Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен.

Человеческая цивилизация существует уже более 6000 лет, и за это время человечество накопило колоссальный запас мудрости в виде философских трактатов, этических сочинений, художественных произведений или просто универсальных принципов, устоев и норм, согласно которым живет и сейчас наше общество. В нынешнее динамичное время стал особенно популярен жанр афоризма как емкий источник многовековой человеческой мудрости, экстракт мысли, заключенный в совершенную форму законченного лаконичного высказывания. Нередко афоризмы рождаются как в рамках каких-либо произведений, так и самостоятельно. Сегодня известно немало авторов, которые сделали афоризм основой своего творчества, что говорит о востребованности этого жанра в нашей жизни.

«Всемирная энциклопедия афоризмов» собрала в себе изречения, афоризмы, цитаты, стихотворные отрывки, философские мысли, оставленные нам выдающимися деятелями всего мира: древними философами, античными драматургами, средневековыми моралистами, художниками и поэтами Возрождения, учеными и писателями Просвещения, знаменитыми политиками, актерами, специалистами в различных областях знаний – словом, теми, кто так или иначе повлиял на мировоззрение современников и последователей, на культурный прогресс человечества.

Авторы книги – представители разных народов и времен, выходцы из различной социальной среды, специалисты многих сфер деятельности, а их афористическое наследие, собранное здесь, включает как лаконичные философские высказывания, отрывки из нравоучительных трактатов, так и ироничные заметки, остроты, каламбуры. Нередко одна и та же мысль повторяется разными авторами в разное время, и в этом случае мы можем говорить о связи поколений, об извечной актуальности волнующих нас вопросов и тем. Но столь же часто мудрые противоречат друг другу, что дает нам, читателям, возможность, опираясь на их мнение и опыт, все же самим принимать решение по той или иной проблеме.

Многообразие тем, затронутых авторами этой книги, поистине всеохватно, как и многообразие жизненных интересов каждого из нас: рассуждения о законах существования, о страстях человеческих, о пороках и добродетелях, высказывания о представителях противоположного пола, тонкие советы на все случаи жизни и остроумные наблюдения за явлениями бытия.

Все мысли, афоризмы, цитаты одного автора собраны в одну статью и расположены по алфавиту первого слова. Каждую статью открывает краткий биографический очерк, из которого читатель сможет узнать об основных датах и этапах жизненного пути автора, а также названия прославивших его произведений.

Наша «Всемирная энциклопедия афоризмов» будет интересна и полезна всем, стремящимся к постижению мировой мудрости.

Абу-ль-Фарадж бен-эль-Гарун (Григорий Бар-Эбрей).

(1226–1286).

Сирийский писатель, священник.

Родился в Малатье (современная Турция) в христианской семье. Бар Эбрей – прозвище, означающее «сын еврея», имя «Григорий» получил при крещении. Однако поскольку основные сочинения написаны им на арабском языке, Абу-ль-Фарадж более известен по арабизированной форме своего имени. В 1246 г. стал епископом Гулы, а в 1264 г. – мафрианом яковитов Месопотамии, на этом посту оставался до самой смерти. Многое сделал для укрепления почетного положения христиан в Передней Азии. Умер в Мараге (современный Иран). Абу-ль-Фарадж – один из самых выдающихся и плодовитых сирийских писателей. За глубокие познания во многих науках и стиль изложения был назван современниками «Краса века». Сегодня известны многие работы Абу-ль-Фараджа: «Краткая сирийская грамматика», богословское сочинение «Сокровища тайн» и в том числе его главный исторический труд «Хроника».

Будь осторожен с женитьбой, чтобы с тобой не произошло то же, что стало с рыбами и сетью: те, что были внутри сети, стремились покинуть ее, а те, что были вне ее, жаждали попасть внутрь.

Вино сообщает каждому, кто пьет его, четыре качества. Вначале человек становится похожим на павлина – он пыжится, его движения плавны и величавы. Затем он приобретает характер обезьяны и начинает со всеми шутить и заигрывать. Потом он уподобляется льву и становится самонадеянным, гордым, уверенным в своей силе. Но в заключение он превращается в свинью и, подобно ей, валяется в грязи.

Все земные страсти бесплодны. Те, которые пережиты, подобны снам, те же, которые нас ожидают, закончатся для тех, кто еще надеется, разочарованием.

Глуп тот, кто причиняет себе зло ради того, чтобы сделать добро своему другу.

Глупец не испытывает огорчений от скудости своего ума.

Глупца легко узнать по двум признакам: он всегда говорит так, что в его словах нет для него никакой пользы, и он всегда вмешивается не в свое дело.

Глупцы замечают только промахи людей и не обращают внимания на их достоинства. Они подобны мухам, которые норовят сесть только на воспаленную часть тела.

Душа, в которой отсутствует мудрость, мертва. Но если обогатить ее учением, она оживет, подобно заброшенной земле, на которую пролился дождь.

Земные страсти подобны морской воде. Чем больше ее пьешь, тем сильнее испытываешь жажду.

Знание – столь драгоценная вещь, что его не зазорно добывать из любого источника.

Избегай многословия, ибо оно подобно большому пространству, на котором множество камней преткновения.

Когда люди спорят потому, что стремятся к истине, то спор неминуемо должен прекратиться, ибо истина бывает только одна. Когда же спорящие стремятся не к истине, а к победе, тогда спор все более разгорается, ибо ни один не может выйти победителем в споре без того, чтобы его противник не оказался побежденным.

Кратковременная неудача лучше кратковременной удачи.

Лучшая похвала – та, что исходит от человека, которому ты ничего хорошего не сделал.

Лучше время от времени недоедать, чем переедать.

На что похожа женщина, у которой нет мужа? На речное русло, по которому не течет вода.

Не надейся на вспыльчивого друга, даже если сам по натуре он добрый человек.

Не пренебрегай маленькими людьми – они могут помочь тебе возвыситься.

Обильная еда вредит телу так же, как изобилие воды вредит посеву.

Один философ женился на малорослой и тощей женщине. Его спросили, почему он так сделал. И ответил он: «Я выбрал меньшее зло».

Ошибки, допущенные при рисовании, все видят и критикуют; ошибки же, допущенные врачом, скрывает земля.

Пища, которую организм не переваривает, съедает того, кто ее съел.

Плох человек, ничего не знающий и не пытающийся что-нибудь узнать. Ведь в нем соединились воедино два порока.

Почему завистники всегда чем-то огорчены? Потому что их снедают не только собственные неудачи, но и успехи других.

Правители нуждаются в мудрецах значительно больше, чем мудрецы в правителях.

Пусть мысли, заключенные в книгах, будут твоим основным капиталом, а мысли, которые возникнут у тебя самого, – процентами на него.

Пьянство – мать всех пороков.

Распущенность проявляется не только в поступках, но и в словах.

Самое тяжелое оскорбление – это то, что происходит от человека, которому ты не сделал ничего плохого.

Снисходительное отношение к глупости присуще каждому умному человеку.

Терпение – прекрасное качество, но жизнь слишком коротка, чтобы терпеть.

То, что скрываешь от врага, не сообщай и другу, ибо нет гарантии, что дружба будет длиться вечно.

Удивительно устроен человек – он огорчается, когда теряет богатство, и равнодушен к тому, что безвозвратно уходят дни его жизни.

Умеренность – союзник природы и страж здоровья. Поэтому, когда вы пьете, когда вы едите, когда двигаетесь и даже когда вы любите, – соблюдайте умеренность.

Умный человек всегда соглашается с другим умным человеком, глупый же обычно не соглашается ни с умным, ни с глупым.

Умный человек утешается тем, что сознает неизбежность случившегося. Дурак утешается тем, что и с другими произошло то же, что и с ним.

Человек, который с самого начала ведет себя достойно, избавлен от угрызений совести.

Я знаю немного, но то, что знаю, я знаю в совершенстве.

Я часто раскаиваюсь в том, что говорил, но редко сожалею о том, что молчал.

Аврелий Августин (Блаженный).

(13.11.354–28.09.430).

Крупнейший христианский мыслитель, один из «отцов церкви».

Родился в Тагасте (сегодня Сук-Арас, Алжир), в Африке. Изучал риторику и философию в Карфагене, Риме, Милане. Написал автобиографию под названием «Исповедь». Этот труд, а также трактат «О граде божием» являются наиболее известными его произведениями. В них он подверг осуждению ошибочные учения, которым сам длительное время следовал: скептицизм, манихейство и другие еретические течения. Его память отмечается Католической Церковью 28 августа, Русской православной церковью – 15 июня по старому стилю.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Благодать есть осмысленный акт воли, направленный к достижению спасения.

Блаженство есть наслаждение высшим благом.

Бог выше всяких определений.

Бог нас создал для себя, и наше сердце будет неспокойным, пока не упокоится в Тебе.

Будем же верить, если не можем уразуметь.

Быть мудрым означает умереть для этого мира.

В необходимом – единение, в сомнительном – свобода, во всем – любовь.

Великая бездна – сам человек, волосы его легче счесть, чем его чувства и движения сердца.

Вера вопрошает, разум обнаруживает.

Вера состоит в том, что мы верим тому, чего не видим; а наградой за веру является возможность увидеть то, во что мы верим.

Верь, чтобы понимать.

Возлюби Бога и поступай как хочешь.

Воля в нас всегда свободная, да не всегда добрая.

Время врачует раны.

Все человеческие беды происходят оттого, что мы наслаждаемся тем, чем следует пользоваться, и пользуемся тем, чем следует наслаждаться.

Всем нравится красивая лошадь, но почему-то совершенно нет желающих ею стать.

Всякий охотнее согласится плакать, владея здравым умом, нежели смеяться в состоянии помешательства.

Вы ослеплены золотом, сверкающим в доме богатых; вы, конечно, видите, что они имеют, но вы не видите, чего им недостает.

Гордыня – вера в свое смирение.

Для изучения языка гораздо важнее свободная любознательность, чем грозная необходимость.

Если бы Бог назначил женщине быть госпожой мужчины, он сотворил бы ее из головы, если бы – рабой, то сотворил бы из ноги; но так как Он назначил ей быть подругой и равной мужчине, то сотворил из ребра.

Если зла нет, то самый страх перед злом есть зло.

Жадность заключается в желании иметь более, чем необходимо.

Жизнь говорящего имеет больше значения, чем любая речь.

Забавы взрослых называются делом, у детей они – тоже дело.

Заботы о погребении, устройство гробницы, пышность похорон – все это скорее утешение живых, чем помощь мертвым.

Злой человек вредит самому себе прежде, чем повредит другому.

Злом называется и то, что человек совершает, и то, что он терпит. Первое – это грех, второе – наказание. Человек совершает зло, которое хочет, и терпит зло, которого не хочет.

Каждое существо до тех пор, пока оно существует, должно обладать качеством доброты – точно так же, как обладает качеством существования.

Как тишина есть отсутствие всякого шума, нагота – отсутствие одежды, болезнь – отсутствие здоровья, а темнота – света, так и зло есть отсутствие добра, а не нечто, существующее само по себе.

Когда люди думают о Боге, которого не в состоянии постигнуть, то в действительности думают о самих себе, а не о Нем; они сравнивают не Его, а себя, и не с Ним, а с собой.

Кто ненавидит мир? Те, кто растерзал истину.

Любовь к ближнему ограничена тем, насколько каждый человек любит самого себя.

Любовь к временному можно изгнать, только почувствовав сладость вечного.

Люди испытывают страдания ровно настолько, насколько поддаются им.

Люди сотворены не для того, чтобы владеть так называемыми хорошими вещами, но если люди сами стали хорошими, они делают и вещи хорошими по-настоящему, используя их ради добра.

Мы не знаем, долго ли просуществуют земля и небо, но знаем, что всегда 3 и 7 будет 10.

На что похожа любовь? У нее есть руки, чтобы помогать другим, у нее есть ноги, чтобы спешить на помощь к бедным и нуждающимся, у нее есть глаза, чтобы видеть горе и нужду, у нее есть уши, чтобы слышать людские вздохи и жалобы, – вот на что похожа любовь.

Наслаждаться – значит любить нечто ради него самого.

Не во власти человека то, что приходит ему в голову.

Не произносите бесповоротных суждений!

Не тот дает милостыню, кто дает от своих избытков, но тот, кто лишает себя необходимого в пользу нуждающихся.

Нет более высокого пути, нежели путь милосердия, и пройти по этому пути может лишь смиренный и кроткий.

Нет великой заслуги в том, чтобы жить долго, ни даже в том, чтобы жить вечно; но велика заслуга того, кто живет добродетельно.

Нет спасения вне церкви.

Нет у человека иной причины философствовать, кроме стремления к блаженству.

Ни один человек не вправе вести столь созерцательную жизнь, чтобы забыть о своем долге служения ближнему.

Никто ничего не делает хорошо, если это против его воли, даже если человек делает что-то хорошее.

Одна та же сила, обрушивающаяся бедствиями, добрых испытывает, очищает, отбирает, а злых отсеивает, опустошает, искореняет.

От верности в малом зависит успех в великом.

Подобно тому, как бывает иногда милосердие, которое наказывает, так бывает жестокость, которая щадит.

Поскольку различение истинного и ложного – весьма трудное дело, не следует сердиться на тех, кто заблуждается.

Поэзия – дьявольское вино.

Привычка, если ей не сопротивляться, вскоре становится необходимостью.

Разум есть взор души, которым она сама собою, без посредства тела, созерцает истинное.

Сам человек есть большее чудо, чем все чудеса, творимые людьми.

Само сокрытие истины есть или испытание нашего смирения, или уничтожение гордости.

Скорбь есть печаль о своем несовершенстве.

Следует больше доверять тем, кто учит, а не тем, кто приказывает.

Смерть – зло лишь в силу того, что за ней следует.

Совершенно неизвестную вещь любить никто никогда не может.

Совершенство есть знание человека о своем несовершенстве.

Созидай добро. Делай это не ради славы своей, а ради славы того, кому ты обязан возможностью делать добро.

Справедливейшее наказание за грех состоит в том, что человек утрачивает то, чем он не захотел хорошо пользоваться… тот, кто не захотел поступать правильно, когда мог, утрачивает эту возможность, когда захочет поступить правильно.

Стремись не понять, что ты в состоянии верить, но поверить, что ты в состоянии понять.

Существует высшая дружба, основанная не на привычке, а на разуме, при котором человек любит своего друга благодаря верности и доброй воле. Если мы можем найти что-либо выше такой дружбы – это божественная любовь. Человек начинает любить Бога и любит Его в каждом другом человеке.

Счастье – это высшая дружба, основанная не на привычке, а на разуме, при которой человек любит своего друга благодаря верности и доброй воле.

Тот, кто добр, – свободен, даже если он раб; тот, кто зол, – раб, даже если он король.

Тот, кто не ревнует, тот не любит.

Тот, кто полон любви, исполнен самим Богом.

Уразумей, чтобы уверовать.

Философией называется не самая мудрость, а любовь к мудрости.

Холод милосердия есть молчание сердца; пламя милосердия есть ропот сердца.

Что же такое время? Если никто меня об этом не спрашивает, я знаю, что такое время; если бы я захотел объяснить спрашивающему – нет, не знаю.

Американские мудрости.

Адвокат должен вначале преуспеть, затем приобрести уважение, а затем стать честным.

Бар – полутемное помещение, заполненное полутемными людьми.

Бармен – человек, который понимает тебя лучше, чем твоя жена.

Бог создал людей, а Кольт сделал их равными.

В колледже девушка четыре года учится тому, как вести себя в хорошем обществе, а всю остальную жизнь пытается найти это общество.

Все мужья похожи, но у них разные лица, поэтому нужно говорить с каждым отдельно.

Голливуд – место, где холостяку трудно остаться холостяком, а женатому еще труднее остаться женатым.

Две самые полезные книги для девушки – кухонная книга матери и чековая книжка отца.

Джентльмен – это человек, который может не соглашаться, но остаться при этом приятным.

Долг – это то, о чем думаешь с отвращением, делаешь с неохотой и чем потом долго хвалишься.

Если вы будете пополнять свой словарь пятью новыми словами в месяц, то уже через год ваши друзья скажут: а кого он, собственно, из себя корчит?

Инфляция: все больше долларов и все меньше денег.

История – это нечто такое, что никогда не происходило, написанное тем, кто не был там, где это происходило.

Когда бизнес идет хорошо, он платит за рекламу, когда плохо – вы.

Красота ослепляет, а слепого легко обокрасть.

Либерал – это тот, у кого обе ноги твердо зафиксированы в воздухе.

Лучший способ выйти из затруднения – покончить с ним.

Мужчина терпит страдание как незаслуженное наказание; женщина принимает его как естественное наследие.

Не важно, что ты знаешь, важно, кого ты знаешь.

Некоторые женщины краснеют, когда их целуют; некоторые вызывают полицию, некоторые ругаются, некоторые кусаются. Но хуже всего те, которые смеются.

Некоторые люди говорят, что ада нет, но они никогда не занимались сельским хозяйством, как же они могут так говорить?

Нельзя обучить старых собак новым трюкам.

Необходимость – мать изобретения.

Ни один пьяный матрос не тратит деньги так быстро, как трезвый конгрессмен.

Никогда не нужно возражать женщине, достаточно подождать – и она сделает это сама.

Никогда не тревожьте беду, пока она не потревожит вас.

Образование позволяет нам зарабатывать больше, чем деятели образования.

Оптимизм – бодрое настроение, которое позволяет свистеть чайнику, до краев наполненного кипятком.

Оптимист видит удобную возможность в каждом бедствии; пессимист видит бедствие в каждой возможности.

Оптимист – человек, который видит свет там, где его нет. Пессимист – человек, который пытается этот свет погасить.

Пессимист – это тот, кто чувствует себя плохо, когда чувствует хорошо из страха, что чувствует себя хуже, когда будет чувствовать лучше.

Политическая экономия: два слова, которые должны быть разведены по причине полной несовместимости.

Психиатрия – единственный бизнес, в котором клиент всегда не прав.

Разорившийся человек может пересчитать своих друзей на мизинце одной руки.

Реформы следует начинать дома и здесь же оставлять их.

Сегодняшние политические обещания – это завтрашние налоги.

Странно, как много надо узнать, прежде чем узнаешь, как мало знаешь.

Фамильярность порождает презрение.

Холостяк – это сувенир женщины, которая нашла кое-что получше в последнюю минуту.

Холостяк – это тот, кто получает удовольствие от охоты, но не ест дичи.

Аддисон Джозеф.

(01.05.1672–17.06.1719).

Английский писатель, поэт, политик.

Родился в Милстоне (графство Уилтшир) в семье священника. В 1699 г. окончил Оксфордский университет. Много путешествовал, в том числе и с дипломатической миссией. В 1717 г. достиг вершины политической карьеры, став министром и членом тайного совета. Умер в Лондоне. Похоронен в Вестминстерском аббатстве.

Аддисон приобрел известность как писатель и поэт. В 1704 г. в честь победы в Бленхеймском сражении написал поэму «Поход». В 1707 г. на сцене была поставлена его опера «Розамунда», в 1713 г. – трагедия «Катон», в 1716 г. – комедия «Барабанщик». Писал очерки для журналов «Болтун», «Зритель», «Опекун», «Фригольдер» и др.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Без постоянства не может быть ни любви, ни дружбы, ни добродетели.

Благородная метафора, помещенная в выгодное для нее место, распространяет вокруг себя своего рода ореол величия и придает блеск всему предложению.

Болезнь ревнивца столь злокачественна, что решительно все превращается ею в пищу для себя.

Брак отличается той особенностью, что с ним прекращается поклонение идолу. Когда мужчина ближе присматривается к своей богине, она снова становится простой женщиной.

В беседах с глазу на глаз между близкими друзьями мудрейшие люди очень часто высказывают весьма слабые суждения, потому что разговор с другом – это то же самое, что мысли вслух.

В мире нет ничего более обманчивого, чем то, что принято называть «усердием».

Веселость облегчает болезнь, бедность, горе, превращает невежество в милую наивность и самое уродство делает приятным.

Веселье – это манера поведения, тогда как радость – это привычка ума. Веселье краткосрочно, радость же постоянна и неизменна.

Восхищение – очень кратковременная страсть; она немедленно исчезает при более близком знакомстве с объектом восхищения.

Время мне представляется необъятным океаном, поглотившим многих великих писателей, причинившим аварии иным, а некоторых разбившим вдребезги.

Все мы что-то делаем для потомства; хотелось бы увидеть, что потомство делает для нас.

Всегда есть что сказать в оправдание обеих сторон.

Гордость происходит от недостаточного размышления и незнания самого себя.

Добрый нрав ценнее золота, ибо последнее – дар фортуны, а первый – дар природы.

Дружба в свете часто не больше, как единение с целью удовлетворения какого-нибудь порока или общение ради какого-нибудь удовольствия.

Евреи подобны гвоздям и затычкам в многоэтажном здании: хотя сами они большой ценности не представляют, без них здание не устоит.

Если бы мы проследили историю усердия со времен Каина и до нашего времени, то нашли бы в ней одни только смертоубийства и резню.

Если многие научные познания не успели сделать человека более умным, то весьма естественно делают его тщеславным и заносчивым.

Женщина, которая колеблется, проигрывает.

Женщина редко просит совета, покупать ли ей подвенечное платье.

Женщина слишком чистосердечна и принципиальна, чтобы внять голосу рассудка.

Женщины, счастливые в первом браке, чаще решаются на второй.

Зависть и придирчивость – естественные плоды лени и невежества.

Зачаточным умением каламбурить наделены, в сущности, все, только у обычных людей эти ростки остроумия сдерживаются логикой и здравым смыслом, а у человека талантливого они дают пышные всходы.

Зачем говорить мне, что мое счастье не более как греза? Даже если оно – греза, пусть дадут мне ею насладиться.

Здоровье и веселье оплодотворяют друг друга.

Злословие и насмешка – вот что пользуется у публики неизменным спросом.

Знание – это то, что наиболее существенным образом возвышает одного человека над другим.

Знание является к нам вместе со скромностью.

Из всех представителей рода человеческого зависти и злословию более всего предаются плохие поэты.

Имей мертвецы возможность прочесть хвалебные надписи на своих надгробиях, они бы умерли вторично – от стыда.

Истинное счастье по природе своей любит уединение: оно – враг шума и роскоши и рождается главным образом из любви к самому себе.

Истинный юмор умеет сохранить серьезную мину, тогда как все вокруг покатываются со смеху; фальшивый же, напротив, смешлив – зато серьезны те, кто ему внимает.

Книга – это имущество, завещаемое умом человечеству, предназначенное для передачи из поколения в поколение, на пользу тем, которые со временем родятся.

Когда душа видит сны, она – театр, актеры и аудитория.

Когда мужчина ближе присмотрится к своей богине, она снова становится простой женщиной.

Когда я вижу эти столы, покрытые столькими яствами, мне чудится, что за каждым из них прячется, как в засаде, подагра, водянка, лихорадка и множество других болезней.

Лица, достигшие наивысшего совершенства в осмеянии других, – это как раз те, кто, сами не совершив ничего выдающегося, чрезвычайно проницательны и остры в раскрытии недостатков у других.

Милосердие – это добродетель сердца. Милостыня и подаяние – лишь проявления, а не сущность этой добродетели.

Милосердие – это совершенство и украшение религии.

Молчание иногда более многозначительно и возвышенно, чем самое благородное и самое выразительное красноречие, и во многих случаях свидетельствует о высоком уме.

Мужчины, которые относятся к женщинам с наибольшим почтением, редко пользуются у них наибольшим успехом.

Музыка предназначается для того, чтобы доставлять удовольствие не только людям с музыкальным слухом, а всем, кто способен отличить грубые звуки от неприятных.

Мы ревностно употребляем самые жестокие средства для пользы неба, когда находим в этом пользу на земле.

На аргументы, исходящие из прелестного ротика, невозможно возразить.

На сорок человек умных приходится один человек со здравым смыслом. Тот, кто имеет при себе только золото, нередко попадает в затруднительное положение за неимением мелких денег.

Наименее шумливая, наиболее скромная дружба часто наиболее полезная. Поэтому я всегда предпочел бы сдержанного друга не в меру усердному.

Настоящий критик должен подробнее останавливаться на преимуществах, а не на недостатках.

Не следует забывать, что обида должна измеряться не понятием того, кто ее наносит, а того, кто ей подвергается.

Нескромный человек часто опасней, чем злой, ибо последний нападает только на своих врагов, тогда как первый причиняет вред своим врагам и своим друзьям.

Несложно быть веселым, находясь на службе у порока.

Нет более верного признака упадка нравственности в стране, чем отсутствие стремления ее жителей приносить пользу отечеству.

Нет более приятного упражнения для ума, чем благодарность; выражение благодарности сопровождается таким внутренним удовлетворением, что обязанность в полной мере искупается исполнителем.

Нет в природе явления более разнообразного и многоликого, чем женский головной убор.

Нет иной защиты от порицания, кроме безвестности.

Нет на свете существа более неприкаянного, чем вышедший из моды кумир.

Неудивительно, что большое количество знаний, не будучи в силах сделать человека умным, часто делает его тщеславным и заносчивым.

Ни один вид ложного остроумия не получал такого распространения на протяжении всех времен, как тот, который состоит в игре слов и понимается под общим названием «каламбур».

Ничего, если не считать преступления, не делает человека столь презренным и ничтожным в глазах мира, как непоследовательность.

Ничего люди не принимают с таким отвращением, как советы.

Ничто не прокладывает себе путь к душе более непосредственно, чем красота, которая немедленно наполняет воображение тайным удовлетворением и благодушием и придает законченность всему величественному и необычному.

Обычно политик – собеседник довольно скучный; в его рассуждениях столько логики и здравого смысла, что он быстро становится утомительным, а то и смешным.

Основные составляющие счастья в этой жизни таковы: человек должен над чем-то трудиться, кого-то любить и на что-то надеяться.

Остроумно написанный памфлет точно отравленная стрела, которая не только наносит рану, но и делает ее неизлечимой.

Павлин во всем своем блеске не выставляет напоказ столько цветов, сколько можно насчитать в праздничном наряде англичанки.

Первый стакан – за себя, второй – за друзей, третий – за хорошее настроение, четвертый – за врагов.

По кладбищам, могильным плитам и эпитафиям можно судить о нации, ее невежестве или благородстве.

Подражание самым лучшим авторам не идет ни в какое сравнение с хорошим оригиналом.

Поступки людей вытекают из их аффектов так же естественно, как свет возникает из жара или как любое другое следствие вытекает из своей причины; для того, чтобы управлять аффектами, необходимо применять разум, но аффекты всегда должны оставаться основаниями поступка.

Поэзия опер обыкновенно настолько же плоха, насколько хороша их музыка.

При помощи физических упражнений и воздержанности большая часть людей может обойтись без медицины.

Приличнее не говорить ничего лживого, нежели говорить все, что истинно.

Раздельный кошелек у супругов – вещь столь же неестественная, как и раздельное ложе.

Расчетливому и равнодушному хитрецу проще убедить женщину, что он ее любит, и преуспеть, чем страстному влюбленному с его пылкими выражениями чувств.

Самое важное и самое трудное для мощного духа – это уметь сдерживать себя: пруд спокойно стоит в долине, но чтобы сдерживать его, нужны горы.

Самые неисправимые пороки – это те, которыми упиваются.

Самый верный признак великого ума – отвращение к зависти и злословию.

Скромность – это не только орнамент, но и страж добродетели.

Слова, если только они хорошо подобраны, обладают такой силой, что описанное на бумаге нередко производит более яркое впечатление, чем увиденное воочию.

Смысл истинной дружбы в том, что радость она удваивает, а страдание делит пополам.

Спорщики напоминают мне рыбу, которая, попав на крючок, вспенивает вокруг себя воду, пока не становится незаметной.

Стоит человеку умереть, как его немедленно забывают. Мертвецы не оставляют после себя никаких следов и забываются. Как будто их никогда не было. Их не вспоминают бедные, о них не жалеют богатые, их не славят образованные. Ни государству, ни друзьям, ни родственникам они не нужны. Выясняется, что человечество могло обойтись даже без самых знаменитых покойников и что люди куда менее достойные могли совершить ничуть не меньше, чем они.

Титулы и слава предков придают блеск имени, носимому с достоинством, но делают еще более презренным опозоренное имя.

То, что не является чепухой, не может быть положено на музыку.

Тот, у кого тонкий нюх на всякого рода намеки и выпады, принимает самые невинные слова за обман и подстрекательство, зато на вопиющие пороки и заблуждения обращает внимание только в книгах.

Уверенность в том, что мы любим, смягчает страдания разлуки. Последнее «прости» даже теряет свою горечь, когда в нем еще слышится отзвук любви.

Ум, хотя бы один день остающийся без полезной нагрузки, дает ростки безумств, которые можно уничтожить только постоянным и усердным трудом.

Умный человек счастлив лишь когда удостаивается собственной похвалы, дурак же довольствуется аплодисментами окружающих.

Учение для ума – это ваяние для мраморной глыбы. Все великие качества, отличающие философа, оратора, государственного человека, часто таятся в простолюдине; образование может обнаружить их.

Хорошая книга – это подарок, завещанный автором человеческому роду.

Хорошо подобранные аллегории подобны лучам света, которые делают все вокруг ясным и красивым.

Человек, который наделен даром насмешки, имеет обыкновение придираться ко всему, что дает ему возможность продемонстрировать свой талант.

Человек, обладающий развитым воображением, получает доступ к огромному количеству удовольствий, которые люди неразвитые не способны получить.

Чтение для ума – то же, что физические упражнения для тела.

Амиель Анри Фредерик.

(27.09.1821–11.05.1881).

Французский поэт, эссеист, переводчик швейцарского происхождения.

Известен своим «Дневником», отмеченным глубоким психологизмом. Отличался отрицательным отношением к демократии, исповедовал культ исключительных натур.

Анализ часто убивает порыв, инициативу: размолотое зерно не может ни прозябать, ни произрастать.

Беспорядок делает нас рабами. Сегодняшний беспорядок уменьшает свободу завтрашнего дня.

Больше всего мы недовольны другими тогда, когда недовольны собой.

Брак должен быть бесконечным взаимным воспитанием.

Великие реформаторы церкви стояли за свободную волю, а иезуиты – за свободу воли, и однако первые основали свободу, вторые – рабство совести.

Вера – это уверенность без доказательств.

Время есть величайшая иллюзия. Оно есть только внутренняя призма, через которую мы разлагаем бытие и жизнь, образ, под которым мы постепенно видим то, что вневременно, в идее.

Всякая жизнь творит собственную судьбу.

Всякая потребность утихает, а всякий порок увеличивается от удовлетворения.

Всякий человек подобен укротителю диких зверей, а эти звери – его страсти. Вырвать их клыки и когти, взнуздать их, приручить, сделать из них домашних животных, слуг, хотя бы и рычащих, но все-таки покорных, – в этом личное воспитание.

Даже смерть может быть согласием и потому нравственным поступком. Животное издыхает, человек же должен вручить свою душу ее Создателю.

Десять остряков не стоят одного талантливого человека, точно так же как десяти талантам не заменить гения.

Для поведения в жизни привычки важнее, чем правила, ибо привычка – живое правило, ставшее инстинктом и плотью. Жизнь – не более как ткань из привычек.

Досада – это злоба, которая боится обнаружиться, это бессильное бешенство, чувствующее свое бессилие.

Доставлять счастье и делать добро – вот наш закон, наш якорь спасения, наш маяк, смысл нашей жизни. Пусть перестанут существовать все религии, только бы оставалась эта; у нас будет идеал, и будет стоить жить.

Достаточно заткнуть себе уши в зале, где танцуют, чтобы вообразить себя в доме умалишенных.

Женщина – спасение или гибель семьи.

Заблуждение тем опасней, чем больше в нем доля истины.

Идеальный врач – это человек, обладающий глубинным знанием жизни и человеческой души, который интуитивно распознает любое страдание и боль любого рода и восстанавливает мир одним своим присутствием.

Искусство есть такое воздействие на людей, при котором в душах их таинственное становится очевидным, смутное делается ясным, сложное – простым, случайное – необходимым.

Минуты длительны, а годы быстротечны.

Мудрость состоит в том, чтобы подчиняться всеобщей иллюзии, не будучи обманутым ею.

Мы никогда не бываем более недовольны другими, как когда мы недовольны собой. Сознание вины делает нас нетерпимыми.

Мысль без поэзии и жизнь без возвышенного – это пейзаж без неба: в нем задыхаешься.

Наш долг состоит в том, чтобы приносить пользу в согласии с нашими силами, а не с нашими желаниями.

Не тяготиться, не остывать, быть терпеливым, отзывчивым, добродушным, торопиться любить в сознании, что уже стоишь у порога вечности – вот в чем долг.

Недостаточно быть добрым, нужно еще быть тактичным.

Неизвестность есть убежище надежды.

Нельзя вылечить больного, который считает себя здоровым.

Ничто так не характеризует человека, как его обращение с дураками.

Нравственное равнодушие – болезнь слишком образованных людей.

Очаровательная женщина – та, в присутствии которой начинаешь больше нравиться себе самому.

Прекрасное превосходит возвышенное, ибо оно постоянно и не пресыщает, тогда как возвышенное относительно, преходяще и необузданно.

Притупление совести узнается из неспособности к негодованию против действий, наносящих вред человечеству.

Самоирония, отказ от иллюзий и предрассудков делают нас, быть может, свободнее, но не сильнее.

Самые невыносимые люди – это мужчины, считающие себя гениальными, и женщины, считающие себя неотразимыми.

Стремление к личному благу есть только продолжение в нас животности; человечность же начинается в человеке только с отречением от него.

Судьба сокрушает нас двояким образом: отказывая нам в наших желаниях и исполняя их.

Талант с легкостью делает то, что трудно для других; гений делает то, что невозможно для таланта.

Твердость – это непреклонность и настойчивость в добрых делах.

Уметь стареть – вершина мудрости и одна из труднейших сторон великого искусства жить.

Центр нашего сознания бессознателен, так же как ядро солнца темно.

Человек, который не живет внутренней жизнью, – раб своего окружения.

Человечность начинается только там, где человек отказывается от самого себя.

Чем больше любишь, тем больше страдаешь.

Эгоистические интересы – это пережиток зверя в человеке.

Английские мудрости.

Беден не тот, у кого мало что есть, а тот, кто многого желает.

Безнадежные болезни требуют безнадежных лекарств.

Быть повешенным одинаково что для барана, что для ягненка.

Вежливый отказ лучше, чем грубое согласие.

Вор крадет деньги, а друг – время.

Время и течение реки не ждут человека.

Глупец может задать столько вопросов за час, что мудрец не сможет ответить на них за семь часов.

Для сделки нужны двое.

Двое неправых не заменят одного правого.

Девушке подавай только мужа, а замужней подавай уже все.

Дураки задают пиры; умные сидят за столом.

Интуиция – это то, что заменяет женщине здравый смысл.

Каждый человек – архитектор своей собственной судьбы.

Когда я поступал хорошо, я никогда об этом не слышал, когда я поступал плохо, я слышал об этом всегда.

Любовь окрыляет.

Люди, живущие в стеклянных домах, не должны бросаться камнями.

Месть – это блюдо, которое нужно есть холодным.

Надейся на лучшее, но приготовься к худшему.

Обещай медленно, выполняй быстро.

Сбереженная копейка – копейка заработанная.

Секс – дело вкуса. Для одного это плохо, для двоих – хорошо.

Слишком много поваров портят суп.

Совет адвоката ничего не стоит, пока за него не уплачено.

Спешка расточительна.

Старую голову да на молодые плечи.

Счастье и несчастье мужчины – женщина.

Терпение – это самое редкое растение, оно произрастает не в каждом саду.

Тот, кто щадит плохих, причиняет вред хорошим.

Хлеб – посох жизни.

Хороший пример – наилучшая проповедь.

Чистая совесть – лучшее божество.

Античные афоризмы.

Благодеяние состоит не в том, что дается, а в душе дающего.

Большой город – большое одиночество.

В постоянном труде – надежда.

Время ниспровергает все, что оно же и воздвигает.

Все, что ново, – дорого, повседневное приедается.

Всякое излишество превращается в порок.

Всякому свойственно ошибаться по-своему.

Глупость – мать всех зол.

Если говорить правду, свидетели не нужны.

Если тебе не помогают врачи, пусть станут для тебя врачами следующие три вещи: хорошее настроение, покой, умеренная диета.

Жадному всего не хватает, умному всего достаточно.

Желудок – самые точные часы.

Женщина подобна общему правилу: правило, как и женщина, во многих случаях имеет исключение.

Законы помогают тем, кто о них заботится.

Запаздывает та слава, которая приходит после смерти.

Знание есть не что иное, как образ истины.

Знание законов заключается не в том, чтобы помнить их слова, а в том, чтобы понимать их смысл.

Искусство – в умении скрывать искусство.

Истину можно преследовать, но нельзя задушить.

Каждому человеку судьбу создают его нравы.

Кого любят, того и наказывают.

Кто хочет наслаждаться прочным миром, должен уметь воевать.

Лишь одна добродетель не дается и не принимается в дар.

Лучше не знать вообще, чем знать плохо.

Лучше плакать в детстве, чем в старости.

Лысина – не недостаток, а признак мудрости.

Мы знаем столько, сколько удерживаем в памяти.

Надежда – это самое сладкое несчастье.

Напрасен гнев бессильных.

Настоящее знание – это знание причин.

Настоящее красноречие состоит в сущности, но отнюдь не в словах.

Не должно быть никакой силы над законом.

Невоздержанность – кормилица врачей.

Недостаток опыта вызывает уверенность в себе.

Несчастлив, кто никогда не был несчастным.

Никто не станет мудрым, не будучи терпеливым.

Ничего не делая, люди учатся делать дурное.

Ничто так не свидетельствует о мелочности, как любовь к богатству.

Обещание порядочного человека становится обязательством.

Одиночество – мать беспокойства.

Осуждение глупцов – похвала.

Открытия, вызванные необходимостью, значительнее тех, что вызваны удовольствием.

Ошибка и раскаяние – спутники поспешности.

Первые в почестях – первые в пороках.

Плохому учатся и без учителя.

По отношению к врагу все дозволено.

Победи свое сердце и гнев.

Пока дышу – надеюсь.

Порядочный, честный человек всегда простак.

Почести изменяют характер, но редко в лучшую сторону.

Почет влечет за собой обязанности.

Почет – награда за добродетель.

Право – это искусство добра и справедливости.

Притворная святость – это двойная низость.

Простота – это признак истины.

С необходимостью следует мириться, а не роптать на нее.

Сила честности настолько велика, что ее мы ценим даже у врага.

Скрывать обман – это тоже обман.

Слава – тень добродетели.

Следует всегда быть осторожным, ибо много козней против добрых людей.

Слезы в юности хранят от ошибок.

Совесть – это зритель и судья добродетели.

Справедливость без благоразумия многое может. Без справедливости же благоразумие ничего не стоит.

Справедливость есть постоянная и неизменная воля каждому воздавать по заслугам.

Старики – дважды дети.

Супружество есть не сожительство, а согласие.

Счастлив тот, кто ничего не должен.

Тем короче время, чем оно счастливее.

У кого бывают поражения, тот и побеждает.

Удача рождает высокомерие.

Умеренность – страж жизни.

Утешение для несчастного – иметь товарищей по несчастью.

Хорошее здоровье лучше, чем наибольшее богатство.

Частое подражание становится собственным нравом.

Честный человек боится позора преступления, нечестный – наказания за преступление.

Чревоугодие уничтожает больше, чем меч.

Чрезмерная уверенность в себе становится причиной больших бед.

Чрезмерная фамильярность приводит к пренебрежению.

Что нам дано, то не влечет.

Арабские афоризмы.

Венец мужества – скромность.

Гнев глупого – в его словах, гнев умного – в его делах.

Если боишься – не говори; если сказал – не бойся.

Есть лекарство от любой болезни, если известны ее причины.

Когда гость приходит, он становится господином; когда садится – пленником; когда уходит – поэтом.

Кто хвалит в человеке то, чего в нем нет, тот насмехается над ним.

Легче дружить с диким зверем, чем с любопытным человеком.

Лучше открытый упрек, чем тайная злоба.

Любовь – подруга слепоты.

Начало гнева – безумство, а его конец – раскаяние.

Не тот умен, кто умеет отличать добро от зла, а тот, кто из двух зол умеет выбирать меньшее.

Никогда не давайте советов в толпе.

Ничтожный человек тот, кто нуждается в негодяях.

Обычно все начинается с малого, а потом растет. Только беда сначала велика, потом постепенно уменьшается.

Поддержка правды – честь, поддержка лжи – потеря чести.

Позор длиннее жизни.

Порицание – подарок друзей.

Самое дорогое для человека на чужбине – родина.

Скупой богач беднее щедрого бедняка.

Страсть к обогащению сильнее жажды.

Счастье, которое ты ищешь, подобно тени, что идет вместе с тобою: не поймаешь ее, гоняясь за нею, а побежишь от нее – она гонится за тобой.

Тот, кто меняет свои привычки, уменьшает свое счастье.

У кого есть здоровье, есть и надежда, а у кого есть надежда – есть все.

У любви нет советчиков.

Украшение женщин – полнота, а украшение мужчин – красноречие.

Что слаще халвы? Дружба после вражды.

Аристотель.

(384–322 до н.э.).

Древнегреческий ученый, один из крупнейших философов всех времен.

Родился в Стагире (греческая колония) в семье врача. Приехав в Афины, стал учеником Платона, а позднее основал собственную философскую школу. В 343 г. по приглашению македонского царя Филиппа II стал учителем царевича Алкександра – будущего Александра Македонского, после смерти которого, обвиненный в безбожии, покинул Афины и переселился в Халкис, куда за ним последовало множество учеников и где спустя несколько месяцев он умер от болезни желудка. Аристотель обобщил достижения всех областей современной ему науки: физики, биологии, астрономии и др. Явился основоположником логики как науки, разработав теорию аргументации. Наследие Аристотеля оказало значительное влияние на становление философской мысли Европы. Дошедшие до сегодняшнего дня сочинения Аристотеля можно разделить по содержанию на семь групп: логические трактаты, объединенные в своде «Органон» («Категории», «Об истолковании», «О софистических опровержениях» и др.); физические трактаты («Физика», «О небе» и др.); биологические трактаты («История животных», «О возникновении животных», «О душе» и др.); сочинения о философии, получившие впоследствии название «Метафизика»; этические сочинения («Никомахова этика», «Эвдемова этика»); социально-политические и исторические сочинения («Политика», «Афинская полития»); работы об искусстве, поэзии и риторике («Риторика», «Поэтика»).

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Бедность – источник возмущений и преступлений.

Бездетные скорее разводятся: дети – это общее обоим благо, а общее благо объединяет.

Благо – возможности – это власть, богатство, сила, красота.

Благодетели больше питают дружбу к облагодетельствованным, нежели принявшие благодеяние – к оказавшим его.

Благоразумие должно быть чем-то средним между распущенностью и бесчувствием.

Блаженство состоит в душевной деятельности, сообразной с добродетелью.

Бог выше всякой добродетели, и не добродетелью определяется его достоинство, потому что в таком случае добродетель будет выше Бога.

Большая разница, случится ли нечто вследствие чего-либо или после чего-либо.

Больше всего надо во всем остерегаться удовольствия и того, что его доставляет, потому что об этих вещах мы судим крайне пристрастно.

Большинство разногласий возникает между друзьями тогда, когда они являются друзьями не в том смысле, в каком думают.

Быть смелым – значит считать далеким всё страшное и близким всё, внушающее смелость.

Быть справедливым в мыслях – не значит еще быть справедливым на деле.

В деле воспитания развитие навыков должно предшествовать развитию ума.

В отношении к чести и бесчестию обладание серединой – это величавость, избыток именуется, может быть, спесью, а недостаток – приниженностью.

В поэзии предпочтительнее невозможное, но убедительное возможному, но неубедительному.

В чем разница: правят ли женщины, или должностные лица управляются женщинами? Результат получается один и тот же.

Величайшие преступления совершаются из-за стремления к избытку, а не к предметам первой необходимости.

Властвует над страстями не тот, кто совсем воздерживается от них, но тот, кто пользуется ими так, как управляют кораблем или конем, то есть направляют их туда, куда нужно и полезно.

Воспитание – в счастье украшение, а в несчастье прибежище.

Воспитание – лучший припас к старости.

Воспитание нуждается в трех вещах: в даровании, науке, упражнении.

Все замечательные и выдающиеся люди – меланхолики.

Все льстецы – прихвостни.

Всего приятнее для нас те слова, которые дают нам какое-нибудь знание.

Всякая дружба существует или ради блага, или ради удовольствия.

Всякая чрезмерность и в безрассудстве, и в трусости, и в распущенности, и в злобности либо звероподобная, либо болезненная.

Высшее благо есть совершенная цель, совершенная же цель сама по себе есть, по-видимому, не что иное, как счастье.

Гнев врачуется временем, ненависть же неизлечима.

Гнев есть зверообразная страсть по расположению духа, способная часто повторяться, жестокая и непреклонная по силе, служащая причиною убийств, союзница несчастья, пособница вреда и бесчестия.

Гражданином в общем смысле является тот, кто причастен и к властвованию, и к подчинению.

Даже известное известно лишь немногим.

Действительно, всякая дружба существует или ради блага, или ради удовольствия.

Дела добродетели невозможно делать, не страдая или не наслаждаясь при этом.

Деяние есть живое единство теории и практики.

Для ищущего чрезмерных удовольствий страданием будет уже отсутствие чрезмерности.

Для кого честь – пустяк, для того и все прочее ничтожно.

Для одних счастье – это нечто наглядное и очевидное, скажем, удовольствие, богатство и почет – у разных людей разное; а часто даже для одного человека счастье – то одно, то другое: ведь, заболев, люди видят счастье в здоровье, впав в нужду – в богатстве, а зная за собой невежество, восхищаются теми, кто рассуждает о чем-нибудь великом и превышающем их понимание.

Добродетель делает правильной цель, а рассудительность – средство для ее достижения.

Достоинство речи – быть ясной и не быть низкой.

Друг всем – ничей друг.

Друг – это одна душа, живущая в двух делах.

Дружба – самое необходимое для жизни, так как никто не пожелает себе жизни без друзей, даже если б он имел все остальные блага.

Есть люди столь скупые, как если бы они собирались жить вечно, и столь расточительные, как если бы они собирались умереть завтра.

Женщина – это увечный от природы, изуродованный мужчина.

Женщины, предающиеся пьянству, рожают детей, похожих в этом отношении на своих матерей.

Жизнь требует движения.

Жить – значит делать вещи, а не приобретать их.

Из всех животных только человек способен смеяться.

Из ложных посылок можно вывести истинное заключение.

Из привычки так или иначе сквернословить развивается и склонность к совершению дурных поступков.

Излишество в удовольствиях – это распущенность, и она заслуживает осуждения.

Имеющие опыт преуспевают больше, нежели те, кто обладает отвлеченным знанием.

Ирония отличается более благородным характером, чем шутовство, потому что в первом случае человек прибегает к шутке ради самого себя, а шут делает это ради других.

Каждому человеку свойственно ошибаться, но никому, кроме глупца, не свойственно упорствовать в ошибке.

Каждый может разозлиться – это легко; но разозлиться на того, на кого нужно, и настолько, насколько нужно, и тогда, когда нужно, и по той причине, по которой нужно, и так, как нужно, – это дано не каждому.

Каждый человек должен преимущественно браться за то, что для него возможно и что для него пристойно.

Как преуспевать ученикам? Догонять тех, кто впереди, и не ждать тех, кто позади.

Когда ты хочешь хвалить, посмотри, что бы ты мог посоветовать, а когда хочешь дать совет, посмотри, что бы ты мог похвалить.

Красота зрелого возраста заключается в обладании телом, способным переносить военные труды, и наружностью приятной и вместе с тем внушительной.

Красота различна для каждого возраста.

Кто двигается вперед в науках, но отстает в нравственности, тот более идет назад, чем вперед.

Кто осмысленно устремляется ради добра в опасность и не боится ее, тот мужествен, и в этом мужество.

Кто спрашивает, почему нам приятно водиться с красивыми людьми, тот слеп.

Лучше в совершенстве выполнить небольшую часть дела, чем сделать плохо в десять раз более.

Лучше то, что труднее.

Любить – значит желать другому того, что считаешь для блага, и желать притом не ради себя, но ради того, кого любишь, и стараться по возможности доставить ему этого благо.

Люди малодушные завистливы, потому что им все представляется великим.

Люди, наделенные могуществом, используют друзей с разбором: одни друзья приносят им пользу, а другие доставляют удовольствие, но едва ли одни и те же – и то и другое, ибо могущественных не заботит, чтобы доставляющие удовольствие были наделены добродетелью, а полезные были бы полезны для прекрасных деяний; напротив, стремясь к удовольствиям, они ищут остроумных, а для выполнения приказаний – изобретательных, но одни и те же люди редко бывают и теми и другими одновременно.

Люди необразованные в глазах толпы кажутся более убедительными, чем образованные.

Между местью и наказанием есть разница: наказание производится ради наказуемого, а мщение – ради мстящего, чтобы утолить его гнев.

Между человеком образованным и необразованным такая же разница, как между живым и мертвым.

Многое из того, что свойственно демократии, ослабляет демократию.

Многое может случиться между чашей вина и устами.

Мудрец не свободен от страстей, а умерен в страстях.

Мудрость – это самая точная из наук.

Мужество – добродетель, в силу которой люди в опасности совершают прекрасные дела.

Мужество – это мужество перед страхом, так что, когда страх умерен, мужество увеличивается; одни и те же вещи и увеличивают, и губят мужество: под действием тех же самых страхов люди становятся и мужественны, и трусливы.

Мужу и жене дружба, по-видимому, дана от природы, ибо от природы человек склонен образовывать скорее пары, а не государства.

Мы лишаемся досуга, чтобы иметь досуг, и войну ведем, чтобы жить в мире.

Мышление – верх блаженства и радость в жизни, доблестнейшее занятие человека.

Надежда – это сон наяву.

Назначение (человека) выполняется благодаря рассудительности и нравственной добродетели; ведь добродетель делает правильной цель, а рассудительность делает правильными средства для ее достижения.

Наслаждение общением – главный признак дружбы.

Начало – это, по всей видимости, больше половины всего дела.

Не для того мы рассуждаем, чтобы знать, что такое добродетель, а для того, чтобы стать хорошими людьми.

Не любит тот, кто не любит всегда.

Не от богатства и бедности люди поступают несправедливо.

Не следует с излишней торжественностью приступать ни к какому делу: торжественно праздновать следует только окончание дел. Не следует смешивать того, что нам кажется невероятным и неестественным, с абсолютно невозможным.

Не следует страшиться ни бедности, ни болезней, ни вообще того, что бывает не от порочности и не зависит от самого человека.

Не следует требовать от оратора научных доказательств, точно так же как от математика не следует требовать эмоционального убеждения.

Невежда удивляется, что вещи таковы, каковы они есть, и такое удивление есть начало знания; мудрец, наоборот, удивился бы, если бы вещи были иными, а не таковыми, какими он их знает.

Невозможно ни быть собственно добродетельным без рассудительности, ни быть рассудительным без нравственной добродетели.

Негодование – это скорбь о том, что блага принадлежат недостойному; негодующий огорчится и тогда, когда увидит, что кто-то страдает незаслуженно. Завистливый же ведет себя противоположным образом. Его будет огорчать благоденствие любого человека, будь оно заслуженное или незаслуженное.

Неспособный к раскаянию неисцелим.

Несправедливость почти не кажется несправедливостью, когда кому-нибудь причиняется именно такая обида, какие он привык причинять другим.

Никто лучше мужественного не перенесет страшное.

Никто не любит того, кого боится.

Ничто так не истощает и не разрушает человека, как продолжительное физическое бездействие.

Нравственные качества обнаруживаются в связи с намерениями.

Об избрании [на государственные посты] всегда хлопочут не столько порядочные, сколько случайные.

Обижают и врагов, и друзей, потому что первых обидеть легко, а вторых приятно.

Общий страх объединяет и злейших врагов.

Одно из условий свободы – по очереди быть управляемым и править.

Одно мужество свойственно начальнику, другое – слуге.

Олигархия разрушается, когда в ней образуется другая олигархия.

Опыт есть знание единичного, а искусство – знание общего.

Остроумен тот, кто шутит со вкусом.

От одинаковых причин получаются одинаковые следствия.

Платон – друг, но истина дороже.

Познание начинается с удивления.

Полезное есть благо для человека, а прекрасное есть безотносительное благо.

Порок уничтожает сам себя, и если он достигает полноты, то становится невыносимым для самого его обладателя.

Порядочный человек – это тот, кто довольствуется меньшим того, на что имеет законное право.

Пословица – сохранившейся обломок древней философии.

Почет больше зависит от тех, кто его оказывает, нежели от того, кому его оказывают.

Поэзия есть удел человека или одаренного, или одержимого.

Преступление нуждается лишь в предлоге.

Привычка – вторая натура.

Привычка находить только смешную сторону – самый верный признак мелкой души, ибо смешное лежит на поверхности.

Признак знатока – способность научить.

Принципы поступков – это то, ради чего они совершаются.

Проницательность – это своего рода наитие.

Пусть будет страх – некоторого рода неприятное ощущение или смущение, возникающее из представления о предстоящем зле, которое может погубить нас или причинить нам неприятность; люди ведь боятся не всех зол… но лишь тех, что могут причинить страдание, сильно огорчить или погубить.

Раб – одушевленное орудие, а орудие – неодушевленный раб.

Разглашать склонны люди обиженные.

Разумный гонится не за тем, что приятно, а за тем, что избавляет от неприятностей.

Рассудительность противоположна уму, ибо ум имеет дело с предельно общими определениями, для которых невозможно суждение, им обоснованное, а рассудительность, напротив, – с последней данностью, для достижения которой существует не наука, а чувство.

Рассудительный стремится к отсутствию страданий, а не к наслаждению.

Расточителен тот, кто тратит на что не надо больше, чем надо, и когда не надо. Скупой, напротив, не тратит, где надо, сколько надо и когда надо.

Революция – дело не пустячное, но происходят они из-за пустяков.

Рука есть орудие орудий.

Самое главное при всяком государственном устройстве – устроить дело так, чтобы должностным лицам невозможно было наживаться.

Свободно применять свой талант – вот подлинное счастье.

Свойство добродетели состоит, скорее, в том, чтобы делать добро, а не принимать его, и в том, чтобы совершать прекрасные поступки, более чем в том, чтобы не совершать постыдных.

Свойство тирана – отталкивать всех, сердце которых гордо и свободно.

Серьезное разрушается смехом, смех – серьезным.

Скромность – середина между бесстыдством и стеснительностью.

Совершенным называется то, что по достоинствам и ценности не может быть превзойдено в своей области.

Совесть – это правильный суд доброго человека.

Справедливость есть приобретенное свойство души, в силу которого люди становятся способными к справедливым действиям и в силу которого они поступают справедливо и желают справедливости.

Справедливость является величайшею из добродетелей, более удивительной и блестящей, чем вечерняя или утренняя звезда; поэтому-то мы и говорим в виде пословицы: «в справедливости заключаются все добродетели».

Среди неизвестного в окружающей нас природе самым неизвестным является время, ибо никто не знает, что такое время и как им управлять.

Страх определяют как ожидание зла. Конечно, мы страшимся всяких зол, например бесславия, бедности, неприязни, смерти… иного следует страшиться, и если страшатся, скажем, бесславия, это прекрасно, а если нет, то постыдно, и, кто этого страшится, тот добрый и стыдливый, а кто не страшится – беззастенчивый.

Счастье есть совместная полнота трех благ: во-первых, душевных, во-вторых, телесных, каковы здоровье, сила, красота и прочее подобное; в-третьих, внешних, каковы богатство, знатность, слава и им подобное. Добродетели недостаточно для счастья – потребны также блага и телесные и внешние, ибо и мудрец будет несчастен в бедности, в муке и прочем.

Счастье – на стороне того, кто доволен.

Счастье человека состоит в беспрепятственном приложении его преобладающей способности.

Терпеть несправедливость лучше, чем делать несправедливость.

Тот, кто обозревает немногое, легко выносит суждение.

Удивление побуждает людей философствовать.

Ум заключается не только в знании, но и в умении прилагать знание на деле.

Учителя, которым дети обязаны воспитанием, почтеннее, чем родители, которым дети обязаны лишь рождением: одни дарят нам только жизнь, а другие – добрую жизнь.

Худший не тот, кто порочен по отношению к себе, но тот, кто порочен по отношению к другим; лучший не тот, кто добродетелен по отношению к себе, но по отношению к другим.

Человек – единственное живое существо, умеющее смеяться.

Человек – существо, живущее в гражданском сообществе.

Человек без нравственных устоев оказывается существом и самым нечестивым и диким, низменным в своих половых и вкусовых инстинктах.

Человек вне общества – или бог, или зверь.

Человек, достигший полного совершенства, выше всех животных; но зато он ниже всех, если он живет без законов и без справедливости. Действительно, нет ничего чудовищнее вооруженной несправедливости.

Человек с чувством юмора – это тот, кто умеет отпустить меткую шутку, и тот, кто переносит насмешки.

Чересчур блестящий слог делает незаметными как характеры, так и мысли.

Честь – это награда, присуждаемая за добродетель.

Что касается красоты, то она различна для каждого возраста. Красота юности заключается в обладании телом, способным переносить труды, будут ли они заключаться в беге или в силе, и в обладании наружностью своим видом доставляющей наслаждение… Красота зрелого возраста заключается в обладании телом, способным переносить военные труды, и наружностью приятной и вместе с тем внушительной. Красота старца заключается в обладании силами, достаточными для выполнения необходимых работ, и в беспечальном существовании благодаря отсутствию всего того, что позорит старость.

Чтобы разбудить совесть негодяя, надо дать ему пощечину.

Шутка есть ослабление напряжения, поскольку она – отдых.

Эгоизм заключается не в любви к самому себе, а в большей, чем должно, степени этой любви.

Ясность – главное достоинство речи.

Байрон Джордж Ноэл Гордон.

(22.01.1788–19.04.1824).

Английский поэт-романтик.

Родился в Лондоне в семье обедневшего аристократа. Окончил аристократический колледж Гарроу. Поступил в Кембриджский университет, но бросил обучение. В 1806 г. выпустил первый сборник стихов «Поэмы на разные случаи», скрыв авторство. В 1807 г., дополнив первую книгу 107 стихотворениями, издал сборник «Часы досуга» уже под своим именем. В 1809 г. отправился в путешествие по Европе и начал писать «Паломничество Чайльд-Гарольда», наделив главного героя многими чертами своего характера. В последующие годы работал над поэмами «Гяур», «Абидосская невеста» (1813), «Корсар», «Лара» (1814), «Шильонский узник» (1816), «Манфред» (1817), «Дон Жуан» (1818), «Бронзовый век» (1823) и др. С 1820 г. стал активным участником движения карбонариев – тайного общества в Италии, борящегося против иностранного ига. В 1823 г. отправился в Грецию помогать освободительной борьбе греков против османского ига, где во время осады крепости Миссолунги заболел лихорадкой и умер. Похоронен в Англии в родовом имении Ньюстэд. Д. Байрон стал одним из величайших поэтов в мировой литературе. Его творчество оказало большое влияние на многих выдающихся литераторов, в том числе на А.С. Пушкина и М.Ю. Лермонтова.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Благодатны дни юности. Старость любит возвращаться к ним сквозь туман времени. Старец вспоминает в сумерках о солнечных часах утра.

Брак образуется от любви, как уксус от вина.

В колчане дьявола нет лучшей стрелы для сердца, чем мягкий голос.

В одиночестве мы меньше всего одиноки.

В этом суетном и мятежном мире, а в особенности на поприще писателя, человек обязан взвесить и точно знать свои силы, главным образом силу сопротивления, прежде чем выйти на арену.

Вам кажется, скупой живет ужасно – / Он плохо ест, боится лишних трат; / Но он же, сэкономив корку сыра, / Счастливее, чем все владыки мира!

Верьте женщине или эпитафии – или какой-нибудь другой лжи!

Власть мысли – это волшебство ума.

Впечатления любви в сердце женщины весьма напоминают черту, проведенную по снегу и исчезающую без следа при первом солнечном луче.

Время – глупый младенец, / Время – старец хромой, / Улетает на крыльях, / Убивает косой.

Все комедии кончаются свадьбами.

Все мелочи из жизни лиц известных / Для мелкоты ужасно интересны.

Всплывает на поверхность, к сожаленью, / Вся грязь и мерзость – так заведено! / И сор, и пробки – всё несет теченье / Реки времен.

Высушить одну слезу – большая доблесть, чем пролить целое море крови.

Где любят нас – лишь там очаг родимый.

Горе – учитель мудрых.

Дайте женщине зеркало и несколько конфет, и она будет довольна.

Дружба – это любовь без крыльев.

Единственная хорошая сторона в супружестве – это то, что оно освобождает вас от друзей.

Если бы Лаура была женой Петрарки, разве он писал бы ей сонеты всю свою жизнь?

Если бы называть все вещи их настоящим именем, сам Цезарь усомнился бы своей славы.

Если женщина способна любить своего мужа, насколько больше будет она, естественно, любить человека, который не будет ее мужем.

Если уж заблуждаться, пусть это будет по велению сердца.

Затруднения – бродило для великих умов.

Зло, которое познали все мы, – / Плод праздности; лишь отдых от работ / Часам безделья цену придает.

Из всех тропинок, ведущих к сердцу женщины, жалость – самая короткая.

Известно, как легко играет бес / Большою впечатлительностью; сила / Внезапных впечатлений тем страшней, / Чем видимая сущность холодней.

Искренна скорбь того, кто плачет втайне.

Искусство лжи ведь редкое явленье; / Порою даже просто не поймешь – / Где искренность, где искренняя ложь.

Когда мы думаем, что руководим, в большинстве случаев руководят нами.

Когда-то люди создали манеры, теперь манеры создают людей.

Кто больше знает, тот больше страдает. Не есть ли древо науки – древо жизни?

Ложь – это замаскированная правда.

Лучше верить даже в безнадежное.

Лучший пророк для будущего – прошлое.

Любовь – довольно сложное явленье; / Нас чувственность сближает на мгновенье, / Но чувство держит нас в плену. / Предел несчастья – в их сращенье…

Любовь – могучая стихия, / И некрасивых женщин вовсе нет / Для всех мужчин моложе средних лет.

Любовь тщеславна и самолюбива от начала и до конца.

Мы в ненависти все отрады больше видим, / Мы любим второпях, но долго ненавидим.

Мы живем, потому что Надежда обращается к Памяти, и обе нам лгут.

Нас не смущают в молодые годы / Превратности судьбы и затрудненья, / А зрелый возраст ропщет на невзгоды / И даже порицает провиденье.

Наука – обмен неведенья, где лишь одно незнанье сменяется другим.

Невозможно ни слышать, ни рассказать о муках духовного ада.

Непостижимо слово «человек»! / И как постичь столь странное явленье? / Пожалуй, сам он знает меньше всех / Своих земных путей предназначенье.

Нет в мире радости, которой можно заменить радость отнятую.

Ничто так не способно утешать, как добрый ром и пламенная вера.

Но сердце женщин всё чего-то ждет / И счастья ищет в чувстве беспричинном. / Их пустота сердечная гнетет, / И слишком часто грустно без причин им.

Ночь придает блеск звездам и женщинам.

Общество ныне – цивилизованная орда, состоящая из двух могущественных племен: надоедающих и скучающих.

Одной капли чернил достаточно, чтобы возмутить мысль у тысяч, даже у миллионов людей.

Открытий много, и тому причина – блестящий гений и пустой карман.

Порой отвага вырастает из страха.

Поцелуй между женщинами означает только, что им в эту минуту больше нечего делать.

Поэт, конечно, волен мысли многие / Преобразить в абстрактный идеал, / Изображая в образах мистических / Высокий круг наук математических.

Правда всегда странна, более странна, чем вымысел.

Правда, что в пятьдесят лет редко можно рассчитывать на взаимность в любви, но не менее верно, что в этом возрасте ее можно иметь очень много за пятьдесят золотых.

Противника старайтесь утомить – / Его тогда нетрудно и затмить.

Пью за вино, за женщин, за веселье, / А проповедь послушаем с похмелья.

Равновесие – необходимое условие человеческой жизни.

Раны любви если не всегда убивают, то никогда не заживают.

Рассказ школьника – чудо на час.

Свобода – мать тех немногих добродетелей, которые достались на долю человечества.

Свободная мысль – это наше последнее и единственное прибежище.

Слава давно вызывала улыбку у мудрецов; это – нечто, ничто, слово, иллюзия, дым, и зависит больше от стиля историка, чем от имени, которое оставляет по себе человек.

Слезу страданья осушить с любовью / Славнее, чем весь мир забрызгать кровью.

Слезы женские трогают, у мужчин они бывают настоящим расплавленным свинцом, потому что для женщины слезы бывают облегчением, для нас же – пыткою.

Слова – это предметы, и маленькая капелька чернил, падая на мысль, подобнее росе, производит то, что заставляет думать тысячи, быть может, миллион людей.

Среди различных форм и формул зла / Всего досадней поздние советы, / Пророчества вчерашнего числа / И фразы: «Мы предчувствовали это!».

Так что же? Если доводы умны, / Не портятся они от повторенья, / А если глупы, – может быть, цены / Прибавит им простое умноженье.

Таланту можно простить, гению – никогда!

Тот, кто не любит свою страну, ничего любить не может.

Тысячи лет едва достаточно, чтобы создать государство, одного часа достаточно, чтобы оно пало в прах.

У всех народов свой обычай есть, / А нашим щепетильным англичанам / Присуще согрешивших не щадить / И сразу репутации клеймить.

У занятого человека нет времени плакать.

У кого в наружности есть что-нибудь такое, что порождает презрение, в том живет вечное желание освободить себя от этого презрения, вот почему все безобразные люди крайне смелы.

Уединенье, лень и тишина опасней, чем греховное веселье.

Улыбки создают каналы для будущих слез.

Часто для того, чтобы жить, надо больше мужества, чем чтобы умереть. Мы живем, потому что Надежда обращается к Памяти, и обе нам лгут.

Читать старые письма приятно уже потому, что на них не нужно отвечать.

Чужие неизведанные страсти / Святоши лишь из зависти клеймят: / Не уберечь невинность от напасти, / А только уколоть они хотят.

Эмигрант, покидая родимый очаг, / Под цепей ниспадающих тягостный звон / Застывает на бреге с тоскою в очах: / Жаль оставить темницу, в которой рожден!

Энтузиазм – это не что иное, как духовное опьянение.

Юность мечтает о славе.

Бальзак Оноре де.

(20.05.1799–18.08.1850).

Французский писатель.

Родился в городе Тур. Учился в Париже. Юношей работал у нотариуса, готовясь к карьере нотариуса или поверенного. В 26 лет напечатал ряд романов под различными псевдонимами, не имевших успеха. Обескураженный неудачей в литературе, увлекся коммерческой деятельностью: ставил опыты производства дешевой бумаги, вступил компаньоном в типографию. Разорившись, вернулся к литературе, снискав, наконец, славу и богатство. В 1829 г. вышла первая подписанная именем Бальзак книга «Шуаны». В 1830–31 гг. увидели свет «Гобсек», «Шагреневая кожа». Эти две книги высоко подняли Бальзака над современными ему авторами. В 1834 г. у Бальзака зарождается мысль создать многотомное произведение, «картину нравов» его времени, впоследствии озаглавленное им «Человеческая комедия». Над этим трудом он работал в течение всей своей жизни. «Человеческая комедия» разбита автором на три части. Первая часть – «Этюды о нравах» – имеет шесть отделов: «Сцены из частной жизни» («Модест Миньон», «Тридцатилетняя женщина», «Отец Горио» и др.), «Сцены из провинциальной жизни» («Евгения Грандэ», «Парижане в провинции» и др.), «Сцены из жизни Парижа» («Банкирский дом Нусенгена», серия романов «Блески и нищета куртизанок», «Темная история» и др.), «Сцены из военной жизни» («Шуаны», «Страсть в пустыне»), «Сцены из деревенской жизни» («Крестьяне», «Деревенский врач» и др.). Вторая часть – «Философские исследования» – включает 22 произведения: «Шагреневая кожа», «Неизвестный шедевр», серия романов «Екатерина Медичи» и др. Третья часть – «Аналитические исследования» – включает одно произведение «Физиология брака». О. де Бальзак умер в Париже 18 августа 1850 г.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Адюльтер приносит больше зла, чем брак – добра.

Архитектура – выразительница нравов.

Благородство чувств не всегда сопровождается благородством манер.

Боль, может быть, есть не что иное, как предельное наслаждение.

Большинство мужей напоминают мне орангутанов, пытающихся играть на скрипке.

Бороться – значит жить; пусть борьба приносит горе, пусть она ранит, – всё лучше, чем беспросветный мрак отвращения, яд презрительной замкнутости, холод тех, кто отрекся от борьбы, чем смерть сердца, которая зовется равнодушием.

Брак не может быть счастливым, если супруги до вступления в союз не узнали в совершенстве нравы, привычки и характеры друг друга.

Брак связывает на всю жизнь два существа, которые друг друга не знают.

Будущее нации – в руках матерей.

Бывают люди, похожие на нули: им всегда необходимо, чтобы впереди их были цифры.

Быть может, добродетель есть не что иное, как душевная деликатность.

Бюрократия – это гигантский механизм, приводимый в движение пигмеями.

В нас нет ненависти к суровости, когда она оправдана сильным характером, чистотою нравов и когда она искусно перемешивается с добротой.

В принципе, великий политик должен быть злодеем, иначе он будет плохо управлять обществом. Порядочный человек в роли политика – это все равно, что чувствующая паровая машина или кормчий, который объясняется в любви, держа рулевое колесо: корабль идет ко дну.

В пятьдесят лет мужчина более опасен, чем во всяком другом возрасте, ибо обладает дорогостоящим опытом и часто состоянием.

Великие таланты чужды мелочности.

Вот жизнь как она есть: не лучше кухни – вони столько же, а если хочешь что-нибудь состряпать, пачкай руки, только потом умей хорошенько смыть грязь; вот вся мораль нашей эпохи.

Время – это капитал работника умственного труда.

Все женщины хотят, чтобы занимались только ими; они взбунтуются, они десять дней не потерпят мужчину, поглощенного великим делом. Вот почему женщины любят дураков. Дурак отдает им все свое время, занимается только ими, тем самым доказывая своим дамам, что они любимы. Пусть гениальный человек отдаст им свое сердце, свое состояние, но если он не посвящает им все свое время, самая благородная женщина не поверит, что он любит ее.

Всё человеческое умение не что иное, как смесь терпения и времени.

Всё, что делаешь, надо делать хорошо, даже если совершаешь безумство.

Всякая власть есть непрерывный заговор.

Высшая степень мастерства писателя в том, чтобы выразить мысль в образе.

Глупость бывает двух родов: молчаливая и болтливая.

Глупость настолько непроходима, что ее невозможно исследовать до дна, в ней не рождается никакого отзвука, она всё поглощает без возврата.

Горе – самое стойкое из всех наших чувств.

Гражданское мужество и мужество военное проистекают из одного начала.

Добродетели могут принести и вред, если не освещены светом разума.

Добродетель – вещь неделимая: или она есть, или ее нет.

Добрую часть своей жизни заняты мы выпалыванием того, что вырастили в сердце своем в юности. Эта операция называется приобретением опытности.

Дружба двух святош делает более зла, чем открытая вражда десяти негодяев.

Дружба между мужчиной и женщиной очень слабеет при наступлении ночи.

Если все время будешь говорить один – всегда будешь прав.

Если жена заговорила об экономии, значит, ваши акции начали падать.

Если женщина вас любит – прощает всё, даже преступление; если же нет – то не замечает и самих добродетелей.

Если мужчина остроумен, хорош собою и общителен, женщины интересуются не тем, откуда он вышел, а тем, куда он хочет прийти.

Если не верить в себя самого, нельзя быть гением.

Если талант – это развитие природных склонностей, то твердая воля – это ежеминутно одерживаемая победа над инстинктами, над влечениями, которые воля обуздывает и подавляет, над препятствиями и преградами, которые она осиливает, над всяческими трудностями, которые она героически преодолевает. Воля может и должна быть предметом гордости гораздо больше, нежели талант.

Есть поэты, которые чувствуют, и поэты, которые выражают; первые наиболее счастливы.

Жениться по расчету – значит пресмыкаться перед женой, лизать пятки у ее мамаши, совершать такие мерзости, что свинье противно, тьфу! В таком браке вы будете чувствовать себя трубой для стока нечистот.

Женский инстинкт стоит прозорливости великих людей.

Женщина в любви похожа на арфу: она передает лишь тому свои тайны, кто хорошо на ней играет.

Женщина, которая смеется над своим мужем, уже не любит его.

Женщина, руководствующаяся рассудком, а не сердцем, настоящая общественная зараза: она имеет недостатки страстной и любящей женщины, но ни одного из ее достоинств; она без жалости, без любви, без добродетели, без пола.

Женщина умная никогда не злоупотребит своими преимуществами; нужно быть ничтожной и глупой, чтобы завладеть мужчиной.

Женщины в силу какого-то особенного склада своего ума обычно видят в человеке талантливом только его недостатки, а в дураке только его достоинства.

Женщины, которым хочется любить, чувствуют бессознательную ненависть к мужчинам, всецело поглощенным своим делом; такие женщины, несмотря на свои высокие достоинства, всегда остаются женщинами в смысле желания преобладать.

Женщины смотрят на своих любовников как на средство для удовлетворения своего тщеславия. Самих себя – вот кого они любят в нас!

Женщины умеют придавать своим словам особую значительность, они вкладывают в них какой-то невыразимый трепет, который расширяет их смысл и сообщает им глубину.

Жестокость и страх пожимают руки друг другу.

Жизнь – это чередование всяких комбинаций, их нужно изучать, следить за ними, чтобы всюду оставаться в выгодном положении.

Завистники и тупицы никогда не могут понять тех побуждений, по которым действуют выдающиеся умы; поэтому, как только они подметят несколько поверхностных противоречий, они тотчас хватаются за них.

Зависть – один из наиболее действенных элементов ненависти.

Зависть развязывает языки, тогда как восхищение их сковывает.

Задача искусства не в том, чтобы копировать природу, но чтобы ее выражать. Нам должно схватывать ум, смысл, облик вещей и существ.

Замужняя женщина – это рабыня, которую надо уметь посадить на трон.

Идеальная красота, самая восхитительная наружность ничего не стоят, если ими никто не восхищается.

Идеи могут быть обезврежены только идеями.

Идея выше факта.

Искусство – это одежда нации.

Искусство – это религия, которая имеет своих жрецов и должна иметь своих мучеников.

Испивая чашу удовольствия до дна, мы обнаруживаем там больше гравия, чем перлов.

Истина разрушает столь заблуждений и ошибок, что все, кто живет неправдой, восстают и хотят убить истину. Прежде всего они нападают на ее носителя.

Истинная любовь в своих поступках являет несомненное сходство с ребяческими выходками: то же безрассудство, неосторожность, непосредственность, смех и слезы.

Истинный ученый – это мечтатель, а кто им не является, тот называет себя практиком.

Клевета равнодушна к ничтожествам.

Ключом ко всякой науке является вопросительный знак.

Когда женщина уже слишком стара, чтобы нравиться мужчинам, она обращается к Богу.

Когда нечего сказать, много говорят.

Когда человек хвастается, что не изменит своих убеждений, он обязуется идти всё время по прямой линии, – это болван, уверенный в своей непогрешимости.

Кто бывает всюду, тот нигде не встречает интереса к своей особе.

Кто любит всех женщин, не ревнует ни одну.

Кто слишком много доказывает, ничего не доказывает.

Кто способен управлять женщиной, способен управлять государством.

Лесть никогда не исходит от великих душ, она – удел мелких душонок, умеющих становиться еще мельче, чтобы войти в жизненную сферу важной персоны, к которой они тяготеют.

Лицемерие внушает уважение людям, привыкшим прислуживать.

Любовником быть легче, чем мужем, – уже по той простой причине, что быть остроумным ежедневно труднее, чем говорить любезности время от времени.

Любовное приключение – игра, в которой всегда плутуют.

Любовь для высокомерной натуры – то же, что Солнце для Земли.

Любовь – единственная возможность для дурака вырасти в собственных глазах.

Любовь – единственная страсть, которая не выносит ни прошлого, ни будущего.

Любовь – игра, в которой всегда плутуют.

Любовь – наше второе рождение.

Любовь равно велика и в болтовне, и в лаконичности.

Любовь соединяет в себе все добрые качества человека.

Любовь так плохо выносит домашние дрязги, что для прочного счастья нужно найти друг у друга выдающиеся качества.

Любовь – это удивительный фальшивомонетчик, постоянно превращающий не только медяки в золото, но и нередко и золото в медяки.

Люди боятся холеры, но вино гораздо опаснее ее.

Люди редко выставляют напоказ недостатки – большинство старается прикрыть их привлекательной оболочкой.

Мелкие люди умеют притворяться необычайно искусно.

Мир – это бочка, усаженная изнутри перочинными ножами.

Можно быть великим человеком и злодеем, так же как можно быть глупцом и в то же время вдохновенным любовником.

Мужское постоянство может наскучить, женское – никогда.

Мужья и правительства никогда не должны признавать свои ошибки.

Мы привыкли судить о других по себе, и, если мы охотно прощаем им наши недостатки, мы сурово осуждаем их за то, что они лишены наших достоинств.

Мы признаем человеком только того, чья душа мечтает в любви настолько же о духовном наслаждении, как и о телесном удовольствии.

Мысль – это ключ ко всем сокровищам, она одаряет нас всеми радостями скупца, но без его забот.

Наглое лицемерие внушает уважение людям, привыкшим прислуживать.

Наивность и простота суть признаки детства.

Насмешник всегда существо поверхностное.

Наша совесть – судья непогрешимый, пока мы не убили ее.

Не станем подсчитывать женщин, добродетельных по глупости, ибо известно, что в любви все женщины умны.

Невежество – мать всех преступлений. Преступление прежде всего – неразумие.

Необходимость часто является стимулом для гения.

Неспособность испытывать восторг – признак посредственности.

Несчастье бывает пробным камнем характеров.

Несчастье – лучший учитель.

Ни один мужчина не должен жениться, пока не изучил анатомию и не препарировал хотя бы одну женщину.

Никогда не оказывайте услуг, о которых не просят.

Никто не станет разыскивать скрытые добродетели.

Никто не становится другом женщины, если может быть ее любовником.

Ничего нет внутри у людей, вечно выставляющих все наружу.

Ничто так не связывает нас, как наши пороки.

Нравы – это люди, законы – разум страны. Нравы нередко более жестоки, чем законы. Нравы, часто неразумные, берут верх над законами.

Обнаженная женщина являет, вероятно, меньшую опасность, нежели женщина, облаченная в одежду, если последняя расположена так искусно, что, все скрывая, вместе с тем все выставляет напоказ.

Отсутствие вкуса – один из тех изъянов, которые неотделимы от ханжества.

Первые седины влекут за собой последние увлечения, и притом наиболее страстные; их источник – уходящая сила и наступающая слабость.

Печать для рукописи – то же, что театр для женщины: все достоинства и изъяны выставляются.

Писатель существует только тогда, когда тверды его убеждения.

Подлинный государственный деятель должен быть прежде всего равнодушен к мелким страстишкам.

Поиски разнообразия в любви – признак бессилия.

Покуда женщина не полюбила, она кокетничает.

Поле битвы, на котором сражается разум, страшнее, чем поле битвы, где умирают, его труднее возделывать, чем пашню.

Порядочная женщина – та, которую любовник боится скомпрометировать.

Постоянный труд есть закон как искусства, так и жизни.

Правда – точно горькое питье, неприятное на вкус, но зато восстанавливающее здоровье.

Прекрасно быть большим человеком и большим гражданином.

Привилегия всюду быть дома принадлежит только королям, девкам и ворам.

Признавшись в своей слабости, человек становится сильным.

Принципов нет, а есть события; законов нет – есть обстоятельства; человек высокого полета сам применяется к событиям и обстоятельствам, чтобы руководить ими.

Пристрастие к коллекционированию – самая первая ступень умственного расстройства.

Пятиться назад из трусости и боязни до сих пор считается искусным маневром.

Равенство может быть правом, но никакая человеческая сила не в состоянии обратить его в факт.

Равнодушие к прекрасному полу в старости – наказание за то, что слишком умел нравиться в молодости.

Рассудок всегда мелочен рядом с чувством… Рассуждать там, где надо чувствовать, свойственно душам ничтожным.

Ревнивец сомневается на самом деле не в своей жене, а в себе самом.

Ревность у мужчины складывается из эгоизма, доведенного до чертиков, из самолюбия, захваченного врасплох, и раздраженного ложного тщеславия.

Самое жестокое мщение – это пренебрежение возможностью мести.

Свобода, данная развращенному народу, – это девственница, преданная развратникам.

Свои убеждения не вывешивают на стенку.

Себялюбие – яд для дружбы.

Сердце матери – это бездна, в глубине которой всегда найдется прощение.

Серьезность – основа характера.

Сильные жизненные потрясения исцеляют от мелких страхов.

Скорбь безгранична, радость имеет пределы.

Скупость начинается там, где кончается бедность.

Слава – солнце мертвых.

Слава – товар невыгодный. Стоит дорого, сохраняется плохо.

Слава – это яд, который следует принимать малыми дозами.

Слезы стариков настолько же ужасны, насколько естественны слезы детей.

Слезы так же заразительны, как и смех.

Со временем душа, непрерывно оскверняемая сделками с совестью, мельчает, пружины благородных мыслей ржавеют, петельные крючья пошлости разбалтываются и начинают вращаться сами собою.

Совершенная красота почти всегда отмечена холодностью либо глупостью.

Сомневаться в Боге – значит верить в него.

Состояние холостяка – состояние противообщественное.

Среди каждой нации найдется не более пятидесяти-шестидесяти опасных голов, ум которых отвечает честолюбию. Умение править заключается в том, чтобы знать эти головы, рубить их либо покупать.

Страсть плохо рассуждает.

Страсть – это всеобщая человеческая природа. Без нее были бы бесполезны религия, история, любовь и искусство.

Строгость, когда она оправдана сильным характером воспитателя, его безупречным поведением и когда она искусно сочетается с добротой, вряд ли способна вызвать в нас злобу.

Супружество должно беспрерывно сражаться со всепожирающим чудовищем: с привычкой.

Супружество состоит не только из удовольствий, столь же преходящих в семейной жизни, как и в жизни вообще, – оно предполагает общие склонности, взаимное страстное влечение, сходство характеров – вот что превращает это необходимое обществу установление в извечную проблему.

Талант в мужчине то же, что красота в женщине – всего лишь обещание. Для того, чтобы быть подлинно великим, его сердце и характер должны быть равны таланту.

Талант – это развитие природных склонностей.

Там, где все горбаты, прекрасная фигура становится уродством.

Там, где замешано честолюбие, нет места чистосердечию.

Твердая воля – это ежеминутно одерживаемая победа над инстинктами, над влечениями.

Те, кто любит, либо ни в чем не сомневаются, либо же сомневаются во всем.

Ткань нашей жизни соткана из перепутанных нитей, добро и зло соседствуют в ней.

Только женщины недалекие, у которых красота затмевает ум, сердце и душу, могут внушить беззаветную страсть, ибо женщина умная никогда не злоупотребляет своими преимуществами; нужно быть ничтожной и глупой, чтобы завладеть мужчиной.

Только последняя любовь женщины может сравниться с первой любовью мужчины.

У женщины то общее с ангелом, что всех страждущих она хочет утешить.

У ума, как у проселочной дороги, есть своя проторенная колея.

Уважение – это застава, охраняющая сколько отца и мать, столько же и детище; первых оно спасает от огорчений, последнее – от угрызения совести.

Увлечение рыбной ловлей напоминает чиновникам работу в канцелярии.

Упорство во мнениях, равно как горячность, – самый верный признак глупости.

Усомниться – значит утратить силу.

Успех одного отважного человека всегда побуждает к рвению и мужеству целое поколение.

Утверждать, что невозможно всегда любить одну и ту же женщину, так же бессмысленно, как полагать, что прославленному музыканту для исполнения разных мелодий потребуются разные скрипки.

Ухаживая за женщинами, многие, так сказать, подсушивают дрова, которые будут гореть не для них.

Учтивость и скромность свидетельствуют о подлинной просвещенности человека.

Хороший муж никогда первым не ложится спать вечером и не просыпается последним утром.

Хорошо написанные исторические романы стоят больше курсов истории.

Человек большую часть своей жизни проводит в том, что выкорчевывает из сердца все то, что пустило там ростки еще в юности. Операция сия именуется обретением жизненного опыта.

Человек, не последовавший своему призванию, несчастлив, он становится угрюм и печален; он страдает, а страданием порождается озлобленность.

Человеку необходимо изведать сильные чувства, чтобы в нем развились благородные свойства, которые расширили бы круг его жизни.

Чересчур легкий успех, возгласы удивления – признак недолговечности славы; нельзя оплачивать одной и той же монетой канатного плясуна и поэта.

Чтобы дойти до цели, надо прежде всего идти.

Чтобы оценить прекрасные литературные произведения… нужно обширное образование, развитой интеллект, покой, досуг и известное напряжение ума.

Чтобы судить о человеке, по крайней мере, надо войти в тайну его мысли, его несчастий, его волнений.

Батлер Сэмюэл.

(04.12.1835–18.06.1902).

Английский писатель-фантаст.

Родился в Великобритании в месте Лангар (графство Ноттингемшир) в семье священника. Получив образование в Кембридже, отказался от духовной карьеры, для которой воспитывался, намереваясь стать художником. В 1859 г. после конфликта с отцом уехал в Новую Зеландию, где занялся фермерством, а также писал статьи, в том числе «Дарвин среди машин» (1863), которая впоследствии легла в основу его главных антиутопий. В 1864 г. вернулся в Англию и поселился в Лондоне, где и жил до конца своих дней. Серьезно занимался живописью, регулярно выставляясь в Королевской Академии. Первая его книга «Едгин», навеянная воспоминаниями о жизни в Новой Зеландии, вышла в 1872 г. и мгновенно завоевала успех. Другие произведения Батлера: «Надежная гавань» (1873), «Перечитывая сонеты Шекспира» (1899), «Возвращение в Едгин» (1901), «Путь всякой плоти» (1903).

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Бог не может изменить прошлое, но историки могут. И, должно быть, как раз потому, что иногда они оказывают эту услугу, Бог терпит их существование.

Бог не так плох, как его малюют, но и не так хорош.

В жизни есть два основных правила – одно общее, другое частное. Первое из них гласит: рано или поздно каждый получит то, чего хочет, если только постарается. Таково общее правило. Частное правило гласит, что каждый отдельный человек в большей или меньшей степени есть исключение из общего правила.

В оправдание дьявола следует сказать, что до сих пор мы выслушивали лишь одну сторону: все священные книги написаны Богом.

В супружестве колебания иногда означают спасение.

Величайший лжец – лжец бессознательный.

Вот уж кому не следовало бы иметь детей, так это родителям.

Всё следует принимать всерьез, когда отказывает юмор.

Все философии в конечном счете абсурдны, но некоторые абсурднее, чем другие.

Всякая коммерция – это попытка определить будущее.

Выдумка – нередко мать необходимости.

Вырождающийся дворянин или тот, кто кичится своим происхождением, похож на репу. В нем нет ничего хорошего, кроме того, что скрыто в земле.

Да, Бог есть любовь. Но что за дьявольская штука эта любовь!

Дерзость – ублюдок невежества.

Доводы на большинство из нас действуют плохо. Притязания – куда лучше.

Дураки выдумывают моду, а умные поневоле ей следуют.

Единственное по-настоящему серьезное убеждение заключается в том, что в мире нет ничего, что следовало бы принимать всерьез.

Если бы Христос подал на развод с Церковью, обвинив ее в жестокости, неверности и нарушении долга, Он мог бы выиграть дело.

Жизнь – это искусство извлекать значительные выгоды из незначительных обстоятельств.

Жизнь – это материя, в которой мы запутаемся, если будем рассуждать о ней слишком много или слишком мало.

Жизнь – это усталость, растущая с каждым шагом.

Жить – то же самое, что играть в ресторане на скрипке, которую впервые взял в руки.

Жить – то же, что любить: разум – против, здоровый инстинкт – за.

Иметь свое собственное мнение можно лишь в том случае, если знаешь, как его опровергнуть.

Искусство – как природа. Если вы не пустите его в дверь, оно войдет в окно.

Истинная жизнь человека – та, о которой он даже не подозревает.

История искусства – это история возрождений.

История мира – это история того, как слабые проклинают сильных, а сильные – слабых.

Лгать – значит признавать превосходство того, кому вы лжете.

Лишения – это неуклюжая попытка добиться того, что гораздо проще достигается благосостоянием.

Логика и постоянство – предмет наслаждения богов и низших животных.

Лучший оратор – тот, кто способен сказать как можно меньше при помощи наибольшего количества слов.

Любовь к деньгам – корень всех бед. То же можно сказать и про отсутствие денег.

Любое человеческое творение, будь то литература, музыка или живопись, – это всегда автопортрет.

На свете дураков больше, чем мошенников, иначе мошенникам нечем было бы жить.

Написать картину может последний дурак, но продать ее только умный сумеет.

Наш мир – как Ноев ковчег: горстка людей и уйма скотов.

Наша ошибка часто заключается не в содеянном, а в сожалении о содеянном.

Несправедливость – это то, что мешает мне жить по своему усмотрению.

Особое искусство – знать, на что не следует обращать внимания. Чем дольше длится беседа, тем такое искусство более необходимо.

Откровенно говоря, я не вижу особого смысла превозносить смиренных и кротких людей. Когда их превозносят, они перестают быть смиренными и кроткими.

Отношения между полами предполагают наличие трения.

Перемены – это неизменность в изменяющихся обстоятельствах.

Пресса полезна уже потому, что она учит нас не доверять прессе.

Природа – как фокусник: за ней нужен глаз да глаз.

Прогресс человечества основывается на желании каждого человека жить не по средствам.

Разбойники требуют кошелек или жизнь, женщины – и то и другое.

С безмозглою женой большие сложности, / Коль управлять дурехой нет возможности.

Справедливость – это когда мне дозволено делать всё, что угодно.

Считается, что любовь к деньгам – корень всех бед. То же можно сказать и про отсутствие денег.

Холостяки очень редко говорят о себе правду, женатые – никогда.

Хорошие мелодии играются и на старой скрипке.

Белинский Виссарион Григорьевич.

(30.05/11.06. 1811–26.05/07.06.1848).

Русский писатель, выдающийся литературный критик и публицист.

Родился в крепости Свеаборг (Финляндия) в семье лекаря, служившего на Балтийском флоте. В 1830 г. написал драму «Дмитрий Калинин». В 1832 г. был отчислен из Московского университета «за отсутствие способностей». Занялся публицистикой, вошел в кружок Н.В. Станкевича, сблизился с М.А. Бакуниным, увлекся идеями И. Фихте и Г. Гегеля. После переезда в Петербург сотрудничал с журналами «Отечественные записки» и «Современник». Первую критическую статью «Литературные мечтания. Элегия в прозе» опубликовал в 1834 г. в журнале «Молва». Статья представляет блестяще и горячо написанный обзор исторического развития русской литературы. Кроме ежегодных обозрений текущей литературы, статей о театре и различных библиографических и политических заметок, Белинский поместил в «Отечественных записках» 1840–46 гг. замечательные статьи о Г.Р. Державине, М.Ю. Лермонтове, В.И. Майкове, А.И. Полежаеве, о русской поэзии и ряд больших статей о А.С. Пушкине, представляющих, в сущности, полную историю русской литературы от М. Ломоносова до смерти Пушкина. Умер от туберкулеза в Санкт-Петербурге. Похоронен на Волковом кладбище. Влияние Белинского в русской литературе колоссально. Он не только впервые установил правильные понятия об искусстве и литературе и указал путь, по которому должна развиваться литература, чтобы стать общественной силой, но явился учителем и руководителем молодого поколения писателей 1840-х годов. Выработанные им теоретические положения сделались общим достоянием и в большинстве сохраняют свою силу до настоящего времени.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Авторитет и дружба – вода и огонь, вещи разнородные и враждебные; равенство – условие дружбы.

Апатия и лень – истинное замерзание души и тела.

Без любви и ненависти, без симпатии и антипатии человек есть призрак.

Без страстей и противоречий нет жизни, нет поэзии. Лишь бы только в этих страстях и противоречиях была бы разумность и человечность, и их результаты вели бы человека к его цели.

Без цели нет деятельности, без интересов нет цели, а без деятельности нет жизни. Источник интересов, целей и деятельности – субстанция общественной жизни.

Благо тем, которые умеют и в зиму дней своих сохранить благодатный пламень сердца, живое сочувствие ко всему великому и прекрасному бытия.

Благо тому, кто, не довольствуясь настоящею действительностию, носил в душе своей идеал лучшего существования, жил и дышал одною мыслию – споспешествовать, по мере данных ему природою средств, осуществлению на земле идеала.

Борьба есть условие жизни: жизнь умирает, когда оканчивается борьба.

Брак есть действительность любви. Любить истинно может только вполне созревшая душа, и в таком случае любовь видит в браке свою высочайшую награду и при блеске венца не блекнет, а пышнее распускает свой ароматный цвет, как при лучах солнца.

В важных делах жизни всегда надо спешить так, как будто бы от потери одной минуты должно было все погибнуть.

В чем не знаешь толку, чего не понимаешь, то брани: это общее правило посредственности.

В юности каждый доступнее, чем в другом возрасте, всему высокому и прекрасному. Благо тому, кто сохранит юность до старости, не дав душе своей остыть, ожесточиться, окаменеть.

Вдохновение не есть исключительная принадлежность художника: без него недалеко уйдет и ученый, без него немного сделает даже и ремесленник, потому что оно везде, во всяком деле, во всяком труде.

Величайшая слабость ума заключается в недоверчивости к силам ума.

Величайшее сокровище – хорошая библиотека.

Венки бессмертия в наше время очень вздорожали.

Верить и не знать – это еще значит что-нибудь для человека; но знать и не верить – это ровно ничего не значит.

Видеть и уважать в женщине человека не только необходимое, но и главное условие возможности любви для порядочного человека нашего времени. Видеть прекрасно изданную пустую книгу так же неприятно, как видеть пустого человека, пользующегося всеми материальными благами жизни.

Воспитание – великое дело: им решается участь человека.

Воспитывать не значит только выкармливать и вынянчивать, но и дать направление сердцу и уму, – а для этого разве не нужно со стороны матери характера, науки, развития, доступности ко всем человеческим интересам?

Всё благо, и велико, и разумно – в свое время и на своем месте.

Всякая благородная личность глубоко сознает свое кровное родство, свои кровные связи с отечеством.

Всякая крайность есть родная сестра ограниченности.

Всякая любовь истинна и прекрасна по-своему, лишь бы только она была в сердце, а не в голове.

Всякая сатира, которая кусается, богата морально.

Всякие бывают люди и всякие страсти. У иного, например, всю страсть, весь пафос его натуры составляет холодная злость, и он только тогда и бывает умен, талантлив и даже здоров, когда кусается.

Всякое достоинство, всякая сила спокойны – именно потому, что уверены в самих себе.

Высочайший и священнейший интерес общества есть его собственное благосостояние, равно простертое на каждого из его членов.

Гадок наглый самохвал; но не менее гадок и человек без всякого сознания какой-нибудь славы, какого-нибудь достоинства.

Где нет полной откровенности, полной доверенности, где скрывается хотя малость какая-нибудь, там нет и не может быть дружбы.

Гибнет в потоке времени только то, что лишено крепкого зерна жизни и что, следовательно, не стоит жизни.

Глупо для переезда через лужу на челноке раскладывать перед собою морскую карту.

Гуманизм есть человеколюбие, но развитое сознанием и образованием.

Для любви нужно разумное содержание, как масло для поддержки огня.

Для низких натур ничего нет приятнее, как мстить за свое ничтожество, бросая грязью своих воззрений и мнений в святое и великое.

Дружба, подобно любви, есть роза с роскошным цветом, упоительным ароматом, но и с колючими шипами.

Если б выбор в любви решался только волею и разумом, тогда любовь не была бы чувством и страстью. Присутствие элемента непосредственности видно и в самой разумной любви, потому что из нескольких равно достойных лиц выбирается только одно, и выбор этот основывается на невольном влечении сердца.

Если бы вся цель нашей жизни состояла в нашем личном счастии, а наше личное счастие заключалось бы только в одной любви, тогда жизнь была бы действительно мрачною пустынею… Но хвала вечному разуму, хвала попечительному промыслу! Есть для человека и еще великий мир жизни, кроме внутреннего мира сердца, – мир исторического созерцания и общественной деятельности.

Если талант не имеет в себе достаточной силы стать в уровень со своими стремлениями и предприятиями, он производит только пустоцвет, когда вы ждете от него плодов.

Есть для человека и еще великий мир жизни, кроме внутреннего мира сердца, – мир исторического содержания и общественной деятельности – тот великий мир, где мысль становится делом, высокое чувствование – подвигом… И благо тому, кто не праздным зрителем смотрел на этот океан шумно несущейся жизни.

Есть женщины, которым стоит только показаться восторженным, страстным, и они ваши; но есть женщины, которых внимание мужчина может возбудить к себе только равнодушием, холодностью и скептицизмом как признаками огромных требований на жизнь или как результатом мятежно и полно пережитой жизни.

Есть люди, в руках которых и простая палка опаснее, чем у иных шпага.

Жена – не любовница, но друг и спутник нашей жизни, и мы должны заранее приучиться к мысли любить ее и тогда, когда она будет пожилою женщиной.

Женщина – мать по призванию, по душе и крови. Нет ничего святее и бескорыстнее любви матери; всякая привязанность, всякая любовь, всякая страсть или слаба, или своекорыстна в сравнении с нею.

Женщина мыслит сердцем, а мужчина любит головой.

Жизнь – ловушка, а мы – мыши; иным удается сорвать приманку и выйти из западни, но большая часть гибнет в ней, а приманку разве понюхают. Глупая комедия, черт возьми.

Жить – значит чувствовать и мыслить, страдать и блаженствовать; всякая другая жизнь – смерть.

Знание фактов только потому и драгоценно, что в фактах скрываются идеи; факты без идей – сор для головы и памяти.

Из всех критиков самый великий, самый гениальный, самый непогрешимый – время.

Из всех страстей человеческих сильнейшая – самолюбие, которое, будучи оскорблено, никогда не прощает.

Изменит женщине любовь – ей ничего уже не остается в жизни, и она должна пасть, погибнуть под бременем постигшего ее бедствия или умереть душой для остального времени своей жизни, сколько бы ни продолжалась эта жизнь.

Искусство без мысли, что человек без души – труп.

Искусство смешить труднее искусства трогать.

Истина выше людей и не должна бояться их.

Истинно человеческая любовь может быть основана только на взаимном уважении друг в друге человеческого достоинства, а не на одном капризе чувств и не на одной прихоти сердца.

Источник всего нового есть старое; по крайней мере, старым приготовляется новое.

Исходный пункт нравственного совершенства есть прежде всего материальная потребность.

Какова бы ни была деятельность, но привычка и приобретаемое через нее умение действовать – великое дело. Кто не сидел сложа руки и тогда, когда нечего было делать, тот сумеет действовать, когда настанет для этого время.

Клевета не всегда бывает действием злобы: чаще всего она бывает плодом невинного желания рассеяться занимательным разговором, а иногда и плодом доброжелательства и участия столь же искреннего, сколь и неловкого.

Книга есть жизнь нашего времени, в ней все нуждаются – и старые, и малые.

Когда человек весь отдается лжи, его оставляют ум и талант.

Кто берется судить о других, тот подвергает и самого себя еще строжайшему суду.

Кто боится знания, тот пропал.

Кто не идет вперед, тот идет назад: стоячего положения нет.

Кто не принадлежит своему отечеству, тот не принадлежит и человечеству.

Кто резко высказывает свои мнения о чужих действиях, тот обязывает этим и самого себя действовать лучше других.

Литература, как общество, имеет своих плебеев, свою чернь, а чернь везде бывает и невежественна, и нагла, и бесстыдна.

Люби добро, и тогда ты будешь необходимо полезен своему отечеству, не думая и не стараясь быть ему полезным.

Любовь и уважение к родителям, без всякого сомнения, есть чувство святое.

Любовь имеет свои законы развития, свои возрасты, как жизнь человеческая. У нее есть своя роскошная весна, свое жаркое лето, наконец, осень, которая для одних бывает теплою, светлою и плодотворною, для других – холодною, гнилою и бесплодною.

Любовь как одна из сильнейших страстей, увлекающих человека во все крайности больше, чем всякая другая страсть, может служить пробным камнем нравственности.

Любовь столь сильна, что творит непостижимое, торжествует над вечно неизменными условиями пространства и времени, над бессилием плоти, младенцу дает львиную силу.

Любовь часто ошибается, видя в любимом предмете то, чего нет, но иногда только любовь же и открывает в нем прекрасное или великое, которое недоступно наблюдению и уму.

Люди обыкновенно не столько наслаждаются тем, что им дано, сколько горюют о том, чего им не дано.

Меркою достоинства женщины может быть мужчина, которого она любит.

Мещане-собственники – люди прозаически-положительные. Их любимое правило: всякий у себя и для себя. Они хотят быть правы по закону гражданскому и не хотят слышать о законах человечества и нравственности.

Много людей живет не живя, но только собираясь жить.

Моральное равнодушие – болезнь слишком образованных людей.

Мужчина с женоподобным характером есть самый ядовитый пасквиль на человека.

Найти причину зла – почти то же, что найти против него лекарство.

Найти свою дорогу, узнать свое место – в этом все для человека, это для него значит сделаться самим собою.

Нападки… на недостатки и пороки народности есть не преступление, а заслуга, есть истинный патриотизм.

Не делать – не жить. Кто в самом себе не носит источника жизни, то есть источника живой деятельности, кто не надеется на себя, – тот вечно ожидает всего от внешнего и случайного.

Не надо и в шутку лгать и льстить. Пусть думает о тебе всякий, что ему угодно, а ты будь тем, что ты есть.

Нет ничего опаснее, чем связывать свою участь с участью женщины за то только, что она прекрасна и молода.

Нет преступления любить несколько раз в жизни, и нет заслуги любить только один раз: упрекать себя за первое и хвастаться вторым равно нелепо.

Никакой человек в мире не родится готовым, то есть вполне сформировавшимся, но всякая жизнь его есть не что иное, как беспрерывно движущееся развитие, беспрестанное формирование.

Общество не то, что частный человек: человека можно оскорбить, можно оклеветать – общество выше оскорблений и клеветы.

Ограничен разум человека, но зато безграничен разум человеческий, то есть разум человечества.

Один из высочайших принципов истинной нравственности заключается в уважении к человеческому достоинству во всяком человеке без различия лица прежде всего за то, что он – человек, а потом уже за его личные достоинства.

Патриотизм состоит не в пышных возгласах в общих местах, но в горячем чувстве любви к родине, которое умеет высказываться без восклицаний и обнаруживается не в одном восторге от хорошего, но и в болезненной враждебности к дурному, неизбежно бывающей во всякой земле, следовательно, во всяком отечестве.

Подлецы потому и успевают в своих делах, что поступают с честными людьми, как с подлецами, а честные люди поступают с подлецами, как с честными людьми.

Поприще женщины – возбуждать в мужчине энергию души, пыл благородных страстей, поддерживать чувство долга и стремление к высокому и великому – вот ее назначение, и оно велико и священно.

Порядочный человек не тем отличается от пошлого, чтобы он был вовсе чужд всякой пошлости, а тем, что видит и знает, что в нем есть пошлого, тогда как пошлый человек и не подозревает этого в отношении к себе; напротив, ему-то и кажется больше всех, что он – истинное совершенство.

Поэзия есть высший род искусства. Всякое другое искусство более или менее стеснено и ограничено в своей творческой деятельности тем материалом, посредством которого оно проявляется. Поэзия же выражается в свободном творческом слове, которое есть и звук, и картина, и определенное ясно выговоренное представление. Поэтому поэзия заключает в себе все элементы других искусств.

Разврат состоит в животной чувственности, в которой уже не может быть никакой поэзии, потому что в поэзию могут входить только разумные элементы жизни, а в том нет разумности, что унижает человека до животного.

Разница человека с животными именно в том и состоит, что он только начинается там, где животные уже оканчиваются.

Разум дан человеку для того, чтобы он разумно жил, а не для того только, чтобы он видел, что неразумно живет.

Разум и чувство – две силы, равно нуждающиеся друг в друге, мертвые и ничтожные одна без другой.

Ревность без достаточного основания есть болезнь людей ничтожных, которые не уважают ни самих себя, ни своих прав на привязанность любимого ими предмета; в ней выказывается мелкая тирания существа, стоящего на ступени животного эгоизма.

Ревность не соединена со свободой человека. В ревности есть инстинкт собственности и господства, но в состоянии унижения. Нужно признавать право любви и отрицать право ревности, перестав ее идеализировать… Ревность есть тирания человека над человеком. Особенно отвратительна женская ревность, превращающая женщину в фурию.

Смех часто бывает великим посредником в деле отличения истины от лжи.

Способность быть всегда в добром расположении духа суть самое прочное основание счастья в сем подлунном мире.

Способность творчества есть великий дар природы; акт творчества в душе творящей есть великое таинство; минута творчества есть минута великого священнодействия.

Стать смешным – значит проиграть свое дело.

Страсть есть источник всякой живой плодотворной деятельности.

Страсть есть поэзия и цвет жизни, но что же в страстях, если у сердца не будет воли?

Только в силе воли заключается условие наших успехов на избранном поприще.

Только золотая посредственность пользуется завидною привилегиею – никого не раздражать и не иметь врагов и противников.

Только счастье есть мерка и поверка любви.

Только труд может сделать человека счастливым, приводя его душу в ясность, гармонию и довольство самим собою.

Убеждение должно быть дорого потому только, что оно истинно, а совсем не потому, что оно наше.

Ум – это духовное оружие человека.

Уметь писать стихи также не значит еще быть поэтом: все книжные лавки завалены доказательствами этой истины.

Умные среди дураков всегда странны.

Фанатизм и мистицизм – враги науки, потому что они – тьма, а наука – свет.

Хорошо быть ученым, поэтом, воином, законодателем и проч., но худо не быть при этом человеком.

Человек всегда был и будет самым любопытнейшим явлением для человека.

Человек страшится только того, чего не знает, знанием побеждается всякий страх.

Человек является прежде всего сыном своей страны, гражданином своего отечества, горячо принимающим к сердцу его интересы.

Человечность всегда и везде… есть высшая добродетель, высшее достоинство человека, потому что без нее человек есть только животное, тем более отвратительное, что вопреки здравому смыслу, будучи внутри животным, снаружи имеет форму человека.

Чем выше гений поэта, тем глубже и обширнее понимает он природу и тем с большим успехом представляет нам ее во взаимосвязи с жизнью.

Чем одностороннее мнение, тем доступнее оно для большинства, которое любит, чтобы хорошее было хорошим, а дурное – дурным, и которое слышать не хочет, чтобы один и тот же предмет вмещал в себя и хорошее, и дурное.

Честные люди всегда имеют дурную привычку со стыдом опускать глаза перед наглостью и нахальною подлостью.

Чувство гуманности оскорбляется, когда люди не уважают в других человеческого достоинства, и еще более оскорбляется и страдает, когда человек сам в себе не уважает собственного достоинства.

Чувство – огонь, мысль – масло.

Школа несчастья есть самая лучшая школа.

Эгоизм изворотлив, как хамелеон.

Юность сама по себе есть уже поэзия жизни, и в юности каждый бывает лучше, нежели в остальное время жизни.

Юность человека есть прекрасная роскошная весна, время деятельности и кипения сил; она бывает однажды в жизни и никогда больше не возвращается.

Юноши, переходящие в старость мимо возмужалости, – отвратительны, как старички, которые хотят казаться юношами.

Берне Карл Людвиг.

(06.05.1786–12.02.1837).

Немецкий писатель, публицист.

Родился во Франкфурте-на-Майне в семье банкира. Изучал медицину и юридические науки. Публицистическую деятельность начал в 1818 г. в «Франкфуртском журнале», а затем стал издавать собственный журнал «Весы». В 1830 г. уехал в Париж. Письма из Парижа, составившие впоследствии 2 тома его сочинений, принесли автору общеевропейскую известность: они представляли собой проникнутую горячей любовью к родине, но вместе с тем беспощадную критику отсталого политического строя Германии и порожденного им общественного застоя. Умер в Париже. К. Берне стал одним из основоположников жанра политического фельетона-очерка.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Без многого человек может обойтись, только не без человека.

Быть свободным – это ничто, стать свободным – это всё.

Вольности, которые иногда разрешают народу, служат только испытанием, хорошо ли еще держат цепи. Так случается, что уже закрытую дверь открываешь снова, чтобы убедиться, хорошо ли она заперта.

Всякое насилие – это яд для души.

Говорят: выражение создается мыслью, но точно так же можно было бы сказать: мысль создается выражением.

Горе тем народам, которые повинуются времени, вместо того, чтобы повелевать им!

Единственный совет, который можно дать честным людям, как сохранить свою честность: «Будьте горды!».

Если бы людям опыт доставался бесплатно, то с каждым разом они становились бы умнее. Но в том-то и беда, что судьба играет роль купца, не принимающего обратно товар, замаранный покупателем.

Если бы природа имела столько законов, как государство, сам Господь не в состоянии был бы управлять ею.

Если общественное мнение чего-то не достигает, значит, оно не заслужило того, чтобы достигнуть этого.

Женщины опаснее всего, когда боятся. Поэтому они так легко пугаются.

Женщины требуют самого большего и самого малого: они требуют любви, а также любезности по отношению к ним – в виде миллиона на мелкие расходы.

Заблуждения высокого духа поучительнее, чем непогрешимость посредственности.

Искренность – источник всякой гениальности.

Истина – это заблуждение, которое длилось столетия. Заблуждение – это истина, просуществовавшая лишь минуту.

Истинное мужество – это не только воздушный шар для подъема, но и парашют для приземления.

Каждый час, посвященный ненависти, – вечность, отнятая у любви.

Каждый человек имеет право быть дураком, против этого ничего сказать нельзя, но и правом надо пользоваться с некоторой умеренностью.

Какая конституция самая лучшая? «Та, которая лучше всего исполняется». Этот ответ придумало лукавство, чтобы заставить забыть о пользовании свободой и о вечном праве на ее временное обладание.

Краткость – достоинство, которое ограждает плохое произведение от строгих упреков, а читателя скучной книги – от скуки.

Кто не любит, не может и ненавидеть; кто ничем не восхищается, не может и презирать; кто ничего не обоготворяет, не может и проклинать.

Кто слушает голос своего сердца, а не рыночные крики, и кто имеет мужество распространять, получая то, чему научило его собственное сердце, – тот всегда будет оригинален.

Легко скрывать ненависть, труднее – любовь, а всего труднее – равнодушие.

Любовь к родине не знает степеней; кто не делает для нее всего – ничего не делает; кто не всё отдает ей – тот во всём отказывает ей.

Между разумом и рассудком такая же разница, как между книгой кулинарных рецептов и пирогом.

Министры падают, как бутерброды – обычно лицом книзу.

Многие ученые похожи на кассира в банкирском доме: на руках у него много денег, но деньги принадлежат не ему.

Можно отказаться от первой рюмки, но не от второй.

Можно помешать народам учиться, но заставить их разучиться нельзя.

Мораль – грамматика религии. Легче поступать справедливо, чем прекрасно.

На сцене человек должен быть на ступеньку выше, чем в жизни.

Надежды хороших людей – пророчества. Опасения дурных – те же пророчества.

Народ, подобно ребенку, может только плакать или смеяться. Легко различить, радуется ли он или страдает. Но чему он рад, что у него болит – часто трудно узнать.

Народ только там злоупотреблял свободой, где он сам брал ее себе, но не там, где ему давали.

Не благодаря терпению, а благодаря нетерпению народы добиваются свободы.

Не корчите из себя ничего; простота есть отпечаток гения.

Нельзя служить своему народу, будучи несправедливым по отношению к другому народу. Разве эгоизм государства – не такой же порок, как эгоизм отдельного человека? Разве справедливость перестает быть добродетелью, если ее применить к другому народу?

