Трон.

Десять. Перестановка.

– Ах ты, черт! – вскрикнул Туве Кронер, отпрыгивая от моей кровати.

Я рывком села, готовая отбиваться от налетчика. Но им оказался Туве, и я вроде бы еще и пальцем не повела, а он уже отскочил в дальний конец комнаты и сжимает виски ладонями.

– Туве? – Я спрыгнула с кровати.

Он не отвечал, и я осторожно сделала пару шагов в его сторону.

– Туве? Ты в порядке? Я тебя задела?

– Да, – крякнул Туве, потряс головой и выпрямился. Глаза все еще закрыты, но выглядит уже получше.

– Прости меня. Что я сделала?

– Не знаю. – Туве широко открыл рот и подвигал челюстью, как будто получил мощный хук. – Я пришел за тобой, чтобы отвести на урок, а ты…

– Я тебя ударила?

– Нет, это произошло внутри моей головы… Да, ты права. Ты как будто ударила меня, но внутри, понимаешь?

– Как это?

– С тобой прежде такое случалось? Может, в моменты опасности?

– Насколько мне известно – нет, я даже не очень понимаю, о чем ты говоришь.

Туве вздохнул, поскреб затылок.

– Твои способности все еще развиваются, набирают обороты. Скоро они проявятся в полную силу. Или же все дело во мне.

– Почему?

– Я же провидец, – напомнил Туве. – Кстати, твоя аура сегодня чернее ночи.

Туве не умеет читать мысли, но обладает какой-то фантастической чувствительностью. Моя сила заключается в воздействии, я могу, как и Элора, своим даром убеждения влиять на сознание людей, а сверхспособности Туве – в его восприятии, он видит ауру и очень хорошо читает чужие эмоции.

– И что это значит?

– Ты расстроена, – задумчиво сказал Туве. – Ладно, поторопись. Одевайся. У нас много дел.

Я не успела больше ничего спросить, потому что Туве вышел из комнаты. Не понимаю, что Вилла в нем нашла. Да я еще и не разобралась, интересует Виллу сам Туве или влиятельное положение его семьи. Если я провалю свою миссию в качестве принцессы, то Туве Кронер – первый претендент на престол.

Впрочем, Туве вовсе не лишен привлекательности. Да, его кудрявая шевелюра плохо знакома с ножницами и расческой, но он легко решал эту проблему, заправляя черные блестящие пряди за уши. Кожа у Туве отчетливого болотного оттенка. Вообще-то у всех трилле, наделенных тем или иным даром, зеленоватый цвет лица, но такой кожи, как у Туве, не было ни у кого. Ну разве что у его матери, но и она все-таки светлее.

Я не знала, почему Туве решил заняться моим обучением. Сомневаюсь, что Элора одобрила его намерения, если он, конечно, обсуждал с ней эту тему, ведь Туве очень рассеянный и немного странный. Но среди всех трилле, с которыми мне довелось иметь дело, он обладает самым мощным даром. И это тоже странно, потому что мужчины трилле в своих способностях обычно уступают женщинам.

Но раз уж у меня тоже есть способности, было бы неплохо научиться ими пользоваться. Да и время в занятиях, надеюсь, пролетит незаметно – все лучше, чем слоняться без дела. Я быстро привела себя в порядок, оделась и открыла дверь в коридор. Туве болтал с Дунканом.

– Готова? – спросил он, даже не взглянув на меня, и тут же зашагал, не дожидаясь ответа.

– Дункан, тебе не нужно идти с нами, – сказала я, нагоняя Туве.

Дункан замедлил шаг в нерешительности.

– Пусть идет, – бросил Туве.

– Зачем? – удивилась я, оглянувшись на искателя.

Дункан засиял, явно приободрившись от осознания собственной полезности.

– Нам же нужно на ком-то тренироваться, – ответил Туве невозмутимо, и улыбка моментально сползла с лица Дункана.

