Упражнения в стиле.

1. Фиксация.

В S, в час пик. Чудак двадцати шести лет, мягкая шляпа с тесьмой вместо ленты, слишком длинная шея, будто бы ее специально вытягивали. Люди сходят. Этот тип ополчается на соседа. Он упрекает его, что тот толкает его всякий раз, когда кого-нибудь пропускает. Тон хныкающий, желающий показаться злым. Как только видит свободное место, бросается туда.

Двумя часами позже я встречаю его на Римской площади, перед вокзалом Сан-Лазар. Он вместе с товарищем, который говорит ему: «Тебе нужно пришить еще одну пуговицу на пальто». Он показывает ему куда (в область выреза) и почему.

2. Частично удвоенное.

Около середины дня и в полдень я находился и заходил на площадку и в заднюю часть забитого и переполненного автобуса и общественного транспортного средства линии S, который следует от Контрескарп к Шамперре. Я увидел и заметил весьма забавного и слегка гротескного молодого человека и переростка: тощая шея и тонкая выя, бечевка и шнур вокруг шляпы и головного убора. После толкания и пихания он говорит и произносит голосом и тоном плаксивым и хныкающим, что его сосед и спутник специально и нарочно пихает и беспокоит его все время и всякий раз, когда кто-то входит и выходит. Провозгласив это и закрыв рот, он бросается и направляется к пустому и свободному месту и сидению.

Два часа спустя и сто двадцатью минутами позже я встречаю и снова вижу его на Римской площади и перед вокзалом Сан-Лазар. Он вместе и по соседству с другом и приятелем, который советует и побуждает его пришить и добавить пуговицу и кругляш слоновой кости к его пальто и плащу.

3. Литоты.

Нас было немало, кто передвигался вместе. Молодой человек не слишком умного вида некоторое время говорил с человеком, стоявшим поблизости от него, потом направился присесть. Двумя часами позже я снова встретил его, он был в компании с товарищем и говорил о тряпках.

4. Метафорически.

В сосредоточии дня цыпленок с огромной ощипанной шеей, угодивший в бочку с сельдями, путешествующими в белобрюхом таракоптере, внезапно обратился к одной из них, на вид вполне миролюбивой, с обвинительной речью, что разнеслась в воздухе, влажном от негодования. После, притянутый пустотой, птенчик бросился в нее.

В тот же день посреди хмурой городской пустыни я вновь увидел его, ему пришлось несладко из-за обычной пуговицы.

5. Обратный ход.

Ты должен добавить пуговицу к твоему пальто, сказал ему друг. Я заметил его на Римской площади, после того как оставил рвущимся к сидячему месту. Он тогда протестовал против давки со стороны другого пассажира, который, как он утверждал, толкал его всякий раз, как кто-то выходил. Этот тощий молодой человек был облачен в забавную шляпу. Все происходило на площадке автобуса S, заполненного в полдень до отказа.

6. Удивления.

Как же было тесно на этой автобусной площадке! А какой глупый и смешной вид был у того парня! И что же он задумал? Ничего лучшего, как затеять ссору с человеком, который, — как утверждал этот щеголь, — его толкал! Наконец, можете себе представить, он поскакал к месту, остававшемуся свободным! Которое было предназначено для дамы!

А кого, угадайте, я встретил спустя два часа перед вокзалом Сан-Лазар? Того же пижона! Как раз когда он выслушивал совет! По поводу его гардероба! От своего друга!

Просто невозможно поверить!

7. Сон.

Мне представлялось, вокруг меня все было окутано перламутровым туманом, в котором кружились неясные видения, и среди них, однако, достаточно четко можно было различить фигуру молодого человека, слишком тонкая шея которого уже говорила о трусливом и ворчливом характере. Лента на его шляпе была заменена плетеной бечевкой. Он спорил с невидимым мне индивидом, а затем, будто в испуге, бросился в сумрак вагона.

В другом видении он явился мне идущим по залитой солнечным светом площади вокзала Сан-Лазар. Он был со знакомым, говорившим: «Тебе следует пришить пуговицу к этому пальто».

Здесь я и проснулся.

8. Предсказания.

Когда наступит полдень, ты будешь стоять на задней площадке автобуса, и в толпе пассажиров ты заметишь одного забавного юношу с шеей, как у скелета, и куском ленты на войлочной шляпе. Этому малышу придется весьма туго. Он решит, что некий господин толкает его, пользуясь всяким удобным случаем, когда люди сходят и заходят в автобус. Он это ему выскажет, но тот только презрительно промолчит в ответ. Тогда наш переросток впадет в панику и помчится к передним рядам, на свободное место.

Чуть позже ты встретишь его вновь на Римской площади перед вокзалом Сан-Лазар. Его будет сопровождать друг, и ты услышишь слова: «Твой плащ не застегивается как полагается, скажи, чтоб к нему пришили пуговицу».

9. Синшиза.

Забавного молодого человека линии S и одного в автобусе находился я набитом битком однажды веревочкой на шляпе и удлиненной шеей заметил с. Стоял около него плаксивым и хныкающим голосом господина он упрекал который. Пассажиров пропускал будто бы когда каждый раз толкал его тот. Свободное он уселся и поспешил место на это сказав. Римской площади на друг пришить я его встретил ему через два часа советовал пуговицу к пальто.

10. Радуга.

Однажды в фиолетовом мареве жары я ехал в автобусе. Там был молодой человек весьма забавного вида: синюшная шея, шнурок на шляпе. Вдруг он на голубом глазу принялся катить бочку на некоего господина. Он упрекал его, в частности, что тот, каждый раз, когда пропускал пассажиров, толкал этого зеленого юнца. Излив душу, он заметил, что впереди зажелтело свободное место, и поспешил туда.

Чуть позже, на закате, я снова его встретил перед окрасившимся оранжевым вокзалом. Он был вместе с другом, который советовал ему добавить пуговицу на красное пальто.

11. Лого-ралли.

(приданое, штык, враг, церковь, атмосфера, Бастилия, соответственно).

Однажды я ехал в автобусе, который, несомненно, должен был стать частью приданого мадмуазель де Марьяж, дочери человека, определяющего судьбы ООТПР. Там же находился и молодой человек весьма забавного вида. Внезапно он бросился в штыки на господина, стоящего подле него. Он обвинял своего врага в поведении не столь обходительном, как в церкви. Когда атмосфера накалилась до предела, сопляк струхнул и сбежал на освободившееся место.

Двумя часами позже я встретил его в двух-трех километрах от Бастилии. Юнец прогуливался с приятелем, который советовал ему добавить пуговицу к пальто, в то место, где она отсутствовала, соответственно.

12. Неуверенности.

Не знаю точно, где это происходило… в церкви, в морге, на помойке? В автобусе, быть может? Да, в автобусе… но что там было? Яйца, вешалки, арбузы? Скелеты? Да, но пока еще обтянутые плотью, и живые. Думаю, так. Люди в автобусе. Еще там был один такой тип (или два), который заставлял обратить на себя внимание, хотел бы я знать, чем… манией величия? ожирением? своей меланхолией? Вернее… точнее… своей молодостью, украшенной длинным …носом? …подбородком? …пальцем? нет: шеей. И шляпой, странной, странной, очень странной шляпой. Он ввязался в ссору, да, конечно, в ссору с другим пассажиром, но с мужчиной или женщиной? ребенком или старцем? Потом все закончилось, завершилось благополучно, закончилось каким-то образом, быть может, бегством одного из противников. Да.

Мне кажется, я его еще повстречаю, этого странного персонажа, но где? У церкви? У морга? У помойки? С приятелем, который будет говорить ему, но что? Что? Что?

13. Уточнения.

В 12 часов 17 минут в автобусе линии S, длиной 10 метров, шириной 2,1 м и высотой 3,5 метра, за 3 км 600 метров от точки отправления, перевозившем сорок восемь человек, индивид мужского пола, 27 лет 3 месяцев 8 дней от роду, ростом 1 м 72 см и весом 65 кг, носящий на голове шляпу высотой 17 см, тулья которой были обернуты лентой длиной 35 см, обратился к человеку 48 лет 4 месяцев 3 дней от роду, ростом 1 м 68 см и весом 77 кг, примерно с 14 словами, длящимися 5 секунд и намекающими на предумышленные перемещения величиной от 15 до 20 мм. Затем он отправился на сидячее место на расстоянии 2 м 10 см оттуда.

118 минутами позже он находился в 10 метрах от вокзала Сан-Лазар, у пригородных путей, и прогуливался взад и вперед по траектории длиной 30 метров с другом 28 лет от роду, ростом 1 м 70 см и весом 71 кг, который в 15 словах посоветовал ему переместить на 5 см в направлении зенита пуговицу диаметром 3 см.

14. Субъективная сторона.

В этот день у меня не было оснований для недовольства своим одеянием. Я облачился в новую, весьма пикантную шляпу и пальто, без сомнения великолепное. Повстречал X перед вокзалом Сан-Лазар, который попытался омрачить мое блаженство, доказывая, что у пальто слишком откровенный вырез, и советуя пришить еще одну пуговицу. Он все же не осмелился критиковать мой головной убор.

Несколько раньше дал хороший отпор одному хаму, который нарочно пихал меня всякий раз, когда пропускал людей на входе и выходе. Это приключилось в одной из этих отвратительных тачек, которые забиты плебсом как раз тогда, когда я вынужден ими воспользоваться.

15. Другая субъективная сторона.

Сегодня в автобусе, на площадке поблизости от меня был один из этих сопляков, которые, по счастью, встречаются не так часто, а то я в конце концов прибил бы одного из них. Этот молокосос лет двадцати шести-тридцати раздражал меня не столько шеей, длинной, как у ощипанного индюка, сколько лентой на шляпе, которую он заменил чем-то вроде бечевки баклажанного цвета. Ах, подлец! До чего ж омерзительный тип! А так как в автобусе в это время было полно народу, я воспользовался давкой, чтобы при каждой возможности всаживать локоть ему под ребра. В результате он трусливо сбежал еще до того, как я решил немного пройтись по его мозолям, чтобы он сделал ноги. Я мог бы сказать ему вдобавок, чтоб вконец оскорбить, что на его пальто с чересчур глубоким вырезом не достает одной пуговицы.

16. Рассказ.

Однажды около полудня у парка Монсо, на задней площадке почти заполненного автобуса линии S (теперь 84-ый), я заметил человека с очень длинной шеей, который носил мягкий фетр, обернутый плетеной тесьмой вместо ленты. Вдруг этот индивид окликнул своего соседа, утверждая, что тот нарочно наступает ему на ноги всякий раз, когда пропускает пассажиров. Впрочем, он быстро прекратил перебранку, бросившись на освободившееся место.

