень крылатых монстров… Драконы летели низко над землей… Но они словно не заметили беглецов! Ошеломленный Полкан проводил их взглядом и завыл еще тоскливей, чем прежде. Он ничего не понимал.

На скаку Дональд обернулся и с кривой улыбкой крикнул псу:

— Что развылся, старина? Ничего страшного не произошло. Просто Корина научила меня нескольким волшебным заклинаниям, только и всего.

Пес успокоился. В самом деле, Корина частенько беседовала с хозяином и, судя по всему, очень хорошо относилась к нему. Могла она поделиться с Дональдом кое-какими чародейскими секретами? Могла!

Меч Чародея

А вот Джердана сомнения не мучили. Конь весело ржал, несясь по степи, и наслаждался стремительным бегом. В горах он чувствовал себя неуютно, он больше любил открытые пространства.

К вечеру путники достигли большого леса. На его опушке, на берегу извилистой речки, располагалась небольшая деревня. Дональд уверенно свернул к ней. У него был достаточный запас еды, но не стоило упускать случай пополнить его свежими фруктами и овощами. Да и Полкан не отказался бы от миски с мясной похлебкой.

К общему разочарованию, поселение Жевунов оказалось давным-давно заброшенным. Дональд проехался по главной улице, заросшей кипреем и высокой крапивой, но не увидел ни одного открытого окна или распахнутой двери. Возле замшелого колодца юноша спешился и набрал ведром воды. Он принялся пить прямо из ведра, когда заметил странный узор, вырезанный на крышке колодца. Дональд пригляделся повнимательнее: да это же изображение крылатого дракона!

Юноша развязал тюк с едой и поделился с Полканом сушеным мясом. Джердан меж тем с удовольствием пасся на поляне с сочной травой.

Смеркалось, и Дональд решил заночевать в заброшенной деревне. Выбрав дом покрепче, он отодрал доски, которыми была заколочена дверь, и устроился в одной из комнат. К счастью, хозяева оставили часть мебели, так что не пришлось спать на полу. К вечеру похолодало, и Дональд решил разжечь очаг. Он принес дрова и хотел было уже достать из кармана огниво, как вдруг незримая сила остановила его руку.

«Разожги МОЙ ОГОНЬ!» — услышал юноша шуршащий, властный голос. Тот самый голос, который он уже однажды слышал во тьме возле бездонной расщелины!

«Почему?» — хотел было спросить Дональд, но рука его уже сама вынула хрустальный шарик из другого кармана. Шарик немедленно вспыхнул холодным голубым светом. Юноша невольно зажмурился, а когда вновь открыл глаза, дрова в очаге уже были объяты пламенем. Но горели они как-то странно, без дыма, да и тепла почти не давали. И запах… какой странный и резкий от них шел запах…

Первым порывом Дональда было выскочить из комнаты. Вместо этого он пододвинул табуретку к очагу и уселся, вытянув руки к голубому огню. На него нахлынули совершенно необычные ощущения, перед его внутренним взором поплыли удивительно завораживающие картины. Он увидел остров среди моря, древний город на вершине горы, огромные статуи богов, среди которых, словно тени, скользили фигуры жрецов в темных плащах…

Из забытья его вывел отчаянный лай за окном. Встряхнув головой, словно отгоняя видения, юноша поднялся на ноги и вышел на крыльцо.

Было уже темно, в темно-синем небе перемигивались крупные звезды. Над зубчатой каймой висел молодой месяц. В его серебристом свете Дональд разглядел Полкана, наседавшего на высокого и очень толстого человека с круглым лицом и выпуклыми рачьими глазами.

— Брысь, брысь… — лепетал великан-толстяк, дрожащими руками шаря в большой суме, пристегнутой к поясу. — Хочешь, я дам тебе отравленную колбаску? То есть, тьфу, никакую не отравленную, а очень даже вкусную и свежую! Съешь ее, милый сурок, съешь…

— Какой я тебе сурок! — рявкнул Полкан. — Я пес, пес, понятно тебе, чучело огородное?

— Уймись, Полкан! — строго прикрикнул на него Дональд. — Откуда ты взял этого толстяка?

— Он прятался в сарае на другом конце деревни. Зарылся в сено, наружу только нос торчал! Но его отвратительный запах я издалека учуял!

— Почему же отвратительный? — обиделся толстяк. — Неужто я, Людушка-голубушка, пахну хуже гнилого сена?

— В сто раз, гав! Даже в тысячу!

Дональд принюхался, сморщился и рассмеялся.

— Ты преувеличиваешь, Полкан. Тысяча — это уж слишком. Кто вы такой, Людушка…

— Голубушка! — услужливо подсказал толстяк и заулыбался, открыв два ряда крупных белоснежных зубов. — Мой замок располагается здесь неподалеку. А с кем имею честь говорить?

Дональд представился, разумеется, не упоминая, что до недавнего времени был стражем ущелья Черных драконов. Людушка забавно пошевелил мясистым носом, словно принюхиваясь. На его пухлом лице мелькнула легкая гримаса, но он немедленно вновь засиял дружелюбной белозубой улыбкой.

— Выходит, вы просто путешественник, мой милый рыцарь Дональд? И этот проклятый суро… то есть песик, тоже? Замечательно, превосходно, очаровательно! Прогуляться по странам и весям — это, знаете ли, моя мечта с детства. Скучно сидеть сиднем и замке. Никто к тебе не зайдет, никто не покормит… то есть, никто не отведает моих яств! За последние годы я так похудел от малоподвижного образа жизни, что пришлось надеть свой детский костюмчик. И то он мне немного великоват.

Дональд оглядел надутую, словно шар, фигуру Людушки и покачал головой.

— Великоват? Хм-м… не сказал бы… Да что же мы на улице стоим? Заходите в дом, к огоньку.

— С радостью и восторгом! — просиял Людушка. — До костей, знаете ли, продрог в этом противном-препротивном сене. Я даже стишок сочинил об этом:

Лежу в гнилье, намял бока, Живот бурчит от голода. Уши звенят от лая сурка, И кровь леденеет от холода.

— Я не сурок! — рассердился Полкан и попытался укусить Людушку, но тот с неожиданной ловкостью увернулся. Дональд, посмеиваясь, распахнул дверь.

— Прошу, уважаемый гость… хотя как вы пролезете в дверной проем? Он для вас маловат.

— О, это очень просто, — ответил толстяк. — Будьте добры, дорогой Дональд, проходите первым.

Удивленный юноша вошел в комнату. Не успел он обернуться, как дом сотрясся от могучего удара. Раздался громкий треск, доски стены раскололись, и в образовавшийся проем на четвереньках влез Людушка. Дом для него был низковат, так что толстяк едва не снес потолок. Заметив кровать в углу комнаты, Людушка пробрался к ней поближе и со вздохом облегчения рухнул на нее спиной. Бедная кровать разлетелась в щепки, но матрас и одеяло уцелели.

Дональд смотрел на это, приоткрыв рот от удивления.

— Э-э… — пробормотал он. — Вам не тесно, дорогой Людушка?

— Признаться, тесновато, — ответил толстяк с блаженным вздохом. — Но это все же лучше, чем ночевать в сарае. Если вас не затруднит, милый Дональд, прикройте чем-нибудь дыру в стене. Иначе оттуда всю ночь будет дуть. А еще я бы с удовольствием позавтракал, с вашего позволения.

— Вы хотите сказать: поужинал?

— И поужинал тоже, — согласился Людушка, не сводя жадного взгляда с лежащего у очага тюка с припасами. — А также пообедал и пополдничал. Но начал бы я, если вы не возражаете именно с завтрака. С утра, верите ли, не держал во рту ни фунта окорока, ни хотя бы жалкой жареной индейки.

— Очень вам сочувствую, — холодно ответил Дональд, перестав улыбаться, — А мне, насколько я понимаю, вы предложите что-нибудь из ваших запасов — тех, что лежат в вашей сумке?

Людушка энергично закивал:

— Разумеется! Не привык, знаете ли, ходить к соседям без гостинцев.

— Вы имеете в виду вашу отравленную колбаску? Или какой-нибудь бутерброд со снотворным вместо масла? Или еще что-нибудь похуже? — зловещим голосом продолжал юноша и выразительно положил руку на эфес меча.

Людушка вытаращил глаза от неожиданности и попытался вскочить, но только набил шишку на лбу, ударившись о потолок. Вновь рухнув на пол, он застонал:

— Кто-то… ой-ой, как больно!., кто-то оговорил меня, отважный рыцарь…

Дональд презрительно хмыкнул.

— Этот «кто-то» — волшебница Корина. Мы с ней друзья, понял, мешок сала?

Людоед замер с раскрытым ртом и выпученными глазами.

— Корина… — наконец тоненько выдохнул он. — То-то, чую, от вас знакомым духом веет… Давненько это было, но я хорошо помню, как ловко эта девчонка меня провела. А вы, стало быть, ее слуга?

— Нет. Это ты отныне мой слуга, — спокойно объявил Дональд. Он опять уселся на табурет возле очага и протянул к голубому огню озябшие руки.

Людоед хотел было шумно запротестовать, но стоило ему бросить взгляд в сторону очага, как слова застыли на его пухлых губах. Некоторое время он оцепенело глядел на завораживающую игру странного пламени, а затем покорно произнес:

— Счастлив буду вам служить, мой рыцарь.

Меч Чародея

— Завтра мы отправляемся в далекое и опасное путешествие.

— Далекое? Но мои бедные ноги подгибаются на каждом шагу! Если бы не голод, я бы никогда не покинул бы свой замок.

— Не беспокойся, — сказал Дональд. — Завтра ты будешь бегать по дороге, словно олень. Галдус патрус валга!

Пламя в очаге вспыхнуло, и в воздухе рассыпался фейерверк искр. Несколько попало на ноги людоеда, и Людушка взвизгнул от резкой боли.

— Ой-ой-ой! Бедные мои ноженьки, ой-ой… Хм-м… Уже не болят! Странно. И легкость какая-то во всем теле… Стало быть, вы волшебник, уважаемый Дональд?

— Иногда.

— Иногда? Забавно. Хорошо, я готов следовать за вами, дорогой рыцарь. В далеком пути, знаете ли, хороший людоед никогда не помешает. Но учтите, меня надо кормить четыре, нет, пять раз в день. Лучше всего Жевунами, но в крайнем случае сойдут и олени, овцы, тигры, быки, утки…

— А как насчет листьев? — с усмешкой спросил Дональд.

— Листьев? Каких таких листьев? — опешил Людушка.

— Самых обыкновенных листьев с деревьев, — объяснил юноша. — Берез, кленов, ясеней, дубов, тополей, осин… Эй, Полкан!

В проломе стены появился пес. Он шумно глотнул — видимо, хозяин оторвал его от вкусного ужина.

— Полкан, принеси-ка ветку с любого соседнего дерева, — приказал ему Дональд. — Наш новый друг что-то проголодался.

— Какую ветку? — едва не подавился Полкан. — Ты что, Дональд, очумел…

Вновь в очаге полыхнуло, и пес умолк, завороженно глядя на холодное пламя. Затем он беззвучно исчез в темноте.

Через несколько минут пес вернулся, неся в пасти ветку молодого тополя. Дональд протянул ее людоеду, и тот, морщась и вздыхая, засунул в рот горсть листьев. Пожевав, он неожиданно повеселел и быстро обглодал ветвь, словно косточку жареного барашка.

— Замечательно! — воскликнул Людушка. — Превосходно! Ничего вкуснее я не едал. Я хоть сейчас готов отправиться в путь, дорогой господин.

— И я готов! — залаял пес, бешено крутя хвостом и преданно глядя на Дональда. — Приказывай, хозяин!

Но юноша не ответил — привалившись к стене, он спал. Лицо его было бледным, дыхание — неровным.

Людоед вытянул из-под себя матрац и уложил на него юношу. Он даже пытался снять с рыцаря черные доспехи, но не смог справиться со сложными застежками.

Всю ночь людоед и пес провели без сна, преданно глядя на своего повелителя. А голубой огонь бесшумно плясал на горке дров, отбрасывая на стены причудливые тени.

Глава восьмая. ЖЕЛЕЗНЫЙ ЗАМОК.

Дональд проснулся с первыми лучами солнца. Потянувшись, он зевнул и сразу же поморщился: спать в доспехах оказалось совсем не сладко. И как это он вечером забыл их снять? И что за оглушительный шум?

Повернув голову, Дональд увидел рядом громадного толстого человека с по-детски розовым и пухлым лицом. Громила лежал на боку, подложив под щеку сложенные ладони, и храпел так, что стены тряслись. Возле него расположился верный Полкан. Пес во сне перебирал лапами и время от времени тонко повизгивал, словно щенок.

Дональд некоторое время ошеломленно смотрел на эту странную пару и только потом вспомнил удивительные события вчерашнего вечера. Голубое пламя, шелестящий голос, идущий словно бы ниоткуда, могучую силу, сминающую его волю, точно мягкую глину…

Но его удивление быстро рассеялось. Все шло так, как и должно идти.

Юный рыцарь вышел на улицу через пролом в стене, потянулся и устроил подъем своему маленькому отряду. Первым отозвался тихим ржанием Джердан, который проспал всю ночь во дворе, чуть позже к хозяину подбежал Полкан. Пса было трудно узнать — от его обычной ворчливости и упрямства не осталось и следа. ЭТОТ Полкан был предан хозяину от ушей до кончика хвоста и был готов мгновенно выполнить любое его приказание. Дональду это понравилось, и он ласково потрепал мохнатого пса по загривку.

Последним из дома на четвереньках выполз Людушка. Прищурившись от розоватых утренних лучей солнца, он облизнулся и сказал:

— Ах, как аппетитно пахнет со всех сторон! Сколько вокруг вкусной и полезной еды! Я чую свежие листья клена — это же лучше телятины в винном соусе! А ясень — какая прелесть! Господин, вы разрешите мне слегка перекусить? Я обдеру всего с десяток деревьев, а затем буду всецело к вашим услугам.

— Хватит с тебя вон того тополя, что растет у дома. По пути позавтракаешь.

Дональд умылся студеной водой из колодца, наскоро перекусил, покормил Полкана, и немедля двинулся в путь. Он ехал верхом на Джердане, а рядом широко вышагивал людоед, держа на плече солидных размеров дубинку (главный «гостинец», которым людоед потчевал своих бедных соседей). Полкан бежал чуть позади, не сводя с хозяина преданных глаз.

Людушка буквально цвел от улыбок. За вчерашний вечер его массивное, рыхлое тело приобрело чудесную легкость, столбообразные ноги сами несли вперед, так что толстяку приходилось даже сдерживать их прыть. И вечные проблемы с ненасытным аппетитом были отныне решены. Людушка по пути обрывал ветки с ближайших деревьев и с чавканьем объедал с них листья. При этом он ухитрялся непрестанно болтать.

— Какой чудесный сегодня день, чав-чав! — восхищался он. — Мне кажется, будто я заново родился, чав-чав-чав! Увидели бы мои дорогие папашка с мамашкой, каким молодцом стал их недотепа Людушка! Чав-чав-чав…

— Прекрати чавкать, — пригрозил Дональд, едва сдерживая улыбку.

— Рад бы, мой дорогой избавитель, спаситель и благодетель! Но откуда мне было, чав-чав-чав, набраться изящных и приятных манер? С младенчества привык, чав-чав, все тащить в рот. Однажды с голодухи чуть свою собственную руку не съел, честное-пречестное слово! А эти листья такие вкусненькие и аппетитненькие… Никак не могу ими наесться, чав-чав-чав… Кстати, а куда мы направляемся, мой отважный и доблестный рыцарь? Милях в трех отсюда находится славная деревенька с отборными, упитанными Жевунами.

Дональд покачал головой.

— Нет, пожалуй, больше в селения без крайней нужды мы заезжать не будем. А направляемся мы на север, к Желтой стране.

— Это очень плохо… то есть, тьфу, просто замечательно — отозвался Людушка, вытирая ладонью позеленевший от листвы рог. Всегда мечтал попробовать на вкус иностранцев. А то все Жевуны и Жевуны…

— Людушка! — строго прикрикнул Дональд.

— Прошу прощения, мой господин, я все время забываюсь. Да я теперь мяса и в рот не возьму! Фу, какая это гадость… То ли дело молоденькие листочки липы или, скажем, клена… А что мы будем делать в Желтой стране?

— Мы пересечем ее и пойдем до Фиолетовой страны.

— Что? Фиолетовой? — вытаращился от удивления людоед. Но это же та-а-ак далеко! И там правит ужасный Железный Дровосек. Не поверите, мой рыцарь, но именно этот неотесанный грубиян зарубил топором моего папашку. И за что? Только за то, что тот хотел съесть какую-то девчонку… Просто обидно, честное-пречестное слово!

Вспомнив об Элли, Дональд нахмурился, но лишь на мгновение. Кто-то словно мокрой тряпкой стер образ девочки у него из памяти.

— Девчонка? — недоуменно переспросил юный рыцарь. Не знаю, о ком ты говоришь… Не бойся, с Дровосеком я встречаться не собираюсь. У нас совсем другая цель…

— Какая, если не секрет? — полюбопытствовал Людушка.

Дональд опустил голову, безуспешно пытаясь собраться с мыслями.

— Не знаю, — после долгой паузы ответил он.

— Замечательно, превосходно! — воскликнул людоед. — я так и думал. Это так захватывающе интересно: идти неизвестно куда и непонятно зачем! Если позволите, я сейчас сочиню стишок об этом…

Два дня маленький отряд двигался по Голубой стране, уходя все дальше идальше на север. Дональд избегал всех встречных селений, и сделать это при остром нюхе Полкана и Людушки было совсем не сложно. Несколько раз на пути им встречались большие сады, полные спелых фруктов. Дональд с удовольствием угощался свежими яблоками и грушами, а Людушка так просто закатывал настоящие пиры.

Меч Чародея

Несмотря на всю осторожность Дональда, несколько фермеров-Жевунов все же заметили необычный отряд. Завидев огромного людоеда с дубиной на плече, они с воплями бросились бежать. Но, странное дело, не добежав до деревни, они почему-то забыли о только что пережитом страхе. Недоуменно пожав плечами, крестьяне вернулись на свои поля,

На третий день путникам открылась холмистая равнина. Дональд выбрал холм повыше и взобрался по его крутым склонам. Полкан с Джорданом предпочли остаться внизу в теньке, так что юного рыцаря сопровождал один неутомимый Людушка. Добравшись до плоской вершины, оба посмотрели прежде всего назад и увидели то, что давно ожидали: синюю ленту Большой реки.

— Как много воды! — восхитился Людушка, переложив тяжелую дубинку с плеча на плечо. Никогда не видел настоящей реки, мой бесценный рыцарь. Наверное, в ней растет множество очень вкусных растений?

— Не думаю, что водоросли придутся тебе по вкусу, — уклончиво ответил Дональд. — Посмотри-ка вон туда.

Юноша указал на север. В нескольких милях от холма, из густого леса, в небо поднимался столб грязно-серого дыма.

Людоед втянул воздух широкими ноздрями и поморщился.

— Фу, как дурно пахнет! Не знаю уж, что готовят на этом далеком костре, но я это есть не стану. По-моему, это вообще не еда.

— Надо поехать, посмотреть, — после некоторого раздумья сказал Дональд. — Тем более что нам по дороге.

Людушка не посмел возражать, а только со вздохом подтянул штаны. Несмотря на то что он ежедневно поглощал огромное количество листьев, живот толстяка стал постепенно уменьшаться. Это очень огорчало людоеда, хотя вслух говорить о своих переживаниях он не решался.

Спустившись с подножия холма, они увидели Джердана. Конь был явно чем-то встревожен и нервно бил копытом по земле. Из-за холмов доносился заливистый лай.

Через несколько минут прибежал Полкан.

— Что случилось? — недовольно спросил Дональд. — Гонялся за зайцем? Подходящее занятие для бойца моего отряда, нечего сказать!

Пес виновато завилял хвостом, но все же осмелился возразить:

— Прости, хозяин, но это был не заяц.

— Выходит, ты опустился до охоты за мышами? — презрительно усмехнулся Дональд.

— Не похожа эта штука на мышь!

— Какая штука? — насторожился юный рыцарь.

— Сам не знаю! Я давно хотел сказать, хозяин, да чего-то не решался. Только мне кажется, что от самой заброшенной деревни Жевунов за нами кто-то крадется!

— А как же твое собачье чутье? — удивился юноша.

— В том-то и дело, хозяин, эта штука никак не пахнет! Но я слышу иногда тихие шаги. А недавно я эту самую штуку увидел среди камней. Но она куда-то скрылась, как сквозь землю провалилась…

— Помолчи, — недовольным тоном прервал его Дональд. — Что-то ты в последнее время совсем поглупел, Полкан. Надо было сразу же мне рассказать о своих подозрениях, ясно? И если уж за кем-то гонишься, то надо ловить и тащить ко мне за шиворот. А ты только ворон пугать горазд!

Полкан виновато заскулил и низко опустил мохнатую голову.

— Я обязательно поймаю эту штуку, хозяин!

Дональд молча вскочил в седло и поскакал по звериной тропе в глубь леса. Его спутники торопливо проследовали за своим командиром.

Часа через два ветер донес до путников едкий густой запах. Дональд стал кашлять, а острые на нюх Полкан и Людушка совсем извелись. Наконец людоед не выдержал. Вынув из кармана пару носовых платков, он свернул их в трубочки и засунул себе в ноздри.

Перебравшись через глубокий овраг, путники вышли на огромную поляну. На ней, словно грибы, торчали сотни пней. Посреди поляны возвышалось странное темно-серое сооружение, похожее на недостроенный замок. Рядом стояло приземистое кирпичное здание с высокой трубой. Из трубы клубами валил черный едкий дым. Все звуки леса заглушал мерный звон.

Меч Чародея

Людушка насторожился.

— Не нравятся мне эти звуки, — заявил он. — По-моему, здесь кто-то кует металл. А раз кто-то что-то кует, то это кузнец. Кузнец! Нет у нас, людоедов, больших врагов, чем кузнецы. Мне об этом папашка рассказывал, а он-то был людоед известный и авторитетный!

Дональд даже бровью не повел и направил коня прямиком к низкому зданию.

— Вот и хорошо, — бросил он через плечо, — пусть кузнец подкует Джердана. А вот и он сам!

Звон стих, дверь здания распахнулась, и из нее вышел могучий человек в черных кожаных штанах, такой же рубашке и длинном фартуке. Кузнец выволок наружу небольшую металлическую плиту и, переведя дух, потащил ее к своему недостроенному замку.

Джердан всхрапнул, и только тогда кузнец заметил нежданных гостей. Он выпрямился и с удивлением посмотрел на странную компанию. Положив на землю плиту, силач с усмешкой сложил на груди мускулистые волосатые руки и стал ждать.

Дональд не спеша приблизился, с любопытством разглядывая кузнеца. Это был, без сомнения, Мигун, но ростом и мощным телосложением он не уступал любому взрослому человеку из Большого мира. У него было широкое, кирпично-красное лицо, окладистая борода и засаленные, неопрятные волосы, стянутые тонким кожаным ремешком.

— Здравствуйте, — вежливо поклонился Дональд, когда конь стал в нескольких шагах от могучего незнакомца.

— Привет, парень, — басисто прогудел Мигун, исподлобья разглядывая юного рыцаря. — А хороши на тебе доспехи, ничего не скажешь! Небось, мастер Гонт постарался? Хотя нет, у него другая манера клепать швы…

— Если не ошибаюсь, вы Мигун? — спросил Дональд, пропуская мимо ушей слова кузнеца.

— А кто же еще? — ухмыльнулся кузнец. — А вот ты, парень, что-то на Жевуна не походишь. Рудокоп, что ли? А этот толстяк, провалиться мне на месте, сам людоед! Славная же компания ко мне наведалась… Один мохнатый зверь чего стоит — в жизни не видал такого!

— Если ты обзовешь меня сурком, то береги свои штаны! — предупредил его Полкан.

Кузнец хохотнул.

— Сам вижу, что ты не барсук. А скакун какой у тебя, парень, красивый да сильный скакун! Никогда не думал, что в наших краях есть такие. Велика же и удивительна страна Торна!

Дональд спешился и, подойдя к Мигуну, протянул ему руку. Силач хмыкнул и сжал юноше кисть словно тисками. По телу юного рыцаря точно пробежала легкая судорога, и его мускулы налились железом. Он ответил кузнецу таким мощным рукопожатием, что улыбка сразу же сползла с прокопченного дымом лица.

— О-о, да у тебя, гляжу, силенка есть, парень! — воскликнул Мигун. — Это хорошо, это я уважаю. Ну что ж, заходите в мой замок, гостями будете.

— Только не я! — поспешно сказал Людушка. — Господин, если не возражаете, я пойду в лес и перекушу там. Здесь, тьфу, такая вонь!

Полкану тоже явно не нравилось, и Дональд отпустил его поохотиться в лесу.

