Учителя и путь.

Глава VII. ПЕРВОЕ ПОСВЯЩЕНИЕ.

Единый Посвятитель.

Большинство людей, думая о посвящении, имеют в виду достигаемую ступень собственного развития. Они думают о посвященном как о человеке, который достиг весьма высокого уровня развития и стал великой и славной фигурой в сравнении с человеком внешнего мира. Всё это правда, но мы лучше поймем весь этот вопрос, если постараемся взглянуть на него с более высокой точки зрения. Важность посвящения заключается не в возвышении отдельного индивидуума, но в том факте, что теперь он стал определенно единым с Великим Орденом, с Общиной Святых, как это прекрасно названо в христианской церкви, хотя очень немногие обращают внимание на истинное значение этих слов.

Та великолепная реальность, что скрывается за посвящением в Братство, будет лучше понята после того, как мы рассмотрим организацию Оккультной Иерархии и работу Учителей, что будет сделано в последних главах. Теперь кандидат становится более чем индивидуальным человеком, потому что он — единица в огромной силе. У Солнечного Логоса на каждой планете есть свой представитель, действующий как вице-король. На нашем глобусе этот великий начальник носит титул Владыки Мира. Он глава Братства, а Братство — это не только группа людей, у каждого из которых есть свои обязанности; это также изумительная единица, очень гибкое орудие в руках Господа, могущественное орудие, которым он может владеть. Есть чудесный и непостижимый план, по которому Единое, став многими, снова становится Единым. Это не значит, что какая-нибудь единица во всей системе утрачивает хоть малейшую частицу своей индивидуальности или силы, но что к ней прилагается нечто в тысячу раз большее, она становится частью Господа, частью того тела, в которое он облачен, орудием которым он пользуется, органом, на котором он играет, инструментом, которым он совершает свою работу.

Во всем мире есть лишь один Единый Посвятитель, но при первом и втором посвящении он волен назначать какого-либо другого адепта, чтобы тот исполнял эту церемонию за него, хотя и тогда, в решительный момент присуждения степени, назначенный адепт обращается и взывает к Господу. Это чудесный момент в духовной жизни кандидата, как объяснял Учитель Кут Хуми, недавно принимавший ученика. Он сказал ему:

"Теперь, когда ты достиг ближайшей цели твоих стремлений, я предлагаю тебе обратить свое внимание к куда более высоким требованиями следующей ступени. Теперь ты должен готовиться к "вступлению в поток", к тому, что христиане называют спасением, и это будет выдающимся моментом в длинном ряде твоих земных существований, кульминацией семи сотен жизней. Много веков тому назад через индивидуализацию ты вступил в человеческое царство, в будущем, я надеюсь, не очень отдалённом, ты покинешь его через врата адептства и станешь сверхчеловеком; и между этими крайними точками нет более важного момента, чем то посвящение, к которому ты должен теперь направить свои мысли. Оно не только навеки спасет тебя, но и допустит тебя в то Братство, которое существует от вечности и до вечности, в Братство, которое помогает миру.

Подумай поэтому, как внимательно следует подходить к столь чудесному событию. Я хотел бы, чтобы его слава и красота постоянно стояла перед тобой, и ты мог жить в свете его идеалов. Твое тело юно для столь великого усилия, но тебе представляется редкая и великолепная возможность, и я хочу, чтобы ты вполне ею воспользовался.".

Братство.

Когда эго получает посвящение, оно становится частью самой сплоченной организации в мире, становится едино с великим океаном сознания Великого Белого Братства. Еще долго новый посвященный не будет в состоянии понять всё то, что несет с собою подобное единение; он должен далеко проникнуть в святилище, прежде чем сможет осознает как тесна связь и как велико сознание самого Владыки, в котором до известной степени участвуют все братья. Здесь на земле оно непостижимо и невыразимо; оно метафизично и утонченно и не может быть выражено словами, но тем не менее, это великолепная реальность, реальная до такой степени, что когда мы начнем понимать её, всё прочее кажется нереальным.

Мы видели, как принятый ученик может прикладывать свои мысли к мыслям Учителя; так и теперь посвященный может прикладывать свои мысли к мыслям Братства и вбирать в себя столько от этого огромного сознания, сколько он способен оценить, и всегда, когда он вбирает его в себя, он становится способен вместить ещё больше, его собственное сознание будет шириться, так что узость мысли станет для него уже невозможной. И как принятый ученик должен стараться не вносить беспорядок в низшие проводники Учителя, чтобы не нарушить совершенства его работы, точно так же и член Братства не должен вводить ничего нестройного в его могучее сознание, действующее как одно целое.

Он должен помнить, что всё Братство в целом вовсе не занято той же самой работой, что выполняют наши Учителя. Многие его члены вовлечены в другие труды, которые требуют крайнего сосредоточения и самого совершенного спокойствия, и если бы некоторые из более молодых членов забывали порой о своем высоком призвании и создавали вредные волны, мешающие Братству, это отразилось бы на работе Великих. Наши собственные Учителя могли бы, пожалуй, пренебречь этим и согласиться претерпевать некоторые небольшие неприятности этого рода ради будущего, когда новый член действительно сможет дать силам, которые ему предоставляет Братство, великое применение. Но нам вполне понятно, что те, кто не имеет никакого отношения к подготовке отдельных индивидуумов, могут сказать: "Нашей работе мешают, и тем, чьи личности еще так незрелы, лучше оставаться вне Братства". Они сказали бы, что эти люди от этого ничего бы не потеряли, поскольку точно так же хорошо можно эволюционировать и вне его, что ученики могут продолжать становиться лучше, сильнее и мудрее, прежде чем получат посвящение.

