Отчего вы не буддист.

Привычка – союзник «я».

Вероятно, величайшее открытие в истории человечества – это постижение Сиддхартхой того, что независимо существующего «я» нет в природе, что это просто ярлык-обозначение, а потому привязанность к нему есть неведение. Однако, сколь бы ни был непрочен этот ярлык, уничтожить его – непростая задача. Ярлык, называемый «я», – самое прочное из всех представлений. Открытие Сиддхартхой ошибочности представления о «я» символически выражено в истории о сокрушении Мары. Традиционно именуемый злым владыкой мира желаний, Мара – это не что иное, как владевшая самим Сиддхартхой привязанность к «я». Принято изображать Мару красивым и могучим воином, не знающим поражений. Как и Мара, «я» могущественно и ненасытно, себялюбиво и лживо, жадно до внимания, умно и тщеславно. Трудно вспомнить, что, подобно иллюзии огненного кольца, «я» – лишь собрание частей, что оно не существует независимо и подвержено ежесекундным переменам.

Привычные стереотипы восприятия ослабляют наши попытки справиться с привязанностью к «я». Даже простые привычки очень живучи. Может быть, вы и осознаёте, какой вред наносит курение вашему здоровью, но это далеко не всегда убеждает вас бросить курить, особенно если вам нравятся сам ритуал, утончённая форма сигареты, клубы голубоватого табачного дыма, вам нравится, как этот душистый дым обволакивает ваши пальцы. Но привычка к «я» – не просто пагубная привязанность, вроде курения сигарет. Эта привычка коренится в нас с незапамятных времён. Именно так мы идентифицируем самих себя. Именно это «я» мы сильнее всего любим, а подчас и яростнее всего ненавидим. Кроме того, именно его существование мы так усердно стараемся утвердить. Почти всё, что мы делаем, всё, что думаем или имеем, в том числе и наш духовный путь, – это средства, служащие для того, чтобы подтвердить его существование. Именно «я» боится неудач и жаждет успеха, страшится ада и мечтает о небесах обетованных. «Я» терпеть не может страдания, но в то же самое время любит его причины. Оно с тупым упрямством ведёт войны во имя мира. Оно желает просветления, но недолюбливает путь к просветлению. Оно желает работать по-социалистически, а жить по-капиталистически. Когда «я» ощущает одиночество, оно мечтает о дружбе. Его одержимость теми, кого оно любит, проявляется в страсти, которая может легко превратиться в ненависть. Его потенциальные оппоненты – например духовные пути, призванные победить эго, – зачастую искажаются им и становятся союзниками «я» . В искусстве шулерской игры ему нет равных. Будто шелковичный червь, оно окутывает себя коконом, но в отличие от этого червя не знает, как вырваться наружу.