Тайник Русского Севера.

* * *

Великовский разрабатывал, так сказать, «горячую модель» светопреставлений. Но в русле ее обоснования он высказал множество суждений против «холодной модели», связанной с самой непотопляемой догмой современной науки — так называемой «ледниковой теорией». Согласно утвердившемуся сегодня на всех уровнях взгляду, Земля переодически охватывается оледенением — оно-то и служит причиной массовой гибели животных и растений, а в последний ледниковый период, завершившийся сравнительно недавно (12–15 тысяч лет тому назад), причинил неисчислимые неприятности и человеку. Известный польский популяризатор науки Зенон Косидовский следующим образом воспроизводит картину далекого прошлого (да и не столь далекого тоже), которая считается канонической для подавляющего большинства геологов, археологов и необозримой массы доверчивых читателей:

«За 50 или 40 тысяч лет до нашей эры Европейский континент стал мрачным краем. Солнце, низко проходящее над горизонтом, посылало остывшие лучи и почти не грело; по безоглядным просторам гуляли колючие вихри, в морозной глуши раздавался только глухой треск раскалывающегося льда. Жизнь как бы полностью умерла».

Добавим, что толщина ледникового панциря оценивается обычно в пределах трёх километров (повторяю: километров, а не метров!). Вообще-то никто не сомневается в возможности материкового оледенения. Такое на Земле совсем не редкость, и мощные ледники Антарктиды и Гренландии — лучшее тому подтверждение. Однако до сих пор никто до сих пор вразумительно не объяснил причин оледенения Евразийского и Американского континентов (или, по крайней мере, значительной их части), а также «механизма» появления и отступления ледяного щита толщиной в 3 километра. Временные параметры, геграфические границы и масштабы глобального замерзания и вымерзания также остаются в области вероятностного. Большинство геологов склонно абсолютизировать и непомерно гипертрофировать и первое, и второе, и третье. Однако они не могут отрицать самоочевидной истины, что для появления ледниковой массы, равной по величине рассчитанному слою панцирного льда, необходима соответствующая масса воды. Причем воды не какой-нибудь и не всякой, а испарившейся. Быстрое же испарение такого количества воды (что влечет за собой понижение уровня морей и океанов на несколько метров) требует высокой температуры — почти что на уровне раскаленной печи.

На проблему можно взглянуть, так сказать, и с другого конца. Почему материковое оледенение не повторяется в нынешних, не менее суровых условиях, скажем, в Восточной Сибири, на «полюсе холода». Эти и множество других неоспоримых фактов давно уже заставили усомниться в масштабах и последствиях ледниковых катаклизмов, неоднократно постигавших некогда нашу планету. Одним словом, куда ни глянь — всюду сплошной «замкнутый круг». Потому-то сторонники «ледниковой теории», как правило, стараются уходить от обсуждения причин, и предпочитают ограничиваться демонстрацией следствий.[2].

Пришло время сформулировать и главные задачи настоящей книги. Автору предстоит ответить на два вопроса, относящиеся к двум главным загадкам Севера:

1. Где в прошлом находился Север?

2. Что было раньше на тех территориях, где находится нынешний Север?

Впрочем, на первый вопрос ответ уже практически дан здесь, в Прологе. А вот на второй вопрос придется, видимо, отвечать на протяжении всей книги.