Расширение сознания посвященного столь чудесно, что об этой перемене можно говорить, как об новом рождении. Он начинает вести новую жизнь "малого дитя", жизнь Христа; в сердце его рождается Христос — интуитивное, или буддхическое, сознание. Теперь он получает право передавать благословение Братства — эту огромную заливающую силу, которую он может давать или посылать любому, как он найдет более подходящим и полезным. Сила Братства будет протекать через него в точности в той мере, в которой он позволит ей изливаться; и это его дело пользоваться этой силой и помнить, что на нем лежит вся ответственность за направление её на ту или иную цель. Благословение, даваемое священнодействующим при посвящении гласит: "Я благословляю тебя, я изливаю в тебя мою силу и благословение. Смотри, чтобы и ты, в свою очередь, постоянно изливал эту добрую волю на других".

Чем более доверия чувствует новопосвящённый, тем сильнее будет истечение силы через него. Если он почувствует хоть малейшее колебание, или сникнет под тяжестью ответственности за ту огромную силу, которая через него протекает, то он не будет в состоянии использовать во всей полноте тот чудесный дар; но если он уже владеет качеством шраддха — полным доверием к своему Учителю и к Братству и совершенной уверенностью, что так как он един с ними, то для него всё возможно — он сможет пройти через мир, как настоящий ангел света, распространяя на своём пути радость и благословение.

Сознание Великого Белого Братства — это неописуемо чудесная вещь. Оно подобно великому, спокойному, светящемуся океану, столь удивительно единому, что малейший трепет сознания, как молния мгновенно пробегает от края и до края, и в то же время каждому его члену оно кажется абсолютно его собственным, индивидуальным сознанием, хотя в нем кроется такая весомость, такая сила и мудрость, какими никакое единичное человеческое сознание никогда не может обладать. Это великолепное море "космического сознания" столь велико и удивительно, что ничто в мире на него не похоже, и даже те, кто стал причастен ему благодаря прохождению через первое великое посвящение, может схватить лишь его проблески, помня только немногое от тех или иных его сторон. В полной мере его можно почувствовать лишь на нирваническом плане, на котором изначально и существует Братство, хотя у него и есть проявления на более низких планах — даже вплоть до физического.

Как целая группа учеников едина в своем Учителе, так и всё Братство едино в своем Господе. Члены его могут свободно обсуждать между собою какой-либо вопрос, но это похоже на то, как если бы в одном уме представлялись разные аспекты вопроса и противопоставлялись один другому; и в то же время постоянно ощущается наличие огромной, почти ужасающей ясности, уверенности, которую ничто и никогда не может поколебать. Тем не менее, всё же каким-то образом происходит так, что приветствуется каждое предложение, и чувствуется, что всё Братство чутко и охотно ждёт вклада каждого индивидуума в обсуждаемый вопрос. Здесь, на земном плане, нет ничего, что можно было бы сравнить с этим сознанием; прикоснуться к нему — это значит прийти в соприкосновение с чем-то новым и необычным и в то же время невыразимо удивительным и прекрасным, с чем-то не нуждающимся ни в доказательствах, ни в сравнениях, но утверждающим свою принадлежность к более высокому и неведомому миру.

Хотя индивидуальности так необыкновенно погружены в это сознание, они то же время они чётко отделены одна от другой, ведь для всех важных решений необходимо согласие каждого из братьев. Правление Царя абсолютно, но он считается и со своим обширным советом и в каждое мгновение готов рассмотреть любую точку зрения, высказанную любым из членов Братства. Однако эта великая правящая группа весьма отличается от земных парламентов. Стоящие выше других на ответственных постах не выбирались на них, и их не назначала какая-либо партийная организация. Они заняли свои места в силу более высокого развития и большей мудрости. Никто не сомневается в решении тех, кто стоит выше, потому что он знает, что они действительно выше, обладая б`ольшим прозрением и большей способностью решать. Для этих Сверхлюдей нет и не может быть ни тени принуждения, заставляющего их одинаково думать или действовать, но доверие к их могущественной организации столь совершенно, что немыслимо, чтобы в конце концов между ними было расхождение. Только в подобном Братстве при подобном Царе мы можем вполне понять прекрасное изречение в одной из молитв Англиканской Церкви: "В служении Ему — совершенная свобода".

Неудачи.

В подобной организации, конечно же, не должно быть возможности каких-либо бед или неудач, но поскольку человечество слабо, и не все ещё члены этого великого братства стали сверхлюдьми, неудачи иногда всё же случаются, хотя они и очень редки. "Великие падали, будучи уже даже на пороге, не осилив бремени ответственности, и не смогли пройти", как сказано в "Свете на пути". Лишь достижение степени адепта обеспечивает полную безопасность. Посвящающий говорит кандидату, что раз он вступил в поток, он спасен навеки; но хотя это и так, он все же может в весьма серьезной степени замедлить свой прогресс, если уступит одному из тех искушений, которые всё ещё усеивают его путь. Обычно под спасением навеки подразумевается уверенность в продвижении вперед с теперешней жизненной волной, в том, что человек не будет отсеян в "судный день", который наступит в середине пятого круга, когда Христос, сошедший в материю, решит, какие души смогут, а какие не смогут быть доведены до финального достижения этой цепи миров. Вечного осуждения нет. Как сказал Христос, оно может быть лишь эоническим; есть люди, которые не могут следовать за этим веком, или заветом, но они пойдут за следующим, точно так же, как ребенок, который слишком туп для того, чтобы идти за своим классом, будет хорошо чувствовать себя в предыдущем и, возможно, будет в нем первым.

Когда же случается такая печальная и ужасная вещь — какого-либо рода падение среди посвященных, то через всё это обширное сознание пробегает дрожь страдания, ибо отделение одного члена от остальных походит на настоящую хирургическую операцию, рвущую всем струны сердца. Лишь с крайним сожалением отделяет Братство от себя своего члена, и даже тогда заблуждающийся брат не отсекается окончательно, как бы далеко он ни отпал. Когда-нибудь, где-нибудь, каким-то образом он вернётся, ибо есть связь, которая не может быть разорвана, хотя мы и мало знаем об утомительном пути испытаний и страданий, который он должен будет пройти, прежде чем снова слиться с остальными.

"Голос Безмолвия остается в нём, и как бы он ни уклонился от пути, в один прекрасный день он снова зазвучит, разрывая его на части, и отделит его страсти от его божественных возможностей. Тогда, будучи сопровождаем болью и отчаянными криками оставленного низшего я, он вернётся."[29].

