Зоопарк диковин нашей планеты.

ОТ АВТОРА-СОСТАВИТЕЛЯ.

Пожалуй, одной из самых волнующих тайн уходящего века, да и тысячелетия тоже, остаются загадочные, не найденные пока, не вышедшие из разряда мифических животные, полулюди-полузвери, животные-призраки, монстры, чудовища, домовые, русалки, лешие… Нынешний век внес существенный вклад в разгадку этой жгучей тайны, и многое в нашей «неестественной истории» (перефразируя названия известных работ и выражения Плиния Старшего и Дарвина) нашло свое место на страницах учебников зоологии и палеонтологии. Но остались и нерешенные вопросы. И одним из них остается — «как»? Как могут выживать в наше время, когда все, казалось бы, обжито и исследовано, неведомые формы и виды? Да еще такие экзотические, как, к примеру, русалки…

Ответом на этот и некоторые другие вопросы и стала эта книга. Когда работа над ней подходила к концу, из Якутии — будто специально по моему заказу! — вернулась экспедиция газеты «Комсомольская правда» с сенсационным сообщением: ее участникам удалось «засечь» в озере Лабынкыр неопознанный движущийся объект, предположительно животного происхождения. Легенды о некоем «черте», обитающем в озерах в районе полюса холода, жили в этих краях с конца 50-х годов. Именно тогда непонятное крупное животное видели сразу несколько геологов из поисковой группы Виктора Твердохлебова.

С тех пор прошло много лет. На озерах побывало несколько экспедиций, кто-то что-то наблюдал, но никому не удавалось добыть доказательства существования чудовища.

И вот сообщение Вадима Черноброва о крупном объекте под водой, обнаруженном приборами… Кем окажется это существо? Об этом, наверное, придется рассказывать в другой книге. А пока — в путь, по следам невиданных зверей.

РУСАЛКА — НА ВЕТВЯХ?!

Русалку обычно изображают, как девушку с рыбьим хвостом, однако у нее может быть и пара ног, и пара хвостов, которые, в свою очередь, могут быть не только рыбьими, но и дельфиньими или змеиными. Она поет чудесные песни, а иногда еще и играет на арфе. Помимо русалок бывают и «русалы» иногда такие же романтичные, иногда вспыльчивые и гневные. Русалки любят греться на солнце на прибрежном песке или на скалах, расчесывая гребнями свои длинные волосы. Они живут не только в море, но и в озерах, реках и даже колодцах. В России — в омутах.

Недавно автор-составитель этой книги получил письмо весьма странного содержания, которое тем не менее меня заинтересовало.

Неизвестный корреспондент пишет: «В тот год мы отдыхали на Азовском море. Один раз я, двенадцатилетний мальчик, шел по пояс в воде, минуя отмели и углубления, которые плавно чередовались, и неожиданно провалился в подводную яму. Я нырнул, желая посмотреть, что это за яма, и… лицом к лицу столкнулся с небольшим зеленым человечком! Он отдыхал, лежа на песчаном дне. Глаза у него были несоразмерные лицу — большие и сильно выпуклые. Он поднял веки, мы встретились взглядами и оба вздрогнули. Человечек взмахнул рукой и нечаянно оцарапал мне живот своими длинными ногтями. Мы оба рванули в разные стороны. Он — вглубь, а я — вверх. Смертельно испуганный, прибежал я домой и больше ни разу не вошел в море в тот год. В дальнейшем зеленого человечка я не видел».

Это далеко не первое свидетельство наблюдения в воде человекообразных существ. В 1610 году англичанин Г. Хадсон увидел русалку недалеко от берега. У нее была белая кожа, а на голове — длинные черные волосы. Моряки прошлых веков так часто встречали русалок, что просто отмахнуться от их рассказов ученым было невозможно.

Попытки внушить людям, видевшим русалок, что это были морские животные, натолкнулись на серьезные трудности. В большинстве случаев места обитания, скажем, моржей или тюленей не совпадали с русалочьими. Да и как можно перепутать усатую черную морду моржа с женским личиком?

Известный американский зоолог К. Банзе обратил внимание на то, что рассказы о человекообразных существах, обитающих в водоемах, слишком распространены, и детали их описаний во многом сходятся. Так, типичная русалка обладает бинокулярным зрением (то есть два ее глаза смотрят в одном направлении). Большой палец русалки противопоставлен остальным пальцам, что позволяет захватывать орудия труда. На всех изображениях видна крупная голова. Задняя часть тела изображается с чем-то вроде плавника.

По имевшимся описаниям К. Банзе сделал вывод, что существуют три вида этих существ. Русалка обыкновенная обитала в Средиземном море и у берегов Испании и Португалии со стороны океана. Русалка индейская, которая впервые наблюдалась натуралистом К. Нереусом — участником третьего плавания Колумба, — жила у атлантического побережья Америки. Русалка эритрейская облюбовала воды Красного и Аравийского морей, а также у берегов индонезийских островов.

Русалки употребляли в пищу морские водоросли, моллюсков, рыбу. Многие источники содержат рассказы о том, что, выходя по ночам на мелководье, русалки чудесным пением заманивали к себе людей. Вес взрослой самки несколько меньше веса человека. Поскольку у нее две молочные железы, значит, она производит на свет одного или двух детенышей.

Вот запись знаменитого английского путешественника мореплавателя Генри Гудзона, сделанная в начале XVII века: «Один из матросов команды, посмотрев за борт, увидел русалку. Ее грудь и спина были, как у женщины… Очень белая кожа и спадающие черные волосы. Когда она нырнула, мелькнул ее хвост, похожий на хвост бурого дельфина, испещренный пятнышками, как у макрели».

В начале XVIII века в одной книге было помещено изображение русалки с такой подписью:

«Похожее на сирену чудовище, пойманное на побережье Борнео, в административном округе Амбойна. В длину 1,5 метра, телосложением похоже на угря. Прожило на суше 4 дня и 7 часов в бочке с водой. Периодически издавало звуки, напоминающие мышиный писк. Предложенных моллюсков, крабов и морских раков есть не стало…».

Почему-то чаще всего русалок встречали в Шотландии. В XVII веке в «Абердинском альманахе» утверждалось, что путешествующие в этих местах «обязательно увидят прелестную стайку русалок — изумительно красивых созданий».

В 1890 году шотландский учитель Уильям Монро увидел на пляже существо, на голове которого «были волосы, лоб выпуклый, лицо пухлое, щеки румяные, глаза голубые, рот и губы естественной формы, похожие на человеческие. Груди и живот, руки и пальцы того же размера, что и у взрослого представителя человеческой расы; то, как это существо использовало свои пальцы (при расчесывании), не предполагает наличия перепонок».

В 1900 году с русалкой, у которой были волнистые золотисто-рыжие волосы, зеленые глаза, ростом с человека, встретился некий Александр Ганн. Пятьдесят лет спустя в тех же местах русалку видели две девочки. По их описанию, она в точности походила на русалку, увиденную Ганном. В 1957 году существо, похожее на русалку, даже запрыгнуло на плот путешественника Эрика де Бишопа. Руки этого странного существа были покрыты чешуей.

В нашей стране жители одной деревушки возле Ведлозера в Карелии издавна замечали в нем водяных существ полутораметрового роста с круглой головой, длинными волосами, белыми руками и ногами, но коричневым туловищем. Завидев рыбаков, они ныряли под воду. Эти водяные описаны в книге С. Максимова, вышедшей в 1903 году.

Частота встреч с русалками стала снижаться после эры великих географических открытий и уже в нашем веке упала почти до нуля. Морские люди вымерли, и, видимо, произошло это сравнительно недавно — в середине или конце XIX века. Причина— усиление рыболовства и загрязнение вод. Шансов на то, что где-то в теплых бухтах южных морей мы еще встретим последних представителей русалочьего племени, не больше, чем на встречу со снежным человеком в Гималаях или с динозавром в Конго.

Жанна Железнова из Петрозаводска сообщила вот какую историю:

«В этнографической экспедиции я узнала о встрече человека с невиданным земноводным человекообразным существом.

Это было во время Великой Отечественной войны в Белоруссии. Солдат отстал от своего взвода, догоняя его, шел по лесной дороге. И вдруг видит, на этой дороге лежит человек. Он бросился к нему, и когда подбежал, то понял, что это не совсем человек, а кто или что — понять невозможно. С виду мужчина с бородой, но весь в рыбьей чешуе, а на руках и ногах вместо пальцев перепонки. Солдат перевернул его на спину, увидел, что у него лицо человеческое, хотя и нельзя назвать его красивым, но и безобразным не назовешь. И этот чешуйчатый стал знаками показывать солдату на себя и куда-то в сторону, видимо, просил его туда отнести. Солдат пошел в том направлении и скоро увидел небольшое лесное озеро. Отволок туда чешуйчатого, опустил в воду. Он немного полежал в воде, пришел в себя и уплыл. И даже на прощание солдату рукой помахал».

Легенда о русалке возникла сравнительно недавно по мифологическим меркам и приняла окончательную форму в средневековье. Первое литературное упоминание о русалках сделано в «Романе о розе» английского писателя Джефри Чосера (1366): «То было чудо, подобное пению морских русалок».

В культуре практически всех народов бытуют легенды о духах вод, часто эти духи — поющие женщины, олицетворяющие красоту вида и звука воды. Русалки капризны, своенравны и могущественны (как и реки). Они могут наградить, но могут и навредить.

Древнейшее из известных морских божеств — вавилонский бог Эа (или Оанн, как его именовали в греческих текстах). Он вышел из Эритрейского моря и научил людей наукам и искусствам. На барельефе VIII века до нашей эры, выставленном в Лувре, Оанн изображен как человек с рыбьим хвостом. На Ближнем Востоке в древности почитали русалку — богиню Луны, которую сирийцы звали Атаргат, а филистимляне — Дерсето.

В индийской мифологии хранителями вод были небесные нимфы апсары, игравшие на лютнях, в Китае и Японии — драконы и их жены. В греческих и римских мифах фигурирует множество водных богов и существ: царь океанов Посейдон (Нептун), его сын Тритон, морские нимфы нереиды — дочери Нерея, речные наяды и, наконец, океаниды. Тритона обычно изображали с рыбьим хвостом, остальные водные духи часто выглядели, как люди.

В Британии и Ирландии слагали легенды о морских девах, которые сбрасывают рыбий хвост перед тем, как выйти на сушу. В Скандинавии и Германии водные существа разделялись на морских и речных. Во Франции, Италии, Португалии и Испании их называли сиренами, хотя в греческих мифах сирены были птицами с женскими лицами. Героиня французских легенд Мелузина, женщина-змея, иногда изображалась и как русалка с двумя хвостами. В русских народных сказках действуют духи вод — русалки, которые топят купальщиков, и плутоватые водяные. В африканских преданиях это водные женщины и ведьмы. В легендах североамериканских индейцев говорится о двухвостых морских божествах и девах-рыбах.

Культ поклонения древним божествам вод остался в прошлом, но вера в русалок, мудрых и могущественных водных существ, продолжает жить. Возможно, первые мифы о русалках возникли из рассказов об утопленниках и человеческих жертвах, принесенных водным божествам. В Англии, к примеру, Сабрина, незаконнорожденная дочь короля Локрина, была сброшена своей мачехой в реку, которую с тех пор называют Северн, и стала речной богиней — покровительницей невинных девушек.

Подобное превращение с менее приятными последствиями произошло со служанкой Пег О'Нелл из Ирландии, которая провалилась под лед, набирая воду из полыньи, и теперь каждые семь лет топит пловцов в реке Риббл. Таких историй, которые, скорее всего, придумывали, чтобы оградить детей от опасностей, достаточно много: легенда о несчастной служанке Пег мало чем отличается от историй Дженни Гринтис из Ланкашира, Грандилоу из Йоркшира, Пег Паулер — русалки из реки Тис и других. Известная по поэме Гейне рейнская нимфа Лорелея тоже недобрый речной дух: заслушавшись ее песнями, моряки направляли свои суда прямо на опасные скалы. В образе Лорелеи присутствует очевидная связь с древнегреческими сиренами.

Впрочем, русалки нередко совершают и добрые дела: предупреждают о приближающейся буре, исполняют желания, поднимают со дна сокровища или учат наукам. В валлийской легенде нимфа озера Ллин-и-Фан-Фах вышла замуж за смертного и, родив ему сына, исчезла. Затем явились три мудреца и научили ее сына всему, что знали. Русалки совершают благие дела не только по доброй воле. Согласно легендам, русалку можно заставить выполнить любое желание, если отнять у нее какой-нибудь из предметов туалета. Браки с русалками обычно недолговечны. Заключение такого брака всегда связано с каким-нибудь условием, и когда условие нарушается, русалка исчезает. Русалки нередко забирают смертных в подводное царство. Слепой Морис Коннор, лучший волынщик в Мюн-стере, последовал за русалкой в море. Согласно преданию, его пение до сих пор еще временами слышно из-под воды.

После окончательной победы христианства в Европе представители духовенства пытались задушить остатки языческих верований. Однако малозначительные персонажи, такие, как русалки, с которыми не были связаны основные языческие культы, не представляли большой опасности новой религии и продолжали жить в фольклоре. В христианской религии русалка с гребнем и зеркалом в руках стала символом тщеславия и женского коварства, ведущих мужчин к моральной гибели.

Как и многие другие вымышленные существа, русалки и их символическое значение были неоднократно описаны в средневековых бестиариях (трактатах о реальных и фантастических животных). Персонажами ранних бестиариев были не русалки, а сирены. Однако после того как сирены и русалки смешались в сознании народов, то же произошло и в бестиариях. В бестиарии Уайта (XII в.) русалки описаны, как полулюди-полурыбы, но иллюстрация изображает девушку с крыльями на талии, птичьими лапами и рыбьим хвостом. В «Божественном бестиарии» XIII века Гийома Леклерка говорится, что нижняя часть русалки — птичья или рыбья. Варфоломей Английский утверждает, что сирены — девы-рыбы, хотя и отмечает, что по некоторым источникам нижняя часть их тела — птичья.

Среди научных источников следует отметить описания нереид и тритонов, приводимые Пли-нием Старшим (I в.) со слов очевидцев. Судя по всему, существа, описанные Плинием, — морские коровы и котики.

В исландских хрониках XII века запечатлено свидетельство о полуженщине-полурыбе, которую видели у берегов Гренландии. У нее было ужасное лицо, широкий рот и два подбородка. Рафаэль Холиншед сообщает о том, что во времена английского короля Генриха II (50—80-е годы XII в.) рыбаки поймали человека-рыбу, который отказывался говорить и питался как сырой, так и вареной рыбой. Он сбежал в море спустя два месяца после поимки. В 1403 году после шторма в Западной Фрисландии нашли русалку, запутавшуюся в водорослях. Ее одели и кормили обычной пищей. Она научилась прясть и кланяться перед распятием, но так и не заговорила. Она часто предпринимала безуспешные попытки к бегству обратно в море и умерла после четырнадцати лет жизни среди людей.

Эти и другие подобные свидетельства долго поддерживали веру в существование человекоподобных морских существ, хотя со времен средневековья никому так и не удалось поймать или найти тело какого-нибудь из них. Скорее всего, за русалок принимали тропических ламантинов, небольших китов, котиков и тюленей. Вблизи эти животные, безусловно, совсем не напоминают людей, но в водной стихии их позы и крики бывают порой очень «человеческими». Пойманные средневековыми рыбаками человек-рыба и русалка были, видимо, немыми людьми с незаурядными способностями к плаванию. Или?..

Пусть скептики лишний раз ухмыльнутся, но в 1830 году на острове Бенбекьюла на Гебридах состоялись похороны самой настоящей русалки… Началось же все с того, что жители острова, собирая водоросли, увидели резвящееся недалеко от берега странное создание. Внешне оно напоминало маленькую девочку с длинными черными волосами. Белая нежная кожа и огромная грудь вызвали небывалый восторг у сильной половины человечества, и мужчины приложили немало усилий, чтобы изловить русалочку. Однако она ловко ускользала от них, и тогда один из разгоряченных этой необычной охотой подростков запустил в подводную деву увесистым камнем. Хотя русалка скрылась под водой, удар оказался для нее смертельным, и спустя пару дней труп удивительного создания прибило к берегу. Толпы людей собирались, чтобы посмотреть на самое настоящее чудо, — ведь существо почти не отличалось от человека, если не считать огромного рыбьего хвоста. Ни у кого не оставалось сомнений, что это настоящая легендарная русалка. Причем ее сходство с человеком было настолько сильным, что власти острова отдали распоряжение изготовить гроб и сшить саван. Так состоялись самые необычные похороны в мире — похороны русалки… К сожалению, могилка ее затерялась, и в XX веке попытка найти захоронение окончилась неудачей. Однако сам этот факт говорит о многом. Жители острова не были профанами и знали всех морских обитателей, соответственно они не могли принять за русалку мертвого тюленя, акулу или другую морскую живность.

В «Естественной истории Индии», изданной в 1717 году, содержатся упоминания об экзотическом живом существе с Дальнего Востока, которое поймали у Молуккских островов в Индонезии: «Она была длиной 59 дюймов (полтора метра. — Ред.) и чем-то напоминала угря… Прожила в бочке с водой 4 дня и 7 часов… издавала негромкие звуки, ничего не ела и затем умерла».

В Дании в 1723 году была учреждена специальная Королевская комиссия, которая должна была внести окончательную ясность по вопросу о существовании русалок. Но во время поездки на Фарерские острова с целью сбора информации о русалках члены комиссии натолкнулись на русалку-мужчину. В докладе указывалось, что у русалки «глубоко посаженные глаза и черная борода, которая выглядела так, как будто была подстрижена».

В 1983 году антрополог из Университета Виргинии (США) Рей Уогнер сообщил одной ричмондской газете, что в южной части Тихого океана, недалеко от острова Новая Гвинея, он два раза видел существо, чем-то напоминающее человека. Уогнер пояснил, что с помощью новейшего подводного видеооборудования ему удалось установить, что существо, которое он видел, было морской коровой. В большинстве известных случаев, полагает он, русалки были не чем иным, как тюленями, бурыми дельфинами, ламантинами или морскими коровами. Однако Уогнер не утверждает, что русалки вообще не существуют.

«Люди все-таки очарованы русалками, и рассказы о них звучат часто правдоподобно», — говорит психотерапевт Линда Картер-Эйк, которая проводит исследование в рамках программы по психоанализу. По ее мнению, русалки живут в сознании людей. Океан воздействует на область подсознания человека, вызывая в его воображении образ русалки. Хитрость состоит в том, чтобы не дать ей утащить вас за собой.

Вплоть до XIX века, когда научные и географические открытия практически лишили мифологических существ прав на существование, процветала практика создания чучел «русалок» из тел обезьян и рыбьих хвостов. Отвратительные «русалки» выглядели достаточно пугающе для того, чтобы зрители, пришедшие взглянуть на изготовленную красавицу, не обвинили хозяина чучела в мошенничестве.

Поскольку русалка была религиозным символом искушения и коварства, запрета на ее изображение в искусстве и литературе никогда не существовало. В пьесе «Сон в летнюю ночь» Шекспир пишет о русалке, чье пение было так прекрасно, что бурное море успокоилось, а некоторые звезды, заслушавшись пения морской красавицы, упали с небес.

Интересно, что образ русалки пережил расцвет именно в XIX веке, когда наука окончательно разделила фантазии и реальность, а в прозе и поэзии возродила интерес к романтике. Особенно много баллад о морском народе было создано в Британии и Скандинавии. В Англии русалка стала еще и символом империи, правящей морями и добывающей себе богатства в заморских колониях. Ее изображения украшали корабли, гербы и оружие. Таверне «Русалка», в которой собирались лондонские литераторы, посвятил свое стихотворение известный поэт-романтик Джон Китс.

В 1811 году увидела свет поэма барона ле Ламотт-Фуке «Ундина», по которой вскоре была написана опера. В ней говорится о женитьбе речной нимфы Ундины и смертного человека: Ундина могла бы обрести человеческую душу и чувственное сердце, но муж изменяет ей, и она возвращается в реку. Имя «Ундина» (от латинского «унда» — вода) впервые использовал швейцарский алхимик Парацельс (XVI в.) — создатель «систематической мифологии», соединивший образы мифологических существ с греческим учением о четырех составляющих мира: земле, воздухе, огне и воде. Ундина стала символом воды.

Русалки и люди не обретают счастья вместе. В сказке Андерсена русалка обретает душу, но не любовь принца. В «Обманутом морском юноше» Арнольда героиня Маргарет изменяет своему возлюбленному из-за боязни потерять душу. А в романе «Рыбак и его душа» Оскара Уайлда рыбак пытается избавиться от своей души в надежде жениться на русалке.

Другой мотив, использованный, например, в «Русалке» Александра Пушкина и «Невесте Ламмермура» Вальтера Скотта, — русалка, защищающая невинных девушек и мстящая неверным возлюбленным.

Генрих Гейне в «Лорелее» и Алфред Теннисон в «Морских феях» и «Русалке» обращаются скорее к образу человека, желающего избавиться от человеческих забот и идущего на смерть ради желания услышать прекрасное пение русалок. Интересно, что Теннисон пишет о «серебряных ногах» русалок, а его морские нимфы — видимо, гомеровские сирены, певшие для Одиссея.

В поэме «Разрыв союза» Томаса Худа, символизирующей стремление Ирландии к независимости от Британской империи, русалка желает ампутировать свой «саксонский» хвост, чтобы стать настоящим человеком.

В литературе XX века русалки становятся менее частыми персонажами, а брак с русалкой часто описывается в сатирической форме. В «Морской леди» Герберта Уэллса русалка оказывается неспособной понять моральные ограничения, которые люди накладывают на свою жизнь.