Юноша представился и в ответ узнал, что Мигуна зовут Аргут. Кузнец провел гостя в зал, занимавший весь первый этаж недостроенного железного замка. К огромному своему удивлению, Дональд увидел почти точную копию пиршественного зала Фиолетового дворца! Правда, мебель здесь была совсем другой — грубо срубленной и неумело, хоть и прочно, сколоченной. Зато медные светильники, стоявшие вдоль стен длинного зала, поражали своим изяществом.

Аргут с гордостью обвел взглядом полутемное помещение.

— Что скажешь, Дональд? — пробасил он. Юноша едва сдержал снисходительную улыбку.

— Просто замечательно, мастер Аргут! Вот уж не думал, что в такой глуши увижу самый настоящий дворец, под стать королю.

— Ну, дворец — это, пожалуй, сказано слишком громко… — с деланной скромностью ответил Аргут. — Но замок со временем может получиться недурным. А материал, ты видишь, какой материал? Я кую стены из нержавеющего железа, понял? Куда там до моего замка паршивенькому Фиолетовому дворцу!

Дональд насторожился. Последние слова кузнец произнес с неподдельной ненавистью. Что-то за этим крылось…

Аргут распахнул створки кованого железного шкафа, и вскоре на краю длинного, рассчитанного на добрую сотню гостей стола появилась изумительная железная посуда. На обед Аргут предложил Дональду грибной суп и кусок тушеного мяса.

За обедом юноша без труда вытянул из Аргута его нехитрую историю.

— Понимаешь, парень, всю жизнь мне перекорежил металлический чурбан по имени Железный Дровосек. Слыхал небось о таком? Прожил я в Фиолетовой стране до двадцати с лишним годков и только и слышал каждый день: «Повелитель такой, повелитель сякой, повелитель разэтакий». Чтобы эта ржавая железка ни сделала, все Мигуны кричат «ура!» Он и самый сильный, и самый умный, и самый добрый — слушать тошно. А я что, рыжий? Да среди Мигунов никто мне даже до плеча не доставал, а уж сил у меня всегда на троих хватало. А кузнец какой я был! Во всем краю Торна такого не сыщешь! День и ночь проводил я в своей кузнице, ковал ограды, ворота, кирки да лопаты, словом, никакой работой не гнушался. Почитай, в каждой деревне фермеры моими косами пшеницу косили. И все равно эти болваны только и знали, что своего железного идола прославлять. А на меня, мастера Аргута, ноль внимания. Рассердился я однажды да и поехал в Басту на этого самого Дровосека поглядеть. Мой родич работал садовником у правителя, он меня однажды вечером и провел тайком во дворец. Как я увидел залы да комнаты и мебель дорогую да люстры хрустальные, так и совсем покой потерял. Думаю: «За что же все эти богатства несметные одному куску железа достались?» Такая злость меня взяла, что на следующий день я ушел куда глаза глядят, подальше от родных мест. С тех пор и живу один в этой глуши да замок себе строю. И будет он не хуже Фиолетового дворца, это я точно говорю! Дональд доел мясо, запил его терпким квасом и пристально посмотрел в глаза могучему кузнецу.

— Зачем же так надрываться, дорогой Аргут? Всем ваш железный замок хорош, слов нет, но кто про него знает? Никто. Несправедливо, что такой искусный кузнец пропадает в безвестности в этом медвежьем углу. А что, если вы будете жить в самом Фиолетовом дворце, всем Мигунам на зависть?

Аргут удивился.

— Да кто же меня туда пустит?

— А зачем вам ждать, когда вас пустят? — вкрадчиво спросил Дональд. — Надо пойти и силой занять дворец!

Аргут вытаращил глаза.

— Это как — силой? То есть поднять бунт против Дровосека?

Юный рыцарь откинулся на спинку стула и спокойно кивнул.

— Именно так, любезный Аргут. И дело не в том, Дровосек живет в Фиолетовом дворце или какой-нибудь другой правитель. За время, пока вы жили отшельником, в краю Торна многое изменилось. Одно осталось по-прежнему: такие, как вы, простые кузнецы, пахари и плотники, ютятся в деревянных домишках, а во дворцах в роскоши живут короли да феи. Этих бездельников по пальцам одной руки можно посчитать, а обиженных и обездоленных тысячи и тысячи!

Аргут осушил кружку кваса и, сощурясь, процедил:

— Выходит, ты бунтарь, рыцарь?

Дональд кивнул. До сих пор он и сам толком не понимал, зачем начал собирать свой отряд. Теперь же все стало просто и ясно: конечно же, он должен поднять восстание в краю Торна! Мерзкие Мигуны и жители Зеленой страны прогнали его дорогую Корину — пускай же они понесут за это заслуженное наказание! Неплохо было бы также настроить простодушных Болтунов против Стеллы. С воинственными Марранами проблем не будет: этих глупцов не трудно будет заставить воевать против всех сразу! А ведь есть еще и подземные рудокопы, обиженные на весь белый свет… Да, так и надо сделать! Тогда Властелин будет доволен.

— Нет, — неожиданно покачал головой Аргут.

— Почему нет? — опешил Дональд.

— Все ты правильно говоришь, рыцарь, да на что мне сдался чужой дворец? — резонно возразил ему кузнец. — Я не какой-нибудь бездельник, чтобы распускать губы на чужое! Слава Торну, у меня руки и голова есть, так что я сам себе замок выстрою. Дровосека не люблю, это верно, но в воры и разбойники записываться не собираюсь!

— Вот как ты заговорил, кузнец… — холодно процедил Дональд.

Он достал из кармана маленький хрустальный шарик и поднял его над головой. Тотчас все свечи в большом зале разом вспыхнули тревожным голубым пламенем. Аргут с проклятием вскочил на ноги, потянулся волосатой рукой к кочерге, стоявшей у железного камина, — и замер. Некоторое время он оцепенело глядел на Дональда, а затем в его карих глазах появилось выражение покорности. Кузнец тяжело опустился на стул и еле слышно произнес:

— Я готов следовать за тобой, Черный рыцарь.

— Так-то лучше! — усмехнулся юноша. — Увидишь, Аргут, мы с тобой устроим веселую жизнь для всех королей и фей Волшебной страны! А тебе я подарю после победы Фиолетовый дворец. Пусть Дровосек отправляется в лес и живет там в хижине.

Аргут подобострастно захихикал.

— А мы тем временем тот лес подожжем, верно? Вот бы поглядеть, как эта железяка расплавится, словно медная монета, ха-ха! Ох и повеселимся мы с тобой, Черный рыцарь, ох и потешимся! Война королям и феям, война!

Кузнец так ударил по столу кулаком, что дубовые доски не выдержали и греснули.

Так отряд Дональда приобрел еще одного, могучего и беспощадного бойца.

Глава девятая. КАРРЯГА.

К вечеру Дональд и его спутники пересекли долину холмов и увидели далеко впереди словно бы темное облако, опустившееся на землю. Джердан тревожно заржал и замотал головой. Он явно не хотел приближаться к странному месту.

Людушка тоже посмурнел.

— Мой господин, разве мы пойдем через этот синий туман? — горестно спросил он. — Бр-р-р, да там же, наверняка, очень холодно и сыро! Почему бы нам не свернуть направо, к Большой реке? По берегу идти легче и веселее… ой-ой!

Полкан вцепился мощными челюстями ему в ногу, так что толстяк невольно плюхнулся на землю.

— Да кто ты такой, чтобы возражать хозяину?! — залился лаем пес в лицо Людушке. — В темноте нам будет еще веселее!

Аргут ухмыльнулся и переложил свой громадный молот с плеча на плечо. Людоед оказался, к его удивлению, довольно трусоватым и к тому же болтливым, как сорока. Впрочем, это даже нравилось немногословному Мигуну. В пути толстяк развлекал всех рассказами, которые некогда услышал от доверчивых простаков, навещавших его замок в лесу. Еще он умел мигом сочинять смешные стишки по любому поводу — разумеется, в то время, когда не был занят жеванием листьев.

— Темнота — это пустяки, — заметил Аргут. — Но темнота посреди дня — это уже пахнет колдовством. Не терплю никакого чародейства.

— И я тоже! — поддержал его Людушка. — Однажды волшебница Корина заставила меня всю ночь простоять по колени в холодной воде. Больше того, она не дала себя съесть, и я едва не умер от голода. Это было ужасно!

Дональд улыбнулся и тронул Джердана с места.

Вскоре улыбка на его губах погасла. Синее облако, лежащее впереди у самой земли, внезапно пришло в движение. Оно словно бы закипело и выбросило навстречу путникам при длинных «языка». Языки на глазах стали темнеть, густеть и свертываться в клубки, которые через несколько мгновений превратились в трех чудовищ, напоминающих громадных пауков на мощных суставчатых ногах, с четырьмя парами рачьих клешней и десятком шарообразных глаз на длинных змеевидных отростках.

— Та-ак… — басисто протянул Аргут и, поплевав на ладони, крутанул молотом над головой. — И то дело! Славно разомнемся!

Пес залился лаем. Шерсть на загривке вздыбилась, глаза потемнели от ярости. Чудовища были раз в пять больше него, но Полкан не испытывал ни тени страха — ведь его хозяин был в опасности!

Людушка, напротив, отнюдь не рвался в бой.

— Я же говорил, господин Дональд, что надо было идти к Большой реке, — укоризненно покачал он головой. — Что хорошего можно ждать от облака тьмы? К тому же эти жуткие создания выглядят так неаппетитно, бр-р-р! Может быть, мы разойдемся с ними миром, а?

Дональд отстегнул от луки седла свой черный шлем, надел его и опустил забрало. Юношу пробирала нервная дрожь. Он уже не раз вступал в схватку с подземными монстрами в ущелье Черных драконов. Но тогда рядом был, хоть и молодой, но опытный Чангар… Юный рыцарь выхватил меч и произнес:

— Настала пора показать, на что мы способны. Джердан, вперед!

Конь заржал и понесся к чудовищу, которое находилось в центре. Людушке достался «паук» на левом фланге, а Аргуту — на правом. Полкан же колебался, не зная, кому в бою больше понадобится его помощь.

«Пауки» оказались злобными и коварными противниками. Первым чуть не вышел из строя Аргут. Стоило кузнецу занести молот над головой, как его многоногий и многорукий соперник подхватил с земли горсть песка и бросил его Мигуну прямо в глаза. Аргут охнул и отступил на шаг, почти ничего не видя. Тут же на него обрушился удар клешневидной лапы, сбивший сначала силача с ног. Если бы не подоспел Полкан, то Аргуту пришлось бы худо.

Людушка оказался не так прост, как его товарищ по отряду. В тот момент, когда его противник опустил лапу к земле, людоед внезапно чихнул и, достав из кармана большой носовой платок, закрыл им лицо. Песок, брошенный монстром, ничуть ему не повредил.

— Апчхи! — еще раз звучно чихнул Людушка. — Вам не кажется, уважаемый незнакомец, что ветер как-то сыроват? О-о, да вам в глаз попала соринка… Возьмите, дружище!

С широкой улыбкой Людушка протянул противнику носовой платок. Чудовище опешило. Глаза на стебельках изогнулись, чтобы получше рассмотреть странный предмет.

Меч Чародея

Людоед только этого и ждал. Он набросил платок на глаза монстра, а затем угостил соперника могучим ударом дубины. Чудовище взвыло от боли и отпрыгнуло назад.

— Куда же вы, незнакомец? — удивился Людушка. — Мы только-только завязали наше приятное знакомство.

Дональд тем временем с трудом отбивал натиски своего «паука». Юный рыцарь двумя точными ударами меча отсек несколько глаз у соперника и одну из его цепких клешней. Но и порождение мрака не осталось в долгу. От его мощных ударов на черных доспехах зияли глубокие вмятины. Джердану тоже досталось — на боку коня кровоточила длинная рана.

Хуже всех пришлось Аргуту. Его соперник был, похоже, поопытнее своих собратьев. Он наносил удары сразу всеми восемью лапами и неустанно теснил кузнеца и Полкана. И все же именно Аргут первым одержал победу в бою. Изловчившись, Мигун поднырнул под занесенные над ним клешни и с сокрушительной силой обрушил молот на туловище чудовища. «Паук» грузно осел на землю. Еще два удара — и с ним было покончено.

Меч Чародея

Дональд действовал иначе. Не обращая внимания на полученные ушибы, он последовательно отсекал один глаз противника за другим. Наконец «паук» ослеп. Он беспорядочно колотил лапами во все стороны, щелкал клешнями, злобно шипел — но уже не был опасен. Юный рыцарь выбрал удобный момент и вонзил меч по самую рукоять в округлое тело. «Паук» беспомощно замахал клешнями, и Дональду даже стало жаль ослепшего гиганта. Но тотчас он услышал знакомый шуршащий голос: «Добей его!» и вновь не смог противостоять воле Пакира.

Людушка тем временем успел рассказать своему противнику несколько забавных и поучительных историй из своей жизни и даже сочинить про «паука» приятный стишок.

Заодно толстяк не забывал потчевать чудовище дубиной, так что у того вскоре бессильно обвисли все лапы-клешни. Поняв, что с Людушкой справиться не удастся, черный монстр бросился наутек обратно в облако и вскоре растворился во тьме.

— Куда же вы? — обиженно кричал ему вслед Людушка. — Я не успел рассказать вам самое интересное про свой замок! Просто обидно такое неуважение, честное-пречестное слово…

Дональд созвал свой небольшой отряд. Оказалось, что все, кроме Людушки, получили ранения, к счастью, не очень серьезные.

— Надеюсь, мой господин, сейчас-то мы свернем к Большой реке? — с надеждой спросил толстяк. — По-моему, одной драки за день вполне достаточно. Тем более что я сегодня толком не обедал.

— И то правда, — неожиданно согласился с ним Аргут. — В этом облаке может таиться еще много всякой нечисти. Попробуй с ними в темноте справиться!

Дональд снял шлем и вновь приторочил его к седлу.

— Нет, — возразил он. — Неужели вы не понимаете, что наш путь — это ТЕМНЫЙ ПУТЬ? Никто нас убивать не собирается, это было просто первое серьезное испытание. И наверняка не последнее. Эй, Полкан, ты куда?

Пес весь день словно был на иголках. Он чувствовал, что кто-то продолжает красться за отрядом, но никак не мог застать наглеца врасплох. Порой Полкан отчетливо слышал чьи-то осторожные шаги, но стоило ему обернуться, как все стихало. Среди редких деревьев и кустарников, покрывавших долину, не было заметно ни одного живого существа. Не ощущалось никаких знакомых запахов, и это выводило Полкана из себя.

Во время боя с чудовищами псу, понятно, некогда было думать о таинственном соглядатае. Однако, отдыхая после победы, он решил схитрить. Полкан занялся зализыванием своих ран и так поднял заднюю лапу, что почти полностью закрыл ею свои глаза. Почти, но не совсем. И в ту же секунду он заметил, как из-за спины одного из поверженных монстров высунулась чья-то острая мордочка. Поблизости не было ни одного дерева или даже кустика, так что пес с радостным лаем помчался к «пауку».

Вернулся он, неся в пасти тонкое, длинное и многоногое существо. Оно отчаянно извивалось, пытаясь вырваться, но мощные челюсти крепко держали странное создание.

— Что ты притащил? — изумился Дональд, подходя поближе. — Да это же самая обыкновенная коряга!

Существо перестало вырываться и трескучим, противным голосом возразило:

— И вовсе не обыкновенная! И не коряга, а Карряга!

Людушка всплеснул пухлыми руками.

— Глазам своим не верю! Никогда не слышал, чтобы сухая ветка разговаривала. Ах, как жаль, уважаемая Карряга, что на вас нет листьев!

Повинуясь знаку Дональда, пес отпустил живую корягу. Та упала на свои восемь сучков, которые заменяли ей ноги, и встряхнулась, точно мокрая собака.

Аргут покачал головой, глядя на нее.

— Чудеса, да и только! — сказал он. — Сколько таких коряг я сжег в своей плавильной печи, и ни одна даже не пискнула. А у этой вон и пасть есть!

Действительно, один из двух концов коряги был расщеплен. Это и давало живрасту возможность разговаривать. Маленькие сучки рядом с «пастью» служили ей «глазами».

Меч Чародея

Первый приступ изумления прошел, и Дональд сурово свел брови.

— Зачем ты следила за нами? Кто тебя послал? Карряга изогнулась и, словно пес, почесала задней «лапой» свою узкую «голову».

— Сам знаешь кто, — спокойно ответила она.

Юный рыцарь опешил. Поймав на себе удивленные взгляды спутников, он поспешно спросил:

— Наверное, ты хочешь, чтобы мы отпустили тебя?

— Еще чего! — возмутилась Карряга. — Нет уж, дружок, теперь я буду следовать за тобой словно тень. Не бойся, не укушу! Наоборот, буду тебе полезней, чем это глупое лохматое животное.

— Р-р-гав, разговаривай вежливо! — залаял возмущенный Полкан. — Хозяин, разреши, я раздеру эту гнилую ветку на щепки?

Дональд покачал головой.

— Нет. Карряга пойдет с нами. Но ты, Полкан, не своди с нее глаз. Надо убедиться, та ли она, за кого себя выдает. А теперь самое время подкрепиться.

Людушка оживился и, потирая пухлые руки, уселся на валун поближе к тюку с едой. Аргут устроился рядом и выбрал себе кусок мяса побольше. Людоед с завистью посмотрел на него, но сам обошелся яблоками и грушами.

Поев, путники стали вновь собираться в путь. И только тут они заметили, что тела двух убитых чудовищ исчезли. Остались лишь небольшие облачка тумана, которые ветер медленно относил к барьеру синей мглы.

— Колдовство… — пробормотал Аргут, задумчиво поглаживая рукоять молота. — И зачем я оставил свой Железный замок? Жил бы там себе припеваючи… Э-эх, что теперь горевать? Веди нас, господин Черный рыцарь!

Маленький отряд вновь двинулся в путь. На этот раз справа от Джердана бежал верный Полкан, а слева — быстро семенила лапками-сучками Карряга. Ее узкая голова была приподнята так, что живое растение ни на мгновение не упускало из виду юного рыцаря. И от этого холодного изучающего взгляда Дональду было не по себе.

Проехав около мили, путники погрузились в густой синий туман.

Глава десятая. ЧЕЛОВЕК-ЯЩЕР.

Путь через темное облако занял несколько часов. Дональд вел отряд между приземистых холмов, по хлюпающей, болотистой почве. Изредка им встречались толстые остовы деревьев да небольшие озера, заросшие по берегам камышом. В небе по-прежнему сияли лишь холодные звезды.

Путники приумолкли. Каждую минуту они ожидали нападения чудовищ, но ничего не происходило, и оттого было еще страшнее.

— Бр-р-р, сырость-то какая… — наконец не выдержал Людушка. — Этак можно запросто и простуду подцепить. У меня сапожки невысокие, да еще из мягкой кожи… Ой! Ну вот, опять в лужу угодил!

— Да замолчи ты, балаболка! — в сердцах выпалил Аргут. — И без тебя тошно… Эй, глядите!

Кузнец указал направо. Там, среди обширного болота, колыхались какие-то бледные тени. Это были грибы — серые, на длинных ножках, со шляпками в виде пожухлых колокольчиков.

Дональд повернул коня, и вскоре маленький отряд уже стоял на берегу необычного болота. Оно кипело жизнью. В густых водорослях то там, то здесь слышались тяжелые всплески. «Неужели тут водится рыба?» с удивлением подумал Дональд. Но Полкан развеял его сомнения. Пес бросился в зловонную жижу и выволок на берег отчаянно бьющееся существо. Юноша присел возле него на корточки и, с изумлением понял, что он уже видел эту тварь. Это была миниатюрная копия двухголового летающего змея, какие не раз появлялись из глубин ущелья Черных драконов.

— Ничего но понимаю, — пробормотал Дональд. — Да это же…

— Просто болотная ящерица, — прервала его скрипящим голосом Карряга. — Их полно в этих местах, уж я-то знаю. Их укусы очень ядовиты, бледные поганки, кстати, тоже не подарок.

Меч Чародея

Услышан это, Полкан быстро отпрыгнул от бьющейся на берегу двухголовой змеи. Людушка тоже поспешил отойти в сторонку.

— Фу, какая гадость! — сказал он. — Терпеть не могу змей. А эта еще и двухголовая! Не слышал, чтобы в краю Торна такие водились…

Ответом ему было гулкое эхо, несущееся, казалось, со всех сторон. Хотя возможно, что это был вой каких-то животных.

Карряга даже подскочила на месте.

— Никогда не произноси во Тьме это имя! — злобно прошипела она. — Никогда, понял ты, ходячий кусок мяса?

Аргут недовольно сдвинул брови.

— Это еще почему? — возразил он. — Разве мы не находимся в краю То… краю То…

Кузнец смолк, чувствуя, что его язык словно прилип к гортани.

— Пошли дальше, — мрачно произнес Дональд. — И делайте так, как говорит уважаемая Карряга, — иначе мы отсюда можем вообще не выбраться.

Никто не посмел ему возразить, но сам юноша был очень озадачен. «Неужели Тьма уже пустила свои корни здесь, на поверхности земли? — подумал он. — Пакир, я не люблю тьму, я люблю солнце. Зачем ты сделал меня своим слугой; куда я иду и зачем?».

Но знакомый шипящий голос молчал.

Вскоре на пути выросла стена леса. Когда-то здесь росли могучие дубы, ясени и тополя, но нынче все они превратились в полусгнившие стволы. Аргут даже крякнул от удивления, пощупав кору одного из мертвых гигантов.

— Да этот дуб словно трухлявый пень! — сказал кузнец. — И что это с ним случилось? Никогда такого не видел. Даже не верится, что мы идем по Голубой стране… Или уже не по Голубой?

Дональд молчал, погруженный в свои мысли.

Маленький отряд попытался обойти мертвый лес справа. Идти во мгле было нелегко, на пути часто попадались ямы и небольшие овраги. Впереди теперь бежали Полкан и Карряга, выбирая для своих спутников дорогу поудобнее. И вот перед ними вырос холм… нет, не холм, а развалины какого-то огромного строения.

— Ого! — воскликнул Аргут. — Провалиться мне на месте, если это не дворец или замок… Господин, надо посмотреть, что это за штука!

Дональд хотел было свернуть к развалинам, но Карряга изогнулась и преградила ему путь.

— Туда нельзя! — злобно зашипела она. — Нельзя!

— Почему нельзя? — удивился Аргут. — А если там лежат несметные сокровища? Да и просто интересно узнать, кто воздвиг этакую громадину. Может быть, наш брат кузнец?

Людушка тоже был недоволен.

— Господин рыцарь, почему вы позволяете распоряжаться этой трухлявой ветке? — возмутился он. — Я тоже хочу взглянуть на замок хотя бы одним глазком. В каждом уважающем себя замке есть большой подвал, уверяю вас. А в подвале бывает много вкусных-превкусных вещей. Я страшно проголодался после боя с чудовищами, а вокруг нет ни одного самого завалящегося листика.

— Толстяк прав! — залаял Полкан. — Не хватало еще, чтобы всякая там коряга нами командовала!

Дональд колебался. Здесь, в облаке синей тьмы, он почему-то чувствовал себя более свободно, чем при свете солнца. И в его ушах больше не звучал завораживающий, леденящий голос Пакира.

— Хорошо, — наконец сказал он. — Мы заглянем в развалины, но ненадолго.

Карряга злобно зашипела, но все же была вынуждена уступить дорогу коню.

Разрушенный замок стоял на плоской вершине невысокого холма. Его подножие окружал глубокий ров, — сейчас заполненный болотной жижей. Подвесной мост был опущен, и Джердан осторожно ступил ногами на толстые, но сильно прогнившие доски.

Некогда замок опоясывала мощная каменная стена, от которой теперь остались лишь груды обломков. Но приворотная башня сохранилась почти полностью, и путники различили на ней странный герб, изображавший нечто вроде огромной летающей мыши. При виде герба Карряга издала злобный вопль, но на нее никто не обратил внимания.

Маленький отряд вошел в проем ворот, переступил через обвалившиеся сгнившие створки и оказался перед квадратной башней. Что бы ни разрушило в далеком прошлом замок, главный удар пришелся именно по ней. Несмотря на то что башня была сложена из огромных тесаных камней, верхняя ее часть была размолота вдребезги, и осколки теперь грудами лежали вдоль стен.

— Ого, — негромко промолвил Аргут, удивленно покачивая головой. — Кто-то славно угостил эту башню ударом молота. Представляю, что это был за молот и что это был за кузнец!

Людушка пошевелил мясистым носом, принюхиваясь.

— Ничем вкусным не пахнет, — обиженно заявил он. — Даже обидно, честное-пречестное слово! Тоже мне замок…

Карряга фыркнула и зашипела:

— Я же говорила, что здесь делать нечего. Пойдемте отсюда поскорее…

— Да, надо идти, — нехотя согласился Дональд. — Нет, постой!

Он заметил на верху башни что-то, напоминающее огромную птицу или летучую мышь. В густой мгле было плохо видно, но, без сомнения, это было живое существо!

