Жена путешественника во времени.

ПОНЕДЕЛЬНИК.

(КЛЭР 82).

КЛЭР: Сегодня такое чистое утро; шторм разбросал по саду ветки, которые я потом пойду собирать; весь песок на пляже перемешался и застыл ровным одеялом, испещренным каплями дождя, и лилейник согнулся и блестит на белом песке в свете раннего утреннего часа. Я сижу за столом в столовой, с чашкой чая, смотрю на воду и слушаю. И жду.

Этот день не очень отличается от всех остальных. Я встаю на рассвете, надеваю брюки и свитер, расчесываюсь, делаю тост и чай и сажусь смотреть на озеро, размышляя, придет ли он сегодня. Все это не очень отличается от других случаев, когда он исчезал, а я ждала, но в этот раз у меня есть инструкция, в этот раз я знаю, что в конце концов Генри придет. Иногда я размышляю: а вдруг именно эта готовность, это ожидание не дает чуду свершиться. Но выбора у меня нет. Он приходит, и я здесь.

Тут сильней у него появилось желание плакать. Плакал он, что жена его так хороша и разумна. Как бывает желанна земля для пловцов, у которых Сделанный прочно корабль, теснимый волнами и ветром, Вдребезги в море широком разбил Посейдон-земледержец; Только немногим спастись удалось; через волны седые, С телом, изъеденным солью морскою, плывут они к суше, Радостно на берег всходят желанный, избегнув несчастья. Так же радостно было глядеть Пенелопе на мужа; Белых локтей не снимала она с Одиссеевой шеи. Гомер. «Одиссея»[110]