Русалки оставили заметный след и в музыке. Им посвящены «Песня Русалки» Гайдна, симфоническая поэма «Водяной» и опера «Русалка» Дворжака, незаконченная опера «Лорелея» и увертюра «Прекрасная Мелузина» Мендельсона, опера «Садко» Римского-Корсакова, в которой Садко влюбляется в дочь морского царя. Русалки появляются в опере Генделя «Ринальдо» и в «Кольце Нибелунгов» Вагнера.

Скульптура русалки украшает копенгагенскую бухту. Русалка с мечом в руке изображена на гербе Варшавы. Изображения тритонов были очень популярны в эпоху барокко (их можно увидеть, например, на «Триумфе Галатеи» Рафаэля). В Нюрнбергской Библии (1483) Ноев ковчег плывет в окружении русалок. Однако первым в истории изображением русалки в живописи следует назвать полотно Даниэля Маклиза «Происхождение арфы» (1842), на которой русалка с арфой в руках плачет о своей несчастной любви.

В отличие от средневекового представления, русалка конца XIX — начала XX века — «роковая женщина». Такой ее изображают художники— швейцарец Арнольд Беклин, норвежец Эдвард Мунк, австриец Густав Климт и многие другие. В нашем веке (на работах Рене Маргитта и Поля Дельво) ее образ приобретает несколько комический оттенок.

Вода — символ одновременно смерти и перерождения. Как и вода, русалки на протяжении веков не только представляли опасность для людей, но и помогали им. Меняющийся образ русалки, служивший вдохновением стольким художникам, поэтам и писателям, видимо, останется таким же притягательным и в будущем.

Русалки, пожалуй, единственные из мифологических существ, обретшие почву в славянских преданиях и… сегодняшней жизни. Мы не можем не рассказать здесь о встречах с этими существами наших соотечественников. Итак…

Рассказывает известный криптозоолог М. Г. Быкова (текст записан в конце 60-х годов):

— Зрительно украинцами и южными великороссами русалки воспринимаются как водяные красавицы. А на севере России это чаще всего косматые, безобразные женщины с большой отвислой грудью. Они показываются из воды вечером или ночью, пытаются привлечь внимание, бродят около воды и даже в лесу. Встретившись с такой женщиной лицом к лицу, человек лишь иногда успевает разглядеть ее.

Приведем случай необычной встречи. Сообщение о нем было получено одной из московских редакций в ответ на публикацию статьи на тему реальности леших и русалок. Речь шла об одной разновидности — болотнянике.

В годы войны Иван Юрченко проживал в деревне Николаевка, в одной из северных областей европейской части нашей страны, учился в начальной школе. Школа направляла учеников полоть сорняки в колхозных посевах, далеко за деревню. Там сразу же за полем начинались болота. Возле болот были сенокосы. Косцы устроили рядом сарай для ночевки, постелили на нары сено. Однажды утром, придя на прополку, ребята зашли в сарай и заметили, что на сене остались вмятины от двух фигур огромного роста, видимо ночевавших в сарае в ту ночь. Они удивились росту людей, поговорили на эту тему и принялись за работу. Иван захотел оправиться и отошел с поля к болоту. В это время на болоте за кустами он заметил двух неизвестных, которые пристально следили за ним. Иван обратил внимание на то, что они были черными, на головах у них были длинные волосы, в плечах были очень широкими. Рост не смог определить, так как мешали кусты. Иван сильно испугался и, крича, побежал к своим товарищам. Узнав, что кто-то есть на болоте, побежали в деревню к коменданту (комендатуры в то время существовали для ссыльных) и председателю колхоза. Те, вооружившись наганом и ружьем, с ребятами двинулись к месту происшествия. Неизвестные черные люди ушли в глубь болота и из-за кустарников смотрели на людей. Никто из деревенских не решался продвинуться вперед. Мужчины выстрелили в воздух, неизвестные оскалили белые зубы (что особенно бросалось в глаза на черном фоне их лиц), стали издавать звуки, похожие на раскатистый хохот. После чего, как показалось Юрченко, они присели или погрузились в болото. Больше их никто не видел. В сарае на сене остались следы, видимо, самца огромного роста и самки поменьше, можно было рассмотреть и следы больших грудей.

Так знают ли наши современники о подобных существах? Или это единственный непонятный случай?

Вот еще одно письмо.

«В 1952 году я, М. Сергеева, работала на лесозаготовительном участке Балабановск (Западная Сибирь). Заготовляли лес зимой, а весной сплавляли по реке Карайга. Местность вокруг болотистая, летом мы собирали там грибы и ягоды. Много здесь и озер. Километрах в двенадцати от участка лежит озеро Порасье. На него-то 4 июля мы и отправились: я, старик сторож с племянником Алексеем и Таня Шумилова. По дороге дед рассказал, что озеро это торфяное и незадолго до революции оно высохло, дно загорелось от молнии и горело целых семь лет. Потом вода вернулась, и теперь на озере много плавучих островов. Их называют „кымья“. Пока погода стоит хорошая, кы-мья у берега, но если отойдут на середину озера — жди дождей.

До места мы добрались уже в одиннадцатом часу вечера. Наскоро натянули два полога и тут же втроем свалились от усталости. А дед пошел ставить сети.

Когда мы утром проснулись, уха была уже готова. Рыбы в сети набилось много, загрузили целиком повозку. И тут я заметила, что недалеко за деревьями виднеется еще одно озеро. Спросила о нем старика, но он рассердился на меня и буркнул: «Озеро как озеро…» Больше ни о чем расспрашивать я его не стала, но Алексею и Татьяне все рассказала. Выбрав момент, когда дед ушел смотреть дальнюю сеть, мы побежали к тому озеру, благо до него было всего метров двести. Вода в нем оказалась такой чистой, что все камешки на дне были видны. Таня и Алексей решили искупаться, я же только сняла платок и положила его на какую-то корягу у берега, а сама присела рядом. Алексей был уже в воде и звал Таню, когда вдруг та вскрикнула, схватила свою одежду и бросилась в лес. Я взглянула на Алексея, который стоял неподвижно и смотрел перед собой округлившимися глазами. И тут я увидела, как к его ногам тянется чья-то рука. Под водой к Алексею плыла девушка. Она бесшумно вынырнула, подняла голову с длинными черными волосами, которые тут же убрала с лица. На меня глянули ее большие синие глаза, девушка с улыбкой протягивала руки к Алексею. Я вскрикнула и, вскочив, потащила его за волосы из воды. Заметила, как при этом зло сверкнул взгляд водяной девушки. Она схватила лежавший на коряге мой платок и, расхохотавшись, ушла под воду.

Мы и опомниться не успели, как дед оказался рядом. Он торопливо перекрестил Алексея, поплевал в сторону и только после этого облегченно вздохнул. Я и не подозревала, что наш сторож-человек верующий…

В декабре того же года меня перевели на другой участок, и постепенно тот случай стал забываться. Однако спустя девять лет я вдруг получила письмо от старика, в котором он писал, что тяжело болен и вряд ли поднимется. Я взяла отпуск на три дня и поехала к нему. Мы проговорили всю ночь, тогда-то старик мне и рассказал одну историю. Лет сорок назад, молодым парнем, он работал десятником. Однажды пошел в лес за жердями. Тогда впервые и попал на то самое озеро. Решил искупаться… и завладела им русалка. Трое суток не отпускала, с жизнью уже распрощался. Но, на счастье, вспомнилось благословение матери… И громко произнес он эти слова. Русалка с ненавистью оттолкнула его, да с такой силой, что он оказался на берегу…

Только тогда я поняла, почему старик так не хотел пускать нас на то озеро».

НЕ ВОНЯЕТ ЛИ ВАША ДЕВУШКА РЫБОЙ?

Молодожены Клаус и Эрика Вайс из Швейцарии решили провести медовый месяц на берегу уютной лагуны живописного Бальдегского озера. Они сняли небольшой коттедж, расположенный на обширном безлюдном пространстве.

Однажды, прогуливаясь по пустынному берегу, супруги стали свидетелями дивного по красоте и изяществу зрелища. Несколько девушек медленно и грациозно кружились в хороводе, то наклоняясь, то взмахивая руками. Таинственные плясуньи были облачены в полупрозрачные рубахи до пят. По их плечам струились густые волосы с серебристым отливом. Супруги Вайс как зачарованные смотрели на них, боясь даже вздохом потревожить волшебную гармонию. Через полчаса девушки, шумно смеясь, побежали к воде и одновременно, плескаясь и брызгаясь, нырнули в озеро.

— Хватит глаза пялить, — говорила жена, поспешив увести увлекшегося необычным зрелищем супруга. Она решила, что присутствовала на репетиции местного фольклорного ансамбля.

На следующий вечер чета Вайсов снова проходила тем же маршрутом. Неожиданно за их спиной послышались чьи-то мелодичные протяжные голоса. Обернувшись, они увидели вчерашних красавиц, вынырнувших из озера. Супруги едва успели спрятаться за ближайший куст.

Одна из девушек внезапно остановилась и решительно направилась к кустам.

— Кто-то за нами следит… Выходите немедленно, — послышался властный женский голос.

— Мы тут целовались, — попытались робко оправдаться Вайсы.

— Неужели? — засмеялись девушки. — А вы умеете? Давайте мы вас научим.

Одна из незнакомок подошла вплотную к Клаусу и обняла его. Сквозь ее свободную одежду из тонкой ткани бесстыдно просвечивало полногрудое тело. Ее огромные фиалковые глаза сияли загадочным глянцевым блеском. Клаус не мог не поразиться контрасту между обеими женщинами. Конечно, низкорослая жирная растрепа с тупым взглядом (его Эрика) ни в какое сравнение не шла с прильнувшим к нему божественным существом.

— Иди ко мне, — негромко сказала девушка. — Меня зовут Ингер.

Ее голос насторожил Клауса. Мягкие грудные звуки явно таили угрозу. Молодого человека охватило предчувствие опасности, по телу пробежал озноб. Невольно он отстранил Ингер, сбросив с себя ее точеные и холодные, как мрамор, руки.

— Я тебе не нравлюсь? — повторил голос.

В волосах Ингер запутались водоросли, от исходящего от нее гнилостного запаха молодого человека начало мутить. Его била дрожь. Эрика, тяжело охнув, рухнула на землю. Ее тут же обступили другие «танцовщицы».

Тем временем Ингер, снова приблизившись к Клаусу, протянула к нему руки. Тот в ужасе попятился. Лоб его покрылся каплями холодного пота.

Ингер, сверкая глазами, умоляла:

— Поцелуй меня, я ведь так хочу тебя.

У Клауса звенело в ушах, к горлу подкатывал комок рвоты. Ингер всем телом прижалась к нему. Клаус ощутил под руками отвратительную гнилостную теплоту. Нежные, но неумолимо властные руки девушки оплели его шею. Бледным ледяным ртом она впилась в губы Клауса.

От ударившего в нос запаха разлагающегося болота он стал задыхаться и был близок к обмороку. Через несколько минут, когда Ингер с громким чмоканьем завершила поцелуй, Клауса уже выворачивало наизнанку. Ничуть не смутившись, девушка вытерла ему рот подолом своего платья и расстегнула ширинку на его брюках…

Клауса привели в сознание, натерев его тело какой-то зловонной жижей. Эрику заставили еще и выпить какой-то терпкий травяной настой, после чего она стала прямо на глазах утончаться в размерах и хорошеть.

Уже не сопротивляющихся, обессиленных супругов уложили рядом, и целый сонм девушек набросился на них со своими исступленными ласками, причем доставались они в основном Эрике. Ее целовали во все места. Вскоре она вошла во вкус, с удивлением обнаружив в себе дремавшие до той поры запасы похоти и сладострастия.

Вволю наигравшись, девушки подхватили Эрику и нырнули с ней вместе в воду.

Перед тем как исчезнуть навсегда, одна из красавиц подошла к лежавшему ничком Клаусу.

— Немедленно уезжай отсюда и не рассказывай никому о том, что видел, — сказала она.

Клаус, даже не собрав вещи, опрометью помчался на вокзал и первым же поездом уехал домой в Цюрих, где разыскал специалиста по аномальным явлениям профессора Шлосса.

Профессор улыбнулся его рассказу и заметил, что Бальдегское озеро давно пользуется печальной славой благодаря таинственному исчезновению людей, попадающих в те края. Русалки, по его мнению, в изобилии населяющие озеро, представляют серьезную опасность. Живут они преимущественно в лесных озерах, иногда вблизи болот.

— Русалками становятся в основном погибшие проститутки, наркоманки, но чаще всего лесбиянки, — рассказал профессор. — Их астральные тела после смерти не отлетают, а продолжают подпитываться дурными энергиями, исходящими от живых людей. Вода, как выяснилось, наиболее благоприятная среда для распространения «бактерий порока», то есть различных сатанинских флюид, поэтому во влажных местах и водоемах и находят посмертное пристанище блуждающие души грешниц. Русалками могут быть не только женщины, но и мужчины гомосексуальной ориентации. Особенно много таких «русалов» в Англии.

Удивительный случай, по словам профессора Шлосса, произошел вблизи шведского озера Венерн. Молодой журналист Пер Лундквист приехал в деревушку Капле повидать свою бабушку. Дом отделяла от озера сосновая роща. Однажды вечером Пер встретил на ее опушке девушку редкой красоты. Она сидела на пеньке и горько рыдала. Молодой человек поинтересовался, чем он может ей помочь. Девушка, представившись Эвой, рассказала, что потеряла все деньги и ей не на что вернуться к себе в Мальмё. Пер дал ей несколько десятков крон на железнодорожный билет. Пообещав вернуть долг, девушка прислала деньги по почте и вскоре сама приехала в Капле. Молодые люди стали встречаться. Пер не мог не обратить внимания на некоторые странности в поведении Эвы. Его удивляла, например, ее привычка постоянно смачивать водой свои длинные густые волосы. К тому же она не давала ему ни своего адреса, ни номера телефона. Каждый вечер они прощались на автобусной остановке и каждый раз договаривались, где встретятся завтра.

Дело шло к свадьбе, и Пер пригласил Эву к себе домой, чтобы познакомить ее с бабушкой.

Увидев невесту внука, старушка в изумлении застыла. Узнав же, что Эва живет в Мальмё, она и вовсе затряслась от страха. Вызвав Пера на кухню, бабушка рассказала ему, что лицо Эвы ей знакомо, поскольку она постоянно видит портрет девушки в доме своей старинной приятельницы, у которой не так давно при загадочных обстоятельствах умерла внучка, жившая с родителями в Мальмё.

Пер, как всегда проводив девушку до автобусной остановки, решил незаметно проследить за ней, воспользовавшись припрятанным в кустах велосипедом. Он увидел, как Эва попросила водителя остановить едва отъехавший автобус, вышла из него и направилась к озеру. Нырнув в воду, она исчезла в лунной дорожке.

Побывав в доме бабушкиной подруги, Пер убедился в том, что на портрете действительно была изображена его невеста. Покойную внучку тоже звали Эвой.

Встревоженные родственники произвели эксгумацию на кладбище в Мальмё. Трупа Эвы в могиле не оказалось.

Проконсультировавшись со специалистами, молодой человек окропил себя святой водой и надел нательный крест. Кроме того, ему объяснили, что энергия русалок заключена в их волосах, которые должны постоянно быть влажными. Если они начинают высыхать, русалка проявляет беспокойство.

Эва, встретившись с Пером в условленном месте, явно почувствовала неладное и, сославшись на плохое самочувствие, попыталась уйти «домой», но «жених», крепко схватив ее за руку, затащил в сауну и запер массивную дверь.

Учинив Эве серьезный допрос, Пер выяснил, что, в земной жизни заболев СПИДом, девушка приняла сильную дозу снотворного, заплыла подальше и утонула. Она рассказала, что каждая русалка, чтобы «прописаться» на дне любого водоема, должна увлечь за собой максимальное количество людей. Так что участь влюбленного журналиста была предрешена.

Пер стискивал от сострадания зубы, когда Эва умоляла отпустить ее или хотя бы прыснуть на нее водой…

Через два часа лицо ее сморщилось, нос провалился, глаза вытекли…

Три вечера подряд собеседник профессора Шлосса Клаус Вайс приходил на берег Бальдегского озера в надежде получить весточку от пропавшей супруги. После четвертой прогулки он не вернулся…

На протяжении вот уже 50 лет регулярно поступают сообщения о том, что жители и туристы одного из Гавайских островов видели в воде русалку. Отношение к этим сообщениям до сих пор было довольно скептическим: кто же поверит, что полуженщина-полурыба, являвшаяся нам в детстве персонажем замечательной печальной сказки Андерсена и оживленная на экране Уолтом Диснеем, реально существует?

Однако 12 апреля 1998 года появились документальные подтверждения этого удивительного явления: 43-летнему капитану американской подводной лодки Джеффу Лейчеру удалось сделать несколько подводных фотографий морской дивы, известной среди местного населения, как «русалка с мыса Кайви». В тот день Джефф и девять других океанологов занимались исследованием дна океана в нескольких милях от острова Кона. Команда уже закончила намеченные на утро работы и возвращалась в надводном положении на остров, как вдруг их подлодку окружила стая дельфинов, которые стали забавно кружиться и играть в волнах, оставляемых субмариной. Вдруг кто-то из экипажа громко вскрикнул и стал указывать на какой-то предмет в воде. Джефф и его товарищи не поверили своим глазам: буквально в трех метрах от их лодки плыла обнаженная женщина. У нее были длинные развевающиеся волосы и необыкновенно красивое лицо. Но ни одно человеческое существо не может плыть так быстро! Она легко настигла дельфинов. Вслед за дельфинами морская нимфа сделала прыжок в воздухе, и члены экипажа обомлели: нижняя часть ее тела была покрыта чешуей и заканчивалась огромным рыбьим хвостом! Она снова высоко подпрыгнула и исчезла под водой. Все десять человек экипажа стали свидетелями невероятного эпизода. Но на этом их потрясения не окончились. Примерно час спустя команда прибыла на остров. Все переоделись в водолазное снаряжение и стали спускаться под воду у берега. Джефф взял с собой подводную камеру, чтобы фотографировать редкие виды тропических рыб. Неожиданно он почувствовал, как что-то задело его правую ногу. Это была она. Русалка промелькнула рядом со скоростью молнии, затем развернулась и снова проплыла мимо него в обратную сторону. Джефф сумел несколько раз щелкнуть фотоаппаратом. А русалка поднялась на поверхность воды и уплыла прочь.

Фотографии, сделанные Джеффом Лейчером, подверглись тщательному исследованию в трех фотолабораториях. Все специалисты пришли к выводу о подлинности снимков. Это подтверждает удивительный факт: среди обитателей подводного царства есть существа, похожие на людей. И легенды о прекрасных обитательницах морского дна, сводящих с ума рыбаков и моряков, основаны на реальном существовании русалок.

Сегодня в прессе встречаются потрясающие наше воображение сведения о подобных существах. Ценно то, что они исходят от так называемых простых и, во всяком случае, не искушенных именно в этом вопросе людей. Но вместе с тем их неискушенность приводит к некоторым накладкам, хотя вряд ли они имеют какое-либо значение, ибо в весьма малой степени влияют на достоверность повествования. В существе вопроса наука разберется, когда накопится достаточное число данных. В сумме же многочисленные повествования позволяют отличать правду от пригрезившегося или присочиненного рассказчиком. При этом надо учитывать, что всякого рода негативные аспекты могут исходить не только от рассказчика, но и от записывающего свидетельства очевидцев. Так, в одном из воспоминаний о необычной встрече, происшедшей почти три десятка лет назад и по всем правилам тогдашней нашей жизни сокрытой (во избежание встреч с другими службами), есть странное противоречие.

Рассказывает полковник пограничной службы в запасе З. Материал был опубликован в альманахе «Не может быть» (май 1991 года) под названием «Человек-амфибия». Странным представляется в этой истории то, что если имелась в виду амфибия, то зачем ей пользоваться камышинкой в качестве дыхательной трубки, якобы примененной при уходе под воду.

Итак, речь шла в материале о «вылазке» на природу в Кагульские плавни, к большим озерам, заросшим камышом, в 20 километрах от советско-румынской границы.

Услышав стоны у брошенного экскаватора, пограничник на плавающем островке увидел «жутковатого вида человекообразное существо. Черно-коричневого цвета тело, маслянистое какое-то, длинные, грязные, спутавшиеся волосы, борода до пупа, вся в зеленой тине, существо все облеплено пиявками… А правая рука его (это был мужчина абсолютно голый) вся в крови, и кровь сочится через камышовый островок в воду. Стонет — больно…».

Далее сюжет развивался бесхитростно. З. увидел рану, предположил, что объект был задет ковшом экскаватора. Во время оказания помощи (осмотр, очистка раны, перевязка и даже два укола) пограничник рассмотрел между пальцами пострадавшего перепонки, «как у утки». Кончилась встреча уходом существа под воду почему-то при помощи камышинки.

По-видимому, З. не мог знать, что существо, так похожее на человека, не должно говорить, владеть речью. Он вспоминал, что оно издавало стоны, бульканье, что-то похожее на кваканье. И в этом, вероятно, заключается правдивый элемент данного повествования.

Записавшему эти воспоминания, как положено, отвечает на страницах альманаха ученый-специалист, что, дескать, не совсем здоровые люди, случайно попавшие в воду, могут подвергнуться мутациям, которые потом (сколь быстро?) закрепляются и дают возможность приспособиться к водной среде.

Ответ ученого сам по себе интересен и нетрадиционен для официальной науки. Но насколько он проясняет проблему?..

