УР.

VIII — Эллен.

Уэсли спал, пока будильник не прозвенел Пачелбеловский канон, разбудив его в девять часов следующего утра. Если это были сны (розовый Кайндл, женщина на придорожной парковке, низкие люди в желтых пыльниках), то он не помнил их. Все, что он осознавал, было то, что кто-то звонил на его сотовый телефон. И это мог быть кто-то, с кем он очень хотел поговорить.

Он вбежал в гостиную, но звонок прекратился до того, как он мог вытащить телефон из портфеля. Он открыл его щелчком и увидел У ВАС ОДНО НОВОЕ СООБЩЕНИЕ. Он открыл его.

«Хей, приятель, — сказал голос Дона Оллмана, — тебе лучше проверить утреннюю газету».

И всё.

Он больше не был подписан на ЭХО, но старый мистер Ридпат, его сосед снизу, был. Он сбежал вниз через две ступени и обнаружил газету, которая торчала из почтового ящика. Он потянулся к ней, затем заколебался. Что если его глубокий сон был неестественный? Что если он был как-то обезболен, что он мог быть загружен в другой УР, где, в конце концов, авария случилась. Что если Дон звонил, чтобы подготовить его? Предположим, что он откроет газету и увидит черную рамку?

— Пожалуйста, — прошептал он, неуверенный, кого он умолял — Бога или мистическую темную Башню, — пожалуйста, пусть это будет мой УР.

Он взял газету онемевшими руками и развернул её. Рамка ограничивала всю центральную страницу, но она была синяя, а не черная.

Синий Меркат.

Большая фотография занимала полстраницы, под заголовком написано ЛЕДИ МЕРКАТ ВЗЯЛИ БЛЮГРАСС И БУДУЩЕЕ ВПЕРЕДИ!

Команда собрана на деревянном полу Арены РАПП. Трое поднимали сияющий серебряный трофей. Еще одна — Джози — стояла на стремянке и крутила баскетбольную сетку над головой.

Перед командой, одетая в аккуратные голубые трико и голубой свитер, как она неизменно одевалась в дни игры, стояла Эллен Сильверман. Она улыбалась и держала рукописный плакат, который гласил Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ УЭСЛИ.

Уэсли вскинул руки, одна из них держала газету, над головой и выкрикнул, из-за чего пара парней на другой стороне улицы оглянулась.

— Что случилось? — спросил один из них.

— Я — спортивный фанат, — ответил Уэсли, затем помчался по ступеням. Ему надо было позвонить.