ЕВРЕЙСКИЙ ВОПРОС – ВЗГЛЯД ОЧЕВИДЦА ИЗНУТРИ.

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ.

ЗАГОВОР ПРОТИВ «МАЛОГО НАРОДА».

Антисемитизм как форма нацизма отнюдь не всегда связан с еврейским вопросом, ибо истинный враг нацистам отнюдь не еврей, а интеллигент. Так же как писавшие «Протоколы» провокаторы прежде всего стремились дискредитировать русскую интеллигенцию, так и современные постсоветские неонацисты выступают прежде всего против демократических реформ и либерализации экономической системы, в результате которых приспособившимся к старой советской системе лодырям и посредственностям особых карьер уже не светит. Опять перед ними встает задача: как скомпромитировать тех политиков и общественных лидеров, которые являются инициаторами реформ? И вот нашли старый прием: они (реформаторы) не кто иные, как марионетки в руках евреев, они – чуждый русскому народу элемент, они – ненавистники всего русского, иными словами, русофобы. Главным «научным» обоснованием этой теории послужила известная книга Игоря Шафаревича «Русофобия», хотя на прямую и не так связанная с еврейским вопросом, но ставшая одним из козырей в руках антисемитов против евреев, потому и заслуживающая более детального рассмотрения.

Также как и «Протоколы», имеющие весьма косвенное отношение к еврейскому вопросу, так и пресловутая статья Игоря Шафаревича «Русофобия», большинством демократов (Зоей Крахмальниковой, Анатолием Ахутиным и др.) признается как антисемитская, хотя в контексте сути еврейского вопроса сие мнение явно бьет мимо цели – Шафаревич нигде не заикнулся о каких-либо фатальных расовых пороках, присущих всем или большинству евреев. Однако эта работа на общем фронте идеологической борьбы имеет достаточный вес, даже сам Семеновкер отметил заслуги ее автора: «Шафаревич – наиболее крупный провокатор, автор архиподлой теории «русофобии», вобравшей в себя все самые гнусные, нелепые обвинения, построенные по геббельсовским рецептам» [1]. Сам же Шафаревич не считает свои взгляды антисемитскими и, возражая своим оппонентам против этого обвинения подчеркивает: «Даже само название работы должно было бы указать, что посвящена она русской теме, но это почти полностью игнорируется». Тем не менее работа имеет отношение к еврейскому вопросу, хотя и несколько иное, чем то видится юдофилам, я бы назвал ее даже просемитской, хотя бы уже потому, что в ней евреи обобщенно причисляются к так называемому «Малому Народу», иными словами, демократической интеллигенции. С другой стороны, вряд ли вы найдете в его «Русофобии» что-либо враждебное раву Мельхиору, раву Кадури, Овадьи Йосефу, Арье Дери, деятелям Мафдаля, Авигдору Эскину, тому же Семеновкеру и иже с ними, утверждающих свою неразрывную связь с землей, особенно на оккупированных территориях.

Шафаревич не видит классовые различия «Малого Народа» и «Большого», для него даже не имеет значения, какое реальное положение в обществе занимают их представители. Каков социальный статус «Малого Народа»? Находится ли он у кормила власти, составляет ли управленческий аппарат, или представляет собой «бомжей» или даже политзаключенных? Зато он обращает внимание на такие черты, которые в социальном плане, а тем более в национальном (слово «народ» тут, хоть и «малый» социологически просто абсурдно), абсолютно не имеют никакого значения, как, например, мировоззрение (не религия), эстетические симпатии (не этнические обряды и традиции), даже нелюбовь к творчеству крестьянских поэтов Есенина и Клюева (можно подумать «Большой Народ» весь поголовно любит последних).

Отметим некоторые классовые признаки этой прослойки, называемой «Малый Народ».