«СНЕЖНЫЙ ЧЕЛОВЕК»: НОВАЯ ГЕОГРАФИЯ ПОИСКА.

(Из архивов М. Г. Быковой).

О «снежном человеке» говорят давно и много. Рассказывают в основном отдельные случаи, приключившиеся в том или ином районе мира. А то, что это явление всемирное, не утверждал еще никто. Первой об этом заявила Майя Генриховна Быкова. Она видела «снежного человека» в Тюменской тайге. К сожалению, она не успела опубликовать все свои уникальные труды и записки. Поэтому это делаем мы.

Ниже печатается ее рукопись, завершенная автором в 1995 году, незадолго до своей кончины.

По мнению Б. Ф. Поршнева (1905—1972), русского ученого с мировым именем, животное, о котором мы будем говорить, известно давно. Достаточно обратиться к одному из древнейших памятников письменности — шумерскому эпосу о Гильгамеше, сложившемуся к III тысячелетию до нашей эры, где повествуется о событиях еще IV тысячелетия. В нем находим описание человекоподобного существа Энкиду. Оно, по тексту, претерпевает чудесное сказочное превращение из животного в человека и даже друга царя Гильгамеша. Вторая линия эпоса — история такого же человекоподобного по имени Эа-бани, что в переводе с вавилонского означает «дикий». Его использовали вначале для охраны стад, а затем в качестве охотничьего животного при походе в горные леса Ливана для истребления подобных ему же человекообразных. Телом он был волосат, никогда не стриг распущенные волосы и не носил одежд, не обладал речью. Физическая же сила его была огромна. Это древнейшие сведения, дошедшие до нас, о волосатых людях-зверях. Название же «Эа-бани» странным образом перекликается с тем, которое мы слышим сегодня, более двух тысяч лет спустя, хотя бы у ирано-язычных народов, например таджиков. Там зверь называется биабани, биабангули, гулэйабани.

Есть упоминания о подобном же существе и в Библии. Но не в канонических текстах, а в апокрифических, ветхозаветных. Так, ученый раввин Ионах ибн Аарон по просьбе американского ученого А. Сандерсона уже в наше время нашел названия такого животного: гиборим, сеирим, шейдим, что означает «некие разрушители», «волосатые, могучие существа охоты». Они отличаются от человека, согласно этим текстам, волосяным покровом на всем теле, резким запахом, странным голосом. Они способны к скрещиванию с людьми современного физического типа. Как плоды такого скрещивания филологический анализ позволяет трактовать, например, Исава и его сыновей (Б. Ф. Поршнев). Сегодня у меня есть такие данные и по Костромской области, и по Алтаю.

В Коране есть указание на необходимость щадящего отношения к недочеловеку. Во всяком случае, любой мулла в горной местности скажет вам, что существу надо помогать, его нельзя отдавать на поругание, следует подкармливать. Такой сдерживающий подход во многом и не дает ученым приблизиться к животному именно в тех местностях, где оно пребывает не в одном-единственном экземпляре. Обращаю внимание на то, что именно здесь его легко бы было причислить к такой сущности, как шайтан. Однако что-то сдерживает людей от столь для многих желанного упрощения.

С глубокой древности начали мы повествование о географии и истории вопроса. И подошли, если можно так сказать, к самому главному пункту. Древнегреческий автор Ктесий (V в. до н. э.) в сочинении об Индии писал, что в горной части страны, то есть в Гималаях, обитают человекоподобные дикие животные. Плинию Старшему (I век н. э.) и некоторым другим античным писателям также были известны сведения о подобных тварях (в смысле творений природы) в горах Азии.

В изучении проблемы «снежного человека», я считаю, непреходящее значение имеет горная система Гималаев.

Все пошло именно отсюда. Гималаи сыграли свою уникальную роль настолько основательно, что стали исходной точкой всей темы в XIX— XX веках. Некоторое время, до определенного спада потока информации отсюда, в частности, в бурные для исследователей 50-е годы, казалось, что только оттуда можно ожидать положительных и, главное, незамедлительных результатов. То есть возник феномен в феномене, названный Б. Ф. Поршневым гималаецентризмом. И Поршнев, и Сандерсон, сумевшие расширить географию объекта изучения, выявить новые ареалы, сумели в годы отчаяния повести научный поиск совсем по другим маршрутам.

Начинать рассказ о «снежном человеке», конечно, всегда уместно с Гималаев. Послушаем старые повествования на новый лад.

В вышедшей у нас в стране в 1980 году книге Милана Даниела (Чехословакия) «Жизнь и смерть на вершинах мира» имеется раздел «Махалангур — Гимал — „горы снежного человека“. Конечно, буквально название гор звучит как „горы большой обезьяны“. Перечисляя знаменитые имена, связанные как с альпинизмом, так и с другими вопросами познания Гималаев, такие, как Н. Тенцинг, Э. Шиптон, Э. Хиллари, а также Р. Иззард, на которых мы не будем останавливаться, ибо все это уже излагалось не раз, да и есть их переведенные на русский язык книги, Даниел снисходительно пишет, что раз уж он работал в этих районах, то как не упомянуть о йети, царство которого расположено именно здесь. Здесь же родилось и множество вымыслов, как он считает. Здесь были сказаны тысячи слов, исписаны по этому поводу тысячи страниц. И все по одной-единственной причине: из-за следов на снегу!

Начинает М. Даниел с Дж. Д. Гекера, с его книги о путешествиях (1876), где приводит рассказы аборигенов о волосатых людях, обитающих на высокогорьях. Следует отметить, что само путешествие состоялось в 1855 году. Но можно пойти глубже. Ибо есть еще дневник Фрезера (1820) и «Виды Индии, в особенности Гималайских гор» Уайта (1836). Затем идет ссылка на У. А. Уэдделла (1899 год— о событиях 1889 года), который сам видел отпечатки широких ступней, принадлежащих, по его мнению, «волосатому человеку». В архивах Королевского географического общества в Лондоне когда-то хранились записки путешественника Г. Дж. Элвиса, где упоминалось о том, что он видел не только следы, но и того, кто их оставил. Хотя оригинал рукописи впоследствии утерян, но зато осталось еще одно сообщение того времени. А именно — служебный рапорт лесничего Р. О. Ченты из Дарджилинга о двуноге, покрытом огненно-рыжими волосами, примерно 120 сантиметров ростом, обитающем в горах (1915).

После Первой мировой войны, когда начались систематические восхождения на гималайские вершины и в связи с этим усилился интерес мировой общественности к этой величайшей горной стране, возрос и поток новых известий о загадочном существе. Можно предположить, что непонятные следы видело большинство экспедиций, направлявшихся по разным поводам в высокогорья. Появились осторожные мнения, допускавшие, что следы могли быть оставлены другими животными, а иногда и безоговорочно утвердительные. Споры. Поиск вещественных доказательств типа скальпов, мумифицированных кистей рук, тканей. Обвинения в подделках. Но странно, что отблеск огня этих схваток почему-то в большей мере падал не на подателей материала, монастырских хранителей, а на тех, кто его доставлял в очаги цивилизации.

М. Даниел пишет, что трудно судить о том, что видели другие. Но вот что он сообщает по поводу следов на гребне над перевалом Шиптона, обнаруженных в марте 1973 года. Лагерь был расположен в урочище Мамбук. Все занимались переброской грузов с перевалочного пункта. Ежи и Польда Паленичек, вернувшись с ближайшей вершины, рассказали, что напали на следы, которые тянулись сначала по снежному гребню, а затем вниз к Кеке-Ла и исчезали в нагромождениях скал. Следы были затверделые и вследствие подтаивания снега четко выступали на поверхности. Оба сразу же решили, что следы принадлежат кому-нибудь из участников экспедиции. Учитывая, что под влиянием солнца и мороза форма следов изменилась, никто не уделил им внимания.

В другой раз следы увидел геолог Ян Калвода на склоне одного из пятитысячников над научной базой в Янле. На мягком снегу зверь оставил довольно глубокие вмятины, но на их дне следы лап были четкими. Гонза зарисовал их в натуральную величину, а затем сфотографировал. Даниел без каких-либо обоснований утверждает, что это были следы большой кошки типа барса. Однако Анг Намаял, шерпа, помощник геолога, осмотрев следы, заявил, что это следы йети. Анг Ками, шерпа из Кхумджанга, оказался весьма озадачен, видя, что Даниел не хочет этому верить. Подобной же была реакция и всех остальных наемных помощников.

Автор книги утверждает, что любой крупный след на снежном поле для шерпов служит неопровержимым доказательством существования йети, а форма следа якобы уже не имеет значения. Но это несправедливо. Ибо он сам описывает не только форму следа, но и пальцев, что, пожалуй, не менее важно!

Но затем Даниел, несмотря на полный скепсис, детально записывает обобщенный материал, собранный им о том, на чем зиждется «вера» (а я бы сказала, знание) шерпов в реальность зверя. Он отдает должное этому народу в знании жизни, в чуткости к любым ее проявлениям. Итак, наблюдали три разновидности йети. Первая — drema, или telma — означает в первоначальном смысле, по М. Опитцу, один из подвидов бурого медведя. Хотя речь идет о двуногом существе, родственном человеку, покрытом рыжеватой, коричневой или черной шерстью. Его появление якобы предвещает несчастье. Что же, если это касается оползня, обвала либо землетрясения, то такое наблюдение весьма обоснованно. Размерами и поведением оно напоминает мохнатую обезьяну, отличается отсутствием хвоста. Тельмы — существа общественные, живут группами. Голос вселяет чувство тревоги. Особенно присвист «ке-хии». Они не спускаются к людям ниже верхней границы леса. Возможно, из-за того, что их традиционно отгоняли кострами.

Второй вид йети — chuty (убийца коров). Синонимом этого слова служит выражение, которым в Тибете обозначали медведя, нападающего на коров и другой скот. Хотя это существо крупнее медведя, шерсть у него той же окраски, как и у предыдущего. Предпочитает передвигаться на четырех лапах.

Третий вид— mity (грабитель), название буквально переводится как «медведь-человек». Но оно же используется и для обозначения медведя. Волосы рыжеватые или совсем светлые, на черепе вытянутой формы — спадающая на глаза грива. Хотя размерами оно не крупнее человека, тем не менее сильнее медведя. Несмотря на вертикальное положение тела, имеет поразительную особенность. Ему приписывают повернутые назад ступни, что, как мы знаем по другим зверям, скорее всего, свидетельствует об определенной хитрости — желании замести следы, скрыть направление действительного движения.

Эта разновидность человекозверя наиболее опасна. С мужчинами они расправляются самым жестоким образом, а женщин склонны похищать с утилитарной целью. Как это приписывают сатирам из древних мифов и легенд.

Упоминавшийся уже Анг Ками как раз родом из Кхумджанга, где в местном монастыре хранится один из трех скальпов, приписываемых йети, на следующий же день после обнаружения следов стал рассказывать истории, связанные с йети.

— Если я только видел следы йети, то мой дядя знает старых людей, которые с ним встречались. Как только закончится экспедиция, поедем вместе к нам в Кхумджанг и найдем этих людей. Они вам подтвердят все, что я сейчас расскажу.

Оказалось, что дед Ками пас скот в горах, когда на него напала стая йети. Вместе с другими пастухами он успел укрыться в хижине, сложенной из тяжелых камней. Животные заглядывали в щели, страшно кривляясь, пытаясь просунуть внутрь пальцы. Обнаруженное отверстие для дыма едва не погубило спасавшихся. И только вовремя разведенный костер положил конец атаке. Далее последовало несколько рассказов о похищенных девушках, очень напоминающих случаи, записанные у нас в стране. С налетом фольклоризации и непременно с умением перехитрить зверя. И даже из серии, излюбленной горцами, — с имитацией гуляний, с оставлением сосудов, наполненных спиртными напитками, и ножей, которые йети пустили в ход друг против друга, копируя людей.

И все же шерпы не отказывают йети ни в разуме, ни в способностях, ни в застенчивости, ни в любви, ни в ненависти. Об их примитивизме говорит только слепое желание подражать людям. Для шерпов они не нечистая сила, не духи и не демоны. И в то же время не медведь, а реально существующий особый обитатель гор.

Спасибо, Милан Даниел, за холодное, но честное повествование!

В 1988 году издательство «Наука» выпустило в свет две книги под одной обложкой первовосходителя на величайшую вершину мира Норгея Тенцинга «Тигр снегов. После Эвереста». Когда читаем в начале книги откровенное повествование об интересующем нас вопросе, все потрясает воображение и в то же время вписывается в уже знаемое. Итак, «шерпы — название народа, племени, обитающего в высокогорной области Восточных Гималаев… Предки шерпов поселились в Северо-восточном Непале, там, где находится наша нынешняя родина — Солу Кхумбу… Моя родина сурова и камениста, суров и климат… Именно здесь обитает йети, известный на Западе под наименованием „ужасный снежный человек“. Я слышал о йети с самого детства; у нас в Солу Кхумбу о них рассказывали множество историй. Когда меня еще не было на свете, мои отец встретился с одним йети лицом к лицу. Сам я никогда не видел их, и мне было уже больше тридцати лет, когда я впервые увидел след йети. Однако мальчиком я иногда находил на каменистых склонах и ледниках помет незнакомого мне животного, содержавший остатки крыс и червей, — я не сомневался, что это помет йети.

Конечно, я немного побаивался йети, однако любопытство было еще сильнее, чем страх. То же самое чувство испытывал я в отношении молчаливых каменных громад, окружавших меня».

Это рассказывает человек, обладающий глубокими знаниями об окружающем его мире. Он считает наивными представления людей Запада, что шерпы не знают следов животных своего края (хотя как бы они могли здесь без этого выжить?) и ради поддержания легенды не хотят или не могут различать их следы. Общеизвестно, что шерпы — прирожденные следопыты, если они, следуя природному рельефу, торят пути на белых снежных пластах, идя всегда впереди белого всезнающего человека, если они понимают, что означает содержимое помета, не говоря о его форме и массе.

Тенцинг продолжает уже конкретнее.

«Расскажу теперь все, что знаю о йети, „ужасном снежном человеке“. А знаю я не больше, если не меньше, чем другие люди, долго жившие в Гималаях. Впервые я увидел следы йети на леднике Зему в 1946 году; после этого они попадались мне только один раз — у подножия Эвереста, когда я был там со швейцарцами в 1952 году. (Не густо, но такова ситуация со многими людьми. Если бы следы попадались слишком часто, то и оставивший их часто бы попадался на глаза. — М. Б.) Я уже упоминал, что мальчиком в Солу Кхумбу часто находил на горных склонах и ледниках звериный помет и был уверен, что он принадлежит йети. Сверх того, я, конечно, слышал много рассказов от отца и других.

Вот что рассказывал мне отец.

Впервые он встретился с этим странным животным на леднике Барун, около горы Макалу, недалеко от Тсачу, где я родился. Он столкнулся с ним неожиданно и так близко, что видел его совершенно отчетливо. Йети напоминал большую обезьяну, с той только разницей, что у него были очень глубоко сидящие глаза, а голова заострялась к макушке. Тело животного покрывала сероватая шерсть, причем росла она очень примечательным образом выше пояса — вверх, ниже пояса— вниз (Такое расположение волос отмечают многие наблюдатели — М. Б.) Это была самка с отвислыми грудями, ростом около метра двадцати сантиметров. Она передвигалась на задних конечностях, придерживая груди передними. Отец, конечно, испугался. Но и йети тоже. Зверь вдруг круто повернул и стал карабкаться вверх по крутому склону, издавая резкий свист, затем скрылся. После этого отец долго ждал беды, потому что многие утверждают, будто увидевший йети должен вскоре умереть. (Конечно, после такой встряски волей-неволей любой человек и передрожит, и переболеет. Так ощущают себя многие люди в разных странах — М. Б.) Отцу, однако, повезло, он не умер. Но, по его словам, он болел после этого случая почти целый год.

Впоследствии ему пришлось встретить йети еще раз. Это было в 1935 году, когда он пришел через Нангпа Ла в Ронгбук навестить меня во время моей первой экспедиции на Эверест. Как-то он один остался ночевать в лагере на леднике, все остальные были либо в базовом лагере внизу, либо в верхних лагерях. Утром, на рассвете, он услышал пронзительный свист. Выглянув из палатки, отец увидел довольно близко животное, которое шло по леднику с юга на север. Отец, конечно, сильно перепугался. Он не хотел смотреть на йети, но не решался и спрятаться в палатке, потому что боялся, что тогда зверь подойдет ближе, а то и войдет в палатку. В конце концов он решил остаться на месте и простоял там, пока йети не спустился по леднику и не скрылся из виду. После этого отец поспешил ко мне в лагерь № 2. Мы встретились, он обнял меня и сказал: «Я проделал такой путь, чтобы повидать сына, а вместо этого увидел йети». Но на этот раз он видел йети не так близко и не болел потом».

Хочу обратить внимание читателя на то, что, как только мы слышим о йети из первых или вторых уст, рассказ обязательно выглядит индивидуализированным. В нем есть детали. Дословно повторенные незаурядные мысли, сразу вынесенные из ситуации под воздействием сильного впечатления. Если же передаются воспоминания безадресные, общие представления — все это оказывается под спудом, нивелируется. Мало того, сразу появляются элементы фольклорного творчества, которые узнаешь, где бы ни разворачивались события. Вспомним повествование Милана Даниела о том, как жители, объединившись, решили извести йети, мешавших им спокойно трудиться и вредивших в быту. Там они применили оставленное без присмотра вино и мечи. То же мы встречаем и у Тенцинга.

«По всем Гималаям среди горцев ходят истории о йети. Трудно сказать, что правда, а что рождено воображением и суеверием. В Солу Кхумбу рассказывают, что много лет назад целая компания йети поселилась недалеко от деревни Таргиа. Местные шерпы строили дома и возделывали свои поля, а по ночам или когда люди уходили, появлялись йети и все разрушали и портили, так что потом приходилось начинать сначала. Примечательно при этом, что йети делали это не ради разрушения. Испортив все, они потом пытались по-своему соорудить дома или устроить поля. Но, конечно, у них ничего не получалось. (Обращаю внимание на такое типично животное поведение — неумение даже подражать смыслово, а тем более доводить начатое до конца. — М. Б.) Жители деревни были просто в отчаянии. Застать животных им никак не удавалось, тогда они придумали хитрость. Как-то раз шерпы направились в одно место, где часто собирались йети — об этом они узнали по помету, — и поставили там много чаш с чангом, крепким шерпским пивом, а кругом положили кхукри, кривые непальские ножи. Ночью йети, как и было задумано, обнаружили чанг и выпили его. А захмелев, собрали кхукри и принялись драться. Утром их нашли почти всех мертвыми, и с тех пор жители Таргиа могли спокойно заниматься своими делами».

Не смог пройти Тенцинг и мимо общих представлений народа: какими бывают йети и какое место они занимают в земной фауне по иерархической лестнице. Это ничего, что сумма сведений не совсем совпадает с записанным Даниелом. В принципе все угадывается.

Оказывается, по Тенцингу, шерпы считают, что существуют йети двух родов: метрей — людоед и чутрей, который охотится только на животных. Чутрей отличается большей величиной и напоминает крупного бурого медведя. Именно ему приписывают вывернутые задом наперед ноги. Одни люди так и считают, что это медведь, а другие находят больше сходства с обезьяной, как предполагал и отец Тенцинга.

И все же Тенцинг полагает, что немногим удавалось увидеть того, кто оставляет следы. И это верно. И не только потому, что горцы не желают этого из-за грядущих затем опасных последствий. А скорее всего, потому, что с каждым годом таких зверей становится все меньше и меньше. И уже давно нет рассказов о коллективах, бродящих по снежной целине. Тенцинг пишет: «Я не верю ни во что сверхъестественное, не верю и во многие слышанные нелепые истории (а таких больше, чем нужно! — М. Б.). Однако я не думаю, чтобы мои отец был лжецом и сочинил все на ходу. Бесспорно также, что следы, которые я видел на леднике зе-му в 1946 и около Эвереста в 1952 году, не были следами какого-либо известного мне животного, хотя я и не могу доказать этого, я уверен, что йети существует».

Далее не могу не привести еще более интересное место из книги Норгея Тенцинга. В 1954 году в «район Эвереста выезжала на поиски йети специальная англо-индийская экспедиция. Я охотно сопровождал бы их, но, увы, не мог. Подобно многим другим, они нашли следы и другие признаки, но только не самих йети, и, хотя итог был обескураживающим, я думаю, что это даже к лучшему. Люди пробрались в самые отдаленные уголки земли, научились изготовлять всевозможные вещи, сделали столько открытий, и мне кажется, это даже неплохо, что осталось хоть немного такого, чего мы еще не знаем.

Позже, когда уже пришла слава, Тенцинг остается верен и себе, и этой случайно ворвавшейся в его жизнь совершенно ненужной ему теме: «…Я охотно пошел бы с небольшой экспедицией, особенно с англо-индийским смешанным отрядом, собравшимся в район Эвереста на поиски „ужасного снежного человека“ — йети. К сожалению, мои многочисленные обязанности не допускали этого… Я пожалел вскоре об этом…».

Тем более странно широковещательное заявление прославленного горовосходителя в 1977 году. «После покорения Эвереста, где бы я ни выступал — в США, Европе или Австралии, — обязательно кто-нибудь да спросит, видел ли я „ужасного снежного человека“ или нет и верю ли в его существование. На оба вопроса я теперь отвечаю:

— Нет.

Я никогда не видел «йети» и не находил его признаков».