Двумя часами позже я увидел его перед вокзалом Сан-Лазар, когда друг советовал ему уменьшить вырез пальто, воспользоыавшись помощью какого-нибудь сведущего портного, который разместил бы там дополнительную пуговицу.

17. Словообразование.

Я со-толпобыкнородно платавтобусоформился в полуденнопарижском времесте и чересоседился с шеедлинным плетеновокругошляпным сопляком, говорящим неведомокомуто: «Вы меня толкапихаете». Исторгсив это, он быстремился на пустоместо. В следующем пространствовременье я увидел его усанлазарившимся с X, который говорил, что тот должен добавопуговить пальто. И причинобъяснил позачему.

18. Отрицания.

Это было не лодкой и не самолетом, но наземным транспортным средством. Это было не утром и не вечером, но днем. Это был не ребенок и не старик, но юноша. Это была не лентаи не бечевка, но плетеная тесьма. Это было не шествием и не дракой, но давкой. Это было не любезностью и не злостью, но раздражением. Это было не правдой и не ложью, но поводом. Это было не стоя и не лежа, но в-желании-быть сидя.

Это было не накануне и не назавтра, но в тот же день. Это был не Северный и не Лионский, но вокзал Сан-Лазар. Это был не родственник и не неизвестный, но друг. Это было не руганью и не насмешкой, но советом насчет одежды.

19. Анимизм.

Шляп, вялый, бурый, потрескавшийся, поля опущенные, тулья окружена плетением из тесьмы, шляп, выделяющийся среди прочих, подскакивающий на неровностях, передаваемых с земли колесами автотранспортного средства, которое его перевозило, его, шляп. При каждой остановке входящие и выходящие пассажиры придавали ему боковые колебания, иногда довольно заметные, которые наконец его разозлили, его, шляп. Он выразил свой гнев посредством человеческого голоса, соединенного с ним массой тела, структурно расположенного вокруг костной квазисферы, перфорированной несколькими отверстиями, находящимися под ним, шляпом. Затем он внезапно убежал садиться, он, шляп.

Одним или двумя часами позже, я увидел его примерно в метре шестидесяти шести сантиметрах над землей, передвигающимся взад-вперед у вокзала Сан-Лазар, его, шляп. Друг советовал ему пришить дополнительную пуговицу к его пальто… дополнительную пуговицу… к его пальто… говорил ему … ему… шляпу.

20. Анаграммы.

В S в сча кип итп дтавдица ситеш тле с лонндий щтоей ейше и лопшяй, оркунешнай мотьсей свотем ылнет, риссолся с мудриг жопамирсса, обняяви еог, что тот ночнора оег таколет. Менного кыхпонав, рибсолся на вобсодное сетмо.

Самоч жезоп я трествил гео вонса на Смиркой щолпади ерпед злокавом Рал-Сазан. Он ыбл с тлерипяем, рокотый вроогил меу: «Бете жунно пширить отпельлонидную угпоциву к вотему латьпо». Но уем зопакал где (в вырезе).

21. Различие.

Однажды в автобусе (который не следует путать с Ватто опусом) я увидел (а не обидел) одного человека (а не чело века), надевшего шляпу (не из пуха ляха), с плетеной веревочкой (а не с вареной плетеночкой). У него была (а не небылица слыла) длинная шея (а не дивная шлея). Когда толпа пихалась (а не пила толкалась), другой пассажир (а не босой труса жир) на него наступил (а не со ступы сбил). Кое-что прохрипев (а не про хрип пев), тот завидел свободное место (а не сморозил завидное тесто) и туда устремился (а не стрелой утомился).

Позже я его повстречал (а не по сече мчал) перед вокзал-Лазаром (а не VIP-зал-базаром), он говорил со знакомым (а не звонил в Гоморру) о пуговице своего плаща (которую не следует путать с роговицей сего хлыща).

22. Гомеотелевт.

Однажды жарким летним днём я был в автобусе своём, причём он тоже ехал в нём, плечом к плечу, плечом в проём. Он плёл вервье на головём, тянул шеём поверх людём, такой смешной недразумём. Он был соседом толканём, пхнём, бьём, ногами наступьём, он говорём емём «Подъём!», но тут же мнём разговорём и вдаль бегём, чтоб сидём в нём.

Чём позже днём идём путём перём вокзём Сан-Лазарём, его видём, когда емём гововорём его другём насчёт пугём его пальтём, его пальтём пугововьём.

23. Официальное письмо.

Имею честь поставить Вас в известность о происшествии, которому я невольно стал свидетелем, столь же непредубежденным, сколь и потрясенным.

В тот день около полудня я находился на площадке автобуса, следовавшего по улице Кюрселль в направлении площади Шамперре. Указанный автобус был полон, и даже более чем полон, осмелюсь я заметить, ибо кондуктор перегружал его за счет некоторых умолявших его лиц, побуждаемый, несомненно, его преувеличенно доброй душой, которая единственная вынуждала его пойти против правил, что, следовательно, граничило со снисходительностью. На каждой остановке пассажиры поднимались и спускались не без того, чтобы спровоцировать некоторую давку, что и подтолкнуло одного из них к протесту, хотя и весьма робкому. Я должен заметить, что он отправился садиться, как только представилась такая возможность.

Я прибавляю к этому короткому рассказу следующее добавление: я имел возможность снова видеть этого пассажира некоторое время спустя в компании персонажа, которого я не смог идентифицировать. Оживленная беседа, которую они вели, затрагивала, похоже, некоторые вопросы эстетической природы.

Изложив эти сведения, я могу только пожелать, мсье, чтобы Вы указали мне на необходимые следствия, которые я должен извлечь из этих происшествий, дабы Вы могли бы одобрить шаги, которые я буду вынужден предпринимать в связи с этим в будущем.

В ожидании Вашего ответа уверяю Вас, мсье, в моем по меньшей мере совершеннейше почтительном уважении.

24. Аннотация.

В новом романе, сочиненном со свойственной автору легкостью, знаменитый романист X, которому мы уже обязаны столькими шедеврами, создал великолепно обрисованных персонажей, действующих в атмосфере, знакомой всем, от мала до велика. Интрига вращается вокруг встречи в автобусе героя истории с весьма загадочным персонажем, ссорящимся с первым. В финальном эпизоде мы видим этого таинственного индивида, с огромным вниманием прислушивающегося к советам друга, мэтра дэндизма. В целом возникает приятное ощущение, что романист X поработал резцом с редким успехом.

25. Ономатопея.

На площадке, ща, ща, ща, автобуса, туф, туф, туф, линии S (над сим насмехаются свистящие змеи), около полудня, динь, динь, дон, динь, динь, дон, смешной красавчик, пфуф, пфуф, пфуф, в одной из этих, пфуй, шляп вдруг развернулся (разворот, поворот) к соседу с гневным, рр-аф, рр-аф, рр-аф, видом и сказал, гм-м, гм-м: «Вы меня нарочно толкаете, мсье». Именно так. И тут, фр-р-р, он бросился к свободному месту и уселся, бум.

В тот же день, немногим позже, динь, динь, дон, динь, динь, дон, я увидел его в компании с другим красавцем, пфуф, пфуф, пфуф, который указывал тому на пуговицу пальто (бр-р, бр-р, бр-р, было не так уж и тепло…).

Именно так.

26. Логический анализ.

Автобус.

Площадка.

Площадка автобуса. Это место.

Полдень.

Приблизительно.

Приблизительно полдень. Это время.

Пассажиры.

Ссора.

Ссора пассажиров. Это действие.

Молодой человек.

Шляпа. Длинная тощая шея.

Молодой человек в шляпе с плетенной тесьмой вокруг. Это главный персонаж.

Некто.

Кто-то.

Кто-то. Это второй персонаж.

Я.

Я.

Я. Это третий персонаж. Рассказчик.

Слова.

Слова.

Слова. Это то, что было сказано.

Свободное место.

Занятое место.

Свободное место стало занятым. Это результат.

Вокзал Сан-Лазар.

Часом позже.

Друг.

Пуговица.

Другая услышанная фраза. Это заключение.

Логическое заключение.

27. Упорство.

Однажды около полудня я зашел в почти полный автобус линии S. В почти полном автобусе линии S находился весьма забавный молодой человек. Я зашел в тот же автобус, что и он, этот молодой человек, зашедший передо мной в тот же почти полный автобус линии S около полудня и носивший на голове шляпу, которая показалась мне очень забавной, мне, который зашел в тот же автобус, что и этот молодой человек, линии S, однажды около полудня.

Эта шляпа была окружена чем-то вроде плетеной тесьмы, как у аксельбанта, и молодой человек, который ее носил, эту шляпу — и эту тесьму — находился в том же автобусе, что и я, в почти полном автобусе, потому что это был полдень, и под этой шляпой, тесьма которой была вроде аксельбанта, лицо вытягивалось поверх длинной, длинной шеи. Ах, какая длинная шея была у этого молодого человека, который носил шляпу, окруженную аксельбантом, в автобусе линии S, однажды около полудня.

Огромная давка была в этом автобусе, что вез нас к конечной остановке линии S, однажды около полудня, меня и этого молодого человека, у которого была такая длинная шея под забавной шляпой. Толчки, которые происходили в этой давке, внезапно вызвали обвинения, обвинения, которые выдвинул этот молодой человек с такой длинной шеей на площадке автобуса линии S, однажды около полудня.

Это были упреки, сформулированное взволнованным от оскорбленного достоинства голосом, поскольку происходили на площадке автобуса S, и у молодого человека была шляпа, окруженная аксельбантом, и длинная шея; там было также свободное место, весьма неожиданно в почти полном автобусе линии S, потому что был полдень, место, которое тут же занял этот молодой человек с длинной шеей и забавной шляпой, место, которого он страстно жаждал, потому что больше не хотел, чтобы его толкали на площадке автобуса, однажды около полудня.

Двумя часами позже я увидел его перед вокзалом Сан-Лазар, этого молодого человека, которого прежде я заметил на площадке автобуса линии S, в тот день около полудня. Он был с дружком, того же поля ягодой, который давал ему советы по поводу пуговицы его пальто. Тот слушал внимательно. Тот — это этот молодой человек, у которого был аксельбант вокруг шляпы, и которого я видел на площадке почти полного автобуса линии S, однажды около полудня.

28. Несознанка.

Даже и не знаю, чего вы все от меня хотите. Да, я был в S около двенадцати. Много ли там было народу? Конечно, в такой-то час. Молодой человек в мягкой шляпе? Очень даже может быть. Хоть я на публику не таращусь. Мне начхать. Типа витой тесьмы? Вокруг шляпы? Я не спорю, это диновинка, но меня это не колышет. Витая тесьма… Был ли скандальчик с другим господином? А вот это вот было.