– Куда мы идем? – Я почти бежала, чтобы не отстать от Туве.

– Слышали? – Туве резко остановился, и я чуть не врезалась в него.

– Что? – Дункан осмотрелся вокруг так, словно за спиной пряталась толпа врагов.

– Я ничего не слышала.

– Ну ты понятно, что не слышала, – усмехнулся Туве.

– На что ты намекаешь?

– Потому что ты и есть источник звука, – вздохнул Туве, по-прежнему глядя на Дункана. – Ты точно ничего не слышал?

– Точно, – ответил Дункан и взглянул на меня – вдруг я пролью свет на странное поведение Туве, но я лишь выразительно приподняла брови: мол, и сама ничегошеньки не понимаю.

– Туве, что происходит?

– Ты должна быть осторожна. – Туве запрокинул голову, прислушиваясь. – Сейчас ты спокойна, но когда раздражена, расстроена, злишься или напугана, ты издаешь сигналы. Сама ты это не в состоянии контролировать, насколько я понимаю. Но из-за своей чувствительности я их улавливаю. Дункан – нет, да и все другие трилле тоже вряд ли услышат, если твои эмоции направлены не на них. Но если я их слышу, значит, их может услышать кто-нибудь еще.

– И что именно ты услышал?

– Ты подумала: «Он мог бы идти помедленнее», – ответил Туве.

– Но я же не применяла убеждение, – растерянно пробормотала я.

– Знаю. Вот именно поэтому тебе и требуется обучение.

И мы двинулись дальше.

Туве повел нас вниз. Я не догадывалась, куда мы направляемся, пока не оказалась в знакомой зале, той самой, где на нас напали витра. Я помнила ее роскошной, словно из диснеевских сказок, бальной залой: мраморные полы, белоснежные стены с золотой отделкой, прозрачный купол и алмазная люстра. Сейчас все выглядело иначе. Стеклянный потолок разбит – именно через него витра проникли во дворец. Чтобы хоть как-то защитить гостиную от непогоды, свод затянули голубым брезентом, и от этого в помещении стало сумрачно и даже зловеще. Пол был все еще усеян осколками посуды и обломками мебели. На стенах темнели разводы копоти.

– Зачем мы здесь? – спросила я.

– Мне здесь нравится, – ответил Туве, простер руки в стороны и усилием мысли расчистил нам место, сдвинув обломки в стороны.

– А королева знает, что мы здесь? – Дункану было явно не по себе.

Я попыталась вспомнить, был ли он в зале во время нападения витра, но в ту ночь я видела слишком много лиц.

Туве равнодушно пожал плечами.

– А она знает, что ты взялся меня обучать? – спросила я.

Он кивнул.

– А почему меня обучаешь именно ты? Ведь у тебя совсем другой дар.

– Это не имеет особого значения. А двух абсолютно одинаковых людей все равно нет.

– А ты обучал кого-нибудь раньше?

– Нет. Но для занятий с тобой я подхожу больше прочих.

– Почему это? – Я оглянулась на Дункана, на лице его тоже были написаны сомнения.

– Для всех остальных ты слишком сильная. Никто не сумеет контролировать тебя. Ты готова?

– Наверное. – Еще бы знать, к чему я должна быть готова.

– Сдвинь это, – Туве взмахнул рукой, явно имея в виду мусор, устилавший пол залы.

– Мысленно? Но я так не умею.

– А ты пробовала? – настаивал Туве, глаза его как-то странно блеснули.

– Ну… нет, – призналась я.

– Так попробуй.

– Но как?

– Просто попробуй.

– Классный из тебя учитель! – воскликнула я и испустила тяжкий вздох.

Туве лишь рассмеялся.

Для начала я решила выбрать какой-нибудь предмет поменьше, взгляд остановился на отломанной ножке стула. Поскольку я имела опыт только в применении дара убеждения, то решила действовать так же. И принялась мысленно повторять: «Хочу, чтобы ножка стула подвинулась, хочу…».