Вот такой фокус получается. Конечно, я понимаю, что человек вообще не однозначен. Что в течение жизни он вполне может измениться настолько, что его даже можно не узнать. Что есть натуры, чрезвычайно поддающиеся чужому влиянию. Что бывает такое и под давлением обстоятельств и людей. Но не до такой же степени. Я, как, очевидно, и все люди в мире, убеждена в мужестве, стойкости, потрясающей мудрости этого человека. Он, как часто говорят, вобрал в себя все лучшее, что присуще его народу. Он плоть от плоти своего народа. Но неужели, уловив насмешливый дух альпинистских аудиторий, он таким способом решил подать себя человеком образованным? Смеющимся над тем, над чем обычно смеется массовая аудитория, стремясь за насмешливостью скрыть растерянность и отсутствие защитных заготовок? Разве можно подавать себя в желаемом для публики свете путем отрицания своих собственных знаний, путем своего рода забвения памяти предков?

Думаю, что мы рассмотрели феномен, присущий не одному только альпинисту, хотя и выдающемуся. Феномен отрицания своих же знаний именно в проблеме «снежного человека», как нигде, прочно свил себе гнездо. Он вызывается отчаянием, когда ты уже не выдерживаешь лавины потайного, обрушивающегося на тебя после долгих лет понимания темы, а то и служения ей. Трагическое понимание того, что «воз и ныне там». Ощущение, что животное не просто не дается в руки, оно неподвластно глазу, которому ты так доверяешь. Оно уходит сквозь наши пальцы, сквозь нашу память, как вода сквозь песок.

Когда сидишь в теплом, залитом электричеством зале среди сотен симпатичных и расположенных к тебе людей, разве ты не можешь упустить из виду, что шерпы прирожденные следопыты, если они торят тропы в белых снегах горного рельефа, если они понимают такие вещи, как содержимое помета, не говоря уже о его форме и массе? Разве нельзя на минуту забыться, забыть, что сейчас где-то там на больших высотах бушует пурга, свистит леденящий ветер, схватывает все живое мороз… И среди этой демонической вакханалии, забившись под карниз или в щель, таится живой теплый мохнатый и совсем непонятный биологический комок с сердцем, кровью, лимфой и всем, чему положено быть у земной твари.

Человек не понимает и не принимает непонятного.

Ставя существу в вину, что он его не видел («…мне бы обязательно встретился „йети“, если бы он существовал»), Тенцинг рассуждает, что многие искали его, но все безуспешно. Забывая свои же сообщения, он утверждает, что никому еще не удалось повидать это создание вблизи, чтобы описать его внешность (так зверь к этому и не стремится, а, наоборот, всячески избегает, чтобы его рассмотрели. Ему нервная система не позволяет находиться рядом с человеком, когда он им замечен). Далее автор уже превосходит все возможное (обратите, пожалуйста, внимание на слова, выделенные курсивом на предыдущих страницах): «Что касается „очевидцев“, которые всегда вызывают вполне понятную сенсацию, то, сколько бы я ни расспрашивал знакомых мне горцев, никто из них лично „йети“ не видел» (свидетельства отца уже забыты? — М. Б.).

Рассмотренный феномен гораздо «феноменальнее» предположения о существовании необычного зверя.

Можно ли росчерком пера или движением усталой мысли «закрыть» проблему? Остановится ли жизнь под влиянием скепсиса или даже всемирной депрессии? Конечно, нет. И снова наступит утро, и день, и вечер. И выйдут из своих затаек в поисках еды сумеречно-ночные животные. И снова, как сто и тысячу лет назад, какой-нибудь новый Тенцинг увидит в темноте смутный или ясный силуэт двунога. А то и разглядит его лицо. И, будучи чутким от рождения, непременно узнает того, кто не ищет встречи с ним.

Пусть это будет человек с другим именем. Как и произошло летом 1986 года в Гималаях с молодым современным человеком из славной альпинистской когорты, знаменитым покорителем всех восьмитысячников. Этот альпинист прошел обратный вышеизложенному путь: от отрицания йети (заметьте, период отрицания характеризуется обычно авторским написанием названия в кавычках) к убежденности, что он реальность, а затем и к надежде на доказуемость. Ему было труднее, чем Тенцингу-младшему — в нем никогда не бились сомнения, только отрицание. Его отец не рассказывал ему о своем смущении, своих переживаниях. Не описывал, как выглядит увиденный, как глубоко сидят глаза в глазницах, каким был козырек надбровных дуг, какой была шерсть и как он был похож одновременно и на человека, и обезьяну.

Итак, Рейнхард Месснер в 1977 году в книге «Эверест» писал: «Для меня йети живет только в легендах. Заниматься его поисками — значит напрасно терять время».

Девять лет спустя, когда пресс-конференция в столице Непала Катманду благополучно подходила к концу, один из журналистов задал Месснеру, только что покорившему последний, четырнадцатый восьмитысячник Лхоцзе, обычный ернический вопрос: «А йети? Что вы можете сказать о йети?» Ответ прозвучал совершенно неожиданный: «Во время похода на Лхоцзе я дважды видел йети. Это было не в районе снегов (на чем следует заострить внимание, ибо район снегов — не место обитания зверя, а лишь свободный от людей перевал. — М. Б.). 21 июля на высоте четырех тысяч двухсот метров я увидел необычное существо, передвигавшееся на двух коротких ногах, ростом оно достигало примерно двух метров. Тело его, за исключением лица, покрыто черной густой шерстью».

Естественно, как человек, не просто не ожидавший встречи, а принципиально не «верящий» в такое, Месснер не сумел сфотографировать хозяина гор. Он был от него на расстоянии десяти метров. Только пережив потрясение, он смог заняться фотографированием оставленных следов. Но до сих пор ни я, ни мои коллеги нигде не встречали этих снимков. Легко рассуждать, но практически невероятно трудно сфотографировать именно следы.

Вторая встреча произошла ночью, когда «йети» был замечен им вблизи лагеря. Как впоследствии объяснили альпинисту местные жители, зверь подал знак, предупреждающий о нападении, — засвистел. Звук был непередаваемый и, конечно, доселе им неслыханный. Произошло это событие на высоте 4200 метров, в лесу. Именно Месснеру удалось услышать от этих же людей, что якобы здесь обитают «сотни» таких существ. Оно шло на двух лапах. А когда побежало, опустилось на четвереньки. Месснер считает, что неудачи прошлых экспедиций во многом обязаны незнанию мест, где обитает зверь.

«Я прекрасно запомнил район, где встретился с йети, и даже шел три километра по его следу». Альпинист рассчитывает найти время для специальной экспедиции в эти места, даже утверждает, что имеет все шансы на успех…

Меня не может оставить равнодушной ни одно сообщение о таких случаях, когда со следами описываемого существа сталкиваются специалисты-«следовики» — полицейские или сыщики, из Непала поступали и такие сообщения. Так, непальские полицейские из поселка Намчебазар (у подножия Эвереста) впервые сфотографировали отпечатки ног и рук «снежного человека». Они были вызваны по просьбе местной девятнадцатилетней пастушки. Объяснила она свой вызов тем, что… йети внезапно напал на нее и сбил с ног. А затем ударом кулака по загривку расправился один за другим с пятью яками из ее стада. По ее словам, он был похож на человека, покрыт густой бурой шерстью, рост не превышал полутора метров. Пастушка оказалась довольно сообразительной. Придя в себя, увидев, что по какой-то причине обидчик ушел, она обложила его следы камнями, чтобы полиция сумела их обнаружить.

Она действительно помогла следствию. Но почему мы не знаем продолжения этой истории и никогда не сможем увидеть фотографии, сделанные полицейскими?

Теперь о специалисте, возглавлявшем съемочную группу компании Би-би-си. Как писал журнал «Непал тревеллер», последний раз в 80-е годы (потом этих «последних» будет еще много) «снежного человека» в Гималаях видел англичанин Джон-Пол Девидсон. Его группа участвовала в экспедиции в долину Менлунг в Тибете. Экспедиция была не совсем простой, ибо поиск йети был одной из ее главных задач. После долгих бесплодных блужданий именно руководителю съемок повезло. Он обнаружил цепочку следов на заснеженном склоне возвышающейся над долиной горы. С заколотившимся от волнения сердцем он начал карабкаться по склону, но через некоторое время остановился, остолбеневший: прямо над собой Девидсон увидел за большим камнем темный силуэт огромного существа, которое молча наблюдало за его приближением. «Меня охватило странное жуткое чувство, я не мог двинуться с места», — делился позже он пережитым. В сообщениях об этом случае не говорится, был ли у героя происшествия в руках его профессиональный спутник — кино— или фотоаппарат. Ибо свидетельств об онемении, парализациях разного рода мы уже читали немало. Хотя и о том, что люди забывают о наличии разного рода приборов и аппаратов, мы тоже наслышаны.

Зато тема обогатилась еще одним декларативным заявлением: «Я абсолютно уверен, что йети существует», — сказал известный альпинист Крис Бонингтон, возглавлявший экспедицию.

Мы не будем подводить никаких теорий под географию поиска. На сегодня сведения о животном поступили со всех континентов земного шара. И дело здесь не в протогее и не в ноогее. И даже не в местах подвижки тектонических плит, как многие думают.

Посетим расположенную рядом с Непалом Индию. «Раскрыть загадку „снежного человека“ пытается Государственное управление лесного хозяйства индийского штата Сикким в Гималаях, — говорилось в информации ТАСС. — Как сообщает печать, управление уже располагает снимками „снежного человека“ и магнитофонными записями его криков». Немало. Но прошло уже несколько лет… Очевидно, что так быстро, как хочется, многие дела не делаются.

А вот более поздние данные. В глухих зарослях заповедного леса в штате Мегхалая на северо-востоке Индии лесорубы натолкнулись на удивительное, заросшее светлой шерстью существо, напоминающее одновременно и обезьяну и человека. Рост его около трех метров. Эта «человекообезьяна» обитает в горах Горо на высоте примерно одной тысячи метров. Ее видели несколько раз, когда она отгоняла здоровенной палкой слона и разрывала на части пальмовые листья, выедая сочную сердцевину.

Один из местных политиков, отправившийся в глубинку для проверки поступивших сведений, на территории заповедника Сонгсаки, изобилующего разного рода редкостями, действительно обнаружил и подробно осмотрел странные следы длиной 60 сантиметров. (Это, пожалуй, самые крупные следы из всех, сведения о которых публиковались в печати. Из неопубликованного: следы 63 сантиметров в длину были сфотографированы на Памире Н. П. Потаповым в 1983 году.) Они были оставлены существом такого веса, что щебенистый грунт был вдавлен на глубину три сантиметра. В то время как после прохода человека следов вообще не оставалось!

Сведения о звере поступали из всех больших и малых государств, расположенных по обе стороны Гималаев. Особенно богат на события и материальные доказательства Китай. В китайском фольклоре и в современных описаниях этому животному уделено достаточное внимание. Большинство свидетельств — из западной оконечности Синьцзяна. Общее в них — непременное перечисление всех сохранившихся здесь диких животных с упоминанием (через запятую) и нашего героя: дикий верблюд, дикий осел, дикий як, дикий человек. Последний похож на обычного человека, одного с ним роста, но покрыт короткой серой шерстью. Обязательно сравнивается с шерстью верблюда. Четкое представление о нем как о травоядном животном. Трава и корни — вот приписываемый ему рацион. Сведения о встрече с реликтом, которые поступают и сегодня, в основном относятся к территориям, покрытым реликтовыми же лесами. Название его во многом зависит от происхождения рассказчика, особенно на стыке границ. Поэтому можно услышать: гульбияван, джезтырмак и собственно китайское — ежэнь. Б. Ф. Поршнев считал особенно надежными показания людей, не избалованных местным фольклором, приезжих. Например, генерал-майор П. Ф. Ратов сообщал в Комиссию по изучению вопроса о «снежном человеке», что, работая в Синьцзяне в 1939—1940 годах, он имел сведения об обитании в трех районах этой провинции «диких людей». Он почему-то упоминает о большом количестве особей, а не о единичных экземплярах. Описал он и попытки их подкормки.

В 1944 году рассказчик таджик Маттук Обдераим рассказывал (запись профессора Б. А. Федоровича), что в 1944 году он ездил к своему дяде в Раскем-Дарью. В это время дядя только что вернулся с охоты и принес убитого дикого человека, называемого яво-хальгом. Маттук также свидетельствовал, что еще в детстве слышал, что при преследовании дикий человек часто оборачивается и издает резкий гортанный крик вроде «э», не похожий ни на какой другой звук в природе.

Так как СССР и Китай, принадлежавшие в 50-е годы к так называемому социалистическому лагерю, могли развивать те или иные научные направления только с благословения центра, то оживление, наметившееся в исследовании проблемы «снежного человека» в нашей стране в то время, не могло не сказаться и на положении дел в этой области в Китае. В 1958 году с организацией в СССР Комиссии по изучению вопроса о «снежном человеке» сюда стала стекаться разная информация о животном. В 1959 году Всекитайской федерацией спорта была даже организована гималайская экспедиция, сумевшая, несмотря на незавершенность, добыть опросный материал и волосы животного, которым так и не нашли аналога.

Как и в нашей стране, в Китае большое значение придается свидетельствам очевидцев, сбору материальных подтверждений реальности существования зверя.

В КНР сложились два центра притяжения интересов в сфере изучения «снежного человека». Из представителей науки (Пекин) наиболее известен антрополог Чжоу Гуосин, сотрудник Музея естествознания. Этот исследователь, которого мы недавно увидели в фильме А. Згуриди «По следам снежного человека», отмечает, что в китайских научных кругах нет единодушия по рассматриваемому вопросу. Преобладает «мировая» установка на то, что на Земле не может существовать животное, имеющее облик человека, поскольку это противоречит всем принципиальным положениям экологии и зоогеографии. И только единицы среди ученых считают, что, вполне возможно, мы имеем дело с реальным видом.

Второй центр находится в Шанхае и носит название «Общества по изучению „дикого человека“. Оно было образовано в 1978 году. Общество располагает несколькими видеофильмами, в которых запечатлены места обитания зверя, а также засняты опрашиваемые свидетели. Оно владеет обширной коллекцией волос. Из них около 8 тысяч приписываются „снежному человеку“. Здесь же имеются 12 слепков следов животного и некоторые другие материалы. Недавно проведенные исследования волос позволили выявить их сходство как с человеческими, так и с волосами некоторых животных. На основании этих и ряда других данных, американские ученые антрополог Ф. Пойриер и зоолог Дж. Гринуэлл, выдвинули гипотезу, что на юге Китая вполне возможно существование либо нового вида орангутанга, либо даже потомка гигантопитека. По-моему, такое предположение можно расшифровать следующим образом: назовите как угодно, только не так, как это называется. Подобное уже пережил Б. Ф. Поршнев, получив предложение называть зверя гигантопитеком, в случае согласия ему даже была обещана некая поддержка со стороны ученых МГУ.

По данным Д. Ю. Баянова, Чжоу Гуосин среди других свидетельств придает особое значение сообщению биолога Ван Целина, который видел убитую охотниками в 1940 году в горах Циньлин самку ежэня. Тело ее было покрыто густыми бурыми волосами. Выделялись на лице скулы, глубоко посаженные глаза, а также выступающие вперед губно-зубные детали (прогнатизм). Именно в этом районе длительное время вели наблюдение за двумя живыми особями ежэней, по-видимому самцом и самкой. Они отличались способностью быстро передвигаться, даже в труднодоступных горах, не владели речью и издавали лишь крики.

Другие китайские исследователи обращают внимание на показания геолога Фань Цзинцуаня, который весной 1950 года в сопровождении двух местных жителей побывал в районе Баоцзи горного хребта Циньлин. Вот что сам геолог рассказывает об этом:

— Однажды в лагере нашей геологической экспедиции, находившемся в глухом лесу под Баоцзи, я разговорился с двумя пожилыми мужчинами из местных жителей, которые работали у нас проводниками. Делясь впечатлениями о местности, они, между прочим, поведали о встречах с «диким человеком». Они видели его по нескольку раз в год, особенно часто осенью и зимой, в каштановом лесу. Обычно ежэни не нападают на человека. Однако проводники посоветовали нам соблюдать следующие правила предосторожности, если случится встретиться с «диким человеком»: во-первых, не смотреть ему прямо в глаза, наблюдать за его действиями незаметно, во-вторых, не поворачиваться, не бежать, а медленно отходить в противоположном направлении.

Прошел месяц. За это время никто из геологов так и не повстречал ежэня. Рассказчик попросил провести его в тот лес, на который ссылались местные жители. «Уже смеркалось, когда мы вдруг увидели ежэней: это была дикая женщина с ребенком, ростом около 160 сантиметров. Женщина остерегалась нас и не подпускала ближе, чем на двести метров, тогда как дикий ребенок, подобно теленку, который не боится тигра, вел себя настолько смело, что приблизился к нашим проводникам, желая отведать собранных ими каштанов. Время от времени мать издавала звуки наподобие ржания, вероятно призывая к себе свое чадо. Ежэни то появлялись, то исчезали за кустами. Солнце село, проводники заволновались, и мы спешно вернулись в лагерь».

Всего в Китае с 1940 по 1980 год записано более 300 сообщений очевидцев.

Теперь обратим свой взор к Бутану — маленькому государству в труднодоступной части Восточных Гималаев, между Китаем и Индией. По сообщению корреспондента ТАСС, заместитель министра специальных служб и президент Королевского общества охраны природы Дашо Дорджи демонстрировал журналистам в своем кабинете в столице Бутана Тхимиху фотографии следов на снегу в Гималаях и пещер, где, как полагают, живет «снежный человек». «Наши лесники хорошо знают все следы, которые оставляют медведи, барсы, другие животные. Но эти следы другого существа», — сказал заместитель министра. Он вынимал из конвертов пучки коричневых и светлых волос. Их, по утверждениям свидетелей, в разных местах в свое время оставили йети. Они имеют замечательную привычку чесаться о стволы деревьев. Дорджи прокомментировал: «Слишком тонкие волосы, не медвежьи. Образцы отправили несколько месяцев назад в США, чтобы выяснить, какому животному принадлежит шерсть. Но результатов пока нет. Не удивляйтесь, но мы здесь воспринимаем рассказы о йети серьезно».

Таково же мнение и главы государства — короля Бутана. Он сожалеет, что до сих пор не удалось сфотографировать зверя. И главное, понимает, сколь поспешным бы было всерьез говорить о «снежном человеке». Дашо Дорджи считает, что наибольшее, буквально непреодолимое, препятствие для контактов зверя с людьми — запах человека. Как только животное начинает чувствовать его, то сразу убегает. Не меньшую преграду представляет и целеустремленный поиск зверя: «С тех пор как наши люди стали заниматься их поисками, они перестали показываться на глаза». Фраза звучит почти мистически. На этом принципиальные «материалисты» в основном и строят свое отрицание «снежного человека».

В Бутане йети тоже «выглядит» вегетарианцем. Его видели за поеданием листвы и корней, а также весеннего горного лука.

Конечно, здесь есть своя классификация йети, как и везде в Гималаях. Одна разновидность — высотой около двух метров и выше. Другая — поменьше и более схожа с обезьяной.

В связи с активным освоением запада Бутана и увеличением там плотности населения частота сообщений о встречах переместилась в менее населенные районы — на восток. Сведения о животном ранее очень редко прорывались в мир в связи с изолированностью государства. Зато сами бутанцы могут рассказать многое о непальских встречах. Так, здесь помнят о случае в Непале, относящемся к концу 20-х годов. Причем случае из ряда вон выходящем, так как мы уже знаем о том, что животное любит попугать и даже устрашить человека, но практически никогда не доводит ожидаемое нападение до конца, логического с точки зрения человека.

В Бутане выпущена открытка с изображением йети, составленным художниками по описаниям очевидцев. Надо отметить, что у существа хорошая прямая выправка, ноги, распрямленные в коленях. Какая же это обезьяна?!

Нельзя не упомянуть такие «вотчины» «снежного человека», как Тибет, Афганистан. А можно ли умолчать о Монголии? Тем более что у наших двух стран весьма протяженная общая граница.

В Тибете никто не сомневается в существовании ми-гё. Здесь многие люди утверждают, что до сегодняшнего дня в монастырях сохранились шкуры, черепа и прочие останки этого животного, употребляемые в ритуальных целях. Рассказывают, что ми-гё в этих местах плотояден. Его привлекает запах жареного мяса. Есть сведения о возможности приручения ми-гё. Он считается не агрессивным. Такие данные получены от монахов, живших в пустынных местах в отшельничестве. Они нередко сталкивались с ми-гё, учили приносить им хворост для костра, съедобные коренья и плоды. Окраска его шерсти от ярко-рыжей до коричневой, но преимущественно светлая. Рост около двух метров и более. Ходили слухи, что —в середине 50-х годов такое существо было поймано, но никаких подробностей не сохранилось. Даже неизвестна его судьба.

Для жителей Монголии существование алмасов никогда не было тайной. Здесь обсуждаемой нами теме очень повезло, потому что ею занимались квалифицированные специалисты профессора Жамцарано и Ринчен, создавшие, можно сказать, научную школу.

Итак, алмас, хун-гурэсу и хун-хара-гурэсу (темнокожий человекозверь), а женские особи — за-гийн эм-гэн (саксаульная бабка) были здесь известны всегда.