Потом, видел ли я его потом часом или двумя позже? Почему бы нет? В жизни всякое случается, может еще и не такое. Вот помню, отец часто рассказывал, как…

29. Прошедшее неопределенное время.

Как-то раз я зашел в автобус на воротах Шамперре. В нем было много народа, все: молодые, старики, женщины, военные. Я оплатил проезд и огляделся вокруг. Ничего интересного не было. Все же я обнаружил молодого человека, шею которого я счел слишком длинной. Изучив его шляпу, я заметил, что вместо ленты на ней была плетеная тесьма. Каждый раз, когда заходили новые пассажиры, возникала давка. Я ничего не сказал, но молодой человек с длинной шеей все-таки излил недовольство своему соседу. Я не расслышал, что он ему в точности говорил, но глядели они друг на друга довольно злобно. Затем молодой человек с длинной шеей побежал садиться.

Возвращаясь от Шамперре, я проезжал мимо вокзала Сан-Лазар. Я увидел того же типа, который спорил со своим знакомым. Тот указал пальцем на пуговицу в районе выреза пальто. Потом автобус меня увез, и я их больше не видел. Я сидел и не думал ни о чем.

30. Настоящее время.

Полдень, по ногам пассажиров автобуса стелется жара. Кто-то, на длинной шее лелеющий скудоумную голову, украшенную нелепой шляпой, достигает воспламенения, тотчас же вспыхивает ссора. Чтобы довольно быстро бесславно угаснуть, откровенная брань чересчур тяжела, чтоб разноситься в и так уже сдавленной атмосфере. Затем расходятся садиться внутри, на холодке.

Позже можно расположиться перед вокзалами у площадей-близнецов, вопросы верхней одежды, по поводу некой пуговицы, которую уверенно лапают жирные потные пальцы.

31. Простое прошедшее время.

Был полдень. Пассажиры зашли в автобус. Было тесно. Молодой человек надел на голову шляпу, окруженную плетеньем, а не лентой. У него была длинная шея. Он обвинил своего соседа в ударах, которые тот ему нанес. Как только он заметил свободное место, он бросился к нему и там уселся.

Позже я увидел его перед вокзалом Сан-Лазар. Он был одет в пальто, а приятель, который расположился там же, сделал ему такое замечание: нужно было пришить дополнительную пуговицу.

32. Прошедшее несовершенное время.

Длился полдень. Пассажиры заходили в автобус. Становилось тесно. Молодой человек носил на голове шляпу, которая была окружена плетеньем, а не лентой. У него была длинная шея. Он обвинял своего соседа в ударах, которые этот последний ему наносил. Как только он замечал свободное место, он бросался туда и садился.

Позже я видел его перед вокзалом Сан-Лазар. Он носил пальто, а приятель, который располагался там же, делал ему такое замечание: следовало пришить дополнительную пуговицу.

33. Александрийский стих.

Однажды летним днем автобус номер S
По городу прошел, я еле в него влез
И вдруг заметил там средь парижан невзрачных,
Забавного юнца с лицом тоскливо-мрачным.
Длиной почти что в метр к плечам вела труба,
На глупой голове тесьмой обвит тюрбан.
Как злобно он шипел на мирного соседа
Как будто тот решил лишить его обеда!
Но гражданин стоял стеной и нипочем
Не признавал вину, и морда кирпичом.
Он вскоре замолчал, обидчивый мальчишка,
А если б не удрал, была бы парню крышка.
Автобус меня вез спустя какой-то час,
И наглого юнца я встретил еще раз.
Он с другом вместе был, таким же чудом-юдом,
Который говорил: «Пришей сюда отсюда».

34. Полиптота.

Я зашел в автобус, полный субъектов налогообложения, которые передавали наличные налогоплательщику, наложившему на живот налогоплательщика небольшую сумку, налогооплачивание которой позволяло другим налогоплательщикам следовать своим путем налогоплательщика. В этом автобусе я заметил субъекта налогообложения с длинной налогооблагаемой шеей, у которого на налоговую голову плательщика была наложена необлагаемая налогами шляпа, окруженная плетением, которую никогда не наденет ни один здравый налогоплательщик. Внезапно этот субъект налогообложения лажанулся, обложив соседнего с ним субъекта налогообложения горьким упреком, не нарочно ли тот наловчился обкладывать его ноги налогоплательщика всякий раз, когда другие налогоплательщики заходят или выходят из автобуса для налогоплательщиков. Потом наложивший в штаны налогоплательщик пошел садиться на место для налогоплательщиков, которое только что освободилось другим налогоплательщиком. Несколько часов налогообложения спустя я увидел его на Римско-судебной площади налогоплательщиков, в компании налогоплательщика, который консультировал его насчет свода элегантности налогоплательщиков.

35. Афереза.

Ел ус ый ов. Ил о а ей а, ый пу ной ой. Лся го ра, я но ноги, дый, ди ли ли. Ться шее ным то.

Ясь тно, ва тил щим ом, рый ты тности нию ней говицы.

36. Апокопа.

Я заш в автоб, полн пассажир. Я замет молодог человек с ше как у жираф, котор носил шля с плетен тесьм. Он рассерди на друго пассажи, упрека его, что тот нароч наступал ему на, каж раз, когда лю входи и выходи. Потом он пошел сади на став свобод мес.

Возвращаясь обра, я сно заме его ходя взад и вперед с дру, кото давал ему сове элеган по размеше верх пу его пальто.

37. Синкопа.

Я зшел в автбус, плный пссжиров. Я змтил молдого челка с шекаужрафа, ктрый нсил шляплетесьмой. Он рссердился на дрого пссжира, упркая его, что тот нрчно нстпает ему на ноги. Птом он пшел на освившееся мсто.

Взврщаясь в тождень, я снва его зтил на Риской плоди, выслшиющим светы по пводу пговицы.

38. Вот я ж.

Вот я ж считаю: тип, который заехал тебе по копыту, может и сдачи получить. Но после того как выдать ему, идти, как пентюх, садиться, вот этого я ж не понимаю. Вот я ж видел такое как-то на задней площадке, в автобусе S. Вот я ж и думаю — шея у него длинновата, у этого парня, и здорово дурной вид с этой косичкой на шляпе. Вот я ж ни за что б не нацепил такой ж вот кепарик. Но, говорю ж вам, после того, как наехать на другого мужика, который наступал ему на ноги, этот тип просто свалил и уселся, и ничего больше. Вот я ж вмазал бы той скотине по кумполу, чтоб не смел мне на ноги наступать.

Вот в жизни ж бывают забавные штуки. Вот я ж о чем, это ж как в песне поется. Через два часа вот я ж снова встречаю того парня. Вот я ж засекаю его перед вокзалом Сан-Лазар в компании такого ж знакомого, который говорит ему, а вот я ж слышу: «Тебе нужно перешить эту ж вот пуговицу вот сюда ж». Вот я ж его как сейчас вижу ж, он тычет в верхнюю пуговицу ж.

39. Восклицания.

Представьте! Полдень! Время лезть в автобус! Сколько народу! Сколько народу! Какая давка! Идиотизм! И этот пацан там! Какая морда! А какая шея! Сантиметров семьдесят пять! По меньшей мере! А лента! Лента! Никогда такой не видел! Лента! Самое идиотское! Это вот! Лента! Вокруг его шляпы! Лента! Идиотская! Полный идиотизм! И он там еще и ворчит! Этот тип с лентой! На соседа! Что он ему высказал! Другому! Будто тот наступал ему на ноги! Они собираются сцепиться! Пощечин надавать! Точно! Ах, нет! Да! Ах! Ах! Даст в глаз! Залепит! Кишка тонка! Вовсе нет! Струсил! Тот тип! С длинной шеей! С лентой! На свободное место, вот куда он залепил! Да! Пацан!

Не может быть! Правда! Нет! Точно, я прав! Это точно он! Вон там! На Римской площади! Перед вокзалом Сан-Лазар! Болтается взад-вперед! С другим типом! И что этот другой ему рассказывает! Что он должен добавить пуговицу! Да! Пуговицу к своему пальто! К своему пальто!

40. И тогда.

И тогда пришел автобус. И тогда я сел в него. И тогда я увидел гражданина, который привлек мое внимание. И тогда я увидел его длинную шею и косичку, которая вилась вокруг шляпы. И тогда он принялся браниться со своим соседом, который наступал ему на ноги. И тогда он пошел садиться.

И тогда, позже, я увидел его на Римской площади. И тогда он был со своим знакомым. И тогда он говорил ему, этот знакомый: тебе нужно было пришить еще одну пуговицу к твоему пальто. И тогда.

41. Выспренное.

В час, когда уж потрескались розовые персты авроры, быстрым копьем влетел я в тот могучей стати, волоокий автобус, шедший по линии S путем непрямым. Как тонко и остро заметить мог бы только индеец, на тропу войны заступивший, разглядел я присутствие юноши с шеей длинней, чем у быстроногого жирафа, в шляпе мягкого фетра, с украшением в виде косички витой, как у героя упражнения в стиле. Зловредный Раздор с торсом из черной сажи и дыханием гнилостным, смрадным как печать небытия дантиста, да, возвещаю я, Раздор принялся раздувать свой злокозненный вирус меж юношей с шеей жирафа и косичкой вокруг головного убора, и другим пассажиром наружности будто б неясной, как если б в тумане сокрытой. С такою речью он к нему обратился: «Молви, злодей, верно ль мне говорили, что вы мне нарочно взошли на мозоли!» Изрекши такие слова, юноша с шеей жирафа и косичкой вокруг головного убора быстро отбыл садиться.

Позже, на величественной площади Рима я вновь заприметил его, юношу с шеей жирафа и косичкой вокруг головного убора, в сопровождении верного друга, знатока изящества и элегантности, кто проронил слова критики, я смог уловить ее чутким ухом, ту критику, которая была вызвана самой верхней одеждой юноши с шеей жирафа и косичкой вокруг головного убора: «Ты должен был бы уменьшить вырез посредством дополнения или поднятия одной пуговицы на круговую периферию».

42. Вульгарное.

Эта, значиться, типа полдень, а я сел в этот, блин, эсс. Ну, значит, сел, заплатил там, че надо, за проезд, значиться, а тут, вот блин, ну и болван, козел этот с шеей навроде как телескоп и типа веревки вокруг его, типа там, колпака. Ну, вижу, значиться, болван, типа того, и ну давай цепляться к это, значиться, соседу вроде. Ну, типа, что он ему, значиться, на лапу наступил, типа вот. Ну, все время, блин, типа, давил и давил клешню, значиться. Ну, а этот мямлил, мямлил, значиться. Потом, как павлин, увял, значиться, садиться. Ну, чисто козел.