Нет человека, который бы не любил свободу; но справедливый требует ее для всех, несправедливый – только для себя.

Нравственность – грамматика религии. Легче поступать справедливо, чем благочестиво.

Обучающийся дипломатии должен научиться трем вещам: говорить по-французски, ничего не говорить и говорить неправду.

Опасно только запрещенное слово; находящееся в презрении слово мстит за себя, высказанное же пропадает даром.

Оправа, в которую вделан драгоценный камень, повышает его цену, но не ценность.

Опытность похожа на неумолимую красавицу. Пока ты приобретешь ее, пройдет много лет, а когда она, наконец, сдастся, оба вы стары и не можете принести друг другу ни пользы, ни удовольствия.

Ошибки великого ума более поучительны, чем истины ума посредственного, и когда первый сбивается с пути, он все-таки указывает верный путь, но только другим способом.

Правительства, ограничивающие свободу слова, потому что оно распространяет истины, для него неприятные, поступают подобно детям, которые закрывают глаза, когда не хотят, чтобы их видели.

Правительство – паруса, народ – ветер. Государство – корабль, время – море.

Прекрасные изречения, полные силы и остроумия, никогда не забываются, они сохраняются в памяти целыми столетиями, переходя из поколения в поколение.

Простота есть отпечаток гения.

Ревность делает мужчину глупым, смешным и подрывает любовь и уважение к нему женщины, женщину же делает умнее, милее и разжигает чувства к ней мужчины.

С произведениями искусств – как и с людьми: они могут быть милы даже при наличии самых больших недостатков.

Сентиментальные люди взбалтывают свое чувство так долго, что оно дает, наконец, пену. Тогда они воображают, что у них сердце полно, что их чувство течет через край, но все это не более как воздух.

Слабые драматические писатели делают хорошо, избирая сюжетом судьбы сильных исторических личностей.

Слава подобна Солнцу – она светится собственным светом; честь подобна Земле, отражающей заимствованные лучи; тщеславие – это Луна и маленький спутник чести.

Слог своеобразного характера исключает совершенную красоту подобно тому, как лицо с выразительными чертами редко бывает красивым и как человек с характером редко бывает любезным.

Справедливость – такой же необходимый для жизни продукт, как хлеб.

Страдание – отец мудрости, любовь – ее мать.

Страсти правительства свидетельствуют о слабости, страсти народа – о силе.

Существуют тысячи болезней, но здоровье бывает только одно.

Тайна власти состоит в том, чтобы знать: другие еще трусливее нас.

Три четверти людей ценятся в свете выше своего достоинства. Это происходит потому, что несведущая толпа принимает числителей и знаменателей этих дробей за целые числа и складывает их.

Трус опаснее всякого другого человека, его надо бояться более всего.

У женщины любовь одинаково часто и дочь, и мать ревности.

Ум – это хлеб, который насыщает; шутка – это специя, вызывающая аппетит.

Умный человек должен стыдиться думать, что вопль газет может открыть хваленую страну свободы.

Умный человек не только никогда не скажет ничего глупого, но даже никогда и не услышит ничего глупого.

Философы – не более чем кузнецы, кующие плуг. После них многое еще должно быть сделано, чтобы получился хлеб.

Хорошая мать дает пасынку больший кусок пирога, чем своему ребенку.

Храбрость есть высочайшая щедрость, ибо храбрые люди расточительны на самую драгоценную вещь: свою жизнь.

Человечество велико, люди малы.

Человечество – вот в чем бессмертие смертного человека.

Чем менее человек думает о себе, тем менее он несчастен.

Чтобы власть стала сильнее, следует ее ограничить.

Чтобы знать себя, нужно познать других.

Чтобы написать хорошую книгу, нужно только взять перо, обмакнуть его в чернила и выложить свою душу на бумагу.

Чувственный разврат чаще следствие, чем причина расстроенного здоровья.

Чужая ограниченность сковывает ум, собственная парализует его.

Юмор – не дар ума, но дар сердца; это сама добродетель, исходящая из богато одаренного сердца, если ему не позволено следовать своим убеждениям.

Юмор – это придворный шут царя зверей в те плохие времена, когда истина не звучит, подобно звону колокольчиков, потому что ими можно пренебречь и осмеять их.

Я боюсь не наказания, я боюсь заслужить наказание.

Бирс Амброз Гвиннет.

(24.06.1842–26.12.1913).

Американский писатель, журналист.

Родился в сельской местности в округе Мейгс (штат Огайо). Участвовал в Гражданской войне 1861–65 гг. После войны сменил множество профессий, пока наконец не нашел себя в журналистике и политической карикатуре, работая корреспондентом и редактором в ряде газет. Выпущенный в 1871 г. первый рассказ «Долина призраков», равно как и вышедший следом сборник рассказов «Самородки и пыль», не были замечены современниками. Последующие «страшные» рассказы «Человек и змея», «Проклятая тварь», рассказы о Гражданской войне «Случай на мосту через Совиный ручей», «Убит под Ресакой», книга-сборник афоризмов на разные темы «Словарь Сатаны» и др. принесли автору известность. В конце 1913 г. А. Бирс отправился на юг США, чтобы посетить места былых сражений. Из этой поездки писатель не вернулся. Обстоятельства его исчезновения – одного из самых загадочных в истории США – так и остались необъясненными.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Абсурд – мнение, явно противоречащее тому, что мы думаем на этот счет сами.

Азартная игра, именуемая бизнесом, неодобрительно смотрит на бизнес, именуемый азартной игрой.

Амнистия – великодушие государства по отношению к тем преступникам, наказать которых ему не по средствам.

Аналитик – человек, который берет сорок девять документов, чтобы из них изготовить пятидесятый.

Аплодисменты – эхо прозвучавшей пошлости.

Безбожие – основная из великих религий мира.

Белладонна: в Италии – красивая женщина, в Англии – смертельный яд. Поразительный пример глубинного сходства двух языков.

Бесчеловечность – наиболее характерный признак человека.

Благоговение – чувство, испытываемое человеком к Богу и собакой к человеку.

Ближний – тот, кого нам предписано любить паче самого себя и который делает всё, что может, чтобы заставить нас ослушаться.

Брак – сообщество, состоящее из господина, госпожи и двух рабов, общей численностью в два человека.

Будущее – тот период времени, когда дела наши процветают, друзья нам верны и счастье наше обеспечено.

Вежливость – самая приемлемая форма лицемерия.

Вера – безоговорочное принятие того, что люди незнающие рассказывают о вещах небывалых.

Воздух – питательное вещество, предусмотренное щедрым провидением для откорма бедняков.

Возможность – благоприятный случай получить разочарование.

Война – способ развязывания зубами политического узла, который не поддается языку.

Восхищение – вежливая форма признания чьего-либо сходства с вами.

Генеалогия – история происхождения от некоего предка, который сам отнюдь не стремился выяснить свою родословную.

Год – период, состоящий из трехсот шестидесяти пяти разочарований.

Голосование – осуществление права свободного гражданина валять дурака и губить свою родину.

Граница – воображаемая линия между двумя государствами, отделяющая воображаемые права одного от воображаемых прав другого.

Дипломатия – патриотическое искусство лгать ради блага своей родины.

Дискуссия – способ укрепить оппонента в его заблуждениях.

Дневник – подневная запись тех поступков и мыслей, о которых записывающий может вспомнить, не краснея.

Добродетель – некоторые виды воздержания.

Дом – сооружение, предназначенное служить жилищем для человека, мыши, крысы, таракана, прусака, мухи, москита, блохи, бациллы и микроба.

Достижение – смерть дерзанию и рождение пресыщения.

Дружба – корабль, в ясную погоду достаточно просторный для двоих, а в ненастье – только для одного.

Если вы заболели, поспешите простить ваших врагов; ведь вы можете и поправиться.

Если вы хотите, чтобы ваши современники признали вас великим, постарайтесь быть ненамного более великим, чем они.

Женская мода всегда была самым дорогим способом упаковки.

Женщины и лисы как существа слабые отличаются превосходным тактом.

Забывчивость – дар божий, ниспосланный должникам в возмещение за отобранную у них совесть.

Замужняя женщина: женщина, у которой прекрасное будущее позади.

Зануда – человек, который говорит сам, вместо того чтобы слушать вас.

Злословить – злостно приписывать другому дурные поступки, которые сам не имел случая или искушения совершить.

Знакомство – тепень близости, которую называют поверхностной, когда объект ее неизвестен и беден, и тесной, когда тот богат и знатен.

Знакомый – человек, которого мы знаем достаточно хорошо, чтобы занимать у него деньги, но недостаточно хорошо, чтобы давать ему взаймы.

Знамение – в пору, когда ничего не случается, знак того, что что-либо случится.

Знаток – специалист, который знает решительно вес в своей области и ровно ничего в остальных.

Избиратель – человек, пользующийся священным правом голосовать за того, кому отдал предпочтение другой.

Извиняться – закладывать фундамент для будущего проступка.

Историк – крупнокалиберный сплетник.

История – описание, чаще всего лживое, действий, чаще всего маловажных, совершенных правителями, чаще всего плутами, и солдатами, чаще всего глупцами.

Капитал – опора дурного правления.

Карман – колыбель побуждений и могила совести.

Коалиция: в международной политике – союз двух воров, которые так глубоко запустили руки в карманы друг друга, что неспособны поодиночке ограбить третьего.

Коммерция – сделки, в ходе которых А отбирает у Б товары, принадлежащие В, а Б в возмещение потери вытаскивает из кармана у Г деньги, принадлежащие Д.

Компромисс – форма улаживания спора, позволяющая каждому из противников с удовлетворением почувствовать, что он получил то, что ему не причиталось, а потерял только то, что следовало ему по праву.

Консерватор – государственный деятель, влюбленный в существующие непорядки, в отличие от либерала, стремящегося заменить их непорядками иного рода.

Консерватор – тот, кто новым порокам предпочитает старое зло.

Корпорация: хитроумное изобретение для получения личной прибыли без личной ответственности.

Красноречие – искусство убеждать глупцов, что белое есть белое.

Красота – сила, с помощью которой женщина очаровывает любовника и держит в страхе мужа.

Логика – это искусство мыслить и рассуждать в строгом соответствии с ограниченностью и неспособностью человеческого непонимания.

Любовь – временное умопомешательство, излечиваемое браком или удалением пациента из болезнетворной обстановки. Недуг этот, подобно кариесу и многим другим, поражает лишь цивилизованные нации, живущие в условиях, далеких от естественных. Варварские же народы, дышащие свежим воздухом и потребляющие простую пищу, предохранены от него природным иммунитетом. Исход болезни бывает фатальным, но чаще не для больного, а для лекаря.

Магия – искусство превращать суеверия в звонкую монету.

Мир в международных отношениях – период надувательств между двумя периодами военных столкновений.

Мифология – совокупность первоначальных верований народа о его происхождении, древнейшей истории, героях, богах и пр. в отличие от достоверных сведений, выдуманных впоследствии.

Мода – деспот, которого умные люди высмеивают, но слушаются.

Мозг – орган, посредством которого мы думаем, будто мы думаем. То, что отличает человека, которому достаточно чем-то быть, от человека, который стремится что-то делать. В нашу эпоху и при нашей республиканской форме правления мозг так высоко почитают, что обладатели его награждаются освобождением от тягот всякой государственной службы.

Молиться – домогаться, чтобы законы Вселенной были отменены ради одного, и притом явно недостойного, просителя.

Неверный: в Нью-Йорке – тот, кто не разделяет Христова учения, в Константинополе – тот, кто исповедует его. Негодяй, недостаточно чтущий и скудно оделяющий священнослужителей, духовных лиц, пап, попов, пасторов, монахов, мулл, пресвитеров, знахарей, колдунов, прелатов, игумений, миссионеров, заклинателей, дьяконов, хаджи, муэдзинов, исповедников, браминов, примасов, пилигримов, странников, пророков, имамов, причетников, архиепископов, дьячков, псаломщиков, епископов, аббатов, приоров, проповедников, падре, куратов, канонисс, архидиаконов, иерархов, шейхов, викариев, благочинных, гуру, факиров, настоятелей, дервишей, игуменов, раввинов, дьяконисс, улемов, лам, звонарей, кардиналов, приоресс, муфтиев, жрецов и кюре.

Невзгоды – процесс акклиматизации, подготавливающий душу к переходу в иной, худший мир.

Ненависть – чувство, естественно возникающее по отношению к тому, кто вас в чем-то превосходит.

Ненормальный – не соответствующий стандарту. В области мышления и поведения быть независимым значит быть ненормальным, быть же ненормальным значит быть ненавистным. Поэтому составитель словаря советует добиваться большего сходства со Стандартным Человеком, чем то, которым он сам обладает. Достигший полного сходства обретет душевный покой, гарантию от бессмертия и надежду на место в аду.

Несчастный случай – неизбежное происшествие, обусловленное действием непреложных законов природы.

Обвинять – утверждать вину или порочность другого человека, как правило – с целью оправдать зло, которое мы ему причинили.

Обдумывать – искать оправдания для уже принятого решения.

Образование – то, что мудрому открывает, а от глупого скрывает недостаточность его знаний.

Оппозиция: в политике – партия, которая удерживает правительство от буйного помешательства, подрезая ему поджилки.

Опыт – откровение, в свете которого мы отрекаемся от заблуждений юности ради заблуждений зрелости.

Оригинальность – способ утвердить свою личность, столь дешевый, что дураки пользуются им для выставления напоказ собственной несостоятельности.

Остроумие – соль, отсутствие которой сильно портит умственную стряпню американских юмористов.

Памятник – сооружение, предназначенное увековечить то, что либо не нуждается в увековечении, либо не может быть увековечено. Обычай ставить памятники доведен до абсурда в памятниках «неизвестному покойнику», то есть в памятниках, назначение которых хранить память о тех, кто никакой по себе памяти не оставил.

Панегирик – похвала человеку, у которого либо есть богатство и власть, либо хватило такта умереть.

Патриот – человек, которому интересы части представляются выше интересов целого. Игрушка в руках государственных мужей и орудие в руках завоевателей.

Патриотизм – легковоспламеняющийся мусор, готовый вспыхнуть от факела честолюбца, ищущего прославить свое имя.

Поздравление – вежливое проявление зависти.

Политика – способ добывать средства к жизни, контролируемый наиболее деградировавшей частью наших преступных элементов.

Политика – управление общественными делами ради выгоды частного лица.

Праздность – опытное поле, на котором дьявол испытывает семена новых грехов и выращивает укоренившиеся пороки.

Превзойти – нажить врага.

Преданность – добродетель, присущая тем, кого вот-вот должны предать.

Презрение – чувство благоразумного человека по отношению к врагу, слишком опасному для того, чтобы противиться ему открыто.

Приверженец – последователь, который еще не получил всего, на что он рассчитывал.

Привидение – внешнее и видимое воплощение внутреннего страха.

Признание чужих погрешностей есть высший долг, налагаемый на нас любовью к истине.

Приличный – уродливо наряженный согласно моде данной эпохи и страны.

Радикализм – консерватизм завтрашнего дня, приложенный к сегодняшним нуждам.

Рай – место, где нечестивые перестают досаждать вам разговорами о своих делах, а праведники внимательно слушают, как вы разглагольствуете о своих.

Решительность: настойчивость в достижении цели, которую вы одобряете. Упрямство: настойчивость в достижении цели, которую вы не одобряете.

Рука – своеобразный инструмент, прицепленный к человеческому плечу и, как правило, запускаемый в чей-нибудь карман.

Самоочевидный – очевидный для тебя самого и ни для кого больше.

Священник – человек, который берет на себя устроение наших духовных дел как способ улучшения своих материальных.

Скандал должен быть очень плохим, чтобы быть по-настоящему хорошим.

Снаряд – последний судья международных споров. Прежде такие споры разрешались физическим воздействием спорящих друг на друга с помощью простых аргументов, которыми снабжала их зачаточная логика того времени, то есть с помощью копья, меча и т. п. С ростом осмотрительности в военных делах снаряд пользуется все большим вниманием и в наши дни высоко ценится даже самыми храбрыми. Существенный его недостаток в том, что в исходный момент своего полета он требует участия человека.

Совет – самая мелкая монета из тех, что имеются в обращении.

Советоваться – искать одобрения уже принятой линии поведения.

Союз – в международных отношениях – соглашение двух воров, руки которых так глубоко завязли друг у друга в карманах, что они уже не могут грабить третьего порознь.

Специалист – человек, который знает всё о немногом и ничего обо всём остальном.

Спина – та часть тела вашего друга, которую вы можете лицезреть, как только окажетесь в беде.

Спор – один из способов утверждения оппонентов в их убеждениях.

Сражение – метод развязывания зубами политического узла, если его не удалось развязать языком.

Судьба: для тирана – оправдание злодейства, для глупца – оправдание неудачи.

Счастье – приятное ощущение, вызываемое созерцанием чужих страданий.

Тариф – ставки импортных пошлин, защищающие отечественного производителя от алчности потребителя.

Телефон – дьявольская выдумка, которая уничтожила некоторую возможность держать в отдалении нежелательное вам лицо.

Терпение – ослабленная форма отчаяния, замаскированная под добродетель.

Труд – один из процессов, с помощью которых А добывает собственность для Б.

Трус – тот, кто в минуты опасности думает ногами.

Успех – единственный непростительный грех по отношению к своему близкому.

Успех – один из самых чудовищных проступков, которые никогда не прощаются собратьями по профессии.

Утешение – сознание, что человеку, более вас достойному, повезло меньше, чем вам.

Филистер – тот, кто следует обычаю в мыслях, чувствах и склонностях. Он иногда бывает образован, часто обеспечен, обычно добродетелен и всегда напыщен.

Философия – маршрут из многих дорог, ведущих из ниоткуда в никуда.

Христианин – человек, верующий в Новый завет как в божественное учение, вполне отвечающее духовным потребностям его ближнего.

Цена – стоимость плюс разумное вознаграждение за угрызения совести при назначении цены.

Цитата – неверное повторение чужих слов.

Честолюбие – непреодолимое желание подвергнуться поруганию врагов при жизни и издевкам друзей после смерти.

Щедрость – великодушие того, кто имеет много и позволяет тому, кто не имеет ничего, получить всё, что тот может.

Эгоист – человек дурного тона, больше интересующийся собой, чем мной.

Экономить – покупать бочонок виски, который вам не нужен, за цену коровы, которая вам не по карману.

Эрудиция – пыль, вытряхнутая из книги в пустой череп.

Язычник – темный дикарь, по глупости поклоняющийся тому, что он может видеть и осязать.

Бичер Генри Уорд.

(24.06.1813–08.03.1887).

Американский религиозный деятель, оратор.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Благодарность – прекраснейший из цветков души.

Богатство определяется не тем, что человек имеет, а тем, каков он есть.

Быть консерватором в юности – это начинать жизнь навыворот. Понятно, консерваторы, но если молодые люди становятся ими, то похоронный звон уже наверняка раздается над нацией.

В будничных житейских делах трудолюбие способно делать всё, на что способен гений, а кроме того, множество вещей, которые гений делать не умеет.

В этом мире богатыми нас делает не то, что мы получаем, а то, что мы отдаем.

Величие заключено не в том, чтобы быть сильным, а в том, чтобы правильно употреблять свою силу.

Все высокие побуждения, идеи, замыслы и чувства человека не стоят и ломаного гроша, если они не укрепляют его для лучшего выполнения долга в будничной жизни.

Выгоды – на час, принципы – на века.

Газетные объявления содержат больше правды о том, что происходит в стране, чем газетные передовицы.

Гордец редко бывает благодарным человеком: он всегда убежден, что получает меньше, чем заслуживает.

Дешевые победы ничего не стоят. Только те победы чего-нибудь заслуживают, которые являются результатом тяжелой борьбы.

Доктрина – это нечто иное, как затвердевшая оболочка, нафаршированная истинами.

Долги церкви – жалованье дьявола.

Душа без воображения – все равно что обсерватория без телескопа.

Есть люди настолько сухие, что вы можете вымачивать их в шутках целый месяц, и ни одна из них не попадет им под кожу.

Закон ценен не потому, что он закон, а потому, что в нем заключена справедливость.

Из всех несправедливостей самая невыносимая та, которая творится во имя закона.

Иная общего характера идея, давно оставленная и забытая, внезапно снова появляется, сияя новым светом.

Каждый акт милосердия – это ступенька к небесам.

Каковы у человека цели, намерения, убеждения, значения не имеет; судить его будут… по его делам.

Книги – окна, сквозь которые выглядывает душа.

На свете нет более презренного сутяжничества, чем проявляемое человеком перед судом собственной совести.

Настоящее самоуважение заключается в том, чтобы не думать о себе.

Не благородные деяния людей, а деяния, завершившиеся успехом, – вот что спешит запечатлеть история.

Нельзя считать разумным человека, который не умеет быть одержимым, когда это нужно.

Нередко несчастье – это инструмент, с помощью которого Бог придает нам более совершенную форму.

Нет людей суевернее, чем безбожники.

Нет победителя сильнее того, кто сумел победить самого себя.

Нет чувств, таких как дружба и любовь, сильнее, чем у родителей к детям.

Ни один человек, совершивший достойный поступок, никогда не получил в награду меньше, чем отдал.

Никакая земная музыка не может сравниться по сладости своей с биением любящего сердца.

Никакое милосердие не спасет человека, если он не поможет себе сам.

Патриотизм в наше время выставляется поводом для оправдания и всякого общественного зла, и личной подлости. Человеку внушают, чтобы он ради блага своей страны отказался от всего, что делает страну его достойной уважения: ради патриотизма человек должен подчиняться всякому постыдному делу, которое, развращая честных людей, ведет к погибели весь народ.

Победы, которые достигаются легко, немногого стоят. Только теми из них можно гордиться, которые являются результатом упорной борьбы.

Побои и ругань – как опиум: по мере снижения чувствительности приходится удваивать дозу.

Поддержать добрым словом человека, попавшего в беду, часто так же важно, как вовремя переключить стрелку на железнодорожном пути: всего один дюйм отделяет катастрофу от плавного и безопасного движения по жизни.

Поражение – школа, из которой правда всегда выходит более сильной.

Поражение превращает кость в кремень. Поражение делает человека непобедимым.

Предатель – фрукт, которому лучше всего висеть на одном из суков дерева свободы.

Провидение всегда на стороне ясных умов.

Провидение – это просто другое название законов природы.

Различие между упорством и упрямством в том, что первое имеет своим источником сильное желание, а второе, напротив, сильное нежелание.

Самая скромная личность испытывает на себе некоторое влияние добра или зла.

Самомнение – не порок, ибо, обожая самих себя, мы избавляем от этого других.

Самые горькие слезы мы проливаем из-за слов, которые так и не были сказаны, и поступков, которые так и не были совершены.

Себялюбие – отвратительный порок, которого никто не прощает другим и вместе с тем никто не лишен сам.

Сострадание исцелит больше грехов, чем осуждение.

Удачно женившийся человек получает крылья, неудачно – кандалы.

Философия одного столетия – здравый смысл следующего века.

Хорошее настроение делает терпимыми все вещи.

Цветы могут склониться в нашу сторону, но говорят они с небом и Богом.

Циник делит все поступки людей на две категории: явно низменные и низменные тайно.

Циник – это людская сова, бодрствующая в потемках и слепая на свету, охочая до падали и пренебрегающая благородной дичью.

Чванливые люди часто бывают безвредны; своим преувеличенным самоуважением они освобождают других от необходимости вообще уважать их.

Человек богат или беден не своим имуществом, а своим внутренним содержанием.

Чувство юмора – великая вещь. Идти по жизни без чувства юмора также нелепо, как ехать в повозке без рессор.

Эгоизм – отвратительный порок, которого никто не лишен и которого никто не желает простить другому.

Бокль Генри Томас.

(24.11.1821–27.05.1862).

Английский мыслитель, историк.

Родился в Ли (графство Кент) в семье купца. Из-за слабого здоровья рано оставил школу и занялся самообразованием. В своих работах испытывал большое влияние идей Конта. Главное сочинение – незаконченная двухтомная «История цивилизации в Англии». В этой работе предпринял попытку применить к истории закон причинности в духе материализма, отвергая существовавшие представления о предопределении, сверхъестественных вмешательствах, господстве случайностей, и тем самым поднял историю на один уровень с другими отраслями знания. Разделял представления географического детерминизма, объясняя эволюцию народов влиянием ландшафта, климата, рациона питания. Главным фактором исторического развития считал умственный прогресс и накопление практических знаний и умений людей. Признавал важную роль безграничной «энергии человека» в сравнении с ограниченностью ресурсов природы. Научная основательность идей Бокля сделала его труды весьма популярными. Умер от тифа в Дамаске, так и не завершив труд своей жизни.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Анализировать взгляды, в которых мы выросли, и бросать те из них, которые не выдержат испытания, – настолько тяжелая задача, что те, кто отступает перед ней, не должны были бы делать упреков тем, кто проделывает ее.

В поисках специальных истин мы подвергаемся немалой опасности исковеркать собственный дух. Направляя свое внимание исключительно в одну точку, мы легко можем ограничить нашу способность схватывать вещи и никогда не достигнем той дальнозоркости, которую дает нам широкий, хотя, быть может, и менее точный взгляд.

В характере народа непоследовательность невозможна.

Величайший враг знания – не заблуждение, а косность. Одно заблуждение борется с другим, каждое разрушает своего противника, и из борьбы рождается истина.

Влияние женщин не дало жизни сделаться исключительно практичной и эгоистичной, спасло ее от вырождения в скучную и однообразную рутину, вдохнув в нее идеалистический и романтический элемент.

Во всех высших отраслях знания самая главная трудность состоит не в отыскании явлений, а в нахождении истинного метода, с помощью которого можно было бы установить законы явлений.

Встарь богатейшими странами были те, природа которых была наиболее обильна; ныне же богатейшие страны – те, в которых человек наиболее деятелен.

Дайте нам парадоксы, дайте нам ошибочные мнения, дайте нам что хотите, лишь бы избавить нас от закоснелости.

Единственное лекарство против суеверия – это знание. Ничто другое не может вывести этого чумного пятна из человеческого ума. Без знания прокаженный остается немытым и раб неосвобожденным.

Если в длинном течении истории что-нибудь ясно, так это именно то, что если правительство и берет на себя защиту работы духа, оно защищает его не там, где надо, и награждает не тех людей, которых надо.

Законодатель должен стремиться не к истине, а к целесообразности.

Знание – не инертный, пассивный посетитель, приходящий к нам, хотим мы этого или нет; его нужно искать прежде, чем оно будет нашим; оно – результат большой работы, и потому – большой жертвы.

Искусство обладает способностью изменять события; наука – предвидеть их.

Истинное знание состоит не в знакомстве с фактами – это создает только педанта, а в умении пользоваться фактами это создает философа.

Каждая великая реформа состояла не в том, что вводилось что-нибудь новое, а в том, что уничтожалось что-нибудь старое.

Когда умами овладевает мысль, что источник чести находится извне, а не внутри, внешнее отличие всегда предпочитается чувству внутренней силы.

Кто пресмыкается перед высшим, сам топчет тех, кто ниже его.

Люди, которые начинают с потери своей независимости, кончают потерей своей энергии.

Люди никогда не могут быть свободны, если не воспитаны для свободы. И это не есть то воспитание, которое может быть приобретено в школах или заимствовано из книг, но то, которое является результатом самодисциплины, самоуважения и самоуправления.

Люди, убеждаемые живым сознанием собственного современного прогресса, начинают уставать от пустой болтовни о мудрости предков и решительно отбрасывают заезженные и скучные максимы, доныне навязываемые им.

Мы часто встречаем людей, ученость которых служит орудием их невежеству, – людей, которые чем больше читают, тем меньше знают.

На одного человека, способного мыслить, найдется, по крайней мере, сто, способных наблюдать. Меткий наблюдатель, несомненно, встречается редко, но глубокий мыслитель – еще реже.

Надежда открыть закономерность в хаотичности так обыкновенна у людей науки, что для наиболее выдающихся из них она становится верованием.

Наиболее тонкий наблюдатель и наиболее глубокий мыслитель всегда самые снисходительные судьи; лишь одинокий мизантроп, терзаемый воображаемыми страданиями, склонен обесценивать хорошие особенности человека и преувеличивать дурное.

Направление и желание современного законодательства сводится к тому, чтобы вернуть вещи к их естественному ходу течения, из которого их вывело невежество старого законодательства.

Народы, как и отдельные люди, никогда не могут лишиться чести, пока они остаются верными себе.

Не только светские люди, но и люди здравого, практичного ума большей частью смотрят на гениальность как на какое-то странное, ненормальное качество, которое, правда, прекрасно с виду, но которым опасно обладать: своего рода искрящееся пламя, сжигающее свет.

Несчастье может быть принесено другими, но унижен народ может быть только своими собственными деяниями. Иноземный разрушитель может причинить вред, но не может создать позор.

Ни одна великая истина, однажды открытая, никогда не пропадала, и ни одно существенное открытие не делалось без того, чтобы рано или поздно не увлечь всё за собою.

Ни одна страна не может долго наслаждаться счастьем и спокойствием, если народ ее не увеличивает постепенно свою власть, не расширяет своих прав и, так сказать, не внедряется в жизнь государственной машины.

Общество готовит преступление, преступник его совершает.

Патриотизм является коррективом суеверия: чем более мы преданы нашей стране, тем меньше мы преданы нашей секте.

Поэтическое преклонение перед древностью, хотя уже давно ослабло, все еще стесняет независимость, ослепляет суждение и ограничивает оригинальность образованных классов.

Пытаться изменить взгляды законами хуже, чем бесполезно. Эти попытки не только остаются без успеха, но вызывают реакцию, благодаря которой взгляды только усиливаются.

Разум, а не вера должен решать нам выбор в предметах религии, и одним только разумом можем мы отличить истину от лжи.

Свои воззрения мы должны черпать не из предания, а из нас самих. Мы не должны ни о чем судить, о чем у нас нет ясного и отчетливого представления.

Способности человека, насколько учит нас опыт и аналогия, безграничны; нет никакого основания полагать даже какой-нибудь воображаемый предел, на котором остановится человеческий ум.

Та же духовная власть, что приносит несомненную пользу невежественному веку, является серьезным злом для более просвещенного века.

Те, кто не чувствуют мрака, никогда не будут искать света.

Только одинокий человеконенавистник, ушедший в свои воображаемые страдания, всегда склонен уменьшать хорошие стороны людей и преувеличивать дурные.

У всех религий разные мерки и разные правила; известное мнение господствует в известное время, другое – в другое. Они проходят, как сон, это – создания фантазии, от которых не остается даже намеков.

Упрощать сложное – во всех отраслях знания самый существенный результат.

Холодный дух рутины – ночная сторона нашей природы. Он сидит на человеке как паразит, притупляет его способности, уничтожает его силу и делает его неспособным и в то же время не склонным ни бороться за истину, ни сознательно отнестись к содержанию своей веры.

Чтобы стать терпеливыми, люди должны сначала научиться сомневаться, чтобы уметь уважать мнения противников, они должны сначала признать возможность ошибок в собственных мнениях.

Явления, с которыми мы имеем дело, покоряются искусству, но предсказываются наукой.

Бомарше Пьер Огюстен Карон де.

(24.01.1732–18.05.1799).

Французский драматург, публицист.

Родился в Париже в семье мастера часовых дел. Первоначально занялся ремеслом отца, но в то же время изучал музыку. Музыкальный талант, дар красноречия и честолюбие открыли ему доступ в высший свет, где он успел завязать нужные связи. Попал ко двору Людовика XV, дочерей которого обучал игре на арфе, а благодаря женитьбе на богатой вдове стал обладателем значительного состояния. Многократно становился участником судебных тяжб. В свою защиту по одному из процессов написал знаменитые «Мемуары» (1778), в которых сумел придать своему личному делу характер защиты общих прав человека и гражданина, благодаря чему был оправдан. Комедии «Севильский цирюльник» (1775), «Женитьба Фигаро» (1784) сделали Бомарше любимым писателем Франции того времени. Умер в Париже.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Будь прекрасной, если можешь, добродетельной, если хочешь, но будь уважаемой – это необходимо.

В делах любви и слишком много – недостаточно.

В любви молодые платят за то, что делают, а старики – за то, чего не делают.

В определенном возрасте порядочные люди прощают друг другу ошибки и прежние слабости, бурные же страсти, которые проводили между ними резкую грань, уступают место нежной привязанности.

Всеисцеляющего средства не существует.

Где нет свободы критики, там никакая похвала не может быть приятна.

Глупости, проникающие в печать, приобретают силу лишь там, где их распространение затруднено.

Глупость и тщеславие вечно идут рука об руку.

Гнев добрых людей – это не что иное, как настоятельная потребность прощать.

Для достижения поставленной цели деловитость нужна не менее, чем знание.

Если мы ищем на стороне того наслаждения, которого не находим у себя дома, то это потому, что наши жены не владеют в достаточной мере искусством поддерживать в нас влечение, любить всякий раз по-новому, оживлять… прелесть обладания прелестью разнообразия.

Если начальство не делает нам зла, то это уже немалое благо.

Женщины очень любят, когда их называют жестокими.

Жить – это бороться, бороться – это жить.

Заставьте самого беспристрастного судью разбирать свое собственное дело, и посмотрите, как он начнет толковать законы.

Из всех серьезных вещей брак – самая шутовская.

Интрига рано или поздно губит того, кто ее начал.

Исправить людей можно лишь показав их такими, каковы они есть на самом деле.

Как только было замечено, что с течением времени старые бредни становятся мудростью, а старые маленькие небылицы, довольно небрежно сплетенные, порождают большие-пребольшие истины, на земле сразу развелось видимо-невидимо правд. Есть такая правда, которую все знают, но о которой умалчивают, потому что не всякую правду можно говорить. Есть такая правда, которую все расхваливают, да не от чистого сердца, потому что не всякой правде можно верить. А клятвы влюбленных, угрозы матерей, зароки пьянчуг, обещания власть имущих, последнее слово купцов? И так до бесконечности!

Клевещите, клевещите, всегда что-нибудь да прилипнет.

Клиент, хоть сколько-нибудь сведущий, всегда знает свое дело лучше иных адвокатов: адвокаты из кожи вон лезут и надрываются до хрипоты, лишь бы показать свою осведомленность решительно во всем, кроме, впрочем, самого дела, но вместе с тем их весьма мало трогает то обстоятельство, что они разорили клиента, надоели слушателям и усыпили судей…

Когда женщина сердится, здравого смысла в ее речах не ищи!

Когда поддаешься страху перед ужасом, начинаешь ощущать ужас страха.

Кокетка часто отказывает в том, что она страстно желает позволить.

Люди, которые ничего из ничего не желают сделать, ничего не достигают и ничего не стоят.

Могут ли покой и любовь ужиться в одном сердце?

Мы ни в коем случае не должны смешивать критику общую, составляющую одну из благороднейших целей искусства, с гнусной сатирой, направленной против личностей: первая обладает тем преимуществом, что она исправляет, не оскорбляя.

Наиболее виновные наименее великодушны, это общее правило.

Наступает возраст, когда честные люди прощают друг другу ошибки, прежние слабости, и нежная привязанность сменяет бурные страсти, слишком разъединявшие их.

Наши жены думают, что если они нас любят, так это уж все. Вбили это себе в голову и уж так любят, так любят (в том случае, если действительно любят) и до того предупредительны, так всегда услужливы, неизменно и при любых обстоятельствах, что в один прекрасный вечер, к вящему своему изумлению, вместо того чтобы вновь ощутить блаженство, начинаешь испытывать пресыщение.

Недаром женской верности придавали такое огромное значение! Общественное благо, общественное зло связаны с их поведением. Рай или ад в семье вызываются исключительно той молвой, какая идет про женщин, а зависит молва только от них самих.

Немалое благо для семьи – изгнание из нее негодяя.

О женщина!.. Создание слабое и коварное!..

Обладание всякого рода благами – это еще не всё. Получать наслаждение от обладания ими – вот в чём состоит счастье.

Обычай часто является злом.

Ох уж эти женщины! Если вам нужно, чтобы самая из них простодушная научилась лукавить, заприте ее.

Политика – искусство создавать факты, шутя подчинять себе события и людей. Выгода – ее цель, интрига – средство… Победить ее может только порядочность.

Пороки, злоупотребления – они не меняются, но перевоплощаются в тысячи форм, надевая маску господствующих нравов; сорвать с них эту маску и показать их в неприкрытом виде – вот благородная задача человека, посвятившего себя театру.

Прикидываться, что не знаешь того, что известно всем, и что тебе известно то, чего никто не знает; прикидываться, что слышишь то, что никому не понятно, и не прислушиваться к тому, что слышно всем; главное, прикидываться, что ты можешь превзойти самого себя; часто делать великую тайну из того, что никакой тайны не составляет; запираться у себя в кабинете только для того, чтобы очинить перья, и казаться глубокомысленным, когда в голове у тебя, что называется, ветер гуляет; худо ли, хорошо ли разыгрывать персону, плодить наушников и прикармливать изменников, растапливать сургучные печати, перехватывать письма и стараться важностью цели оправдать убожество средств. Вот вам и вся политика…

Природа сказала женщине: будь прекрасной, если можешь, мудрой, если хочешь, но благоразумной ты должна быть непременно.

Приятное волнение радости никогда не влечет за собой опасных последствий.

Раболепная посредственность – вот кто всего добивается.

Ревность – всего только глупое дитя гордости или же болезнь безумца.

Робким человеком помыкает любой проходимец.

С течением времени старые бредни становятся мудростью, а старые маленькие небылицы, довольно небрежно сплетенные, порождают большие-пребольшие истины.

Страсть есть не что иное, как желание, распаленное противодействием.

Так всегда в жизни: мы-то стараемся, строим планы, готовимся к одному, а судьба преподносит нам совсем другое. Начиная с ненасытного завоевателя, который способен проглотить весь мир, и кончая смиренным слепцом, которого ведет собака, мы все – игрушки ее прихотей. И, пожалуй, слепец, который идет за собакой, следует более верным путем и реже бывает обманут в своих ожиданиях, чем тот, первый слепец со всей его свитой.

Так как ум нельзя унизить, ему мстят, поднимая на него гонения.

Так отрадно, когда тебя любят ради тебя самого.

Только закон вправе требовать слепого повиновения.

У кого доброе сердце, того благодарность не тяготит.

Умение мужественно преодолевать самого себя – вот что всегда казалось мне одним из самых величайших достижений, которыми может гордиться разумный человек.

Умному человеку нет смысла слушать все подряд, он и так догадается.

Умный человек никогда не станет связываться с сильным.

Утверждать что-либо, не имея возможности доказать это законным путем, означает клеветать.

Честные люди любят женщин, обманщики обожают их.

Чистосердечное раскаяние ничем не отличается от любого хорошего поступка: оно тоже приносит награду.

Что слишком глупо, чтобы быть просто сказано, то поется.

Что такое аристократ? Человек, который потрудился родиться.

Чтобы рассуждать о предмете, вовсе не обязательно быть его обладателем.

Я торопился смеяться надо всем из опасения быть вынужденным заплакать.

Боуви Кристиан Нестел.

(1820–1904).

Американский писатель-сатирик.

Активные натуры редко бывают меланхолическими. Активность и уныние трудносовместимы.

Бедствие подобно кузнечному молоту: сокрушая, кует.

В жизни поневоле приходится считаться с дураками так же, как на поле битвы с неприятелем, имеющим на своей стороне численное превосходство.

В политике добродетель вознаграждается тем, что ее обладатель поднимается, подобно мишени, в положение, удобное для обстрела.

Выдающиеся люди живут одиноко. Их превосходство изолирует их: оно одновременно является и причиной и следствием их одиночества.

Говорить – трудно, а умно молчать – еще труднее.

Даже ад, вероятно, имеет своих консерваторов, которые, заняв лучшие места и боясь потерять их, противятся всяким новшествам.

Доброта – язык, на котором немые могут говорить и который глухие могут слышать.

Истинное счастье – враг пышности и шума. Оно прежде всего вытекает из личного удовлетворения, затем из дружбы и из бесед с избранными друзьями. Оно любит прохладу и уединение, оно посещает леса и родники, поля и луга – словом, оно ищет внутренних, духовных утех, не выставляясь напоказ публике.

Когда все остальное потеряно, все же остается еще будущее.

Легче умереть мужественно, чем жить мужественно.

Меланхолик глядит на прекрасное лицо, но видит только оскаленный череп.

Мир, купленный очень дорого, редко бывает продолжительным.

Мозг гораздо чаще ржавеет, чем изнашивается.

Молодость, подобно жаворонку, имеет свои утренние песни, старость, подобно соловью, должна иметь свои вечерние песни.

Мы калечим жизнь своими безумствами и пороками, а потом жалуемся на беды, последовавшие за ними, и говорим, что несчастье заложено в самой природе вещей.

Мысли – крылья души.

Надо быть юмористом, чтобы знать, сколько может быть сказано в пользу той или другой стороны и как мало честности может быть проявлено при этом.

Наша первая и последняя любовь – это наше самолюбие.

Наши страхи наполовину лишены всяких оснований, наполовину же просто постыдны.

Недоверие к себе – причина большинства наших неудач.

Немногие умы гибнут от износа, по большей части они ржавеют от неупотребления.

Немного вежливости подслащивает жизнь, много – облагораживает ее.

Нет тирана страшнее привычки, и пока человек не сопротивляется ее повелениям, он не может быть свободным.

Ошибка – всего лишь следствие неточности суждений, но упорствование в ошибке уже обнаруженной – признак слабохарактерности.

После Бога мы в первую очередь в долгу перед женщиной: сперва она дарует нам жизнь, а потом придает этой жизни смысл.

Прошлое – усыпальница наших умерших чувств.

Разумная осторожность выражается не столько в том, что человек никогда не совершает ошибки, сколько в том, что он не допускает ее повторения.

Самое смешное в любви стариков – это желание их внушить любовь.

Слабый человек невольно выдает себя, подобно пьяному, пытающемуся изобразить трезвого.

Старики чувствуют, что земное призвание их выполнено; им кажется, что каждый думает это о них и попрекает их за то, что они еще занимают место на земле; отсюда их недоверие ко всему окружающему, их зависть ко всему молодому; отсюда их любовь к одиночеству и неровность настроения.

Старость – молодость. Будемте на старости так же веселы, как в молодости.

Тихие удовольствия – самые продолжительные. Мы не так созданы, чтобы быть в состоянии долго выдерживать великие радости.

Тот же ветер, что влечет один корабль к гавани, может другой отогнать от берега.

Увидевший прекрасное – соучастник его создания.

Умно говорить – трудно, а умно молчать – еще труднее.

Человечество частично вознаграждается за великие бедствия теми великими уроками, которые из них вытекают.

Честность не только первый шаг к величию, она – само величие.

Честные намерения сами по себе не обеспечивают наилучших результатов.

Экономия существует для бедных; для богатых существует освобождение от налогов.

Буаст Пьер Клод Виктуар.

(1765–1824).

Французский лексикограф, моралист, философ. Автор универсального словаря французского языка, литературного словаря.

Анализ есть нравственное трупорассечение: он действует не иначе, как разрушая.

Бедняк лучше наслаждается розой на своем окне, чем богач своими обширными садами.

Без женщины заря и вечер жизни были бы беспомощны, а ее полдень – безрадостным.

Безобразие наряжается в придуманные им модные уборы, от которых красота становится безобразною.

Болтливый человек – это распечатанное письмо, которое все могут прочесть.

Бороться с общественным мнением – это сражаться с ветряными мельницами.

Будущее – это канва, по которой воображение вышивает сообразно своей прихоти, но рисунок его никогда не бывает верным.

Будьте бережливы: недостаток денег часто производит недостаток ума, а чаще – недостаток честности.

Бывают такие жизненные ситуации, в которых несчастье дает право на бессмертие.

В высших должностях так же, как и на слишком возвышенных местностях, с людьми случаются головокружения.

В любви, как и в природе, первые холода чувствительнее всего.

В политических играх, в отличие от игры в жмурки, лишь немногие видят всё, а у всех остальных – повязки на глазах.

В революционные бури люди, едва годные для того, чтобы грести веслом, овладевают рулем.

В сердечных связях, равно как и во временах года, первые холода бывают самыми ощутимыми.

Великие люди, подобно звездам, часто обращают на себя внимание только тогда, когда затмились.

Величайшим доказательством женской привязанности бывает жертвование модой.

Вернее достигнуть счастья, ожидая его у себя дома, нежели рыская.

Во все времена и везде разные шарлатанства облагали податью невежество, страх и легковерие.

Война есть процесс, который разоряет тех, кто выигрывает его.

Всеобщий мир так же невозможен, как неподвижность океана.

Где все равны, там никто не свободен.

Глупый выскочка словно вскарабкался на гору, откуда все ему кажутся маленькими, точно так же, как и сам он кажется маленьким другим.

Голос чистой совести приятнее ста голосов славы.

Гораздо более достоинства в том, чтобы уметь побеждать пороки, нежели в том, чтобы не иметь их.

Грубость может скрывать доброе сердце, но она отталкивает и заставляет предпочитать льстивое лицемерие.

Дворянин без заслуг – это сосуд, у которого есть только этикетка.

Детство стремится к жизни, отрочество пробует ее, юношество упивается ею, зрелый возраст вкушает ее, старость ее жалеет, дряхлость привыкает к ней.

Для того чтобы судить о действительной важности человека, следует предположить, что он умер, и вообразить, какую пустоту оставил бы он после себя: немногие выдержали бы такое испытание.

Добро и зло – это две реки, которые так хорошо смешали свои воды, что невозможно их разделить.

Добродетель есть составная часть счастья.

Добродетель находит более поклонников, чем подражателей.

Единственное средство сделать народ добродетельным – это дать ему свободу; рабство порождает все пороки, истинная свобода очищает душу.

Если бы исполнились все человеческие желания, земной шар стал бы сущим адом.

Если вы получили хорошее воспитание, не братайтесь с дурно воспитанными людьми: неотесанные поверхности царапают глянец.

Если любовь и придает ума дуракам, то умных людей она делает очень глупыми.

Если не можете исполнить свое обещание, то не надо давать его.

Если у человека нет цели, то жизнь его – не что иное, как продолжительная смерть.

Если человек иногда не владеет своими чувствами, то должен всегда владеть своими выражениями.

Есть люди, с которыми легко уживаться: они ничего не требуют от общества, кроме ушей для слушания их.

Жажда золота, власти и наслаждений плодит людей кровожадных.

Женитьба – это лотерея: каждый надеется на большой выигрыш.

Женщина была бы в отчаянии, если бы природа создала ее такой, какой ее делает мода.

Жизнь – гора, подниматься на которую надо стоя, а спускаться с нее сидя.

Жизнь – не что иное, как длинный ряд усилий для доставления себе счастья.

Жизнь – покатая плоскость, по которой человек скользит между двумя пропастями.

Завоеватель – безумец, начинающий с разорения своих подданных для того, чтобы иметь удовольствие разорить чужих подданных.

Занимать ненамного лучше, чем нищенствовать, точно так же, как давать взаймы под лихоимные проценты ненамного лучше, чем воровать.

Здоровый рассудок усматривает только один путь и следует ему; ум видит десять дорог и не знает, какую выбрать.

Злые критики, подобно некоторым насекомым, ищут в нечистотах.

Золото – это кровь общественного тела; гражданин, который не имеет его, равно как и тот, который имеет его слишком много, – оба они больные части этого тела.

Издали мир кажется букетом красочных цветов; вблизи же он не более как терновый кустарник.

Излишние познания повергают в нерешительность; слепой идет прямо перед собой.

Иные писатели напоминают собою фокусников, вытаскивающих из своего рта целые аршины лент.

Исключительные законы – узаконенный деспотизм.

Искусство слушать почти равносильно искусству хорошо говорить.

Истина для глупцов – то же, что факел среди тумана: он светит, не разгоняя его.

Истина подобна кокетке, позволяет только мельком взглянуть на некоторые из своих прелестей своим искателям для того, чтобы еще больше возбудить их.

Истинное счастье для нас – вещь отрицательная: она состоит в отсутствии бедствий.

Исторические романы родились от истины, изнасилованной ложью.

История представляет одни только бесконечные превратности: народы, которые попеременно то побеждают, то бывают побеждаемы, то притесняют, то бывают притесняемы, то грабят, то бывают ограблены.

Источник истинного знания – в фактах.

Ищите людей, разговор с которыми стоил бы хорошей книги, и книг, чтение которых стоило бы разговора с философами.

Каждое мотовство богача есть кража у неимущих.

Каждый завоеватель – безумец, начинающий с разорения своих подданных для того, чтобы иметь удовольствие разорять других.

Как бы жизнь ни была коротка, мы живем долго, когда много размышляем.

Клятвы в любви доказывают ее непостоянство: верная дружба не произносит их.

Когда мы засыпаем в объятиях покоя, тогда-то судьба и наносит нам смертельные удары.

Когда не могут воспарить мыслями, то прибегают к высокому слогу.

Когда суеверие проникает в голову народа, оно оставляет там запас глупостей на многие столетия.

Красивая женщина умирает дважды.

Красивые женщины часто походят на большие города, которыми легко овладеть, но которые трудно удержать.

Кто говорит, тот сеет, кто слушает, тот собирает жатву.

Кто просит у судьбы только необходимого, часто получает от нее излишнее.

Лесть губит женщин больше, чем любовь.

Лживые обещания рая сделали миллионы людей достойными ада.

Льстец подобен змее, которая долго лижет свою жертву, прежде чем проглотить ее.

Любовники могут полюбить друг друга прежде, нежели узнают один другого; супруги должны узнать друг друга, прежде чем полюбить.

Любовники, так же как и царедворцы, лгут друг другу.

Любовники тщательно скрывают свои недостатки; супруги слишком часто выказывают их друг перед другом.

Люди посредственные всегда бывают обременены массой несуществующих затруднений, надуманных воображений и воображаемых угроз.

Люди походят на монеты: надо принимать их по их стоимости, какой бы оттиск на них ни находился.

Люди походят на слова: если не поставить их на свое место, они теряют свое значение.

Люди слабые, несправедливые, страстные смешивают силу с насилием.

Люди, считающие деньги способными все сделать, сами способны все сделать за деньги.

Мало есть писателей, которые, достигнув шестидесяти лет, не желали бы зачеркнуть то, что они писали в двадцать и даже в тридцать лет.

Меланхолики бывают добры и раздражительны: они обладают чувством добра и зла.

Мелочные люди не подвигаются вперед, подобно улитке, они ползут, высматривая, останавливаясь, и натыкаются на всякие предметы.

Много женщин умерло мученицами моды, которая заставляла их приносить стыдливость в жертву наготе.

Много мыслей, которые находили блестящими, побледнели при ярком свете печати.

Многочисленные определения счастья лишь доказывают, что оно нам незнакомо.

Мода – тиран женщин и фатов.

Мода – это жестокосердное божество, которому матери приносят в жертву даже своих детей.

Молчание не всегда доказывает присутствие ума, но доказывает отсутствие глупости.

Мудрость желает одобрения лишь для того, чтобы убедиться, что она поступила хорошо; тщеславие требует похвал.

Мудрый велик и в маленьких вещах; бездельник мал и в самых великих.

Мужественный человек обыкновенно страдает не жалуясь, человек же слабый жалуется не страдая.

Мужество – сила для сопротивления; храбрость – для нападения на зло.

Мысли, подобно цветам, имеют больше блеска, когда берутся отдельно.

Мысли походят на перелетных птиц; если их не наловят сейчас же, быть может, никогда не поймают.

Мысль есть главная способность человека: выражать ее – одна из главных его потребностей, распространять ее – самая дорогая его свобода.

На политическом горизонте, так же как и на небосклоне, самые сильные грозы образуются всегда в самые ясные дни.

Наилучшая книга – та, которая заключает в себе наибольшее количество истин.

Народ, зараженный суеверием, неизлечим и становится добычею шарлатанов всякого рода.

Наслаждения походят на те цветы, которые причиняют головокружение, когда слишком долго дышат их ароматом.

Насмешки часто походят на тонкие яды, которые убивают тех, кто употребляет их.

Наша мнимая цивилизация часто бывает одним лишь утонченным варварством.

Наши лета, наши долги, наши враги всегда бывают в большем числе, нежели мы полагаем.

Наши надежды – это сновидения наяву.

Не делайте из ребенка кумира: когда он вырастет, то потребует много жертв.

Не может быть, чтобы женщина, делающая счастливых, сама долгое время была счастлива.

Не покидайте жизненного пира, не заплатив по поданному вам счету.

Не признавать медиков могут и люди образованные, отрицать же медицину могут только неучи.

Недоверчивость – это маяк мудреца, но он может разбиться о него.

Неравенство прав увеличивает общественные раздоры; неравенство деяний поддерживает общественное согласие.

Несчастна страна, у которой нет героев.

Нет наслаждений более сладостных, чем лишения, которым мы подвергаем себя ради счастья тех, кого мы любим.

Низкая душа, надутая гордость есть не что иное, как грязь, пришедшая в брожение.

Низкие души да пресмыкающиеся погружаются в грязь для того, чтобы их не раздавили.

Никто не желает старости, но все хотят долго жить.

Ничто не обеспечивает спокойствия сердца лучше умственного труда.

Нравственные правила походят на знаки, которые указывают путь на поприще жизни и показывают подводные камни.

Об уме и сердце человека можно судить по свойству новостей, которые он рассказывает с удовольствием.

Общественное мнение – это бой-баба, которая никому не позволит изнасиловать себя.

Общественное мнение – это поток; даже и тогда, когда бы удалось нам отвести его течение, мы вынуждены за ним следовать.

Общество походит на улей: нельзя подходить к нему часто без того, чтобы не быть ужаленным.

Обыкновенная душа убегает из здания своей славы, готового обрушиться; душа великая погребает себя под его развалинами.

Отнимите у мира страсти, и он будет неподвижен; снимите с них узду, и он будет потрясен; подчините их правилам, и мир пойдет к славе, к счастью.

Парнас опустел бы, если бы оттуда прогнали подражателей.

Партии разоблачают друг друга, и весьма преуспевают в этом, потому что судят одна другой по себе.

Первый шаг неблагодарности – это исследования побуждений благотворителя.

Перевод есть не более чем гравюра; колорит неподражаем.

Переводы очень похожи на оборотную сторону вышитых на ковре узоров.

Плагиатор – это нищий, щеголяющий в украденном им платье.

Подкуп, лесть, подлость, вероломство имеют тариф, хорошо известный деспотам.

Политические игры бывают противоположны жмуркам: только некоторые видят ясно, у всех прочих – повязки на глазах.

Политические предсказания – это выраженные вслух желания.

Постоянное недоверие – слишком уж большая цена за возможность не быть обманутым.

Пределы наук походят на горизонт: чем ближе подходят к ним, тем более они отодвигаются.

Прежде чем клясться женщине никого не любить, кроме ее одной, следовало бы увидеть всех женщин или видеть только ее одну.

Приветливость часто походит на мягкий и яркий пушок жесткого и горького плода.

Просвещение только тогда достигает полного совершенства, когда люди не будут иметь возможности убивать людей даже во имя правосудия.

Простота есть сознание своего человеческого достоинства.

Путь к небу залит слезами и кровью, завален развалинами и трупами, нагроможденными фанатизмом.

Пьедестал, который человек возводит с поспешностью для своего изваяния, часто превращается в лобное место.

Рассуждать с дураками – это зажигать свечи для слепых.

Ревнивец – это ребенок, который пугается чудовищ, созданных в потемках его воображением.

Революция дает иногда в повелители таких людей, которых мы не пожелали бы иметь лакеями.

Революция походит на шахматную игру, где пешки могут погубить, спасти короля или занять его место.

Редко имеют врагов не по своей вине.

Резкое различие в судьбе людей, роскошь, в которой утопают одни, и нищета, от которой страдают другие, рождение одного человека в грязной трущобе, а другого – в великолепном дворце, одного – среди преступных людей, приучающих его с самого рождения к праздности и пороку, другого – в просвещенной семье, делающей все, чтобы вызвать к жизни лучшие свойства его души, – все это неизбежно вызывает вопрос: чем виноват первый ребенок, что ему досталась такая горькая доля, и чем заслужил другой, что на его долю выпали такие счастливые условия? Если та и другая душа созданы Богом, то как же помирить с этим божественную справедливость и божественную любовь?

Самая блистательная победа бывает лишь отблеском пожара.

Самая долговременная и самая славная гробница – это хорошая книга.

Самая почетная победа – та, которую одерживают над эгоизмом.

Самое верное средство ошибаться – это считать себя непогрешимым.

Самое жестокое одиночество – одиночество сердца.

Самые красивые, но пустые стихи походят на хрустальные вазы, наполненные чистой водой.

Самые лучшие возражения для упрямца – то же, что камни на дороге: их отталкивают ногою или перешагивают через них.

Самые опасные и самые многочисленные безумцы – суть те, которые бывают ими только наполовину.

Самыми строгими бывают те, которые наиболее нуждаются в снисхождении.

Светоч истины часто обжигает руку того, кто его несет.

Свобода, вышедшая из пеленок, долго не может ходить без помочей.

Сердце алчного человека – это океан, ожидающий дождя.

Скептик похож на чудака, рассматривающего с фонарем, блистают ли звезды.

Скептицизм – это крепость, возведенная гордостью на границах знания и невежества.

Сколько бы людей безмолвствовало, если бы им было запрещено отзываться хорошо о самих себе и дурно о других.

Скорбь от потери дорогого предмета больше, чем счастье от обладания им.

Слава – это жестокосердая любовница, заставляющая очень дорого платить за свои ласки.

Следует мириться с невежеством и с глупостью как с врагами, превосходящими численно.

Словно играя в жмурки, мы гоняемся за удовольствием, а когда, поймавши его, мы снимаем повязку с глаз, оно никогда не бывает тем, что мы думали.

Слово «конституция» может быть талисманом деспотизма, заменяющего насилие хитростью.

Сознаться в своей неправоте – это быть умнее, чем были.

Спорить с дураками – это зажигать свечи для слепых.

Статуи, воздвигаемые живым, сделаны из снега и тают в лучах правды.

Судьба одинаково поражает и сильных, и слабых, но дуб падает с шумом и треском, а былинка – тихо.

Супружество подносит большой мешок, содержащий в себе девяносто девять ехидн и одного угря.

Счастье – это шар, за которым мы гоняемся, пока он катится, и который мы толкаем ногой, когда он останавливается.

Творец системы – это узник, который имеет притязание осветить мир лампою из своей темницы.

Тщеславие доводит до того, что заставляет говорить глупости, лишь бы обратить на себя внимание.

Тщеславие предпочитает клевету молчанию, но забвение душит его.

У гордости может быть благородное великодушие, у тщеславия никогда ничего не бывает, кроме низкой зависти.

Угодливость есть монета, которой самые небогатые могут уплачивать по своим счетам.

Удовольствия становятся безвкусными, а скорби мучительнее, если нельзя о них рассказать.

Улыбающаяся будущность походит на очаровательный пейзаж: вся прелесть исчезает, когда проникают в него.

Умственные наслаждения удлиняют жизнь настолько же, насколько чувственные ее укорачивают.

Успех часто бывает единственной видимой разницей между гением и безумием.

Фальшивое никогда не бывает прочным.

Характерный признак великих людей – это употребление их гения и способностей на общее благо.

Хвалите красоту женщины, она простит вам все ваши оскорбления.

Хвалиться – значит без всякой учтивости говорить другим: я лучше вас.

Часто один человек может спасти нацию; а еще чаще один человек может погубить ее.

Часто по секрету говорят ложь, чтобы узнать правду.

Человек бывает человеком только благодаря размышлению.

Человек в обществе – невольник, который может только препираться о тяжести и давлении своих оков.

Человек должен употребить первую часть своей жизни на то, чтобы беседовать с мертвыми (читать книги); вторую – на то, чтобы разговаривать с живыми; третью – на то, чтобы беседовать с самим собою.

Человек – животное с ограниченными возможностями и безграничными желаниями.

Человек, живущий одиноко, существует только наполовину.

Человек не способен постичь самого себя; он всегда будет оставаться загадкою.

Человек суеверный, каково бы ни было его вероисповедание, есть идолопоклонник.

Человек, упоенный похвалами, должен и говорить, и делать глупости.

Чем более спорят о предмете, тем более путаются: светоч истины меркнет, когда им сильно машут.

Честолюбие во все времена надевало на себя личину общественного блага или религии для того, чтобы морочить людей.

Энтузиазм и любовь – дети надежды, презрение и ненависть – дети разочарования.

Булвер-Литтон Эдвард Джордж.

(25.05.1803–18.01.1873).

Английский писатель, поэт, драматург.

Родился в Лондоне. Получив образование в Кембриджском университете, погрузился в светскую жизнь и литературные занятия. Был видным деятелем либеральной, затем консервативной партии. В 1859 г. стал министром колоний; в 1866 г. – членом палаты лордов. Умер в Торки. Наиболее известные произведения: «Пелэм, или приключения джентльмена» (1828) – образец «дэндистской школы» английского романа, «Юджин Эрам» (1832) – сочувственная трактовка знаменитого уголовного дела, наряду с другими романами о великосветских преступниках принесшая автору славу создателя «ньюгейтского романа» (по названию тюрьмы в Лондоне), «Последние дни Помпеи» (1834) – роман, воссоздавший живую картину античной культуры, «Гарольд, последний из саксов» (1848) – роман о гибели саксонской феодальной знати, «Кэкстоны» (1849) и «Мой роман» (1853) – романы, представляющие юмористические картины быта и нравов английской провинции, «Грядущая раса» (1871) – фантастический роман, написанный под впечатлением событий Парижской коммуны 1871 г. Среди поэтических произведений наиболее известна эпическая поэма «Король Артур» (1839). Среди драматических произведений известны: «Леди из Леона» (1839), «Ришелье» (1839), «Деньги» (1840).

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

В шестьдесят лет человек начинает осознавать ценность домашнего очага.

Великий секрет красноречия – оставаться серьезным.

Все мы философы для других, но не для себя; в момент, когда мы начинаем чувствовать, мы перестаем предаваться мудрым размышлениям.

Гений делает то, что может, а талант – то, что должен.

Дружба – вино существования, любовь – хорошая чарка водки.

Дурак льстит самому себе, умный льстит дураку.

Если прекрасное лицо – это рекомендательное письмо, то прекрасное сердце – это верительная грамота.

Если ты мудр, то благодаря себе самому, если велик – то благодаря счастью.

Есть две вещи, которых мудрый человек должен избегать: это слава и любовь.

Есть только одна философия, хотя и разделившаяся на тысячи школ, и имя ее – стойкость. Нести свой удел – значит побеждать.

Истинная философия скорее старается разрешать, чем отрицать.

Лишить сердце желаний – все равно что лишить землю атмосферы.

Любовь – занятие досужего человека и досуг занятого.

Наука – океан. Она одинаково открыта для человека и для фрегата. Один плавает в нем с ценными товарами, другой хочет только привезти домой улов сельдей.

Не так трудно умереть за друга, как найти друга, который стоил бы того, чтобы умереть за него.

Нередко в человеческой природе уживается то противоречие, что люди, одаренные воображением и гением, в то же время отличаются глубоким здравым смыслом, который умеют обращать на пользу других, хотя сами и пренебрегают пользоваться им в своих интересах.

Нет ничего заразительнее энтузиазма; он ворочает камни, он очаровывает скотов. Энтузиазм – это гений искренности, и истина без него не одерживает побед.

Отказывайтесь болеть. Никогда не говорите людям, что вы больны; никогда не признавайтесь в этом себе. Болезнь – это одна из тех вещей, которым человек должен сопротивляться по принципу натиска.

Перо могущественнее меча.

Популярность – преимущество, приобретаемое главным образом отрицательными качествами, и чем меньше у кого-либо притязаний на то, чтобы вызвать удивление, тем больше прав на то, чтобы пользоваться любовью.

Реформа – это исправление злоупотреблений; революция – это переход власти.

Сколько бы мы ни странствовали, счастье наше всегда будет находиться в узком кругу и среди вещей, находящихся в нашей непосредственной обстановке.

Содержание воздушных замков обходится очень дорого.

Угрызения совести – эхо утраченной добродетели.

Уроки злосчастия не всегда спасительны; иногда они смягчают и исправляют человека, но как часто они делают его черствым и испорченным.

Часто из самых наших слабостей рождаются сильнейшие принципы нашего поведения, как из желудя, занесенного легким ветерком, вырастает дуб, не боящийся бури.

Человек, в сущности, не имеет над собой другого суда, как суд своей совести. Поэтому он не больше должен был бы заботиться о призраке, который зовется общественным мнением, чем бояться повстречать привидение, проходя ночью через кладбище.

Что прошло – то прошло. Будущее же принадлежит тем, кто достаточно добродетелен, чтобы раскаиваться, и тем, у кого достаточно сил, чтобы загладить свою вину.

Бэкон Фрэнсис.

(22.01.1561–09.04.1626).

Английский философ, историк, политический деятель, основоположник эмпиризма.

Родился в Лондоне в семье советника королевы Елизаветы I. Окончил Кембриджский университет. Свою профессиональную жизнь начал как юрист, но позже стал широко известен как адвокат-философ, защитник научной революции. В 1584 г. был избран в парламент. С 1617 г. – лорд-хранитель печати, затем – лорд-канцлер; барон Веруламский и виконт Сент-Олбанский. В 1621 г. был привлечен к суду по обвинению во взяточничестве, осужден и отстранен от всех должностей. В дальнейшем был помилован королем, но не вернулся на государственную службу и последние годы жизни посвятил научной и литературной работе. Умер в Лондоне. Работы Ф. Бэкона являются основанием и популяризацией индуктивной методологии научного исследования, часто называемой методом Бэкона. Свой подход к проблемам науки изложил в трактате «Новый органон» (1620), где провозгласил целью науки увеличение власти человека над природой. Великое достоинство науки Бэкон считал почти самоочевидным и выразил это в своем знаменитом афоризме «Знание есть сила». Другие известные труды Бэкона: «Новая Атлантида», «Учение об идолах».

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Атеизм – это тонкий слой льда, по которому один человек может пройти, а целый народ рухнет в бездну.

Афоризмы служат отнюдь не только для развлечения или украшения речи, они, безусловно, важны и полезны в деловой жизни и в гражданской практике.

Бессмертие животных – в потомстве, человека же – в славе, заслугах и деяниях.

Библиотеки – это раки, где хранятся останки великих святых.

Богатство не может быть достойной целью человеческого существования.

Больше всех мы льстим самим себе.

Большой подозрительностью отличается лишь тот, кто мало знает.

Будь хотя бы сам честен настолько, чтобы не лгать другим.

Быть справедливым в мыслях – не значит еще быть справедливым на деле. Хотя справедливость и не может уничтожить пороков, она не дает им наносить вред.

В жизни – как в пути: самая короткая дорога обычно самая грязная, да и длинная немногим чище.

В истории черпаем мы мудрость; в поэзии – остроумие; в математике – проницательность; в естественных науках – глубину; в нравственной философии – серьезность; в логике и риторике – умение спорить.

В каждом человеке природа всходит либо злаками, либо сорной травою;

В любви быть мудрым невозможно.

В природе человека есть тайная склонность и стремление любить других.

Вводи улучшения без похвальбы и без поношений предшественников, но возьми себе за правило не только следовать достойным примерам, а и самому создавать их.

Возможность украсть создает вора.

Воображаемое богатство знания – главная причина его бедности.

Время есть величайший из новаторов.

Врожденные дарования подобны диким растениям и нуждаются в выращивании с помощью ученых занятий.

Все добродетели освобождают нас от господства пороков, одна только храбрость освобождает от господства судьбы.

Всякая нагота оскорбительна, даже нагота души. Скрытность удерживает других на расстоянии от нас и охраняет нас. Это ширма, защищающая наши намерения.

Всякий, кто любит одиночество, либо дикий зверь, либо Господь Бог.

Выбрать время – значит сберечь время, а что сделано несвоевременно, сделано понапрасну.

Высшее достоинство недоступно пониманию толпы, последняя охотно хвалит добродетели низшего порядка; средние добродетели возбуждают в ней удивление или, вернее, изумление; что же касается высших добродетелей, то она не имеет даже понятия о них.

Главный плод дружбы заключается в облегчении и освобождении от переполненности надрыва, которые вызывают и причиняют всякого рода страсти.

Главным корнем суеверия является то, что люди видят только попадания в цель, а не промахи; они заодно и забывают другое.

Глупость одного человека – удача для другого.

Гнев есть безусловная слабость; известно, что ему более всего подвержены слабые существа: дети, женщины, старики, больные и пр.

Гордость лишена лучшего качества пороков – она не способна скрываться.

Грубость рождает ненависть.

Деньги – как навоз: если их не разбрасывать, от них будет мало толку.

Деньги – хороший слуга, но плохой хозяин.

Длинные речи способствуют делу настолько же, насколько платье со шлейфом помогает ходьбе.

Должно стремиться к знанию не ради споров, не для презрения других, не ради выгоды, славы, власти или других низменных целей, а ради того, чтобы быть полезным в жизни.

Добродетель есть не что иное, как внутренняя красота, красота же – не что иное, как внешняя добродетель.

Добродетель и мудрость без знания правил поведения подобны иностранным языкам, потому что их в таком случае обычно не понимают.

Добродетель с помощью богатства становится всеобщим благом.

Дружба удваивает радости и сокращает наполовину горести.

Друзья – воры времени.

Есть книги, которые надо только отведать, есть такие, которые лучше всего проглотить, и лишь немногие стоит разжевать и переварить; иначе говоря, одни книги следует прочесть лишь частично, другие – без особого прилежания, и лишь немногие – целиком и внимательно.

Жена и дети учат человечности, холостяки же мрачны и суровы.

Женитьба – умная вещь для дурака и глупая для умного.

Жены – любовницы молодых мужчин, спутники зрелых и няньки стариков.

Зависть никогда не знает праздника.

Здоровое тело – гостиная для души; больное – тюрьма.

Знание есть сила, сила есть знание.

И любить, и быть мудрым невозможно.

Из всех добродетелей и достоинств души величайшее достоинство – доброта.

Известность есть скорее результат желания выставить себя напоказ, нежели истинной заслуги, некоторой насыщенности, нежели действительного величия.

Изысканные манеры некоторых людей похожи на стихи с отсчитанными слогами.

Истина есть дочь времени, а не авторитета.

Истинная дружба крайне редка в этом мире, в особенности между равными; а между тем она более всего прославлялась. Если такая высокая дружба существует, то только между высшим и низшим, потому что благосостояние одного зависит от другого.

Истинная и законная цель всех наук состоит в том, чтобы наделять жизнь человеческую новыми изобретениями и богатствами.

Как несчастен тот, кто сомневается! Ум его бросает в разные стороны, точно при килевой и боковой качке… И только одно лекарство есть против этого: противопоставить действительность натиску воображения.

Книги – корабли мысли, странствующие по волнам времени и бережно несущие драгоценный груз от поколения к поколению.

Когда имеешь дело с постоянно хитрящими людьми, надо всегда не упускать из виду их целей. С такими лучше говорить мало и говорить такое, чего они менее всего ожидают.

Красивое лицо является безмолвной рекомендацией.

Краска стыда – ливрея добродетели.

Красота заставляет сверкать добродетели и краснеть пороки.

Кто ведает лишь свои дела, мало находит пищи для зависти.

Кто выбалтывает, что знает, будет говорить и о том, чего не знает.

Кто проявляет жалость к врагу, безжалостен к самому себе.

Кто стремится занять почетное место среди людей способных, ставит себе трудную задачу, но всегда это на благо обществу; а вот кто замышляет быть единственной фигурой среди пешек, тот – позор для своего времени.

Кто чрезмерно чтит старину, становится в новое время посмешищем.

Лесть есть род дудки, которой приманивают птиц, подражая их голосу.

Лесть облечена истинно комическим безобразием, но производит трагическое действие. Что труднее всего излечивается, так это болезнь ушей.

Лесть – порождение скорее характера человека, чем злой воли.

Лесть – это стиль рабов.

Ложь обличает слабую душу, беспомощный ум, порочный характер.

Лучшие труды и величайшие заслуги в интересах общества исходят от неженатых или бездетных мужчин.

Любовь к родине начинается с семьи.

Люди более склонны к занимательным спорам и разговорам и к блужданию от одной вещи к другой, чем к строгому исследованию.

Люди, у которых весьма много недостатков, прежде всего замечают их в других.

Манеры выказывают нравы, подобно тому как платье обнаруживает талию.

Молва – плохой гонец и еще худший судья. Что имеет общего добродетельный человек с болтовней толпы? Молва, подобно реке, несет по поверхности легкие предметы и влачит по дну более тяжелые.

Молодые люди более склонны изобретать что-то, чем судить о чем-то, осуществлять, чем советовать, носиться с разными прожектами, чем заниматься определенным делом.

Молчание – добродетель дураков.

Мужчина уже наполовину влюблен в каждую женщину, которая слушает, как он говорит.

Мужчина чувствует себя на семь лет старше на другой день после свадьбы.

Мысли философа – как звезды, они не дают света, потому что слишком возвышенны.

На высокую башню можно подняться лишь по винтовой лестнице.

Надежды подобны паутине: маленькие мухи застревают в них, а большие прорываются.

Надо не выдумывать, не измышлять, а искать, что творит и приносит природа.

Наиболее же частой внешней причиной счастья одного человека является глупость другого, ибо нет другого такого способа внезапно преуспеть, как воспользовавшись ошибками других людей.

Нам кажется, что люди плохо знают как свои возможности, так и свои силы: первые они преувеличивают, вторые преуменьшают.

Наслаждаться счастьем – величайшее благо, обладать возможностью давать его другим – еще большее.

Наука есть не что иное, как отображение действительности.

Начавший уверенно кончит сомнениями; тот же, кто начинает свой путь в сомнениях, закончит его в уверенности.

Невежды презирают науку, необразованные люди восхищаются ею, тогда как мудрецы пользуются ею.

Неизменно завистливы те, кто из прихоти и тщеславия желает преуспеть во всем сразу. У них всегда найдется кому позавидовать, ибо невозможно, чтобы многие хоть в чем-нибудь их не превосходили.

Нельзя в припадке гнева бесповоротно ломать какое-либо дело; и как бы вы ни выражали свою горечь, не делайте ничего, чего нельзя было бы поправить.

Нельзя отрицать того, что внешние обстоятельства способствуют счастью человека. Но главным образом судьба человека находится в его собственных руках.

Несомненно, что самые лучшие начинания, принесшие наибольшую пользу обществу, исходили от неженатых и бездетных людей.

Нет ничего сладостнее, чем ясно видеть чужие заблуждения.

Нет ничего страшнее самого страха.

Никакая страсть так не околдовывает человека, как любовь и зависть.

О более слабых и простых людях лучше всего судят по их характерам, о более же умных и скрытых – по их целям.

Обвинение в неблагодарности есть не что иное, как обвинение в проницательности относительно причины благодеяния.

Общее согласие – самое дурное предзнаменование в делах разума.

Один несправедливый приговор влечет бо€льшие бедствия, чем многие преступления, совершенные частными лицами; последние портят только ручьи, только отдельные струи воды, тогда как судья портит самый источник.

Осторожность в словах выше красноречия.

Откровенность есть не что иное, как душевное бессилие.

Отнять у людей пустые предрассудки, ложные мнения, обольстительные призраки и все химерические надежды, питающие их, быть может, значило бы предоставить их скуке, отвращению, тоске и отчаянию.

Очень богатые люди продали больше людей, чем купили.

Первое впечатление всегда бывает несовершенно: оно представляет тень, поверхность или профиль.

Поведение человека должно быть подобно его одежде: не слишком стеснять его и не быть слишком изысканной, но обеспечивать свободу движений и действий.

Поджечь дом, чтобы поджарить себе яичницу, в характере эгоиста.

Пока длится невежество, человек не находит против зла средств.

Похвалы – это отраженные лучи добродетели.

Правила поведения – это перевод добродетели на общедоступный язык.

Правильная постановка вопросов свидетельствует о некотором знакомстве с предметом.

Природа покоряется лишь тому, кто сам подчиняется ей.

Приятная наружность – это вечное рекомендательное письмо.

Продолжать себя в детях есть самоувековечение животных; великое имя, блестящие заслуги, полезная деятельность – вот единственное самоувековечение, достойное человека. Семейные интересы всегда почти губят интересы общественные.

Процветание раскрывает наши пороки, а бедствие – наши добродетели.

Сам по себе муравей – существо мудрое, но саду он враг.

Само бытие без нравственного бытия есть проклятие. И чем значительнее это бытие, тем значительнее это проклятие.

Самое лучшее из всех доказательств есть опыт.

Самое страшное одиночество – не иметь истинных друзей.

Сдержанность и уместность в разговорах стоят больше красноречия, а уменье применять свои слова к характеру и образу мыслей слушателей есть талант, которому должно отдать предпочтение изяществом и методичностью речи.

Себялюбивая мудрость гнусна во всех видах своих.

Семейные интересы почти всегда губят интересы общественные.

Скромность по отношению к душе – то же самое, что стыдливость по отношению к телу.

Скромный человек усваивает даже чужие пороки, гордый обладает только собственными.

Скрытность – прибежище слабых.

Скупец не владеет своими богатствами, скорее можно сказать, что его богатства им владеют.

Слабая философия склоняет человеческий ум к атеизму, а глубина философии располагает ум человека к религии.

Славолюбивый человек служит игрушкой для умных, кумиром для глупцов, добычей для паразитов и рабом собственного тщеславия.

Смелость – дитя невежества и подлости.

Смелость, дочь невежества и глупости, в самом деле стоит ниже действительных дарований, но она увлекает, подчиняет, обвораживает, так сказать, недалеких и слабых людей, составляющих большинство; иногда она подчиняет даже благоразумных людей в минуты слабости и нерешительности.

Смелость – это некая атрофия чувств в соединении со злой волей.

Совершая недостойные поступки, мы становимся достойными людьми.

Созерцание – это благопристойное безделье.

Старание избегать предрассудков – предрассудок.

Странное желание – стремиться к власти, чтобы утратить свободу.

Строгость рождает страх, но грубость рождает ненависть.

Супружеская любовь размножает человеческий род, дружеская – совершенствует его, а безнравственная – развращает и унижает.

Существует три источника несправедливости: насилие как таковое, злонамеренное коварство, прикрывающееся именем закона, и жестокость самого закона.

Счастье продает нетерпеливым людям великое множество таких вещей, которые даром отдает терпеливым.

Толпе нравится только то, что действует на фантазию или то, что не выводит ум из круга обычных понятий.

Тот, кто замышляет месть, растравляет свои раны, которые иначе уже давно бы исцелились и зажили. Поистине, совершая месть, человек становится вровень со своим врагом, а прощая врага, он превосходит его.

Тот, кто лишен искренних друзей, поистине одинок.

Тот, кто не имеет детей, приносит жертву смерти.

Тот, кто проявляет милость к врагу, отказывает в ней себе.

Три вещи делают нацию великой и благоденствующей: плодородная почва, деятельная промышленность и легкость передвижения людей и товаров.

Тщеславные люди вызывают презрение мудрых, восторг у глупцов, являются идолами для паразитов и рабами собственных страстей.

Удача делает глупцом того, кому она отдает свою благосклонность.

Ум человеческий подобен зеркалу с неровной поверхностью, которое, примешивая свои свойства к свойствам вещей, отражает последние в искаженном и извращенном виде.

Умение легко перейти от шутки к серьезному и от серьезного к шутке требует большего таланта, чем обыкновенно думают. Нередко шутка служит проводником такой истины, которая не достигла бы цели без ее помощи.

Умеющий молчать слышит много признаний; ибо кто же откроется болтуну и сплетнику.

Ученость сама по себе дает указания чересчур общие, если их не уточнить опытом.

Философы подобны звездам, которые дают мало света потому, что находятся слишком высоко.

Хвастливый человек – посмешище для умных, предмет поклонения для глупцов, лакомая добыча для льстецов и раб своего собственного тщеславия.

Целомудренные часто бывают горды и высокомерны, они слишком злоупотребляют этим достоинством – своим целомудрием.

Цена истины, как бы она дорога ни была, может быть сравнима разве с ценой жемчужины, освещенной дневным светом, а не с ценою бриллианта или карбункула, сильнее играющих при свечах.

Человек, властвуя над другими, утрачивает собственную свободу.

Человек и впрямь похож на обезьяну: чем выше он залезает, тем больше он демонстрирует свою задницу.

Человек, слуга и истолкователь природы, может совершить и понять не более того, насколько он познал порядок природы наблюдением и размышлением: ничего больше он не знает и не может совершить.

Человеку недостаточно познать самого себя, нужно найти также способ, с помощью которого он сможет разумно показать, проявить себя и в конце концов изменить себя и сформировать.

Человечество было бы убогим без божества, которое живет внутри нас.

Честный и порядочный человек никогда не сможет исправить и перевоспитать бесчестных и дурных людей, если сам он прежде не исследует все тайники и глубины зла.

Честолюбие подобно желчи, которая способствует в людях живости, проворству и рвению в делах, если не преграждать ей выхода. В противном случае она перегорает, обращаясь в губительный яд.

Чрезмерная откровенность столь же неблагоприлична, как совершенная нагота.

Чтение делает человека знающим, беседа – находчивым, а привычка записывать – точным.

Чтение – это беседа с мудрецами, действие же – это встреча с глупцами.

Этот мир – пузырь.

Вейнингер Отто.

(03.04.1880–04.10.1903).

Австрийский философ.

Родился в Вене в семье живописца-ремесленника. В 1902 г., будучи студентом философии Венского университета, выпустил свою знаменитую книгу «Пол и характер», сразу принесшую ему успех. В этом труде развил новую теорию взаимоотношения полов. Для обоснования своего подхода использовал данные биологии, психологии, социологии и истории. Выводы и заключения поражают оригинальностью, неожиданностью, остротой мысли. Однако среди многих тонких наблюдений, остроумных обобщений, оригинальных построений в книге есть очень спорные утверждения. Автор исходил из теории бисексуальности, утверждая, что в мире растений, животных, как и в мире человека, нет полностью однополых особей, не существует мужчины или женщины «в чистом виде», есть лишь мужской и женский «элемент». В каждом мужчине и в каждой женщине есть оба элемента, а их соотношение определяет характер индивидуума. Все активное, духовное и творческое в человеке, по мысли автора, исходит от мужского элемента, а все материальное, пассивное – от женского. Мужское начало – носитель добра, женское – зла. Книга принесла автору славу и деньги, но, несмотря на это, в знаменитом номере венской гостиницы, где в 1827 г. скончался Л. ван Бетховен, Вейнингер выстрелил себе в сердце.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Бесстыдство и бессердечие женщины особенно сильно проявляется в ее способности говорить о том, что какой-либо мужчина ее любит. Мужчина, напротив, чувствует себя пристыженным любовью к нему со стороны другого человека, так как эта любовь его сковывает, ограничивает, делает его пассивным, между тем как по природе своей он должен быть одаряющим, активным, свободным.

В молодости, не старше 20 лет, мужчину привлекают обыкновенно пожилые женщины (не моложе 35 лет); по мере возмужания он начинает любить более молодых. Точно так же (взаимность!) молодые девушки – «подростки» – предпочитают зрелых мужчин юношам, чтобы нередко изменять мужьям с мальчишками.

Все знаменитые и духовно выдающиеся женщины всегда выказывают многочисленные мужские черты характера, а при более внимательном наблюдении в них заметны анатомические мужские признаки, приближающие их к мужчине.

Для женщины, которая не может быть глубоко несчастной, счастье является пустым звуком: понятие счастья было создано мужчиной, несчастным мужчиной, хотя он никогда не находит полной, адекватной реализации его. Женщина не стыдится показывать другим свое несчастье: ибо это несчастье неглубоко, не истинно, ибо она не чувствует за собою никакой вины.

Женщина горда тем, что ее любят; она хвастается своей любовью пред другими женщинами для того, чтобы вызвать в них зависть. Мужчина воспринимает любовь к себе другого человека, как внимание к его истинной ценности, как более глубокое понимание его сущности. Совершенно не то чувствует женщина. В любви другого человека она видит факт, который придает ей ценность, прежде ей не принадлежавшую, который дарует ей впервые бытие и сущность, который легитимирует ее в глазах других людей. Этим объясняется неимоверная способность женщины запоминать все комплименты, сказанные ей даже в самом раннем детстве.

Женщина не видит особенной надобности в том, что решительно все должно покоиться на известных основаниях. Так как ей чужда категория непрерывности, то она не ощущает никакой потребности в логическом подтверждении своих мыслей: отсюда – легковерность всех женщин. В отдельных случаях она может поэтому быть весьма последовательной; но именно тогда логика является не масштабом, а орудием, не судьей, а палачом. И вполне естественно, что женщина чувствует какую-то неловкость, когда мужчина, который настолько глуп, что принимает ее слова за чистую монету, требует от нее доказательств высказанного ею суждения; ведь подобное требование совершенно противно ее природе.

Женщина не хочет, чтобы к ней относились, как к субъекту; она всегда и во всех направлениях (в этом именно выражается ее бытие женщины) хочет оставаться пассивной. Хочет чувствовать волю, направленную на нее; она не хочет, чтобы ее стыдились или щадили, она вообще не хочет, чтобы ее уважали. Ее единственная потребность заключается в том, чтобы ее желали как тело, чтобы она находилась в обладании чужих рук, как их собственность, как простое ощущение приобретает реальность лишь тогда, когда оно выражено в понятии, т.е. когда оно превращается в известный объект, так и женщина доходит до своего существования и ощущения его лишь тогда, когда она возводится мужчиной или ребенком как субъектом на ступень объекта. Таким путем, путем подарка, она приобретает свое существование.

Женщина ощущает (по известному рецепту Гёте) сильнейшее желание произвести впечатление на мужчину, когда тот не обращает на нее никакого внимания; ведь в этой способности произвести впечатление лежит весь смысл, ценность ее жизни. Мужчина, напротив, чувствует антипатию к той женщине, которая встретила его неприветливо или поступила по отношению к нему невежливо. Ничто не может сделать мужчину столь счастливым, как любовь девушки; если она его пленила и не сразу, то для него самого существует опасность воспламениться впоследствии. Любовь мужчины, который не нравится женщине, является для нее удовлетворением ее тщеславия, пробуждением долго дремавших в ней надежд. Женщина заявляет одновременно притязание на всех мужчин мира. То же самое лежит в основе ее склонности дружить преимущественно с представительницами своего же пола; эта склонность не лишена некоторого полового оттенка.

Женщина приписывает себе ценность сообразно ценности других предметов: денег и богатства, количества и пышности своих платьев, театрального яруса, в котором находится ее ложа, своих детей, и прежде всего сообразно ценности своего обожателя, своего мужа. Самым верным оружием женщины в споре с другой женщиной является указание на высшее социальное положение своего мужа, на богатство, почет и титул его; при этом является нелишним указать на сравнительную его моложавость и многочисленность его поклонниц. Это в состоянии окончательно сразить противницу и лишить ее всяких дальнейших возражений. Но колоссальный позор для мужчины (и он это чувствует лучше всякого другого), если он ссылается на что-нибудь чужое и не защищает собою своей собственной ценности против всяких посягательств на нее.

Женщина располагает вообще только одним классом воспоминаний: эти воспоминания связаны с половым влечением и размножением. Она помнит о своем любовнике и ухаживателе, о своей брачной ночи, о своих детях, как и о своих куклах; о всех цветах, преподнесенных ей на балах, о цене, числе и величине букетов, о всякой спетой ей серенаде, о всяком стихотворении, которое, как она воображает, посвящено ей, о каждой фразе мужчины, который импонирует ей, и прежде всего она с особенной отчетливостью, вызывающей в равной степени изумление, помнит каждый без исключения комплимент, который ей был сделан когда-либо в жизни. Это все, о чем истинная женщина может вспомнить из всей своей жизни.

Женщина только сексуальна, мужчина тоже сексуален и еще кое-что сверх.

Женщина чувствует особенное влечение к тому мужчине, который пользуется у других женщин таким же успехом, как у нее; такому и только такому мужчине женщина остается верной и во время брака. Объясняется это тем, что она не может дать мужчине никакой новой ценности, противопоставить свое суждение суждениям других. Совершенно обратное имеет место у настоящего мужчины.

Женщины не видят ничего прекрасного также и в мужчине, и чем больше они носятся с этим словом, тем сильнее обнаруживают, как далеко от них идея красоты.

Когда женщина, захваченная врасплох неодетой, вскрикивает, то это следует понимать лишь так, что она испугалась, что недостаточно хорошо выглядит в таком виде.

Многие считают женщину невинной и даже более нравственной, нежели мужчину, так как у нее этические воззрения не составляют проблемы; но это совершенно неосновательно, потому что в действительности она, собственно, даже не знает, что такое безнравственность. Невинность ребенка тоже ведь не может быть заслугой, заслугой была бы невинность старца, но ее не существует на деле.

Может быть, когда метафизическим, вневременным актом был создан человек, мужчина присвоил себе все божественное – душу; но по каким мотивам это совершилось, мы, конечно, представить себе не можем. Преступление, которое он, таким образом, совершил против женщины, он искупает теперь муками любви; путем любви он хочет ей вернуть, подарить ту душу, которую отнял у нее; он делает это, так как сознает всю тяжесть своей вины. И действительно, он ощущает сильнейшим образом сознание какой-то вины особенно перед той женщиной, которую любит.

Мужчина чувствует себя пристыженным, как бы виновным всякий раз, когда он упускает из виду необходимость подкрепить свои суждения логическими доказательствами и привести для них соответствующие основания.

Осязательная чувствительность женщины вообще тоньше, чем у мужчины.

Половой акт есть высшая ценность женщины, которую она старается всегда и повсюду осуществить.

Совершенно ясно, что женщина ощущает в качестве признака мужественности тот факт, что мужчина сильнее ее и в духовном отношении. Женщину привлекает к себе лишь тот мужчина, мышление которого выше ее собственного. Этим она, сама того не сознавая, подает решающий голос против теории равноправия полов.

Стоит женщине услышать шаги, почувствовать присутствие или увидеть, наконец, мужчину, который вошел туда, где она находится, как она моментально становится совсем другой. Все манеры, движения ее меняются с непостижимой быстротой. Она начинает «поправлять прическу», разглаживать складки на своем платье, подтягивать юбку; все существо ее наполняется то бесстыдным, то трусливым ожиданием. В отдельном только случае можно сомневаться, краснеет ли она по поводу своего бесстыдного смеха, или она бесстыдно смеется над тем, что покраснела.

Так называемые «знатоки женщин», т. е. люди, которые являются ничем больше, как «знатоками» – по большей части сами «женщины». Женственные мужчины очень часто умеют гораздо лучше обходиться с женщинами, чем ярко выраженные мужчины, которые, за немногими исключениями, даже после долгого опыта никогда не могут вполне изучить женщин.

Только любовь создает красоту.

У кого нет характера, у того нет и убеждений. Потому женщина легковерна, некритична; поэтому она не может постигнуть духа протестантизма.

Что же касается эмансипированных женщин, то относительно них можно сказать следующее: только мужчина, заключенный в них, хочет эмансипироваться.

Вовенарг Люк де Клапье де.

(06.08.1715–28.05.1747).

Французский писатель-моралист.

Родился в Провансе в семье маркиза. Участвовал в Итальянской и Богемской кампаниях 1735 и 1742 г., переболев оспой, вышел в отставку и поселился в Париже. В 1746 г. издал свою единственную книгу «Размышления и максимы», которая принесла ему славу величайшего мастера афоризмов эпохи Просвещения. Умер в Париже через год после выхода книги.

Беден ли человек, богат ли, вовек ему не стать добродетельным и счастливым, если волей фортуны он окажется не на своем месте.

Благосостояние создает немного друзей и много врагов.

Будьте осторожны с человеком, который внимательно входит во все ваши дела, но о своих делах помалкивает.

Бывают люди, чьи таланты никогда бы не обнаружились, не будь у них еще и недостатков.

В дружбе, браке, любви, словом, в любых человеческих отношениях мы хотим всегда быть в выигрыше, а поскольку отношения между друзьями, любовниками, братьями, родственниками и т. д. особенно тесны и многообразны, не следует удивляться, что в них ждет нас больше всего неблагодарности и несправедливости.

В здоровых совесть самонадеянна, в слабых и несчастных – робка, в нерешительных – беспокойна и т. д. Это голос, повинующийся чувству, которое господствует над нами, и мнениям, управляющим нами.

В любом деле так называемые порядочные люди выигрывают не меньше всех прочих.

В мысли, с самого начала рассчитанной на обнародование, всегда есть оттенок фальши.

В наши дни под дурным слогом многие люди разумеют простое, без шуточек, острот и прикрас изложение истины.

В старости не увеличивается число друзей: все потери тогда безвозвратны.

В теории нет ничего проще равенства; на деле же нет ничего невыполнимее его и химеричнее.

Великие люди бывают великими иной раз даже в мелочах.

Велики людские притязания, а цели – ничтожны.

Великие философы – гении в области разума.

Великим государственным человеком бывает тот, после которого остаются великие и полезные для человечества памятники.

Во все времена бывали недоумки, вынужденные искать славы единственным доступным им путем – оспаривая чужую славу, но когда люди такого сорта начинают задавать тон, это означает, что век вырождается, ибо подобные вещи могут происходить лишь там, где вывелись великие люди.

Все люди родятся искренними и умирают лжецами.

Все, что несправедливо, оскорбляет нас, если не приносит нам прямой выгоды.

Всего больше ошибок делают люди, которые действуют по зрелому размышлению.

Высокая должность избавляет иногда от необходимости иметь еще и дарования.

Гениальность не подделаешь.

Главные обязанности людей основаны на их беззащитности друг перед другом.

Глупец, у которого большая память, исполнен мыслей и фактов, но он не умеет делать выводов и заключений – а в этом вся суть.

Глупо ласкать себя надеждой, будто мы способны убедить других в том, чему и сами не верим.

Гордость – утешительница слабых.

Даже у молодой женщины меньше поклонников, чем у богача, который славится хорошим столом.

Двоедушные люди легко меняют свои правила.

Для высокопоставленного человека нет ничего легче, нежели присваивать себе знания окружающих.

Для того чтобы стать ловким, нужно меньше усилий, чем для того чтобы им казаться.

Достаточно порою небольшой шутки, чтобы сбить большую спесь.

Достоинства человека есть драгоценные камни, которые красивее играют в оправе скромности.

Дураков меньше, чем думают: люди просто не понимают друг друга.

Если даже предусмотрительность не может сделать нашу жизнь счастливой, то что уж говорить о беспечности!

Если советы страсти более смелы, чем советы рассудка, то и сил для исполнения их страсть дает больше, чем рассудок.

Если хотите высказывать серьезные мысли, отучитесь сперва болтать вздор.

Если человек уже не нравится женщинам и знает это, он быстро излечивается от желания нравиться.

Есть люди, которые относятся к нравственности, как некоторые архитекторы к домам: на первый план ставится удобство.

Есть люди, которые читают лишь для того, чтобы находить у писателя ошибки.

Женщине не следует притязать на ум, королю – на красноречие или поэтический дар, воину – на тонкость чувств или обходительность – таков общий суд; неумение видеть дальше собственного носа умножает эти правила и законы, ибо чем ограниченней ум, тем больше он стремится всему поставить пределы. Но натура смеется над нашими ребяческими требованиями, она вырывается из теснин предрассуждений и творит ученых женщин и королей-поэтов, невзирая на все возведенные нами преграды.

Женщины и молодые люди умеют ценить лишь тех, к кому питают склонность.

Женщины неспособны постичь, что существуют мужчины, к ним равнодушные.

Жестче всего тот, кто мягок из корысти.

Живость ума зависит от быстроты его операций. Она не обязательно связана с изобретательностью. Тяжелый ум бывает изобретательным, а живой ум – бесплодным.

Живость ума не слишком красит человека, если ей не сопутствует верность суждений. Не те часы хороши, что ходят быстро, а те, что показывают точное время.

Зависть не умеет таиться: она обвиняет и осуждает без доказательств, раздувает недостатки, возводит в преступление незначительную ошибку. Она с тупой яростью накидывается на самые неоспоримые достоинства.

Из двух этих чувств, то есть сознания своей силы и сознания своего ничтожества, родятся самые великие страсти; сознание своего ничтожества побуждает нас вырваться за рамки собственной личности, а чувство своей силы поощряет в этом и ободряет надеждой.

Изобретательность как раз и состоит в умении сопоставлять вещи и распознавать их связь.

Иные авторы обходятся с моралью, как с новой постройкой, в которой ищут прежде всего удобств.

Иные живут счастливо, сами того не зная.

Иные оскорбления лучше проглотить молча, дабы не покрыть себя бесчестием.

Искусство нравиться, искусство мыслить, искусство любить, искусство говорить! Сколько прекрасных правил и как мало от них проку, если они не преподаны самой природой!

Искусство нравиться – это умение обманывать.

Истина – солнце разума.

Истинные политики лучше знают людей, чем присяжные философы; я хочу сказать, что они – большие философы.

Как знать, может быть, именно страстям обязан разум самыми блистательными своими завоеваниями.

Как мало полезны наилучшие советы, если даже собственный опыт так редко учит нас.

Какое это изумительное зрелище – наблюдать, как люди, втайне порываясь вредить друг другу, тем не менее помогают один другому наперекор своим склонностям и намерениям!

Какую бы нежность мы ни питали к своим друзьям или близким, никогда не бывает, чтобы счастья другого оказалось достаточно для того, чтобы сделать и нас счастливыми.

Когда я вижу человека, превозносящего разум, я готов держать пари, что он неразумен.

Красноречив тот, кто даже непроизвольно заражает своей верой или страстью ум и сердце ближнего.

Красноречие, вероятно, наиболее редкий, равно как и самый изящный из всех талантов.

Кто ищет славы на пути добродетели, тот лишь требует награды по заслугам.

Кто не знает цену времени, тот не рожден для славы.

Кто неспособен выдумывать небылицы, у того один выход – рассказывать были.

Кто неспособен к великим свершениям, тот презирает великие замыслы.

Кто презирает людей, тот обычно считает себя великим человеком.

Кто способен все претерпеть, тому дано на все дерзнуть.

Кто уважает себя, внушает почтение другим.

Легкомысленные люди склонны к двоедушию.

Легкомыслие – отсутствие порядка и глубины в мыслях.

Легче всего уничтожить ту партию, в чьей основе лежат доводы благоразумия.

Легче навести на себя лоск всезнайства, чем приобрести немногие, но прочные знания.

Легче рисоваться многими знаниями, чем хорошо владеть немногими.

Ленивые всегда собираются что-то сделать.

Лжец – человек, не умеющий обманывать, льстец – тот, кто обманывает обычно лишь глупцов.

Лжецы угодливы и кичливы.

Лицо человека выражает и его характер, и темперамент. Глупое выражает лишь физические свойства – например крепкое здоровье и т. д. И все-таки нельзя судить о человеке по его лицу, ибо физиономии людей, равно как манера держать себя, отличаются переплетением столь различных черт, что тут очень легко впасть в заблуждение, не говоря уже о несчастных обстоятельствах, которые обезображивают природные черты и не позволяют душе отразиться в них, – например оспины, болезненная худоба и пр.

Лишь мелкие люди вечно взвешивают, что следует уважать, а что – любить. Человек истинно большой души, не задумываясь, любит все, что достойно уважения.

Лучшая опора в несчастье не разум, а мужество.

Любая страсть, владеющая человеком, как бы открывает прямой доступ к нему.

Любовный порыв – первый творец рода человеческого.

Любовь сильнее самолюбия: женщину можно любить, даже когда она презирает вас.

Любящая женщина или раба, или деспот.

Люди всегда ненавидят тех, кому причиняют зло.

Люди мелкого ума чувствительны к мелким обидам; люди большого ума все замечают и ни на что не обижаются.

Люди не в силах устоять перед лестью, и даже понимая, что им льстят, все равно попадаются на эту удочку.

Люди обычно мучают своих ближних под предлогом, что желают им добра.

Люди от природы настолько склонны подчиняться, что им мало законов, управляющих ими в их слабости, им недостаточно повелителей, данных судьбой, – им подавай еще и моду, которая предписывает человеку даже фасон башмаков.

Люди презирают литературу потому, что судят о ней, как о ремесле, – с точки зрения полезности ее для успеха в жизни.

Люди редко примиряются с постигшим их унижением: они попросту забывают о нем.

Люди с пылкими характерами редко бывают постоянны в дружбе.

Мало бывает несчастий безысходных; отчаяние более обманчиво, чем надежда.

Мало кому удавалось совершить великое деяние по чужой подсказке.

Меланхолики пылки, робки, неспокойны, и в большинстве случаев лишь честолюбие да гордость спасают их от тщеславия.

Мечты о великом обманчивы, зато они развлекают нас.

Молодые люди меньше страдают из-за своих оплошностей, чем от благоразумия стариков.

Молодые люди плохо знают, что такое красота: им знакома только страсть.

Мужество помогает в несчастьях больше, чем разум.

Мужество – светоч в превратной судьбе.

Мы восприимчивы к дружбе, справедливости, человечности, состраданию и разуму. Не это ли есть добродетель, друзья мои?

Мы знаем бесполезных вещей больше, чем необходимых.

Мы куда усердней подмечаем у писателя противоречия, часто мнимые, и другие промахи, чем извлекаем пользу из его суждений, как верных, так и ошибочных.

Мы не доверяем даже умнейшим людям, когда они советуют, как вести себя, но не сомневаемся в непогрешимости собственных советов.

Мы считаем себя вправе осчастливливать человека за его собственный счет и не желаем, чтобы он был счастлив сам по себе.

Мы так хотим заслужить уважение, что порою и впрямь становимся достойны его.

Надежда – единственное благо, которым нельзя пресытиться.

Надежда – самое полезное или самое губительное из всех жизненных благ.

Наиболее ненавистный род неблагодарности, но вместе с тем самый обычный и наиболее исконный – это неблагодарность детей по отношению к родителям.

Наивность лучше дает себя понять, чем точность: это язык чувства, он предпочтительнее языка воображения и разума, поэтому он прекрасен и общепонятен.

Наслаждение есть плод труда и награда за него.

Насмешка – детище удовлетворенного презрения.

Насмешка – хорошее испытание для самолюбия.

Наш разум скорее проницателен, нежели последователен, и охватывает больше, чем в силах постичь.

Наши заблуждения и разногласия в области морали происходят потому, что мы смотрим на людей, как если бы они могли быть совершенно дурными или совершенно хорошими.

Не будем принимать на веру ходячее мнение, будто все заложенные в природе вещей удовольствия порочны. Что ни век, что ни народ, то новый набор воображаемых пороков и добродетелей.

Не иметь ни одного достоинства так же невозможно, как не иметь ни одного недостатка.

Не следует высмеивать общепринятые взгляды – это лишь раздражает, но вовсе не обескураживает их защитников.

Неблагодарность самая гнусная, но вместе с тем и самая исконная – это неблагодарность детей к родителям.

Небольшое преимущество – иметь живой ум, если не имеешь верности суждения: совершенство часов не в быстром, а в верном ходе.

Неизменная скупость в похвалах – вечный признак посредственного ума.

Нельзя быть справедливым, не будучи человечным.

Немного великих дел можно свершить по совету.

Ненависть слабых менее опасна, нежели их дружба.

Необходимость избавляет нас от трудностей выбора.

Непринужденная беседа – лучшая школа для ума.

Несовершенство наших познаний отнюдь не более очевидно, чем их подлинность, и если их недостаточно для доказательства с помощью рассудка, этот недостаток с лихвой восполняется чутьем.

Несправедливость всегда оскорбляет наши чувства – разве что она приносит нам прямую выгоду.

Нет ничего полезнее доброго имени и ничто не создает его так прочно, как достоинство.

Нет покровителей надежнее, чем наши собственные способности.

Нет правил более изменчивых, нежели правила, внушенные совестью.

Нет утраты болезненней и кратковременней, чем утрата любимой женщины.

Нет человека настолько остроумного, чтобы никогда не быть скучным.

Неученость не есть недостаток ума, а знание не есть признак гения.

Низок душою тот, кто стыдится своей дружбы с людьми, чьи недостатки стали всем известны.

Ничто не может успокоить завистника.

Ничто так не унижает человека, не делает его таким жалким, как тщеславие; оно – ярчайшая примета посредственности.

Новизна – единственная неоспоримая примета гения.

О людях надо судить не по тому, чего они не знают, а по тому, что знают, и насколько глубоко.

Об иных людях лучше промолчать, чем похвалить их по заслугам.

Обойти высокопоставленного человека с помощью лести нетрудно, но еще легче обольстить себя упованиями на него: надежда обманывает чаще, нежели хитрость.

Обычная глупость удачников – мнить себя ловкими умниками.

Одиночество для ума – то же, что голодная диета для тела: порой оно необходимо, но не должно быть слишком продолжительным.

Одна мода исключает другую: человеческий ум слишком узок, чтобы одновременно ценить многое.

Опасайтесь робких.

Опыт, показывающий, насколько ограничен наш разум, учит нас покоряться предрассудкам.

Отсутствие сердца восполняется самодовольством.

Отчаяние довершает не только наши неудачи, но и нашу слабость.

Отчаяние есть величайшее из наших заблуждений.

Перемены, необходимые государству, обычно происходят независимо от чьей-либо воли.

По ложному пути идут женщины, избравшие своим оружием кокетство. Они мало в ком способны зажечь великую страсть, и не потому, что они, как принято считать, легкомысленны, а потому, что никто не хочет оставаться в дураках.

По утверждению одного писателя, женщина, уверенная в изысканности своей манеры одеваться, даже не подозревает, что когда-нибудь над ее нарядом будут подсмеиваться, как над прической Екатерины Медичи: все наши излюбленные моды устареют еще раньше, быть может, чем мы сами и даже чем так называемый хороший тон.

Польза добродетели столь очевидна, что даже дрянные люди поступают добродетельно ради выгоды.

Польза, приносимая пороками, всегда смешана с великим вредом.

Порою наши слабости привязывают нас друг к другу ничуть не меньше, чем наши добродетели.

Постоянство – это всегдашняя мечта любви.

Поучения стариков подобны зимнему солнцу: они светят, но не греют.

Правила нравственности, как и люди, меняются с каждым поколением: они подсказаны то добродетелью, то пороком.

Праздность более утомляет, чем труд.

Предел хитрости – управлять без силы.

Прежде чем ополчиться на зло, взвесьте, способны ли вы устранить причины, его породившие.

Привычка – всё, даже в любви.

Пылкое честолюбие с самой юности изгоняет из нашей жизни всякую радость: оно хочет править единовластно.

Рабство унижает человека до того, что он начинает любить свои оковы.

Разум вводит нас в обман чаще, нежели наше естество.

Разум и чувство друг другу советуют и взаимно себя дополняют. Кто обращается лишь к одному из них и отказывается от другого, тот необдуманно лишает себя помощи, данной нам для руководства.

Робость можно определить как боязнь порицания, стыд – как уверенность, что оно неминуемо.

Самая новая и самая самобытная книга – та, которая заставляет любить старые истины.

Самые высокие мысли подсказывает нам сердце.

Самые полезные советы – те, которым легко следовать.

Самыми лучшими министрами были те люди, которые волею судеб дальше всего стояли от министерств.

Сила или слабость нашей веры зависит скорее от мужества, нежели от разума. Тот, кто смеется над приметами, не всегда умнее того, кто верит им.

Случается также, что власть имущие пренебрегают весьма даровитыми людьми, поскольку те не пригодны для мелких должностей, а большие им давать не желают. При заурядных способностях выдвинуться куда легче: их обладателям везде найдется местечко.

Соблюдение целомудрия вменяется в закон женщинам, меж тем в мужчинах они превыше всего ценят развращенность. Ну, не забавно ли?

Сознание плодотворности труда есть одно из самых лучших удовольствий.

Способность проникать, как и изобретательность, и всякий другой человеческий талант, не бывает при нас постоянно: мы не всегда расположены вникать в мысль другого.

Страстям мы обязаны, быть может, наибольшими победами ума.

Страх и надежда могут убедить человека в чем угодно.

Страх перед людьми – вот источник любви к законам.

Суровость закона говорит о его человеколюбии, а суровость человека – о его узости и жестокосердии.

Твердый характер должен сочетаться с гибкостью разума.

Те, чьи занятия гнусны, – воры, например, или падшие женщины – кичатся своими низменными делами и каждого порядочного человека держат за дурака.

Терпение – это искусство надеяться.

То, что мы именуем блестящей мыслью, обычно представляет собой лишь ловкую, но лживую фразу; будучи сдобрена малой долей истины, она утверждает нас в заблуждении, которому мы сами дивимся.

Только женщинам простительны слабости, свойственные любви, ибо ей одной обязаны они своей властью.

Только тот способен на великие деяния, кто живет так, словно он бессмертен.

Торговля – это школа обмана.

Торгуя честью, не разбогатеешь.

Тот, кто способен всё вынести, может решиться на всё.

Тот, кто требует платы за свою честность, чаще всего продает свою честь.

Тратить красноречие на соболезнования, когда заведомо известно, что горе притворно, значит бесстыдно ломать комедию.

Трусу приходится глотать меньше оскорблений, нежели тому, кто честолюбив.

Тщеславие есть самое естественное свойство людей, и вместе с тем оно-то и лишает людей естественности.

Тщеславные люди – плохие дипломаты: они не умеют молчать.

Тяжелые унижения редко находят себе утешение: они просто забываются.

У женщин обычно больше тщеславия, чем темперамента, и больше темперамента, чем добродетели.

У завзятых остряков есть постоянное место в хорошем обществе – и всегда последнее.

У посредственных писак больше поклонников, чем завистников.

Уважению, как и любви, тоже приходит конец.

Удача, почитаемая всюду столь всемогущей, почти бессильна там, где нет природных дарований.

Узнать, насколько ловок человек, – вот иногда и вся польза, которую можно извлечь из назначения его на высокую должность.

Ум большинства ученых правильнее всего, пожалуй, уподобить человеку прожорливому, но с дурным пищеварением.

Ум достигает великого только порывами.

Ум не спасает нас от глупостей, совершаемых под влиянием настроения.

Ум нужней дипломату, чем министру: высокая должность избавляет иногда от необходимости иметь еще и дарование.

Ум – око души, но не сила ее, сила души – в сердце, то есть в страстях. Разум – самый просвещенный – не дает силы действовать и желать. Разве достаточно иметь хорошее зрение, чтобы ходить? Не нужно ли, кроме того, иметь и ноги, также желание и способность передвигать их?

Ум человеческий более проницателен, чем последователен, и охватывает более того, что он может связать.

Умеренность в великих людях ограничивает лишь их пороки.

Умеренность в слабых – это посредственность.

Умные люди были бы совсем одиноки, если бы глупцы не причисляли к ним и себя.

Уму только порывами дано взлетать к вершинам великого.

Умы нынче в такой низкой цене лишь по одной причине – развелось слишком много умников.

Управлять одним человеком иной раз куда труднее, чем целым народом.

Успех приносит мало друзей.

Хладнокровный человек походит на того, кто слишком много пообедал и после этого смотрит уже с отвращением на самое тонкое блюдо; кто тут виноват – кушанья или его желудок?

Хотите подчинить себе других – начинайте с себя.

Человек не настолько ценит себе подобных, чтобы признавать за другими способность отправлять высокую должность. Признать посмертно заслуги того, кто с нею успешно справлялся, – вот и все, на что мы способны.

Человек, от которого никому нет проку, поневоле честен.

Человек словно рожден для того, чтобы дурачить других и самому оставаться в дураках.

Человека называют бесхарактерным, если душа его слаба, легкомысленна, непостоянна, но даже эти недостатки все равно образуют характер.

Человеколюбие – вот первейшая из добродетелей.

Чем больше в человеке сильных, но разноречивых страстей, тем меньше он способен первенствовать в чем бы то ни было.

Чем умнее человек, тем более он склонен к непонятному безрассудству.

Честолюбие – примета дарования, мужество – мудрости, страсть – ума, а ум – знаний, или наоборот, потому что от случая или обстоятельств любое явление то хорошо, то дурно, то полезно, то вредно.

Чрезмерная осмотрительность не менее пагубна, чем ее противоположность: мало проку от людей тому, кто вечно боится, как бы его не надули.

Что одним кажется широтой ума, то для других всего лишь хорошая память и верхоглядство.

Чужое остроумие быстро прискучивает.

Шутка у философов столь умеренна, что ее не отличишь от серьезного рассуждения.