По словам Б. Ф. Поршнева, самое поразительное то, что из Монголии в 30-е годы активно поступали сведения о детенышах такого существа. Так, преподаватель начальной школы в Гоби-Алтае в 1930 году сообщил профессору Ринчену, что там, по соседству с казахским кочевьем, он видел труп голой волосатой девочки лет семи, погибшей от поставленного охотником на зверя самострела. Монах Дамбайорин из Восточного Гоби тогда же ехал вечером на верблюде в Суджин Гоби и увидел голого ребенка. Решил, что это заблудившийся ребенок. Подъехал ближе, но, обнаружив, что тот покрыт рыжими волосами, в ужасе бежал от него. В том же году некто Цериндорджи из Восточногобийского аймака в той же Суджин Гоби встретила голого алмасенка и поспешно бежала, вспомнив, что подобная встреча служит плохим предзнаменованием. И так далее.

Алмаса описывают сутулым, с ногами, чуть согнутыми в коленях, с руками длиннее человеческих. Волосы на голове длинные, на теле редковатые, большей частью темно-окрашенные. Алма-сы бессловесны, не употребляют огня, орудий.

Как и в Европе, в Монголии сохранились наименования местностей, связанных с обитанием подобных животных, например, Алмасын добо, что означает «Холмы алмасов».

Так как мы знаем, что встречи со зверем не носят регулярного характера, а как бы вспыхивают периодически, то и рассмотрим одну из таких «эпидемий», относящихся к началу 60-х годов.

Монгольский охотник Джугдэрийн Дамдин в 1967 году прислал в Москву профессору Б. Ф. Поршневу свои записи, которые он вел начиная с 1962 года. Речь в них шла о путешествиях по своей стране в поисках сведений об алмасе, а также они содержали и рассказы очевидцев о встречах с ним. Рукопись представляла собой 300 с лишним страниц машинописного текста с большим количеством фотографий очевидцев, событий, мест, где они происходили, рисунков, выполненных не только художниками — профессионалами и любителями, но и самими свидетелями. Монгольский охотник надеялся, что записи можно будет опубликовать в нашей стране, но, к сожалению, этого осуществить не удалось. Ведь даже монография самого Бориса Федоровича о «снежном человеке» имела тираж… 180 экземпляров. Только в наши дни стало возможным издание книг о реликте как о реальном, а не фантастическом существе. Так, в октябре 1990 года мне посчастливилось напечатать за свой счет первую научно-художественную книгу на русском языке объемом 12 печатных листов.

Но вернемся к почтенному 68-летнему охотнику. Узнав об участившихся встречах с хун-гу-рэсу в Баян-Олгийском аймаке, он отправился в путешествие. И прежде всего постарался выяснить, что думают сами местные жители о существовании зверя. Оказалось, что он, по их предположениям, возник не из небытия, не с другой планеты, а пришел из мест своего давнего обитания — из соседнего Синьцзяна. Причины таких переселений обычно либо частные (увеличившаяся плотность населения, разработка полезных ископаемых, неуемное строительство, сооружение мелиоративных систем), либо глобальные изменения (вулканическая деятельность, землетрясения, резкие температурные колебания и т. д.). Конечно, не следует забывать о колебаниях солнечной активности.

Регулярные встречи с животным начались здесь в 1964 году, хотя, как и везде, многие слышали о его существовании. 10 мая ученицы второго класса Дуланджаб и Дарьсурэн, а также шестилетняя Коляка во время сбора хвороста наблюдали вблизи человекоподобное существо. Оно было покрыто шерстью бурого цвета, напоминающей верблюжью. Дарьсурэн отметила, что у существа был неприятный взгляд (алмас покосился на нее) и красные брови. А через неделю второклассница Лиза, возвращаясь из гостей около десяти часов вечера, повстречала на открытой местности алмаса буро-сероватой масти. В обоих случаях дети убежали от странного двуногого существа. Они утверждали, что алмас махал им рукой. Что же, из Центральной Азии имеется несколько сообщений, что такой герой как бы грозил очевидцам пальцем! Это вполне возможно, так как известно, насколько они умные подражатели и имитаторы. 5 июня около 16 часов одиннадцатилетняя Авзи и пятилетняя Олокшо, проходя со стреноженным верблюдом через ивовую рощу, заметили сидящего алмаса красноватой масти. Всего весной и летом этого года было записано более десятка подобных свидетельств.

Только не подумайте, читатель, что при встречах с диким двуногим человека ожидает захватывающее приключение. Дыхание и правда перехватывает оттого, что необычен сам факт. Но контакт сводится лишь к одному: увидели друг друга — и разошлись.

На фоне всего рассказанного несколько по-иному выглядит сообщение, полученное мною ото Льва Ильича Морозова. (Опять тот случай, когда очевидец родом совсем из иных мест, из России, до той поры вообще ничего не слышавший ни об алмасах, ни о хун-гурэсу.).

В августе 1961 года Л. И. Морозов, геолог-нефтяник, работал в Среднем Гоби километрах в двухстах от Даланд-Задгада. Две монтажные бригады на бурении скважин постоянно сменяли друг друга. Как-то так получилось, что техник Морозов не спал уже две смены и буквально валился с ног от усталости. Метрах в семидесяти от общей юрты находилась отдельная палатка, где он и намеревался как следует выспаться. Устроившись с наступлением темноты на ночлег, он среди ночи неожиданно проснулся. Палатка вся сотрясалась, будто кто-то, решив его разбудить, ходил вокруг нее, дергая за крепежные веревки и колышки. Свалился какой-то ящик, полетели на пол кружка и ложка. Разозленный геолог выскочил из палатки и… лицом к лицу столкнулся с чудищем. Первое, что он отметил, нет, не размеры незнакомца, а отвратительный запах (вот откуда название «отвратительный снежный человек»). Рост же его был обычный, ненамного превышающий метр семьдесят. Широко расставленные дикие глаза, лохматый с головы до пят, двуногий, человекоподобный. Изо рта выступало что-то, напоминающее пару клыков (о них очевидцы упоминают крайне редко — один-три из тысячи, да и то не совсем ясно, были ли это клыки на самом деле). Морозов, как он мне рассказывал, успел подумать: «То ли бродяга, то ли одичавший человек». (Он тогда еще не знал, что даже в экстремальной ситуации отшельник или заблудившийся человек, как бы долго ни скитался, не обрастает волосами, тем более сплошь.) Шеи как бы не было, руки и ноги длинные. Несколько секунд — глаза в глаза — рассматривали друг друга. Состояние свое геолог потом сравнивал с шоковым. В какую-то долю секунды собрался с силами и рванулся к юрте. Сзади раздался истошный вопль, взлетевший на самые высокие ноты, — такого звука Морозов никогда не слышал ни до, ни после того случая.

Над площадкой стояла полная луна, к тому же неподалеку от общей юрты горел факел. На вышке находился дежурный. Оттуда он наблюдал, не в силах понять, что происходит внизу. Морозов оглянулся: непонятное существо бросилось в противоположную сторону, словно обезьяна (что-то было во всей фигуре его в тот момент такое, что натолкнуло очевидца на это сравнение).

Морозов добежал до юрты. К нему бросились рабочие, стали расспрашивать, а он, как уже говорилось, был в состоянии шока. Кто-то расцепил его крепко стиснутые зубы, влил в рот обжигающую жидкость. Спустился с вышки дежурный и рассказал то, что видел. Выслушав рассказ о необычном посетителе, рабочие-монголы начали откровенно смеяться, наперебой утверждая, что ничего плохого оно людям не делает, что оно такое же обычное животное, как, скажем, джейран.

Придя в себя, Морозов предложил догнать его и подстрелить.

«Зачем стрелять? — ответили ему. — Он любопытный, пришел на свет факела. Может, долго не решался. Мы здесь третий день, раньше он не приходил. Да он после этого сюда и не придет».

Выяснилось, что некоторые рабочие видели такое животное хотя бы раз в жизни, а пожилой монгол — даже дважды.

Вот при каких обстоятельствах Л. И. Морозов, ныне доктор геолого-минералогических наук, впервые столкнулся с проблемой «снежного человека». И задумался: в чем же она, эта проблема? Виденное не давало ему покоя, он беседовал со многими местными жителями и пришел к выводу, что нежелание согласиться с реальностью существования такого животного, очевидно, свойство европейского ума. Подкрепление подобной мысли он получил позднее, в годы своей работы в Индии. А в то время собеседники-монголы дали ему толковый совет: никому не рассказывать о встрече. Это-то и помогло ему остаться незамеченным «борзыми» от науки.

Думаю, что рассказ настолько подробен, логичен, что исключает любую возможность иного трактования, нежели прямое. У животного бывают либо такие состояния, когда оно путается в том, что ему попадается на пути, — в данном случае в крепежных деталях палатки, — либо бывают особо нетерпеливые, шалые особи, либо речь могла идти о звере-подростке. Так я расценила то, что произошло.

В Монголии часто рассказывают о неких материальных доказательствах, хранящихся в монастырях и у частных лиц. Об этом как-то невыносимо слышать после эпопеи с последовавшими гонениями на исследователей проблемы «снежного человека» 50-х годов и той лавины подозрений, отрицаний, стремления доказать любой ценой, что подобного рода предметы — подделки. Но надо же понимать, что если для ритуальных целей нужна, предположим, шкура или череп такого животного, ранее традиционно использовавшихся в буддийских монастырях, то теперь в связи с резким сокращением количества животных, естественно, служителям культов приходится находить какой-то выход из положения. И вероятно, это началось не при нашем поколении. То есть для того, чтобы что-то называть подделкой, надо иметь на это моральное право. Цель замены, предположим, «износившихся» черепов не в том, чтобы поразить ученых и предоставить им эти черепа для лабораторного изучения, а в пополнении предметов для повседневных религиозных отправлений. И очевидно, «любопытному» европейцу никто не принесет на блюдечке то, что его бы устраивало. Речь идет не о хитростях и коварстве буддийских монахов, а о том, что даже с исчезновением животного жизнь продолжается и традиции соблюдаются.

Монгольский академик Дорджи Мейрен досконально изучил ареал животного. Он сделал заключение, что начиная примерно с 1927 года хун-гурэсу на территории страны остается все меньше и меньше. В наши дни на встречу с алмасом можно надеяться только в Гоби и в районе Кобдо, где и произошел в свое время случай с Морозовым.

Несмотря на то что государства, в которых разворачиваются военные действия, моментально привлекают к себе внимание журналистов, а следовательно, здесь высветляются все самые потаенные уголки жизни их народов, а не только вооруженные столкновения, такие страны, как Вьетнам и Лаос, всегда глубоко хранили сведения о реликтовом гоминоиде. Я была знакома с журналистом, аккредитованным одной из центральных газет в этих странах. Он сам попал в некую ситуацию, после которой ему не оставалось ничего другого, как признать, что он видел того, кого называют «снежным человеком». Не знаю, что победило: желание не связываться с сомнительной темой или слово, данное вьетнамским проводникам, вместе с которыми он был застигнут в экстремальной ситуации — во время обработки джунглей дефолиантами с американских самолетов. Корреспондент пообещал не рассказывать в прессе, что когда они пытались укрыться в пещере, то поняли, что там уже есть человекоподобные существа. Это свидетельство так и останется необнародованным даже теперь, после смерти журналиста. Просьбу не рассказывать можно объяснить просто — боязнью того, что противник сразу возьмет на вооружение версию о примитивности и дикости народа, населяющего страну.

Поэтому любые сведения из этого региона Южной Азии — крайняя редкость. В Лаосе тхак-тхе, как называют здесь этих человекоподобных существ, изредка встречается в джунглях южнее плато Болвен. Австралийский журналист Бэрчетт писал: «Мой проводник рассказывал, что однажды в 1947 году видел в горах Нгуена группу человекообразных существ. Одно такое существо мужского пола удалось поймать. Тело его покрывали густые черные волосы, он издавал щебечущие звуки, не напоминающие человеческую речь, ел только сырое мясо, речных крабов и листья пальмы, очень боялся людей. Его решили отпустить, но он неожиданно умер». Это наиболее частый исход пленения животного во всем мире.

Этнограф К. Фонекео свидетельствовал: «На юге, в районе Саравана (город в Лаосе. — М. Б.), где я часто бываю, местные жители говорят, что в джунглях можно натолкнуться на лесных людей тхак-тхе. Я не вижу в этих сообщениях ничего невероятного, ибо в отдельных районах нашей страны есть немало племен, живущих в полной изоляции от внешнего мира, в условиях первобытного общества. Что же касается тхак-тхе, то они, насколько мне известно, не могут говорить и перекликаются между собой нечленораздельными звуками. Тело их покрыто волосами Рост невелик: примерно как у десяти-двенадцатилетнего ребенка. Они любят лакомиться речными крабами. Людей старательно избегают. Бродят очень небольшими группами, и вообще численность их, судя по всему, крайне мала».

То же самое происходит и во Вьетнаме. Вот сообщение директора Института истории Чан Хуэй Льеу, которое приводилось в прессе: «В лесных и высокогорных местностях Тай-Нгуена, судя по рассказам тамошних жителей, есть человекоподобное существо, которое называют ань-нак-тань или зохать. В 1944 году в горах района Тай-Нгуен на территории общины Едорон уезда Мадорат один юноша убил ань-нак-таня, когда тот спускался к ручью за крабами и водорослями. Смертельно раненный зверь пытался скрыться в ближайшей пещере. Когда нашли его труп, оказалось, что это существо женского пола небольшого роста».

Дольше всех держал «круговую оборону» от подозрений на существование там реликта прекрасный и далекий от нас материк — Австралия. Не потому, что не было оснований для таких сообщений. Скорее по той причине, что этим попросту никто не занимался. В 70-е же годы австралийские газеты, как бы стремясь наверстать упущенное, чуть ли не ежедневно печатали интригующие сообщения о загадочном нови, чьи огромные следы находили в горных районах штата Квинсленд и на острове Тасмания. Приводились и рассказы людей, встречавших зверя. Конечно, как и в других странах, австралийцев больше волнует вопрос малой доказательности с традиционной точки зрения подобных фактов. Но самое неопровержимое доказательство существования йови есть! Это большое количество свидетельских показаний. Пожалуй, в этом отношении побиты все рекорды в мировом масштабе. Еще бы, по словам директора Музея естественной истории штата Новый Южный Уэльс Рекса Гилроя, с 1795 года зарегистрировано свыше трех тысяч (!) сообщений о йови Найдены упоминания о нем и в устных преданиях аборигенов Австралии.

Именно на языке аборигенов слово «йови» означает «огромный волосатый человек». По данным австралийских ученых, йови, живущие высоко в горах, покрыты длинными волосами темной окраски, а обитающие ниже отличаются более коротким волосяным покровом.

Рост йови достигает двух с половиной метров Передвигается он на нижних конечностях.

По мнению Гилроя, это сохранившийся до наших дней вид крупной человекообразной обезьяны доледникового периода, жившей в Азии и обитавшей везде до тех пор, пока Австралия еще не отделилась от Евразии.

Переплывем океан, чтобы очутиться в горных массивах Анд. Как передает ТАСС, в Венесуэле, в малоисследованных районах отрогов Анд площадью шесть тысяч квадратных километров, бытуют рассказы о двуногом человекоподобном существе. Якобы его можно встретить на высотах более четырех тысяч метров над уровнем моря. Только по ночам оно спускается на пастбища в надежде поживиться домашним скотом. Местные жители стараются не говорить о нем без особой надобности, ибо он наводит на них большой страх. Якобы первым заинтересовался рассказами об этом животном еще в прошлом веке рижский купец Н. Зибель. Страстный альпинист и исследователь по натуре, в свою вторую поездку в Венесуэлу в 1839 году от своего венесуэльского компаньона Хосито Пикона он услышал историю, поразившую его. Тот на одном из перевалов вынужден был однажды заночевать в горах. Утром не досчитались мула. Вскоре его нашли задранным. Грудная клетка животного была разорвана, все внутренности выпотрошены, оторваны передние ноги и хвост. Все говорило о нападении существа невероятной силы. Перепуганные погонщики стали вспоминать подобные случаи. Манера «расправы» с животными была одна и та же. Останки коров, ослов и мулов находили в самых труднодоступных местах, куда сами животные забраться не могли. Зибель заинтересовался этими рассказами. Но никто даже за хорошую плату не соглашался сопровождать его на хребет Сьерра-Сьега. Уверяли, что при встрече с существом не помогает даже самая действенная молитва. Самостоятельная поездка Зибеля на Сьерра-Сьегу не дала никаких результатов.

В 1979 году дневники рижского купца попали в руки новозеландского антрополога Макса Уолпола. Он и организовал экспедицию в Южную Америку по этим материалам. Единственное, что удалось наблюдать участникам экспедиции, так это аналогичные описаниям более чем столетней давности следы «расправы» с коровьей тушей. Хотя сама площадка, куда ученые добирались при помощи альпинистского снаряжения, была, конечно, недоступна парнокопытному. Происходило это в декабре 1986 года.

Почему-то в промелькнувшем в прессе сообщении об экспедиции просматривается явное желание корреспондентов называть искомое существо мыслящим, хотя никаких оснований для употребления такого слова при его характеристике — довольно неконкретной и без деталей, — конечно, не было.

В сердце Южной Америки — Амазонии широко распространены повествования о двух персонажах, которые обычно относят к фольклору. О кайпоре и журупари. Кайпоре имеет вид десятилетнего мальчугана. Тело его покрыто растительностью, особенно коленные и локтевые суставы, плечи и копчик, причем на последнем столь длинные волосы, что создает впечатление хвостика. Ступни якобы повернуты пальцами назад (мы уже встречали подобные описания). Неясно, особенности ли это анатомии, или такова гибкость соединения ступни (типа привычного вывиха), или манера выворачивать ступню с целью обмана идущего по следу? У колена небольшой костяной выступ, позволяющий кататься верхом на животных, — кстати, любимое занятие кайпоре. Старуха журупари, неопрятная, волосатая, обычно качается на ветвях деревьев и лианах, как в гамаке. К этому склонны и обезьяны.

Все сведения, которые далее будут приведены по Америке до 1960 года, собраны А. Сандерсоном. Без их краткого обзора невозможно получить полную картину положения в мире с изучением человекоподобного существа.

В Южной и Центральной Америке данные о нашем герое, как отмечал Б. Ф. Поршнев, очень пестры, хотя в целом они вписываются в общие представления об этом загадочном виде животных.

В статье из «Мьюзеум джорнел» (Филадельфия, т. 4, № 3 за 1915 год) о гватемальской мифологии содержится обобщенная информация о том, что в джунглях этой страны обитает чудовище ростом выше любого человека, выглядящее как нечто среднее между обезьяной и человеком. Его тело якобы хорошо защищено густым волосяным покровом. Причем волосы обладают такими свойствами, что их не пробивает пуля. Преследовать его по следу невозможно, так как оно может поворачивать ноги пятками вперед, чем он обычно сбивает со следа. Речью не владеет. Может ломать самые большие деревья в лесу. Называют его сисемит или сиземит.

Там же приводится рассказ безымянной женщины, сюжет которого нам не безразличен, ибо он относится к разряду кочующих по всему земному шару.

…Молодая пара поселилась в хижине в лесу для уборки урожая с близлежащего поля. Жена Розалия, повредив ногу, была вынуждена остаться в хижине с собакой, когда Филиппе ранним утром отправился в поле. Немного поработав, он почувствовал в теле дрожь, которая характерна для контактов людей с тем, кого мы называем «снежным человеком», а народ Гватемалы — сисемитом. Филиппе ощутил сисемитскую дрожь и немедленно вернулся в хижину. Там он обнаружил только смертельно испуганную собаку.

Все последующие события — обвинения самого Филиппе в убийстве своей жены, тюрьма, коллективная попытка охотников разыскать женщину и прочее — на первый взгляд не имеют прямого отношения к нашему повествованию. Долго ли, скоро ли, но сисемит в этой местности был обнаружен. Его спутница, пойманная охотниками, пыталась вырваться. Когда ее уводили, она все время оглядывалась, так как ее друг непрерывно кричал, размахивал руками, держа в них то ли маленькую обезьянку, то ли собственного детеныша. Затем он спустился с холма, бросил ребенка и с устрашающим видом стал выламывать огромные ветви и бросать в похитителей.

Возвращенная к людям самка, потерявшая всю привлекательность облика, не говорила ни слова и не испускала никаких звуков. Она отказывалась от пищи и через несколько дней умерла.

Можно сделать вывод: либо обнаружили не ту, которую искали, либо у нее налицо были все признаки психического потрясения. Отказ от еды и быстрая смерть в неволе, скорее всего, присущи сисемиту, как в других местах — гульбиявану и прочим героям нашего повествования.

От Клауса Огейма (Эквадор и Колумбия) поступили сведения о так называемых ширу с восточных склонов гор, где до сих пор имеются совершенно неисследованные горные массивы. Здесь якобы водится совсем небольшое существо, покрытое коротким темно-бурым мехом. Оно очень боязливо.

Самое раннее сообщение по Южной Америке принадлежит Александру Гумбольдту. Как ему описывали американские индейцы, называя животное васитри, оно плотоядно и склонно уносить к себе женщин (совсем как в древности сатиры и фавны Европы). В записках этого знаменитого путешественника высказано так важное для нас мнение: если когда-нибудь будет осуществлен поиск такого животного, то он желал бы сориентировать исследователей в направлении реки Амазонки.

А вот сообщение из Бразилии о мапингвари. Его представил Б. Эйвельманс. Событие произошло во время экспедиции к водоразделу реки Урубу. Некто по имени Иносенто отстал от отряда и был вынужден заночевать на дереве. Ночью он услышал крик. Сначала подумал, что кричит человек, но быстро отказался от своего предположения. Крик был дикий и печальный. На поляну «сильным шагом» с шумом вышло животное, напоминающее человека среднего роста. Оно «стояло прямо, как человек». С подозрением животное стало вглядываться в крону дерева, где устроился Иносенто. Когда оно с рычанием стало приближаться, Иносенто выстрелил несколько раз и, очевидно, попал в него. Ибо оно прыгнуло в сторону и стало издавать столь сильный рык, что ему показалось, будто дерево закачалось. Иносенто приходилось участвовать в охоте на ягуаров, очень страшных, когда их ранят, но вопль этого существа превосходил все ранее им слышанное.