Иные отпадают лишь ненадолго, из-за какого-нибудь выброса чувств, которого Братству невозможно терпеть. Тогда, в точности как Учитель, который может бросить временную завесу между собой и заблуждающимся учеником, Братство находит необходимым создать вокруг одного из братьев, который потерпел неудачу, нечто вроде изолирующего кокона. На сбившегося с пути обращается вся сила Братства, так что, если это вообще возможно, оно не даёт ему перейти границу. Но иногда, даже несмотря на всю силу, которую было позволено применить Братству законом кармы, его член всё же отказывается оставить своё мелочное личностное отношение, замешанное на воображаемом ущербе, обиде, или чём-либо ином, и вот тогда Братству приходится на время отгородить его, пока он не научится лучшему.

—————

Формула посвящения оставалась неизменной на протяжении веков, но в ней есть некоторая гибкость. Обращение посвящающего к кандидату всегда одинаково, насколько дело касается его первой части, но почти всегда имеется вторая, личная, часть, состоящая, в сущности, из наставлений тому кандидату, который проходит через посвящение. Она обычно так и называется личной частью. Мне приходилось видеть примеры, когда создавался образ злейшего врага кандидата, и у последнего спрашивали, как поступил бы он с ним, готов ли он вполне простить его, и помог бы он даже этому столь низкому существу, если бы оно оказалось на его пути. Иногда задаются вопросы касательно работы, уже сделанной кандидатом, и тех, кому он помогал, иногда приглашают выступить вперед и свидетельствовать об этом. Далее я прилагаю отчёт о посвящении.

Отчёт о первом посвящении.

Поскольку праздник Весак пришёлся в этом (1915) году на утро 29 мая, для посвящения кандидата была выбрана ночь 27 мая, и всем нам было наказано быть наготове. В данном случае посвятителем был Господь Майтрея, и потому церемония проходила в его саду. (Когда ритуал совершает Учитель Морья или Учитель Кут Хуми, тогда оно обычно происходит в древнем подземном храме, вход в который расположен возле моста через реку между их жилищами). Там было большое стечение адептов — присутствовали все, чьи имена нам известны. Великолепный сад был в полном расцвете: кусты рододендрона пламенели малиновым цветом, а воздух благоухал ароматом ранних роз. Господь Майтрея сидел на своем обычном месте, на мраморной скамье, кольцом окружающей большое дерево перед его домом, а Учителя собрались полукругом справа и слева от него, на сиденьях, расставленных для них на травянистой террасе, над которой мраморная скамья возвышается на несколько ступеней. Однако владыки Вайвасвата Ману и Махачохан тоже сидели на мраморной скамье по обе стороны от специально воздвигнутого резного трона, обращенного лицом в точности к югу и называемого Престолом Дакшинамурти.

Кандидат вместе с представлявшим его Учителем стоял на следующей ступени террасы у ног Господа, а позади и ниже стояли другие ученики, посвящённые и непосвящённые, и несколько привилегированных зрителей, которым было дозволено видеть большую часть церемонии, хотя в известные моменты завеса золотистого света скрывала от них действия главных фигур. Кандидат, как всегда при посвящении, был облачён в белую льняную одежду, а Учителя были большей частью одеты в белый шелк с широкой каймой великолепной золотой вышивки.

Над собравшимися парил большой сонм ангелов, наполняя воздух нежными переливами мелодии, которую они, похоже, каким-то таинственным и тонким образом извлекали из аккорда кандидата — сложную ткань звуков, выражающих его качества и возможности. Это пение продолжалось в течение всей церемонии, образуя как бы тонкий аккомпанемент ко всем сказанным словам, и мешая им не более, чем тихое журчание ручья мешает музыке щебетания птиц, а в некоторые моменты ритуала разрастаясь в торжественную кульминацию. Эта музыка делала сам воздух звучащим, и голоса говоривших не тонули в нем, а напротив, приобретали более богатое звучание. В каждом случае музыка эта основывается на основном аккорде посвящаемого, сплетает из него вариации и фуги, выражая способом, непостижимым на земле, всё то, чем он есть и чем будет.

В центре, между выдвинувшим его Учителем и поручителем стоял кандидат. Он был выдвинут своим собственным учителем, Кут Хуми, а поручителем был Учитель Иисус. Господь Майтрея, улыбаясь, произнес вопрос, открывающий ритуал:

"Кто тот, кого вы поставили передо мной?".

Наш Учитель произнес обычный ответ:

"Это кандидат, ищущий быть допущенным в Великое Братство".

Затем последовал второй вопрос:

"Ручаетесь ли вы, что он достоин быть допущенным?".

И обычный ответ:

"Ручаюсь".

"Возьмётесь ли вы направлять его шаги на Пути, на который он желает вступить?".

Выдвигающий ответил: "Беру его на себя".

"Наши правила требуют, чтобы за кандидата поручились двое из старших братьев; готов ли другой Брат поддержать поручительство?".

Тогда впервые выступил поручитель и сказал: "Я готов поручиться за него".

Посвящающий спросил: "Есть ли у вас свидетельства того, что те новые силы, которые будут даны ему, он употребит на помощь Великому Деянию?".

Учитель Кут Хуми ответил: "Жизнь этого кандидата на этот раз ещё коротка, но, несмотря на это, за ним уже числится много добрых дел, и он уже начал выполнять нашу работу в мире. Также и в своей жизни в Греции он много сделал для распространения моей философии и для усовершенствования страны, в которой он жил.".

К этому учитель Иисус добавил: "В течение двух жизней, когда он пользовался большим влиянием, он терпеливо делал мою работу, исправляя то, что неправильно, и внося благородный идеал в свою жизнь правителя; также он распространял в другой стране учение любви, чистоты и непривязанности к мирскому в своем воплощении монаха. И поэтому теперь я поддерживаю его.".