— Эй, кто там следит за нами? — крикнул Дональд, приподнявшись в седле. — Спускайся вниз, мы не причиним тебе вреда!

Странная «птица» даже не пошевелилась. Тогда Дональд отстегнул от седла лук, вложил в него стрелу и натянул тетиву.

— Я говорю, спускайся! — крикнул он.

И тогда «птица» расправила короткие крылья и плавно спланировала на землю. Людоед и Аргут на всякий случай подняли свое оружие. Полкан зашелся лаем, а Карряга, шипя и что-то тихо бормоча, попятилась к воротам.

Перед путниками стояло существо ростом чуть выше Дональда. Оно напоминало человека, но все его тело, крылья и лицо покрывала чешуя. Нос человека-ящера был сплюснутым, с широкими ноздрями. Вместо рта виднелась узкая безгубая щель, зато глаза были огромными, синими и сияющими.

— Кто ты? — спросил Дональд, не отпуская натянутую тетиву.

— Я — Эльг, хозяин этого замка, — высоким, гортанным голосом ответил человек-ящер. — А кто вы, непрошеные гости?

Дональд коротко представил себя и своих спутников. Эльг внимательно оглядел всю компанию, а на Карряге его взгляд задержался особенно долго.

— Куда вы направляетесь? — наконец спросил он.

— В Желтую страну, — ответил Дональд.

Эльг покачал своей чешуйчатой, лишенной волос головой.

— Вы выбрали не лучший путь, — сказал он. — В Мертвом лесу водится немало опасных тварей, да и в соседних болотах их полным-полно. Правда, до Лунной реки отсюда всего миль десять, но их вам будет нелегко одолеть.

— Может, вы станете нашим проводником, уважаемый Эльг? — спросил Дональд.

Человек-ящер сложил на груди руки с длинными пальцами, увенчанными крючковатыми когтями, и спросил:

— А чем вы расплатитесь со мной, рыцарь? Мне нужно только одно… — и он указал на меч, висевший на поясе Дональда.

Людушка и Аргут возмущенно охнули, но Дональд предостерегающе поднял руку.

— Рыцарь не может оставаться без меча, — спокойно произнес он. — Нам предстоит долгое, опасное странствие, и я не могу лишиться своего самого сильного оружия.

Человек-ящер кивнул, не сводя с пояса Дональда сияющих глаз.

— Это верно, — согласился он, — но разве Мигун с молотом в руке — не кузнец? Он может выковать оружие из любого куска металла. И разве не к Мечу вы держите путь?

— Ты говоришь загадками, Эльг, — холодно ответил Дональд. — Я не вполне понимаю тебя. Что ж, если ты не хочешь нам помочь — это твое дело. Мой отряд уже показал себя в бою. В случае нужды мы сделаем это вновь.

— Правильно! — завизжала Карряга. — Не верьте этой ящерице! Пускай улетает в свои развалины.

Все, даже Джердан, дружно закивали, соглашаясь с корягой. Но Дональд не спешил уезжать.

— Зачем тебе мой меч, Эльг? — спросил он. — С кем ты собираешься воевать?

Эльг покачал головой:

— Ни с кем. Все твари по обеим берегам Лунной реки прекрасно знают меня — знают и боятся. С любым из них я могу разделаться голыми руками! Но меч… ведь его подарил тебе Пакир?

Юный рыцарь был поражен.

— Верно.

— У меня когда-то был точно такой же… — тихо продолжил Эльг. — Мне даже кажется, что это мой меч! Я лишился его в бою давно… очень давно… Дай мне его, дай!

Человек-ящер с приглушенными рыданиями сделал шаг вперед. Немедля на его пути встал Аргут с занесенным молотом. Дональд едва успел остановить его. Сам не зная почему, он отстегнул меч и протянул хозяину разрушенного замка.

— Не делай этого, не делай! — завопила Карряга, но было уже поздно. Эльг внезапно взмахнул крыльями, взлетел в воздух и буквально вырвал из рук юноши оружие.

Меч Чародея

— Да, это мой меч! — гортанно закричал он, паря в воздухе. — Как долго я ждал этого часа! Теперь я могу вернуться и отомстить…

Дональд молча повернул коня и поехал к воротам. Эльг быстро догнал его. Опустившись на землю, он низко поклонился юному рыцарю.

— Ты совершил удивительный поступок, Дональд, — сказал он взволнованно. — Я тоже был когда-то Черным рыцарем и понимаю, как трудно воину добровольно отдать меч. Но ты проявил великодушие, и отныне я буду служить тебе верой и правдой. Поверь мне, Дональд, у тебя будет меч, да такой, которому нет равных на свете! Прошу только об одном — ни о чем не расспрашивай меня. Настанет день, и ты сам все узнаешь… А теперь вперед — я поведу твой отряд к Лунной реке!

Эльг взмыл в воздух и полетел через арку ворот.

Дональд молча последовал за ним. В его голове царил полный хаос. Как, ну как он мог отдать незнакомцу свое оружие? Правда, привычнее для его руки были все-таки лук со стрелами, но добровольно лишиться меча… Может, такова была воля Пакира?

Но юноша напрасно прислушивался к себе. Властелин молчал, и нельзя было узнать, разгневан ли он поступком своего юного слуги или нет.

Глава одиннадцатая. ПЕЩЕРА ОТШЕЛЬНИКА.

Путники вскоре убедились, что Эльг был бесценным проводником. Он летел невысоко над землей впереди отряда и то и дело выписывал замысловатые зигзаги, огибая стороной коварные ямы, незаметные трещины и топкие болотца. Несколько раз со стороны Мертвого леса доносился свирепый, угрожающий вой неведомых зверей. Эльг отвечал им громкими, гортанными криками, и шум в лесу стихал. Без особых приключений Дональд и его спутники дошли до реки, в глубинах которой сиял тонкий месяц.

Юный рыцарь остановил коня, спешился и подошел к самому урезу воды. Противоположного берега видно не было. Серебристый поток бурлил многочисленными водоворотами. Нечего было и думать преодолеть его вплавь.

— Эльг, на этой реке есть броды? — растерянно спросил Дональд.

— Нет, — ответил человек-ящер.

— Может быть, стоит срубить плот? — предложил кузнец.

— Нет, нет, только не плот! — испуганно воскликнул Людушка. — Я такой толстый-претолстый, что меня ни один плот не выдержит. Правда, за последнее время я здорово похудел, но все равно пойду ко дну, словно камень!

— Не бойся, плот из мертвых деревьев не сколотишь, — усмехнулся Эльг. — Эти стволы давно окаменели и утонут быстрее тебя. Не беспокойтесь, я перенесу всех на противоположный берег.

Дональд в сомнении посмотрел на хрупкого Эльга, но возражать не стал. Да и что еще он мог предложить?

Человек-ящер покружил над путниками и внезапно спикировал на Людушку. Толстяк завизжал от страха, почувствовав, как сзади его обхватили холодные гибкие руки. Еще мгновение — и Людушка летел над стремительным потоком.

— Я боюсь воды, боюсь! — вопил людоед. — Не вздумай утопить меня, иначе я тут же тебя съем, даже косточки целой не оставлю!

Но Эльг оказался на удивление сильным существом. Быстро работая короткими крыльями, он вскоре исчез во мгле, унося перетрусившего Людушку. Через несколько минут человек-ящер вернулся, и по виду его нельзя было сказать, что он устал.

— Теперь твоя очередь, Аргут, — сказал он, и кузнец безропотно подчинился.

Меч Чародея

Подошел черед Джердана, и Эльг задумался. К счастью, упряжь, подаренная волшебницей Кориной, была поразительно прочной. Крылатый человек ухватил коня за седло и унес в темноту. Вернувшись, Эльг немного передохнул, а затем уже без труда перенес через Лунную реку Дональда, Полкана и Каррягу.

Все, даже ворчливый пес, были поражены силой и ловкостью Эльга. Юный рыцарь прочувствованно пожал ему руку.

— Ты очень помог нам, Эльг, — сказал Дональд. — С тобой мой отряд стал еще сильнее. Но кто ты и как оказался в этом мрачном месте?

Человек-ящер нахмурился.

— Я же просил, Дональд, — не задавай никаких вопросов. Могу сказать лишь одно: нам с тобой по пути. И надо торопиться — к мечу Торна идет еще одни отряд. Кто-нибудь из вас слышал о горе Трех Братьев?

Аргут насторожился.

— Ну я слышал, — ответил кузнец. Моя родная деревня находится милях в тридцати от нее. Но место там недоброе, его сторонятся даже самые бесшабашные Мигуны.

— И откуда же у этой горы такая дурная слава — поинтересовался Дональд.

— Это длинная история, — уклончиво ответил Аргут. — При случае расскажу. Но сначала нам надо выбраться отсюда. Эта проклятая мгла действует мне на нервы.

— И мне тоже, — поддержал его Людушка, дрожа от холода. — К тому же я очень проголодался!

Карряга зашипела:

— Ну что ж, веди нас, Эльг. Только учти, я не доверяю тебе и не спущу с тебя глаз!

Человек-ящер звонко расхохотался, взлетел и направился прочь от Лунной реки. Дональд вскочил на коня и последовал за ним. Карряга по-прежнему бежала перед Джерданом, постоянно подозрительно принюхиваясь и что-то тихо ворча себе под сучковатый нос.

После нескольких часов пути по холмистой, лишенной растительности местности отряд вышел из синего облака мглы. Был полдень. Солнце скрылось за серым покрывалом, лишь изредка появляясь в разрывах облаков. Накрапывал легкий дождь. С севера дул прохладный ветерок. И все же царство тьмы осталось позади, и все путники с восторгом встретили долгожданный дневной свет.

Все — кроме коряги. Когда лучи солнца ненадолго упали на землю, Карряга подняла к небу узкую голову и завыла так, что даже у хладнокровного Аргута мороз прошел по коже.

Эльг последним преодолел границу ночи и дня. Он закрыл лишенные век глаза лезвием меча и медленно спустился по склону холма. Клинок в его руках внезапно вспыхнул, а затем медленно стал гаснуть.

Дональд с удивлением наблюдал за ним. Наконец Эльг опустил оружие, и юный рыцарь увидел на его лице счастливую улыбку.

— Теперь ты понял, Дональд, зачем мне был нужен этот меч? — звенящим от восторга голосом спросил Эльг. — Без него я не мог бы покинуть берега Лунной реки! Я никогда прежде не видел солнца и сразу бы ослеп…

— Ты всю жизнь провел в разрушенном замке? — сочувственно спросил Дональд.

— Нет, — покачал головой Эльг, — но я очутился там очень давно. На берегах Лунной реки время словно бы остановилось. Даже звезды на небе не движутся. Но час моего освобождения настал. Теперь я хочу лишь одного — мстить!

— Мстить? Кому?

— Настанет день, и ты узнаешь об этом, — уклонился от ответа Эльг.

Услышав эти слова, сидевшая неподалеку Карряга что-то злобно пробормотала.

Отряд устроил небольшой привал, чтобы отдохнуть после тяжелого перехода. Аргут с аппетитом пообедал холодным мясом, улегся на влажную траву и немедленно захрапел. К нему присоединился Полкан. Джердан предпочел попастись на склоне холма. Что же касается Людушки, то он приметил невдалеке рощу и помчался к ней во всю прыть. Вскоре деревья в роще стали раскачиваться, словно от порывов сильного ветра, и тишину наполнили треск ломающихся ветвей и смачное чавканье.

Дональд тоже заснул, пристроив под голову седло. Часа через два его разбудил Эльг.

— Прости, господин, но нам надо спешить, — тихо сказал человек-ящер. — Наши соперники двигаются быстрее, чем я ожидал. Они уже пересекли границы Розовой страны!

Потянувшись и зевнув, юный рыцарь с удивлением посмотрел на крылатое существо.

— Откуда ты это знаешь, Эльг? — негромко спросил он. — Разве ты тоже служишь Пакиру?

Лицо Эльга посуровело, в его глазах вспыхнула неприкрытая ненависть.

— Нет, — глухо ответил он. — Но меч Торна должен достаться нам. Я давно мечтал о нем, с первого же дня моего изгнания.

— Изгнания? Откуда? — с любопытством спросил Дональд.

Эльг долго не отвечал, нахмурившись и опустив голову. Затем он нехотя сказал:

— Пакир изгнал меня с острова Горн, из своего подземного царства. Я могу заслужить прощение Владыки, только вернувшись с Мечом. Мы не случайно встретились с тобой, Дональд! Цель у нас одна и соперники — тоже.

— Кто они?

— Я видел их недавно на берегу Лунной реки, — криво усмехнулся крылатый человек. — Они даже не заметили, что я следовал за ними до самого Летающего моста. Но там один из них сбросил в реку рубиновый глаз идола, и меня едва не ослепила стена пламени. Я спасся лишь чудом.

Дональд попросил нового друга поподробнее описать соперников. Выслушав его, юный рыцарь помрачнел.

— Этих путников я хорошо знаю, — сказал он. — Это, без сомнения, Железный Дровосек, правитель Фиолетовой страны. Соломенного человека зовут Страшила, он некогда был королем Изумрудного города. А вот об их спутниках я прежде ничего не слышал. Говоришь, парня зовут Аларм?

— Да, — кивнул Эльг. — Судя по всему, это рудокоп — я насмотрелся на них в Подземном царстве. Остальные два похожи на нашу Каррягу, только побольше и посильнее.

Дональд презрительно усмехнулся.

— По-моему, ты напрасно беспокоишься, Эльг. Из твоего рассказа следует, что только король Гуд представляет для нас опасность. А этот мальчишка-рудокоп… с ним я как-нибудь справлюсь.

Эльг пожал узкими плечами.

— Не знаю, не знаю, — с сомнением заметил он. — Мост над Лунной рекой был настоящей летающей крепостью…

Он поведал юноше о витязе Фарахе.

— Я дважды вступал с ним в бой и дважды проиграл, — признался Эльг под конец. — Похоже, рудокопу Аларму повезло больше. Если я не ошибся, на нем были серебряные доспехи Фараха, каким-то чудом съежившиеся. Этот мальчишка — искусный и опасный боец. Иначе как он мог завладеть Летающим мостом?

Эльг замолчал и на дальнейшие расспросы Дональда ничего не ответил. Юный рыцарь особенно и не настаивал: пока ему было довольно и того, что он услышал.

К вечеру отряд вновь двинулся в путь. Вскоре далеко на горизонте появилась одинокая гора. С последними лучами заходящего солнца Эльг взмыл высоко в небо, чтобы осмотреть как следует окрестности. Спустившись, он сообщил, что в нескольких десятках миль за горой леса резко меняют цвет с зеленого на золотистый. Это означало, что до Желтой страны уже недалеко.

Ночь отряд провел в лесу, на берегу большого озера. Эльг улетел ненадолго и вернулся с полным мешком яблок и груш. Людушка с Аргуном соорудили несколько удочек и рано утром выловили с десяток крупных рыбин, которых тут же поджарили на костре. Людоед даже прослезился от радости, когда понял: рыбу он есть может! Свою порцию толстяк проглотил с невероятной быстротой и, облизываясь, снова помчался к удочкам.

Дальнейший путь пролегал под сплошным пологом из тесно сплетенных крон деревьев. Эльгу приходилось время от времени подниматься высоко в небо сквозь сплетение ветвей, чтобы уточнить направление движения.

Наконец лес кончился, и перед путниками открылась обширная равнина, испещренная извилистыми оврагами. В двух милях к северу высилась гора, изъеденная десятками пещер. Из одной, самой большой пещеры, вился сизый дымок.

Людушка смешно повел мясистым носом.

— О-о, как вкусно пахнет! — с энтузиазмом воскликнул он. — Сто лет не едал ничего подобного! Клянусь любимой дубинкой папашки, кто-то жарит пирожки с капустой и луком. Господин Черный рыцарь, не навестить ли нам хозяина этой пещеры? Он будет очень рад поделиться с нами своей трапезой, честное-пречестное слово! Я даже стишок подходящий знаю:

Дружок, пригласи на обед людоеда. Но не к себе, конечно, — к соседу.

Правда, остроумно? Ха-ха-ха!

Посовещавшись, Дональд и Эльг решили последовать совету Людушки. Отряд давно уже шел по необитаемой части Голубой страны, где не ступала нога ни одного Жевуна. Кто же мог поселиться здесь, в глуши?

Подойдя к горе, путники увидели хорошо утоптанную тропинку, ведущую по довольно крутому склону ко входу в большую пещеру. По обе стороны тропинки росли фруктовые деревья, увешанные спелыми плодами необычайного вида. Людушка обомлел от восторга, учуяв их удивительные запахи. Однако, к его величайшему сожалению, Дональд строго-настрого запретил даже касаться плодов.

Юный рыцарь спешился и пошел впереди. За ним следом трусил верный Полкан, а чуть поодаль шли все остальные, за исключением коряги и коня.

Карряга возмущалась, как никогда громко и злобно и ни в какую не желала идти в пещеру. А Джердан, как обычно, предпочел попастись на соседнем лужке.

У входа в пещеру путники остановились. Вид у человека-ящера был очень взволнованный, и Дональд спросил его, почему-то вполголоса:

— Ты ничего не слышал о хозяине этих мест, Эльг? Кому он служит, Тьме или Свету?

Крылатый человек покачал головой.

— Не знаю, — так же тихо ответил он. — Но мне знаком этот запах… так пахнут синие деревья!

Друзья ступили в огромный, не менее двадцати футов высотой туннель. Стены его были на удивление гладкими, и Дональд невольно прикоснулся к ним пальцами. Как ни странно, это был гранит, одна из самых твердых горных пород. Пройдя около сотни шагов, путники очутились в обширной пещере. В центре ее находились грубо вытесанные из дерева стол и стул. Хозяин стоял возле крошечного сада из нескольких десятков карликовых деревьев непривычного синего цвета. Это был глубокий старик, безбородый и совершенно лысый, с морщинистым бледным лицом и карими глазами. Его одежда напоминала обычный холщовый мешок, перехваченный в талии веревкой. Несмотря на царящую в пещере прохладу, старик был бос.

Меч Чародея

Дональд смущенно кашлянул, привлекая к себе внимание. Старик обернулся, и брови над карими глазами удивленно поползли вверх.

— Темный отряд? — неожиданно молодым и бархатистым голосом промолвил он. — Ну конечно же… Черный рыцарь… людоед… человек-ящер… Мигун… да, все сходится!

— Вы слышали о нас? — спросил пораженный Дональд. — Но от кого?

Старик печально улыбнулся:

— О-о, этого человека давно нет в живых. Когда-то над ним многие насмехались, и я в том числе. Но потом оказалось, что его предсказания сбываются, из года в год, из столетия в столетие… Да вы садитесь, садитесь!

Старик сделал едва заметный жест, и тотчас возле стола появилось четыре стула. Путники молча расселись. Полкан улегся в ногах у Дональда, не сводя с хозяина пещеры внимательных глаз.

— Вы волшебник? — взволнованно спросил Дональд. Глаза старика весело округлились.

— О нет, Черный рыцарь! Я всего лишь скромный садовник Тамиз. Но некогда в молодости я немало лет прожил в обществе магов. Волей-неволей кое-чему научился — так, совершенным пустякам.

Тамиз слегка пошевелил пальцами, что-то пробормотал — и на столе появилось несколько серебряных блюд, наполненных плодами удивительной красоты. Людушка издал урчащий звук и, не замечая укоризненного взгляда Дональда, начал с невероятной скоростью уничтожать персики, бананы, сливы, яблоки и виноград. Как ни странно, стоявшее перед ним блюдо ничуть не пустело. Аргут последовал его примеру без особого энтузиазма. К изумлению кузнеца фрукты на его тарелке имели вкус превосходной жареной оленины. Полкан в это время грыз большую твердую грушу со вкусом сахарной косточки.

Дональд и Эльг из вежливости также отведали плодов, хотя голода не испытывали. Старик тем временем уселся на своем стуле, продолжая с любопытством разглядывать гостей. Дональд поблагодарил хозяина за угощение и спросил:

— Вы сказали, уважаемый Тамиз, что были садовником. Но кому вы служили? Неужели самому…

— О нет, — рассмеялся Тамиз. — Я стар, но не настолько же! Я даже моложе моей прежней госпожи. Вы, конечно же, слышали о ней — это волшебница Стелла, правительница Розовой страны.

Путники молча переглянулись. Даже людоед перестал жевать, услышав это имя.

Старик жестко усмехнулся, заметив, как помрачнели гости.

— Не беспокойтесь, наши с ней пути давно разошлись, — продолжил он. — Свет оказался слишком ярок для меня… не знаю, понимаете ли вы, о чем я говорю…

Дональд внезапно вспомнил об Элли. Всего несколько недель прошло с того дня, как они встретились в маленьком домике в Канзасской степи. Но сейчас ему казалось, что с тех пор прошли долгие годы…

— Кажется, я понимаю вас, уважаемый Тамиз, — тихо сказал юноша. — В последнее время я тоже предпочитаю тень.

— А я — тем более, — согласно кивнул Аргут. — В моей кузнице всегда, знаете ли, сумерки.

— Что уж говорить о нас, людоедах! — воскликнул Лю душка. — Еще в детстве папашка научил меня стишку:

Солнышко заходит, скорее за работу, Людоедам пора выходить на охоту!

Эльг промолчал. Тамиз внимательно посмотрел на него и неожиданно спросил:

— А что же молчишь ты, раб, порождение мрака? Ума не приложу, как ты выдерживаешь солнечный свет.

— У меня есть меч Мглы, — тихо ответил человек-ящер.

— Меч Мглы? Хм-м… Ты закрыл им глаза, выходя из Ночи в День? — с интересом спросил Тамиз. — Ну конечно же, так поступали все воины Пакира, когда пытались подняться на поверхность. Давненько же это было… Я думал, что мечей Мглы уже и не осталось. Хм-м… странно…

Дональд спросил:

— Что вы делаете в этой пещере, уважаемый Тамиз? Неужели вы живете здесь, словно отшельник?

Старик рассмеялся.

— А я и есть отшельник, мой юный друг. В одиночестве есть своя сладость, уж поверь мне. Всю свою молодость я провел в Розовой стране. Не хвастаясь, скажу: это я создал чудесный сад Стеллы! Но свет начал утомлять мои глаза, а голоса Болтунов — мои уши. Вместо цветов, любящих солнечный свет, я стал выращивать растения, предпочитающие мглу. Тогда Стелла разгневалась на меня, и я покинул Розовую страну. С тех пор я живу здесь, в пещере Дикой горы, и готовлюсь к приходу Тьмы.

Дональд облизал пересохшие губы.

— Я не совсем понимаю вас, уважаемый Тамиз, — осторожно проговорил он.

Тамиз указал рукой на свой крошечный сад.

— Ты видел Мертвый лес на берегу Лунной реки? — спросил старик. — Тьма уже давно царит там, и она погубила все порождения Света.

Деревья, кусты, цветы и даже трава либо исчезли, либо окаменели. Но ныне наступают новые времена, и всю Волшебную страну должны заселить новые растения. Посмотри на эти крошечные деревца, Дональд. Я долго бился над тем, чтобы вывести сорта, которые могли бы жить во тьме, и мне это удалось! Семена моих крошек превратятся лет через двадцать — тридцать в синие сосны, ели, вязы, пихты. Огромные деревья покроют наш край, сменив нынешние жалкие леса. Тьма наступает, ее приход неизбежен, и я готов встретить Новую Эру!

Дональд взглянул на синий сад.

— Выходит, вы, так же как и мы, служите Пакиру? — спросил он.

Тамиз снисходительно посмотрел на него.

— Я служу только самому себе, — мягко ответил он. — Ни разу не был в Подземном царстве, ни разу не разговаривал с его Владыкой. Разве дело в нем? Просто я понимаю: время фей и волшебников Света подходит к концу. Вы слышали последнюю новость? Ее принесли два дня назад аисты из Желтой страны. Виллина навсегда покидает край Торна! А король Гуд добровольно отказался от трона, и Страшила Мудрый не хочет возвращаться в Изумрудный город. Ха-ха, я давно это предвидел! Из прежних великих правителей осталась лишь одна Стелла, но она — воплощенное Добро, прихода Тьмы ей одной не остановить. А теперь появился и ты, Черный рыцарь, со своим Темным отрядом. Я уже говорил, что твой приход был предсказан одним человеком, и это был мой родной дед. Он рассказывал всем желающим древнюю легенду, которая гласит: приход Тьмы начнется тогда, когда могучий Черный рыцарь сумеет завладеть мечом самого Торна! Вот почему я так обрадовался, когда увидел тебя и твоих спутников. Но торопись, мой мальчик, торопись! От аистов я также узнал, что в какое-то далекое путешествие отправились Гуд, Страшила, мальчишка-рудокоп и еще какие-то странные существа. Не сомневаюсь, что Виллина послала их на поиски таинственного урочища Меча.