Только с восходом солнца Иносенто слез с дерева и на лужайке нашел следы крови (доказательство реальности присутствия животного, а не фантома), поломанные и растоптанные ветви кустарника. Но самое сильное ощущение вызывал невероятно кислый запах, оставленный зверем.

Конечно, у нас вызывает неудовлетворенность неточность адреса. Но в общем все выглядит логично и достоверно.

В Британской Гвиане диди считается диким человеком небольшого роста, но плотным и сильным.

Индейцы Америки всегда знали о том, что они не одни такие (двуногие, двурукие, прямоходящие, с пятью пальцами на руках и ногах, одним словом, устроенные, как положено человеку) живут на своем континенте. Поэтому и первые пришельцы из Скандинавии, в частности Лейф Эриксон и сопровождавшие его викинги, слышали на побережье о похожих на человека огромных волосатых существах, которым они дали кличку скеллинг. Скандинавы даже заставали этих существ сидящими под их ладьями, опрокинутыми и вытащенными от прибоя на берег. Разные племена индейцев по-разному характеризовали привычки и образ жизни сасквача, да и названия тоже разнились. Почему-то чаще всего в название входило понятие, связанное с людоедством, например, ясонокуа — женщина-людоедка. Хотя оснований для этого было немного. Всегда получалось, что именно человек затрагивал зверя первым, как, впрочем, происходит и в наши дни.

Испанские завоеватели Америки, по данным старых рукописей XVII века, тоже слышали от индейцев о волосатом майлоксе — жесткошерстом человекоподобном чудовище. Индейцы отзывались о нем как о существе громоздком, неуклюжем и неприятном, при этом все его движения отличались особой грацией. Он прекрасен в беге, скалолазании и так далее.

В Скалистых горах в 1811 году следы сасквача наблюдал Девид Томпсон, которого можно считать первым из европейцев, описавших след. (Видите, сколь условно слово «первый», пожалуй, даже Гималаи в данном отношении отступают на второй план!) Томпсон видел отпечатки четырех пальцев ног (что по разным причинам бывает довольно часто) по четыре дюйма (десять сантиметров) длиной каждый. Вопреки рисуемым индейцами витиевато загнутым когтям, он пишет о коротких ногтях. Передняя часть стопы была вдавлена в снег глубже, чем пальцы, а пятка слабо обозначена. Длина стопы 14 дюймов (35,5 сантиметра) в длину и 8 (20 сантиметров) в ширину. Томпсон благоразумно отказался от мысли о преследовании животного, хотя оно его чрезвычайно заинтересовало. Первое, что пришло ему в голову: медведь гризли. Только размер следа… Конечно, он постарался расспросить индейцев о звере. И каково же было его удивление, когда выяснилось, что они считают неизвестного «молодым мамонтом». Рост этого двуногого «мамонта» обычно не превышает двух метров с небольшим. (Но, судя по данным вторжения одного такого существа в индейскую деревню в 1941 году под Ванкувером, здесь видели и трехметрового великана.).

Американские индейцы Северо-Запада утверждают, что сасквачи — самая низшая форма человека. Но и задумываются над тем, насколько бы ухудшилось их положение в этом жестоком мире, если бы белому человеку пришла в голову мысль о том, что такие существа имеют отношение к происхождению индейцев. Этим они оправдывают нежелание не только иметь какие-либо дела с саск-вачем, но даже говорить о нем вслух.

«Много внимания уделяется сейчас у нас в Северном Иллинойсе рассказам о странном животном… Каждые несколько лет откуда-нибудь сообщают о присутствии таинственного существа в данной местности», — написано в номере журнала «Курьер фольклор» за март 1946 года.

В статье говорится о трудностях с определением источников слухов. Там же упомянут случай, происшедший на Гам-Крик близ горы Верной. Летом 1941 года местный житель охотился на белок в лесу возле небольшой речки. Когда он подошел к одному из деревьев, на него сверху прыгнуло какое-то крупное животное, имевшее вид большой обезьяны. Охотник ударил ее прикладом ружья. В ответ оно направилось прямо к нему на двух задних конечностях. Ему удалось ее прогнать выстрелами в воздух.

На этом история не кончилась, ибо животное начало проявлять себя в этой местности тем, что стало пугать жителей близлежащего поселка страшными криками, доносившимися с низменной поймы реки. Охотники находили следы животного. К весне 1942 года созрело решение повести с ним борьбу. Способствовала этому решению и жалоба одного из фермеров, жившего неподалеку от поселка Бенни, на то, что существо убило его собаку.

Но вскоре у всех создалось впечатление, что животное как бы догадалось о готовящейся на него облаве (такие свидетельства чутья к опасности известны во всем мире). И ушло на 40—50 километров. Местный житель, проезжавший вблизи Большой реки в графстве Джексон, видел, как оно перебегало дорогу. Некоторые свидетели объявились и в Окоу. Да, быстрое перемещение и есть одно из самых сильных его защитных свойств!

Когда существо становится как бы неуловимым, интерес к нему так же быстро пропадает, как и появляется. Это тоже интернациональное свойство, но уже относящееся к человеку.

В том же номере журнала «Курьер фольклор» приведен еще один случай, имевший место лет двадцать пять назад. Когда охотник из Хеккера услышал в прериях Лонг-Крик вой необычного животного, группа вооруженных местных жителей в течение всей зимы преследовала этот «призрак». Собаки нападали на его след, но неизменно теряли. Рев исходил то из одного места, то из другого. «Таким уж было существо: если вы слышали его крик вверху по течению и направлялись туда, то через некоторое время вы слышали то же в миле внизу» — говорится в журнале.

Возникает вопрос: если животное так приспособлено к молниеносному передвижению и так умеет избегать людей, нужно ли пытаться его ловить? Можно ли надеяться на удачу в таком нелепом занятии?

Индеец из Северной Калифорнии Джонни Честер в 1905 году целый час наблюдал, как крупный самец то-ке-мусси (индейское обозначение гигантского сасквача) обучал своих двух малышей плавать и ловить рыбу с помощью острых палок.

В 1924 году группа лесорубов, людей здоровых и сильных, с криками прибежала в маленький городок Келсо в штате Вашингтон и заявила, что наотрез отказывается вернуться в свой отдаленный лагерь у Каскадных гор, а также работать в любой удаленной от больших дорог местности. Они рассказали, что на лагерь напало несколько огромных волосатых диких людей, которые забросали его камнями и всякими обломками. Жители городка организовали вооруженную группу, которая отправилась на место происшествия. Они не нашли самих ABSM (начальные буквы английских слов, означающих «отвратительный снежный человек»; они почему-то в свое время понравились А. Сандерсону, и он ввел эту аббревиатуру в широкий обиход), но огромные следы последних были видны повсюду, а хижина лесорубов оказалась разрушенной.

Октябрь 1958 года. Вот что сообщил подрядчик дорожно-строительных работ в графстве Гумбольдт Уилбер Уоллес. Один из его людей пожаловался ему, что куда-то запропастился бочонок с дизельным горючим, который стоял около дороги. Следы большенога вели по дороге от крутого склона к тому месту, где существо постояло, затем пересекло дорогу и двинулось дальше. Уоллес нашел баллон скатившимся по склону, очевидно, он был сброшен сверху. Под другим склоном был обнаружен и кусок исчезнувшей ночью трубы. То же самое случилось и с колесом землечерпальной машины, которое «ушло» с места на четверть мили (примерно 400 метров), а затем оказалось в глубоком овраге. С Уоллесом произошло то, что и со многими другими людьми на земном шаре: вначале он скептически относился даже к непонятным и неоправданным перемещениям предметов, к рассказам рабочих, а затем… сам наткнулся у ручья на огромные следы на влажной земле возле родника.

Вот тут-то он и вышел из себя. Стало ясно, что «работа» проделана живым существом. И не важно, кто оно в зоологической иерархии. Уоллесу и без того было трудно удержать людей на работе. И позже он действительно узнал, что если даже их уход не был напрямую связан с их боязнью большенога, то кто-нибудь из членов семьи не выдерживал такой психологической нагрузки.

Уоллес в конце концов был вынужден нанять Рэя Керра и профессионального охотника Боба Бризеля, чтобы разобраться с существом. Они вначале тоже только видели следы. А затем… как-то, проезжая по новой дороге, уже после наступления темноты, наткнулись на «гигантское человекообразное существо или человекоподобное животное», покрытое бурыми волосами длиною приблизительно шесть дюймов (15 сантиметров), которое сидело на корточках (излюбленная поза) на обочине.

В свете фар оно вскочило на ноги, в два прыжка пересекло дорогу и исчезло в кустах. Охотники бросились за ним, освещая себе путь фонарем, но подлесок оказался слишком густым для преследования. Через несколько дней, когда они шли по следам большенога вдоль дороги, их собаки исчезли. Их шкуры и кости потом нашли разбросанными среди деревьев.

Конечно, все эти события высмеивались местными остряками. Эндрю Генцоли послал своих корреспондентов в Блафф-Крик (запомним это название, оно нам встретится в одной из самых невероятных историй, происшедшей в 1967 году!). Им удалось найти свежие следы сасквача и сфотографировать их Затем было обнаружено еще кое-что, достаточное для того, чтобы повторить путь, пройденный и самим Уоллесом: от скепсиса до уверенности в реальности существования того, о ком идет речь.

Ощущения газетчиков были идентичными таковым у разных людей иных стран. Описать их можно так (передаем слова одного из них): «…Ужасное чувство, которое я не могу точно описать, но которое больше похоже на страх, ч&м все остальное, что я когда-либо испытывал». Продвигаясь вдоль дороги по следам, они наткнулись на кучу помета, по форме типичного для человека, но «совершенно монументальных размеров». Чтобы собрать хотя бы часть его для анализа, не было никаких приспособлений. К тому же, как они сами признались, их охватила странная лень, часто наблюдающаяся при необычных и пугающих обстоятельствах.

Следы и другие признаки большенога встречались в течение всей осени и зимы, вплоть до февраля 1959 года. А весной двое летчиков летели над Блафф-Крик и, как утверждали, вначале увидели следы на еще державшемся снегу, а затем и того, кто их оставил. Он был огромен, человекообразен, бурого цвета.

А. Сандерсон сетовал, что, несмотря на готовность помочь, никто так и не смог свести его с последними очевидцами. Да и почему-то эти люди оказываются самыми стойкими в сокрытии обнаруженных тайн.

В завершение можно было бы привести еще несколько случаев, благо их А. Сандерсоном записано более чем достаточно. Но по-настоящему заслуживает внимания встреча двух медиков, возвращавшихся в начале 1958 года к себе домой на автомобиле по дороге № 299, идущей к востоку от Уиллоу-Крик. Они почти наехали на такое существо, хотя успели замедлить ход, полагая, что кто-то просит его подвезти. Они рассказывали, что существо было не менее 7 футов (210 сантиметров) ростом, стояло на двух прямых конечностях, имело длинные руки и было покрыто светло-бурым мехом. А ведь в подобном осмотре им в профессионализме невозможно отказать!

Так мы ознакомились с целым набором свидетельств, относящихся к одной местности. И так как по США в целом их записано сотни и сотни, а в нашу задачу не входит исчерпание темы до конца, не будем их пересказывать далее. Уже ясны тенденции подобных происшествий, реакция очевидцев, относительная частота событий. Главное — выяснена «психология» большенога: когда он начинает «мозолить» глаза, то это надолго. А с его уходом все забывается.

Теперь мы подошли к событию века, эпопее, длившейся чуть больше минуты, которая развернулась в ущелье Блафф-Крик девять лет спустя.

Единственная в мире встреча с реликтовым гоминоидом (сасквачем, бигфутом), документально подтвержденная киносъемкой и тут же сделанным слепком следов (практически все другие слепки получены при совсем иных обстоятельствах: существо, оставившее след, не видели, а заметили только следы, что, конечно, делает их малодоказательными, а эти, и только они, могут служить эталоном), произошла именно здесь.

Конечно, это событие много раз и довольно подробно описывалось в печати. Все это тоже только пересказ поведанного самими участниками событий. Но тот, кто всерьез занимается рассматриваемой проблемой, может о происшедшем читать еще и еще, чтобы улавливать проскользнувшее мимо при предыдущем чтении.

По словам Роджера Паттерсона и Роберта Гимлина, людей, все лето и осень 1967 года занимавшихся пастьбой скота и охотой, встреча произошла 20 октября в 3.30 пополудни. Они продвигались верхом по руслу высохшего ручья в труднопроходимом месте с четырьмя ярусами деревьев, густым подлеском, диким пересеченным рельефом, напоминающим зубья гигантской каменной пилы.

Как можно было потом увидеть, где-то впереди и сбоку русла оставалась невысохшей небольшая лужа, над которой и было застигнуто то, что попало в кадры. В ущелье Блафф-Крик их позвало сообщение, переданное лесорубами, о необычных следах и ощущениях чьего-то дискомфортного для них присутствия. То есть типичные для многих свидетельств малодоказуемые жалобы. Готовились же они к подобной экспедиции загодя, специально зарабатывая деньги и на аппаратуру, и на снаряжение, и на прокат лошадей.

Все произошло внезапно. Лошади вдруг взвились на дыбы. Захрапели и понесли седоков. Роджер, падая, успел не только выдернуть ногу из стремени, но и выхватить из вьюка кинокамеру. Впереди, примерно в 100 футах (30 метрах), на другой стороне ручья он увидел огромное волосатое существо. Оно передвигалось на двух ногах, как человек. И конечно, заметило всадников раньше, чем они его. Сразу стало уходить вдоль крутого склона в глубину леса. Паттерсон с кинокамерой бросился наперерез существу, снимая его на ходу, падая, поднимаясь. К объекту удалось приблизиться почти на три десятка метров. Здесь, отделенный от него завалом деревьев, Паттерсон, стоя на месте и низко пригнувшись, снимал удаляющегося в лес гиганта, пока не кончилась пленка.

Цветная 16-миллиметровая пленка содержала 960 кадров, в большинство которых вошел наш герой. Исследование пленки в США и у нас в стране позволило отрицать какие-либо признаки комбинированной съемки.

Неоднократно высказывалось мнение, что объект снят специально не в фокусе, чтобы нельзя было различить детали облика сасквача. Нечеткость же изображения совсем иного рода. Фильм, как мы помним, снимался примерно с 30 метров обычным объективом, поэтому при росте несколько больше двух метров в кадре он равен одной целой и двум десятым сантиметра. Такое изображение, попав на экран и увеличенное до натуральных размеров, становится нечетким. К тому же условия освещения в горном лесном ущелье не были благоприятными. И все же большинство деталей внешнего облика существа можно рассмотреть.

Фильм, а также слепки следов позволяют сделать вывод, что изучаемый объект, самка, все же значительно отличается от человека и строением туловища, и изгибом позвоночника, и посадкой головы, соотношением частей черепа, анатомией стопы. Специалисты Центрального НИИ протезирования и протезостроения в Москве констатировали характерность походки бигфута, подчеркнули ее естественность и возможность исключить какие-либо подозрения в «механистичности» ее. Последнее означает, что нам демонстрируют не какое-либо приспособление к имитирующему бигфута человеку и не искусственный механизм, то есть робот. Профессор Центрального института физкультуры Л. Д. Донской отметил непротиворечивость всех указанных особенностей. Походку бигфута он определил как совсем нетипичную для человека. Скульптор Н. А. Лавлинский подчеркнул, что снятое на пленку существо не может быть загримированным человеком.

Фильм рассказывает о существе, отличном и от обезьяны, и от человека. Все сторонники точки зрения о реальности «снежного человека» надеялись, что с появлением фильма начнется новый этап в изучении животного. Но на самом деле сам этот факт был как-то быстро обесценен, хотя в научных кругах еще долго муссировался вопрос, возможно ли технически изготовить такое существо, правда ли все это. Никто на доказательном уровне не разрабатывал аспекты значения обнаруженного въяве существа в философском, антропологическом, психологическом, медицинском, генетическом и других планах. По-русски это можно охарактеризовать так: воз и ныне там.

Поднимемся выше по карте Северной Америки и ступим на землю Канады и Аляски. А. Сандерсон и здесь собрал богатейший материал о таинственном двуноге. Несмотря на то что населявшие эту территорию индейцы до прихода европейцев не умели писать и, разделенные огромными расстояниями, мало общались между собой, рассказы о животном одинаковы на всем протяженном пространстве от Маккензи-Рендж на Аляске, через Юкон и Британскую Колумбию, далее на юг, через Вашингтон и Орегон до Калифорнии и в обратном направлении по западному склону Скалистых гор в Айдахо. Имеются в виду не фольклорные построения, а «прямые, современные сообщения о встречах с такими существами». Такие рассказы европейские поселенцы слышали при первых разговорах с индейцами и наши современники слышат до сих пор со времени поимки Джеко…

Нед Остин, инженер, рассматривая из вагона поезда утес на подъеме у восточной оконечности туннеля № 4, увидел лежащее близко от полотна железной дороги существо (как потом предположили — оно, поскользнувшись, случайно упало со склона), приняв его за человека, подал сигнал торможения. Поезд остановился. Существо, как бы придя в себя, вскочило и, издав резкий животный крик, начало быстро карабкаться вверх. Нескольким людям, спрыгнувшим с поезда, удалось поймать его, связать и отнести в багажный вагон. Как писали потом газеты, было поймано существо, «которое является получеловеком-полуживотным». Его сравнивали с гориллой, рост его был 4 фута 7 дюймов (около 140 сантиметров) и вес в 127 фунтов (чуть меньше 58 килограммов). Все его тело было покрыто волосами длиной около дюйма. «Дейли бритиш колонист» за 3 июля 1884 года сообщила, что оно быстро привыкло к сторожу. И тот вскоре собирается отправиться показывать его в Лондон.

Конец истории мы никогда не узнаем. И в этом нет никакого отклонения от сложившейся задолго до нашего с вами рождения традиции: сказав «а», редко кто может себе позволить дотянуть повествование до «б».

Ловцы сразу дали имя пойманному — Джеко. До этого случая, по крайней мере, три человека в течение последних двух лет утверждали, что они видели аналогичное существо в различных пунктах между несколькими лагерями старателей, но никто не обращал внимания на их сообщения, так как предполагали, будто те видели медведя или заблудившуюся индейскую собаку. (Как мне это напоминает рассуждения некоторых коллег, когда речь заходит о наблюдениях других исследователей! А диапазон от медведя до собаки почему-то тоже не редок; об этом приходилось слышать от очевидцев, ибо им свойственно сомневаться до последнего.) Еще его окрестили «сумасшедшим индейцем» и «чертенком».

Любопытно, что перед поимкой о существе подобного рода, а может быть именно о нем, из того же района сообщал А. К. Андерсон, администратор поселений побережья Гудзонова залива. Мало того, Андерсон заявлял, что несколько таких же экземпляров забрасывали камнями членов его изыскательской партии в 1864 году. И далее сведения покатились лавиной. Находились и похищавшиеся таким монстром, и наблюдавшие за заготовкой им пропитания. Объявился и капитан судна, к которому обратились жители маленького порта с просьбой вывезти их или предпринять какие-то меры против такого зверя, не дающего им возможности спать по ночам, и так далее и тому подобное.

Начав с обеих Америк, мы можем продолжить путешествие по Европе или, скажем, по Африке. Открытие ее в интересующем нас плане в наше время принадлежит Б. Эйвельмансу. До этого речь о реликтовом гоминоиде обычно заходила лишь тогда, когда возвращалась очередная экспедиция из Непала или Китая. А огромный малоисследованный континент, как доказал Б. Эйвельманс, тоже хранит множество криптозоологических тайн. Так им была написана большая книга о «снежном человеке» в Африке, в основу которй положены сотни первоисточников.

Слухи о живых ископаемых человекоподобных здесь циркулировали от одной страны к другой. Особенно много свидетельств оказалось в районах, примыкающих к экватору. Многие историки и хронисты древности (греческие, римские, арабские) не раз упоминали о диких волосатых существах, на которых охотились африканские жители, причем, судя по описаниям, это не были человекообразные обезьяны… Эйвельмансу удалось разыскать изображения двух таких существ, полученных на основе показаний очевидцев, — какун-дакари и кикомбо из Северо-Западного Заира.

Все началось с того, что три человека — капитан из Бристоля, французский путешественник и немецкий охотник — в начале нашего века заявили о существовании в Габоне и Конго «трех видов больших обезьян без хвоста». Первые два оказались гориллой (эбубу) и шимпанзе (се-ко). А третий? Его называли дедьека или додьека. Так возник вопрос о «третьем антропоиде»…

Анри Невиллю, зоологу Парижского музея естественной истории, удалось заполучить череп такого существа, что позволило установить, насколько он отличается от черепов шимпанзе и горилл. Череп принадлежал существу ростом около 2 метров 20 сантиметров. Во французском научном журнале «Маммалиа» («Млекопитающие») была опубликована статья, в которой осторожно говорилось: «Кроме шимпанзе и гориллы, в Габоне существует антропоид, которому местные жители приписывают повадки, не свойственные первым двум животным. Речь идет о виде, находящемся на грани исчезновения и живущем в отдаленных малоизученных районах. Это усложняет поиск».

