Падение Камелота.

Мстительная ярость Гавейна против убийцы его братьев нашли себе выход, когда он встретился со своим старым товарищем Ланселотом в поединке на поле у крепости Бенвик.

«Почему ты уходишь? — закричал Гавейн. — Вернись и убей меня. Если я сумею оправиться, ты погибнешь от моей руки!».

«Я буду драться с тобой, Гавейн, — ответил Ланселот. — Но я не ударю тебя, когда ты лежишь в пыли». И он, прихрамывая, направился к своему войску, где стояли оруженосцы, державшие его коня. На поле выбежали солдаты и отнесли Гавейна в палатку Верховного короля.

Целых три недели соблюдалось шаткое перемирие — целых три долгие недели, в течение которых как в крепости, так и в лагере, рыцари и солдаты бездельничали и ссорились между собой без особого усердия. Три недели врачи залечивали рану Гавейна. То, что Ланселот отступил и унизил этим свою доблесть, но в то же время проявил милосердие, не оказало никакого впечатления на решимость шотландского рыцаря. Как только он был в состоянии сесть на коня, он снова стоял перед воротами Бенвика и вызывал Ланселота на бой. Снова Ланселот встретился с ним. Снова оба великих паладина съехались на поле. Конец копья французского рыцаря застрял в латах Гавейна. Сила удара была такова, что Гавейн вместе с конем зависли на копье в воздухе, а потом упали на землю. Гавейн вскочил на ноги, изрыгая проклятия, и Ланселот спешился, чтобы сразиться с ним на мечах.

Снова они сражались все утро, кружась в медленном и жестоком танце. И снова, когда солнце достигло зенита и стало склоняться к закату, Гавейн пошатнулся, и Ланселот ударил его и сбил шлем набок. Старая рана открылась, Гавейн потерял сознание и тяжело рухнул на землю.

Ланселот ждал, тяжело дыша и опираясь на свой меч. Через несколько мгновений Гавейн зашевелился, его ноги и руки задергались. «Предатель, я еще жив. Иди же сюда, и закончим бой!» — закричал он.

Однако Ланселот не двинулся с места. Он смотрел на своего противника. Когда он заговорил, его голос был спокоен. «Я не сделаю более того, что я уже сделал, — сказал он. — Когда я увижу тебя на ногах, Гавейн, я буду драться с тобой до тех пор, пока ног и будут тебя держать». Он покинул поле боя, а слабый голос Гавейна выкрикивал проклятия ему в спину.

Итак, осада продолжалась.

Падение Камелота