Дональд поднялся из-за стола. То, что он услышал, наполнило его душу страхом, смешанным с гордостью. Сколько раз, еще будучи в Большом мире, он мечтал о подвигах и о победах над великими воинами и чародеями. И вот свершилось: с его появлением вся Волшебная страна может встать на дыбы! А тогда, после победы, Властелин Тьмы может сделать его…

Юный рыцарь потряс головой, отгоняя от себя сладостные мечты. Поклонившись отшельнику, он сделал знак своим товарищам, и они молча направились к выходу. Дональд подождал, пока все выйдут, и опять повернулся к садовнику:

— Уважаемый Тамиз, вы, кажется, знаете обо всем на свете… Скажите, вы слышали что-нибудь о девочке Элли?

Тамиз нахмурился.

— А-а, фея Изумрудного города… — пренебрежительно ответил он. — Да, конечно, птицы что-то болтали и о ней. Якобы Виллина оставила ее вместо себя Хранительницей края Торна, ха-ха! Старуха, должно быть, совсем выжила из ума. Девчонка такая же фея, как я — Гудвин, Великий и Ужасный! Опасайся не ее, мой мальчик, а Корину. В ее душе есть и Тьма, и Свет, и никто не знает, какая из двух сил возьмет в результате верх. Познакомься с ней, мой мальчик и постарайся подружиться с этой сумасбродкой.

Дональд усмехнулся, вновь поклонился отшельнику и быстрым шагом вышел из пещеры.

Глава двенадцатая. КОРОЛЬ ТЕНЕЙ.

К вечеру следующего дня отряд Дона преодолел сухую, выжженную степь и оказался в Желтой стране. Впереди сияло голубое зеркало озера, на берегу которого росли золотистые деревья.

Среди них оказалось немало фруктовых, и Людушка с радостным визгом бросился к ним. Полкан тоже повеселел и словно щенок стал гоняться за разноцветными бабочками.

Эльг выписывал в небе самые невероятные фигуры, а Джердан спустился к озеру и начал носиться по мелководью, подымая тучи брызг. Переглянувшись, Дональд и Аргут разделись и последовали примеру коня. Одна Карряга, как всегда, была недовольна. Она бегала по берегу и шипела: «Некогда отдых-х-хать! Надо спеш-ш-шить, спеш-ш-шить!».

Отдохнув как следует, путники расселись на берегу под раскидистой ивой и устроили небольшой совет.

— Карряга права — нам надо торопиться, — начал разговор Дональд. Несмотря на жару, он вновь облачился в свои черные доспехи — без них он чувствовал себя неуютно. — Теперь мы знаем, каково наше предназначение, но все же многое остается неясно. Как мы сможем опередить Гуда и Страшилу? Элли наверняка отдала им волшебную трубу — ту, что я нашел в башне на краю ущелья Черных драконов. Наши соперники, быть может, уже давно попали в Фиолетовую страну и нашли Меч…

Эльг в сомнении покачал головой.

— Вряд ли их путь будет проще, чем наш, — заметил он. — У Пакира на поверхности земли немало тайных слуг. До сих пор они ничем не отличались от Жевунов, Болтунов, Мигунов или самых обычных на вид птиц и зверей. Но сейчас пришел их час, и каждый шаг Гуду и его друзьям будет даваться с большим трудом.

— Надеюсь, ржавая железяка все же уцелеет, — зло процедил Аргут. — Я хочу угостить его славным ударом молота.

— А я поглажу его спинку дубинкой! — весело воскликнул Людушка — Ох, расплачусь я с Дровосеком за своего папашку, ох, покуражусь, ох, повеселюсь!

Дональд успокаивающе поднял руку.

— Месть — это замечательно, но не стоит так увлекаться — сказал он. — Не забывайте, наша главная цель — Меч! Так, Карряга?

Живая коряга молча кивнула.

— А теперь надо решать, куда идти дальше, — продолжил Дональд. — Эльг, что ты можешь предложить?

Человек-ящер пожал плечами.

— Я никогда не бывал в Желтой стране, — ответил он. — Но я слышал от отца одну древнюю историю… Если это не легенда, то Властелин однажды сумел захватить в этой стране большой цветущий город. Это было задолго до появления Виллины, сотни лет назад. Тогда здесь царствовал король Сагарот. Пакир сумел подчинить его своей воле, но Росворд, король Зеленой страны, разбил Сагарота в тяжелой битве. Пакир так разгневался на неудачливого слугу, что обрек его на вечные мучения, а столицу Желтой страны превратил в город Теней. Он должен находиться где-то неподалеку.

Дональд пристально взглянул на крылатого человека.

— Ты многое знаешь, Эльг, — сказал он. — И ты жил в Подземном царстве. Кто ты? И почему отшельник назвал тебя рабом?

Эльг помрачнел.

— Я не могу тебе ничего больше рассказать, — промолвил он. — Иначе… Поверь, так будет лучше для нас обоих.

— Не доверяй этой летающей ящ-щ-щерице, не доверяй, Черный рыцарь! — прошипела Карряга, злобно глядя на крылатого человека. — Но сейчас он говорит правду, наш-ш-ш путь ведет к городу Теней!

По просьбе Дональда Эльг взмыл высоко в небо. А когда вернулся, сказал:

— Я видел вдали большое темное пятно посреди золотистой степи. До него миль двадцать на северо-восток.

Дональд вскочил на коня и крикнул:

— Вперед! Мы успеем добраться до наступления ночи.

Когда солнце низко склонилось над волнистым горизонтом, отряд Черного рыцаря уже стоял у стен заброшенного города. Он был велик, больше даже столицы Зеленой страны. Перед путниками поднималась высокая каменная стена, а за ней рос целый лес разнообразных шпилей и башен. Все здания были темно-серого цвета. Лучи солнца гасли в дымчатом тумане, даже не коснувшись черепичных крыш.

Меч Чародея

— Это город Теней, — первым нарушил долгое молчание Эльг. — Я часто видел его в снах… Дональд, разреши мне остаться здесь, возле ворот.

— Не верь этой ящерице, мой господин! — вновь зашипела Карряга. — Он должен идти вместе со всеми.

Юный рыцарь нахмурился и кивнул.

— Она права, ты должен идти с нами, Эльг, — приказал он. — Мне кажется, что ты знаешь об этом городе куда больше, чем говоришь. Вспомни, разве ты не обещал мне беспрекословно подчиняться?

Эльг опустил крылья и нехотя пошел в сторону ворот. Огромные дубовые створки были наглухо закрыты. Аргут и Людушка изо всех сил налегли на них, и с протяжным скрипом ворота отворились. Первым в образовавшуюся щель проскользнул Полкан. Псу было страшно, но он хотел первым встретить возможную опасность. За ним последовали и все остальные.

На улицах города царил пепельный полумрак. Огромные башни из тесаных камней стояли так близко друг к другу, что порой между ними можно было пройти только боком. Брусчатые мостовые покрывал толстый слой пыли, воздух был прохладным и насыщенным неприятными горьковатыми запахами.

Дональд спешился и пошел вслед за Эльгом, высоко задрав голову. Башни напоминали ему небоскребы Нью-Йорка, он много раз видел их в детстве по телевизору. Однако, в отличие от небоскребов, башни имели сравнительно немного окон, похожих на бойницы, и начинались они лишь футах в десяти над мостовой. Было на удивление тихо, и лишь где-то среди шпилей башен завывал ветер.

Людушка крутил головой во все стороны и принюхивался, шевеля большим мясистым носом.

— Фу, какой здесь отвратительный воздух, — сказал он, первым нарушив молчание. — Не пахнет ничем съедобным. Больше того, не пахнет вообще ничем живым!

— Толстяк прав, — согласился с ним пес — Пошли отсюда, хозяин! Здесь нет никого, даже чудищ.

Полкан залился лаем, заметив рядом какое-то движение. Дональд схватился за кинжал, а кузнец поднял над головой молот. Оглядевшись, они не обнаружили ничего подозрительного.

— Что ты разлаялся, глупец! — раздраженно воскликнул Дональд. — Сам говоришь, город пуст… ого!

Только сейчас юноша заметил, что по стене соседней башни проскользнула какая-то тень, за ней другая, третья… Присмотревшись, Дональд понял — это были тени людей! Вот мимо прошла пышная женщина, держа в руках корзинку — словно торопилась на рынок. За ней неспешно прошествовал худой человек в широкополой шляпе и с тростью в руках. Пару минут спустя в противоположную сторону пробежали двое ребятишек, показывая кому-то кулаки и длинные носы. Казалось, город жил своей обычной жизнью, но это была жизнь теней далекого прошлого.

Дональд нахмурился. Наказание Пакира было страшным по своей жестокости. Уж лучше бы он разрушил город до основания, превратил его в развалины, в груды мелкого щебня!

Юноше пришла в голову неожиданная мысль. Он резко обернулся и в упор спросил следовавшего за ним Эльга:

— Скажи правду — это твой родной город? Человек-ящер вздрогнул. Не выдержав пристального взгляда Черного рыцаря, он опустил голову и пробормотал:

— Да… То есть нет… Здесь когда-то жил мой отец…

— Пакир взял его в рабство в свое Подземное царство? — продолжал наседать Дональд.

— Верно… Отец был главным военачальником у короля Сагарота, и Властелин обрек его на вечные мучения в подземелье на острове Горн. В жены Пакир ему дал одно из своих мерзких чудовищ… От этого брака я и родился.

Дональд с изумлением смотрел на своего спутника.

— Но как же ты оказался на поверхности? Неужели сбежал?

Эльг криво усмехнулся и покачал головой.

— Нет. Из Царства Пакира нельзя убежать. Но однажды Владыка собрал отряд воинов, который должен был проникнуть в облако мглы возле Лунной реки. Пакира беспокоило, что там обосновалась летающая крепость Торна, с одним из самых славных его воинов — витязем Фарахом. Я стал к тому времени искусным бойцом и согласился пойти на верную смерть, лишь бы хоть ненадолго покинуть ненавистный Подземный мир! Отец прожил там больше тысячи лет, закованный, закованный в цепи, и меня ждала подобная участь. Я предпочел смерть, но остался жив. Фарах напал первым, когда мы отдыхали в старом замке, и обрушил на нас крышу и стены главной башни. Я чудом выбрался из-под развалин и увидел Летающий мост и витязя с серебристым мечом в руке. Он занес оружие над моей головой, но потом внезапно расхохотался и улетел. С тех пор я жил один в разрушенном замке. Вернуться в Подземное царство я боялся и не хотел, а свет солнца был для меня смертелен. К счастью, появился ты с мечом Мглы — тем, что я утерял в бою с Фарахом.

Дональд был потрясен. Эльг казался его сверстником — но какую же странную и мрачную жизнь он успел прожить!

— Но почему ты присоединился к моему отряду? — спросил юноша. — Разве ты не возненавидел Пакира и в твоем сердце нет жажды мести?

Эльг слабо улыбнулся.

— Да, я хочу мстить — но не Пакиру, нет! Это было бы то же самое, что пытаться убить гору, которая погубила твоего отца во время камнепада. Владыка — это не человек, это стихия, это сама Тьма. Но его правая рука, его маршал Хорал… С ним у нас давние счеты. Дважды я вызывал его на поединок, и дважды меня за это бросали в колодцы с морскими чудовищами. Сын раба не может биться на мечах с самим маршалом! Но друг Черного рыцаря, человек, который помог добыть Меч… Ему будет разрешено все, я в этом уверен!

Дональд озадаченно потер переносицу. Эльг многое объяснил, но, похоже, не меньше тайн он предпочел оставить при себе.

— Веди нас, Эльг, — сказал Дональд. — Я хочу встретиться с королем Сагаротом. Он когда-то царствовал в Желтой стране и может помочь нам хотя бы советом.

Маленький отряд продолжил путь среди каменных стен, направляясь к центру города. Улицы стали пошире и заметно круче. Прошло не меньше часа, прежде чем путникам открылась круглая площадь, в центре которой возвышался громадный дворец. Три хрустальных шпиля уходили высоко в клубящиеся облака. Посмотрев вверх, Дональд ощутил сильное головокружение. Ничего более величественного он не видел в жизни! Во дворце были сотни узких окон, десятки этажей — и все это окутывала пепельная мгла. В таком могучем здании мог жить только могущественный король. И тем не менее Пакир с легкостью сокрушил его войско и превратил его столицу в город теней. От мысли, что он, Дональд, служит столь великому колдуну, по телу юноши прошла дрожь восторга.

Аргут, напротив, посмурнел при виде дворца. Он вспомнил свой недостроенный Железный замок и был вынужден признать: тот выглядел бы карликом по сравнению с обиталищем короля Сагарота. Людушка же впервые в жизни онемел. Он даже забыл, что не ел несколько часов.

Путники в молчании вошли через высокую арку ворот и оказались перед лестницей, покрытой истлевшими за столетия коврами. Поднявшись по серым ступеням, они миновали анфиладу из огромных комнат и, наконец, очутились в просторном зале — таком огромном, что в нем мог уместиться весь Изумрудный дворец. Посреди зала стоял янтарный трон, украшенный крупными алмазами и рубинами. На спинке трона виднелся чей-то темный силуэт.

Дональд выступил вперед, опустился на одно колено и негромко сказал:

— Привет тебе, о великий король!

Тень слегка пошевелилась и медленно изогнулась — словно сидящий в кресле невидимый человек хотел внимательно рассмотреть нежданного гостя.

— Черный рыцарь… — по залу пронесся шуршащий старческий голос — Я давно жду тебя…

Дональд поднялся и подошел к трону ближе. Его друзья оставались на месте, стараясь не шевелиться и даже не дышать.

— Я пришел просить тебя о помощи, король Сагарот, — срывающимся от волнения голосом произнес Дональд.

— Знаю… вновь прошелестел негромкий, безжизненный голос. Ты ищешь меч Торна… А это значит, что скоро придет Тьма. Город наконец-то превратится в пыль, а мои бедные подданые-тени сгинут в небытие… О, с какой радостью мы встретим эту минуту избавления! Запомни одну истину Черный рыцарь: ЛУЧШЕ УМЕРЕТЬ, ЧЕМ НЕ ЖИТЬ.

— Я запомню, — сказал Дональд.

— Сотни лет мои соглядатаи-тени рыскали по Волшебной стране в поисках Меча, — продолжал король. — И они нашли его в Фиолетовой стране, неподалеку от горы Трех Братьев. Но этот путь ты проделаешь сам — если сумеешь.

Дональд благодарно склонил голову.

— Нам надо спешить, король, — сказал он. — К Мечу идет еще один отряд.

— Знаю… — глухо ответил Сагарот. — Они уже совсем близко… Но что может быть быстрее тени? Эльг, сын Лоота, выйди вперед!

Крылатый человек робко подошел к трону и преклонил колено.

— Вот каким ты стал… — вздохнул король. — Пакир сделал сына моего лучшего друга полуящером-получеловеком… Это ужасно… но все же лучше, чем участь раба или, тем более, жалкой тени. Если можешь, прости меня, это я виноват во всем. Я хотел служить Тьме, но мое сердце всегда тянулось к солнечному свету. Оттого-то я и проиграл битву в Зеленой стране… Нельзя служить сразу двум богам — Добру и Злу. В ваших сердцах я не вижу пока ни того, ни другого… Но если вы добудете Меч, то Темный отряд станет Черным отрядом, и вы познаете, что такое Зло. Хорошо ли вы все обдумали, ступив на этот путь?

— Мы сделали свой выбор, король, — ответил Дональд. — В этом мире я был лишь жалким стражем ущелья — а в том, другом, я смогу стать королем!

— А я смогу отомстить маршалу Хоралу, который отнял у меня невесту! — звонко произнес Эльг.

— А мы — отомстим ненавистному Дровосеку! — дружно сказали Людушка и Аргут.

Пес и Карряга промолчали, понимая, что вопрос обращен не к ним.

Тень метнулась из стороны в сторону — казалось, Сагарот покачал головой.

— Немногое же вам надо! — с досадой сказал он. — Пакир предлагал мне в тысячу раз большую награду, и все же я до конца не переставал сомневаться… Но каждый идет в жизни своим путем… Только смотрите не пожалейте потом о своем выборе… Эльг, ты молод и полон сил, но все же тебе не по силам перенести своих друзей в Фиолетовую страну…

— Да, король, — кивнул Эльг.

— Тогда ты понесешь их тени… Учти, они вновь превратятся в живых существ, едва ты приземлишься в Фиолетовой стране… лети на восток через Желтую страну, а когда увидишь впереди стену Кругосветных гор, сворачивай на юг… Старайся лететь как можно выше над облаками, если хочешь остаться жив.

— Я понял, король, — сказал Эльг.

— А теперь прощайте… Выходите из дворца, встаньте вокруг Эльга и закройте глаза. Ничего не бойтесь — вы останетесь тенями только до завтрашнего заката…

Король умолк. Дональд и Эльг поклонились пустому трону и торопливо покинули зал.

Возле дворца их поджидал встревоженный конь. Дональд обнял его за шею и коротко рассказал о том, что произошло. Джердан внимательно выслушал друга и энергично закивал головой — мол, он на все согласен!

Все члены отряда встали вокруг Эльга. Человек-ящер широко раскинул крылья и вместе со всеми плотно зажмурил глаза.

Внезапно с вершины центральной башни дворца в землю ударила ослепительная сиреневая молния. Дональда и его спутников окружила стена огня. От жара и ослепительного света всем, даже Карряге, стало дурно. На мгновение тень от каждого из них упала на чешуйчатое тело Эльга. Когда пламя погасло, тени остались на месте.

С гортанным криком то ли ужаса, то ли восторга человек-ящер взмыл в воздух и скрылся в серых клубящихся облаках.

Меч Чародея

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. УРОЧИЩЕ МЕЧА.

Меч Чародея

Глава тринадцатая. ОЗЕРО СНОВ.

Меч Чародея

Путешествие через Голубую и Розовую страны не заняло у Аларма и его друзей много времени. Взявшись за руки (а Пеняра с Кустаром — за корни), они с помощью волшебной трубы Торна огромными «прыжками» двигались вдоль правого берега Большой реки. Мимо проносились заливные луга, поля ржи и пшеницы, селения Жевунов и Болтунов, горы Марранов, старые дубовые и ясеневые леса. В первой же встретившейся по пути деревне Аларм раздобыл немного машинного масла, и они с Изумрудиком тщательно смазали все суставы Железного Дровосека.

Во время небольших остановок Страшила разворачивал карту и с сожалением разглядывал многочисленные «белые» пятна, оставшиеся позади на просторах Голубой и Розовой стран. Увы, тайны, скрытые облаками, так и остались пока неразгаданными. Гуд утешающе поглаживал старого друга по плечу.

— Не переживай, Изумрудик, — говорил он, — мы сюда еще вернемся. Теперь мы оба свободные птицы — куда хотим, туда и полетим. Но надо помочь Аларму, это сейчас самое главное.

Страшила только вздыхал в ответ. К чести соломенного человека, он даже не заикнулся о том, чтобы свернуть на юг, к Розовому дворцу. Возможно, они застали бы там не только Стеллу, но и Виллину с Элли и Кориной. Но разве это выход из положения — перекладывать мужские заботы на плечи женщин?

К вечеру следующего дня друзья миновали Солнечный лес — самый большой в Розовой стране — и оказались в краю Мигунов. Климат здесь был чуть прохладней, почва — скуднее и каменистей, а из деревьев преобладали хвойные породы.

Гуд буквально расцвел улыбкой, ступив на землю своего бывшего королевства. Да, отныне здесь правил не он, а Корина, но у Гуда сохранились самые приятные воспоминания о долгих годах, проведенных в Басте. Он искренне любил работящих и мастеровитых Мигунов, и те платили своему железному правителю взаимностью. Многие еще помнили о мрачных временах царствования колдуньи Бастинды и потому желали королю Гуду вечного здоровья. Увы, их железный любимец недавно сам отрекся от престола, передав бразды правления коварной волшебнице. Что-то ждет Мигунов теперь?

Путники решили заночевать возле старой каменоломни, в небольшом деревянном домике на крутом берегу реки. Кустар с Пеняром немедленно отправились на разведку. Аларм разжег костер на поляне, а Гуд со Страшилой расположились рядом на крупных валунах. Смеркалось, на западе зажглись первые звезды. Со стороны соседнего болотца потянулись языки белесого тумана.

Пошел час, другой, а живрасты не возвращались. Аларм встревожился и только было собрался отправиться на поиски, как вдруг из леса выскочил мокрый, обвешанный речными водорослями Пеняр. Он подпрыгивал от возбуждения и размахивал в воздухе коротенькими корнями.

Аларм закричал:

— С Кустаром случилась беда! Он упал в реку и его унесло течением!

Все немедленно вскочили на ноги и помчались к реке. Увы, поиски ни к чему не привели. Течение реки оказалось очень быстрым, и кроме того путникам очень мешала ночная мгла. В конце концов дело закончилось тем, что Гуд поскользнулся и упал с берега в воду. Его еле удалось вытащить общими усилиями. Пришлось поспешно возвращаться к костру и смазывать суставы железного человека, пока они не заржавели.

На Аларма было жалко смотреть, так он был расстроен.

— Как ты думаешь, Изумрудик, бедняга Кустар выплыл из реки — спросил Гуд, смазывая локоть на левой руке — он пострадал от воды больше всего.

— Конечно же, выплыл! — без тени сомнения ответил соломенный человек. — Кустар очень силен и ловок, и к тому же дерево легче воды. Потом могло прибить его к берегу на каком-нибудь крутом повороте. А куда вот он направится дальше — это вопрос. Вряд ли он сумеет нас разыскать.

Аларм мрачно сказал:

— Кустар мало что видел в краю Торна — так же, как и я, кстати. На его месте я направился бы в Изумрудный город. Элли рано или поздно вернется туда и поможет нашему другу. Лишь бы его не затянуло в водоворот…

Некоторое время все трое молчали, прислушиваясь к треску пылающих дров.

— Ладно, не будем об этом, — наконец сказал Аларм. — Чего зря травить себе душу! Кустар спасется — я в этом уверен. Давайте лучше подумаем, куда дальше держать путь. Насколько я понял витязя Фараха, нам надо спешить к урочищу Меча. Туда идет сейчас какой-то другой отряд. Наверняка это слуги Пакира. Мастер Гуд, вы много лет прожили в Фиолетовой стране. Что вы можете нам посоветовать?

Гуд недоуменно пожал могучими плечами.

— Даже не знаю, что вам сказать, друзья, — смущенно ответил он. — Раньше мне казалось, что я исходил этот край вдоль и поперек. Одних дорог сколько я вымостил здесь камнем! Но про урочище Меча я ничего не слышал. Изумрудик, достань-ка еще карту.

Страшила развернул пергаментный свиток, и трое друзей склонились над ним. При колеблющемся свете костра они внимательно осмотрели восточную часть края Торна. В основном ее покрывали леса. Белых облаков тоже было немало. Возможно, под одним из них скрывался тайник Торна — но под каким?

Поразмыслив, Гуд предложил:

— Мне кажется, надо идти вдоль горного хребта. Посмотрите, вблизи Басты и на запад от нее нет ни одного белого облака.

— Но нам тогда придется пробираться через сплошные леса! — возразил Страшила. — Волшебная труба здесь бесполезна. Путешествие пешком может занять недели две, а то и три. А из меня ходок, сами знаете, какой! К тому же, в этакой чаще мы можем пройти в ста шагах от урочища и не заметить его.

— Будем по пути расспрашивать всех встречных Мигунов, а также птиц и зверей, — возразил ему Аларм. — Не может быть, чтобы никто ничего не видел!

Гуд поддержал мальчика.

— Аларм прав, — бодро сказал он. — Не забывай, Изумрудик, я много лет прожил в лесу. Здесь я не заблужусь, будьте уверены! Осмотрим одно заколдованное место за другим. Вот посмотрите — ближайшее белое облако висит посреди леса милях в двадцати отсюда на северо-восток. Почему бы нам не направиться завтра поутру туда?

На том и порешили.

Только к утру Аларм немного успокоился. Он ушел в домик и улегся спать на узкой койке, закрывшись плащом. Страшила же с помощью Гуда соорудил небольшую удочку, накопал червей и стал ловить рыбу прямо с обрыва. Клев был отчаянный, и нитяная леса несколько раз рвалась, не выдерживая напора крупных рыбин. И все же к рассвету соломенный человек наловил несколько десятков окуней. Гуд почистил их и сварил в котелке вкусную уху. Это очень обрадовало проснувшегося мальчика — за ночь он сильно продрог, и горячая уха помогла ему согреться.

Наутро друзья вновь отправились на поиски бедного Кустара. Они прошли несколько километров вдоль берега бурной реки, но живраста так и не нашли. Наверное, за ночь течение унесло Кустара очень далеко от лагеря.