Некоторый свет на проблему пролили сообщения путешественника Жоржа Триаля в книге «Десять лет охоты в Габоне». Однажды, когда он плыл от озера Огемуэ по реке Верхняя Мбанге, то повстречался с молодым предпринимателем, занимавшимся лесоразработками. И тот рассказал ему о необыкновенно крупном… орангутанге (напомним, что орангутанги живут исключительно в Юго-Восточной Азии), который время от времени появляется в этих краях, сея ужас среди местных жителей. Он описал его ярко-рыжим и проворным, несмотря на огромные размеры. Отметил удивительный голос, какого до этого он до сих пор никогда не слышал. И еще раз подчеркнул, что местные жители его панически боятся. Триалю самому довелось поучаствовать в охоте на кулукамба (так в этой местности называют гоминоида), правда не давшей результатов. Еще лесоразработчик поделился мнением, что кулукамба по многим признакам напоминает одновременно и гориллу, и шимпанзе. В принципе такое скрещивание возможно, хотя потомство получается стерильным. Очевидно, дебри Центральной Африки хранят еще и не такие зоологические тайны.

Пример? Жан Клод Ожер, французский путешественник, который в начале 60-х годов нынешнего столетия исследовал Испанскую Сахару, однажды неподалеку от Тириса (Рио-де-Оро) как-то утром встретил небольшое стадо белых газелей, довольно быстро и близко промчавшихся мимо него. С удивлением он увидел среди стройных, грациозных светлых животных темную фигуру человека, легко бежавшего вместе со стремительными пугливыми козочками. Видение исчезло так же быстро, как и появилось. Ожер не поверил своим глазам, но перед ним находились явные следы доказательства виденного: на изрытом копытами песке четко различались отпечатки голых человеческих ног.

Он решил последовать за стадом, следы привели его к крошечному оазису. Ожер осторожно приблизился к кустарнику и… почти лицом к лицу столкнулся с невысоким, чуть выше полутора метров ростом, юношей, скорее мальчиком, светлокожим и загорелым, с длинными прямыми прядями черных волос. От неожиданности юноша застыл на месте, а затем одним прыжком метнулся в заросли.

Ожер разбил палатку близ оазиса и провел там около десяти дней. За это время он видел юношу-газель несколько раз. Поигрывая на крошечной арабской свирельке, он сумел пробудить у него интерес к себе, хотя тот никак не мог избавиться от настороженности и держался от ученого на почтительном расстоянии. Он заметил, что между юношей и газелями существовала какая-то система взаимосвязи, состоящая из знаков и односложных звуков.

Однако время шло, пищевые запасы путешественника стали иссякать. Ожеру пришлось свернуть лагерь.

Сколько вопросов сразу возникает под впечатлением такого сообщения! Как бы хотелось расспросить Ожера, не заметил ли он волос на теле? Восхититься примененной приманкой-свирелью. Уточнить знаки и звуки. Не обязательно «натягивать» встреченное на привычные нам характеристики. Но если это человек, воспитанный газелями, то это тоже может иметь прямое отношение к исследованиям становления человека и представляет значительную ценность.

Европа — мощные руины человеческих знаний и представлений о нашем герое. Как верно полагал Б. Ф. Поршнев, размышляя о Европе, уместно начать с Греции и Рима. Ибо античные боги появились не на голом месте и тесто, из которого они вылеплены, было замешено на тех еще дрожжах! Поршнев первый счел их персонифицированными духами, населявшими в реалии поля, леса, рощи, все места у воды. В какой-то прекрасный миг, момент вдохновения из всех юнон, аполлонов, гераклов вдруг мощной волной человеческого интеллекта были рождены Юнона, Аполлон, Геракл. Общим же остались имена фавнов, сатиров, панов, сильванов, нимф. Их считали видимыми, но почти неуловимыми и… смертными.

Одним словом, они все же нелюди в самом низменном смысле слова. Эту тему наиболее полно в устных докладах охватил нынешний руководитель семинара по изучению реликтового гоминоида в Москве Д. Ю. Баянов.

О европейском зверочеловеке Б. Ф. Поршнев писал: «Да, средневековье знало его и сохранило нам немало памятных замет. Один из очагов — земли по Дунаю, издревле получившие даже имя Паннония, как страна, обильная панами. Долго сохранялись реликты в Альпах и в прилегающих массивах лесов. А изучение фольклора и преданий Северной Европы от Прибалтики и Скандинавии до Ирландии и Исландии говорит за то, что и здесь люди долго знали их в натуре, а потом в течение многих поколений перемалывали дошедшие сведения на жерновах сказок — странной потребности средневекового ума создать антитезу человеку».

Совсем недавно наш читатель (наконец-то) ознакомился с двадцатой частью такого же наследия Дж. Дж. Фрейзера, что дает надежду…

Как далеки все эти боги, полубоги, зарытые в фольклорные нагромождения. И неясные, смутные, то узнаваемые, то вовсе нелепые фигуры… И вдруг в русской рукописи XVII века находим: «В Польше недавне у короля Яна III был мишка-человек, в лесу пойман… не глаголящий ничего, но только ревущу, косматый весь, на древо восходящ… а. понеже знаки являлись в нем разума и души человеческой, крещен бысть». Назван он был с приставкой Умишка, предположительно потому, что от охотников пыталась его отбить медведица. Но и волосатость сыграла роль. В 1661 году группа литовских загонщиков выгнала на охотников нескольких медведей, среди которых был и дикий человек. Он был лишен средств человеческого общения. Его удалось лишь приучить к несложным кухонным работам.

Уйдя с затоптанных троп перенаселенной срединной Европы, можно было бы подняться по меридиану вверх и выйти в Скандинавию. Думаю все же, что рассмотрим ее, включив в понятие «север» для старта и дальнейшей пробежки по северу — через Кольский полуостров, Межозерье (то есть то углубляясь в материк, то подходя к берегу моря). Западную и Восточную Сибирь, Якутию до Чукотки.

Тогда представим, что перед нами Карпаты. А далее Украина и Белоруссия. Здесь все меняется. Хотя больше фольклора, больше язычества, но есть и живые недавние рассказы. Главное же — четкое представление, о чем идет речь. Белоруссия с ее еще недавним царственным болотным миром, высушенным и сейчас пока не до самого конца, несет воспоминания о всяческих болотных и русалочьих формах.

Карпаты, Западная Украина — закрытый самобытный мир, полный эзотерических явлений, которые конечно же формируют взаимоотношения народа с нашим героем. В силу исторических обстоятельств этот мир вряд ли будет в ближайшее время высветлен для наших знаний. Сколько себя помню, столько слышу о гуцульских и западно-украинских лесных страхах. Не то чтобы кто-то погибал необъяснимо. Но есть понимание, запреты, обереги, и как нигде здесь еще витает привкус тайны.

Лучше всего я знаю Украину, ибо это мой родной край. И какой же русский… не вспомнит прежде всего настоящую художественную литературу. Ее художественность не мешает мне видеть в сюжетах и описаниях то подлинное, что привнесено из народной жизни. Не думаю, чтобы это было ясно только мне. Достаточно почитать, например, такого хранителя национального украинского начала в высоком значении этого слова, как Михаил Коцюбинский, писатель рубежа XIX—XX веков.

Как все мыслящие русские прошлого столетия духовно вышли из гоголевской «Шинели», так и каждый украинец, с достоинством относящийся к себе, но не ценой впадания в националистическую истерику или такой же гонор, до сих пор находится среди героев «Теней забытых предков». Хочу поделиться этим богатством, хотя знаю, что больше всего там гуцульского настроя. В переводе на русский язык многое пропадает: неложный романтизм, тонкость и глубина ощущений. И тот, кто думает, что украинский язык — это искаженный русский, глубоко ошибается. В крылатом выражении И. Тургенева о том, с кем на каком языке подобает говорить, нет и слова о таковом. Да и не могло быть ни при каких общественных условиях. Не за малочисленностью народа, думающего на нем, не за малыми площадями, на которых он расселен, а потому, что чиновникам из центра легче водить руками и языком, когда все изъясняются на ломаном, с ужасно некрасивым украинским акцентом, но якобы русском языке. Да и обмен эзотерическими знаниями, конечно, слабее и менее интересен в таком «недомерочном» варианте. Так вот я и попробую изложить скуднейшей неточной прозой поэзию представлений о чугайстыре — нашем герое, имя его сборное таково. На украинском, поверьте, текст звучал бы, как разговор на равных с ручьем, полем и всем живым в них пребывающем.

…Когда Ивану минуло семь лет, он уже смотрел на свет иначе. Он знал уже многое… Знал, что на свете властвует нечистая сила, что ариднык (злой дух) правит всем, что в лесах полно лесовиков, которые там пасут свою маржинку: оленей, зайцев, серн, что там бродит веселый чугайстыр, который сейчас же попросится в веселый танец; что живет в лесу голосистое дерево. Выше, по безводным диким верхам гор, нявки разводят свои бесконечные танцы, а в скалах прячется щезнык (все персонажи фольклора).

…Сухие веточки тихо разошлись по сторонам, и из лесу вышел какой-то человек.

Он был без одежды. Мягкие темные волосы покрывали все его тело и все лицо с открытыми круглыми и добрыми глазами… Он сложил на огромном животе поросшие шерстью руки и подошел к Ивану. Тогда Иван сразу его узнал. Это был веселый чугайстыр, добрый лесовик, который оберегает людей…

…Однажды он вышел к костру Ивана. Сел на пенек, стряхнув с него сухие листья, и протянул к огню ноги.

Оба молчали. Лесной человек грел руки у огня и растирал ими круглый живот (запомним такой факт, мы узнаем его в России, когда леший выйдет к костру пастуха), а Иван упрямо думал о том, как бы сделать, чтобы тот задержался подольше…

Но чугайстыр сам помог.

Подморгнув ему лукавым оком, пригласил на танец-соревнование. «А почему бы нет?» — радостно поднялся Иван.

Подкинув в огонь хворост, посмотрел на постолы, распрямил сорочку на себе и приготовился к танцу.

А чугайстыр уже положил волосатые руки на бока и уже зашевелился-заколыхался.

Что ж, начинать так начинать. Иван топнул на месте, выставив ногу, тряхнул всем телом и поплыл в легком гуцульском танце. (Видите, в этом душа народа. На Востоке в такой ситуации обе стороны; скорее всего, вступили бы в борьбу, для одного из них окончившуюся бы очень плохо, а здесь…).

Перед ним смешно изворачивался чугайстыр. Он щурился, причмокивая, тряс животом, его ноги, обросшие, как у медведя, нескладно топали на одном месте, сгибались и разгибались. Танец, видимо, его согрел. Он уже подскакивал выше, будто кузнечные мехи. Пот каплями выступал вокруг глаз, стекал ручейками с лица ко рту, под мышками и на животе блестел, как у коня, а чугайстыр уже разошелся…

…Еще немного…

Иван заиграл (вот она, приманка Ожера, в песках Сахары!) песню, которую он подслушал у щез-ныка в лесу… — и чугайстыр, оживленный всплесками песни, снова выше подбросил пятки, зажмурился от удовольствия, будто забыл про усталость… (Танец — прекрасная манера обычно неведомого зверю поведения, так можно увлечь животное и отвлечь его от пробуждаемого тревогой желания убежать прочь.).

Шерсть совсем прилипла к его телу, будто он только что вылез из воды, слюна стекала струйкой изо рта, открытого удовольствием движения, он весь блестел при огне, а Иван поддавал жару веселой игрой и, будто в беспамятстве, в изнеможении и забытьи бил в утоптанную твердь поляны ногами, с которых уже облетели постолы…

Помяв ублаженный круглый живот, крякнул, разгладил на груди волосы и начал прощаться чугайстыр… и нырнул в лес.

Вот тема, ждущая своего исследователя: какую литературу использовал М. Коцюбинский, чтобы под его пером проклюнулся такой достоверный образ, что не надо и показаний очевидцев, которым приходится бить себя в грудь кулаком под жаркими пытками сборщика информации?

В художественной литературе есть много образов, не до такой степени понятных нам, как у М. Коцюбинского. Но все равно мы видим в них нечто среднее между человеком и животным, а если буквально животное, то крайне антропоморфизированное, очеловеченное. Практически оно мифологизировано и всегда якобы враждебно человеку. Хотя, как правило, все же становится жертвой последнего. Есть, конечно, и исключения. К таковым относится самый загадочный и потому очень страшный для читателя гоголевский Вий, абсолютно невоспринятый современной автору критикой. Но согласитесь, в нашем контексте невозможно обойтись без краткого разбора повести.

«Вий есть колоссальное создание простонародного воображения. Таким именем называется у малороссиян начальник гномов… Вся эта повесть есть народное предание. Я не хотел ни в чем изменить его и рассказываю в такой же простоте, как слышал».

Это — примечание Н. В. Гоголя. В. Гуминский в комментариях ко второму тому собрания сочинения великого писателя (М.: Правда, 1984) пишет: «Своеобразие гоголевской повести оказалось непонятным современной писателю критике, привыкшей к иным, более условным формам (подчеркнуто мною. — М. Б.) сочетания достоверного и фантастического». Он же приводит мнение С. П. Шевырева из рецензии на «Миргород», в состав которого входит «Вий»: «В начале этой повести находится живая картина Киевской бурсы и кочевой жизни бурсаков, но эта занимательная и яркая картина своей существенностью как-то не гармонирует с фантастическим содержанием продолжения». Далее Шевырев отмечает, что видения Хомы якобы «не производят ужаса потому, что они слишком подробно описаны».

В цепи чертовщины, среди демонологической вакханалии, которую можно отнести к разряду истинно писательской выдумки, Хома Брут вдруг услышал, как «раздались тяжелые шаги, звучавшие по церкви; взглянув искоса, увидел он, что ведут какого-то приземистого, дюжего, косолапого человека. Весь он был в черной земле. Как жилистые, крепкие корни, выдавались его засыпанные землей ноги и руки. Тяжело ступал он… С ужасом заметил Хома, что лицо было на нем железное…».

Вот и все, повторилась обычная для нас характеристика человекоподобного животного, не считая фантастических век, которые не более чем дань жанру. В самом деле, должно же хоть что-то отличать Вия буквально от мужика… Здесь вскользь отмечена и одна из главных особенностей нашего зверя — косолапость.

Перечитываю и думаю: отчего же так страшно и мне, и Хоме, вопреки Шевыреву? Да именно оттого, что все реалистично, просто, «как в жизни». Вот ведь хоть и начальник гномов, но весь в земле!

А что, если рассмотреть его «вне служебного» положения? Есть ли аналогии в отечественной сказочной иерархии? Конечно, есть. Это, например, мордовские дьячки Най-Най и его подруга вирява. Живут они в норах, тела их грузные и корявые, покрыты волосами, лохматые и небрежные — землей припорошены… А как быть с такой приметой — «лицо было на нем железное»? Встречается в несказочной прозе объяснение и такому. Совсем недавно впервые увидело свет прекрасное эссе И. Бунина — о медведях на севере России, где зверя так и зовут: «Железная шерсть». То же и о лешем.

Слыхала и я в Западной Сибири о человекоподобном лохматом (диком) мужике в золотой кольчуге да с золотым лбом. Очевидно, огненно-рыжим был тот волосатый незнакомец. В Средней Азии для таких существ есть даже свое название (для огненно-рыжих или красно-каштановых). Переводится оно: медные или золотые когти, медный или золотой лоб и так далее. Не менее важно для нас и то, что встречали их там на природе всего лет тридцать назад — почти в наше время. Так что думать, будто такая характерная деталь, как «лицо железное», обязывает носить изготовленную маску и реальную кольчугу, не приходится.

Все сведения по Украине в своем роде уникальны, их немного, поэтому их приходится пересказывать еще и еще. Тем более что мы рисуем общемировое полотно и нам важно воссоздать на нем точные образы. То же можно сказать и о России, к чему основная читательская масса еще не совсем привыкла. Отмахнуться лишний раз от показаний Иваненко или Иванова легко, потому что мы не ценим данных отечественного происхождения. Вот Гималаи совсем иное дело! Уж так повелось, что и в Калифорнии все достоверно, а попробуй абхазский, к примеру, крестьянин рассказать о встрече с объектом — сомнений будет больше. Народ точно подметил, что за морем и телушка — полушка, а у нас…

Интерес к образам подобного толка пробудила во мне еще в раннем детстве моя прабабушка Софья Власьевна Низовенко. Конечно, я долго еще потом и не подозревала, что когда-либо эти рассказы обретут реальные черты и я узнаю персонажей фольклора въявь. Я услышала от нее много такого, чего не встретишь в литературе. Она показала мне место на чердаке маленького домика, которое излюблено домовым… Ее дочь, будучи молодой и крепкой женщиной, встретила в 1908 году под Полтавой нечто, заставившее и ее серьезно относиться к сведениям фольклора.

Идя по селу лунной звездной ночью, она (М. М.) увидела человеческую фигуру, направлявшуюся к ней с другого конца деревни. М. М. остановилась, как бы интересуясь, кто это идет, не из своих ли? И, подняв голову, встретилась взглядом с красными глазами этого существа. Ее передернуло от ужаса, тут она догадалась взглянуть на туловище и ахнула: все тело было волосатым. Меньше волос было на лице. Окраска их серовато-грязная. Потом, когда она рассказывала об этом, то, уточняя, сравнила волосы с буйным мхом. Постояли немного, посмотрели друг на друга. И существо, ничего не говоря, только плямкнув губами, пошло дальше. С большим трудом тогда двадцатилетняя женщина оторвала приросшие к земле ноги, едва переставляя их, добралась до дому. Света в окошке уже не было. Сколько времени прошло, она не представляла. Громко постучала, потом заколотила в дверь. Ей открыли, удивились, что так поздно. Но, вглядевшись, поняли, что произошло нечто ужасное, ввели в дом.

С моей няней Матреной на Днепропетровщине в 20-е годы тоже приключилась необыкновенная история. Ее родители уехали на ярмарку с ночевкой. Ее, десятилетнюю, оставили дома с младшими братьями и сестрами. К вечеру дети чего-то не поделили. Она не смогла их утихомирить. В это время в сенях раздался скрип, будто кто-то спускался по лестнице с чердака. Потом отворилась дверь — и перед детьми предстало необычное существо. Это был вроде и «дядечка», но какой-то «не такой». Лицо безобразное, но никто почему-то не испугался, все просто замолчали. Был он без одежды, весь покрыт волосами. В руке держал кусок вяленого мяса, которое висело на чердаке. Он подошел к каждому из малышей, отрывая по кусочку мяса и одаряя каждого. Потом вышел. Опять проскрипели ступеньки. Дети, съев мясо, уснули, сбившись в одном месте. На следующий день вечером вернулись родители. Дети вначале загадочно молчали, но потом не выдержали и рассказали о случившемся. Из объяснения они узнали о домовом. И главное — что его бояться не следует.

Для сравнения приведу редкий рассказ по Белоруссии. Произошло событие до революции, когда Анне Алексеевне Пястун было 14 лет (запись О. А. Кошмановой).

— Как-то я работала в поместье на хуторе Ве-речета Поставского района ныне Витебской области. Однажды осенним утром, когда мы уже проснулись, в дверь постучали. Ахмистриня (вроде экономки) Нина пошла открывать дверь и только сбросила крючок, как в дом вошел «вроде человек», весь покрытый шерстью, лохматый, рыжий. Ахмистриня закричала диким голосом, а мы, выглянув из своей комнаты, увидели его и тоже заорали. Ахмистриня забежала в нашу комнату и стала выглядывать из-за двери, пытаясь разобраться, кто перед ней. Незнакомец подошел к горячей печке и стал над ней греться. Мы все слышали, как он дрожал от холода, даже зубами клацал. На улице шел дождь и было довольно-таки прохладно. На наш крик, который не прекращался, из своей комнаты выглянул пан. Увидев этого лохматого человека, он не вышел к нему, а скрылся тут же за дверью. Потом снова приоткрыв ее, бросил ахмистрине кальсоны и рубашку со словами:

«Отдай ему белье и скажи: пусть уходит». Ахмистриня взяла брошенное и сказала пришедшему: «Бери и уходи!».

Лохматый взял все, повесил на руку (такую же лохматую, как он весь) и ушел. Лицо его тоже было все покрыто шерстью. Сам невысокого роста, примерно с меня (метр шестьдесят), сгорбленный, скорченный, то ли сутулый, то ли горбатый. А может, оттого такой, что холодно было. Всего постоял он у плиты минут пять, не больше. Откуда он пришел и куда ушел, никто не видел. Двор пана был большой. Много рабочих было, но в то время никто, как раз, там не находился. Вот и получилось, что, кроме нас, никто его не видел.

Днем мы пошли в поле (после дождя) и увидели лежащее на дороге, примерно в километре от хутора, белье, выданное ему. Оно было все разорвано на ленточки.

Вокруг несколько деревень, но никто его в них не видел ни раньше, ни позже.

Пришедший ничего не просил, ничего не говорил. Пришел тихо, ушел тихо.