Я всегда находил смешными попытки философов выдумать добродетель, несовместную с природой человека, а выдумав ее, холодно объявить, что добродетели вовсе не существует.

Я провожу весьма серьезное различие между глупостями и безумствами: посредственность может не творить безумств, но непременно делает много глупостей.

Язык и мысль ограниченны, истина же беспредельна.

Ясность – вот лучшее упражнение глубокой мысли.

Вольтер.

(урожденный Франсуа-Мари Аруэ).

(21.11.1694–30.05.1778).

Французский философ-просветитель, поэт, прозаик, историк, публицист, правозащитник.

Родился в Париже в семье судейского чиновника. Учился в иезуитском колледже, готовился к профессии юриста, но предпочел праву литературу. За сатирические стихи в адрес регента и его дочери попал в Бастилию. В последствии за свои произведения («Философские письма», «Светский человек» и др.) не раз был вынужден покинуть Францию. Умер в Швейцарии. Его останки перевезены во Францию, где и были преданы земле. В философии Вольтер являлся сторонником сенсуализма Д. Локка; свои важнейшие философские статьи издал сначала под заголовком «Карманный философский словарь», затем – «Проблемы энциклопедии». В литературе начал писать в стиле классической эпопеи («Генриада», 1728), затем перешел к философскому роману («Задиг или судьба», «Микромегас», «Кандид», «Сказка о вавилонской принцессе» и др., 1740–60-х годов), где на фоне приключений, путешествий, экзотики развивал идеи о «слепой судьбе», о случайности, господствующей в жизни, о нелепости оптимизма, о том, что «человек призван возделывать свой огород», «необходимо работать не размышляя».

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Бесконечно маленькие люди имеют бесконечно великую гордость.

Бог сотворил человека по своему образу и подобию, а человек отплатил ему тем же.

Большое счастье иметь врагов, не способных лгать с умом.

Брак – единственное приключение, доступное робким.

Бурная ревность совершает больше преступлений, чем корысть и честолюбие.

Быть свободным – делать то, что доставляет удовольствие.

В бессмертие отправляются с небольшим багажом.

Ваши уши слишком целомудренны, а ваши нравы слишком развращены.

Великие горести оказываются всегда плодом необузданного корыстолюбия.

Великими людьми я называю только тех, кто оказал великие услуги человечеству.

Величайшее удовольствие, какое только может чувствовать честный человек, – это доставлять удовольствие своим друзьям.

Величайшие распри производят меньше преступлений, чем религиозный фанатизм.

Видеть и делать новое – очень большое удовольствие.

Власть чисел тем могущественнее, чем меньше в них разбираются.

Внеобщественный человек не может иметь морали.

Возвещать истину, предлагать что-либо полезное для людей – это верный способ вызвать преследование.

Возможность творить зло предоставляется сто раз в день, а творить добро – раз в год.

Вопрос о добре и зле остается хаосом, в котором не могут разобраться искренне ищущие ответа, умственной игрой для тех, кто лишь хочет спорить – последние походят на каторжников, играющих своими цепями.

Время – на свете нет ничего более длинного, ибо оно мера вечности, и нет ничего более короткого, ибо его не хватает на исполнение наших желаний; нет ничего медленнее для ожидающего, ничего быстрее для вкушающего наслаждение; оно достигает бесконечности в великом и бесконечно делится в малом; люди пренебрегают им, а потеряв – жалеют; всё совершается во времени; оно уничтожает недостойное в памяти потомства.

Все доводы мужчин не стоят мнения одной женщины.

Все почести этого мира не стоят одного хорошего друга.

Все противоположности сходятся в сердце женщины.

Всегда наслаждаться – значит вовсе не наслаждаться.

Всякое желание есть зачаток новой скорби.

Всякое новое желание есть начало новой нужды, зачаток новой скорби.

Выдать чужой секрет – предательство, выдать свой – глупость.

Генерал, одержавший победу, в глазах публики не совершал вовсе ошибок, так же как разбитый генерал всегда неправ, как бы ни был умен его образ действия.

Генерал-победитель в глазах публики непогрешим, тогда как генерал, потерпевший поражение, всегда будет виновен, как бы умно не вел он военные действия.

Главное – ладить с самим собой.

Глаза дружбы редко ошибаются.

Глуп тот человек, который остается всегда неизменным.

Глупость, безрассудство и пороки повсюду доставляют государству часть его доходов.

Гордость людей низких состоит в том, чтобы постоянно говорить о самом себе, людей же высших – чтобы вовсе о себе не говорить.

Двадцать огромных томов никогда не сделают революции, ее сделают маленькие брошюрки по двадцать су.

Девочки быстрее учатся чувствовать, чем мальчики – мыслить.

Для великих дел необходимо неутомимое постоянство.

Для глупца старость – бремя, для невежды – зима, а для человека науки – золотая жатва.

Для спасения государства достаточно одного великого человека.

Добродетель и порок, моральное добро и зло во всех странах определяются тем, полезно или вредно данное явление для общества.

Должностей много, но таланты весьма редки.

Если бы Бога не было, его следовало бы выдумать.

Если бы столько же заботились о продолжении расы красивых людей, сколько стараются предупредить примесь простой крови лошадям и собакам, то родословная каждого человека читалась бы на его лице и обнаруживалась бы в его манерах.

Если любим красавицей, так в дураках не останешься.

Если люди долго спорят, то это доказывает, что то, о чем они спорят, неясно для них самих.

Женщина может сохранить только одну тайну – тайну своего возраста.

Женщина – это человеческое существо, которое одевается, болтает и раздевается.

Жизнь – это то, что люди получают, не выражая благодарности, пользуются без раздумья, передают другим в беспамятстве и теряют, сами того не замечая.

Жить – значит работать. Труд есть жизнь.

Журналы – это архивы пустяков.

Зависть – яд для сердца.

Затянувшаяся дискуссия означает, что обе стороны неправы.

Земля – обширный театр, на котором одна и та же трагедия дается под разными названиями.

Злоупотребление есть порок, свойственный всем обычаям, всем законам, всем человеческим учреждениям: подробное описание злоупотреблений не могло бы поместиться ни в какой библиотеке.

Знать много языков – значит иметь много ключей к одному замку.

Идеальное правительство невозможно, потому что люди наделены страстями; а не будь они наделены страстями, не было бы нужды в правительстве.

Излишек – вещь крайне необходимая.

Иллюзия – первая из всех утех.

Именно страстям обязан разум самыми блистательными своими завоеваниями.

Имя, ставшее знаменитым, – тяжелая ноша.

Иной бесцветен в первом ряду, но во втором блистает.

Иной и на втором месте блестит, и его блеск отражается на том, кто занимает первое место.

Иной раз отправляются очень далеко отыскивать то, что имеется дома.

Искусство быть скучным состоит в том, чтобы говорить все.

Искусство правления, вообще говоря, заключается в том, чтобы забирать как можно больше денег у одного класса граждан и отдавать их другому.

Исправиться – значит поменять свои недостатки.

Истина, свобода и добродетель – вот единственное, ради чего нужно любить жизнь.

Истинное мужество обнаруживается во время бедствия.

Истинные удовольствия невозможны без истинных потребностей.

История есть совокупность преступлений, безумств и несчастий, среди которых замечаются некоторые добродетели, некоторые счастливые времена, подобно тому, как среди дикой пустыни там и сям обнаруживаются человеческие поселения.

К живым следует относиться благожелательно, о мертвых же нужно говорить только правду.

Каждый отец семейства должен быть хозяином у себя дома, а не в доме соседа.

Каждый человек виновен во всем хорошем, чего он не сделал в своей жизни.

Книги на злобу дня умирают вместе со злободневностью.

Когда сказать нечего, всегда говорят плохо.

Когда слушающий не понимает говорящего, а говорящий не знает, что он имеет в виду, – это философия.

Кто не любит свободы и истины, может стать могущественным человеком, но великим он никогда не будет.

Кто не обладает духом своего возраста, тот несет на себе все горе этого возраста.

Кто ограничивает свои желания, тот всегда достаточно богат.

Кто прощает преступление, становится его сообщником.

Кто страшится бедности, тот недостоин богатства.

Кто умеет владеть собою, тот может повелевать людьми.

Ленивые всегда бывают людьми посредственными.

Лучшее – враг хорошего.

Люби истину, но будь снисходителен к заблуждениям.

Любовь – самая сильная из всех страстей, потому что она одновременно завладевает головою, сердцем и телом.

Люди вообще такие плуты, такие завистники, такие жестокие, что мы считаем за счастье, когда находим одного из них, у которого имеется только одна слабость.

Люди мало размышляют; они читают небрежно, судят поспешно и принимают мнения, как принимают монету, потому что она ходячая.

Люди ненавидят скупого только потому, что с него нечего взять.

Люди никогда не испытывают угрызений совести от поступков, ставших у них обычаем.

Люди похожи на флюгера, которые перестают вертеться лишь тогда, когда заржавеют.

Люди словно животные: большие едят маленьких, а маленькие кусают больших.

Математическая истина остается на вечные времена, а метафизические призраки проходят, как бред больных.

Метафизика – это когда слушающий ничего не понимает и когда говорящий понимает не больше.

Метафизические системы для философов – то же, что романы для женщин.

Мир – лотерея богатства, знаний, почестей, прав, отыскиваемых без основания и раздаваемых без выбора.

Многочисленность законов в государстве есть то же, что большое число лекарей, – признак болезни и бессилия.

Многочисленность фактов и сочинений растет так быстро, что в недалеком будущем придется сводить всё к извлечениям и словарям.

Мрачная ревность неверною поступью следует за руководящим ею подозрением; перед нею, с кинжалом в руке, идут ненависть и гнев, разливая свой яд. За ними следует раскаяние.

Мудрость: то, что приходит в старости на смену разуму.

Мы никогда не живем, а лишь надеемся, что будем жить.

Мы оставим сей мир таким же глупым и таким же злым, каким мы нашли его при своем появлении.

Мы потому клеймим ложь наибольшим позором, что из всех дурных поступков этот легче всего скрыть и проще всего совершить.

Надежда выздороветь – половина выздоровления.

Наиболее суеверные эпохи были всегда эпохами самых ужасных преступлений.

Не бойтесь высмеивать суеверия, друзья мои. Я не знаю лучшего способа убить суеверие, чем выставить его в смешном виде. Что сделалось смешным, не может быть опасным.

Невежество – величайший недуг человечества.

Невежество – мать предубеждения.

Ненависть в сочетании с презрением способна стряхнуть любое ярмо.

Ни в каком возрасте нельзя приобрести талант, которого мы лишены, но в любом возрасте можно исправлять свои ошибки.

Ни на что не годится тот, кто годится только для самого себя.

Никогда не бывает больших дел без больших трудностей.

Никто, конечно, не рождается на свет с уже готовыми понятиями о праве и справедливости, но человеческая природа устроена так, что в известном возрасте эти истины вырабатываются естественным образом.

О великом человеке судят только по его главным деяниям, а не по его ошибкам.

Объясненная шутка перестает быть шуткой.

Оптимизм – это страсть утверждать, что всё хорошо, когда в действительности всё плохо.

Отчизна – это край, где пленница – душа.

Плоды поэзии растут лишь весной; холодная и печальная старость создана только для здравого смысла.

По моему мнению, брак и его узы или величайшее добро, или величайшее зло – середины нет.

Политика во все времена сохраняла злоупотребления, на которые жаловалось правосудие.

Пользуйтесь, но не злоупотребляйте – таково правило мудрости. Ни воздержание, ни излишества не дают счастья.

Постоянная важность является лишь маскою посредственности.

Предрассудки – разум глупцов.

Предрассудок есть мнение, не основанное на рассудке.

Прекрасная мысль теряет свою цену, если дурно выражена, а если повторяется, то наводит на нас скуку.

Прекрасно быть скромным, но не следует быть равнодушным.

Признательность не всегда красноречива.

Причина слабости государства не в недостатке денег, а в недостатке людей и талантов.

Публика, вечно сбитая с толку, в своем восторге воздвигает вам статуи и ломает их, чтобы ими же разбить вашу голову.

Публика – свирепое чудовище: нужно либо посадить ее на цепь, либо бежать от нее.

Работа избавляет нас от трех великих зол: скуки, порока, нужды.

Равенство есть вещь самая естественная и в то же время химера.

Развод, вероятно, почти столь же стар, как и брак. Хотя я полагаю, что брак на несколько недель древнее.

С летами все страсти умирают, только себялюбие никогда не умирает.

С религией получается то же, что с азартной игрой: начавши дураком, кончишь плутом.

Самое скверное в порядочных людях – трусость. Они бранятся, возмущаются несправедливостью, потом умолкают, садятся ужинать, ложатся спать и всё забывают.

Самолюбие есть надутый воздухом шар, из которого вырываются бури, когда его прокалывают.

Самые полезные книги те, половину которых создает сам читатель; он развивает мысли, зародыш которых ему предлагают; он исправляет то, что ему кажется ошибочным, он подкрепляет своими замечаниями то, что, по его мнению, слабо.

Самый нелепый из всех деспотизмов, самый унизительный для человеческой природы, самый несообразительный и самый зловредный – это деспотизм священников.

Свобода состоит в том, чтобы зависеть только от законов.

Секрет искусства в том, что оно исправляет природу.

Сила женщин в слабостях мужчин.

Сколько нелепостей говорится людьми только из желания сказать что-нибудь новое!

Скромность – знаменитейшее достоинство, если ты знаменит.

Слабость с обеих сторон – такова, как известно, особенность всех ссор.

Слезы – молчаливый язык горя.

Слезы – это немая речь.

Словарь – это вселенная в алфавитном порядке. Собственно говоря, словарь есть книга в самом широком значении слова. Все другие книги содержатся в ней: суть в том, чтобы извлечь их из нее.

Случаи делать зло представляются по сто раз в день, а случаи делать добро – один раз в год.

Случай – это ничто. Случая не существует. Мы назвали так действие, причину которого мы не понимаем. Нет действия без причины, нет существования без основания существовать. Это первый принцип всех истинных философов.

Сомнение есть правило, которого следует часто придерживаться в истории, и в философии.

Сообщайте потомству только то, что достойно потомства.

Соперничество – пища для гения.

Социальное равенство – это наиболее естественная и наиболее химерическая идея… На нашей несчастной планете люди, живущие в обществе, не могут не разделяться на два класса – на богатых, которые распоряжаются, и бедных, которые служат.

Способ нагнать скуку состоит в том, чтобы говорить решительно всё.

Старость создана для того, чтобы получать огорчения, но она должна быть достаточно благоразумна, чтобы переносить их безропотно.

Старый поэт, старый любовник, старый певец и старый конь никуда не годятся.

Страсти – это ветры, надувающие паруса корабля; иногда они его топят, но без них он не мог бы плавать.

Суди о человеке больше по его вопросам, чем по его ответам.

Судьба нации часто зависит от хорошего или плохого пищеварения премьер-министра.

Суеверие в обществе то же, что трусливые в войске: они сами чувствуют и возбуждают в других панический ужас.

Суеверие – самый страшный враг человеческого ума.

Счастье есть лишь мечта, а горе реально.

Твердость есть применение мужества ума, она предполагает просвещенную решимость. Упрямство, напротив, предполагает ослепление.

Теории подобны мышам: они проходят через девять дыр и застревают в десятой.

Титулы не играют никакой роли для потомства. Имя человека, совершившего великие дела, внушает больше уважения, чем все эпитеты.

Только слабые совершают преступления: сильному и счастливому они не нужны.

Торжество разума в том и состоит, чтобы уживаться с людьми, не имеющими его.

Тот, кто желает лишить человека страстей на том основании, что они опасны, уподобляется тому, кто пожелал бы выпустить из человека всю кровь, исходя из того, что она является причиной апоплексического удара.

Тот, кто не ведет себя соответственно своему возрасту, всегда расплачивается за это.

Тот, кто служит хорошо своей стране, не нуждается в знатных предках.

Труд освобождает нас от трех великих зол: скуки, порока и нужды.

Труд часто является отцом удовольствия.

Угрызения совести есть единственная добродетель, остающаяся у преступников.

Успехи науки – дело времени и смелости ума.

Фанатизм по отношению к суеверию – то же, что бред по отношению к лихорадке, что бешенство по отношению к гневу.

Холодные остроты, плоская двусмысленность, шутки, балагурство и фальшивый смех, принимаемый за веселье, составляют блеск общества. Таким образом, бессмысленная и пошлая толпа пользуется временем, которое улетает.

Хорошее подражание – самая безупречная оригинальность.

Хорошие характеры, как и хорошие сочинения, не столько поражают вначале, сколько под конец.

Христианство и разум несовместимы.

Человек родится, чтобы жить в судорогах беспокойства и летаргии скуки.

Человек создан для действия. Не действовать и не существовать для человека – одно и то же.

Человек – существо самое жалкое, имеющее несколько часов отдыха, несколько минут удовлетворения и длинный ряд дней страданий в своей жизни.

Чем более читаете не размышляя, тем более уверяетесь, что много знаете, а чем более размышляете читая, тем яснее видите, что знаете еще очень мало.

Честного человека можно подвергнуть преследованию, но не обесчестить.

Честь – это бриллиант на руке добродетели.

Что сделалось смешным, не может быть опасным.

Чтобы добиться успеха в этом мире, недостаточно быть просто глупым, нужно еще иметь хорошие манеры.

Это странное понятие чести – пустой призрак, принимаемый за добродетель, это любовь к славе, а не к справедливости, боязнь упрека, а не порока. Любите добродетель, не ища ее блеска; честь – в сердце.

Я без ума от женщин, особенно если они красивы и податливы.

Я все еще люблю жизнь. Эта нелепая слабость, может быть, одна из самых роковых наших недостатков: ведь ничего не может быть глупее, чем желание беспрерывно нести ношу, которую хочется сбросить на землю, быть в ужасе от своего существования и влачить его.

Я не знаю ни одного народа, который обогатился бы вследствие победы.

Я не разделяю ваших убеждений, но я готов отдать жизнь за то, чтобы вы могли их высказать.

Язык имеет большое значение еще и потому, что с его помощью мы можем прятать наши мысли.

Гегель Георг Вильгельм Фридрих.

(27.08.1770–14.11.1831).

Немецкий философ.

Родился в Штутгардте в семье высокопоставленного чиновника. С 1788 по 1793 гг. учился в Тюбингенском теологическом институте, где защитил магистерскую диссертацию. Являлся членом студенческого политического клуба, увлекавшегося идеями Французской революции. Работал домашним учителем в богатых семьях Швейцарии и Германии. Преподавал в Йенском, Берлинском университетах. Умер в Берлине от холеры. Г. Гегель является представителем немецкой классической философии и философии романтизма. Основные его сочинения можно разбить на три группы: «Наука логики» («Наука логики», 1812–16), «Философия духа» («Феноменология духа», 1806–07, «Основания философии права», 1821, «Философия истории», «Философия религии», «Лекции по эстетике» и др.), «Философия природы».

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Благоразумие предполагает, что собственная польза не рассматривается как цель морального поведения, хотя она и может быть его следствием.

Благоразумие состоит в том, чтобы не разрушать расположение других и сохранять его ради его самого.

Брак есть правовая любовь; при таком определении из последней исключается всё, что в ней преходяще, капризно и субъективно.

Быть своим собственным господином и рабом кажется преимуществом по сравнению с тем состоянием, в котором человек есть раб другого.

В искусстве, как и во всех человеческих делах, решающим является содержание.

В любви человек вновь находит себя в другом: поскольку любовь есть единение жизни, она предполагает наличие в ней разделения, развития, сложившегося многообразия последней; и чем больше форм, в которых живет жизнь, тем больше точек, в которых она может объединиться, ощущать себя, тем глубже любовь.

Вежливость есть знак благосклонности и готовности к услугам, особенно по отношению к тем, с кем мы еще не состоим в близких отношениях знакомства или дружбы.

Вера – это тоже знание, только в своеобразной форме.

Воля, которая ничего не решает, не есть действительная воля: бесхарактерный никогда не доходит до решения.

Воспитание имеет целью сделать человека самостоятельным существом, то есть существом со свободной волей.

Всякая философия есть постижение абсолютного.

Для того, кто сам несвободен, несвободны и другие.

Для того чтобы любовь была чистой, она должна сначала отказаться от себялюбия, освободиться, а освобождается дух лишь тогда, когда он выходит вовне, за пределы самого себя и созерцает субстанциальное как нечто другое, высшее по отношению к себе.

Добродетель есть нечто всеобщее, требуемое от всех людей, и не что-либо прирожденное, но и нечто производимое в индивидууме его собственной деятельностью.

Догматизм в более узком смысле состоит в том, что удерживаются односторонние рассудочные определения и исключаются противоположные определения.

Дураки на ошибках учатся, а люди неглупые, вопреки всем своим ошибкам, не умнеют.

Дурной человек считал бы нужным выполнить свои обязанности, но у него нет воли, чтобы управлять своими склонностями и привычками.

Если воля цепляется только за мелочи, только за нечто бессодержательное, то она превращается в упрямство. Это последнее имеет только форму характера, но не его содержание. В упрямстве – этой пародии на характер – индивидуальность человека становится отталкивающей, упрямство препятствует его общению с другими.

Если любовь отрекается от женщины, в которой еще жива любовь, то эта любовь тем самым изменяет самой себе и грешит перед собой.

Здравый смысл есть сумма предрассудков своего времени.

Зло есть не что иное, как несоответствие между бытием и долженствованием.

Идеалом является всякая действительность в своей наивысшей истине.

Из всех обязанностей по отношению к другим первейшей является правдивость м словах и делах.

Изучить – значит понять правильность того, что думали другие.

Искусство имеет своей задачей раскрыть истину в чувственной форме.

Истина средства заключается в его адекватности цели.

Истинная сущность любви состоит в том, чтобы отказаться от сознания самого себя, забыть себя в другом и, однако, в этом исчезновении и забвении обрести самого себя и обладать самим собой.

Истинное мужество просвещенных народов состоит в готовности к самопожертвованию во имя родины.

Истинную вежливость необходимо рассматривать именно как долг, ибо мы вообще должны питать благосклонность к другим.

История учит лишь тому, что она никогда ничему не научила народы.

К характеру относится прежде всего та формальная сторона энергии, с которой человек, не давая сбить себя с раз принятого пути, преследует свои цели и интересы, сохраняя во всех своих действиях согласие с самим собой.

Каждое художественное произведение принадлежит своему времени, своему народу, своей среде.

Кто хочет достигнуть великого, тот должен уметь ограничивать себя. Кто же, напротив, хочет всего, тот на самом деле ничего не хочет и ничего не достигнет.

Лучшее облегчение боли в том, чтобы ее выкричать, высказать ее целиком.

Мужество по отношению к истине – первое условие философского исследования.

Неблагородно не говорить правды, когда уместно ее сказать, ибо это унижает и самого себя, и других. Однако следует также не говорить правду, если к этому не имеют призвания или права.

Нечистая совесть как осознание себя наперекор самому себе всегда предполагает наличие идеала.

Ничто великое в жизни не совершается без страсти.

Нравственное – это повиновение в свободе.

Нравственность должна выступать в форме красоты.

Нравственность – это разум воли.

Обязанности человека делятся на четыре рода: 1) на обязанности перед самим собой; 2) перед семьей; 3) перед государством и 4) перед другими людьми вообще.

Одним из основных определений чести является то, что никто не должен своими поступками давать кому бы то ни было преимущества над собой.

Ответ на вопросы, которые оставляет без ответа философия, заключается в том, что они должны быть иначе поставлены.

По отношению к своим друзьям необходимо быть как можно менее тягостным. Деликатнее всего – не требовать от своих друзей никаких услуг.

Подлинное сострадание есть сопереживание нравственной оправданности страдающего.

Подлинные бессмертные произведения искусства остаются доступными и доставляют наслаждение всем временам и народам.

Просвещение рассудка делает человека умнее, но не делает его лучше.

Противоречие есть критерий истины, отсутствие противоречия – критерий заблуждения.

Разум без рассудка – ничто, а рассудок и без разума – нечто.

Разумным образом можно ставить своим интересом лишь то, чего можешь добиться своей собственной деятельностью.

Речь – удивительно сильное средство, но нужно иметь много ума, чтобы пользоваться им.

Самая серьезная потребность есть потребность познания истины.

Самое существенное – путь.

Свободный человек не бывает завистливым, а охотно признает великое и возвышенное и радуется тому, что оно есть.

Свою судьбу нужно выбирать свободно и так же переносить и осуществлять.

Связь двух лиц различного пола, называемая браком, – это не просто естественный, животный союз и не просто гражданский договор, а прежде всего моральный союз, возникающий на основе взаимной любви и доверия и превращающий супругов в одно лицо.

Совесть в отличие от законов бесправна в государстве, ведь если человек взывает к своей совести, то у одного может быть одна совесть, а у другого – другая.

Совесть – это моральный светильник, озаряющий хороший путь, но когда сворачивают на плохой, то его разбивают.

Спекулятивно мыслить означает разложить действительное и противопоставить его себе таким образом, чтобы различия были противоположны друг другу по их мыслительным определениям, а предмет постигался как единство обоих.

Стыд есть начало гнева против того, что не должно быть.

Стыд представляет собой зачаточный, нерезко выраженный гнев человека на самого себя, ибо он содержит в себе реакцию на противоречие моего собственного явления с тем, чем я должен и хочу быть.

Счастлив тот, кто устроил свое существование так, что оно соответствует особенностям его характера.

Тайна счастья заключается в способности выходить из круга своего «я».

Так как брак заключает в себе момент чувства, то он не абсолютен, а неустойчив и содержит в себе возможность расторжения. Но законодательства должны в высшей степени затруднять осуществление этой возможности и охранять право нравственности против каприза.

Тактичность, деликатность заключается в том, чтобы не делать и не говорить того, чего не позволяют окружающие условия.

Упрямый настаивает на своей воле только потому, что это его воля, он настаивает на ней без разумного основания, т.е. без того, чтобы его воля представляла собой нечто имеющее всеобщую ценность.

Философия есть современная ей эпоха, постигнутая в мышлении.

Характер – это определенная форма воли и интереса, делающей себя значимой.

Человек бессмертен благодаря познанию. Познание, мышление – это корень его жизни, его бессмертия.

Человек воспитывается для свободы.

Человек… вынужден бороться с необходимостью, установленной природой. Его нравственный долг – завоевать самостоятельность посредством своей деятельности и рассудка.

Человек должен уважать самого себя и считать себя достойным наивысшего.

Человек есть не что иное, как ряд его поступков.

Человек есть столь многогранная вещь, что из него можно делать всё; у столь разнообразно переплетенной ткани его чувств так много разных концов, что можно цепляться за разные – не за один, так за другой.

Человек, которого ничто не удивляет, живет в состоянии тупости.

Человек не станет господином природы, пока он не стал господином самого себя.

Человек с характером – это рассудительный человек, который как таковой имеет перед собою определенную цель и твердо ее преследует.

Через осуществление великих целей человек обнаруживает в себе и великий характер, делающий его маяком для других.

Честь человека заключается в том, чтобы в отношении удовлетворения своих потребностей он зависел только от своего трудолюбия, от своего поведения и от своего ума.

Что разумно, то действительно, и что действительно, то разумно.

Что человек делает, таков он и есть.

Гейне Генрих.

(13.12.1797–17.02.1856).

Немецкий поэт, публицист, критик.

Родился в Дюссельдорфе в семье обедневшего еврейского купца. Воспитание получил в католическом лицее. Начал поэтическую деятельность как певец романтической любви. В политике был сторонником монархии, но т.к. сам вырос в эпоху эмансипации бюргерства, то его дворянско-романтическая идеология постепенно сменилась идеологией революционно-буржуазной. Наиболее известные произведения Гейне: поэтические сборники «Книга песен» и «Романсеро», трагедии «Алманзор», «Ратклиф», поэмы «Атта Тролль», «Германия. Зимняя сказка», сборник статей и эссе «Романтическая школа». Умер в Париже.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Ангелы зовут это небесной отрадой, черти – адской мукой, люди – любовью.

Благо свободы печати состоит именно в том, что она лишает смелую речь демагогов очарования новизны и нейтрализует страстное слово столь же страстным противоречием.

Бог сотворил рогатый скот потому, что мясные супы подкрепляют человека, ослов сотворил затем, чтобы они служили для сравнений, а самого человека – чтобы он ел мясные супы и не был ослом.

Была ли она добродетельна, я не знаю; однако она была всегда безобразна, а безобразие у женщины – добрая половина пути к добродетели.

В литературе, как и в жизни, каждый сын имеет своего отца, которого он, однако, не всегда знает или от которого он даже хотел бы отречься.

В любви, как и в римско-католической религии, существует предварительное чистилище, в котором, прежде чем попасть в подлинный вечный ад, привыкаешь к тому, что тебя поджаривают.

В пользу высоких качеств республики можно было бы привести то самое доказательство, которое Боккаччо приводит в пользу религии: она держится вопреки своим чиновникам.

В сборище ведьм есть у князя тьмы избранница, носящая титул верховной невесты и состоящая как бы его главной любовницей. Это очень красивая, крупная, почти огромная женщина, ибо дьявол не только знаток прекрасных форм, артист, но и любитель плоти, и, по его мнению, чем больше плоти, тем больше и грех.

В теории современная религия разбита наголову, в идее она убита, но она еще продолжает жить механической жизнью, как муха, у которой отрезали голову и которая, как бы не замечая этого, все еще продолжает бойко кружиться и летать.

В том, что я стал христианином, повинны те саксонцы, которые под Лейпцигом внезапно перебежали к противнику, или Наполеон, которому вовсе ведь незачем было ходить в Россию, или его учитель, который преподавал ему в Бриенне географию и не сказал, что в Москве зимою очень холодно.

В этом мире нет ничего ужаснее английской музыки, разве только английская живопись.

Во все времена негодяи старались маскировать свои гнусные поступки преданностью интересам религии, морали и патриотизма.

Во Франции жажда нравиться столь велика, что всякий стремится быть приятным не только друзьям, но и врагам. Здесь вечно во что-то драпируются, чем-то красуются, и женщины из сил выбиваются, дабы перещеголять мужчин в кокетстве. Это им все-таки удается.

Во Франции нет атеистов, к Господу Богу не осталось уважения даже настолько, чтобы кто-нибудь утруждал себя его отрицанием.

Все здоровые люди любят жизнь.

Всем известно, что люди, раз начинают падать, то, следуя Ньютонову закону, падают всё с большей быстротой.

Всякий имеет право быть глупым.

Всякий, кто женится, подобен дожу, сочетающемуся с Адриатическим морем: он не знает, что скрывается в той, кого он берет в жены, – сокровища, жемчуга, чудовища, неизведанные бури?

Вы не имеете никакого понятия об аде, madame. Мы получаем оттуда мало официальных сведений. Правда, слухи, будто бедные грешники должны по целым дням читать там все те плохие проповеди, которые печатаются тут, наверху, – сущая клевета. Таких ужасов в аду нет, до таких утонченных пыток сатана никогда не додумается.

Где кончается женщина, там начинается дурной мужчина.

Главная задача постановщика оперы – устроить так, чтобы музыка никому не мешала.

Глупец тот, кто пытается прикрыть собственное ничтожество заслугами своих предков.

Да, женщины опасны; но красивые не так опасны, как те, которые обладают умственными преимуществами более, чем физическими. Ибо первые привыкли к тому, чтобы мужчины ухаживали за ними, между тем как последние идут навстречу самолюбию мужчин и, приманивая их лестью, добывают больше поклонников.

Демократия влечет за собою гибель литературы: свободу и равенство стиля. Всякому-де дозволено писать все, что угодно и как угодно скверно, и все же никто не имеет права превзойти другого в стиле и посметь писать лучше него.

Для любви не существует вчера, любовь не думает о завтра. Она жадно тянется к нынешнему дню, но этот день нужен ей весь, неограниченный, неомраченный.

Добродетельным всякий может быть в одиночку; для порока всегда же нужны двое.

Доброта лучше красоты.

Женская ненависть, собственно, та же любовь, только переменившая направление.

Женщина – одновременно яблоко и змея.

Женщина творит историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.

Женщины знают только один способ нас осчастливить и тридцать тысяч способов сделать нас несчастными.

Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.

К сожалению, никогда нельзя точно установить, когда именно любовь приобретает наибольшее сходство с адом и когда – с раем, подобно тому как не знаешь, переряженные ли чертями ангелы встречают тебя там или, пожалуй, черти могут иной раз оказаться переряженными ангелами.

Каждый человек – это мир, который с ним рождается и с ним умирает; под каждой могильной плитой лежит всемирная история.

Как обезьяна тем смешнее, чем вернее подражает человеку, так и дураки тем смешнее, чем больше притворяются умными.

Как умные люди бывают часто глупы, так дураки бывают иногда очень умны.

Какая ужасная болезнь – любовь к женщине! Тут не помогает никакая прививка. Очень разумные и опытные врачи рекомендуют перемену мест и полагают, что с удалением от чародейки рассеиваются и чары. Гомеопатический принцип, согласно которому от женщины нас излечивает женщина, пожалуй, более всего подтверждается опытом.

Карлик, взобравшийся на плечи гиганта, может, конечно, видеть дальше него, особенно если вооружится очками; но на этой высоте ему недостает возвышенного чувства, сердца гиганта.

Католический поп шествует так, словно небо – его полная собственность; протестантский же, напротив, ходит так, будто небо он взял в аренду.

Когда порок грандиозен, он меньше возмущает.

Когда уходят герои, на арену выходят клоуны.

Кого Юпитер хочет наказать, того он делает поэтом.

Красивые рифмы нередко служат костылями хромым мыслям.

Критики подобны привратникам перед входом на придворный бал: они могут пропустить достойных и задержать дурно одетых и не имеющих входного билета, но войти внутрь они не могут.

Легко прощать врагов, когда не имеешь достаточно ума, чтобы вредить им, и легко быть целомудренным человеку с прыщеватым носом.

Лессинг говорит: «Если Рафаэлю отрезать руки, он все же останется живописцем». Точно так же мы могли бы сказать: «Если господину N отрезать голову, он все же остался бы живописцем», – он продолжал бы писать и без головы, и никто бы не заметил, что головы у него и вовсе нет.

Любовь к свободе – цветок темницы, и только в тюрьме чувствуешь цену свободы.

Любовь – это зубная боль в сердце.

Любовь! Это самая возвышенная и победоносная из всех страстей! Но ее всепокоряющая сила заключается в безграничном великодушии, в почти сверхчувственном бескорыстии.

Люди, ничем не замечательные, конечно правы, проповедуя скромность. Им так легко осуществлять эту добродетель.

Мир выглядит юной красавицей или Брокенской ведьмой в зависимости от того, через какие очки на него смотришь.

Мне другом каждый был в те дни: / Со мной по-братски все они / Делились моей котлетой, / Моей последней монетой.

Моя жена была совершенно права, когда однажды сердито сказала кому-то, кто хвалил меня за ум: «Он только прикидывается умным».

Мудрые люди обдумывают свои мысли, глупые – провозглашают их.

Музыка – последнее слово искусства, как смерть – последнее слово жизни.

Мысль – это невидимая природа, природа – видимая мысль.

Не занятый делом человек никогда не может насладиться полным счастьем, на лице бездельника вы всегда найдете отпечаток недовольства и апатии.

Ничто не уязвляет мужчину сильнее мелких женских булавочных уколов. Мы готовы к могучим ударам меча, а нас щекочут в самых чувствительных местах!

Новые мысли придумывают мудрецы, а распространяют глупцы.

Нравственность – это разум сердца.

О врагах Наполеона: они поносят его, но всегда с известной почтительностью: когда правой рукой они кидают в него дерьмо, левая тянется к шляпе.

О, этот рай! Удивительное дело: едва женщина поднялась до мышления и самосознания, как первой ее мыслью было: новое платье!

Он критик не для больших, а для мелких писателей – под его лупой не помещаются киты, но зато помещаются интересные блохи.

Отечество раба там, где палка.

Парижанки являются на свет со всеми пороками, но чудная фея придает всякому пороку прелесть и чары. Эта фея – грация.

Первый, кто сравнил женщину с цветком, был великим поэтом, но уже второй был олухом.

Перевод что женщина: если она красива, она неверна, если верна – некрасива.

Переводчик по отношению к автору – то же, что обезьяна по отношению к человеку.

Польза от свободы печати состоит именно в том, что она лишает ореола новизны смелый язык демагогов и уравновешивает страстное слово столь же страстным возражением.

После тех лиц, которые занимают самые высокие посты, я не знаю более несчастных людей, чем те, кто им завидует.

Поступки труса, как и поступки гения, нельзя предусмотреть.

Прозаический перевод стихов – это чучело лунного света.

Просто удивительно, как в такой маленькой головке умещается такая масса невежества!

Прошлое – это родина души человека. Иногда нами овладевает тоска по тем чувствам, которые мы испытывали, даже тоска по былой скорби.

Русские по крайней мере на одну шестую космополиты, поскольку Россия занимает почти шестую часть всего населенного мира.

Слуги, не имеющие господина, не становятся от этого свободными людьми – лакейство у них в душе.

Сон – превосходнейшее изобретение.

Сострадание – высшее освящение любви, может быть, сама любовь. Из всех богов, когда-либо живших, Христос поэтому и любим больше всех других. Особенно женщинами…

Странное дело! Во все времена негодяи старались маскировать свои гнусные поступки преданностью интересам религии, морали и патриотизма.

Такую роль играет в искусстве имя мастера. Если принц надевает перстень с богемской стекляшкой, ее будут принимать за бриллиант, а если бы нищий стал носить перстень с бриллиантом, все-таки решили бы, что это – просто стекло.

Талант мы угадываем по одному-единственному проявлению, но чтобы угадать характер, требуется продолжительное время и постоянное общение.

Только дурные и пошлые натуры выигрывают от революции. Но удалась революция или потерпела поражение, люди с большим сердцем всегда будут ее жертвами.

Только решетка отделяет юмор от дома умалишенных.

Тот, кто находится высоко, должен так же подчиняться обстоятельствам, как флюгер на башне.

Тот, кто хочет влиять на толпу, нуждается в шарлатанской приправе. Даже сам Господь Бог, издавая свои заповеди на горе Синай, не упустил случая основательно посверкать молниями и погромыхать. Господь знал свою публику.

У всякой эпохи свои задачи, и их решение обеспечивает прогресс человечества.

У женщин не бывает второй любви; их природа слишком нежна, чтобы быть в состоянии дважды перенести это страшное потрясение чувств.

Французский народ – это кошка, которая, даже если ей случается свалиться с опаснейшей высоты, всё же никогда не ломает себе шею, а сразу же становится на ноги.

Человек – аристократ среди животных.

Чем ближе к Наполеону стояли люди, тем больше восхищались им. С другими героями происходит обратное.

Чем важнее предмет, тем веселее надо рассуждать о нем.

Чем выше человек – тем легче попадает в него стрела насмешки; в карликов попадать труднее.

Что меня всегда удивляло в молодости, так это то обстоятельство, что по удушении прежнего великого визиря всегда находились новые охотники стать великим визирем. Теперь, когда я стал несколько старше, меня охватывает такое же изумление, когда я вижу, как после отставки одного английского премьер-министра немедленно же его место стремится занять другой.

Что такое музыка? Она занимает место между мыслью и явлением; как предрассветная посредница, стоит она между духом и материей; родственная обоим, она отлична от них; это дух, нуждающийся в размеренном времени; это материя, но материя, которая обходится без пространства.

Чтобы писать совершенную прозу, надо обладать также поэтическим талантом.

Чтобы тебя любили как следует, всем сердцем, нужно самому страдать.

Юность бескорыстна в помыслах и чувствах своих, поэтому она наиболее глубоко охватывает мыслью и чувством правду.

Я бы не сказал, что женщины не имеют характера, – просто у них каждый день другой характер.

Гельвеций Клод Адриан.

(31.01.1715–26.12.1771).

Французский литератор, философ-материалист, идеолог французской эпохи Просвещения.

Родился в Париже в семье придворного врача. Окончил иезуитский колледж, где его готовили к финансовой службе, но с молодости увлекался поэзией. До 1751 г. был генеральным откупщиком. С 1751 г. сблизился с Монтескьё, Вольтером и посвятил себя научным занятиям, литературе. Одно из главных его сочинений «Об уме» (1758) было запрещено и сожжено. Умер в Париже. Полное собрание сочинений Гельвеция было выпущено в Париже в 1818 г. Туда вошли: поэма «Счастье», «О человеке, его умственных способностях и его воспитании», «Об уме» и др. произведения.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Без идей нет ума.

Бесприютная бедность презирается больше, чем преступления богатства.

Богатства – рабы мудреца, властелины глупца.

Большие заслуги и большой ум – опасное оружие. Лучше быть изворотливым и низким.

Большинство авторов ведут себя в своих сочинениях так, как светские люди за беседой: занятые только тем, чтобы нравиться, они мало заботятся о том, как достигнуть этого – ложью или истиной.

Будь гражданином, ибо родина нужна для твоей безопасности, для твоих удовольствий, для твоего благополучия.

Бывают глупцы, которые говорят банальности с важной миной и слывут умными людьми, между тем как бывают умные люди, которые говорят тонко и обдуманно, не делая при этом важной мины, и слывут людьми глупыми или посредственными.

Бывают люди, которых нужно ошеломить, чтобы убедить.

В Вавилоне все женщины должны были для искупления своих грехов раз в жизни заняться проституцией. Для того они, расположившись лагерем у храма Венеры, обязаны были удовлетворить желание первого попавшегося чужестранца, пожелавшего очистить их душу при помощи телесных наслаждений. Легко предвидеть, что красивые и миловидные быстро кончали свой искус, но некрасивым приходилось иногда долго ждать сострадательного чужеземца, через которого они могли бы получить отпущение.

В любой отрасли знания появление превосходной книги предполагает наличие множества плохих книг.

В наше время дружба не требует почти никаких качеств. Множество людей изображают из себя истинных друзей для того только, чтобы играть некоторую роль в свете. Одни становятся надоедливыми ходатаями чужих дел только для того, чтобы заставить платить за них тех, кого они обязывают, скукой или потерей свободы; наконец, некоторые почитают себя весьма достойными дружбы, потому что они будут верными хранителями доверенного им и обладают добродетелью несгораемого шкафа. Поэтому, по пословице, следует считать многих друзьями, а доверять немногим. Всякий повторяет за Аристотелем, что друзей вообще нет, и каждый, в частности, уверяет, что он хороший друг. Возможность выдвигать столь противоположные утверждения предполагает, что в дружбе есть много лицемеров и много людей, не знающих себя самих.

В юности у человека зарождаются возвышенные мысли, которые должны впоследствии сделать его знаменитым.

Великие люди – это оглавление книги человечества.

Великие люди – это те, кто изобретает и делает то, что кажется другим невозможным. Но для этого нужно, чтобы счастливый случай ставил людей на такое место, где они могли бы осуществить то, что ими задумано; в противном случае их обычно считают мечтателями.

Великие умы доходят равным образом и до великих пороков, и до великих добродетелей.

Великий ум острее чувствует красоту, чем недостатки. Лишь мелкие умы боятся смелости в произведениях ума.

Вера в предрассудки сходит у людей за здравый смысл.

Верный способ судить о характере и уме человека – по выбору им книг и друзей.

Время – это последовательность форм и идей.

Все без исключения религии проникнуты фанатизмом и удовлетворяют его потоками человеческой крови.

Всё искусство воспитания состоит в том, чтобы ставить молодых людей в условия, способные развивать в них зачатки ума и добродетели.

Все ограниченные люди стремятся постоянно опозорить людей основательного и широкого ума.

Всякий изучающий историю народных бедствий может убедиться, что большую часть несчастий на земле приносит невежество.

Всякий повторяет за Аристотелем, что друзей вообще нет, и каждый, в частности, уверяет, что он хороший друг. Возможность выдвигать столь противоположные утверждения предполагает, что в дружбе есть много лицемеров и много людей, не знающих себя самих.

Всякий религиозный догмат – это зародыш преступлений и раздоров между людьми.

Гений есть лишь непрерывное внимание.

Гений похож на те обширные земли, где встречаются места мало ухоженные и плохо обработанные: на столь большом пространстве нельзя всё тщательно обработать. Только люди небольшого ума присматривают за всем: маленький садик легче держать в порядке.

Глаза любовника преувеличивают красоту его возлюбленной и преуменьшают ее недостатки.

Глубокие идеи похожи на чистые воды, прозрачность которых затемнена их глубиной.

Глупость всегда хочет говорить, но никогда не имеет что сказать, вот почему она многословна.

Господствующая страсть – это судья, наделенный властью совершать правосудие. Она уверенно проникает в ум, располагает в нем свои предрассудки и хочет, чтобы ее считали единственной собственницей этого места.

Гуманизм в человеке есть результат воспоминания о страданиях, которые ему знакомы либо по собственному опыту, либо по опыту других людей.

Два способа самовосхваления: один – говорить хорошо о себе, второй – поносить других.

Двумя обычными причинами несчастия людей являются, с одной стороны, незнание того, как мало им нужно, чтобы быть счастливыми, а с другой – мнимые потребности и безграничные желания.

Действительно смешно, когда в стране вводят такое множество законов, что граждане не в состоянии их знать. Есть ли большее доказательство глупости законодателей?

Дисциплина – искусство внушать солдатам больше страха перед их офицерами, чем перед врагом.

Добродетель не вверяет свое счастье суетному мнению толпы. Поднявшись на трон, которого не могут достигнуть стрелы зависти, добродетель счастлива.

Добродетель слишком презирает богатства, чтобы ими владеть.

Добродетель – это только мудрость, которая заставляет согласовывать страсть с разумом и наслаждение с долгом.

Если добродетель не становится страстью, мы ее не соблюдаем. Мы всегда лишь пытаемся ее соблюдать, поддаваясь порыву.

Если разум не сдерживает страстей, то по крайней мере он умеряет их ход и препятствует их опустошительным набегам.

Если рассматривать дружбу как взаимную потребность… трудно допустить, чтобы долго сохранялась та же потребность и, следовательно, та же дружба между людьми. Поэтому продолжительная дружба – весьма редкое явление.

Если физическая вселенная подчинена законам движения, то и нравственная вселенная подчинена законам интересов. Интерес есть могущественный чародей, изменяющий в глазах всех созданий форму всех предметов.

Если хочешь поступать честно, принимай в расчет и верь только общественному интересу. Личный интерес часто вводит в заблуждение.

Если человек с ранних лет усвоил привычку к труду, труд ему приятен. Если же у него этой привычки нет, то лень делает труд ненавистным.

Есть люди, которых страх сам приводит туда, куда их следует привести.

Желание есть движущая сила души; душа, лишенная желаний, застаивается. Нужно желать, чтобы действовать, и действовать, чтобы быть счастливым.

Желание знать – одна из причин заблуждения.

Желания из-за невозможности их удовлетворить обращаются во зло. Их жала, непрерывно уязвляющие нас, не дают нам времени ощутить счастье даже от того, что в нашей власти.

Желания – это цветы любви, а наслаждения – ее плоды.

Жестокость есть всегда результат страха, слабости и трусости.

Заблуждение всегда противоречит себе, истина – никогда.

Задача искусства – волновать сердца.

Знание некоторых принципов легко возмещает незнание некоторых фактов.

Из всех способов сделать человека гуманным и сострадательным самый верный состоит в том, чтобы приучить его с раннего возраста отождествлять себя с несчастными и видеть себя в них.

Из всех страстей зависть – самая отвратительная. Под знаменем зависти шествует ненависть, предательство и интриги.

Из дружбы, как из любви, часто делают роман; люди всюду ищут героя ее, каждую минуту думают, что нашли его, хватаются за первого попавшегося и любят его до тех пор, пока его не знают и хотят узнать. А когда любопытство удовлетворено, он перестает интересовать: мы не нашли героя своего романа. Таким образом люди становятся способными к преувеличенному восхищению, но неспособными к дружбе.

Иллюзия – непременное следствие страстей, глубина которых измеряется степенью ослепления, в которое они нас погружают. Это прекрасно почувствовала одна женщина: застигнутая своим возлюбленным в объятиях его соперника, она смело отрицала факт, свидетелем которого он был. «Как, – сказал он ей, – ваше бесстыдство заходит так далеко?..». «О, коварный, – воскликнула она, – ты разлюбил меня: ты веришь больше своим глазам, чем моим словам!» Эти слова можно применить не к одной лишь любовной страсти, но и ко всем страстям. Все они разят нас полным ослеплением.

Интриги и маневры, которые необходимо осуществлять для того, чтобы добиться хорошей репутации, мешают нам ее заслужить.

Искусство законодателя состоит в том, чтобы выгода, извлекаемая злодеем из его преступления, была совершенно несоизмерима тому страданию, которое ему за это угрожает.

Искусство политики – это искусство делать так, чтобы каждому было выгодно быть добродетельным.

История – это роман событий, роман – это история чувств.

Как только человек заглушает свою страсть, он перестает наслаждаться покоем.

Какой результат имели до сих пор самые прекрасные предписания этики? Они исправили несколько отдельных лиц от недостатков, в которых они, может быть, себя упрекали, но в нравах наций они не произвели никакого изменения.

Книга, достоинство которой заключается в тонкости наблюдений над природой человека и вещей, никогда не может перестать нравиться.

Когда глупец занимает должность, с ним обращаются, как с гением.

Кто сам считает себя несчастным, тот становится несчастным.

Лесть. Она возводит в добродетель все недостатки великих мира сего.

Лживые люди меньше всего знают людей: они слишком заняты тем, чтобы скрывать свою суть.

Лишь в восторгах любви ощущают счастье существования и, прижимая губы к губам, обмениваются душами.

Лишь краткость человеческой жизни принуждает выдающиеся умы ограничивать себя, замыкаться в какой-либо одной отрасли знания.

Лишь немногие в мыслях своих возвышаются над обыденным, но еще меньше таких, которые осмеливались бы поступать так, как думают.

Лишь по поступкам людей общество может судить об их добродетели.

Любовник. Он ненасытен в созерцании своего кумира и в прикосновении к прелестям его тела.

Любовь в соответствии с различными характерами по-разному пылает. У льва жгучее и кровожадное пламя выражается в рычании, у высокомерных душ – в пренебрежении, у нежных душ – в слезах и унынии.

Любовь к истине – это наиболее благоприятное условие для нахождения ее.

Любовь к отечеству совместима с любовью ко всему миру. Народ, приобретая свет знания, не наносит тем ущерба своим соседям. Напротив, чем государства просвещеннее, тем больше они сообщают друг другу идей и тем больше увеличиваются сила и деятельность всемирного ума.

Любовь к славе есть лишь желание нравиться себе подобным.

Любовь к славе часто подогревает добродетель, заставляет не бояться королей, казней, смеяться над сладострастием и богатством.

Любовь становится моральным грехом, когда она делается главным занятием. Она расслабляет тогда ум и заставляет деградировать душу.

Любовь у человека – мощный источник деятельности.

Любовь – это дар небес, который требует, чтобы его лелеяли самые совершенные души и самое прекрасное воображение. Пылкие наслаждения усыпляются браком, дар небес утрачивается под влиянием грубого и безвкусного разврата, а выгода превращает его в товар.

Люди всегда против разума, когда разум против них.

Люди, которые ценят себя по той причине, что имеют бесконечное множество полузнаний, ошибаются, и ум их не всегда обширен, ибо нужно иметь ум крайне обширный, чтобы до конца овладеть одним искусством.

Люди, которых называют слабыми, являются лишь равнодушными, ибо у каждого найдется сила, когда окажется затронутым предмет его страстей.

Люди настолько глупы, что повторяющееся насилие в конце концов представляется им правом.

Люди обычно считают, что лучше заблуждаться в толпе, чем в одиночку следовать за истиной.

Люди так часто не замечают своих заблуждений, потому что они невежественны, и вообще самая неизлечимая их глупость состоит в том, что они считают себя умными.

Мнимые ученые вызывают презрение мудрецов и удивление глупцов.

Многие могущественные и часто даже злонамеренные люди охотно изгнали бы совершенно истину из Вселенной.

Монархическое государство – это не родина честолюбивых и талантливых, это родина заурядных людей, которые здесь наиболее счастливы. Большим вельможам там ничего не остается делать, как быть глупыми и невежественными. С душой возвышенной и просвещенной они были бы честолюбивы и весьма опасны.

Мудрость главенствует в советах, а судьба – в событиях.

Мы бываем тщеславными, заносчивыми и, следовательно, несправедливыми всегда, когда представляется возможным делать это безнаказанно. Поэтому каждый человек воображает, что нет части света, в этой части света – государства, в этом государстве – провинции, в этой провинции – города, в этом городе – общества, равного его обществу, и что в этом своем обществе он – наилучший человек, а в конце концов он поймает себя на признании, что он первый человек в мире.

Мы сочувствуем всегда другому в бедствиях, от которых избавлены сами.

На заре жизни мы способны на самую сильную любовь к славе. В эту пору мы ощущаем в себе пламенные зародыши добродетелей и талантов. Сила и здоровье, текущие по нашим жилам, сообщают нам чувство бессмертия; нам кажется, что годы протекают с медлительностью веков; мы знаем, что мы смертны, но не ощущаем этого и поэтому тем горячее стремимся заслужить уважение потомства. Не то, когда возраст охлаждает страсти. Тогда мы начинаем видеть вдали разрушение, приносимое смертью. Смертные тени, примешиваясь к сиянию славы, омрачают ее блеск. Мир меняется перед нашим взором, он не интересует нас больше; в нем не происходит ничего значительного.

На земле нет ничего более достойного уважения, чем ум.

Нам незнаком язык страстей, не испытанных нами… Люди становятся тупыми, когда они перестают быть охваченными страстью.

Наслаждение – это единственное применение жизни.

Наука о человеке – это наука мудрецов.

Некрасивые люди обычно имеют больше ума, потому что у них меньше возможностей для удовольствия и больше времени для учения.

Нельзя считать друзьями людей, обладающих предрассудками. Их дружба всегда зависит от предрассудков других людей.

Нередко человек бывает слишком благоразумным, чтобы быть великим. Надо немного фанатизма, чтобы добиться славы и в литературе, и в государственных делах.

Нет ничего более опасного, чем страсти, которыми разум управляет в запальчивости.

Нет такого ложного суждения, которое не было бы следствием или наших страстей, или нашего невежества.

Ни при каких обстоятельствах, ни в одну пору своей жизни человек, чтобы быть мудрым и счастливым, не должен создавать себе иных божеств, кроме своей головы и своего сердца.

Никто не бывает так обманут, как тот, кто прилагает столь много усилий, чтобы не быть обманутым никогда.

Об обширности ума следует судить лишь по изобретательности и количеству мыслей, которые два человека извлекают из одной и той же вещи.

Обширность ума измеряется числом идей и сочетаний их.

Обычно человек – враг размышления, которое всегда утомляет.

Одинаковое счастье быть победителем или побежденным в битвах любви.

Одни и те же добродетели оцениваются в разные времена по-разному, в зависимости от их полезности эпохе.

Опыт показывает, что человек считает заблуждающимся всякого человека и плохой – всякую книгу, которые расходятся с его взглядами.

Орлиный взгляд страстей проникает в туманную пропасть грядущего, равнодушие же слепо и тупо от рождения.

Основа нравов людей заключается отнюдь не в их умозрительных принципах, а в их вкусах и чувствах.

Отождествлять Бога и нравственность – значит впадать в идолопоклонство, значит обожествлять творения людей.

Очень трудно хвалить того, кто столь заслуживает похвалы.

Покровители невежества суть самые ожесточенные враги человечества.

Полное невежество приводит к полному тупоумию.

Пороки великих мира сего – это плодовитые зародыши, которые порождают (новые) пороки у других.

Похищенный поцелуй лучше завоеванного королевства.

При невежестве ум чахнет за недостатком пищи.

Различие между умом и здравым смыслом заключается в различии причин, их порождающих. Первый является следствием сильных страстей, второй – следствием отсутствия их.

Разум и любовь смягчают нравы.

Разум часто озаряет лишь потерпевших неудачу.

Религиозные фанатики могут прослыть мудрецами единственно потому, что они безумны общим безумием.

С первыми морщинами прощай, любовь.

Самолюбие может стать пороком или добродетелью в зависимости от вкусов и страстей человека.

Самые великие умы делают самые большие ошибки.

Самым мужественным государством бывает то, в котором лучше всего награждается доблесть и сильнее всего наказывается трусость.

Свобода человека состоит в свободном пользовании своими способностями.

Свобода – это разрешение делать всё то, что можно сделать, сообразуясь с человеческими силами.

Скажи мне, с кем ты близок, и я скажу, кто ты.

Скука – это наказание, фасад которого покрыт драгоценными камнями.

Скупец живет бедным, чтобы умереть богатым.

Скупые люди сходны с ипохондриками, которые живут в постоянном страхе, повсюду видят опасности и боятся разбиться от прикосновения к чему-либо.

Следует свой ум углублять, а не расширять и, подобно фокусу зажигательного стекла, собрать все тепло и все лучи своего ума в одной точке.

Соревнование производит гениев, а желание прославиться порождает таланты.

Справедливость наших суждений и наших поступков – не более как удачное совпадение нашего интереса с общественным.

Справедливость – это соответствие действий частных лиц общественному благу.

Среди книг, как и среди людей, можно попасть в хорошее и в дурное общество.

Степень ума, нужная, чтобы нам понравиться, служит довольно точною мерою нашего собственного ума.

Страсти вводят нас в заблуждение, так как они сосредоточивают все наше внимание на одной стороне рассматриваемого предмета и не дают нам возможности исследовать его всесторонне.

Страсти – как ядовитые травы. Только дозы делают их ядами или противоядиями.

Страсти не только позволяют видеть данный предмет со всех сторон; они еще и обманывают нас, показывая нам предмет там, где его нет.

Страсти – это облака, затемняющие солнце разума.

Страсти – это пресмыкающиеся, когда они входят в сердце, и буйные драконы, когда они уже вошли в него.

Страстям науки и искусства обязаны открытиями, а душа – благородством.

Страх есть причина заблуждений. Лень – источник заблуждения. Желание знать – одна из причин заблуждения.

Страх перед возможностью ошибки не должен нас удерживать от поисков истины.

Стыдливость для красоты – добродетель для счастья.

Суеверие чаще всего живет в сердцах несчастных.

Сущность любви заключается в том, чтобы никогда не быть счастливым. Ревность, тревога, потеря имущества; много сказано о хорошей и плохой стороне этой страсти. Чтобы быть счастливым, нужно знать любовь не страстную, а сладострастную.

Счастлив тот, кто, надушенный маслами, держит в своих объятиях возлюбленную, кто созерцает ее, слушая ее вздохи, когда наслаждение с силой входит в душу через все двери чувств.

Счастье заключается не столько в обладании, сколько и процессе овладения предметом наших желаний. Для того чтобы мы были счастливы, нашему счастью должно всегда чего-нибудь не хватать.

Счастье или несчастье народа зависит, по-видимому, исключительно от соответствия или несоответствия интересов частных лиц с интересами общественными.

Счастье людей заключается в том, чтобы любить делать то, что должны делать.

Счастье не является уделом высокого положения, оно зависит исключительно от счастливой гармонии между нашим характером и тем положением и обстоятельствами, в которые поставила нас судьба.

Те, кто привык спорить в общественных местах, должны скорее обладать искусством выражать мысли, чем способом находить истину.

Только по поступкам мы судим о внутренних движениях, о мыслях, о действиях, о других чувствованиях.

Только рука друга может вырвать шипы из сердца.

Только тот может считать себя свободным от зависти, кто никогда не изучал себя.

Тот, кто глубоко исследует свою душу, так часто ловит себя на ошибках, что поневоле становится скромным. Он уже не гордится своей просвещенностью, он не считает себя выше других.

Тот, кто постоянно сдерживает себя, всегда несчастен из страха быть несчастным иногда.

Тот, кто удовлетворяет свои страсти, вскармливает зародыш своих несчастий и заставляет течь в своих венах ту огненную жидкость, которая их сжигает.

Ты хочешь нравиться людям? Цени их ум.

У добродетели много праведников и мало мучеников.

Уважать – значит ценить чье-либо могущество. Вот почему не очень-то уважают тех, которые ничего не могут.

Угрызения совести начинаются там, где кончается безнаказанность.

Удовольствие должно быть наградой за труд.

Ум, если так можно выразиться, начинается там, где кончается здравый смысл.

Ум подготовляет счастье, которое добродетель завершает.

Ум подобен здоровью: тот, кто им обладает, его не замечает.

Ум подобен пище, которая портится (от долгого хранения) в сосуде. Только употребление делает ее ядом или усладой…

Умеренная мудрость не ходит ни в лохмотьях, ни в золотых нарядах.

Умножить состояние – это не то же самое, что добиться счастья, однако одно может увеличиться вместе с другим.

Упрямство отличается от стойкости. Упрямец упорно защищает ложь, а стойкий человек – истину.

Формы правления созданы не для добродетельных людей: они в них не нуждаются… Что касается большинства людей, было бы хорошо их просветить, но достаточно заставить их бояться.

Храбрость пожинает лишь те лавры, которые произрастают посреди бедствий.

Часто жертвуют величайшими радостями жизни, чтобы гордиться тем, что они принесены в жертву.

Часто именно смелости мы бываем обязаны открытием величайших истин, и страх перед возможностью ошибки не должен отвращать нас от поисков истины.

Человек больше боится страданий, чем любит удовольствия.

Человек, не знакомый с искусством верховой езды, не возьмется давать советы, как объезжать лошадей. Но в морали мы бываем менее скромны. Здесь мы всегда считаем себя знающими и способными подавать советы всем людям.

Человек, у которого много страстей одновременно, не имеет ни одной из них.

Человеческое тщеславие не любит отказываться от своего мнения; этому противится еще и леность: чтобы отказаться от своего мнения, нужно было бы поразмыслить, а обычно человек – враг размышления, которое всегда утомляет.

Человечность – это осмысленное чувство; только воспитание его развивает и укрепляет.

Чему учит нас история религий? Что они повсюду раздували пламя нетерпимости, устилали равнины трупами, поили землю кровью, сжигали города, опустошали государства; но они никогда не делали людей лучше.

Что такое нравственность? Наука о соглашениях, придуманных людьми для того, чтобы совместно жить наиболее счастливым образом.

Что такое хорошая форма правления? Это такая форма правления, при которой законы имеют целью обеспечение благоденствия и достаточно справедливы, чтобы каждый считал выгодным для себя их соблюдение. Для этого имеются только два средства: первое – просветить людей до такой степени, чтобы они ясно видели, что их интерес заключается в повиновении законам; второе – вызвать страх у тех, кто попытался бы их нарушить.

Чтобы быть совершенно лишенным смелости, нужно быть совершенно лишенным желаний.

Чтобы быть честным, надо присоединить к благородству души просвещенный ум. Тот, в ком соединены эти различные дары природы, всегда руководствуется компасом общественной пользы.

Чтобы дать равенству прочное основание, нужно сделать таким основанием свободу. Следует устанавливать не строгое равенство, а бороться с преходящим чрезмерным неравенством, ибо нужно, чтобы каждый человек имел право пользоваться всеми своими талантами.

Чтобы удивиться, достаточно одной минуты; чтобы сделать удивительную вещь, нужны многие годы.

Чувство чести гаснет в народе, в котором загорается любовь к богатству.

Щедрость определяется причиной ее проявления.

Эпикур говорил: если хочешь быть богатым, не помышляй увеличить свое имущество, а только уменьши свою жадность.

Я предпочитаю иметь в моей власти тело моей пастушки, чем мировую империю. Ласки судьбы не стоят ласк моей любимой. Похищенный поцелуй лучше завоеванного королевства. Завоеватели основывают свое счастье на несчастье всего мира, а мое счастье основано только на блаженстве и наслаждениях моей пастушки.

Ясно видеть равнодушие к нам почти всех людей огорчительно для нашего тщеславия; но надо брать людей такими, как они есть… Чтобы любить людей, надо от них мало ожидать.

Герцен Александр Иванович.

(25.03/06.04.1812–09/21.01.1870).

Русский революционер, писатель, философ.

Родился в Москве. Был внебрачным сыном богатого аристократа и немки. В 1833 г. окончил физико-математическое отделение Московского университета. В июле 1834 г. был арестован за участие в кружке, где изучались произведения Сен-Симона, и сослан сначала в Пермь, затем в Вятку и Владимир. В 1842 г. вернулся в Москву, где стал активным участником спора между славянофилами и западниками, в поддержку последних выпустил цикл статей «Дилетантизм в науке» (1842–43). В 1841–48 гг. написал социально-психологический роман «Кто виноват?», повести «Доктор Крупнов», «Сорока-воровка», направленные против крепостничества. В 1852 г. переехал в Лондон, где основал Вольную русскую типографию. В 1855 г. начал выпуск альманаха «Полярная звезда», а в 1857 г. – первой русской революционной газеты «Колокол», выходившей 10 лет. В автобиографической повести «Былое и думы» (1852–1868), ставшей вершиной его творчества, отразил не только свою личную жизнь, но и все самые значительные события истории России и Запада более чем за полвека. Последние годы жизни много путешествовал по Европе. Умер в Париже.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Без равенства нет брака. Жена, исключенная из всех интересов, занимающих ее мужа, чуждая им, не делящая их, – наложница, экономка, нянька, но не жена в полном, в благородном значении слова.

Беспощаднее инквизитора нет, как совесть.

Быть человеком в человеческом обществе – вовсе не тяжкая обязанность, а простое развитие внутренней потребности; никто не говорит, что на пчеле лежит священная обязанность делать мед; она его делает потому, что она пчела. Человек, дошедший до сознания своего достоинства, поступает человечески потому, что ему так поступать естественнее, легче, свойственнее, приятнее, разумнее; я его не хвалю даже за это, он делает свое дело, он не может иначе поступать, так как роза не может иначе пахнуть.

В душе каждого человека, не слишком забитого судьбою, не слишком оттесненного на низшие ступени духовного существования, пылает фаустовская жажда бесконечной широты жизни.

В мещанине личность прячется или не выступает, потому что она не главное: главное – товар, дело, вещь, главное – собственность.

В мире нет ничего разрушительнее, невыносимее, как бездействие.

Все религии основывали нравственность на покорности, то есть на добровольном рабстве.

Всего меньше эгоизма у раба.

Где не погибло слово, там и дело еще не погибло.

Главный характер нашего языка состоит в чрезвычайной легкости, с которой всё выражается в нем – отвлеченные мысли, внутренние лирические чувствования, «жизни мышья беготня», крик негодования, искрящаяся шалость и потрясающая страсть.

Грандиозные вещи делаются грандиозными средствами. Одна природа делает великое даром.

Даже простой материальный труд нельзя делать с любовью, зная, что он делается напрасно.

Достоинство жизни человеческой – в борьбе.

Есть эгоизм узкий, животный, грязный, так, как есть любовь грязная, животная, узкая.

Женщину безвозвратнее точит и губит всепожирающий Молох любви… Она больше сосредоточена в одном половом отношении, больше заключена в любовь. Она больше сведена с ума и меньше нас доведена до него.

Жизнь даром не проходит для людей, у которых пробудилось хоть какая-нибудь сильная мысль.

Жизнь, которая не оставляет прочных следов, стирается при всяком шаге вперед.

Жизнь – мое естественное право: я распоряжаюсь хозяином в ней, вдвигаю свое «я» во все окружающее, борюсь с ним, раскрывая свою душу всему, всасывая его, весь мир, переплавляю его, как в горниле, сознаю связь с человечеством, с бесконечностью.

Истинная дружба крайне редка в этом мире, в особенности между равными; а между тем она более всего прославлялась. Если такая высокая дружба существует, то только между высшим и низшим, потому что благосостояние одного зависит от другого.

Кажется, будто жизнь людей обыкновенных однообразна, – это только кажется: ничего на свете нет оригинальнее и разнообразнее биографий неизвестных людей.

Как только человек становится на свои ноги, он начинает кричать, чтоб не слыхать речей, раздающихся внутри; ему грустно – он бежит рассеяться; ему нечего делать – он выдумывает занятие; от ненависти к одиночеству – он дружится со всеми, все читает, интересуется чужими делами, наконец женится на скорую руку. Семейный мир и семейная война не дадут много места мысли; семейному человеку как-то неприлично много думать; он не должен быть настолько празден. Кому и эта жизнь не удалась, тот напивается допьяна всем на свете – вином, нумизматикой, картами, скачками, женщинами, скупостью, благодеяниями, налагает на себя чудовищные труды, и они ему все-таки легче кажутся, нежели какая-то угрожающая истина, дремлющая внутри его. В этой боязни исследовать, чтоб не увидать вздор исследуемого, в этом искусственном недосуге, в этих поддельных несчастиях, усложняя каждый шаг вымышленными путами, мы проходим по жизни спросонья и умираем в чаду нелепости и пустяков, не пришедши путем в себя.

Какую бы глупость вы ни придумали, всегда найдется человек, который эту глупость сделает.

Красота ослепляет, а слепого легко обокрасть.

Любовь – высокое слово, гармония созидания требует ее, без нее нет жизни и быть не может.

Любовь и дружба – взаимное эхо: они дают столько, сколько берут.

Любовь раздвигает пределы индивидуального существования и приводит в сознание все блаженство бытия; любовью жизнь восхищается собой; любовь – апофеоз жизни.

Люди вообще забывают только то, чего не стоит помнить или чего они не понимают.

Люди боятся умственной неволи, но они вдвое больше боятся отсутствия авторитета. Внешний авторитет несравненно удобнее: человек сделал скверный поступок – его пожурили, наказали, и он квит, будто и не делал своего поступка.

Мещанство – демократизация аристократии и аристократизация демократии.

Мучительная любовь не есть истинная.

Мы тратим, пропускаем сквозь пальцы лучшие минуты, как будто их и невесть сколько в запасе. Мы обыкновенно думаем о завтрашнем дне, о будущем годе, в то время как надобно обеими руками уцепиться в чашу, налитую без края, которую протягивает сама жизнь, не прошенная, с обычной щедростью своей – и пить, и пить, пока чаша не перешла в другие руки. Природа долго потчевать и предлагать не любит.

Надобно иметь силу характера говорить и делать одно и то же.

Насколько более действенной и величественной стала бы любимая поэтами тема звездного неба, если бы они хорошо знали астрономию!

Наследство имеет в себе сторону глубоко безнравственную: оно искажает законную печаль о потере близкого лица введением во владение его вещами.

Наука – открытый стол для всех и каждого, лишь бы был голод, лишь бы потребность манны небесной развилась.

Наука – сила, она раскрывает отношения вещей, их законы и взаимодействия.

Наука требует всего человека, без задних мыслей, с готовностью всё отдать и в награду получить тяжелый крест трезвого знания.

Наша жизнь – постоянное бегство от себя, точно угрызения совести преследуют, пугают нас.

Наша сила – в силе мысли, в силе правды, в силе слова.

Не истины науки трудны, а расчистка человеческого сознания от всего наследственного хлама, всего осевшего ила, от принимания неестественного за естественное, непонятного за понятное.

Некоторые эпитафии существуют скорее для удовлетворения гордости живущих, чем для восхваления добродетелей умерших.

Несчастья приносят ужасную пользу: они поднимают душу, возвышают нас в собственных глазах.

Нет народа, вошедшего в историю, который можно было бы считать стадом животных, как нет народа, заслуживающего именоваться сонмом избранных.

Нет злейшего страдания, как ничего не делать.

Ничего не делается само собой, без усилий и воли, без жертв и труда. Воля людская, воля одного твердого человека – страшно велика.

Новое надобно созидать в поте лица, а старое само продолжает существовать и твердо держится на костылях привычки. Новое надобно исследовать; оно требует внутренней работы, пожертвований; старое принимается без анализа, оно готово – великое право в глазах людей; на новое смотрят с недоверием, потому что черты его юны, а к дряхлым чертам старого так привыкли, что они кажутся вечными.

Первая любовь потому так благоуханна, что она забывает различие полов, что она – страстная дружба.

Полного счастья нет с тревогой; полное счастье покойно, как море во время летней тишины.

Прогресс – неотъемлемое свойство сознательного развития, которое не прерывалось; это деятельная память и усовершенствование общественной жизни.

Проповедовать с амвона, увлекать с трибуны, учить с кафедры гораздо легче, чем воспитывать одного ребенка.

Прошедшее – не корректурный лист, а нож гильотины: после его падения многое не срастается и не всё можно поправить. Оно остается, как отлитое в металле, подобное, измененное, темное, как бронза.

Прощение врагов – прекрасный подвиг; но есть подвиг еще более прекрасный, еще более человеческий – это понимание врагов, потому что понимание – разом прощение, оправдание, примирение.

Пустые ответы убивают справедливые вопросы и отводят ум от дела.

Разврат какой бы ни был, истощает душу, оставляет крупинки яда, которые всегда будут действовать.

Расточительность носит сама в себе предел. Она оканчивается с последним рублем и с последним кредитом. Скупость бесконечна и всегда при начале своего поприща; после десяти миллионов она с тем же оханьем начинает откладывать одиннадцатый.

Свобода лица – величайшее дело: на ней и только на ней может вырасти свобода народа. В себе самом человек должен уважать свою свободу и чтить ее не менее, чем в ближнем, чем в целом народе.

Семья начинается с детей.

Совершенное отсутствие всякой определенной деятельности невозможно для человека. Нет злейшего страдания, как ничего не делать.

Сожитие под одной крышей само по себе вещь страшная, на которой рушилась половина браков. Живя тесно вместе, люди слишком близко подходят друг к другу, видят друг друга слишком подробно, слишком нараспашку и незаметно срывают по лепестку все цветы венка, окружающего поэзией и грацией личность.

Старость имеет свою красоту, разливающую не страсти, не порывы, но умиряющую, успокаивающую.

Страдание, боль – это вызов на борьбу, это сторожевой крик жизни, обращающий внимание на опасность.

Страшные преступления влекут за собой страшные последствия.

Театр – высшая инстанция для решения жизненных вопросов.

Только труд дает душевное здоровье – упорный, бодрый труд.

У людей истинно добродетельных иронии нет; также нет ее у людей, живущих в эпохи живые. Ирония или от холода души, или от ненависти к миру и людям.

Уважение к истине – начало премудрости.

Француз не свободен нравственно: богатый инициативой в деятельности, он беден в мышлении. Он думает принятыми понятиями, в принятых формах, он пошлым идеям дает модный покрой и доволен этим. Ему трудно дается новое, даром что он бросается на него.

Хронического счастья так же нет, как нет нетающего льда.

Частная жизнь, не знающая ничего за порогом своего дома, как бы она ни устроилась, бедна.

Человек без сердца – бесстрастная машина мышления, не имеющая ни семьи, ни друга, ни родины; сердце составляет прекрасную и неотъемлемую основу духовного развития.

Человек должен из себя развить, в себе найти, понять то, что составляет его назначение, его цель.

Человек и наука – два вогнутых зеркала, вечно отражающих друг друга.

Человек, объятый сильной страстью, – страшный эгоист.

«Эгоизм», как и слово «любовь», слишком общи: может быть гнусная любовь, может быть высокий эгоизм. Эгоизм развитого, мыслящего человека благороден, он-то и есть его любовь к науке, к искусству, к ближнему, к широкой жизни, к независимости; любовь ограниченного дикаря – высший эгоизм.

Юность всегда самоотверженна.

Юность, где только она не иссякла от нравственного растления мещанством, всегда непрактична. Быть непрактичным – далеко не значит быть во лжи; все, обращенное к будущему, имеет непременно долю идеализма. Иная восторженность лучше всяких нравоучений хранит от падений.

Юность отважна и полна героизма, а в летах человек осторожен и редко увлекается.

Я вижу слишком много освободителей, я не вижу свободных людей.

Гёте Иоганн Вольфганг фон.

(28.08.1749–22.03.1832).

Немецкий поэт, мыслитель, естествоиспытатель.

Родился во Франкфурте-на-Майне в семье зажиточного бюргера, имперского советника. Получил хорошее домашнее образование и воспитание. С 1765 г. учился в Лейпцигском университете. Свое образование завершил в Страсбурге (1770), где защитил диссертацию на звание доктора прав. Первым значительным произведением стала драма «Гёц фон Берлихинген» (1773), выдвинувшая ее автора в первые ряды буржуазной литературы Германии эпохи «бури и натиска». Последующие произведения «Страдания юного Вертера» (1774), «Ифигения в Тавриде» (1787), «Опыт о метаморфозе растений» (1790), «Учение о цвете» (1810) упрочили положение Гёте в литературе и науке. Самым грандиозным созданием Гёте стала трагедия «Фауст», над которой он работал в течение всей своей жизни (1774–1831). Умер в Веймаре.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Архитектура – окаменевшая музыка.

Без пользы жить – безвременная смерть.

Благородство всем нравится, особенно если сопровождается скромностью.

Блажен, кто предков с чистым сердцем чтит.

Бог есть всё, если мы стоим высоко; если мы стоим низко, он есть дополнение нашего убожества.

Большая ошибка мечтать о себе больше, чем следует, и ценить себя ниже, чем стоишь.

Бояться горя – счастья не знать.

Быть человеком – значит быть борцом.

В любви всё – риск.

Вдохновение – это не селедка, которую можно засолить на многие годы.

Великим хочешь быть – умей сжиматься, все мастерство – в самоограниченье.

Великое и разумное пребывает в меньшинстве… О том, чтобы разум сделался всенародным, мечтать не приходится. Всенародными могут стать страсти и чувства, но разум навеки останется уделом отдельных избранников.

Величие искусства яснее всего проявляется в музыке.

Величие человека заключается в том, что он – единственное из всех творений, способное превратить мгновение в вечность.

Величия достичь злодей не может.

Вера не начало, а конец всякой мудрости.

Вера – это радужный мостик между небом и землей, всем на отраду; но из странников каждый видит его по-разному, в зависимости от места, где находится.

Влюбившийся дурак на глупости горазд: / И солнце, и луну, и звезды он отдаст / На фейерверк – красотке на забаву!

Вражда – активное недовольство, зависть – пассивное; не надо поэтому удивляться, если зависть быстро переходит в ненависть.

Время – вернейший союзник упорства.

Все великое и разумное пребывает в меньшинстве… О том, чтобы разум сделался всенародным, мечтать не приходится. Всенародными могут стать страсти и чувства, но разум навеки останется уделом отдельных избранников.

Все законы созданы стариками и мужчинами. Молодые и женщины хотят исключений, старики – правил.

Всегда лучше высказываться прямо, что думаешь, и не заботиться о множестве доказательств: сколько мы их ни приведем, они будут лишь выражением наших мнений, а противники не слушают ни мнений, ни доказательств.

Всегда можно найти достаточно времени, если употреблять его хорошо.

Вся история Церкви – смесь заблуждения и насилия.

Всякий, кто не верит в будущую жизнь, мертв и для этой.

Всякого рода беспринципная деятельность в конце концов приводит к банкротству.

Выдающийся художник часто не может судить ни о своих, ни о чужих произведениях.

Высказать свое мнение значит как бы продвинуть пешку в шахматной игре: пешка может погибнуть, но партия начинается и может быть выиграна.

Высокие цели, хотя бы и невыполнимые, дороже нам низких целей, хотя бы и достигнутых.

Высшее и прекраснейшее в человеческой природе – любовь к родной земле, ощущение свободы и независимости под защитой отечественных законов.

Где глупость – образец, там разум – безумие.

Гипотезы – это колыбельные, которыми учитель убаюкивает учеников.

Главный фундамент нравственного есть добрая воля.

Глупее всего заблуждается тот, кто думает, что утрачивает свою оригинальность, если признает истину, уже признанную другими.

Глупцы и умники одинаково безвредны, вредны полуглупые и полуумные.

Гораздо легче найти ошибку, нежели истину. Ошибка лежит на поверхности, и ее замечаешь сразу, а истина скрыта в глубине, и не всякий может отыскать ее.

Грязь блестит, пока солнце светит.

Да разве любовь имеет что-либо общее с умом?

Дайте человеку цель, ради которой стоит жить, и он сможет выжить в любой ситуации.

Две вещи очень трудно избежать: тупоумия – если замкнуться в своей специальности, и неосновательности – если выйти из нее.

Для меня убежденность в вечной жизни вытекает из понятия деятельности. Поскольку я действую неустанно до самого конца, природа обязана предоставить иную форму существования, ежели нынешней дольше не удержать моего духа.

Для посредственности нет большего утешения, чем то, что и гений не бессмертен.

До тех пор пока ты не принял окончательное решение, тебя будут мучить сомнения, ты будешь все время помнить о том, что есть шанс повернуть назад, и это не даст тебе работать эффективно. Но в тот момент, когда ты решишься полностью посвятить себя своему делу, провидение оказывается на твоей стороне. Начинают происходить такие веши, которые не могли бы случиться при иных обстоятельствах… На что бы ты ни был способен, о чем бы ты ни мечтал, начни осуществлять это. Смелость придает человеку силу и даже магическую власть. Решайся!

Добро потеряешь – немного потеряешь, честь потеряешь – много потеряешь, мужество потеряешь – все потеряешь.

Добровольная зависимость – лучшее из отношений. Она невозможна без любви.

Долг – это любовь к тому, что сам приказываешь себе.

Долгие размышления обыкновенно показывают, что предмет, о котором идет речь, не вполне ясен, слишком поспешные действия – что его совсем не знают.

Если кто-нибудь захочет изучить все законы, то у него не будет времени нарушать их.

Если теряешь интерес ко всему, то теряешь и память.

Если ты вправду это сделал, то это не хвастовство.

Если умный человек делает глупость, то уж, во всяком случае, не малую.

Если хочешь что-либо сделать, сумей себя ограничить.

Если человек займется исследованием своего организма или морального состояния, то непременно признает себя больным.

Есть люди, которые никогда не заблуждаются, потому что никогда не задаются никакими разумными мыслями.

Женщина обладает тысячью способов сделать нас несчастными и только одним – счастливыми.

Женщины – это серебряные чаши, в которые мы кладем золотые яблоки.

Живешь, собственно, только тогда, когда пользуешься расположением других.

Живопись – самое доступное и удобное из искусств.

Жизни верь, она ведь учит лучше всяких книг. Теория сера по сравнению с вечнозеленым деревом жизни.

Жизнь – прекраснейшая из выдумок природы.

Жизнь – это долг, хотя б она была мгновением.

Закон могуч, но власть нужды сильнее.

Здравый смысл есть гений человечества.

И великий человек – всего лишь человек.

Из двух ссорящихся более виновен тот, кто умнее.

Изобретать самому прекрасно, но то, что найдено другими, знать и ценить – меньше ли, чем создавать?

Имя не безделица: недаром же Наполеон, чтобы получить великое имя, вдребезги расколотил чуть ли не половину мира.

Иные люди взбираются до высокого положения в жизни, как трубочисты, проползшие через темные, удушливые и грязные дымоходы и сплошь покрывшиеся копотью и сажей.

Исполненный долг почти всегда оставляет сознание не вполне исполненного, ибо никогда нельзя удовлетворить себя.

Истина рождается как ересь, а умирает как предрассудок.

Истинная добродетель никогда не оглядывается назад на тень свою – на славу.

Каждый возраст имеет свои преимущества и недостатки в сравнении как с более ранними, так и с более поздними годами. В сорок я многое понимал не менее отчетливо, да и вообще был не глупее, чем сейчас, а в некоторых отношениях и умнее, и все же теперь, на восьмидесятом году, есть у меня преимущества, которые я бы не сменил на те, прежние.

Каждый день следует прослушать хоть одну песенку, посмотреть на хорошую картину и, если возможно, прочитать хоть какое-нибудь мудрое изречение.

Каждый писатель до известной степени изображает в своих сочинениях самого себя, часто даже вопреки своей воле.

Как познать себя самого? Отнюдь не созерцанием, только действиями. Попробуй исполнять свой долг, и тотчас себя познаешь.

Какое правительство лучшее? То, которое учит нас управлять собою.

Когда человек заблуждается, это может всякий заметить; когда он врет, заметит не всякий.

Когда человек стар, он должен больше делать, чем когда был молод.

Красота никогда не уяснит себе своей сути.

Кто был хорошим гражданином своей эпохи, тот имеет наибольшие основания быть современником всех эпох будущего.

Кто долго раздумывает, не всегда находит лучшее решение.

Кто достиг высот образования, должен заранее предположить, что большинство будет против него.

Кто ищет истины, не чужд и заблуждения.

Кто ищет, тому назначено блуждать.

Кто не знает иностранных языков, тот ничего не смыслит и в своем родном языке.

Кто не слишком мнит о себе, тот лучше, чем он сам о себе думает.

Кто рожден с талантом и для таланта, тот обретает в нем свое лучшее существование.

Кто сознательно объявляет себя ограниченным, тот ближе всего к совершенству.

Кто хочет многого достигнуть, должен ставить высокие требования.

Кто яростнее всех критикует талант? / Сознавший бессилье свое дилетант.

Литература есть только фрагмент фрагмента; записывается ничтожная доля того, что произошло и было сказано, сохраняется ничтожная доля записанного.

Литература портится лишь в той мере, в какой люди становятся испорченнее.

Лишь плодотворное цени.

Лишь тот достоин жизни и свободы, / Кто каждый день за них идет на бой.

Лучшее, что нам дает история, – это возбуждаемый ею энтузиазм.

Любовь – вещь идеальная, супружество – реальная: смешение реального с идеальным никогда не проходит безнаказанно.

Любовь к истине проявляется в умении везде найти и оценить хорошее.

Любящие – это плавающие горшки, стукающиеся друг об друга.

Люди, страдающие дефектами, особенно в области духа, чаще всего имеют о себе преувеличенное мнение. Как кажется, благодетельная природа всем тем, кого она обидела своими дарами высшего порядка, посылает самомнение как добавочный ресурс, уравновешивающий недостаток.

Людям досадно, что правда всегда проста.

Людям свойственно хулить все то, к чему они чувствуют себя неспособными.

Манерное – это неудавшееся идеальное, субъективно переданное идеальное.

Манеры человека – это зеркало, в котором отражается его портрет.

Математики как французы: все, что вы им говорите, они переводят на свой язык, и это тотчас же становится чем-то совершенно иным.

Молодость – недостаток, который быстро проходит.

Мудрость обнаруживается только в истине.

Мы охотнее признаем свои ошибки в поведении, нежели в мышлении.

Мы привыкли, что люди издеваются над тем, чего они не понимают.

Мы точно знаем, только когда мы знаем мало; с ростом знания возрастает сомнение.

Над важным думать никогда не лишне.

Надеяться всегда лучше, чем отчаиваться.

Надо постареть, чтобы стать добрее; мне не встречаются ошибки, которых я уже не совершал.

Народ больше всего ценит силу.

Народ не стареет и не умнеет; народ остается всегда ребенком.

Наши страсти подобны фениксу. Когда сгорает одна страсть, из пепла рождается другая.

Не нужно ценить себя выше своих способностей, и не нужно себя унижать.

Не смотри на мир с досадой, / Всех исправить не надейся, / Сам смотри с пути не сбейся, / А стоишь, так уж не падай.

Неблагодарность – своего рода слабость. Я никогда не видел, чтобы деятельные люди когда-либо были неблагодарны.

Невелико искусство старым стать, искусство – старость побороть.

Невозможно всегда быть героем, но всегда можно оставаться человеком.

Недостаточно только получить знания; надо найти им приложение.

Некоторые поэты похожи на медведей, которые всегда сосут собственную лапу.

Ненависть – активное чувство недовольства; зависть – пассивное. Нечего удивляться тому, что зависть быстро переходит в ненависть.

Необходимость – лучший советчик.

Несмотря на все недостатки, люди больше всего достойны любви.

Несчастный человек, который не делает того, что он может, и берется за то, чего он не понимает.

Нет ничего опаснее для новой истины, как старое заблуждение.

Нет ничего опаснее дурака, который пытается изобразить умного.

Нет ничего отвратительнее большинства.

Нет ничего страшнее деятельного невежества.

Нет такой глупости, которой нельзя было бы исправить при помощи ума или случая, и нет такой мудрости, которой нельзя было бы испортить при помощи глупости или случая.

Никогда не следует поверять женщине восторг, внушенный другой женщиной: они слишком хорошо знают друг друга, чтобы считать хоть одну достойной такого исключительного поклонения.

Никто не знает, каковы его силы, пока их не использует.

Нравственность – это вечная попытка примирения наших личных потребностей.

Ограниченный честный человек часто видит насквозь все плутни тончайших дельцов.

Опыт – вот учитель жизни вечной.

Опыт – надежный светильник в пути.

Остановись, мгновенье! Ты прекрасно.

Первое и последнее требование, предъявляемое к гению, – это любовь к истине.

Перевод что женщина: если она красива, она неверна, если верна – некрасива.

Переводчик напоминает сводню, которая, расхваливая достоинства прикрытой вуалью красавицы, вызывает непреоборимое желание познакомиться с оригиналом.

По выбранной мужчиной невесте легко судить, каков он и знает ли он себе цену.

Поведение – это зеркало, в котором каждый демонстрирует свой облик.

Подвиг – это всё, кроме славы.

Подозрительность – добродетель труса.

Потеря времени тяжелее всего для того, кто больше знает.

Праздная жизнь – это преждевременная старость.

Предрассудки коренятся в самом характере и составляют неотъемлемую принадлежность людей. Ни очевидность, ни здравый смысл, ни разум не оказывают на них ни малейшего влияния.

Прежде всего поучай себя сам; тогда ты научишься чему-либо и от других.

Прекрасное – манифестация сокровенных законов природы; без его возникновения они навсегда остались бы сокрытыми.

Природа – единственная книга, все страницы которой полны глубокого содержания.

Природа не знает остановки в своем движении и казнит всякую бездеятельность.

Природа не имеет органов речи, но создает языки и сердца, при посредстве которых говорит и чувствует.

Природа не признает шуток; она всегда правдива, всегда серьезна, всегда строга; она всегда права; ошибки же и заблуждения исходят от людей.

Природа – творец всех творцов.

Публика любит, чтобы с нею обходились, как с женщинами, которым говоришь лишь то, что им приятно слышать.

Разум и совесть не могут быть лишены своих прав. Им можно налгать, но их нельзя обмануть.

С тем, кто отрицает идеал, может легко случиться, что он пошлое примет за прекрасное.

Самая лучшая мать та, которая может заменить детям отца, когда его не станет.

Самое большое рабство – не обладая свободой, считать себя свободным.

Самое смешное желание – это желание нравиться всем.

Серьезная, глубокая, настоящая воля характеризуется прежде всего сочетанием с представлением уверенности в достижении цели.

Скажи мне, с кем ты знаком, и я скажу тебе, кто ты. Если я знаю, чем ты занимаешься, я скажу тебе, что из тебя выйдет.

Скорее мы сознаемся в наших нравственных заблуждениях, ошибках и прегрешениях, чем в научных.

Слезы лишают привлекательности слабых, но придают бесконечно много прекрасного людям сильным и твердым.

Смелые мысли играют роль передовых шашек в игре; они гибнут, но обеспечивают победу.

Современные поэты примешивают слишком много воды в свои чернила.

Сознание своего несовершенства приближает к совершенству.

Способность предполагается заранее, но она должна стать умением.

Старайтесь только обойти людей; им угодить – невыполнимая задача.

Судья, который не способен карать, становится в конце концов сообщником преступника.

Суеверие – это поэзия жизни.

Таланты образуются в покое, характеры – среди житейских бурь.

Те, у которых мы учимся, правильно называются нашими учителями, но не всякий, кто учит нас, заслуживает это имя.

Теория, мой друг, суха, / Но зеленеет жизни древо.

Теория сама по себе никуда не годится, она нужна постольку, поскольку заставляет нас верить в связь явлений.

Техника в соединении с пошлостью – это самый страшный враг искусства.

Только тот по-настоящему счастлив и велик, кому не нужно ни подчиняться, ни приказывать для того, чтобы представлять собой что-то.

Тот, кому дорого дело, должен уметь вступаться за него, иначе он недостоин проявлять себя ни в чем.

Тот, кто находится в заблуждении, заменяет пылкостью то, чего недостает ему в силе и правде.

Тот, кто поставит себе за правило проверять дело мыслью, а мысль делом, тот не может ошибаться, а если он и ошибется, то скоро снова нападет на правильный путь.

Тот, кто просит совета, – глуп, кто его дает, – самонадеян. Советовать можно лишь в деле, в котором сам собираешься участвовать.

Тот, кто с сознанием объявляет себя ограниченным, ближе всего к совершенству.

Тот счастлив, кто может привести в связь начало своей жизни с ее концом.

Тот счастливейший из всех, будь он король или крестьянин, кто обрел мир в собственном доме.

Труднее всего то, что кажется самым легким: видеть глазами то, что перед глазами.

Трус намного чаще втягивается в ссоры, чем мужественный человек.

Трус не способен проявлять любовь, это прерогатива храброго.

Трус посылает угрозы только тогда, когда он уверен в безопасности.

У кого есть наука, тот не нуждается в религии. Умные люди – лучшая энциклопедия.

У слабых людей часто бывают революционные убеждения; они думают, что им было бы хорошо, если бы ими не управляли, и не сознают, что они не в силах управлять ни другими, ни собой.

У того, кто решит изучить все законы, не останется времени их нарушать.

Убеждение – это не начало, а венец всякого познания.

Умные люди – лучшая энциклопедия.

Факты имеют безграничную власть над умами большинства людей, и то, что казалось невозможным, помещается наряду с обычным, как только оно произошло.

Характер состоит в том, чтобы как в большом, так и в малом последовательно проводить то, на что чувствуешь себя способным.

Хотеть недостаточно, надо действовать.

Хотя мир в целом продвигается вперед, молодежи приходится всякий раз начинать сначала.

Чего вы не понимаете, то не принадлежит вам.

Человек верою и присутствием духа побеждает даже в самых трудных предприятиях, но стоит ему поддаться самому ничтожному сомнению, и он погибает.

Человек может кое-чего достигнуть, целесообразно применяя отдельные способности, может многого достигнуть, соединяя несколько способностей, может создать исключительное и неожиданное, соединяя все свойства.

Человек не может жить в уединении, ему нужно общество.

Человек не может существовать без авторитета, а между тем авторитет приносит с собою ошибок столько же, сколько истин. Авторитет увековечивает преходящие понятия, отвергает установившиеся воззрения.

Человек, обладающий врожденным талантом, испытывает величайшее счастье тогда, когда использует этот талант.

Человек определяется не только прирожденными качествами, но и приобретенными.

Человек познает сам себя только в той мере, в какой он познает мир.

Человечество могло бы достигнуть невероятных успехов, если бы оно было более трезвым.

Что труднее всего? – То, что кажется тебе самым легким: видеть глазами то, что у тебя перед глазами.

Чтобы жить – умей побеждать.

Чтобы понять, что небо везде синее, не надо совершать кругосветного путешествия.

Чувства не обманывают, обманывает составленное по ним суждение.

Юмор – один из элементов гения, но когда он преобладает, то теряет свое качество и становится суррогатом.

Юношеские пороки не следует сохранять до старости, потому что старость приносит свои.

Я не создан для этого мира, где стоит только выйти из дома, как попадаешь в сплошное дерьмо.

Я ненавижу плохую работу как смертный грех, но всего более – плохую работу в государственных делах, так как от нее страдают тысячи и миллионы людей.

Я уважаю людей, которые точно знают, чего хотят. Большая часть бед во всем мире происходит от того, что люди недостаточно точно понимают свои цели. Начиная возводить здание, они тратят на фундамент слишком мало усилий, чтобы могла выстоять башня.

Ясность – это правильное распределение света и теней.

Гоголь Николай Васильевич.

(20.03/01.04.1809–21.02.1852).

Выдающийся русский писатель, драматург украинского происхождения.

Родился в селе Большие Сорочинцы на границе Полтавского и Миргородского уездов в семье старинного казацкого украинского рода. С 1821 по 1828 г. учился в Гимназии высших наук в Нежине. Первые литературные опыты Гоголя-гимназиста складывались в стиле романтической риторики. Много писал в стихах для рукописного журнала, организованного совместно с товарищами. В 1828 г. переехал в Петербург, где пробовал поступить на сцену, стать чиновником, заняться литературой. В 1829 г. под псевдонимом В. Алов издал первую книгу – романтическую идиллию «Ганц Кюхельгартен», весьма неблагосклонно встреченную критикой. В 1830 г. в журнале «Отечественные записки» опубликовал «Вечер накануне Ивана Купалы», написал «Сорочинскую ярмарку», «Майскую ночь». И, наконец, в 1831–32 гг. вышли «Вечера на хуторе близ Диканьки. Повести, изданные пасичником Рудым Паньком», положившие начало литературной славе Гоголя. В 1833 г. вышли сборники «Арабески» со статьями научно-популярного характера по истории и искусству, «Миргород. Повести, служащие продолжением Вечеров на хуторе близ Диканьки», повести «Портрет», «Невский проспект», «Записки сумасшедшего». В 1836 г. вышла комедия «Ревизор». С 1836 г. Гоголь много путешествовал. Жил в Германии, Швейцарии, Франции, Италии. В Риме закончил повесть «Шинель», первый том «Мертвых душ». Именно за границей мировоззрение Гоголя претерпело сильное изменение: высокое представление о своем таланте и лежащей на нем обязанности привело его к убеждению, что он творит нечто провиденциальное: для того чтобы обличать людские пороки и широко смотреть на жизнь, надо стремиться к самосовершенствованию, которое дается только богомыслием. Несколько раз Гоголю пришлось перенести тяжелые болезни, которые усилили его религиозное настроение. Результатом явились изданные в 1847 г. «Выбранные места из переписки с друзьями», вызвавшие негодование среди его друзей и читательской публики, а также сожженные рукописи некоторых других произведений. Гоголь умер 21 февраля 1852 г. Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Архитектура – тоже летопись жизни: она говорит тогда, когда уже молчат и песни, и предания.

В литературном мире нет смерти, и мертвецы так же вмешиваются в дела наши и действуют вместе с нами, как живые.

Боясь смеха, человек удержится от того, от чего бы не удержала его никакая сила.

Бывает время, когда иначе нельзя устремить общество или даже все поколение к прекрасному, пока не покажешь всю глубину его настоящей мерзости.

В глубине холодного смеха могут отыскаться горячие искры вечной могучей любви.

В природе человека, и особенно русского, есть чудное свойство: как только заметит он, что другой сколько-нибудь к нему наклоняется или показывает снисхождение, он сам уже готов чуть не просить прощенья.

Вместо того чтобы строго судить свое прошедшее, гораздо лучше быть неумолимым к своим занятиям настоящим.

Всякому теперь кажется, что он мог бы наделать много добра на месте и в должности другого, и только не может сделать его в своей должности. Это причина всех зол.

Всякому человеку следует выполнить на земле призвание свое добросовестно и честно.

Выражается сильно русский народ! И если наградит кого словцом, то пойдет оно ему в род и потомство, утащит он его с собою и на службу, и в отставку, и в Петербург, и на край света.

Глупость составляет особенную прелесть хорошенькой женщины. По крайней мере, я знал много мужей, которые в восторге от глупости своих жен и видят в ней все признаки младенческой невинности.

Гнев везде неуместен, а больше всего в деле правом, потому что затемняет и мутит его.

Гнев или неудовольствие на кого бы то ни было всегда несправедливы, в одном только случае может быть справедливо наше неудовольствие – когда оно обращается не против кого-либо другого, а против себя самого, против собственной мерзости и против собственного неисполнения своего долга.

Деньги, как тень или красавица, бегут за нами только тогда, когда мы бежим от них. Кто слишком занят трудом своим, того не может смутить мысль о деньгах, хотя бы даже и на завтрашний день их у него недоставало.

Долг писателя – не одно только доставление приятного занятия уму и вкусу; строго взыщется с него, если от сочинений его не распространится какая-нибудь польза душе и не останется от него ничего в поучение людям.

Едва ли есть высшее из наслаждений, как наслаждение творить.

Если даже тебе случится рассердиться на кого бы то ни было, рассердись в то же время и на себя самого хотя бы за то, что сумел рассердиться на другого.

Если сила смеха так велика, что ее боятся, стало быть, ее не следует тратить по-пустому.

Если уж один бессмысленный каприз бывал причиной переворотов всемирных и заставлял делать глупости умнейших людей, что же было бы тогда, если бы этот каприз был осмыслен и направлен к добру?

Есть у русского человека враг, непримиримый, опасный враг, не будь которого, он был бы исполином. Враг этот – лень.

Есть чудная вещь на свете: это бутылка доброго вина. Когда твоя душа потребует другой души, чтобы рассказать всю свою полугрустную историю, заберись в свою комнату и откупорь ее, и когда выпьешь стакан, то почувствуешь, как оживятся все твои чувства.

Жениться – это вам не в баню сходить.

Женщине легче поцеловаться с чертом, чем назвать кого красавицей.

Женщины – это такой предмет!.. Одни глаза их такое бесконечное государство, в которое заехал человек – и поминай как звали!

Жить в мире и ничем не обозначить своего существования – это кажется мне ужасным.

Искусство есть примирение с жизнью.

Искусство стремится непременно к добру, положительно или отрицательно: выставляет ли нам красоту всего лучшего, что ни есть в человеке, или же смеется над безобразием худшего в человеке.

Истинная национальность состоит не в описании сарафана, но в самом духе народа.

Как ни глупы слова дурака, а иногда бывают они достаточны, чтобы смутить умного человека.

Когда человек влюбится, то он все равно что подошва, которую, коли размочишь в воде, возьми согни – она и согнется.

Кто хочет честно пройти свою жизнь, должен в молодости иметь в виду, что когда-нибудь он будет стариком, а в старости помнить, что и он когда-то был молодым.

Молодость счастлива тем, что у нее есть будущее.

Мы зреем и совершенствуемся, но когда? Когда глубже и совершеннее постигаем женщину.

Непостижимое явление: то, что вседневно окружает нас, что неразлучно с нами, что обыкновенно, то может замечать один только глубокий, великий, необыкновенный талант.

Несчастье умягчает человека; природа его становится тогда более чуткой и доступной к пониманию предметов, превосходящих понятие человека, находящегося в обыкновенном и вседневном положении; он как бы весь обращается тогда в разогретый воск, из которого можно лепить все, что ни захотите.

Нет уз святее товарищества! Отец любит свое дитя, мать любит свое дитя, дитя любит отца и мать. Но это не то, братцы: любит и зверь свое дитя. Но породниться родством по душе, а не по крови, может один только человек.

Никакой искусный и гениальный врач не возьмется лечить болезнь до тех пор, пока не узнает весь ход ее и все излучины сопровождавших ее обстоятельств.

Один там только и есть порядочный человек: прокурор, да и тот, если сказать правду, свинья.

Односторонний человек самоуверен; односторонний человек дерзок; односторонний человек всех вооружит против себя. Односторонний человек ни в чем не может найти середины.

Позаботься прежде о себе, а потом о других: стань прежде сам чище душою, а потом уже старайся, чтобы другие были чище.

Поэзия есть чистая исповедь души, а не порождение искусства или хотенья человеческого; поэзия есть правда души, а потому и всем равно может быть доступна.

Пример сильней правил.

Разум есть несравненно высшая способность, но она приобретается не иначе, как победой над страстями.

Родник поэзии есть красота.

Русский человек способен на все крайности: увидя, что с полученными небольшими деньгами он не может вести жизнь, как прежде, он с горя может прокутить вдруг то, что ему дано на долговременное содержание.

Русского человека до тех пор не заставишь говорить, покуда не рассердишь его и не выведешь совершенно из терпения.

Слава не может насытить и дать наслаждение тому, кто украл ее, а не заслужил; она производит постоянный трепет только в достойном ее.

Слог у писателя образуется тогда, когда он знает хорошо того, кому пишет.

Смех – великое дело: он не отнимает ни жизни, ни имения, но перед ним виновный – как связанный заяц.

Смотрите на то, любите ли вы других, а не на то, любят ли вас другие.

Стоит только попристальнее вглядеться в настоящее, будущее вдруг выступит само собою.

Страданиями и горем определено нам добывать крупицы мудрости, не приобретаемой в книгах.

Театр – это такая кафедра, с которой можно много сказать миру.

Только тот труд, который заставляет целиком всего человека обратиться к себе и уйти в себя, есть наш избавитель.

У писателя только и есть один учитель: сами читатели.

Часто сквозь видимый миру смех льются невидимые миру слезы.

Человек, который отвечает на вопрос ограждающими словами: «Не смею сказать утвердительно, не могу судить по первому впечатлению», делает хорошо: так предписывает правдивая скромность; но человек, который высказывает в первую минуту свое первое впечатление, не опасаясь ни компрометировать себя, ни оскорбить нежной разборчивости и чувствительных струн друга, – тот человек великодушен.

Человек многоречив всегда, когда в его грусти заключается тайная сладость.

Человек мудр, умен и толков бывает во всем, что касается других, а не себя.

Человек никогда не бывает ни совершенно прав, ни совершенно виноват.

Человек такая скотина, что он тогда только примется за дело, когда узнает, что завтра умирать.

Человек уже так создан, чтобы требовать вечной помощи других. У всякого есть что-то, чего нет у другого; у всякого чувствительнее не та нерва, чем у другого, и только дружный размен и взаимная помощь могут дать возможность всем увидеть с равной ясностью и со всех сторон предмет.

Чем истины выше, тем нужно быть осторожнее с ними: иначе они вдруг обратятся в общие места, а общим местам уже не верят.

Гольбах Поль Анри Тири.

(08.12.1723–21.06.1789).

Французский философ, писатель, энциклопедист, просветитель немецкого происхождения.

Родился в Германии в семье винодела. Унаследовав от дяди баронский титул и крупное состояние, переехал в Париж и посвятил свою жизнь философии и науке. Его дом стал одним из виднейших во Франции салонов, который регулярно посещали просветители, философы, ученые, энциклопедисты. Среди гостей были Д. Дидро, К. Гельвеций, Ж.Ж. Руссо, А. Смит, Д. Юм, Э. Гиббон и др. Гольбах известен как автор многих статей по вопросам политики, естествознания, а также многочисленных атеистических произведений, в которых он в простой и логичной форме, часто с юмором, критиковал как религию вообще, так и служителей культов («Разоблаченное христианство», 1761, «Карманное богословие», 1766, «Священная зараза», 1768, «Здравый смысл», 1772, и др.). Наиболее известное сочинение Гольбаха – «Система природы, или о законах мира физического и мира духовного» (1770), где он наиболее всесторонне обосновал материализм и атеизм своей эпохи. Современники окрестили книгу «Библия материализма».

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Авторитет церкви заключается в способности служителей Бога с помощью тюрем, солдат и костров убеждать в правильности своих постановлений, в подлинности своих прав, в мудрости своих мнений.

Бог, оказавшийся настолько вероломным и коварным, чтобы создать первого человека и затем подвергнуть его искушению и греху, не может считаться существом совершенным и должен быть назван чудовищем безрассудства, несправедливости, коварства и жестокости.

Возмездие в жизни загробной – не что иное, как призрак, выдуманный для помрачения человеческого разума, изобретенный для того, чтобы обмануть и сбить с толку людей, чтобы навсегда лишить их спокойствия и превратить в послушных рабов духовенства.

Все религии, какие мы только видим на земле, дают нам лишь клубок вымыслов и бредней, возмущающих ум.

Всякая религия по сущности своей нетерпима как в силу своих принципов, так и в силу своих интересов.

Всякий, кто серьезно задумается над религией и ее сверхъестественной моралью, кто трезво взвесит все ее преимущества и недостатки, сможет убедиться, что религия и ее мораль вредны человечеству и, во всяком случае, противоречат природе человека.

Гений – это зрение, схватывающее одним взглядом все пункты обширного горизонта.

Глаза – совершенно бесполезные хорошему христианину органы, так как он должен закрыть глаза, чтобы не сбиться с пути спасения… Уши – необходимые для христианина органы, так как через них входит вера.

Глубочайшее невежество, безграничное легковерие, полнейшее недомыслие и пылкое воображение – вот что создает набожных людей, фанатиков и святых.

Говорить, что религия недоступна разуму, – значит допускать, что она не создана для разумных существ; значит согласиться с тем, что сами доктора богословия ничего не смыслят в тайнах, которые они каждодневно проповедуют.

Делать счастливыми других – вот самый верный способ стать счастливым в это мире; быть добродетельным – значит заботиться о счастье себе подобных.

Добродетель несовместима с невежеством, суеверием, рабством; рабов можно удержать лишь страхом наказания.

Догмы всякой религии оказываются нелепостью с точки зрения другой религии, проповедующей иные, столь же бессмысленные доктрины.

Духовенство было бы весьма недовольно, если бы его духовный мир оплачивался духовно.

Дьявол… не менее необходим духовенству, чем бог; уж слишком много выгод извлекают священники из борьбы между богом и дьяволом, чтобы согласиться на примирение этих двух врагов, на единоборстве которых зиждятся их существование и их доходы.

Истина являет себя лишь здоровому духу в здоровом теле.

Истиная религия всегда та, на чьей стороне государь и палач.

Мораль есть единственный культ, единственная естественная религия человека на земле, единственное, что должно занимать его в этом мире. Только выполняя требования этой морали, мы можем считать себя выполняющими божественную волю. Если действительно Бог сделал человека тем, что он есть, то, стало быть, Бог наделил его и чувством самосохранения, и стремлением к счастью. Если это Бог сотворил нас разумными, значит, он пожелал, чтобы мы считались с его разумом, разбираясь, где добро и зло, полезное и вредное. Если он сделал нас существами общественными, значит, он хотел, чтобы мы жили в обществе и стремились к его сохранению и благополучию.

Монахини – святые девы, предназначенные для гаремов, которые Иисус Христос держит здесь, на земле.

Невежество – первая предпосылка веры, и поэтому церковь так высоко ее ценит.

Незнание естественных причин заставило человека создать богов; обман превратил их во что-то грозное.

Незнание природы является корнем тех неизвестных сил, перед которыми так долго трепетал человеческий род, и тех суеверных вероучений, которые были источниками всех его бедствий.

Никогда нельзя жить счастливо, когда все время дрожишь от страха.

Нравственность есть наука об отношениях, существующих между людьми, и об обязанностях, вытекающих из этих отношений.

Ожидание будущего блаженства и страх будущих мучений лишь помешают людям думать о том, чтобы стать счастливыми здесь, на земле.

Основой дружеской привязанности являются те выгоды, которые друзья рассчитывают получить друг от друга. Лишите их этих выгод – и дружба перестанет существовать.

От суеверия следовало бы лечить, как от запоя: суеверие – хроническое заболевание, поддающееся излечению. Правда, никогда нельзя быть уверенным, что эта болезнь не даст рецидива.

Отрекитесь навсегда от суеверия, могущего принести лишь несчастье; пусть вашей единственной религией будет естественная мораль; пусть вашей неизменной целью будет счастье, а вашим руководителем – разум, и да поможет вам добродетель достичь этой высокой цели; пусть эта добродетель будет вашим единственным богом. Любить добродетель и жить в добродетели – вот единственный способ поклоняться Богу. Если действительно есть Бог, заботящийся о своих творениях, Бог справедливый, добрый и мудрый, он не прогневается на вас за обращение к разуму.

Поклоняться богу – значит поклоняться вымыслу, созданному человеческим воображением, или попросту поклоняться тому, чего нет.

Правосудие есть основание всех общественных добродетелей.

Приверженность любой системе воззрений – не что иное, как результат привычки; уму так же трудно отказаться от привычного образа мышления и усвоить новые представления, как телу – действовать и жить, не пользуясь свойственными ему способностями и органами.

Привычка постоянно видеть зло притупляет омерзение, которое обычно при этом испытывается.

Пытаться излечить людей от пороков, не искоренив в них предрассудков, бесполезно.

Религия есть не что иное, как искусство заманивать ограниченный ум человека предметом, которого он не в состоянии понять.

Религия по существу своему враг человеческих радостей и человеческого благоденствия. Что такое святой с точки зрения всех религий? Это человек, который молится, постится, занимается самоистязанием, бежит от мира, которому, как сове, хорошо только в полном одиночестве.

Религия представляет собой узду для людей, неуравновешенных по характеру или пришибленных обстоятельствами жизни. Страх перед богом удерживает от греха только тех, кто не способен сильно желать или уже не в состоянии грешить.

Религия утешает лишь тех, кто не способен охватить ее в целом; туманные обещания наград могут соблазнить только тех людей, которые не в состоянии задуматься над отвратительным, лживым и жестоким характером, приписываемым религией Богу.

Религия – это искусство одурманивать людей с целью отвлечь их от мысли того зла, которое причиняют им в этом мире власть имущие.

