Право на рок.

Алек Зандер. «Это только рок-н-ролл». Интервью с Михаилом Науменко и Александром Петровичем Донских.

Вряд ли нужно представлять вам Майка. Когда я договаривался с ним об этом интервью, где предполагалось побеседовать и об успешном выступлении «Зоопарка» на фестивале, Майк категорически заявил: «Без Александра Петровича Донских все предприятие было бы невозможным. На его долю приходится по крайней мере 50% нашего успеха».

Право на рок

Александр Петрович Донских в основном известен как вокалист группы «Земляне», где он выступал последние два года. Но надо отметить, что ветераны помнят его и по арт-роковой группе «Длинная дистанция», и по дням рождения «Битлз» конца 70-х, а ЛДМовская молодежь - по участию в ансамбле «Аре», игравшем разную коммерцию на этой площадке. С «Зоопарком» А.П.Донских выступает уже на третьем фестивале, и вот мы сидим втроем и беседуем.

- Давно ли вы знакомы друг с другом?

М. - Да, года с 1977, с поездки на Домбай, где мы играли на танцах под руководством Майкла Кордюкова.

А.П. - Ах. Домбай..

- Саша, многие рокеры плохо относятся к тому, что ты участвовал в «Землянах».

А.П. - Мне непонятна та точка зрения, согласно которой лучше быть бомжем, чем зарабатывать себе на жизнь тем, что ты действительно умеешь делать. Если у меня есть голос, то почему я должен работать дворником или инженером? Согласно какой логике?

- А почему ты ушел из «Землян»?

А.П. - Мне захотелось чаще принимать участие в концертах «Зоопарка».

М. - Ха-ха-ха!

- Майк, как ты сам оцениваешь период с ноября по май?

М. - На «отлично»!

- Ну уж прямо на «отлично»?

М. - А что? Какие претензии к группе?

- Ну, во-первых, ансамбль играл «кто в лес, кто по дрова», лажа была на лаже и лажей погоняла, вещи игрались в основном старые, новые номера в чем-то весьма вторичны, по моему мнению; я уж не говорю о том, что без конца ломались приставки, вырубался звук, а однажды развалилась ударная установка. Только не надо говорить, что последний факт - это продуманный сценический акт в стиле Кита Муна.

М. - А почему бы и нет? Ну, развалилась…

А.П. - Ох, уж мне эти доморощенные рок-журналисты с заранее придуманными версиями, оценками; эти псевдокритики, считающие себя умнее всех, эти насильники пишущих машинок, эти пигмеи шариковых ручек, эти…

М. - Нет, если серьезно, то в первую очередь, конечно, были трудности с составом. Женя Губерман уехал в Москву, у Михаила Васильева были свои заморочки, Илья Куликов, вернувшийся из армии, надежд, возлагавшихся на его приход, не оправдал, Валера Кирилов - его мне порекомендовал Игорь Голубев - играл в «Пепле» в «Джунглях» и в «Калинке», а басист Сережа Тесюль - вообще в «Зените». А четыре человека, играющих вместе, - это еще не коллектив. Как группа, ансамбль, мы собрались, по сути дела, только к фестивалю.

А. П. - Были и вполне удачные концерты, например, концерт, где нам пришлось играть без Шуры - он не мог тогда. Что, правда, не говорит в пользу игры неполным составом.

М. - Потом, ты говоришь «репертуарные вопросы». Но взгляни на программу любой западной группы: четыре-пять новых номеров, а остальные - старые проверенные хиты. Те же «Стоунз», например.

- Но, Майк, сейчас на улицах не поют про «новый поворот», сейчас не 1982 год.

А. П. - Ну, если словосочетание «новый поворот» поставить в кавычки… или то же самое сделать со словом «поют»… я думаю, что эта песня будет вполне актуальна и сейчас.

М. - Алек, а что ты имел ввиду под вторичностью?

- Я имел в виду песни типа «Я знал», «Она была», в чем-то «Пудель». И потом скажи, ты бывал в таких салонах, о которых песня?

М. - 500 раз!

- А публика?

М. - Ну, кто был, те поймут. А вообще, я не считаю нужным оправдываться. Я пишу то, что хочу писать, и пою эти вещи, если, конечно, они залигованы.

- Как возникла идея вокальной группы?

М. - Ну, эта идея давно витала в воздухе, но ты сам понимаешь, что я в голосах не так, чтобы «ах». А тут у Александра Петровича появилось больше свободного времени, ему, как говорится, и карты в руки.

А. П. - Майк всегда хорошо относился к «ду-вопу».

М. - Ну, это не совсем «ду-воп».