– Нет! – Туве резко прервал мои старания. – Ты неправильно думаешь.

– А как надо?

– Это же не человек, ты не можешь ничего внушить стулу, он сам ничего не сделает. Ты должна его подвинуть, – сказал Туве так, как будто это все объясняло.

– Но как это сделать? (Туве не ответил.) Знаешь, было бы чуточку легче, если бы ты умел объяснять.

– Большего я тебе не скажу.

Я опять уставилась на деревяшку, кляня и Туве, и себя. Итак, со стулом нет смысла разговаривать. Я сама должна сдвинуть его с места. И каким образом, скажите на милость? Я прищурилась, поморщилась, высунула язык. Ничего не помогало. «Сдвинь ее, сдвинь ее, сдвинь ее», – твердила я как заведенная. Тщетно. Деревяшка не желала даже шевельнуться.

– Полюбуйся, что ты наделала, – сказал Туве.

К ножке стула медленно двигался Дункан.

– Дункан, куда тебя несет?

– Я это… хочу передвинуть. Кажется… – Он выглядел растерянным. – Только не знаю, куда ее…

– А, куда-нибудь, – сказала я равнодушно и повернулась к Туве: – Так это моя работа?

– Конечно. Я отлично слышал, как ты приказывала, отчетливо и громко. Еще немного, и я сам бы схватился за стул.

– Да не хотела я этого вовсе, я даже не смотрела в сторону Дункана.

– А вот это совсем уже плохо, ты понимаешь?

– Я тоже ничего не понимаю, – подал голос Дункан. Он отнес ножку от стула к стене и довольный вернулся к нам. – Туве, чего ты от нее добиваешься?

– Тебе нужно держать энергию под контролем, иначе могут пострадать те, кто находится рядом с тобой. – Туве постучал по голове, жест вышел очень похожим на жест Локи, когда мы с ним обсуждали мои способности. – У тебя так много там всего, и это расходится как… как…

– Радиоволны? – подсказала я.

– Точно! – Туве щелкнул пальцами. – Тебя нужно настроить как радио, разобраться с частотами.

– Да я бы с радостью, но как?!

– Дело, как ты понимаешь, не в тюнере, и кнопки «включить-выключить» у тебя тоже нет. – Туве медленно прошелся по зале, пиная попадающиеся обломки. – Ты сама должна выработать в себе настройку. Ну, знаешь, как малыш, которого к горшку приучают… Он сам научается, когда следует расслабиться, а когда напрячься.

– Очень эротичное сравнение, – хмыкнула я.

– Ты научишься двигать предметы, – Туве остановился передо мной, – но позже. Прежде тебе нужно обуздать свой дар убеждения. – Туве повернулся к Дункану: – Ты не против побыть немного подопытным кроликом?

– Ну… нет, наверное…

– Так, вели ему что-нибудь сделать. Что угодно, только так, чтобы я не слышал.

– Но как? Я ведь даже не знала, что тебе слышны мои мысли.

– Сфокусируй свою энергию. Сделай ее направленной.

С таким же успехом Туве мог предложить мне построить космический корабль. Я не знаю, как это делается. Не знаю, и все.

– Рядом с Финном ты была более сосредоточенной, – задумчиво ответил Туве. – Словно твое электричество было заземлено.

– Да, но теперь Финна рядом нет, – резко сказала я.

– Не страшно, особого значения это не имеет, потому что он ничего не делал. – Туве ничуть не смутился. – Все дело в тебе, в твоей силе. В его присутствии ты концентрировалась. Подумай, вспомни свои ощущения.

Меньше всего мне хотелось думать о Финне и о том, что я чувствовала в его присутствии. И на урок-то я отправилась в надежде отвлечься от этих мыслей. А теперь Туве заявляет, что Финн – ключ к успеху. Чудно.