Священники скоро заметили, что, работая на богов, они работали на себя, что они могут невозбранно приложить руки к дарам, обетам и жертвам, приносимым существам, которые никогда не предъявляли требований на все эти вещи.

Случай – это лишенное смысла слово.

Совесть – это наш внутренний судья, безошибочно свидетельствующий о том, насколько наши поступки заслуживают уважения или порицания наших близких.

Стоит только непредубежденными глазами взглянуть на вещи, чтобы убедиться, что священники – чрезвычайно опасные люди. Они ставят себе целью господствовать над умами, чтобы иметь возможность грабить кошельки.

Страх всегда был и будет самым верным средством обмана и порабощения людей.

Суеверие – явление преходящее; никакая сила не может быть долговечной, если она не основывается на истине, разуме и справедливости.

Счастье человека всегда заключается в соответствии его желаний окружающей обстановке.

Уживчивость, терпимость, человечность – эти основные добродетели всякой моральной модели совершенно несовместимы с религиозными предрассудками.

Человек всегда будет искать наслаждений, потому что ему свойственно любить всё, что скрашивает и делает приятным существование; никогда не удастся заставить человека любить неудобства и несчастья. Христианская мораль, словно нарочно придуманная для того, чтобы сковать человеческую природу и поработить ее выдуманным призракам, не имела поэтому никакого влияния на большинство людей. Она послужила лишь тому, чтобы измучить, истерзать некоторые слабые и легковерные души, и не смогла удержать ни одного человека, увлеченного сильной страстью или укоренившейся привычкой.

Человек есть продукт природы.

Человек суеверен только потому, что пуглив; он пуглив только потому, что невежествен.

Человек – это восприимчивое, чувствующее, разумное и рассудительное существо, стремящееся к самосохранению и счастью.

Чтобы счастье наше было полным, мы нуждаемся в привязанности и помощи окружающих нас людей; последние же согласятся любить и уважать нас, помогать нам в наших планах, работать для нашего счастья лишь в той мере, в какой мы готовы работать для их благополучия; эту необходимую связь называют нравственным долгом, нравственной обязанностью.

Гораций.

(65 до н.э. – 8 до н.э.).

Римский поэт.

Родился в Венузии (Италия) в семье вольноотпущенника, мелкого землевладельца. Получил солидное образование в школах Рима, Афинах. Там попал в среду республикански настроенной аристократической молодежи. Будучи сторонником республиканца Брута, в 42 г. до н.э. принял участие в битве при Филиппах в Македонии. После поражения республиканцев вернулся в Италию, где его имение было конфисковано в пользу ветеранов. Не имея средств к существованию, должен был стать писцом, с этого времени начинается его литературная деятельность. Первые две книги «Сатиры» (35 г. до н.э., 30 г. до н.э.), написанные в форме разговора автора с собеседником, представляют собой беседы моралистического характера. Затем следуют «Эподы» – стихотворения, близкие по духу к сатирам, «Послания» – письма разным лицам. Став придворным поэтом Августина, написал по его заказу «Песнь столетия» (18 г. до н.э.) – прославление Апполона и Дианы, молитва о могуществе Рима. Умер в Риме. Философия Горация относится к стоико-эпикурейской школе, проповедующей презрение к роскоши, довольство малым, умеренность во всем, «золотую середину». В творчестве такая философия выражалась в романтическом возвеличении доблести и строгости нравов прежних римлян. Гораций снискал славу еще при жизни: его изучали в римских школах, ему подражали, составляли комментарии к его произведениям. Его переводили и в Средние века, и во времена Гуманизма, но настоящий культ Горация начался с XVII в. Н. Буало, И. Гёте, Д. Байрон, Кантемир, А.С. Пушкин восторгались им, изучали его творчество и подражали ему.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Бойся дешевых похвал, прикрытых лисьей шкурой.

Будем держаться всегда сообразно с возрастом каждым.

В вечном страхе живущего не назову я свободным.

В грязный сосуд что ни влей, непременно прокиснет.

В трудных обстоятельствах сохраняй рассудок.

Выказывай благородство, соответствующее заслугам.

Выпрягай состарившегося коня.

Глупые, избегая пороков, впадают в противоположные.

Гнев – кратковременное безумие, поэтому управляй своей страстью, или она будет управлять тобой.

Деньги либо господствуют над своим обладателем, либо служат ему.

Держись золотой середины.

Дерзай быть мудрым!

Добродетели женщин происходят часто от скупости их любовников.

Добродетель родителей – большое приданое.

Если захочешь, чтобы друг твой горбов у тебя не заметил, сам не смотри на его бородавки.

Если не бегаешь, пока здоров, придется побегать, когда заболеешь.

Если сосед твой горит, беда и тебе угрожает.

Если ты правильно жить не умеешь, дай место разумным.

Если у тебя все в порядке с желудком, грудью, ногами, никакие царские сокровища не смогут ничего прибавить.

Желание избежать ошибки вовлекает в другую.

Живи, помня, как коротка жизнь.

Жизнь ничего не дарует без тяжких трудов и волнений.

Запальчивый гнев есть краткое сумасшествие.

Каждый должен иметь соответственный возрасту облик.

Какой бы совет вы ни давали – будьте лаконичны.

Картина – это поэма без слов.

Кто медлит упорядочить свою жизнь, подобен тому простаку, который дожидается у реки, когда она пронесет свои воды.

Ложные похвалы радуют, а вымышленные поношения пугают лишь того, кто сам лжив и негоден.

Надо сегодня сказать лишь то, что уместно сегодня. Прочее все отложить и сказать в подходящее время.

Насмешка часто разрешает важные задачи лучше и сильнее, чем строго обличительная речь.

Не наказывай грозным бичом того, кто заслуживает лишь плетки.

Не носи в лес дрова, безумец.

Не спрашивай о том, что будет завтра.

Не уклоняйся от дела, но и не суетись через меру.

Не хмурь бровей!

Недостатки подруги ускользают от внимания влюбленного.

Неистовствовать свойственно женщинам.

Несчастье имеет свойство вызывать таланты, которые в счастливейших обстоятельствах оставались бы спящими.

Нет никого без пороков. Тот из нас наилучший, кто их имеет поменьше.

Нет никого, счастливого во всех отношениях.

Никто не может знать всего.

Ничто не может быть красиво со всех точек зрения.

Обычай – тиран.

Осторожность никогда не бывает излишней.

Отказываться от того, что тебе предлагает жизнь, если ты можешь принять это без ущерба для собственной чести, просто безрассудно. Да, в юности нужно познать любовь, чтобы не испытывать трагических мук и злости на самого себя в возрасте, когда любовь нам уже больше не дается. Да, нужно заслужить в старости почет, чтобы не влачить под конец жизни горестные и жалкие дни. Сам по себе успех не свидетельствует о таланте, но человека талантливого он избавляет от соблазна гнаться за успехом на склоне лет… Не следует пренебрегать ничем из того, что можно обрести в жизни, не совершая ничего недостойного.

Отличай прямое от кривого.

Первое условие мудрости – освобождение от безрассудства.

Подчиняй свой дух. Управляй своим настроением.

Пользуйся нынешним днем, менее всего доверяя грядущему. Лови мгновение!

Правда и честная жизнь – вот цель моих помышлений.

Прислушайся к тому, что советует друг.

Сила, лишенная разума, гибнет сама собой.

Скупой всегда нуждается.

Смерть – последняя черта человеческих дел.

Ставь себе лишь достижимые цели.

Старайся и в горькие минуты сохранять присутствие духа.

Стремясь избежать одних пороков, глупцы впадают в другие.

Узнай характер друга, чтобы ты не возненавидел его.

Чаще взвешивай, что и кому говоришь обо всяком.

Человек всегда недоволен своей участью, считая счастливыми других.

Человек либо сходит с ума, либо пишет стихи.

Человек хорошо подготовленный сохраняет надежду в несчастье и боится перемены судьбы в счастливое время.

Я воздвиг памятник долговечнее бронзы.

Горький Максим.

(16/28.03.1868–18.06.1936).

Русский писатель, драматург.

Родился в Нижнем Новгороде в семье столяра. Рано осиротев, с 11 лет был вынужден начать самостоятельно зарабатывать на жизнь. Работал «мальчиком» при магазине, буфетным посудником на пароходе, пекарем. В 1884 г. попытался поступить в Казанский университет. Познакомился с марксистской литературой и пропагандистской работой. В 1888 г. арестован за связь с кружком Н.Е. Федосеева и с этих пор находился под постоянным надзором полиции. В 1892 г. опубликовал свой первый рассказ «Макар Чудра». В 1895 г. вышли «Челкаш», «Старуха Изергиль», а в 1899 г. – роман «Фома Гордеев», поэма в прозе «Песня о Соколе». В 1902 г. обратился к драматургии: создал пьесы «Мещане», «На дне». В 1905 г. познакомился с В.И. Лениным и вступил в Российскую социал-демократическую рабочую партию. Через год уехал за границу, где писал сатирические памфлеты о буржуазной культуре Франции и США («Мои интервью», «В Америке»), а также создал пьесу «Враги», роман «Мать». После 1917 г., разочарованный в социалистической революции, выступил против «красного насилия» в своих публицистических статьях, опубликованных в книге «Несвоевременные мысли», тут же запрещенной и не переиздававшейся до 90-х годов XX в. В 1932 г. по приглашению И.В. Сталина навсегда вернулся в Советский Союз, где организовал 1-й съезд советских писателей, создал множество газет и журналов, написал пьесы «Егор Булычёв и другие», «Достигаев и другие», роман «Жизнь Клима Самгина». Умер в Москве. После смерти был кремирован, а урна с прахом помещена в стене Московского Кремля.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Атеистическое наше время, усмехаясь над библейской легендой, считает, что Бог – это псевдоним человеческой глупости.

Бедные люди – красивые, а богатые – сильные.

Без любви жить человеку невозможно: затем ему и душа дана, чтобы он мог любить.

Без совести и при большом уме не проживешь.

Безумство храбрых – вот мудрость жизни.

Борьба за чистоту, за смысловую точность, за остроту языка есть борьба за орудие культуры. Чем острее это орудие, чем более точно направлено – тем оно победоносней.

Будучи подлецом, не воображай, что это оригинально.

Будущее принадлежит людям честного труда.

Бурьян растет на жирной почве, разврат – на почве пресыщения.

В каждом человеке скрыта мудрая сила строителя… нужно ей дать волю развиться и расцвести, чтоб она обогатила землю еще большими чудесами.

В любимом – вся душа.

Велик и прекрасен человек в стремлении к лучшему.

Вера – это всегда хорошо для удобств души, спокойствия ее, она несколько ослепляет человека, позволяя ему не замечать мучительных противоречий жизни.

Воображение – один из наиболее существенных приемов литературной техники, создающей образ.

Все женщины – актрисы, вот в чем дело! Русские женщины по преимуществу драматические актрисы… все героинь хотят играть.

Все мужчины интересничают при женщинах. Один изображает пессимиста, другой – Мефистофеля… А сами – просто лентяи.

Все хотят порядка, да разума нехватка.

Всегда – учиться, все – знать! Чем больше узнаешь, тем сильнее станешь.

Всю мою жизнь я видел настоящими героями только людей, которые любят и умеют работать.

Всякая работа трудна до времени, пока ее не полюбишь, а потом она возбуждает и становится легче.

Всякое правительство – как бы оно себя ни именовало – стремится не только «управлять» волею народных масс, но и воспитывать эту волю сообразно своим принципам и целям. Наиболее демагогические и ловкие правительства обычно приукрашивают свое стремление управлять народной волей и воспитывать ее словами: мы выражаем волю народа.

Высота культуры всегда стоит в прямой зависимости от любви к труду!

Высота культуры определяется отношением к женщине.

Герой – это тот, кто творит жизнь вопреки смерти, кто побеждает смерть.

Гнев – не любовь, он недолговечен.

Действительность всегда есть воплощение идеала, и отрицая, изменяя ее, мы делаем это потому, что идеал, воплощенный нами же в ней, уже не удовлетворяет нас – мы создали в воображении иной, лучший.

Дело – зверь живой и сильный, и править им нужно умеючи, взнуздывать надо крепко, а то оно тебя одолеет.

Дети – живые цветы земли.

Дети – это завтрашние судьбы наши, это критики наших воззрений, деяний, это люди, которые идут в мир на великую работу строительства новых форм жизни.

До той поры, пока мы не научимся любоваться человеком как самым красивым и чудесным явлением на нашей планете, до той поры мы не освободимся от мерзости и лжи нашей жизни.

Довольством собой не будет удовлетворен человек: он все-таки выше этого.

Доказывать человеку необходимость знания – это все равно что убеждать его в полезности зрения.

Дураки ставят вопросы чаще, чем пытливые люди.

Единственным орудием самозащиты мещанства является цинизм.

Ежели людей по работе ценить, тогда лошадь лучше всякого человека.

Если бы жизнь была интересна, никто не играл бы в карты.

Если все время человеку говорить, что он свинья, то он действительно в конце концов захрюкает.

Есть любовь, которая мешает человеку жить.

Есть только две формы жизни: гниение и горение. Трусливые и жадные изберут первую, мужественные и щедрые – вторую.

Жалость – это имитация любви.

Жена к тебе вроде цепью на всю жизнь прикована… И оба вы с ней на манер каторжников. И старайся идти с ней стройно в ногу… а не сумеешь – цепь почуешь.

Женщина и человек так тесно спаяны, так неразрывно слиты в одно красивое круглое целое.

Женщина иногда может в своего мужа влюбиться.

Женщины всегда будут любить того, кто умеет сильно ласкать, хотя бы и был он сед, хотя бы и в морщинах было лицо его – в силе красота, а не в нежной коже и румянце щек.

Жизнь без любви – не жизнь, а существование. Без любви жить невозможно, для того и дана душа человеку, чтобы любить.

Жизнь всегда будет достаточно плоха для того, чтоб желание лучшего не угасало в человеке.

Жизнь идет: кто не поспевает за ней, тот остается одиноким.

Жизнь устроена так дьявольски искусно, что, не умея ненавидеть, невозможно искренне любить.

Жизнь человека до смешного кратка. Как жить? Одни упорно уклоняются от жизни, другие всецело посвящают себя ей. Первые на склоне дней будут нищи духом и воспоминаниями, другие – богаты и тем и другим.

Жизнь человечества – творчество, стремление к победе над сопротивлением мертвой материи, желание овладеть всеми ее тайнами и заставить силы ее служить воле людей для счастья их.

Задача искусства – дать эстетическую и нравственную оценку всех существенных явлений жизни, в том числе и отрицательных, чтобы помочь человеку понять себя, поднять веру в себя и развить стремление к истине, бороться с пошлостью, уметь найти в людях хорошее, возбуждать в их лицах стыд, гнев, мужество, делать всё, чтобы люди стали благородными, сильными, могли одухотворить свою жизнь святым духом красоты.

Замуж бабе выйти – все равно как зимой в прорубь прыгнуть.

Злоба – это глупость.

Знание – это абсолютная ценность нашего времени.

И самое умное, чего достиг человек, – это уменье любить женщину, поклоняться ее красоте: от любви к женщине родилось все прекрасное на земле.

Идеология и мораль мещан направлены к тому, чтобы возможно туго и крепко связать волю и разум человека, направленные в сторону коллективизма.

Идиотизм – болезнь, которую нельзя излечить внушением. Для больного этой неизлечимой болезнью ясно: так как среди евреев оказались семь с половиной большевиков, значит, во всем виноват еврейский народ.

Именно в труде, и только в труде велик человек, и чем горячей его любовь к труду, тем более величественен сам он, тем продуктивнее, красивее его работа.

Истина необходима человеку так же, как слепому – трезвый поводырь.

Истинная красота и мудрость всегда в простоте.

Истинная любовь бьет сердце, как молния, и нема, как молния.

Истинная суть и смысл культуры – в органическом отвращении ко всему, что грязно, подло, лживо, грубо, что унижает человека и заставляет его страдать.

Каждый город – храм, возведенный трудами людей.

Клевета и ложь – узаконенный метод политики мещан. Среди великих людей мира сего едва ли найдется хоть один, которого не пытались бы измазать грязью.

Книга – она вещь мертвая, ее как хочешь бери, рви, ломай – она не закричит. А жизнь, чуть ты по ней неверно шагнул, неправильно место в ней себе занял, – тысячью голосов заорет на тебя, да еще и ударит, с ног собьет.

Книга – такое же явление жизни, как человек, она – тоже факт живой, говорящий, и она менее «вещь», чем все другие вещи, созданные и создаваемые человеком.

Когда много спрашивают – мало думают и плохо помнят.

Когда природа лишила человека его способности ходить на четвереньках, она дала ему, в виде посоха, – идеал! И с той поры он бессознательно, инстинктивно стремится к лучшему – все выше! Сделайте это стремление сознательным, учите людей понимать, что только в сознательном стремлении к лучшему – истинное счастье.

Когда труд – удовольствие, жизнь – хороша! Когда труд – обязанность, – рабство!

Когда человек говорит мало, он кажется умнее.

Когда человек любит подвиги, он всегда умеет их сделать и найдет, где это можно. В жизни всегда есть место подвигам. И те, которые не находят их для себя, – просто лентяи или трусы, или не понимают жизни, потому что, кабы люди понимали жизнь, каждый захотел бы оставить после себя свою тень в ней.

Когда человеку лежать на одном боку неудобно – он перевертывается на другой, а когда ему жить неудобно – он только жалуется. А ты сделай усилие: перевернись!

Красивое – редко, но когда оно истинно красиво, оно согревает душу, как солнце, вдруг осиявшее пасмурный день.

Краткие речи всегда более содержательны и способны вызвать сильное впечатление.

Кто работает, тот не скучает.

Литература – дело глубоко ответственное и не требует кокетства дарованиями.

Лицо – зеркало души.

Личный эгоизм – это родной отец подлости.

Ложь – религия рабов и хозяев. Правда – бог свободного человека.

Лучшее наслаждение, самая высокая радость в жизни – чувствовать себя нужным и близким людям.

Любите книгу, она облегчает вам жизнь, дружески поможет разобраться в пестрой и бурной путанице мыслей, чувств, событий, она научит вас уважать человека и самих себя, она окрыляет ум и сердце чувством любви к миру, к человечеству.

Любовь к женщине – трагическая обязанность мужчины.

Любовь к идеалу – чувство деятельное и страстно склонное к жертве.

Любовь – это желание жить.

Людей умных, но не умеющих чувствовать, не люблю. Они все – злые, и злые низко.

Люди, которых понимаешь сразу, люди без остатка – неинтересны. Человек должен вмещать в себя, по возможности, все, плюс – еще нечто.

Матери – вот что насыщает нас любовью к жизни!

Мещанство – это ползучее растение, оно способно бесконечно размножаться и хотело бы задушить своими побегами всё на своей дороге.

Мне люди до той поры нравятся, пока они хотят чего-нибудь, куда-нибудь идут, ищут чего-то, мучатся… но если они дошли до цели своей и остановились, тут они уже неинтересны.

Моралисты стараются вколотить принципы морали внутрь людей, а сами всегда носят их снаружи, как галстуки и перчатки.

Мужчине женщина всегда вредна: когда она хороша, она возбуждает у других желание обладать ею, а мужа своего предает мукам ревности; когда она дурна, муж ее, завидуя другим, страдает от зависти; а если она не хороша и не дурна, мужчина делает ее прекрасной и, поняв, что он ошибся, вновь страдает через нее, эту женщину.

Мы выбираем друзей небрежнее, чем ботинки.

Мы добродушны, как сами же говорим про себя. Но когда присмотришься к русскому добродушию, видишь его очень похожим на азиатское безразличие.

Мы должны жить так, чтобы каждый из нас, несмотря на различие индивидуальностей, чувствовал себя человеком, равноценным всем другим и всякому другому.

Мышление афоризмами характерно для народа.

Народ – не только сила, создающая все материальные ценности, он – единственный и неиссякаемый источник ценностей духовных.

Наука – это высший разум человечества, это солнце, которое человек создал из плоти и крови своей, создал и зажег перед собой для того, чтобы осветить тьму своей тяжелой жизни, чтобы найти выход к свободе, справедливости, красоте.

Наш воспитатель – наша действительность.

Наша речь преимущественно афористична, отличается своей сжатостью, крепостью.

Не будьте равнодушны, ибо равнодушие смертоносно для души человека.

Не давайте себя во власть дьявола уныния, раздражения, лени и прочих смертных грехов – их семь и еще семьдесят семь.

Не жалей себя – это самая гордая, самая красивая мудрость на земле.

Не знать – это равносильно не развиваться, не двигаться.

Не зная прошлого, невозможно понять подлинный смысл настоящего и цели будущего.

Не своротить камня с пути думою. Кто ничего не делает, с тем ничего не станется.

Не следует забывать, что враги часто бывают правы, осуждая наших друзей, а правда усиливает удар врага; сказать печальную и обидную правду о друзьях раньше, чем скажет ее враг, значит обессилить нападение врага.

Не умея держать в руке топор, дерева не отешешь, а не зная языка хорошо – красиво и всем понятно не напишешь.

Невежество – обломки старых истин.

Недавний раб… становится самым разнузданным деспотом, как только приобретает возможность быть владыкой ближнего своего.

Неправда, что жизнь мрачна, неправда, что в ней только язвы да стоны, горе и слезы!.. В ней есть все, что захочет найти человек, а в нем есть силы создать то, чего нет в ней.

Несчастье большинства людей в том, что они считают себя способными на большее, чем могут.

Несчастье – самый прочный цемент для соединения натур даже прямо противоположных друг другу.

Нет людей чисто беленьких или совершенно черненьких: люди все пестрые.

Нет силы более могучей, чем знание; человек, вооруженный знанием, непобедим.

Никакая сила не делает человека великим и мудрым, как это делает сила труда – коллективного, дружного, свободного труда.

Никогда не подходи к человеку, думая, что в нем больше дурного, чем хорошего.

Нужно жить всегда влюбленным во что-нибудь недоступное тебе. Человек становится выше ростом оттого, что тянется вверх.

О том, куда ветер дует, / Нам честно былинка скажет; / Но то, что женщина хочет, – / Сам Бог не знает даже!

Около хорошего человека потрешься – как медная копейка о серебро – и сам за двугривенный сойдешь.

От любви к женщине родилось все прекрасное на земле.

Память, этот бич несчастных, оживляет даже камни прошлого и даже в яд, выпитый некогда, подливает капли меда.

Пессимизм – философия неудачников.

Писатели… большие мастера по части совращения женщин.

Писатель, не обладающий знаниями фольклора, – плохой писатель. В народном творчестве сокрыты беспредельные богатства, и добросовестный писатель должен ими овладеть. Только тут можно изучить родной язык, а он у нас богат и славен.

Плохо, когда сила живет без ума, да нехорошо, когда и ум без силы.

Подлецы редко бывают веселыми людьми.

Подлецы – самые строгие судьи.

Полемика – премилое занятие для любителей схоластических упражнений в словесности и для тех людей, которые своим долгом почитают всегда и во всем доказывать свою правоту, точность мысли своей и прочие превосходные качества.

Политика неизбежна, как дурная погода, но, чтобы облагородить политику, необходима культурная работа, и давно пора внести в область злых политических эмоций эмоции доброты и добра.

Политика – почва, на которой быстро и обильно прорастает чертополох ядовитой вражды, злых подозрений, бесстыдной лжи, клеветы, болезненных честолюбий, неуважение к личности, – перечислите всё дурное, что есть в человеке, – всё это особенно ярко и богато прорастает именно на почве политической борьбы.

Полнее и интереснее жизнь тогда, когда человек борется с тем, что ему мешает жить.

Помнить – это всё равно, что понимать, а чем больше понимаешь, тем более видишь хорошего.

Последствия любви всегда одни и те же – новый человек! Я говорю не о ребенке, а о людях, которые любят, ведь это чувство обновляет душу, делает людей иными, лучше, красивее.

Правда выше жалости.

Правда груба и холодна, и в ней всегда скрыт тонкий яд скептицизма.

Превосходная должность – быть человеком на земле.

Предрассудки – обломки старых истин.

Приличие требует, чтобы люди лгали.

Работа выше медных и серебряных денег, работа всегда выше платы, которую дают за нее! Деньги исчезают, работа – остается.

Разум, не организованный идеей, – еще не та сила, которая входит в жизнь творчески.

Реальная жизнь немногим отличается от хорошей фантастической сказки, если рассматривать ее изнутри, со стороны желаний и мотивов, коими руководствуется человек в своей деятельности.

Революция – судорога, за которою должно следовать медленное и планомерное движение к цели, поставленной актом революции.

Решающую роль в работе играет не всегда материал, но всегда мастер.

Рожденный ползать летать не может.

Русский народ – в силу условий своего исторического развития – огромное дряблое тело, лишенное вкуса к государственному строительству и почти недоступное влиянию идей, способных облагородить волевые акты; русская интеллигенция – болезненно распухшая от обилия чужих мыслей голова, связанная с туловищем не крепким позвоночником единства желаний и целей, а какой-то еле различимой тоненькой нервной нитью.

Самодовольный человек – затвердевшая опухоль на груди общества.

Самопожертвование – это болезнь эпохи, она вызвана пониженной жизнеспособностью мелкого мещанства.

Слава – жидкость мутного цвета, кисловатого вкуса, и в большом количестве она действует на слабые головы плохо, вызывая у принимающих ее тяжелое опьянение, подобно пивному. Принимать эту микстуру следует осторожно, не более одной чайной ложки в год; усиленные дозы вызывают ожирение сердца, опухоли чванства, заносчивости, самомнения, нетерпимости и вообще всякие болезненные уродства.

Слово – одежда всех фактов, всех мыслей.

Смысл жизни в красоте и силе стремления к целям, и нужно, чтобы каждый момент бытия имел свою высокую цель.

Смысл жизни – в совершенствовании человека.

Совесть – это сила, непобедимая лишь для слабых духом, сильные же быстро овладевают ею и порабощают ее своим желанием.

Ссориться – не значит не любить.

Старость консервативна, это ее главное несчастье.

Старость – не преступление, а только неизбежная и очень крупная неприятность.

Стремление вперед – вот цель жизни. Пусть же вся жизнь будет стремлением, и тогда в ней будут высоко прекрасные часы.

Счастье начинается с ненависти к несчастью, с физиологической брезгливости ко всему, что искажает, уродует человека, с внутреннего органического отталкивания от всего, что ноет, стонет, вздыхает.

Счастье с женщиной возможно лишь при условии полной искренности.

Счастье скоро не дается, его, как гриб в лесу, надо поискать, да над ним спину поломать, а найдешь – гляди, не поганка ли.

Талант – как породистый конь, необходимо научиться управлять им, а если дергать повода во все стороны, конь превратится в клячу.

Талант развивается из чувства любви к делу, возможно даже, что талант – в сущности его – и есть любовь к делу, к процессу работы.

Талант – это вера в себя, в свою силу.

Товарищей выбирай себе с оглядкой, потому что есть люди, которые заразны, как болезнь.

Только человек, насыщенный верой в себя, осуществляет свою волю, прямо внедряя ее в жизнь.

Труд и наука – выше этих двух сил нет ничего на земле.

Труд ученого – достояние всего человечества, и наука является областью наибольшего бескорыстия.

Труд – это источник радостей, всего лучшего в мире.

Ум есть драгоценный камень, который более красиво играет в оправе скромности.

Ум имей хоть маленький, да свой.

Умение находить, сравнивать, изучать полезное и вредное, красивое и уродливое вне себя и в самом себе – вот основная сила человека.

Учитесь чувствовать себя и на малом деле большими людьми.

Факт есть нечто такое, от чего сомнения отскакивают, как резиновый мяч от железа.

Факт – еще не вся правда, он – только сырье, из которого следует выплавить, извлечь настоящую правду искусства.

Философы и в глупостях, должно быть, знают толк.

Хорошее всегда зажигает желание лучшего.

Хороший смех – верный признак духовного здоровья.

Художник – чувствилище своей страны, своего класса, ухо, око и сердце его; он – голос своей эпохи.

Человек всю жизнь должен какое-нибудь дело делать – всю жизнь.

Человек – высший продукт земной природы. Человек – сложнейшая и тончайшая система. Но для того чтобы наслаждаться сокровищами природы, человек должен быть здоровым, сильным и умным.

Человек есть вселенная, и да здравствует вовеки он, носящий в себе весь мир.

Человек есть украшение мира.

Человек, каждый из нас, есть выход из посылок прошлого и необходимая посылка в будущее. Мы все люди, и я не знаю имени, которое можно произнести с большой гордостью и любовью, чем имя человека.

Человек, который много согрешил, всегда умен.

Человек, который не знает, что он сделает завтра, – несчастный.

Человек ловится на мелочах – в крупном можно «притвориться», мелочь всегда выдает истинную «суть души», ее рисунок, ее тяготение.

Человек по натуре своей – художник. Он всюду так или иначе стремится вносить в свою жизнь красоту.

Человек прежде всего – зоологический тип, вот истина. Вы это знаете! И как вы ни кривляйтесь, вам не скрыть того, что вы хотите пить, есть…

Человек – это звучит гордо.

Человека приласкать никогда не вредно.

Что такое пустой человек? Которого всем, чем хочешь, набить можно.

Чтобы жить, надо уметь что-нибудь делать.

Чтобы подчинить женщину своей воле, нужно применять к ней мягкий, но сильный и красивый в своей силе, непременно красивый, деспотизм.

Язык – это оружие литератора, как ружье – солдата. Чем лучше оружие – тем сильнее воин.

Грасиан Бальтасар.

(08.01.1601–06.12.1658).

Испанский писатель, философ.

Родился в селении Бельмонт в семье врача. После окончания университета Сарагосы стал профессором философии и риторики в колледжах и университетах Испании. В 1637 г. написал трактат «Герой», а в 1640 г. – книгу «Политик», чем вызвал неудовольствие короля Филиппа IV. В 1646 г. издал трактат «Благоразумный», где изложил нравственные принципы аристократического воспитания, а в 1647 г. – книгу «Обиходный оракул, или Искусство быть благоразумным», в которой раскрыл 300 правил житейской мудрости. Умер в городе Тарагона. Подлинную славу Б. Грасиану принесли его нравственно-морализаторские труды, переведенные сначала на французский, а затем и на все основные европейские языки, после чего Б. Грасиан стал считаться основателем жанра афористической литературы.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

А у красивых – чем больше красивости, тем больше глупости.

Безумен не тот, кто совершает безумие, но тот, кто не умеет его скрыть.

Благоразумие оскорбляют сильней всего те, кто и сами не делают ничего хорошего, и обо всем говорят дурно, – в обширном царстве безумия хватает всевозможных монстров.

Более всего полезна осторожность с соглядатаями: против их отмычки для сердец лучшее средство – оставить в замке изнутри ключик сдержанности.

Большая отвага заменяет большое умение.

Больше знать, чем положено, значит выделяться утонченностью, а где тонко, там и рвется.

Быстрота в решениях – следствие природной счастливой живости. Для нее, быстрой, отважной, нет ни трудностей, ни колебаний. Одни люди долго думают, а взявшись за дело, всё портят; другим всё удается без долгих размышлений. Есть способности особого склада, при трудностях они действуют лучше всего. Таким удивительным существам сгоряча всё удается, а после размышления – ничего; ежели не получилось сразу, проку уже не жди и на будущее не надейся. Хвала быстрым, они, точно чудом, всюду поспевают – и разумом скоры, и в делах разумны.

Быть отважным. Мертвого льва даже зайцы лягают. С доблестью не шутят: не решишься, отступишь раз, придется отступить второй раз, и так –до последнего: в конце концов перед тобой окажется всё то же препятствие, что и вначале, – не лучше ли было решиться сразу? Сила духа превосходит силу тела; подобно мечу, держи ее всегда наготове в ножнах благоразумия. Она – щит личности. Немощь духа вреднее немощи телесной. Немало людей с недюжинными достоинствами, но без отваги, уподобились покойникам и почили в собственном малодушии. Природа недаром сочетала в пчеле сладкий мед и колючее жало. В теле нашем есть жилы и кости, да не будет же дух мягкотелым.

Быть привлекательным – в том чары политической учтивости. Пусть твоя любезность служит приманкой скорее для чувств, нежели для выгод, либо для того и другого. Одних достоинств недостаточно, коль не прибегают к приятности, – только она сделает тебя любимым, она – самое действенное орудие владык. Стать общим любимцем – удача, но помочь себе тут можно и искусством; к великим достоинствам природным лучше прививается и искусственное. Так породишь преданность, а там и всеобщее расположение.

В человеке, достойном своего места, всегда есть нужда, и все видят, что должность нуждалась в нем больше, нежели он в должности.

Важные друзья – для важных дел. Великое их благорасположение не разменивай на мелочи, не трать попусту – то было бы мотовством милостей: «священный якорь» приберегают для крайней опасности.

Верный признак собственного упадка – когда начинаешь особенно примечать чужой позор. Пятная других, многие норовят скрыть, хотя и не смыть собственные пятна. Тем они тешатся, но это утеха глупцов.

Верный способ быть любезным – всегда быть невозмутимым.

Вещи, которые приятнее всего было бы забыть, мы лучше всего помним.

Видеть недостатки, невзирая на лица. От честных глаз да не укроется порча, даже прикрытая парчою; пусть на пороке златой венец, но и злату не скрыть зла. Раболепие пребудет низостью, хотя бы предмет его был высок. Пороки можно скрасить, но никого они не красят. Толкуют, что такой-де герой допустил то-то и то-то, но не соображают, что в этом-то он и не был героем. Однако пример вышестоящего так красноречив, что и недостойное делает привлекательным: раболепие подражало великому даже в безобразии лица, забывая истину – что в великих простительно, то в ничтожных отвратительно.

Владеть искусством беседы, ибо в беседе сказывается личность. Ни одно из занятий человеческих не требует большего благоразумия, хотя в жизни нет ничего обычней, – тут можно и всё потерять, и всё выиграть. Чтобы письмо написать – а письмо та же беседа, только обдуманная и записанная, – надобно размышление, насколько же больше требуется его для беседы обычной, мгновенного экзамена ума! Люди опытные по языку узнают пульс духа, недаром сказал мудрец: «Говори, коль хочешь, чтобы я тебя узнал». Иные полагают высшим искусством беседы полную безыскусственность – чтоб беседа была подобно платью, нестеснительна. Но это годится лишь между близкими друзьями, а беседа с человеком почитаемым должна быть содержательной, являть твое содержание.

Властвовать собою – воевать с собою.

Во всех делах важно «как»: приветливость, подобно шулеру, играет наверняка. Любезность украшает жизнь, с успехом играя роль дружбы.

Во всяком деле, коль знаешь мало, держись проверенного.

Вовремя прекратить удачную игру – правило опытных игроков. Уметь достойно отступать так же важно, как отважно наступать; когда свершено достаточно, когда достигнуто много – подведи черту. Непрерывное везение всегда подозрительно; более надежно перемежающееся; кисло-сладкое вернее сплошной сладости. Когда удачи громоздятся одна на другую, есть опасность, что всё рассыплется и рухнет. Порой милости Фортуны бывают кратки, зато велики. Но долго тащить счастливчика на закорках надоедает и Фортуне.

Вовремя уступить – победить.

Возможность горести превратить в радости – значит уметь жить.

Врагом способен стать любой, другом – далеко не каждый.

Все глупцы упрямы, а все упрямцы глупы.

Всегда быть начеку – против невежд, упрямцев, спесивцев, против всякого рода невежд. На свете много их встречается; благоразумие в том, чтобы с ними не встречаться. Каждый божий день надевай доспехи решимости перед зеркалом своего разума – лишь тогда отразишь наскоки глупости.

Высшее благоразумие – это принять трудное решение оставить мир в таком виде, в каком мы его застали.

Глуп, кто глупцов не узнает, и еще глупее тот, кто, распознав, от них не уйдет. Опасные при поверхностном общении, они губительны при доверчивой близости.

Глупец – тот, кого губит избыток ума.

Глупцы – все, кто глупцами кажутся, и половина тех, что не кажутся. Мир заполонило неразумие, а ежели на земле и встретишь крупицу мудрости, против мудрости небесной она – безумие. Но глупец величайший – тот, кто себя таковым не считает, только других глупцами обзывает. Дабы быть мудрым, недостаточно мудрым казаться – тем паче самому себе, знает тот, кто понимает, что не знает; и не понимает тот, кто не понимает, что другие понимают. Мир полон дураков, да никто глупости своей не замечает, даже не подозревает.

Годных в добрые друзья мало, а для того, кто отобрать не умеет, – еще меньше.

Господство над своими страстями – свойство высшего величия духа. Сама эта возвышенность ограждает дух от чуждых ему низменных влияний. Нет высшей власти, чем власть над собой, над своими страстями, чем победа над их своеволием.

Даже многоученость, и та вырождается в болтливую глупость.

Даже необыкновенная красота не на пользу доброй славе: привлекая взоры, стесняет. Тем паче – странности осуждаемые. Но иным лестно прогреметь хоть бы пороками, стараются поразить недостойным, дабы удостоиться бесславной славы.

Действовать, когда сомневаешься в разумности деяния, – опасно, лучше воздержись. Благоразумие не допускает неуверенности; оно всегда шествует при полуденном свете разума.

День без ссор – крепкий сон.

Добрым нравам пришел конец, обязательства не признаются, благодарность встретишь редко; чем усердней служба, тем скудней награда – такая мода пошла повсюду.

Единственное преимущество власти заключается в том, что она может оказывать благодеяния всем.

Есть люди с одним фасадом, как дома, недостроенные за недостатком средств: по входу – дворец, по жилью – лачуга.

Есть люди свирепого нрава: всюду видят преступление, и не в пылу страсти, а по природной склонности. Всех осуждают – одного за то, что сделал, другого за то, что сделает.

Есть такие народы, что желающему чего-то достигнуть, особенно в высоком, лучше уехать на чужбину. Мать-родина порой мачеха даже для людей выдающихся: в ней царит зависть к тому, кого знают с детства; земляки больше напоминают о недостатках, с коими ты начинал, чем о величии, коего достиг.

Желание – мера ценности.

Желание плыть против течения столь же чуждо здравомыслию, сколь опасно. Несогласие воспринимается как оскорбление, ибо отвергает мнение других; число недовольных множится, одни будут хвалить то, что ты осуждаешь, другие будут стоять за тех, кто хвалит.

Жизнь человека – борьба с кознями человека.

Защита дурного деяния хуже самого деяния.

Знать свои страстишки. Человеку безупречному тоже их не избежать, и он их даже холит, лелеет. Немало их у нашего ума, и чем больше ум, тем они больше или заметней. И не потому, что их не сознаешь, а оттого, что их любишь. Поддаваться мелким страстишкам – сугубый порок. Родимые пятна на совершенстве, они столь же гадки окружающим, сколь сладки нам самим. Славное дело – в этом себя победить и свои достоинства спасти. Слабости всем бросаются в глаза.

Знать свой черный день – помнить, что он бывает. В такой день ничего не удается; как ни меняй игру, судьба неизменна.

Избегать обстоятельств – одно из первейших правил благоразумия. Великие способности ставят перед собой цели великие и далекие; долог путь к ним, и люди часто так и застревают на полпути, слишком поздно берясь за главное. От обязательств легче уклониться, чем выйти из них с честью. Они – соблазн разума: тут лучше бежать, чем побеждать. Одно обязательство влечет за собой другое, большее, и вот ты окончательно завяз! Есть люди горячие по нраву и даже по крови, такие легко берут на себя обязательства; но тот, чей путь озарен разумом, проходит мимо искушений. Он полагает большей доблестью не ввязываться, чем победить, и там, где один глупец уже попался, не желает стать вторым.

Иной огрех – лучшая рекомендация достоинствам.

Иных людей назовешь не красою мира, а помехой; они как выброшенный хлам, от которого все открещиваются.

Искренних любят, но обманывают.

Истина – удел немногих, заблуждение же обычно и повсеместно.

Конец нужде – конец дружбе, а с ней и службе. Да будет первым твоим житейским правилом поддерживать нужду в тебе, не удовлетворять ее полностью, пусть в тебе постоянно нуждаются, даже венценосный патрон.

Кто вечно острит – пустой человек.

Кто входит в дом счастья через дверь удовольствий, тот обыкновенно выходит через дверь страданий.

Кто принадлежит всем, не принадлежит себе.

Кто средь общего веселья сердится, сродни ослу и ослом себя выказывает.

Легко обмануть человека порядочного: кто сам не лжет, всем верит; кто не обманывает, другим доверяет. Обману поддаются не только по глупости, но и от честности.

Лучшая роль для мужчины – быть мужчиной; женщина, та может достохвально подражать мужчине, но не наоборот.

Лучше пусть тебя просят, чем благодарят. Зависимые полезнее любезных.

Лучший способ достигнуть желаемого – пренебречь.

Люди нрава свирепого – жить с ними нелегко, и уйти от них нельзя. Надобно благоразумно да постепенно с этим свыкаться, как с безобразием лица, дабы свирепость не поразила тебя неожиданно.

Мало друзей у личности, больше – у наличности.

Меланхолик всегда пророчит злосчастья, а злоречивый – злодеяния; им видится только дурное; не способные воспринимать добро в настоящем, они возвещают зло в будущем.

Мерило истинного удовлетворения – похвала славных и в деле сведущих.

Мир полон дураков, да никто глупости своей не замечает, даже не подозревает.

Многим славу создали их враги.

Много рассуждать – споры затевать.

Молчание – алтарь осторожности.

Мудрость житейская требует скрытности: кто играет в открытую, рискует проиграться.

Назойливый – постоянная мишень для поношений; как сам он втирается без стыда, так и его выпроваживают без стеснения.

Наобум действует глупость, все глупцы – храбрецы.

Не справиться с делом – меньшая беда, чем нерешительность. Не проточная вода портится, а стоячая.

Не тот глуп, кто глупость совершил, а кто, совершив, не скрыл.

Немногие могут сделать добро, почти все – причинить зло.

Неожиданность – залог успеха.

Неотесанность – от невежества; для культуры нужны прежде всего знания, но сама ученость будет грубовата, коли не отшлифована. Изящны должны быть не только мысли, но и желания, и особенно речь. Одни люди от природы наделены изяществом внутренним и наружным, в мыслях и словах, в каждой части тела и в каждом свойстве души… Другие, напротив, так неотесанны, что все их природные качества, порой превосходные, меркнут из-за несносной дикарской грубости.

Непринужденность во всём. Она животворит достоинства, вдохновляет речи, одушевляет дела, красит всё прекрасное в человеке.

Ничто не требует столь осторожного обращения, как правда, – это кровопускание из самого сердца нашего. Немалое нужно уменье и чтобы сказать правду, и чтобы с ней умолчать. Один раз солжешь – и пропала твоя слава человека честного. Обманутого считают простаком, обманщика – подлецом, что куда хуже. Не всякую правду сказать можно: об одной умолчи ради себя, о другой – ради другого.

Обещания – это ловушки, в которые попадают глупцы.

Обычная беда баловней Фортуны – громкое начало и горький конец.

Оригинальничанье – это некий самообман, вначале приятный, соблазняющий новизной и прямой остротой, но затем, когда ничего хорошего не получится и ты прозреешь, – весьма прискорбный.

Осанка человека – фасад души.

Особенно опасна откровенность дружеская: сообщил свои тайны другому – стал его рабом.

Очень деловыми притворяются те, кому всего меньше это свойственно.

Память наша и коварна – когда всего нужней, тогда-то изменяет, – и неразумна – является, когда не нужна; в том, что огорчает, удержу не знает, а там, где могла бы порадовать, не старается.

Пленять сердца – великая победа! Ее не одержишь ни безрассудной отвагой, ни докучным шутовством – дается она лишь благопристойной уверенностью, порождаемой нравом и опирающейся на достоинства.

Победителю незачем оправдываться.

Победить – значит вызвать неприязнь, победить же своего господина – неразумно, а то и опасно.

Половина людей смеется над другой, и обе равно глупы.

Положительная удача всегда подозрительна.

Понимать жизнь и разбираться в людях – далеко не одно и то же. Великая премудрость – постигать характеры и улавливать настроения.

Поступки – плоды помыслов. Были разумны помыслы – будут хороши поступки.

Правда опасна.

Праведный человек – не ведая страха, он всегда на стороне справедливости: ни страсти толпы, ни насилие тирана не вынудят его преступить ее границы. Но где он, сей феникс стойкости? У правды мало поклонников. Многие восхваляют ее, да только вчуже; другие следуют за ней, пока нет опасности, а там подлецы от нее открыто отрекаются, а хитрецы верными притворяются.

Правило разумных – идти против правил, когда иначе не завершить начатое.

Презрение – самая утонченная форма мести.

Придирчивость всегда неприятна, а как черта характера – несносна. Постоянно возвращаться к чему-то неприятному – род мании.

Притворное сомнение – наилучший ключик, с помощью коего любопытство раскроет всё, что пожелает.

Разум без благоразумия – двойное безумие.

Речи – тени поступков: речи женского пола, поступки – мужского.

С женщинами нет житья, но и без них его нет.

С утопающими надобна сугубая осторожность – дабы и его спасти, и самому не утонуть.

Слух – черный ход для правды и парадный для лжи.

Слыви лучше осторожным, нежели хитрым… Слава рассудительного почтенна и внушает доверие, слава хитреца сомнительна и порождает опасения.

Существует множество людей, которые никогда не теряют рассудка только потому, что вообще им не обладают.

Тщеславная суетливость всегда несносна, в делах же смехотворна.

У правды мало поклонников. Многие восхваляют ее, да только вчуже; другие следуют задней, пока нет опасности, а там подлецы от нее открыто отрекаются, а хитрецы верными притворяются.

Убедить в дурном всякий может, дурному охотно верят.

Учтивость – главная черта культуры, притворное зелье, что внушает окружающим любовь, как неучтивость – презрение и негодование.

Учтивый способ не отказывать прямо – переменить разговор.

Хитрый ход – найти себе такого преемника, чтобы по тебе вздыхали; и также большая тонкость – чтобы предшественник не затмевал тебя.

Хорошее вдвойне хорошо, когда оно коротко.

Худшие враги – из бывших друзей: бьют по твоим слабостям, им одним ведомым, по наиболее уязвимому месту.

Ценная вещь хороша в первый день для своего хозяина, во все остальные – для других.

Человек с разбором. Многое в жизни зависит от разборчивости, для чего требуются хороший вкус и верное суждение; прилежанием и даже хитроумием тут не возьмешь. Где нет отбора, нет совершенства; уменье отбирать, и только наилучшее, – двойное преимущество. Многие люди таланта плодовитого и изощренного, ума острого, к тому же весьма трудолюбивые и ученые, теряются, как дело доходит до отбора: того и гляди схватятся за худшее, будто нарочно ошибаясь. Итак, это один из величайших даров свыше.

Человек слова и дела. Различать их не менее важно, чем то, кто друг тебе самому, а кто – твоему положению.

Человек умный делает сразу то, что глупец делает с опозданием.

Чрезмерная простота в обхождении отдает пошлостью.

Что минуло, то милее; что далеко – желаннее.

Чтобы жить в одиночестве, надо либо во многом походить на Бога, либо во всём – на скота.

Шутка дозволенная приятна, а какую кто стерпит зависит от способности терпеть. Кто от колкости выходит из себя, дает повод вновь кольнуть.

Граф Артуро.

(1848–1913).

Итальянский поэт, писатель, литературовед.

Родился в Афинах в семье немецкого профессора и итальянки. До конца жизни занимал должность профессора литературы в Туринском университете. Как поэт обратил на себя внимание сборниками «Медуза» (1889), «После заката» (1893), «Данаиды» (1897), «Моргана» (1901); как писатель – романами «Искупление» (1901), «Во имя веры» (1906). Одновременно с этим опубликовал ряд научных работ по истории литературы.

Быть милосердным гораздо легче, чем быть справедливым.

В морали нюансы тоже крайне важны.

В сущности, старость начинается с того момента, когда человек утратил способность учиться.

Внимайте советам тех, кто много знает, но прежде всего – советам тех, кто вас сильно любит.

Если бы смерти не стало, жизнь лишилась бы всякой поэзии.

Если людям нечем похвастаться, они хвастаются своими несчастиями.

Если ты стараешься нравиться всем, ты кончишь тем, что не будешь нравиться никому.

Жизнь немногому может научить того, кто не научился переносить страдание.

Заблуждения великих умов более поучительны, чем верные суждения умов ничтожных.

Как беден тот, у кого нет ничего, кроме денег!

Кто лишает себя всяческих иллюзий, тот остается нагим.

Легче быть скромным тому, кто что-то совершил, чем тому, кто никогда ничего не сделал.

Лицо спящего обнаруживает много такого, что лицо бодрствующего утаивает.

Мнения, которые мы высказываем о других, свидетельствуют о том, что представляем из себя мы сами.

Настоящий патриотизм не тот, который суетится и чванится в торжественные минуты, а тот, который ежедневно и неутомимо заботится об общем благе и не бахвалится этим.

Не доверяй ни тому, кто слишком равнодушен к упрекам, ни тому, кто слишком жаждет похвал.

Не доверяйте тому, кто сам никому не доверяет.

Невежество не было бы невежеством, если бы не мнило себя выше знания.

Нет ничего легче, чем сорвать аплодисменты подлецов.

Нет такого суеверия, которое не было бы порождено определенной потребностью.

Никогда не следует пренебрегать мнением, отличным от вашего.

Ничто так не мешает счастью, как чрезмерные желания и чрезмерное усердие, направленное на их удовлетворение.

Оригинальность есть одинокость ума.

Самые опасные враги – те, от которых человек не надеется защититься.

Самый большой друг и самый большой враг человека – его воображение.

Сила доверчива по своей природе. Нет более верного признака слабости, чем инстинктивная недоверчивость ко всему и ко всем.

Тот, кто не способен бросить вызов ненависти и стать выше насмешек, никогда не совершит ничего великого.

Тот, кто поддается лести, беззащитен.

Цивилизация – ужасное растение, которое не растет и не расцветает, пока его не польют слезами и кровью.

Чтобы вести разумную и правильную политику, недостаточно знать людей, надо любить их.

Гэзлитт Уильям.

(10.04.1778–1830).

Английский публицист, критик.

Родился в Мейдстоне (графство Кент) в семье священника. Образование получил в духовном колледже. В 1810 г. переехал в Лондон, где активно сотрудничал с либеральной оппозицией, печатаясь в еженедельнике «Экзаминер». В 1817 г. совместно с Х. Гэзлиттом выпустил книгу «Круглый стол», направленную против современного ему английского общества. В 1819 г. написал книгу «Политические опыты» той же направленности, а в 1820 г. опубликовал сборник историко-литературных эссе, посвященный творчеству У. Шекспира, и «Лекции об английской драме елизаветинской эпохи», считающиеся одними из образцов классической английской эссеистики. Умер в Лондоне.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Аристократизм – та же пошлость, только более привередливая и искусственная.

Благоденствие – это великий учитель, но несчастье – учитель величайший.

Богатство изнеживает разум; лишения укрепляют его.

В зависти, среди прочего, заложена любовь к справедливости.

В хороших делах мы раскаиваемся ничуть не реже, чем в дурных.

Варварство и невежество обучаемы, фальшивая утонченность неисправима.

Ведущий войну с другими не заключил мира с самим собой.

Все невежественные люди – лицемеры.

Всем нам свойственно низкопоклонство.

Глупость столь же часто вызвана недостатком чувств, как и недостатком мыслей.

Говоря правду женщинам, которые в самом деле красивы, мы учимся льстить остальным.

Даже в пороке есть свое разделение труда. Одни предаются размышлениям, другие действуют.

Дефо говорит, что в его время нашлась бы сотня тысяч отважных англичан, готовых не на жизнь, а на смерть сражаться против папства, не зная даже, что такое папство – человек или лошадь.

Для торжества реформы важней всего, чтобы она, не дай Бог, не увенчалась успехом.

Друзей мы особенно любим за их недостатки, о которых можно с ними поговорить.

Если бы человечество стремилось к справедливости, оно бы давно ее добилось.

Если хочешь доставить удовольствие, научись его получать.

Если человек в состоянии существовать без пугала, значит, он по-настоящему благовоспитан и умен.

Женщина хорошеет на глазах, глядя на себя в зеркало.

Излюбленная мысль – богатство на всю жизнь.

Истинное остроумие свойственно простым людям, а не образованным.

Истинный философ – тот, кто умеет забыть о себе.

Когда человек живет в атмосфере преследований и доносов, он сам бросается в пропасть от одного только страха, что его туда сбросят.

Копия никогда не бывает столь совершенной, как оригинал.

Лишь тот заслуживает памятника, кто в нем не нуждается.

Любовь к свободе – это любовь к людям; любовь к власти – это себялюбие.

Молчание – одно из великих искусств разговора.

Мы говорим мало, если не говорим о себе.

Мы любим друзей за их недостатки.

Мы никогда не научимся хорошо делать дело, пока не перестанем задумываться над тем, как его делать.

Мы обладаем в душе ровно столькими достоинствами, сколько можем видеть в других людях.

Мы холодны с друзьями, лишь когда скучны самим себе.

Мысль должна сказать сразу все или не говорить ничего.

Мысль переходит в мысль, как пламя зажигает пламя.

Наше самолюбие протиснется в любую щель.

Не только дела людские исчезают и погибают вместе с человеком, но и добродетели и великодушные качества человека умирают с ним. Только плоды разума человеческого бессмертны и становятся достоянием потомства, только слова продолжают жить вечно.

Некоторые люди дают обещания ради удовольствия нарушать их.

Нельзя считать идею пошлой потому, что она общепринята.

Непристойно оголяется не только тело, но и ум.

Нет более ничтожного, глупого, презренного, жалкого, себялюбивого, злопамятного, завистливого и неблагодарного животного, чем толпа. Она – величайший трус, ибо боится самой себя.

Ни один по-настоящему великий человек никогда не считал себя великим.

Никогда не жалейте людей, с которыми поступили дурно. Они лишь ждут удобного случая так же дурно поступить с вами.

Общественное мнение – страшный трус: оно боится само себя.

Остроты – соль беседы, но не пища.

Остроумие – качество, крайне редко встречающееся у образованных людей, но, как правило, присущее простым людям.

Откровенная неприязнь всегда подозрительна и выдает тайное родство душ.

Перестав быть спорной, мысль перестает быть интересной.

Правыми мы считаем себя лишь тогда, когда доказана неправота других.

Предрассудок – дитя невежества.

Предрассудок одерживает легкие победы лишь тогда, когда выдает себя за истинный ум.

Притворство столь же необходимо для ума, как одежда для тела.

Простота характера – это единственный результат глубокой мысли.

Псевдоним – это самый тяжелый камень, который только может бросить в человека дьявол.

Публика не имеет ни стыда, ни благодарности.

Самое высшее удовольствие в жизни – сознание исполненного долга.

Самое лучшее употребление пороков – это использовать один из них в борьбе против других.

Самые лицемерные люди чаще других остаются в дураках.

Самые строгие критики – те, которые сами никогда ничего не писали или произведения которых потерпели неудачу.

Сквернословие – это косвенное выражение преклонения.

Слова – это то единственное, что остается на века.

Со временем нам надоедает все, кроме возможности насмехаться над другими и самоутверждаться за их счет.

Старая дружба – как остывшая телятина: холодная, неаппетитная, грубая.

Страх наказания может быть необходим для подавления зла – но ведь от него в той же мере страдают и добрые побуждения.

Стремление к власти так же присуще человеку, как и преклонение перед властью над собой. Первое свойство делает из нас тиранов, второе – рабов.

Счастье – по крайней мере однажды – стучится в каждую дверь.

Те, кто громче всего жалуются на несправедливое обращение, первыми же его провоцируют.

Те, кто любит бороться за правое дело, правдой, как правило, не злоупотребляют.

Толпа, ведомая вождем, его же и ненавидит.

Толпа – величайший трус, ибо боится самой себя.

Тот, кто боится нажить врагов, никогда не заведет истинных друзей.

Удочка – это палка с крючком на одном конце и дураком на другом.

Ум возмущается против известных мнений, подобно тому как желудок отвергает известную пищу.

Умные люди – это орудия, которыми делают свою работу дурные люди.

Хотя фамильярность не может породить презрение, она отодвигает границу восхищения.

Человек – большой фантазер. Самим собой он бывает только тогда, когда играет роль.

Человек, гордый по-настоящему, не знает, что такое вышестоящие и нижестоящие. Первых он не признает, вторых игнорирует.

Человек – единственное животное на свете, способное смеяться и рыдать, ибо из всех живых существ только человеку дано видеть разницу между тем, что есть, и тем, что могло бы быть.

Человек – индивидуальное животное, способности которого ограничены, желания же бесконечны.

Чем больше человек пишет, тем больше он может написать.

Честный человек говорит правду, которая может обидеть, себялюбец – которая обидит обязательно.

Я всегда боюсь дурака. Никогда нельзя поручиться, что он вдобавок не плут.

Гюго Виктор Мари.

(26.02.1802–22.05.1885).

Французский писатель.

Родился в Безансоне в семье офицера. Окончил колледж Святого Людовика в Париже. В 1821 г. опубликовал первую повесть «Бюг Жаргаль», а в 1822 г. – первый поэтический сборник «Оды и разные стихотворения». В 1827 г. написал драму «Кромвель», в предисловии к которой провозгласил принципы нового литературного направления – демократического романтизма. С 1829 по 1838 г. писал бунтарские драмы «Марион Делорм», «Король забавляется», «Мария Тюдор». В 1831 г. появился его первый большой роман «Собор Парижской Богоматери». Публично выступив с обличением императора Луи Наполеона III Бонапарта, был вынужден уехать из Парижа на остров Джерси. Именно здесь написал свои самые известные произведения: романы «Отверженные» (1862), «Труженики моря» (1866), «Человек, который смеется» (1869). После низложения Наполеона III вернулся в Париж, где опубликовал роман «Девяносто третий год» (1874). Умер от пневмонии в Париже. Похоронен в парижском Пантеоне.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Англичане! Вы великий народ, скажу больше – вы великая чернь. Удары ваших кулаков красивее удара ваших шпаг. У вас есть аппетит. Вы – нация, пожирающая других.

Аристократия гордится тем, что женщины считают обидным, – старостью; но и женщина, и аристократия питают одну и ту же иллюзию – сохраниться.

Аскетизм – это предельный эгоизм, искупаемый предельным самоотречением.

Банальность – недостаток поэтов со слабым взором и слабой грудью.

Бедность и богатство – сравнимые грехи.

Безделье – счастье детей и несчастье стариков.

Безмерное презрение порождает у презираемого ощущение собственного величия.

Бессонница – это насилие ночи над человеком.

Бесстыдство порой скрывает стыд.

Бог делает женщину прекрасной, а дьявол – хорошенькой.

Будущее – в руках школьного учителя.

Будущее отныне принадлежит двум типам людей: человеку мысли и человеку труда. В сущности, оба они составляют одно целое, ибо мыслить – значит трудиться.

Будьте милосердны к несчастным, будьте снисходительны к счастливым.

Будьте человеком прежде всего и больше всего. Не бойтесь слишком отяготить себя гуманностью.

Быть добрым совсем нетрудно, трудно быть справедливым.

Быть живой женской плотью и быть женщиной – две вещи разные.

Быть малым и нападать на великого – это подвиг храбрости. Заманчиво положение блохи в гриве льва. Униженный лев чувствует, как его кусает это маленькое ничтожное создание, а блоха может сказать: «Во мне течет львиная кровь».

Быть погруженным в созерцание не значит быть праздным. Созерцать – всё равно что трудиться. Мыслить – всё равно что действовать. Взгляд, устремленный к небесам, – деяние.

Быть полезным – это только быть полезным, быть прекрасным – это только быть прекрасным; но быть полезным и прекрасным – значит быть великим.

Быть «ультра» – это значит во всем доходить до крайности.

В чужой стране путешественник – мешок с деньгами, который все норовят поскорее опорожнить.

Велик тот, кто подает великий пример.

Великие люди редко появляются в одиночестве.

Великие люди сами сооружают себе пьедестал; статую воздвигает будущее.

Великое искусство – уметь быть старым… Еще большее искусство – уметь быть молодым. Уметь понять, как молодости, зрелости подобает относиться к старости.

Величие народа вовсе не исчисляется его численностью, как величие человека не измеряется его ростом.

Во внутреннем мире человека доброта – это солнце.

Воспитание – дело совести; образование – дело науки. Позднее, в уже сложившемся человеке, оба эти вида дополняют друг друга.

Всегда любите друг друга всей душой. В мире нет почти ничего, кроме любви.

Всеобщий закон – это свобода, кончающаяся там, где начинается свобода другого.

Всякая опека, которая продолжается после совершеннолетия, превращается в узурпацию.

Всякая социальная доктрина, пытающаяся разрушить семью, негодна и, кроме того, неприменима. Семья – это кристалл общества.

Всякого рода грубость тает, словно на огне, под влиянием ежедневного чтения хороших книг.

Высота чувств – в прямом соотношении с глубиной мыслей. Сердце и ум – два конечных баланса. Опустите ум в глубину познания – вы поднимете сердце до небес.

Высшее правосудие – это совесть.

Высшее счастье в жизни – это уверенность в том, что вас любят; любят ради вас самих, вернее сказать – любят вопреки вам.

Герб для умеющих разбирать его есть алгебра и язык.

Грубость брака приводит к непоправимым последствиям; он уничтожает волю, исключает выбор, устанавливает, подобно грамматике, свой собственный синтаксис отношений, заменяет вдохновение орфографией, превращает любовь в диктант, лишает ее всякой таинственности, низводит с облаков образ женщины, одевая ее в ночную сорочку, умаляет тех, кто предъявляет свои права, и тех, кто им подчиняется; наклоняя одну чашу весов, уничтожает очаровательное равновесие, существующее между сильным полом и полом могущественным, между силой и красотой; мужа он делает господином, а жену – служанкой, тогда как вне брака существуют только раб и царица.

Дай дозреть мысли, но не перезреть: перезрелые мысли, как и плоды, впрок не идут.

Два способа живо заинтересовать публику в театре: при помощи великого или справедливого. Великое захватывает массы, правдивое подкупает отдельных лиц.

Дипломат выдаст вам все что угодно, кроме своих чувств.

Долг – это любовь к тому, что сам приказываешь себе. Долг – начало рабства, даже хуже рабства, потому что кредитор неумолимее рабовладельца: он владеет не только вашим телом, но и вашим достоинством и может при случае нанести ему тяжкие оскорбления.

Женщина – это плющ, который стремится найти опору. Желательно позолоченную.

Женщины слабы, но матери сильны.

Жестокосердные люди не могут верно служить великодушным идеям.

Животные суть не что иное, как прообразы наших добродетелей и пороков, блуждающих пред нашим взором, призраки наших душ.

Жизнь, как ткань, которую годы превращают в лохмотья, все же сверкает кое-какими блестками – немногими мгновениями любви, без которых она была бы одним тряпьем.

Жизнь – это детство нашего бессмертия.

Засыпьте пропасть невежества, и вы уничтожите притон преступлений.

Зло – это мул: оно упрямо и бесплодно.

Идеал – не что иное, как кульминационный пункт логики, подобно тому, как красота – вершина истины.

Иллюзия – славное основание грез; отнимите у любви иллюзию, и вы отнимете у нее пищу.

Истина и свобода тем замечательны, что всё, что делают для них и против них, в равной степени им служит.

Истинная любовь не знает пресыщения. Будучи всегда духовной, она не может охладиться.

Каламбур – это помет парящего в высоте разума.

Книги – это друзья, бесстрастные, но верные.

Когда бьют по одному честному лицу, все честные лица должны испытывать и боль, и негодование, и муку попранного человеческого достоинства.

Когда веселость примешивается к морщинам, она очаровательна. Какой-то ореол озаряет радостную старость.

Когда виновный признает свою вину, он спасает единственное, что стоит спасать, – свою честь.

Когда волосы ваши поседели, не вспоминайте более ни тех убеждений, которые вы некогда отстаивали, ни тех женщин, которых любили в молодости. Тогда и те женщины, и те убеждения покажутся вам слишком уродливыми, старыми, дряблыми, беззубыми, морщинистыми, глупыми.

Комплимент – поцелуй сквозь вуаль.

Кому доступно чувство гнева, тем доступно и чувство любви.

Кто видел нищету мужчины, тот ничего не видел – нужно видеть нищету женщины; кто видел нищету женщины, тот тоже ничего не видел – нужно видеть нищету ребенка.

Кто неспособен быть бедным, тот неспособен быть свободным.

Кто открывает школы, тот закрывает тюрьмы.

Лень – это мать. У нее сын – воровство и дочь – голод.

Литература – это руководство человеческого разума человеческим родом.

Ложь – это воплощение зла.

Любовь – божественное вдыхание воздуха рая.

Любовь – вот единственное счастье на земле.

Любовь к женщине имеет для нас великое, ничем не заменимое значение; она подобна соли для мяса: пропитывая сердце, предохраняет его от порчи.

Любовь – как дерево; она вырастает сама собой, пускает глубоко корни во всё наше существо и нередко продолжает зеленеть и цвести даже на развалинах нашего сердца.

Любовь – это полнота человеческого существа.

Меняйте ваши мнения, сохраняйте ваши принципы: меняйте листья, сохраняйте корни.

Мир – добродетель цивилизации, война – ее преступление.

Можно сопротивляться вторжению армий, вторжению идей сопротивляться невозможно.

Молчание – прибежище простой души, испытавшей всю глубину человеческой скорби.

Монастырь – это гнет, который, чтобы восторжествовать над человеческим сердцем, должен длиться всю жизнь.

Монастырь – это предельный эгоизм, искупаемый предельным самоотречением.

Мужчину порабощает не только душа женщины, но и ее тело, и чаще тело, чем душа. Душа – возлюбленная, тело – любовница.

Мужчины охотятся, женщины хватают добычу.

Мужчины созерцают звезды по двум причинам: потому что они сверкают и потому что они непостижимы. Но рядом есть сияние более нежное и тайна более глубокая: женщины.

Мышление – работа ума, мечтательность – его сладострастие. Заменить мысль мечтой – значит принять яд за пищу.

Мятеж – это своего рода смерч, при известной температуре внезапно обрушивающийся в социальной атмосфере. Вращаясь, он поднимается, мчится, гремит, вырывает, стирает с лица земли, повергает в прах, разрушает, искореняет, увлекает за собой натуры возвышенные и жалкие, умы сильные и немощные, ствол дерева и соломинку.

Надежда была бы величайшей из сил человеческой души, если бы не существовало отчаяния.

Надо уметь часто повиноваться женщине, чтобы иметь иногда право ею повелевать.

Настойчивость для мужества – то же самое, что колесо для рычага: это беспрерывное обновление точки опоры.

Наша жизнь – путешествие, идея – путеводитель. Нет путеводителя, и всё останавливается. Цель утрачена, и сил как не бывало.

Не искореняйте пороков, если желаете иметь прелестных женщин; иначе вы уподобитесь тем, которые, восхищаясь бабочкой, уничтожают гусеницу.

Невежество – это сумерки, там рыщет зло.

Несчастлив тот, кто ни во что не верит.

Нет народов-бандитов, есть правительства-бандиты.

Нравственность – это цветение истин.

Обучать народ – значит делать его лучше; просвещать народ – значит повышать его нравственность; делать его грамотным – значит цивилизовать его.

Общество ненавидит две категории граждан: тех, кто на него нападает, и тех, кто его защищает.

Освобождение – это еще не свобода. Выйти из острога – еще не значит уйти от осуждения.

Осел, знающий дорогу, стоит большего, чем прорицатель, гадающий наугад.

Основа равенства – справедливость.

Осторожность – самое старшее дитя мудрости.

Ошибаться – неотъемлемое свойство любви.

Первый признак истинной любви у юноши – робость, у девушки – смелость.

Побеждать – глупейшее занятие. Не побеждать, а убедить – вот что достойно славы.

Подлинно великие писатели – те, чья мысль проникает во все изгибы их стиля.

Позорить свое отечество – значит предавать его.

Популярность – слава, разменянная на медяки.

Почти вся тайна великой души заключается в слове «настойчивость». Настойчивость для мужества – то же, что колесо для рычага; это беспрерывное обновление точки опоры.

Поэзия не в форме мыслей, а в самих мыслях. Поэзия – это всё, что есть искреннего и задушевного во всем.

Поэт есть мир, одним объятый человеком.

Поэт – это философ конкретного и живописец абстрактного.

Право – это всё то, что истинно и справедливо.

При первой любви душу берут раньше тела; позже его берут прежде души, а иногда и совсем не берут.

Природа, как добрая улыбчивая мать, отдает себя нашим мечтам и лелеет наши фантазии.

Прогресс – это способ человеческого бытия.

Прогресс – это форма человеческого существования. Прогрессом зовется жизнь человечества в целом; прогрессом зовется поступательное движение человечества.

Продвигаясь вперед, наука непрестанно перечеркивает сама себя.

Пусть никто не думает, что мир ждет его как спасителя.

Путешествовать – значит рождаться и умирать каждую секунду.

Работать для народа – вот самая неотложная задача.

Радость, доставляемая нами другому, пленяет тем, что она не только не бледнеет, как всякий отблеск, но возвращается к нам еще более яркой.

Разум человеческий владеет тремя ключами, открывающими все: цифрой, буквой, нотой. Знать, думать, мечтать. Всё в этом.

Ребенок – это грядущее.

Революция – это возвращение от искусственного к естественному. Она происходит потому, что должна произойти.

Революция – это идея, вооруженная штыком.

Республика – это утвердившаяся революция.

Самое большое счастье в жизни – это уверенность, что тебя любят.

Свобода начинается с иронии.

Свобода одного кончается там, где начинается свобода другого.

Семья – это кристалл общества.

Смех – это солнце: оно прогоняет зиму с человеческого лица.

События и люди, когда мы от них удаляемся, постепенно увеличиваются в нашем воображении, точно скалы во мгле.

Совесть – это хаос химер, вожделений и дерзаний, горнило грез, логовище мыслей, это пандемониум софизмов, это поле битвы страстей.

Созерцать – всё равно что трудиться; мыслить – всё равно что действовать.

Сознание права развивает сознание долга. Всеобщий закон – это свобода, кончающаяся там, где начинается свобода другого.

Сорок лет – старость юности, пятьдесят – юность старости.

Софист – это фальшивомонетчик; последний лишает ценности монету, первый извращает ум и делает его негодным. Иной софист, остроумием которого восхищаются наивные люди, лишь нагло издевается над человеческой совестью.

Стиль – как хрусталь: от чистоты его зависит блеск.

Странная вещь: после десяти веков прогресса свобода ума провозглашена, а свобода сердца – нет. Однако любить – не менее великое право человека, чем мыслить… Если свобода совести имеет право на существование, то именно в любви.

Страху свойственно преувеличивать истинное значение факта.

Счастье для стариков, если в них осталась любовь к науке, к музыке, к театру, вообще известная восприимчивость к внешнему миру… То, что человек имеет в себе, никогда ему так не пригодится, как в старости.

Тайна – та же сеть: достаточно, чтобы прорвалась одна петля, и всё расползается.

Творец книги – автор, творец ее судьбы – общество.

Театр не есть страна реального; в нем картонные деревья, полотняные дворцы, тряпичное небо, стеклянные бриллианты, поддельное золото, румяна на щеках, солнце, выходящее из-под земли. Театр в то же время – это страна истинного: на сцене – человеческие сердца, за кулисами – человеческие сердца, в зрительном зале – человеческие сердца.

Терпение – лучшая религия.

Тому, кто живет обманом, истина кажется смрадной.

Тот, кто мечтает, – предтеча того, кто мыслит… Сгустите все мечтания – и вы получите действительность.

Труд в наше время – это великое право и великая обязанность.

Трудно составить счастье мужчины, обрекая на страдания женщину.

Тщеславие имеет свою лицевую и оборотную сторону: лицевая сторона – это глупый негр, любящий пестрые побрякушки, а обратная – дурак в образе философа, ходящего на костылях. Я плачу о первом и смеюсь над вторым.

Тщеславие – страшная сила, действующая внутри нас и против нас же самих.

У будущего есть несколько имен. Для слабого человека имя будущего – невозможность. Для малодушного – неизвестность. Для глубокомысленного и доблестного – идеал.

У каждого человека три характера: тот, который ему приписывают; тот, который он сам себе приписывает; и, наконец, тот, который есть в действительности.

Ум человеческий всегда стремится к какой-либо деятельности и ни при каких обстоятельствах не терпит непрерывного покоя.

Умирает любовь от усталости, а хоронит ее забвение.

Умирать от любви – значит жить ею.

Человек – это не круг с одним центром; это эллипс с двумя средоточиями. События – одно из них, идея – другое.

Что слава? Нелепые крики. / Свет жалок, куда ни взгляни: / В нем многие тем и велики, / Что малы, ничтожны они.

Чтобы быть вполне счастливым, недостаточно обладать счастьем, надо еще заслуживать его.

Декарт Рене.

(31.03.1596–11.02.1650).

Французский философ, математик, физик, физиолог.

Родился в Лаэ (провинция Турень) в семье старинного дворянского рода. С 10 лет учился в иезуитской школе Ла Флеш в Анжу, затем в Университете Пуатье, где получил звание бакалавра и лицензию юриста. Служил в армии, которую оставил в 1621 г. После нескольких лет путешествий переселился в Нидерланды, где провел 20 лет в уединенных научных занятиях. Здесь вышли его главные научные сочинения: «Рассуждение о методе» (1637), «Размышления о первой философии» (1641), «Начала философии» (1644). В 1649 г. по приглашению шведской королевы Кристины переселился в Стокгольм, где вскоре умер, предположительно от пневмонии. Значение работ Декарта в создании им «метода координат» в математике, метода «радикального сомнения» в философии, механицизма в физике.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Беседовать с другими столетиями – почти то же, что путешествовать.

Благоговение – это склонность души не только уважать предмет почитания, но также желание подчиниться ему с известным трепетом, снискать его благосклонность.

Большинство голосов не есть неопровержимое свидетельство в пользу истин, нелегко поддающихся открытию, по той причине, что на такие истины натолкнется скорее отдельный человек, чем целый народ.

Большинство книг таково, что, прочитав несколько строк и просмотрев несколько фигур, уже знаешь о них все; так что остальное помещено в этих книгах лишь для того, чтобы заполнить бумагу.

В большинстве споров можно подметить одну ошибку: в то время как истина лежит между двумя защищаемыми воззрениями, каждое из последних отходит от нее тем дальше, чем с большим жаром спорит.

Великие люди считают, что нет большего зла, чем трусость тех, кто не может переносить беду с твердостью, и хотя они ненавидят пороки, но не ненавидят тех, кто подвержен этим порокам, а питают к ним только жалость.

Верно определяйте слова, и вы освободите мир от половины недоразумений.

Дайте мне материю и движение, и я создам мир.

Для того чтобы усовершенствовать ум, надо больше размышлять, чем заучивать.

Если судьба наделяет кого-нибудь благами, которых он действительно недостоин, и когда зависть пробуждается в нас только потому, что, любя справедливость, мы сердимся, что она не была соблюдена при распределении этих благ, то эту зависть можно извинить.

Зависть находит себе оправдание, если только злоба относится к распределению благ, а не к тем, которые ими обладают или их распределяют.

Здравомыслие есть вещь, справедливее всего распространенная в мире: каждый считает себя настолько им наделенным, что даже те, кого всего труднее удовлетворить в каком-либо другом отношении, обыкновенно не стремятся иметь здравого смысла больше, чем у них есть.

Из двух человеческих страстей – любви и ненависти – большую склонность к чрезмерности имеет именно любовь. Она пламеннее, а потому сильнее и прочнее. Чем страстней воспламеняется любовь, тем она беспощадней ко всему, что ей препятствует и угрожает, она дает свободу ненависти действовать более чем в одном направлении и тем самым освобождает от оков целую дружину зол.

Интуиция – это ум воображения.

Истинное величие души, дающее человеку право уважать себя, больше всего заключается в его сознании того, что нет ничего другого, что ему принадлежало бы по большому праву, чем распоряжение своими собственными желаниями.

Кто берется давать наставления, должен считать себя искуснее тех, кому он их дает: малейшая его погрешность заслуживает порицания.

Люди с сильным и великодушным характером не меняют своего настроения в зависимости от своего благополучия или своих несчастий.

Людям не приходилось бы так легко стыдиться, если бы они, высоко ценя свою личность, считали бы исключенной возможность чьего бы то ни было презрения.

Мало иметь хороший ум, главное – хорошо его применять. В самых великих душах заложена возможность как крупнейших пороков, так и величайших добродетелей, и тот, кто идет очень медленно, может всегда, следуя прямым путем, продвинуться значительно дальше того, кто бежит и удаляется от этого пути.

Можно всюду сохранять свою независимость: не место, где живешь, а жажда отличий при недостатке характера сгибает одного человека перед другим.

Мудрость – это не только благоразумие в делах, но также и совершенное знание всего того, что человек в состоянии познать.

Наблюдайте за вашим телом, если вы хотите, чтобы ваш ум работал правильно.

Надежда – это стремление души убедить себя в том, что желаемое сбудется. Страх же есть склонность души, убеждающая ее в том, что желание не сбудется.

Надменность – всегда порок, хотя бы уже потому, что у надменных людей нет никаких серьезных оснований уважать себя.

Надменность и великодушие заключается только в высоком мнении о себе… Они отличаются друг от друга только тем, что это мнение у надменного человека ни на чем не основано, в то время как у великодушного – вполне справедливо.

Не должно сомневаться в том, что кажется истинным… однако не должно полагать это за непреложное, чтобы не опровергать составленных нами о чем-либо мнений там, где этого требует от нас разумная очевидность.

Не желай ничего, чего ты не можешь достигнуть сам; твое высшее достояние есть свобода, она не может тебя сделать красивым, богатым, уважаемым, сильным и счастливым в глазах всего мира, а может только сделать свободным; она делает тебя не господином вещей, а господином тебя самого.

Негодуют обыкновенно на тех, кто делает добро или причиняет зло лицам, этого не заслуживающим; завидуют же тем, кто в подобных случаях получает какое-нибудь благо.

Недостаточно обладать здравым умом – важно умело им пользоваться.

Нет более плодотворного занятия, чем познание самого себя.

Нет ни одного порока, который так вредил бы благополучию людей, как зависть, ибо те, которые им заражены, не только огорчают самих себя, но и омрачают также радость других.

Нет ничего столь далекого, чего нельзя было бы достичь, ни столь сокровенного, чего нельзя было бы открыть.

Обыкновенный смертный сочувствует тем, кто больше жалуется, потому что думает, что горе тех, кто жалуется, очень велико, в то время как главная причина сострадания великих людей – слабость тех, от кого они слышат жалобы.

Отчаяние – это страх без надежды.

По мере того как память обременяется множеством фактов, гений и его творческие способности слабеют и гаснут.

Порядок освобождает мысль.

Разум – это зажигательное стекло, которое, воспламеняя, само остается холодным.

Своеволен тот, у кого сильные желания и слабая воля.

Страх есть склонность души, убеждающая ее в том, что желание не сбудется.

Стремись всегда побеждать скорее самого себя, чем судьбу, и менять скорее свои желания, чем порядок в мире.

Стыд есть вид печали, основанной на любви к самому себе, происходящей от страха перед порицанием.

Те, кто полагается на свой естественный разум, будут правильнее судить, чем те, кто верит только древним книгам.

Те люди, которых особенно волнуют страсти, больше всего могут насладиться жизнью.

Трусость очень вредна потому, что она удерживает волю от полезных действий.

Трусость происходит только от отсутствия определенной надежды или желания…

У кого есть… сознание и чувство собственного достоинства… Они… не боятся, что другие умнее их, образованнее или красивее… Равным образом они не считают себя значительно выше тех, кого они в свою очередь превосходят, потому что все это кажется им имеющим очень мало значения в сравнении с доброй волей, за которую они только себя уважают и которую предполагают у каждого человека.

Уважение других дает повод к уважению самого себя.

Уединение нужно искать в больших городах.

Целью научных занятий должно быть направление ума таким образом, чтобы оно выносило прочные и истинные суждения о всех встречающихся предметах.

Чем страстней воспламеняется любовь, тем беспощадней ко всему, что ей препятствует и угрожает, она дает свободу ненависти действовать более чем в одном направлении.

Чтение хороших книг – это разговор с самыми лучшими людьми прошедших времен, и притом такой разговор, когда они сообщают вам только лучшие свои мысли.

Широта ума, сила воображения и активность души – вот что такое гений.

Я мыслю, значит, я существую.

Демокрит Абдерский.

(приблизительно 460 г. до н.э. – 370 до н.э.).

Древнегреческий философ-материалист, один из основателей атомистики.

Родился в городе Абдеры во Фракии. В течение всей жизни много путешествовал, изучая философские воззрения многих народов (Египет, Вавилон, Персия, Индия и др.). Обладая энциклопедическими познаниями, стал одним из пионеров таких наук, как математика, геометрия. Все дошедшие до сегодняшнего дня сочинения Демокрита собраны в книге «Фрагменты и свидетельства об учении».

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Бедность и богатство суть слова для обозначения нужды и изобилия. Следовательно, кто нуждается, тот не богат, а кто не нуждается, тот не беден.

Блага юности – сила и красота, благо старости – расцвет разума.

Благо и истина одни и те же для всех, но удовольствия от них могут быть разные.

Благоразумен тот, кто не печалится о том, чего не имеет, и, напротив, рад тому, что имеет.

Благоразумие отца есть самое действенное наставление для детей.

Богат тот, кто беден желаниями.

Быть верным долгу в несчастье – великое дело.

Быть хорошим человеком – значит не только не делать несправедливости, но и не желать этого.

Великодушие – кротко переносить чужую погрешность.

Венец справедливости есть смелость духа и неустрашимость мысли, предел же несправедливости – в страхе перед угрожающим несчастьем.

Воспитание детей – рискованное дело. Ибо в случае удачи последняя приобретена ценою большого труда и заботы, в случае же неудачи горе не сравнимо ни с каким другим.

Воспитание есть украшение в счастье и прибежище в несчастье.

Враг не тот, кто наносит обиду, но тот, кто делает это преднамеренно.

Вражда с родными гораздо тягостнее, чем с чужими.

Высшая доблесть духа состоит в том, чтобы кротко переносить обиды.

Глупцов благоразумию научает несчастье.

Глупцы стремятся к выгодам, доставляемым счастливым случаем, знающие же ценность таких выгод стремятся к выгодам, доставляемым мудростью.

Два вида познания: одно посредством чувств, другое – мысли.

Делающий постыдное должен прежде всего стыдиться самого себя.

До€лжно говорить правду и избегать многословия.

До€лжно препятствовать совершению несправедливого поступка. Если же мы этого не в состоянии сделать, то, по крайней мере, мы не должны содействовать несправедливому поступку.

До€лжно стыдиться самого себя столько же, как и других людей, и одинаково не делать дурного, останется ли оно никому не известным или о нем узнают все. Но наиболее до€лжно стыдиться самого себя.

Душевная радость возникает у людей благодаря умеренности в удовольствиях и размеренной жизни. Недостаток же или излишество склонны к неустойчивости и вызывают большие волнения в душе.

Если даже ты наедине с собой, не говори и не делай ничего дурного. Учись гораздо более стыдиться самого себя, чем других.

Если кто-нибудь пренебрегает общественными делами, то он приобретает дурную репутацию, даже если он ничего не ворует и вообще не совершает никакой несправедливости.

Если можешь сделать подарок, то не медли с этим, помня, что обстоятельства переменчивы.

Если перейдешь меру, то самое приятное станет самым неприятным.

Жадность до денег, если она ненасытна, гораздо тягостней нужды, ибо чем больше растут желания, тем больше потребности они порождают.

Желание большего приводит к потере того, что имеешь.

Желающий быть в хорошем расположении духа не должен браться за много дел ни в своей частной жизни, ни в общественной, и что бы он ни делал, он не должен стремиться выше своих сил и своей природы.

Жизнь без праздников – это длинный путь без заезжего двора.

Жить дурно, неразумно, невоздержанно – значит не плохо жить, но медленно умирать.

Завистливый человек причиняет огорчения самому себе, словно своему врагу.

Зависть порождает раздор среди людей.

Закон обнаруживает свое благотворное действие лишь тем, кто ему повинуется.

Законы бесполезны как для хороших людей, так и для дурных. Первые не нуждаются в законах, вторые от них не становятся лучше.

Законы – дурная выдумка.

Запах – это истечение тонкого из тяжелого.

Из мудрости вытекают следующие три особенности: выносить правильные решения, безошибочно говорить и делать то, что следует.

Лишь несчастья учат глупцов благоразумию.

Лучше думать перед тем, как действовать, чем после.

Лучше изобличить собственные ошибки, чем чужие.

Лучше, чтобы хвалил нас кто-нибудь другой, чем хвалить самого себя.

Люди измыслили идол случая, чтобы пользоваться им как предлогом, прикрывающим их собственную нерассудительность.

Малые услуги, оказываемые вовремя, являются величайшими благодеяниями для тех, кто их получает.

Медицина – сестра философии.

Многие из богачей – хранители, а не хозяева своих богатств.

Многие многознайки не имеют ума.

Многие совершающие постыднейшие поступки говорят прекрасные речи.

Могут быть умные юноши и глупые старики. Ибо научает мыслить не время, но раннее воспитание и природа.

Мудрец – мера всех существующих вещей. При помощи чувств он – мера чувственно воспринимаемых вещей, а при помощи разума – мера умопостигаемых вещей.

Мужествен не только тот, кто побеждает врагов, но и тот, кто господствует над своими страстями. Некоторые же царствуют над городами и в то же время являются рабами женщины.

Мужество делает ничтожными удары судьбы.

Надежды на постыдную наживу – начало убытка.

Наихудшее, чему может научиться молодежь, – легкомыслие. Ибо последнее порождает те удовольствия, из которых развивается порок.

Не делать никаких уступок жизни есть признак безрассудства.

Не из страха, но из чувства долга до€лжно воздерживаться от дурных поступков.

Не относись ко всем с недоверием, но будь со всеми осторожен и тверд.

Не слово, а несчастье есть учитель глупцов.

Не стремись все знать, чтобы не оказаться во всем невеждой.

Несвоевременные удовольствия порождают неудовольствия.

Нужно заботиться только об умеренном приобретении материальных средств и главные усилия направить на действительно необходимое.

Образование для счастливых – украшение, для несчастливых – убежище.

Общая нужда тяжелее частной: ибо в случае общей нужды не остается никакой надежды на помощь.

Оказывая благодеяние, берегись, чтобы тот, кому ты оказываешь благодеяние, предательски не воздал тебе злом за благо.

Отказывайся от всякого удовольствия, которое не полезно.

Откровенная речь – свойство свободного духа, однако опасно выбрать для нее неподходящий момент.

Подобно тому как бывает болезнь тела, бывает также болезнь образа жизни.

Привычки отцов, и дурные, и хорошие, превращаются в пороки детей.

Признак ума – предотвратить обиду, не отвечать же на нанесенную обиду – признак бесчувственности.

Причина ошибки – незнание лучшего.

Приятен старик, который приветлив и серьезен.

Раскаяние в постыдных делах есть спасение жизни.

Самое лучшее для человека – проводить жизнь в наивозможно более радостном расположении духа.

Свободным я считаю того, кто ни на что не надеется и ничего не боится.

Сила и красота суть блага юности, преимущество же старости – расцвет рассудительности.

Слава и богатство без разума – непрочное имущество.

Следует стремиться не ко всякой радости, а к той, которая связана с прекрасным.

Слово – тень дела.

Смелость – начало дела, но случай – хозяин конца.

Справедливость есть исполнение долга, несправедливость – неделание того, что должно, уклонение (от выполнения своих обязанностей).

Старик молодым уже побыл, а юный не знает, дойдет ли до старости.

Страх порождает лесть, доброжелательства же он не имеет.

Стяжатели работают как пчелы, как будто им предстоит жить всегда.

Счастлив не тот, кто богат, а тот, кто не нуждается в богатстве.

Счастлив тот, кто не печалится о том, чего не имеет, и, напротив, рад тому, что имеет.

Счастлив тот, кто при малых средствах пользуется хорошим расположением духа; несчастлив тот, кто при больших средствах не имеет душевного веселья.

Счастье и несчастье – в душе.

Счастье обитает не в стадах и не в золоте. Душа – местожительство этого демона.

Счастье – это хорошее расположение духа, благосостояние, гармония, симметрия и невозмутимость.

Телесная красота человека есть нечто скотоподобное, если под ней не скрывается ум.

Только та любовь справедлива, которая стремится к прекрасному, не причиняя обид.

Тот, кто склонен противоречить и много болтать, не способен изучить то, что нужно.

У всех тех, которые предаются удовольствиям желудка и переходят надлежащую меру в еде, вине или в наслаждениях любви, удовольствия бывают кратковременные и быстротечные, продолжающиеся, лишь пока едят и пьют; страдания же, получающиеся в результате этой невоздержанности, бывают многочисленны и продолжительны.

У кого характер упорядочен, у тех и жизнь благоустроена.

Узнав секрет от друга, не выдавай его, сделавшись врагом: ты нанесешь удар не врагу, а дружбе.

Украшение женщин – молчаливость; похвальна также и простота наряда.

Умение уберечься от угрожающей несправедливости есть признак ума, нежелание же отплатить за причиненную обиду есть признак бесчувственности.

Умеренность умножает радости жизни и делает удовольствие еще большим.

Хвалить за хорошие дела – прекрасно, но прославлять за дурные дела есть дело человека лукавого и обманщика.

Честный и бесчестный человек познаются не только из того, что они делают, но из того, чего они желают.

Дефо Даниэль.

(1660–26.04.1731).

Английский писатель, публицист.

Родился в Криплгейте в семье мясника. С детства готовился стать пастором, но от церковной карьеры вынужден был отказаться. Окончил Ньюингтонскую академию, где изучал греческий, латинский языки, классическую литературу. Поступил приказчиком к оптовому чулочному торговцу. По торговым делам часто бывал в Испании, Франции, где познакомился с жизнью Европы эпохи Просвещения. Пытался организовать собственное коммерческое предприятие, но разорился. Литературную деятельность начал анонимными политическими памфлетами и газетными статьями. Проявил себя как талантливый сатирик. Писал в основном на политические темы. Широкую популярность приобрел со времени появления памфлета «Истинный англичанин». Будучи талантливым публицистом, памфлетистом, издателем, не занимая никакой государственной должности, оказывал большое влияние на короля и правительство. В 1719 г. выпустил роман «Жизнь и удивительные приключения Робинзона Крузо…», имевший огромный успех. Д. Дефо написал и другие романы: «Радости и горести Моль Флендерс» (1722), «Счастливая куртизанка, или Роксана» (1724), «История полковника Джека» (1722), однако именно образ Робинзона, доказывающий безграничные силы и творческий потенциал человека, сделал имя автора романа бессмертным.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Беседуйте время от времени с учеными, но советуйтесь с человеком мягким и чувствительным.

В каждом положении отыщется что-нибудь утешительное, если хорошо поискать.

В минуты колебания смело следуй внушению внутреннего голоса, если услышишь его, хотя бы, кроме этого голоса, ничто не побуждало тебя поступить так, как он тебе советует.

Все наши сетования по поводу того, чего мы лишены, проистекают от недостатка благодарности за то, что мы имеем.

Голод укрощает даже льва.

Добрый советчик может вернуть человека к жизни, он вселяет отвагу в слабодушного и пробуждает в разуме человеческом способность поступать нужным образом.

Дурное употребление материальных благ часто является вернейшим путем к величайшим невзгодам.

Душа, помещенная в тело, подобна неограненному алмазу, и она должна быть отполирована, иначе она никогда не сможет засиять; и очевидно, что если разум отличает нас от животных, то образованность делает это отличие еще большим и помогает нам уйти от животных дальше, чем другие.

К каким только нелепым решениям не приходит человек под влиянием страха! Страх отнимает у нас способность распоряжаться теми средствами, какие разум предлагает нам в помощь.

Как только Бог возводит молитвенный дом, дьявол всегда там же строит часовню.

Какое игралище судьбы человеческая жизнь! И как странно меняются с переменой обстоятельств тайные пружины, управляющие нашими влечениями! Сегодня мы любим то, что завтра будем ненавидеть; сегодня ищем то, чего завтра будем избегать. Завтра нас будет приводить в трепет одна мысль о том, чего мы жаждем сегодня.

Мы никогда не видим своего положения в истинном свете, пока не изведаем на опыте положения еще худшего.

Нередко тоска по одной утраченной радости может омрачить все прочие услады мира.

Никогда не поздно поумнеть.

Обмануть дьявола не грешно.

Остаться без друзей – самое горшее, после нищеты, несчастье.

Самая высокая степень человеческой мудрости – это умение приспосабливаться к обстоятельствам и сохранять спокойствие вопреки внешним грозам.

Страх – болезнь, расслабляющая душу, как расслабляет тело физический недуг.

Страх опасности всегда страшнее опасности уже наступившей, и ожидание зла в десять тысяч раз хуже самого зла.

Такова уж человеческая натура: мы никогда не видим своего положения в истинном свете, пока не изведаем на опыте положения еще худшего, и никогда не ценим тех благ, какими обладаем, покуда не лишимся их.

Человек – создание по меньшей мере недальновидное, особенно когда сам берется утверждать, что счастлив, или полагает, что может жить своим умом.

Человеку не хватает мудрости успокоиться на достигнутом.

Что является спасением для одного, губит другого.

Джебран Халиль Джебран.

(1883–1931).

Ливанский писатель-эссеист, романист, поэт, художник.

Является одним из самых читаемых сегодня арабских писателей. Известен своим произведением «Пророк». Творчество Джебрана занимает особое место в истории арабской литературы и философской мысли XX в., являясь основой арабского романтизма философского направления. Его произведения являются синтезом культур Востока и Запада, заключая в себе идеи единства Истины и Красоты, вечности Духа, стремления к свободе от приземленности толпы.

Аскетизм – это насилие над телом, умерщвление его желаний.

Безобразен единственно лишь страх души перед лицом ее собственной памяти.

Безумец – музыкант не в меньшей степени, чем ты или я; только его инструмент немного расстроен.

Бесплодная женщина всегда навлекает на себя ненависть супруга, ибо эгоистическое чувство внушает мужчине, что дети – продолжатели его жизни, и он стремится иметь потомство в надежде жить на земле вечно.

Богатства отцов почти всегда приносят несчастье детям.

Быть понятым – значит стать вровень со всеми.

Быть щедрым – значит давать больше, чем ты можешь; быть гордым – значит брать меньше, чем тебе нужно.

В глубине ваших надежд и желаний лежит молчаливое знание запредельного; и, как семена, спящие под снегом, ваше сердце видит сны о весне. Верьте снам, ибо в них скрыты врата в вечность.

В нашей сегодняшней печали нет ничего горше воспоминания о нашей вчерашней радости.

В сердце того, кто страстно стремится к красоте, она сияет ярче, чем в глазах созерцающего ее.

Ваш разум и страсть – руль и паруса вашей плывущей по морю души. Если паруса порваны или сломан руль, вы можете лишь носиться по волнам и плыть по течению либо неподвижно стоять в открытом море. Ибо разум, властвующий один, – сила ограничивающая; а одна страсть – пламя, сжигающая самого себя.

Великий певец – тот, кто поет наше молчание.

Великодушие состоит не в том, чтобы ты дал мне нечто такое, в чем я нуждаюсь более тебя, но чтобы ты дал мне то, без чего сам не можешь обойтись.

Вера – оазис в сердце, которого никогда не достигнуть каравану мышления.

Взойти на трон – это значит продаться в рабство.

Воспоминание – род встречи.

Всё великое и прекрасное, что есть в этом мире, рождено от единой мысли или единого чувства внутри человека. Все известные поныне творения прошлого были, прежде чем возникли, тайной мыслью в мозгу мужчины или нежным чувством в груди женщины. Все великие революции – времена, когда ручьями текла кровь и свободе поклонялись, как богине, – были фантастической мыслью, блуждавшей по извилинам мозга одного человека, затерянного среди тысячи других людей. Разрушительные войны, которыми ниспровергались троны и уничтожались царства, были идеей, что тайно волновала одного человека. Возвышенные учения, изменившие ход жизни человечества, были поэтической мечтой одиночки, отдаленного гениальностью от его окружения.

Вы можете стать свободными лишь тогда, когда даже само желание искать свободу станет для вас уздой и вы перестанете говорить о свободе как об искомом и достигнутом.

Высочайшая добродетель в этом мире может в том оказаться пустячной.

Гений – песнь малиновки в начале запоздалой весны.

Достигнув конца того, что следует знать, ты окажешься в начале того, что следует чувствовать.

Достигнув сердца жизни, ты найдешь красоту во всем, даже в глазах, которые слепы к красоте.

Достигнуть зари можно только тропою ночи.

Душа – зеркало, перед которым проходят события жизни, отражающие картины этих видений и образы тех фантазий.

Если все, что говорят о добре и зле, правда, тогда вся моя жизнь – одно непрерывное преступление.

Если кто-то оскорбит вас, вы можете забыть оскорбление, но если вы оскорбите кого-то, вы будете помнить об этом всегда.

Есть ли больший недостаток, чем подмечать чужие недостатки?

Жажда покоя убивает страсть души, а потом идет, ухмыляясь, в погребальном шествии.

Желание – полужизнь, равнодушие – полусмерть.

Женщина, которую боги одарили красотой души, соединенной с красотою тела, – это и явь, и загадка. Истина ее открыта тем, кто смотрит на нее глазами чистоты и любви, но спрятана в тумане смятенной растерянности от жаждущих описать ее словами.

Жизнь без любви подобна дереву без цветов и плодов.

Жизнь на самом деле есть тьма, когда нет стремления. Всякое стремление слепо, когда нет знания. Всякое знание тщетно, когда нет труда. Всякий труд бесплоден, когда нет любви.

Жизнь – не только наслаждение, а стремление, кипение и страсть.

Жизнь – это остров в море одиночества и уединения.

Жизнь – это шествие. Для того, кто идет медленным шагом, оно слишком быстро, и потому он выходит из него. А тот, чья поступь легка, считает его необычно замедленным и тоже из него выходит.

За пределами красоты нет ни религии, ни науки.

Забвение – род свободы.

Завистник невольно расточает мне похвалы.

Знать истину следует всегда, изрекать – иногда.

Значимость человека определяется не тем, чего он достиг, а скорее тем, чего он дерзает достичь.

Искусство – шаг из природы в Бесконечность.

Истина, как и всё прекрасное в этом мире, оказывает свое благотворное влияние только на того, кто испытал на себе жестокое влияние лжи. Истина и есть то скрытое чувство, которое учит нас радоваться жизни и заставляет желать этой радости для всех людей.

Истинная вера – не показная вера в храмах, проявляющаяся в обрядах, обычаях, а скрытая в сердцах, созревшая в поступках.

Истинно великий человек – тот, кто никого не станет учить и ни у кого не станет учиться.

Истинно добр тот, кто един со всеми, кого мнят злыми.

Истинное искусство – не в высоких и низких нотах, не в звонких словах стихотворения и в линиях и в красках картины, оно – в тех молчаливых трепещущих паузах, что возникают между тонами песни, в тех волнующих оттенках поэмы, что безмолвно, уединенно и скрыто пребывают в душе поэта, оно – в откровении картины, созерцая которую, ты видишь вдали нечто неведомое и прекрасное.

Источник страха – в вашем сердце, а не в руках устрашающего.

Когда мужчина касается рукою руки женщины, оба они касаются сердца вечности.

Когда ты стоишь спиною к солнцу, то видишь только свою тень.

Когда ты упиваешься своей любовью к ближнему, она перестает быть добродетелью.

Конечная любовь ищет обладания любимым, бескрайней – не нужно ничего.

Красота есть вечность, глядящаяся в зеркало.

Красота есть тайна, постигаемая нашими душами, что ликуют и ширятся, отдаваясь ее власти, а разум в недоумении останавливается перед ней, не в силах найти название и воплотить в слова. Это – скрытый поток частиц между чувствами видящего и истиной видимого; это – излучение святая святых души, озаряющее внешность человека: так жизнь из глубин семени обращается красками и ароматами цветка; это – полное понимание между мужчиной и женщиной: возникнув мгновенно, оно порождает высочайшее стремление – ту духовную близость, которую и называют любовью.

Красота – не потребность, а экстаз. Это не жаждущие уста и не пустая протянутая рука, но пламенное сердце и очарованная душа. Это не образ, что вам хотелось бы видеть, и не песня, что вам хотелось бы слышать, но образ, который вы видите, даже если сомкнете глаза, и песня, которую вы слышите, даже если закроете уши.

Красота – то, к чему у тебя есть влечение в душе; то, что ты видишь и хотел бы дать, а не взять; при встрече с красотой ты чувствуешь, как тянутся к ней глубины твоей души.

Красота – то, что тела считают испытанием, а души – благодеянием; это союз между печалью и радостью. Красота – то, что ты видишь, хотя оно скрыто, узнаешь, хотя оно и неведомо, и слышишь, хотя оно немо. Это сила, которая зарождается в святая святых твоего существа и кончается за пределами твоей фантазии.

Любите друг друга, но не превращайте любовь в цепи. Пусть лучше она будет волнующим морем между берегами ваших душ… Пойте, пляшите вместе и радуйтесь, но пусть каждый из вас будет одинок, как одиноки струны лютни, хотя от них исходит одна музыка.

Любовники обнимают скорее то, что есть между ними, нежели друг друга.

Любовь – единственная свобода в этом мире, ибо она поднимает душу к вершинам, не доступным ни для людских законов и обычаев, ни для законов и велений природы.

Любовь и сомнение никогда не уживутся друг с другом.

Любовь, которая ищет что-либо помимо раскрытия своей собственной тайны, – это не любовь, а расставленные сети, в которые уловляется лишь бесполезное.

Любовь, которая не всякий миг рождается, всегда умирает.

Любовь, которая не обновляется вседневно, превращается в привычку, а та, в свою очередь, – в рабство.

Любовь, что приходит на заре юности довольствуется встречами и свиданиями, растет от поцелуев и объятий; та же, что была вскормлена грудью бесконечности и опустилась в мир на крыльях ночных тайн, жаждет встречи с одной лишь вечностью, ищет услады в бессмертии и преклоняет колени только перед божественной природой духа.

Любовь – это пелена между двумя влюбленными.

Любовь – это счастье, которое дрожит от страха.

Любящая женщина все простит, но ничего не забудет.

Люди – рабы жизни, а сама жизнь – рабство, которое бесчестием и позором покрывает их дни, слезами и кровью наполняет их ночи.

Люди сражаются и убивают друг друга во имя рабства и называют это патриотизмом; они покорно склоняются перед ним, называя его земной тенью бога; повинуясь его воле, они сжигают свои дома и селения и называют это равенством и братством; они отдают рабству все свои силы и время и называют это богатством и торговлей.

Мать – всё в жизни, она утешает в печали, вселяет надежду в отчаянии, придает силы в минуту слабости; она – источник нежности, сострадания, жалости и прощения; кто теряет мать, теряет человека, на чью грудь он мог бы склонить голову, чьи глаза охраняли бы его, а рука давала благословение.

Многим женщинам удается завладеть сердцем мужчины, но мало кто из них может им управлять.

Можно забыть того, с кем смеялся, но никогда не забыть того, с кем вместе плакал.

Мудрость перестает быть мудростью, когда она слишком горделива, чтобы плакать, слишком серьезна, чтобы смеяться, и слишком поглощена собою, чтобы искать что-либо, кроме самой себя.

Мужу, погрязшему в мирских заботах, кажется, что бесплодная жена обрекает его на медленное самоубийство; исполнен ненависти, он отрекается от нее и желает ей смерти как вероломному врагу, задумавшему его погубить.

Мужчины, которые не прощают женщинам их маленьких недостатков, никогда не насладятся их великими достоинствами.

Музыка подобна поэзии и живописи. Она отображает различные состояния человека, очерчивает силуэты движений сердца, разъясняет фантазии душевных склонностей, придает форму мыслям и описывает прекраснейшие желания тела.

Музыка подобна светильнику – изгоняя из души тьму и освещая сердце, она открывает его глубины.

Музыка – язык души и мелодия ветерков, колеблющих струны чувств; она – тонкие пальцы, воскресающие на страницах фантазии воспоминания о часах подлинной скорби или о кратких мгновениях истинной радости и веселья.

Нация – совокупность людей, разных по характеру, вкусам и взглядам, но связанных между собой прочными, глубокими и всеобъемлющими духовными узами.

Наши самые святые слезы никогда не выступают на наших глазах.

Не допускайте к обмену людей с пустыми руками, которые расплачиваются своими словами за вашу работу.

Не забывайте, что стыдливость – щит от глаз порочности.

Неведение – колыбель счастья, а счастье – источник покоя.

Ненависть – нечто мертвое. Кто из вас хотел бы стать склепом?

О другом можно судить только сообразно тому, сколь хорошо ты знаешь самого себя.

Обильные слезы юности – избыток влаги, переполняющей сердце. Старческие же слезы – последние капли жизни, падающие из-под век, жалкий остаток сил в немощном теле. Слезы на глазах молодости подобны каплям росы на лепестках розы. Слезы на щеке старости напоминают пожелтевшие листья осени, уносимые ветром с приближением зимы жизни.

Одиночество – такой же спутник грусти, как и сподвижник любого порыва духа.

Очевидное – это то, чего никто не видит, пока кто-нибудь не выразит его простейшим способом.

Подлинная власть – это мудрость, охраняющая всеобщий справедливый естественный закон. А как ее можно назвать справедливой, если она, казнив убийцу и заключив в темницу грабителя, сама выступает против соседней страны, убивает тысячи людей и грабит десятки тысяч?

Подлинно справедлив тот, кто чувствует себя наполовину виноватым в чужих поступках.

Подлинное в нас молчаливо, наносное – речисто.

Подражатель – это тот, кто ничего не открывает, ничего не создает, лишь заимствует свой духовный мир у современников, а одежды своих идей шьет из лоскутков, отхваченных от платьев предшественников.

Поэзия – это не просто изреченная мысль. Это песнь кровоточащей раны или же улыбающихся губ.

Поэзия – это поток радости, боли, изумления и малая толика слов из словаря.

Поэзия – это чувство, которое страстно стремится в неизвестную даль и делает эту даль близкой и узнаваемой: идея, беседующая с таинственным и непостижимым и превращающая ее в нечто явное и понятное.

Поэт – удивительное создание, наделенное третьим, духовным оком, видящим в природе то, чего обычно не видят глаза, и внутренним слухом, различающим в шепоте дней и ночей то, чего обычно не улавливают уши.

Поэт – это верующий, который входит в храм своей души и падает ниц в слезах и восторге, призывая, восхваляя, внимая и возвещая.

Поэт – это низвергнутый царь, что сидит на пепелище своего дворца и пытается воссоздать образ из пепла.

Преувеличение – это вышедшая из себя истина.

Произведение искусства – туман, изваянный в образ.

Раскаяние – это лишь затмение разума, но не наказание для него.

Рассудительность – всегда камень преткновения для поэзии.

Рождение и смерть – вот два благороднейших выражения доблести.

Руки грусти – сильные, хотя и шелковые на ощупь, – стискивают сердце, мучая его одиночеством.

Руки доброй женщины, обвившиеся вокруг шеи мужчины, – это спасательный круг, брошенный ему судьбой с небес.

Сердце, полное чувств, подобно ветвистому кедру: теряя одну из сильных ветвей, он страдает, но, как и прежде, живет, направляя жизненные соки к соседней ветви, и та, вырастая, заполняет молодыми побегами место срубленной.

Слава – это тень страсти, стоящей на свету.

Случается, что обман приносит успех, но он всегда кончает жизнь самоубийством.

Смерть – не умиротворенье, лишь отчаянье и черной муки пасть.

Терпимость – это любовь, страдающая надменностью.

То, что всего желаннее, но недосягаемо, дороже уже достигнутого.

Только те, чьи сердца хранят тайны, способны постичь тайны наших сердец.

Тот, кто терпит обиду, не восстав на обидчика – пособник лжи против правды, подручный палача в избиении невинных.

Труд – это любовь, ставшая зримой.

У великого человека два сердца – одно истекает кровью, другое стойко терпит.

У юности крылья с перьями из поэзии и нервами из иллюзий; на них она возносится в заоблачные выси, откуда мир видится в свете, окрашенном всеми цветами радуги, а жизнь звучит гимнами величию и славе, но бури опыта ломают поэтические крылья, и юность опускается на землю – в мир, похожий на кривое зеркало, где каждый отражается в искаженном виде.

Удивительно, что у тварей, лишенных хребта, самый крепкий панцирь.

Факт – это бесполая истина.

Фанатик – это глухой как пень оратор.

Часто мы поем колыбельные своим детям, чтобы заснуть самим.

Часто остроумие – только маска. Если б тебе удалось сорвать ее, ты бы увидел под ней либо рассерженного гения, либо ловкого плута.

Человек, будучи рожден свободным, живет рабом жестоких законов, созданных его отцами и дедами.

Человек есть два человека – один бодрствует во тьме, другой спит при свете.

Человечество – река света, текущая из правечности в вечность.

Чувство юмора – это чувство соразмерности.

Юмор – это правда в безопасных для жизни дозах.

Я выучился молчанию у речистого, терпимости – у нетерпимого и доброте – у недоброго; но, как ни странно, я не испытываю ни малейшей признательности к этим учителям.

Язык – одно из проявлений творчества всей нации или ее общей сложности.

Джефферсон Томас.

(13.04.1743–04.07.1826).

Американский политический деятель, дипломат, философ, 3-й президент США.

Родился в поместье Шедвелл (штат Виргиния) в семье крупного плантатора-рабовладельца. Окончил колледж в Вильямсбурге. В 1786 г. опубликовал «Общий взгляд на права Британской Америки», где призывал к борьбе против притеснителей – англичан. Этот трактат принес автору известность во всех колониях. С 1789 по 1795 г. был первым государственным секретарем США, с 1797 по 1801 г. – вторым вице-президентом, с 1801 по 1809 – президентом США. Был главой комитета по созданию Декларации независимости. Основал Университет Вирджинии, создал Библиотеку конгресса США. Широко известен как один из создателей доктрины отделения церкви от государства. Умер 4 июля 1826 г., ровно через пятьдесят лет после подписания Декларации независимости.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

В большинстве своем люди более склонны страдать, чем бороться, дабы устранить причину страданий.

В вопросах власти прекратим слушать о доверии человеку, а поставим преграду от его злонамеренности, сковав его цепями конституции.

В вопросах стиля плыви по течению, в вопросах принципа стой твердо, как скала.

Вводить законы, противоречащие законам природы, – значит порождать преступления, чтобы потом их наказывать.

Вежливость – это искусственно созданное хорошее настроение.

Вежливость – это привычка приносить в жертву мелкие удобства.

Война – такое же наказание тому, кто его исполняет, как и тому, кто от него страдает.

Воля народа – единственная легитимная основа любого правительства, и защита ее свободного выражения должна быть нашей первой целью.

Все искусство управления состоит в искусстве быть честным.

Выбирать себе правительство вправе лишь тот народ, который постоянно находится в курсе происходящего.

Гораздо опаснее, если виновный человек понесет наказание без соблюдения закона, чем если он вообще избежит наказания.

Для корыстного духа коммерции не существует ни родины, ни чувств, ни принципов – одна нажива.

Для общества бунт – вещь не менее полезная, чем гроза для природы… Это лекарство, необходимое для здоровья правительства.

Дороже всего нам обходятся те бедствия, которые нас так и не постигли.

Древо свободы должно время от времени орошаться кровью патриотов и тиранов. Это его естественное удобрение.

Если бы мне пришлось решать, что предпочесть, – правительство без газет или газеты без правительства – я бы, не колеблясь и мгновения, предпочел бы последнее.

Если бы я не мог попасть на небо, кроме как вместе с партией, я бы совсем отказался от этого.

Если вино дешево, народ не пьянствует.

Если ты разгневан, сосчитай до десяти, прежде чем говорить; если сильно разгневан, сосчитай до ста.

Живой и устойчивый смысл сыновнего долга постигается умом сына или дочери быстрее благодаря прочтению «Короля Лира», чем изучению сотен скучных томов об этике и божественных заповедях.

Забота о человеческой жизни и счастье, а не об их разрушении – это первая и единственная законная задача хорошего правительства.

Законы и установления должны идти рука об руку с прогрессом человеческой души.

