Счастье в трудные времена.

История Марка.

Я нашел тысячи книг о том, как добиться успеха. Но мне нужна была хотя бы одна о том, как пережить провал!

В конце 1970-х я помогал отцу в создании сети магазинов электротоваров. Он был гендиректором, а я – его замом. Мы начали с крошечного магазинчика на углу своего квартала, а к середине 1980-х у нас было уже 10 точек, в которых работало 70 человек, Мы казались себе неудержимой силищей! Но потом случился кризис, и я понял, что «неудержимость» может проявляться еще и в том, что никто не сможет удержать тебя в небесах, когда ты оттуда начинаешь падать!

Пока сердитые покупатели барабанили кулаками в витрины, по нашим магазинам ходили судебные приставы и забирали ключи. Нас продали за долги. Мы потеряли буквально все, и дом на побережье, и катер, и «Мерседес», но это было не самое страшное. Больнее всего было оттого, что мы потеряли и 70 чудесных, преданных нам работников. Я не знал, куда деваться от унижения и стыда. Я казался себе безнадежным неудачником.

Но сдаваться было рано. Через год мы с отцом открыли новый магазин и снова начали карабкаться наверх. На новый товар у нас не было денег, а потому мы стали скупать складские остатки и возвраты, от которых другие ритейлеры старались держаться подальше, чинить их и выставлять в продажу. Путь оказался тяжелым и долгим, но к 2003 году (через семнадцать лет упорного труда) у нас опять было три магазина и 15 работников.

Имущество снова ушло с молотка. Я был опустошен.

Но потом умер отец, и директором компании стала моя мачеха. Найти с ней общий язык мы не могли ни по какому вопросу. Три года мы пытались как-то наладить отношения. я выбивался из сил, а она с подозрением относилась ко всему, что я делал. И вот, в сентябре 2006 года, в день, когда мне удалось подписать самый крупный контракт в своей жизни, она, воспользовавшись своей административной властью, закрыла компанию. Ликвидаторы пришли без всякого предупреждения. Имущество снова ушло с молотка. Я был опустошен.

Я уже второй раз рухнул с небес на землю, но притворялся, что у меня еще есть силы. «Переживем и это», – говорил я семье. Но внутри у меня была сплошная пустота. Я снова подвел своих работников и свою семью. Я опять был должен множеству раздраженных людей.