1). Представители «Малого Народа» это, как правило, трудящиеся, чей творческий созидательный характер труда как раз и приводит их к конфликту с паразитическим истеблишментом и его холуями, причем из этого класса автоматически исключаются те, чей конформизм и беспринципность позволяют приспособиться к системе, образовать свои корпоративно-мафиозные синдикаты, использовать «полезные» общественные связи.

2). Это люди, как правило, в чем-то ущемленные в правах, либо не имеющие возможности полной реализации своих способностей в той или иной области, лишенные работы по специальности, или вовсе политзаключенные.

3). Их творческая инициативность способствует и тому, что при любых перипетиях судьбы они почти никогда не опускаются до крайней черты бедности и держатся на уровне среднего достатка.

4). Последнее качество придает им большую мобильность в жизни, порой даже авантюристичность, позволяющую искать новые пути в жизни, принимать смелые решения, играть роль первопроходцев в освоении новых областей, побуждает склонность к эмиграции.

Теперь давайте посмотрим, чего же хочет сам Шафаревич? К какому классу он себя причисляет? Надо думать, по его логике, к «Большому Народу», но к рабочим ли, к колхозникам? Вряд ли, ни в материальном ни в социальном плане у него нет ничего общего с последними, он, конечно же, элита, тот класс, который всегда называли «господами». Чего больше всего боится этот класс? – Потерять власть или чтобы кто-нибудь не увел у них лакеев. Над «Малым Народом» у них никакой власти нет, это понятно, значит нужно постараться подчинить себе «Большой». Но как? Времена абсолютной тоталитарной диктатуры кончились, теперь можно воздействовать только словом, единственное средство – застращать мужика. Попы мужику испокон веков грозили карой небесной, но математику такие аргументы как бы не к лицу, а вот сделать из нуля десятку куда проще. Расчет простой, апеллируя к природной ксенофобии простолюдина, найти врага во всем, что чуждо его обычным представлениям: «…пониманию наших потомков будет недоступно влияние Фрейда как ученого, слава композитора Шенберга, художника Пикассо, писателя Кафки или поэта Бродского...». Но мужик может резонно спросить: «А почем я знаю, что ты сам-то нам свой». – «Конечно, свой, – как бы говорит он, – хоть я и богат и влиятелен, но я такой же «простой» и «бесхитростный» как вы, очень люблю вашу невежественность и кондовость, поэтому не теряйте свою национальную почву, не слушайте непонятных вам интеллигентов, они наши и ваши враги, помогите нам с ними справиться, будьте нам верными холуями и тогда ничто не будет мешать нам вас «любить».

Враг народа, конечно, не дремлет и не знает пощады: «Весь народ, – пишет он, – оказывается лишь материалом в их руках. Как плотник из дерева или инженер из железобетона, возводят они из этого материала новую конструкцию, схему которой предварительно разрабатывают. Очевидно, что при таком взгляде между "материалом" и "творцом" лежит пропасть, "творцы" не могут воспринимать "материал" как таких же людей (это и помешало бы его обработке), но вполне способны испытывать к нему антипатию и раздражение, если он отказывается правильно понимать свою роль». Ну а кто же сам Шафаревич, «творец» или «материал»? Член-корреспондент АН СССР и лауреат Ленинской премии, он как раз и принадлежит той «элите», которая фактически могла кроить и перекраивать ту «инертную массу» народа, выразителем умонастроений которой решил поставить себя Шафаревич. Теперь посмотрим, кто же его оппоненты – сплошь репрессированная прежним истеблишментом интеллигенция: Андрей Синявский, Григорий Померанц, Андрей Амальрик, Александр Галич, Иосиф Бродский. Хотелось бы спросить, кто здесь «сытый», кто «голодный», кто кого разумеет и кто всю колбасу в стране съел? Как будто интеллигенция ярый враг развития фермерских хозяйств в России и повышения производительности труда рабочих, это «демократы» не выплачивают им по пол года зарплату, или еврейские преподаватели умышленно учат играть фальшивыми нотами пьесы Чайковского, а в стихи Есенина вставляют нецензурные слова.