Тогда Господь, глядя с улыбкой на мальчика, сказал: "Тело этого кандидата самое молодое из всех, когда-либо представленных нам для вступления в Братство; есть ли кто-нибудь из братьев, живущих в настоящее время во внешнем мире, который был бы готов обеспечить помощь и совет, в которых нуждается его молодое физическое тело?".

Из группы учеников, стоящей позади, выступил Сириус и сказал: "Владыка, насколько я способен и пока его тело будет в пределах моего достижения, я с большой радостью сделаю для него всё, что могу.".

Тогда Господь спросил: "Полно ваше сердце истинной братской любовью к молодому кандидату, чтобы должным образом руководить его шагами?".

Сириус ответил: "Оно полно любви к нему.".

Тогда Господь впервые обратился непосредственно к кандидату и сказал: "А ты любишь ли этого брата настолько, чтобы охотно принять его помощь, когда будешь в ней нуждаться?".

Молодой человек: "Да, я люблю его всем сердцем, потому что без него я не стоял бы здесь".

Господь торжественно склонил голову, а Учителя выдвинули кандидата вперед, так что он стал перед Посвятителем. Устремив на него глаза, Господь спросил: "Ты желаешь присоединиться к Братству, которое существует от вечности до вечности?".

Юноша ответил: "Я желаю этого, Владыка, если Вы считаете, что я способен на это, хотя моё тело так молодо.".

Посвятитель спросил: "Известна ли тебе цель нашего Братства?" Кандидат ответил на это, что цель его — выполнять волю Бога, содействуя Божественному Плану, который есть эволюция.

Тогда Господь сказал: "Хочешь ли ты дать обет посвятить отныне всю свою жизнь и все свои силы для Братства, абсолютно забывая себя ради блага мира, стараясь жить одной любовью, зная, что Бог есть одна Любовь?".

Посвящаемый ответил: "Я буду стараться всеми силами жить так с помощью моего Учителя.".

"Обещаешь ли ты сохранить в тайне то, что тебе будет сказано с этим условием?".

Он сказал: "Обещаю.".

Вслед за тем он был опрошен относительно его астральных познаний и астральной работы; ему были показаны многие астральные предметы, и он должен был объяснить посвящающему, что они собой представляют. Он должен был различать астральные тела живых и умерших, указать различие между самим человеком и изображающим его мыслеобразом, между Учителем и точной его имитацией. После того посвящающий продемонстрировал ему на различные астральные случаи и спросил, каким образом стал бы он помогать в каждом из них. Спрашиваемый отвечал как умел, и посвящающий с улыбкой сказал, что ответы его вполне удовлетворительны.

Затем посвящающий произнес Обращение — торжественную и прекрасную речь, часть которой всегда одинакова, хотя обычно к ней прибавляется что-либо, лично касающееся каждого кандидата. Это обращение объясняет работу Братства в мире и индивидуальную ответственность каждого из его членов, обязанного помогать Братству, нести тяжелую ношу страданий мира. Каждый должен быть готов помогать Братству и служением, и советом, и каждому Брату представляется честь отдавать свои знания и свои способности в распоряжение Братства для проведения в какой-либо области его великой работы помощи человечеству, ибо это единое Братство, действующее по единому Закону и возглавляемое единым Главой. Хотя правление этого Царя абсолютно, ни одно из важных решений не принимается без согласия даже самого младшего из членов Братства. Каждый является представителем Братства в какой-либо части мира, и каждый дает обет быть в распоряжении Братства, отправиться, куда пошлют, работать так, как потребуется. В то время как младшие члены, естественно, безусловно повинуются своим старшим, они могут помогать им своими местными знаниями, могут всегда указать на то, чем, как им кажется, можно воспользоваться.

Каждый из братьев, живущий в миру, должен помнить, что он центр, через который может быть послана сила Царя для помощи нуждающимся в этом, и что любой из старших членов Братства может в любое время воспользоваться им как проводником своего благословения. Поэтому, каждый из младших Братьев должен всегда быть готов для использования в любой момент, потому что никогда нельзя сказать, когда могут потребоваться его услуги. Жизнь Брата должна быть всецело посвящена другим; он должен зорко и непрестанно следить за всякой возможностью оказать услугу, и это служение должно быть для него величайшей радостью. Он должен помнить, что ему вверена честь Братства, и следить за тем, чтобы ни одно слово его, ни один поступок не запятнали Братства в глазах человеческих и не дали повода думать о нем хотя бы чуть менее возвышенно.

Он не должен думать, что раз он вступил в поток, то для него уже прекратятся испытания и борьба; напротив, ему придется делать ещё б`ольшие усилия, но он получит и большую силу для этого. Сила его будет гораздо больше, чем раньше, но прямо пропорционально этому увеличится и ответственность. Он должен помнить, что не он, не его отдельное «я» подняло его на одну ступень над его собратьями; скорее он должен возрадоваться тому, что через него немного поднялось всё человечество, освободившись на эту малую толику от своих цепей — в значительной мере своими усилиями. Благословение Братства всегда пребывает с ним, но оно нисходит на него точно в той мере, в какой он передает это благословение другим, ибо таков вечный закон.

Эта часть обращения дается всем. В качестве личного указания молодому кандидату посвящающий добавил:

"Твое тело очень юно для того, чтобы нести такую тяжелую ответственность, как этот великий дар Посвящения, но зато самая юность твоя дает тебе чудесную возможность, редко выпадающую на долю человека. Это заслуга кармы твоих прежних жизней, полных самопожертвования. Старайся, чтобы и в этом теле ты оказался достойным данного тебе преимущества. Мы верим, что ты покажешь, что открыв так рано двери для тебя, мы сделали мудрый выбор. Всегда помни об абсолютном единстве между членами Братства, и не допускай, чтобы его честь пострадала от твоих рук. Начав так рано, ты можешь очень далеко пойти в этом воплощении; подъём будет крут, но твоей любви и твоих сил хватит на это. Развивай в себе мудрость, учись совершенному контролю над своими проводниками, старайся быть чутким, зорким, полным решимости. Помни, что я жду от тебя готовности быть моим доверенным посланником, когда я приду в мир, чтобы учить его. Ты это заслужил обилием своей любви; пусть же эта любовь растет и крепнет, и она уже доведет тебя до конца.".