Законы пишутся для обыкновенных людей, поэтому они должны основываться на простых правилах здравого смысла.

Заплата должна быть соразмерна дыре.

Исполнение законов более важно, чем их издание.

Использовать часть народа, чтобы держать в узде остальной народ, – старый прием деспотов.

Когда я вспоминаю, что Бог справедлив, я содрогаюсь от страха за мою родину.

Лучше не пускать волка в овчарню, чем уповать на то, что удастся выдрать ему зубы, когда он туда залезет.

Мелкие землевладельцы – самая ценная часть государства.

Моя родина – там, где свобода.

Мы придерживаемся очевидной истины, что все люди созданы равными, что они наделены их Творцом неотъемлемыми правами, среди которых жизнь, свобода и стремление к счастью.

Наша свобода зависит от свободы прессы и не может быть ограничена без того, чтобы не быть потерянной.

Небольшие восстания время от времени… – это лекарство, необходимое для крепкого здоровья правительства.

Ни одно правительство не может существовать без цензуры: там, где печать свободна, никто не свободен.

Никогда не покупайте вещь, прельстившись ее дешевизной, – такая вещь, в конечном счете, обойдется вам дорого.

Никто не сохраняет после ухода с поста президента репутацию, с которой он занял его.

Объявления содержат единственную правду, которой следует доверять в газете.

Привычка употреблять горячительные напитки должностными лицами приносит больше ущерба обществу, чем все другие заботы.

Проповедью должны быть наши жизни, а не наши слова.

Профессия юриста состоит в том, чтобы все ставить под сомнение, ни с чем не соглашаться и без конца говорить.

Равные права – всем, особые привилегии – никому.

Редко общественное мнение бывает аморальным или глупым, и личность, мнение которой отличается от общественного, должна сомневаться и хорошо проверить свое мнение.

Рекламные объявления содержат единственные правдивые сведения, которые можно найти в газетах.

Республиканское правительство медлительно в продвижении, и все же, если оно однажды сдвинулось, его инерция становится непреодолимой.

Самая сложная задача для любого должностного лица – это посадить нужного человека на нужное место.

Сопротивление тиранам – это покорность Богу.

Стремитесь всегда исполнить свой долг, и человечество оправдает вас даже там, где вы потерпите неудачу.

Те, кто работает на земле, – избранные Богом люди, если у него когда-нибудь был избранный народ, чьи души он сделал бы своим особым вкладом в обеспечение надежной и искренней добродетели.

Трус намного чаще втягивается в ссоры, чем мужественный человек.

Цена свободы – вечная бдительность.

Ценности – это то, чем живут люди; религия – это то, с чем и как они живут.

Человек, который ничего не читает, образованнее того, кто не читает ничего, кроме газет.

Человеку, не страшащемуся правды, нечего бояться лжи.

Я думаю, у нас механизмов правительства больше, чем необходимо; слишком много паразитов живут за счет труда прилежных коллег.

Я не замечал, чтобы честность людей возрастала с их богатством.

Я предпочитаю, чтобы меня помнили по тем делам, которые я совершал для других, а не по тем делам, что другие совершали ради меня.

Я согласен с идеей, что среди людей существует естественная аристократия. Основы для нее – это добродетель и талант.

Джонсон Сэмюэл.

(18.09.1709–13.12.1784).

Английский критик, ученый, поэт.

Родился в бедной семье мелкого книготорговца. С юных лет вынужден был пробивать дорогу в жизнь упорным трудом. Первая поэма «Лондон» вызвала интерес к молодому поэту многих выдающихся деятелей Англии. Вышедшая следом биография Ричарда Сэвэджа, написанная Джонсоном, помогла ему получить заказ на составление толкового словаря английского языка. Этот словарь стал первым подобным опытом в английской литературе и сегодня не потерял своей ценности. В 1765 г. издал собрание сочинений Шекспира в 8 томах, снабдив его интересным предисловием, в котором, характеризуя великого драматурга, установил новый, идущий вразрез с господствовавшими точками зрения, взгляд на закон драматического творчества. Следующей большой работой стало десятитомное «Жизнеописание важнейших английских поэтов» (1779–81), в котором Джонсон выступал не только как биограф, но и как критик. Из художественных произведений Джонсона выделяется «история Расселасса, принца абиссинского».

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Благими намерениями дорога в ад вымощена.

Благодарность – результат высокого уровня нравственного развития человека. Вы не найдете ее среди невоспитанных людей.

Большинство уравнителей желают опустить всех до своего уровня, но не могут вынести, чтобы все поднялись до их уровня.

Брак приносит много огорчений, однако безбрачие не дает никаких радостей.

Великое искусство жизни – играть много и рисковать немногим.

Все мы любим порассуждать на тему, которая нас нисколько не занимает.

Деньги и время – самое тяжелое бремя в жизни. Наиболее несчастны те, у кого их больше, чем они умеют использовать.

Доверие к самому себе – первое небходимое условие великих начинаний.

Если б не наше воображение, в объятиях горничной мы были бы так же счастливы, как в объятиях герцогини.

Если человек не обзаводится новыми знакомыми, продвигаясь по жизненному пути, он скоро останется в одиночестве.

Есть люди, которые всю свою жизнь не могут отвыкнуть от своей молодости.

Желания необходимы, чтобы жизнь постоянно находилась в движении.

Женщины постоянно завидуют нашим грехам; если они не так порочны, как мы, то не по собственному выбору, а потому что мы им запрещаем.

Жизнь не может дать большего удовольствия, чем удовлетворенность от преодоления трудностей, перехода от одного уровня успеха к другому, появления новых желаний и их реализации.

Жить – значит непрерывно двигаться вперед.

Завтрашний день – это старый плут, который всегда сумеет вас провести.

Закон есть высшее проявление человеческой мудрости, использующий опыт людей на благо общества.

Запоминать умеет тот, что умеет быть внимательным.

Затруднение чаще всего – дитя лени.

Знание может быть двух видов. Мы знаем сами об объекте, или мы знаем, где можно найти информацию о нем.

Знание предмета для поэта – то же, что прочность материала для архитектора.

Иные умники берут себе жен поглупее, и всегда оказываются в дураках.

Каждый старается быть умным, а тот, кто не может быть им, почти всегда хитер.

Как бы быстро ни летело время, оно движется крайне медленно для того, кто лишь наблюдает за его движением.

Как бы ни изощрялось спекулятивное мышление, дважды два по-прежнему составляет четыре.

Клевета – это месть трусов.

Когда мужчина говорит, что получил с женщиной удовольствие, он не имеет в виду беседу.

Кто хочет честно пройти свою жизнь, должен в молодости иметь в виду, что когда-нибудь он будет стариком, а в старости помнить, что и он когда-то был молод.

Лицемерят не ради удовольствия.

Лучше терпеть неправоту, чем допускать ее самому; лучше быть обманутым, чем потерять доверие.

Любовь – это мудрость дурака и глупость мудреца.

Любой человек имеет право говорить то, что он считает истиной, а любой другой человек имеет право бить его за это.

Любопытство – это одна из неизменных и определенных характеристик сильного интеллекта.

Многие дела труднее замыслить, чем исполнить.

Мы должны рассматривать человека не таким, каким хочется его видеть, а таким, какой он есть в действительности, – нередко подлым и всегда неуверенным в себе.

Мы склонны верить тем, кого не знаем, потому что они нас никогда не обманывали.

Мышь – животное, путь которого усеян упавшими в обморок женщинами.

Надеяться – огромное счастье; быть может, даже самое большое счастье на свете; но за надежду, как и за всякое удовольствие, приходится платить: чем бо€льшие надежды мы возлагаем, тем большее разочарование испытываем.

Наши желания всегда увеличиваются с ростом нашего имущества. Знание того, что что-нибудь еще остается вне нашего обладания, нарушает наше удовольствие.

Не следует сожалеть о том, что нельзя поправить.

Некоторые хитрецы выбирают себе жен поглупее, надеясь командовать ими, и всегда ошибаются.

Ни один человек еще никогда не стал великим, подражая кому-нибудь.

Нигде так сильно не ощущаешь тщетность людских надежд, как в публичной библиотеке.

Обычное будущее жалобы – возбуждать скорее презрение, чем жалость.

Одиночество не способствует добродетелям, но вредит рассудку.

Патриотизм – последнее прибежище негодяя.

Первую половину жизни человек должен создавать запас для второй.

Печаль может быть устранена любыми средствами, кроме пьянства.

Плохо, когда человеку недостает разума; но плохо вдвойне, когда ему недостает души.

По любви обычно женятся лишь слабые люди.

Повторный брак – триумф надежды над опытом.

Покровитель – это тот, кто равнодушно взирает на тонущего в волнах человека, и когда тот достигает берега, обременяет его своей помощью.

Превосходство некоторых людей – чисто местное. Они велики потому, что окружающие их слишком малы.

Предрассудки не имеют разумных оснований, поэтому их нельзя опровергнуть разумными доводами.

Пример воздействует сильнее, чем проповедь.

Проповедующая женщина похожа на собаку, идущую на задних лапах. Это выглядит нехорошо, но вы удивлены тем, что это вообще происходит.

Пусть лучше некоторые будут счастливы, чем никто, как случилось бы при установлении полного равенства.

Самокритика – это скрытая похвала. Мы ругаем себя для того лишь, чтобы показать свою непредвзятость.

Самый счастливый образ жизни – тот, который предоставляет нам больше возможностей завоевать уважение к самому себе.

Семейное счастье – предел самых честолюбивых помыслов.

Скорбь – один из видов праздности.

Словари всё равно что часы. Даже самые плохие лучше, чем никакие, и даже от самых лучших нельзя ожидать абсолютной точности.

Супружество таит в себе немало мучений, но целибат не таит в себе никаких удовольствий.

Счастье – ничто, если его не с кем разделить, и очень немногое, если оно не вызывает зависти.

Так как писать умели главным образом мужчины, все несчастья на свете были приписаны женщинам.

Так уж устроена жизнь, что мы счастливы лишь предвкушением перемен; сами же перемены для нас ничего не значат; они только что произошли, а мы уже жаждем новых.

То, что написано без усилий, читается, как правило, без удовольствия.

То, что нельзя исправить, не следует и оплакивать.

Тот, кто собирается сделать много хороших дел одновременно, никогда не сделает ни одного.

Тщеславное желание показать, что тебе доверили тайну, обычно становится главной причиной ее разглашения.

Человек редко думает о чем-нибудь с большей серьезностью, чем о своем обеде.

Я не желал бы жить с человеком, который лжет, когда трезв, и которого надо налить вином, чтобы вырвать у него слова правды.

Язык – одежда мыслей.

Дидро Дени.

(05.10.1713–31.07.1784).

Французский писатель, философ-просветитель, драматург.

Родился в Лонгрэ. В 1757 г. появилась его первая пьеса «Побочный сын», а в 1758 г. – «Отец семейства», ставшие новаторскими в истории французской драмы. Идеи верности природе, непригодности общественных условностей, нравоучительного тона в искусстве, возмутительности всякого насилия над личностью, намеченные в первых пьесах, развил в публицистике («Салоны», «Парадокс об актере»), беллетристике («Жак Фаталист», «Племянник Рамо»). В 1751 г. основал «Энциклопедию, или толковый словарь наук, искусств и ремесел». Вместе с Вольтером, Ж.Ж. Руссо, Ш. Монтескьё и др. просветителями стал идеологом Великой Французской буржуазной революции. Умер в Париже.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

В истории любого народа найдется немало страниц, которые были бы великолепны, будь они правдой.

В природе человеческой два противоположных начала: самолюбие, влекущее нас к себе самим, и доброжелательность, толкающая нас к другим. Если бы одна из этих пружин сломалась, человек был бы злым до бешенства или великодушным до безумия.

Величайшее недоразумение – это вдаваться в мораль, когда дело касается исторических фактов.

Верх безумия – ставить себе целью уничтожение страстей. Как хорош этот святоша, который неистово терзает себя, чтобы ничего не желать, ничего не любить, ничего не чувствовать, – он сделался бы под конец настоящим чудовищем, если бы преуспел в своем начинании!

Воображение! Без этого качества нельзя быть ни поэтом, ни философом, ни умным человеком, ни мыслящим существом, ни просто человеком.

Врачи непрестанно трудятся над сохранением нашего здоровья, а повара – над разрушением его; однако последние более уверены в успехе.

Где, как не в браке, можно наблюдать примеры чистой привязанности, подлинной любви, глубокого доверия, постоянной поддержки, взаимного удовлетворения, разделенной печали, понятых вздохов, пролитых вместе слез?

Гипотеза – это леса, которые возводят перед зданием и сносят, когда здание готово; они необходимы для работника; он не должен только принимать леса за здание.

Глубокие мысли – это железные гвозди, вогнанные в ум так, что ничем их не вырвать.

Дать обет бедности – значит поклясться быть лентяем и вором. Дать обет целомудрия – значит обещать Богу постоянно нарушать самый мудрый и самый важный из его законов. Дать обет послушания – значит отречься от неотъемлемого права человека – от свободы. Если человек соблюдает свой обет – он преступник, если он нарушает его – он клятвопреступник. Жизнь в монастыре – это жизнь фанатика или лицемера.

Два рода законов: один – безусловной справедливости и всеобщего значения, другие же – нелепые, обязанные своим признанием лишь слепоте людей или силе обстоятельств. Того, кто повинен в их нарушении, они покрывают лишь мимолетным бесчестьем – бесчестьем, которое со временем падает на судей и на народы, и падает навсегда. Кто ныне опозорен – Сократ или судья, заставивший его выпить цикуту?

Для истины – достаточный триумф, когда ее принимают немногие, но достойные: быть угодной всем – не ее удел.

Для того чтобы быть счастливым, нужно иметь хороший желудок, злое сердце и вовсе не иметь совести.

Если вы услышите, что женщина злословит о любви или что литератор пренебрежительно отзывается о публике, то знайте – прелести первой стали увядать, а талант второго начал тускнуть.

Если ложь на краткий срок и может быть полезна, то с течением времени она неизбежно оказывается вредна. Напротив того, правда с течением времени оказывается полезной, хотя может статься, что сейчас она принесет вред.

Если нет цели, не делаешь ничего, и не делаешь ничего великого, если цель ничтожна.

Если разум – дар неба и если то же самое можно сказать о вере, значит, небо ниспослало нам два дара, которые несовместимы и противоречат друг другу. Чтобы устранить эту трудность, надо признать, что вера есть химерический принцип, не существующий в природе.

Женская стыдливость – всего лишь хорошо понятое кокетство.

Женщины ненавидят друг друга и все как одна защищают друг друга.

Женщины пьют льстивую ложь одним глотком, а горькую правду – каплями.

Живописец и скульптор – оба поэты, но последний никогда не впадает в шарж.

Жизнь в монастыре – это жизнь фанатика или лицемера.

Знание того, какими вещи должны быть, характеризует человека умного; знание того, каковы вещи на самом деле, характеризует человека опытного; знание же того, как их изменить к лучшему, характеризует человека гениального.

Из разврата извлекается некоторая выгода; утрата невинности вознаграждается утратой предрассудков.

Искренность есть мать правды и вывеска честного человека.

Искусство заключается в том, чтобы найти необыкновенное в обыкновенном и обыкновенное в необыкновенном.

Истина любит критику, от нее она только выигрывает; ложь боится критики, ибо проигрывает от нее.

Каждое произведение ваяния или живописи должно выражать собою какое-либо великое правило жизни, должно поучать, иначе оно будет немо.

Когда мужчины неуважительно относятся к женщине, это почти всегда показывает, что она первая забылась в своем обращении с ними.

Либо Бог разрешил, либо всеобщий механизм, называемый судьбою, захотел, чтобы мы в продолжение жизни были представлены всякого рода случайностям; если ты мудр и лучший отец, чем я, ты с молодых лет убедишь своего сына, что он хозяин своей жизни, чтобы он не жаловался на тебя, даровавшего ему жизнь.

Ложь, лестную для тебя, выпиваешь залпом, а правду, если она горька, пьешь по каплям.

Любовь часто отнимает разум у того, кто его имеет, и дает тем, у кого его нет.

Люди, выдающиеся своими талантами, должны тратить свое время так, как этого требует уважение к себе и потомству. Что подумало бы о нас потомство, если бы мы ничего не оставили ему?

Люди жили бы довольно спокойно в этом мире, если бы были вполне уверены, что им нечего бояться в другом; мысль, что Бога нет, не испугала еще никого, но скольких ужасала мысль, что существует такой Бог, какого мне изображают.

Люди перестают мыслить, когда перестают читать.

Можно обнаруживать постоянство при малодушии и скудоумии; но твердость может обнаруживать только характер, отличающийся силой, возвышенностью, умом. Легкомыслие, податливость и слабость противоположны твердости.

Монастырь – это темница, куда ввергают тех, кого общество выбросило за борт.

Мудрость есть не что иное, как наука о счастье.

Мы добиваемся любви других, чтобы иметь лишний повод любить себя.

Набросок – создание пыла и гения, картина – создание труда, терпения, долгого изучения и законченных знаний в искусстве.

Награждая хороших, мы тем самым наказываем дурных.

Наилучший порядок вещей – тот, при котором мне предназначено быть, и к черту лучший из миров, если меня в нем нет.

Напрасно трус бьет себя кулаком в грудь, чтобы набраться храбрости; ее нужно иметь прежде того и лишь укреплять в общении с теми, кто ею обладает.

Недоверчивость бывает пороком глупца, а доверчивость – слабостью умного.

Нет ни одной женщины, которая не изменяла бы хотя бы в мыслях.

Образование придает человеку достоинство, да и раб начинает сознавать, что он не рожден для рабства.

Первый шаг к философии – неверие.

Подавляющее большинство человечества состоит из слабых духом и глупцов, массам нужна религия, чтобы избегать порока и следовать путем добродетели.

Порок раздражает людей только время от времени, а внешние его черты раздражают их с утра до вечера.

Предварительное знание того, что хочешь сделать, дает смелость и легкость.

Признание своей немощности – великий урок, который мы извлекаем. Не лучше ли приобрести доверие к себе других людей искренностью признания, что я ничего не знаю, чем бормотать слова и вызывать жалость к себе потугами всё объяснить?

Признательность есть бремя, а всякое бремя для того и создано, чтобы его сбросить.

Природа подобна женщине, которая любит наряжаться и которая, показывая из-под своих нарядов то одну часть тела, то другую, подает своим настойчивым поклонникам некоторую надежду узнать ее когда-нибудь всю.

Продолжительное несчастье примиряет с женщиной всех мужчин, а потеря красоты – всех женщин.

Разве вам не известно, что настоящее блаженство заключается в том, что все люди нуждаются друг в друге и что вы ожидаете помощи от себе подобных точно так же, как они ждут ее от вас?

Разве мы властны влюбляться или не влюбляться? И разве, влюбившись, мы властны поступать так, словно бы это не случилось?

Расстояние – величайший катализатор восхищения.

Ревность – это страсть убогого скаредного животного, боящегося потери; это чувство, недостойное человека, плод наших гнилых нравов и права собственности, распространенное на чувствующее, мыслящее, хотящее, свободное существо.

Религия и законы – пара костылей, которую не следует отнимать у людей, слабых на ноги.

Роскошь разоряет богатого и усугубляет нужду бедных.

Самопожертвование – первая добродетель того, кто распоряжается, и единственная добродетель, способная остановить жалобу того, кто повинуется.

Самый счастливый человек – тот, кто дарит счастье наибольшему числу людей.

Свободно сознающийся в незнании того, что он не знает, побуждает меня верить тому, что он берется мне объяснить.

Сказать, что человек состоит из силы и слабости, из разумения и ослепления, из ничтожества и величия – это значит не осудить его, а определить его сущность.

Скульптура не терпит ни шутовства, ни паясничества, ни забавного, даже редко комического. Мрамор не смеется.

Стараться оставить после себя больше знаний и счастья, чем их было раньше, улучшать и умножать полученное нами наследство – вот над чем мы должны трудиться.

Страсти без конца осуждают, им приписывают все человеческие несчастья и при этом забывают, что они являются также источником всех наших радостей.

Существует только одна добродетель – справедливость, одна обязанность – стать счастливым, один вывод – не преувеличивать ценность жизни и не бояться смерти.

Таланты – не дворянство, чтобы передаваться от поколения к поколению.

Только страсти и только великие страсти могут поднять душу до великих дел. Без них – конец всему возвышенному как в нравственной жизни, так и в творчестве.

Тот, кто рассказывает тебе о чужих недостатках, рассказывает другим о твоих.

Умный человек видит перед собой неизмеримую область возможного, глупец же считает возможным только то, что есть.

Умный человек есть сочетание безумнейших молекул.

Философы говорят много дурного о духовных лицах, духовные лица говорят много дурного о философах; но философы никогда не убивали духовных лиц, а духовенство убило немало философов.

Храбрец избегает опасности, а трус, безрассудный и беззащитный, устремляется к пропасти, которой не замечает из-за страха; таким образом, он спешит навстречу несчастью, которое, может быть, ему и не предназначалось.

Человек создан, чтобы жить в обществе; разлучите его с ним, изолируйте его – мысли его спутаются, характер ожесточится, сотни нелепых страстей зародятся в его душе, сумасбродные идеи пустят ростки в его мозгу, как дикий терновник среди пустыря.

Чем больше расстояние между повелевающим и повинующимся, тем меньше значения имеют для первого кровь и пот второго.

Что такое истина? Соответствие наших суждений созданиям природы.

Чувствительность вовсе не качество великого гения. Он любит справедливость, но держится этой добродетели, не чувствуя сладости ее. Не голова его, а сердце творит всё.

Чувствительность – общее и существенное свойство материи, из чего следует, что и камень чувствует. А почему нет?

Чудеса – там, где в них верят, и чем больше верят, тем чаще они случаются.

Эта упорная склонность к лени, это презрение к труду, эта намеренная праздность, безусловно, являются неисчерпаемым источником огорчений и, следовательно, значительным препятствием на пути к счастью.

Дизраэли Бенджамин.

(21.12.1804–19.04.1881).

Английский государственный деятель, писатель.

Родился в Лондоне в семье писателя и библиофила. Учился под руководством отца. В 1821 г. поступил практикантом в адвокатуру. Рано увлекся литературой. Одним из первых романов стал «Вивиан Грей», принесший автору успех. В 1837 г. был избран в парламент от партии тори. В 1852 г. стал министром финансов, в 1868 г. – премьер-министром. Свою литературную работу сделал средством пропаганды своих социально-политических взглядов: роман «Конингсби, или Новое поколение» (1844) провозглашает идею объединения всех социальных слоев нации в лоне эстетизированной государственной церкви под отеческим попечением земельной аристократии, омоложенной слиянием с новым классом промышленников, и под высшим протекторатом отца нации – монарха; роман «Сибилла, или Две нации» (1845) предлагает религиозно-моральный и социально-политический союз между двумя классами – правящим и производящим. Б. Дизраэли умер в Лондоне 19 апреля 1881 г.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Больше, чем любовь, возбуждают только деньги.

Брак – величайшее счастье на земле, если он основан на полной гармонии.

В газетах нет ни слова правды. Потому-то их и читают.

В чем разница между несчастным случаем и несчастьем? Если, скажем, Гладстон свалится в Темзу, это будет несчастный случай. Но если его оттуда вытащат, это уже будет несчастье.

Величайшее добро, какое ты можешь сделать для другого, это не просто поделиться с ним своими богатствами, но и открыть для него его собственные богатства.

Ветреник болтает о безответственном легкомыслии.

Все мы рождаемся для любви, это принцип существования и единственная цель его.

Все произойдет, если только человек будет ждать и надеяться.

Вся жизнь – скачка. Иной истины нет.

Высочайшая возможная стадия нравственной культуры – когда мы понимаем, что способны контролировать свои мысли.

Действия не всегда приносят счастье, но не бывает счастья без действия.

Жизнь вообще представляет лишь вот что: юность – грубая ошибка, зрелость – борьба, старость – сожаление.

Жизнь всегда дает человеку меньше, чем он от нее требует.

Жизнь слишком коротка, чтобы позволить себе прожить ее ничтожно.

Консервативное правительство – это организованное лицемерие.

Критики – это люди, потерпевшие неудачу в литературе и искусстве.

Магия первой любви состоит в том, что ты не знаешь еще, что она первая.

Мелкие дела порождают и мелких людей.

Молодость – заблуждение, зрелый возраст – борьба, старость – сожаление.

Мы создаем свое богатство и называем это судьбой.

Надо обладать железными нервами, чтобы быть приветливым каждый день с одним и тем же человеком.

Невежество никогда не задает вопросов.

Никогда не жалуйтесь и никому ничего не объясняйте.

Ничего не делать и побольше «урвать» – таков наш идеал от мальчишки до государственного мужа.

Одни изменяют своей партии ради принципов; другие изменяют свои принципы ради партии.

Опыт – дитя мысли, а мысль – дитя действия.

Откровенность и определенность – вот что вам нужно, если вы хотите скрыть собственные мысли и запутать чужие.

Отчаяние – это убеждение глупцов.

Ошибки великих людей – утешение для тупиц.

Познание человечества – это познание его страстей.

Почти все великое сделано молодыми.

Прецедент увековечивает принцип.

Разговаривайте с женщинами столько, сколько хватит сил, – это лучший способ научиться говорить легко, потому что не надо обращать внимания на то, что вы говорите.

Разлука должна быть внезапной.

Разнообразие – мать наслаждения.

Самое большое несчастье, которое постигло человека, – это изобретение печатного станка.

Свободная торговля – не принцип, а средство для достижения цели.

Секрет успеха в жизни состоит для человека в том, чтобы быть готовым воспользоваться удобным случаем, когда он придет.

Сознавать, что вы невежественны, – огромный шаг к знаниям.

Справедливость – истина в действии.

Так много зла делается в мире во имя братства, что, будь у меня родной брат, я бы назвал его двоюродным.

Там, где люди честны, законы бесполезны; там, где люди испорчены, законы не соблюдаются.

Темнее всего в предрассветный час.

То, что называют общественным мнением, скорее заслуживает имя общественных чувств.

Тот, на чьей стороне большинство, всегда находчив и умен.

Тот человек, который не смотрит вверх, неминуемо будет смотреть вниз; дух, который не парит высоко, осужден пресмыкаться.

Три разновидности лжи: ложь, гнусная ложь и статистика.

Христианство – это завершенный иудаизм или ничего.

Человек по-настоящему велик лишь тогда, когда им руководят страсти.

Чувство пресыщения, почти нераздельное с большим состоянием, является более верной причиной несчастья, чем неудовлетворенные желания.

Юность совершает ошибки, зрелость борется с ними, старость сожалеет о них.

Я всегда полагал, что каждая женщина должна быть замужем, но ни один мужчина не должен жениться.

Я жил в бедности и умру богатым; но с несравненно большим удовольствием я прожил бы богатым и умер бы в бедности.

Диоген Синопский.

(ок. 412 г. до н.э. – 10.06.323 г. до н.э.).

Древнегреческий философ.

Родился в городе Синоп (современная Турция). Являлся последователем школы Антисфена, который, в свою очередь, был учеником Сократа. Развил сократовскую идею самосозерцания до собственной идеи аскетизма, отвергающего всякие излишества в образе жизни, сводящего потребностей к минимуму. Подобную независимость человека от внешнего мира считал условием абсолютного блага. Кроме того, не признавал господствующей морали, отрицал функциональность культуры и науки, пытаясь убедить современников в необходимости самопознания. Путешествуя по Греции, называл себя не гражданином полиса-государства, но космоса, т.е. первым космополитом. По легенде, умер в Коринфе в один день с Александром Македонским.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Бедность сама пролагает путь к философии. То, в чем философия пытается убедить на словах, бедность вынуждает осуществлять на деле.

Богач не владеет своею собственностью, а собственность владеет им.

В жизни невозможно достичь никакого блага без упражнений, и благодаря им можно всё одолеть.

Воспитание сдерживает юношей, утешает стариков, бедных обогащает, богатых украшает.

Даже подделываться под мудрость – уже философия.

Для того чтобы жить как следует, нужно иметь или разум, или петлю.

Единственное благо – это знание, единственное зло – это невежество.

Жизнь – зло? Не всякая жизнь, а лишь дурная.

Из этой жизни хорошо уйти, как с пира: не жаждая, но и не упившись.

Истинное счастье состоит в том, чтобы разум и душа всегда пребывали в покое и веселье.

Кто стремится к счастью, должен идти к нему даже сквозь огонь и мечи.

Льстец – самый опасный из ручных животных.

Любовь можно заслуженно назвать трижды вором – она не спит, смела и раздевает людей догола.

Любовь проходит с голодом, а если ты не в силах голодать, петлю на шею – и конец.

На вопрос, в каком возрасте следует жениться, философ Диоген ответил: «Молодым еще рано, старым уже поздно».

Надежда – последнее, что умирает в человеке.

Образование дает юношам благоразумие, старикам – утешение, беднякам – богатство, богатым – украшение.

Отцы и дети не должны дожидаться просьбы друг от друга, а должны предупредительно давать потребное друг другу, причем первенство принадлежит отцу.

Править – значит уметь обращаться с людьми и трудиться для всеобщего блага.

Привычка, достигаемая частым упражнением, облегчает нам добродетельное поведение.

Причинять муки своим завистникам – это быть в хорошем настроении.

Протягивая руку друзьям, не надо сжимать пальцы в кулак.

Родители не заслуживают благодарности ни за то, что они нас породили, ибо все сущее произошло от природы, ни за то, какими мы родились, так как причина этого заключается в смешении элементов. Не стоит благодарить родителей и за то, что люди появляются на свет по их выбору или намерению. Ведь роды – следствие половых сношений, в которые вступают ради удовольствия, а не с целью рождения детей.

С правдой надо жить, как при огне: ни сильно приближаться, чтоб не ожег, ни далеко отходить, чтобы холодно не было.

Само презрение к наслаждению благодаря привычке становится высшим наслаждением.

Слава есть приманка глупости, а благородство служит ей личиною.

Справедливость дает душе несравненный покой. Жить, никого не боясь, никого не стыдясь, – это доставляет радость и делает жизнь полной. Тот, у кого справедливость в душе, не только многим приносит пользу, но больше всего самому себе, ибо не сделает даже попытки нанести себе хоть какое-нибудь оскорбление.

Старайся противостоять и наслаждениям, и тяготам жизни, ибо они в равной степени враждебны и больше всего мешают нам, ибо наслаждения толкают нас к постыдным делам, а тяготы отпугивают от прекрасных деяний.

Счастливым людям жизнь кажется лучше и потому смерть – тягостнее, а те, кто живет в беде, жизнь переносят тяжелее, зато смерть принимают легче. А для тиранов и жизнь и смерть тяжелее, чем для остальных, потому что живут они гораздо хуже тех, кто страстно стремится умереть, а смерти боятся так, как те, кто живет самой приятной жизнью.

Счастье состоит единственно в том, чтобы постоянно пребывать в радостном состоянии духа и никогда не горевать, где бы и в какие времена вы ни находились.

Те безрассуднее скотов, кто утоляет жажду не водой, а вином.

Те, кто содержит животных, должны признать, что скорее они служат животным, чем животные им.

Торжество над самим собою есть венец всякой философии.

Труды, тяжкие труды, непреодолимые для обжор и безрассудных людей, которые весь день пируют, а ночью храпят, – эти труды под силу одолеть только людям сухощавым, худым, с животами, подтянутыми, как у ос.

У нас два уха и только один язык для того, чтобы мы могли больше слушать и меньше говорить.

Философия и медицина сделали человека самым разумным из животных, гадание и астрология – самым безумным, суеверие и деспотизм – самым несчастным.

Добролюбов Николай Александрович.

(24.01/05.02.1836–17/29.11.1861).

Русский литературный критик, публицист, революционный демократ.

Родился в Нижнем Новгороде в семье священника. Учился в семинарии. После блестящего окончания историко-филологического факультета Главного педагогического института в 1857 г. стал постоянным сотрудником журнала «Современник», где публиковал критические статьи об истории России и др. государств, о взглядах многих русских и иностранных философов, о творчестве своих современников. Считая себя учеником Чернышевского, беспощадно бичевал николаевский режим, боролся против крепостного права, поднявшись до признания революционных методов борьбы и призывая к ним. Свой общественный идеал выразил в формуле «чтоб всем было хорошо». Умер в Петербурге от туберкулеза. Статьи, оказавшие наибольшее влияние на современников: «Что такое обломовщина?», в которой изложил свои общественные взгляды и политическую программу, «Темное царство», «Луч света в темном царстве», «Когда же придет настоящий день?».

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Будущее никогда не бывает нам столь ясно, как прошедшее, в свою очередь, никогда не имеет над нами такой силы, какую имеет настоящее.

В болоте погибнуть так же легко, как и в море, но если море привлекательно-опасно, то болото опасно-отвратительно. Лучше потерпеть кораблекрушение, чем увязнуть в тине.

В человеке порядочном патриотизм есть не что иное, как желание трудиться на пользу своей страны, и происходит не от чего другого, как от желания делать добро, сколько возможно более и сколько возможно лучше.

Деликатность составляет одно из высших достоинств человека. В ней соединяются и честность, и справедливость, и деятельное участие в судьбе ближнего.

Если в детях нельзя видеть идеала нравственного совершенства, то, по крайней мере, нельзя не согласиться, что они несравненно нравственнее взрослых.

Закаляются люди не на лоне природы, а в горниле житейской опасности.

Искусство говорить слова для слов всегда возбуждало великое восхищение в людях, которым нечего делать.

Кто не страдал и кто не ошибался, тот цену истины и счастья не узнал.

Люди нынешнего поколения – актеры, хорошо вошедшие в роль житейской комедии. Они делают то, чего требует роль, и не выходят из нее, несмотря на все беснования, хлопанье, стук и свист партера.

Можно стереть человека, обратить в грязную ветошку, но все-таки где-нибудь в самых грязных складках этой ветошки сохраняется и чувство, и мысль – хоть и безответные, и незаметные, но всё же чувство и мысль.

Настоящий патриотизм как частное проявление любви к человечеству не уживается с неприязнью к отдельным народностям. Он развивается с особенной силой в тех странах, где каждой личности представляется большая возможность приносить сознательно пользу обществу и участвовать в его предприятиях.

Не того можно назвать человеком истинно нравственным, кто терпит над собой веления долга как какое-то тяжелое иго, как «нравственные вериги», а именно того, кто заботится слить требования долга с потребностями внутреннего существа своего так, чтобы они не только сделались инстинктивно необходимыми, но и доставляли внутреннее наслаждение.

Никто так грубо не ведет себя с подчиненными, как те, которые подличают перед начальниками.

Оправдывают свое невежество неискусством учителей только те, которые сами из себя ничего не умеют сделать и все ждут, чтобы их тащили за уши туда, куда они сами должны идти.

Патриотизм живой, деятельный именно и отличается тем, что он исключает всякую международную вражду, и человек, одушевленный таким патриотизмом, готов трудиться для всего человечества, если только может быть ему полезен.

По степени большего или меньшего уважения к труду и по уменью оценивать труд… соответственно его истинной ценности можно узнать степень цивилизации народа.

Под здоровьем нельзя разуметь одно только наружное благосостояние тела, а нужно понимать вообще естественное гармоническое развитие организма и правильное совершение всех его отправлений.

Прекрасным стремлениям души мы не придаем никакого практического значения, пока они остаются только стремлениями; да, мы ценим только факты и только по действиям признаем достоинства людей.

Привыкая делать все без рассуждений, без убеждения в истине и в добре, а только по приказу, человек становится безразличным к добру и злу и без зазрения совести совершает поступки, противные нравственному чувству, оправдываясь тем, что «так приказано».

Те семейные и общественные отношения могут быть крепки, которые вытекают из внутреннего убеждения и оправдываются добровольным, разумным согласием всех, в них участвующих.

Теряя любовь женщины, можно обвинить только самого себя за неумение сохранить эту любовь.

Только те семейные и общественные отношения могут быть крепки, которые вытекают из внутреннего убеждения и оправдываются добровольным, разумным согласием всех, в них участвующих.

Только труд дает право на наслаждение жизнью.

Человек, ненавидящий другой народ, не любит и свой собственный.

Человека, меняющего свои воззрения из угождения первому встречному, мы признаем дрянным, подлым, не имеющим никаких убеждений.

Чем скорее и стремительнее высказывается впечатление, тем чаще оно оказывается поверхностным и мимолетным.

Чувство любви может быть истинно хорошо только при внутренней гармонии любящих, и тогда оно составляет начало и залог того общественного благоденствия, которое обещается нам. В будущем развитии человечества – водворение братства и личной равноправности между людьми.

Достоевский Федор Михайлович.

(30.10/11.11.1821–28.01/09.02.1881).

Великий русский писатель.

Родился в Москве в небогатой семье. После смерти матери в 1837 г. был вынужден переехать в Петербург в пансион К.Ф. Костомарова. Там поступил в военно-инженерное училище. В 1844 г. опубликовал свое первое произведение «Бедные люди», которое сделало автора знаменитым. После публикации «Белых ночей» (1849) был арестован по «делу Петрашевского». Приговор к смертной казни непосредственно перед исполнением был заменен на наказание в виде каторжных работ. Следующие четыре года провел на каторге в Омске. В 1854 г. за хорошее поведение был освобожден и отправлен рядовым в 7-й линейный сибирский батальон, где дослужился до лейтенанта. Период каторги и последующей военной службы стал поворотным в жизни Достоевского: из «искателя правды в человеке» он превратился в глубоко верующего христианина, единственным идеалом которого на всю жизнь стал Христос. Вернувшись в Петербург в 1860 г., работал в собственном журнале «Время», затем «Эпоха», одновременно писал романы: «Записки из мертвого дома» (1860), «Униженные и оскорбленные» (1861), «Записки из подполья» (1864), «Идиот» (1868). Последние 8 лет Достоевский прожил в городе Старая Русса Новгородской губернии. Эти годы жизни стали очень плодотворными: в 1872 г. написал «Бесы», в 1875 г. – «Подросток», в 1876 г. – «Кроткая», 1880 г. – «Братья Карамазовы». Умер в своем доме от эмфиземы легких. Несмотря на известность, которую Достоевский получил при жизни, всемирная слава пришла к нему после смерти. В частности, Ф. Ницше признавал, что Достоевский был единственным психологом, у которого он мог кое-чему поучиться.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

А с любовью и без счастья можно прожить.

Без великодушных идей человечество жить не может.

Без детей нельзя было бы так любить человечество.

Без идеалов, то есть без определенных хоть сколько-нибудь желаний лучшего, никогда не может получиться никакой хорошей действительности.

Безмерное самолюбие и самомнение не есть признак чувства собственного достоинства.

В идеале общественная совесть должна сказать: пусть погибнем мы все, если спасение наше зависит лишь от замученного ребенка, – и не принять этого спасения.

В истинно любящем сердце или ревность убивает любовь, или любовь убивает ревность. Совершенно противоположное бывает со страстью.

Величайшее умение писателя – это уметь вычеркивать.

Веселость человека – это выдающаяся черта человека.

Вино скотинит и зверит человека, ожесточает его и отвлекает от светлых мыслей, тупит его.

Влюбиться не значит любить: влюбиться можно и ненавидя.

Возбуждение сострадания к осмеянному и не знающему себе цены прекрасному и есть тайна юмора.

Всякая любовь проходит, а несходство навсегда остается.

Всякий провинциал живет как будто под стеклянным колпаком. Нет решительно никакой возможности хоть что-нибудь скрыть от своих почтенных сограждан. Вас знают наизусть, знают даже то, чего вы сами про себя не знаете.

Высшая и самая характерная черта нашего народа – это чувство справедливости и жажда ее.

Главное в человеке – это не ум, а то, что им управляет: характер, сердце, добрые чувства, передовые идеи.

Гуманность есть только привычка, плод цивилизации. Она может совершенно исчезнуть.

Да будут прокляты эти интересы цивилизации, и даже сама цивилизация, если для сохранения ее необходимо сдирать с людей кожу.

Дурак, сознавшийся, что он дурак, есть уже не дурак.

Дурной признак, когда перестают понимать иронию, аллегорию, шутку.

Если ты направился к цели и станешь дорогою останавливаться, чтобы швырять камнями во всякую лающую на тебя собаку, то никогда не дойдешь до цели.

Если хотите, человек должен быть глубоко несчастен, ибо тогда он будет счастлив. Если же он будет постоянно счастлив, то он тотчас же сделается глубоко несчастлив.

Есть дружбы странные: оба друга один другого почти съесть хотят, всю жизнь так живут, а между тем расстаться не могут.

Есть минуты, в которые переживаешь сознанием гораздо более, чем в целые годы.

Есть простодушие, которое доверяется всем и каждому, не подозревая насмешки. Такие люди всегда ограниченны, ибо готовы выложить из сердца всё самое ценное перед первым встречным.

Есть три рода подлецов на свете: подлецы наивные, то есть убежденные, что их подлость есть высочайшее благородство, подлецы, стыдящиеся собственной подлости при непременном намерении всё-таки ее докончить, и, наконец, просто подлецы, чистокровные.

Женщина к мужчине чувствует любовь и снисхождение, мужчина к женщине – любовь и уважение.

Идея о бессмертии – это сама жизнь, живая жизнь, ее окончательная формула и главный источник истины и правильного сознания для человечества.

Иного выгоднее иметь в числе врагов, чем в числе друзей.

Искусство есть такая потребность для человека, как есть и пить. Потребность красоты и творчества, воплощающего ее, неразлучна с человеком, и без нее человек, может быть, не захотел бы жить на свете.

Исчезает честь – остается формула чести, что равносильно смерти чести.

Каждый человек несет ответственность перед всеми людьми за всех людей и за всё.

Как бы ни груба была лесть, в ней непременно по крайней мере половина кажется правдою.

Кто крепок и силен духом, тот над людьми и властелин. Кто много посмеет, тот у них и прав. Кто на большее может плюнуть, тот у них и законодатель, а кто больше всех может посметь, тот и всех правее. Так доселе велось и так всегда будет!

Кто легко склонен терять уважение к другим, тот прежде всего не уважает себя.

Кто не любит природы, тот не любит человека, тот не гражданин.

Кто хочет приносить пользу, тот и с буквально связанными руками может делать бездну добра.

Лгущий самому себе и собственную ложь свою слушающий до того доходит, что уж никакой правды ни в себе, ни кругом не различает, а стало быть, входит в неуважение и к себе, и к другим.

Лишь трудом и борьбой достигается самобытность и чувство собственного достоинства.

Любовь столь всесильна, что перерождает и нас самих.

Люди по природе своей низки и любят любить из страху; не поддавайся на такую любовь и не переставай презирать. Умей презирать даже и тогда, когда они хороши, ибо всё чаще тут-то они и скверны. Кто лишь чуть-чуть не глуп, тот не может жить и не презирать себя, честен он или бесчестен – это всё равно. Любить своего ближнего и не презирать его невозможно.

Милостыня развращает и подающего, и берущего, и, сверх того, не достигает цели, потому что только усиливает нищенство.

Может быть, нормальный человек и должен быть глуп, почему вы знаете? Может быть, это даже очень красиво…

Можно глядеть с чрезвычайным достоинством и быть самым недостойным человеком.

Настоящая правда всегда неправдоподобна; чтобы сделать ее правдоподобнее, нужно примешать к ней лжи.

Не сильные лучшие, а честные. Честь и собственное достоинство – сильнее всего.

Нелепости слишком нужны на земле. На нелепостях мир стоит, и без них, может быть, в нем совсем ничего бы не произошло.

Неправдой свет пройдешь, да назад не воротишься.

Несчастье – заразная болезнь. Несчастным и бедным нужно сторониться друг друга, чтобы еще больше не заразиться.

Низкая душа, выйдя из-под гнета, сама гнетет.

Ничего и никогда не было для человека и для человеческого общества невыносимее свободы!

Но что же делать, если прямое и единственное назначение всякого умного человека есть болтовня, то есть умышленное пересыпание из пустого в порожнее.

Но что же мне делать, если я наверное знаю, что в основании всех человеческих добродетелей лежит глубочайший эгоизм. И чем добродетельнее дело, тем более тут эгоизма. Люби самого себя – вот одно правило, которое я признаю. Жизнь – коммерческая сделка.

Нравственно только то, что совпадает с вашим чувством красоты и с идеалом, в котором вы ее воплощаете.

О, жрать, да спать, да гадить, да сидеть на мягком – еще слишком долго будет привлекать человека на земле…

Описание цветка с любовью к природе гораздо более заключает в себе гражданского чувства, чем обличение взяточничества, ибо тут соприкосновение с природой, с любовью к природе.

Писатель без таланта – тот же хромой солдат.

Писатель, произведения которого не имели успеха, легко становится желчным критиком: так слабое и безвкусное вино может стать превосходным уксусом.

Полное убеждение есть чувство.

Порядочный тон заключается в искренности и честности.

Поэзия есть внутренний огонь всякого таланта.

Провозгласите право на бесчестие, и все побегут за вами.

Религия есть только формула нравственности.

Русский человек задним умом крепок…

Самые серьезные проблемы современного человека происходят оттого, что он утратил чувство осмысленного сотрудничества с Богом в Его намерении относительно человечества.

Свобода не в том, чтоб не сдерживать себя, а в том, чтоб владеть собой.

Соприкосновение с природой есть самое последнее слово всякого прогресса, науки, рассудка, здравого смысла, вкуса и отличной манеры.

Сострадание есть высочайшая форма человеческого существования.

Счастье не в счастье, а лишь в его достижении.

Талант есть способность сказать или выразить хорошо там, где бездарность скажет и выразит дурно.

Таланту нужно сочувствие, ему нужно, чтоб его понимали.

Творчество… есть цельное, органическое свойство человеческой природы… Оно есть необходимая принадлежность человеческого духа. Оно также законно в человеке, пожалуй, как две руки, как две ноги, как желудок. Оно неотделимо от человека и составляет с ним целое.

Тирания есть привычка, обращающаяся в потребность.

Тиранство есть привычка; оно одарено развитием, оно развивается наконец в болезнь. Власть и кровь пьянят; развивается огрубелость и разврат; уму и чувству становятся доступны и, наконец, сладки самые ненормальные явления.

Только оканчивая жизнь, видишь, что вся твоя жизнь была поучением, в котором ты был невнимательным учеником.

Тот, кто не понимает своего назначения, всего чаще лишен чувства собственного достоинства.

У честного человека одна забота: как добыть хлеба насущного, не потеряв при этом совесть.

У честных врагов бывает всегда больше, чем у бесчестных.

Фантазия есть природная сила в человеке… Не давая ей утоления, или умертвишь ее, или обратно – дашь ей развиться, именно чрезмерно (что вредно).

Фантастическое составляет сущность действительности.

Человек есть животное, по преимуществу созидающее, присужденное стремиться к цели сознательно и заниматься инженерным искусством, т.е. вечно и непрерывно дорогу себе прокладывать, хотя куда бы то ни было. Но вот именно потому-то ему и хочется иногда вильнуть в сторону.

Человек есть существо, ко всему привыкающее, и, я думаю, это самое лучшее определение человека.

Человек есть тайна.

Человек наиболее живет именно в то время, когда чего-нибудь ищет.

Человек несчастлив потому, что не знает, что он счастлив.

Человек – существо, ко всему привыкающее.

Человек – целый мир, было бы только основное побуждение в нем благородно.

Честный человек с тем и живет, чтоб иметь врагов.

Что такое талант? Талант есть… способность сказать или выразить хорошо там, где бездарность скажет и выразит дурно.

Что уму представляется позором, то сердцу – сплошь красотой.

Чтобы любить в простоте, надо знать, как проявить любовь.

Чтобы любить друг друга, нужно бороться с собой.

Чтобы умно поступать, одного ума мало.

Эгоизм умерщвляет великодушие.

Эгоисты капризны и трусливы перед долгом: в них вечное трусливое отвращение связать себя каким-нибудь долгом.

Юмор есть остроумие глубокого чувства.

Я думаю, самая коренная духовная потребность русского народа есть потребность страдания, всегдашнего и неутолимого, везде и во всем… Страданием своим русский народ как бы наслаждается.

Я представить не могу положения, чтоб когда-нибудь было нечего делать.

Дюма Александр (отец).

(24.07.1802–5.12.1870).

Французский писатель, журналист, драматург.

Родился в Вилле-Котре в семье генерала. Оставшись без средств после смерти отца, не смог получить образование. Недостаток знаний восполнял чтением, увлекшись Ф. Шиллером, В. Скоттом, У. Шекспиром. В 1822 г. переехал в Париж. Увлекся театром, написал несколько драм, имевших успех: «Генрих III и его двор» (1829), «Нельская башня» (1832), «Кин» (1836). В 1835 г. опубликовал свой первый исторический роман «Изабелла Баварская», а позднее один за другим выпустил романы, принесшие автору всемирную славу: «Три мушкетера», «Двадцать лет спустя», «Виконт де Бражелон», «Королева Марго», «Графиня де Монсоро», «Сорок пять», «Граф Монте-Кристо» и др. Полное собрание сочинений Дюма насчитывает более 1000 томов. В 1858 г. побывал в России, в том же году издал путевые записки «Из Парижа в Астрахань» в 5 томах. Умер в Пюи. Приключенческие романы А. Дюма сделали автора одним из самых читаемых авторов в мире. Его произведения были переведены на множество языков и служили материалом для многочисленных театральных постановок, кинофильмов и литературных подражаний.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Апоплексия – это громовой удар, который поражает вас, но не уничтожает, и, однако, после него все кончено.

Бесстрашные натуры зло доводят до героизма, а добро – до зла.

Благодарность – расхожая монета, которая удовлетворяет многих, если сопровождается улыбкой.

Благородные поступки, неведомые миру, редко приносят пользу тем, кто их совершает.

Богатство дает власть творить добро и зло.

Болезнь страшит не только любящих матерей, но и злых мачех: матерей пугает опасность для здоровья, мачех – опасность для кошелька.

Бывает безумие героическое. Такие безумцы способны на величайшие безрассудства во имя славы или во имя долга.

Бывает так, что люди карают даже тех, кто не ошибается.

Бывают услуги настолько бесценные, что отплатить за них можно только неблагодарностью.

Быть великодушным с бессердечными людьми – значит дурачить самого себя.

В благородных сердцах дружба пускает глубокие корни.

В их обществе я бы умер со скуки, не будь там меня.

В человеческом сердце гордыни больше, чем признательности.

Великие люди, в чем бы их таланты ни проявлялись, живут неуловимыми на глаз побуждениями; они сами не знают, что именно побуждает их к тому или иному поступку.

Взгляд человека на мир – мрачный или сквозь розовые очки – зависит почти всецело от его желудка.

Вино – вещь более нравственная, чем любовь.

Виновный не любит, когда ему указывают на его вину.

Вода и время – два могущественнейших растворителя: один точит камень, другой подтачивает самолюбие.

Воззрения – вот единственная сила, которую не стыдясь может признать разум.

Война – разрушение; участвуя в ней, можно выиграть решительно все, а потерять только одно – жизнь. Это наихудший конец.

Война с целым народом опасна.

Время – единственное достояние людей труда.

Все женщины убеждены, что раны в сердце неизлечимы, и потому они так самонадеянны.

Все обобщения опасны, даже это.

Вся человеческая мудрость заключается в двух словах: ждать и надеяться.

Гении знают всё, что знают люди, и еще многое другое.

Гнев народа подобен течению большой реки, которая губит тех, кто пытается ее остановить.

Голод – это призрак, который трудно засыпает и легко просыпается.

Гордыня всегда непростительна.

Гордыня – демон разрушения. Люди позволяют гордыне пустить столь глубокие корни в их сердца, что потом никак не могут вырвать ее оттуда.

Горе имеет свои права, и ничто не может быть целомудреннее слез.

Грубая действительность любит убивать светлые упования.

Давка в толпе – это паровой котел, который перегревается и взрывается.

Делай вид, что уважаешь себя, и тебя будут уважать.

Дипломатии нельзя выучиться – для этого нужно чутье.

Добродетель – растение бальзамическое, с невыдыхающимся ароматом и представляющее собой лучшее лекарство для душевных ран.

Добродетель хмурая, тоскливая, бубнящая поучения, отталкивает даже тех, кто готов был к ней приблизиться.

Доверие может возникнуть лишь в ответ на деяния.

Дружба всегда питается взаимными одолжениями.

Дружба предполагает равенство.

Дружбе приносится больше жертв, чем любви и честолюбию, этим благородным болезням сердца человеческого.

Друзей не может быть слишком много.

Если вы можете угадать по лицу ее возраст – совершенно лишнее спрашивать об этом, если же не можете – ваш вопрос нескромен.

Есть добродетели, которые, переходя границы, превращаются в порок.

Ждать невозможно лишь тогда, когда ничего не делаешь.

Женатый всегда находится в здравом уме, потому что не думает о женитьбе.

Женщина никогда не прощает другой женщине, отнявшей у нее хотя бы и нелюбимого мужчину.

Женщина священна; женщина, которую любишь, священна вдвойне.

Женщины безотчетно сочувствуют горестям любви, и самая строгая мать становится снисходительной, едва речь заходит об ошибке, совершенной под влиянием сердечного порыва.

Женщины нередко предпочитают грубость изысканной любезности, ибо она позволяет заглянуть в глубину мыслей и доказывает, что чувство берет верх над рассудком.

Женщины никогда не имеют такой силы, как после поражения.

Женщины обладают удивительным свойством угадывать присутствие любви или ее приближение.

Жизнь – капитал, и человек должен помещать его самым выгодным образом.

Жизнь – это вечное крушение наших надежд.

Занятым людям некогда разглядывать женщин.

Злословие и клевета не имели бы такой силы, если бы глупость не пролагала им пути.

Идеи не умирают, они порою дремлют, но просыпаются еще более сильными, чем были до сна.

Идея – это искра, упавшая в солому. И только зоркие глаза могут разглядеть пожар, занимающийся средь бела дня.

Идея – это карлик-гигант, за которым необходимо следить днем и ночью, ибо вчера она пресмыкалась у ваших ног, а завтра грозно повиснет над вашей головой.

Известны только два чувства, от которых человек лишается аппетита, – горе и любовь.

Истинно великодушные люди всегда готовы проявить сострадание, если несчастье их врага превосходит их ненависть.

Историк – властелин минувших эпох.

Исторические события имеют одно странное свойство: озарять отблеском своего величия предшествующие им обстоятельства.

История подобна гвоздю, на который можно повесить все, что угодно.

История – самая неумолимая богиня: она вырывает перо из собственного крыла, обмакивает его в кровь; она записывает чье-нибудь имя, и имя это обречено на проклятия потомков.

К несчастью, первая потребность народа после победы состоит в том, чтобы все разрушить.

Как бы хорошо ты не говорил, если ты говоришь слишком много, то в конце концов станешь говорить глупости.

Какое счастье иметь хорошего друга, и особенно потому, что хорошие друзья встречаются редко.

Когда горе слишком велико, в душе не остается места для гнева.

Когда молчит история, слово берет легенда.

Когда стареешь, чаще думаешь о своей молодости.

Кто умеет создавать великое, создаст и малое.

Кто чувствует в себе волю к борьбе, тот не теряет даром времени и сразу отвечает судьбе ударом на удар.

Легче всего осуществимы те мечты, в которых не сомневаются.

Любовь без уважения далеко не идет и высоко не поднимается: это ангел с одним крылом.

Любовь доказывают покорностью.

Любовь из всех видов страсти – самая эгоистичная.

Любовь – самое деспотическое из всех человеческих чувств.

Любовь – такая сладостная химера, что теряя ее, теряешь больше, чем жизнь.

Любящий никогда не заблуждается, думая о тех, кого любит.

Люди всегда так – по самолюбию ближнего готовы бить топором, а когда их собственное самолюбие уколют иголкой, они вопят.

Люди, которые никогда ни о чем не спрашивают, самые лучшие утешители.

Люди, чье сердце терзает боль, испытывают неодолимую потребность в движении; стремительный галоп лошади, уносящий всадника, быть может, навстречу еще худшей беде, к пониманию непоправимости того, что случилось, а иной раз к возможности отомстить, подобен некоему бальзаму для душевных ран.

Людская злоба не имеет границ, она безграничнее, чем божье милосердие.

Меланхолия – это пища для заурядного ума, черпающего в ней мнимую оригинальность, но она пагубна для сильных натур.

Молодость – большой недостаток для того, кто уже немолод.

На войне ловкость значит не меньше, чем сила.

Надежда – лучший врач из всех, какие известны.

Народ – это взрослый ребенок, которого надо только приласкать, и он будет нем, тих и кроток, как ягненок.

Народ – это голодный лев, который лижет только ту руку, что его кормит, кому бы она ни принадлежала.

Народ – это самый неблагодарный, самый капризный, самый непостоянный из всех хозяев.

Не от того, кто влюблен впервые, можно требовать умения молчать. Первой любви сопутствует такая бурная радость, что ей нужен исход, иначе она задушит влюбленного.

Неистовство – признак слабости.

Нестерпимое чувство стыда порождает предельную наглость.

Нет людей забывчивее, чем друзья.

Нет на свете друзей. Есть только насмешники и равнодушные.

Нет ничего выразительнее лица человека, любящего поесть, в ту минуту, когда он приступает к вкусному блюду.

Никогда не бывает проявлением трусости подчинение силе, стоящей над вами.

Никогда не следует быть исключением. Если живешь среди сумасшедших, надо и самому научиться быть безумным.

Ничто не накладывает такой отпечаток на душу, как первые воспоминания.

Ничто не походит на женщину меньше, чем другая женщина.

Ничто так не возбуждает жажду, как вино.

Ничто так не возмущает прямое, не способное на предательство сердце, как то, что его считают способным на измену.

Ничто так не убеждает нас, как глубокая вера другого человека. Она влияет даже на людей неверующих.

Носите горе в себе, как туча несет в себе погибель и смерть, роковую тайну, которую никто не видит, пока не грянет гроза. Берегите ваши силы для той минуты, когда она грянет.

Одна песчинка способна нарушить ход самой мощной машины.

Одним из самых величайших заблуждений человека является вера в то, что весь мир создан ради его коротенькой жизни, в то время как именно эти человеческие жизни, краткие, эфемерные мгновения, почти не ощутимые для простых смертных, и составляют «время».

Ожидание – это безумие, а что такое безумие, если не частичка надежды?

Опасайтесь не мертвых соперников, а живых врагов. Привидения являются только тем, кто должен их увидеть.

Опаснее всего коварство того, кто всегда ведет себя безукоризненно.

От всякой беды есть два лекарства – время и молчание.

Ощущение безопасности делает человека неосторожным.

Переверните мир, измените его лицо, предавайтесь любым безумствам, совершайте преступления, но живите!

Подлинно глубокому чувству веселье не свойственно, и глаза искренне любящей женщины чаще всего не сверкают, а затуманены слезами.

Поступай хорошо, и пусть говорят, что хотят.

Привычка к покою и благоденствию придает важность даже самым заурядным лицам.

Ревность – признак любви.

Редко случается, что то, чего пламенно желаешь, столь же пламенно не оберегали другие люди.

С идеями невозможно бороться, как с людьми, они невидимы и проскальзывают повсюду; они прячутся, особенно от глаз тех, кто хочет их искоренить. Укрывшись в тайниках душ человеческих, они пускают там глубокие корни. И чем старательнее срезаете вы неосторожные побеги, показавшиеся на поверхности, тем более могучими и неистребимыми становятся невидимые корни.

С любовницей можно расстаться, но жена, черт возьми, это другое дело, с нею вы связаны навсегда – вблизи или на расстоянии, безразлично.

Самая большая выдержка нужна матросам не во время бури, а во время затишья перед бурей.

Свобода английских нравов нередко удивляет тех, кто не знает, какая душевная чистота лежит в ее основе.

Сегодняшние друзья – завтрашние враги.

Скупость сушит душу.

Слабые духом всегда все видят через траурную вуаль.

Случайность – запасной фонд Господа Бога.

Совет – больше, чем услуга.

Страсть ослепляет самые уравновешенные умы.

Судейские – народ живучий.

Существует огромная разница между бессонницей, вызванной радостью, и бессонницей, порожденной горем.

Счастье в одиночестве – не полное счастье.

Так уж положено: молодость веселится, старость бранится.

Только надуманная любовь поддается укрощению, истинная же не слушает приказов, и спастись от нее нельзя.

Только нелюбимые женщины никогда не опаздывают.

Тот, кто мстит, иногда жалеет о совершенном; тот, кто прощает, никогда не жалеет об этом.

У всех благородных сердец есть еще одна оболочка, предохраняющая их, словно броня. Если первая кровоточит, вторая задерживает кровотечение.

У домов, как у людей, есть своя душа и свое лицо, на котором отражается их внутренняя сущность.

У того, кто несчастен, друзей не бывает.

У человека два зрения: взор тела и взор души. Телесное зрение иногда забывает, но духовное помнит всегда.

Холостяк скучает повсюду, женатый – только дома.

Хорошая дипломатия никогда не признается в своих замыслах.

Человек в горе должен бы прежде всего обращаться к Богу, но он делает это, только утратив все иные надежды.

Человек вспоминает о том, о чем может, а не о том, о чем хочет.

Человеку дано испытать любовь, чтобы он знал меру своих страданий.

Чем выше парит в небесах могучий орел, тем дольше он вынужден отдыхать на земле.

Чтобы вознаградить женщин за их слабость, природа одарила их необычайной чуткостью.

Дюма Александр (сын).

(27.07.1824–27.11.1895).

Французский драматург.

Дюма-отец узаконил своего сына и дал ему хорошее воспитание. С 18-ти лет Дюма-сын начал печатать свои стихотворения в периодике. В 1847 г. выпустил свой первый стихотворный сборник «Грехи юности». За ним последовал ряд повестей и рассказов, на которых отчасти отразилось влияние творчества отца («Приключения четырех женщин и попугая», «Доктор Серван» и др.), а позже и более оригинальные романы и пьесы («Дама с камелиями», «Незаконный сын», «Жена Клода»). Умер в Париже.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Бедность сбавляет гордость: пустому мешку трудно держаться стоймя.

В искусстве нет классификации, нет этикетов, нет школы старой или новой, а есть то, что во все времена волнует, восхищает, утешает, облагораживает, живет, есть то, что красиво и благородно.

В самые счастливые моменты всегда приходят нам самые печальные мысли, словно предупреждая нас, что счастье не всегда будет с нами.

Все искренние чувства попросту плохо сыграны.

Дела – это чужие деньги.

Держит ли он в руке резец, перо или кисть, художник действительно заслуживает этого имени лишь тогда, когда вселяет душу в материальные предметы или сообщает форму душевным порывам.

Если мужчины совершенно не понимают женского сердца, то женщина не понимает мужской чести.

Женщина воодушевляет мужчину на великие свершения, осуществление которых потом сама же и затрудняет.

Женщина не думает ни о чем или думает о чем-нибудь другом.

Женщину можно спросить, почему она плачет, но никогда не стоит спрашивать ее, почему она плакала: она этого не помнит.

Иногда достаточно одного слова, чтобы стать бессмертным. Только надо знать, где сказать его.

Искусство требует или уединения, или нужды, или страсти.

Истинная любовь всегда делает нас лучше, какая бы женщина ее ни вызывала.

Как сделать себя человеком? Нет ничего труднее, если не уметь захотеть этого; нет ничего легче, если захотеть.

Как часто женщина, вдохновляющая нас на великие дела, мешает нам их сделать.

Коммерция – это очень просто. Это деньги других людей.

Любовь – битва двух полов. Женщине надо защищаться сперва, мужчине – после, и горе побежденным.

Любовь вдохновляет на великие дела, и она же мешает их совершать.

Любовь, выражаемая в письме, опасна, не говоря уж о ее бесполезности.

Люди внесли в любовь стыдливость, поэзию, самопожертвование, самоотречение, но они же внесли в нее и то, чего не вносит ни одно животное: излишества, продажность, извращенность, лицемерие.

Мы не всегда достаточно сильны, чтобы перенести чужое счастье.

Наше внешнее, кажущееся счастье создает нам больше всего врагов.

Не почитай денег ни больше ни меньше, чем они того стоят; это хороший слуга и плохой господин.

Никогда не поздно замолчать, если знаешь, что лжешь.

Новизна заключается в хорошем, потому что она – редкость.

Опыт и философия, не приводящие к снисходительности и милосердию, есть приобретения, не стоящие того, что за них заплачено.

Оставьте трех мужчин вместе после обеда, и вы можете быть уверены, что разговор зайдет о женщинах и что заведет его тот из них, кто постарше.

Печально не то, что надвигается старость, а что уходит молодость.

По временам меня огорчает мысль, что для гения существуют границы, а для глупости – нет.

Почему бы и не любить свою жену? Любим же мы чужих.

Произведение, которое читают, имеет настоящее; произведение, которое перечитывают, имеет будущее.

Раскаяние – последняя выгода, которую человек может получить от своей оплошности.

Ревность – это боязнь превосходства другого лица.

Ревность – это искусство причинять больше зла себе, чем другим.

Самое интересное не то, что женщина тебе говорит, а то, о чем она умалчивает.

Узы брака столь тяжелы, что нести их можно только вдвоем, а иногда и втроем.

Цени деньги ровно настолько, насколько они того заслуживают, они хорошие слуги и дурные хозяева.

Человек всегда гордится тем, что начертал где-то свое имя, хотя бы на коре дерева, и всегда приходит в удивление, когда больше не находит его.

Что особенно обидно, это то, что ум человеческий имеет свои пределы, тогда как глупость человеческая беспредельна.

Я предпочитаю анонимные письма другим. Они имеют большое преимущество: на них не обязательно отвечать, к ним очень скоро делаешься равнодушным и очень скоро даже совсем забываешь их.

Я скучала – вот почему это началось. Он мне прискучил – вот почему это кончилось.

Екатерина II.

(21.04/02.05. 1729–06/17.11.1796).

Российская императрица (1762–1796).

В 1744 г. была приглашена в Россию императрицей Елизаветой Петровной, крещена по православному обычаю под именем Екатерины Алексеевны и наречена невестой великого князя Петра Федоровича, с которым обвенчалась в 1745 г. В ночь на 28.06.1762 г., опираясь на поддержку Измайловского полка, осуществила государственный переворот, свергнув своего мужа Петра III и венчавшись на царство. Увлекалась идеями Вольтера, Ж. Ж. Руссо и др. просветителей, стала последовательной сторонницей идей просвещения и, вступив на престол, имея определенную политическую программу, основанную, с одной стороны, на идеях Просвещения и, с другой, учитывающую особенности исторического развития России, стала последовательно, учитывая общественные настроения, претворять ее в жизнь. Осуществила реформу Сената (1763), сделавшую работу этого учреждения более эффективной; провела секуляризацию церковных земель (1764), значительно пополнившую государственную казну и облегчившую положение миллиона крестьян; ликвидировала гетманство на Украине, что соответствовало ее представлениям о необходимости унификации управления на всей территории империи; пригласила в Россию немецких колонистов для освоения Поволжья и Причерноморья; основала ряд новых учебных заведений, в том числе для женщин (Смоленский институт, Екатерининское училище); осуществила губернскую реформу (1775), которой было введено новое административно-территориальное деление страны; издала жалованные грамоты дворянству и городам (1785), юридически закрепляющие все права и привилегии. При Екатерине II в результате русско-турецких войн (1768–1774, 1787–1791) Россия окончательно закрепилась на Черном море, были присоединены Сев. Причерноморье, Крым, Прикубанье. Приняла под Российское подданство Восточную Грузию (1783). Осуществила разделы Речи Посполитой (1772, 1793, 1795). Среди литературных достижений – многие беллетристические, драматургические, публицистические, научно-популярные сочинения, наиболее известны среди них «Записки». Екатерина II была тонким психологом и знатоком людей, умело подбирала себе помощников, не боясь людей ярких и талантливых. Поэтому екатерининское время отмечено появлением целой плеяды выдающихся государственных деятелей, полководцев, писателей, художников, музыкантов.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Бранные слова оскорбляют уста, из которых исходят, столько же, сколько уши, в которые входят.

Будьте мягки, человеколюбивы, доступны, сострадательны и щедры; ваше величие да не препятствует вам добродушно снисходить к малым людям и ставить себя в их положение так, чтобы эта доброта никогда не умаляла ни вашей власти, ни их почтения. Выслушивайте все, что хоть сколько-нибудь заслуживает внимания; пусть все видят, что вы мыслите и чувствуете так, как вы должны мыслить и чувствовать. Поступайте так, чтобы люди добрые вас любили, злые боялись и все уважали.

Во всяком возрасте почитай родителей.

Гораздо лучше предупреждать преступления, нежели их наказывать.

Двоедушие чуждо великим людям: они презирают все низости.

Доблесть не лезет из толпы, не жадничает, не суетится и позволяет забывать о себе.

До€лжно возбуждать в них (юношестве) охоту к трудолюбию и чтоб они страшились праздности как источника всякого зла и заблуждения.

Если государственный человек заблуждается, если он рассуждает плохо, принимает ошибочные меры, то целый народ испытывает пагубные следствия этого. Нужно часто себя спрашивать: справедливо ли это начинание? Полезно ли?

Законы, не сохраняющие меру в добре, бывают причиною, что отсюда рождается безмерное зло.

Зараза пошлости да не помрачит в вас античного вкуса к чести и доблести.

Искусный стрелок, не попадая в цель, вину не кладет на лук или стрелы, но у самого себя в проронке требует отчета: однако для того бодрости духа и охоты не теряет.

Книги суть зерцало: хотя и не говорят, всякому вину и порок объявляют.

Кто говорит что хочет, услышит чего и не хочет.

Кто завистлив или желает того и сего, тому не дождаться веселья.

Кто не обучился в юности, того старость бывает скучна.

Леность есть дурной учитель.

Ложь изо всех вреднейший есть порок.

Лучше оправдать десять виновных, нежели обвинить одного невинного.

Меня обворовывают точно так же, как и других, но это хороший знак и показывает, что есть что воровать.

Мое желание и мое удовольствие было бы всех делать счастливыми, но так как всякий хочет быть счастливым лишь сообразно со своим характером или разумением, то мои желания часто встречали в том препятствия.

Правила воспитания суть первые основания, приуготовляющие нас быть гражданами.

Праздность есть мать скуки и многих пороков.

Прежде всего государственному человеку следует иметь в виду следующие пять предметов: 1. Нужно просвещать нацию, которой должен управлять. 2. Нужно ввести добрый порядок в государстве, поддерживать общество и заставить его соблюдать законы. 3. Нужно учредить в государстве хорошую и точную полицию. 4. Нужно способствовать расцвету государства и сделать его изобильным. 5. Нужно создать государство грозным в самом себе и внушающим уважение соседям. Каждый гражданин должен быть воспитан в сознании долга перед Высшим Существом, перед собой, перед обществом, и нужно преподать ему некоторые искусства, без которых он почти не может обойтись в повседневной жизни.

Разговор с невеждами иногда более научит, нежели разговор с учеными.

Разумный человек в стыд не вменяет учиться и в совершенных летах, чему не доучился во младости.

Разумный человек всегда может найти упражнение.

Самое надежное, но и самое труднейшее средство сделать людей лучшими есть приведение в совершенство воспитания.

Сделав ближнему пользу, сам себе сделаешь пользу.

Сделай добро, дабы делать добро, а не ради того, чтоб приобресть похвалу или благодарность. Добрые дела сами собою воздаяния приносят.

Учение в счастии человека украшает, в несчастии же служит прибежищем.

Храните в себе те великие душевные качества, которые составляют отличительную принадлежность человека честного, человека великого и героя. Страшитесь всякой искусственности. Зараза пошлости да не помрачит в вас античного вкуса к чести и доблести.

Человек с добрым сердцем старается обращать всякую вещь и дело в добро; человек с дурным сердцем старается в добре найти злое. О некоторых сердцах можно сказать, что они свойства непромокаемого: слезы ближних не пробивают их, а только скользят по ним.

Жан Поль.

(21.03.1763–14.11.1825).

Немецкий писатель.

Родился в деревне Вунзидель (Бавария) в семье пастора. Изучал богословие в Лейпцигском университете, интересовался многими другими дисциплинами, в частности литературой. Первые произведения, сатиры в прозе, создал в возрасте 20 лет. Семь лет работы домашним учителем впоследствии послужили материалом для трактата «Левана, или Учение о воспитании» (1807), одного из классических в немецкой педагогике. Роман «Невидимая ложа» (1793) принес ему литературную славу и определил дальнейший жизненный путь. Другие известные произведения: сентиментальные романы «Геспер» (1795), «Жизнь Квинта Фиксляйна» (1796) и «Цветы, плоды и тернии, или… Зибенкэз» (1796–97), а также небольшие прозаические идиллии и юмористические скетчи, прежде всего «Учителишка Вуц» (1793), «Юбиляр» (1797) и «Долина в Кампанье» (1797), которые сделали Жан Поля популярным писателем. В 1802 г. окончил работу над своим главным произведением «Титан». Последний роман «Комета» остался незаконченным. Умер в Байройте.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Бедность есть единственное бремя, которое становится тем тяжелее, чем больше лиц его носят.

Бедность есть мать пороков, но также и величайших изобретений.

Бывают люди-растения, люди-звери, люди– боги.

В старости делаются наилучшие наблюдения и наихудшие выводы.

Веселье – это небо, под которым расцветает всё, кроме злобы.

Вечность – это время, когда существуют идеалы.

Вкус – это эстетическая совесть.

Воспоминание – это единственный рай, из которого мы не можем быть изгнаны.

Все достойное уважения совершено в уединении, то есть вдали от общества.

Высшее достоинство героя состоит в том, чтобы не терять присутствие духа в бурях современности.

Глупость слишком безвинна и нерассудительна, чтобы бичевать ее сатирой, а порок слишком презренен, чтобы щекотать его смехом, хотя аморальная сторона первой заслуживает сатирической издевки, а безрассудная сторона второго – комического осмеяния.

Добропорядочные люди приобретают больше врагов своими речами, нежели дурные – своими делами.

Достойна презрения женщина, которая, имея детей, способна испытывать скуку.

Есть женщины, которых необходимо прежде любить для того, чтоб их знать; обыкновенно же поступают наоборот.

Женщины любую идею переводят на личность.

Женщины похожи на испанские дома, где много дверей и мало окон; в их сердце легко войти, но трудно там читать.

Женщины стойко переносят худшие горести, нежели те, из-за которых они проливают слезы.

Жизнь – долгий, очень долгий вздох… до последнего издыхания.

Из всех искусств музыка – самое человечное и распространенное.

Искусство если не хлеб, то вино жизни.

Когда женщины ведут разговор о женщинах, они особенно хвалят ум красивых и красоту умных, голос павлина и оперенье соловья.

Кто в старости может обходиться без любви, тот не любил в юности, ибо для любви годы не помеха.

Кто хвастает знанием тайны, тот одну половину ее уже открыл, а другую открыть не замедлит.

Легче всего люди выдают свои намерения, когда последние не удаются им.

Лучшее правило политики – не слишком управлять.

Любовь – история в жизни женщины и эпизод в жизни мужчины.

Любовь ослабляет женскую нежность и усиливает мужскую.

Малые страдания выводят из себя, великие же – возвращают нас самим себе.

Мужество состоит не в том, чтобы смело преодолевать опасность, но в том, чтобы встречать ее с открытыми глазами.

Музыка – поэзия воздуха.

Ничего не откладывай на после, ибо после тебе легче не будет.

Нищета – единственное бремя, которое становится тем тяжелее, чем больше людей его несут.

Одежда – оружие красоты, которая слагает его после сражения, как воин перед своим победителем.

Осмеяние, то есть нравственное негодование, должно совмещаться с постоянством возвышенного чувства.

Подлинная нравственность непосредственно поэтична, а поэзия, в свою очередь, опосредованно нравственна.

Прекрасный ум редко совпадает с прекрасной душой.

Проницательность ума – это совесть остроумия.

Робкий человек пугается перед тем, как наступит опасность, трус – во время ее, а храбрец – после того, как она миновала.

Самый большой недостаток людей состоит в том, что у них много маленьких недостатков.

Скромен не тот, кто равнодушен к похвалам, а тот, кто внимателен к порицаниям.

Совесть человека может заблуждаться, но сам человек может и не быть бессовестным, точно так же как можно обладать ложным вкусом, не впадая в безвкусицу.

Старость печальна потому, что с ее приходом мы лишаемся не только радостей, но и надежд.

Страсть делает наилучшие наблюдения и наихудшие выводы.

Суеверие – чудовищное и почти неодолимое чувство, благодаря которому мирный человек стоит как бы среди исполинской мельницы вселенной, оглушенный и одинокий.

Счастлив тот, кто может проследить свою родословную, одного предка за другими, и облечь седое время покровом юности.

Танцы для женщин то же, что игра в карты для мужчин: прекрасное свободное время для языка, которое часто полезно и часто вредно.

Только в минуты свидания и разлуки люди знают, сколько любви таило их сердце, и слова любви дрожат у них на устах, а глаза наливаются слезами.

Тоска по любви есть сама любовь.

Тот, кто никогда не искал ни дружбы, ни любви, в тысячу раз беднее того, кто их обе утратил.

Треснувший колокол издает глухой звук: разбейте его на две части – он снова издаст чистый звук.

Трусливый дрожит в ожидании опасности, малодушный – когда она приходит, а храбрый – когда она прошла.

У женщин всё – сердце, даже голова.

У ученого всегда чего-нибудь недостает: или краски, или движения, или желудочного сока, или того, что называется здравым смыслом.

Человек должен быть доступен для страстей, но и властен располагать ими.

Жорж Санд (настоящее имя – Амандина Аврора Люсиль Дюпен).

(01.07.1804–08.06.1876).

Французская писательница.

Родилась в Париже в семье дворянина Мориса Дюпена. Детство провела в Ноане. В 1822 г. вышла замуж за Казимира, барона Дюдевана. От этого брака родила двоих детей. Однако супруги вскоре расстались. В 1831 г. выпустила первый роман «Роз и Бланш», написанный совместно с Жюлем Сандо, чья фамилия и стала основой псевдонима писательницы. Другие ее романы: «Индиана» (1832), «Валентина» (1842), «Жак» (1834), «Консуэло» (1843), «Франсуа-найденыш» (1847), «Жан де ля Рош» (1859), «История моей жизни» (1855). Жорж Санд предпочитала мужской костюм женскому и путешествовала по таким местам Парижа, куда аристократки не имели доступа. Для высших сословий Франции XIX в. такое поведение считалось неприемлемым, поэтому она фактически потеряла статус баронессы. Однако, несмотря на это с ней общались многие выдающиеся современники: композиторы Ф. Лист, Ф. Шопен, критик Сент-Бёв, писатели П. Мериме, О. де Бальзак, А. Дюма (отец), Г. Флобер и др. Умерла в Ноане. Узнав о ее кончине, В. Гюго написал: «Оплакиваю умершую, приветствую бессмертную!».

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Брак без любви – это пожизненная каторга.

Брак прекрасен для любовников и пригоден для святых.

В жизни есть только одно счастье – любить и быть любимым.

Весь талант в том, чтобы заставить его идти нужным тебе аллюром.

Всякая душа измеряется огромностью своего стремления.

Выдающийся человек для исключительной женщины может быть желанным другом; а как любовник он один и тот же для всех женщин, и часто самый лучший любовник для женщины самой низкой и самой глупой. У меня есть опыт в любви, увы, очень полный! Если бы я могла начать жизнь заново, я была бы целомудренна!

Горе мужчине, пытающемуся привнести в любовь искренность.

Дороги, ведущие к искусству, полны терний, но на них удается срывать и прекрасные цветы.

Душа, никогда не страдавшая, не может постичь счастья!

Есть несчастные гении, которым не дано выразить себя; они уносят в могилу тайну своих размышлений, так ни с кем ею и не поделившись.

Жизнь чаще похожа на роман, чем наши романы – на жизнь.

Забвение – цветок, лучше всего прорастающий на могилах.

Завистливым душам свойственно ненавидеть людей за то, что они якобы отнимают у них счастье.

Избыток доброжелательности ведет к тому, что в один прекрасный день вы оказываетесь в очень плохом окружении; избыток проницательности ведет к полнейшему одиночеству.

Истинное слишком просто; идти к нему надо всегда через сложное.

Каждый испытывает потребность быть любимым, это поднимает его в собственных глазах; но людей нужно любить по-разному: одного – с бесконечной снисходительностью, другого – с неослабной строгостью.

Классификация – нить Ариадны в лабиринте природы.

Лесть – ярмо, низко преклоняющее пылкие и легкомысленные головы женщин.

Любить – жалкая привычка сердца. Слово того, кого любишь, сильнее влияет на душу, чем выражение чувств.

Любовь без благоговения и восторга – это только дружба.

Любовь способна извинить все, кроме скупости.

Материнство, конечно, дает невыразимое счастье, но это счастье в любви или браке надо выкупать такой ценой, что я бы никому этого не посоветовала.

Можно объяснить другим, почему ты вышла за своего мужа, но нельзя убедить в этом себя.

Мудр тот, кто идет за веком вместе с обществом; а кто стремится вернуться назад… тот безумец.

Мужчина всегда ребенок, даже если это большой ребенок, – ребенок, который держит в своих руках власть.

Мужчина который умно говорит о любви, не очень влюблен.

Мужчины, не способные к какому бы то ни было влиянию на других мужчин, порою имеют неограниченное влияние на ум женщин.

Мы воспитываем наших дочерей, как святых, а потом продаем, как молодых кобылиц.

На свете нет ни одного мужчины, который способен продолжительное время довольствоваться только душой женщины.

Настойчивость смягчает судьбу.

Наша жизнь состоит из любви, и не любить – значит не жить.

Нелюбимый всегда одинок в толпе.

Неразделенная любовь так же отличается от любви взаимной, как заблуждение от истины.

О телесной любви: следовало бы повесить всех женщин, опошляющих в глазах мужчин самое значительное, самое святое из всего созданного, божественное таинство, серьезнейший и возвышеннейший акт на земле.

Область музыки – душевные волнения. Цель музыки – возбуждать эти волнения, и сама она также вдохновляется ими.

Одинокий представляет собою только тень человека, а кто не любим, тот везде и среди всех одинок.

Порок никогда не видит своего собственного безобразия – увидев, он ужаснулся бы своему облику.

Поэзия – это особая манера воспринимать внешний мир, специальный орган, который просеивает материю и, не изменяя, преображает ее.

Простота – это то, что труднее всего на свете; это крайний предел опытности и последнее усилие гения.

Рассудок никогда не плачет, это не его дело, а сердце никогда не рассуждает – оно не для этого нам дано.

Самые ярые ревнители благочестия – те, кто вынужден что-то скрывать о себе.

Самый достойный человек – тот, кто прекрасней всего мыслит и действует.

Сдержанность в любви и в дружбе была бы глупой причудой, к тому же актом себялюбия, убивающим всякое чувство сначала в нас самих, затем и в любимом человеке.

Скромность порой проистекает из преувеличенной гордости.

Сопротивляться любви – значит снабжать ее новым оружием.

Супружество приятно до брака.

Сцена – жгучая арена; когда находишься на ней, приходишь в возбуждение, и все жизненные эмоции в сравнении с доставляемыми ею кажутся холодными и бледными; но когда оставляешь ее, разбитый и усталый, то страшно становится от пережитого испытания.

Так уж устроен человек: вечно стремится к тому, чего у него нет.

То, что хорошо написано, никогда не надоедает. Стиль – это сама жизнь, это корень мысли.

Тоска по родине действует на всех одинаково: она преображает в наших глазах картины прошлого, идеализируя их; достоинства возрастают, а недостатки смягчаются временем и расстоянием, пока не сотрутся в нашем представлении совершенно.

Точность мысли обусловливает точность выражений.

Форма и содержание – две категории, не существующие отдельно одна от другой.

Человек не родится злым; не родится он и добрым; человек родится с большей или меньшей дозой страстей, с большей или меньшей энергией для удовлетворения их.

Честность умирает, когда продается.

Что женщина отличается от мужчины, что сердце и ум имеют пол, – в этом я не сомневаюсь. Но разве это различие, необходимое для общей гармонии, обозначает нравственное превосходство мужчины?

Чтобы иметь талант, нужно быть уверенным, что обладаешь им.

Я не верю в тех донжуанов, которые в то же время байроны. Дон Жуан не писал поэм, а Байрон, кажется, был плохим любовником.

Жубер Жозеф.

(07.05.1754–04.05.1824).

Французский писатель.

Родился в городе Монтиньяк (департамент Дордонь). Работал учителем в провинции. С 1778 г. поселился в Париже, где поддерживал хорошие отношения с энциклопедистами, был литературным секретарем Д. Дидро. Стал одним из первых во Франции ценителей творчества В. Шекспира. Своих произведений не публиковал. Из оставленных им рукописей Ф. Шатобриан составил томик «Дневники», вышедший в 1838 г. В литературном творчестве Ж. Жубер придавал большое значение стилю произведения, подолгу трудился над приданием своим идеям формы кратких, художественно завершенных изречений. Афоризмы Жубера интересны тонкостью суждения по вопросам искусства, литературы и жизни вообще.

Благие намерения – ничто, если они не претворяются в добрые дела.

Благоденствие освещает путь благоразумию.

Будь милосерден и снисходителен ко всем, кроме себя.

Вкус – литературная совесть души.

Воображение – это глаза души.

Воспитывая ребенка, нужно думать о предстоящей ему старости.

Всё стерпит бумага, но не читатель.

Всё точное коротко.

Всякое излишество портит или нравы, или вкус.

Выставить в смешном свете то, что не подлежит осмеянию, – в каком-то смысле всё равно что обратить добро во зло.

Гений – это способность видеть невидимое, двигать неосязаемое, рисовать то, что не имеет формы.

Даже недостатки могут нравиться, если в них проявилась душа.

Дети больше нуждаются в примерах, чем в критике.

Добродетель – это здоровье души.

Долги сокращают жизнь.

Если мои друзья кривы, я на них смотрю в профиль.

Если мы потратим всю свою жизнь на любовь, у нас не останется лишнего времени на то, чтобы жаловаться или чувствовать себя несчастными.

Если романам случается оказывать такое большое влияние на нравы и привычки, то происходит это не столько к чести книг, сколько к стыду эпохи.

Есть люди, у которых нравственность остается нетронутой, точно материя, из которой они никогда не шьют себе платья.

Есть право мудрого, но нет права сильного.

Женщины считают невинным всё, на что они решаются.

Лишите мир красоты – и вы лишите его половины нравственности, половины ее правил.

Лучшие душевные движения не значат ничего, если не приводят к добрым действиям.

Лучшие законы рождаются из обычаев.

Лучшие мысли мы находим, подыскивая слово.

Морали подобает иной род ясности. Здесь дело не в созерцании, питающем разум, а в побуждениях, направляющих волю. Жар и пыл нужнее ей, чем свет.

Мысли никогда не нуждаются в словах, скорее слова нуждаются в мыслях. Как только мысль достигла законченности, возникает необходимое слово и облекает ее.

Нравственность – душа истории.

Обучать – значит учиться вдвойне.

Пользоваться чьими-либо благодеяниями – более верный способ привязать его к себе, чем делая ему, в свою очередь, одолжение. Часто вид благодетеля тяготит, вид же человека, которому оказано благодеяние, всегда приятен – в нем любят свое деяние.

Понять Бога легко, если только не пытаться его объяснить.

Посредственность – добродетель в глазах посредственных людей.

Правосудие – право наиболее хитрого.

Разум может подсказать, чего следует избегать, и только сердце говорит, что следует делать.

Ранние страсти – это преждевременно развившиеся пороки, которые делают человека равнодушным ко всему, что его не опьяняет.

Справедливость без силы и сила без справедливости – обе ужасны.

Справедливость – это истина в действии.

Суеверие превращает все в чудеса.

Те, кто никогда не отказываются от ранее высказанных взглядов, любят себя больше, чем истину.

Тот, у кого есть воображение без познаний, имеет крылья, но не имеет ног.

У того, кто осмеивает зло во всех его проявлениях, не совсем здоровое нравственное чувство.

Увлечения молодых людей в старости оказываются пороками.

Целомудрие – это ощупь души.

Ясность – настолько очевидное свойство истины, что нередко их даже путают между собой.

Золя Эмиль.

(02.04.1840–29.09.1902).

Французский писатель.

Родился в Париже в семье инженера. Литературную деятельность начал как журналист. Первые романы «Сказки к Нинон» (1864), «Исповедь Клода» (1865), «Марсельские тайны» (1867) представляют собой типичные романы-фельетоны. Уже в молодые годы начал свои основные произведения, объединенные впоследствии общим названием «Ругон-Маккары». Эта серия романов представляет собой «естественную и социальную историю одного семейства в эпоху Второй империи». Героями всех романов серии выступают члены одной семьи, настолько широко разветвленной, что отростки ее проникают в самые разные социальные слои французского общества. Наиболее известные романы серии: «Тереза Ракен» (1867), «Радость жить» (1884), «Чрево Парижа» (1873), «Преступление аббата Муре» (1875), «Западня» (1877), «Счастье дам» (1883), «Человек-зверь» (1890) «Доктор Паскаль» (1893) и др. Помимо серии романов «Ругон-Маккары», Золя создал антиклерикальную трилогию «Города» («Лурд», 1894, «Рим», 1896, «Париж», 1898), серию романов «Евангелия» («Плодовитость», 1899, «Труд», 1902, «Справедливость», 1902). Умер в Париже, отравившись угарным газом из-за неисправности дымохода (по официальной версии).

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Абсолютного зла не существует. Человек не бывает злым ко всем на свете, есть всегда кто-то, кому он делает добро.

Будущее человечества – в завоеваниях разума, вооруженного наукой.

Буржуазия именно такова, какой я ее рисую в своих романах: если в моих сочинениях много грязи, так это потому, что ее и в жизни столько же.

В беспокойной оглядке на потусторонний мир всегда таится неизбывный страх перед жизнью, ненависть к ней.

В здоровье залог мудрости и счастья.

Великая поэзия нашего века – это наука с удивительным расцветом своих открытий, своим завоеванием материи окрыляющая человека, чтоб удесятерить его деятельность.

Вера дает человечеству неистребимую силу продолжать жить.

Весь смысл жизни заключается в бесконечном завоевании неизвестного, в вечном усилии познать больше.

Всем сердцем, всей волей моей я хотел бы возвести разум на самую высокую вершину и поклониться ему.

Гнев является всегда плохим советником.

Даже ничтожнейший прогресс требует долгих лет мучительного вызревания.

Деятельность заключает награду в самой себе. Действовать, создавать, вступать в борьбу с обстоятельствами, побеждать их или чувствовать себя побежденным – вот вся радость.

Доброта подобна большой реке, из которой все сердца утоляют жажду.

Доказательство неопровержимо: на меня нападают со всех сторон – следовательно, я еще существую.

Единственная награда в жизни – это прожить ее мужественно, выполняя налагаемые ею обязанности.

Единственное счастье в жизни – это постоянное стремление вперед.

Единственный смысл бытия в том, чтобы верить в жизнь, любить ее, приложить все усилия нашего разума к тому, чтобы лучше ее познать.

Женщины вообще не могут быть совершенно правдивыми. Они всем решительно лгут: судьям, своим любовникам, своим горничным и самим себе.

Жизнь – единственное проявление божества. Жизнь – вот Бог, вот великий двигатель, душа вселенной.

Залог семейного счастья в доброте, откровенности, отзывчивости.

Занятие политикой для писателя есть жалкая трата времени, плутовская мистификация, удел тупиц, невежд и мошенников.

Здоровье – вот единственное истинное благо, каким природа может одарить человека.

Искусство живет только фанатизмом.

Истина в пути, и ничто ее не остановит.

Истина и справедливость превыше всего, ибо только от них зависит величие наций.

Когда бываешь слишком счастливым, всегда дрожишь за свое счастье.

Лучше страдать, чем совершить поступок, при воспоминании о котором будешь мучится всю жизнь.

Мысль – тоже действие; нет ничего плодотворнее ее влияния на мир.

На свете прекрасна и желанна только молодость, она цветок жизни, единственная красота, она и здоровье.

Надежда творит жизнь.

Надо жить ради самой жизни, ради созидания далекого, неизвестного будущего, и лишь радость созидания приносит покой здесь, на земле.

Надо идти вперед, все вперед, с жизнью, которая никогда не останавливается.

Наследственность определяет лицо мира.

Наука не откровение. Она движется вперед, в ногу с человечеством, и даже одни эти усилия приносят ей славу.

Научные поиски истины и есть тот единственный высший идеал, к которому должен стремиться человек.

Никогда еще люди не относились друг к другу с таким ожесточением, никогда еще не были в такой степени ослеплены, как в наше время, когда они стали воображать, что знают все.

Остроумие часто граничит с полной глупостью.

Познавая всё больше и больше, человек приобретает безмерную власть и если не счастье, то, по крайней мере, ясность духа.

Пока супругов соединяет страсть, они всегда будут в мире, несмотря на серьезные размолвки.

Преступление использовать патриотизм для разжигания расовой ненависти.

Прожить всю жизнь, прожить и выстрадать ее всю, не возмущаясь, не дерзая менять ее к лучшему, и устранять из нее страдание – вот подлинное мужество и подлинная мудрость.

Произведение искусства – это уголок мироздания, увиденный сквозь призму определенного темперамента.

Пусть жизнь кажется ужасной, разве она все же не велика и прекрасна?

Работа романиста – печальное ремесло. Единственно счастливые часы – это часы обдумывания плана. Все остальное время приходится мучиться и страдать.

Равенства не существует! Общество, которое вздумало бы основываться на нем, было бы осуждено на гибель.

Реализм унижает искусство.

Рождение человека связано с таким актом, который превращает женщину в измученный, истерзанный, обезумевший от боли, окровавленный, полумертвый кусок мяса.

Самая добродетельная женщина – та, которую природа сотворила самой страстной, а рассудок сделал самой холодной.

Смех – это сила, которой вынуждены покоряться великие мира сего.

Страдания правого – приговор неправому.

Суеверие опасно, допускать его существование – в этом даже есть известная трусость. Относиться к нему терпимо – не значит ли это навсегда примириться с невежеством, возродить мрак средневековья? Суеверие ослабляет, оглупляет.

Толпа – большой ребенок, у нее нет ни малейших убеждений, и она всегда кончает тем, что признает людей, которые умеют за себя постоять.

Только темпераменты живут и властвуют над веками.

Художественное произведение есть кусок природы, профильтрованный сквозь темперамент художника.

Цивилизация не достигнет своего совершенства до тех пор, пока последний камень последней церкви не упадет на голову последнего священника.

Эгоизм является добровольным умерщвлением всего, что есть в человеке живого и хорошего.

Индийские мудрости.

В бессилии гнев очень сильный.

В истинном смысле живет только тот, кто распространяет вокруг себя жизнь; начинять собственное брюхо – заслуга не велика: на это способна и ворона.

Во всех делах будь чист помыслами. Возлюбленную целуют по-одному, дочь по-иному.

Время никого не любит и никого не ненавидит, время ни к кому не равнодушно – оно уносит всех.

Глупец и невежда имеют пять примет: сердятся без причины, говорят без нужды, изменяются неизвестно для чего, вмешиваются в то, что вовсе их не касается, и не умеют различать, кто желает им добра и кто зла.

Глупость страха не ведает.

Давать, брать, делиться тайной, расспрашивать, угощать, принимать угощение – вот шесть признаков дружбы.

Давать советы глупцу – только злить его.

Добрый человек – это тот, кто помнит свои грехи и забывает свое добро, а злой, наоборот, – тот, кто помнит свое добро и забывает свои грехи.

Достоинства не так бросаются в глаза, как пороки.

Если женщина целомудренна, то не от стыдливости, сдержанности, добродетели или страха – это потому, что никто не добивался ее ласки.

Женских тел фаянс прохладный ослепляет, обольщает, / Чтобы тотчас превратиться в пламенеющий сардоникс. / Обладанье ими – краткий сон. / Постиженье их подобно смерти!

Женщина сияет – весь дом сияет, женщина мрачна – весь дом погружен во мрак.

Женщина съест вдвое больше, чем мужчина, она вчетверо храбрее его, вшестеро решительнее и в восемь раз сладострастнее.

Женщины учены от природы, мужчины – от книг.

Когда книга, жена или деньги попадают в чужие руки, то они пропадают для нас; если же возвращаются, то книга – истрепанной, жена – испорченной, а деньги – по частям.

Когда надо давать советы другим, каждый – кладезь премудрости. Когда надо самому следовать этим советам, то и мудрец не умнее дурака.

Когда случается упасть, достойный человек падает, как мяч, ничтожный – как ком глины.

Кое-что можно открыть женам, кое-что друзьям, кое-что детям – ведь все они достойны доверия. Но всего каждому открывать нельзя.

Кокетство с любимым заменяет у женщин признание в любви.

Красота – религия мудрецов.

Ласкай ее там, куда во время любовного наслаждения она обращает свой взор, – ибо так обнаруживают свое тайное желание юные жены.

Лучше подневольный труд, чем безделье.

Лучше худо исполнить свой долг, чем хорошо чужой.

Многих сгубила женская красота, ибо любовь красавицы подобна испепеляющему пламени.

Можно поймать тигра в чаще, птицу в небесах, рыбу в пучине вод, но нельзя поймать непостоянное сердце женщины.

Мудрый не горюет о потерянном, об умершем и о прошлом. Тем он и отличается от глупца.

Мы радуемся закату и радуемся восходу и не думаем о том, что ход солнца отмеряет нашу жизнь.

Не берись ни за какие дела – вот первый признак мудрости; взявшись же за дело, доведи его до конца – вот второй признак мудрости.

Не вмешивайся в дела мужа с женой, не вмешивайся в дела отца с сыном.

Не совершай ничего, что будет мучить тебя на смертном одре. Ибо жизнь мгновенна.

Никто не бывает от природы ни высоким, ни низким – лишь собственные дела ведут человека к почету или презрению.

Нужда – мать изобретения.

Плод победы – ненависть, удел побежденного – печаль. Спокоен и счастлив тот, кто отказался и от победы, и от поражения.

Победить самого себя – это лучшее средство для того, чтобы не быть побежденным.

Поборов гордость, человек становится приятным. Поборов гнев, он становится веселым. Поборов страсть, он становится преуспевающим. Поборов алчность, он становится счастливым.

Пока ты не уничтожил до самого корня похотливую привязанность свою к женщине, до тех пор дух твой будет привязан к земному, как сосущий телец привязан к своей матери.

Поступай днем так, чтобы ночью твой сон был спокоен, а в молодости так, чтобы старость твоя была спокойна.

При любовном наслаждении уста женщины всегда чисты.

Пройдет время, и друг станет врагом, а враг – другом. Ибо собственная выгода сильнее всего.

Пусть недолго проживет человек – жизнь его счастлива, если он прожил ее ради ближних.

Разум без отваги – свойство женщины; отвага без разума – свойство скотины.

Расплатиться с долгами – все равно что разбогатеть.

Сострадание правит миром.

Сражаться, рано вставать, защищать подругу в минуту опасности и пировать с друзьями – этим четырем доблестям учись у петуха.

Сходны помыслы живых существ – все стремятся к приятному и отвращаются от неприятного.

Терпение – добродетель бессильного и украшение сильного.

Только часть похвал высказывай другу в лицо, другую же часть – за его спиной.

Тот, кто собственных видеть не хочет пороков, / Их отыщет легко у святых и пророков. / Тот, кто знает, что склонен порою к пороку, / У другого искать их не станет без проку.

Тот поистине властвует над своими чувствами, кто не радуется и не печалится, слыша, касаясь, видя, вкушая и обоняя.

У добрых сначала старятся помыслы, потом тело; у злодеев старится лишь тело, помыслы же никогда.

Уже одна ревность мужа влечет жену к другому. Разумный охраняет жену, не показывая ревности.

Украшение человека – мудрость, украшение мудрости – спокойствие, украшение спокойствия – отвага, украшение отваги – мягкость.

Умеренность – большое богатство.

Хорошая жена трудится на тебя, как слуга; дает советы, как советник; прекрасна, как богиня красоты; спокойна и вынослива, как земля; кормит тебя, как мать, и услаждает тебя, как гетера. Хорошая жена – шесть лиц в одном.

Ценность человека познается после его смерти.

Честность – самая лучшая привычка.

Кант Иммануил.

(22.04.1724–12.02.1804).

Немецкий философ, родоначальник немецкой классической философии.

Родился в Кенигсберге в небогатой семье ремесленника-седельщика. Попечением доктора теологии Ф. Шульца, заметившего в нем одаренность, закончил престижную гимназию «Фридрихс-Коллегиум», поступил в Кенигсбергский университет, который, однако, не закончил: в связи со смертью отца, чтобы прокормить семью, 10 лет работал домашним учителем. Именно в это время (1747–1755) разработал и опубликовал космогоническую гипотезу происхождения Солнечной системы из первоначальной туманности, не утратившую актуальности и сегодня. В 1755 г. защитил диссертацию и получил докторскую степень, что дало ему право преподавать в университете. С 1770 г. был назначен профессором логики и метафизики Кенигсбергского университета, где до 1797 г. преподавал обширный цикл философских, математических, физических дисциплин. В это время написал фундаментальные философские работы, принесшие ему репутацию одного из выдающихся мыслителей XVIII в. и оказавшие огромное влияние на дальнейшее развитие мировой философии: «Критика чистого разума» (1781), «Критика практического разума» (1788), «Критика способности суждения» (1790), «Основы метафизики нравственности». Будучи слаб здоровьем, подчинил свою жизнь жесткому распорядку, что позволило ему пережить многих друзей. Умер в Кенигсберге в возрасте 80-ти лет.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Большое честолюбие издавна превращало благоразумных в безумцев.

Быть опровергнутым – этого опасаться нечего; опасаться следует другого – быть непонятым.

В брачной жизни соединенная пара должна образовать как бы единую моральную личность.

Величайшее чувственное наслаждение, которое не содержит в себе никакой примеси отвращения, – это, в здоровом состоянии, отдых после работы.

Взывать к мужеству – это уже наполовину значит внушать его.

Воспитание есть искусство, применение которого должно совершенствоваться многими поколениями.

Все обиходные человеческие добродетели – мелкие деньги; ребенок тот, кто принимает их за настоящие золотые.

Все, что зовется благопристойностью, не более как красивая внешность.

Всего долее живут в том случае, если менее всего заботятся о продлении жизни.

Всякий муж предпочитает хорошее блюдо без музыки музыке без хорошего блюда.

Высшее благо есть единство добродетели и благополучия. Разум требует, чтобы это благо осуществлялось.

Гений – это талант изобретения того, чему нельзя учить или научиться.

Глупость – это недостаток, против которого нет лекарства.

Дай человеку все, чего он желает, и в ту же минуту он почувствует, что это все не есть все.

Для мужчины нет ничего более обидного, чем обозвать его глупцом, для женщины – сказать, что она безобразна.

Добродетель обозначает мужество и храбрость и, следовательно, предполагает врага.

Долг! Ты возвышенное, великое слово. Это именно то великое, что возвышает человека над самим собой.

Есть такие заблуждения, которые нельзя опровергнуть. Надо сообщить заблуждающемуся уму такие знания, которые его просветят. Тогда заблуждения исчезнут сами собою.

Желание снискать почтение других за то, что совсем не составляет человеческого достоинства, – это тщеславие.

Женщины даже мужской пол делают более утонченным.

Женщины очень участливы, добросердечны и сострадательны, прекрасное они предпочитают полезному.

Жизнь людей, преданных только наслаждению без рассудка и без нравственности, не имеет никакой цены.

Закон, живущий в нас, называется совестью. Совесть есть, собственно, применение наших поступков к этому закону.

Имей мужество пользоваться собственным умом.

Истинная политика не может сделать шага, не присягнув заранее морали, и хотя политика сама по себе – трудное искусство, однако соединение ее с моралью вовсе не искусство, так как мораль разрубает узел, который политика не могла развязать, пока они были в споре. Право человека должно считаться священным, каких бы жертв ни стоило это господствующей власти.

Когда справедливость исчезает, то не остается ничего, что бы могло придать ценность жизни людей.

Краска на лице выдает нас, когда мы лжем, но она не всегда служит доказательством лжи. Мы часто краснеем за бесстыдство того, кто обвиняет нас в чем-либо.

Красота поступка состоит прежде всего в том, что его совершают легко и как бы безо всякого напряжения.

Кто боязливо заботится о том, как бы не потерять жизнь, никогда не будет радоваться ей.

Кто отказался от излишеств, тот избавился от лишений.

Ложь делает человека предметом всеобщего презрения; это – средство лишить его самого уважения и той веры, которую каждый должен питать к себе.

Люди бежали бы друг от друга, если бы видели один другого в полнейшей откровенности.

Многие думают, что детство было самым лучшим и приятным временем их жизни. Но это не так. Это самые тяжелые годы, поскольку тогда человек находится под гнетом дисциплины и редко может иметь настоящего друга, а еще реже – свободу.

Многие сделались жестокосердными потому, что раньше были сострадательны и часто видели себя обманутыми.

Молодой человек… отказывай себе в удовольствиях не для того, чтобы отказаться от них навсегда, но для того, чтобы тем более иметь их в перспективе! Не затупляй восприимчивость к ним преждевременным наслаждением!

Мораль есть учение не о том, как мы должны сделать себя счастливыми, а о том, как мы должны стать достойными счастья.

Мужчина ревнует, когда любит; женщина – даже когда не любит, потому что поклонники, завоеванные другими женщинами, исчезают из круга ее поклонников.

Мы должны ценить даже одну только видимость добра в других людях, потому что из этой игры притворства, которой они добывают себе уважение – может быть, и незаслуженное – в конце концов может возникнуть, пожалуй, нечто более серьезное.

Мы часто краснеем из-за бесстыдства другого, который обвиняет нас в чем-либо.

Мыслить – значит говорить самим с собой, слышать самого себя.

Назначение человека состоит в том, чтобы достичь совершенства посредством свободы.

Наказания, назначаемые в припадке гнева, не достигают цели.

Не принимай благодеяний, без которых ты можешь обойтись.

Нравственность должна лежать в характере.

Обязанность по отношению к самому себе состоит в том, чтобы человек соблюдал человеческое достоинство в самом себе.

От пустых надежд человек сохнет.

Отнимите у человека надежду и сновидения, и он будет несчастнейшим существом на свете.

Отречение от своего внутреннего убеждения есть поступок низменный.

Постоянно давать детям награды не годится. Через это они становятся себялюбивыми, и отсюда развивается продажный образ мыслей.

Поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своем лице, и в лице всякого другого так же, как к цели, и никогда не относился бы к нему только как к средству.

Поступайте так, чтобы любой ваш поступок мог быть возведен во всеобщее правило.

Поэзия есть игра чувств, в которую рассудок вносит систему.

Поэтическое творчество есть игра чувств, руководимая рассудком, красноречие – дело рассудка, оживляемого чувством.

Представление о долге и вообще о нравственном законе имеет на человеческое сердце гораздо более сильное влияние, чем все другие мотивы.

Прекрасное есть то, что без понятий представляется как объект всеобщего удовольствия.

Прекрасное – это нечто такое, что принадлежит исключительно вкусу.

Прекрасное – это символ морального добра.

Принцип искусства воспитания гласит: дети должны воспитываться не для настоящего, а для будущего, возможно, лучшего состояния рода человеческого.

Просвещение – это выход человека из состояния своего несовершенолетия, в котором он находится по собственной вине. Несовершеннолетие есть неспособность пользоваться своим рассудком без руководства со стороны кого-то другого. Несовершеннолетие по собственной вине – это такое, причина которого заключается не в недостатке рассудка, а в недостатке решимости и мужества пользоваться им без руководства со стороны кого-то другого. Решись быть мудрым! Имей мужество пользоваться собственным умом! – таков, следовательно, девиз Просвещения!

Работа – лучший способ наслаждаться жизнью.

Решительная отвага, проявленная плутом, в высшей степени опасна.

Склонность к удобствам в человеке хуже любого другого зла в жизни.

Сознание, что наслаждение находится в твоей власти, плодотворнее и обширнее, как и всё идеальное, чем удовлетворенное посредством этого наслаждения чувство, потому что вместе с удовлетворением оно уничтожается.

Страдание – это побуждение к деятельности.

Стыдливость представляет собой некоторую тайну для ограничения необузданного влечения; следуя зову природы, она всегда согласуется с добрыми, нравственными свойствами, даже когда она чрезмерна.

Счастье есть удовлетворение всех наших склонностей.

Только радостное сердце способно находить удовольствие в добре.

Тот, кто не приобрел культурных навыков, груб.

Тот, кто первым назвал женщин прекрасным полом, хотел, быть может, сказать этим нечто лестное для них, но на самом деле выразил нечто большее.

Тот, кто становится пресмыкающимся червем, может ли затем жаловаться, что его раздавили?

Тщеславие – это желание снискать почтение других за то, что совсем не составляет человеческого достоинства.

Уважение есть дань, в которой мы не можем отказать заслуге, хотим мы этого или нет; мы можем не проявлять его, но внутренне мы не можем его не чувствовать.

Удел женщины – владычествовать, удел мужчины – царить, потому что владычествует страсть, а правит ум.

Умение ставить разумные вопросы есть уже важный и необходимый признак ума и проницательности.

Уничижение есть, собственно, не что иное, как сравнение своего личного достоинства с моральным совершенством.

Услужливость, стремление быть приятным другим своей приветливостью, готовностью пойти навстречу желаниям других и сообразовать свое поведение с их настроениями. Эта привлекательная обходительность прекрасна, и такая отзывчивость благородна. Однако это чувство вовсе не добродетель; более того, там, где высокие принципы не ограничивают и не ослабляют его, из него могут возникнуть всевозможные пороки. В самом деле, не говоря уже о том, что эта услужливость по отношению к тем, с кем мы общаемся, часто есть несправедливость по отношению к другим, находящимся вне этого тесного круга, такой человек, если иметь в виду только это побуждение, может обладать всеми пороками, и не в силу его непосредственных наклонностей, а потому, что он желает доставить кому-то удовольствие. Ради любвеобильной обходительности он становится лжецом, бездельником, пьяницей и т. п., потому что он поступает не по правилам хорошего поведения вообще, а сообразно своей склонности, которая сама по себе прекрасна, но становится нелепой, поскольку она неустойчива и беспринципна.

Ученые женщины пользуются своими книгами так же, как и часами, которые носят напоказ другим, хотя бы они стояли постоянно или шли неверно.

Характер состоит в способности действовать согласно принципам.

Характер состоит в твердой решимости хотеть что-нибудь делать, а затем и в действительном исполнении предложенного.

Хитрость – образ мыслей очень ограниченных людей и очень отличается от ума, на который по внешности походит.

Человек имеет склонность общаться с себе подобными, ибо в таком состоянии он больше чувствует себя человеком, т.е. чувствует развитие своих природных задатков. Но ему также присуще сильное стремление уединяться.

Человек редко думает при свете о темноте, в счастье – о беде, в довольстве – о страданиях, и наоборот, всегда думает в темноте о свете, в беде – о счастье, в нищете – о достатке.

Этика есть философия доброй воли, а не только доброго действия.

Этика есть философия убеждения.

Юмор – талант произвольно приходить в хорошее расположение духа.

Карамзин Николай Михайлович.

(01/12.12.1766–22.05/03.06.1826).

Русский историк, писатель, поэт.

Родился в селе Михайловка (сегодня Бузулукский район Оренбургской области) в семье среднепоместного симбирского дворянина. С 13 лет обучался в Москве в пансионе профессора Московского университета Шатена, одновременно посещая лекции в Университете. В 1781 г. по настоянию отца поступил на службу в петербургский гвардейский полк, но вскоре вышел в отставку и осел в Москве, где участвовал в издании первого русского журнала для детей «Детское чтение». В 1789–1790 гг. путешествовал по Европе, где посетил И. Канта в Кенигсберге, был в Париже во время Великой французской буржуазной революции. Под впечатлением от путешествия написал «Письма русского путешественника». В Москве начал деятельность в качестве профессионального писателя и журналиста: приступил к изданию «Московского журнала» (1791–1792) (первый русский литературный журнал, в котором среди прочих произведений Карамзина была опубликована повесть «Бедная Лиза», открывшая в русской литературе эпоху сентиментализма), выпустил ряд сборников и альманахов («Аглая», «Аониды», «Мои безделки» и др.). С 1804 г., получив от императора Александра I звание историографа, прекратил всякую литературную работу и в 1816 г. выпустил первые 8 томов «Истории государства Российского», имевших грандиозный успех. В последующие годы вышли еще 3 тома «Истории», а последний том был издан уже после смерти автора. Умер в Санкт-Петербурге от простуды. «История государства российского» не была первым описанием истории России, до нее были труды В.Н. Татищева и М.М. Щербатова. Но именно Карамзин открыл историю России для широкой образованной публики. В своем труде автор выступал более как писатель, чем историк – описывая исторические факты, заботился о красоте языка. По словам Пушкина, «все бросились читать историю своего отечества, дотоле им неизвестную <…>. Древняя Русь, казалось, найдена Карамзиным, как Америка Колумбом».