Я мрачно молчала. У Туве выдающийся дар, все-то он знает и понимает, вот только объяснить ничего не может. До чего же я зла на него… Чтобы снять напряжение, я потянулась, покрутила головой. Дункан хотел что-то сказать, но Туве на него шикнул.

Финн… Что я делала по-другому, когда он был рядом? Ну, он сводил меня с ума. Сердце мое колотилось чаще, внутри словно бабочки порхали… И я как последняя дура таращилась на него, взгляда не могла отвести. И думала только о нем. Вот и все. В общем-то, ничего особенного.

Итак, когда Финн находился рядом, я целиком и полностью была сосредоточена на нем. И это как-то упорядочивало все мои силы. Значит, если мое сознание чем-нибудь полностью занято, остальные способности моего разума ведут себя прилично. И наверное, именно мое желание не думать о Финне ввергло мои способности в хаос. Я пыталась не сосредоточиться, а рассредоточиться. Дело совсем не в Финне, а во мне: когда он был рядом, я думала только о нем. А когда он исчез, я старалась не думать вообще, потому что любые размышления рано или поздно возвращали меня к Финну. И все мои мысли, словно лишившись якоря, покатились в разные стороны, цепляясь за что попало.

Я закрыла глаза. Подумай о чем-нибудь. Сосредоточься. И мозг мой, словно только того и ждал, быстренько нарисовал образ Финна. Я решительно отодвинула картинку. Я могу, могу думать о чем-то другом. Неожиданно перед мысленным взором возник Локи. Слегка удивившись, я и его прогнала – тоже не очень подходящий объект. Не нужны мне никакие мужчины. И тут я вспомнила дворцовый сад. Прекрасный цветущий сад, в который я влюбилась с первого взгляда. Элора написала чудесную картину, но даже она не передавала всей прелести этого волшебного места. Я почувствовала аромат цветов, нежный бархат травы под босыми ногами, увидела ярких бабочек над головой, услышала нежное журчание ручья…

– Давай, – раздался негромкий голос Туве.

Я открыла глаза и посмотрела на Дункана.

Тот стоял, сунув руки в карманы, лицо его было напряжено, словно он ждал удара. Удерживая в голове прекрасную картинку, я начала мысленно повторять: «Насвисти мотив “Звездочка, сияй”». Таким заданием точно никому не навредишь.

Лицо Дункана обмякло, взгляд сделался пустым, и он принялся насвистывать. Я ждала реакции Туве.

– Ну как?

– Я ничего не слышал. – Туве улыбался. – Отличная работа, ваше высочество.

Мы тренировались до самого вечера. После того как первые эксперименты прошли безболезненно, Дункан расслабился и даже развеселился, что неудивительно – ведь я заставила его свистеть, танцевать, хлопать в ладоши и делать прочие смешные глупости.

Туве все-таки оказался отличным учителем. С его помощью я поняла, в чем состояла моя ошибка в случае с Ризом. Выяснилось, что чем сильнее я концентрируюсь на самом процессе убеждения, тем дольше будет длиться эффект моего воздействия.

Риз – человек, а человеческий разум легче поддается внушению, чем разум трилле. Кроме того, Риз готов был принять убеждение, так что с ним все получилось бы в любом случае, даже без тренировок. Теперь я понимала, что нужно не только правильно концентрироваться, но и рассчитывать силу воздействия. И делать это можно, не собираясь в тугую пружину, а, напротив, расслабившись.

Я так увлеклась, что забыла обо всем на свете, но к вечеру чувствовала себя обессиленной и опустошенной. Туве уверял, что со временем дар станет для меня столь же естественным, как дыхание. Я только уныло вздохнула – до этого еще ой как далеко.

Проводив Туве до парадного входа, я поплелась к себе. Принять душ и в постель, на большее сил нет. Дункан решил в эту ночь не торчать под моей дверью, ему тоже требовался отдых, тренировки измочалили и подопытного кролика.