Тогда Господь обратился к другим Учителям и сказал:

"Я нахожу этого кандидата удовлетворяющим требованиям. Согласны ли все присутствующие принять его в наше Сообщество?".

И все ответили: "Мы согласны".

Тогда посвящающий встал со своего сидения и, обратившись к Шамбале, громко воззвал:

"Совершаю ли я это, о Владыка Жизни, Света и Славы, во Имя Твое и для Тебя?".

В ответ на это над его головой загорелась сверкающая звезда, которая свидетельствует о согласии Царя, и все глубоко преклонились перед нею, и хор ангелов зазвучал в это время с торжествующей силой. Под звуки этого царственного гимна кандидат, ведомый обоими Учителями, приблизился и преклонил колени перед представителем Того, кто один может даровать доступ в Братство.

Сверкающая нить, подобная неподвижной молнии, протянулась от зажегшейся звезды к сердцу посвятителя, а от него — к сердцу кандидата. Под влиянием этого могучего магнетизма маленькая серебряная звезда сознания, представляющая монаду кандидата, разгорелась в сверкающее сияние, которое постепенно затопило все его тело причинности, и на один чудесный миг эго и монада слились в одно, в точности как у адептов, у которых это состояние имеет место всё время. Господь возложил руки на голову кандидата и, назвав его истинным именем, сказал:

"Во имя единого Посвятителя, Звезда которого горит над нами, принимаю тебя в Братство Жизни Вечной. Да будешь ты достойным и полезным членом его. Отныне ты спасен навсегда, ты вступил в поток, и да достигнешь ты вскоре того берега.".

Музыка ангелов разразилась в целый океан нежных и радостных звуков, наполняя воздух торжествующим ликованием, В эту минуту Посвящающий, коленопреклоненный посвящаемый и его поручители стали почти невидимыми, их закрыла, как покрывало, чудесная игра неземных цветных переливов, перенесших в своих волнах благословения Ману и Махачохана, и чудесный золотистый свет, исходящий от Цветка земного человечества, Гаутамы Будды, парил над ними, принося его благословение, ибо еще один сын человеческий вступил на Путь. И Серебряная Звезда на мгновение как бы расширилась и окружила посвящающего и нового Брата своим ослепительным великолепием. Когда же они снова стали видимы, одежды новопосвященного были уже не из полотна, а из белого шелка, как и у других посвященных.

Когда посвящающий засиял своим каузальным телом, и соответствующее тело посвящаемого засияло в ответ, зрелище было невыразимо прекрасно. Изумрудный и золотой свет загорелся в них, и монада, обычно видящаяся лишь световой точкой внутри постоянного атома в каузальном теле (т. е. теле причинности), воссияла ослепительным светом, заполняя собой весь овал. Монада отождествилась на этот миг со своей собственной частицей, со своим эго, и именно она принимает обет. Действие на астральное тело также весьма интересно; ему придаётся большой ритмический размах без нарушения его устойчивости и равновесия; благодаря этому оно приобретает способность чувствовать более проницательно, не теряя при этом равновесия и не ускользая от контроля своего владельца. Этот размах задаёт посвящающий, воспроизводя в астральном теле неофита вибрацию своего собственного астрального тела, и в то же время стабилизируя его, чтобы несравнимо увеличенная сила вибраций не вызвала в нем ни расстройства, ни потрясений.

Когда всё это исполнено, посвящающий дает новому Брату ключ познания и научает его, каким образом он может безошибочно астрально узнавать любого члена Братства, ранее с ним незнакомого. Одному из старших учеников он поручает следить за его буддхическими упражнениями, как только возникнет необходимость. Торжественная церемония заканчивается тем, что все собравшиеся Братья дают новопосвящённому своё благословение. Последний, в свою очередь, дает благословение Братства миру, впервые применяя могучую силу, доверенную ему. И когда оно действует по всему миру, вливая во всё новую жизнь, добавляя каждому немного больше силы и красоты, воздух наполняется шёпотом мириад голосов, который сливается в песнь великой радости и глубокой благодарности. Еще одна сила добра стала проявленной, и Природа, которая трудится и стонет со своими сынами, ликует, когда один из них вступает в Братство, которое в будущем освободит её от боли. Вся Природа разделяет это достижение — даже та её часть, которую мы столь ошибочно называем неживой.

Так кончилась удивительная церемония Посвящения. Учителя окружили нового Брата, сердечно поздравляя его, а Сверкающая Звезда исчезла из вида.

На следующую ночь я получил распоряжение представить новопосвященного Господу Мира. Ему была оказана редкая честь — это не входит в ритуал первого посвящения и сопровождает обычно третье посвящение. В назначенное мы отправились в Шамбалу, и были приняты, как обычно, в большом зале. Мы застали Владыку нашего мира за беседой с Господом Гаутамой Буддой и Господом Майтреей. Последний представил новопосвященного Владыке мира как "нашего самого нового брата, вечно пламенеющую Звезду Любви", и Санат Кумара милостиво улыбнулся преклонившему перед ним колени юноше. Последний поднял руки в восточном приветствии, и Владыка, простерев свою правую руку и сжав их, сказал ему:

"Ты хорошо потрудился, сын мой, и я доволен тобой. Я позвал тебя, чтобы ты мог услышать это от меня. Иди с миром и старайся делать ещё лучше, ибо я ожидаю, что ты сыграешь великую роль в будущем для моей новой подрасы. Моя Звезда воочию горела над тобой несколько часов тому назад, но помни, что она также реально горит над тобою всегда, хотя ты и не можешь видеть её, а там, где она светит, всегда пребудет сила, чистота и мир.".

Затем Господь Будда, возложив руку на голову новопосвященного, сказал:

"Я также желаю дать тебе мое благословение и поздравить тебя, ибо твой нынешний быстрый прогресс является верным залогом грядущего, знаком того, что я буду приветствовать тебя как Брата Великой Мистерии, члена Духовной Династии, через которую свет приходит в миры.".