Шафаревич отождествляет «Малый Народ» с «левыми», и я могу сказать, что по сути дела он прав, хотя и обнаруживает в трактовке этимологии последнего термина глубокое невежество. Он пишет: «Язык – не "знаковая система", где можно обозначить любое понятие любым знаком: между понятием и выражающим его словом существует глубокая связь. По поводу слова "лево" Даль приводит выражения: "Левой ногой с постели ступил", "левизна: неправда, кривда". "Твое дело лево: неправо, криво". Смысл нарушения норм, уклоне­ния от закона тесно связан с "левым", например, современное: "левый заработок"…», - и далее в том же духе. Хорошо бы сопоставить шафаревическую этимологию с аналогичной ей израильского неонациста Гидеона Бродского, он пишет: «"Левый", кстати, на иврите "смоль", от слова "Самаэль" – это имя духовного покровителя зла – глобального злого начала – Сатана, или Сатаны» (9% или трусы, с коней слезьте). Однако всем известно, что возникновение термина «левые» в отношении определенной политической ориентации, как и многие другие подобные газетные клише, обязано не имеющему никакого отношения к смыслу данного слова случаю. Так когда-то депутаты французского парламента, придерживающиеся радикальных взглядов, сидели в левых ложах зала заседаний, а консерваторы и защитники традиционных устоев сидели справа. Я не знаю, но, может быть, так распределил места какой-нибудь чиновник-организатор, предложи он тогда иной регламент, вся наша политическая терминология стала бы прямо противоположной, но суть-то не в слове, а в деле. Никто же не причисляет Жириновского к «левым» только потому, что он назвал свою партию «либерально-демакратической». (Хотя либерал-демократы обычно во многих странах относятся к правому лагерю, как защитники свободного рынка и поддерживаемые капиталистами, в тоталитарных режимах идея либерализма даже в экономики всегда выступает на лево-радикальном фланге). Но каких бы социально-экономических концепций ни придерживались представители «Малого Народа», они по отношению к официальным всегда отличаются революционностью и радикальностью, и то, что Шафаревич причисляет к этим радикалам евреев, делает только честь последним. Поскольку по общепринятому мнению «Малый Народ» отождествляется с евреями, поэтому на последних автоматически переносится также и левизна.

Но одно дело общепринятое мнение и даже мнение самого Шафаревича, другое дело – то, что есть на самом деле. А на самом деле все обстоит, увы, не так. Прежде всего нужно посмотреть, а что думают о своей радикальности сами евреи? И здесь нас с вами ждет некоторое разочарование.

Вот, например, такое изречение одного израильского национал-патриота, которое я слышал на волне израильского радио «Решет Алеф» в передаче «Маазиним ле-маазиним» (Радиослушатели – радиослушателям), перевожу с иврита: «Все арабы – наши лютые враги, но «левые» гораздо хуже арабов, ибо они слишком умные ни во что не верят», – говорит один правоверный патриот. Вот – типичный «vox populi», глас «Большого народа». В старые добрые времена «правые» представляли «расу господ», несли в себе идеи меритократии, которые они противопоставляли левой демократии, сейчас же все наоборот, наши национально «правые» демонстрируют нам интеллект «шариковых». Ну допустим, можно быть недовольным существующим положением, находить недостатки в теории социалистов, можно считать, что демократия тоже плоха, так покажите направление, куда нам идти, предложите свои решения проблем. – А что тут предлагать? Назад в средневековье, в гетто, под авторитарный диктат старцев, все беды от этих умников – теории, понимаш, сочиняют: социализм, дарвинизм. Иди Тору учи и подчиняйся раву, а коли старцы в дарвинизме ничего не понимают, значит, вздор. Неужели отсюда не ясно, что «Малый Народ» чужой и в еврейской среде ничуть не меньше, чем в русской?

