Научиться быть счастливым.

Архетип Крысиных бегов.

Пока Тимон был маленьким ребенком, он совершенно не заботился о будущем, зато его повседневные занятия приводили его в восторг и рождали в нем ощущение чуда. Но когда ему исполнилось шесть лет и он пошел в школу, тут-то и началась его карьера участника крысиных бегов.

Родители и учителя постоянно внушали ему, что в школу он ходит ради того, чтобы получать хорошие отметки и обеспечить таким путем свое будущее. Ему не говорили, что он должен быть счастливым в школе или что учеба может быть — и должна быть — веселым и интересным занятием.

Напуганный тем, что он плохо сдаст экзамены, Тимон боялся пропустить хоть слово в объяснениях учителя и все время был расстроен и нервничал. Он с нетерпением ждал конца каждого урока и каждого школьного дня, и единственное, что держало его на плаву, — это мысль о наступающих каникулах, когда он больше не должен будет думать об уроках и оценках.

Тимон усваивал навязанные взрослыми нравственные нормы, что школьные оценки — это и есть мера его Успеха, и, несмотря на то что ненавидел школу, продол-Жал упорно трудиться. Если он хорошо успевал в учении, родители и учителя его хвалили, а одноклассники, которым также внушили эту доктрину, ему завидовали- К тому времени, когда Тимон перешел в старшие классы, он уже полностью усвоил формулу успеха: пожертвуй удовольствием здесь и теперь ради того, чтобы быть счастливым в будущем. Терпи, казак, атаманом будешь. И хоть Тимон не испытывал ни малейшего удовольствия ни от учебы в школе, ни от факультативов и кружков, ни от общественной работы и участия в художественной самодеятельности, он отдавался этим занятиям целиком. Им двигала потребность накопить как можно больше званий и почестей, а когда эта ноша становилась неподъемной, он говорил сам себе: «Только бы мне поступить в колледж, уж там-то я оттянусь по полной программе!».

И вот Тимон подает заявление в колледж и поступает на выбранный им факультет. С огромным чувством облегчения он читает список принятых в колледж и буквально плачет от радости. «Ну, сейчас-то, — говорит он себе, — я наконец смогу почувствовать себя счастливым человеком!».

Однако чувство облегчения длится недолго. Через пару месяцев Тимона вновь охватывает то же самое чувство беспокойства, которое мучило его долгие годы. Он боится, что окажется не в состоянии успешно соперничать с лучшими студентами в колледже. А коль скоро он не сможет с ними конкурировать, как он получит работу, о которой мечтает?

Итак, крысиные бега продолжаются. На протяжении всех четырех лет своего пребывания в колледже он трудится не покладая рук, чтобы его резюме выглядело как можно более внушительно. Он учреждает некую студенческую ассоциацию и становится президентом еще одной, которая предлагает бездомным кров и пищу. Тимон участвует в университетском чемпионате по легкой атлетике. Он чрезвычайно тщательно выбирает, какие лекционные курсы и семинары будет посещать, и записывается на них не потому, что эти учебные курсы его интересуют, а потому, что их названия будут эффектно смотреться во вкладыше к диплому.

Время от времени Тимон действительно «оттягивается», особенно после того, как сдаст очередную контрольную работу или экзамен. Однако эти приятные моменты, возникающие вследствие того, что Тимон на какое-то время с облегчением сбрасывает с себя ненавистный груз, длятся совсем недолго; его заботы вновь начинают расти, как снежный ком, а вместе с ними растет и чувство беспокойства.

Весной на последнем курсе колледжа одна престижная фирма приглашает его на работу. Тимон с восторгом принимает это предложение. «Теперь-то, — думает он, — я наконец смогу наслаждаться жизнью!» Вскоре, однако, он начинает понимать, что восьмидесяти часовая рабочая неделя — это удовольствие ниже среднего. И он опять говорит себе, что ему придется еще раз на некоторое время пожертвовать всеми радостями жизни — но только до тех пор, пока он не встанет на ноги. Время от времени он даже чувствует себя счастливым — когда получает прибавку к зарплате, большую премию или продвижение по службе, или когда на людей производит впечатление его солидная должность. Но это чувство удовлетворения немедленно испаряется, как только он вновь впрягается в свою лямку.

Проработав на фирме много-много лет, в награду за бесконечно долгие часы рабского труда Тимон получает предложение стать партнером. Ему смутно помнится, как когда-то давным-давно он надеялся ощутить от этого некое удовлетворение, но ничего такого не происходит.

Тимон был лучшим студентом в колледже; сейчас он партнер в престижной фирме; живет вместе со своей замечательной семьей в большом доме в фешенебельном районе; у него роскошный автомобиль и гораздо больше денег, чем он сможет потратить до конца своих дней. Но при всем при этом Тимон несчастен.