А после, ты прикинь, типа, вижу снова этого, ну, блин, того жиртряса с другим, блин, козлом. И тот тип, ну крутит ему так, грит ему, ты, типа, пуговицу должен пришить к своему пальтецу. Да, блин, к пальтецу, так и грит.

43. Допрос.

— В котором часу в тот день после двенадцати двадцати трех пришел автобус линии S, идущий от Шамперре?

— В двенадцать тридцать восемь.

— В нем, в вышеназванном автобусе линии S, было много народу?

— Тьма.

— На кого из них вы обратили внимание?

— На лицо с очень длинной шеей и косичкой вокруг шляпы.

— Его поведение было столь же удивительным, как и внешний вид и анатомия?

— Сначала нет, сначала оно было нормальным, но в конце он достиг легкой фазы гипотонического маниакально-депрессивного психоза в период желудочной раздражительности.

— Как это проявилось?

— Рассматриваемое частное лицо хныкающим тоном окликнуло своего соседа, интересуясь, не нарочно ли тот наступает ему на ноги каждый раз при входе и выходе пассажиров.

— Этот упрек был обоснован?

— Представления не имею.

— Как закончился этот инцидент?

— Поспешным бегством молодого человека, который отправился на свободное место.

— Имел ли этот инцидент продолжение?

— Менее чем через два часа.

— И в чем состояло это продолжение?

— В новом появлении этого индивидуума на моем пути.

— Где и как вы снова его увидели?

— Проезжая в автобусе по Римской площади.

— Что он там делал?

— Получал консультацию по вопросам элегантности.

44. Комедия.

Акт 1.

Сцена 1.

(На задней площадке автобуса S, однажды, около полудня.).

Кондуктор. Пожалуйста, готовьте мелочь.

(Пассажиры платят за билеты.).

Сцена 2.

(Автобус останавливается.).

Кондуктор. Остановка. Кто выходит? Соблюдайте порядок! Все, автобус заполнен. Поехали!

Акт 2.

Сцена 1.

(Там же.).

Первый пассажир (молод, длинная шея, косичка вокруг шляпы). Можно подумать, мсье, что вы мне нарочно наступаете на ногу каждый раз, когда кто-то заходит.

Второй пассажир (молча пожимает плечами).

Сцена 2.

(Третий пассажир выходит.).

Первый пассажир (обращаясь к публике). Здорово! Место освободилось! Побегу туда.

(Он устремляется к свободному месту и занимает его.).

Акт 3.

Сцена 1.

(Римская площадь).

Элегантный юноша (первому пассажиру, в настоящее время пешеходу). Вырез твоего пальто слишком велик. Тебе нужно немного закрыть его, перешив пуговицу повыше.

Сцена 2.

(На борту автобуса S, проходящего по Римской площади.).

Четвертый пассажир. Представьте только, там тот тип, который был в автобусе рядом со мной, ну тот, что еще переругивался с одним господином. Забавная встреча. Я сделаю из нее комедию в трех актах в прозе.

45. Реплики в сторону.

Автобус пришел весь заполненный пассажирами. Лишь бы не опоздать, прекрасно, для меня местечко найдется. Один из них, смешная головенка на чрезмерно длинной шее, надевший шляпу из мягкого фетра, окруженную чем-то вроде веревочки вместо ленты, вид у него был здорово претенциозный, внезапно начал, с чего это он вдруг, браниться с соседом, а тот не обращал на него внимания, которого он обвинял, с таким видом, будто хочет подраться, но все равно сдрейфит, в том, что тот специально наступал ему на ноги. Но как только в автобусе освободилось место, что я вам говорил, тут же развернулся и побежал садиться.

Спустя примерно два часа, забавные все же случаются совпадения, он был на Римской площади в компании с другом, тоже тем еще типчиком, который указывал пальцем на пуговицу его пальто, что же он мог ему говорить?

46. Парехеза.

На непустой трибуне автобуса, быстро пробурчавшего по бульварам, перебуживая будущих бюрократов и толпу бухнувших собутыльников, обутых в бумажные бутинки, бурлескный трибун с буридановым клобуком забузил с бухты-барахты, забухтел бультерерно на одного бюргера: «Грубуян! Собучий отбурсок!» Тут освобудился табурет, и он бросил бурчать и отбул, как к камбузу по побудке.

Пробудивший в будущем среди зыбучей пустыни, я уже забуду бурого забулдыгу, когда завижу его снова перед бутафорской будкой, бубнящего буквально следующее: «Бука! Этот бутон мал будет твоему бурнусу».

47. Призрачное.

Мы, старший егерь долины Монсо, имеем честь доложить, что наблюдали по соседству с восточными воротами парка Е.К.В. монсеньора Филиппа, герцога Орлеанского, сего дня, семнадцатого мая тысяча семьсот восемьдесят третьего года, необъяснимое и зловещее явление мягкой шляпы необычной формы, окруженной подобием плетеной ленты. Мы констатировали затем внезапное появление под описанной шляпой молодого человека, обладающего экстраординарно длинной шеей и одетого по моде, распространенной, по всей видимости, в Китае. Ужасный вид этого неизвестного заледенил нашу кровь и предотвратил наше бегство. Этот же некто, пробыв без движения несколько мгновений, затем ужасно заколебался, как если бы его толкал некто невидимый, но весьма ощущаемый. Внезапно его внимание переключилось на собственное пальто, и мы услышали, как он пробормотал: «Не хватает пуговицы, не хватает пуговицы». Потом он пустился в путь и принял направления к Пепиньерам. Привлеченные описываемым явлением, несмотря на его странность, мы последовали за ним за пределы нашей юрисдикции и повстречались с той же шляпой и еще одним неизвестным в пустынном саду, заросшем салатом. Голубая табличка неизвестного происхождения, но несомненно дьявольской природы, гласила: «Римская площадь». Некто колебался в воздухе еще несколько мгновений, бормоча: «Он хотел наступить мне на ногу». Затем они исчезли, вначале он сам, а спустя некоторое время, и его шляпа. После составления рапорта об исчезновении я был вынужден отправиться «К веселому портняжке» заложить за воротник.

48. Философское.

Одни только большие города могут предоставить феноменологической духовности сущности темпоральных и маловероятных коинсиденций. Философ, который от времени до времени встречается с никчемной и пустячной внеэкзестенциальностью автобуса S, может с просветленной проницательностью наблюдать ускользающие и обесцвеченные проявления профанного сознания, отягощенного длинной шеей тщеславия и плетеной шляповидностью невежества. Это существо без объяснимой энтелехии иногда трансмиссируется в категоричный императив жизненного порыва и рекриминируется против необерклениановской ирреальности телесного механизма неотяжеленного сознания. Такое моральное поведение ведет наиболее бессознательного из них к космической пустоте, где он разлагается на первичные элементы и атомы Демокрита.

Философский поиск продолжается обыкновенно случайной, но аналогичной встречей с тем же существом, сопровождаемым несущественной тканевой репликацией, которая ноуменально советует ему перенести в сферу разума понятие пуговицы пальто, занимающей чересчур низкое положение на социальной лестнице.

49. Апострофа.

О вечное платиновое перо, чей скорый и безостановочный бег по полуматовой со стороны изнанки бумаге оставляет на ней знаки алфавита, которые рассказывают людям в блестящих очках нарцисстическую повесть о двойной встрече автобусолистической природы. Доверься скакуну моих снов, верблюжьей верности моих литературных подвигов, тонкому фонтану считанных, взвешенных и отобранных слов, опиши лексикографические и синтаксические кривые, что графически создают пустяшное и смехотворное свидетельство событий и поступков молодого человека, который зашел однажды в автобус S, не догадываясь, что станет бессмертным героем моих трудолюбивых писательских деяний. Длинношеий фат, увенчанный шляпой, окруженной плетеной тесьмой, вспыхивает рокировка, ворчун и трус, избегающий драки, отправившийся упокоить свой зад, стежавший удары ног, на твердодеревянную скамью, предвидел ли ты красноречивую судьбу свою, когда перед вокзалом Сан-Лазар обостренным слухом выслушивал ты портняжьи советы некого персонажа, которые внушены были верхней пуговицей твоего пальто?

50. Неловкое.

У меня нет привычки писать. Не умею я. Я хотел бы написать трагедию, или сонет, или оду, но для них существуют правила. Мне это мешает. Это не создано для любителей. Слишком уж чересчур нехорошо получается. В конце концов. В любом случае, я видел сегодня кое-что, что я хотел бы изложить письменно. «Изложить письменно» не кажется мне действительно превосходным. Это, должно быть, одно из тех заезженных выражений, которые отталкивают читателей, которые, по мнению редакторов, ищущих оригинальности, которая кажется им необходимой в рукописи, которую редакторы публикуют, поскольку они были прочитаны читателями, которых отталкивают заезженные выражения типа «изложить письменно», которое являются тем не менее тем, что я хотел бы сделать кое с чем, что я видел сегодня, хотя я только любитель, которому трудно соблюсти правила трагедии, сонета или оды, так как у меня нет привычки писать. Черт, не знаю, как это получилось, но меня развернуло к самому началу. Я так никогда не выберусь. Тем хуже. Возьмем быка за рога. Еще одна пошлость. И потом этот парень там ничего общего не имел с быком. Ну, а вот это не так уж плохо. Если б я написал: возьмем пижона за плетенку его шляпы мягкого фетра, насаженной на длинную шею, быть может, это было б хотя бы оригинально. Может быть, это сделало бы меня известным некоторым господам из Французской академии, из Флоры и с улицы Себастъян-Боттен. Почему бы мне не развить эту тему и дальше? Писанье осилит пишущий. Это вот сильно, да. И все-таки нужно знать меру. Тот тип на площадке автобуса, ему ее не доставало, когда он принялся переругиваться со своим соседом под предлогом, что этот последний наступает ему на ноги каждый раз, когда он отступает, давая возможность зайти и выйти пассажирам. Тем более, что после того, как он таким образом обвинил его, он помчался садиться там, где увидел впереди свободное место, как если бы боялся пинка. Вот, я уже рассказал половину моей истории. Я спрашиваю себя, неужели я это сделал. А все же писать приятно. Но остается самое трудное. Самое заковыристое. Переход. Тем более, что никакого перехода не было. Так что я предпочту на этом остановиться.

51. Непринужденное.

1.

Захожу в автобус.

— Это точно к воротам Шамперре?

— Вы что, читать не умеете?

— Извиняюсь.

Комкает на животе мои билеты.

— Вот.

— Спасибо.

Оглядываюсь вокруг.

— Скажите-ка, ну и ну!

Что-то вроде ленты вокруг шляпы.

— Вы могли бы не пялиться?

У него слишком длинная шея.

— Нет, ну скажите-ка.

Вот он бросился на свободное место.

— Ну и ладно.