И действительно, если сопоставить концепцию «Малого Народа» Шафаревича с «Портретом еврея» Бориса Парамонова, то будет ясно, что понятие парамоновского еврея несовместимо с интеллигентским представителем «Малого Народа», ибо по Паромонову: «Когда еврей со всей серьезностью углубляется в культурную работу, отождествляет себя с ней, он перестает быть евреем». Подобные же высказывания можно найти и у наших израильских националистов. Так, среди русскоязычных евреев-израильтян правого толка также наметилось трогательное сближение с российскими национал-патриотами и исконными антисемитами. Примером тому может послужить, например, визит рава Авраама Шмулевича в Казань для участия в право-националистической конференции «Евразийство на пороге XXI века» по приглашению духовного вдохновителя российских неонацистов и «красно-коричневых» Александра Дугина, интервью нашего рава главному редактору антисемитской газеты «Завтра» (бывший «День»), скандально известному писателю Александру Проханову. В словах рава те же жалобы, что и у Шафаревича: «Одной из ведущих сил в этом процессе является крайне левая партия МЕРЕЦ. Мондиалистская и проамериканская. Надо отметить, что в Израиле понятия “левые” и “правые” обозначают иные политические силы, нежели в России и в остальном мире. Левые у нас – это антинациональные, космополитические силы». И отношение к российскому «Малому Народу» определено недвусмысленно: «Действительно, все эти новые русские лица "еврейской национальности" к еврейской культуре и традиции имеют только генетическое отношение. Никто из них не знает иврита, не соблюдает обрядов». Также и рав Шмуэль Альперт, депутат Кнессета от партии Ягадут а-Тора (Еврейство Торы) понял, что из бывшего СССР в Израиль едут не евреи как национально-холопская масса, смиренно склоняющая свои головушки перед национально-клановым истеблишментом, но в наших репатриантах он увидел классового врага этого истеблишмента – жестоковыйный «Малый Народ», который он по-своему правильно назвал «пятой колонной». Хотя с нашей точки зрения правильнее было бы назвать «пятой колонной» рава Альперта, рава Шмулевича и иже с ними. Почему – давайте разберемся. Когда говорят «пятая колонна» всегда подразумевается противник, враг интересам которого эта «колонна» служит. В настоящее время реальность такова: весь мир геополитически разделен на две полярные непримиримые сферы: атлантизм и евразийство. До сих пор считалось, что Израиль принадлежит атлантизму, а Россия, как и арабские страны – евразийству. Но с распадом СССР в евразийстве начался разброд. Россия еще не знает, с кем и где она, с НАТО или с исламским материковым миром. Российские демократы, конечно, с Западом и, конечно, российскими национал-патриотами и почвенниками они рассматриваются как «пятая колонна», ибо демократы хотят после длительного пребывания России в евразийской сфере перетащить ее на Запад. Израиль же итак до сих пор находится как бы в сфере западного влияния. Поэтому «пятой колонной» в этих реалиях можно назвать тех, кто видит эту страну евразийской. Напомним цитируемую выше программу Координатора (пункт 6): «Заключение военно-политического союза с антиглобалистскими силами (Китай, формирующийся евразийский режим в России)». – Кто такие «антиглобалисты», анти что? – Анти Закон, анти правосудие, анархисты и бандиты, которые не хотят, чтобы Запад навязывал им цивилизованные нормы человеческих взаимоотношений и ограничивал их бандитскую «свободу» и «независимость».