Делать было нечего, и отряд вновь отправился в путь. Аларм с немалым сожалением спрятал подзорную трубу в рюкзак — сейчас она ничем не могла помочь. Том, напротив, повеселел. Путешествовать верхом на добродушном Пеняре для него было куда интереснее, чем нестись словно молния над землей, не успевая ничего вокруг рассмотреть. Медвежонок сразу же затянул одну из своих самодельных песенок, за ней вторую, третью… Припевы он повторял раз по пять, чтобы друзья успели их запомнить и подпевали, кто как умеет. Особенно всем понравилась простенькая песенка на немудреный мотив, сочиненная Томом вчера вечером:

Вокруг луга, вокруг леса, И филин ухает на елке, И на траве блестит роса, Будто алмазные заколки.
Зовет в дорогу нас мечта, Ну а куда, не знаем толком: Найти урочище Меча Не легче, чем в стогу иголку! Эй-эй, не легче, чем в стогу иголку! Ой-ой, не легче, чем в стогу иголку!

И Гуд со Страшилой и Алармом с готовностью подпевали:

Эй-эй, не легче, чем в стогу иголку! Ой-ой, не легче, чем в стогу иголку!

Деревья в лесу росли сравнительно редко, но идти было нелегко — длинные толстые корни торчали из земли, так что приходилось все время смотреть под ноги. Изредка среди раскидистых крон пролетали, беспокойно стрекоча, сороки, но ни одна из них и не подумала спуститься ниже — нежданные гости всех отпугивали. Грибы так и лезли на глаза: пятнистые, полосатые, фиолетовые и зеленые. Некоторые сухие стволы до самой верхушки были облеплены бледно-желтыми шляпками, издававшими приятный сладковатый аромат. Аларм набил ими на всякий случай целую сумку, но затем выбросил. До привала было еще далеко, и набрать свежих грибов можно было в любой момент.

Постепенно местность стала снижаться, траву сменили высокие белые и розовые мхи. То там, то здесь среди камней зажурчали родники. А затем впереди появилось белесое пятно.

Том первым заметил его и испуганно закричал:

— Смотрите! Там облако, самое настоящее облако! Да мы вовсе не спускались, а поднимались на какую-то здоровенную гору!

И в самом деле, было похоже, будто деревья едва ли не по самые макушки утонули в белом тумане. Тумане?!

Да, перед путникамн встала стена колышущегося тумана. До них донеслись резкие запахи водорослей и приглушенный плеск волн. Под ногами захлюпало, и Гуд немедленно остановился — ему вполне хватило недавнего купания в водопаде. Страшила тоже не рвался вперед. Волшебный факел утонул в бурном потоке, и высохнуть соломенному человеку было бы теперь очень не просто. Аларм сделал еще несколько шагов и чуть не провалился по пояс.

Пришлось Тому верхом на Пеняре вновь отправиться в разведку. Минут через пять они вынырнули из тумана, и медвежонок доложил — впереди много воды, больше, чем даже в Большой реке!

— Это несомненно лесное озеро, — кивнул Гуд. Он достал из-за пояса масленку и на всякий случай смазал суставы ног. — Хочешь не хочешь, придется его обходить.

Аларм согласился, но все же попросил:

— Изумрудик, достань-ка карту. Все-таки интересно, куда мы пришли. Таких озер я прежде не встречал.

Страшила взобрался на небольшой холмик, где было посуше, и развернул карту Виллины. Как он и ожидал, белое облако над лесом растаяло, а на его месте появилось большое голубое пятно. Над ним виднелась красная надпись: «Озеро Снов».

— Здесь какая-то ошибка, — озадаченно сказал Страшила и даже слегка потряс пергамент. — По-моему, это место должно было бы называться «Озеро Туманов». Э-э, а что это?

Изумрудик ткнул своим толстым пальцем в карту. На противоположном берегу в зеленую пелену леса уходила какая-то широкая дорога. Почему-то она начиналась от самой воды и быстро терялась среди леса.

— О-о, дорога! — обрадовался Аларм. — И, судя по всему, древняя и давно нехоженная. К тому же до ближайшего селения Мигунов отсюда миль тридцать, не меньше. По-моему, эта дорога нам и нужна.

Никто мальчику не возразил. Зато бурный спор возник о том, как быстрее и лучше добраться до противоположного берега.

— Здесь и говорить не о чем — пойдем пешком! — заявил Страшила. — Я готов хоть сто миль идти в обход, только бы больше не лезть в воду. Фу, да меня уже сейчас хоть выжимай! Солома, к вашему сведению, впитывает влагу даже из тумана.

Аларм упрямо покачал головой и в который раз указал на карту.

— Посмотри, Изумрудик, — разве ты не видишь на нашем берегу причал, а рядом с ним крошечную лодку? Это нарисовано не случайно, карта-то волшебная!

— С одной стороны, Аларм прав, — вздохнул он. — Клянусь Торном, когда на карте появилось озеро, причала на нем не было.

— Нет, был! — возразил Страшила.

— Не было! — сердился Гуд.

— Был, был, был! У тебя просто глаза от сырости заржавели!

— А я говорю, не было! — громогласно воскликнул Гуд и в сердцах так ударил кулаком по соседнему пню, что тот разлетелся в щепки.

Аларм успокоил друзей:

— Вот видишь, Изумрудик, Гуд на моей стороне. А это значит…

— Кто сказал, что я на твоей стороне? — немедленно возразил Дровосек.

— Но ты же только что сказал…

— Я говорил только про причал. Но плыть через озеро я отказываюсь. Сам посуди: если дорога в лесу древняя, то какой же должна быть лодка, что стоит у причала? Да она рассыплется в прах, когда я заберусь на ее борт!

— Не рассыплется, — не очень уверенно возразил Аларм. — И озеро и дорога заколдованные — значит, и лодка тоже. Разве заколдованные лодки могут сгнить? Вспомни Летающий мост, ведь он тоже был деревянный!

Друзья проспорили чуть не полчаса, однако так ни до чего и не договорились. Аларм по-прежнему считал, что обходить озеро бессмысленно — далеко, да и дорогу они наверняка не найдут. Наконец решили обратиться за помощью к Тому. Медвежонок уже один раз выбрал верный путь к серебряному шлему, случайно ткнув в карту лапой. Может, ему и на этот раз повезет?

Но ни Тома, ни Пеняра рядом не было. Воспользовавшись удобным моментом, неугомонный медвежонок улизнул на свою любимую разведку.

Встревожившись не на шутку, трое друзей начали кричать: «Том! Том!» — и вскоре услышали справа еле слышный писк: «Я здесь, здесь! Идите сюда!».

Меч Чародея

Пришлось идти. Под ногами хлюпало так, что Гуд взял Страшилу на руки. Аларм шел впереди, выбирая путь посуше. Мальчику казалось, что они идут в глубь самого настоящего болота, как вдруг впереди он увидел длинный холм. Но нет, это был не холм, а высокая насыпь, по которой шла дорога, вымощенная гранитной брусчаткой. Выбравшись на нее, друзья приободрились и направились в сторону озера уже в более приятном расположении духа.

Оказалось, что Том с Пеняром нашли старый причал. Возле него на волнах качалась большая лодка с белым парусом и двумя парами весел. Даже в тумане было заметно, с каким поразительным искусством было сделано это небольшое судно. Конечно же, оно легко могло выдержать вес Дровосека.

Меч Чародея

— Посмотрите, что я нашел! Я нашел этот корабль! — кричал Том, носясь верхом на Пеняре взад-вперед по причалу. — Чур, я буду его капитаном. Помните, как я здорово управлял лодкой на подземной реке и на море Пакира?

При упоминании о трудном путешествии в Подземном царстве все опять помрачнели.

— Типун тебе на язык! — сердито сдвинул брови Страшила. — Еще накличешь какое-нибудь лихо…

Соломенный человек осекся, услышав протяжный вой, несущийся с противоположного берега. Том сразу же притих.

— Ничего, это только волк, — с усмешкой успокоил его Гуд и взмахнул над головой топором. — Давненько мне не приходилось драться с волками! Так и совсем поржаветь можно. Но Изумрудик прав — имя Владыки Тьмы попусту упоминать не стоит.

Рассевшись в лодке на трех широких скамьях, путники отошли от причала. Аларм поставил парус против ветра, и плавание в тумане началось. Гуд со Страшилой затеяли очередной спор, а Том с Пеняром возились между скамьями, мешаясь у всех под ногами.

Однако довольно скоро все пассажиры лодки почувствовали что-то неладное. Ветер то и дело менял направление, и Аларм не успевал отслеживать его парусом. Наконец он огорченно сказал:

— Кажется, я потерял направление…

Страшила пренебрежительно махнул рукой.

— Не огорчайся, куда-нибудь да приплывем, — заявил он. — Слава Торну, мы не на море. А озеро не больше трех миль в ширину. Подумаешь, три мили!

Гуд покачал головой.

— А по-моему, мы кружим на одном месте, — с тревогой сказал он. — И плеска волн у берега не слышно. Э-эх, если бы не туман, мы могли бы воспользоваться волшебной трубой!

Аларм стиснул зубы исосредоточился на управлении парусом. Но как им управлять, если ветер словно в хороводе ходит кругами? Наконец юноша оставил парус в покое.

— Дальше пойдем на веслах, — сказал он. — Этому ветру я больше не доверяю. Гуд, помогай.

Мальчик и железный человек взялись за весла и стали дружно грести. Страшила перебрался на корму — к рулю. Волны усилились, но лодка явно прибавила ходу, и, казалось, теперь ее ничто не могло остановить.

Прошел час, другой… Аларм устал, но Гуд неутомимо работал веслами, что-то негромко напевая себе под нос. Вот-вот из тумана должен был выплыть лесистый берег… вот-вот…

Аларм вдруг перегнулся через борт и вытащил из воды большую ветку.

— Я уже видел ее в самом начале пути, — сказал он взволнованно. — Точно, это была она! Но тогда выходит, что мы продолжаем кружить на месте! Чудеса, да и только…

Страшиле очень хотелось сказать, что он, мол, предупреждал, что он предостерегал, — но соломенный человек сдержался. Аларму и без того было не весело.

Гуд опустил весла.

— Раз мы все время делаем что-то не то, лучше вообще ничего не делать, — предложил он. — Может быть, нас прибьет к берегу течением, если ветер сжалится…

Он замолчал, почувствовав, что ветер внезапно стих. Волны быстро улеглись, и наступил полный штиль.

Аларм ощутил сильную усталость. Он зевнул раз, другой и стал усиленно тереть глаза.

— О-ох, как хочется спать… — пробормотал он. — Друзья, я чуть-чуть вздремну…

— Конечно! — воскликнул Страшила, улыбнувшись. — Мы с Гудом будем о-о… начеку-у-у…

Изумрудик встрепенулся. Он не понимал, что с ним происходит. В его нарисованных глазах как-то странно темнело, голова кружилась… он словно проваливался в какую-то бездонную яму…

— Эй, что со мной… — забормотал Страшила. — Я словно куда-то уплываю… Гуд, дорогой, помоги!

Изумрудик с большим трудом различил, что Гуд сидит на соседней скамье, бессильно свесив голову и издавая какие-то странные хрипящие звуки. Изумленный Страшила понял, что Гуд спит! Железный Дровосек спал, словно обычный Жевун или Марран! Но тогда выходит, что и он, Страшила… ну конечно же, он засыпает… засыпает… впервые в жизни…

Если бы Изумрудик был в состоянии заглянуть под скамью, то он обнаружил бы, что Том с Пеняром тоже дружно сопят, привалившись к бортам лодки.

И все они видели сны — странные, завораживающие…

Аларм увидел себя стоящим на хрустальных ступенях чудесного дворца, переливающегося сиянием алмазов и рубинов. Двери дворца распахнулись, и к нему навстречу стала спускаться ослепительной красоты девушка, одетая в черное, расшитое жемчугом платье. Голову красавицы венчала высокая, ослепительно сияющая корона. А вокруг царила глубокая тьма, и даже сияние дворца не могло рассеять ее… Девушка улыбнулась, протянула к нему руки, но вдруг отшатнулась с испуганным криком. Откуда-то с темного неба на ступени опустился странный крылатый человек, похожий на большую ящерицу. Выхватив из-за пояса меч, человек-ящер преградил ему путь…

Гуду приснилась его родная деревня Сосенки. Но какой же запущенной и мрачной она теперь стала! Вокруг опустевших, заколоченных домов теснились огромные ели, улочки заросли странной колючей травой… Несколько низкорослых существ в черных плащах теснились на крыльце одного из домов, взламывая железными палками дверь. Вот они с пронзительными воплями ворвались внутрь и выволокли оттуда пожилую седую женщину. Чем-то она была ему знакома… очень знакома… А над крышей, хохоча, летала на метле сама Бастинда, грозя кому-то кулаком.

Страшила видел свой первый сон, и он оказался светлым и в то же время грустным. Изумрудик шел по золотистому пшеничному полю и вел за руку двух детей — светловолосую девочку и темноволосого мальчика. Ребятишки весело смеялись, пытаясь дотронуться ручонками до бабочек, круживших в воздухе. А он, Страшила, почему-то плакал — первый раз в жизни. С неба навстречу им спустилось белое облачко и на нем стояла… нет, это была не Элли, а волшебница Стелла…

Сон Тома оказался очень забавным. Медвежонок увидел себя — ха-ха, самым настоящим живым существом, из мяса, костей и крови. Но почему-то, хи-хи, он превратился не в могучего медведя, а принял облик стройного, некрасивого юноши с застенчивой улыбкой и неуверенным взглядом… И этот юноша, закованный в серебристые доспехи, ехал по полю, окутанному мглой, держа тяжелое копье наперевес… И конь был не просто конь, а Джердан, старина Джердан!.. Медвежонок заходился от хихиканья, видя во сне эту ну просто невероятную сцену.

А Пеняру привиделось, что он стал царем леса. Могучие дубы склонились до земли, приветствуя его, простого пня без роду и племени. А затем он врос своими коротенькими корнями в землю, и из его плоской, изрубленной мечами макушки внезапно появился зеленый росток…

Сильный порыв ветра разом разбудил всех. Лодка резко качнулась, и нос ее с глухим звуком ударился обо что-то твердое.

Сидящий впереди Аларм первым открыл глаза и увидел, что они причалили к берегу. Широкие гранитные ступени вели к куполообразной беседке, а чуть поодаль от нее начинался древний лес.

Меч Чародея

— Что это было?.. — прошептал Страшила, ошалело оглядываясь по сторонам. — Неужели я спал?..

Гуд выглядел не менее ошарашенным.

— Похоже, это озеро не зря называется озером Снов, — хрипло сказал он. — Только вот что нам снилось — будущее или… Как думаешь, Аларм?

— Посмотрим, — задумчиво ответил мальчик и выбрался на ступени причала. За ним последовали все остальные. Поднявшись по лестнице к беседке, они оглянулись и увидели, как лодка медленно отплывает от берега, растворяясь в густом тумане.

Некоторое время друзья с любопытством осматривали беседку. Она казалась очень древней, но ни одно вьющееся растение не обвило ее колонны, ни одна пылинка не лежала на ее зеркальном полу. С внутренней стороны купол беседки был расписан картиной какой-то битвы. На большом поле сошлись два войска. Слева стояли витязи с длинными копьями наперевес. Их остроконечные шлемы венчали белые плюмажи. Справа, на пологом склоне холма, теснились ужасного вида чудовища, воины в звериных шкурах и великаны со стволами дубов вместо дубинок. На открытом пространстве между двумя армиями схватились два могучих витязя верхом на драконоподобных конях. В одном из них Аларм с удивлением узнал Фараха. Ему противостоял звероподобный гигант с двумя парами рук и тигриной головой с изогнутыми рогами.

Взглянув на зеркальный пол, путники увидели отражение этой же картины. И вдруг она ожила. Поспешно отступив в сторону, друзья стали свидетелями битвы двух единоборцев. Человек-тигр был яростным и умелым бойцом. Он обрушивал на противника удары сразу четырех мечей, не заботясь об обороне. Фарах едва успевал отражать стальной град щитом, делая лишь редкие, но очень опасные выпады. Вскоре черные доспехи человека-тигра превратились в решето, обагренное синей кровью. Фарах тоже получил несколько серьезных ранений. Его серый конь с длинной гривой едва держался на ногах и постепенно отступал, теснимый драконоподобным существом, на котором восседал витязь колдуна Пакира. Черное войско бурно приветствовало успех своего единоборца. Но вскоре оно притихло, увидев, как человек-тигр лишился сначала одной руки, затем второй… Потом Фарах пошел в наступление и наконец одним могучим ударом рассек тело звероподобного гиганта пополам.

Началась битва, которая всех ужаснула. Том с Пеняром не выдержали и выскочили из беседки, словно за ними гнались чудовища. Аларм стоял, сжав рукоять своего меча, и широко раскрытыми глазами наблюдал за фантастическим сражением, по сравнению с которым бой у стен Желтого дворца казался детской забавой. Войско Торна несло большие потери. Подземные монстры израгали струи синего пламени, давили противников своими мощными лапами, рвали их на части острыми клыками. Неизвестно, чем бы все кончилось, если бы на помощь армии Торна не пришли летающие Черные драконы. Предки Варага обрушились с неба на темное воинство, разделываясь с порождениями мрака, словно с цыплятами. И тогда Фарах, высоко подняв меч, повел своих воинов в наступление…

Живая картина погасла, и в зеркальном полу отражалось лишь поле, усеянное телами сотен погибших.

Потрясенные до глубины души, путники вышли из беседки. Они не могли вымолвить ни слова — да и казалось кощунственным нарушать тишину пустой болтовней.

Перед ними расстилалась прямая, как стрела, дорога, уходившая в глубь древнего елового леса. В отличие от беседки, время не пощадило ее. Красная брусчатка из гранита была вздыблена корнями деревьев, между плит пророс кустарник и жесткая трава, похожая на осоку. То там, то здесь лежали полусгнившие стволы, местами образовывая настоящие завалы. По обе стороны от дороги стояли полуразрушенные мраморные статуи витязей. Многие были настолько оплетены вьющимся хмелем, что лица древних героев было почти невозможно разглядеть.

Гуд горестно покачал головой.

— Да-а, я и не знал, что в моей стране есть такое место, — сказал он. — Его бы я расчистил в первую очередь! Сюда можно приводить Мигунов, особенно малышню. Жители нашего края даже не подозревают, каких усилий стоило Торну и его соратникам их счастливая, безмятежная жизнь! Но Виллина, — Виллина могла бы мне хоть намекнуть про эту дорогу древних героев…

К вечеру отряд одолел всего несколько миль, с трудом преодолевая завалы из деревьев. Статуи остались позади, лес стал ниже, и среди елей то там, то здесь замелькали тополя и осины. Вскоре завалы исчезли и идти стало легко и приятно. Путники повеселели. Кое-где им попадались следы свежих вырубок — казалось, за этой частью древней дороги кто-то ухаживает.

И вдруг Гуд, шедший впереди, неожиданно провалился сквозь землю.

Глава четырнадцатая. ТЕНИ ОЖИВАЮТ В ПОЛНОЧЬ.

Эльг летел над Желтой страной, держа путь на северо-восток. Был яркий солнечный день, но человек-ящер не испытывал ни малейших неудобств. Едва он поднялся над шпилями города Теней, как вокруг него сконденсировалось небольшое темное облачко, которое теперь неотступно следовало за ним. Впрочем, скорее наоборот — это облачко вело крылатого человека, а Эльг лишь старался не вылететь за его пределы. Время от времени человек-ящер бросал взгляды на свою чешуйчатую грудь и видел, как по ней движутся темные пятна. Он различал тени Аргута и Людушки. Оба энергично жестикулировали, словно о чем-то спорили.

В полдень впереди показалось огромное озеро — немногим меньше Подземного моря Пакира. Его холмистые берега были на редкость живописными. На зеленых полянах Эльг приметил небольшие группы странных существ. Были там и карлики, и великаны. Они занимались строительством большого здания, может, даже дворца. Рядом на высоком помосте стоял забавный человечек в синем плаще и остроконечной шляпе. Он был явно чем-то недоволен, топал ногами и потрясал кулаками.

Темное облачко повернуло на юго-восток, и Эльг послушно последовал за ним. Внизу до самого горизонта простирался красно-желтый лес. Казалось, он был необитаемым, и лишь кое-где на полянах виднелись развалины больших зданий. Эльг вспомнил рассказы отца. Ну конечно же, это Золотой лес, самый древний в Волшебной стране. Где-то здесь, под могучими кронами деревьев, должны скрываться останки Элендара — первой столицы этого края, основанного самим Торном. Увы, сколько Эльг ни вглядывался, ничего похожего на древний город он не обнаружил.

К вечеру вдали появилась синяя лента. Судя по всему, это была Большая река. Отец рассказывал Эльгу, что она делала полный круг по Волшебной стране, хотя никто и никогда не мог найти ее истока и устья. Видимо, в этом крылась какая-то великая тайна, но сейчас Эльгу было не до нее.

Когда синяя лента воды осталась позади, на востоке уже зажглись первые трепетные звезды. Не сразу Эльг разглядел на фоне темнеющего неба высокую трехглавую гору. Она действительно напоминала фигуры трех людей, скорбно опустивших головы. Что-то отец рассказывал об этой горе, с ней связана какая-то легенда…

Меч Чародея

Эльг задумался, вспоминая давний разговор. Его лишь изредка пропускали в подземелье тюрьмы, где долгие столетия томился бывший военачальник короля Сагарота. Отец очень тосковал по Желтой стране и был готов отдать всю оставшуюся жизнь за то, чтобы хоть на мгновение увидеть свою родину. Он о многом успел рассказать сыну и лишь об одном ни разу не упоминал — об урочище Меча. Никакие пытки не могли заставить мужественного Лоота раскрыть эту тайну! «Я и так натворил немало бед, сынок, когда поддался темной силе — говорил пленник. — Не знаю, где спрятано главное оружие Торна, а если бы и знал, все равно бы ничего не сказал. Надеюсь, что черный злодей Пакир никогда не коснется его своей темной рукой…» И вот теперь он, Эльг, летит в ночи над Желтой страной — украдкой, словно вор, выполняя волю Властелина Тьмы!

Эти невеселые мысли на несколько минут отвлекли внимание крылатого человека.

Во мгле он и не заметил, как путеводное облачко резко повернуло направо и исчезло среди звезд. Лишь услышав глухой шум внизу, он очнулся и с увидел, что несется прямо на высокую скалу, поднимавшуюся среди густых пихт. В последний момент Эльг сумел свернуть в сторону и врезался в крону соседнего дерева. От удара он потерял сознание и провалился в бездонную пропасть небытия…

Эльг очнулся оттого, что кто-то брызгал ему в лицо ледяной водой. Захрипев, человек-ящер попытался встать и закричал от резкой боли в боку.

— Что, сломана кость? — с тревогой спросил Дональд.

Юноша стоял на коленях рядом с Эльгом. Вокруг молча топтались растерянные Аргут и Людушка. Полкана на поляне не было — пес отправился на поиски Карряги, убежавшей в чащу сразу же после неудачного приземления крылатого человека. Джердан же вообще не материализовался! Дело в том, что тень бедного коня во время полета находилась на пояснице Эльга. Увы, человек-ящер упал на землю спиной, и последовавшая за этим яркая вспышка света не смогла осветить тень скакуна. Вместе с Джерданом исчезли и два тюка, в которых хранились все припасы.

Узнав об этом, Эльг даже заскрипел зубами от обиды. Похоже, он погубил все дело! Где теперь искать урочище Меча? И как опередить Дровосека и его отряд? В случае удачи Пакир обещал ему освободить отца. Теперь им обоим не миновать ужасной и мучительной смерти…

Дональд молча расстегнул ремни доспехов и достал из-за пазухи баночку с мазью. Ее подарила юноше Корина в день посвящения в стражи ущелья. Мазь обладала целебными свойствами и могла залечить любые раны.

Юноша осторожно смазал Эльгу ушибленный бок и приказал некоторое время полежать не шевелясь. Вновь встав на ноги, Дональд хмуро посмотрел на своих спутников.

— Куда же убежала эта вздорная коряга? — раздраженно спросил он. — Перетрусила, что ли?

— Здесь перетрусишь, — буркнул Аргут. — До сих пор не могу очухаться! В разных переплетах я побывал, но оказаться тенью… Меня словно наизнанку вывернули да горчицей с перцем обсыпали!

Людушка согласно кивнул. От его былой бодрости не осталось и следа. Сейчас толстяк напоминал обмякший воздушный шар.

— Бр-р-р, и не вспоминай… — застонал он. — Я так настрадался, что совсем похудел. Больше того, у меня не осталось даже самого малюсенького, самого завалящего аппетита. Деревьев вокруг полно, а мне даже смотреть на них противно. И зачем я ввязался в этот поход? Сидел бы себе в папашкином замке да мух на потолке считал…

Дональд погрозил кулаком.

— Перестань ныть, — сурово сказал он. — Вы лучше подумайте о бедняге Джердане. Неужели он так и останется тенью? Что скажешь, Эльг?

Крылатый человек вздохнул с облегчением — боль в боку стала понемногу утихать.

