Учимся говорить публично.

Этюд 93.

Надеюсь, многие читатели помнят мои рассуждения в этой книге о скромности и нескромности. Я утверждал, что скромность — скверное качество, что многие люди, говоря о скромности и ратуя за нее, имеют в виду воспитанность. Воспитанность — это прекрасно, а скромность, как мне представляется, ведет к зажатости, к недооценке своей личности, к неоправданной застенчивости.

Я получил письмо из Таллина.

"Добрый день! Вас приветствует «Лига скромности». Примите от нашего лица наилучшие пожелания в свой адрес. Теперь о деле. Пленум лиги и лично президент осудили опубликованную статью «В защиту нескромности» (из школы «Учимся говорить публично»).

Владимир Владимирович! В своем коротеньком упражнении вы сумели с присущей вам (как оратору) убедительностью уничтожить истину и поставить все с ног на голову. Слово «скромность» вы перепутали с «пассивностью» и «стеснительностью».

«Лига скромности» создана в защиту скромности, которую со всех сторон теснят хамство и ханжество. Истинно скромных людей мало, и мы можем только радоваться, что нам удалось их объединить. Ту «скромность», какую вы обрисовали в статье, мы называем ложной скромностью. Как раз сейчас мы заканчиваем философскую работу «Об истинной скромности», и в этот момент вы заявляете: «Я против скромности». Вы поставили себя в один ряд с трамвайными хамами и мыслителями из совдепа. На этом мы заканчиваем свою «речь» в защиту скромности. И еще: по нашим наблюдениям, в стране уже хватает болтунов и демагогов, которые никогда не отвечают за свои слова. Их голос достает нас со страниц газет и с экрана ТВ. Проходит время, и их слова становятся смешными. Вспомните, как красноречиво лысенковцы отвергали генетику и убеждали всю страну в своей «правоте»!

Мы часто говорим глупости, а вы, Владимир Владимирович, добиваетесь того, чтобы это было еще чаще.

С уважением, президент независимой международной общественной организации «Лига скромности» Арро Андри; редактор отдела идеологического содействия Сергей Папиков".

Мне лично письмо доставило радость. Но спорить с авторами я не буду.

Зачем, что это даст?

Конечно, живя по правилу: во всех удачах благодари обстоятельства, а во всех неудачах вини себя, — я не могу обижаться на замечательных людей Арро Андри и Сергея Папикова (замечательных хотя бы потому, что они откликнулись на одну из моих публикаций, что решили объединить вокруг себя людей. Скорее всего авторы молоды, энергичны, неравнодушны, искренни и честны — как можно не любить или не уважать таких людей!), просто мне, как я понимаю, не удалось убедить их в своей правоте.

Нет, я не буду менять свою точку зрения на определение скромности, но и от спора уклонюсь. Время нас рассудит.

Конечно, мне было бы интересно узнать мнения читателей по этому поводу.

И тут...

Предположим, придет много писем и все меня поддержат. Тогда я смогу говорить: вот, мол, сколько человек меня поддерживают — значит, я прав. А если придет одно-два письма, да и там я встречу возражения, несогласие с моим мнением?

Возможен и третий вариант: я получу много писем, в которых поддерживаются мои оппоненты из Таллина.

Как поступить в этом случае? Вроде бы большинство, и мне следует согласиться с мнением большинства.

Нет, нет и еще раз нет.

Бывает ли большинство правым?

Бывает.

Но обычно право меньшинство.

Кто-то один высказывает оригинальную идею, а многие ее поначалу не воспринимают и, мало того, отрицают, возражают. А через какое-то время открытия меньшинства оказываются достоянием большинства. Так происходит в науке, это мы наблюдаем и в политике. Другое дело — вынужденное подчинение решению большинства.

Я не хочу, но подчиняюсь. Мне не нравится ряд законов, они неверны, но они приняты большинством, они действуют, и я вынужден — подчеркиваю: вынужден — этим законам подчиняться. Я имею право выступать против них, писать письма, организовывать «круглые столы», пытаться опубликовать свое мнение в прессе, доказывая, что те или иные правила, законы, постановления необходимо изменить. Я не спорю, а доказываю, высказываю свою точку зрения. Но подчиняться, пока законы не отменены, я вынужден.

Вспомните выступления Дмитрия Сахарова, Александра Солженицына — они были в меньшинстве, но они были правы.

Если мы рассмотрим жизнь великих деятелей искусства, то поймем: большая часть новаторов сначала не находила понимания у современников, только со временем человечество их правильно поняло и приняло. Просто есть люди, обгоняющие время, опережающие его, им необходимы терпение, выдержка, спокойствие, чтобы не злиться на тех, кто тебя не принимает или не понимает.

Я, например, знаю: пройдет время — и каждое слово писателей, философов и психологов Игоря Акимова и Виктора Клименко будут разыскивать по газетным и журнальным публикациям. Многим, читающим эти строки, названные мною имена ничего не говорят. В то же время Игорь Акимов и Виктор Клименко, долгое время публиковавшие на страницах журнала «Студенческий меридиан» философское сочинение "О мальчике, который умел летать, или Путь к свободе", помогли сотням тысяч молодых людей поверить в свои силы. Сейчас их сочинение вышло отдельной книгой. Она называется «О природе таланта». Постарайтесь достать эту книгу.

Я рад, что на нашем сервере в Интернете любой человек может познакомиться с этим интереснейшим произведением.

Лекция по психологии в институте.

Профессор:

— Сейчас я продемонстрирую вам три степени раздражительности. Вот я беру телефонную трубку и набираю первый попавшийся номер. Подключаю к динамику, чтобы все слышали.

— Алло! Попросите Романа.

— Вы ошиблись. Здесь таких нет.

Профессор объясняет:

— Это была первая степень раздражительности, а теперь вторая.

Набирает тот же номер:

— Алло! А Роман дома?

Из трубки раздраженно:

— Здесь нет никакого Романа. Внимательнее набирайте!

— Это была вторая степень раздражительности, теперь третья, — поясняет профессор.

Набирает номер:

— Алло! Романа можно?

Из трубки слышится отборный мат.

— Это была третья степень раздражительности. У кого есть вопросы?

Один студент поднимает руку:

— Профессор, могу показать четвертую, высшую, степень раздражительности.

Снимает трубку, набирает тот же номер:

— Алло! Здравствуйте. Я Роман. Мне никто не звонил?

А если серьезно подумать: почему мы бываем раздражительны, почему мы половину, а то и больше своего времени тратим на выяснение отношений?

Попробуйте составить речь о причинах нашей раздражительности. В чем ее истоки, как ее избежать, чем она мешает, кто виноват, что мы такие? А может быть, все происходит потому, что некоторые из нас (как, однако, я осторожно говорю — некоторые, а ведь, сознаюсь, хотел сказать не «некоторые», а «большинство из нас», но боюсь кого-нибудь обидеть) ничем не увлечены?

Раздражительность и увлеченность — есть ли здесь связь?

На мой взгляд, самая непосредственная. Чтобы моя мысль стала понятнее, позвольте небольшое отступление.

Кто обычно бывает увлеченным человеком? Конечно, тот, кто не представляет жизни без своего любимого дела. Чаще всего так и происходит у талантливых людей.