Когда существовал советский коммунизм, сторонников атлантизма и евразийства могла еще как-то объединить антикоммунистическая позиция. Но теперь эта позиция рухнула, что потребовало от многих пересмотреть свою политическую ориентацию. Сторонники евразийства и идеократии начали консолидацию своих сил, разрабатывать свою новую геополитическую идеологию. Неонацистские силы России учреждают новое объединение «Евразия», в политсовет которого входят: верховный муфтий России Талгат Таджутддин, бывший начальник кафедры стратегии Военной Академии Генштаба генерал Н. Клокотов, большое количество высших офицеров спецслужб и вооруженных сил в запасе и еще, как Вы думаете, кто? – Раввин из Хеврона Авром Шмулевич шлита! А небезызвестный Авигдор Эскин прислал из израильской тюрьмы их съезду приветственную телеграмму. Разве это не измена? Почему Кнессет лишил депутатской неприкосновенности Азми Бишару и в то же время всяким натурям картам и шмулевичам дает безнаказанно действовать против Израиля? В том же направлении, хотя и не так открыто, действуют и Мафдаль, и Шас (многие шасники стали сейчас называть себя талибами), и добрая часть Ликуда, хотя многие понимают, что такого предательства Америка Израилю не простит, да и сами евреи не замедлят свести счеты со своими власовцами.

С другой стороны, ненависть к «Малому Народу» сплачивает всевозможных фюреров народов «Больших» и заставляет их проявлять солидарность друг с другом. Когда в Израиле арестовали ярого правого экстремиста Авигдора Эскина, его друзья российские черносотенцы организовали целую компанию за его освобождение. Интересные предложения на этот счет были высказаны на форуме дугиновской «Арктогеи»: «Конечно надо поддержать!!!!!! хоть и жид», – заявил некто под псевдонимом «Антисемит». А другой участник даже призвал народ к активным действиям: «Хватит разговоров. Пусть евреи соберут демонстрацию и мы поможем им пикетировать посольство Израиля. Кроме того, давайте сделаем так, чтобы каждое официальное лицо Израиля сталкивалось у нас с пикетами. Пусть вопрос преследования наших в Израиле станет подниматься на всех уровнях. Раньше израильтяне что-то требовали от нас, а теперь мы с ними поговорим о том, что такое цивилизованный мир. Как идея?».

Уже на фоне всей этой картины причислять Шафаревича к антисемитам несправедливо не столько по отношению к самому уважаемому академику, как по отношению к так называемым «семитатм», что косвенно делает слишком много чести последним, к тому же среди «малонародцев», обличаемых нашим русофилом, встречаются и чистокровно русские представители. К таковым, например, относится исконный противник Шафаревича писатель Андрей Синявский, типичный славянин, знаток русской культуры и патриот, несмотря на еврейский псевдоним Абрам Терц.

Так, в одном из своих интервью Шафаревич ставит Синявского как пример ярого русофоба и с негодованием пишет такие слова: «Он написал, уже в эмиграции, статью, в то время сделавшуюся знаменитой, где была такая хулиганская фраза, бьющая на эпатаж: "Россия-сука". Это отрывок из фразы. Меня упрекали, что я процитировал кусочек, но если развернуть то, что он говорил подробно, то это нисколько не менее злобно было». Конечно, творчество Синявского и его отдельные статьи заслуживают критики, о них можно спорить, не соглашаться с отдельными мыслями, возражать, опровергать, приводить контраргументы. Но ничего подобного в критике Шафаревича нет, зато есть безапелляционно вынесенный приговор и Синявскому и всему русскому диссидентскому правозащитному движению. Мне трудно понять, как возможно для ученого, особенно математика, каким является Шафаревич, вводить в полемику со своими оппонентами такие категории, как «злобно», если он не демагог и не провокатор, и не пытается запутать неискушенного читателя, воздействуя на его эмоциональные впечатления. Во всяком случае, для ученого такие методы недостойны. Не согласен с Синявским – покажи, где он не прав, не согласен, что Россия – сука, докажи, что она кобель, а по злобе или по доброте душевной, уж позвольте ему самому решать свои эмоционально-психологические проблемы. Я не знаю, по злобе ли, по доброте, по заданию ли компетентных органов, но совершенно ясно, что, обвиняя Синявского, Шафаревич стремится оправдать преступления советского режима против лучших сынов России и ставит правящую клику вне всякой критики, отождествив ее со «священной коровой» Россией, дабы сохранить привилегии и кормушки себе и таким как он. Нет, ни черта не понял Шафаревич в метафоре Синявского, не Россию он назвал «сукой», ибо истинная Россия – это такие как он сам, а собственно г-на Шафаревича и ему подобных. Несколько ниже он даже риторически вопрошает: «Ну какие чувства может испытывать русский, когда читает, что "история России - это только история рабства" или то, что "Россия - сука"?» А какие чувства должны испытывать заключенные, когда кто-нибудь назовет вертухаев ничтожествами? – Вполне естественно, чувство глубокого морального удовлетворения, хотя и не исключено, что вертухаям сие высказывание не придется по нраву. Так что судите сами, к какому классу «русских» принадлежит г-н Шафаревич.

