Меч Чародея.

Глава третья ХРАМ СЕМИ ИДОЛОВ.

— Вот это да! — воскликнул Страшила, задрав кверху голову и придерживая рукой шляпу, чтобы она не упала.

Белый дворец походил на огромную каменную корону. Нижняя, круглая, часть была выложена из серых гранитных плит, а сверху, словно зубцы, высились семь слегка изогнутых башен из сахарно-белого мрамора. Со всех сторон дворец окружал густой, непроходимый лес, так что путники еще раз мысленно поблагодарили Элли, подарившую им волшебную подзорную трубу. Без нее путешествие к белому дворцу оказалось бы долгим и трудным.

Дворец, очевидно, был построен много сотен лет назад. Лес за это время вплотную подступил к нему и обвил стены и башни хмелем и диким виноградом. Странно, но здесь не было ни птиц, ни животных. Зато воздух пестрел сотнями разноцветных бабочек и стрекоз, да таких крупных, каких не было больше нигде в Волшебной стране.

— Что-то непохоже это на дворец, — задумчиво произнес Гуд, поглаживая рукоять топора. — Да и откуда ему взяться в моей родной Голубой стране? Не было у нас никогда никаких королей… по крайней мере, я о таких не слышал.

— А разве ты слышал о горе Гудвина? — резонно возразил Страшила. — Нет. Но мы только что побывали на ее вершине, верно? А ты что скажешь, Аларм?

Мальчик нахмурил брови, словно о чем-то вспоминая.

— Мне кажется, это не дворец, а храм, — пробормотал он.

— Храм? Что это такое? — заинтересовался Том, прыгая вокруг них верхом на Пеняре.

— Ну-у… Даже не знаю, как объяснить, — пожал плечами Аларм. — У нас в стране Рудокопов есть Священный источник, из которого вытекает усыпляющая вода… Так вот, года за два до моего рождения король Тогнар построил на берегу источника большой и красивый дом. Внутри он приказал установить статую какого-то злого-презлого старика. Отец рассказывал, что стражники по приказу короля загоняли людей в это здание и заставляли поклоняться статуе.

Каменный дом он приказал называть храмом, а статую — Верховным Божеством.

— Чепуха какая-то, — проворчал Страшила. — Ладно, пойдем посмотрим.

Путники направились ко входу в храм. Впереди шли Гуд с топором наготове и Аларм с мечом в руке. Они поднялись по полуразрушенным каменным ступеням и вошли под высокие своды. Внутри было сумрачно и прохладно. Очутившись в большом полукруглом зале, друзья в изумлении остановились. Прямо перед ними возвышались семь огромных, футов в тридцать высотой, каменных идолов. Трое, что стояли слева, поражали страшными, искаженными злобой лицами. Трое, находившихся справа, светились добрыми, радушными улыбками. Идол, расположенный посередине, имел равнодушный, лишенный всякого выражения лик. Каждая статуя имела по три глаза — два были закрыты, а третий ярко светился. К подножиям идолов вели отдельные лестницы.

— Точно, это храм, — хриплым от волнения голосом сказал Аларм.

— Да, на дворец не похоже, — согласился растерянный Изумрудик. — Ни один король не захотел бы жить среди этих громадин.

— Интересно, кто его построил? — пробормотал Гуд, — Уж точно это сделал не Торн.

Том ничего не сказал — он сидел верхом на Пеняре и таращил разноцветные пуговичные глаза на статуи. Они казались маленькому медвежонку ростом с гору.

Аларм с надеждой повернулся к Страшиле.

— Уважаемый Изумрудик, что будем делать дальше? — спросил он.

Соломенный человек вновь приставил палец ко лбу и задумался. Иглы и булавки стали выпирать из его головы так быстро, что Гуд едва успевал их запихивать обратно.

Наконец Страшила улыбнулся и сказал:

— Виллина сказала, что меч Торна спрятан в каком-то лесном урочище. Поскольку это храм, то меча здесь нет. Так?

— Так, — дружно согласились Аларм и Гуд.

— А раз меча здесь нет, то нам предстоит отправиться отсюда в другое место. Но его можно разглядеть только с высоты, то есть с вершины одной из башен. Верно я рассуждаю?

Друзья только кивнули в ответ, с уважением глядя на Изумрудика.

— Башен в храме семь, идолов тоже семь, — продолжил Страшила, очень довольный своей сообразительностью. — И к каждому каменному страшилищу ведет лестница. Но у ног она заканчивается. Что это, по-вашему, означает?

— То, что лестницы продолжаются за спинами статуй! — воскликнул Аларм, возбужденно взмахнув мечом так, что в воздухе раздался свист.