Сказал я себе.

2.

Захожу в автобус.

— Это точно к площади Контрескарп?

— Вы что, читать не умеете?

— Извиняюсь.

Он заводит свою шарманку и возвращает мне билеты уже продырявленными.

— Вот.

— Спасибо.

Проезжаем перед вокзалом Сан-Лазар.

— Смотрите-ка, вон снова тот же тип.

Я навостряю уши.

— Ты должен пришить еще одну пуговицу к своему пальто.

Он показывает ему где.

— У тебя слишком большой вырез.

Это уж точно.

— Ну и ладно.

Сказал я себе.

52. Пристрастное.

Ждать пришлось чрезмерно долго, пока автобус наконец не появился из-за угла и не начал притормаживать у тротуара. Некоторые пассажиры вышли, другие зашли: я был среди них. Все сгрудились на площадке, кондуктор пылко протрубил в рожок, и транспортное средство тронулось в путь. Отделив в книжечке нужное количество билетов, которые человек с маленькой коробкой погасил на своем животе, я принялся изучать попутчиков. Только мужчины. Без женщин. Абсолютно беспристрастный осмотр. Я скоро обнаружил жемчужину в этой кучке навоза: парень лет двадцати, обладатель маленькой головы поверх длинной шеи, большой шляпы на маленькой голове и игривой ленточки вокруг большой шляпы.

Какое ничтожество, сказал я себе.

Он был не только ничтожным, этот тип, но еще и злым. Он принялся негодовать, обвиняя некого буржуа, что тот плющит ему ноги при каждом проходе пассажиров. Другой пассажир посмотрел на него строгим взглядом, отыскивая свирепую реплику из уже готового репертуара, который он, должно быть, таскал сквозь жизненные обстоятельства, но в тот день не смог отыскать на месте. Тогда молодой человек, испугавшись получить пару оплеух, воспользовался внезапно освободившимся сиденьем и поспешил на него усесться.

Я вышел до него и не мог продолжить наблюдение. Я должен был бы уже забыть его, когда, двумя часами позже, будучи снова в автобусе, я заметил его на тротуаре, на Римской площади, все в том же плачевном состоянии.

Он ходил взад-вперед, сопровождаемый приятелем, который, должно быть, учил его элегантности, с педантичностью денди советуя ему уменьшить вырез пальто, поместив там дополнительную пуговицу.

Какое ничтожество, сказал я себе.

Потом мы двое, автобус и я, продолжили свой путь.

53. Сонет.

Тщедушный паренек надел смешной колпак
С плетеною тесьмой, посмешище народу,
Он долго ожидал автобуса прихода
И шею ввысь тянул, напыщенный чудак.
И вот пришел один, десятый или S,
С площадкой на заду, что по жаре бульваров
Перевозила всех без разделенья нравов —
Трудяг и богачей, пресыщенных повес.
А молодой жираф, о ком шло слово выше,
Пристал как банный лист к соседу своему,
Который, он считал, вставал ему на лыжи,
Но, испугавшись сам, он бросился к сиденью
Пустому и затих. Потом пришлось ему
По поводу пальто чужое слушать мненье.

54. Обонятельное.

В этом полуденном S был помимо обычных запахов — аббатов, борщей, винегретов, газет, дискриминантов, елей, ёжиков, зайцев и койотов, лесных миражей, новомодных оперетт, роковых старух, тайных ужасов, факиров, хлыщей, цыпочек, чемоданов, шаблонов, щекотки, эсминцев, юннатов, ягодиц, — определенно ощущались ароматы длинной юношеской шеи, тонкие испарения плетеной ленты, острая выжимка обозленности, смрадная вонь трусости и запора, которые абсолютно точно идентифицировались, так что проходя два часа спустя мимо вокзала Сан-Лазар, я сумел, вновь встретив, распознать их в надушенном, модном и белыми нитками шитом аромате, который испускала неудачно размещенная пуговица.

55. Вкусовое.

У этого автобуса был некоторый вкус. Забавно, но факт. У каждого автобуса свой вкус. Так принято говорить, но это действительно так. Достаточно проделать опыт. В этом вот — S — чтобы ничего не скрывать — был небольшой привкус жареного земляного ореха, не могу сказать почему. У площадки был свой особенный аромат, аромат земляного ореха не просто жаренного, но еще и растоптанного. В метре шестидесяти от поверхности истинный гурман, найдись здесь таковой, мог бы почувствовать на языке что-то слегка кисловатое, что было шеей человека под тридцать. А еще двадцатью сантиметрами выше тонкому нёбу была представлена редкая возможность продегустировать плетенную ленту, слегка сдобренную какао. Затем мы вкушали бубль-гам спора, каштаны раздражения, виноград гнева и грозди горечи.

Двумя часами позже мы получили и десерт: пуговица от пальто… в самом деле орешек…

56. Осязательное.

Автобусы на ощупь мягкие и пушистые, особенно если разместить их между ног и гладить двумя руками, от головы к хвосту, от мотора к площадке. Но когда находишься там, на этой платформе, тогда ощущаешь нечто более жесткое и даже жестокое, тюремную камеру или опорный брус, а потом нечто подскакивающее и более эластичное, ягодицу. Иногда их бывает две, тогда нужно употреблять множественное число. Можно также уловить полый и трепещущий объект, изрыгающий идиотские звуки, и нечто, заплетенное спиралью, мягче, чем четки, шелковистее, чем колючая проволока, бархатистее, чем веревка, и мельче, чем канат. Наконец можно прикоснуться к человеческой глупости, по случаю жары немного вязкой и клейкой.

Потом, если набраться терпения на час-другой, можно перед шероховатым вокзалом омочить тепло рук в изысканной прохладе пуговицы ложнослоновьей кости, расположенной не на месте.

57. Визуальное.

Все вместе оно зеленое с белой крышей, вытянутое, и с окнами. Их не первый встречный может сделать, окна-то. Площадка бесцветная, половина серая, половина коричневая, если хотите. Она вся заполнена кривыми, куча S, так сказать. Но в полдень, как сейчас, в час пик, это жуткое переплетение. Чтобы хорошо все изобразить, нужно вытянуть из этого месива прямоугольник белесой охры, поместить на конце овал охряной белесости и прилепить сверху темную охру колпака, окруженную щепоткой земли, по ходу дела сожженной и перемешанной. Потом нужно бросить туда желто-коричневое пятно, чтобы передать бешенство, красный треугольник, чтобы изобразить гнев, и капельку зелени, чтобы передать сдерживаемую желчь и жалкий страх.

После тебе в четверть волоска изобразят одно из этих милых маленьких темно-синих пальтушек с милой маленькой пуговичкой наверху, точно под вырезом.

58. Слуховое.

По касательному и громыхательному углу вдоль хранящего молчание тротуара проскрежетал S. Тромбон солнца бемолизировал полдень. Пешеходы пели волынками, выводя свои номера. Некоторые поднимались на полтона выше, чего было достаточно для перемещения их к воротам Шамперре на пассажах пения. Среди этих пыхтящих избранных фигурировала и кларнетная труба, которой невзгоды эпохи придали человеческую форму, а извращение шляпника присудило носить на литаврах инструмент, схожий с гитарой, окруженной собственными сплетенными струнами. Внезапно среди минорных аккордов большинства пассажиров, согласных пассажирок и блеющего тремоло алчного кондуктора разразилась бурлескная какофония, в которой ярость контрабаса смешалась с раздражением трубы и гулом басовых.

Потом, после вздоха, молчание, пауза и двойная пауза, разражается триумфальная мелодия пуговицы, пронизывающей верхнюю октаву.

59. Телеграфное.

Автобус битком тчк молчеловек длинная шея шляпа тесьмой обращается неизвестному пассажиру отсутствие повода тчк вопрос пальцев ног зажатых утверждает каблуком специально тчк молчеловек прерывает спор свободному месту тчк четырнадцать часов римплощадь молчеловек слушает советы друга поводу одежды тчк переместить пуговицу тчк подписано арктурус.

60. Ода.

Автобусом
Автобусон
Автобус S
Автобус он
Он мирно шел
Однажды днем
Своим путем
И чередом
Вблизи Монсо
Вблизи Монсон
Тем летним днем
О, жарким днем
А в нем пижон
С шеем длиннем
Носил шляпом
На головом
Автобусом
Автобусон
Его шляпом
Его шляпон
Тесьмой плетен
Был украшен
Автобусом
Автобусон
Заходят внутрь
Выходят вон
Там сильный давк
Там злой пихон
И наш пижон
С шеем длиннем
Орет как зверь
Пыхтит звонем
Мол, господин
Мол, господон
Нарочно пнул
Его ногом
Когда входил
Когда входон
Другой персон
Пассажирон
В автобусом
Автобусон
И наш пижон
С шеем длиннем
Тогда пошел
Ходом конем
И занял мест
Пустой местом
В автобусе
Автобусом
И я там был
И я был в нем
В автобусе
Автобусом
Через каких-то
Два часом
Опять узрел
Пред вокзалом
Санте-Лазар
Сант-Лазаром
Стоял пижон
С шеем длиннем
На нем пальтом
На нем пальтон
А рядом друг
Его другон
Ему на пуг
На пуговон
Казал рукой
Казал руком
Пред автобус
Автобусом
Коли рассказ
Мой рассказон
Вас впечатлил
Импрессазон
Ему внимай
Напряженон
Чтоб как-то раз
Зайдя в автон
В автобус S
Автобусон
Ты смог бы вдруг
Невзначарон
Засечь пижон
С шеем длиннем
В забавной шляп
В смешной шляпом
В смешном пальтом
В пальтом летом
И с пуговиц
С пуговицом
В автобусом
Автобусон

61. Перекрестные перемещения групп букв.

Полуколо жды одна озад фордня наплат нейме лина исавт заобусаия метмол илод очелогока совес длишой линкомн кошей, ето рыйн ушос ляпил, заок ружтесь менную енной плетой. Ругон егоб вдовин сосвоил сето дач, чното натна парост уму ете ногна увсяр акийз, паско сажиг дары вхот дявы дяти хо. Бычем впон рост, прекро рат спил чтоор, ситьбы брона бося сводсто еноме.

Аминеск часо льким и я снопо зжева егу первид едел овок Сазал Лазом арнпри сраз пригов телор еемя, емтор уый говок перор местиль еит ногнем оверх гопувн юю палиц его уьто.

62. Перекрестные перемещения групп слов.

Около однажды на полудня S я автобуса задней линии платформе, шеей заметил со человека слишком молодого который длинной, окруженную шляпу тесьмой заплетенной носил. Что обвинил соседа нарочно вдруг своего ему он, ногу тот наступает всякий на когда раз, и входят пассажиры выходят. Спор прекратил чтобы впрочем быстро, он свободное на броситься место.