В отношении же евреев вообще Шафаревич в том же интервью даже делает весьма «лестную» оговорку: «Само течение (русофобия С. Б.) было не особенно многочисленным, но в нем наиболее активную часть составляла еврейская компонента. Но это было какое-то особенное течение в еврействе. Совершенно "перпендикулярное", например, к развивавшемуся в то время сионистскому течению – учить иврит, уезжать в Израиль и строить там свое государство». Стало быть, господа сионисты, вы, оказывается, «параллельны» Шафаревичу! Согласны вы с этим? Я – нет, ибо считаю себя сионистом, параллельным Герцлю, Нордау, Ицхаку Рабину, Андрею Синявскому, израильскому демократическому движению, что перпендикулярно Шафаревичу, Шмулевичу, Проханову, Эскину и иже с ними.

Впрочем, кое в чем Шафаревич прав. Так, в своей статье «Русофобия: десять лет спустя», опровергая очередное «русофобское» высказывание: «герой фольклора Иванушка – дебил есть ли еще у какого народа?», пишет: «Последнее хоть проверить можно. У Афанасьева к сказке "Иван-дурак" есть примечание: "Сказка известна во всей Европе, на Кавказе, во всей Азии, на островах Зеленого Мыса, в Америке. Древнейший известный вариант относится к 492 г. и содержится в китайском сборнике Po-yu-king, переведенном с индийского". Сюжет приведен в справочниках всемирно распространенных сюжетов Bolte-Polivka, Aarne-Thompson и многих других». Я хочу дополнить этот интересный перечень феноменов дебилофильства еще одной аллюзией. Одним из самых почитаемых мудрецов в религиозных кругах современного Израиля, как в ашкеназских, так и в сефардских, является хасидский ребе Нахман из Брацлпва. (Это о нем на всех столбах развешена идиотская белиберда «НА НАХ НАХМА НАХМАН МЕ-УМАНЬ», – им что Умань, что Брацлав – один черт). Чем же он так импонирует иудонацистским кругам и, выражаясь шафаревической терминологией, «Большому Народу» Израиля? Если вам будет не лень почитать сочинения этого «хахама», то вы убедитесь, что излюбленный герой нашего ребе не кто иной, как еврейский «Иванушка-дурачок». Есть у него, например такая история, называется: «Мудрец и простак», где полный идиот и невежда именно благодаря своему «благочестивому» идиотизму удостаивается места премьер-министра, а мудрец за свой критический во всем сомневающийся ум, терпит лишь одни унижения (от «благочестивых») и в конце концов лишается всего. Короче, если вы знаете сказку Гофмана «Крошка Цахес», то идея притчи рава Нахмана полностью ей противоположна. Сказка сказкой, но в израильской реальности, похоже, ее сделали былью – простаки и крошки цахесы, последние люди, всюду правят свой убогий бал. Так что евреям в массе своей так же чужды идеалы меритократии, как и российскому Ивану-дураку.