— Осторожнее, мой мальчик, — снисходительно улыбнулся Страшила. — Конечно же, ты прав. Но как заставить статуи повернуться к нам спиной? И какую именно статую выбрать? Вот в чем проблема.

— По-моему, все дело в красных глазах идолов, — нерешительно предположил Гуд.

— А я считаю, что главное — лестницы, — возразил Аларм. — Наверняка они построены с каким-то секретом. Э-э, да что рассуждать попусту!

Он решительно направился к крайней правой лестнице, решив, что идол с самым добрым лицом не может таить зла на путников. Но Кустар опередил своего друга и первым вскочил на ступеньку. Тотчас лестница с оглушительным грохотом рухнула, и на ее месте в полу открылась пропасть.

К счастью, Аларм успел одним прыжком одолеть расстояние до края провала. Он схватил растерявшегося Кустара за ветку и мигом вытянул из пропасти.

— Так, так… — прошептал ошеломленный Страшила. — Надо быть осторожней, друзья, не то мы здесь все погибнем…

— Я же говорил, что дело в глазах идолов, — вздохнул Гуд, — только как до них добраться?

Аларм вытер со лба выступивший пот. Затем он снял с плеча лук, вложил в него стрелу и прицелился в сверкающий красный глаз соседнего, второго справа каменного гиганта.

— Э-э, да разве в него попадешь… — с безнадежным видом вздохнул Страшила. — О-о, вот это да!

Меч Чародея

Стрела описала высокую дугу и вонзилась точно в глаз идола. Красное сияние погасло, и неожиданно открылись два нижних глаза, до сих пор закрытые белыми каменными веками. Ласковая улыбка на лице идола сменилась на злобную полную ненависти, ухмылку. Лестница, ведущая к его ногам, вспыхнула ослепительным пламенем. Страшила с воплем отпрыгнул в сторону.

— Хорошо, что ты попал точно в цель, сынок! — воскликнул Гуд. — В таком жарком огне даже я бы расплавился. Делать нечего, придется тебе поразить красные глаза и остальных истуканов, иначе кто-нибудь непременно попадет в губительную ловушку.

Аларм снисходительно улыбнулся.

— Это нетрудно, — сказал он. — Еще отец учил меня стрелять из лука, а потом моим наставником был сам мастер Рохан. Да и стрел у меня хватит… э-э, что это?!

Мальчик с изумлением смотрел на свой колчан. В нем должно было находиться около трех десятков стрел, но сейчас почему-то было всего шесть!

У Тома наконец-то прорезался голос.

— Я же говорил, что этот храм заколдован! — взвизгнул он. — Вперед, Пеняр! То есть назад!

Пень повернулся и понесся к выходу. Внезапно каменные двери со скрежетом затворились.

Друзья испуганно переглянулись. Путь назад был отрезан.

— Я, кажется, понял… — прошептал Страшила. — Дорога на которую мы ступили, ведет к мечу Торна… А это значит, что тебя, Аларм, на каждом шагу будут ожидать испытания. Меч достанется лишь тому, кто заслужил право владеть им!

Мальчик глубоко задумался, опустив голову. Еще недавно путешествие по Волшебной стране казалось ему веселым, захватывающим приключением. А теперь оно обернулось игрой — но игрой по жестким, суровым правилам. И проигрывать было нельзя, иначе отец может навсегда остаться в рабстве у проклятого Пакира!

Том скакал кругами на Пеняре и вопил:

— Чего ждешь, Аларм? Стреляй быстрее, я на солнышко хочу!

Однако Гуд строго сказал:

— Не кричи, Том. И не торопи его! Аларму промахиваться теперь нельзя. Ни разу — понимаешь?

Мальчик постоял несколько минут с закрытыми глазами, пытаясь сосредоточиться. Рохан учил его, как сохранять хладнокровие в бою, но сердце мальчика все равно бешено колотилось.

Наконец, вздохнув, Аларм открыл глаза. Старательно прицелившись, он выстрелил в соседнего, третьего по счету идола.

— Попал! — восторженно закричал Страшила и потряс в воздухе тростью.

И вновь красный глаз погас, и вновь доброе лицо исказилось злобой. Лестница ушла под пол, и из-под ног идола хлынул водопад. Все, даже обычно невозмутимый Кустар, вздрогнули. Если бы кто-нибудь встал на ступеньку, то мгновенно бы погиб.

Меч Чародея

— Та-а-к, с «добрыми» идолами все ясно, — жестко усмехнулся Аларм и вложил в тетиву очередную стрелу. — посмотрим, может быть, злые окажутся поласковее к своим гостям.