Несколькими увидел перед часами снова я позже при разговоре его с вокзалом Сан-Лазар, который переместить говорил приятелем ему верхнюю его пальто немного пуговицу.

63. Эллинизмы.

В гиперавтобусе, полном петролонавтов, я испил из микрочаши в метапиковый хроном: один более чем икосапический гипотип в перициклическом петасе с эуцилиндрической макротрахеей эмфатически предает анафеме эфемера и анонима, который, как он псевдополагал, эпиступал ему на биподы, но заэурескопив кенотопию, перестопился, чтоб туда катапультироваться.

Спустя гистерохрон я эстетизил его перед сидеродромным агиолазарическим статумом, перипатирующим с консантропом, который засимволировал ему метакинез сфинктрического эллипса.

64. Ансамблическое.

В автобусе S рассмотрим множество А сидящих пассажиров и множество D стоящих пассажиров. На некоторой остановке найдется множество P ожидающих пассажиров. Пусть C — множество пассажиров, которые заходят в автобус, оно является подмножеством P и одновременно объединением множества C’ пассажиров, стоящих на площадке, и множества С’’ пассажиров, стремящихся сесть. Доказать, что множество C’’ пусто.

Z — пусть будет множество зазу, а {z} — пересечение Z и C’, содержащее единственный элемент. Посредством пошагового отображения на z некоторого y (элемента множества C’, отличного от z), происходит порождение множества M — слов, произносимых элементом z. В случае, когда множество C’’ является непустым, доказать, что оно состоит из единственного элемента z.

Пусть теперь P — множество пешеходов, расположенных перед вокзалом Сан-Лазар, {z}, {z’} — пересечение Z и P, B — множество пуговиц пальто z, B’ — множество возможных положений по z вышеназванных пуговиц, доказать, что отображение B на B’ не является взаимнооднозначным.

65. Определительное.

В крупном городском автомобильном публичном транспортном средстве передвижения, обозначенном девятнадцатой буквой алфавита, молодой эксцентрик, носящий прозвище, возникшее в Париже в 1942 году, обладающий несколько вытянутой частью тела, которая соединяет голову с плечами, и носящий на верхнем конце тела головной убор изменяющейся формы, окруженный толстой лентой, сплетенной в форме косы — этот молодой эксцентрик, вменяющий в вину индивидууму, перемещающемуся из одного места в другое, проступок, состоящий в размещении ног последнего одну за другой на его ноги, пускается в путь, чтобы разместиться на мебели, расположенной, чтобы он мог бы сесть, мебели, которая оставалась незанятой.

Сто двадцатью минутами позже я вижу его снова перед ансамблем зданий и железнодорожных путей, где находится склад товаров и совершается загрузка и выгрузка пассажиров. Другой молодой эксцентрик, также носящий имя, возникшее в Париже в 1942 году, предоставляет ему мнение относительно того, что он признает нужным сделать по поводу кружка металла, кости, дерева, и т. п., обернутого или нет в материю, служащего для соединения одежды, в данном случае мужской одежды, которую носят поверх всей остальной.

66. Танка.

Прибыл автобус,
В шляпе заходит зазу,
Как он несносен!
Позже перед вокзалом
Речь шла о пуговице.

67. Верлибр.

Автобус
заполнен
сердце
пустое
длинная
шея
плетеная
лента
плоские
ноги
плоские, сплющенные
опустевшее
место
и неожиданная новая встреча у вокзала тысячи угасших огней
этого сердца, и шеи, и ленты, и этих ног, и свободного места,
и этой пуговицы.

68. Трансляция.

В Y, в часослове пикета. Один типун тридцати двух летописей, мягкий шницель с теткой вместо леопарда, слишком длинный шиллинг, будто бы его специально вытягивали. Люминалы сходят. Этот типун ополчается на сосок. Он упрекает его, что тот толкает его всякий раз, когда кого-нибудь пропускает. Хныкающая тонкость, желающая казаться злой. Как только видит свободное месторождение, бросается туда.

Восемью часословами позже я встречаю его на Ронском плывуне перед волком Сан-Дизьер. Он вместе с пробиркой, которая говорит ему: «Тебе нужно разместить дополнительную пудреницу на твоем паллиативе», она объясняет ему куда (в вырубку) и зачем.

69. Липограмма.

Ну вот.

Остановка, автобус остановился. Туда заходит зазу со слишком длинной трубой, украсивший шляпу мягкой косой. Атака лап индивидуума, как итог — копыта, стопы и мозоли разбиты; потом прыжок на скамью, садится на стул, на котором никто не проявился.

Потом разговор на станции Сан-Ктотовот или Сан-Какбишьтам, товарищ говорит этому типу: «Твоя пуговица пальто, у груди, она находится слишком высоко».

Вот так.

70. Англицизм.

Ван дэй около миддэя я тэйк э бас и си там йанг мэна с грейт нэком и хэтом с плетеной лэсой. Вдруг этот янг мэн бикамз крейзи и аскэз э респектабл сэр вай хи наступает на его футы. Потом он ранс к незанятому ситу.

Через ту ауэрс я его си эгейн; он гоуз ап энд даун перед Сант Лазар стэйшн. Франт ему гивз эн эдвайс по поводу пуговицы.

71. Протеза.

Зоднажды боколо сполудня ау дпарка Омонсо, вна дзадней сплощадке спочти кзаполненного мавтобуса эя кзаметил смолодого дчеловека ос сочень кдлинной ешеей, зкоторый пносил гмягкий сфетр, кобернутый вплетеной утесьмой эвместо сленты. Увдруг сэтот киндивид нокликнул ксвоего мсоседа, бутверждая, ычто ртот жнарочно знаступает вему пна пноги свсякий зраз, нкогда упропукает дпассажиров. Лвпрочем, щон фбыстро жпрекратил сперебранку, нбросившись шна лосвободившееся кместо.

Рдвумя вчасами упозже ыя жувидел рего зперед квокзалом Эсан-Блазар спри тразговоре лс кприятелем, шкоторый пдавал дему псовет гпо дповоду кпуговицы зего пппппппппппппалллльто.

72. Эпентеза.

Однаржды окосло полувдня нра засдней пламтформе авторбуса S я зажметил молодрого челоквека с осчень длингной шезей, котгорый ностил мягхкий фестр, обержнутый пулетеной тесрьмой вмелсто лебнты. Внезнапно осн оклжикнул свошего соследа, утвердждая, чито тост наромчно наструпает емку нва новги, всяркий рамз, когуда промпускает пассанжиров. Впродчем, орн быстаро прекератил спрор, чтонбы брослиться нша пукстое мерсто.

Нескнолькими частами понзже я увридел егло персед вокзалтом Саун-Лазеар пури разговторе с притятелем, котомрый говрорил емлу немтного перекшить верхнюмю пугосвицу есго палллллллллллллллллллллльто.

73. Парагог.

Однаждыс околом полудняр нам заднейк площадкеер автобусам ял заметилс молодогон человекан сос слишкомт длиннойс шеейт, которыйк носилв шляпур, окруженнуюл плетенойг тесьмойг вместом лентыб. Вдругу онт окликнулд своегол соседал, утверждаяв, чтор тотр нарочнот наступаетр емул нас ногил каждыйв разл, когдат входятс илим выходятс пассажирык. Впрочем, он быстро прекратилд спорт, бросившисьт нам освободившеесям местоб.

Двумяр часамиб позжек яу увидела егоц передр вокзалому Сано-Лазаро приз разговорем ст приятелему, которыйл советовалт емуд перешитьл верхнююл пуговицуд егор пальтоооооооооооооооооооо.

74. Части речи.

Существительные: полдень, парк, Монсо, площадка, автобус, линия S, человек, шея, фетр, тесьма, лента, индивид, сосед, нога, раз, пассажир, перебранка, место, час, вокзал, Сан, Лазар, друг, вырез, пальто, помощь, портной, пуговица.

Прилагательные: задний, заполненный, молодой, длинный, мягкий, обернутый, плетеный, свободный, сведующий, дополнительный.

Глаголы: замечать, носить, окликать, утверждать, наступать, пропускать, прекращать, бросаться, видеть, советовать, уменьшить, размещать.

Местоимения: я, этот, своего, тот, ему, всякий, он, я, его, ему, какой-нибудь, который.

Наречия: однажды, около, очень, вдруг, нарочно, впрочем, быстро, позже, там.

Предлоги: у, на, с, вместо, перед, с.

Частицы: что, когда, бы.

75. Метатеза.

Однаджы олоко понудля на зандей лпощадке авотбуса я затемил чеволека со сликшом лдинной шейе и шпялой, окружненой вдиом бечкеви. Врдуг он заялив, чот еог досес спелиацьно пастунает уме на ниго. Но преврав сросу, он попшесил на сдобовное метсо.

Вдумя чамаси зопже я гео свона удивел репед ковзалом Нас-ЛаРаз в копмании перносажа, ротокрый далав еум восеты по подову пувогицы.

76. Спереди-сзади.

Однажды спереди полудня на задней площадке автобуса спереди почти переполненного сзади, я наблюдаю спереди человека, сзади которого была спереди слишком длинная шея сзади и шляпа, спереди окруженная плетеной сзади тесьмой вместо ленты спереди. Вдруг он сзади принялся спереди разносить соседа сзади, который, говорил он спереди, наступал сзади ему на ноги спереди каждый раз, когда сзади пропускал пассажиров спереди. Потом он сзади пошел садиться спереди, так как сзади одно место освободилось спереди.

Сзади несколько позже я увидел его спереди вокзала Сан-Лазар сзади с другом спереди, который сзади давал ему советы элегантности.

77. Собственные имена.

На задней Поле Щацкой полного Авто Бусина я наблюдал однажды Че Ловека со слишком длинным Шуйским и Шапокляком, окруженным Тесей Мой, а не Ле Нтогом. Внезапно Че Ловек окликнул Дора Гога, который растаптывал ему Нон-Оглы и Мозы Ойлы всякий раз, когда заходили или выходили Паши Жиры. Впрочем, Че Ловек быстро оставил Сосо Ру ради Севы Бодного Сида Ния.

Двумя Сашами позже, я снова увидел Че Ловека перед Сан-Лазаром при Розе Воре с Петро Ятелем, который советовал ему обратиться обратиться к Порто Ному, чтобы тот заставил подняться трехсантиметрового Пуговюля.

78. Лушербем.

Однажды около луднпоря на задней лщадкеплое лобусавтора я лиделувал липтона с длинной лешестей и ляпшортой, окруженной лесьметой вместо лентары. Внезапно он лринялепся лугариться со своим лоседсотом, потому что тот наступал ему на логетны. Но, не лодолженпрая, он лосибилбрся к лободнотесвому лестарму.