— Если мы вернемся с Мечом, то Пакир спасет твоего друга, — сказал он слабым голосом. — Но если нам не повезет, то о спасении придется думать уже нам. Властелин найдет нас даже на луне, и его месть будет ужасна.

Аргут с Людушкои уныло переглянулись. Они поняли, что обратного хода уже нет.

Впрочем, Дональд и не собирался отступать. Засунув два пальца в рот, он звонко свистнул. Через минуту из чащи вынырнул Полкан. Он облизывался с довольным видом.

Людушка в изумлении всплеснул пухлыми руками.

— Неужели ты съел Каррягу? Фу, да она же такая неаппетитная.

— Вот еще! — обиженно отозвался пес. — Нужна мне ваша сварливая гнилушка. Я ходил на охоту на настоящую дичь, понятно?

Дональд укоризненно покачал головой, но ругать пса не стал. Честно говоря, Карряга и ему изрядно действовала на нервы своими бесчисленными придирками, а вот толку от нее особого не было.

Юный рыцарь устроил здесь же, на поляне, небольшой совет. Было решено продолжить путь утром — идти ночью по лесу, да еще в предгорье, было опасно. Аргут с Людушкой быстро набрали сушняка, и Дональд разжег его — но не огнивом, а голубым хрустальным шариком. Тепла такой костер почти не давал, но и холода никто не испытывал. Всю ночь члены отряда просидели на принесенных из леса бревнах и молча смотрели на прихотливую пляску бездымного синего пламени. Каждый видел свои, странные видения, но никто даже не заикнулся о них.

Меч Чародея

Бдение около синего костра пошло путникам на пользу. Наутро никто из них не ощущал ни малейшей усталости, а главное, исчезли разброд и сомнения. Все, даже ленивый Людушка, просто горели желанием отправиться в дальнейший путь. Дональд зашагал впереди, вынув из ножен кинжал и воинственно размахивая им. Людушка с шутками и прибаутками так колотил дубиной по стволам деревьев, что на головы путникам то и дело сыпались шишки и различный сор. Аргут не отставал от него и даже ухитрился свалить могучими ударами пару осин и один молодой дуб. Полкан лаял не переставая, бросаясь на любую встретившуюся на пути живность. Лишь один Эльг был спокоен. Он летел над головами товарищей, держа руку на эфесе меча.

Воины Темного отряда решили для начала совершить подъем на гору Трех Братьев. Эльг взлетел на ее центральную вершину и определил несколько возможных маршрутов дальнейшего пути. Он не смог выбрать из них самый лучший, и потому было решено определить его совместно. Человек-ящер предложил перенести своих спутников наверх, но все дружно отказались. «Сами дотопаем, — не очень любезно отозвался Людушка. — Хватит, натерпелись страху над Лунной рекой. Здесь, в горах, падать будет еще хуже — пожалуй, и костей не соберешь!».

Пройдя густой пихтовый лес, путники оказались на пологом склоне, усеянном замшелыми валунами. Задрав головы, они стали рассматривать три пика, которые вблизи еще больше напоминали фигуры людей. Между ними плавали, словно заблудившись, рыхлые облака. Наверх вела еле заметная каменистая тропинка, прихотливо петлявшая среди валунов и иззубренных скал.

Еще вчера на такой опасный подъем отважился бы разве что Дональд, но сейчас никто и глазом не моргнул. Все бодро полезли наверх, в особо опасных местах опускаясь на корточки. Эльг парил над их головами, подсказывая безопасный путь.

Только к полудню Темный отряд достиг левого перевала. Отсюда, с высоты, открывался отличный обзор. Было решено как следует осмотреться, прежде чем продолжить подъем.

Но путников ожидал сюрприз. За серой скалой они увидели старую, полуразвалившуюся хижину. Стены ее были сплетены из толстых, но уже сгнивших от времени веток, а крыша полностью обвалилась.

Полкан залился громким лаем и вихрем ворвался в хижину. Через минуту он вернулся, держа в зубах позеленевший от времени башмак.

— Вспомнил! — крикнул Аргут и с досадой даже стукнул ладонью по лбу. — Э-эх, напрасно мы сюда пришли…

— Почему? — заинтересовался Дональд.

И кузнец поведал им старинную легенду.

…Много веков назад неподалеку от этой горы (тогда она имела только один пик и называлась Одинокой) находилась деревня Валуны. В ней жили мастера-литейщики и их семьи. В то время на отрогах горы можно было легко добыть различные руды — железные, медные и даже никелевые. Со всей Фиолетовой страны к деревне тянулись обозы. Мигуны были искусными кузнецами и механиками, но для работы им был нужен металл, много металла. Выплавлять же его умели только в Валунах. Понятно, что жители этой деревни ни в чем не знали недостатка. Дома их были отгорожены узорными медными заборами (дело неслыханное в Волшебной стране!), ребятишки лакомились самыми вкусными фруктами из Голубой страны, а женщины щеголяли нарядами, сшитыми умелыми руками Болтунов.

К сожалению, от всего этого изобилия мастера из Валунов стали заносчивыми и жадноватыми. Но самыми скаредными из них были три брата: Тол, Рон и Пак. По наследству от отца им достался самый большой в селении дом. Он был так набит мебелью, одеждой и всякой утварью, что вещи то и дело вываливались из раскрытых окон и дверей. Но братьям было все мало и мало. Они даже жениться не хотели, потому что с женами и детьми пришлось бы делиться.

Однажды братья направились как обычно за медной рудой. Остановив повозку у подножия горы, они стали грузить на нее большие куски. Внезапно Рон нагнулся и поднял с земли какой-то прозрачный камень. Это был самый настоящий алмаз!

Надо сказать, что в краю Торна в то время алмазов было очень мало и они весьма ценились. Короли Зеленой, Желтой и Розовой стран соревновались друг с другом, отделывая свои дворцы рубинами, изумрудами и бериллами, а вот алмазы шли только на украшение корон.

Понятно, что, найдя такой крупный алмаз, братья потеряли головы. Они принялись спорить, кто увидел камень первым, и едва не подрались. Но в этот момент со склона горы скатилось несколько небольших камешков, и среди них был еще один, прекрасно ограненный бриллиант!

Забыв о руде, братья полезли на Одинокую. До этого никому из Мигунов ничего подобного не приходило в голову. Руды было сколько угодно на ее отрогах, а искателями приключений Мигуны никогда не были.

Только к вечеру, вконец выбившись из сил, братья добрались до большой террасы на склоне горы. И здесь они увидели скелет воина-великана, самого настоящего чудовища. Его доспехи ярко сияли в лучах заходящего солнца, но еще сильнее блестели алмазы, лежавшие в небольшом сундучке около ног скелета.

— Братцы… — прошептал перепуганный Тол, — это же останки воина из армии самого Владыки Тьмы! Помните, дед рассказывал, что где-то в наших местах давным-давно был бой между армиями Торна и Пакира?

— Точно, — кивнул Пак. — Видно, это и впрямь одно из чудищ Тьмы. Давайте теперь думать, как будем делить алмазы. Я первым увидел скелет, значит, и драгоценностей мне должно достаться побольше.

— Ну нет! — зло ощерился Тол. — Я старший, а потому и причитается мне больше.

Пак побагровел от гнева.

— Еще чего! — заорал он, потрясая могучими кулаками. — Я самый младший, и, значит, вы должны выделить по два, нет, по три алмаза! Потом, я сильнее всех!

— Зато я самый толстый! — возразил Рон.

— А я… я… у меня башмаки самого большого размера! — выкрикнул Тол.

Никак братья не могли договориться. Прошел день, настала ночь, а они все спорили. «Я! Я! Я!» — носилось меж скал гулкое эхо. «Нет, я!» — «Дудки, я!».

Так братья и застряли на склоне горы. Они выстроили хижину, чтобы спасаться от ночного холода, и не переставая спорили, ругались и даже дрались. Но разделить сокровища так и не сумели.

В конце концов от их криков старая гора не выдержала и раскололась на три части. Сильный камнепад засыпал и братьев и шкатулку с алмазами. Но эхо еще долгие годы продолжало гулко якать: «Я! Я! Я!», вызывая один камнепад за другим. Тысячи глыб полностью засыпали пласты руд, и литейщики остались без сырья. Их промысел захирел, и Мигуны вынуждены были покинуть свою деревню. Гора с тех пор получила название Трех Братьев, а места эти стали считаться проклятыми. Ни один Мигун не рисковал даже приблизиться к ней, опасаясь заболеть самой губительной для души болезнью — алчностью.

Аргут закончил свой рассказ. Дональд и Эльг задумались, а Людушка презрительно фыркнул.

— Сказки все это, — заявил он. — Где это видано, чтобы жадность губила нас, людоедов? Мой дедуля был прямо ужас как жаден, папашка тем паче, да и я тоже парень не промах! Враки твоя глупая легенда, Аргут. Сам видишь, хижина стоит себе и стоит, разве что малость подгнила. Наверное, и шкатулка с камешками тоже цела. Сходить, что ли, посмотреть?

— Э-э, погоди, — остановил его Аргут, недобро блеснув глазами. — Почему это ты пойдешь первым? Найдутся люди и потолковей.

— Уж не про себя ли говоришь? — покраснел от гнева Людушка.

— А про кого еще? Я как-никак мастер — золотые руки, а ты кто такой? Трутень да душегуб, каких свет не видывал. Да и к чему тебе алмазы? Их небось на сковороде не зажаришь, толстопузый!

Эльг слушал их ссору, морщась, словно от зубной боли. Неожиданно для самого себя он сказал:

— По-моему, здесь и говорить не о чем. Кто вас привел на это место? Я. Мне и в хижину первым идти. Может, никаких алмазов там и нет. Мало ли глупых легенд ходит среди Мигунов?

Дональд нахмурился.

— Ну нет, так дело не пойдет, — возразил он. — Я ваш командир, значит, мне и решать.

Людушка, Аргут и Эльг злобно посмотрели на Черного рыцаря.

— И что же ты решишь? — процедил сквозь зубы Аргут, выразительно поглаживая ручку молота. — Хочешь прикарманить камешки себе, молокосос?

Вместо ответа Дональд приложил ладони ко рту и что есть сил крикнул:

— Эхо! Это я, я, я!

И дрогнули три вершины, будто бы откликнувшись на сильный подземный толчок. В воздухе пронесся порыв холодного ветра, и склоны трех пиков глухо отозвались:

— Я-я-я… Я-я-я… Я-я-я…

С вершин посыпались камни — сначала мелкие, затем все крупнее и крупнее. Воины Темного отряда мигом забыли об алмазах. Вот-вот мог начаться сход лавин, и тогда их уже ничто не спасет!

Первым опомнился Эльг. Он бросился бежать и уже готов был распахнуть крылья и улететь, но вдруг остановился и повернул обратно. Ему не хотелось бросать товарищей в беде.

Аргут глубоко вздохнул и шагнул вперед, заслоняя собой Дональда.

— Эй, парень, нагнись, — пробасил он. — Всем нам все равно не уцелеть, а вот тебя, может, и удастся спасти. Схоронись за мной. А ты что скажешь, Людушка?

Толстяк трясся от страха, но все же нашел в себе силы ответить:

— Ты прав. Нехорошо бросать своего командира. Съесть — это пожалуйста, а вот просто бросить… Мой папашка этого бы не одобрил.

Дональд с довольным видом усмехнулся. Он вынул из кармана хрустальный шарик и крикнул:

— Эльдебар нох пертел саргал!

Шарик вспыхнул, словно маленькое голубое солнце. Дональд едва успел зажмуриться, чтобы не ослепнуть. А три пика тут же перестали сотрясаться, и уже начавшаяся было лавина с глухим шумом поползла назад. Вскоре каждый камешек встал на прежнее место.

Когда Дональд открыл глаза, поднятая вверх ладонь была пуста. Хрустальный шарик исчез, словно растаял в воздухе.

— Есть еще охотники идти в хижину за сокровищем? — тихо спросил юноша.

Его спутники дружно замотали головами, преданно глядя на своего командира.

— Что для вас важнее всего на свете? — продолжал вопрошать Дональд.

— Меч! — выкрикнул Аргут, потрясая молотом.

— М-меч! — взвизгнул Людушка, подбросив высоко в воздух дубинку и ловко поймав ее.

— Меч, гав-гав! — звонко пролаял Полкан.

— Меч, — тихо проговорил Эльг, покорно склоняя голову. Черный рыцарь удовлетворенно улыбнулся.

— Думаю, это испытание устроил для нас Пакир, — заявил он. — Как я понял, его войско потерпело где-то в этих местах поражение. И, судя по легенде о трех братьях, воины Тьмы были заражены алчностью. Может, именно это и стало причиной их гибели?

Эльг кивнул.

— Похоже на то. По крайней мере, войско моего отца проиграло битву в Зеленой стране как раз потому, что солдаты занялись мародерством и забыли о воинском долге.

Юный рыцарь с облегчением вздохнул. Теперь стало понятно, почему хрустальный шарик исчез без следа. Он был уже не нужен!

Послышался шорох осыпающихся камней, и взору их явилась… Карряга! Отряхнувшись от пыли всем телом, точно собака, она зашипела с довольным видом:

— Я наш-ш-шла! Нашла! Смотрите!

Она указала сучком вниз в сторону леса.

И путники увидели вдали узкое озеро рыже-красного цвета, окруженное со всех сторон лесистыми холмами. Прямо над ним висело одинокое темное облачко.

Сердце Дональда радостно забилось.

Теперь он знал, где искать меч Торна.

Глава пятнадцатая. ПОВЕЛИТЕЛЬ МГЛЫ.

Когда Дровосек с воплем провалился под землю, его спутники опешили. Первым опомнился Том. Он осторожно подполз к краю дыры и шепотом спросил:

— Эй, Гуд, ты где? Вылезай, нечего нас пугать.

Ответом ему было молчание.

Аларм подбежал к ближайшей ели, обрубил мечом несколько засохших веток, сделал из них факел и зажег его огнивом. Затем он встал на колени на самом краю ямы и нагнулся, пытаясь что-нибудь разглядеть в темноте. Пеняр держал его сзади, уцепившись корнями за перевязь меча.

Однако мальчик ничего не смог рассмотреть в царящей на глубине тьме. А на призывы Гуд не отвечал. Тогда Аларм сбросил вниз небольшой камешек и прислушался. Вскоре он услышал внизу тихий стук.

— Я попытаюсь спуститься, сказал Аларм. Жаль только трос коротковат… Пеняр, сможешь меня удержать?

В ответ пень мелко затрясся, его коротенькие корни сразу же ушли вниз под брусчатку.

Страшила помог мальчику обвязать конец троса вокруг Пеняра. Соломенный человек был настолько потрясен случившимся, что впервые потерял дар речи. От мысли, что его старый друг мог разбиться или провалиться в бездонную трещину, у Страшилы подгибались ноги. Погибнуть так нелепо в этой крысиной норе… нет, это невозможно!

Держа в руке горящий факел, Аларм стал осторожно спускаться. Страшила бегал вокруг ямы, нелепо взмахивая руками и что-то бормоча. Том, напротив, вел себя молодцом. Он ухватился за трос и покрикивал: «Не бойся, Аларм, я тебя держу! Держу!».

Через несколько минут мальчик выбрался на поверхность. Отшвырнув в сторону догоревшие ветки, он сиплым от волнения голосом сказал:

— До дна я и наполовину не добрался… уж очень здесь глубоко. Но Гуда внизу нет, могу ручаться. Мне показалось, что там на дне находится вход в боковой туннель. Похоже, нашего друга уволокла какая-то подземная тварь.

Страшила трагически всплеснул руками.

— Наверное, Гуд сильно покалечился от удара! Иначе он задушил бы эту тварь или зарубил топором… — Страшила осекся.

При свете звезд соломенный человек разглядел лежавший возле ямы продолговатый предмет. Это был топор Дровосека.

Аларм сразу же приободрился.

— Отлично, теперь я смогу срубить шесты и сколотить лестницу! Подождите, я мигом.

Мальчик схватил топор и бросился к лесу. Нарубив с десяток длинных шестов, он вернулся на дорогу. Страшила с Томом сразу же принялись за работу. Они разрезали ножом трос на множество небольших кусков и стали привязывать перекладины к боковым жердям. Через час три длинные лестницы были готовы. Аларм тщательно связал их друг с другом, а затем осторожно спустил в земляной колодец. Работа была нелегкой, но серебряные доспехи придали мальчику невероятную силу, и он справился с этим делом в считанные минуты. Наконец нижний край лестницы уперся в дно ямы. Не мешкая, Аларм подхватил на руки Пеняра и Тома и начал спуск. Страшила последовал за ним, прихватив несколько еловых веток.

Но они не понадобились. Едва Аларм ступил на дно, как его доспехи засветились мягким светом. Друзья приободрились. Похоже, доспехи были сделаны из того же металла, что и утерянный у водопада «вечный факел»! И ничего удивительного в этом не было, ведь витязь Фарах наверняка не раз спускался в подземное царство.

Нагнувшись, мальчик на четвереньках полез в большую нору. Она оказалась входом в широкий туннель, ведущий под легким уклоном в глубь земли. Дно туннеля было сильно взрыхлено. Было похоже, что здесь произошла отчаянная схватка. Аларм заметил, что дальше по дну туннеля идет широкая полоса.

— Все ясно, — заявил взволнованным голосом Страшила. — Какое-то чудовище захватило бедного Гуда в плен и уволокло в свою нору. Смотрите!

Соломенный человек поднял с земли масленку. Она была помята, но масло в ней еще осталось.

Друзья пошли вдоль туннеля. Потолок скоро поднялся настолько, что они смогли выпрямиться в полный рост. Сияние доспехов освещало туннель на много десятков футов вперед, но подземный ход то и дело круто поворачивал, и это создавало преследователям дополнительные трудности. В любую минуту можно было ожидать нападения, и Аларм не опускал топора. Впереди бежал Пеняр, готовый принять удар на себя. Том, конечно же, сидел на своем приятеле, воинственно размахивая веткой словно дубиной. Напрасно Аларм и Страшила уговаривали его перейти в арьергард. «Я лучше всех вижу, — отвечал на это медвежонок. — У Пеняра всего один глаз, у вас только по два, а у меня их целых три!».

Именно Том первым и увидел обитателей подземелья.

— Крысы! — завопил он. — Здоровенные, как лошади! Бей их, Пеняр!

Пень отважно ринулся в бой. Но прежде он стряхнул со лба медвежонка, и того сразу же подхватил на руки Страшила.

Из-за поворота на путников бросились сразу три огромных зверя. Том был прав — это оказались крысы, но каждая размером с годовалого теленка. Сверкая острыми как нож зубами, одна из них вцепилась в Пеняра, другая же попыталась разодрать живраста длинными когтями. Третья крыса с оглушительным воем накинулась на Аларма. Мальчик усмехнулся и бросил топор на землю — ему не хотелось обагрять славное оружие Гуда кровью отвратительной твари. Юный рудокоп встретил крысу мощным ударом в голову. Животное взвизгнуло и зашаталось, оглушенное, но не побежденное. Второй удар поверг крысу на землю. Изумрудик с восхищением смотрел на своего юного друга. Даже Гуд не смог бы с такой легкостью разделаться с огромной тварью!

Пеняр тоже не терял времени даром. Вырвавшись из «дружеских» объятий двух крыс, он нанес обеим свои коронные удары под нижнюю челюсть, затем еще и еще… Перепуганные твари попытались спастись бегством, но не успели — живраст уложил их на месте.

Ободренные легким успехом, друзья побежали по туннелю. Свернув направо, они оказались в большой пещере и застыли, пораженные увиденным.

Меч Чародея

Пещера буквально кишела сотнями подземных чудовищ: крыс, ящеров, пауков, змей, улиткообразных созданий и тварей, напоминавших черепах, но с шипастыми гребнями на панцирях. Посреди этого жуткого месива возвышался каменный трон. На нем восседал высокий седой человек — нет, не человек, а человекоподобное создание с лапами как у крота и крысиным хвостом. В когтях он держал… голову Дровосека! У подножия трона лежало тело механического человека, опутанное крепкой сетью.

Меч Чародея

Сидевшее на троне существо с кривой усмешкой посмотрело на Аларма и его спутников. Друзья услышали позади шум и обернулись. Путь к отступлению им преградили шипастые черепахи, чьим оскаленным пастям могли бы позавидовать и саблезубые тигры.

— Здравствуй, серебряный рыцарь, — дребезжащим голосом промолвил седой предводитель. — Долго я ждал тебя. За мной должок, помнишь?

Старик приподнял левую лапу — ее пересекал черный рубец. Аларм судорожно сглотнул, но все же нашел в себе силы ответить:

— Ты ошибаешься, крысиный главарь, эту рану нанес не я, а мастер Фарах. Но я тоже могу за себя постоять.

Он занес топор над головой. Подземные чудища ответили таким дружным ревом, что Том со страху забрался за шиворот Изумрудика — да так, что снаружи остались торчать одни ноги.

Вождь ответил на дерзкие слова мальчика хохотом.

— Сосунок, неужто я не знаю, кто ты такой? — отсмеявшись, продолжал старик. — Мои ищейки давно сопровождают твой отряд. Я мог бы десять раз уничтожить тебя и твоих нелепых спутников, но мне хотелось позабавиться.

Аларм насторожился.

— А разве ты не слуга Владыки Тьмы? — спросил он.

Старик нахмурился.

— Запомни, щенок: я, Тарган, никогда никому не служил! — резко ответил он. — Пакир велик, не спорю, но он чужак здесь. Мои предки жили в недрах этих земель за тысячи лет до того, как сюда явился Владыка Тьмы, и мои потомки еще погрызут его кости.

Аларм озадаченно переглянулся со Страшилой.

— Зачем же ты тогда напал на нас? — удивленно спросил Изумрудик.

Тарган невесело усмехнулся.

— А кто тебе сказал, чучело соломенное, что я на вас нападал? Ваш железный чурбан сам провалился в мою ловушку да еще ухитрился при этом потерять свою дурацкую башку. Теперь вот приходится думать, как оживить этого механического болвана.

Аларм не верил своим ушам. Его окружали ужасного вида подземные твари, но, похоже, эта стая не была настроена враждебно!

— Я рад, мастер Тарган, что не убил твоих слуг, — сказал мальчик.

Старик кивнул.

— И я рад, что ты, мальчишка, оказался поумней славного витязя Фараха. Он едва не зарубил меня при битве у Одинокой горы, спутав с маршалами Пакира. И все только потому, что я выгляжу иначе, чем люди, и предпочитаю мглу солнечному свету! Запомни, Аларм: мгла и тьма — разные вещи. Первая царит в подземелье, но вторая может гнездиться только в душах живых существ.

Аларм кивнул.

— Я догадывался об этом, мастер Тарган. Ведь я рудокоп и вырос во мгле пещеры.

Тарган ухмыльнулся.

— Потому-то старуха Виллина и выбрала тебя в преемники Фараха. Неужели ты, глупец, до сих пор этого не понял? Рыцарь Света, кто бы он ни был, всегда будет в плену нелепых предрассудков. Именно поэтому войску Торна так и не удалось сокрушить до конца армию Тьмы. А вот рудокопы сделаны из другого теста. У вас нет прирожденного страха перед мглой, вы не боитесь подземных пещер и знаете цену даже крошечному лучу света. Пакир знает это и ненавидит рудокопов лютой ненавистью. Тысячи твоих соплеменников не случайно стали рабами Владыки, и он не успокоится, пока не изведет ваше племя полностью.

— Мой отец Олдар тоже находится в плену, — тихо сказал Аларм. — Я даже не знаю, жив ли он… Но скоро узнаю.

Мальчик упрямо поднял голову.

Тарган с сочувствием посмотрел на Аларма.

— Брось и думать об этом, пока не добыл Меч! Пакир проглотит тебя и не подавится.

Аларм с надеждой посмотрел на Таргана, но тот не дал мальчику открыть рта.

— Знаю, знаю, о чем ты хочешь меня спросить, — ворчливо проговорил он. — Тебя интересует, где Торн спрятал свой меч. Отвечу сразу: не знаю! Во всяком случае, в глубинах земли его нет, за это я могу поручиться.

Мальчик даже застонал от разочарования.

— Но как же… — вымолвил он. — Раз меч не зарыт в земле, то он лежит где-то на поверхности. Но тогда матушка Виллина нашла бы его, обязательно нашла! Где же он спрятан?!

Тарган пожал худыми плечами.

— Эту загадку тебе с друзьями и предстоит разгадать, — ответил он. — Одно могу сказать: ты на верном пути. В конце дороги Героев ты найдешь древний парк, озеро и возле него статую самого Торна. Спроси у нее — как знать, быть может, волшебник и откроет тебе тайну!

Страшила даже разинул рот от удивления.

— Статуя — ответит? — охнул он. — Не может быть.

Старик расхохотался и весело подбросил голову Гуда, словно мячик.

— «Не может быть», — передразнил он. И такую глупость я слышу из уст Страшилы Мудрого! Пора бы понять — в Волшебной стране может произойти решительно все. Но кое-чего допускать нельзя, например, ее гибели. Тьма надвигается, и мы здесь, в подземельях, чувствуем это сильнее других. Юргод!