Три присутствовавших кумара с улыбкой смотрели на безмолвного и коленопреклоненного отрока, горевшего любовью и восхищением. Царь поднял свою руку для благословения, а мы простерлись ниц и отбыли.

Продолжительность церемонии.

Время, занимаемое церемонией посвящения, меняется в зависимости от некоторых условий, одно из которых — то количество знаний, которым обладает кандидат. В некоторых традициях установлен период в три дня и три ночи, но часто он заканчивается в более короткий срок. При посвящении, на котором я присутствовал, уединение продолжалось две ночи и один день; были и такие, которые вмещались в одну ночь, потому что многое из того, что должно было входить в них, было предоставлено закончить позднее старшим ученикам Учителей. Некоторые из древних посвящений продолжались так долго потому, что кандидатов нужно было наставлять в астральной работе. Есть буддхический опыт, который нужно осознать, ведь для посвящения требуется известное развитие и буддхического проводника, так как иначе некоторые учения, даваемые на этом уровне, не могут быть поняты. Многие теософы уже проводили астральную работу и, таким образом, узнали те подробности астрального мира, которые должны быть сообщены при посвящении, если они не были известны до тех пор. Но если посвящающий знает, что кандидат уже достиг некоторого буддхического развития, то он иногда предоставляет старшим ученикам проводить кандидата через опыт на буддхическом плане в ближайшую ночь или тогда, когда это можно устроить.

Сама церемония посвящения занимает менее шести часов, но кандидатам уделяется время и до, и после нее. После посвящения Учителя всегда поздравляют кандидата и каждый говорит ему несколько добрых слов. Они используют возможность, предоставляемую подобными 2 собраниями, чтобы передать своим ученикам некоторые указания; обычно это повод для великой радости, по крайней мере среди младших членов. Когда ещё один неофит принят, то это победа для всех — ещё один спасён навеки.

Сыновство.

Мы уже говорили о той тесной связи, которая существует между принятым учеником и его Учителем; связь эта всё время растет и обычно бывает, что когда ученик подходит к вратам посвящения, то Учитель считает, что пришло время для ещё более глубокого единения меду ним и чела. Тогда последний называется Сыном Учителя, и связь эта такова, что не только низший манас, но и эго в каузальном теле ученика включается в соответствующий проводник Учителя. Последний уже не может опускать завесу, чтобы отделить ученика.

Один мудрый француз сказал однажды: "Dans tous les amours, il y a un qui aime et un qui se laisse ^etre aime'" (Во всякой любви есть тот, кто любит, и тот, кто позволяет себя любить). В девяти из десяти случаев человеческой любви это глубоко верно. Часто причина этого в том, что из двух встретившихся душ одна является более широкой и развитой, чем другая, и потому способна на более глубокую любовь. Более молодая душа ценит это и возвращает эту любовь по мере своих возможностей, но даже лучшим из этих попыток далеко до того удивительного дара, который так легко и естественно изливается старшей душой. И так бывает всегда в случае Учителя и его ученика.

Есть и ещё один момент — любовь, встречаемая нами в обычной жизни, нередко бывает неустойчивой, колеблющейся, склонной к скорому разочарованию, ей может сопутствовать холодность, нелюбезность, недостаток взаимности; она может даже смениться на ненависть, если её объект нарушает наши законы поведения, или своими действиями вызывает у нас страх или отвращение. Но есть и более истинная и глубокая любовь, которую ничто не может пошатнуть — любовь, которая не требует ничего взамен, на которую никак не влияет небрежение и безразличие со стороны её объекта, и даже его недостойное поведение. Если он совершит преступление или опозорится иным образом, любящий его почувствует глубокую боль и сожаление, но ни на миг не станет любить его хоть чуточку меньше — пыл этой любви нисколько не уменьшится, что бы ни совершил любимый.

Такова природа любви Бога к его миру, такой должна быть и любовь Учителя к тем, кому он даёт несравненную привилегию сыновства. Он доверяет им полностью, по своей воле он отказывается от власти отделить их от себя, ибо лишь путём этого предельного и нерушимого единства с ними он может в самой полной степени, которую только позволяет способность их отклика, он может разделить с ними свою собственную природу. Лишь пожертвовав собой, может он дать им в самой полной и предельной мере то, что может получить ученик от Учителя.

Воистину можно сказать об этом, что Учитель отдаёт себя на милость своего ученика. Только подумайте об ужасной ответственности, которую это на нас налагает!

Такая любовь, хотя и редко, встречается и среди людей в нашем физическом мире, и когда это случается, она обладает тем же качеством и приносит тот же результат — она отдаёт того, кто выше, в руки того, кто ниже, так что наивысшая любовь — это всегда и наивысшая жертва. И всё же эта крайняя жертва, этот отказ от своего я несёт с собой величайшую радость, которую на земле больше ничто не может дать, потому что лишь такая любовь богоподобна, и такое самоотречение возносит человека в самое сердце Христа. Истинно верно, что "любовь покрывает множество грехов" и что "прощаются грехи её многие за то, что она возлюбила много".[30].

Об этой ступени теснейшего единения прекрасно сказано в "Свете на Пути", где написано: "Мой мир я спускаю на вас, — может Учитель сказать лишь своим возлюбленным ученикам, который стали такими, как он", и поэтому ученики эти обладают неоценимым преимуществом быть в состоянии передавать этот мир другим во всей его полноте. Право и долг каждого принятого ученика — благословлять во имя Учителя, и за каждым таким усилием непременно следует великолепное излияние его силы. В особенности должен ученик давать это мысленное благословение, когда бы он ни входил в дом. "Да пребудет благословение Учителя на доме сем и всех живущих в нем". Но Сын Учителя может дать самое касание его присутствия, более великий и полный мир. Сын Учителя уже член Великого Белого Братства или вскоре станет им. Принадлежность же к нему, как мы говорили, дает силу сообщать ещё большее благословение, хотя каждое из них имеет своё значение на своем месте.