Позже я его лувидрел перед локзалветом Лан-сен Лазарлуль с липостпом в его ланранже, который ему лавадокал ловеторесы по ловодекопу луговицастпы.

79. Жаване.

Одванажвады овоковоло поволувудня в вавотовобувусе ливинивии эсве я вувидевел моволоводового чевелововека сав вочевень двеливинной шевей ви шволявяпой, вокворувужевенной бевечевекой вмевесто левенты. Вневезавапно вон вокволивикнувул свовоевего совосеведа, вутвувервеждавая, вочто вон вему спевецивиавально навастувупавает нава новоги. Вон превекраватил бывыстворо сповор, чтовобы вобровосивиться нава восвобоводновое мевесто.

Двувумя чавасавами повозже ява евего сновова вувивидевел певеред воквозавалом Саван-Лавазар приво развогововоре сво привиявятевелем, ковотоворый вевему гововорил вумевеньшить вывырез вего павальто приви подвонивимаванивии кевем-нивибудь ковомпеветенветным вервехней пувугововивицы возвонаваченвенового павальто.

80. Антонимическое.

Полночь. Идет дождь. Проходит почти пустой автобус A. Недалеко от Бастилии старик без шляпы с передней площадки, у которого голова вошла в плечи, благодарит даму, расположенную очень далеко от него, за то, что она гладит ему руки. Потом он отправляется встать на колени человека, который все еще занимает свое место.

Двумя часами раньше позади Лионского вокзала этот старик затыкает себе уши, чтобы не слышать оборванца, который отказывался говорить, что ему нужно опустить прорезь нижней пуговицы его кальсон.

81. Макароническое.

Солем в зенитум регионум, атмосферум колорус магниссимус. Сенаторус, популюс, плебсус садутум в прекомплектнум аутобусус. В уно дистриктинум аутобусусе, деноминированном S, види человекум квази юнум, с шеум мульти лонгированным и шапитом с галуном трессато циркалум. Сэтот юниорум инсультавит алтерум гоминум, проксиматиус эратус наступатис ему на ногис. Пост саденисем либрам видамом, цирикулуемус тудатус.

Солем дуас орас по небусу спускалсум. Перед ферокаминорум статиум Санкти Лазари пассеритус дистриктинум юнум с аналогом гоминум, арбитрус элегантрус, ква апропо уно пуговицум томуто юниоруму консилиум даватум.

82. Омофоническое.

Одна жады окала пол луня, назад ей прощать (кхе!), а в то бусая за мил чая, молот дога, чело века, SOS! ли шиком длинношее и стезь мой вместо лент, ты — наш ляп, е-е. Вне за пня онок ликает со седа, о! блинная, и во что-то (ты на!) рожь, но на стул палит и Муна нагой. Носа вы дев свой бот, но ем ест топ, рек раст — чае (тсс!) пор, и идиот с одицей.

Нем, но гопоз же, ясно — во, зам, этил и во перт, во, казал ОМ, салазань. Он бы лез дыру гам, кот, о! рыл, с вето вал, ему першит верх, не, у пуха в лице и в — опа — лето.

83. Итальянизмы.

Уоно джорне у полудено ио стояло уно платформо аутобусо и жио уоме увидило? Ио увидило уоно джуно гуоме усо длинно шуомо аве верево округо каппела. Э ито дито джуно гуоме ругасся уоно пуэвре гуоме, комо ило импровировало наступоно уоме суно пьеде, кроме пуэвре гуоме не настунало уоме суно пьеде, но как ило видимо уоно либеро седиссимо, уоно корридо сидерсило.

А уоне уоре ио евоно видило суново, комо асколтило консилы ото уоно беллиссимо гуоме пропосто буттоно у палеттоно.

84. Dlia Anglichian.

Odnazhdi okolo poludnya ia zachel v autobus na vorota Changparay. On bil pochti polon. Ia vse zhe zachel i uvidel tam cheloveka s otchen’ dlinnoy cheey i chliapoy, okruzhennoy tipom pletennoy betchevki. Etot messier razgnevalsia na individuuma, kotoriy nastupal emu na nogi, potom on pochel saditsia.

Nemnogo pozzhe ia snova uvidel ego pered vokzalom Sanktlazar v companii dendi, kotoriy sovetoval emu nemnogo pereshit’ pugovitcu ego pal’to.

85. Контрпетри.

Олнажды оподо колудня на пладней зощадке абтовуса я увичел деловека сло сишком шинной длеей и шлярой, окпуженной бетеной плетевкой. Внетапно эзот тик опликает ссоего воседа, котопый настурает егу на номи. Поном от покежал б мободному свесту.

Пумя часами двузже я есно гона удивел веред покзалом Лан-Сазар сли выпрушивании доветов от сенди.

86. Ботаническое.

После ожидания не фунта изюма под чудо-подсолнухом я прививаюсь в полную горницу людей, прорастающую летом тем же цветом. Там я откапываю молодой баклажан, отправившийся на картошку, с высоко висящей грушей и широким венчиком огородного чучела. Этот огурчик, съевший лимон, плакучей ивой лузгает на соседнюю грядку, откуда ему достается на орехи. Но его горох ударяется об стену, и приняв лук от семи недуг, он высаживается в темнице, коса на улице.

Позже он снова прорезается мне перед пригородными тропами, где яблочко от яблони приносит ему каштаны по поводу ста одежек, всех без застежек.

87. Медицинское.

После непродолжительного сеанса гелиотерапии я боюсь быть помещенным в карантин, но в конце концов поднимаюсь в карету скорой помощи, полную лежачих больных. Там я диагностирую вялотекущую гастрологию хронического гигантизма с трахеидальной элангацией и ревматизмом, деформирующим ленту его шляпы. Внезапно этого кретина одолевает приступ истерического кризиса, поскольку один доходяга травмирует ему мозоли. Излив желчь, он помещается в изолятор для щадящего лечения своей конвульсии.

Позже я снова увидел его стоящим в состоянии ремиссии перед Лазаретом, как раз когда он получал консультацию от одного шарлатана по поводу фурункула, который обезображивал его грудину.

88. Оскорбительное.

После омерзительного стояния на гнусной жаре я все же вперся в грязный автобус, где жалась толпа придурков. Самым большим придурком из всех был прыщ с немеряным свистком, выпячивающий уродский кепчур с веревкой вместо ленты. Этот наглец принялся выступать, что старый козел, впавший в маразм, оттаптывает ему копыта; но тут же сдрейфил и смылся на свободное место, еще теплое от пота чужой задницы.

Двумя часами позже, вот не везет, я снова попал на того же придурка, когда он разглагольствовал с другим уродом перед этим сволочным сооружением по прозвищу санлазарский вокзал. Они трепались по поводу пуговицы. Я сказал себе: опускай он, поднимай свой прыщ — все равно останется поганым уродом, придурок.

89. Гастрономическое.

Протомившись на слабом открытом огне до золотистой корочки, я наконец попробовал фисташкового десерта, полного орешков, как перезрелый сыр живчиков. Среди этого винегрета я заметил одного пельменя с колбасой длинной, как день без хлеба, и гренком на голове, окруженным чем-то вроде проволоки для разрезания масла. Этот цыпленок табака принялся подниматься на дрожжах, как кислое тесло, поскольку некий сухарь делал из него ромбабу, уминая его лапки тяжелым прессом. Но он быстро перестал взбивать сметану до состояния пены, чтобы дать отстояться в освободившейся форме.

Я как раз повторно взял фисташковый десерт перед буфетом вокзала Сан-Лазар, когда снова увидел моего пельменя с длинной колбасой, поданного с гарниром из жареного фрукта того же теста, который диктовал ему рецепт украшения на корочке. Шоколадной корочке.

90. Зоологическое.

В час, когда львы идут на водопой, нас везли в вольере к площади Шамперре, и я заметил зебру со страусиной шеей, которая носила бобрик, окруженный сороконожкой. Внезапно этот жирафенок принялся беситься под предлогом, что соседняя тварь отдавила ему копыта. Но чтобы не получить по рогам, он поскакал к оставленной норке.

Позже перед зоосадом я снова увидел того же петушка, когда он перечирикивался с птичкой зазу по поводу своего оперенья.

91. Бессильное.

Как передать ощущение, которое производит контакт десяти тел, зажатых на задней площадке автобуса S, однажды около полудня, поблизости от улицы Лиссабон? Как пересказать впечатление от персонажа с деформировано длинной шеей, у которого лента неизвестно почему заменена куском бечевки? Как передать впечатление, которое производит грубость невозмутимому пассажиру, несправедливо обвиненному в хождении по ногам кое-кого, и этот нелепый кое-кто оказывается вышеописанным персонажем? Как передать впечатление, которое провоцирует бегство этого последнего, скрывающего свое малодушие за слабым предлогом использования сидячего места?

Наконец, как сформулировать впечатление, которое вызывает новое появление этого молодца перед вокзалом Сан-Лазар двумя часами позже в компании элегантного друга, подсказывающего ему варианты улучшения одежды?

92. Стиль модерн.

Однажды около полудня мне довелось присутствовать в омнибусе при следующей небольшой трагикомедии. Франт, обремененный длинной шеей и, странное дело, тонкой леской вокруг котелка (мода, которая нынче расцветает пышным цветом, но которую я отвергаю), посреди давки внезапно возмущается, обращаясь к соседу с надменным упреком, плохо скрывающим слабый, скорее всего, характер, обвиняя его в регулярном растаптывании его лакированных туфель каждый раз, как дамы и господа заходят и выходят на пути к воротам Шамперре. Франт не стал ждать, когда ему будет дан отпор, который, без сомнения, привел бы к поединку, и быстро влез на империал, где его ожидало свободное место, поскольку граждане, занимающие наше средство передвижения, только что ступили на мягкий асфальт тротуара площади Перьер.

Двумя часами позже, когда я все еще находился на этом империале, я заметил молокососа, только что вам представленного, который, казалось, наслаждался беседой с другим молодым франтом, дающим ему блестящие советы относительно фасона манто, принятого нынче в свете.

93. Вероятностное.

Контакты между обитателями большого города настолько многочисленны, что не следует удивляться, если иной раз между ними происходят трения обыкновенно незначительного характера. Так, мне недавно довелось присутствовать при одном из таких столкновений, лишенном той душевности, которая обычно имеет место в транспортном средстве, предназначенном для общественных перевозок в парижском регионе в час пик. С другой стороны, не было ничего удивительного в том, что мне случилось стать зрителем этого события, ибо я часто перемещаюсь именно таким образом. В тот день произошел инцидент ничтожной величины, но мое внимание было главным образом привлечено физической стороной и головным убором одного из главных действующих лиц этой мизерной драмы. Это был человек еще молодой, но у которого шея была длины, вероятно, значительно превышающей среднюю, а вместо ленты шляпу обвивала плетеная тесьма. Любопытно, что я увидел его снова двумя часами позже, когда он выслушивал советы одежного порядка, которые давал ему приятель, в компании которого он прогуливался взад и вперед, чем, по моему мнению, уже можно было пренебречь.