Из толпы чудовищ вышло странное создание, с телом льва и головой орла. Несмотря на странный вид, оно выглядело по-своему красиво.

— Это гриф, — сказал Тарган. — Предки его жили на поверхности, хотя и вели ночной образ жизни. В армии Торна был целый полк грифов, они вместе с Черными драконами сумели уничтожить крылатую армию Властелина Тьмы. Э-эх, давненько же это было…

Опустив седую голову, старик надолго задумался, вспоминая былые дни. В пещере воцарилась полная тишина. Аларм со Страшилой тоже молчали. Они во все глаза смотрели на Таргана. Трудно было поверить, что он когда-то воочию видел самого Торна! Наверное, ему тысячи, многие тысячи лет…

Наконец Тарган поднял голову. Некоторое время он недоуменно смотрел на гостей, словно не понимая, откуда они взялись, а затем рассмеялся дребезжащим смехом:

— Да, то была славная битва! Мы разбили порождения Тьмы на поле у Одинокой горы и гнали их до самого Черного ущелья, где и сбросили в пропасть. Торн взлетел в небо на драконе Ольгоне и с помощью магического заклинания закрыл расщелину. Но силы его почти иссякли, и полностью сомкнуть края пролома он не смог. Ни тогда, ни позднее. А жаль, жаль… Трудно будет теперь сдержать колдуна Пакира, да и кто сможет ему противостоять? От армии атлантов Торна не осталось и праха. Фарах стал призраком, а я стар и немощен. Даже грифы и те вымерли. Юргод — последний из этого славного племени… Ну что ж, идите! И помните — я, Повелитель Мглы, еще приду к вам на помощь в последней, решающей битве. Но ее час еще не настал.

Старик опять опустил голову и замолчал. Аларм поклонился Повелителю Мглы и осторожно взял из его мохнатых рук голову Гуда. Затем он взвалил на спину грифа туловище железного человека и зашагал вместе с друзьями к выходу из пещеры.

Глава шестнадцатая. ДВА МЕЧА.

Первым на поверхность вылетел гриф, неся на спине туловище бедного Гуда. Затем он вновь спустился в колодец и помог выбраться из подземелья Страшиле, Пеняру и Тому. Что касается Аларма, то мальчик предпочел подняться по лестнице.

Ночь уже подходила к концу, и звезды стали гаснуть, уступая место трепетному розовому свету. Над дорогой сгущался туман. Страшила заволновался и принялся смазывать маслом суставы ног Гуда. Аларм тем временем осторожно поднял туловище Дровосека и приладил голову на место. К его радости, железный человек сразу же открыл глаза и спросил:

— Я что, опять спал?

Страшила, бросив масленку, принялся обнимать старого друга.

Гриф смотрел на эту сцену, поблескивая крупными, вишневого цвета глазами. Он нетерпеливо переступал мощными мохнатыми лапами, но торопить своих новых друзей не стал.

— Даже не верится, что я своими глазами вижу Страшилу Мудрого и великого воина Железного Дровосека! — сказал он на удивление приятным баритоном. — Это большая честь для меня.

Аларм улыбнулся. Вежливость и искренность грифа пришлись ему по душе.

— Мы тоже рады, что приобрели столь мощную поддержку, — ответил он. — Я имею в виду не только тебя, Юргод, но и старого Таргана. Вот уж не думал, что в глубинах земли мы встретим не только врагов, но и друзей!

Гуд тем временем поднялся на ноги. Заметив грифа, он вытаращил от удивления глаза. Страшила представил их друг другу и коротко рассказал приятелю о встрече с Повелителем Мглы.

— А теперь нам надо торопиться, не правда ли, уважаемый Юргод? — закончил соломенный человек.

Гриф наклонил в знак согласия орлиную голову.

— Ищейки Таргана доложили, что к Красному озеру спешит Темный отряд, — сказал он. — Мыши подслушали их разговор. Это слуги Пакира, и они тоже ищут Меч. Больше того, они, кажется, знают, где он находится!

— Далеко отсюда до озера? — спросил Аларм.

— Садитесь на мою спину, — вместо ответа предложил гриф. Аларм и Гуд переглянулись, но спорить не стали. Аларм сел впереди и взял на руки Страшилу. Гуд пристроился за мальчиком, крепко прижав к себе Пеняра с Томом. Гриф повернул голову, осмотрел своих всадников придирчивым взглядом, потом взмахнул широкими крыльями и взмыл в светлеющее небо.

Больше часа продолжался полет вдоль дороги Героев. Аларм не отрываясь смотрел на нее сверху и не раз порадовался, что у них появился такой спутник. Во многих местах дорогу перегораживали мощные завалы деревьев и одолеть их было бы нелегко. Конечно, у них была труба Торна, но как ее использовать в таком месте? Этак недолго и ноги переломать…

Страшила тоже с любопытством смотрел вниз.

— Интересно, сколько ловушек и засад нам приготовили там слуги Пакира? — спросил он.

— Их было немало, уважаемый Страшила, — отозвался Юргод. — Вряд ли бы нам удалось их все преодолеть. Но неделю назад наш повелитель Тарган отдал приказ очистить дорогу, и мы разогнали всю эту нечисть.

— И все же я, растяпа, угодил в яму, — грустно заметил Гуд. — Хорошо еще, что ноги-руки не переломал!

— А если бы в колодец упал я? — помрачнев, откликнулся Аларм.

— Но мы же специально натянули на этот случай сеть! — горячо ответил гриф. — Уважаемый мастер Гуд просто оказался слишком тяжел для нее и порвал все веревки, поддерживающие сеть. Я едва успел отскочить в сторону, когда он неожиданно свалился на дно.

Гуд еще раз вздохнул, сожалея о своей невнимательности.

— Я же говорил, что впереди надо идти мне! — вмешался в разговор Том. — Уж я бы упал, как полагается, и никого бы не придавил. О-о, какая гора смешная, смотрите!

Медвежонок указал лапкой на север. Далеко на горизонте на фоне светлеющего неба поднималась гора с тремя пиками.

— Та-а-ак, посмотрим, — бодро отозвался Страшила. Он достал из-за пазухи карту и осторожно развернул ее. Аларм на всякий случай помог ему, иначе встречный поток воздуха мог бы вырвать пергамент из мягких рук Изумрудика.

— Это гора Трех Братьев, — сообщил Страшила. — Забавное название. А вот и наша дорога в лесу. Хм-м… Дальше на карте большое белое облако… Ой, оно, кажется, исчезает!

Аларм заглянул через плечо Изумрудика. Действительно, белое облачко быстро растаяло и открыло узкую полоску озера. Под ней вспыхнула надпись: «Красное озеро».

— Красное озеро? — удивился Страшила. — Еще более забавное название. Разве вода может быть красной? Здесь, наверное, какая-то ошибка.

— Нет, уважаемый Страшила Мудрый, это не ошибка, — возразил гриф, продолжая плавно махать широкими крыльями. — Я много раз бывал на берегу этого озера и даже купался в нем. Вода там в самом деле красноватого цвета. К сожалению, пить ее нельзя — слишком горькая на вкус.

Аларм задумался. Что-что, а красную воду он видел много раз. В Лабиринте, рядом с домом отца, из каменной толщи било сразу несколько красных источников. Что-то отец рассказывал про них, но что?

Мальчика отвлек от воспоминаний испуганный вопль Тома.

— Глядите, черный дракон летает прямо над этим дурацким озером и нас поджидает! Зубастый такой!

Гуд расхохотался:

— Чепуха, это обычное облако.

— Странно, — заволновался гриф. Я уже однажды видел над Красным озером точно такое же темное облако. И небо в тот цень было совершенно чистым, как и сегодня! Это неспроста.

— Полетим, посмотрим? — предложил Том. — Что я, облака боюсь? Знаем, летали. Как сейчас помню, сел я на золотое облако и полетел в гости к Виллине, чтобы ее, значит, от чудищ всяких освободить…

— Помолчи, балаболка, — остановил его встревоженный Аларм. — Думаешь, только у добрых волшебниц бывают в услужении летающие тучки? Пакир тоже может иметь такое облако, тем более что оно темное… А это еще что?

Мальчик указал рукой на поляну, которой завершалась дорога Героев. В центре ее росли могучие вязы с раскидистыми кронами, и посреди них возвышалась серая скала. Нет, это была не скала…

Юргод раскинул в стороны крылья и стал плавно спускаться. Через несколько минут друзья уже стояли под одним из вязов и, задрав головы вверх, с благоговением глядели на огромную серую статую. Без всякого сомнения, это было скульптурное изображение самого великого Торна! Каменный волшебник был облачен в просторную тогу, доходящую до пят. Правая рука его лежала на эфесе длинного меча, а левая была сломана чуть выше локтя — ее обломки лежали рядом с массивным постаментом. Пышная борода спускалась до середины груди, но лицо мага не выглядело старым. Длинный тонкий нос с еле заметной горбинкой, чуть впалые щеки, высокий с залысинами лоб, выдающиеся вперед надбровные дуги, большие мудрые глаза… От времени серый камень скульптуры местами потрескался, в складках тоги примостились вьющиеся растения, но все равно статуя Торна выглядела величественной и по-своему прекрасной.

— Вот это громадина… — нарушил тишину Том. — Пожалуй, даже мне на нее не забраться. Может, слетаем к нему на плечо, а, грушон?

— Гриф, с вашего позволения, уважаемый Том, — отозвался Юргод. — Я в вашем распоряжении.

— Том! — строго прикрикнул Аларм. — Брось эти глупости. Нашел где в игры играть!

— А что же мне, стоять, как вы, с открытым ртом? — проворчал медвежонок. — Сами, того глядите, окаменеете… Летим, груш… гриш… Словом, вперед!

И вскоре Юргод уже стоял на плече каменного великана. Том сполз со спины грифа и с важным видом прошелся взад-вперед. Затем он помахал друзьям лапкой — отсюда, с огромной высоты, они казались маленькими.

— Видите меня? — закричал Том. — Я вас почти не вижу! Вы такие малюсенькие, точно мухи. А я остался таким, каким и был. Вот это волшебство, первый сорт!

Подул утренний ветерок, приветствуя восходящее над горизонтом солнце. Не удержавшись, медвежонок полетел вниз головой.

Его друзья дружно ахнули. Конечно, медвежонок был мягкой игрушкой, но все равно, падение с такой высоты могло дорого ему обойтись. К счастью, Юргод не растерялся. Он спикировал вниз и успел подхватить Тома за мгновение до того, как тот должен был врезаться макушкой в эфес меча.

Надо ли говорить о том, какую взбучку получил Том по возвращении на землю. Даже обычно снисходительный Гуд пригрозил ему пальцем. Аларм же без особых церемоний наградил Тома парой легких шлепков по заднему месту.

Медвежонок страшно обиделся.

— Ну вот, — заныл он, — уже и упасть нельзя… я чуть меч не снес своей макушкой, а они… они…

Страшила задумался.

— Меч… меч… — забормотал он. — Каменный меч… Гуд, как мои иголки?

— Наполовину вылезли из головы, — сообщил железный человек.

— Значит, я вот-вот додумаюсь до какой-то мудрой мысли! — обрадовался Изумрудик. — Та-а-к… Конечно же, меч Торна не мог быть каменным, но… эфес-то мог таким быть. Нет… А какого он цвета? Серого. Серого… А можно принять издали серебристый металл за серый камень? Конечно, если он покрыт многовековой пылью!

Гуд с предостерегающим криком бросился к другу и стал торопливо засовывать иголки ему обратно в голову, пока они окончательно не выпали. Но Аларм уже все понял. Вскочив на спину грифа, он взмыл ввысь. Вскоре рудокоп уже стоял на большом пальце правой руки статуи. Огромный эфес находился рядом, всего в нескольких футах, но мальчик никак не мог решиться протянуть к нему руку. А вдруг догадка Страшилы неверна? Но Виллина не могла найти меч Торна на земле, а старый Тарган утверждал что его нет и под землей. А это значит…

Собравшись с духом, мальчик шагнул вперед и положил руку на массивный эфес.

Меч Чародея

…Дональд шел по звериной тропе, следуя за Каррягой. Его маленький отряд чуть поотстал, утомленный спуском с горы. Эльг летел где-то над кронами деревьев, но за густым сплетением ветвей его не было видно.

Настроение у Черного рыцаря было превосходным. Путешествие на гору Трех Братьев оказалось на редкость удачным. Во-первых, он и его спутники прошли суровое испытание — то, которое некогда не выдержали Мигуны Тол, Рон и Пак. Во-вторых, с большой высоты отряд отыскал темное облачко короля Сагарота, и теперь путь к цели был ясен. Ну и, наконец, приятный сюрприз преподнес Полкан. Любопытный пес обследовал обширную террасу на привале и вдруг разразился громким лаем. Оказалось, он нашел… скелет ящероподобного воина — того самого, о котором говорилось в легенде! Кости одного из маршалов Пакира почти полностью рассыпались в прах, зато его доспехи остались целы. Но главное, рядом лежал меч — такой искусной работы, что даже знавший в этом толк Аргут причмокнул от восхищения!

Меч Чародея

Сейчас этот меч висел на перевязи Дональда. Юный рыцарь был горд, как никогда в жизни. Конечно же, эта находка не была случайной! Властелин доволен им, вне всяких сомнений.

Рука юноши сама потянулась к черному эфесу, чтобы погладить его в очередной раз. Внезапно Дональд почувствовал страшную боль — казалось, ему в сердце вонзился клинок.

Дико закричав, Дональд упал на колени.

Аргут с Людушкой поспешили на помощь своему господину.

Прошло немало времени, прежде чем Дональд вновь пришел в себя. Мутными глазами он оглядел столпившихся вокруг него спутников и прошептал:

— Что это было?

Эльг встревоженно спросил:

— Где у тебя болит, господин?

Дональд словно бы не слышал его.

— Больно… Меч… где меч?

Аргут быстро подал юноше меч, найденный на горе. Дрожащие пальцы Черного рыцаря ощупали его рукоять, и лицо Дональда исказила ужасная гримаса.

— Нет, не тот, не тот! — завопил он, отталкивая оружие давно погибшего маршала. — Не тот!

Он забился в судорогах, а затем разрыдался, словно ребенок.

Остальные члены Темного отряда в растерянности смотрели на своего вожака.

— Никак в толк не возьму, что это с ним случилось, — сказал Аргут. — Такой был крепкий парень, просто душа радовалась. И вдруг раскис ни с того ни с сего. А ведь мы вроде близко от цели. А ты как думаешь?

Людоед сосредоточенно жевал листья молодого клена, росшего рядом с тропинкой.

— Помню, попались мне в руки двое разбойников, — сообщил он. — Пришли, значит, они в мой замок, чтобы вдоволь пограбить да надо мной, Голубушкой, поизмываться. Я их усадил на почетные стулья для гостей, но прежде смазал сиденья клеем. Вот они плакали, вот рыдали! Но я их все равно съел. Суровое наказание, не спорю, но справедливое. Может, нашего хозяина тоже кто-то наказал?

Эльг задумчиво взглянул на Людушку.

— Похоже, это сделал Пакир, — прошептал человек-ящер. — Но за что? Неужели… неужели нас опередили? Что скажешь, Карряга?

Но живая коряга в ответ только злобно зашипела. Она так корчилась и извивалась, что даже Людушка посочувствовал ей.

— Видать, Пакир и нашей гнилушкой тоже недоволен, — озабоченно сказал толстяк. — Ты только посмотри, как ее корежит да крутит! Этак Владыка и до нас может добраться… Пошли, братцы, побыстрее!

Полкан согласно кивнул мохнатой головой. По его морде катились крупные слезы. Пес в ужасе смотрел, как мучается его хозяин, и ничем не мог помочь ему.

Аргут взял стонущего юношу на руки и широко зашагал по тропинке. Эльг полетел почти над самой землей впереди отряда — он больше не рисковал подниматься ввысь. Людушке пришлось нести не только свою дубину, но и молот кузнеца, отчего людоед приобрел весьма воинственный вид.

Озеро было где-то неподалеку. Чуткий нос Людушки почуял запах воды и цветущих водорослей, и людоед немедленно предупредил об этом спутников. Все прибавили шаг. Тропинка стала круче и извилистей. Вокруг темнели огромные замшелые валуны, из-под которых то там, то здесь били хрустальной чистоты родники. Но вот за золотистыми стволами сосен мелькнуло что-то красноватое — похоже, это было лесное озеро.

Неожиданно из-за валунов навстречу Темному отряду выступило несколько десятков странных существ. Там были огромные ящерицы, черепахи с шипастыми гребнями на панцирях, крысы с лоснящимися черными шкурами…

Людушка обрадовался:

— Гляди, Эльг, это не твои ли приятели из земли выползли? Фу, как от них противно пахнет какой-то гнилостью. Ну ничего, потерплю. Слуги великого Пакира могут пахнуть как угодно!

— Болван, это воины Повелителя Мглы! — закричал Эльг, выхватывая из-за пояса меч. — Посмотрите, они окружают нас!

Действительно, позади Темного отряда тоже появились жители подземных пещер.

— Э-эх, — тяжело вздохнул Аргут, укладывая все еще бьющегося в истерике Дональда на траву. — Выходит, даже крысы против нас? Что же за красавцы тогда служат Пакиру? Ладно, давай сюда молот, толстяк. А ты, пес, охраняй хозяина…

Словно по команде, воины Таргана бросились в атаку.

Завязался тяжелый бой. Даже Людушке стало не до шуток-прибауток. Получив несколько болезненных укусов в икры ног, он пришел в бешенство. Дубина людоеда крушила нападавших, словно стеклянные безделушки, но на месте каждого погибшего словно из-под земли вырастал другой. Сложнее всего было справиться с черепахами. Их шипастые панцири выдерживали даже удары молота.

Наибольший урон воинам Таргана наносил Эльг. Человек-ящер оказался хладнокровным и искусным бойцом. Он словно молния носился в воздухе и поражал противника точными ударами в незащищенные места. Вскоре он покончил со всеми крысами и принялся за своих собратьев-ящеров. Их чешуя оказалась довольно прочной, и даже меч Мглы не всегда мог справиться с ней. Эльг получил несколько чувствительных укусов и только чудом увернулся от змеевидного хвоста одного из гигантских пресмыкающихся.

Схватка шла не на жизнь, а на смерть. Воины Темного отряда стали уставать. Людушка и Аргут были оттеснены к валуну, рядом с которым лежал Дональд. Юноша больше не рыдал и не корчился от боли. Он просто спал, положив голову на сложенные ладони. Лицо его было настолько бледным, что бедный Полкан совсем извелся. Он то принимался тоскливо выть, то лизал щеки Черного рыцаря своим шершавым языком. Но Дональд словно ничего не чувствовал.

Отбив атаку сразу двух черепах, Аргут смахнул рукавом пот и хрипло сказал:

— Похоже, мы с тобой вляпались в дурную историю, толстяк. Если эти твари против нас, то кто же будет на нашей стороне?

Людушка, дрожа от ужаса, оглядел ряды противника. Они сильно поредели, но численный перевес все равно оставался у нападавших.

— Не пора ли нам дать деру? — срывающимся голосом сказал он. — Мой папашка всегда учил меня: главное в нашем людоедском деле — вовремя унести ноги. Я даже стишок знаю об этом, только сейчас вспомнить не могу со страху. Смотри, они открыли нам путь для отступления. Бежим, Мигун!

Эльг с обнаженным мечом преградил им путь.

— Если вы сделаете хоть шаг назад, я заколю вас обоих, — предупредил он.

— Что? — возмутился Людушка. — Убьешь нас, своих друзей?

Человек-ящер усмехнулся:

— Ты мне не друг, ходячий мешок сала. И ты, дубоголовый Мигун, тоже. Вы оба — всего лишь жалкие червяки, слуги Властелина. Ваша жизнь ничего не стоит, ясно?

Людушка с Аргутом молчали. Поза Эльга не оставляла сомнений: крылатый человек без колебаний прикончит обоих как цыплят.

— Так бы сразу и сказал, — уже более мирным тоном отозвался людоед и даже попытался изобразить на лице нечто вроде улыбки. — Разве мы против? Да здравствует великий Пакир!

И вновь разгорелся бой. Неизвестно, чем бы все это кончилось, если бы старания Полкана не разбудили Дональда. Юноша наконец открыл глаза. Увидев жаркую битву, он закричал от ярости и, схватив меч маршала, ринулся в самую гущу противника.

Воины Повелителя Мглы дрогнули, не ожидая такого бешеного напора. Черный меч со свистом рассекал воздух и с такой же легкостью разрубал все на своем пути, даже панцири шипастых черепах. Приободрившись, бойцы Темного отряда усилили свой натиск.

Не прошло и получаса, как все было кончено. На тропинке и вокруг валунов лежали десятки окровавленных тел.

Ярость в глазах Дональда погасла. Он с холодной усмешкой спрятал меч в ножны и оглядел своих спутников. Вид у них был жалкий и потрепанный.

— Пошли, — коротко сказал он.

— Как пошли? — опешил Людушка. — Да на мне живого места, можно сказать, не осталось! Я весь истекаю кровью, а живот просто крутит от голода… Ой!

Толстяк аж подскочил — это Полкан вцепился в его левую лодыжку.

— Я тебя предупреждал, болван, чтобы ты не смел перечить хозяину, — отпустив Людушку, залился злобным лаем пес.

— Все, все! — испуганно заверещал людоед. — Да что ты, милый суро… то есть милый, замечательный песик! Я уже иду, бегу!

Откуда-то из кустов вынырнула Карряга.

— Пошли, пошли! — зашипела она. — Что стоите?..

Дональд торопливо зашагал за живой корягой вдоль по тропинке. В скором времени путники очутились на берегу озера с красновато-рыжей водой. Черный рыцарь указал на пенистые волны, накатывающие на прибрежные камни, и торжественно сказал:

— Там, в глубинах, лежит меч проклятого Торна. Я завладею им любой ценой. Любой — поняли?

Глава семнадцатая. ДАЛЕКИЕ ОБЛАКА.

Гуд, Страшила, Пеняр и Том с волнением следили за тем, как Аларм шел по руке статуи к эфесу меча, искусно замаскированного под камень! Тысячи лет провисел он в воздухе, да еще на самом виду, и никому в голову не пришло, что здесь хранится славный меч Торна.

Изумрудика буквально распирало от гордости. Он очень любил, когда его величали Мудрым. Много лет назад он расстался с троном правителя Изумрудного города, и с той поры чуть ли не ежедневно приходилось слышать от ворон всякие обидные прозвища вроде: «чучело соломенное». Но теперь все позади! Когда жители Волшебной страны узнают о его гениальной догадке, то непременно назовут его не только Мудрым, но и Великим. Быть может, даже поставят памятник на центральной площади Изумрудного города…

Пока Страшила мечтал, Аларм наконец решился и протянул руку к эфесу меча. Что-то ослепительно вспыхнуло. Серебряные доспехи словно бы раскалились добела, но мальчик ощутил во всем теле ледяной холод. Рукоять меча засветилась, и с нее, точно окалина, стала обваливаться каменная оболочка, обнажая золотую рукоять искусной работы. Ослепленный и замерзший, Аларм в радостном возбуждении схватил ее и дернул вверх что было сил. И едва не свалился вниз — эфес оказался без клинка. Прямо на глазах рукоять уменьшилась, точно сжалась, и стала как раз по руке мальчика.

Аларм стоял как громом пораженный. Клинка не было. Неужели он сломал оружие волшебника?! Мечу было много тысяч лет, и сталь могла не выдержать испытания временем. Но как же так?..

Словно отвечая на его безмолвный вопрос, огромные ножны с грохотом раскололись и рухнули на землю, подняв тучи пыли. Стоявшие внизу едва успели отбежать в сторону.

Юргод подхватил Аларма за пояс и осторожно переправил вниз. Мальчик словно и не заметил этого. Почувствовав под ногами твердую почву, он очнулся и кинулся к обломкам ножен. Увы, они были из обычного камня.

Гуд печально сказал:

— Вот и конец нашему путешествию. Кто мог знать, что оно так нелепо закончится? Даже мудрая Виллина, оказывается, может ошибаться. От меча-то осталась одна рукоять!

Страшила от огорчения даже схватился руками за голову.

— Неужели Торн под конец жизни стал обманщиком вроде Гудвина? Наверное, во время битвы он лишился своего оружия, но из гордости или еще по каким-то причинам не захотел об этом никому говорить. А может, он просто хотел запугать Пакира. Мол, сиди в своем подземелье да не высовывай нос, иначе тебе несдобровать от моего непобедимого Меча. А Меча-то давно и нет!

Только один Том, казалось, не огорчился. Он просеменил к расстроенному Аларму и дернул его за штанину.

— Дай мне эту штуку, Аиарм! На что она тебе? А я ее куда-нибудь приспособлю. Ну дай!

Мальчик покачал головой и спрятал рукоять в небольшую кожаную сумку, висящую на поясе.