Я хорошо помню, как мне приходилось в разных случаях давать эти благословения великому ангелу по соседству, которого я имел честь хорошо знать. Проезжая на судне вблизи его территории, я послал ему однажды привет — полное благословение моего Учителя, и поистине прекрасно было зрелище того, как он принял его, глубоко склонившись и обнаружив свою оценку привета приятным, нежным сиянием святости и глубокого благоговения. В другой раз, при подобных же обстоятельствах, я передал ему благословение Братства, и в то же время вся сила этого великого ангела вспыхнула в отклике и осияла все его владения. Не только всё то, что было в нём, внезапно оживилось и усилилось до крайних пределов, но, будто поднятые по команде солдаты, откликнулись и тысячи меньших созданий, работающих под его началом. Вся природа ответила в то же мгновение. Мой учитель, которого он столь почтительно приветствовал, не является его учителем, но мой Владыка — и его Владыка, ибо есть лишь один, Единый.

Уровень, требуемый для посвящения.

Вопрос, приближается ли человек к состоянию готовности для посвящения, подразумевает три различных, но взаимосвязанных ряда соображений. Первое — это обладает ли он в достаточной степени теми необходимыми качествами, которые даются в книге "У ног Учителя", — это значит, что у него должны быть все эти качества хотя бы в минимальной степени, а некоторые из них в гораздо более чем минимальной. В качестве иллюстрации подумайте о том, как оцениваются работы на некоторых экзаменах. Экзаменаторы заранее постановляют, что не пропустят тех кандидатов, которые получат по каждому предмету ниже известного минимума, но процент, устанавливаемый для каждого предмета, весьма низок, — скажем, 25 %. Каждый, не получивший этого процента баллов по какому-нибудь предмету, считается не выдержавшим, но и тот, кто получил по каждому из предметов только этот минимум, может не пройти, потому что, кроме определенного минимума по каждому из предметов, есть еще и общий минимум, скажем, 40 %. Поэтому тот, кто получит по одному или двум предметам всего 25 %, или 30 %, должен получить по каким-нибудь другим предметам гораздо больше, чтобы набрать требуемый средний проходной балл.

Этот же метод принят и в оккультизме; у кандидата должны быть в известной степени все эти качества, но некоторые из них он должен развить весьма основательно. Кандидат не сможет пройти, если у него совсем не будет распознавания; но если у него много меньше распознавания, чем должно быть, то взамен, быть может, будет принят избыток любви. Во-вторых, эго должно так приучить свои низшие проводники, чтобы оно могло в совершенстве действовать через них, когда пожелает. Кандидат должен осуществить то, что в ранней Теософической литературе называлось связью между низшим и высшим я. В-третьих, человек должен быть достаточно силен для того, чтобы выдержать связанное с посвящением огромное напряжение, которое распространяется даже на физическое тело.

Что касается того уровня продвижения, на котором человек может быть посвящен, то тут открывается простор для большого разнообразия. Ошибочно полагать, что все посвященные равны в своём развитии, точно так же как было бы неправильно предполагать одинаковое знание у всех людей, получивших степень магистра искусств. Вполне возможно, что человек будет преуспевать во многих из требуемых качеств и стоять высоко над общим минимумом и в то же время серьезно отставать и быть ниже минимума в каком-либо одном отношении; тогда, конечно, ему придется подождать до тех пор, пока он не приобретет минимума в том направлении, которое оказалось в небрежении, но пока он будет делать это, он будет продолжать развиваться в других отношениях ещё далее.

Отсюда очевидно, что хотя для посвящения и требуются известные достижения, некоторые кандидаты могут в одних отношениях достигнуть гораздо большего, чем в других. Также видно, что промежутки между посвящениями могут быть весьма различны. Человек, который только что смог принять первое посвящение, быть может, уже обладает в значительной степени качествами, необходимыми для второго; тогда для него промежуток между этими посвящениями будет необычайно короток. С другой стороны, кандидат, достаточно сильный всесторонне, но только для того, чтобы пройти через первое посвящение, будет медленно развивать в себе все дополнительные качества и знания, необходимые для второго, и промежуток между ними, вероятно, будет долгим.

Нынешняя возможность.

Теперь мы вступили в тот период мировой истории, в котором прогресс на всех уровнях эволюции может быть весьма быстрым, так как близкое пришествие Мирового Учителя произвело такой сильный прилив мыслей и чувств, касающихся духовных вещей, причём мыслей прогрессивных, что каждый, кто теперь делает усилия в этом направлении, увлекается ускоряющимся потоком. Это относится не только к потоку человеческих мыслей и чувств — фактически, человеческая мысль является лишь весьма малой частью этой волны, потому что те человеческие существа, которые знают что-либо определенное о близости Пришествия, находятся в меньшинстве. Гораздо большее значение имеет огромная сила мыслей и чувств сонмов великих ангелов, знающих план и всеми способами старающихся помочь его осуществлению.

Однако, такой быстрый прогресс связан с весьма явным напряжением, что в достаточной мере сознают лишь немногие стремящиеся. Изучающему оккультизм, поставившему себе целью ускорение своего развития, хорошо бы помнить, что одно из необходимых для этого условий — это хорошее физическое здоровье. Он хочет в одной жизни осуществить тот прогресс, для которого при обычных обстоятельствах понадобилось бы двадцать или более жизней, а так как количество требуемых для этого усилий остается тем же (ибо в отношении уровня, необходимого для посвящения, никаких скидок не делается), то ясно, что стремящемуся придётся давать гораздо б`ольшую нагрузку своим проводникам, если он хочет добиться успеха.