Вероятность, что произойдет еще и третья встреча, была чрезвычайна мала, и действительно, с того дня я никогда больше не видел этого молодого человека, что вполне согласуется со справедливыми законами правдоподобия.

94. Портрет.

Стил — это двуногое существо с чересчур длинной шеей, которое около полудня преследует автобус линии S. Он особенно привязан к задней площадке, где и имеет привычку располагаться этот сопляк с гребнем на макушке, окруженным наростом толщиной в палец, немного похожим на веревку. Пребывая в мрачном расположении духа, он охотно атакует существ более слабых, чем он сам, но при столкновении с хоть каким-нибудь ответным ударом, сбегает во внутреннюю часть транспортного средства, где старается, чтобы о нем забыли.

Его можно также видеть, хотя и намного реже, в окрестностях вокзала Сан-Лазар во время линьки. Он сохраняет свою прежнюю кожу для защиты от зимних холодов, но часто разгрызает ее по всей длине, чтобы тело могло проникать внутрь, этот сорт пальто должен захлопываться достаточно высоко благодаря искусственным приспособлениям. Стил, неспособный открывать их сам, идет в таком случае искать помощи другого двуногого, близкого ему вида, который заставляет его проделывать эти упражнения.

Стилография — это область теоретической и дедуктивной зоологии, которой можно заниматься в любое время года.

95. Геометрическое.

В прямоугольном параллелепипеде, расположенном длинной стороной вдоль прямой линии уравнения 84 x + S = y, гомоид А, представляющий собой сферический свод, окруженный двумя синусоидами, поверх цилиндрической части длины l > n, демонстрирует точку касания с тривиальным гомоидом В. Доказать, что эта точка касания есть точка возврата.

Если гомоид А встречает гомологичного гомоида С, то их область соприкосновения есть круг радиуса r < l. Определить высоту h его точки касания по отношению к вертикальной оси гомоида А.

96. Крестьянское.

Не обладали мы энтими маненькими кусками бумаги с номерками, и однако ж мы все же зашли в энту тарантаску. И раз мы себе тама оказались, на энтой площадке энтой тарантаски, что зовется, как это по-ихнему, автобус, мы почувствовали себя зажатыми, занемевшими, усохнемевшими. Наконец, после того как мы вконец ужмыхались, мы окинули взором окрест нашей персоны, и чаво ж мы тама усмотрели? Великого такого дылду с энтакой шеей и энтакой небывалой на башке покрышкой. Шея у него была слишком длинной. А кепарик был с плетенкой вокруг, вот те крест. И вот, чаво это он вдруг взъярился? Ну, с энтакой уж он обратился речью к энтому бедному мусью, ну, с энтакой злобой, как ж только мог, но и вот ужо побёг садиться, энтот-то дылда.

Ладысь, энтакое бывает токмо в большом городе. Могли бы вы себе токмо представить, что мы еще раз с ним повстречались, с энтим-то дылдой. Не позжа, чем опосля двух часов, перед большим домищем, которое, кажись, было чем-то вроде дворца епископа Пантрюшского, как энто по-ихнему говорится, когда ихний город по ихнему прозвищу называют. Он был тама, тот же дылда, и болтался туда-сюда с другим парнишкой того ж сорта, и чаво ж он воному говорил, другой-то парнишка того ж сорта? Он говорил, другой парнишка того же сорта, он ему говорил: «Ты должон перешить энту пуговицу вон сюды, малость повыше, так-то будет ладно». Вот чаво он воному говорил, большой-то дылде, энтот другой парнишка того ж сорта.

97. Междометия.

Псс! Хе! Ах! Ох! Ум! Ах! Уф! А! Вот! Ох! Пф! Паф! Ой! Ай! А! Хо! Хе! Пфф!

Вот! А! Пф! Ох! Хе! Бац!

98. Претенциозное.

Это происходило около окрестностей июльского полудня. Солнце в сиянии множества стрел царило над горизонтом. Асфальт мягко трепетал, источая нежный аромат гудрона, наводящий больных раком на мысли, одновременно наивные и горькие относительно источника их заболевания. Автобус, чьи цвета — зеленый и белый, и вился таинственный стяг S, следовал от парка Монсо с малым числом избранных в кандидаты в пассажиры во влажных рамках растворения пота. На задней площадке этого шедевра современной французской автомобильной индустрии, где везомые размещены были подобно сельдям в бочке, некий повеса, постепенно приближающийся к тридцати, носящий меж шеей квазизмеиной длины и шляпой, обведенной струною, голову столь же невзрачную, сколь и плюмбаговую, поднял голос, чтобы пожаловаться с непритворной горечью, которая, казалось, исходила из стакана горечавки или другой жидкости с похожими свойствами, на явление повторяющегося тычка, которое, как он полагал, имело своим источником сопользователя hic et nunc в ООТПР. Он взялся развивать свою жалобу кислым тоном старого видама, которого ущипнули за мягкое место в писсуаре и который, по своей экстраординарности, не одобрял такого поведения и не играл в эти игры. Но, завидев свободное место, он тут же кинулся к нему.

Позже, когда солнце уже опустилось на несколько степеней по парадной лестнице знаменитого парада, и когда мчался я опять в другом автобусе той же линии, я снова увидел вышеописанного персонажа, что перипатическим образом направлялся к площади Рима в компании с индивидуумом ejusdem farinoe, на месте, посвященном циркуляции автомобилей, дававшим ему советы элегантности, которые не простирались дальше пуговицы.

99. Неожиданное.

Приятели были в кафе, когда к ним присоединился Альберт. Вокруг стола сидели Рене, Роберт, Адольф, Жорж, Теодор.

— Ну, как дела? — сердечно спросил Роберт.

— Нормально, — сказал Альберт.

Он подозвал официанта.

— Мне пикон, — сказал он.

Адольф повернулся к нему:

— Ну, Альберт, что новенького?

— Ничего особенного.

— Погода хорошая, — сказал Роберт.

— Немного холодно, — сказал Адольф.

— Да, я видел сегодня нечто забавное, — сказал Альберт.

— Но все же жарко, — сказал Роберт.

— Что? — спроси Рене.

— В автобусе, когда ехал обедать, — ответил Альберт.

— В каком автобусе?

— В S.

— И что же ты видел? — спросил Роберт.

— Я их пропустил, наверное, штуки три, пока смог зайти.

— В такое время в этом нет ничего удивительного, — сказал Адольф.

— Ну, так что же ты видел? — спросил Рене.

— Там было тесно, — сказал Альберт.

— Хорошая возможность ущипнуть кого-нибудь за попку.

— Пуф! — сказал Альберт. — Речь не об этом.

— Тогда рассказывай.

— Поблизости от меня был один смешной тип.

— Какой шеей? — спросил Рене.

— Длинный, тощий, со смешной шеей.

— Какой? — спроси Рене.

— Как если бы ему ее нарочно вытягивали.

— Пролонгация, — сказал Жорж.

— И его шляпа, я еще подумал: смешная шляпа.

— Какая? — спросил Рене.

— Без ленты, но с плетеной тесьмой вокруг.

— Забавно, — сказал Роберт.

— К тому же, — продолжал Альберт, — он оказался занудой, этот тип.

— Как так? — спросил Рене.

— Он взялся разносить своего соседа.

— За что? — спросил Рене.

— Он утверждал, что тот наступает ему на ноги.

— Нарочно? — спроси Рене.

— Нарочно, — сказал Альберт.

— А потом?

— Потом? Он пошел садиться, вот так.

— И все? — спросил Рене.

— Нет. Самое забавное, что я увидел его снова через два часа.

— Где? — спросил Рене.

— Перед вокзалом Сан-Лазар.

— Чего это он там шнырял?

— Я не знаю, — сказал Альберт. — Он прогуливался взад-вперед со своим знакомым, который показывал, что на его пальто пуговица расположена слишком низко.

— Но я и в самом деле дал ему такой совет, — сказал Теодор.

Оглавление.

Упражнения в стиле. 1. Фиксация. 2. Частично удвоенное. 3. Литоты. 4. Метафорически. 5. Обратный ход. 6. Удивления. 7. Сон. 8. Предсказания. 9. Синшиза. 10. Радуга. 11. Лого-ралли. 12. Неуверенности. 13. Уточнения. 14. Субъективная сторона. 15. Другая субъективная сторона. 16. Рассказ. 17. Словообразование. 18. Отрицания. 19. Анимизм. 20. Анаграммы. 21. Различие. 22. Гомеотелевт. 23. Официальное письмо. 24. Аннотация. 25. Ономатопея. 26. Логический анализ. 27. Упорство. 28. Несознанка. 29. Прошедшее неопределенное время. 30. Настоящее время. 31. Простое прошедшее время. 32. Прошедшее несовершенное время. 33. Александрийский стих. 34. Полиптота. 35. Афереза. 36. Апокопа. 37. Синкопа. 38. Вот я ж. 39. Восклицания. 40. И тогда. 41. Выспренное. 42. Вульгарное. 43. Допрос. 44. Комедия. Акт 1. Акт 2. Акт 3. 45. Реплики в сторону. 46. Парехеза. 47. Призрачное. 48. Философское. 49. Апострофа. 50. Неловкое. 51. Непринужденное. 1. 2. 52. Пристрастное. 53. Сонет. 54. Обонятельное. 55. Вкусовое. 56. Осязательное. 57. Визуальное. 58. Слуховое. 59. Телеграфное. 60. Ода. 61. Перекрестные перемещения групп букв. 62. Перекрестные перемещения групп слов. 63. Эллинизмы. 64. Ансамблическое. 65. Определительное. 66. Танка. 67. Верлибр. 68. Трансляция. 69. Липограмма. 70. Англицизм. 71. Протеза. 72. Эпентеза. 73. Парагог. 74. Части речи. 75. Метатеза. 76. Спереди-сзади. 77. Собственные имена. 78. Лушербем. 79. Жаване. 80. Антонимическое. 81. Макароническое. 82. Омофоническое. 83. Итальянизмы. 84. Dlia Anglichian. 85. Контрпетри. 86. Ботаническое. 87. Медицинское. 88. Оскорбительное. 89. Гастрономическое. 90. Зоологическое. 91. Бессильное. 92. Стиль модерн. 93. Вероятностное. 94. Портрет. 95. Геометрическое. 96. Крестьянское. 97. Междометия. 98. Претенциозное. 99. Неожиданное.