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Англичане любят благотворить, любят удивлять своим великодушием и всегда помогут несчастному, как скоро уверены, что он не притворился несчастным. В противном случае скорее дадут умереть ему с голода, нежели помогут, боясь обмана, оскорбительного для их самолюбия.

Без хороших отцов нет хорошего воспитания, несмотря на все школы.

Блажен не тот, кто всех умнее, / Но тот, кто, будучи глупцом, / Себя считает мудрецом.

Бог – великий музыкант, вселенная – превосходный клавесин, мы лишь смиренные клавиши. Ангелы коротают вечность, наслаждаясь этим божественным концертом, который называется случай, неизбежность, слепая судьба.

Быть счастливейшим супругом, / Быть любимым и любить, / Быть любовником и другом… / Ах! я рад на свете жить!

В человеческой натуре есть две противные склонности: одна влечет сердце наше всегда к новым предметам, а другая привязывает нас к старым; одну называют непостоянством, любовию к новостям, а другую – привычкою.

Время – это лишь последовательность наших мыслей.

Всего несноснее жить на свете бесполезно.

Всякие насильственные потрясения гибельны, и каждый бунтовщик готовит себе эшафот.

Главное дело не получать, а заслуживать.

Для привязанности нет срока: всегда можно любить, пока сердце живо.

Для того чтобы узнать всю привязанность нашу к отечеству, надобно из него выехать; чтобы узнать всю любовь нашу к друзьям, надо с ними расстаться.

До€лжно показывать заблуждения разума человеческого с благородным жаром, но без злобы.

Душа, слишком чувствительная к удовольствиям страстей, чувствует сильно и неприятности их: рай и ад для нее в соседстве; за восторгом следует или отчаяние, или меланхолия, которая столь часто отворяет дверь в дом сумасшедших.

Жизнь есть обман – счастлив тот, кто обманывается приятнейшим образом.

Жизнь наша делится на две эпохи: первую мы проводим в будущем, а вторую – в прошлом.

Искренность действует сильнее самых красноречивых уверений в дружбе.

Истинные дарования не остаются без награды: есть публика, есть потомство.

Как плод дерева, так жизнь бывает всего сладостнее перед началом увядания.

Кто сам себя не уважает, того и другие уважать не будут.

Легкие умы думают, что всё легко, мудрые знают опасность всякой перемены и живут тихо.

Мало разницы между мелочным и так называемыми важными занятиями, одно внутреннее побуждение и чувство важно. Делайте что и как можете, только любите добро, а что есть добро – спрашивайте у совести.

Молодость есть прелестная эпоха бытия нашего! Сердце в полноте жизни, творит для себя будущее, какое ему мило; всё кажется возможным, всё близким. Любовь и слава, два идола чувственных душ, стоят за флером перед ними и подымают руку, чтобы осыпать нас дарами своими. Сердце бьется в восхитительном ожидании, теряется в желаниях, в выборе счастья и наслаждается возможным еще более, нежели действительным.

Мужество есть великое свойство души; народ, им отмеченный, должен гордиться собою.

Народ есть острое железо, которым играть опасно, а революция – отверстый гроб для добродетели и самого злодейства.

Превосходные умы суть истинные герои истории.

При невзгодах настоящего нужно утешаться мыслью, что были времена и более тяжкие, да и те прошли.

Редкий холостой человек не вздохнет, видя красоту и счастие детей, скромность и благонравие женщин.

Республика без добродетели и геройской любви к отечеству есть неодушевленный труд.

Слова принадлежат веку, а мысли – векам.

Смеяться, право, не грешно / Над всем, что кажется смешно.

Способ быть счастливым в жизни есть: быть полезным свету и в особенности Отечеству.

Счастлив, кто независим, но как трудно быть счастливым, то есть независимым.

Счастье есть дело судьбы, ума и характера.

Так водится в здешнем свете: одному хорошо, другому плохо, и люди богатеют за счет бедных. Шагнуть ли в свет политический? Раздолье крикунам и глупым умникам; не худо и плутишкам.

Талант великих душ есть узнавать великое в других людях.

Темперамент есть основание нравственного существа нашего, а характер – случайная форма его. Мы родимся с темпераментом, но без характера, который образуется мало-помалу от внешних впечатлений. Характер, конечно, зависит от темперамента, но только отчасти, завися, впрочем, от рода действующих на нас предметов. Особливая способность принимать впечатления есть темперамент; форма, которую дают сии впечатления нравственному существу, есть характер.

Удовольствия любви бесчисленны; ни тиранство родителей, ни тиранство самого рока не может отнять их у нежного сердца – и кому сии удовольствия неизвестны, тот не называй себя чувствительным.

Французская революция – одно из тех событий, которые определяют судьбы людей на много последующих веков. Новая эпоха начинается: я ее вижу.

Холодные люди вообще бывают великие эгоисты. В них действует более ум, нежели сердце; ум же всегда обращается к собственной пользе, как магнит к северу.

Человек всех тварей живучее, он всё перенести может. Для него нет совершенного лишения, совершенного бедствия, кроме бесславия.

Эстетика – есть наука вкуса.

Я чувствую великие дела Петровы и думаю: «Счастливы предки наши, которые были их свидетелями!» Однако ж не завидую их счастью!

Карлейль Томас.

(1795–1881).

Британский писатель, историк, философ.

Родился в Эдинбурге в простой крестьянской семье. Поступил в Эдинбургский университет. Увлекся немецкой литературой. Перевел «Вильгельма Мейстера» И. Гёте, а в 1825 г. выпустил собственную статью «Жизнь Шиллера». За этими работами последовали критические разборы и переводы из Жана Поля, Э. Гофмана, И. Тика, Ж. Фуке и др., печатавшиеся в либеральном журнале «Эдинбургское обозрение». В этом же журнале опубликовал статью «Признаки времени». Известность ему принесли такие работы, как «История немецкой литературы», «Прошлое и будущее» (1843), «Памфлеты последних дней» (1858), «Письма и речи Оливера Кромвеля» (1846), «История Фредерика II» (1865), «Первые норвежские короли» (1875) и др. Умер в Лондоне.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Биография – это единственная история.

Благословен тот, кто нашел дело в жизни; большего нам не дано.

Благочестие и кислая мина – вещи разные.

Блажен тот, кто нашел свое дело, пусть он не ищет другого блаженства. У него есть дело и цель жизни.

Богатство света состоит именно в оригинальных людях. Благодаря им и их произведениям свет именно свет, а не пустыня.

Величие великого человека обнаруживается в том, как он обращается с маленькими людьми.

Все обездоленные должны уяснить себе только одно: быть обездоленными глупо.

Всякий труд благороден, и благороден один лишь труд.

Всякое величие бессознательно – в противном случае оно стоит малого или не стоит ничего.

Гениальность – это прежде всего выдающаяся способность быть за все в ответе.

Главный орган человеческого тела, незыблемая основа, на которой держится душа, – это кошелек.

Глупость и невежда имеют пять примет: сердятся без причины, говорят без нужды, изменяются неизвестно для чего, вмешиваются в то, что вовсе их не касается, и не умеют различать, кто желает им добра и кто – зла.

Глупость и хорошее пищеварение – незаменимые качества для борьбы с лишениями.

Двое-трое – это уже Общество. Один станет Богом, другой – дьяволом, один будет вещать с кафедры, другой – болтаться под перекладиной.

Демократия по природе своей – это самоотречение: в конечном счете она стремится к нулю.

Демократия – это необходимость мириться с тем, что управляют нами не герои.

Долг – это бездонное море.

Если вы желаете удержать человека от какого-нибудь поступка, заставьте его разговориться на эту тему: чем больше люди говорят, тем меньше у них склонности делать.

Если вы сомневаетесь, поцеловать ли хорошенькую девушку, всегда принимайте решение в ее пользу.

Если сами мы холопы, то для нас не может быть героев.

Если человек знает меру, он знает всё.

Жизнь твоя, хотя бы ты был самый жалкий из смертных, – не праздная греза, а действительность, полная высокого смысла! Твоя жизнь – твое достояние; это всё, с чем ты можешь пойти навстречу вечности.

Заблуждения мудреца положительно более поучительны, чем истины глупца. Ибо мудрый парит в возвышенных областях, откуда все далеко видно, глупый же топчется по низменным проторенным дорогам.

Здоровый человек – самое драгоценное произведение природы.

Здоровье – великое дело как для того, кто им пользуется, так и для других.

Земля – общая наша мать, она кормит нас, дает нам приют, радует и любовно обогревает нас; с минуты рождения и пока мы не успокоимся вечным сном на ее материнской груди, она постоянно своими нежными объятиями лелеет нас.

Знания придают человеку вес, а поступки – блеск. Однако большинство людей умеет только глядеть, а не взвешивать.

Золотой дождь размывает все границы.

Идеал в тебе самом. Препятствия к достижению его – в тебе же. Твое положение есть тот материал, из которого ты должен осуществить этот идеал.

Из всех наций на свете англичане – самые глупые в беседе и самые умные в деле.

Из всех прав самое неопровержимое – это право умного (силой ли, уговорами ли) вести за собой дурака.

Из всех проявлений человеческого творчества самое удивительное и достойное внимания – это книги. В книгах живут думы прошедших времен; внятно и отчетливо раздаются голоса людей, прах которых давно разлетелся, как сон. Всё, что человечество совершило, передумало, всё, чего оно достигло, – всё это сохранилось, как бы волшебством, на страницах книг.

Из ленивого, неподвижного человека самая благосклонная судьба, подобно самому старательному горшечнику без станка, не создаст ничего, кроме брака.

Искреннюю радость доставляет человеку возможность восхищаться кем-нибудь; ничто так не возвышает его – хотя бы на короткое время – над всеми мелочными условиями, как искреннее восхищение.

Истина для большинства людей означает правдоподобие, – нечто такое, что можно измерять числом полученных в ее пользу голосов.

Истинный университет наших дней – это собрание книг.

История – квинтэссенция сплетни.

История мира – это биография великих людей.

История – это дистиллированная сплетня.

История – это цивилизация слухов.

Каждый венец славы есть вместе с тем терновый венец.

Каждый человек одним фактом своего существования приносит пользу всему роду человеческому.

Как мало человек знает самого себя!

Книга – чистейшая сущность человеческой души.

Коллекция книг – тот же университет.

Кто принимал участие в борьбе, хотя бы в борьбе с трудом и нищетой, тот всегда будет сильней и мудрей человека, который смотрел на борьбу издали.

Лишь те мудры, которые знают, что они ничего не знают.

Любая корона всегда есть и будет терновым венцом.

Любая реформа, кроме моральной, бесполезна.

Любое благородное дело сначала кажется невозможным.

Метафизика – это попытки ума подняться над умом.

Мировая история – это извечная великая война: война веры с неверием.

Мистические узы братства объединяют всех людей в одно целое.

Мое богатство состоит в том, что я делаю, а не в том, что я имею.

Можно все доказать на цифрах.

Можно обожать нечто, хотя бы оно было весьма незначительно, но невозможно обожать чистейшее ноющее ничтожество.

Молчание более красноречиво, чем слова.

Музыка своей мелодией доводит нас до самого края вечности и дает нам возможность в течение нескольких минут постичь ее величие.

Мысль – мать деятельности, она живая душа ее, не только зачинщица ее, но и охранительница. Мысль поэтому служит основанием, началом и откровеннейшей сущностью всей человеческой жизни на земле.

На поприще литературы дойдут еще до того, чтобы платить писателям за то, чтобы они не писали.

Надежда – это единственная собственность человека, которой его нельзя лишить.

Наличные – не единственная связь человека с человеком.

Насколько человек побеждает страх, настолько он – человек.

Настоящее – это суммарно взятое прошлое.

Наша главная задача состоит не в том, чтобы устремлять свой взор и внимание на то, что находится в туманной дали, а в том, чтобы делать вещи, находящиеся в непосредственной близости перед нами.

Не будь рабом слов.

Невозможно ступить ни шагу по этой земле без того, чтобы не соприкоснуться с ответственностью и долгом, который необходимо исполнить.

Несчастным делает человека то, что он вынужден, сам не зная почему, вести нищенскую жизнь и трудится в поте лица, не получая за это никаких благ, и то, что он устал, измучен, одинок, оторван от других людей и окружен всеобщим безразличием.

Нет более печального доказательства ничтожности человека, чем неверие в великих людей.

Никто не знает, как поступит толпа, тем более – она сама.

Новая точка зрения всегда оказывается в меньшинстве.

Овцы по трем причинам ходят вместе: во-первых, оттого что у них общительная натура и они охотно бегут вместе; во-вторых, из-за своей трусости, потому что они боятся оставаться одни; в-третьих, потому что большинство из них, по пословице, близоруки и не умеют сами выбирать дорогу… Как похожи на них во всех этих отношениях существа, принадлежащие к человеческой породе! И люди тоже общительны и охотно ходят стадами; во-вторых, и они трусливы и неохотно остаются одни; в-третьих, и прежде всего, они близоруки почти до слепоты.

Одна жизнь – это слабый отблеск времени между двумя вечностями.

Опыт – самый лучший учитель, только плата за учение слишком велика.

Первая обязанность человека – преодолеть страх. Пока у человека трясутся поджилки, его действия останутся рабскими.

Писатель – тот же священнослужитель.

Поклонение героям должно выражаться в том, что сами мы будем героически настроены.

Послушание хорошо и необходимо, но если это послушание тому, что дурно и ложно, то это, напротив, высшая степень человеческой подлости и унижения.

Поэзию мы называем музыкальной мыслью.

Правильно во всех отношениях сказано: всякого человека судят по вере его. И по неверию.

Правительство – это машина: для голодных – собирающая налоги, для сытых – доходы.

При каждом споре в тот момент, когда мы начинаем сердиться, мы перестаем бороться за истину и вступаем в спор уже за самих себя.

Природа не терпит лжи.

Пусть ошибки и ложные приемы не смущают тебя. Ничто так не научает, как сознание своей ошибки. Это одно из главных средств самовоспитания.

Речь – серебро, молчание – золото.

Речь – удел человека; молчание – удел Бога, но и зверя, и смерти… А потому мы должны постигнуть оба искусства.

С помощью цифр доказать можно все что угодно.

Самая большая вина – не сознавать свою вину.

Самая большая ошибка заключается в том, когда человек считает себя во всем абсолютно безупречным.

Самое неприятное чувство – это чувство собственного бессилия.

Самое страшное неверие – это неверие в себя.

Самый несчастный человек – это тот, для кого в мире не нашлось работы.

Сентиментальные люди – самые бессмысленные из смертных.

Скептицизм означает не только интеллектуальное, но и моральное сомнение.

Слепой может объехать весь мир и ничего не заметить.

Станьте честным человеком, и тогда вы сможете быть уверены, что одним плутом стало меньше на свете.

Существенно заблуждается тот, кто считает вспыльчивость и упрямство признаком силы. Кто подвержен припадкам судороги, тот не силен, хотя требуется шесть человек, чтобы сдержать его.

Счастлив народ, о котором редко упоминают исторические труды.

Труд – призвание человека на земле.

Тяготы способны перенести сотни людей, благополучие – лишь единицы.

У каждого человека под шляпой – свой театр, где развертываются драмы, часто более сложные, чем те, что даются в театрах.

Уважение к героям, в различные эпохи проявляющиеся различным способом, является душой общественных отношений между людьми, и способ выражения этого уважения служит истинным масштабом нормальности или ненормальности господствующих на свете отношений.

Учитесь читать – это может быть гораздо труднее, чем вы воображаете. Учитесь быть разговорчивыми в вашем чтении, читать добросовестно и с величайшим для вас доступным вниманием всё, к чему вы питаете действительный интерес, действительный, а не воображаемый, и что вы признаете действительно соответствующим тому, чем вы заняты.

Философ только тот, который спустил до своего уровня высшее и который до того же уровня поднял низшее, тот, который чувствует себя равным и братом всего живущего.

Человек, который не может смеяться, не только готов к измене, хитрости и грабежу, но вся его жизнь уже представляет собой измену и хитрость.

Человек, наделенный чувством юмора, видит обычную жизнь, даже самую невыразительную, в новом – веселом и нежном – свете; для него все сущее имеет обаяние и смысл.

Человек не должен жаловаться на времена; из этого ничего не выходит. Время дурное: ну что ж, на то и человек, чтобы улучшить его.

Человек не может быть неисправимо плохим, если он хотя бы раз от души смеялся.

Человек, не умеющий держать про себя свои мнения, не способен ни на что выдающееся ни в коем деле.

Человек проявляется в своих действиях, а не мыслях, какими бы благородными эти мысли ни были.

Человек совершенствуется при помощи труда.

Человек только и живет надеждой; надежда, по сути, – его единственная собственность.

Что такое знание? Не что иное, как записанный опыт.

Чудо – основа для поклонения.

Экономика – наука зловещая.

Я не верю в коллективную мудрость невежественных индивидуумов.

Рядовой человек, который счастлив в браке, намного счастливее гения, живущего в одиночестве.

Карр Альфонс Жан.

(1808–1890).

Французский писатель.

В жизни, как и на прогулке, женщина должна опираться на мужчину несколько выше ее.

Во всякой привязанности есть две стороны: одна любит, другая позволяет любить себя, одна целует, другая подставляет щеку.

Вообще для большинства женщин скромность начинается там, где оканчивается красота.

Для большинства людей смысл равенства состоит не в том, чтобы подниматься до уровня других, а в том, чтобы понижать других до своего уровня.

Для женского разговора необходимы, по меньшей мере, три женщины: две, которые говорят, и одна, о которой говорят.

Дружба двух женщин – всегда заговор против третьей.

Единственное утешение в смерти тех, кого любили, это что мы не утешаемся и что нам не приходится видеть, как они второй раз умирают в нашем сердце той смертью, которая глубже первой и которая называется забвением.

Если бы мужчины знали, что думают женщины, то были бы в двадцать раз нахальнее, точно так же как если бы женщины знали поближе мужчин, то стали бы еще кокетливее.

Если нужно отменить смертную казнь, пусть господа убийцы начнут первыми.

Есть люди, меняющие честь на почести.

Женщинам удалось убедить мужчин, будто они – существа слабые, между тем единственная вещь, которая утомляет и убивает женщин, – это скука.

Женщины все угадывают, они ошибаются только тогда, когда рассуждают.

Женщины имеют особое счастье видеть во всем только одну сторону, поэтому они гораздо храбрее мужчин.

Женщины угадывают все, а если ошибаются, значит, нарочно.

Каждая женщина считает себя обкраденной, когда любовью одаривают другую.

Каждый хочет иметь друга, но никто не хочет быть другом.

Как бы вы ни любили женщину, но если она при этом скучает, то будет ценить любовь самую горячую и беззаветную не более, чем старые перчатки или вышедшую из моды шляпку.

Любовь рождается из ничего и умирает из-за всего.

Многие женщины остаются верными только потому, что долго оставались таковыми.

Многие ошибаются или притворяются, что ошибаются, относительно духа французов: они считают французов независимыми, врагами всякого ига, всякой власти – и грубо ошибаются. Француз тщеславен и хвастлив; он любит задирать и вызывать власть, но не ниспровергать ее. Ибо кого станет он потом задирать?

Много ли нужно для сохранения памяти о человеке? Час работы мраморщика.

Мужья ужасно забывчивы и часто забывают даже о том, что женаты.

Мщение – доказательство бессилия.

Надежда и воспоминание имеют одинаковую призму – отдаленность. Мы называем счастьем то, что впереди или позади нас, чего мы еще не имеем или чего уже не имеем, что, одним словом, недостижимо.

Не имейте соседей, если хотите жить с ними в мире.

Нелепый догмат равенства состоит не в том, чтобы подниматься до уровня других, а чтобы понижать других до своего уровня.

Нет таких женщин, которые, отправляясь в театр, не надеялись бы, что сами также будут немножко предметом зрелища.

После многих революций низшие классы завоевали себе право казаться равными другим классам, завоевали равенство в расходах, но не в приходах.

Постоянство в любви – то же самое, что запрещение чесаться, когда у вас зудит кожа: из двенадцати запрещений десять нарушаются.

Путешествия обнаруживают не столько любопытство наше по отношению к тому, что мы собираемся смотреть, сколько усталость от того, что покидаем.

Собственность – ловушка; то, что мы имеем в своем владении, на самом деле владеет нами.

Старый друг может при случае сделаться ее любовником, но человек, которого она в первый раз встречает, имеет в тысячу раз более шансов.

Туалет – это кухня красоты; каждая женщина ежедневно изобретает приправы своих прелестей, которые она должна будет представить вечером взорам проголодавшихся поклонников.

У женщины всегда три возраста: кажущийся, действительный и приписываемый ею себе.

Французы не очень-то тратятся на то, чтобы быть довольными и веселыми, но готовы разоряться, чтобы казаться довольными и заставлять других думать, что веселятся; при этом они поглядывают по сторонам, чтобы видеть, смотрят ли на них.

Хорошо говоришь только о той любви, которой не чувствуешь.

Чем больше всё меняется, тем больше всё остается по-старому.

Чтобы заработать на жизнь, надо работать, но чтобы разбогатеть, надо придумать что-то другое.

Китайские мудрости.

Бесплодных деревьев не разводи, друзей средь неверных не заводи.

Будьте строги к самим себе и снисходительны к другим, и вы не будете иметь врагов.

Воспитание часто бывает личиной, пригодной для того, чтобы скрывать под ней безобразие, но оно не дает другого лица.

Высокие башни измеряются длиною отбрасываемой ими тени, великие же люди – количеством завистников.

Где честь и совесть попраны – всевластье, / Там обретают низменные страсти.

Девушка выходит замуж, чтобы доставить удовольствие родителям; вдова выходит замуж, чтобы доставить удовольствие себе.

Доброта – это согласие воли с совестью.

Если вы взволнованы гневом, старайтесь отвлечь внимание от предмета, вызвавшего его. Таким образом, удалив горючий материал, поддерживающий пламя, вы погасите его.

Если за день ничему не научился, зря прожил день.

Если мужчина очень любит женщину, у той сами собой распускаются завязки ее нижнего платья.

Если хорошую речь повторить три раза, даже у собак появится отвращение.

Жаба мечтает полакомиться лебедем.

Желания людей бесконечны.

Женщина, которая не скрывает свой возраст, или слишком молода и ей нечего терять, или слишком стара и ей нечего искать.

За деньги монах продаст священные книги.

И живи, и учись до старости.

Играя осторожно, можно выиграть даже бессмертие.

Избавишься от одного порока – вырастут десять добродетелей.

Имея сто пашен, захотел тысячу; стал императором – захотел быть святым.

Искать мудрость вне себя – вот верх глупости.

Когда добрый человек проповедует ложное учение, оно становится истинным. Когда дурной человек проповедует истинное учение, оно становится ложным.

Когда судьба отворачивается, и золото тускнеет; когда судьба улыбается, и железо блестит.

Кто рисует богов, тот их не чтит.

Лучше быть слишком доверчивым, чем большим скептиком.

Мечтать о чиновничьей карьере в беспокойное время – все равно что искать богатства в неурожайный год.

Мечтающий стать чиновником подобен мыши, ставший чиновником подобен тигру.

Можно состариться и за один год.

На судьбу не надейся.

Не страшно постареть телом, страшись постареть душой.

Не стремись быть первым во вселенной.

Не уповай на счастье, когда оно с тобой, готовься к тому, что оно тебя покинет.

Обуздать желания – все равно что остановить реку.

Опасайся спорить с чиновниками, покупателями и вдовами.

Поздно поднялся – день потерял, в молодости не учился – потерял жизнь.

С лягушкой, живущей в колодце, нельзя говорить об океане: она слишком привязана к своей дыре. С насекомым, живущим только одно лето, нельзя говорить о зимней стуже: оно ограничено временем своей жизни. С ограниченным грамотеем нельзя говорить о дао: он скован своим образованием.

Сердитый кулак не бьет по улыбающемуся лицу.

Скромность истинно добрых людей выражается в забвении: они так поглощены тем, что сейчас делают, что упускают из виду то, что уже сделали.

Славу добыть трудно, но потерять легко.

Суетливый человек многословен.

Тот, кто много говорит, редко приводит в действие свои слова. Мудрый же человек всегда боится, чтобы слова его не превзошли его дел.

Тот, кто мягко ступает, далеко продвинется на своем пути.

Тот, кто не умеет улыбаться, не должен заниматься торговлей.

Целомудренна женщина или нет, станет ясно, когда она овдовеет.

Человек вне отечества презренен.

Человек, занимающий высокое положение, обладая мужеством, но не имея сознания долга, делается мятежником, а человек, занимающий низкое положение, обладая мужеством, но не имея сознания долга, делается разбойником.

Человек, обладающий великими знаниями, одинаково смотрит на далекое и близкое, малое не считает ничтожным, а большое – огромным, так как знает, что размеры вещей относительны. Он доказывает, что настоящее и прошлое – это одно и то же, и поэтому не тоскует по далекому прошлому и не пытается схватить близкое настоящее, так как знает, что время никогда не останавливается. Он исследует полноту и пустоту, и поэтому, обретая, не радуется, теряя, не печалится, так как знает, что судьба не постоянна. Он ясно понимает путь, и поэтому не радуется своему рождению и не считает несчастьем свою смерть, так как знает, что конец и начало сменяют друг друга.

Человек с нечистой совестью что конь с растертой спиной – всегда неспокоен.

Чрезмерная учтивость влечет просьбу.

Чрезмерная учтивость всегда скрывает гордость.

Ключевский Василий Осипович.

(16/28.01.1841–12/25.05.1911).

Русский историк.

Родился в селе Вознесенское (Пензенская губерния) в семье сельского священника. Учился в Пензенской Духовной семинарии. В 1861 г. поступил на историко-философский факультет Московского университета и в 1885 г. стал там профессором. С 1893 по 1895 г. по поручению императора Александра III читал курс русской истории великому князю Георгию Александровичу. С 1908 г. – почетный академик Петербургской Академии Наук. В 1899 г. выпустил «Краткое пособие по русской истории», а с 1904 г. издавал полный курс русской истории (всего вышло 4 тома – до времени царствования Екатерины II). При рассмотрении русской истории на первое место выдвигал политические и экономические события. Умер в Москве. В.О. Ключевский был признан одним из авторитетнейших русских историков. По его учебникам училось не одно поколение школьников и студентов.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Адвокат – трупный червь: он живет чужой юридической смертью. На основании закона так же легко убивают человека, как и по позыву произвола. Только в последнем случае поступок сознается как преступление, а в первом – как практика права.

Администрация – грязная тряпка для затыкания дыр законодательства.

Античный политеизм – религия чувственности без любви; христианство – религия любви без чувственности; безбожие – религия без того и другого.

Бездарные люди – обычно самые требовательные критики: не будучи в состоянии сделать простейшее из возможного и не зная, что и как делать, они требуют от других совсем невозможного.

Благодарность не есть право того, кого благодарят, а есть долг того, кто благодарит; требовать благодарности – глупость, не быть благодарным – подлость.

Благотворительность больше родит потребностей, чем устраняет нужду.

Быть счастливым – значит быть умным.

Быть счастливым – значит не желать того, чего нельзя получить.

Быть умным – значит не спрашивать, на что нельзя ответить.

В истории мы узнаем больше фактов и меньше понимаем смысл явлений.

В мужчину, которого любят все женщины, не влюбится ни одна из них.

В науке надо повторять уроки, чтобы хорошо помнить их; в морали надо хорошо помнить ошибки, чтобы не повторять их.

В правду верят только мошенники, потому что верить можно в то, чего не понимаешь.

В России нет средних талантов, простых мастеров, а есть одинокие гении и миллионы никуда не годных людей. Гении ничего не могут сделать, потому что не имеют подмастерьев, а с миллионами ничего нельзя сделать, потому что у них нет мастеров. Первые бесполезны, потому что их слишком мало; вторые беспомощны, потому что их слишком много.

Великая идея в дурной среде превращается в ряд нелепостей.

Вера в жизнь посмертную – тяжкий налог на людей, которые не умеют дожить до смерти, перестают жить прежде, чем успеют умереть.

Воображение на то и воображение, чтобы восполнять действительность.

Враги – это банщики. Своей злобой против вас они смывают вашу, а не свою грязь.

Всего хуже сознавать себя дополнением собственной мебели.

Всем можно гордиться, даже отсутствием гордости.

Вся житейская наука женщины состоит из трех незнаний: сначала она не знает, как добыть жениха, потом – как быть с мужем, наконец – как сбыть детей.

Вся разница между умным и глупым в одном: первый всегда думает и редко скажет, второй всегда скажет и никогда не подумает. У первого язык всегда в сфере мысли; у второго мысль вне сферы языка. У первого язык – секретарь мысли, у второго – ее сплетник и доносчик.

Высшая задача таланта – своим произведением дать людям понять смысл и цену жизни.

Высшая ступень искусства говорить – умение молчать.

Высшее наслаждение мужчины – заставить женщину наслаждаться не им, а самой собой; но женщина любит только мужчину, который заставляет ее наслаждаться им, а не самой собой.

Газета приучает читателя размышлять о том, чего он не знает, и знать то, что не понимает.

Глупость – самая дорогая роскошь, которую могут позволить себе только богатые люди.

Гораздо легче стать отцом, чем остаться им.

Государству служат только худшие люди, а лучшие – только худшими своими свойствами.

Дамы только тем и обнаруживают в себе присутствие ума, что часто сходят с него.

Декадентство – это искусство, утратившее эстетическое чутье, но сохранившее свою технику. Это творчество без идеала, как толстовщина – религия без Бога.

Декаденты и интеллигенция – то же, что в гастрономии люди, испортившие себе пищеварение, но сохранившие аппетит.

Диссертация – научный труд, имеющий двух оппонентов и ни одного читателя.

Добро, сделанное врагом, так же трудно забыть, как трудно запомнить добро, сделанное другом. За добро мы платим добром только врагу; за зло мстим и врагу, и другу.

Добродетель только тогда и получает вкус, когда перестает быть ей. Порок – лучшее украшение добродетели.

Добрый человек не тот, кто умеет делать добро, а тот, кто не умеет делать зла.

Дорога к правде (истине) не для избранных, а для мужественных.

Достойный человек не тот, у кого нет недостатков, а тот, у кого есть достоинства.

Дружба может обойтись без любви; любовь без дружбы – нет.

Дружба обыкновенно служит переходом от простого знакомства к вражде.

Дураки вообще, а отечественные – в особенности, очень любят управлять чем-нибудь.

Есть два рода болтунов: одни говорят слишком много, чтобы ничего не сказать, другие тоже говорят слишком много, но потому, что не знают, что сказать. Одни говорят, чтобы скрыть, что они думают, другие – чтобы скрыть, что они ничего не думают.

Есть два рода дураков: одни не понимают того, что обязаны понимать все; другие понимают то, чего не должен понимать никто.

Есть женщины, в которых никто не влюбляется, но которых все любят. Есть женщины, в которых все влюбляются, но которых никто не любит. Счастлива – только та женщина, которую все любят, но в которую влюблен лишь один.

Есть люди, в которых самые пороки милее и безвреднее, чем у иных добродетели.

Есть люди, вся заслуга которых та, что они ничего не делают.

Есть люди, которые становятся скотами, как только начинают обращаться с ними как с людьми.

Есть люди, которые умеют говорить, но не умеют ничего сказать. Это ветряные мельницы, которые вечно машут крыльями, но никогда не летают.

Желание нравиться – женская форма властолюбия, как желание удивлять, т.е. пугать, есть мужская форма той же страсти. Женщина отдается в плен тому, кем хочет повелевать; мужчина завоевывает ту, которая хочет холопствовать.

Женская любовь – это дар, который получает свою цену только тогда, когда перестает быть подарком.

Женщина любит, чтобы ее понимали не как женщину, а как человека женского пола.

Женщина опасна не когда нападает, а когда падает.

Женщина, соблазняющая мужчину, гораздо менее виновата, чем мужчина, соблазняющий женщину, потому что ей труднее стать порочной, чем ему остаться добродетельным.

Женщины всё прощают, кроме одного – неприятного обращения с собою.

Жены – инспектрисы мужей, только одни инспектируют их сердца, другие – их карманы, а третьи, самые разумные, – их рты.

Женятся на надеждах, выходят замуж за обещания.

Жизнь не в том, чтобы жить, а в том, чтобы чувствовать, что живешь.

Жизнь учит лишь тех, кто ее изучает.

Жить – значит быть любимым. Он жил или она жила – это значит только одно: его или ее много любили.

Закон жизни отсталых государств или народов среди опередивших: нужда реформ назревает раньше, чем народ созревает для реформы. Необходимость ускоренного движения вдогонку ведет к перениманию чужого наскоро.

Закономерность исторических явлений обратно пропорциональна их духовности.

Здравый и здоровый человек лепит Венеру Милосскую из своей Акулины и не видит в Венере Милосской ничего более своей Акулины.

Здравый смысл – свой собственный.

И москаль, и хохол – хитрые люди, и хитрость обоих выражается в притворстве. Но тот и другой притворяются по-своему: первый любит притворяться дураком, а второй – умным.

Изысканность – вкуса признак.

Инерция – энергия без действия.

Иногда необходимо нарушать правило, чтобы спасти его силу.

Инстинкт – двигатель без сознания, но с участием воли; автомат – двигатель без воли и в механике без сознания.

Искусство – суррогат жизни, потому что искусство любят те, кому не удалась жизнь.

Истина что свет: ее самое не видно, но все предметы видны и понятны, лишь насколько обладают ее светом.

Истинная цель дела благотворительности не в том, чтобы благотворить, а чтобы некому было благотворить.

Историк – наблюдатель, а не следователь.

История ничему не учит, а только наказывает за незнание уроков.

Какая самая умная женщина? Та, которую хочется благодарить даже за отказ.

Каприз – половая категория дамского мышления, не замеченная Кантом.

Капризные выходки озорной мысли – неоригинальные идеи логического мышления.

Когда люди, мнением которых мы дорожим, отказывают нам в достоинствах, которые у нас есть, мы обыкновенно падаем духом, как будто потеряли их, а когда приписывают нам достоинства, каких мы в себе не подозревали, мы ободряемся и стараемся приобрести их.

Когда у мыслителей быстро вертятся мысли, у немыслящей публики кружится голова.

Красивые женщины в старости бывают очень глупы только потому, что в молодости были очень красивы.

Красноречие есть подделка и мысли, и поэзии.

Красота хороша, только когда она сама себя не замечает.

Крупные писатели – фонари, которые в мирное время освещают путь толковым прохожим, которые разбивают негодяи и на которых в революции вешают бестолковых.

Крупный успех составляется из множества предусмотренных и обдуманных мелочей.

Кто не любит просить, тот не любит обязываться, т.е. боится быть благодарным.

Кто очень любит себя, того не любят другие, потому что из деликатности не хотят быть его соперником.

Либералы – игроки на глупость, как консерваторы – игроки на трусость.

Логика в истории что математика в естествоведении.

Лучший воспитатель – голод: он быстро распознает то, с чего надо начинать воспитание – стоит ли воспитывать питомца.

Любовь женщины дает мужчине минутные наслаждения и кладет на него вечные обязательства, по крайней мере, пожизненные неприятности.

Люди живут идолопоклонством перед идеалами, и, когда недостает идеалов, они идеализируют идолов.

Люди ищут себя везде, только не в себе самих.

Люди, которые, не имея своего ума, умеют ценить чужой, часто поступают умнее умных, лишенных этого умения.

Люди самолюбивые любят власть, люди честолюбивые – влияние, люди надменные ищут того и другого, люди размышляющие презирают и то и другое.

Метафора или поясняет мысль, или затемняет ее. В первом случае метафора – поэзия, во втором – риторика или красноречие.

Можно иметь большой ум и не быть умным, как можно иметь большой нос и быть лишенным обоняния.

Молодежь что бабочки: летят на свет и попадают на огонь.

Мудрено пишут только о том, чего не понимают.

Мужчина видит в любой женщине то, что хочет из нее сделать, и обыкновенно делает из нее то, чем она не хочет быть.

Мужчина занимается женщиной, как химик – своей лабораторией: он наблюдает в ней непонятные ему процессы, которые сам же и производит.

Мужчина любит женщину чаще всего за то, что она его любит; женщина любит мужчину чаще всего за то, что он ею любуется.

Мужчина любит женщину, сколько может любить; женщина любит мужчину, сколько желает любить. Потому мужчина обыкновенно любит одну женщину больше, чем она того стоит, а женщина хочет любить больше мужчин, чем сколько в состоянии любить.

Мужчина любит обыкновенно женщин, которых уважает: женщина обыкновенно уважает только мужчин, которых любит. Потому мужчина часто любит женщин, которых не стоит любить, а женщина часто уважает мужчин, которых не стоит уважать.

Мужчина падает на колени перед женщиной только для того, чтобы помочь ее падению.

Мужчина слушает ушами, женщина – глазами, первый – чтобы понять, что ему говорят, вторая – чтобы понравиться тому, кто с ней говорит.

Мужчины больше всего дорожат в женщинах их наклонностью дешево продаваться.

Музыка – акустический состав, вызывающий в нас аппетит к жизни, как известные аптечные составы вызывают аппетит к еде.

Мысль без морали – недомыслие; мораль без мысли – фанатизм.

Наблюдать людей – значит презирать их, т. е. лишать себя возможности понимать их; чтобы понимать их, надо жить с ними, презирая их образ жизни, а не их самих.

Наблюдение чужих пороков очень полезно для самоисправления: собственный порок становится особенно противен, когда увидишь его в другом и почувствуешь, как неприятно обладать тем, что сейчас осмеял, ибо мы любим осмеивать всех и вся, кроме себя и своего.

Наука стремится все пороки объяснить болезнями, а моралисты все болезни производят от пороков. Скоро, к удовольствию судей и врачей, преступников будут лечить, а больных – наказывать.

Научная проблематика что порядочная дама: чем скромнее и почтительнее подойдешь к ней, тем скорее она позволит понять себя.

Наше будущее тяжелее нашего прошлого и пустее настоящего.

Наше общество – случайное сборище сладеньких людей, живущих суточными новостями и минутными эстетическими впечатлениями.

Не начинайте дела, конец которого не в ваших руках.

Некоторые думают, что стоит только обозвать всех дураками, чтобы прослыть умным.

Некоторые женщины умнее других дур только тем, что сознают свою глупость. Разница между теми и другими только в том, что одни считают себя умными, оставаясь глупыми; другие признают себя глупыми, не становясь оттого умными.

Обыкновенно женятся на надеждах, выходят замуж за обещания. А так как исполнить свое обещание гораздо легче, чем оправдать чужие надежды, то чаще приходится встречать разочарованных мужей, чем обманутых жен.

Одни вечно больны только потому, что очень заботятся быть здоровыми, а другие здоровы потому, что не боятся быть больными.

Он преподает не науку, а собственные мысли, т.е. свои научные недоразумения.

Он слишком умен, чтобы быть счастливым, и слишком несчастлив, чтобы быть злым.

Остроумие в мышлении – то же, что пряность в питании, она делает вкусной пищу, но портит и вкус, и пищеварение.

Остряк – не разбойник, и разбойник – не остряк; первый острит, но не режет, последний только режет и редко острит.

Откровенность – вовсе не доверчивость, а дурная привычка размышлять вслух, т.е. в присутствии чужих.

Пессимизм что тошнота, которая происходит от трех причин: 1) от объедания, 2) голода и 3) беременности.

Писатели, как родители, любят наделять свои детища свойствами, которых лишены сами. Оттого герои у Мопассана всегда глупы, а у Толстого – умны.

Под свободой совести обыкновенно разумеется свобода от совести.

Под сильными страстями часто скрывается только слабая воля.

Под старость глаза перемещаются со лба на затылок: начинаешь смотреть назад и ничего не видеть впереди, то есть живешь воспоминаниями, а не надеждами.

Политика должна быть не более и не менее как прикладной историей. Теперь она не более как отрицание истории и не менее как ее искажение.

Право по своему существу есть софистика, ибо есть борьба с инстинктом, т.е. с природой, и его слугой – здравым смыслом.

Прежде в женщине видели живой источник счастья, для которого забывали физическое наслаждение, ныне видят в ней физиологический прибор для физического наслаждения, ради которого пренебрегают счастьем.

Прежде дорожили лицом и скрывали тело, ныне ценят тело и равнодушны к лицу.

Прежде инстинкт, как холоп, грубил и бунтовал, но и подвергался бичу, ныне он эмансипировался и пользуется уважением как природный государь жизни.

Прежде чем требовать, чтобы другие были достойны нашей любви, надобно заслужить их любовь.

Природа – зеркало, т.е. отражающая пустоту для того, кто в нее смотрится: он может видеть в ней только сам себя, свое внутреннее содержание.

Простейший способ не нуждаться в деньгах – не получать больше, чем нужно, а проживать меньше, чем можно.

Прошедшее нужно знать не потому, что оно прошло, а потому, что, уходя, не умело убрать своих последствий.

Прямой путь – кратчайшее расстояние между двумя неприятностями в жизни.

Различие между храбрым и трусом в том, что первый, сознавая опасность, не чувствует страха, а второй чувствует страх, не сознавая опасности.

Размышляющий человек должен бояться только самого себя, потому что должен быть единственным и беспощадным судьей самого себя.

Речь – расплавленное золото.

Русская интеллигенция – листья, оторвавшиеся от своего дерева: они могут пожалеть о своем дереве, но дерево не пожалеет о них, потому что вырастут другие.

Русские цари – мертвецы в живой обстановке.

Русский культурный человек – дурак, набитый отбросами чужого мышления.

Русский студент – вечное жвачное животное, которое в университете жует литографическую бумагу, а потом на службе – бумагу кредитную, и тем сыт бывает.

Самое благовоспитанное сердце – которое воспитано печалью.

Самолюбивый человек, тот, кто мнением других о себе дорожит больше, чем своим собственным. Итак, быть самолюбивым, значит любить себя больше, чем других, и уважать других больше, чем себя.

Самый верный и едва ли не единственный способ стать счастливым – это вообразить себя таким.

Самый веселый смех – это смеяться над теми, кто смеется над тобой.

Самый дорогой дар природы – веселый, насмешливый и добрый ум.

Самый непобедимый человек – это тот, кому не страшно быть глупым.

Светские люди – это класс общественных трутней, откармливаемых рабочим людом сначала для потехи, а потом на убой.

Семейные ссоры – штатный ремонт ветшающей семейной любви.

Сердце женщины – чистая доска, белый лист бумаги: на нем никогда ничего не прочтешь, но многое напишешь, если умеешь писать на таком материале.

Сладострастие есть не что иное как властолюбивое самолюбие, разыгранное на женских прелестях.

Слово – великое оружие жизни.

Современная философия есть дело разума, освободившегося от власти здравого рассудка и поработившегося микроскопу.

Сознание – умение пользоваться знанием.

Справедливость – доблесть избранных натур, правдивость – долг каждого порядочного человека.

Старость для человека что пыль для платья – выводит наружу все пятна характера.

Статистика – наука о том, как, не умея мыслить и понимать, заставить это делать цифры.

Страсти становятся пороками, когда превращаются в привычки, или добродетелями, когда противодействуют привычкам.

Схоластика – точильный камень научного мышления: на нем камни не режут, но об камень вострят.

Счастлив, кто может жену любить, как любовницу, и несчастлив, кто любовнице позволяет любить себя, как мужа.

Счастье – кусок мяса, который увидела в воде собака, плывущая через реку с куском мяса во рту. Добиваясь счастья, мы теряем довольство; теряем, что имеем, и не достигаем того, что желаем.

Талант – искра Божья, которой человек сжигает себя, освещая этим собственным пожаром путь другим.

Талант что мозоль на ноге: банщик срежет ее, а деятельность ноги восстановит.

Талант – это власть над другими.

Твердость убеждений – чаще инерция мысли, чем последовательность.

Театральный зритель есть человек, купившей себе в кассе право требовать, чтобы его одурачили, заставили мираж принимать за действительность.

Темперамент – возбудимость, сумма и степень ощущений.

Только в математике две половины составляют одно целое. В жизни совсем не так: например, полоумный муж и полоумная жена – несомненно, две половины, но в сложности они дают двух сумасшедших и никогда не составят одного полного умного.

У женщины сердце умнее ее ума: потому-то она чувствует умно и размышляет глупо.

Уважение к чужому мнению, уму – признак своего.

Ум гибнет от противоречий, а сердце ими питается.

Уметь разборчиво писать – первое правило вежливости.

Ученые издатели – половые науки, которые не варят и не кушают, а только подают кушанье.

Фанатизм во имя порядка готов внести анархию.

Характер – власть над самим собой, талант – власть над другими.

Хитрость не есть ум, а только усиленная работа инстинктов, вызванная отсутствием ума.

Хорошая женщина, выходя замуж, обещает счастья, дурная – ждет его.

Художник что зеркало, которым дорожат только потому, что оно дает возможность любоваться самим собой.

Цари – те же актеры с тем отличием, что в театре мещане и разночинцы играют царей, а во дворцах цари – мещан и разночинцев.

Цементирующая сила – традиция и цель.

Часто бранят сочинение писателя только потому, что сами не умеют написать так.

Человек – величайшая скотина в мире.

Чем женщина меньше приносит мужу, тем больше требует от него, так что чем меньше она стоит, тем дороже обходится.

Что такое темперамент? Это способ распоряжения своими мыслями и поступками, насколько он зависит от установленного всей конструкцией человека соотношения его духовных и физических сил.

Чтобы быть полезным людям, нужно ничем не пользоваться от них.

Чтобы соблазнить женщину, нужно больше тонкого понимания людей, чем Бисмарку, чтобы одурачить Европу.

Чтобы стать ясным, оратор должен быть откровенным.

Чтобы уметь быть злым, надо выучиться быть добрым: иначе будешь просто гадким.

Чувствительность есть подделка чувства, как диалектика есть подделка логики.

Эгоисты всех больше жалуются на эгоизм других, потому что всего больше от него страдают.

Я слишком стар, чтобы стареть, стареют молодые.

Язык – у умного секретарь мыслей, у глупого сплетник или доносчик.

Книгге Адольф Франц Фридрих фон.

(16.10.1752–06.05.1796).

Немецкий писатель.

Родился в замке Бреденбек в Ганновере в аристократической семье. Рано увлекся поэзией и прозой. Уже в 13 лет пробовал свои силы в литературе. В 1772 г. окончил Геттингенский университет и поступил на государственную службу. В 1788 г. опубликовал философско-социальный труд о взаимоотношениях людей и устройстве общества «Об обращении с людьми», сразу принесший автору славу выдающегося писателя и педагога и не потерявший актуальности и сегодня. В книге привел свод правил поведения человека в обществе, обобщил каноны поведения, вырабатывавшиеся столетиями.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Всякий, долгое ли или короткое время находящийся в твоем доме, хотя бы он был твой величайший враг, должен быть охраняем тобой от всяких преследований и оскорблений со стороны других. Всякий должен иметь у тебя полную свободу, как бы в собственном своем доме; предоставь его самому себе; не ходи за ним по пятам, когда он желает быть один.

Достоинство каждого человека зависит только от того, как он показывает себя в своих поступках.

Если между людьми, живущими в одном доме или по необходимости ежедневно вместе бывающими, произойдут недоразумения, то немедленно до€лжно объясниться, ибо ничто не может быть несноснее, как жить с людьми, которыми мы недовольны или с кем мы в несогласии.

Если ты чего-нибудь не имеешь, если печаль и несчастье отягощает грудь твою, если ты терпишь недостаток, если чувствуешь слабость ума и сердца, то никому не жалуйся, кроме того, от кого надеешься на получение несомненной помощи! Немногие охотно приемлют участие в нашей скорби… Равным образом не до€лжно хвалиться своим счастьем. Не до€лжно слишком блистать в глазах других пышностью, богатством и дарованиями! Редкие люди могут переносить такой перевес без ропота и зависти.

Если хочешь блеснуть своей остротой, то принимай в расчет общество, в котором ты находишься. То, что весьма занимательно для образованного круга, может показаться для других крайне скучным и неблагопристойным; и вольная шутка в кругу мужчин была бы весьма некстати в обществе женщин.

Если хочешь нравиться в свете, старайся меньше блистать сам и давай другим показать себя с выгодной стороны.

Есть люди, кои думают, что общества существуют для них, а не они для общества; кои требуют, чтобы публика их забавляла, доставляла им выгоды и оказывала услуги, не оплачивая, впрочем, ей ничем со своей стороны.

Есть люди, которые жалуются на скуку, причиняемую им другими, не заботясь о том, не причиняют ли они сами подобной скуки другим; которые любят проводить в приятности свое время и охотно слушают всякие рассказы, а сами о доставлении взаимного удовольствия другим вовсе не заботятся.

Есть образ гостеприимства, дающий простому угощению несравненное преимущество перед великолепными пирами. Искусство обращаться много тому способствует, и поэтому надобно знать сие искусство занимать гостя только приятными вещами, а в большом обществе заводить только такие разговоры, в которых все с удовольствием могут участвовать и показаться с выгодной стороны. Робкого должным образом ободрить, печального – развеселить. Всякому надобно дать случай поговорить о чем-либо приятном для него. Общительность и знание людей должны служить в том руководством.

Женщина, рассуждающая о своем муже с посторонним мужчиной, отдается более или менее его власти.

Из человека можно сделать все, стоит только подойти к нему со слабой стороны.

Искусство обхождения с людьми заключается в том, чтобы уметь выдвигать себя, не оттесняя других, применяться к взглядам, склонностям людей, не прибегать к фальши, легко, без натяжки, усваивать тон любого общества, не жертвуя особенностями своего характера и не унижаясь.

Каждый человек стоит на этом свете лишь столько, во сколько сам себя заставляет ценить.

Кто имеет очень обширные знакомства, тот точно торгует мелочью, от которой возни много, а прибыли мало.

Не вмешивай никого в свои частные раздоры и не требуй от тех, к которым ты обращаешься, чтобы они принимали участие в раздорах, которые происходят между тобою и другими.

Не всегда в нашей воле быть любимым, но всегда от нас самих зависит не быть презираемым.

Не выставляй бесчестным образом слабостей твоего ближнего, дабы возвысить себя самого. Не открывай его проступков и заблуждений, с тем чтобы блеснуть на его счет собственными преимуществами.

Не до€лжно хвалиться своим счастьем. Не до€лжно слишком блистать в глазах других пышностью, богатством и дарованиями! Редкие люди могут переносить такой перевес без ропота и зависти.

Не подавай каждому правой руки твоей, не обнимай каждого, не прижимай всякого к твоему сердцу! Что останется для достойнейшего и любезнейшего, и кто станет доверять знакам твоего дружества, кто придаст им должную цену, если ты расточаешь оные без всякого разбора.

Не приглашай в одно время, не сажай за один стол людей, которые друг друга не знают, может быть, даже ненавидят, друг друга не понимают или взаимно наводят друг на друга скуку.

Не расставайся ни с кем, не сказав ему чего-нибудь поучительного или приятного!

Не следует забывать, что общество больше любит, чтобы его развлекали, чем учили.

Не смущайся приходом неожиданных гостей!

Немногие охотно приемлют участие в нашей скорби.

Нет ничего грубее и противнее истинным понятиям утонченности, как если известный круг людей, разумеющих друг друга, обыкновенным своим разговором, им только одним понятным, лишают приятности собеседования постороннего, вступающего в их круг с намерением принять участие в их беседе.

Остерегайся переносить вести из одного дома в другой и разглашать откровенные застольные речи, семейные разговоры и собственные свои замечания о домашней жизни тех людей, с коими обращаешься.

Сколько можно, показывай постоянно веселое лицо! Нет ничего привлекательнее и любезнее, как веселый нрав, происходящий из источника беспорочного, а не из сердца, обуреваемого страстями.

Старые девы обыкновенно унылы, ненавидят людей и нередко даже несносны. Они избегают общества или оскорбляют оное. До€лжно щадить несчастных, они имеют право на наше снисхождение.

Козьма Прутков.

Литературный псевдоним, под которым в 50–60-е годы XIX в. выступали поэты А.К. Толстой и братья Жемчужниковы (Алексей, Владимир и Александр Михайловичи) в журналах «Современник», «Искра» и др.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Благополучие, несчастье, бедность, богатство, радость, печаль, убожество, довольство суть различные явления одной исторической драмы, в которой человеки репетируют роли свои в назидание миру.

Болтун подобен маятнику: того и другого надо остановить.

В доме без жильцов известных насекомых не обрящешь.

Век живи – век учись! И ты наконец достигнешь того, что, подобно мудрецу, будешь иметь право сказать, что ничего не знаешь.

Ветер есть дыхание природы.

Взирая на высоких людей и на высокие предметы, придерживай картуз свой за козырек.

Взирая на солнце, прищурь глаза свои, и ты смело разглядишь на нем пятна.

Влюбленный в одну особу страстно терпит другую токмо по расчету.

Воображение поэта, удрученного горем, подобно ноге, заключенной в новый сапог.

Вред или польза действия обуславливается совокупностью обстоятельств.

Время подобно искусному управителю, непрестанно производящему новые таланты взамен исчезнувших.

Все говорят, что здоровье дороже всего; но никто этого не соблюдает.

Всякая вещь есть форма проявления беспредельного разнообразия.

Всякая человеческая голова подобна желудку: одна переваривает входящую в оную пищу, а другая от нее засоряется.

Гений подобен холму, возвышающемуся на равнине.

Говоря с хитрецом, взвешивай ответ свой.

Говорят, что труд убивает время; но сие последнее, нисколько от этого не уменьшаясь, продолжает служить человечеству и всей вселенной постоянно в одинаковой полноте и непрерывности.

Гони любовь хоть в дверь, она влетит в окно.

Девицы вообще подобны шашкам: не всякой удается, но всякая желает попасть в дамки.

Доблестный муж подобен мавзолею.

Добродетель служит сама себе наградой; человек превосходит добродетель, когда служит и не получает награды.

Достаток распутного равняется короткому одеялу: натянешь его к носу – обнажатся ноги.

Единожды солгавши, кто тебе поверит?

Если у тебя есть фонтан, заткни его, дай отдохнуть и фонтану.

Если хочешь быть покоен, не принимай горя и неприятностей на свой счет, но всегда относи их на казенный.

Если хочешь быть счастливым, будь им.

Женатый повеса воробью подобен.

Жизнь – альбом. Человек – карандаш. Дела – ландшафт. Время – гумиэластик: и отскакивает, и стирает.

Жизнь нашу можно удобно сравнивать со своенравною рекою, на поверхности которой плавает челн, иногда укачиваемый тихоструйною волною, нередко же задержанный в своем движении мелью и разбиваемый о подводный камень. Нужно ли упоминать, что сей утлый челн на рынке скоропреходящего времени есть не кто иной, как сам человек?

«Зачем, – говорит эгоист, – стану я работать для потомства, когда оно ровно ничего для меня не сделало?» – Несправедлив ты, безумец! Потомство сделало для тебя уже то, что ты, сближая прошедшее с настоящим и будущим, можешь по произволу считать себя: младенцем, юношей и старцем.

Здоровье без силы – то же, что твердость без упругости.

Знай, читатель, что мудрость уменьшает жалобы, а не страдания!

Зри в корень!

И в самых пустых головах любовь нередко преострые выдумки рождает.

И при железных дорогах лучше сохранять двуколку.

Иногда достаточно обругать человека, чтобы не быть им обманутым!

Иногда слова, напечатанные курсивом, много несправедливее тех, которые напечатаны прямым шрифтом.

Каждый мужчина состоит из мужа и чина.

Кто мешает тебе выдумать порох непромокаемый?

Купи прежде картину, а после – рамку!

Лучше скажи мало, но хорошо.

Люби ближнего, но не давайся ему в обман!

Любовь, поддерживаясь, подобно огню, непрестанным движением, исчезает купно с надеждою и страхом.

Любой фат подобен трясогузке.

Магнит показывает на север и на юг; от человека зависит избрать хороший или дурной путь жизни.

Многие люди подобны колбасам: чем их начинят, то и носят в себе.

Многие чиновники стальному перу подобны.

Мудрость подобна черепаховому супу – не всякому доступна.

На задачи, заданные нам жизнью, ответы не даются и в конце.

На чужие ноги лосины не натягивай.

Настоящее есть следствие прошедшего, а потому непрестанно обращай взор свой на зады, чем сбережешь себя от знатных ошибок.

Начиная свое поприще, не теряй, о юноша, драгоценного времени!

Не будь портных – скажи: как различил бы ты служебные ведомства?

Не в совокупности ищи единства, но более – в единообразии разделения.

Не все стриги, что растет.

Не всякий генерал от природы полный.

Не печалуйся в скорбях – уныние само наводит скорби.

Не прибегай к щекотке, желая развеселить знакомую, – иная назовет тебя за это невежей.

Не растравляй раны ближнего, страждущему предлагай бальзам… Копая другому яму, сам в нее попадешь.

Не робей перед врагом: лютейший враг человека – он сам.

Не совсем понимаю: почему многие называют судьбу индейкою, а не какою-либо другою, более на судьбу похожею птицею?

Не шути с женщинами: эти шутки глупы и неприличны.

Никогда не теряй из виду, что гораздо легче многих не удовлетворить, чем удовольствовать.

Никто не обнимет необъятного.

Ничего не доводи до крайности: человек, желающий трапезовать слишком поздно, рискует трапезовать на другой день поутру.

Новые сапоги всегда жмут.

Обручальное кольцо есть первое звено в цепи супружеской жизни.

Огорошенный судьбою, ты все ж не отчаивайся!

Одного яйца два раза не высидишь!

От малых причин бывают весьма важные последствия; так, отгрызение заусенца причинило моему знакомому рак.

Относись к себе так, как тебе хотелось бы, чтобы они относились к тебе, – вот самый верный способ нравиться людям.

Отнюдь не принимай почетных гостей в разорванном халате!

Память человека есть лист белой бумаги: иногда пишется хорошо, а иногда дурно.

Перо, пишущее для денег, смело уподоблю шарманке в руках скитающегося иностранца.

Под сладкими выражениями таятся мысли коварные: так, от курящего табак нередко пахнет духами.

Полезнее пройти путь жизни, чем всю вселенную.

Пороки входят в состав добродетели, как ядовитые снадобья в состав целебных средств. Благочестие, ханжество, суеверие – три разницы.

Принимайся говорить в двух случаях: или когда предмет своей речи обдумал ты ясно, или когда сказать о чем-нибудь необходимо; потому что только в этих двух случаях речь лучше молчания, а в остальных случаях гораздо лучше молчать, чем говорить.

Принимаясь за дело, соберись с духом.

Пустая бочка Диогена имеет также свой вес в истории человеческой.

Разум показывает человеку не токмо внешний вид, красоту и доброту каждого предмета, но и снабдевает его действительным оного употреблением.

Рассуждай токмо о том, о чем понятия твои тебе сие дозволяют. Так: не зная законов языка ирокезского, можешь ли ты делать такое суждение по сему предмету, которое не было бы неосновательно и глупо?

Ревнивый муж подобен турку.

Самолюбие и славолюбие суть лучшие удостоверения бессмертия души человеческой.

Самопожертвование есть цель для пули каждого стрелка.

Слабеющая память подобна потухающему светильнику.

Слабеющие глаза всегда уподоблю старому потускневшему зеркалу, даже надтреснутому.

Слабеющую память можно также сравнить с увядающею незабудкою.

Соразмеряй добро, ибо как тебе ведать, куда оно проникнет? Лучи весеннего солнца, предназначенные токмо для согревания земляной поверхности, нежданно проникают и к месту, где лежат сапфиры!

Специалист подобен флюсу: полнота его одностороння.

Степенность есть надежная пружина в механизме общежития.

Счастье подобно шару, который подкатывается: сегодня под одного, завтра под другого, послезавтра под третьего, потом под четвертого и т.д., соответственно числу очереди счастливых людей.

Талантами измеряются успехи цивилизации, и они же представляют верстовые столбы истории, служа телеграммами от предков и современников к потомству.

Умная женщина подобна Семирамиде.

Умные речи подобны строкам, напечатанным курсивом.

Усердный врач подобен пеликану.

Чувствительный человек подобен сосульке: пригрей его, он растает.

Эгоист подобен давно сидящему в колодце.

Конфуций (Кун-Цзы, реже Кун Фу-Цзы).

(ок. 551 г. до н.э. – 479 г. до н.э.).

Древнекитайский мыслитель.

Родился в знатной, но небогатой семье. В молодости служил чиновником в царстве Лу, однако подал в отставку и отправился путешествовать по Китаю в сопровождении своих учеников, пытаясь донести свои идеи до правителей различных областей. В возрасте 60 лет вернулся домой и провел последние годы жизни обучая новых учеников и систематизируя литературное наследие прошлого – «Ши цзин» (Книга Песен), «И цзин» (Книга Перемен) и др. книг. Его ученики по материалам высказываний учителя составили книгу «Лунь Юй» (Беседы и суждения). Учение Конфуция оказало огромное влияние на китайскую цивилизацию, формирование национального характера и системы ценностей китайцев, а со временем переросло в философскую систему, известную как конфуцианство.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Безумец жалуется, что люди не знают его; мудрец жалуется, что не знает людей.

Благородные живут в согласии с другими людьми, но не следуют за ними, низкие следуют за другими людьми, но не живут с ними в согласии.

Благородный муж в своей жизни должен остерегаться трех вещей: в юности, когда жизненные силы обильны, остерегаться увлечения женщинами; в зрелости, когда жизненные силы могучи, остерегаться соперничества; в старости, когда жизненные силы скудны, остерегаться скупости.

Благородный муж винит себя, малый человек винит других.

Благородный муж думает о праведном пути и не думает о пропитании. Он может трудиться в поле – и быть голодным. Он может посвятить себя учению – и принимать щедрые награды. Но благородный муж беспокоится о праведном пути и не беспокоится о бедности.

Благородный муж знает долг, а низкий человек знает выгоду.

Благородный муж знает о своем превосходстве, но избегает соперничества. Он ладит со всеми, но ни с кем не вступает в сговор.

Благородный муж не стремится есть досыта и жить богато. Он поспешает в делах, но медлит в речах. Общаясь с людьми добродетельными, он исправляет себя.

Благородный муж ни от кого не ожидает обмана, но когда его обманывают, он первый замечает это.

Благородный муж помогает людям увидеть то, что есть в них доброго, и не учит людей видеть то, что есть в них дурного. А низкий человек поступает наоборот.

Благородный муж превыше всего почитает долг. Благородный муж, наделенный отвагой, но не ведающий долга, может пуститься в разбой.

Благородный муж, привязанный к домашнему уюту, недостоин зваться таковым.

Благородный муж с достоинством ожидает велений неба. Низкий человек суетливо поджидает удачу.

Благородный муж стойко переносит беды. А низкий человек в беде распускается.

Благородный человек выдвигает людей не по их словам, но и не отбрасывает хорошие слова, если они сказаны недостойным человеком.

Благородный человек думает о девяти вещах: о том, чтобы видеть ясно; о том, чтобы слышать четко; о том, чтобы его лицо было приветливым; о том, чтобы его поступки были почтительными; о том, чтобы его речь была искренней; о том, чтобы его действия были осторожными; о необходимости спрашивать других, когда появляются сомнения; о необходимости помнить о последствиях своего гнева; о необходимости помнить о справедливости, когда есть возможность извлечь пользу.

Благородный человек знает только долг, низкий человек знает только выгоду.

Благородный человек предъявляет требования к себе, низкий человек предъявляет требования к другим.

Благородный человек ставит на первое место долг. Сначала проявляет долг, затем приобретает выгоду, поэтому людям не надоедают его приобретения.

Благородный человек стойко переносит нужду, а низкий человек в нужде становится распущенным.

Блажен тот, кто ничего не знает: он не рискует быть непонятым.

Будьте строги к себе и мягки и другим. Так вы оградите себя от людской неприязни.

В отношениях с друзьями советуй им делать лишь то, что они способны сделать, и веди их к добру, не нарушая приличий, но не пытайся действовать там, где нет надежды на успех. Не ставь себя в унизительное положение.

В пятнадцать лет я обратил свои помыслы к учебе. В тридцать лет я обрел самостоятельность. В сорок лет я избавился от сомнений. В пятьдесят лет я познал волю неба. В шестьдесят лет я научился отличать правду от неправды. В семьдесят лет я стал следовать желаниям моего сердца.

В стране, где есть порядок, будь смел и в действиях, и в речах. В стране, где нет порядка, будь смел в действиях, но осмотрителен в речах.

Великодушие и жестокость помогают друг другу.

Вести необученных людей на войну – значит погубить их.

Глупец жалуется, что люди плохо знают его, а мудрец, наоборот, что он не знает людей!

Давай наставления только тому, кто ищет знаний, обнаружив свое невежество.

Добродетель не останется в одиночестве. У нее обязательно найдутся соседи.

Единственная настоящая ошибка – не исправлять своих прошлых ошибок.

Если, взглянув на свои поступки (видишь), что стыдиться нечего, то отчего же еще можно печалиться и испытывать страх?

Если возвысить и поставить честных над бесчестными, то народ придет к покорности. Если возвысить бесчестных, ставя их над честными, то народ не покорится.

Если у тебя не будет дурных мыслей, не будет и дурных поступков.

Если человек не думает о том, что находится в отдалении, он обнаружит рядом печаль.

Если человек тверд, решителен, прост и несловоохотлив, то он уже близок к человечности.

Жаловаться на неприятную вещь – это удваивать зло; смеяться над ней – это уничтожать его.

Из всех преступлений самое тяжкое – это бессердечие.

Истинно человечный муж добивается всего собственными усилиями.

К молодым людям нельзя относиться свысока. Очень может быть, что, повзрослев, они станут выдающимися мужами. Только тот, кто ничего не достиг, дожив до сорока или пятидесяти лет, не заслуживает уважения.

Каждый может стать благородным мужем. Нужно только решиться им стать.

Как можно иметь дело с человеком, которому нельзя доверять? Если в повозке нет оси, как можно в ней ездить?

Когда не ведают далеких дум, то не избегнут близких огорчений.

Лицемерие – враг добродетели.

Люди хотят для себя богатства и славы; если то и другое нельзя обрести честно, следует их избегать.

Молчание – верный друг, который никогда не изменит.

Мудрец стыдится своих недостатков, но не стыдится исправить их.

Наблюдайте за поведением человека, вникайте в причины его поступков, приглядывайтесь к нему в часы досуга. Останется ли он тогда для вас загадкой?

Не беспокойся о том, что у тебя нет высокого чина. Беспокойся о том, достоин ли ты того, чтобы иметь высокий чин. Не беспокойся о том, что тебя не знают. Беспокойся о том, достоин ли ты того, чтобы тебя знали.

Не имей друзей, которые уступали бы тебе в моральном отношении.

Не огорчаюсь, если люди меня не понимают, – огорчаюсь, если я не понимаю людей.

Не происходит изменений лишь с высшей мудростью и низшей глупостью.

Не усвоив приличий, не утвердишься.

Нелегко встретить человека, который, отдав учению три года жизни, не мечтал бы занять высокий пост.

О благородном человеке нельзя судить по мелочам, ему можно доверять большие дела. Низкому человеку нельзя доверять большие дела, но о нем можно судить по мелочам.

Обдумай, верно ли и возможно ли то, что ты обещаешь, ибо обещание есть долг.

Обучай только того, кто способен, узнав про один угол квадрата, представить себе остальные три.

Оказывай помощь только тому, кто не умеет внятно высказать свои заветные думы.

Осторожный редко ошибается.

Отвечайте на оскорбление справедливостью, а на добро – добром.

Перед человеком к разуму три пути: путь размышления – это самый благородный; путь подражания – это самый легкий; путь личного опыта – самый тяжелый путь.

Плати за зло чистосердечием, а за добро плати добром.

По своей природе люди близки друг к другу; по своим привычкам люди далеки друг от друга.

Полезные друзья – это друг прямой, друг искренний и друг много слышавший. Вредные друзья – это друг лицемерный, друг неискренний и друг болтливый.

Попытайтесь быть хотя бы немного добрее – и вы увидите, что окажетесь не в состоянии совершить дурной поступок.

После того как воспитанность и естественность в человеке уравновесят друг друга, он становится благородным.

Посылать людей на войну необученными – значит предавать их.

Почтительность без знания должного превращается в самоистязание. Осторожность без знания должного превращается в трусость. Храбрость без знания должного превращается в безрассудство. Прямодушие без знания должного превращается в грубость.

Почтительный сын – это тот, кто огорчает отца и мать разве что своей болезнью.

Правление есть исправление. Кто же посмеет не исправиться, когда исправитесь сами?

При встрече с достойным человеком думай о том, как сравняться с ним. Встречаясь с низким человеком, присматривайся к самому себе и сам себя суди.

Признаваться в своих недостатках, когда нас упрекают в них, – это скромность, открывать их своим друзьям – простодушие, доверчивость, выставлять же их перед всеми – гордость.

Пять качеств человеколюбия: почтительность, обходительность, правдивость, сметливость, доброта. Если человек почтителен, то его не презирают. Если человек обходителен, то его поддерживают. Если человек правдив, то ему доверяют. Если человек сметлив, он добивается успехов. Если человек добр, он может использовать других.

С ученым, который, стремясь к истине, в то же время стыдится плохого платья и дурной пищи, не стоит рассуждать.

Сердитый человек всегда полон яда.

Слово должно быть верным, действие должно быть решительным.

Служа отцу с матерью, увещевайте их как можно мягче. Если ваши советы не возымеют действия, будьте по-прежнему почтительны и смиренны. Даже если вы раздосадованы в душе, не высказывайте своего недовольства.

Совершенный человек всё ищет в себе, ничтожный – в других.

Стрельба из лука учит нас, как надо искать истину. Когда стрелок промахивается, он не винит других, а ищет вину в самом себе.

Строить правильно отношения труднее всего с женщинами и низкими людьми. Если приблизишь их к себе – они станут развязными, если удалишь от себя – возненавидят.

То, к чему стремится высший человек, находится в нем самом, а то, что ищет низший, – в другом.

То, что вы не хотите, чтобы другие делали вам, не делайте другим.

То, что неясно, следует выяснить. То, что трудно творить, следует делать с величайшей настойчивостью.

Того, кто не задумывается о далеких трудностях, непременно поджидаю так же близкие неприятности.

Только истинно человечный человек способен и любить, и ненавидеть.

Только самые мудрые и самые глупые не поддаются обучению.

Тот, кто, дожив до сорока лет, вызывает лишь неприязнь – конченый человек.

Тот, кто, обращаясь к старому, способен открывать новое, достоин быть учителем.

Три пути у человека, чтобы поступать разумно: первый, самый благородный – размышление, второй, самый легкий – подражание, третий, самый горький – опыт.

Трусость – в том, чтобы знать, что должен делать, и не делать этого.

У обыкновенной женщины ума столько, сколько у курицы, а у необыкновенной – сколько у двух.

Учение без мысли – напрасный труд.

Учение без размышления бесполезно, но и размышление без учения опасно.

Человек, который не заглядывает далеко, непременно ждут близкие беды.

Корнель Пьер.

(06.06.1606-01.10.1684).

Французский драматург.

Родился в Руане в семье чиновника. Учился в иезуитской школе, изучал право и получил место прокурора, однако мало интересовался служебной карьерой. В 1629 г. поставил свою первую комедию «Мелита, или Подложные письма». С 1635 г. писал трагедии: «Сид», «Смерть Помпеи», «Цинна или Августово милосердие», «Родогонда». В 1647 г. был избран членом Французской академии. С 1651 г. занялся религиозной поэзией: писал стихотворные переводы с латинского: панегирики Деве Марии, псалмы и др. Умер в Париже. Значение творчества П. Корнеля для французского театра заключается прежде всего в создании им национальной трагедии. До него театральные постановки был по сути подражанием латинской драме Сенеки. Корнель первый оживил французскую драму, привив ей элемент движения и силы страсти в вечном противостоянии чувства и долга.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Беспечность – худший враг, чем вражеская рать.

Бесчестье равное волочит за собой / Тот, кто предаст любовь и кто покинул бой.

Блаженства полного никто вкусить не может: / В счастливейшие дни нас что-нибудь тревожит; / Всегда волнение каких-нибудь забот / Довольству нашему дорогу перейдет.

Возлюбленных – найдешь, супруг – незаменим.

Всегда волнение каких-нибудь забот / Довольству нашему дорогу перебьет.

Где нет опасности, не может быть и славы.

Даже самое хорошее начало без достойного завершения ничего не значит.

Женщинам дарована богами / Столь пагубная власть над лучшими мужами! / И жены слабые, бессмертных теша взгляд, / Над сильными, увы, и смелыми царят!

Живет надеждой страсть и гибнет вместе с ней: / То пламень, гаснущий, когда нет пищи новой.

Когда любовь не ложна, / Того, кто ей не мил, любить нам невозможно, / Все домогательства тогда обречены.

Когда мы верного утрачиваем друга, / Ничто не исцелит душевного недуга.

Когда нет того, кого любишь, приходится любить то, что есть.

Когда тщетна мягкость, там насилие законно.

Коль совершился брак, то брачного союза / Нерасторжима связь, ее нельзя порвать: / Супруги не должны в разлуке пребывать.

Кто много говорит, тот говорит много глупостей.

Кто не боится смерти, тому не страшны угрозы.

Кто свой скрывает гнев, тот лучше мести служит.

Любовь – жестокий царь, ее всесильно иго.

Мы торжествуем победу без славы, когда побеждаем, не подвергаясь опасности.

Не у толпы… искать опоры надо; / Ее хвалебный гул – непрочная награда.

Нельзя, чтобы гордец так сразу уступил. / Он знает, что не прав, но сердце в нем надменно, / И тягостно ему сознаться откровенно.

Но раз твоей душе понравилась приманка, / Преодолеть любовь душа уж не вольна.

Обманутый в любви не знает снисхожденья.

Одна лишь красота нас покоряет силой, / Мы, смерти не страшась, боимся гнева милой.

От веры до любви короткая дорога. / Внушить доверие – о, это очень много! / Когда поверишь ты, что он в тебя влюблен, / Полюбишь и сама, таков любви закон.

Отважная душа не станет вероломной.

Пасть за отечество – счастливая чреда: / Умерший доблестно бессмертен навсегда.

Поэзия должна рассматривать не то, насколько добродетельны те или иные нравы, но то, насколько соответствуют они человеку, коего она изображает. Затем и описывает она без различия поступки хорошие и дурные, но не ставит последних нам в пример.

Пример действует сильнее угрозы.

Приходит – кроткая, царит же – как тиранка, / Но раз твоей душе понравилась приманка, / Преодолеть любовь душа уж не вольна.

Рассказывая о своем горе, часто его облегчаешь.

Скрывай желания, таи и мечты свои.

Слезам возлюбленной легко осилить нас – / Неотразим сквозь них огонь прекрасных глаз! / Над сердцем в этот миг так властны сожаленья.

Сначала в силах мы сопротивляться страсти, / Пока она своей не показала власти.

Так со смертными судьба порой играет: / То вознесет их вверх, то в пропасть низвергает. / И так устроен мир, что в счастье иногда / Уже заключена великая беда.

Тому, кто жил, себя для славы не жалея, / Перенести позор – нет ничего страшнее.

Тот, кто ничего на себя не берет, обычно не имеет никакого веса.

У брака и любви различные стремления: / Брак ищет выгоды, любовь – расположения.

Хуже муки нет, чем страстно полюбить / Того, кто ненавистью будет вам платить.

Человек мужественный верен своему слову.

Чем лучший оскорбил, тем глубже оскорбленье.

Честь у мужчин одна, возлюбленных так много! / Любовь забыть легко, но честь нельзя никак.

Шаг идущих вослед тверже, чем шаг ведущих.

Я всякую беду согласен перенесть, / Но я не соглашусь, чтоб пострадала честь.

Краус Карл.

(1874–1936).

Австрийский писатель, публицист, поэт, филолог.

Родился и жил в Вене, где в 1899 г. основал журнал «Факел», который издавал до своей смерти, причем с 1911 г. был его единственным автором. Написал множество политических памфлетов, издал 9 поэтических сборников, множество раз выступал с публичными чтениями и лекциями в Вене, Берлине, Париже и Праге. Афоризмы начал писать с 1906 г., выпустив вскоре книгу «Речения и противоречия». В немецкоязычной афористике XX в. К. Краус признан звездой первой величины.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Аморальность мужчины берет верх над безнравственностью женщины.

Афоризм никогда не содержит всей правды: в нем либо полправды, либо полторы.

Бессмертие – единственное, что не терпит отсрочки.

Бесстыжий художник – это субъект, который, прикинувшись соблазнителем, заманивает девушку в свою мастерскую и там ее пишет.

Библиофил имеет такое же отношение к литературе, как филателист к географии.

В глазах женщины должны отражаться не ее мысли, а мои.

В наше время даже порядочный человек – если, конечно, он этого не афиширует, – может приобрести хорошую репутацию.

В пустую голову входит больше знаний.

Влюбившийся сердцеед подобен заразившемуся врачу. Профессиональный риск.

Воздержание не проходит бесследно. У одних появляются прыщи, у других – законы об охране нравственности.

Даже ребенок и женщина могут сказать правду. И только если их слова подтвердят другие дети или женщины, следует усомниться в их достоверности.

До чего же чудно, когда девушка забывает, что она хорошо воспитана.

Женская страсть – это эпос, мужская – эпиграмма.

Женская чувственность – источник, в котором обновляется мужская духовность.

Женщина должна выглядеть настолько умной, чтобы ее глупость оказалась приятным сюрпризом.

Женщина, которая не может подурнеть, не может считаться красивой.

Женщина молча страдает от того, что ей не с кем поговорить.

Женщина не должна быть того же мнения, что и я. Она вообще не должна иметь мнения.

Женщина предпочитает одного всем, мужчина – всех одной.

Журналисты пишут, потому что им нечего сказать; и им есть что сказать, потому что они пишут.

Историк – человек, который пишет слишком плохо, чтобы стать журналистом.

Историк – это нередко журналист, обращенный вспять.

Косметика есть наука о космосе женщины.

Ложные аргументы могут обосновать настоящую ненависть.

Медицина – кошелек и жизнь.

Мир – это тюрьма, в которой одиночная камера приятнее прочих.

Многие домогаются места под солнцем. Но немногие помнят, что солнце заходит, как только мы это место добудем.

Мой стиль – уличная девка, которой я возвращаю девственность.

Мы были достаточно цивилизованны, чтобы построить машину, но слишком примитивны, чтобы ею пользоваться.

На журналиста срочность действует возбуждающе. Он пишет хуже, если у него есть время.

Написать афоризм, если умеешь это делать, нередко весьма трудно. Куда легче написать афоризм, если не умеешь этого.

Не доверяй женщине, которую удалось уличить в верности. Сегодня она верна тебе, завтра – другому.

Не иметь ни одной мысли и суметь ее выразить – вот как становишься журналистом.

Невинность – идеал тех, кто любит лишать невинности.

Некоторые женщины вовсе не красивы, а только так выглядят.

Неправда, что без женщин нет жизни на свете. Правда другое: без женщин ты словно бы и не жил на свете.

Нет более несчастного существа, чем фетишист, который тоскует по женской туфельке, а вынужден иметь дело со всей женщиной.

Образование – это то, что большинство получает, многие передают и лишь немногие имеют.

Парламентаризм – это перевод политической проституции на казарменное положение.

Перевести произведение с одного языка на другой – все равно что снять с него кожу, перевести через границу и там нарядить в национальный костюм.

Политику необходимы три шляпы. Первая, чтобы бросить ее на арену политической борьбы; вторая, чтобы говорить сквозь нее; и третья, чтобы доставать из нее кролика после выборов.

Права женщин – это обязанности мужчин.

Прогресс празднует пирровы победы над природой.

Проститутки на улицах ведут себя так бесстыдно, что отсюда можно заключить, как ведут себя почтенные граждане у себя дома.

Психоанализ – болезнь эмансипированных евреев; религиозные евреи довольствуются диабетом.

Психоанализ и есть тот самый недуг, от которого он берется нас излечить.

Психоаналитик – это исповедник, способный отпустить даже грехи отцов.

Психоаналитики роются в наших сновидениях, словно в наших карманах.

Разговоры парикмахеров неопровержимо доказывают, что головы существуют для того, чтобы на них росли волосы.

Речь – мать, а не служанка мысли.

С женщинами я охотно веду монолог. Но диалог с самим собой увлекательнее.

Самые лучшие женщины – те, с которыми меньше всего говоришь.

Секрет агитатора: поглупеть настолько, чтобы слушатели поверили, что они так же умны, как и он.

Сексуальное просвещение оправдано хотя бы потому, что девушки могут недостаточно рано узнать, как дети не приходят на свет.

Скандал начинается тогда, когда полиция кладет ему конец.

Сколько же оптимизма у сатаны, думающего, что людей можно сделать хуже, чем они есть.

Скорее простят некрасивую ногу, чем некрасивый чулок.

Слабый человек сомневается перед тем, как принять решение; сильный – после.

Современная музыка похожа на женщину, которая свои природные изъяны восполняет безупречным знанием санскрита.

У женщин есть хотя бы наряды. А чем могут прикрыть свою пустоту мужчины?

Фантазия не строит воздушных замков, она перестраивает в воздушные замки бараки.

Хороший психолог легко введет тебя в свое положение.

Ценность образования ярче всего проявляется тогда, когда образованные высказываются о вещах, которые лежат вне области их образования.

Через своих подражателей многие доказали, что они не оригинальны.

Что переварили учителя, тем питаются ученики.

Лабрюйер Жан де.

(16.08.1645–10.05.1696).

Французский писатель-моралист.

Родился в Париже. Был воспитателем герцога Бурбонского, при дворе которого сохранил место и после женитьбы своего ученика. Живя среди придворного блеска, имел возможность наблюдать развитие человеческих страстей в погоне за земными благами. Этими наблюдениями воспользовался для литературных целей: свой жизненный опыт облек в форму размышлений, эпиграмм, кратких портретов, вошедших в изданную в 1687 г. книгу «Характеры…», имевшую грандиозный успех. Эта книга осталась единственным произведением Лабрюйера.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Беда, когда у человека не хватает ума, чтобы хорошо сказать, или здравого смысла, чтобы осторожно промолчать.

Бедный человек любого звания почти всегда порядочен, богатый – склонен к мошенничеству: чтобы разбогатеть, мало быть ловким и предприимчивым.

Безобразие, хотя бы оно и было, не производит впечатления.

Благоразумное поведение и дух умеренности отодвигают человека в тень: славу и всеобщее восхищение можно стяжать лишь великими добродетелями или, быть может, великими пороками.

Благородная душа стоит выше обид, несправедливости, огорчения, насмешки; она была бы неуязвимой, если бы не страдала от сострадания.

Богат тот, кто получает больше, чем тратит; беден тот, чьи траты превышают доходы.

Большинство людей, стремящихся к цели, способны скорее сделать одно большое усилие, чем упорно идти избранной дорогой; из-за лени и непостоянства они часто утрачивают плоды лучших своих начинаний и дают обогнать себя тем, кто отправился поздней, чем они, и шел медленней, но зато безостановочно.

Большинство людей тратит большую половину своей жизни на то, чтобы другую половину сделать несчастной.

Большое несчастье не иметь достаточно ума, чтобы хорошо говорить, и достаточно рассудительности, чтобы молчать: вот где корень всякого нахальства.

Большое чувство и серьезное дело возвращают человеку его естественный облик.

Будем смеяться, не дожидаясь минуты, когда почувствуем себя счастливыми, иначе мы рискуем умереть, так ни разу и не засмеявшись.

Бывает, что человек всю жизнь угрюм, вспыльчив, скуп, угодлив, принижен, старателен, корыстен, хотя родился веселым, добродушным, щедрым, гордым, смелым и чуждым всякой низости: житейские невзгоды, положение, в котором он находился, и неотвратимый закон необходимости взяли верх над его природными свойствами и решительно изменили их.

Бывают столь совершенные виды красоты и столь блестящего достоинства, что люди, тронутые ею, ограничиваются тем, что смотрят на нее и говорят о ней.

Бывают странные отцы, до самой смерти занятые лишь одним: дать детям основания не слишком скорбеть о них.

Быть в восторге от самого себя и сохранять незыблемую уверенность в собственном уме – это несчастье, которое может стрястись только с тем, кто или вовсе не наделен умом, или наделен им в очень малой степени.

В былые времена брак считался столь серьезным делом, что его обдумывали долго, всесторонне и тщательно. Женившись, мужчина связывал себя навеки со своей женой, хороша она была или плоха; у супругов были общий стол и дом, общая постель, и они не могли откупиться друг от друга пенсионом; никому в голову не приходило, что, имея детей и хозяйство, можно открыто пользоваться радостями холостой жизни.

В жизни бывают случаи, когда самой тонкой хитростью оказываются простота и откровенность.

В жизни есть два способа подняться – с помощью собственного искусства и с помощью глупости других.

В жизни нередки случаи, когда женщина изо всех сил скрывает страсть, которую испытывает к мужчине, в то время как он так же прилежно разыгрывает любовь, которой вовсе к ней не чувствует.

В жизни чаще встречается беззаветная любовь, нежели истинная дружба.

В любом деле – как в ремесле, так и в торговле – можно разбогатеть, притворяясь честным человеком.

В любом самом мелком, самом незначительном, самом неприметном нашем поступке уже сказывается весь наш характер: дурак и входит, и выходит, и садится, и встает с места, и молчит, и двигается иначе, нежели умный человек.

В нашем государстве всегда существовали должности, как бы нарочно придуманные для того, чтобы обогащать одного человека за счет многих: имущество и деньги частных лиц текут к нему непрерывным и неиссякаемым потоком. Нужно ли добавлять, что они либо вовсе не возвращаются к своим владельцам, либо возвращаются слишком поздно? Это бездонная пропасть, это море, которое, поглотив речные воды, больше уже не отдает их, а если и отдает, то воды эти струятся по скрытым, подземным каналам, меж тем как море по-прежнему остается все таким же глубоким и полноводным; оно вволю насладилось ими и теперь выплескивает их за ненадобностью.

В одном отношении люди отличаются редким постоянством, отступая от него лишь когда дело касается мелочей: меняется все – одежда, язык, манеры, понятия о приличии, порою даже вкусы, но человек всегда зол, неколебим в своих порочных наклонностях и равнодушен к добродетели.

В разглашении тайны всегда повинен тот, кто доверил ее другому.

В устах настоящего француза слова «жениться на вдове» означают «составить себе состояние»; однако частенько слова эти оказываются ловушкой.

Великие места делают людей великих более великими, а низких – более низкими.

Великое удивляет нас, ничтожное отталкивает, а привычка примиряет и с тем, и с другим.

Вернейший признак высоких добродетелей – от самого рождения не знать зависти.

Вероломство – это ложь, в которой принимает участие, так сказать, всё существо женщины; это умение ввести в обман поступком или словом, а подчас – обещаниями и клятвами, которые так же легко дать, как и нарушить.

Вздыхая о цветущей юности, ушедшей и невозвратимой, мы должны помнить, что скоро наступит дряхлость, и тогда придется сожалеть о зрелом возрасте, из которого мы еще не вышли и который недостаточно ценим.

Влюбленный старик – одно из величайших уродств в природе.

Внешняя простота – это будничная одежда заурядных людей, по их мерке скроенная и для них сшитая; в то же время это – чудесный убор для людей, совершивших великие деяния.

Водись на свете поменьше простаков, было бы меньше и тех, кого называют хитрецами и ловкачами.

Волокитство – не что иное, как распутство, которому дали благопристойное название.

Волокитство – это слабость сердца, а может быть, и недостаток телосложения.

Время укрепляет дружбу, но ослабляет любовь.

Все говорят про глупца и хвастуна, что он глупец и хвастун; но никто не говорит этого ему, и он умирает, не зная о себе того, что знают все.

Все мы знаем, что женщины с великой охотой наряжаются и румянятся; это их обыкновение никак нельзя сравнить с обычаем носить маскарадную личину на костюмированном бале, ибо тот, кто ее надевает, не пытается выдать маску за самого себя, а лишь прячется под нею, стараясь остаться неузнанным, тогда как женщины стремятся ввести в заблуждение и выдают покупное за природное; следовательно, они просто обманывают. Подобно тому как рыбу надо мерить, не принимая в расчет головы и хвоста, так и женщин надо разглядывать, не обращая внимания на их прическу и башмаки.

Все наши беды проистекают от невозможности быть одинокими.

Все страсти лживы: они стараются надеть маску, они прячутся даже от самих себя.

Вся наша беда в том, что мы не выносим одиночества. Отсюда карты, роскошь, легкомыслие, вино, женщины, невежество, злословие, зависть, надругательство над своей душой и забвение Бога.

Вы думаете, что этот человек одурачен вами; а если он притворяется одураченным, то кто больше одурачен: он или вы?

Вы полагаете, что оставили этого человека в дураках, а он ничего и не заметил; если он только притворился, что не заметил, кто больше в дураках – он или вы?

Высокие места делают людей великих более великими, а низких – более низкими.

Высокомерие – вот единственная причина того, что мы так дерзко заносимся перед низшими и так постыдно пресмыкаемся перед высшими. Этот порок, порожденный не личными заслугами и добродетелями, а богатством, высоким положением, влиятельностью и ложной ученостью, равно внушает нам и презрение к тем, у кого меньше этих благ, чем у нас, и чрезмерное почтение к тем, у кого их больше.

Выше великого политика я ставлю только того, кто не жаждет им стать, ибо с каждым днем все больше убеждается, что этот мир не стоит того, чтобы тратить на него силы.

Глупец подобен автомату, механизму, пружине: собственная тяжесть увлекает его, движет, поворачивает, причем всегда и одном направлении и всегда с одинаковой скоростью.

Глупец смешон всегда: это его отличительная черта; человек, не лишенный ума, тоже бывает смешным, но недолго.

Глупец – это человек, у которого не хватает ума даже на то, чтобы быть самовлюбленным.

Глупцы читают книгу и ничего не могут в ней понять; заурядные люди думают, что им все понятно; истинно умные люди иной раз понимают не все; запутанное они находят запутанным, а ясное – ясным. Так называемые умники изволят находить неясным то, что ясно, и не понимают того, что вполне очевидно.

Грустно любить тому, кто небогат, кто не может осыпать любимую дарами и сделать ее такой счастливой, чтобы ей уже нечего было желать.

Давнишний любовник отличается от мужа нередко одним лишь названием; впрочем, это весьма существенное отличие, без которого он немедленно получил бы отставку.

Давнишний любовник так мало значит для женщины, что его легко меняют на нового мужа, а новый муж так быстро теряет новизну, что почти сразу уступает место новому любовнику.

Даже для самых богатых девушек наступает время, когда им пора остановить на ком-нибудь свой выбор.

Даже самый лучший совет нередко вызывает в нас неудовольствие: достаточно уже того, что он исходит не от нас самих; высокомерие и прихоть подстрекают нас пренебречь им, а если мы все же следуем ему, то лишь по размышлении и в силу прямой необходимости.

Две добродетели, которым люди удивляются, – храбрость и щедрость, потому что есть две вещи, которые они очень уважают и о которых эти добродетели заставляют не радеть: деньги и жизнь.

Для светских женщин садовник – просто садовник, каменщик – просто каменщик. Для других, живущих более замкнутой жизнью, и садовник и каменщик – мужчины. Не спастись от искушения тому, кто его боится.

Для человека, желающего возвыситься, любая слава лучше, нежели безвестность.

До каких только крайностей не доходят люди во имя той самой религии, в которую верят так мало и которой следуют так нерадиво!

Добродетель тем и хороша, что, довольствуясь собою, она не нуждается ни в поклонниках, ни в приверженцах, ни в покровителях; отсутствие поддержки и похвалы не только ей не вредит, но, напротив, оберегает ее, очищает и совершенствует.

Добродетельный, благонравный и неглупый человек может быть, тем не менее, невыносимым: от учтивости, которая многим кажется вздором и пустяком, часто зависит, хорошо или дурно думают о вас люди.

Доверие – первое условие дружбы.

Догматический тон всегда является следствием глубокого невежества: лишь человек непросвещенный уверен в своем праве поучать других вещам, о которых сам только что узнал; тот же, кто знает много, ни на секунду не усомнится, что к его словам отнесутся внимательно, поэтому говорит с подобающей скромностью.

Должность высокую и требующую гибкого ума куда легче занять, нежели сохранить.

Дух умеренности и определенного рода мудрость в поведении оставляют людей в неизвестности; чтобы быть известным и заслужить удивление, нужны великие добродетели или, пожалуй, великие пороки.

Если бы женщины от природы были такими, какими они становятся из-за своих ухищрений, если бы они вдруг утратили свежесть кожи и лица их сделались свинцово-бледными и багровыми по воле судьбы, а не от белил и румян, они все пришли бы в отчаяние.

Если вы тщательно присмотритесь к людям, которые никого не могут хвалить, всякого порицают и никем не довольны, то вы узнаете, что это те самые люди и есть, которыми никто не доволен.

Если две женщины, к которым мы равно питаем дружеские чувства, рассорились, то, даже не имея никакого касательства к причине их ссоры, нам все же не удается сохранить одинаково добрые отношения с той и другой: чаще всего приходится выбирать между ними или терять обеих.

Если женщина ждет возлюбленного, она наряжается к его приходу, но, если он нагрянет внезапно, она забывает о своей внешности и не думает о том, как она выглядит. Другое дело, когда к ней приходят люди, ей безразличные: тут она помнит о малейшей небрежности в своем уборе, сразу начинает прихорашиваться или же исчезает на минуту, чтобы вскоре появиться в полном блеске.

Если женщина ленива, ее могут исцелить от этого порока только тщеславие и любовь.

Если женщина пишет вам страстное письмо, это означает, что она страстно увлечена вами; но любит ли она вас – это еще неясно. Горячая и нежная любовь необщительна и погружена в себя; женщина, чье сердце глубоко задето, жаждет узнать, любят ли ее, но вовсе не стремится поведать о своей любви.

Если женщины хотят нравиться лишь самим себе и быть очаровательными в собственных глазах, они, несомненно, должны прихорашиваться, наряжаться и выбирать украшения, следуя собственному вкусу и прихоти. Но если они желают нравиться мужчинам, если красятся и белятся ради них, то да будет им известно, что, по мнению всех или, по крайней мере, многих мужчин, с которыми я разговаривал, белила и румяна портят и уродуют женщин; что одни только румяна уже старят их и делают неузнаваемыми; что нам неприятно видеть их накрашенные лица, их вставные зубы, их челюсти из воска; что мы решительно осуждаем их старание обезобразить себя.

Если молодой человек женится на женщине старше его годами, в этом нет ничего постыдного и бесчестного; напротив, такой брак порою можно назвать разумным и предусмотрительным. Но если он дурно обращается со своей благодетельницей, если снимает маску, тем самым открывая ей глаза на то, что она стала жертвой неблагодарного лицемера, – вот тогда его поведение гнусно.

Если мужчина тщеславен и нескромен, любит краснобайствовать и плоско шутить, всегда доволен собой и презирает окружающих, назойлив, чванлив, развращен душой, лишен порядочности, чести и здравого смысла и если вдобавок он красив собой и хорошо сложен, – у него есть все качества, чтобы кружить головы многим женщинам.

Если мужчину мучит вопрос, не изменился ли он, не начал ли стареть, ему следует заглянуть в глаза молодой женщине и обратить внимание на то, как она с ним разговаривает: он сразу узнает то, что так боится узнать. Суровый урок!

Если называть ревностью несправедливое, неосновательное, нелепое подозрение, то ревность справедливая, естественная, основанная на здравом смысле и фактах, заслуживает, пожалуй, другого названия.

Если сама цель дурна, значит, она неразумна, а где нет разума, там нет и величия.

Если случается, что женщина, которую мы горячо, но безнадежно любили, потом оказывает нам услугу, то, мала эта услуга или велика, мы легко впадаем в грех неблагодарности.

Если человек помог тому, кого он любил, то ни при каких обстоятельствах он не должен вспоминать потом о своем благодеянии.

Если я признаю, что пылкая любовь в пору своего расцвета может вытеснить из человеческого сердца даже себялюбие, кому я доставлю этим большее удовольствие – тому, кто любит, или тому, кто любим?

Есть две добродетели, которым люди удивляются, – храбрость и щедрость, потому что есть две вещи, которые они очень уважают и о которых эти добродетели заставляют не радеть: деньги и жизнь.

Есть люди, которые живут в скверных домах, спят на жестких постелях, одеваются плохо, а едят еще хуже, покорно терпят летний зной и зимнюю стужу, добровольно отказываются от общества себе подобных и влачат свои дни в одиночестве; которые страдали вчера, страдают сегодня и будут страдать завтра; которые, живя точно под бременем вечного покаяния, тем самым нашли способ, как прийти к вечной гибели самым мучительным путем. Это – скупцы.

Есть люди, которые стыдятся не тогда, когда совершили какой-нибудь безнравственный поступок, а когда им приходится в этом раскаиваться.

Есть только одно непреходящее несчастье – потеря того, чем владел. Время, смягчающее все остальные горести, лишь обостряет эту: мы до самой смерти ежеминутно чувствуем, как недостает нам того, что мы утратили.

Женские прихоти сродни женской красоте и вместе с тем служат ей противоядием, ибо умеряют ее действие, которое в противном случае было бы смертельно для мужчины.

Женское вероломство полезно тем, что излечивает мужчин от ревности.

Женщина до того забывает мужчину, которого она уже не любит, что не помнит даже той благосклонности, которую он получил от нее.

Женщина, которая не сводит глаз с одной и той же личности, и женщина, которая постоянно отворачивается от одной и той же личности, наводят на одну и ту же мысль о себе.

Женщина, которая столь сильно любит одного мужчину, что перестает кокетничать со всеми остальными, слывет в свете сумасбродкой, сделавшей дурной выбор.

Женщина, которую все считают холодной, просто еще не встретила человека, способного пробудить в ней любовь.

Женщина, наделенная подлинными достоинствами, – это цветок, названный не только по своему цвету, но имеющий собственное имя, любимый всеми за красоту и аромат; он – украшение и гордость природы, он издавна известен и дорог людям, которые любуются им ныне, как любовались во времена наших отцов. Пусть кто-то питает к нему злобу или зависть – ему ничто не может повредить: это лилия или роза.

Женщина похотливая хочет, чтобы ее любили; кокетке достаточно нравиться и слыть красивой. Одна стремится вступить в связь с мужчиной, другая – казаться ему привлекательной. Первая переходит от одной связи к другой, вторая заводит несколько интрижек сразу. Одной владеет страсть и жажда наслаждения, другой – тщеславие и легкомыслие.

Женщина признает достоинства и привлекательность лишь за тем мужчиной, который производит на нее впечатление; она почти всегда отрицает за ним и то и другое, если он ей не нравится.

Женщина, у которой один любовник, считает, что она совсем не кокетка; женщина, у которой несколько любовников, – что она всего лишь кокетка.

Женщиной нетрудно руководить – стоит лишь этого пожелать. Один мужчина руководит подчас даже несколькими женщинами одновременно.

Женщины не любят друг друга, и причина этой нелюбви – мужчина.

Женщины привязываются к мужчинам с помощью благосклонности, которую они им оказывают; мужчины же излечиваются благодаря этой самой благосклонности.

Женщины с легкостью лгут, говоря о своих чувствах, а мужчины с еще большей легкостью говорят правду.

Женщины склонны к крайностям: они или намного хуже, или намного лучше мужчин.

Женщины умеют любить сильнее, нежели большинство мужчин, но мужчины более способны к истинной дружбе.

Женщины утверждают, что мужчины непостоянны, а мужчины доказывают, что женщины ветрены.

Жизнь большинства семей нередко омрачает недоверие, ревность, недоброжелательство, между тем как снаружи всё выглядит так благообразно, мирно и дружелюбно, что мы вдаемся в обман и видим счастье там, где его нет и в помине; мало на свете таких семей, которые выигрывают от близкого знакомства с ними.

Жизнь героев обогатила историю, а история разукрасила деяния героев; таким образом, я не знаю, кто кому более обязан: те ли, которые писали историю, тем, которые доставили им столь благодарный материал, или эти великие люди – своим историкам.

Жизнь коротка, если считать, что названия жизни она заслуживает лишь тогда, когда дарит нам радость; собрав воедино все приятно проведенные часы, мы сведем долгие годы всего к нескольким месяцам.

Жизнь подчас кладет запрет на самые наши заветные радости, на самые нежные чувства, но мы не можем не мечтать о том, чтобы они были дозволенными.

Жизнь – это трагедия для тех, кто чувствует, и комедия для тех, кто мыслит.

За бракосочетание с прихожан берут больше, чем за крестины, а крестины стоят дороже, чем исповедь: таким образом, с таинств взимается налог, который как бы определяет их относительное достоинство. Конечно, в основе этого обычая нет ничего дурного, и никому – ни пастырям, совершающим священный обряд, ни мирянам – не приходит в голову, что они что-то продают или покупают; однако, имея в виду людей недалеких и маловеров, следовало бы и тут соблюдать благопристойность.

За усердное исполнение своего долга благородный человек вознаграждает себя удовлетворением, которое он при этом испытывает, и не заботится о похвалах, почете и признательности, в которых ему подчас отказывают.

Здоровье и богатство, избавляя человека от горького опыта, делают его равнодушным к себе подобным; люди же, сами удрученные горестями, гораздо сострадательнее к несчастьям ближнего.

Здоровье – это то, что люди больше всего стремятся сохранить и меньше всего берегут.

Злые люди походят на мух, которые ползают по человеческому телу и останавливаются только на его язвах.

И при зарождении, и на закате любви люди всегда испытывают замешательство, оставаясь наедине друг с другом.

Известная духовная ограниченность помогает иным людям идти по стезе мудрости.

Известны случаи, когда люди, прожив всю жизнь под одной кровлей и в полном согласии, не деля имущества и никогда не разлучаясь, вдруг на девятом десятке обнаруживают, что им пора расстаться и больше не видеть друг друга. До могилы обоим остались считанные дни, но их терпение исчерпано, они уже не в силах быть вместе и, пока еще дышат, спешат разойтись. Их совместное существование слишком затянулось: теперь они уже не пример для других, а вот умри они на день раньше, их добрые отношения сохранились бы в памяти людей как редкий образец верности и дружбы.

Изящно шутить и занимательно рассказывать о пустяках умеет лишь тот, кто сочетает в себе изысканность и непринужденность с богатым воображением: сыпать веселыми остротами – это значит создавать нечто из ничего, то есть творить.

Иной человек, заключая всё новые сделки и пряча всё больше денег в сундуки, приходит в конце концов к мысли, что он умен и даже способен отправлять высокие должности.

Иные женщины поддерживают изо дня в день две любовные связи, которые столь же трудно сохранить, как и порвать: одной из этих связей недостает брачного контракта, другой – любви.

Иные женщины умеют так двигаться, поворачивать голову и поводить глазами, что это сообщает им некую величавость, некий внешний, напускной блеск, который потому только и производит впечатление, что никто не пробовал заглянуть внутрь. У других величавость проста и естественна, ибо зависит она не от поступи и движений, а от свойств души и как бы свидетельствует о высоком происхождении этих женщин. Их очарованию, сдержанному и непреходящему, сопутствуют тысячи достоинств, которые проглядывают сквозь все покровы скромности и видны всякому, у кого есть глаза.

Иные люди, выучив пять-шесть ученых слов, уже выдают себя за знатоков музыки, живописи, зодчества, гастрономии и воображают, будто слух, зрение и вкус доставляют им больше наслаждения, чем другим; таким образом они внушают уважение окружающим, обманывают самих себя.

Иные люди не внемлют голосу рассудка, глухи к благоразумным советам и сознательно совершают ошибки – только бы не подчиниться чужой воле.

Иными благородными чувствами и великодушными поступками мы скорее обязаны нашей природной доброте, чем уму.

Истинно несчастен человек лишь тогда, когда он чувствует за собой вину и упрекает себя в ней.

Истинно остроумный человек – редкость, и к тому же ему нелегко поддерживать свою репутацию: люди редко уважают того, кто умеет их смешить.

Истинное благочестие всегда является источником душевного покоя, помогает терпеливо сносить жизнь.

Источник ревности нередко кроется не в сильной любви, а в свойствах нашего характера, однако невозможно себе представить сильную страсть, которую не омрачала бы неуверенность.

К высокому положению ведут два пути: протоптанная прямая дорога и окольная тропа в обход, которая гораздо короче.

Каждое утро мы раскрываем глаза, как купец – ставни своей лавки, и выставляем себя напоказ, чтобы обманывать ближнего; а вечером снова закрываем их, потратив целый день на обман.

Каждый знает, что человек добродетельный не может не быть благовоспитан, любопытно другое: не всякий благовоспитанный человек добродетелен.

Каждый из нас должен быть достоин должности, которую занимает, только об этом нам и следует заботиться: остальное – дело других.

Как бы сильно ни любила молодая женщина, она начинает любить еще сильнее, когда к ее чувству примешивается своекорыстие или честолюбие.

Как мало на свете таких безупречных женщин, которые хотя бы раз на дню не давали своим мужьям повода пожалеть о том, что они женаты, и позавидовать холостякам.

Как ни требовательны люди в любви, все же они прощают больше провинностей тем, кого любят, нежели тем, с кем дружат.

Как это ни странно, на свете существуют женщины, которых любовь к мужчине волнует меньше, чем другие страсти, – я имею в виду честолюбие и страсть к карточной игре. Мужчины сразу становятся целомудренными в присутствии таких женщин, ибо женского в них только одежда.

Какой разлад между умом и сердцем! Философ живет не так, как сам учит жить; дальновидный и рассудительный политик легко теряет власть над собой.

Ключ к сердцу человека – сочувствие страстям, поглощающим его душу, или сострадание к недугам, снедающим его тело; к этому сводится вся заботливость, которую можно к нему проявить.

Когда деятельная женщина становится ленивой, это признак того, что она полюбила.

Когда женщина не спускает глаз с мужчины или всё время отводит их от него, все сразу понимают, что это значит.

Когда женщина перестает любить мужчину, она забывает все, даже милости, которыми его дарила.

Когда о человеке говорят, что он сделал глупость и женился по страстишке, это значит, что он вступил в брак с Мелитой, которая молода, хороша собой, рассудительна, бережлива и любит его, но менее богата, чем Эгина, которую прочили ему в жены, хотя у Эгины не только большое приданое, но и немалые способности транжирить деньги – свою часть, а заодно и состояние мужа.

Кокетка до последнего своего вздоха уверена, что она хороша собой и нравится мужчинам. Она относится к времени и годам как к чему-то, что покрывает морщинами и обезображивает только других женщин, и забывает, что возраст написан и на ее лице.

Кокетство в женщине отчасти оправдывается, если она похотлива. Напротив, мужчина, который любит кокетничать, хуже, чем просто распутник. Мужчина-кокетка и женщина-распутница вполне стоят друг друга.

Крайности всегда порочны.

Красивая женщина хороша и такая, как она есть: она сохраняет всю свою прелесть даже тогда, когда одета просто и украшена только своей привлекательностью и молодостью.

Красивые девушки, которые дурно обращались со своими поклонниками, не остаются безнаказанными: обычно за их воздыхателей им мстят уродливые, или старые, или недостойные мужья.

Кратчайший и вернейший способ составить себе состояние – это дать людям понять, что им выгодно делать вам добро.

Критика – это порою не столько наука, сколько ремесло, требующее скорее выносливости, чем ума, прилежания, чем способностей, привычки, чем одаренности.

Кто не умеет с толком употребить свое время, тот первый жалуется на его нехватку: он убивает дни на одевание, еду, сон, пустые разговоры, на размышления о том, что следует сделать, и просто на ничегонеделание.

Кто сделал людям добро, тот добрый человек; кто пострадал за свершенное им добро, тот очень добрый человек; кто принял за это смерть, тот достиг вершины добродетели, героической и совершенной.

Кто терпеливо готовится в путь, тот непременно приходит к цели.

Кто умеет внушить, что он не очень хитер, тот уже далеко не прост.

Кто умеет при необходимости спокойно отказаться от громкого имени, высокого положения или большого состояния, тот разом избавляется от груза многих забот, тревог, а подчас и преступлений.

Легче встретить людей, обладающих умом, нежели способностью употреблять его в дело, ценить ум в других и находить ему полезное применение.

Легче сделать так, чтобы о вас говорили: «Почему он получил это место?», чем добиться того, чтобы кто-нибудь спросил: «Почему он не получил этого места?».

Легче спросить старика о том, когда он умрет, нежели женщину о том, когда она родилась.

Логика – это, видимо, умение доказывать какую-то истину, а красноречие – это дар, позволяющий нам овладеть умом и сердцем собеседника, способность втолковать или внушить ему всё, что нам угодно.

Ложная скромность – это крайне утонченное тщеславие; вследствие ее человек не кажется тщеславным, а, напротив, заставляет ценить в себе мнимую добродетель, противоположную тому пороку, который лежит в его характере; ложная скромность – это обман.

Ложное величие есть лишь ничтожество, как ложная добродетель – лицемерие.

Ложное величие надменно и неприступно: оно осознает свою слабость и поэтому прячется, вернее – показывает себя чуть-чуть, ровно на столько, чтобы внушить почтение, скрыв при этом свое настоящее лицо – лицо ничтожества. Истинное величие непринужденно, мягко, сердечно и доступно. К нему можно прикасаться, его можно трогать и рассматривать: чем ближе его узнаешь, тем больше им восхищаешься.

Лучше стать жертвой неблагодарности, чем отказать в помощи несчастному.

Льстец равно невысокого мнения и о себе, и о других.

Льстец – это ревнивый и завистливый ум, которому, по-видимому, доставляет удовольствие ваше возвышение, но которого на самом деле терзает ваше благосостояние.

Любить друг друга люди перестают только потому, что прежде слишком сильно любили.

Любовь возникает внезапно и безотчетно. Довольно одной привлекательной черты, чтобы поразить сердце и решить нашу судьбу.

Любовь начинается с любви; даже самая пылкая дружба способна породить самое слабое подобие любви.

Любовь умирает от усталости, а хоронит ее забвение.

Людей совершенно тупых и глупых мало, недюжинных и блестящих – еще меньше. Степень одаренности большинства людей колеблется между двумя этими крайностями.

Люди живут слишком недолго, чтобы извлечь урок из собственных ошибок.

Люди маленькие часто бывают отягчены множеством бесполезных достоинств; им негде их применить.

Люди, не уверенные в том, что их любят, порой только сами и страдают от своей неуверенности, тогда как ревнивцы страдают сами и заставляют страдать других.

Люди нерадивы в том, что составляет их долг, но считают за честь (вернее, из тщеславия убеждают себя в этом) проявлять энергию в делах, им чуждых и не свойственных ни их положению, ни характеру.

Люди сперва познают любовь, потом исполняются честолюбием, а спокойствие к ним приходит только вместе со смертью.

Люди так заняты собой, что у них нет времени вглядываться в окружающих и справедливо их оценивать. Вот почему те, у кого много достоинств, но еще больше скромности, нередко остаются в тени.

Люди, украшенные достоинствами, сразу узнают, выделяют, угадывают друг друга; если вы хотите, чтобы вас уважали, имейте дело только с людьми, заслуживающими уважения.

Мало есть таких людей, ум которых сочетался бы с верным вкусом и способностью к справедливой критике.

Мало женщин столь совершенных, чтобы не заставлять мужа хоть раз в день раскаиваться, что у него есть жена, и находить счастливыми тех, у кого нет жен.

Манерность жестов, речи и поведения нередко бывает следствием праздности или равнодушия; большое чувство и серьезное дело возвращают человеку его естественный облик.

Мачеха всеми силами души ненавидит детей своего мужа от первого брака; чем сильнее любит она их отца, тем больше она мачеха.

Между умом и талантом то же соотношение, что между целым и частью.

Миром правят судьба и прихоть.

Мнение мужчин о достоинствах какой-нибудь женщины редко совпадает с мнением женщин: их интересы слишком различны. Те милые повадки, те бесчисленные ужимки, которые так нравятся мужчинам и зажигают в них страсть, отталкивают женщин, рождая в них неприязнь и отвращение.