На физическом плане возможно сократить тот период времени, который обычно дается для каждого экзамена; но сделать это человек может лишь посредством более сильной нагрузки своего мозга, своего внимания, своего зрения, выносливости, и мы знаем, как фатально легко человеку переутомить себя в каждом их этих направлений и тем серьезно повредить своему физическому здоровью. Подобные же условия применимы и к усилиям ускорить духовную эволюцию; это возможно и это делалось, и прекрасно, если человек работает над этим, но с той оговоркой, что ему следует тщательно остерегаться переутомления, чтобы, в конце концов, не затормозить развитие вместо того, чтобы продвинуть его. Недостаточно иметь хорошее физическое здоровье при начале осуществления своих стремлений — необходимо сохранить его до конца, потому что сам прогресс — лишь средство для достижения цели, и мы стараемся развивать себя не для того, чтобы стать великими и мудрыми, но чтобы получить силу и знание для лучшей работы ради человечества. Мы никогда не должны забывать, что оккультизм — это прежде всего апофеоз здравого смысла.

Молодые посвящённые.

До сих пор, за весьма редкими исключениями, люди посвящались лишь тогда, когда их физические тела достигли зрелого возраста и после того, как они своей деятельностью в жизни доказали, что сердца их отданы работе Логоса. Однако, в течение последних нескольких лет привилегия посвящения была дана нескольким эго, тела которых еще юны, и как мы понимаем, это было сделано для того, чтобы по пришествии своем Господь нашел группу молодых работников, готовых служить ему. Придя, Мировой Учитель будет носителем чудесного сознания Братства, и чем больше помощников, пребывающих в физическом теле, сможет он объединить вокруг себя в каждом данном месте, тем легче будет его работа. Он может воспользоваться услугами любого обычного мирского человека в пределах его способностей, но уже принятый ученик Учителя будет во многих отношениях гораздо полезнее для него, чем мирянин; и ещё бесконечно полезнее для него тот, кто уже прошел через врата посвящения и пробудил те многочисленные связи, которые объединяют членов Братства. Посвящается всегда эго; возраст же физического тела, в которое оно облечено в данный момент, имеет к этому малое отношение.

Во всех тех случаях, когда посвящаются молодые люди, старшие члены Братства, живущие возле них или соприкасающиеся с ними в физическом теле, берут на себя помощь и руководство ими. Это необходимо ввиду той большой ответственности, которую приносит с собою посвящение с его расширенным сознанием и дополнительными силами и способностями. Неправильное действие или ложный шаг со стороны посвященного несет с собой б`ольшие кармические последствия, чем подобные же действия того, кто не принадлежит к Братству. Поэтому, быть может, хорошо привести здесь некоторые из указаний для этой молодежи.

Каждый должен всегда помнить, что он посвящён, потому что в прежних жизнях, а может быть, и в настоящей, он помогал миру в некоторой необходимой степени и теперь Братство надеется, что он будет продолжать идти по этому пути и становиться всё большим и большим каналом для жизни Логоса. Именно ради возможности увеличения его полезности он и допускается к посвящению, и во время церемониала он произносит обет не только как эго, но и как монада, что делом его жизни будет изливаться в благословении так же, как и Логос постоянно изливает свою любовь. Поэтому он должен ежедневно и ежечасно хранить этот обет в уме и всё подчинять ему. Его прошлая карма придаёт ему различные личные качества и импульсы; он должен следить, чтобы они не склоняли его думать скорее о себе и своём личном благосостоянии, чем о более великом я и о благоденствии мира.

Прежде чем молодой посвящённый сможет приняться за ожидающую его более обширную работу, он часто должен пройти через обыкновенную подготовку в колледже и университете. В этом случае он будет погружён в обстановку энергичной деятельности и многих эгоцентрических интересов. Жизнь окружает его многими искушениями и предоставляет случаи забыть об обете Братства. Он должен пройти через всё это, сохраняя чётко очерченную позицию, понимая, что всё это выпало ему ради целей Братства. В мирской жизни, во всех случаях, учась, отдыхая или развлекаясь, он должен определённо помнить: "Сделает ли меня то, что я собираюсь сделать, лучше оснащённым для работы Учителя, или лучшим каналом для распространения любви и счастья?".

Он должен всегда помнить, что Братство имеет прежде всего право на его служение, и он никогда не должен ставить себя в такое положение, которое сделало бы для него невозможным исполнение этого долга. Это не значит, что он должен вести жизнь отшельника, но пока он живёт общественной жизнью, которая даёт ему необходимый рост, он должен всё время следить, делает ли она его лучшим каналом для Логоса. Отныне все те переживания, хотя бы и приятные и безвредные, которые не делают его лучшим каналом Логоса или не дают возможности служения, не имеют для него цены и являются лишь потерей времени. Он должен стараться увидеть и использовать каждую возможность для помощи и учиться тому, что делает его полезным.

Посвящённый — брат всем.

Когда ученик совершает великий шаг посвящения и становится членом Братства, он становится в гораздо большей степени, чем раньше, и по-особенному братом каждому из людей, своих товарищей. Это не значит, что он должен руководить их жизнью и стараться направлять их с помощью критицизма. Его дело в жизни не осуждать, а ободрять; но если он видит основание для какого-либо предложения, он должен сделать это с превеликой вежливостью и осторожностью. Мир не видит высших членов Братства, поэтому он может судить об этой организации по тем младшим членам, которые находятся в его поле зрения. Вот что стоит за фразой в обращении при посвящении, гласящей, что неофит держит часть Братства в своих руках.

Долг его излучить любовь и благословение так, чтобы каждое место, где ему случиться быть, становилось счастливее от его присутствия. Поэтому он должен всегда быть обращённым наружу. Для него не важно то, как судит его действие мир, важно лишь то суждение, которое даёт Братство. Популярен он в мире или нет — не имеет значения, если во всём своём поведении он был верен поставленным перед ним идеалам. Некоторые из старших членов Братства могут пожелать использовать его в любой момент, где бы он ни был, и иногда он даже может не знать об этом своим мозговым сознанием. Но если в тот момент, когда понадобится, он окажется погружённым в свои собственные дела и обращённым внутрь, а не наружу к миру, то его нельзя использовать. Самое нужное для него — это выстраивание своего характера так, чтобы Учитель, взглянув на него, находил его думающим о благе мира, а не о том счастье или несчастье, которые мир несёт ему.