Все три последующие выстрела оказались точными. Увы, это не изменило выражение на лицах истуканов, и они явили путникам поочередно непроходимое болото, каменную стену и лес из железных пик. Путь к башням храма явно пролегал не здесь.

Облизнув пересохшие губы, Аларм прицелился в красный глаз среднего идола, равнодушно глядевшего на него с тридцатифутовой высоты. Увы, рука мальчика дрогнула. Стрела, вспыхнув, растаяла в воздухе.

— Какой же я растяпа! — расстроенно воскликнул мальчик. — У меня осталась всего одна стрела, а статуи-то две!

— Как две? — удивился Гуд. — А где же вторая? Аларм молча указал на самую первую статую — ту, которая едва не погубила Кустара в бездонной пропасти.

— Да здесь и думать нечего, — сказал, нахмурившись, Гуд. — Самый правый идол и так нас славно встретил, нечего тратить на него последнюю стрелу. Что скажешь, Изумрудик?

Соломенный человек растерянно пожал плечами.

— Даже не знаю, — неуверенно ответил он. — Вроде бы Гуд прав. А может быть, и нет… решай сам, Аларм, положись на свое сердце. Моя мудрость больше ничем не может тебе помочь. Пускай же тебя ведет любовь к отцу!

Эти слова ободрили мальчика. Он уверенно сделал несколько шагов вправо, встал напротив крайнего идола и послал в цель последнюю стрелу. И произошло чудо! Два закрытых глаза статуи открылись, и в них не было зла. Статуя улыбнулась Аларму и медленно повернулась к нему спиной, открыв за собой узкий ход, ведущий наверх. Из провала в полу вновь поднялась лестница, и Том верхом на Пеняре с гиком пронесся впереди всех.

Спиральная лестница вывела путешественников на вершину одной из башен храма. Отсюда открывался удивительно красивый вид на Голубую страну. Страшила и Гуд, перебивая друг друга, показывали на Когиду, зубчатые стены замка людоеда, ущелье Черных драконов… Счастливый Аларм тем временем достал волшебную карту Виллины. Солнце засияло еще ярче, словно вышло из-за невидимой тучи, и путники увидели далеко на севере синий лес, опоясанный округлой желтой стеной. Тотчас на карте растаяло одно из белых облачков, и на его месте появилось изображение Леса Призраков, окруженного Бесконечной стеной.

Через несколько минут еще дальше на севере засияла серебристая лента, и карта назвала ее Лунной рекой.

Меч Чародея

На юге они увидели вьющуюся среди лесов и полей дорогу из желтого кирпича, высокую гору, у подножия которой находился вход в пещеру Гингемы, и перевал. Внимание путников привлекло большое белое облако, висевшее над желтой дорогой, невдалеке от цепи гор.

— Интересно, где же начинается эта дорога… — проговорил Страшила. — Элли рассказывала мне, будто сама Виллина ни разу не видела это место… Ух ты!

Облако вдруг исчезло и путники увидели, что желтая лента упирается в лес каких-то странных разноцветных деревьев.

— Что такое? — удивился Гуд. — Уж я-то в деревьях знаю толк, а ничего подобного не видел. На сосны они не похожи… и на лиственницы тоже… и на вязы… Аларм, что говорит твоя карта?

Мальчик взглянул в нижний угол карты и прочитал: «Каменный лес».

— По-моему, туда нам и надо, — решительно заявил Страшила. — Это же страшно интересно — место, откуда берет начало дорога из желтого кирпича! А я-то думал, что ее построил Гудвин вместе с Изумрудным городом. Но ведь могло быть и иначе: он мог заложить город там, где кончалась дорога, чтобы не тратить силы на ее постройку. Что ни говорите, а Гудвин был большим мудрецом!

Аларм согласно кивнул и спрятал карту в рюкзак. Чуть помедлив, он достал из кармана сверкающий красный камень и задумчиво посмотрел на него. Все дружно ахнули.

— Это еще что? — воскликнул Гуд. — Откуда ты взял эту штуку, сынок?

Мальчик смутился.

— Это глаз того доброго идола, — запинаясь, произнес он. Сам не знаю, почему я подобрал его со ступеньки. Наверное, я выбил его стрелой… Выбросить?

— Ни в коем случае! — закричал испуганно Страшила. — Глаза идолов на дороге не валяются, тем более рубиновые! Возможно, он нам еще пригодится. Спрячь его в карман, а там видно будет.

Аларм так и сделал.

Взявшись за руки, друзья вновь доверили волшебную трубу Тому. Гордый и довольный собой, медвежонок приставил ее к правому глазу-пуговице и посмотрел на опушку Каменного леса.