А.П. - Появилась почва для реализации этого замысла - наше вокальное трио плюс группа «Зоопарк». В принципе, в будущем, хотя, возможно, об этом еще рано говорить, вполне реально выступление нашего трио отдельно, например, с программой, составленной из песен Майка. А вообще, как человек, занимающийся аранжировкой, я могу сказать, что у нынешнего состава «Зоопарка» появилась тенденция к упорядочиванию звука, что не может не радовать.

- Саша аранжировал все песни. И только ли аранжировал или там есть и его материал?

М. - Александр очень помог мне в написании музыки «Иллюзий», а песня «Ах, любовь» - наша совместная работа. Что касается аранжировок, то в этом деле (исключая, конечно, вокальные дела) задействованы все члены группы. Например, в песне «Женщина», ты же помнишь, как она звучала во «Всех братьях-сестрах», барабанные сбивки предложил Валера, а гитарный ход - Шура. По-моему, вещь зазвучала совершенно по иному.

А.П. - В целом, участие в фестивале очень встряхнуло группу и стимулировало работу. Хотелось бы все это записать.

- Когда же наконец выйдет новый альбом «Зоопарка»?

М. - «Зоопарк» предполагает, а Тропилло располагает. Материала хватит на двойник, больше половины альбома уже записано, но работа стоит, и в этом не наша вина.

- А каково в целом впечатление от фестиваля?

М. - Мы довольно мало слышали, так что говорить обо всех нет возможности. Понравились «Алиса», «Аквариум», по поводу «Модели» сам понимаешь, что я могу сказать.

А.П. - Фестиваль прошел в нормальных условиях, что не надо расценивать, как сверхдостижение. Мне хотелось бы, чтоб подобное было и впредь.

- Как вы оцениваете обстановку в рок-клубе?

М. - Все это ясно и просто. Музыканты должны заниматься музыкой, а менеджированием музыки должны заниматься администраторы, которые знают ходы и выходы. Когда музыканты начинают залезать в подобные вопросы и устраивать разборки, они делают хуже всем сразу, а не только себе. В Ленинграде и так самая благоприятная обстановка, в других городах дело обстоит далеко не так. Все посулы Юры Байдака о горах денег, ждущих музыкантов, просто нереальны. Если бы молодые рокеры пообщались со старыми, то они бы переменили свое мнение, так как от Юры Байдака ничего, кроме горы дерьма, ждать нечего. У меня тоже есть свои претензии к Совету - в частности, по вопросу отсутствия гласности и манере все решать за закрытыми дверьми, но это не значит, что Совет нужно немедленно разогнать.

А.П. - Удивляет то, что вместо насущных проблем взрослые люди делят конфетку, которая совсем не так вкусна, как кажется.

М. - Мне вообще неприятен экстремизм, в любом его проявлении.

- Что вы можете сказать по поводу «социальности» песен? «Зоопарк» упрекали в ее отсутствии.

А.П. - Если под социальностью понимать актуальность и обращение к современной публике, то песни Майка социальны на 100 %.

М. - Мне кажется, что те, кто упрекает нас, имеют в виду несколько другое… Я уже сказал, что не приемлю экстремизма, и потом, мне представляется, что рок-песня не должна подменять собой плакат или передовицу в газете.

А.П. - Слава богу, что песни Майка лишены сентенциозности, позиции учителя и обличителя!

М. - Подобная позиция в лучшем случае неприятна…

- Как вы считаете, должен ли рок обязательно быть авторским?

М. - Понимаешь, если это рок, то он авторский в любом случае. Нормальные люди рок-музыкантами не становятся, в этом есть что-то ненормальное - выйти на сцену и изложить людям собственные переживания. В этом есть что-то от эксгибиционизма. И тут же присутствует элемент рок-н-ролльной сказки: стать богатым и знаменитым.

А.П. - Если человек поет о том, что его серьезно волнует, контакт устанавливается на общности внутренних переживаний. Важен момент искренности.

М. - Энергия - тоже момент искренности…

А.П. - Можно петь и не свои песни, но ощущать их как свои. Главное, чтобы ты в это верил, даже если это исполняется в другой трактовке. Масса примеров - ранние «Битлз», «Стоунз», Джо Кокер, не говоря уж о Дилане или Ленноне. А вообще не нужно воспринимать все это слишком серьезно.

Это всего лишь рок-н-ролл!

- Последний вопрос, Майк…

М. - Позволь, я задам его себе сам. Итак: «Майк, не достают ли тебя твои фаны?» Есть такое дело, и даже очень. Слава богу, у меня нет телефона. Приходят совершенно безумные люди и что-то приносят с собой, порой - в очень больших количествах. И я должен сидеть с ними, тратить время, что-то говорить… как будто я могу сказать что-то умное людям, которых я вижу в первый раз. Непонятно, откуда они берут мой адрес. Потом начинается какое-то нелепое амикошонство… Я всех очень люблю, но есть концерты, записи, интервью, наконец… В конце концов, я же ни к кому не вваливаюсь с предложением познакомиться.