Из малой гостиной доносились голоса, и я решила все-таки завернуть на огонек.

– Это королева Сибилла, – объясняла Вилла.

Они с Мэттом стояли у портрета.

– Это была необыкновенно могущественная королева. Время ее правления пришлось на Войну Долгой Зимы, которая была еще ужаснее, чем название.

– Ты имеешь в виду долгую зиму? – рассмеялся Мэтт, и Вилла тоже рассмеялась.

Очень мило так рассмеялась, переливчато. Я такого смеха у Виллы и не слышала.

– Да, я знаю, звучит напыщенно.

Вилла поправила выбившиеся локоны. Волосы ее были без особых затей убраны в хвост, и она выглядела совсем юной.

– Да и вообще, наша история – один сплошной пафос.

– Это точно, – улыбнулся Мэтт.

– Эй! – окликнула я парочку.

– Ой, привет!

Они разом повернулись ко мне.

Наряд Виллы был как всегда шикарен. В глубоком вырезе роскошного платья сверкала бриллиантовая подвеска, в ушах покачивались сережки, пальцы были унизаны перстнями. Трилле как сороки – охочи до безделушек. Мне, конечно, в этом смысле далеко до Виллы, но я от всяких колечек тоже сама не своя.

– Где ты пропадала весь день? – спросил Мэтт. Ни раздражения, ни беспокойства в его голосе не было.

– Туве меня обучал, – коротко ответила я, ожидая, что Вилла тут же накинется с расспросами. Но Вилла промолчала. – А вы чем занимались?

– Утром я заскочила спросить, какие планы на сегодня, и наткнулась на твоего брата. Блуждал по дворцу с таким потерянным видом, ну вылитый щеночек. – И снова смех Виллы зазвенел, переливаясь.

Мэтт смущенно почесал затылок.

– Вовсе я не щеночек. – Он даже покраснел. – Просто не знал, как убить время.

– Ага, вот я и решила устроить ему экскурсию, познакомить с местными достопримечательностями. И с твоей благородной родословной.

– Правда, у меня почти все сразу вылетело из головы.

– Не только у тебя, – призналась я, и они рассмеялись.

– Ты, наверное, проголодалась? – озабоченно спросил Мэтт. – Я как раз собирался приготовить ужин для нас с Ризом и для той девушки со странным именем.

– Рианнон? – подсказала Вилла.

– Точно, – кивнул Мэтт.

– Она милая, – сказала Вилла, и мне пришлось подхватить отвисшую челюсть.

Рианнон была мансклигом Виллы, то есть именно с ней поменяли местами Виллу сразу после рождения. Рианнон и правда очень славная, с Ризом их связывает крепкая дружба, но чтобы Вилла так о ней отзывалась, я слышала впервые.

– Они что, встречаются с Ризом? – спросил Мэтт.

– Не скажу точно. Она от него без ума, это ясно как день, а вот как он относится к ней, я не знаю.

Похоже, Вилле эта тема была по душе, а я не уставала удивляться. Ведь прежде любые разговоры про Риза и манксов наводили на нее тоску.

– Так как насчет ужина? – напомнил Мэтт.

– Нет, спасибо, я абсолютно разбита. В душ и спать.

– Точно?

Я покачала головой, и Мэтт посмотрел на Виллу:

– А ты, Вилла? Есть планы на вечер?

– В общем-то, нет. – Она улыбнулась. – Поужинаю с вами, и с превеликим удовольствием.

– Отлично. – Мэтт удовлетворенно кивнул.

Это меня озадачило – очень уж Вилла была мила и как-то чересчур охотно согласилась на ужин, приготовленный манксом. Но я слишком устала, чтобы размышлять над ее поведением. Мэтт вроде бы вел себя как обычно, и все же что-то было не так. Ладно, разберусь потом. С тем я и уединилась в своей комнате.