Молодые женщины не всегда понимают, как чарует приятная внешность, дарованная судьбой, и как полезно было бы им не разрушать этого очарования. Они портят столь редкостный и хрупкий дар природы жеманством и подражанием дурным образцам. У них все заемное – даже голос, даже походка. Они усваивают то, что им не свойственно, проверяя в зеркале, довольно ли они непохожи на самих себя, и затрачивают немало труда, чтобы казаться менее привлекательными.

Мужчина громко негодует на женщину, которая его разлюбила, – и быстро утешается; женщина не столь бурно выражает свои чувства, когда ее покидают, но долго остается безутешной.

Мужчина, который любит кокетничать, хуже, чем просто распутник.

Мужчина, обладающий большим достоинством и умом, никогда не бывает безобразен.

Мужчина соблюдает чужую тайну вернее, чем свою собственную, а женщина лучше хранит свою, нежели чужую.

Мужчине легко обмануть женщину притворными клятвами, если только он не таит в душе истинной любви к другой.

Мужчины убеждены в слабости женщин, а сами состоят у них же невольниками.

Мы боимся старости, хотя не уверены, что доживем до нее.

Мы быстро подмечаем в себе малейшие достоинства и медленно обнаруживаем недостатки.

Мы гораздо чаще хвалим то, что расхвалено другими, нежели то, что похвально само по себе.

Мы ищем счастья вне нас, во мнении людей, которых считаем льстивыми, неискренними, несправедливыми, преисполненными зависти, капризов, предубеждений. Какая нелепость!

Мы надеемся достигнуть старости, но боимся состариться. Это значит, что мы любим жизнь и страшимся смерти.

Мы не стали бы ревновать тех женщин, которые не щадят нас и ежечасно дают поводы к ревности, если бы наше чувство зависело от их поступков и отношения к нам, а не от нашего сердца.

Мы редко раскаиваемся в том, что сказали слишком мало, но часто сожалеем о том, что говорили слишком много.

Мы так же не можем навеки сохранить любовь, как не могли не полюбить.

Мы хотим быть источником всех радостей или, если это невозможно, всех несчастий того, кого мы любим.

На свете нет зрелища прекраснее, чем лицо любимой, и нет музыки слаще, чем звук любимого голоса.

На ученую женщину мы смотрим, как на драгоценную шпагу: она тщательно отделана, искусно отполирована, покрыта тонкой гравировкой. Это стенное украшение показывают знатокам, но его не берут с собой ни на войну, ни на охоту, ибо оно так же не годится в дело, как манежная лошадь, даже отлично выезженная.

Наглость – это не умышленный образ действия, а свойство характера; порок, но порок врожденный.

Найти тщеславного человека, считающего себя достаточно счастливым, так же трудно, как найти человека скромного, который считал бы себя чересчур несчастным.

Наказанный преступник – это пример для всех негодяев; невинно осужденный – это вопрос совести всех честных людей.

Нахальство – это самовлюбленность, доведенная до предела: человек самовлюбленный утомляет, докучает, надоедает; нахал отталкивает, ожесточает, раздражает, оскорбляет.

Наши заветные желания обычно не сбываются, а если и сбываются, то в такое время и при таких обстоятельствах, когда это уже не доставляет нам особого удовольствия.

Не знаю, кто более достоин жалости – немолодые женщины, которые нуждаются в юнцах, или юнцы, которые нуждаются в старухах.

Не менее трудно найти тщеславного человека, который считал бы себя счастливым, чем скромного человека, который считал бы себя несчастным.

Не следует обижаться на человека, который, будучи мало знаком с нами, тем не менее отзывается о нас дурно: его нападки относятся не к нам, а к призраку, созданному его воображением.

Не следует позволять себе даже самую невинную шутку иначе как с людьми вежливыми и умными.

Не следует судить о человеке по лицу – оно позволяет лишь строить предположения.

Не слушать ничьих советов и отвергать все поправки может только педант.

Не спастись от искушения тому, кто его боится.

Не старайтесь выставить богатого глупца на посмеяние – все насмешники на его стороне.

Не уметь переносить всех жалких характеров, которыми преисполнено общество, значит самому не обладать доблестным характером: для обращения необходимы и золотые, и медные монеты.

Неблагодарное ремесло избрал тот, кто пытается создать себе громкое имя: жизнь его подходит к концу, а работа едва начата.

Невежество – состояние привольное и не требующее от человека никакого труда; поэтому невежды исчисляются тысячами и подавляют ученых числом.

Некоторые женщины более чем зрелых лет то ли по неодолимой потребности, то ли по дурной наклонности легко становятся добычей молодых людей, находящихся в стесненных обстоятельствах. Не знаю, кто больше достоин жалости – немолодые женщины, которые нуждаются в юнцах, или юнцы, которые нуждаются в старухах.

Нельзя судить о человеке с первого взгляда, как мы судим о картине или статуе, а нужно проникнуть в глубины его души. Достоинства обычно окутаны покровом скромности, недостатки прикрыты маской лицемерия; только немногие сердцеведы умеют сразу постичь характер ближнего, ибо и совершенная добродетель и закоренелый порок обнаруживают себя лишь постепенно, да и то под давлением обстоятельств.

Ненависть не так далека от дружеской привязанности, как неприязнь.

Ненависть – столь длительное и неискоренимое чувство, что самый верный признак близкой смерти больного – это примирение его с недугом.

Неполная откровенность всегда опасна: почти нет таких обстоятельств, при которых не следовало бы либо все сказать, либо все утаить. Если мы считаем, что человеку нельзя открыть все, мы, рассказывая что-то, уже говорим слишком много.

Непостоянная та женщина, которая разлюбила; легкомысленная – та, которая сразу полюбила другого, ветреная – та, которая сама не знает, кого она любит и любит ли вообще, холодная – та, которая никого не любит.

Нередко брак, который должен служить человеку залогом земного счастья, становится для него из-за бедности изнурительным и тяжким бременем. Тогда жена и дети превращаются в источник соблазна, невольно толкая его на мошенничество, ложь и поиски незаконных доходов. Он как бы на распутье между плутовством и нищетой. Нелегкий выбор!

Нет безобразных женщин, есть только женщины, которые не знают, как выглядеть хорошенькими.

Нет более легкого, более простого, более неуловимого, чем манеры, которые нас выдают; глупец входит, встает, молчит, стоит совсем не так, как умный человек.

Нет ничего бесценнее, чем характер бесхарактерного человека.

Нет такого порока, который не рядился бы под какую-нибудь добродетель или не прибегал бы к ее помощи.

Неужели нельзя изобрести средство, которое заставило бы женщин любить своих мужей?

Неуравновешенность духа, неровность характера, непостоянство сердца, неуверенность в поступках – все это слабости нашей человеческой натуры, но слабости различные: при всем их кажущемся сродстве наличие одной из них у человека не обязательно предполагает наличие остальных.

Неучтивость – не особый порок, а следствие многих пороков: пустого тщеславия, отсутствия чувства долга, лености, глупости, рассеянности, высокомерия, зависти.

Ни к кому не ходить на поклон и не ждать, что придут на поклон к вам, – вот отрадная жизнь, золотой век, естественное состояние человека!

Ничто не доставляет такого наслаждения, как общество прекрасной женщины, наделенной свойствами благородного мужчины, ибо она соединяет в себе достоинства обоих полов.

Ничто так не похоже на искреннюю убежденность, как злобное упрямство.

О, тщеславный и самонадеянный человек! Сумей создать хотя бы того червяка, которого ты попираешь ногой и презираешь.

Один из признаков посредственности – беспрестанная болтовня.

Одобрение, с которым отзываются об иных людях за их прямодушие, бескорыстие и честность, звучит не столько похвалою им, сколько поношением всему роду человеческому.

От хитрости до плутовства – один шаг, переход от первой ко второму очень легок: стоит прибавить к хитрости ложь – и получится плутовство.

Ошибки глупцов порою так разительны, их так трудно предвидеть, что они ставят мудрецов в тупик и полезны лишь тем, кто их совершает.

Перед лицом иных несчастий как-то стыдно быть счастливым.

Печальные следствия, к которым приводит наглость шарлатанов, заставляют нас ценить врачей и искусство врачевания: врачи не препятствуют нам умирать, а шарлатаны нас убивают.

Плуты склонны думать, что все остальные подобны им.

Побудительные причины – вот что определяет ценность человеческих поступков: благородно только то, что бескорыстно.

Подобно тому как рыбу надо мерить, не принимая в расчет голову и хвост, так и женщин надо разглядывать, не обращая внимания на прическу и башмаки.

Подчас легче и полезнее приладиться к чужому нраву, чем приладить чужой нрав к своему.

Пока любовь жива, она черпает силы в самой себе, а подчас и в том, что, казалось бы, должно ее убивать: в прихотях, в суровости, в холодности, в ревности.

Покорность моде обнаруживает наше ничтожество, когда ее простирают на то, что касается вкуса, здоровья и совести.

Полюбить – значит проявить слабость; разлюбить – значит иной раз проявить не меньшую слабость.

По-настоящему мы любим лишь в первый раз; все последующие наши увлечения уже не так безоглядны.

По-настоящему трудно дается нам лишь одно – исполнение долга, ибо оно предполагает такие поступки, которые мы все равно вынуждены совершить, хотя они не приносят нам одобрения – единственного, что толкает нас на похвальные дела и поддерживает в наших начинаниях.

Поразмыслив хорошенько, нетрудно убедиться, что вечно брюзжат, всех поносят и никого не любят именно те люди, которые всеми нелюбимы.

Пороки порождаются развращенностью души; недостатки – порочностью характера; смешные стороны – недостатком ума.

Порою женщины, чья красота совершенна, а достоинства редкостны, так трогают наше сердце, что мы довольствуемся правом смотреть на них и говорить с ними.

Порою ложная скромность – это всего лишь тщеславие, ложная храбрость – это легкомыслие, ложная величавость – это суетность, ложная добродетель – это лицемерие, ложное благонравие – это чопорность.

После рассудительности реже всего на свете встречаются бриллианты и жемчуг.

Посредственный человек редко бывает великодушным и никогда не бывает таким наглым, как тогда, когда держит в своей прихожей человека высшего достоинства.

Привычка и новизна исключают друг друга, и обе равно притягивают нас.

Признательность за услугу уносит с собой немалую долю дружеского расположения к тому, кто сделал нам добро.

Приписывать своим врагам то, в чем они не грешны, и лгать, чтобы опозорить их, – значит давать им огромное преимущество перед собой и наносить вред самому себе.

Пускать в ход против мужа и кокетство и ханжество чересчур жестоко; женщинам следовало бы выбирать либо то, либо другое.

Пусть каждый старается думать и говорить разумно, но откажется от попыток убедить других в непогрешимости своих вкусов и чувств: это слишком трудная затея.

Разум похож на истину: он один. К нему всегда идут одной дорогой, удаляются же от него тысячью путей.

Резкость, грубость, неотесанность – это пороки, от которых иной раз не свободны даже умные люди.

Религия и правосудие идут у нас как бы рука об руку, и сан судьи внушает почти такое же благоговение, как сан священника. Судья не может, не уронив себя, танцевать на балу, появляться в театрах, носить богатое, бросающееся в глаза платье; поэтому меня удивляет, что понадобился закон, требующий определенной одежды для судей, которая должна придавать им большую важность и внушать к ним большее уважение.

Самое изысканное удовольствие состоит в том, чтобы доставлять удовольствие другим.

Свобода – это выбор, иными словами, добровольное решение творить добро или зло, совершать похвальные или дурные поступки, то есть быть добродетельным или преступным.

Свобода – это не праздность, а возможность свободно располагать своим временем и выбирать себе род занятий; короче говоря, быть свободным – значит не предаваться безделью, а самолично решать, что делать и чего не делать. Какое великое благо такая свобода!

Склонность к осмеиванию говорит порой о скудности ума.

Сколько на свете было девушек – добродетельных, здоровых, набожных, готовых посвятить себя Богу, но недостаточно богатых, чтобы принести обет бедности в богатом монастыре!

Сколько на свете девушек, которым их незаурядная красота не дала ничего, кроме надежды на незаурядное богатство.

Сколько удивительных людей, и притом обладавших истинным гением, умерло, не заставив заговорить о себе! Сколько еще живет таких, о которых не говорят и никогда не будут говорить.

Скромность так же нужна достоинствам, как фигурам на картине нужен фон: она придает им силу и рельефность.

Скупец после смерти тратит за один день больше, чем проживал в десять лет; наследник же его расточает за десять месяцев столько, сколько покойный не израсходовал за всю жизнь.

Слабость характера – это единственный недостаток, который невозможно исправить.

Слава или заслуга для некоторых людей – в том, чтобы хорошо писать, а для некоторых – в том, чтобы не писать вовсе.

Сладострастная женщина хочет, чтобы ее любили; кокетке достаточно нравиться и слыть красивой. Одна стремится вступить в связь с мужчиной, другая – казаться ему привлекательной… Одной владеет страсть и жажда наслаждения, другой – тщеславие и легкомыслие. Сладострастие – это изъян сердца или, быть может, натуры; кокетство – порок души. Сладострастница внушает страх, кокетка – ненависть. Если оба эти свойства объединяются в одной женщине, получается характер, наигнуснейший из возможных.

Словоохотливость – один из признаков ограниченности.

Смешная сторона тщеславия и вся постыдность этого порока полнее всего проявляются в том, что его боятся обнаружить и обычно прячут под личиной противоположных достоинств.

Смеяться над умными людьми – такова привилегия глупцов, которые в обществе играют ту же роль, что шуты при дворе, то есть никакой.

Совершенная добродетель и закоренелый порок обнаруживают себя лишь постепенно, да и то под давлением обстоятельств.

Сожаление о неразумно растраченном времени, которому предаются люди, не всегда помогает им разумно употребить его остаток.

Соперничество и зависть направлены на один и тот же предмет – имущество и достоинства ближнего, с той, однако, разницей, что первое – это обдуманное, смелое, откровенное стремление, которое оплодотворяет душу, помогает ей извлечь урок из великих примеров и нередко возносит ее выше того, чем она восхищается; вторая же, напротив, есть безудержный недобрый порыв и как бы невольное признание чужого превосходства.

Справедливость по отношению к ближнему следует воздавать безотлагательно; медлить в таких случаях – значит быть несправедливым.

Старик, если он не блещет умом, всегда высокомерен и неприступен.

Столичный житель для провинциалки – то же, что для столичной жительницы – придворный.

Страсть без труда берет верх над рассудком, но она одерживает великую победу, когда ей удается одолеть своекорыстие.

Стремление некоторых стариков любить молодых женщин неразумно еще и потому, что они требуют к себе ответную любовь и питаются иллюзией, что они еще вправе на это рассчитывать. Впрочем, вина здесь не только самих стариков, а и тех молодых женщин, которые поддерживают в них это недоразумение.

Судя по красоте этой женщины, по ее молодости, гордости и разборчивости, она может отдать сердце только герою; но выбор ее уже сделан: она любит презренного негодяя, который к тому же еще и глуп.

Суть учтивости состоит в стремлении говорить и вести себя так, чтобы наши ближние были довольны и нами, и самими собой.

Существуют люди с таким нравом или, если хотите, характером, что лучше вовсе не иметь с ними дела, как можно меньше жаловаться на них и даже не позволять себе быть правыми в споре с ними.

Тайных любовных связей почти не существует: имена многих женщин так же прочно связаны с именами их любовников, как и с именами мужей.

Творить добро – значит действовать, а не через силу совершать благодеяние или уступать просьбам тех, кто нуждается в помощи либо назойливо ее требует.

Те самые недостатки, которые кажутся нам невыносимыми в других, имеются и у нас, только они расположены как бы в центре тяжести; поэтому мы не замечаем их и не тяготимся ими. Порою, говоря о ком-нибудь, человек рисует портрет настоящего чудовища и не видит, что изображает самого себя.

Тесть не любит зятя, свекор любит невестку, теща любит зятя, свекровь не любит невестку – все в мире уравновешивается.

То, как распределены богатство, деньги, высокое положение и другие блага, которые предоставил нам господь, и то, какому сорту людей они чаще всего достаются, ясно показывает, насколько ничтожными считает творец все эти преимущества.

Только люди с низменной душой могут рассыпаться в похвалах тем, о ком до их возвышения отзывались пренебрежительно.

Тосковать о том, кого любишь, много легче, чем жить с тем, кого ненавидишь.

Тот, кто влюбляется в дурнушку, влюбляется со всей силой страсти, потому что такая любовь свидетельствует или о странной прихоти его вкуса, или о тайных чарах любимой, более сильных, чем чары красоты.

Тот, кто думает только о себе и о сегодняшнем дне, неизбежно совершает ошибки в политике.

Тот, кто испытал большую любовь, пренебрегает дружбой; но тот, кто расточил себя в дружбе, еще ничего не знает о любви.

Тот, кто любит труд, не нуждается в развлечениях.

Тот, кто ничего не предвидит, бывает часто обманут; кто предусматривает слишком много, всегда бывает несчастен.

Тот, кто слишком нетерпеливо стремится к цели, растрачивает столько пыла, что никакая удача уже не может его вознаградить.

Тот, кто умеет ждать исполнения своих желаний, не отчаивается, даже потерпев неудачу, тогда как тот, кто слишком нетерпеливо стремится к цели, растрачивает столько пыла, что никакая удача уже не может его вознаградить.

Тот, кто хлопочет за других, всегда исполнен уверенности в себе, как человек, который добивается справедливости; выпрашивая или домогаясь чего-нибудь для себя, он смущается и стыдится, как человек, который клянчит милости.

Тревога, страх, уныние не избавляют от смерти, а, напротив, ускоряют ее; тем не менее, я полагаю, что излишняя веселость тоже не к лицу людям, поскольку они смертны.

Труднее всего исцелить ту любовь, которая вспыхнула с первого взгляда.

Тупица – это глупец, который не раскрывает рта; в этом смысле он предпочтительней болтливого глупца.

Тщеславие и чрезмерное самомнение вынуждают нас подозревать окружающих в высокомерном к нам отношении, что порою верно, а порою – нет. Человеку скромному такая щепетильность чужда.

У благоразумия две точки опоры – прошлое и будущее; человек, наделенный острой памятью и дальновидностью, никогда не станет бранить ближних за то, что, может быть, делал он сам, или осуждать их за поступки, совершенные при таких обстоятельствах, которые когда-нибудь принудят и его поступить точно так.

У большинства женщин нет принципов: они повинуются голосу сердца, и поведение их во всем зависит от мужчин, которых они любят.

У друзей мы замечаем те недостатки, которые могут повредить им, а у любимых – те, от которых страдаем мы сами.

У каждого из нас есть мелкие недостатки, которые мы охотно позволяем порицать и даже высмеивать; именно такие недостатки должны мы избирать и у других в качестве мишени для шуток.

У каждого свое понятие о женской привлекательности; красота – это нечто более незыблемое и не зависящее от вкусов и суждений.

У многих людей только одно имя имеет кое-какое значение; если же посмотреть на них поближе, то окажется, что они вовсе ничего не стоят; между тем, издали они внушают уважение к себе.

У молодых женщин подчас невольно вырываются слова и жесты, которые глубоко трогают того, к кому они относятся, и бесконечно ему льстят. У мужчин почти не бывает таких порывов; их услужливость нарочита, они говорят, действуют, прельщают – и трогают куда меньше!

У нас шагу нельзя ступить, чтобы не наткнуться на глупого острослова, куда ни глянь, везде ползают эти насекомые. Истинно остроумный человек – редкость, и к тому же ему нелегко поддерживать свою репутацию: люди редко уважают того, кто умеет их смешить.

У некоторых людей величие подменяется надменностью, твердость – бесчеловечностью, ум – плутовством.

Угасание любви – вот неопровержимое доказательство того, что человек ограничен и у сердца есть пределы.

Ум всех людей, вместе взятых, не поможет тому, у кого нет своего: слепому не в пользу чужая зоркость.

Умирает любовь от усталости, а хоронит ее забвение.

Умное выражение лица у мужчин – то же, что правильность черт у женщин; это род красоты, которую и самые нетщеславные люди желали бы иметь.

Уста прохожих на улицах и площадях больших городов только и произносят такие слова, как «вызов в суд», «опись имущества», «допрос», «долговая расписка», «протест векселя».

Усыплять народ празднествами, зрелищами, роскошью, пышностью, наслаждениями, делать его тщеславным, изнеженным, никчемным, ублажать его пустяками – вот безошибочная политика, к которой с давних пор прибегают во многих государствах. Чего только не добивается деспотизм ценой такой снисходительности!

Учтивые манеры оттеняют достоинства и придают им приятность.

Фат – середина между нахалом и глупцом: он состоит из того и другого.

Хвалебные эпитеты не составляют похвалы. Похвала требует фактов, и притом умело поданных.

Хитрость – качество не слишком похвальное и не слишком предосудительное, это нечто среднее между пороком и добродетелью; почти нет случаев, где ее не могло и не должно было бы заменить благоразумие.

Холодность или неучтивость со стороны тех, кто выше нас, внушают нам ненависть к ним, но один их поклон или улыбка уже примиряют нас с ними.

Хороший врач – это человек, знающий средства от некоторых недугов или, если болезнь ему незнакома, зовущий больному тех, кто сможет ему помочь.

Хотя между людьми разных полов может существовать дружба, в которой нет и тени нечистых помыслов, тем не менее женщина всегда будет видеть в своем друге мужчину, точно так же как он будет видеть в ней женщину. Такие отношения нельзя назвать ни любовью, ни дружбой: это – нечто совсем особое.

Часто люди падают с большой высоты из-за тех же недостатков, которые помогли им ее достичь.

Человек может возвыситься лишь двумя путями – с помощью собственной ловкости или благодаря чужой глупости.

Человек от природы придерживается самого высокого мнения о своей особе, гордится собой и хорошо думает только о себе; скромность его состоит лишь в том, что никто от этого не страдает.

Человек, получивший видную должность, перестает руководствоваться разумом и здравым смыслом в своих манерах и поведении, сообразуясь отныне лишь со своим местом и саном. Отсюда забывчивость, гордость, высокомерие, черствость и неблагодарность.

Человек посредственного ума словно вырублен из одного куска: он постоянно серьезен, не умеет шутить, смеяться, радоваться пустякам.

Человек редко раскаивается в том, что он мало говорил и, напротив, очень часто раскаивается в том, что говорил слишком много. Это старая истина, всем известная и всеми обыкновенно забываемая.

Человек самовлюбленный – это нечто среднее между глупцом и нахалом: в нем есть кое-что и от того и от другого.

Человек самодовольный – это тот, кто соединяет ловкость в мелочах, громко именуемых делами, с крайней ограниченностью ума.

Человек, сильно убежденный в том, что он очень умен, почти всегда принадлежит к числу тех людей, у которых или мало ума, или вовсе нет его.

Человек трусливый, потерявший всякий стыд, может согласиться на всякую гадость.

Человек тщеславный равно получает удовольствие, говоря о себе как хорошее, так и дурное.

Человек, чей ум и способности всеми признаны, не кажется безобразным, даже если он уродлив, – его уродства никто не замечает.

Чем ближе мы соприкасаемся с великими людьми, тем более ясно видим, что они всего лишь люди. Они редко кажутся великими своим слугам.

Чем больше милостей женщина дарит мужчине, тем больше она его любит и тем меньше любит ее он.

Чем больше наши ближние похожи на нас, тем больше они нам нравятся; уважать кого-то – это, по-видимому, то же самое, что приравнивать его к себе.

Чем меньше человек говорит, тем больше он выигрывает: люди начинают думать, что он не лишен ума, а если, к тому же, он действительно неглуп, все верят, что он весьма умен.

Чопорная женщина думает о своих словах и осанке, благонравная – о своем поведении. Та повинуется голосу предрассудков и причуд, эта – голосу разума и сердца; одна всегда строга и непреклонна, другая ведет себя так, как того требуют обстоятельства; первая под напускной безупречностью таит множество слабостей, вторая так проста и естественна, что богатство ее души открыто каждому.

Чопорность стесняет ум и не только не скрывает возраста и изъянов внешности, но подчас даже наводит на мысль о них; напротив того, благонравие искупает телесные недостатки, очищает ум, делает молодость еще прелестней, а красоту – еще соблазнительней.

Что такое льстец? Это гибкий и снисходительный ум, который раболепно улыбается при каждом вашем взгляде, вскрикивает при каждом вашем слове и рукоплещет всем вашим действиям.

Чтобы быть известным и заслужить славу, нужны великие добродетели или, пожалуй, великие пороки.

Чтобы составить себе состояние, нужен не столько ум, сколько опыт и привычка к такому занятию. Люди поздно берутся за это дело и, приступив к нему, обычно начинают с ошибок, исправлять которые им уже недосуг; может быть, именно поэтому большие состояния и встречаются так редко.

Чтобы чувствовать себя счастливым, нам довольно быть с теми, кого мы любим: мечтать, беседовать с ними, хранить молчание, думать о них, думать о чем угодно – только бы не разлучаться; остальное безразлично.

Шарлатан – лжеврач, отправляющий вас на тот свет, тогда как настоящий врач дает вам умереть своей смертью.

Щедрость состоит не столько в том, чтобы давать много, сколько в том, чтобы давать своевременно.

Я знавал женщин, которые старались скрыть свое легкомысленное поведение под личиной скромности. Этим постоянным и слишком явным для всех притворством они добились только того, что о них стили говорить: «С виду это настоящие весталки».

Я знаю женщин, которые друзьям предпочитают деньги, а деньгам – любовников.

Ясность ума, которая помогает нам писать хорошие книги, в то же время заставляет нас сомневаться, так ли уж они хороши, чтобы их стоило читать.

Ланкло Нинон де.

(10.11.1615/1623–17.10.1705).

Французская куртизанка, писательница, хозяйка литературного салона.

Родилась в Париже в семье туренского дворянина. Получила в наследство большое состояние, которым сумела хорошо воспользоваться. Была популярной фигурой в светских салонах своего времени, а ее собственная гостиная стала центром литературных споров и создания новых произведений. Именно в ее салоне Ж. Б. Мольер впервые прочел своего «Тартюфа». Ее литературный салон также посещали: Ф. Ларошфуко, Ж. Лафонтен, А. Сен-Симон, Ш. Перро, Н. Буало и др. Сменила много богатых и знатных любовников, чем заслужила репутацию куртизанки. В браке никогда не состояла, но родила двух сыновей и дочь. Из ее собственных литературных произведений сегодня известны: «Месть кокетки» (1659), «Письма Нинон де Ланкло к маркизу де Севинье» (изданы в 1750). Нинон де Ланкло – символ образованной и независимой женщины, царицы парижских салонов XVII – XVIII вв., имевшей смелость отстаивать свой главный принцип: «достойная жизнь без какой-либо религии».

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

В любви, как и во всем, опыт – врач, являющийся после болезни.

В любви как на войне: у победителя не спрашивают, чему он обязан победой – силе или искусству; он победил – и получает венок.

Выбирайте: либо любить женщин, либо понимать их.

Если уж Богу было угодно дать женщине морщины, он мог бы, по крайней мере, часть из них разместить на подошвах ног.

Желание нравиться рождается у женщин прежде желания любить.

Женщина не выносит ревнивца, которого не любит, но сердится, если не ревнует тот, кого она любит.

Женщина никогда не должна избирать любовника без согласия ее сердца и мужа – без согласия рассудка.

Женщины чаще отдаются по капризу, чем по любви.

Иная женщина обладает искусством возбуждать желания, не возбуждая любви: ее скорее стараются побеждать, нежели ей понравиться.

Искренняя сердечная связь – это театральная пьеса, где акты самые краткие, а антракты самые длинные.

Когда женщине исполнится тридцать, первое, что она начинает забывать, это свой возраст; а в сорок он уже совершенно изглаживается из ее памяти.

Когда любишь, не думаешь ни о чем. Если начинаешь задумываться, значит, уже не любишь.

Красота без очарования – всё равно что крючок без наживки.

Любовь – изменница; она царапает вас до крови, как кошка, даже если вы хотели всего лишь с ней поиграться.

Любовь никогда не умирает от нужды, но часто – от несварения желудка.

Любовь – самая рискованная торговля, оттого-то банкротства в ней столь часты.

Нас любят скорее за привлекательные недостатки, чем за существенные достоинства.

Начало привязанности там, где конец любви; конец привязанности там, где начало неверности.

Нет в природе ничего более разнообразного, чем любовные похождения, хотя кажется, будто они всегда одинаковы.

Никогда мужчина не бывает так нежен, как после того, как его простили за минутную неверность.

Одерживать победы мужчинам чаще мешает их неловкость, нежели добродетельность женщин.

Опыт – врач, являющийся после болезни.

Сердце – это крепость, которую легче завоевать, чем удержать.

Сопротивление, которое оказывает женщина, доказывает не столько ее добродетельность, сколько ее опытность.

То, что поразительно и красиво, не всегда хорошо, но то, что хорошо, всегда красиво.

Чем меньше страсти выказываешь, тем большую страсть возбуждаешь.

Я заметила, что умные люди в постели не столь выносливы, как дураки.

Лао-Цзы (Старый Младенец, Мудрый Старец).

(VI в. до н.э.).

Древнекитайский писатель, философ, один из основателей даосизма.

Самый известный вариант его биографии сообщен Сымой Цянем: Лао-цзы родился в царстве Чу на юге Китая. Большую часть своей жизни служил хранителем царской библиотеки государства Чжоу, где встречался с Конфуцием. В преклонном возрасте оставил службу и отправился путешествовать, именно тогда написал свой знаменитый труд «Дао Дэ Цзин» («Канон пути и его благой силы»), другое название «Три телеги» (написанный на бамбуке, труд занимал три телеги). Многие современные исследователи ставят под сомнение сам факт существования Лао-цзы, полагая, что труд «Дао Дэ Цзин» мог написать старший из учеников Конфуция.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Безграничная добродетель похожа на ее недостаток; распространение добродетельности похоже на ее расхищение.

Будьте внимательны к своим мыслям, – они начало поступков.

Великая прямота похожа на кривизну, великое остроумие похоже на глупость.

Вода – это самое мягкое и самое слабое существо в мире, но в преодолении твердого и крепкого она непобедима, и на свете нет ей равного.

Воздержание – это первая ступень добродетели, вторая и есть начало нравственного совершенства.

Голос истины противен слуху.

Дело должно соответствовать возможностям; действие должно соответствовать времени.

Довольствующийся самим собой – богач.

Если вещь не годна для одной цели, ее можно употребить для другой.

Если народ не боится власти, тогда придет еще большая власть.

Если хочешь, чтобы люди шли за тобой, иди за ними.

Закон достойных – творить добро и не ссориться.

Знать истину следует всегда, изрекать – иногда.

Знать много и не выставлять себя знающим есть нравственная высота. Знать мало и выставлять себя знающим есть болезнь. Только понимая эту болезнь, мы можем избавиться от нее.

Истинные слова не бывают приятны, приятные слова не бывают истинны.

Когда множатся законы и приказы, растет число воров и разбойников.

Когда народ много знает, им трудно управлять.

Кто много говорит, тот часто терпит неудачу.

Кто, предпринимая дело, спешит наскоро достичь результата, тот ничего не сделает. Кто осторожно оканчивает свое дело, как начал, тот не потерпит неудачи.

Кто умер, но не забыт, тот бессмертен.

Легко достигнутое согласие не заслуживает доверия.

Лучший правитель – тот, о ком народ знает, что он существует. Несколько хуже те правители, которые требуют от народа его любить и возвышать. Еще хуже те правители, которых народ боится, и хуже всех те правители, которых народ презирает.

Люди высшей нравственности не считают себя нравственными, поэтому они имеют высшую нравственность.

Нет большего несчастья, чем незнание границы своей страсти.

Правила приличия – это только подобие правды и начало всякого беспорядка.

Самые лучшие вожди – те, существование которых народ не замечает.

Стремясь к малому, приобретаешь, стремясь к многому, впадаешь в заблуждение.

То, что спокойно, легко сохранить.

Тот, кто знает других – ученый; тот, кто знает себя – мудрый.

Тот, кто знает людей, благоразумен. Знающий себя – просвещен. Побеждающий людей – силен. Побеждающий самого себя – могуществен.

Тот, кто знает, не говорит; тот, кто говорит, не знает.

Тот, чья вера слаба, не может и в других возбудить веры.

Трудно управлять народом, когда у него много знаний.

Хороший человек есть учитель дурного, дурной человек есть материал хорошего человека. Тот, кто не уважает своего учителя и не любит того материала, над которым работает, хотя бы и очень умен, ошибается.

Ларошфуко Франсуа де.

(15.09.1613–17.03.1680).

Французский писатель-моралист.

Воспитывался при дворе, занимал блестящее положение в обществе, пережил множество светских интриг и ряд личных разочарований, оставивших след в его творчестве. Результатом обширного жизненного опыта явились его «Максимы» (1665) – сборник афоризмов, составляющий цельный кодекс житейской философии. Автор крайне пессимистично смотрел на природу человека. В своих ядовитых высказываниях ставил самолюбие, тщеславие, преследование личных интересов в основу всех человеческих поступков. Основной афоризм «Максим»: «Все наши добродетели – скрытые пороки».

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Безрассудство сопутствует нам всю жизнь; если кто-нибудь и кажется нам благоразумным, то это значит лишь то, что его безрассудства соответствуют его возрасту и положению.

Бесстрашие – это необычная сила души, возносящая ее над замешательством, тревогой и смятением, порождаемыми встречей с серьезной опасностью. Эта сила поддерживает в героях спокойствие и помогает им сохранить ясность ума в самых неожиданных и ужасных обстоятельствах.

Благодарность большинства людей – не что иное, как тайное желание получить побольше выгоды.

Благодарность подобна добросовестности купцов: мы расплачиваемся не потому, что считаем несправедливым не остаться в долгу, а чтобы легче найти потом людей, которые могут нам одолжить.

Благоразумие и любовь не созданы друг для друга: по мере того как растет любовь, уменьшается благоразумие.

Боится презрения лишь тот, кто его заслуживает.

Большая часть молодежи думает, что она естественна, когда она бывает лишь невежлива и груба.

Большинство женщин сдается не потому, что сильна их страсть, а потому, что велика их слабость. Вот почему обычно имеют такой успех предприимчивые мужчины, хотя они отнюдь не самые привлекательные.

Большинство людей отвечает не на чужие суждения, а на собственные мысли.

Большинство честных женщин – это закрытые клады, которые целы только потому, что их никто не искал.

Большое несчастье – принять услугу от подлеца.

Бывает такая любовь, которая в высшем своем проявлении не оставляет места для ревности.

Бывают в жизни положения, выпутаться из которых можно только с помощью изрядной доли безрассудства.

Бывают слезы, обманывающие нас самих после того, как они уже обманули других.

Бывают удачные браки, но не бывает браков упоительных.

Быть молодой, но некрасивой так же неутешительно для женщины, как быть красивой, но немолодой.

В дружбе, как и в любви, чаще доставляет счастье то, чего мы не знаем, нежели то, что нам известно.

В звуке голоса, в глазах и во всем облике говорящего заключено не меньше красноречия, чем в выборе слов.

В конце любви, как и в конце жизни, еще живут для страданий, но не для наслаждений.

В любви мы зачастую более бываем счастливы тем, чего не ведаем, нежели тем, что знаем.

В любви обман почти всегда заходит дальше недоверия.

В любовных приключениях есть все что угодно, кроме любви.

В людях не так смешны те качества, которыми они обладают, как те, на которые они претендуют.

В нашем уме больше лени, чем в нашем теле.

В невзгодах наших лучших друзей мы всегда находим нечто даже приятное для себя.

В особенно смешное положение ставят себя те старые женщины, которые помнят, что когда-то были привлекательны, но забыли, что давно уже утратили былое очарование.

В повседневной жизни наши недостатки кажутся порою более привлекательными, чем наши достоинства.

В ревности одна доля любви и девяносто девять долей самолюбия.

В речи и в глазах и выражении лица оратора должно быть столько же красноречия, сколько в его подборе слов.

В свете иной раз высоко ценят людей, все достоинства которых сводятся к порокам, приятным в повседневной жизни.

В серьезных делах следует заботиться не столько о том, чтобы создавать благоприятные возможности, сколько о том, чтобы их не упускать.

В существе каждой страсти лежит несправедливость и своекорыстие, почему очень опасно доверяться страстным порывам даже тогда, когда они кажутся наиболее искренними.

В то время как люди умные умеют выразить многое в немногих словах, люди ограниченные, напротив, обладают способностью много говорить – и ничего не сказать.

В характере человека больше изъянов, чем в его уме.

В человеческом сердце происходит непрерывная смена страстей, и угасание одной из них почти всегда означает торжество другой.

Вежливость – это желание всегда встречать вежливое обращение и слыть обходительным человеком.

Великие дела, которыми люди хвастаются, редко бывают следствием глубокомысленных планов; всё решает простой случай.

Великие исторические деяния, ослепляющие нас своим блеском и толкуемые политиками как следствие великих замыслов, чаще всего являются плодом игры прихотей и страстей.

Великие мысли происходят от великих чувств.

Великодушие всем пренебрегает, чтобы всем завладеть.

Великодушие – это благородное усилие гордости, с помощью которого человек овладевает собой, тем самым овладевая и окружающим.

Величавость – это непостижимая уловка тела, изобретенная для того, чтобы скрыть недостатки ума.

Величайшее чудо любви в том, что она излечивает от кокетства.

Величайший подвиг дружбы не в том, чтобы показать другу наши недостатки, а в том, чтобы открыть ему глаза на его собственные.

Величием духа отличаются не те люди, у которых меньше страстей и больше добродетелей, чем у людей обыкновенных, а лишь те, у кого поистине великие замыслы.

Вернейший признак высоких добродетелей – от самого рождения не знать зависти.

Вернейший способ быть обманутым – это считать себя хитрее других.

Верность, которую удается сохранить только ценой больших усилий, ничуть не лучше измены.

Верный способ быть обманутым – это считать себя хитрее других.

Ветер задувает свечу, но раздувает костер.

Видимость добродетели приносит своекорыстию не меньшую пользу, чем порок.

Влюбленная женщина скорее простит большую нескромность, нежели маленькую неверность.

Влюбленные потому только не скучают друг с другом, что всегда говорят только о себе.

Воздавать должное своим достоинствам наедине с собой столь же разумно, сколь смехотворно превозносить их в присутствии других.

Впервые вступая в свет, молодые люди должны быть застенчивы или даже неловки: уверенность и непринужденность манер обычно оборачиваются наглостью.

Все бурные страсти не к лицу женщинам, но менее других им не к лицу любовь.

Все жалуются на недостаточность своей памяти, но никто еще не пожаловался на нехватку здравого смысла.

Все любят разгадывать других, но никто не любит быть разгаданным.

Все мы обладаем достаточной долей христианского терпения, чтобы переносить страдания… других людей.

Все расхваливают свою доброту, но никто не решается похвалить свой ум.

Все страсти вообще заставляют нас делать ошибки, но самые смешные из них заставляет нас делать любовь.

Всё, что перестает удаваться, перестает и привлекать.

Всецело предаться одному пороку нам обычно мешает лишь то, что у нас их несколько.

Встречаются глупые люди и при уме, но нет таковых при рассудке.

Высшая доблесть состоит в том, чтобы совершать в одиночестве то, на что люди обычно отваживаются лишь в присутствии многих свидетелей.

Высшая ловкость состоит в том, чтобы всему знать истинную цену.

Высшее здравомыслие наименее здравомыслящих людей состоит в умении покорно следовать разумной указке других.

Где конец добру, там начало злу, а где конец злу, там начало добру.

Где надежда, там и боязнь: боязнь всегда полна надежды, надежда всегда полна боязни.

Глупец не может быть добрым: для этого у него слишком мало мозгов.

Глупость сопровождает нас всю жизнь. Если кто и кажется разумным, то потому только, что его глупость строго соразмерна с его возрастом и положением.

Глупые люди могут иной раз проявить ум, но к здравому суждению они неспособны.

Говорить всего труднее как раз тогда, когда стыдно молчать.

Голова всегда бывает обманута сердцем.

Гордость свойственна всем людям: разница лишь в том, где и когда они ее проявляют.

Гордость, заставляющая нас порицать недостатки, которых, как нам кажется, у нас нет, велит нам также презирать и отсутствующие у нас достоинства.

Гордость часто разжигает в нас зависть, и та же самая гордость нередко помогает нам с ней справиться.

Горячность, которая с годами все возрастает, уже граничит с безрассудством.

Громкое имя не возвеличивает, а лишь унижает того, кто не умеет носить его с честью.

Даже самые бурные страсти порою дают нам передышку, и только тщеславие терзает нас неотступно.

Даже самые разумные люди разумны лишь в несущественном; в делах значительных разум обычно им изменяет.

Дальновидный человек должен определить место для каждого из своих желаний и затем осуществлять их по порядку. Наша жадность часто нарушает этот порядок и заставляет нас преследовать одновременно такое множество целей, что в погоне за пустяками мы упускаем существенное.

Дают советы, но не дают разума ими воспользоваться.

Для того чтобы воспользоваться хорошим советом со стороны, подчас требуется не меньше ума, чем для того, чтобы подать хороший совет самому себе.

Добродетели теряются в своекорыстии, как реки в море.

Добродетели – это чаще всего искусно переряженные пороки.

Добродетель не достигала бы таких высот, если бы ей в пути не помогало тщеславие.

Доброжелательность, с которой люди порою приветствуют тех, кто впервые вступает в свет, обычно бывает вызвана тайной завистью к тем, кто уже давно занимает в нем прочное положение.

Долговечность наших страстей не более зависит от нас, чем долговечность жизни.

Достойно вести себя, когда судьба благоприятствует, труднее, чем когда она враждебна.

Если бы мы не льстили себе сами, нас не портила бы чужая лесть.

Если бы нас не одолевала гордость, мы не жаловались бы на гордость других.

Если бы не было вовсе недостатков у нас самих, мы не подмечали бы их с таким удовольствием у других.

Если вы хотите иметь врагов, то превосходите ваших друзей; но если вы хотите иметь друзей, то пусть ваши друзья превосходят вас.

Если кто-нибудь сделает нам добро, мы обязаны терпеливо сносить и причиняемое этим человеком зло.

Если мы решили никогда не обманывать других, они то и дело будут обманывать нас.

Если мы умеем противостоять своим страстям, то обычно не потому, что мы сильны, а потому, что слабы эти страсти.

Если судить о любви по обычным ее проявлениям, она больше похожа на вражду, чем на дружбу.

Если у тебя широкие плечи, крепкие жилы и здоровый бас, если ты – весельчак, хвастун, а иногда и негодяй – ты можешь рассчитывать на расположение людей, они будут называть тебя титаном, гением и Бог знает чем.

Если хотите нравиться другим, надо говорить о том, что они любят и что их трогает, избегать споров о вещах, им безразличных, редко задавать вопросы и никогда не давать повода думать, что вы умнее.

Есть глупцы, которые сознают свою глупость и ловко ею пользуются.

Есть люди, в дурные дела которых невозможно поверить, пока не убедишься собственными глазами. Однако нет таких людей, дурным делам которых стоило бы удивляться после того, как мы в них уже убедились.

Есть люди, все достоинства которых основаны на способности уместно говорить и делать глупости; если бы они изменили поведение, всё было бы испорчено.

Есть люди, которым идут пороки, и другие, которых безобразят даже добродетели.

Есть люди столь ветреные и легковесные, что у них не может быть ни крупных недостатков, ни подлинных достоинств.

Есть люди, столь поглощенные собой, что, влюбившись, они ухитряются больше думать о собственной любви, чем о предмете своей страсти.

Жажда славы, боязнь позора, погоня за богатством, желание устроить жизнь удобно и приятно, стремление унизить других – вот что нередко лежит в основе доблести, столь превозносимой людьми.

Желание вызвать жалость или восхищение – вот что нередко составляет основу нашей откровенности.

Желание прослыть ловким человеком нередко мешает стать ловким в действительности.

Женщина долго хранит верность первому своему любовнику, если только не берет второго.

Женщине легче не изменять совсем, чем изменить только один-единственный раз.

Женщине легче преодолеть свою страсть, нежели свое кокетство.

Женщины в большинстве своем оттого так безразличны к дружбе, что она кажется им пресной в сравнении с любовью.

Женщины не сознают всей беспредельности своего кокетства.

За отвращением ко лжи нередко кроется затаенное желание придать вес нашим утверждениям и внушить благоговейное доверие к нашим словам.

Зависть есть такая низкая и трусливая страсть, что в ней признаться не смеет никто.

Зависть еще непримиримее, чем ненависть.

Зло, которое мы причиняем, навлекает на нас меньше ненависти и преследований, чем наши достоинства.

Изысканность ума – умение тонко льстить.

Изящество для тела – это то же, что здравый смысл для ума.

Иногда достаточно быть грубым, чтобы избегнуть ловушки хитреца.

Иногда людям кажется, что они ненавидят лесть, в то время как им ненавистна лишь та или иная ее форма.

Иной раз нам не так мучительно покориться принуждению окружающих, как самим к чему-то себя принудить.

Иной раз прекрасные творения более привлекательны, когда они несовершенны, чем когда слишком законченны.

Иной раз, проливая слезы, мы ими обманываем не только других, но и самих себя.

Иные люди отталкивают, невзирая на все их достоинства, а другие привлекают при всех их недостатках.

Иные люди похожи на банковские билеты, которые принимаются по курсу, а не по нарицательной их цене.

Иные люди похожи на песенки: они быстро выходят из моды.

Иные люди только потому и влюбляются, что они наслышаны о любви.

Иные недостатки, если ими умело пользоваться, сверкают ярче любых достоинств.

Иные преступления столь громогласны и грандиозны, что мы оправдываем их и даже прославляем: так, обкрадыванье казны мы зовем ловкостью, а несправедливый захват чужих земель именуем завоеванием.

Иные упреки звучат как похвала, зато иные похвалы хуже злословия.

Искренность – это откровенность, которой обладают далеко не многие люди; искренность, которую обычно видно, чаще всего является проявлением хитрости для того, чтобы снискать доверие среди окружающих.

Истинная любовь похожа на привидение: все о ней говорят, но мало кто ее видел.

Истинная храбрость проявляется совершением без свидетелей того, что можно было бы сделать перед всем миром.

Истинно благородные люди никогда ничем не кичатся.

Истинно ловкие люди всю жизнь делают вид, что гнушаются хитростью, а на самом деле они просто приберегают ее для исключительных случаев, обещающих исключительную выгоду.

Истинно мягкими могут быть только люди с твердым характером: у остальных же кажущаяся мягкость – это в действительности просто слабость, которая легко превращается в сварливость.

Истинное красноречие – это умение сказать всё, что следует, и только то, что следует.

Истинный друг есть величайшее из благ и вместе с тем то благо, о приобретении которого думают меньше всего.

Исцеляет от ревности только полная уверенность в том, чего мы больше всего боялись, потому что вместе с нею приходит конец или нашей любви, или жизни; что и говорить, лекарство жестокое, но менее жестокое, чем недоверие и подозрение.

К старости недостатки ума становятся все заметнее, как и недостатки внешности.

Каждый человек, кем бы он ни был, старается напустить на себя такой вид и надеть такую личину, чтобы его приняли за того, кем он хочет казаться; поэтому можно сказать, что общество состоит из одних только личин.

Как бы мало мы ни доверяли нашим собеседникам, нам все же кажется, что с нами они искреннее, чем с кем бы то ни было.

Как бы мы ни старались скрыть наши страсти под личиной благочестия и добродетели, они всегда проглядывают сквозь этот покров.

Как бы ни был проницателен человек, ему не постигнуть всего зла, которое он творит.

Как бы ни кичились люди величием своих деяний, последние часто бывают следствием не великих замыслов, а простой случайности.

Как великим умам свойственно многое давать в нескольких словах, так маленькие умы, напротив, обладают даром много говорить и ничего не сказать.

Как естественна и вместе с тем как обманчива вера человека в то, что он любим!

Как мало на свете стариков, владеющих искусством быть стариками!

Как ни приятна любовь, все же ее внешние проявления доставляют нам больше радости, чем она сама.

Как ни редка настоящая любовь, настоящая дружба еще реже.

Как ни склонны люди к неправильным суждениям, все же несправедливость к подлинным достоинствам они проявляют реже, чем благосклонность к мнимым.

Как раз те люди, которые во что бы то ни стало хотят всегда быть правыми, чаще всего бывают неправы.

Как только дурак похвалит нас, он уже не кажется так глуп.

Как часто люди пользуются своим умом для совершения глупостей.

Какими бы преимуществами природа ни наделила человека, создать из него героя она может, лишь призвав на помощь судьбу.

Каких только похвал не возносят благоразумию! Однако оно не способно уберечь нас даже от ничтожнейших превратностей судьбы.

Какой жалости достойна женщина, истинно любящая и при том добродетельная!

Когда великие люди наконец сгибаются под тяжестью длительных невзгод, они этим показывают, что прежде их поддерживала не столько сила духа, сколько сила честолюбия, и что герои отличаются от обыкновенных людей только бо€льшим тщеславием.

Когда женщина влюбляется впервые, она любит своего любовника, в дальнейшем она любит уже только любовь.

Когда женщина оплакивает своего возлюбленного, это чаще всего говорит не о том, что она его любила, а о том, что она хочет казаться достойной любви.

Когда люди уклоняются от похвал, это говорит не столько об их скромности, сколько о желании услышать более утонченную похвалу.

Когда мы радуемся или печалимся, наши чувства соразмерны не столько удачам или бедам, доставшимся нам на долю, сколько нашей способности чувствовать.

Когда нам удается надуть других, они редко кажутся нам такими дураками, какими кажемся мы самим себе, когда другим удается надуть нас.

Когда пороки покидают нас, мы стараемся уверить себя, что это мы покинули их.

Когда судьба возносит нас сразу на такую высоту, о которой мы не могли и мечтать, то почти всегда оказывается, что мы не в состоянии достойно держать себя в новом положении.

Когда человек любит, он часто сомневается в том, во что больше всего верит.

Кокетки притворяются, будто ревнуют своих любовников, желая скрыть, что они просто завидуют другим женщинам.

Кокетство – это основа характера всех женщин, только не все пускают его в ход, ибо у некоторых оно сдерживается боязнью или рассудком.

Корысть говорит на всех языках и играет любые роли, в том числе и роль бескорыстия.

Красноречие – это умение сказать всё, что нужно, и не больше, чем нужно.

Крушение всех надежд человека приятно и его друзьям, и недругам.

Кто никогда не совершал безрассудств, тот не так мудр, как ему кажется.

Кто очень сильно любит, тот долго не замечает, что он-то уже не любим.

Кто привык быть неискренним с другими, тот в конце концов перестает быть искренним с собой.

Кто слишком усерден в малом, обычно становится неспособным к великому.

Кто стремится всегда жить на виду у благородных людей, тот поистине благородный человек.

Куда несчастнее тот, кому никто не нравится, чем тот, кто не нравится никому.

Куда полезнее изучать не книги, а людей.

Легкое поведение – это наименьший недостаток женщин, известных своим легким поведением.

Легче быть мудрым для других, чем для себя.

Легче отказаться от выгоды, чем от пристрастия.

Легче познать людей вообще, чем одного человека в частности.

Легче полюбить, когда никого не любишь, чем разлюбить, уже полюбив.

Легче пренебречь выгодой, чем отказаться от прихоти.

Леность – самая безотчетная из всех наших страстей. Хотя могущество ее неощутимо, а ущерб, наносимый ею, глубоко скрыт от наших глаз, нет страсти более пылкой и зловредной. Если мы внимательно присмотримся к ее влиянию, то убедимся, что она неизменно ухитряется завладеть нашими чувствами, желаниями и наслаждениями. В ленивом покое душа черпает тайную усладу, ради которой мы тут же забываем о самых горячих упованиях и самых твердых намерениях. Наконец, чтобы дать истинное представление об этой страсти, добавим, что леность – это такой сладкий мир души, который утешает ее во всех утратах и заменяет все блага.

Лень есть тот из наших пороков, с которым мы легче всего миримся.

Лень – изо всех наших пороков единственный, в котором мы охотно сознаемся.

Лень – как бы блаженство души, которое утешает ее во всех ее утратах и служит ей заменой всех благ.

Лень незаметно подтачивает и разрушает наши стремления и достоинства.

Лесть – это фальшивая монета, находящаяся в обращении только благодаря нашему тщеславию.

Лицемерие – это дань уважения, которую порок платит добродетели.

Лишены прозорливости не те люди, которые не достигают цели, а те, которые проходят мимо нее.

Ложь иной раз так ловко прикидывается истиной, что не поддаться обману значило бы изменить здравому смыслу.

Лучше смеяться, не будучи счастливым, чем умереть, не посмеявшись.

Любая страсть толкает на ошибки, но на самые глупые толкает любовь.

Любовники берут друг с друга клятвы чистосердечно признаться в наступившем охлаждении не столько потому, что хотят немедленно узнать о нем, сколько потому, что, не слыша такого признания, они еще тверже убеждаются в неизменности взаимной любви.

Любовники начинают видеть недостатки своих любовниц, лишь когда их увлечению приходит конец.

Любовники только потому никогда не скучают друг с другом, что они всё время говорят о себе.

Любовь во всем подобна жизни: они обе подвержены тем же возмущениям, тем же переменам.

<Любовь> для души – это жажда властвовать, для ума – внутреннее сродство, а для тела – скрытое и утонченное желание обладать, после многих околичностей, тем, что любишь.

Любовь одна, но подделок под нее – тысячи.

Любовь, подобно огню, не знает покоя: она перестает жить, как только перестает надеяться или бояться.

Любовь правильнее всего сравнить с горячкой: тяжесть и длительность и той, и другой нимало не зависят от нашей воли.

Любовь прикрывает своим именем самые разнообразные человеческие отношения, будто бы связанные с нею, хотя на самом деле она участвует в них не более, чем дож в событиях, происходящих в Венеции.

Любой наш недостаток более простителен, чем уловки, на которые мы идем, чтобы его скрыть.

Люди безутешны, когда их обманывают враги или предают друзья, но они нередко испытывают удовольствие, когда обманывают или предают себя сами.

Люди большого ума всё замечают и ни на что не обижаются.

Люди, верящие в свои достоинства, считают долгом быть несчастными, дабы убедить таким образом и других и себя в том, что судьба еще не воздала им по заслугам.

Люди делают добро часто лишь для того, чтобы обрести возможность безнаказанно творить зло.

Люди заблуждаются по-разному. Одни знают о своих заблуждениях, но тщатся доказать, что никогда не заблуждаются. Другие, более простосердечные, заблуждаются чуть ли не с рождения, но не подозревают об этом и все видят в превратном свете. Тот все верно понимает умом, но подвержен заблуждениям вкуса, этот поддается заблуждениям ума, но вкус редко ему изменяет; существуют, наконец, люди с ясным умом и отменным вкусом, но таких мало, потому что, вообще говоря, вряд ли есть на свете человек, чей ум или вкус не таил бы какого-нибудь изъяна. Людские заблуждения потому так повсеместны, что свидетельства наших чувств, равно как и вкуса, неточны и противоречивы. Мы видим окружающее не совсем таким, каково оно на самом деле, ценим его дороже или дешевле, чем оно того стоит, связываем с собой не так, как, с одной стороны, подобает ему, а с другой – нашим склонностям и положению. Этим и объясняются бесконечные заблуждения ума и вкуса. Человеческому самолюбию льстит все, что предстает перед ним в облике добродетели, но так как на наше тщеславие или воображение действуют различные ее воплощения, то мы предпочитаем выбирать в качестве образца лишь общепринятое или нетрудное. Мы подражаем другим людям, не задумываясь над тем, что одно и то же чувство пристало отнюдь не всем и что отдаваться ему надобно лишь в той мере, в какой оно нам подобает.

Люди злословят обычно не столько из желания навредить, сколько из тщеславия.

Люди кокетничают, когда делают вид, будто им чуждо любое кокетство.

Люди, которых мы любим, почти всегда более властны над нашей душой, нежели мы сами.

Люди не знали бы удовольствия в жизни, если бы никогда себе не льстили.

Люди не любят хвалить и никогда не хвалят бескорыстно. Похвала – это искусная, скрытая, изящная лесть, приятная и тому, кто льстит, и тому, кому льстят: один принимает ее как награду за свои достоинства, другой преподносит, чтобы доказать свою справедливость и проницательность.

Люди не могли бы жить в обществе, если бы не водили друг друга за нос.

Люди не могут утешаться, когда их обманут враги или изменят им друзья; но когда они обманывают сами себя, они бывают порой довольны.

Люди не только забывают благодеяния и обиды, но даже склонны ненавидеть своих благодетелей и прощать обидчиков. Необходимость отблагодарить за добро и отомстить за зло кажется им рабством, которому они не желают покоряться.

Люди недалекие обычно осуждают всё, что выходит за пределы их кругозора.

Люди независтливые встречаются еще реже, чем бескорыстные.

Люди никогда не бывают ни безмерно хороши, ни безмерно плохи.

Люди обычно называют дружбой совместное времяпрепровождение, взаимную помощь в делах, обмен услугами – одним словом, такие отношения, где себялюбие надеется что-нибудь выгадать.

Люди охотно молчат, если тщеславие не побуждает их говорить.

Люди порицают порок и превозносят добродетель только из своекорыстия.

Люди потому так охотно верят дурному, не стараясь вникнуть в суть дела, что они тщеславны и ленивы. Им хочется найти виновных, но они не желают утруждать себя разбором совершённого проступка.

Люди предпочитают говорить о себе дурное, чем совсем не говорить о себе.

Люди редко бывают достаточно разумны, чтобы предпочесть полезное порицание опасной похвале.

Люди скорее согласятся себя чернить, нежели молчать о себе.

Люди слабохарактерные не способны быть искренними.

Люди упрямо не соглашаются с самыми здравыми суждениями не по недостатку проницательности, а из-за избытка гордости: они видят, что первые ряды в правом деле разобраны, а последние им не хочется занимать.

Люди хвалят или бранят чаще всего то, что принято хвалить или бранить.

Люди часто возвышаются над другими людьми совершенно независимо от судьбы: для этого достаточно обладать наружностью, выгодно отличающей нас от других.

Люди часто изменяют любви ради честолюбия, но потом уже никогда не изменяют честолюбию ради любви.

Люди часто похваляются самыми преступными страстями, но в зависти, страсти робкой и стыдливой, никто не смеет признаться.

Люди, чересчур предавшиеся маленьким делам, обычно становятся неспособными совершать большие.

Людям, видно, мало своих недостатков: они еще умножают их всевозможными чудачествами, которыми словно бы даже гордятся; эти странности, взращенные с таким усердием, становятся в конце концов природными недостатками, и отделаться от них уже невозможно.

Мало на свете женщин, достоинства которых пережили бы их красоту.

Мелочные умы имеют дар говорить много и не сказать ничего.

Мельчайшую неверность в отношении нас мы судим куда суровее, чем самую коварную измену в отношении других.

Милосердие, которое возвели в добродетель, практикуется частью из тщеславия, иногда вследствие праздности, порой из страха и почти всегда под влиянием всех трех побуждений одновременно.

Милосердие сильных мира сего – чаще всего лишь хитрая политика, цель которой – завоевать любовь народа.

Миром правят судьба и прихоть.

Мнение наших врагов гораздо ближе к истине о нас, чем наши собственные мнения.

Многие люди, подобно растениям, наделены скрытыми свойствами; обнаружить их может только случай.

Многие никогда бы не влюбились, если бы не были наслышаны о любви.

Многие презирают жизненные блага, но почти никто не способен ими поделиться.

Множество людей с изрядными достоинствами тем не менее неприятны, множество людей с достоинствами куда меньшими всем нравятся.

Модница всегда влюблена в самое себя.

Может ли человек с уверенностью сказать, чего он захочет в будущем, если он не способен понять, чего ему хочется сейчас?

Можно встретить женщину, не имевшую любовников, но трудно встретить женщину, имевшую только одного любовника.

Можно дать другому разумный совет, но нельзя научить его разумному поведению.

Можно сказать, что пороки ждут нас на жизненном пути, как хозяева постоялых дворов, у которых приходится поочередно останавливаться, и я не думаю, чтобы опыт помог нам их избегнуть, даже если бы нам было дано пройти этот путь вторично.

Молва припоминает женщине ее первого любовника обычно лишь после того, как она завела себе второго.

Мудрец счастлив, довольствуясь немногим, а глупцу всего мало: вот почему почти все люди несчастны.

Мудрость для души – то же, что здоровье для тела.

Мудрый человек понимает, что проще воспретить себе увлечение, чем потом с ним бороться.

Мы браним себя только для того, чтобы нас похвалили.

Мы всегда любим тех, кто восхищается нами, но не всегда любим тех, кем восхищаемся мы.

Мы всего боимся, как и положено смертным, и всего хотим, как будто награждены бессмертием.

Мы вступаем в различные возрасты нашей жизни, точно новорожденные, не имея за плечами никакого опыта, сколько бы нам ни было лет.

Мы легко забываем наши ошибки, если они никому, кроме нас, не известны.

Мы можем казаться значительными, занимая положение, которое ниже наших достоинств, но мы нередко кажемся ничтожными, занимая положение, слишком для нас высокое.

Мы не можем вторично полюбить тех, кого однажды действительно разлюбили.

Мы нередко относимся снисходительно к тем, кто тяготит нас, но никогда не бываем снисходительны к тем, кто тяготится нами.

Мы ничего не раздаем с такой щедростью, как советы.

Мы обещаем соразмерно нашим расчетам, а выполняем обещанное соразмерно нашим опасениям.

Мы порою восхваляем доблести одного человека, чтобы унизить другого.

Мы потому возмущаемся людьми, которые с нами лукавят, что они считают себя умнее нас.

Мы потому так непостоянны в дружбе, что трудно познать свойства души человека и легко познать свойства его ума.

Мы презираем не тех, у кого есть пороки, а тех, у кого нет никаких добродетелей.

Мы расточаем похвалы только затем, чтобы извлечь потом из них выгоду.

Мы редко до конца понимаем, чего мы в действительности хотим.

Мы сознаемся в своих недостатках только под давлением тщеславия.

Мы способны любить только то, без чего не можем обойтись; таким образом, жертвуя собственными интересами ради друзей, мы просто следуем своим вкусам и склонностям. Однако именно эти жертвы делают дружбу подлинной и совершенной.

Мы считаем здравомыслящими лишь тех людей, которые во всем с нами согласны.

Мы так привыкли притворяться перед другими, что под конец начинаем притворяться перед собой.

Мы хвалим других обычно лишь для того, чтобы услышать похвалу себе.

Мы часто клеймим чужие недостатки, но редко, пользуясь их примером, исправляем свои.

Мы часто убеждаем себя в том, что действительно любим людей, стоящих над нами; между тем такая дружба вызвана одним лишь своекорыстием: мы сближаемся с этими людьми не ради того, что хотели бы им дать, а ради того, что хотели бы от них получить.

На каждого человека, как и на каждый поступок, следует смотреть с определенного расстояния. Иных можно понять, рассматривая их вблизи, другие же становятся понятными только издали.

На свете мало порядочных женщин, которым не опостылела бы их добродетель.

Надежда, как она ни обманчива, все же служит и тому, чтобы довести нашу жизнь до конца по приятной стезе.

Надо уклоняться от споров о предметах несущественных, не злоупотреблять вопросами, большей частью бесполезными, никогда не показывать, что себя мы считаем умнее прочих, и охотно предоставлять другим окончательное решение.

Нам дарует радость не то, что нас окружает, а наше отношение к окружающему, и мы бываем счастливы, обладая тем, что любим, а не тем, что другие считают достойным любви.

Нам легче полюбить тех, кто нас ненавидит, нежели тех, кто любит сильнее, чем нам желательно.

Нам нравится наделять себя недостатками, противоположными тем, которые присущи нам на самом деле: слабохарактерные люди, например, любят хвастаться упрямством.

Нам почти всегда скучно с теми людьми, с которыми не полагается скучать.

Нам приятнее видеть не тех людей, которые нам благодетельствуют, а тех, кому благодетельствуем мы.

Нам следовало бы удивляться только нашей способности чему-нибудь еще удивляться.

Нам трудно поверить тому, что лежит за пределами нашего кругозора.

Нас мучит не столько жажда счастья, сколько желание прослыть счастливцами.

Насколько преступление легче находит себе покровителей, нежели невинность!

Насмешка бывает часто признаком скудности ума; она является на помощь, когда недостает хороших доводов.

Насмешливость – одно из самых привлекательных, равно как и самых опасных свойств ума. Остроумная насмешка неизменно забавляет людей, но так же неизменно они побаиваются того, кто слишком часто к ней прибегает.

Настоящая дружба не знает зависти, а настоящая любовь – кокетства.

Начало и конец любви имеют одинаковый признак: любящим неловко оставаться наедине.

Наша гордость часто возрастает за счет недостатков, которые нам удалось преодолеть.

Наша жадность заставляет нас преследовать одновременно такое множество целей, что в погоне за пустяками мы упускаем существенное.

Наша зависть всегда долговечнее чужого счастья, которому мы завидуем.

Наша искренность в немалой доле вызвана желанием поговорить о себе и выставить свои недостатки в благоприятном свете.

Наше раскаяние – это обычно не столько сожаление о зле, которое совершили мы, сколько боязнь зла, которое могут причинить нам в ответ.

Наше самолюбие больше страдает, когда порицают наши вкусы, чем когда осуждают наши взгляды.

Нашей полной откровенности с друзьями мешает обычно не столько недоверие к ним, сколько недоверие к самим себе.

Наши благодеяния – вернейший путь возбуждения ненависти в тех, кого мы облагодетельствовали.

Наши враги в суждениях о нас гораздо ближе к истине, чем мы сами.

Наши поступки не столь хороши и не столь порочны, как наши желания.

Наши прихоти куда причудливее прихотей судьбы.

Наши страсти часто являются порождением других страстей, прямо им противоположных: скупость порой ведет к расточительности, а расточительность – к скупости; люди нередко стойки по слабости характера и отважны из трусости.

Не будь у нас недостатков, нам было бы не так приятно подмечать их у ближних.

Не в нашей воле полюбить или разлюбить, поэтому ни любовник не вправе жаловаться на ветреность своей любовницы, ни она – на его непостоянство.

Не всякий человек, познавший глубины своего ума, познал глубины своего сердца.

Не давая нашим друзьям заглянуть в самую глубину нашего сердца, мы это делаем не столько из недоверия к ним, сколько из недоверия к самим себе.

Не доброта, а гордость обычно побуждает нас читать наставления людям, совершившим проступки; мы укоряем их не столько для того, чтобы исправить, сколько для того, чтобы убедить в нашей собственной непогрешимости.

Не замечать охлаждения людей – значит мало ценить их дружбу.

Не может быть порядка в уме и сердце женщины, если ее темперамент с ними не в ладу.

Не следует обижаться на людей, утаивших от нас правду: мы и сами постоянно утаиваем ее от себя.

Не так благотворна истина, как зловредна ее видимость.

Невелика беда – услужить неблагодарному, но большое несчастье – принять услугу от подлеца.

Неверность должна была бы убивать любовь, а не следовало бы ревновать тогда, когда к этому есть основания: ревности достоин лишь тот, кто старается ее не вызывать.

Невозмутимость мудрецов – это всего лишь умение скрывать свои чувства в глубине сердца.

Недостатки ума, как и недостатки внешности, с возрастом усугубляются.

Недоступность женщин – это один из их нарядов и уборов для увеличения своей красоты.

Неизменно творить добро нашим ближним мы можем лишь в том случае, когда они полагают, что не смогут безнаказанно причинять нам зло.

Некоторые люди настолько легкомысленны и пусты, что настоящие пороки им так же чужды, как и солидные добродетели.

Нелегко отличить неопределенное и равно ко всем относящееся благорасположение от хитроумной ловкости.

Нелегко разглядеть, чем вызван честный, искренний, благородный поступок – порядочностью или дальновидным расчетом.

Ненависть и лесть – это подводные камни, о которые разбивается истина.

Ненависть к людям, попавшим в милость, вызвана жаждой этой самой милости. Досада на ее отсутствие смягчается и умиротворяется презрением ко всем, кто ею пользуется; мы отказываем им в уважении, ибо не можем отнять того, что привлекает к ним уважение всех окружающих.

Непомерная скупость почти всегда ошибается в своих расчетах: она чаще, чем все другие страсти, уходит от цели, к которой стремится, и оказывается во власти настоящего в ущерб будущему.

Неправ тот, кто считает, будто ум и проницательность – различные качества. Проницательность – это просто особенная ясность ума, благодаря которой он добирается до сути вещей, отмечает всё, достойное внимания, и видит невидимое другим. Таким образом, всё, приписываемое проницательности, является лишь следствием необычайной ясности ума.

Нередко женщины, нисколько не любя, все же воображают, будто они любят: увлечение интригой, естественное желание быть любимой, подъем душевных сил, вызванный приключением, и боязнь обидеть отказом – все это приводит их к мысли, что они страстно влюблены, хотя в действительности всего лишь кокетничают.

Несравненно легче подавить первое желание, чем удовлетворить все последующие.

Нет вернее средства разжечь в другом страсть, чем самому хранить холод.

Нет глупцов более несносных, чем те, которые не совсем лишены ума.

Нет качества более редкого, чем истинная доброта: большинство людей, считающих себя добрыми, только снисходительны или слабы.

Нет некрасивых женщин, есть только женщины, не умеющие быть красивыми.

Нет ничего глупее желания всегда быть умнее всех.

Нет таких людей, которые, перестав любить, не начали бы стыдиться прошедшей любви.

Нет такого несчастного случая, из которого ловкие люди не извлекли бы какую-либо для себя выгоду, нет такого счастливого случая, который люди неосторожные не обратили бы себе во вред.

Ни в одной страсти себялюбие не царит так безраздельно, как в любви; люди всегда готовы принести в жертву покой любимого существа, лишь бы сохранить свой собственный.

Ни один льстец не льстит так искусно, как себялюбие.

Никакое притворство не может долго скрывать любовь, когда она есть, или изображать, когда ее нет.

Никто так не торопит других, как лентяи: ублажив свою лень, они хотят казаться усердными.

Ничто так не льстит нашему самолюбию, как доверие великих мира сего; мы принимаем его как дань нашим достоинствам, не замечая, что обычно оно вызвано тщеславием или неспособностью хранить тайну.

Ничто так не мешает естественности, как желание казаться естественным.

Нужно иметь большой ум, чтобы уметь не показывать своего умственного превосходства.

О всех наших добродетелях можно сказать то же, что некий итальянский поэт сказал о порядочных женщинах: чаще всего они просто умеют прикидываться порядочными.

О достоинствах человека нужно судить не по его хорошим качествам, а по тому, как он ими пользуется.

Обычно счастье приходит к счастливому, а несчастье – к несчастному.

Ограниченность нашего ума приводит к упрямству, мы неохотно верим тому, что выходит за пределы нашего кругозора.

Одинаково трудно угодить и тому, кто любит очень сильно, и тому, кто уже совсем не любит.

Одна из причин того, что умные и приятные собеседники так редки, заключается в обыкновении большинства людей отвечать не на чужие суждения, а на собственные мысли. Тот, кто похитрее и пообходительнее, пытается изобразить на своем лице внимание, но его глаза и весь облик выдают отсутствие интереса к тому, что говорит другой, и нетерпеливое желание вернуться к тому, что намерен сказать он сам. Мало кто понимает, что такое старание угодить себе – плохой способ угодить другому или убедить его, и что только умея слушать и отвечать, можно быть хорошим собеседником.

Одним людям идут их недостатки, а другим даже достоинства не к лицу.

Одних своекорыстие ослепляет, другим открывает глаза.

Опаснее всего те злые люди, которые не совсем лишены доброты.

Отказ от похвалы означает желание быть похваленным дважды.

Отличительный признак большого ума – сказать много в немногих словах: ограниченный ум, наоборот, обладает даром говорить и ничего не сказать.

Отсутствие – это то, что гасит маленькие страсти и усиливает большие.

Ошибается тот, кто думает, что лишь таким бурным страстям, как любовь и честолюбие, удается подчинить себе другие страсти. Самой сильной нередко оказывается бездеятельная леность: завладевая людскими помыслами и поступками, она незаметно подтачивает все их стремления и добродетели.

Ошибки всегда извинительны, когда имеешь силу в них признаться.

Перестав любить, мы радуемся, если нам изменяют, тем самым освобождая нас от необходимости хранить верность.

Подлинно честные люди – это те, кто отлично сознает свои недостатки и открыто признается в них.

Поистине ловок тот, кто умеет скрывать свою ловкость.

Поистине необычайными достоинствами обладает тот, кто сумел заслужить похвалу своих завистников.

Пока люди любят, они прощают.

Пока человек в состоянии творить добро, ему не грозит опасность столкнуться с неблагодарностью.

Показная простота – это утонченное лицемерие.

Порой бывают глупцы и при уме; но никогда не бывают такими при рассудке.

Порой кажется, что сам дьявол придумал поставить леность на рубежах наших добродетелей.

Пороки души похожи на раны тела: как бы старательно их ни лечили, они все равно оставляют рубцы и в любую минуту могут открыться снова.

Пороки ждут нас на жизненном пути… и я не думаю, чтобы опыт помог нам их избегнуть, даже если бы нам было дано пройти этот путь вторично.

Порою из дурных качеств складываются великие таланты.

Порою легче стерпеть обман того, кого любишь, чем услышать от него всю правду.

Порядочная женщина – это скрытое от всех сокровище; найдя его, человек разумный не станет им хвалиться.

Порядочный человек может быть влюблен, как безумный, но не как дурак.

Поскольку всех счастливее в этом мире тот, кто довольствуется малым, то власть имущих и честолюбцев надо считать самыми несчастными людьми, потому что для счастья им нужно несметное множество благ.

Посредственность обычно осуждает всё, что превышает ее понимание.

Постоянство в любви бывает двух родов: мы постоянны или потому, что все время находим в любимом человеке новые качества, достойные любви, или же потому, что считаем постоянство долгом чести.

Постоянство в любви – это вечное непостоянство, побуждающее нас увлекаться по очереди всеми качествами любимого человека, отдавая предпочтение то одному из них, то другому; таким образом, постоянство оказывается непостоянством, но ограниченным на одном предмете.

Потеряв надежду обнаружить разум у окружающих, мы уже и сами не стараемся его сохранить.

Почти все люди охотно расплачиваются за мелкие одолжения, большинство бывает признательно за немаловажные, но почти никто не чувствует благодарности за крупные.

Почти все порядочные женщины – это нетронутые сокровища, которые потому и в неприкосновенности, что их никто не ищет.

Почти всегда по отроческим склонностям человека уже ясно, в чем его слабость и что приведет к падению его тело и душу.

Превосходное правило, которым следует руководствоваться в искусстве насмешки и шутки: осмеивать и вышучивать надо так, чтобы осмеянный не мог рассердиться; в противном случае считайте, что шутка не удалась.

Преданность – это в большинстве случаев уловка самолюбия, цель которой – завоевать доверие; это способ возвыситься над другими людьми и проникнуть в важнейшие тайны.

Предательства совершаются чаще всего не по обдуманному намерению, а по слабости характера.

Прелесть новизны и долгая привычка, при всей их противоположности, одинаково мешают нам видеть недостатки наших друзей.

Преувеличивая чужие добродетели, мы отдаем дань не столько им, сколько нашим собственным чувствам; мы ищем похвал себе, делая вид, что хвалим других.

При зарождении любви внешность обольстительна, чувства согласны, человек жаждет нежности и наслаждений, хочет нравиться предмету своей любви, ибо сам от него в восторге, всеми силами стремится показать, как бесконечно он его ценит. Но постепенно чувства, казавшиеся навек неизменными, становятся иными, нет ни прежнего пыла, ни очарования новизны. Красота, играющая столь важную роль в любви, как бы тускнеет или перестает обольщать, и, хотя слово «любовь» все еще не сходит с уст, люди и отношения их уже не те, что были, они пока что верны своим обетам, но только по велению чести, по привычке, по нежеланию признаться себе в собственном непостоянстве. Разве люди могли бы влюбляться, если бы с первого взгляда видели друг друга такими, какими видят по прошествии лет? Или разлучаться, если бы этот первоначальный взгляд остался неизменным? Гордость, почти всегда правящая нашими склонностями и не знающая пресыщения, все время находила бы новые поводы ублажать себя лестью, зато постоянство утратило бы цену, ничего не значило бы для столь безмятежных отношений; нынешние знаки благосклонности были бы не менее пленительны, чем прежние, и память не находила бы между ними никакого различия; непостоянства попросту не существовало бы, и люди любили бы друг друга все с той же пылкостью, ибо у них были бы все те же основания для любви.

Привлекательность при отсутствии красоты – это особого рода симметрия, законы которой нам неизвестны; это скрытая связь между всеми чертами лица, с одной стороны, и чертами лица, красками и общим обликом человека – с другой.

Признаваясь в маленьких недостатках, мы тем самым стараемся убедить окружающих в том, что у нас нет крупных.

Признак истинного достоинства человека в том, что даже его завистники вынуждены его хвалить.

Признательность большинства людей порождена скрытым желанием добиться еще больших благодеяний.

Приличие – это наименее важный из всех законов общества и наиболее чтимый.

Пример заразителен, поэтому все благодетели рода человеческого и все злодеи находят подражателей. Добрым делам мы подражаем из чувства соревнования, дурным же – из врожденной злости, которую опыт сдерживал, а пример выпустил на волю.

Примирение с врагами говорит лишь об усталости от борьбы и о желании занять более выгодную позицию.

Природа в заботе о нашем счастье не только разумно устроила органы нашего тела, но еще подарила нам гордость – видимо, для того, чтобы избавить нас от печального сознания нашего несовершенства.

Притворяясь, будто мы попали в расставленную нам ловушку, мы проявляем поистине утонченную хитрость, потому что обмануть человека легче всего тогда, когда он хочет обмануть нас.

Причинять людям зло большей частью не так опасно, как делать им слишком много добра.

Проницательность придает нам такой всезнающий вид, что она льстит нашему тщеславию больше, чем все прочие качества ума.

Противоположностью добродетели является скорее слабость, чем порок.

Проявить мудрость в чужих делах куда легче, нежели в своих собственных.

Разлука ослабляет легкое увлечение, но усиливает большую страсть, подобно тому как ветер гасит свечу, но раздувает пожар.

Разновидностей тщеславия столько, что и считать не стоит.

Разум всегда является жертвой обмана сердца.

Раскаяние – обычно не столько сожаление о зле, которое совершили мы, сколько боязнь зла, которое могут причинить нам в ответ.

Ревнивая жена порою даже приятна мужу: он хотя бы все время слышит разговоры о предмете своей любви.

Ревность всегда рождается вместе с любовью, но не всегда вместе с нею умирает.

Ревность, недоверие, боязнь наскучить, боязнь оказаться покинутым – эти мучительные чувства столь же неизбежно связаны с угасающей любовью, как болезни – с чересчур долгой жизнью.

Ревность питается сомнениями; она умирает или переходит в неистовство, как только сомнения превращаются в уверенность.

Резвость, увеличивающаяся к старости, недалека от глупости.

Самое большое честолюбие прячется и становится незаметным, как только его притязания наталкиваются на непреодолимые преграды.

Самое причудливое безрассудство бывает обычно порождением самого утонченного разума.

Самолюбие – самый большой льстец.

Самомнение побуждает больше говорить, чем думать.

Самые смелые и самые разумные люди – это те, которые под любыми благовидными предлогами стараются не думать о смерти.

Самый прекрасный подарок, сделанный людям после мудрости, – это дружба.

Своекорыстие говорит на всех языках и разыгрывает любые роли – даже роль бескорыстия.

Себялюбие наше таково, что его не перещеголяет никакой льстец.

Себялюбие – это любовь человека к себе и ко всему, что составляет его благо. Оно побуждает людей обоготворять себя и, если судьба им потворствует, тиранить других; довольство оно находит лишь в себе самом, а на всем постороннем останавливается, как пчела на цветке, стараясь извлечь из него пользу… Море с вечным приливом и отливом волн – вот точный образ себялюбия, неустанного движения его страстей и бурной смены его вожделений.

Серьезность – это поза, принимаемая телом, чтобы скрыть недостатки ума.

Сила и слабость духа – это просто неправильные выражения, в действительности же существует лишь хорошее или плохое состояние органов тела.

Сколько лицемерия в людском обычае советоваться! Тот, кто просит совета, делает вид, что относится к мнению своего друга с почтительным вниманием, хотя в действительности ему нужно лишь, чтобы кто-то одобрил его поступки и взял на себя ответственность за них. Тот же, кто дает советы, притворяется, будто платит за оказанное доверие пылкой и бескорыстной жаждой услужить, тогда как на самом деле обычно рассчитывает извлечь таким путем какую-либо выгоду или снискать почет.

Скромность увеличивает достоинство и извиняет посредственность.

Скрыть наши истинные чувства труднее, чем изобразить несуществующие.

Скупость дальше от бережливости, чем даже расточительность.

Слабость характера нередко утешает нас в таких несчастьях, в каких бессилен утешить разум.

Слабость характера – это единственный недостаток, который невозможно исправить.

Слабохарактерность еще дальше от добродетели, чем порок.

Слава великих людей всегда должна измеряться способами, какими она была достигнута.

Славное имя не возвеличивает, а принижает того, кто не умеет носить его с честью.

Слишком лютая ненависть ставит нас ниже тех, кого мы ненавидим.

Слишком усердное порывание рассчитаться с долгом благодарности есть своего рода неблагодарность.

Случается, однако, что женщины, обладающие красотой блестящей, но лишенной правильности, затмевают своих подлинно прекрасных соперниц. Дело в том, что вкус, выступающий судьей женской красоты, легко поддается предубеждению, к тому же красота самых прекрасных женщин подвержена мгновенным переменам. Впрочем, если менее красивые и затмевают совершенных красавиц, то лишь на короткий срок: просто особенности освещения и расположение духа затуманили подлинную красоту черт и красок, сделав явным то, что привлекательно в одной, и скрыв истинно прекрасное в другой.

Смешное наносит чести больший ущерб, чем само бесчестие.

Смирение нередко оказывается притворной покорностью, цель которой – подчинить себе других; это – уловка гордости, принижающей себя, чтобы возвыситься.

Сострадание – это нередко способность увидеть в чужих несчастиях свои собственные, это предчувствие бедствий, которые могут постигнуть и нас.

Сочувствие врагам, попавшим в беду, чаще всего бывает вызвано не столько добротой, сколько гордостью: мы соболезнуем им для того, чтобы они поняли наше превосходство над ними.

Старея, становишься безумней и мудрей.

Старики любят давать хорошие советы, утешаясь тем, что в своем положении не могут подавать дурные примеры.

Старики потому так любят давать хорошие советы, что уже не способны подавать дурные примеры.

Старость – это тиран, который под знаком смерти запрещает нам все наслаждения юности.

Старые безумцы безумнее молодых.

Страсти – это единственные ораторы, доводы которых всегда убедительны; их искусство рождено как бы самой природой и зиждется на непреложных законах. Поэтому человек бесхитростный, но увлеченный страстью, может убедить скорее, чем красноречивый, но равнодушный.

Страсть часто превращает умного человека в глупца, но не менее часто наделяет дураков умом.

Строгость нрава у женщин – это белила и румяна, которыми они оттеняют свою красоту.

Судьба всё устраивает к выгоде тех, кому она покровительствует.

Судьба выявляет наши достоинства и недостатки, подобно тому как свет – освещаемые им предметы.

Судьба исправляет такие наши недостатки, каких не мог бы исправить даже разум.

Суждения наших врагов о нас ближе к истине, чем наши собственные.

Суть человеческого естества – в движении. Полный покой означает смерть.

Существуют разные лекарства от любви, но нет ни одного надежного.

Счастье и несчастье мы переживаем соразмерно нашему себялюбию.

Счастье и несчастье человека в такой же степени зависят от его нрава, как и от судьбы.

Счастье любви заключается в том, чтобы любить; люди счастливее, когда сами испытывают страсть, чем когда ее внушают.

Твердость характера заставляет людей сопротивляться любви, но в то же время она сообщает этому чувству пылкость и длительность; люди слабые, напротив, легко загораются страстью, но почти никогда не отдаются ей с головой.

Те, кому довелось пережить большие страсти, потом всю жизнь и радуются своему исцелению, и горюют о нем.

Терзания ревности – самые мучительные из человеческих терзаний и к тому же менее всего внушающие сочувствие тому, кто их причиняет.

То, что кажется великодушием, весьма часто только замаскированное честолюбие, презирающее мелкие выгоды, чтобы достигнуть гораздо больших.

То, что люди называют обыкновенно дружбой в сущности, только союз, цель которого обоюдное сохранение выгод и обмен добрыми услугами.

То, что мы принимаем за благородство, нередко оказывается переряженным честолюбием, которое, презирая мелкие выгоды, прямо идет к крупным.

То, что мы принимаем за добродетель, нередко оказывается сочетанием корыстных желаний и поступков, искусно подобранных судьбой или нашей собственной хитростью; так например, порою женщины бывают целомудренны, а мужчины – доблестны совсем не потому, что им действительно свойственны целомудрие и доблесть.

Только у великих людей бывают великие пороки.

Тому, кто не доверяет себе, разумнее всего молчать.

Тот, кого разлюбили, обычно сам виноват, что вовремя этого не заметил.

Тот, кто думает, что может обойтись без других, сильно ошибается; но тот, кто думает, что другие не могут обойтись без него, ошибается еще сильнее.

Тот, кто излечивается от любви первым, всегда излечивается полнее.

Тот, кто не совершает каких-либо глупостей, не настолько мудр, как он думает.

Труднее хранить верность той женщине, которая дарит счастье, нежели той, которая причиняет мучения.

Трудно дать определение любви, о ней можно лишь сказать, что для души это жажда властвовать, для ума – внутреннее сродство, а для тела – скрытое и утонченное желание обладать, после многих околичностей, тем, что любишь.

Трудно завоевать приязнь тому, кто умен всегда на один лад: человек с умом ограниченным быстро наскучивает. Не то важно, чтобы люди шли одним путем или обладали одинаковыми дарованиями, а то, чтобы все они были приятны в общении и так же строго соблюдали лад, как разные голоса и инструменты при исполнении музыкальной пьесы. Маловероятно, чтобы у нескольких человек были одинаковые стремления, но необходимо, чтобы стремления эти хотя бы не противоречили друг другу.

Трудно любить тех, кого мы совсем не уважаем, но еще труднее любить тех, кого уважаем больше, чем самих себя.

Трусы обычно не сознают всей силы своего страха.

Тщеславие заставляет нас поступать противно нашим вкусам гораздо чаще, чем требование разума.

Тщеславие, стыд, а главное, темперамент – вот что обычно лежит в основе мужской доблести и женской добродетели.

У большинства людей любовь к справедливости – это просто боязнь подвергнуться несправедливости.

У всякого чувства есть свойственные лишь ему одному жесты, интонации и мимика; впечатление от них, хорошее или дурное, приятное или неприятное, и служит причиной того, что люди располагают нас к себе или отталкивают.

У людских достоинств, как и у плодов, есть своя пора.

У ревности, как и других страстей, есть свои причуды: люди стараются скрыть, что они ревнуют сейчас, но хвалятся тем, что ревновали когда-то и способны ревновать и впредь.

У человеческих характеров, как и у некоторых зданий, несколько фасадов, причем не все они приятны на вид.

Уверенность в себе составляет основу нашей уверенности в других.

Уверенность и непринужденность манер обычно оборачиваются наглостью.

Увлекаясь в первый раз, женщины любят любовника; в следующих увлечениях они любят любовь.

Уклонение от похвалы – это просьба повторить ее.

Ум всегда в дураках у сердца.

Ум и сердце человека, так же как и его речь, хранят отпечаток страны, в которой он родился.

Ум ограниченный, но здравый в конце концов меньше утомляет нас, чем ум широкий, но путаный.

Ум служит нам порою лишь для того, чтобы смело делать глупости.

Ум у большинства женщин служит не столько для укрепления их благоразумия, сколько для оправдания их безрассудств.

Умение ловко пользоваться посредственными способностями не внушает уважения – и всё же нередко приносит людям больше славы, чем истинные достоинства.

Умеренность в жизни похожа на воздержанность в еде: съел бы еще, да страшно заболеть.

Умеренность – это боязнь зависти или презрения, которые становятся уделом всякого, кто ослеплен своим счастьем; это суетное хвастовство мощью ума; наконец, умеренность людей, достигших вершин удачи, – это желание казаться выше своей судьбы.

Уметь быть старым – это искусство, которым владеют лишь немногие.

Умный человек нередко попадал бы в затруднительное положение, не будь он окружен дураками.

Упрямство рождено ограниченностью нашего ума: мы неохотно верим тому, что выходит за пределы нашего кругозора.

Упрямство – это исчадие скудоумия, невежества и самонадеянности.

Усилия, которые мы прилагаем, чтобы не влюбиться, порою причиняют нам больше мучений, чем жестокость тех, в кого мы уже влюбились.

Учтивость ума заключается в способности думать достойно и утонченно.

Учтивость – это обязательное условие в отношениях между порядочными людьми: она учит их понимать шутки, не возмущаться и не возмущать других слишком резким или заносчивым тоном, который нередко появляется у тех, кто пылко отстаивает свое мнение.

Физический труд помогает забывать о нравственных страданиях.

Философия легко одерживает победы над бедствиями как прошлыми, так и будущими, но бедствия наличные побеждают ее.

Хитрость и предательство свидетельствуют лишь о недостатках ловкости.

Хитрость – признак недалекого ума.

Хороший вкус говорит не столько об уме, сколько о ясности суждений.

Хорошо слушать и хорошо отвечать – это одно из величайших совершенств, какое только возможно в разговоре.

Хотя хорошие примеры весьма отличны от дурных, все же, если подумать, то видишь, что и те, и другие почти всегда приводят к одинаково печальным последствиям.

Целомудрие женщины – это большей частью просто забота о добром имени и покое.

Чаще всего вызывают неприязнь те люди, которые твердо уверены во всеобщей приязни.

Чаще всего сострадание – это способность увидеть в чужих несчастьях свои собственные, это предчувствие бедствий, которые могут постигнуть и нас. Мы помогаем людям, чтобы они в свою очередь помогли нам; таким образом, наши услуги сводятся просто к благодеяниям, которые мы загодя оказываем самим себе.

Чаще всего тяготят окружающих те люди, которые считают, что они никому не могут быть в тягость.

Человек истинно достойный может быть влюблен как безумец, но не как глупец.

Человек, которому никто не нравится, гораздо более несчастлив, чем тот, который никому не нравится.

Человек может возвыситься лишь двумя путями – с помощью собственной ловкости или благодаря чужой глупости.

Человек никогда не бывает так несчастен, как ему кажется, или так счастлив, как ему хочется.

Человек так жалок, что, посвятив себя единственной цели – удовлетворению своих страстей, беспрестанно сетует на их тиранство; не желая выносить их гнет, он вместе с тем не желает и сделать усилие, чтобы сбросить его; ненавидя страсти, не менее ненавидит и лекарства, их исцеляющие; восставая против терзаний недуга, восстает и против тягот лечения.

Человеку легче казаться достойным той должности, которой он не занимает, нежели той, в которой состоит.

Человеку нередко кажется, что он владеет собой, тогда как на самом деле что-то владеет им; пока разумом он стремится к одной цели, сердце незаметно увлекает его к другой.

Человеческие дарования подобны деревьям: каждое обладает особенными свойствами и приносит лишь ему присущие плоды.

Человеческое горе бывает лицемерно по-разному. Иногда, оплакивая потерю близкого человека, мы в действительности оплакиваем самих себя: мы оплакиваем наши утраченные наслаждения, богатство, влияние, мы горюем о добром отношении к нам. Таким образом, мы проливаем слезы над участью живых, а относим их за счет мертвых. Этот род лицемерия я считаю невинным, ибо в таких случаях люди обманывают не только других, но и себя. Однако есть лицемерие иного рода, более злостное, потому что оно сознательно вводит всех в заблуждение: я говорю о скорби некоторых людей, мечтающих снискать славу великим, неувядающим горем. После того как безжалостное время умерит печаль, которую эти люди некогда испытывали, они продолжают упорствовать в слезах, жалобах и вздохах. Они надевают на себя личину уныния и стараются всеми своими поступками доказать, что их грусть кончится лишь вместе с жизнью. Это мелкое и утомительное тщеславие встречается обычно у честолюбивых женщин. Так как их пол закрывает им все пути, ведущие к славе, они стремятся достигнуть известности, выставляя напоказ свое безутешное горе. Есть еще один неглубокий источник слез, которые легко льются и легко высыхают: люди плачут, чтобы прослыть чувствительными, плачут, чтобы вызвать сострадание, плачут, чтобы быть оплаканными, и, наконец, плачут потому, что не плакать стыдно.

Чем сильнее мы любим женщину, тем больше склонны ее ненавидеть.

Чиста и свободна от влияния других страстей только та любовь, которая таится в глубине нашего сердца и неведома нам самим.

Чистосердечно хвалить добрые дела – значит до некоторой степени принимать в них участие.

Чистосердечной похвалой мы обычно награждаем лишь тех, кто нами восхищается.

Чрезмерная поспешность в расплате за оказанную услугу есть своего рода неблагодарность.

Что может быть сокрушительнее для нашего самодовольства, чем ясное понимание того, что сегодня мы порицаем вещи, которые еще вчера одобряли.

Чтобы возвысить нас, судьба порой пользуется нашими недостатками; так, например, иные беспокойные люди были вознаграждены по заслугам только потому, что все старались любой ценой отделаться от них.

Чтобы вступить в заговор, нужна непоколебимая отвага, а чтобы стойко переносить опасности войны, хватает обыкновенного мужества.

Чтобы оправдаться в собственных глазах, мы нередко убеждаем себя, что не в силах достичь цели; на самом же деле мы не бессильны, а безвольны.

Чтобы приятельские отношения не стали в тягость, пусть каждый сохранит свою свободу, пусть люди или вовсе не встречаются, или встречаются по общему желанию, вместе веселятся или даже вместе скучают. Между ними ничто не должно меняться и тогда, когда они расстаются. Им следует привыкнуть обходиться друг без друга, дабы встречи не превращались порой в обузу: надо помнить, что скорее всего наскучивает ближним тот, кто убежден, будто он никому не может наскучить. Желательно по мере сил заботиться о развлечении тех, с кем мы хотим поддерживать добрые отношения, но нельзя превращать эту заботу в бремя. Не может быть приятельских отношений без взаимной услужливости, но она не должна быть чрезмерной, не должна стать рабством. Пусть она хотя бы по виду будет добровольной, дабы наши приятели верили, что, ублажая их, мы ублажаем также и себя. Нужно от всей души прощать приятелям их недостатки, если они заложены самой природой и невелики в сравнении с достоинствами. Нам не только не следует судить эти изъяны, но и замечать их. Попытаемся вести себя так, чтобы люди сами увидели свои дурные качества и, исправившись, считали это своей собственной заслугой.

Чтобы стать великим человеком, нужно уметь искусно пользоваться всем, что предлагает судьба.

Чужое тщеславие тем особенно несносно для нас, что оно оскорбляет наше собственное.

Юность меняет свои вкусы из-за пылкости чувств, а старость сохраняет их неизменными по привычке.

Юность – это как бы опьянение, нечто вроде лихорадящего разума.

Ленин Владимир Ильич (настоящая фамилия – Ульянов).

(10/22.04.1870–21.01.1924).

Российский революционер, публицист, теоретик марксизма, один из основателей большевистской партии и Советского государства, вождь мирового пролетариата.

Родился в Симбирске (сегодня Ульяновск) в семье инспектора народных училищ. В 1887 г. окончил Симбирскую гимназию с золотой медалью и поступил на юридический факультет Казанского университета, из которого был отчислен за участие в студенческих волнениях. В 1888 г. вступил в марксистский кружок, организованный Н.Е. Федосеевым, в котором изучал сочинения К. Маркса, Ф. Энгельса, Г.В. Плеханова. Труды Маркса и Энгельса сыграли решающую роль в формировании мировоззрения Ленина. С 1895 г. начал свою политическую деятельность с организации «Союза борьбы за освобождение рабочего класса». В 1902 г. в работе «Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения» выступил с собственной концепцией партии как централизованной боевой организации. Возглавил РСДРП, стал одним из организаторов революции 1905–07 гг., Октябрьской социалистической революции 1917 г. и образования рабоче-крестьянского правительства – Совета Народных Комиссаров, способствовал утверждению в стране однопартийной системы правления и атеистического мировоззрения. 30.08.1918 на Ленина было совершено покушение эсеркой Ф. Каплан. Последствия ранения и чрезмерная работа привели к тяжелой болезни. В результате резкого ухудшения здоровья В.И. Ленин умер 21 января 1924 г. в своем подмосковном имении Горки.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Бывают такие крылатые слова, которые с удивительной меткостью выражают сущность довольно сложных явлений.

Бюрократизм – действия правильные формально и издевательские по существу.

Власть центрального учреждения должна основываться на нравственном и умственном авторитете.

Все знания из опыта, из ощущений, из восприятий.

Государство – особый аппарат для систематического применения насилия и подчинения людей насилию.

Диктатура означает неограниченную, опирающуюся на силу, а не на закон, власть.

Если достоинства продолжаются больше, чем надо, обнаруживаются не тогда, когда надо, и не там, где надо, то они являются недостатками.

Если я знаю, что знаю мало, я добьюсь того, чтобы знать больше.

Жизнь идет вперед противоречиями, и живые противоречия во много раз богаче, разностороннее, содержательнее, чем уму человека спервоначалу кажется.

Жить в обществе и быть свободным от общества нельзя.

Клевета… как грязны должны быть источники, подменяющие борьбу идей распространением клевет!

Книга – огромная сила.

Люди всегда были и всегда будут глупенькими жертвами обмана и самообмана в политике, пока они не научатся за любыми нравственными, религиозными, политическими, социальными фразами, заявлениями, обещаниями разыскивать интересы тех или иных классов.

Надо быть осторожным, чтобы в критике недостатков не переходить границу, где начинаются пересуды.

Невежество менее удалено от истины, чем предрассудок.

Недостатки у человека как бы являются продолжением его достоинств. Но если достоинства продолжаются больше, чем надо, обнаруживаются не тогда, когда надо, и не там, где надо, то они являются недостатками.

Нет ничего пошлее самодовольного оптимизма.

Никакая политическая свобода не удовлетворит голодные массы.

Никто не повинен в том, если он родился рабом; но раб, который не только чуждается стремлений к своей свободе, но оправдывает и приукрашивает свое рабство… есть внушающий законное чувство негодования, презрения и омерзения холуй и хам.

О человеке судят не по тому, что он о себе говорит или думает, а по тому, что он делает.

Озлобление вообще играет в политике обычно самую худую роль.

Отчаяние свойственно тем, кто не понимает причин зла.

Партия у власти защищает «своих» мерзавцев.

Патриотизм – одно из наиболее глубоких чувств, закрепленных веками и тысячелетиями обособленных отечеств.

Петр ускорял перенимание западничества варварской Русью, не останавливаясь перед варварскими средствами борьбы против варварства.

Пока есть государство, нет свободы. Когда будет свобода, не будет государства.

Политика беспринципного практицизма есть самая непрактичная политика.

Политическая свобода не удовлетворит голодные массы.

Раб, сознающий свое рабское положение и борющийся против него есть революционер. Раб, не сознающий своего рабства и прозябающий в молчаливой, бессознательной и бессловесной рабской жизни, есть просто раб. Раб, у которого слюнки текут, когда он самодовольно описывает прелести рабской жизни и восторгается добрым и хорошим господином, есть холоп, хам.

Равенство по закону не есть еще равенство в жизни.

Равнодушие есть молчаливая поддержка того, кто силен, того, кто господствует.

Разбитые армии хорошо учатся.

Религия есть один из видов духовного гнета, лежащего везде и всюду на народных массах, задавленных вечной работой на других, нуждою и одиночеством.

Религия – род духовной сивухи, в которой рабы топят свой человеческий образ, свои требования на сколько-нибудь достойную человека жизнь.

Руководитель – диктатор во время работы.

Самое верное средство дискредитировать новую политическую (и не только политическую) идею и повредить ей состоит в том, чтобы, во имя защиты ее, довести до абсурда. Ибо всякую истину, если ее преувеличивать, если ее распространить за пределы ее действительной применимости, можно довести до абсурда, и она даже неизбежно при указанных условиях превратится в абсурд.

Самое опасное в войне – это недооценить противника и успокоиться на том, что мы сильнее.

Самый глубокий источник религиозных предрассудков – это нищета; с этим злом и должны мы бороться.

Свобода печати во всем мире, где есть капиталисты, есть свобода покупать газеты, покупать писателей, подкупать, и покупать, и фабриковать «общественное мнение» в пользу буржуазии.

Свобода развода означает не «распад» семейных связей, а, напротив, укрепление их на единственно возможных и устойчивых в цивилизованном обществе демократических основаниях.

Слова обязывают к делам.

Талант надо поощрять.

Талант – редкость. Надо его систематически и осторожно подчеркивать.

Только тогда мы научимся побеждать, когда мы не будем бояться признавать свои поражения и недостатки.

Умен не тот, кто не делает ошибок. Умен тот, кто умеет легко и быстро исправлять их.

Честность в политике есть результат силы, лицемерие – результат слабости.

Леонардо да Винчи.

(15.04.1452–2.05.1519).

Великий итальянский художник, ученый.

Родился близ Флоренции в семье нотариуса и крестьянки. Жил и работал сначала во Флоренции, затем при дворах различных князей, всюду предлагая свои грандиозные идеи и планы и нигде не находя настоящего понимания. Принял приглашение короля Франциска I переехать во Францию и там прожил последние годы своей жизни в замке Клу (в Турени), завершая начатые работы. Творец «Тайной вечери» и «Джоконды» проявил себя и как писатель, рано осознав необходимость теоретического обоснования художественной практики. Свои мысли и наблюдения заносил в записную книжку, которую постоянно носил с собой. Итогом стал своеобразный дневник, подобного которому в мировой литературе не существует. Рисунки, чертежи и эскизы сопровождались в нем краткими заметками по вопросам перспективы, архитектуры, музыки, естествознания, военно-инженерного дела и т.д. Все это сопровождалось разнообразными изречениями, философскими рассуждениями, аллегориями, анекдотами, баснями.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Бездельника хлебом не корми, а дай порассуждать, да и в умении очернить других ему не откажешь. Он всегда готов найти оправдание собственной никчемности.

Больше всего на свете следует остерегаться дурной молвы, которая родилась из порока.

Было вино поглощено пьяницей – и это вино отомстило пропойце.

В числе глупцов есть некая секта, называемая лицемерами, которые беспрерывно учатся обманывать себя и других, но больше других, чем себя, а в действительности обманывают больше самих себя, чем других.

Вред приносишь ты, если хвалишь, но еще больше вреда, если порицаешь то, в чем мало смыслишь.

Всяк, кто желает иметь верных друзей, должен быть добрым и терпимым, проявляя внимание к чужим нуждам.

Всякое зло оставляет горечь в памяти, кроме величайшего – смерти, которая разрушает память вместе с жизнью.

Всякому сведущему и умному человеку, ежели он один, свойственно заблуждаться, тогда как десять, двадцать тысяч невежд и глупцов, сошедшихся вместе, ошибаться не могут, ибо глас народа – это глас божий.

Где дух не водит рукой художника, там нет искусства.

Где мысль не работает вместе с рукой, там нет художника.

Глаза и уши, охочие до чужих секретов, всегда найдутся.

Да разве тайну долго убережешь, коли мирская молва, что морская волна, все выплескивает наружу.

Если все кажется легким, это безошибочно доказывает, что работник весьма мало искусен и что работа выше его разумения.

Если запастись терпением и проявить старание, то посеянные семена знания непременно дадут добрые всходы. Ученья корень горек, да плод сладок.

Жалок тот ученик, который не превосходит своего учителя.

Железо ржавеет, не находя себе применения, стоячая вода гниет или на холоде замерзает, а ум человека, не находя себе применения, чахнет.

Живописец, бессмысленно срисовывающий, руководствуясь практикой и суждением глаза, подобен зеркалу, которое отражает все противопоставленные ему предметы, не обладая знанием их.

Живописец спорит и соревнуется с природой.

Живопись – это поэзия, которую видят, а поэзия – живопись, которую слышат.

Знания, не рожденные опытом, матерью всякой достоверности, бесплодны и полны ошибок.

Искусство тем совершеннее, чем дальше от ремесла.

Истина в конце концов не остается скрытой.

Истинная любовь сказывается в несчастье. Как огонек, она тем ярче светит, чем темнее ночная мгла.

Истинные науки – те, которые опыт заставил пройти сквозь ощущения и наложил молчание на языки спорщиков. Истинная наука не питает сновидениями своих исследователей, но всегда от первых истинных и доступных познанию начал постепенно продвигается к цели при помощи истинных заключений, как это явствует из первых математических наук, называемых арифметикой и геометрией, т. е. числа и меры.

Как теплая одежда защищает от стужи, так выдержка защищает от обиды. Умножай терпение и спокойствие духа, и обида, как бы горька ни была, тебя не коснется.

Как хорошо проведенный день приносит счастливый сон, так плодотворно прожитая жизнь доставляет удовольствие.

Кто в страхе живет, тот и гибнет от страха.

Кто хочет разбогатеть в течение дня, будет повешен в течение года.

Лучше умереть, чем маяться в неволе.

Мудрость есть дочь опыта.

Наука – полководец, а практика – солдаты.

Не всегда хорошо то, что красиво.

Необходимость – наставник и опекун природы. Необходимость – тема и изобретательница природы, и узда, и вечный закон.

Никогда не следует гнушаться добрым советом, особенно когда находишься в незнакомом месте.

Оскорбляя другого, ты не заботишься о себе.

От наших родителей мы получили величайший и бесценный дар – жизнь. Они вскормили и взрастили нас, не жалея ни сил, ни любви. И теперь, когда они стары и больны, наш долг – вылечить и выходить их!

Печальная участь ожидает того, кто наделен талантом, но вместо того, чтобы развивать и совершенствовать свои способности, чрезмерно возносится и предается праздности и самолюбованию. Такой человек постепенно утрачивает ясность и остроту ума, становится косным, ленивым и обрастает ржавчиной невежества, разъедающей плоть и душу.

Познание стран мира – украшение и пища человеческих умов.

Поистине всегда там, где недостает разумных доводов, их заменяет крик.

Приобретай в юности то, что с годами возместит тебе ущерб, причиненный старостью. И, поняв, что пищей старости является мудрость, действуй в юности так, чтобы старость не осталась без пищи.

Природа так обо всем позаботилась, что повсюду ты находишь, чему учиться.

Проси совета у того, кто умеет одерживать победы над самим собою.

Противник, вскрывающий ваши ошибки, гораздо полезнее, чем друг, скрывающий их.

Свобода – главный дар природы.

Сияющая красота юности уменьшается в своем совершенстве от чрезмерных и слишком изысканных украшений.

Слава в руках труда.

Существует три разновидности людей: те, кто видит; те, кто видит, когда им показывают; и те, кто не видит.

Счастье дается тому, кто много трудится.

Так же, как поглощение пищи без удовольствия превращается в скучное питание, так занятие наукой без страсти засоряет память, которая становится неспособной усваивать то, что она поглощает.

Только с пользой прожитая жизнь долга.

Тот, кто не ценит жизнь, ее не заслуживает.

Тот, кто спорит, ссылаясь на авторитет, тот применяет не свой ум, а скорее память.

Умеренность служит надежной защитой от пороков.

Эксперимент – истинный посредник между человеком и природой.

Лермонтов Михаил Юрьевич.

(03/15.10.1814–15/27.07.1841).

Великий русский поэт, прозаик.

Родился в Москве в семье пехотного капитана в отставке. Детство прошло в поместье бабушки Е.А. Арсеньевой. В 1826 г. обучался в Университетском благородном пансионе (Москва), а с 1830 г. стал студентом словесного отделения Московского университета. Именно студенческие годы можно считать наиболее плодотворным периодом в поэтической деятельности. В 1832 г., не закончив образования в Московском университете, поступил в Школу гвардейских подпрапорщиков в Санкт-Петербурге. В 1835 г. было издано первое произведение «Хаджи Абрек», имевшее успех. После написания стихотворений «Смерть поэта» и «Надменным потомкам» был арестован, а затем переведен прапорщиком в драгунский полк, действовавший на Кавказе. Ссылка продолжалась недолго, но изменила настрой в творчестве Лермонтова. Поэт создал поэмы «Демон» и «Мцыри». Одним из самых значимых прозаических произведений, несомненно, является роман «Герой нашего времени». Лермонтов был застрелен отставным офицером Мартыновым на дуэли в Пятигорске. Поэзия и проза Лермонтова неразрывно связаны с его личностью. Основные черты лермонтовской природы – необыкновенно развитое самосознание, глубина нравственного мира, мужественный идеализм жизненных стремлений.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Блага, которые мы теряем, получают в глазах наших двойную цену.

Боюсь не смерти я. О нет! / Боюсь исчезнуть совершенно.

Была без радости любовь, / Разлука будет без печали.

В природе противоположные причины часто производят одинаковые действия: лошадь равно падает на ноги от застоя и от излишней езды.

Время подобно непостоянной и капризной любовнице: чем более за ней гоняешься, чем более стараешься ее удержать, тем скорее она покидает тебя, тем скорее изменяет.

Все ясно ревности – а доказательств нет!

Гений, прикованный к чиновничьему столу, должен умереть или сойти с ума, точно так же как человек с могучим телосложением при сидячей жизни и скромном поведении умирает от апоплексического удара.

Глупец, кто в женщине одной / Мечтал найти свой рай земной.

Грусть – жестокий властелин.

Грядущее тревожит грудь мою. / Как жизнь я кончу, где душа моя / Блуждать осуждена…

Делить веселье все готовы: никто не хочет грусть делить.

Душа или покоряется природным склонностям, или борется с ними, или побеждает их. От этого – злодей, толпа и люди высокой добродетели.

Если, друг, тебе сгрустнется, / Ты не дуйся, не сердись: / Все с годами пронесется – / Улыбнись и разгрустись.

Женщины любят только тех, которых не знают.

Жизнь – вечность, смерть – лишь миг.

Жизнь как бал: / Кружишься – весело: кругом все светло, ясно… / Вернулся лишь домой, наряд измятый снял – / И все забыл и только что устал.

Жизнь побежденным не награда.

Зло порождает зло.

Из двух друзей один всегда раб другого, хотя часто ни один из них в этом себе не признается.

История счастливых людей никогда не бывает занимательна.

Как страшно жизни сей оковы / Нам в одиночестве влачить. / Делить веселье все готовы: / Никто не хочет грусть делить.

Как часто мы принимаем за убеждение обман или промах рассудка.

Легко народом править, если он / Одною общей страстью увлечен.

Любить… но кого же?.. / На время – не стоит труда, / А вечно любить невозможно.

Любовь как огонь – без пищи гаснет.

Мир для меня – колода карт, / Жизнь – банк: рок мечет, я играю, / И правила игры я к людям применяю.

Многие спокойные реки начинаются шумными водопадами, а ни одна не скачет и не пенится до самого моря. Но это спокойствие часто признак великой, хотя скрытой силы: полнота и глубина чувств и мыслей не допускает бешеных порывов; душа, страдая и наслаждаясь, дает во всем себе строгий отчет и убеждается в том, что так должно; она знает, что без гроз постоянный зной солнца ее иссушит.

Мы пьем из чаши бытия / С закрытыми очами, / Златые омочив края / Своими же слезами.

Несколько печалей не так опасны, как одна глубокая.

Нет ничего парадоксальнее женского ума. Женщин трудно убедить в чем-нибудь: надобно их довести до того, чтобы они убедили себя сами. Чтобы выучиться их диалектике, надо опрокинуть в уме своем все школьные правила логики.

Отчаяние границу не знает.

Поверь мне – счастье только там, / Где любят нас, где верят нам!

Порой обманчива бывает седина: / Так мхом покрытая бутылка вековая / Хранит струю кипучего вина.

Придет ли вестник избавленья / Открыть мне жизни назначенье, / Цель упований и страстей?

Приятели – не всегда друзья.

Радости забываются, а печали – никогда.

Разочарование, как все моды, начав с высших слоев общества, спустилось к низшим, которые его донашивают, и те, которые больше всех и в самом деле скучают, стараются скрыть это несчастье, как порок.