— И не проси, Том, это не игрушка, — безжизненным голосом ответил он.

Страшила и Гуд смотрели на мальчика с сочувствием.

— Может быть, есть смысл поискать клинок где-нибудь еще? — предложил соломенный человек. — Торн мог спрятать его отдельно от рукояти — так, на всякий случай.

Аларм горестно усмехнулся:

— И где же его искать? На земле его нет, это мы знаем. Под землей — тоже. Статуя подарила нам эфес, и только. Так где же его искать? На деревьях? В облаках?

— Смотрите! — взволнованно воскликнул гриф. — Вы только посмотрите на статую!

Путники обернулись. То, что они увидели, повергло в ужас даже бесстрашного Гуда. С протяжным скрипом голова каменного исполина повернулась вправо. Теперь она смотрела не на дорогу Героев, а на странное озеро с красноватой водой.

Неожиданная догадка озарила Аларма.

— Я понял! — выпалил он. — Какой же я был глупец! Ну конечно же, клинок находится в озере! Он в воде!

— Клинок лежит на дне? — охнул Страшила. — Но тогда Виллина могла бы его найти…

Мальчик промолчал. По его знаку все вновь уселись на спину грифу, и могучий зверь плавно поднялся в воздух. Друзья устремились к узкой полоске рыжеватой воды, окруженной по берегам на редкость высокими и толстыми деревьями. Между мощными, узловатыми стволами виднелись груды крупных валунов.

— Эй, поглядите! — воскликнул сидевший впереди Страшила и указал рукой на ближайший берег. — Там, среди камней, видите? Похоже, нас уже ждут.

Темный отряд шел по берегу, петляя между валунами и поваленными стволами. Рядом шумно плескались красноватые волны. В воздухе плавал горький, металлический запах. Людушка болезненно морщился, а потом не выдержал и заткнул ноздри двумя носовыми платками.

— Фу, какая гадость, — гнусаво произнес он. — Господин рыцарь, а мы, часом, не ошиблись? Какое же это урочище Меча? Я всегда думал, что урочище — это когда посреди леса лежит болото. А это — озеро! Может быть, поищем Меч где-нибудь в другом месте? О-ох…

Людоед охнул, провалившись по колени в топкую жижу. Аргут хохотнул.

— Вот тебе и болото, толстяк. Сам виноват — нечего каркать. Болота ему захотелось! А по мне, так озеро лучше, пускай даже и красное… Тьфу, все-таки накаркал, ворона!

Действительно, впереди лежала широкая, заболоченная часть берега. Идти через нее было рискованно.

Дональд улыбнулся.

— Готов спорить, что когда-то здесь было сплошное болото. — сказал он. — Отличное место, чтобы спрятать меч! Даю голову на отсечение, что озеро создал сам Торн, после чего и утопил в нем свое оружие. Людушка, ты умеешь плавать?

Людоед задрожал от ужаса.

Посмотрев на него, Дональд расхохотался:

— Не трусь, я пошутил. На дне здесь ничего не найдешь, кроме пиявок, это и дураку ясно. Да и пиявок там, пожалуй, тоже нет. Вода-то красная!

— А что это значит, господин рыцарь? — подобострастно спросил Людушка.

— А это значит, неуч, что в воде растворено… О-о, теперь я все понял!

Дональд замолчал, потрясенный неожиданной догадкой. И в этот момент Эльг, круживший над головами своих спутников, громко закричал:

— Господин! Я вижу какое-то крылатое существо, а на нем… Да это же Дровосек и его друзья! Они летят сюда, к берегу!

Дональд побледнел и сжал рукоять меча.

— Нельзя подпускать их к озеру! — воскликнул он. — Эльг, останови их любой ценой!

Человек-ящер энергично взмахнул крыльями и полетел навстречу грифу.

— Быстро, в обход болота, — хрипло распорядился Дональд. — Полкан, Карряга, ищите дорогу покороче!

Аргут и Людушка переглянулись. Наступил решающий момент их похода.

Меч Чародея

До Красного озера оставалось не больше полумили, когда наперерез грифу ринулся человек-ящер с мечом Мглы в руке. Заметив его, Аларм приказал:

— Спускайся, Юргод.

Могучий гриф недовольно заворчал, но вынужден был повиноваться. Он рвался в бой, но понимал: с пятью пассажирами на спине он все равно ничего не сможет сделать. Выбрав среди леса широкую поляну, Юргод начал стремительный спуск.

Едва Аларм и его друзья спрыгнули на землю, как гриф вновь взмыл в небо. Эльг уже поджидал его.

Завязался воздушный бой. Друзья с замиранием сердца наблюдали за тем, как Юргод отчаянно отбивался от наскоков крылатого ящера. Гриф был почти в два раза крупнее своего соперника и много сильнее, но воин Тьмы был вооружен. Меч, словно черная молния, мелькал в воздухе, и гриф порой не успевал парировать удары своими могучими лапами. Вскоре тело Юргода покрылось кровоточащими ранами. Но и крылатому ящеру приходилось нелегко. Гриф дважды достал его когтями и сумел изрядно разодрать чешуйчатый бок.

Меч Чародея

Наконец оба противника сплелись в клубок и, оглашая воздух яростными криками, рухнули где-то среди деревьев.

— Пеняр, бежим на помощь груш… гриш… тьфу, опять забыл! — завопил Том. — Я этой ящерице покажу, как с медведями связываться!

Аларм согласно кивнул:

— Хорошо, но только поспешите. Пеняр, выбей из рук ящера меч. А в честной схватке грифу помогать не надо, он и сам справится.

Том прыгнул на плоскую макушку своего приятеля, и пень, будто вихрь, умчался. Не успел он скрыться за деревьями, как на поляну вышли рыцарь в черных доспехах, великан людоед и могучий Мигун с молотом в руках.

— Вот и наша пора настала, Аларм, — спокойно проговорил Гуд и взял поудобнее топор. — Изумрудик, отойди в сторону.

Страшила всплеснул пухлыми руками от отчаяния. Если бы он мог, он бы сейчас заплакал.

— Великий Гудвин, почему, ну почему я сделан из соломы? — горестно прошептал он. — Никому я не могу помочь… даже меч поднять не в силах… Элли, милая, что мне делать, что?

Не сговариваясь, Людушка и Аргут бросились с разных сторон на Гуда. А оба юных рыцаря пошли навстречу друг другу, обнажив мечи.

Они встретились впервые и поначалу с любопытством разглядывали друг друга. Дональд был почти на голову выше соперника, но юный рудокоп был пошире в плечах и вообще на вид покрепче. Лица обоих воинов скрывали забрала, и каждый видел только глаза противника.

Неожиданно Аларм опустил меч и с горечью сказал:

— Вот уж не думал, что друг Элли станет слугой Врага Света. Неужели ты пришел из Большого мира в наш край, чтобы сеять кровь и слезы? Подумай, Дональд, какому грязному делу ты ныне служишь!

— Я служу лишь самому себе, мальчишка! — высокомерно ответил Дональд. — Это ты — ничтожный слуга фей и волшебниц. Да знаешь ли ты, что Элли стала бы жалкой старухой, если бы не я? А потом я как дурак спас Корину. И какова же была их благодарность? Как только Элли провозгласили правительницей Изумрудного города, я сразу же стал ей не нужен. А Корина… эта колдунья поступила куда хитрее! Она подарила мне доспехи и заставила сторожить ущелье вместе с Черными драконами. Меня, человека, достойного быть королем! Но этот меч дала мне не она.

— Одумайся, пока не поздно!

— Поздно. Я сжег позади себя все мосты и теперь не отступлю. Хватит болтать, мальчишка! Покажи лучше чему тебя научили волшебницы!

И мечи наконец скрестились.

Между тем, бой Гуда и его двух противников был в самом разгаре. Без лишних слов кузнец ринулся на железного человека, бешено размахивая молотом. Хитрый Людушка напротив старался держаться у Гуда за спиной. Людоеду удалось нанести два мощных удара своей дубиной, от которых Дровосек едва устоял на ногах. Поняв, что оборонительная тактика для него опасна, Гуд поднял топор над головой и, стремительно вращая им, пошел в наступление на Мигуна. Аргут попытался выбить топор из рук противника, но в результате едва не лишился своего молота. Злобно ругаясь, Аргут был вынужден отступить перед стальным вихрем.

Людушка поначалу опешил. Нагнувшись, он попытался поднырнуть под сверкающий веер и едва не лишился головы — острое лезвие, словно бритва, отсекло верхнюю часть его рыжих волос. С испуганным воплем толстяк отпрыгнул в сторону.

— Нет, так дело не пойдет… — забормотал он. — Ох и силен же этот Дровосек… А мы его обхитрим по-нашему, по-людоедски.

Размахнувшись, Людушка уже был готов метнуть свою дубину под ноги Гуду, как вдруг подпрыгнул от резкой боли пониже спины. Обернувшись, он увидел Страшилу. Соломенный человек так напряженно размышлял над тем, как помочь другу, что его голова обросла железными иглами. Вытащив одну из них, Изумрудик бесстрашно бросился в атаку.

— Эй, ты чего дерешься? — обиженно воскликнул Людушка. — Разве так можно — подбираться к сопернику сзади? Это нехорошо, это не по правилам.

— А ты разве не первый начал? — возмутился Страшила. — И по каким это правилам можно нападать вдвоем на одного?

— По нашим правилам, по людоедским, — широко улыбнувшись, сообщил Людушка. — Я тебя очень уважаю, о Страшила Мудрый, и потому готов в качестве исключения схватиться с тобой один на один. На, получай, мешок с соломой!

Подняв дубину, людоед бросился на отважного Изумрудика. Но он недооценил противника. Соломенному человеку уже приходилось однажды сражаться с людоедом, и он знал как надо действовать. Пригнувшись, он прыгнул прямо в ноги великану. Людушка, заголосив, растянулся на земле и выронил из рук дубину.

Гуд тоже не терял времени зря. На его блестящем грудном панцире уже зияли глубокие вмятины, но он продолжал теснить Аргута к лесу. Руки кузнеца покрылись кровоточащими ранами, и он начал уставать. Только теперь он понял, что совсем не зря его сородичи-Мигуиы так прославляли Железного Дровосека. Это был на самом деле могучий и неустрашимый боец. Собрав последние силы, Аргут с бешеным ревом вновь бросился в атаку, стараясь прежде всего выбить топор из рук противника.

Но главные события развернулись в центре лесной поляны. После первого же обмена ударами Дональд понял, что ему не устоять. От серебряного рыцаря веяло такой мощью, что противиться ей было невозможно. В конце концов он был повергнут на землю. Аларм занес меч и с насмешкой спросил:

— Неужели в Большом мире тебя не научили как следует владеть оружием? Элли рассказывала о тебе, словно о каком-то герое. А ты…

Кровь бросилась в лицо поверженного юноши. Он уже был готов вскочить на ноги и ринуться навстречу смерти, как вдруг услышал знакомый шуршащий голос:

«Убей его, ничтожный червяк!».

— Я… я не могу… — прохрипел Дональд.

«Убей!!! У тебя в руках меч маршала Янхара!».

Дональд содрогнулся всем телом и закричал от дикой боли. Ему казалось, что на него обрушился камнепад. Все мускулы отчаянно напряглись и были готовы вот-вот порваться. Но неожиданно кошмар кончился. Юноша почувствовал себя совсем другим человеком. Да человеком ли? Ему почему-то хотелось открыть пасть и обнажить длинные клыки, а потом обрушить на противника удары своего длинного, покрытого шипами хвоста.

Хвоста?!

И тут Дональд понял, что произошло. Владыка Тьмы передал ему силу давно умершего маршала Янхара! Миг — и Дональд уже стоял на ногах.

— Юрог шаран могул! — выкрикнул он, подняв левую руку.

Из пальцев с шипением вылетела сиреневая молния. Она ударила в грудь Аларму. Серебряные доспехи выдержали, но мальчик едва не ослеп. С болезненным стоном он пошатнулся и сделал шаг назад.

И тогда Дональнд ринулся вперед. Он ощущал в себе чудовищную силу, и Аларм сразу же почувствовал это. Но и он был ничуть не слабее! Бой вспыхнул вновь. Соперники рубились мечами, но никто не мог взять верх. Тогда оба выбрали другую, выжидательную тактику и стали кружить друг против друга, лишь изредка делая резкие выпады. Вскоре они обнаружили слабые места друг у друга. Черные доспехи Дональда отнюдь не были непробиваемыми, но его меч был тяжелее и крепче оружия мастера Рохана. К тому же Аларм не владел колдовскими заклинаниями, и это давало преимущество его сопернику. Юный рудокоп понял, что затяжной бой ему не выиграть. Рукоять его меча треснула, и на клинке появились глубокие зазубрины… Как жаль, что витязь Фарах не подарил ему своего… Меч! Ну, конечно же, его сейчас может спасти только меч Торна!

С отчаянным криком мальчик бросился в атаку, тесня Дональда. Черный рыцарь был вынужден отступить. В пылу борьбы он и не заметил, что Аларм уводит его к Красному озеру.

Как раз в этот момент Гуду наконец удалось выбить молот из рук вконец обессилевшего Аргута. Кузнец со стоном рухнул на колени, обливаясь кровью и потом.

— Сдавайся, — сурово сдвинув брови, сказал железный человек. — Не будь ты Мигуном, я бы без жалости зарубил тебя! Но когда-то ты был моим подданным, и потому я готов проявить милосердие. Отрекись от Тьмы, и тогда я…

Он вздрогнул, ощутив сильную боль в сердце.

— Не-е-ет! — заорал Аргут и, вскочив, бросился на Гуда. Дровосек отбросил в сторону топор, и два силача сошлись в рукопашном бою. Обхватив друг друга руками, они напрягли все силы…

А в это время Людушка носился по поляне за Страшилой, размахивая дубиной и исступленно визжа. От злости он совершенно потерял голову. Соломенный человек был неважным бегуном и легко бы попался ему в руки, но рассвирепевший людоед непременно хотел прибить его дубиной. Однако Страшила был слишком легким и от каждого удара словно мяч отлетал в другой конец поляны.

— Прибью! — орал людоед, пыхтя, словно буйвол. — У-ух, я тебя расколошмачу!

Наконец после очередного тумака Страшила взлетел в воздух и застрял в ветках большого куста орешника, повиснув вниз головой. Только тогда Людушка опомнился. Остановившись, он вытер пот с лица и ухмыльнулся.

— Вот и славненько, вот и замечательно. И как это я не мог прибить тебя, козявка зеленая, дубиной?

— Потому что ты сам дубина, — мрачно изрек Страшила.

Людушка укоризненно покачал головой.

— Фу, как грубо, — вздохнул он. — Боюсь, мне придется тоже ответить не очень-то вежливо. Скажем, я могу тебя сжечь, ха-ха-ха! Или лучше утопить в болоте.

— Я сам тебя утоплю, толстяк! — послышался чей-то тонкий голос.

Людушка удивился, но еще больше он удивился, когда из-за куста вышел вразвалку крошечный медвежонок. Приняв боксерскую стойку, малыш с грозным видом бросился на великана.

Людоед захохотал. Но вскоре ему стало не до веселья. Из леса выскочил Пеняр и бросился на него, высоко подпрыгнув в воздухе. Получив мощный удар в брюхо, Людушка согнулся пополам. Второй удар заставил его упасть на колени. Тут подоспел Том и, размахнувшись, ударил его лапкой по животу.

Ойкнув, Людушка завалился и притворился мертвым.

А Пеняру уже было не до него. Пень несся через поляну на помощь Гуду. Но она не понадобилась — после долгой и упорной борьбы железный человек перебросил Аргута через голову. Рухнув на траву, Мигун потерял сознание. Гуд тяжело вздохнул и с сожалением оглядел себя. Увы, его панцирю изрядно досталось во время схватки, да и правая рука висела, можно сказать, на волоске. Но больше всего у Дровосека пострадали ноги — Аргут все-таки ухитрился повредить ему обе коленные чашечки. И сердце… что-то случилось с его сердцем…

Гуд покачнулся, упал лицом в зеленую траву и больше не шевелился.

Том схватился за голову от ужаса.

— Что с тобой, Гуд? — завопил он. — Да что же это за невезение такое?! Мы с Пеняром отбились от летающей ящерицы, Полкана и какой-то живой коряги, а здесь дела и того хуже… Страшила, хоть ты-то цел?

Цел, грустно ответил соломенный человек, покачиваясь на ветке орешника. — Бедный Гуд, дружище, я так и не смог помочь тебе…

Внезапно из-за вершин деревьев вылетел человек-ящер. Вид у него был такой, будто бы он побывал между молотом и наковальней. Меча Мглы у него в руках не было, и гриф его больше не преследовал.

Увидев лежащих на поляне Людушку и Аргута, воин Тьмы застонал от отчаяния. Он спикировал на куст орешника, подхватил беспомощного Страшилу и взмыл высоко в небо.

— Стой! — завопил Том, потрясая лапками. — Отдай Изумрудика, урод, отдай! Пеняр, лови его! Груш… гриш… где же ты?

Но на его призыв никто не отозвался.

На берегу, среди огромных валунов, бой между Алармом и Дональдом разгорелся с новой силой. Поняв, что юный рудокоп рвется к озеру, Черный рыцарь решил во что бы то ни стало не допустить его туда и удвоил свои усилия. Ему удалось дважды ранить противника в бок. Меч маршала Янхара пробил серебристые доспехи, и это наполнило сердце Дональда радостью. Он может, он должен победить! Пакир доверяет ему, и он не вправе обмануть ожидания Властелина Тьмы!

Однако и Аларм не оставался в долгу. Три метких удара ранили Черного рыцаря в плечо, бедро и правую руку. Юный рудокоп был искусным и упорным бойцом. Он вновь стал теснить противника к воде. До берега оставалось каких-то десять шагов, но Дональд понимал — это расстояние Серебряный рыцарь не должен пройти!

Собрав оставшиеся силы, он сделал стремительный выпад, целясь Аларму в незащищенное горло. Мальчик успел парировать удар, но тут же застонал от обиды: клинок Рохана не выдержал и раскололся возле рукояти!

Дональд торжествующе рассмеялся и уже готовился прикончить противника, как вдруг ощутил могучий толчок в грудь. Не ожидавший нападения со стороны, Черный рыцарь упал, но сразу же вновь вскочил. Перед ним переминалось с корня на корень странное создание, напоминающее обычный пень, но очень агрессивное.

Пеняр восторженно подпрыгнул: он успел, успел! Эта крошечная заминка дорого стоила ему — Дональд молниеносно обрушил на него меч. С громким треском пень раскололся пополам.

Когда Пеняр сбил Черного рыцаря с ног, Аларм бросился к озеру, вынул из сумки на поясе рукоять меча Торна и опустил ее в красную воду.

«Убей, убей его!!!» — взорвался в голове Дональда жуткий леденящий рев.

Прыгнув вперед, Черный рыцарь что было сил рубанул сидящего на корточках противника. Аларм едва успел закрыться левой рукой. Каким-то чудом доспехи выдержали, и клинок отскочил, будто от скалы. Чудом?!

Меч Чародея

Да, все происходившее в тот момент было самым настоящим чудом. Как только эфес коснулся воды, поверхность озера вздыбилась и забурлила. В небе пронесся оглушительный удар грома. Дональд отшатнулся и заслонил глаза рукой.

Но Аларм даже не взглянул в его сторону. Забыв обо всем на свете, мальчик смотрел широко раскрытыми глазами на кипящую воду. Возле эфеса она сгустилась и потемнела, приобретя сначала пурпурный цвет, затем бордовый и, наконец, фиолетовый. Прошло еще несколько мгновений, и вода внезапно очистилась и стала прозрачной, словно хрусталь.

В глубине осталась сиять полоса золотистого цвета, исходящая из эфеса меча, точно луч солнца. С бурно колотящимся сердцем Аларм стал медленно поднимать руку, и из воды появился клинок. Он был покрыт затейливой резьбой, и на обеих его сторонах темнели красные кресты, обвитые терновыми ветвями.

Из глаз мальчика сами собой покатились слезы. Он все-таки нашел меч! Меч великого чародея Торна в его руках!!!

Дональд, опустив руки, наблюдал за этой сценой, сердце его переполняла невыразимая тоска.

«Ты предал меня, раб… — услышал он тихий, давящий душу голос Пакира. — Так иди же ко мне, иди, я сумею достойно отблагодарить тебя…».

Покорно склонив голову, Черный рыцарь поплелся по берегу, увязая по щиколотку во влажном песке. Откуда-то с неба на него опустилось темное облачко. Из мглы высунулась рука человека-ящера и, обхватив юношу за поясницу, увлекла его в глубь клочка Тьмы.

Аларм вскочил, но было уже поздно. Темное облачко стремительно взмыло в голубое небо и умчалось в сторону горы Трех Братьев.

Мальчик прижал к губам клинок, ощущая слезы восторга и благодарности на глазах. Он простоял бы так, наверное, долгие часы, но его привели в чувство чьи-то всхлипывания. Аларм повернулся и увидел Тома. Медвежонок стоял возле разрубленного пополам Пеняра и теребил друга за корень.

— Ты что?! — испуганно взывал Том. Что притворяешься, а? Вставай, Пенярчик, вставай… Мне страшно, Пенярчик…

Аларм поднял медвежонка и прижал его к груди.

— Не плачь. Том. Пеняр погиб как герой. Но я, кажется, знаю, как его спасти… А где остальные?

Том грустно сообщил:

— Гуд лежит на земле С переломанными ногами и не шевелится. Груш… нет, гриф! ранен и остался в лесу. Мы с Пеняром еле-еле отбили беднягу от проклятого крылатого ящера и Полкана. Понимаешь, Полкан на их стороне!

— А Страшила?

Медвежонок молча указал на темное пятно, плывущее высоко в небе.

— Его унес ящер? — ужаснулся Аларм.

— Да. — горестно прошептал Том. — Прости. Аларм, но я не смог справиться с этим чудищем. Ведь я такой маленький…

Юный рыцарь молча расцеловал его во все три глаза.

Через некоторое время на поляне состоялся последний совет отряда. В нем участвовали Аларм, Юргод и Том. Гуд так и не пришел в себя после схватки с Аргутом. Рядом с Железным Дровосеком лежали останки бедного Пеняра. Ни Людушки, ни кузнеца на поляне не было — видимо, оба очнулись и поспешили унести ноги.

— Мы победили, друзья. — заговорил Аларм. нежно поглаживая чудесный клинок. — Меч Торна в наших руках! Но победа досталась нам страшной ценой, потери наши ужасны. Кустар исчез. Страшила захвачен в плен. Гуд точно не живой. Пеняр… — Мальчик на мгновение умолк, а потом дружески улыбнулся Тому и сказал: — Я знаю долину, где можно раздобыть живительный порошок. Возможно, он вернет нашего друга.

Юргод в сомнении покачал головой, но промолчал.

— А я вот что думаю… — начал было Том, но вдруг закричал: — Полкан?! Уйди, уйди отсюда, чудище проклятое!

И правда, из-за деревьев вышел пес. Вид у него был жалкий и потрепанный, а в глазах стояла такая тоска, что даже гриф посочувствовал своему недавнему противнику.

— Прости, Том. — уныло тявкнул Полкан. Сам не понимаю, что со мной случилось… В меня словно вселился какой-то злобный и глупый зверь, но сейчас он ушел. Я ничего не понимаю… Где я, где Дональд и что мне теперь делать?

— Ты просто был заколдован, — покачал головой Том — но мы прощаем тебя, правда, Аларм? Мальчик кивнул.

— Смотрите, розовые облака! — Юргод указал лапой на восток.

Взглянув на небо, Аларм увидел вдали цепочку из трех облаков. До них было далеко, очень далеко, но…

Аларм вскочил. Его лицо осветилось надеждой.

— Быть может, это летит матушка Виллина и другие волшебницы? — прошептал он. — Ну конечно, это они… это должны быть они… Юргод, ты можешь летать?

Гриф вместо ответа расправил окровавленные крылья.

— Том, Полкан, останьтесь здесь! — крикнул Аларм, вскакивая на спину грифу. — Охраняйте наших бедных друзей. Я скоро вернусь, очень скоро!

Через мгновение могучий зверь взмыл в небо и направился вслед за тремя облаками. Не удержавшись, Аларм вынул из ножен меч Торна и поднял его высоко над головой. Чудесный клинок засиял так, что жителям всей Волшебной страны показалось, будто бы в небе вспыхнуло второе солнце. А Черные драконы, несущие стражу в ущелье, услышали жуткий, полный тоски вой, рвущийся из глубины расщелины.

Но все стихло, и жизнь в Волшебной стране пошла своим чередом. И никто из тысяч фермеров, ремесленников, садоводов, кузнецов и прочих обитателей края вечного лета даже и не подозревал, что нависшая было над их головами чудовищная Тень дрогнула и растворилась в лучах этого странного второго солнца.

Меч Чародея

КОНЕЦ ЧЕТВЕРТОЙ КНИГИ.

Примечания.