И тем не менее другие расценивают его как образчик успеха. Знакомые видят в Тимоне человека, с которого их детям следует брать пример, и говорят своим ребятишкам: «Если вы будете упорно трудиться, то будете такими, как Тимон». Сам он жалеет этих детей, но не в силах даже вообразить, что можно жить как-то иначе, не участвуя в крысиных бегах. Тимон даже не знает, что сказать своим собственным детям. Не просиживать в школе штаны? Не поступать в хороший колледж? Не стремиться получить хорошую работу? Неужели быть успешным — то же самое, что быть жалким и несчастным?

Хотя Тимон несчастлив из-за того, что участвует в крысиных бегах, очень важно отметить, что на свете полно бизнесменов, которые поглощены своей работой и им нравится торчать у себя в офисе по восемьдесят часов в неделю. Трудиться в поте лица или учиться на одни десятки — это отнюдь не то же самое, что участвовать в крысиных бегах; есть в высшей степени счастливые люди, которые долгими часами корпят над своей работой и целиком посвящают себя учебе или профессиональной деятельности. Участники крысиных бегов отличаются прежде всего своей неспособностью получать удовольствие от своих занятий, а также своей неистребимой верой в то, что стоит им достичь какой-то конкретной цели — и они будут счастливы во веки веков.

Более того, если я и взял Тимона в качестве примера, то при этом я вовсе не имею в виду, что потенциальными участниками крысиных бегов являются одни только бизнесмены. Человек, который решил стать врачом, порой относится к жизни точно так же и демонстрирует точно такое же поведение: ощущает себя обязанным поступить в самый лучший медицинский университет, затем пробиться в лучшую интернатуру, затем стать заведующим отделением и так далее. То же самое можно сказать и о художнике, который не вдохновенно творит, а тянет лямку и уже не способен испытывать ту радость, которую он когда-то получал от живописи. Теперь такой художник думает только о том, какую награду получит за свои труды, и о том, как он когда-нибудь совершит «большой прорыв», который и сделает его счастливым.

Причина того, что вокруг нас так много людей, участвующих в крысиных бегах, кроется в нашей культуре, которая способствует укоренению подобных суеверий. Если мы заканчиваем семестр на одни десятки, то получаем подарок от родителей; если мы выполняем план на работе, то в конце года получаем премию. Мы привыкаем не думать ни о чем, кроме цели, которая маячит перед нами на горизонте, и не обращать внимания на то, что происходит с нами в настоящий момент. Всю свою жизнь мы гонимся за бесконечно ускользающим от нас призраком будущего успеха. Нас награждают и хвалят не за то, что происходит с нами в пути, а лишь за успешное завершение путешествия. Общество вознаграждает нас за результаты, а не за сам процесс; за то, что мы достигли цели, а не за то, что мы прошли тот путь, который к ней ведет.

Стоит нам только достичь намеченной цели, как мы немедленно испытываем чувство облегчения, которое так легко перепутать со счастьем. Чем тяжелее бремя, которое мы несем в пути, тем сильнее и приятнее испытываемое нами чувство облегчения. Когда мы путаем это минутное облегчение со счастьем, мы тем самым укрепляем иллюзию, будто счастливыми нас сделает простое достижение цели. Чувство облегчения, конечно же, имеет для нас определенную ценность — ведь оно приятно и вполне реально, — и все же не нужно путать его со счастьем.

Чувство облегчения можно считать своего рода негативным счастьем[12], поскольку его источник — это те же стресс и беспокойство, но взятые с обратным знаком. По самой своей природе облегчение предполагает неприятные переживания, и поэтому счастье, возникшее из чувства облегчения, не может длиться сколько-нибудь долго. Если у женщины, страдающей от мучительного приступа мигрени, вдруг перестанет раскалываться голова, то из-за одного только отсутствия боли она почувствует себя счастливейшим человеком на свете. Но поскольку подобному «счастью» всегда предшествует страдание, то отсутствие боли — это всего лишь минутное облегчение от чрезвычайно негативных переживаний.

К тому же чувство облегчения всегда является временным. Когда у нас перестает стучать в висках, само по себе отсутствие боли доставляет нам определенное удовольствие, но затем мы очень быстро привыкаем к этому состоянию и считаем его чем-то само собой разумеющимся.

Участник крысиных бегов, который путает облегчение со счастьем, проводит всю жизнь в погоне за своими целями, считая, что для счастья ему достаточно просто чего-то достичь.

Не чувствуете ли вы время от времени, что вы точно такой же участник крысиных бегов? Если бы у вас была возможность взглянуть на свою жизнь со стороны, какой совет вы бы дали самому себе?