Что же сейчас происходит в Израиле с Малым Народом? Отношение к интеллигенции, иммигрировавшей из бывшего СССР со стороны большей части коренных израильтян и даже части «русской» алии вполне можно назвать геноцидом. Русская интеллигенция у них стоит как кость в горле, для их цели – установления в стране мафиозно-тоталитарного фундаменталистского режима, интеллигенция намного опаснее всех террористов из Хамаса. Мы несем людям свет, радость и красоту, а это смертельно для их мира тьмы, потому они так и стараются нас «погасить». Факты дискриминации, преступления на этнической кастовой почве против русскоязычных репатриантов в Израиле хорошо описаны в книге Льва Гунина «ГУЛАГ Палестины», мы не будем здесь их приводить, нас сейчас интересуют общие идеологические и философские выводы. Если мы своими чисто абстрактными рассуждениями сумеем убедить определенное количество людей в том, что проблема русской интеллигенции стоит весьма остро, что каждый иммигрант имеет право сохранять свой духовный облик, свою веру, и при этом имеет право на достойное существование в израильском обществе, мы свою миссию можем считать выполненной, тогда расследовать старые грехи, кто и в чем виноват, будет излишним, лишь бы общество стало на путь выздоровления. Однако большинство этой социальной болезни пока не понимает и даже полностью отрицает, для них Израиль – страна евреев и только евреев; кто не с ними, тот против них, и интеллигенция со своей особой, нееврейской культурой им не нужна. Это даже не просто обывательское равнодушия к духовной культуре, а одержимость своего рода идеалом (от слова идол): «Очистим землю от поэтов, музыкантов, и философов, да здравствуют попы и чиновники, и мы их верные рабы». В своей книге «ГУЛАГ Палестины» Гунин пишет, что «для израильских властей русские евреи – это враждебный этнос, не только приравненный к мусульманам и палестинцам, но воспринимаемый израильской политической элитой как еще более враждебный, чем этнос без еврейских генов». И это действительно так. Никогда не знавшие, даже в теории, что такое свобода, палестинцы скорее подчинятся тоталитарному режиму, чем европейски образованные евреи. Последние, надо сказать защищают права палестинцев более ревностно, чем те того хотят. Что считается крамолой в глазах израильского официоза? Они сочтут предосудительным даже защиту еврейства, сионизма и их самих там, где для подавляющего большинства это не принято. Как в свое время многие раввины осудили защитников Дрейфуса (еврей же был и тот, который произнес гнусные слова: «Пусть Дрейфус виновен или невинен, мы о нем ничего знать не желаем, пересмотра дела мы не допустим» – см. цитату М. Нордау выше), так были, что и поддакивали эсэсовцам, входили в антисионистские комитеты, так и сейчас, кто вместе с главным раввином Ирана Иосифом Коганом проклинают еврейское государство и сионизм – таким здесь все прощается. Наоборот, тех, кто не идет за черносотенной толпой «Большого Народа», зачисляют в разряд неблагонадежных, а их позиции, говоря словами одной журналистки, определяют как «ультродемократические». Бывшие советские диссиденты и правозащитники в Израиле столкнулись с еще большими преследованиями, что вынудило многих, среди них такие известные писатели, как Эфраим Севела и Григорий Свирский бежать на Запад. Но и Запад далеко не всех принимает с распростертыми объятиями, видимо, отдавая иммиграционное дело целиком на откуп криминальным структурам. Так, Григорий Свирский пишет, что согласно новым правилам Иммиграционного Управления Канады «самыми нежелательными иммигрантами в страну были объявлены... писатели».

Этот взбесившийся мир черни уничтожает всех мыслящих, всех зрячих, всех, у кого живое сердце. Приспособленец и лицемер, еврей он или не еврей, везде найдет себе место, и везде охотно будет принят, но нет места на планете для «Малого Народа» – народа избранных, если он вынужден бежать из одной страны, все другие закрывают перед ним свои двери, так же как закрывали перед евреями, бежавшими из фашистской Германии.