Русский народ, этот сторукий исполин, скорее перенесет жестокость и надменность своего повелителя, чем слабость его; он желает быть наказываем – по справедливости, он согласен служить – но хочет гордиться рабством, хочет поднимать голову, чтобы смотреть на своего господина, и простит в нем скорее излишество пороков, чем недостаток добродетелей.

Сам черт не разберет, отчего у нас быстрее подвигаются те, которые идут назад.

Самые счастливые люди – невежды.

Совесть вернее памяти.

Страшись любви: она пройдет, / Она мечтой твой ум встревожит, / Тоска по ней тебя убьет, / Ничто воскреснуть не поможет.

Так есть мгновенья, краткие мгновенья, / Когда, столпясь, все адские мученья / Слетаются на сердце и грызут! / Века печали стоят тех минут…

Тот самый человек пустой, / Кто весь наполнен сам собой.

Узнать, прекрасна ли земля, / Узнать, для воли иль тюрьмы / На этот свет родимся мы.

Чем реже нас балует счастье, / Тем слаще предаваться нам / Предположеньям и мечтам.

Что страсти? – Ведь рано иль поздно их сладкий недуг / Исчезнет при слове рассудка; / И жизнь, как посмотришь с холодным вниманьем вокруг, / Такая пустая и глупая шутка…

Что толку жить!.. Без приключений / И с приключеньями – тоска / Везде, как беспокойный гений, / Как верная жена, близка. / Прекрасно с шумной быть толпою, / Сидеть за каменной стеною, / Любовь и ненависть сознать, / Чтоб раз об этом поболтать; / Невольно узнавать повсюду / Под гордой важностью лица / В мужчине глупого льстеца / И в каждой женщине – Иуду. / А потрудитесь рассмотреть – / Все веселее умереть.

Я люблю врагов, хотя не по-христиански. Они меня забавляют, волнуют мне кровь. Быть всегда на страже, ловить каждый взгляд, значение каждого слова, угадывать намерение, разрушать заговоры, притворяться обманутым и вдруг одним толчком опрокинуть все огромное и многотрудное здание их хитростей и замыслов – вот что я называю жизнью.

Язык и золото – вот наш кинжал и яд.

Лессинг Готхольд Эфраим.

(22.01.1729–15.02.1781).

Немецкий драматург, литературный критик.

Родился в Каменце (Саксония) в семье лютеранского пастора. В 1746 г. поступил на богословский факультет Лейпцигского университета, но увлечение античной литературой и театром отвлекало его от обучения. Принимал участие в театральной труппе, основанной актрисой К. Нейбер, которая впоследствии поставила его первое драматическое произведение «Молодой ученый» (1748). Как критик и литератор проявил себя, живя в Берлине и выпуская ежеквартальный журнал по проблемам театра (1750), литературный журнал «Письма о новейшей литературе», публикуя собственные критические статьи. Беспристрастность и убедительность суждений снискали автору уважение читателей. В 1755 г. опубликовал собственные «Сочинения», в которые вошла знаменитая драма в прозе «Мисс Сара Сампсон» – первая в немецкой литературе «мещанская драма». В 1765 г. выпустил трактат об эстетических принципах «Лаокоон», явившийся высшим достижением литературно-эстетической мысли XVIII в. Переехав в Вольфенбюттель, опубликовал драму «Эмилия Галотти», в основе которой лежит римская легенда об Аппии и Вергинии, а в 1779 г. написал драматическую поэму «Натан Мудрый» – первую значительную немецкую драму, написанную белым стихом, который впоследствии стал типичным для классической немецкой драмы. Умер в Вольфенбюттеле.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

В некоторых случаях женщина намного проницательнее сотни мужчин.

Вранье – это проклятая штука, в любую минуту тебя могут изобличить.

Высшая похвала художнику – это когда перед его произведением забываешь о похвалах.

Герой – это муж, знающий, что есть блага, которые дороже жизни; муж, посвятивший свою жизнь служению государству, себя одного – служению многим.

Главная причина нашего недовольства жизнью есть ни на чем не основанное предположение о том, что мы имеем право на ничем не нарушаемое счастье, что мы рождены для такого счастья.

Горячая лошадь вместе со всадником может сломать себе шею как раз на той тропинке, по которой осторожный осел идет не спотыкаясь.

Грация – это красота в движении.

Даже самое обоснованное убеждение ничего не значит на весах правосудия.

Если б люди всегда думали об исходе своих предприятий, они бы ничего не предпринимали.

Если тебе придется услышать о чьей-либо чудовищной неблагодарности, разберись сперва как следует во всех обстоятельствах этого дела, а потом уж решай, заслужил ли тот человек такой позорный упрек. Истинные благодетели редко когда упрекнут кого-нибудь в неблагодарности, и даже – хочется верить, к чести людей, – никогда. А благодетели с мелкими своекорыстными намерениями пусть винят себя сами, что вместо признательности пожинают неблагодарность.

Из всех предрассудков наихудший – считать свой предрассудок более сносным.

Изысканная, напыщенная, чопорная речь несовместима с чувством. Она не служит истинным его выражением и не может его вызвать. Но чувство вполне мирится с самыми простыми, обыкновенными, даже пошлыми словами и выражениями.

Исполнять обязанности дружбы несколько трудней, чем восхищаться ею.

Истина – потребность человеческого духа, и малейшее стеснение его в удовлетворении этой потребности есть тирания.

Когда хромые устраивают бег взапуски, то первый из них, пришедший к цели, все-таки остается хромым.

Красота души придает прелесть даже невзрачному телу, точно так же как безобразие души кладет на самое великолепное сложение и на прекраснейшие члены тела какой-то особенный отпечаток, который возбуждает в нас необъяснимое отвращение.

Люди не всегда бывают тем, чем кажутся.

Мечтатель часто верно определяет будущее, но он не хочет дожидаться его. Он хочет, чтобы будущее тотчас же наступило, будучи ускорено им. То, на что природе нужны тысячи лет, он хочет видеть совершенным во время своей жизни.

Мир житейский – это часы, гири которых – деньги, а маятник – женщины.

Наименьшее из благ – это богатство; наибольшее – мудрость.

Не может быть великим то, что не правдиво.

Нельзя занимать, коль не знаешь, сможешь ли отдать.

Непростительная гордость – не хотеть быть обязанным любимому человеку своим счастьем.

Ни один народ в мире не одарен какой-либо способностью преимущественно перед другими.

Ничтожна та любовь, что не страшится навлечь презрение на любимую.

Одна женщина никогда не признает прелесть другой.

Ожидание радости тоже есть радость.

Очарование – это красота в движении.

Очаровательная грация – это красота в движении, и потому она менее удается живописцу, чем поэту.

Переполненное сердце не может взвешивать слова.

Подобно тому как комплимент бывает редко без лжи, так и грубость редко бывает без известной доли правды.

Подражать – значит завидовать.

Предрассудки и несчастная любовь – две вещи, любой из которых достаточно, чтобы превратить человека в нечто совсем иное, чем он есть.

Природа намеревалась сделать женщину вершиной творения, но ошиблась глиной и выбрала слишком мягкую.

Равенство – самая прочная основа любви.

Разговаривая, редко выказывают качества, которыми обладают, скорее выдают те, которых недостает.

Религия – это не что иное как цепи, выдуманные для того, чтобы закрепить узы политического гнета.

Религия – это слабость, которая чаще всего присоединяется к другим человеческим слабостям.

Самое меньшее благо в жизни – это богатство; самое большое – мудрость.

Самый медлительный человек, если он только не теряет из виду цели, идет быстрее, чем тот, кто блуждает бесцельно.

Спорьте, заблуждайтесь, ошибайтесь, но, ради бога, размышляйте, и хотя криво – да сами.

Стыдливость может быть уместна везде, только не в деле признания своих ошибок.

Судьба должна быть необходимым следствием действий, действия – страстей, страсти – характеров.

Судьба подчас чересчур уж сильно замахивается, когда хочет легонько стукнуть нас. Казалось, она вот-вот нас раздавит, а на самом-то деле она всего лишь комара у нас на лбу прихлопнула.

Суеверия, в которых мы выросли, не теряют своей власти над нами даже и тогда, когда мы познали их.

То, что однажды напечатано, становится достоянием всего мира на вечные времена.

Торговля не признает дружбы, но и в дружбе не может быть торговли.

Удовольствие так же необходимо, как работа.

Уж лучше терпеть несправедливость, чем ее совершать.

Хорошее и даже самое лучшее быстро приедается, если оно становится повседневным.

Чем красивее женщина, тем она должна быть честнее, потому что только честностью она может противодействовать тому вреду, который способна произвести ее красота.

Яд, который не действует сразу, не становится менее опасным.

Линкольн Авраам.

(12.02.1809–15.04.1865).

Американский политический деятель, 16-й президент США (1861–1865).

Родился на ферме в штате Кентукки. С ранних лет помогал семье в полевых работах, а став постарше, подрабатывал разнообразными способами – на почте, лесорубом, охотником, землемером и проч. Выучившись самостоятельно, в 1836 г. сдал экзамен на звание адвоката. Начал общественную деятельность в городе Спрингфилд (штат Иллинойс) и быстро приобрел авторитет благодаря своим ораторским способностям и безукоризненной репутации. Был неоднократно избран членом конгресса от партии вигов, а когда эта партия распалась, стал одним из организаторов новой, республиканской партии. В 1860 г. победил на выборах и стал 16-м президентом США. Прокламация Линкольна об освобождении рабов дала толчок к принятию поправки к американской конституции, которая полностью отменила рабство в США. В 1864 г., несмотря на продолжающуюся Гражданскую войну между северными и южными штатами, был переизбран на второй срок, а 14 апреля 1865 г. был смертельно ранен во время спектакля в Вашингтоне актером Д. Бутом, симпатизировавшим южанам.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Бог, как видно, любил простых людей, коль скоро сотворил их так много.

Большинство людей счастливы настолько, насколько они решили быть счастливыми.

Брак – и не рай и не ад, это просто чистилище.

Важнейшие принципы могут и должны быть гибкими.

Возможность того, что мы можем потерпеть поражение в бою, не должна мешать нам сражаться за дело, которое мы считаем справедливым.

Все мы так или иначе подвержены влиянию условий, обстоятельств, окружающей среды, образования, усвоенных привычек и наследственных черт.

Давайте поверим, что правота придает силы, и с этой верой давайте до конца смело выполнять свои обязанности так, как мы себе это представляем.

Демократия – это правительство народа, избранное народом и для народа.

Если вы держите слона за заднюю ногу и он вырывается, самое лучшее – отпустить его.

Если хочешь покоя, избегай популярности.

Зло проистекает не от употребления дурной вещи, а от злоупотребления очень хорошей вещью.

Избирательный бюллетень сильнее пули.

Книги нужны, чтобы напоминать человеку, что его оригинальные мысли не так уж новы.

Когда бы ни пришлось мне умереть, я хочу, чтобы люди, знавшие меня лучше других, сказали, что я всегда выпалывал чертополох и выращивал цветы везде, где, по моему разумению, цветы могли расти.

Когда чувствуешь уныние, ищи исцеление в труде.

Когда я делаю добро, я чувствую себя хорошо. Когда я поступаю плохо, я чувствую себя плохо. Вот моя религия.

Лицемер мне напоминает человека, который убил родителей и просит суд о снисхождении на том основании, что он сирота.

Можно обманывать часть народа все время и весь народ – некоторое время, но невозможно обманывать весь народ все время.

Мой жизненный опыт убедил меня, что люди, не имеющие недостатков, имеют очень мало достоинств.

Мы не поможем людям, делая за них то, что они могли бы сделать сами.

Надо вместе стоять, чтобы не висеть поодиночке.

Не стоит высказывать вслух подозрения, которые могут оказаться несправедливыми.

Нет людей, достаточно хорошо управляющих другими без их согласия.

Ни один человек, исполненный решимости найти наилучшее применение своим способностям, не может тратить время на личные раздоры. Но тем более он не может себе позволить нести последствия таких раздоров, влекущих за собой порчу настроения и потерю самообладания.

Общественное мнение, хотя часто и формируется на неверном исходном основании, все-таки в общем случае обладает сильным чувством справедливости, лежащим в его основе.

Овца и волк по-разному понимают слово «свобода», в этом сущность разногласий, господствующих в человеческом обществе.

Плутовство и лесть – кровные родичи.

Привыкая к цепям рабства для других, вы готовите их для собственных рук и ног. Привыкнув топтать права окружающих вас людей, вы теряете собственную свободу и становитесь сами подходящими подданными любого коварного тирана, проявившегося в вашей среде.

Сила все побеждает, но ее победы кратковременны.

Такт – умение описать других так, как они видят себя сами.

Те, кто отрицает свободу для других, не заслуживают ее и для себя.

Труд предшествует и не зависит от капитала. Капитал – единственный плод труда – не смог бы никогда существовать, если бы вначале не существовал труд. Труд превыше капитала и заслуживает гораздо большего уважения.

У вас может не быть клятвы, отмеченной на небесах, – разрушить правительство; в то время как у меня есть самая торжественная клятва – сохранять, защищать его.

У человека нет времени на то, чтобы полжизни потратить на ссоры.

Уступайте в крупных вопросах, если вы чувствуете, что и вы, и ваш собеседник по-своему правы; и уступайте в более мелких вещах, даже наверняка зная, что правы только вы.

Характер подобен дереву, а репутация – его тени. Мы заботимся о тени, но на самом деле надо думать о дереве.

Что такое консерватизм? Разве это не приверженность к старому и испытанному в противовес новому и неизвестному?

Эта страна… принадлежит народу, который в ней живет. Когда ему надоест существующее правительство, он сможет воспользоваться своим конституционным правом поправить его или своим революционным правом сместить его или свергнуть.

Я побеждаю своих врагов тем, что превращаю их в своих друзей.

Лихтенберг Георг Кристоф.

(1742–1799).

Немецкий ученый, публицист.

Родился близ Дармштадта в семье деревенского пастора. Был профессором физики и астрономии в Геттингене. Как ученый прославился лекциями по экспериментальной физике, которые пояснял опытами при помощи им самим усовершенствованных аппаратов, и открытием электрических фигур, названных его именем (лихтенберговые). Как критик и публицист, отличался широтой философских взглядов, независимостью и тонкостью суждений, юмором. Лучшие сатирические статьи: «О физиономике против физиономистов», «Всемилостивейшее послание Земли к Луне», «Утешение несчастным, которые не суть самобытные гении» и др.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Бог создал людей по своему подобию, это означает, по-видимому, что человек создал Бога по своему подобию.

Большинство людей больше живет по моде, чем по разуму.

Будущее должно быть заложено в настоящем. Это называется планом. Без него ничто в мире не может быть хорошим.

Было бы очень хорошо читать очень много, если бы только это не притупляло наших чувств и, ввиду сильного желания все больше знать без собственных усилий, в конце концов не убивало в нас духа пытливости и критики.

Быстрое накопление знаний, приобретаемых при слишком малом самостоятельном участии, не очень плодотворно. Ученость также может родить лишь листья, не давая плодов.

Быть человеком – значит не только обладать знаниями, но и делать для будущих поколений то, что предшествовавшие делали для нас.

В каждом человеке есть что-то от всех людей.

В мире не все благополучно, потому что людьми еще управляют при помощи мошенничества.

В слове «ученый» иногда заключается лишь понятие того, что человека чему-то учили, но не то, что он сам чему-то научился.

В характере каждого человека есть нечто такое, чего нельзя сломать: это костяк характера.

Великие люди тоже ошибаются, и некоторые из них так часто, что почти впадаешь в искушение считать их людьми незначительными.

Великих мира сего часто упрекают, что они не сделали всего того хорошего, что могли бы сделать. Они могут возразить: «Подумайте-ка о всем том зле, которое мы могли бы причинить».

Величайшее счастье, о котором я ежедневно прошу небо: пусть превосходят меня в силах и знаниях лишь разумные и добродетельные люди.

Влюбленный в самого себя в своей любви имеет, по крайней мере, то преимущество, что у него никогда не будет много соперников.

Во многих сочинениях знаменитого писателя я бы охотней прочитал то, что он вычеркнул, чем то, что он оставил.

Воспитание есть своего рода рождение.

Всеобщий источник нашего несчастья в том, что мы верим, будто вещи действительно являются тем, чем мы их считаем.

Всякую вещь, безусловно, лучше совершенно не изучать, чем изучить поверхностно, потому что здравый человеческий рассудок, желая высказать свое суждение о вещах, не совершает таких промахов, как полуученость.

Высшее, до чего может подняться благодаря опытности не очень умный человек – это находить слабости у лучших людей.

Гордость – благородная страсть – не слепа по отношению к собственным недостаткам. Этим отличается надменность.

Девушка, открывающая душу и тело своему другу, открывает таинства всего женского пола.

Для большинства людей недоверие к одному означает просто слепую веру в другое.

Для шума выбирают маленьких людей – барабанщиков.

Единственным недостатком хороших книг является то, что обычно они порождают много плохих.

Если бы мы больше думали сами, мы сами имели бы гораздо меньше плохих книг и гораздо больше хороших.

Есть люди, которые полагают, что все, что делается с разумным видом, разумно.

Желание постичь истину – заслуга даже тогда, когда на пути к ней заблудишься.

Заурядный человек всегда приспосабливается к господствующему мнению и господствующей моде, он считает современное состояние вещей единственно возможным и относится ко всему пассивно.

Знатоки науки никогда не бывают гордыми: напротив, надутыми от гордости становятся лишь те, кто, не имея способностей развивать науку сами, занимаются популяризацией ее темной истории или же горазды рассказывать всё, что сделали другие.

Золотое правило: судить о человеке не по его мнениям, а по тому, что делают из него эти мнения.

И я благодарю бога тысячу раз за то, что он сделал меня атеистом.

Каждая девушка – хранительница женских мистерий. Есть случаи, когда крестьянские девушки выглядят как королевы, душой и телом.

Каждый человек имеет свою моральную «оборотную сторону», которую он не показывает без нужды и, пока возможно, прикрывает ее штанами благопристойности.

Каждый человек имеет свою особенную манеру ошибаться, тем более что ошибки заключаются часто в неправильно понятой точности.

Как мало друзей остались бы друзьями, если бы они могли полностью узнать мысли друг друга.

Книга – это зеркало. Если в него смотрится обезьяна, то из него не может выглянуть лик апостола.

Когда святоша выходит замуж за святошу, не всегда получается святая супружеская чета.

Красивые птицы поют хуже других. То же относится к людям. В вычурном стиле не стоит искать глубокую мысль.

Красивых женщин причисляют сегодня к талантам их мужей.

Кто имеет меньше, чем желает, должен знать, что он имеет больше, чем заслуживает.

Кто не использует свои таланты для обучения и воспитания других, тот либо плохой, либо ограниченный человек.

Кто раньше времени считает себя гением, тот пропащий человек!

Лучшая сатира, бесспорно, та, в которой столь мало злобы и столь много убедительности, что она вызывает даже улыбку у тех, по ком бьет.

Лучший способ хвалить живых и умерших – это извинять их слабости; но только не приписывать им добродетелей, которыми они не обладали, это всё портит и даже истинное делает подозрительным.

Любовь слепа, зато брак возвращает ей зрение.

Люди, которым всегда некогда, обычно ничего не делают.

Люди, очень много читавшие, редко делают большие открытия; следует больше видеть самому, чем повторять чужие слова.

Метафора гораздо умней, чем ее создатель.

Мир существует не для того, чтобы мы его познавали, а для того, чтобы мы воспитывали себя в нем.

Многие люди читают только для того, чтоб иметь право не думать.

Можно, и не обладая глубоким умом, писать так, что другому понадобится много ума, чтобы понять написанное.

Мы живем в мире, где один дурак создает много дураков, а один мудрый – очень мало мудрых.

Мы, правда, уже не сжигаем ведьм, но зато сжигаем каждое письмо, в котором содержится полная правда.

Настолько лучше жилось бы некоторым людям, если бы они так мало заботились о чужих делах, как мало заботятся о своих собственных.

Наши слабости нам уже не вредят, когда мы их знаем.

Не следует доверять человеку, который, утверждая что-либо, кладет руку на сердце.

Не следует ложиться спать прежде, чем не скажешь себе, что за день ты чему-то научился. То, что понимаю я под словом «научился», – это стремление раздвинуть границы нашего научного и какого-либо иного полезного знания.

Не создавай себе слишком мудреного представления о человеке, суди о нем просто, не считай его ни слишком хорошим, ни слишком дурным.

Не удивительно ли, что люди так часто воюют за религию и так редко живут по ее предписанию?

Не удивительно ли, что публику, когда она хвалит нас, всегда считают компетентным судьей, но как только она порицает нас, признают неспособной говорить о произведениях ума.

Нельзя пронести через толпу факел правды, не опалив никому бороды.

Несомненный признак всякой хорошей книги – это то, что она нравится тем больше, чем человек становится старше.

Нет, конечно, ни одного человека в мире, который, если ему представляется случай стать мошенником за тысячу талеров, не остался бы честным человеком за половину этой суммы.

Ни на один день не отклоняться от своей цели – вот средство продлить время, и притом очень верное средство, хотя пользоваться им и нелегко.

Ни о чем не судят так поверхностно, как о характере человека. Ни в одном деле не оценивают целого менее, чем здесь, а ведь именно в этом и заключается суть характера.

Ни одно изобретение не далось человеку так легко, как изобретение небесной жизни.

Ничто не старит так, как неотвязная мысль, что стареешь.

Общение с разумными людьми надо рекомендовать каждому именно потому, что дурак таким образом из подражания привыкает поступать умно. Даже величайшие дураки в состоянии подражать, раз это могут делать обезьяны, пудели и слоны.

Обычно говорят, что человек обеспечивает должность, тогда как на самом деле должность обеспечивает человека.

Остерегайся занять благодаря случайности пост, который тебе не по плечу, чтобы не казаться тем, чем ты не являешься на самом деле.

Остротами и причудами следует пользоваться так же осторожно, как и всеми вещами, способными ржаветь.

Острый ум – увеличительное стекло; остроумие – уменьшительное.

Отыскивать маленькие недостатки – издавна свойство умов, которые мало или вовсе не возвышались над посредственностью. Возвышенные умы молчат или же возражают против целого, а великие умы творят сами, никого не осуждая.

Ощущение совместного стыда – чувство весьма искреннее. Его испытываешь, когда человек, высоко ценимый, недостаточно зная тех, перед кем он хочет порисоваться, становится смешным.

Перемудрить – один из самых позорных видов глупости.

Писатель, который для своего бессмертия нуждается в памятнике, недостоин и памятника.

Плохие люди выигрывают, когда их лучше узнаешь, а хорошие теряют.

Плохие писатели – это те, кто старается выразить свои собственные хилые идеи на хорошем языке.

По своей природе все люди одинаковы, и только условия жизни делают их разными.

Поистине, многие люди читают только для того, чтоб иметь право не думать.

Популярное изложение: такое, благодаря которому масса получает возможность говорить о чем-либо, ничего в этом деле не понимая.

Прежде чем осудить, всегда надо подумать, нельзя ли найти извинение.

Приучи свой разум к сомнению, а сердце к терпимости!

Просто невероятно, как сильно могут повредить правила, едва только наведешь во всем слишком строгий порядок.

Пытаться сделать все сразу – значит ничего не сделать.

Рабский поступок – не всегда поступок раба.

Рецензенты имеют право не только говорить людям в глаза, что они дураки, но даже доказывать им это.

Родители, которые замечают, что сын хочет стать поэтом, должны пороть его до тех пор, пока он либо не бросит стихоплетства, либо не станет великим поэтом.

С остроумием дело обстоит как с музыкой: чем больше ее слышишь, тем более тонких звучаний желаешь.

Самая занимательная поверхность на земле – это человеческое лицо.

Самая опасная ложь – это слегка извращенная правда.

Самые здоровые и красивые, пропорционально сложенные люди – это те, которых ничего не раздражает.

Самые пламенные защитники науки, которые не могут выносить даже легкого косого взгляда на нее, – это обыкновенно те люди, которые в науке достигли весьма немного и которые осознают этот свой недостаток.

Склонность людей считать незначительные вещи значительными породила немало значительного.

Скромник для меня более невыносим, чем хвастун. Хвастун признает за каждым его достоинство, излишне же скромный человек, по-видимому, презирает того, перед кем скромничает.

Скромность должна быть добродетелью тех, у кого нет других добродетелей.

Скрывая свои недостатки, лучше не станешь; наш авторитет выиграет от той искренности, с которой мы признаем их.

Слава знаменитейших людей всегда отчасти объясняется близорукостью тех, кто ими восхищается.

Следует стремиться увидеть в каждой вещи то, чего еще никто не видел и над чем еще никто не думал.

Слово «трудность» не должно существовать для творческого ума.

Сомнение всегда должно быть только осторожностью, иначе оно может стать опасным.

Сочувствие – неважная милостыня.

Старайся не быть ниже своей эпохи.

Там, где умеренность – ошибка, там равнодушие – преступление.

То, что яснее всего характеризует истинную свободу и ее истинное применение, – это злоупотребление.

У женщины местоположение чувства чести совпадает с центром тяжести ее тела, у мужчин оно находится несколько выше, в груди, около диафрагмы. Поэтому мужчины надувают грудь при свершении «великих» дел и чувствуют себя вялыми и опустошенными при выполнении «малых» дел.

У многих людей сочинение стихов – это болезнь роста ума.

Ум человека можно определить по тщательности, с которой он учитывает будущее или исход дела.

Учить разуму и быть разумным – совсем разные вещи.

Характер человека никогда нельзя понять вернее, чем по той шутке, на которую он обижается.

Человек, когда захочет, может казаться скромным; но скромный человек не может казаться бесстыдным.

Человек любит общество, будь это даже общество одиноко горящей свечки.

Человек становится софистом там, где ему недостает основательных знаний.

Честный и мошенник просто путают понятия «мое» и «твое». Один считает первое за второе, а другой – второе за первое.

Что мелко в серьезной форме, то может быть глубоко в остроумной.

Чтобы быть в жизни довольным или, скорее, веселым, нужно на нее смотреть только слегка и мимоходом. Чем вдумчивее относишься к жизни, тем она становится серьезнее.

Чтобы писать трогательно, нужно нечто большее, чем слезы и луна.

Чтобы поступать справедливо, нужно знать очень немного, но чтобы с полным основанием творить несправедливость, нужно основательно изучить право.

Локк Джон.

(29.08.1632–28.10.1704).

Английский философ, общественный и государственный деятель.

Родился в городе Рингтон в семье провинциального адвоката. В 1656 г. окончил Оксфордский университет. В 1668 г.был избран членом Королевского общества. Наряду с правительственной службой, вел активную научную и литературную деятельность. В 1689 г. опубликовал «Послание о веротерпимости», в 1690 г. – «Опыт о человеческом разумении», «Два трактата о правлении», в 1693 г. – «Мысли о воспитании», в 1695 г. – «Разумность христианства». Умер в Отсе. Д. Локк является одним из классиков политической теории и педагогики. Его часто называют основным теоретиком демократического государственного устройства и основоположником социально-политической доктрины либерализма. Его теория познания и социальная философия оказали глубокое воздействие на историю культуры и общества, в частности на разработку американской конституции.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Благовоспитанность есть внешнее выражение внутренней деликатности души, заключающейся в общей благожелательности и внимании ко всем людям.

В дурно воспитанном человеке смелость принимает вид грубости; ученость становится в нем педантизмом, остроумие – шутовством, простота – неотесанностью, добродушие – льстивостью.

Вежливость – первая и самая приятная добродетель.

Великий принцип и основа всякой добродетели состоит в том, чтобы человек был способен отказываться от своих желаний и поступать вопреки своим наклонностям, если они противоречат велениям его разума.

Великое искусство научиться многому – это браться сразу за немногое.

Вещи бывают добром и злом только в отношении удовольствия и страдания.

Добром мы называем то, что способно вызвать или увеличить наше удовольствие, либо уменьшить наше страдание… Злом, напротив, мы называем то, что способно причинить нам или увеличить какое-нибудь страдание, либо уменьшить какое-либо удовольствие.

Действия людей – лучшие переводчики их мыслей.

Дурные примеры, несомненно, действуют сильнее хороших правил.

Если мы правильно оценим вещи: что в них принадлежит только природе, а что – труду, мы обнаружим, что девяносто девять из ста целиком приходится на долю труда.

Истинное мужество выражается в спокойном самообладании и в невозмутимом выполнении своего долга, невзирая ни на какие бедствия и опасности.

Истинное мужество готово встретиться с любой опасностью и остается непоколебимым, какое бы бедствие ни угрожало.

Лучший путь к истине – это изучать вещи, как они есть, а не верить, что они такие, как нас этому учили.

Мне кажется, что человеческий разум немного похож на совершенно темную комнату, в которой имеется только несколько маленьких отверстий, пропускающих извне изображения внешних и видимых предметов.

Мужество – страж и опора всех остальных добродетелей, и тот, кто лишен мужества, вряд ли может быть твердым в исполнении долга и проявить все качества истинно достойного человека.

Мы рождаемся на свет со способностями и силами, позволяющими делать почти все, – во всяком случае, эти способности таковы, что могут повести нас дальше, чем можно себе легко представить; но только упражнение этих сил может сообщить нам умение и искусство в чем-либо и вести нас к совершенству.

Насмешка – это наиболее утонченный способ выставить недостатки других.

Нет большей грубости, чем прерывать другого во время его выступления.

Никому еще не удавалось быть настолько хитрым, чтобы скрыть это свое качество.

Основа всякой добродетели и всякого достоинства заключается в способности человека отказываться от удовлетворения своих желаний, когда разум не одобряет их.

Память – это медная доска, покрытая буквами, которые время незаметно сглаживает, если порой не возобновляет их резцом.

Порок не в том, чтобы иметь желания, а в умении подчинить их правилам разума; дело не в том, испытываете ли вы или не испытываете самих влечений, а в способности управлять ими и отказываться от них.

Поступки человека – лучшие переводчики его мыслей.

Притворство пытается исправить природные недостатки. Цель его – нравиться, но оно никогда ее не достигнет.

Причина, по которой люди создают общество, – сохранность их собственности.

Скажите страстно влюбленному мужчине, что возлюбленная обманывает его, представьте ему двадцать свидетелей неверности его возлюбленной, и можно держать пари, ставя десять против одного, что несколько любезных слов ее опровергнут все свидетельства обвинителей.

Страх есть беспокойство души при мысли о будущем зле, которое, вероятно, на нас обрушится.

Счастье в своем полном объеме есть наивысшее наслаждение, к которому мы способны, а несчастье – наивысшее страдание.

Счастье или несчастье человека в основном является делом его собственных рук.

У каждой добродетели есть родственный порок; так у каждого наслаждения есть соседствующее с ним бесчестье. Поэтому необходимо отчетливо провести разделяющую их черту и лучше на целый ярд не дойти долее и остановиться, нежели зайти за нее хотя бы на дюйм.

У лжи постоянная спутница – хитрость.

Хитрость есть только отсутствие разума: не будучи в состоянии достигнуть своих целей прямыми путями, она пытается их добиться плутовскими окольными путями; и ее беда заключается в том, что хитрость помогает лишь один раз, а потом всегда лишь мешает.

Человек имеет право обратить своим трудом в свою собственность столько, сколько он может употребить на какие-нибудь нужды своей жизни… А то, что выходит за эти пределы, превышает его долю и принадлежит другим.

Ломоносов Михаил Васильевич.

(08.11.1711–04.04.1765).

Выдающийся русский ученый, поэт.

Родился в деревне Мишанинской Архангельской губернии в семье зажиточного крестьянина-помора. Страсть к знаниям, тяжелые отношения с мачехой заставили 19-летнего Михайло принять решение покинуть дом и отправиться в Москву, где он обучался 5 лет в Московской славяно-греко-латинской академии, а затем в Петербургской Российской Императорской Академии Наук. В 1736 г. в числе студентов, отобранных Академией Наук для продолжения обучения за границей, отправился в Германию, где пробыл 5 лет, изучая математику, химию, физику, горное дело. Вернувшись в Россию, в 1741 г. составил Каталог собраний минералов и окаменелостей Минерального кабинета Кунсткамеры, что явилось одним из первых его научных трудов. В 1745 г. получил разрешение читать публичные лекции на русском языке. В 1748 г. основал первую в России химическую лабораторию. В 1755 г. разработал проект Московского государственного университета, позже названного в его честь. Благодаря многим научным достижениям, приобрел большое влияние при Академии, а также при дворе. В конце жизни был избран почетным членом Стокгольмской и Болонской академий наук. Умер среди неустанных трудов, похоронен в Александро-Невской лавре. Велико значение достижений М. Ломоносова для развития науки. В области астрономии: обнаружил наличие атмосферы у Венеры. В области физики: разработал молекулярно-кинетическую теорию тепла. В области риторики: создал труд «Риторика» (1748), ставший первой в России хрестоматией мировой литературы, включавшей также лучшие произведения отечественной словесности; его пособия стали первыми общедоступными руководствами по красноречию; ввел понятие художественно-выразительных приемов; осуществил силлабо-тоническую реформу стихосложения; ввел понятие стихотворного размера и т.д. В области литературы: создал жанр оды философского и высокого гражданского звучания; стал автором многих поэм, трагедий, сатир.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Везде исследуйте всечасно, / Что есть велико и прекрасно.

Глупость – это тот сказочный кит, на котором стоит мир.

Дерзайте отчизну мужеством прославить!

Ежели ты хорошее сделаешь с трудом, труд минется, а хорошее останется, а ежели сделаешь что худое с услаждением, услаждение минется, а худое останется.

Журналист никогда не должен создавать себе слишком высокого представления о своем превосходстве, о своей авторитетности, о ценности своих суждений. Ввиду того что деятельность, которой он занимается, уже сама по себе неприятна для самолюбия тех, на кого она распространяется, он оказался бы совершенно не прав, если бы сознательно причинял им неудовольствие и вынуждал их выставлять на свет его несостоятельность.

Иногда промедление смерти подобно.

Красота, величие, сила и богатство российского языка явствуют довольно из книг, в прошлые века писанных, когда еще не токмо никаких правил для сочинений наши предки не знали, но и о том едва ли думали, что оные есть или могут быть.

Кто достигнет старости, тот почувствует болезни от роскошей, бывших в юности, следовательно, в молодых летах должно от роскошей удаляться.

Кто малого не может, тому и большее невозможно.

Ленивый человек в бесчестном покое сходен с неподвижною болотною водою, которая, кроме смраду и презренных гадин, ничего не производит.

Любовь сильна как молния, но без грому проницает, и самые сильные ее удары приятны.

Малый человек и на горе мал; исполин велик и в яме.

Музы не такие девки, которых всегда изнасильничать можно.

Наука есть ясное познание истины, просвещение разума, непорочное увеселение жизни, похвала юности, старости подпора, строительница градов, полков, крепость успеха в несчастии, в счастии – украшение, везде верный и безотлучный спутник.

Наука и опыт – только средства, только способы собирания материалов для разума.

Науки юношей питают, / Отраду старцам подают, / В счастливой жизни украшают, / В несчастный случай берегут.

Нет такого невежды, который не мог бы задать больше вопросов, чем может их разрешить самый знающий человек.

Неусыпный труд все препятствия преодолевает.

Никто не уповай вовеки / На тщетну власть князей земных: / Их те ж родили человеки, / И нет спасения от них.

Ошибки замечать не много стоит: дать нечто лучшее – вот что приличествует достойному человеку.

Пусть философы подумают, как им взяться за дело, чтобы ничего не доказывать и в то же время все-таки доказывать.

Те, кто пишут темно, либо невольно выдают свое невежество, либо намеренно скрывают его. Смутно пишут о том, что смутно себе представляют.

Язык, которым Российская держава великой части света повелевает, по ея могуществу имеет природное изобилие, красоту и силу, чем ни единому европейскому языку не уступает. И для того нет сумнения, чтобы российское слово не могло приведено быть в такое совершенство, каковому в других удивляемся.

Лонгфелло Генри Уодсворт.

(1807–1882).

Американский поэт.

Родился в Портленде (штат Мэн) в семье старинного йоркширского рода, переселившейся в Америку в XVII в. С детства писал стихи. Окончив Боудойнский колледж Гарвардского университета, уехал в Европу, где еще 3 года изучал литературу и языки. Вернувшись в Америку, занял кафедру новых языков в Гарварде. Свою литературную деятельность начал сентиментально-романтической книгой путевых заметок «За океаном» (1835), но далее целиком отдался поэзии, выпустив несколько сборников: «Ночные голоса» (1839), «Стихи о рабстве» (1842), «Баллады и другие стихи» (1842). Но самым знаменитым его произведением стала эпическая поэма «Песнь о Гайавате», построенная на материале индейского фольклора. Умер в Кембридже.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Большинство людей могли бы добиться успеха в малых делах, если бы им не мешали непомерные амбиции.

В каждой жизни должно быть немного дождливой погоды.

В характере, в манерах, в стиле, во всем самое прекрасное – это простота.

Величайшая твердость и есть величайшее милосердие.

Все вещи должны изменяться, становясь чем-то новым и незнакомым.

Всё лучшее, что есть у великих поэтов всех стран, свойственно не их национальности, а их всемирности.

Всё придет к тому, кто может ждать.

Вставай! Так долго отдыхая, / Утратишь силу ты сполна! / Ведь не приносит урожая / Невспаханная целина!

Горе соседствует с радостью; на свете нет участи страшнее, чем не иметь доли в радостях и горестях.

Если бы вы смогли прочесть тайную историю ваших врагов, то в каждой жизни вы нашли бы столько горя и страданий, что этого хватило бы, чтобы уничтожить любую враждебность.

Как противно справедливости, чтобы человек был рабом себе подобного, так точно противно вечному праву, чтобы женщина находилась в подчинении у мужчины и чтобы в их законном сообществе один значил всё, а другая ничего.

Когда природа оставляет прореху в чьем-нибудь уме, она обычно замазывает ее толстым слоем самодовольства.

Когда умирает великий человек, свет, оставленный им, продолжает освещать путь человечества в течение долгих, долгих лет.

Кокетка – это юная дама, у которой больше красоты, чем благоразумия, больше интуиции, чем знаний, больше обаяния, чем благородства, больше поклонников, чем друзей, вокруг которой вьется больше дураков, чем умных.

Критики – часовые великой армии литературы, расставленные на всех углах газет и обозрений и вступающие в бой с каждым новым писателем.

Легче правильно сделать самому, чем объяснять, в чем ошибки другого.

Любовь отдает себя в дар; купить ее невозможно.

Мир любит пряность безнравственности.

Многие люди преуспели бы в малых делах, если бы их не терзало большое честолюбие.

Многие не дают своим принципам пустить корни и то и дело вырывают их, как дети вырывают цветы, которые они посадили, чтобы посмотреть, растут ли они.

Молодые могут умереть, старые – должны.

Музыка – универсальный язык человечества.

Мы оцениваем себя по тем способностям к делу, которые чувствуем в себе, в то время как окружающие оценивают нас по тому, что мы уже сделали.

Не говори о любви, потраченной напрасно! Любовь никогда не пропадает зря; если даже она не сделала богаче сердце другого человека, то ее воды, возвращаясь обратно к своему истоку, подобно дождю, наполнят его свежестью и прохладой.

Не доверяй будущему, каким бы оно ни было приятным, пусть мертвое прошлое хоронит своего мертвеца.

Не смотри в прошлое с тоской. Оно не вернется. Мудро распорядись настоящим. Оно твое. Иди вперед, навстречу туманному будущему, без страха и с мужественным сердцем.

Подчас мы можем большему научиться от заблуждений человека, чем от его достоинств.

Поэзия – это солнце, с его темными пятнами и затмениями, освещающее весь мир.

Способность понимать великую поэзию сравнима со способностью писать великие стихи.

Старость таит возможности не меньшие, чем юность, но в других одеждах.

У многих читателей блеск стиля сходит за обилие мыслей.

Чем ближе рассвет, тем темнее ночь.

Юность приходит только раз в жизни.

Лопе де Вега (полное имя – Феликс Лопе де Вега Карпьо).

(25.11.1562–27.08.1635).

Испанский драматург, поэт и прозаик.

Родился в Мадриде в бедной дворянской семье. С ранних лет обнаружил творческие способности (в 10-летнем возрасте перевел «Похищение Прозерпины» Клавдиана). Учился в университете в Алкале, где начал писать стихи. Университет закончить ему, однако, не удалось. За сатиру на семью отвергнувшей его возлюбленной был осужден на 10 лет изгнания из Мадрида. Несмотря на это, вернулся в столицу, чтобы похитить новую даму сердца и тайно жениться на ней. Поселился в Валенсии, где и создавал свои знаменитые пьесы: драмы («Последний готский король», «Юность Бернарда дель Карпио» и др.), социально-политические драмы («Великий герцог Московский»), исторические хроники («Доблестный кордовец Педро Карбонеро»), любовные истории («Собака на сене», «Учитель танцев» и др.). В 1614 г. принял сан священника. Умер в Мадриде. Дерзкий в жизни, Лопе де Вега поднял руку и на традиции испанской драматургии: отказался от принятого тогда принципа единства места, времени и действия, сохранив лишь последнее, смело объединял в своих пьесах элементы комического и трагического, создав классический тип испанской драмы.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

А ведь жена при старом муже – / Что плющ, повисший на ветвях: / Когда раскидистому клену / Он обовьет и ствол, и крону, / Он юн и свеж, а клен зачах.

Бог любви неумолим: он за обиду мстит и губит.

Быть легковерным глупо и опасно, / И легковерье – это путь страданий, / Но видеть без разумных оснований / Кругом обман – не менее ужасно.

В дороге и в тюрьме всегда рождается дружба и ярче проявляются способности человека.

В любви всегда согласие и лад, / Но букву зачеркнуть – и выйдет ад!

В чужой не шляйся дом блудливо, / Коль должен свой беречь от зла.

Важное правило искусства гласит, что оно не может подражать ничему иному, кроме правдоподобия.

Ведь женщине во мненьи света / Легко упасть, когда весь день / Ей в зеркало глядеть не лень.

Ведь раб не тот, кто стонет под кнутом, / Не тот отшельник, кто по воле неба / Живет в уединении глухом, / И нищ не тот, кто просит корку хлеба. / Но тот и раб, и нищ, и одинок, / Кто в жизни выбрал спутником порок.

Ведь тот, кто больше не полезен, / Забыт и сердцу не любезен.

Влюбленных зренье услаждает, / И только тот в любви вкушает / Весь аромат ее, кто зряч.

Всегда надменна красота. / Да. Но жестокость некрасива.

Глаза ревнивцев, повторяю это, опаснее любой другой напасти.

Давно известно – меж неравных / Не уживается любовь.

Есть люди, которые не могут полюбить, прежде чем их не оскорбили, и то, что у других вызывает отвращение, только разжигает их страсть.

Женщине влюбленной / Лукавой быть немудрено!

Злословить, и остро при этом, / Весьма приятно, милый мой. / Ведь было сказано поэтом: / Злословье греет нас зимой / И освежает жарким летом.

Знай, о друзьях и об идеях, / О женщинах и о картинах / Не следует судить поспешно. / Друзья нам могут изменить.

Измена другу – преступление. / Без оправданья, без прощения.

Как бы ни был влюблен человек, себя он любит еще сильнее.

Когда любящий гневается на любимую, это приводит лишь к тому, что любовь становится еще более пылкой и нежной.

Когда мы любим, мы теряем зренье.

Крайняя противоположность любви вовсе не разлука, не ревность, не забвение, не корысть, а ссора.

Кто ловок, различает ясно, / Что пустяки, а что опасно.

Кто мягко стелет для колен, / Тот голову не прочь отрезать.

Кто раз умеет обмануть, / Он много раз еще обманет.

Кто столько блеска проявил / В искусстве лгать и лицемерить, / Тому дозволено не верить, / Хотя б он правду говорил.

Любая книга – умный друг: / Чуть утомит, она смолкает; / Она безмолвно поучает, / С ней назидателен досуг.

Любовь – вернейшее родство. / И в мире ближе нет его.

Любовь глуха, прошу запомнить, / Она ничьих речей не слышит, / Красуясь на своем престоле.

Любовь, деньги и заботы скрыть невозможно: любовь – потому что она говорит глазами, деньги – потому что они сказываются в роскоши того, у кого водятся, а заботы – потому что они написаны на челе человека.

Любовь имеет секретный ключ к двери ревности.

Любовь могуча и сильна, / Права имеет самодержца, / Измены нет, какой она / Простить была бы не вольна, / Когда услышит голос сердца.

Любовь – огонь, тоска по счастью. / Ее неодолимой власти / Любая тварь подчинена.

Мирская слава – вспышка пакли, / Пылает миг – и гаснет вдруг.

На сто обманутых красавиц, / Каков бы ни был средь людей их чин, / Всегда пятьсот обманутых мужчин.

Надежда на счастье, пусть даже обманчивая, никогда не причиняет человеку зла, потому что она облегчает жизнь.

Нам ценна / Любовь, когда она вольна.

Невежливость между равными некрасива, со стороны же начальника она есть тирания.

Недаром какой-то мудрец сказал, что половиной своей красоты женщина обязана портнихе.

Нет для любящих сердец / Уместней кары, чем венец.

Нет! Никогда не умирает тот, / Чья жизнь прошла светло и беспорочно, / Чья память незабвенная живет, / В сердцах людей укоренившись прочно.

Ничто не усиливает любви так, как неодолимые препятствия.

Одиночеством к людям гонимый, / Прихожу к одиночеству снова – / Ибо, кроме моих размышлений, / Не встречал я друга иного.

Плащ на золотой подкладке / Все прикрывает недостатки.

Поверьте мне: любовь уходит путем, которым входит ревность.

Поднимаясь слишком высоко, только ускоряешь свое падение.

Помни, друг: трудней найти / Друга, нежели подругу.

Прелестниц ветреных, мой друг, / Мы страстно любим, но не вечно. / Мы любим долго и сердечно / Лишь добродетельных подруг.

Прелесть в женщине, конечно, / Быть новой и меняться вечно.

Природу трудно изменить, / Но жизнь изменчива, как море. / Сегодня – радость, завтра – горе, / И то и дело рвется нить.

Проклятая любовь всему виной. / Кто ей поддастся, тот утратит разом / Свободу, мужество и разум.

Тем, кто в бой вступил с судьбой, / Не о гордости пустой, / А о долге печься надо.

У женщины – как опыт учит нас – / Здоровье с красотою неразлучны.

Уважать женщин – это долг, которому всякий честный человек должен повиноваться с рождения.

Учтивость отомкнет везде / Расположенье и доверье, / А глупое высокомерье – / Ключ к неприязни и вражде.

Макаренко Антон Семенович.

(01/13.03.1888–01.04.1939).

Русский педагог, писатель.

Родился в городе Белополье Харьковской губернии в семье железнодорожного рабочего. В 1917 г. окончил Полтавский учительский институт. В 1919 г. организовал трудовую колонию для несовершеннолетних правонарушителей, а с 1927 г. руководил трудовой детской коммуной в Харькове, где на практике применял разработанную им педагогическую систему. С 1934 г. стал членом Союза советских писателей. Среди наиболее известных литературных произведений: «Марш 30-го года» (1932), «Педагогическая поэма» (1935), «Флаги на башнях» (1938), «Честь» (1938). Среди научно-педагогических работ: «Методика организации воспитательного процесса» (1936), «Книга для родителей» (1937) и др. Умер в вагоне пригородного поезда на станции Голицыно. Похоронен на Новодевичьем кладбище.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Большая воля – это не только умение чего-то пожелать и добиться, но и умение заставить себя отказаться от чего-то, когда это нужно. Воля – это не просто желание и его удовлетворение, а это и желание и остановка, и желание и отказ одновременно.

Воспитание в том и заключается, что более взрослое поколение передает свой опыт, свою страсть, свои убеждения младшему поколению.

Воспитать человека – значит воспитать у него перспективные пути, по которым располагается его завтрашняя радость.

Дети – это живая сила общества. Без них оно представляется бескровным и холодным.

Дисциплина – это лицо коллектива, его голос, его красота, его подвижность, его мимика, его убежденность. Всё, что есть в коллективе, в конечном счете принимает форму дисциплины.

Если я буду так поступать, чтобы все остальные были счастливы, тогда и я буду счастлив.

Книги – переплетенные люди.

Коллектив – не толпа. Опыт коллективной жизни есть не только опыт соседства с другими людьми, через коллектив каждый член его входит в общество.

Любовь – это самое великое чувство, которое вообще творит чудеса, которое творит новых людей, создает величайшие человеческие ценности.

Мораль буржуазного мира – это мораль жадности, приспособленной к жадности.

Наказание – очень трудная вещь; оно требует от воспитателя огромного такта и осторожности.

Наши дети – это наша старость. Правильное воспитание – это наша счастливая старость, плохое воспитание – это наше будущее горе, это – наши слезы, это – наша вина перед другими людьми, перед всей страной.

Необходимый аксессуар счастья – это уверенность, что живешь правильно, что за спиной не стоит ни подлость, ни жульничество, ни хитрость, ни подсиживание, ни скверна.

Несмотря на длящийся веками опыт народного страдания, люди всегда верили, что счастье есть законная норма человеческой жизни, что оно может быть и должно быть обеспечено и гарантировано в самом устройстве общества.

Никакое дело нельзя хорошо сделать, если неизвестно, чего хотят достигнуть.

Отказаться от риска – значит отказаться от творчества.

Самая трудная вещь – требование к себе.

Смысл авторитета в том, что он не требует никакого доказательства, что принимается как несомненное достоинство старшего, как его сила и ценность.

Храбрый не тот, который не боится, а тот, который умеет подавить свою трусость. Другой храбрости и быть не может.

Цель нашего воспитания заключается не только в том, чтобы воспитать человека-творца, человека-гражданина. Мы должны воспитывать человека, который обязан быть счастливым.

Человек не может жить на свете, если у него нет впереди ничего радостного.

Макиавелли Никколо.

(03.05.1469–21.06.1527).

Итальянский мыслитель, писатель, историк, политический деятель.

Родился во Флоренции в семье адвоката. В 1498 г. был принят на службу секретарем во вторую канцелярию, затем Коллегию Десяти и магистратуру Синьории. В 1506 г. добавил ко множеству своих обязанностей работу по организации флорентийской милиции. На всем протяжении службы его также использовали для дипломатических и военных поручений на флорентийских землях и сбора информации во время зарубежных поездок. В 1513 г. был вынужден покинуть государственную службу, удалился в свое поместье, где активно занялся писательской деятельностью. Именно в этот период им были созданы работы значительной литературной и исторической ценности. Главный труд «Государь» (1513) отражает политические взгляды автора: сторонник сильной государственной власти, считал допустимыми любые средства для ее упрочения, чем освобождал политику от принципов морали. Умер в Сан-Каскиано.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Большая часть людей довольна жизнью, пока не задеты их честь и имущество.

Власть, основанная на любви народа к диктатору, – слабая власть, ибо зависит от народа, власть, основанная на страхе народа перед диктатором, – сильная власть, ибо зависит только от самого диктатора.

Войны начинают, когда хотят, но кончают их, когда могут.

Всего ужаснее сознавать, что силы есть, что мог бы что-нибудь сделать и что никогда ничего не сделаешь – погибнешь бессмысленно.

Всякая перемена прокладывает путь другим переменам.

Вынося приговор, нужно руководствоваться человеколюбием, осмотрительностью и милосердием.

Главные основы государства – хорошие законы и хорошие войска; хорошие законы бессильны там, где нет хороших войск, там же, где есть хорошие войска, необходимо хорошие законы.

Добрыми делами можно навлечь на себя ненависть точно так же, как и дурными.

Достойную осуждения ошибку совершает тот, кто не учитывает своих возможностей и стремится к завоеванию любой ценой.

Дружбу, которая дается за деньги, а не приобретается величием и благородством души, можно купить, но нельзя удержать.

Едва лишь люди перестают бороться, вынуждаемые к борьбе необходимостью, как они тут же начинают бороться, побуждаемые к тому честолюбием.

Если власть заинтересована в том, чтобы развратить народ, она достигает желаемого, поощряя предателей, вместо того чтобы наказывать их.

Если необходимо нанести человеку оскорбление, оно должно быть настолько жестоким, чтобы не нужно было опасаться мести за него.

Избегнув одной неприятности, попадаешь в другую; однако в том и состоит мудрость, чтобы, взвесив все возможные неприятности, наименьшее зло почесть за благо.

К оружию следует прибегать в последнюю очередь, когда другие средства окажутся недостаточны.

Каждый видит, каким ты кажешься, мало кто чувствует, каков ты есть.

Когда дело идет о спасении отечества, не может быть речи о предательстве и верности, о зле и добре, о милосердии и жестокости, – но все средства равны, только бы цель была достигнута.

Кто имеет хорошее войско, найдет и хороших союзников.

Кто меньше полагался на милость судьбы, тот дольше удерживался у власти.

Кто не похож на всех, тот один против всех, ибо мир создан для черни и нет в нем никого, кроме черни.

Кто сам хороший друг, тот имеет и хороших друзей.

Кто хочет жить в мире, тот должен готовиться к войне.

Любовь плохо уживается со страхом.

Люди, веря, что новый правитель окажется лучше, охотно восстают против старого, но вскоре они на опыте убеждаются, что обманулись, ибо новый правитель всегда оказывается хуже старого.

Люди вообще судят больше по наружности, чем по содержанию. У всех есть глаза, но лишь у немногих – дар проницательности.

Люди – враги всяких затруднительных предприятий.

Люди всегда дурны, пока их не принудит к добру необходимость.

Люди меньше всего остерегаются обидеть того, кто внушает им любовь, нежели того, кто внушает им страх.

Люди мстят только за малые и средние обиды, тогда как великие отнимают у них силы для мщения.

Люди не умеют быть ни достойно преступными, ни совершенно хорошими; злодейство обладает известным величием или является в какой-то мере проявлением широты души, до которой они не в состоянии подняться.

Люди по своей натуре таковы, что не меньше привязываются к тем, кому сделали добро сами, чем к тем, кто сделал добро им.

Люди так простодушны и так поглощены ближайшими нуждами, что обманывающий всегда найдет того, кто даст себя одурачить.

Между тем, как живут и как надлежало бы жить, имеется такая разница, что тот, кто из-за долженствующего произойти упускает из виду действительно происходящее, – тот скорее уготовляет свою погибель, нежели свое спасение, ибо человек, который захотел бы во всем следовать одному добру, неминуемо погиб бы среди стольких порочных людей.

Мы знаем по опыту, что в наше время великие дела удавались лишь тем, кто не старался сдержать данное слово и умел, когда нужно, обвести вокруг пальца.

Нельзя попустительствовать беспорядку ради того, чтобы избежать войны, ибо войны не избежишь, а преимущество в ней утратишь.

Нельзя честно, не ущемляя других, удовлетворить притязания знати, но можно – требования народа, так как у народа более честная цель, чем у знати: знать желает угнетать народ, а народ не желает быть угнетенным.

Неразумие людей таково, что они часто не замечают яда внутри того, что хорошо с виду.

Ничто другое не истощает себя так, как щедрость: выказывая ее, одновременно теряешь самую возможность ее выказывать и либо впадаешь в бедность, возбуждая презрение, либо разоряешь других, чем навлекаешь на себя ненависть.

Ничто не сопряжено с такими трудностями и опасностями, ничто не обещает столь сомнительных шансов на успех, как попытка изменить порядок вещей.

Обыкновенные люди не выносят свободы, боятся ее больше, чем смерти, и, совершив преступление, падают под бременем раскаяния. Только герой, избранник судьбы, имеет силу вынести свободу – переступает закон без страха, без угрызения, оставаясь невинным во зле, как звери и боги.

Основой власти во всех государствах – как унаследованных, так и смешанных и новых – служат хорошие законы и хорошее войско.

Открытие новых истин всегда было и будет столь же опасно, как открытие новых земель.

Политику не следует становиться рабом собственного слова.

Привидения величественнее издали, чем вблизи.

Промедление может обернуться чем угодно, ибо время приносит с собой как зло, так и добро.

Пусть будут у тебя крепости, но если народ возненавидит тебя, они не принесут ни какой пользы.

Расточая чужое, ты прибавляешь себе славы, тогда как расточая свое, ты только себе вредишь.

С врагом можно бороться двумя способами: во-первых, законами, во-вторых, силой. Первый способ присущ человеку, второй – зверю.

С тех пор, как люди поверили, что ради блаженства на небе до€лжно терпеть всякую неправду на земле, негодяям открылось великое и безопасное поприще.

Самое лучшее государство – то, подданные которого веселятся и благоденствуют.

Самое скверное в жизни не заботы, не болезни, не бедность, не горе – а скука.

Следует заранее примириться с тем, что всякое решение сомнительно, ибо это в порядке вещей, что, избегнув одной неприятности, попадешь в другую.

Следует остерегаться злоупотреблять милосердием.

Совершенная истина почти всегда кажется невероятною.

Сохраняют благополучие те, чей образ действий отвечает особенностям времени, и утрачивают благополучие те, чей образ действий не отвечает своему времени.

Те, кто соблюдает нейтралитет, сталкиваются с ненавистью побежденных и презрением победителей.

Тяжелую болезнь вначале легко вылечить, но трудно распознать, когда же она усилилась, ее легко распознать, но уже трудно вылечить.

У всех людей есть глаза, но лишь у немногих – дар проницательности.

Умы бывают трех видов: один все постигает сам; другой может понять то, что постиг первый; третий сам ничего не постигает и постигнутого другим понять не может.

Фортуна – все равно что женщина, и тот, кто хочет ее покорить, должен спорить с ней и бороться, как борьба с женщиной требует битья ее и помыкания ею.

Фортуна принадлежит к тому полу, который уступает только силе и отталкивает от себя всякого, кто не умеет сметь.

Человек мудрый должен всегда выбирать дороги, испытанные великими людьми и подражать самым замечательным, так что если он и не достигнет их величия, то воспримет хоть некоторый его отблеск.

Человек по природе своей склонен более к осуждению, чем к похвале.

Человеческая жизнь такова, что если не позволять себе изредка глупостей, околеешь от скуки.

Честолюбие – такое сильное человеческое чувство, что как бы высоко мы ни забирались, мы никогда не испытываем удовлетворения.

Чужие доспехи либо широки, либо тесны, либо слишком громоздки.

Язык дан человеку для того, чтобы скрывать свои мысли.

Маколей Томас Бабингтон.

(25.10.1800–28.12.1859).

Английский историк, писатель, политический деятель.

Родился в Ротли-Темпл (графство Лестершир). Окончил Тринити-колледж Кембриджского университета, где удостоился литературных премий за стихотворения «Помпеи» (1819) и «Вечером» (1821). В 1803 г. был избран членом палаты общин. В 1833–1838 гг., будучи членом Верховного совета при вице-короле Индии, провел в Индии реформу просвещения, направленную на насильственное внедрение английской культуры и языка. За выдающиеся заслуги перед отечеством получил титул лорда. После возвращения в Лондон с 1839 по 1841 гг. занимал пост военного министра. Кроме политической деятельности, занимался историей и литературным творчеством: написал 27 эссе для журнала «Эдинбургское обозрение», в 1842 г. опубликовал «Песни Древнего Рима», выпустил 5-томный труд «История Англии». Умер в Лондоне.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Анализ – не дело поэта. Его призвание – воспроизводить, а не расчленять.

Больше всего публика превозносит того, кто является одновременно объектом восхищения, уважения и сострадания.

Большой ум, как и большая гора, первыми ловят и отражают утреннее солнце.

В любом веке самые гнусные образчики человеческой натуры можно найти среди демагогов.

В любую эпоху самых злостных представителей рода человеческого следует искать среди народных вождей.

В наше время многие политики имеют обыкновение с апломбом рассуждать о том, будто народ не заслуживает свободы до тех пор, пока не научится ею пользоваться. Это умозаключение сделало бы честь дураку из старой сказки, который решил не идти в воду, пока не научится плавать.

Вежливость – это благожелательность в мелочах.

Верный признак общего упадка искусства – это не часто встречаемое безобразие, а неуместная красота. В общем, трагедия испорчена витийством, комедия – острословием.

Вознаграждению и наказанию подвластно всё в этом мире. Всё, кроме сердца.

Всякое правительство, которое пытается достичь большего, добьется меньшего.

Долг хорошего правительства – защищать личность и собственность. Главная же опасность, угрожающая личности и собственности, – это невежество народных масс. Поэтому для того, чтобы хорошо править, необходимо распространять просвещение в народе.

Должное почтение к предкам, разумное и мужественное, мы отдаем не тогда, когда суеверно следуем тому, что они делали при других обстоятельствах, а тогда, когда поступаем так, как они поступили бы на нашем месте.

Древняя философия была мельницей, а не дорогой. Она состояла из вопросов, которые вращались в круге, из противоречий, которые всегда начинались сначала. В ней проявлялось огромное напряжение и совсем не было прогресса.

Еврей – это то, что мы сделали из него.

Если бы мне предложили все богатство мира и лишили бы меня чтения, я предпочел бы быть бедняком и жить на чердаке, лишь бы читать книги.

Если рабы будут ждать свободы до тех пор, пока они не поумнеют, ждать придется долго.

Закон напрасно существует для тех, у кого нет ни мужества, ни средств защищать его.

Знания достигаются не быстрым бегом, а медленной ходьбой.

Изуверы не пропускают случая отстаивать гонения, указывая на пороки, вызванные их же гонениями.

История делает человека мудрым, поэзия – разносторонним, математика – проницательным, естествознание – глубоким, мораль – серьезным, логика и риторика – способным защищаться.

К тем, кому мы изменяем, мы испытываем то особое чувство злобы, которое во все времена было присуще отступникам.

Крошечный добрый поступок лучше, чем самые торжественные обещания сделать невозможное.

Кто, вращаясь в образованном и литературном обществе, стремится сделаться большим поэтом, должен сначала обратиться в маленького ребенка. Он должен расчленить всю ткань своей души. Он должен забыть многое из того, что, быть может, было для него основой его превосходства. Его собственные таланты будут препятствием для него.

Кто хорошо осведомлен о прошлом, никогда не станет отчаиваться по поводу настоящего.

Лучше иметь нереформированные законы, применяемые в реформенном духе, чем реформированные законы, применяемые в духе, враждебном всякой реформе.

Любовь толпы похожа на любовь той сладострастной волшебницы из арабских сказок, которая не только бросала своих любовников, когда проходили сорок дней ее нежности, но еще заставляла их посредством самых ужасных кар и превращений искупать свою вину и расплачиваться за то, что когда-то они слишком нравились ей.

Люди обыкновенно выражают сочувствие несчастьям отдельных лиц, но крайне безжалостны к партиям, потерпевшим поражение.

Люди, у которых нет гордости от благородных свершений своих отдаленных предков, никогда не достигнут чего-либо стоящего, чтобы их с гордостью вспоминали отдаленные потомки.

Малейшее благо в настоящем лучше, чем самые роскошные посулы в будущем.

Многие политики имеют привычку выдвигать как очевидное утверждение, что людям не следует быть свободными, пока они не способны воспользоваться своей свободой. Эта сентенция напоминает о дураке из старой истории, который решил не входить в воду, пока не научится плавать.

Могила – храм тишины и смирения.

Мы скорбим о крайностях, сопровождающих революции; но чем больше эти крайности, тем более мы чувствуем, что революция была необходима.

Наиболее сложные и глубокие стороны человеческой природы могут быть выражены только посредством слов.

Насилие – суть войны.

Непонятность и аффектация – два крупнейших недостатка стиля.

Нет ничего более благодатного для народа, чем свобода торговли, – и ничего более непопулярного.

Нет силы более разрушительной, чем умение представлять людей в смешном виде.

Общая судьба сект такова, что они приобретают великую славу святости, пока угнетаемы, и теряют ее, лишь только достигают могущества.

Оценка нами кого-либо во многом зависит от того, как это лицо относится к нашим интересам и страстям. Нам трудно хорошо думать о тех, кто умаляет или угнетает нас, но мы охотно прощаем пороки тем, кто нам полезен или приятен.

Партии по природе своей крепче держатся за свою основную неприязнь, чем за свои принципы.

Половина логических доводов плохого правления кроется в следующей софистической дилемме: если народ неспокоен, то он не созрел для свободы; если же спокоен, то не желает свободы.

Правильно решить проблему наилучшим образом можно только тогда, когда люди в состоянии свободно обсудить ее.

Правители должны не обвинять людей в отсутствии патриотизма, а сделать все от себя зависящее, чтобы они стали патриотами.

Правосудие мало-помалу превратилось в изворотливое знание, которого не может обнять ни один человеческий ум без усилий и долгой подготовки.

При деспотическом правлении люди вынуждены искать у своей партии той защиты, какую они по идее должны были получать от государства, а потому нет ничего удивительного в том, что любовь к родине они переносят на любовь к партии.

Принципы, которые самый закоренелый разбойник едва ли решился бы сообщить своему товарищу, в которых он самому себе признался бы не иначе, как под покровом какого-нибудь красивого софизма, – такие принципы преподносятся нам без всяких прикрас и провозглашаются основными аксиомами политической науки.

Причины ссоры множатся на глазах.

Раны, нанесенные тщеславию, дольше сочатся кровью, чем раны, нанесенные сердцу.

Революции, совершенные насилием, часто влекут за собой реакцию; победы разума, однажды выигранные, выиграны навсегда.

Слова, еще слова и только слова: это все, что нам оставили знаменитые философы шестидесяти поколений.

Те, кто сравнивает век, в котором им выпало жить, с золотым веком, существующим лишь в нашем воображении, могут рассуждать о вырождении и крахе; но тот, кто хорошо осведомлен о прошлом, никогда не станет отчаиваться по поводу настоящего.

То, что интересует всех, не интересует никого.

Требовать от честного человека, чтобы он действовал по внушениям своей совести, было бы излишне, а требовать, чтобы он действовал вопреки совести, значило бы оскорблять его.

Трудно представить себе более ужасное положение, чем то, на которое осужден великий человек, присутствующий при агонии разлагающейся страны, поддерживающий ее во время чередующихся приступов бешенства и отупения и наблюдающий, как один за другим исчезают все признаки жизнеспособности, пока не остается ничего, кроме холода, мрака и разложения.

Тщетно надеяться, что может быть написана такая конституция, при которой любой избранник получит большинство голосов, а любой закон – единодушную поддержку.

У закона нет глаз, у закона нет рук: закон – ничто, пустой клочок бумаги, пока общественное мнение не вдохнет в мертвую букву дух жизни.

У культурных народов даже самые деспотические правительства не влияли обыкновенно на свободное развитие правосудия в частных отношениях.

Умеренность на войне – непростительная глупость.

Умные всегда с большим подозрением взирали и на ангелов, и на демонов толпы.

Факт – что поэзия требует не испытующего, а верующего образа мыслей.

Фантазия достигает в раннем периоде совершенства своей красоты, силы и плодовитости – она первая и увядает. Редко случается, чтобы вместе росли и фантазия, и рассудок, а еще реже бывает, чтобы способность суждения развивалась быстрее воображения.

Философия, которая способна научить человека быть совершенно счастливым, испытывая непереносимую боль, гораздо лучше той философии, которая эту боль смягчает… Философия, которая борется с алчностью, гораздо лучше философии, которая разрабатывает законы об охране собственности.

Хитрые люди презирают знание, простаки удивляются ему, мудрые люди пользуются им.

Хорошая конституция бесконечно лучше, чем самый лучший деспот.

Хорошее правительство – не то, которое хочет сделать людей счастливыми, а то, которое знает, как этого добиться.

Цель красноречия – не истина, а убеждение.

Читай не для того, чтобы спорить или верить, а для того, чтобы испытывать и взвешивать.

Чтение дает человеку содержание, беседа – ловкость, письмо – точность. И потому человек, который мало пишет, нуждается в большой памяти; человек, который мало разговаривает, – в природном остроумии; человеку, который мало читает, нужно много ловкости, чтобы казалось, что он знает то, чего он не знает.

Ясность мысли и ясность выражения обыкновенно встречаются вместе.

Маргарита Наваррская.

(11.04.1492–21.12.1549).

Королева Наварры с 1527 г., писательница.

Проявляла большой интерес к философии и литературе, покровительствовала писателям и ученым и сама стала одной из первых ученых дам своего времени, а ее двор был одним из центров французского Ренессанса. Написала сборник новелл «Гептамерон», введя некоторые новшества в жанр новеллы: за каждым рассказом поместила комментарии в виде длинных вольных диалогов. Сборник вышел без имени автора и имел огромный успех у придворных, которым он и предназначался.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Главное – это то, как человек оценивает свои поступки.

Для тех женщин, которых робость и скрытность делают несчастными, самое большое удовольствие – это грешить с людьми, которые сами же могут потом отпускать им грехи.

Если окажется, что та, кого вы полюбили, как две капли воды похожа на вас и хочет всего того, чего хотите вы, в действительности вы будете любить не ее, а только себя.

Как неразумен человек, когда от добра, которое он имеет, он еще ищет другого. Не довольствуясь тем, что у него есть, и гоняясь за большим, человек теряет и то, что имел.

Легче расторгнуть сотню браков, чем разлучить одного священника с его служанкой.

Любовь слепа, и она способна ослепить человека так, что дорога, которая кажется ему наиболее надежной, оказывается наиболее скользкой.

Любовь способна обманывать даже обманщиков.

Люди дурные готовы искать зло где угодно, только не там, где оно есть на самом деле.

Мне столько раз приходилось слышать о людях, которые умирают от любви, но за всю жизнь я не видела, чтобы кто-нибудь из них действительно умер.

Можно вынести все, кроме безделья.

Наказывается не преступление, а глупость.

Настоящая любовь и изобретательность свойственны иногда вовсе не тем, в ком мы рассчитываем их найти.

Настоящая любовь не признает никаких приказаний и никаких обетов.

Обида имеет больше власти над женщиной, чем любовь, особенно если у этой женщины благородное и гордое сердце.

Самые тяжелые муки – это муки любви.

Самым невежественным оказывается тот, кто считает, что знает все.

Самыми изобретательными в делах любви оказываются именно те, у кого меньше всего ума.

Сильнее всего бывают те, кто направляет силы на добрые дела.

Сладка не та месть, которая убивает врага, а та, которая несет жизнь истинному другу.

Там, где недостает добродетели, иногда не обойтись без лицемерия, как мы иной раз прибегаем к каблукам, чтобы никто не заметил, что мы малы ростом.

Тот, кто делает добро другим, сам от этого вкушает радость.

Уж лучше любить одну женщину как женщину, чем поклоняться нескольким как иконам.

Человек, известный своими дурными наклонностями, всегда будет под подозрением.

Марк Аврелий Антонин.

(26.04.121–17.03.180).

Римский император, философ.

Родился в Риме. После смерти отца был усыновлен императором Антонием Пием. Став единовластным правителем Рима, подобно своему предшественнику Пию, опирался на сенаторское сословие и во внутренней политике стремился к упорядочению законодательства и бюрократического аппарата. Известен как высоконравственный, гуманный, хорошо образованный человек. По своим философским взглядам – убежденный стоик, последователь Эпиктета. В сочинениях «Наедине с собой», «Размышления» выражал стремление к моральному самоусовершенствованию и неверие в возможность совершенствования политического строя.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Без соображения с божественным не сделаешь хорошо ничего человеческого, и наоборот.

В себе самом, внутри тебя источник добра. Он не перестанет журчать по мере того как ты будешь раскапывать его.

Вечность – это как бы река явлений и стремительно несущийся поток. Только что успело показаться одно, и оно уже уплыло, как проносится другое и торопится подплыть третье.

Воля делает материалом для своего действия представляющиеся ей препятствия совершенно так же, как огонь завладевает всем, попадающим в него, – маленький огонек угас бы, но большущий костер усваивает брошенные в него вещества, сжигает их и сам становится еще выше.

Во-первых, не делай ничего без причины и цели. Во-вторых, не делай ничего, что бы не клонилось на пользу обществу.

Вред – все то, что обезображивает и ослабляет.

Глупец тот, кто деянием заполнил жизнь до изнеможения, а цели-то, куда направить все устремления, да разом, и представления не имеет.

Говорить правду – это не столько дело воли, сколько привычки.

Делай каждое дело так, как будто бы это последнее дело в твоей жизни.

Если бы ты ведал, из какого источника текут людские суждения и интересы, то перестал бы домогаться одобрения и похвалы людей.

Если кто меня оскорбил – это его дело, такова его наклонность, таков его нрав; у меня свой нрав, такой, какой мне дан от природы, и я останусь в своих поступках верен своей природе.

Если ты действительно признаешь в себе недостаточную быстроту понимания и сообразительности, то этот недостаток следует уничтожить упражнением, а не потворством своей лени, махнув на него рукой.

Если что-либо тебе не по силам, то не решай еще, что оно вообще невозможно для человека. Но если что-нибудь возможно для человека и свойственно ему, то считай, что оно доступно и тебе.

Живи так, как будто ты сейчас должен проститься с жизнью, как будто время, оставленное тебе, есть неожиданный подарок.

Задача жизни не в том, чтобы быть на стороне большинства, а в том, чтобы жить согласно с внутренним, сознаваемым тобою законом. И пока еще жив, стань, наконец, человеком!

Измени отношение к вещам, которые тебя беспокоят, и ты будешь от них в безопасности.

Или ты продолжаешь жить здесь – и к этой жизни ты уже привык, или ты удалишься в другое место, согласно своему желанию, или же умираешь, и твое служение кончилось. Этим исчерпано все. Поэтому будь спокоен.

Искусство жизни более напоминает искусство борьбы, нежели танцев. Оно требует готовности и стойкости в отношении к внезапному и непредвиденному.

Испробуй, не подойдет ли тебе жизнь достойного человека, довольствующегося справедливостью своего деяния и благожелательностью своего душевного склада.

Каждый стоит столько, сколько стоит то, о чем он хлопочет.

Когда ты сделал кому-нибудь добро и это добро принесло плоды, зачем ты, как безрассудный, домогаешься еще похвалы и награды за свое доброе дело?

Красивая женщина не должна быть слишком умна – это отвлекает внимание.

Лучше всего не рассуждать, каков там достойный человек, но таким быть.

Лучший способ мести – не отвечать злом на зло.

Люди рождены друг для друга. Поэтому или вразумляй, или же терпи.

Мы, люди, рождены для того, чтобы помогать друг другу, как рука помогает руке, нога – ноге, а верхняя челюсть – нижней.

Настоящий способ мстить врагу – это походить на него.

Начни с самого себя и исследуй прежде самого себя.

Наша жизнь есть то, что мы думаем о ней.

Не будь опрометчив, неси свое бремя, пусть оно послужит тебе к добру; извлеки из него то, что нужно для разумной жизни твоей, как желудок извлекает из пищи все нужное для плоти, или как огонь, который разгорается светлее, когда в него что-нибудь бросят.

Не делай того, что осуждает твоя совесть, и не говори того, что несогласно с правдой. Поступай так, и ты исполнишь всю задачу своей жизни.

Не довольствуйся поверхностным взглядом. От тебя не должны ускользнуть ни своеобразие каждой вещи, ни ее достоинство.

Не превозносись, получая, и не ропщи, когда отдаешь.

Не стыдись, когда помогают; тебе поставлена задача, как бойцу под крепостной стеной. Ну что же делать, если, хромый, ты не в силах один подняться на башню, а с другим вместе это возможно?

Неведение добра и зла – уродство не меньшее, нежели неспособность различать белое и черное.

Не уставай получать пользу, принося ее.

Нелегко указать на кого-либо, кто стал бы несчастным от того, что был невнимателен к происходящему в чужой душе. Но неизбежно будет несчастен тот, кто не следит за движениями собственной души.

Несправедливость не всегда связана с каким-нибудь действием; часто она состоит именно в бездействии.

Нет ничего легче, нежели превратить посредственную женщину в исключительную. Достаточно ее полюбить.

Ни один человек не счастлив, пока он не считает себя счастливым.

Ни один человек, умирая, не настолько беден, чтобы не иметь около себя кого-нибудь, кто бы не радовался этому событию.

Ни с кем не случается ничего такого, что он не в силах был бы вынести.

Никогда не расценивай как полезное тебе что-нибудь такое, что вынудит тебя когда-нибудь нарушить верность, забыть стыд, возненавидеть другого.

О страдании: если оно невыносимо, то смерть не преминет скоро положить ему конец, если же оно длительно, то его можно стерпеть.

Оглянись назад – там безмерная бездна времени; взгляни вперед – там другая беспредельность. Какое же значение имеет, в сравнении с ними, разница между тем, кто прожил три дня, и прожившим три человеческие жизни?

Помни, что изменить свое мнение и следовать тому, что исправляет твою ошибку, более соответствует свободе, чем настойчивость в своей ошибке.

Презирают друг друга, угождают друг другу, и, желая превосходить друг друга, покорствуют друг другу.

Прекрасная наружность – опасный соблазнитель.

Приставлять одно доброе дело к другому так плотно, чтобы между ними не оставалось ни малейшего промежутка, – вот что я называю наслаждаться жизнью.

Пусть дела твои будут такими, какими ты хотел бы их вспомнить на склоне жизни.

Пусть не тревожит тебя будущее! Ведь ты достигнешь его, если это будет нужно, обладая тем же разумом, которым ты пользуешься в настоящем.

Самая продолжительная жизнь ничем не отличается от самой короткой. Ведь настоящее для всех равно, а следовательно, равны и потери, и сводятся они всего-навсего к мгновению. Никто не может лишиться ни минувшего, ни грядущего.

Самый презренный вид малодушия – это жалость к самому себе.

Смерть и жизнь, слава и бесчестье, страдание и наслаждение, богатство и бедность – все это одинаково выпадает на долю как хорошим людям, так и дурным. Все это не прекрасно и не постыдно, а следовательно, не благо и не зло.

Смотри внутрь себя. Внутри источник добра, который никогда не истощится, если ты не перестанешь рыть.

Совершенство нравов состоит в том, проводить каждый день так, как если он должен был быть последним – без тревоги, без трусости, без притворства.

Странно! Человек возмущается злом, исходящим извне, от других, тем, чего устранить не может, а не борется со своим личным собственным злом, что в его власти.

Терпит вред тот, кто упорствует в заблуждении и невежестве.

Трезво веселись.

У кого нет в жизни всегда одной и той же цели, тот и сам не может всю жизнь быть одним и тем же. Сказанного недостаточно, если не добавишь и то, какова должна быть эта цель… надо поставить себе именно общественную и гражданскую. Потому что кто направит все свои устремления к ней, у того и все его деяния станут сходны, и оттого сам он всегда будет тот же.

Часто несправедлив тот, кто не делает чего-либо, а не только тот, кто что-либо делает.

Человек должен быть честным по натуре, а не по обстоятельствам.

Человека хорошего, благожелательного и искреннего можно узнать и по его глазам.

Чем больше человек любит самого себя, тем больше он зависит от чужого мнения.

Что такое имя, как не звук или эхо? То, что мы ценим в жизни, есть пустота, тлен, ничтожество; это кусающиеся собаки, дерущиеся, плачущие или смеющиеся дети.

Я сделал что-нибудь для общего блага? Следовательно, я принес пользу самому себе. Никогда не расставайся с этой мыслью и не отказывайся от нее ни в каком положении.

Марк Твен (настоящее имя – Сэмюэл Ленгхорн Клеменс).

(30.11.1835–21.04.1910).

Американский писатель, сатирик, журналист.

Родился в городе Флорида (штат Миссури) в семье судьи. После смерти отца бросил школу и стал работать наборщиком в газете, затем лоцманом на Миссисипи. В 1861 г. уехал на Дальний Запад и стал старателем на рудниках Невады, золотоискателем в Калифорнии. В это же время попробовал себя в роли репортера газеты в Виргиния-Сити, где опубликовал ряд своих первых юмористических очерков и рассказов. В 1865 г. отправился на пароходе в Европу и Палестину, посылая с дороги юмористические репортажи. Посетив Францию, Италию, Грецию, Турцию, Крым и Святую Землю, возвратился в США и в 1869 г. издал сборник путевых очерков «Простаки за границей», который имел огромный успех. В 1872 г. выпустил автобиографическую книгу «Закаленные» о людях и нравах Дикого Запада. В 1875 г. опубликовал сборник своих лучших рассказов «Старые и новые очерки», упрочив свою популярность как писателя. В 1876 г. написал «Приключения Тома Сойера», а в 1885 г. продолжение – «Приключения Гекльберри Финна». Умер от стенокардии в Раддинге (штат Коннектикут). На пике карьеры М. Твен был самой популярной фигурой в Америке. У. Фолкнер писал о нем как о первом «по-настоящему американском писателе, а мы с тех пор – его наследники»; Э. Хемингуэй писал, что «вся современная американская литература вышла из одной книги Марка Твена, которая называется “Приключения Гекльберри Финна”».

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

6 января 1896. – На палубе свирепствуют сорванцы. Досадно, что из сорванцов вырастают порядочные и полезные для общества люди нисколько не реже, чем из послушных детей.

Американец – человек, который делает что-либо, потому что так не делали раньше. Англичанин – человек, который делает что-либо, потому что так делали раньше.

Банкир – это человек, одалживающий вам зонтик, когда светит солнце, и отбирающий его в тот самый момент, когда начинается дождь.

Бог создал человека, потому что разочаровался в обезьяне. После этого он отказался от дальнейших экспериментов.

Бог хранит дураков и детей, говорит пословица. Это сущая правда. Я это знаю, потому что проверял на себе.

Богатые не заботятся ни о ком, кроме самих себя; только бедные сочувствуют бедным и помогают им.

Богу не хватает стойкости характера, твердых убеждений. Ему следует быть католиком, или пресвитерианином, или кем-нибудь, все равно – но не стараться поспеть сразу повсюду.

Большинство писателей считают правду наиболее ценным своим достоянием – вот почему они так экономно ею пользуются.

Будь добродетелен, и ты будешь одиноким.

Будь у меня собака, такая назойливая, как совесть, я бы ее отравил. Места она занимает больше, чем все прочие внутренности, а толку от нее никакого.

Бывает, конечно, что и правда сходит человеку с рук. Но хлипкая, глупая, неумелая ложь не продержится и двух лет – исключение составляет клевета. Она практически неуязвима.

Бывает, что у человека нет дурных привычек, но зато есть нечто худшее.

В 1905 году Марк Твен записал в дневнике: Шестьдесят лет тому назад «оптимист» и «дурак» не были синонимами.

В Индии два миллиона богов, и все они почитаются. По части религии все остальные страны – нищие, и только Индия – миллионер.

В мои времена Примерный Мальчик – а у нас больше одного не бывало – был совершенством; он был совершенством по манерам, совершенством в одежде, совершенством в поведении, совершенством в сыновнем почтении, совершенством в проявлениях набожности; но, в сущности, он был просто лицемером, а что касается начинки его черепа, то он свободно мог ее обменять на начинку пирога – и от этого пострадал бы только пирог.

В наше время в психиатрические лечебницы можно упрятать лишь здоровых людей. Если вы попытаетесь разместить там психов, вам не хватит стройматериалов.

В наши дни трудно представить себе, что было время, когда грабить правительство считалось новшеством.

В Новой Англии модно давать гостиницам индейские имена – не потому, что покойные дикари были сведущи в гостиничном деле, а потому что воинственные индейские прозвища столь сильно воздействуют на воображение путника, смиренно умоляющего о ночлеге, что он благодарен доброму и великодушному служащему, если тот отпустит его, не сняв с него скальп.

В Париже широко открывали глаза и таращились на нас, пока мы говорили с ними по-французски! Нам так ни разу и не удалось заставить этих кретинов понимать их собственный язык.

В первое же воскресенье пошел в церковь, а во вторник получил счет на двенадцать марок на поддержание церкви. Хватит, не могу себе позволить исповедание религии за такую цену. Здесь спасение души – для богатых.

В пятьдесят человек может быть ослом, не будучи оптимистом, но уже не может быть оптимистом, не будучи ослом.

В рай принимают не по заслугам, а по протекции, иначе вы остались бы за порогом, а впустили бы вашу собаку.

В чем бы ни состоял труд, это все равно: он сам по себе служит благословением, когда человек жаждет деятельности.

Взойдя на вершину успеха, вы можете не встретить там ни одного друга.

Во Франции нет зимы, нет лета и нет нравственности. За вычетом этих недостатков – прекрасная страна.

Вообще-то я против миллионеров, но если бы мне предложили им стать…

Всё в мире поставлено с ног на голову. Жизнь следовало бы начинать стариком, обладая всеми преимуществами старости – положением, опытом, богатством – и кончать ее юношей, который может всем этим так блистательно насладиться. А сейчас мир устроен так, что в юности, когда счету нет удовольствиям, которые получаешь на один-единственный доллар, у вас этого доллара нет. В старости же у вас есть доллар, но уже нет ничего такого, что хотелось бы на него купить.

Все мы сделаны из одного теста, притом довольно низкого качества.

Все политические партии в конце концов умирают, подавившись собственной ложью.

Всё, что вам нужно в жизни – это невежество и уверенность, и тогда успех вам обеспечен.

Всё, что церковь проклинает, живет; всё, чему она противится, расцветает.

Всегда поступай правильно. Это порадует некоторых людей и удивит всех прочих.

Всегда честно признавай свои ошибки, это притупит бдительность начальства и позволит тебе натворить новые.

Всякий раз, когда вам захочется написать слово «очень», замените его словом «чертовски»; ваш издатель всюду его вычеркнет, и получится то, что надо.

Гений – во всяком случае, литературный гений, – не может быть открыт своими близкими; они слишком близки к нему и поэтому видят его не в фокусе, не в состоянии верно оценить его пропорции, не могут заметить, насколько его размеры превышают их собственные.

Героиня – девушка, с которой можно прожить идеально счастливую жизнь – в книге.

Глубокие филологические изыскания привели меня к выводу, что человек, не лишенный способностей, может изучить английский язык в тридцать часов (исключая произношение и правописание), французский – в тридцать дней, а немецкий – в тридцать лет. Отсюда как будто следует, что не мешало бы этот последний язык пообкорнать и навести в нем порядок. Если же он останется в своем нынешнем виде, как бы не пришлось почтительно и деликатно сдать его в архив, причислив к мертвым языкам. Ибо, поистине, только у мертвецов найдется время изучать его.

Год назад я был добродетельным человеком. А теперь, когда я столкнулся с нью-йоркскими нравами, совести у меня осталось не больше, чем у миллионера.

Даже когда власть имущий хочет сделать добро одному человеку, он неизбежно причиняет вред другому.

Два раза в жизни человеку не следует спекулировать: когда он может позволить себе это и когда не может.

Демократическая партия состоит из сумасшедших, но никто из членов демократической партии об этом не знает. Зато это знают республиканцы. Все республиканцы сумасшедшие, но об этом знают только демократы.

«Дети и дураки всегда говорят правду», – гласит старинная мудрость. Вывод ясен: взрослые и мудрые люди никогда не говорят правду.

До сего дня у меня осталось чувство горечи по отношению к тем, кто призван был охранять мои юные годы, а вместо этого не только разрешил мне, но заставил меня прочесть от первой до последней страницы полный текст Библии еще до того, как мне исполнилось пятнадцать лет. После такого ни один человек до конца своих дней не может очиститься от греховных мыслей.

Доброта – это то, что может услышать глухой и увидеть слепой.

Добрых дел не бывает. И злых дел не бывает. Бывают только добрые намерения и злые намерения, вот и все. Половина следствий добрых намерений в итоге приносит зло, половина дурных намерений приносит добро.

Досадно, что из сорванцов вырастают порядочные и полезные для общества люди нисколько не реже, чем из послушных детей.

Дружба – это такое святое, сладостное, прочное и постоянное чувство, что его можно сохранить на всю жизнь, если, конечно, не пытаться просить денег взаймы.

Единственный способ сохранить здоровье – есть то, что не любишь, пить то, что не нравится, и делать то, чего не хочется делать.

Если бы все были богаты, то все были бы бедны.

Если бы желание убить и возможность убить всегда совпадали, кто из нас избежал бы виселицы?

Если бы человека создал человек, ему было бы стыдно за свою работу.

Если вам понадобится подвергнуть молодого человека тяжелому и мучительному наказанию, возьмите с него слово, что он в течение года будет вести дневник.

Если вы говорите только правду, вам не нужно ни о чем помнить.

Если вы заметили, что вы на стороне большинства, это верный признак того, что пора меняться.

Если мужчина утверждает, что он в доме хозяин, значит, он и в других случаях лжет.

Если нас не уважают, мы жестоко оскорблены; а ведь в глубине души никто по-настоящему себя не уважает.

Если подобрать издыхающего с голоду пса и накормить его досыта, он не укусит вас. В этом принципиальная разница между собакой и человеком.

Если рыжий занимает достаточно высокое положение в свете, его волосы называют золотисто-каштановыми.

Если скрестить короля с проституткой, то в результате получится то, что полностью соответствует английскому представлению о знати.

Если тебе нужны деньги, иди к чужим; если тебе нужны советы, иди к друзьям; а если тебе ничего не нужно, иди к родственникам.

Есть много козлов отпущения, на которых мы сваливаем свои ошибки, но самый популярный из них – Промысел Божий.

Есть некоторые законодательные органы, которые продаются по самым высоким ценам в мире.

Идеальная память – великое несчастье. Для нее все события имеют одинаковую ценность. Человек, обладающий такой памятью, не может отличить интересного факта от неинтересного. Повествуя о чем-нибудь, он обязательно загромождает свой рассказ скучными подробностями и невыносимо всем надоедает.

Из всех созданий божьих только одно нельзя силой принудить к повиновению – кошку. Если бы можно было скрестить человека с кошкой, это улучшило бы людскую породу, но повредило бы кошачьей.

Из костей святого Дионисия, которые мы видели в Европе, в случае необходимости можно было бы, по-моему, собрать его скелет в двух экземплярах.

Избегайте тех, кто старается подорвать вашу веру в себя. Эта черта свойственна мелким людям. Великий человек, наоборот, внушает вам чувство, что и вы можете быть великим.

Избирательный бюллетень – единственный товар, которым можно торговать без патента.

История учит, что всюду, где слабые и невежественные люди обладали чем-либо, что хотели иметь люди сильные и образованные, первые всегда уступали это по доброй воле.

Каждый человек, подобно луне, имеет свою неосвещенную сторону, которую он никому не показывает.

«Классической» называется книга, которую все хвалят и никто не читает.

Когда ваши друзья начинают делать вам комплименты насчет того, как вы здорово выглядите, это верный знак того, что вы стареете.

Когда мне было четырнадцать, мой отец был так глуп, что я с трудом переносил его; но когда мне исполнился двадцать один год, я был изумлен, насколько этот старый человек поумнел за последние семь лет.

Когда сомневаетесь, говорите правду.

Когда читаешь Библию, больше удивляешься неосведомленности Бога, нежели его всеведению.

Когда я был помоложе, я помнил все – и то, что было, и то, чего не было. Теперь я старею и скоро стану вспоминать лишь последнее.

Когда я раздумываю над тем, сколько неприятных людей попало в рай, меня охватывает желание отказаться от благочестивой жизни.

Кошка, однажды присевшая на горячую печку, уже никогда не сядет на горячую печку – и хорошо сделает, но уже никогда не сядет и на холодную.

Красивейшие женщины, которых мы повстречали во Франции, родились и воспитались в Америке.

Кто пишет отзывы о книгах? Люди, которые сами не написали ни одной книги. Кто пишет проникновенные воззвания насчет трезвости и громче всех вопит о вреде пьянства? Люди, которые протрезвятся только в гробу. Кто редактирует сельскохозяйственную газету? Чаще всего неудачники, которым не повезло по части поэзии, бульварных романов в желтых обложках, сенсационных мелодрам, хроники и которые остановились на сельском хозяйстве, усмотрев в нем временное пристанище на пути к дому призрения.

Легко назвать человека мудрым, куда труднее убедить в этом его друзей.

Легче снести десяток порицаний, чем выслушать одну сомнительную похвалу.

Ложь обойдет полсвета прежде, чем правда успеет надеть ботинки.

Лучше помалкивать и казаться дураком, чем открыть рот и окончательно развеять сомнения.

Лучший способ приободриться – подбодрить кого-нибудь другого.

Люди, которые думают только о своем счастье, – абсолютно ничтожные люди.

Люди, у которых свое горе, умеют утешать других.

Милостью божьей в нашей стране мы имеем три драгоценных блага: свободу слова, свободу совести и благоразумие никогда не пользоваться ни тем, ни другим.

Мне стало грустно, когда обо мне сказали, что я великий писатель. Великие писатели умирают. Чосер умер, Спенсер умер, Мильтон умер, Шекспир умер, и я тоже чувствую себя не очень здоровым.

Мои книги – вода; книги великих гениев – вино. Воду пьет каждый.

Моя литературная судьба очень любопытна. Мне никогда не удавалось соврать так, чтобы мне не поверили; когда я говорил правду, никто не желал мне верить.

Мужчина управляет родом человеческим со дня сотворения мира, но ему не следует забывать, что вплоть до середины нынешнего [XIX] века мир этот был невежественный, неразумный, просто глупый; сейчас, конечно, мир немного поумнел и с каждым днем продолжает умнеть. Вот тут-то женщине предоставился долгожданный случай.

Мы не должны с благоговением относиться к Сатане, это было бы опрометчиво, но не признавать его одаренности мы не можем.

Мы осыпаем детей подарками, но самый ценный для них подарок – радость общения, дружбу – мы дарим нехотя и растрачиваем себя на тех, кому мы совершенно безразличны. Однако в конце концов мы получаем по заслугам. Приходит время, когда нам больше всего на свете нужно общество детей, их внимание, и нам достаются те жалкие крохи, которые прежде приходились на их долю.

На каждые пятьдесят человек, посещающих у нас оперу, один, быть может, любит ее уже и сейчас; из прочих сорока девяти большинство, как мне кажется, ходит в оперу затем, чтобы научиться ее любить.

Наделите человека достаточно хорошей памятью, и лоцманское дело разовьет ее до совершенно колоссальных размеров. Но… только в той области, в которой она ежедневно тренируется. Придет время, когда человек невольно будет замечать приметы и промеры, а его память – удерживать все замеченное, как в тисках. Но спросите этого самого человека днем, что он ел за завтраком, и десять шансов против одного, что он не сможет вам ответить.

Нам нравятся люди, которые смело говорят нам, что думают, при условии, что они думают так же, как мы.

Народ – единственный критик, чье суждение имеет цену.

Немногие из нас могут вынести счастье – разумею, счастье ближнего.

Не будем излишне щепетильны. Лучше иметь старые, подержанные бриллианты, чем не иметь их вовсе.

Не разбогатев, не узнаешь, сколько у тебя бедных родственников.

Не расставайтесь с иллюзиями. Без них жизнь ваша превратится в тоскливое существование.

Не стоит говорить правду людям, которые принимают по полной стоимости все, что им говоришь, будь то ложь или правда.

Не упускайте случая делать добро – если это не грозит вам большим ущербом.

Некоторые утверждают, что между человеком и ослом нет никакой разницы; это несправедливо по отношению к ослу.

Нет более печального зрелища, чем вид молодого пессимиста.

Нет людей более грубых, чем чересчур утонченные натуры.

Нет меры тщеславия, есть лишь мера умения скрывать его.

Нет ни одного человека настолько высоконравственного, чтобы, однажды продавшись, оставаться продавшимся несмотря ни на что.

Нет ничего более раздражающего, чем хороший пример.

Нет ничего легче, чем бросить курить, – я уже тридцать раз бросал.

Нечистая совесть – это волос во рту.

Ни один человек не способен понять, что такое настоящая любовь, пока не проживет в браке четверть века.

Никакие другие книги не приносят таких доходов, как Библия, а еще непристойные книги, вернее – прочие непристойные книги.

Никогда не говори правду людям, недостойным ее.

Никто не мог бы жить с человеком, постоянно говорящим правду; слава богу, никому из нас эта опасность не угрожает.

Ничто так не нуждается в исправлении, как чужие привычки.

Нужда рождает отвагу. Я не сомневаюсь, что если бы мне в то время предложили перевести Талмуд с древнееврейского, я бы взялся, – и при этом я бы постарался за те же деньги внести в него как можно больше выдумки.

О своей жене Ливии: После того как мы поженились, она редактировала всё, что я написал. Больше того – она отредактировала меня самого.

Об этом человеке известно только, что он не сидел в тюрьме, но почему не сидел – неизвестно.

Один раз в жизни счастье стучит в дверь каждого, но часто этот каждый сидит в соседнем кабачке и не слышит стука.

Одни поклоняются чинам, другие – героям, третьи – силе, четвертые – Богу, и спорят из-за этого между собой; но все единодушно поклоняются деньгам.

Одно из доказательств бессмертия души – то, что миллионы людей верили в это; те же миллионы верили, что земля плоская.

Он мог предсказывать войны и голод; впрочем, это было нетрудно: всегда где-нибудь да воюют и почти всегда где-нибудь голодают.

Оскорбительная истина нисколько не выше оскорбительной лжи.

Острота – это неожиданное бракосочетание двух идей, которые до свадьбы даже не были знакомы.

От спекуляций на бирже следует воздерживаться в двух случаях: если у вас нет средств и если у вас они есть.

Отдадим должное дуракам. Если б не они – не видать нам успеха.

Первая половина жизни состоит из способности получать удовольствия при отсутствии возможностей; вторая половина состоит из возможностей при отсутствии способности.

Первое апреля. В этот день нам напоминают, что мы собой представляем в течение остальных трехсот шестидесяти четырех дней.

Печальней вида молодого пессимиста может быть только вид старого оптимиста.

По собственному опыту я знаю, что журналисты склонны ко лжи.

Правда – наше самое драгоценное состояние. Давайте бережно с ней обходиться.

Правда необычайнее вымысла: вымысел должен придерживаться правдоподобия, а правда в этом не нуждается.

Правильная дозировка афоризмов: минимум слов, максимум смысла.

Право на глупость – одна из гарантий свободного развития личности.

Прежде всего нужны факты, а уж потом их можно перевирать.

При помощи нравственного чувства человек отличает хорошее от дурного, а затем решает, как ему поступить. Каковы же результаты выбора? В девяти случаях из десяти он предпочитает поступать дурно.

Привычка есть привычка, ее не выбросишь за окошко, а можно только вежливенько, со ступеньки на ступеньку, свести с лестницы.

Принципы не играют большой роли, разве что во время выборов. После выборов их можно развесить на веревке, чтобы они как следует проветрились и просушились.

Работа – это то, что человек обязан делать, а игра – это то, чего он делать не обязан. Поэтому делать искусственные цветы или носить воду в решете есть работа, а сбивать кегли или восходить на Монблан – забава.

Разве все дураки в городе не на нашей стороне? И разве они не составляют подавляющего большинства в любом городе?

Раздевайте старый факт догола и одевайте его в новое облачение из слов. Это обманет глаз; факт покажется новым. Вы увлечетесь и с аппетитом проглотите всю колонку, не замечая, что ведро супа сварено из одного-единственного боба.

Рай лучше с точки зрения климата, но компания лучше в аду.

Распущенность порождает презрение. И детей.

Реклама обходится очень дорого, особенно если ваша жена умеет читать.

Самое жалкое, что есть на свете, – это толпа; вот и армия – толпа; идут в бой не оттого, что в них вспыхнула храбрость, – им придает храбрости сознание, что их много и что ими командуют.

Самый лучший способ подбодрить себя – это подбодрить кого-нибудь.

Самый подходящий момент начать статью наступает, когда вы ее успешно закончили. К этому времени вам становится ясно, что именно вы хотите сказать.

Система судов присяжных ставит запрет на ум и честность, а поощряет невежество, глупость и клятвопреступление.

Скромность умерла, когда родилась одежда.

Слава – дым, успех – случайность! Единственно, что надежно здесь, на земле, – безвестность.

Слово «верность» принесло много вреда. Люди приучились быть «верными» тысяче несправедливостей и беззаконий. Между тем им следовало быть верными только себе, им тогда они бы восстали против обмана.

Сначала Бог создал мужчину, потом он создал женщину. Потом Богу стало жалко мужчину, и он дал ему табак.

События нашей жизни – главным образом мелкие события, они только кажутся крупными, когда мы стоим к ним близко.

Совесть нам очень надоедает. Она как ребенок. Если ее баловать и все время играть с ней и давать все, чего ни попросит, она становится скверной, мешает наслаждаться радостями жизни и пристает, когда нам грустно. Обращайтесь с ней так, как она того заслуживает. Если она бунтует, отшлепайте ее, будьте с нею построже, браните ее, не позволяйте ей играть с собой во все часы дня и ночи, и вы приобретете примерную совесть, так сказать, хорошо воспитанную.

Создать человека была славная и оригинальная мысль. Но создавать после этого овцу значило повторяться.

Созревание любви кажется самым быстрым, но на самом деле оно самое медленное. Ни один мужчина и ни одна женщина не знают, что такое настоящая любовь, пока не проживут в браке четверть века.

Старый библейский Бог обладал сметкой дельца. Как только речь заходила о наличных сребрениках, он немедля прекращал казенную болтовню (благочестие, высокие чувства, милосердие) и переходил к делу. Звон сребреников и подсчет доходов – лейтмотив Библии.

Стоит дать слово, что не будешь чего-нибудь делать, как непременно этого захочется.

Существуют три вида лжи: ложь, наглая ложь и статистика.

Тайный девиз каждого: лучше быть популярным, чем быть правым.

Тайный источник юмора – не в радости, а в грусти; на небесах юмора нет.

Так уж устроено на свете, что человек, перестав беспокоиться об одном, начинает беспокоиться о другом.

Теории ничего не доказывают, зато позволяют выиграть время и отдохнуть, если ты вконец запутался, стараясь найти то, что найти невозможно.

Теперь я вижу, что заблуждался относительно Евы: лучше жить за пределами рая с ней, чем без нее – в раю.

Тех мучеников и святых, изображения которых мы видели, вполне хватило бы, чтобы очистить от греха весь наш мир.

Только осел способен сделать вам комплимент и сразу же обратиться с какой-нибудь просьбой. Хотя ослов вообще много.

Только президенты, авторы передовиц и люди, страдающие солитером, имеют право использовать местоимение «мы».

Тот, кто не читает хороших книг, не имеет преимуществ перед человеком, который не умеет читать их.

Трудно поверить, что кто-либо, прожив жизнь, не считал бы ее в глубине души неудачной.

Тысячи гениев живут и умирают безвестными – либо неузнанными другими, либо неузнанными самими собой.

У дьявола нет ни одного оплачиваемого помощника, тогда как у противной стороны их миллион.

У меня, должно быть, громадный запас ума: чтобы им пораскинуть, иногда нужна целая неделя.

Учить себя самого – благородное дело, но еще более благородное – учить других; кстати, последнее куда легче.

Франция – страна, где нет ни зимы, ни лета, ни нравственности; в остальном же это чудесный край.

Хорошее воспитание – это умение скрыть, что вы очень высокого мнения о себе и очень невысокого о своем собеседнике.

Хорошие друзья, хорошие книги и дремлющая совесть – вот идеальная жизнь.

Хорошие манеры – это организованная защита зрелых людей от молодежи.

Цивилизация – это бесконечное накопление ненужных вещей.

Часто бывает, что человек, который ни разу в жизни не соврал, берется судить о том, что правда, а что ложь.

Человек был создан в последний день творения, когда Бог уже утомился.

Человек готов на многое, чтобы пробудить любовь, но решится на все, чтобы вызвать зависть.

Человек – религиозное животное; единственное животное, которое любит ближнего своего, как самого себя, и перерезает ему глотку, если расходится с ним в богословских вопросах.

Человек робкий попросит десятую долю того, что хочет получить. Человек смелый запросит вдвое больше и согласится на половину.

Человек с новой идеей – не более чем сумасброд, пока идея не восторжествует.

Человек с характером всегда отвергает первое предложение, каково бы оно ни было.

Человек способен примириться с любой несправедливостью, если он при ней родился и вырос.

Человек – это единственное животное, которое краснеет или, при определенных обстоятельствах, должен краснеть.

Человека красит одежда. Голые люди имеют крайне малое влияние в обществе, а то и совсем никакого.

Человеку никогда не достичь столь головокружительных вершин мудрости, чтобы его нельзя было провести за нос.

Человеческий мозг – великолепная штука. Он работает до той самой минуты, когда ты встаешь, чтобы произнести речь.

«Чем ближе нас знают, тем меньше уважают». Как это верно! Если правда в таком почете, то лишь потому, что у нас слишком мало случаев узнать ее ближе.

Честность – лучшая политика, если при этом зарабатываешь деньги.

Читатель, представь себе, что ты идиот; а теперь представь себе, что ты конгрессмен; впрочем, я повторяюсь.

Что такое человеческая жизнь? Первая треть – хорошее время; остальное – воспоминание о нем.

Чтобы быть счастливым, надо жить в своем собственном раю. Неужели вы думали, что один и тот же рай может удовлетворить всех людей без исключения?

Чувство нравственности помогает нам понять сущность нравственности и как от нее уклоняться.

Шум ничего не доказывает. Курица, снесши яйцо, часто клохчет так, как будто она снесла небольшую планету.

Этика состоит из политической этики, коммерческой этики, церковной этики и этики.

Я видел мужчин, которые за тридцать лет почти не изменились, зато их жены стали старухами. Все это были добродетельные женщины – а добродетель очень изнашивает человека.

Я еще ни разу в жизни не сдержал данного мною обещания. Весьма вероятно, что под тот орган, который дает мне способность обещать, место было отведено с такой щедростью, что его не хватило для того органа, который давал бы мне способность выполнять обещания. Но я не горюю. Я ни в чем не терплю половинчатости. Я предпочитаю одну высокоразвитую способность двум обыкновенным.

Я не вмешиваюсь в политику. У нас есть редактор политического отдела. Это очень способный человек, и если он отбудет год-два в уголовной тюрьме, он станет положительно незаменимым.

Я не намерен портить отношений ни с небесами, ни с преисподней – у меня есть друзья и в той, и в другой местности.

Я никогда не позволял, чтобы мои школьные занятия мешали моему образованию.

Я помню вкус арбуза, полученного честным путем, и вкус арбуза, добытого другим путем. И тот и другой хороши, но люди опытные знают, который вкуснее.

Я пришел к неопровержимому выводу, что в отношении религии муравей является полной противоположностью человеку. Человек идет в тот храм, где учат истинной вере. Муравей же – в тот, где дают сахар.

Маркс Карл Генрих.

(05.05.1818–14.03.1883).

Немецкий философ, экономит, основоположник научного коммунизма.

Родился в Трире в семье адвоката. Учился на юридических факультетах университетов в Бонне и Берлине, где занимался не только правом, но и философией, историей, языками. После окончания университета стал редактором «Новой Рейнской газеты», которая за крайне радикальные настроения была закрыта в 1843 г. Переехав в Париж, издавал «Немецко-французский ежегодник», где публиковал свои небольшие работы и статьи Ф. Энгельса, с которым познакомился летом 1844 г. В 1845 г. вышел их первый совместный труд «Святое семейство, или Критика критической критики», а следом и «Немецкая идеология» – труд, содержавший основные принципы исторического материализма. В 1847 г. в Лондоне. К. Маркс и Ф. Энгельс примкнули к первой международной партии пролетариата – Союзу коммунистов. Составленный ими «Манифест коммунистической партии» (1848) стал первым программным документом марксизма, сыгравшим роль «коммунистического евангелия» в социалистическом и рабочем движении XIX-XX вв. В 1864 г. Маркс организовал «Международную рабочую ассоциацию», позднее переименованную в Первый Интернационал. В 1867 г. издал 1-й том «Капитала», содержанием которого стало раскрытие экономического закона современного ему общества. Умер и похоронен в Лондоне. Последние тома «Капитала» были изданы Ф. Энгельсом уже после смерти К. Маркса.

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Без ограничения сферы деятельности нельзя ни в одной области совершить ничего замечательного.

Богатство, если рассматривать его вещественно, заключается только в многообразии потребностей.

Богатый человек – это в то же время человек, нуждающийся во всей полноте человеческих проявлений жизни, человек, в котором собственное осуществление выступает как внутренняя необходимость, как нужда.

Быть чувственным значит быть страдающим.

В политике ради известной цели можно заключить союз даже с самим чертом – нужно только быть уверенным, что ты проведешь черта, а не черт тебя.

В процессе борьбы с истиной заблуждение само себя разоблачает.

Воображение – это великий дар, так много содействовавший развитию человечества.

Воспитатель сам должен быть воспитан.

Временная разлука полезна, ибо постоянное общение порождает видимость однообразия.

Время – это простор для развития способностей.

Всякая нация может и должна учиться у других.

Всякая экономия в конечном счете сводится к экономии времени.

Если ты любишь, не вызывая взаимности, то есть если твоя любовь как любовь не порождает ответной любви, если ты своим жизненным проявлением в качестве любящего человека не делаешь себя человеком любимым, то твоя любовь бессильна, и она – несчастье.

Если ты хочешь оказать влияние на других людей, то ты должен быть человеком, действительно стимулирующим и двигающим вперед других людей.

Если характер человека создается обстоятельствами, то надо, стало быть, сделать обстоятельства человечными.

Жестокость характерна для законов, продиктованных трусостью, ибо трусость может быть энергична, только будучи жестокой.

Идеи, к которым разум приковывает нашу совесть, – это узы, из которых нельзя вырваться, не разорвав своего сердца, это демоны, которых человек может победить, лишь подчинившись им.

Избыток богатства – причина скупости.

Истина так же мало скромна, как свет.

Истинная любовь выражается в сдержанности, скромности и даже робости влюбленного в отношении к своему кумиру, но отнюдь не в непринужденном проявлении страсти и выказывании преждевременной фамильярности.

Каждый шаг действительного движения важнее дюжины программ.

Кажется, что по мере того как человечество подчиняет себе природу, человек становится рабом других людей либо же рабом своей собственной подлости.

Капитал – это мертвый труд, который, подобно вампиру, живет только за счет высасывания живого труда, и живет тем больше, чем больше труда он высасывает.

Легко быть святым, когда не хочешь быть человечным.

Мир никогда не удавалось ни исправить, ни устрашить наказанием.

Мудрый законодатель предупреждает преступление, чтобы не быть вынужденным наказывать за него.

На плоской равнине всякая кочка кажется холмом.

Наказание есть не что иное, как средство самозащиты общества против нарушений условий его существования.

Народ, порабощающий другой народ, кует свои собственные цепи.

Насилие является повивальной бабкой всякого старого общества, когда оно беременно новым.

Наслаждающийся богатством в одно и то же время и раб и господин своего богатства, в одно и то же время великодушен и низок, капризен, надменен, предан диким фантазиям, тонок, образован, умен. Он еще не ощутил богатство как некую совершенно чуждую силу, стоящую над ним самим.

Нации, как и женщине, не прощается минута оплошности, когда первый встречный авантюрист может совершить над ней насилие.

Невежество – это демоническая сила, и мы опасаемся, что оно послужит причиной еще многих трагедий.

Несмотря ни на какие препятствия, я буду идти к своей цели.

Нет ничего более ужасного, более унизительного, чем быть рабом раба.

Общество есть законченное единство человека с природой, подлинное воскресение природы, осуществленный натурализм человека и осуществленный гуманизм природы.

Оплошность простительна легкомысленной девушке, потерявшей из-за нее невинность, но никак не великому народу.

Презрение к самому себе – это змея, которая вечно растравляет и гложет сердце, высасывает его животворящую кровь, вливает в нее яд человеконенавистничества и отчаяния.

Процесс жизни состоит в прохождении им различных возрастов. Но вместе с тем все возрасты человека существуют бок о бок.

Революции – локомотивы истории.

Религиозное убожество есть в одно и то же время выражение действительного убожества и протест против этого действительного убожества. Религия – это вздох угнетенной твари, сердце бессердечного мира, подобно тому как она – дух бездушных порядков.

Религия есть самосознание и самочувствование человека, который или еще не обрел себя, или уже снова себя потерял.

Религия – опиум для народа.

Самые трусливые, неспособные к сопротивлению люди становятся неумолимыми там, где они могут проявить абсолютный родительский авторитет.

Свобода – это цена победы, которую мы одержали сами над собой.

Сердце человека – удивительная вещь, особенно если человек носит сердце в своем кошельке.

Смерть героев подобна закату солнца.

Совесть зависит от знаний и от всего образа жизни человека. У республиканца иная совесть, чем у монархиста, у имущего – иная, чем у неимущего, у мыслящего – иная, чем у того, кто неспособен мыслить.

Страсть &