А вот уже современный рассказ о такой разновидности нашего героя, который живет вблизи человека, на чердаках, в сараях, баньках и в общем, «тянет» на домового. Рабочая пекарни А. С. Ткачук, она живет в городе Кременчуге, 23 февраля 1961 года после смены пришла домой в свой одноэтажный маленький домик и уже собралась заснуть. Только прикрыла глаза, как почувствовала, что кто-то сдавливает ей горло руками. Она (одна из немногих на земном шаре в такой ситуации) открыла глаза и увидела сантиметрах в тридцати от себя существо с лицом, «похожим на человеческое, только весь волосатый. На лице возле черных глаз волосы были несколько короче. Я сразу подумала, что это черт, но рогов у него не было. Я схватилась руками за его руки. Кисти их были короткие, с человеческими пальцами, они были более похожи на руки, чем на лапы. На них была шерсть, как у обезьяны, были они теплые (значит, не фантом. — М. Б.). Окраска шерсти темно-каштановая. Местами более темная, местами светлее, вроде как вылинявшая или свалявшаяся, вообще шерсть торчала в беспорядке во все стороны. Оно было видно мне немного выше пояса. Размеры его в плечах соответствовали размерам ребенка лет пяти-шести. Я пыталась оторвать от горла руки, но существо было сильнее меня. И руки его еще сильнее сжали мне горло. По силе его рук и незначительной бородке на лице (меньше козлиной) я поняла, что это существо мужского пола. Я не разобралась, стояло ли оно у кровати, или сидело на ней возле меня… Примерно минуту мы смотрели глаза в глаза друг другу, я слышала и ощущала его дыхание… Выражение его лица было искажено от усилия. Я не могла закричать, так как горло мое было по-прежнему сдавлено. Когда я поняла, что оторвать его руки мне от горла не удастся, то перестала сопротивляться. Оно сразу же отпустило меня и исчезло. После чего я, парализованная страхом, не могла кричать.

Больше оно передо мной не появлялось. Люди, которым я рассказала о нем, только посмеялись. Не этого я ожидала от них. Да и не привыкла я к насмешкам — не бьыо причин».

Кажется, одно дело, когда мы говорим о маленькой Диканьке или селе такого же типа, да еще в стародавние времена. Ведь еще в середине века небольшой хутор, окруженный дремучими лесами, называли именно так, смыслово — Диканька. Лес там был практически непроходим. Имение принадлежало крымскому татарину Кочук-бею (Кочубею), знаменитой семье, в которой скрытно всегда придерживались мусульманской веры. Как выяснилось только в 1918 году, в имении всегда действовала домашняя потайная мечеть. Здесь я не ставлю вопрос, хорошо или плохо, перекрестившись в христианскую веру, молиться другим богам. Но не означает ли это обязательное, по мусульманским представлениям, покровительство неким обволошенным?

А вот как согласиться с событиями, развернувшимися, по воспоминаниям Ткачук, на окраине довольно-таки крупного (по отечественным меркам) города? В доме, стоящем плотно к другим домам? Конечно, легче не заметить такой рассказ, либо сослаться на непроверяемость его, либо подумать что-то о человеке, доверившемся тебе в своих же сомнениях.

Интересна запись из информационных материалов Комиссии по изучению вопроса о «снежном человеке». Некто Т. Ф. Марченко сообщила, что про алмасты она часто слышала на Кавказе, где сейчас проживает, а видела их у себя на родине в селе Кашенцы Киевской губернии в то время, когда еще Махно воевал: «Была у нас соседка, сама на ведьму похожая. И к ней ходила вот такая, как вы спрашиваете, женщина, вся в шерсти. Ходила только весной. А где остальное время ходит? А кто ее знает, наверное, в лесу. Она ей знакома была, вот и ходила. Что она ела? Вишни рвала. Черешню, яблоки, хлеб ела. Один раз я видела ее близко: сидела я у соседки, она тесто месила, а эта сидела в углу. Потом соседка куда-то вышла, эта встала, тоже хотела тесто месить, но уже муки не было. Рядом кровать стояла, она схватила подушку, разорвала.

Из подушки — пух, перья. Она стала хватать их и в тесто бросать, потом стала месить тесто (вот такая подражательная деятельность, бессмысленная имитация, как оно вроде бы и положено животному. — М. Б.). Вернулась хозяйка и ахнула! Все тесто пришлось выбросить, а было много, ведь пекли хлеб на несколько дней. Одежды она не носила — вся в шерсти. Глаза косые, красные. По-человечески не разговаривает, только муркутит. Нос куцый, рот длинный (показывает до середины щек). Зубы не видела. Разве она мне зубы покажет! Когда ходит — друпчит».

Как говорится, все это дела давно минувших дней. Даже 60-е годы нашего века уже кажутся далекими. Но есть примеры и не столь давние, да еще и происшедшие, например, в 30 километрах от моей малой родины — донецкого города Краматорска.

…В 1982 году некто А. К. ( не буду называть ее полного имени) приехала в Москву и несколько раз встречалась с людьми, изучающими все относящееся к «снежному человеку». Я трижды слушала ее рассказ о событиях, происшедших с ней в 1979 году. Тогда учителя средней школы, в которой А. К. преподавала математику, были посланы на лето на работу в пионерский лагерь, находившийся километрах в тринадцати от города К-ки, где она жила. Местность эта представляла собой неиспользуемые, бросовые земли, сплошь поросшие бурьяном, перерезанные балками. Пионерлагерь был окружен забором, чтобы ни у кого не возникло соблазна покинуть территорию без разрешения старших. А тем паче нельзя было ходить купаться одним в ближайшем охраняемом водоеме — водохранилище. И только в одном месте в заборе не хватало нескольких досок. Здесь слева и справа возле отверстия размещались столовая и баки для пищевых отходов. Незадолго до происшествия по утрам стали замечать, что возле баков оказывались разбросанными объедки, будто кто-то неаккуратно пытался выбрать из него что-то съедобное. Естественно, вначале подозрение пало на обслуживающий кухонный персонал, что кто-то хотел отобрать что-то для кормления домашнего скота. Но потом это предположение отпало, однако разбрасывания пищевых отходов продолжались.

Однажды одна из воспитательниц, затеяв рядом с этим местом постирушку, случайно вместе с водой выплеснула свое золотое кольцо. И хотя сразу же спохватилась, найти его не смогла. А. К. пожалела сотрудницу и пообещала ей обязательно найти кольцо днем, в так называемый тихий час. В назначенное время она подошла к столовой, опустилась на траву и на коленях стала продвигаться в сторону отверстия в заборе, перебирая руками былинки.

Внезапно она ощутила на себе чей-то взгляд. И медленно стала поднимать голову. Первое, что она увидела, — две человеческие ноги, как ей показалось, в меховых штанинах. Взгляд пополз выше. Все тело незнакомца было таким же мохнатым. А затем она рассмотрела заросшее волосами лицо. И два темно-карих глаза, с интересом рассматривающих ее.

Почему-то А. К. не растерялась. Сразу подумала, что это человек, в каких-то экстремальных условиях безмерно оволосатившийся, опустившийся и даже, можно сказать, одичавший. Вероятно, потому она так подумала, что была преподавателем математики. Ибо, как уже говорилось выше, каждый биолог знает: человек ни при каких заболеваниях, а тем более под влиянием экстремальных условий, не может покрыться волосами от макушки до пяток. Это не заложено в его природе. Даже известный всем Евтихиев, изображение которого еще до войны украшало все учебники биологии как пример крайнего атавизма, все же был по сравнению с разбираемым объектом не абсолютно волосат. Но, не зная этого, А. К. с интересом рассматривала незнакомца, перебирая в уме, кто бы это мог быть, и остановилась на мысли: наверное, дезертир времен последней войны!

Как всегда бывает, тут вмешался случай, вмешались внешние обстоятельства. К отстоящим в стороне воротам подъехала машина с продуктами, и водитель посигналил. Незнакомец, хотя и не был никому виден, так как стоял в кукурузных зарослях, отделенных от забора узкой тропинкой, все же встревожился и скосил глаза в направлении звука. И тут А. К. увидела то, что мгновенно заставило ее утратить благодушный настрой и вздрогнуть. Скошенные глаза существа позволили рассмотреть те их части, которые обычно называются белками и имеют действительно белый цвет, у незнакомца они были ярко-красные. То есть не белки, а красняки какие-то. Тут сама собой пронзила уверенность: «Зверь!» Ноги стали деревенеть. Сообразила, что, пока он отвлечен, нужно убегать. С трудом повернулась к нему спиной, но все же оглянулась назад, так как даже пойти сразу не могла. И увидела, что он тоже повернулся к ней боком, намереваясь отступать. Сбоку было заметно, что его ноги согнуты в коленях «так, — сказала А. К., — что под них можно было подставить табурет».

Добравшись к людям, она закричала: «Закройте окна и двери, а то сюда может прийти страшный зверь!» Ее окружили, стали успокаивать и выспрашивать, что произошло. А потом все вместе, несколько пионервожатых мужчин и женщин, пошли на тот участок кукурузы (кстати, во всех местах, где она растет, — это любимая пища гоминоида, когда початки вступают в стадию молочно-восковой спелости). Там были обнаружены огромные следы, ведущие в глубь поля, недавно прополотого. Ни у кого не оказалось с собой никакого измерительного прибора, даже веревочки. Обнаружив у кого-то в кармане газету, оборвали страницу по форме и размеру следа. А потом, конечно, как это всегда бывает, благополучно затеряли. Хотя А. К. красным карандашом на ней написала: «Не выбрасывать!».

Все из побывавших на месте происшествия посоветовали учительнице никому ничего не рассказывать. «Не хочешь выглядеть смешной, не говори!» Совсем как в случае с Л. И. Морозовым.

Осенью один из учащихся той же школы самостоятельно отправился за город к тому же водоему. Была теплая дождливая погода. Мальчик устроился в месте, защищенном кустами так, чтобы его не было видно. Это была нелишняя предосторожность, так как ловить рыбу здесь официально запрещалось. Но самому ему из-за кустов прекрасно была видна полянка, поодаль росли деревья. Внезапно мальчик уловил, как к звуку равномерно падающих капель присоединился другой — шлепающих по мокрой траве ног, точнее, будто у него за спиной кто-то прыгал. Он оглянулся в недоумении, так как твердо знал, что сейчас здесь один. И увидел… невысокого плотного мужчину (как отметила А. К., около 160 сантиметров), всего покрытого волосами, который и вправду высоко поднимал ноги, «прыгал» вдоль кромки деревьев. Мальчик испугался, а когда прошло состояние ошеломленности, быстро сложил снасти и поскорее удалился к шоссе. Дома он рассказал ребятам о происшедшем, а те сразу уловили связь между предыдущей историей и этой. Учительница встретилась с учеником, они сравнили виденное и пришли к выводу, что говорят об одном и том же объекте. Но и сегодня, когда прошло так много лет, родственники запрещают давно достигшему совершеннолетия юноше кому-либо рассказывать о той встрече. Учительнице же понадобилось несколько лет, чтобы найти в себе силы изложить свои устные воспоминания в Москве. Каждый в большей или меньшей мере уходит в сторону от значительной и опасной темы, защищаясь, как может. Вполне вероятно, что так срабатывает инстинкт самосохранения, во многом уже утраченный нашими современниками.

А. К. долго не могла успокоиться после виденного. Она решила опросить всех, живущих в близлежащих деревнях, поскольку не могло же так быть, что вот они двое видели, а кроме них, никто и никогда. Так и оказалось. Удалось собрать около десятка свидетельств. Выяснилось, что такое существо появляется здесь летом, чаще в августе. Мало того, удалось выявить данное ему неизвестно кем, но привязавшееся имя собственное Сашка. И особенно четко о нем рассказала учительнице представительница редкой для наших дней специальности — пастух. И в разговоре назвала нашего героя древним человеком. Сама она его не встречала. Но о нем знали ее родители, которые также пастушили. То есть не именно об этом экземпляре, а о том, что такое водится на белом свете.

Самое любопытное во всех этих свидетельствах то, что один из служащих с того участка, на котором развернулись события, также имел возможность несколько раз убедиться, что реликт там проводит осень. И у него, была ситуация контакта. К., оказавшись ночью на озере (загодя засев с целью охоты на уток), не просто почувствовал чье-то присутствие у себя за спиной, но и ощутил его дыхание на своем затылке, что могло быть только в случае двуногости (оба стояли). Впервые в жизни не поддавшись своей излюбленной привычке на охоте стрелять не глядя, К. после секундного раздумья обернулся. Но тот, как оказалось, на долю секунды опередил смену настроения человека. И К. увидел его, двуногого, в спину, удаляющегося в камыши.

Восьмидесятые годы XX столетия. Да, гималаецентризм разрушен до основания. Донецкий кряж не имеет больших высот. Здесь очень удачный рельеф для нашего существа. Кареты, пещеры в меловых горах, овраги, заросшие лесами. Именно из-за пересеченности полей оврагами они выбывают из природопользования. А главное — выработанные шахты.

Когда Бог создавал Кавказ, то оказалось, что не хватает неба, чтобы его объять. Пришлось немного сжать сушу. Так образовались горы, ущелья и масса потайных естественных укрытий для всего живого. Так гласит легенда.

Так уж получилось, что Кавказу повезло даже с исследователями проблемы реликтового гоминоида, истинными «троглодитоведами». И первым среди них я бы назвала античного писателя и ученого Страбона. Глубина и правдивость сообщений географа о Кавказе объясняются не только его широчайшей эрудицией, но во многом и его биографией. Мать будущего географа была родом из видного закавказского племени цанов — чанов, и сам он появился на свет по соседству с Кавказом — в Синоне (город на южном берегу Черного моря). Немудрено поэтому, что с самого раннего детства Страбон узнал много достоверных сведений о Закавказье, о его народах, особенно о Колхиде. Между прочим, правителем Колхиды одно время был дядя матери Страбона — Моаферн, что давало географу завидную возможность узнавать важные подробности от столь авторитетного лица. «Сюда сходятся, говорят, семьдесят народностей, а по словам других писателей, нисколько не заботящихся об истине, даже триста; все они говорят на разных языках, так как живут разбросанно».

В книге XI «Географии» Страбона говорится: «Спускаясь в предгорья, мы вступаем в области, лежащие севернее, но с более умеренным климатом, так как они уже соприкасаются с равнинами сираков. Есть тут некие троглодиты (пещерники), живущие вследствие холодов в пещерах…».

Очень трудно сказать конкретно, о ком идет речь. Но даже если это навсегда останется тайной, бесспорно, это данные о ком-то очень древнем, как будет описано в разделе «Гости из неолита?». Ибо далее Страбон пишет: «За троглодитами следуют какие-то народы, называемые хамекитами и многоедами, и селения исадиков, могущих заниматься земледелием…».

Прославился изучением фауны Кавказа зоолог К. А. Сатунин. Из 60 видов и свыше 40 подвидов неизвестных науке животных Кавказа, преимущественно позвоночных, описанных им, ни один, конечно, не может сравниться с описанным неофициально в путевом очерке. Неофициально потому, что зверь не был по всем правилам зоологии представлен на препараторский стол. Опубликован он был под названием «Биабан-гули» в 1899 году. В нем описана встреча Сатунина в болотистых и лесистых предгорьях Талышского хребта. Галлюцинация исключена. Лошади испугались и стали. И сам он и его проводник увидели фигуру дикого человека, скорее всего женской особи, которая пересекла им путь и прошла через поляну. Позже Сатунин выяснил все, что ему удалось, о волосатых бессловесных людях.

После этой встречи — случайной, незапланированной — первым, кому удалось наблюдать каптара, был Ю. И. Мережинский, ученый из Киевского университета. 18 сентября 1959 года в полнолуние ночной охотник на кабанов Хаджи Магома вывел нескольких человек к берегу речушки. Ю. И. Мережинский, давший слово не брать с собой оружия (это особый вопрос, во всех историях с реликтовым гоминоидом никто никогда еще не выполнял своих обещаний), находился в засидке рядом с Магомой (остальные были в стороне). По его словам, он услышал плескание пришедшего к реке каптара, а затем и увидел его самого, на четвереньках выкарабкивавшегося на берег. Поднявшись на ноги, тот предстал худощавым, с тонкими конечностями, с головы до ног покрытым белыми волосами. В какое-то мгновение он издал несколько звуков типа «хе-хе-хе». Думаю, выражающих не смешок, а как бы «отдышку» после некоторых затруднений дыхания. Вместо того чтобы нажать на спуск фотоаппарата, Мережинский выстрелил в него из спрятанного от Магомы оружия. Они услыхали только шлепанье ног по воде стремительно убегающего каптара.

Здесь, на Кавказе, побывали многие собиратели рассказов местных жителей о встречах с животным. Это и малоизвестные широкой публике Д. Варквасов и Ю. Ережиков, и более знаменитые профессор Н. И. Бурчак-Абрамович и Ж. И. Кофман.

Моя экспедиция в Абхазию в 1976 году вместе с семьей Алманисов, Н. Мироненко, Р. Сварчевским, Е. Костяненко дала мне очень много.

Походы по течению нескольких рек показали, что Кавказ здесь предстает совсем не таким, каким его знают люди, побывавшие у кромки Черного моря. Это суровый и часто неприступный горный край.

Нам повезло с проводником. Мы побывали в районе нескольких брошенных селений, в которых до 1941 года еще жили люди. Но именно чудовищная оторванность от других людей побудила женщин, оставшихся в связи с мобилизацией на фронт без мужчин, уйти из этих мест. Ибо и при мужчинах было трудно жить рядом с сильными непонятными полулюдьми. Вот рассказ А. Д-ко, который жил когда-то в таком брошенном селении К. «Видел я до войны, как я тогда думал, сатану. Был маленьким мальчиком. Пошел я поздно вечером к роднику по воду и столкнулся с ним, он тоже шел уверенно к воде. Это был высокий „человек“, выше двух метров, весь белый, необычайно худой, глаза очень глубоко посажены, так глубоко, что кажется, будто их нет, а оттуда, где они должны быть, светит красный огонь (очень тонкое замечание. — М. Б.). Я бросил ведра и убежал домой. Такой же случай произошел и с моей матерью, только она у родника встретила черного человека. Тоже бросила ведра и убежала».

Ш. М. Гордулава, пастух: «Лет пятнадцать назад пас я в альпийских лугах скот. Как-то после грозы нам надо было согнать разбежавшихся животных. Несколько человек, перекликаясь, сходились в условленном месте. Когда сошлись, один спрашивает другого: „Это ты кричал „У“?“ „А я думал, что ты!“ — ответил другой. Решили пойти посмотреть, кто там. Стали обходить место слева и справа. Заметили неизвестного. Окликаем его, а он не отзывается. Я первый его догнал. Незаметно стемнело. Спросил: „Эй, кто такой?“ И осветил его большим, как у железнодорожника, фонарем. Неизвестный оглянулся и убежал. Это был большой голый волосатый человек. Я очень испугался, стал звать других пастухов. Когда они подошли, рассказал, что видел голого человека. А они стали смеяться. Говорят: „Ну ты и врешь!“.

А то еще лет десять назад несколько человек из нашего селения пасли скот в горах возле Чамочвара и видели такого же человека. Он был черный, большой и что-то кричал, мы испугались и решили в это место больше скот не гонять. После нашли и рассмотрели его следы. Они большие, полметра в длину.

Был еще случай возле Чамочвара, когда дикий человек задушил двоих людей (парня лет семнадцати и мальчика тринадцати лет). Их нашли в лесу мертвыми. Были видны следы борьбы. Следы ног диких людей. Мальчики были исцарапаны, видно, они защищались.

Дикие люди появляются в самых необычных местах. Их могут случайно увидеть пастухи, охотники, когда созревают каштаны, лесные фрукты. Каких-либо других сведений нападений на людей у меня не имеется.

Как же мы попали в эти края, каким образом вышли на целый пласт сообщений о диких людях? Началось все со случая, приключившегося с моим братом во время поездки в Абхазию к родственникам по линии его жены. Там имеются некоторые районы, населенные поляками и украинцами, сосланными сюда после подавления польского восстания еще в прошлом веке. Так что бывшие ссыльные глубоко пустили корни в этих землях. И хотя нельзя сказать, что они выросли на абхазском фольклоре, но им известно и о гоминоидах. Слышали и об очокочи, и об абнауаю. Есть в Абхазии деревня Тхина под Очимчири, где жила известная Зана. Но об этом позже.

Итак, мой брат в 1974 году столкнулся в саду с животным на двух ногах, превышающим его ростом, покрытым светлой шерстью, с пропорциями тела вполне человеческими.

Как он рассказывал, существо шло по рядку поспевающей кукурузы и чавкало, грызя молочный початок. Заметив человека, оно отпрыгнуло в сторону на несколько метров (совсем не по-человечьи) и моментально скрылось.

Я поинтересовалась, может быть, местные жители уже встречались с нечто подобным? Встречались! И неоднократно. Особенно интересный рассказ записан в семье Г. Андросенко. С точки зрения Б. Ф. Поршнева, в данном случае важно, что рассказывает не коренной местный житель, а человек, поселившийся в этих краях сравнительно недавно.

— Мне пятьдесят пять лет. Из них здесь я живу тринадцать. И за всю жизнь со мной один раз был такой случай, что совсем не хочу, чтобы это повторилось.

Накануне вечером убирал в поле табак и решил оставить срезанные листья там до утра. А ночью стало дождить, и тогда мы с женой пошли за табаком (листья под дождем в теплую погоду могут «запариться»). Было часа четыре ночи. Мы шли и разговаривали. Я вел за собой коня. Подошли к этому вот месту, где колодец, из которого поят коров. Как раз луна выглянула. Вдруг слышим: в кукурузе что-то сильно шелестит. Жена испугалась: что это? Я говорю: не бойся, наверное, собака… А сам вижу: по кукурузе в нашу сторону бежит черный, высокий, как столб, человек, широкий в плечах. Лошадь сразу захрапела и стала вырываться. Держу за узду, не выпускаю. Сам тоже сильно испугался. Смотрю, а тот человек прямо по кукурузе бежит к зарослям ежевики. Там особенно высокая кукуруза росла, и он с ходу хотел перепрыгнуть через кусты. Но за ежевикой земля сразу понижается метра на полтора, потому что там выбрали песок, и получился как бы маленький карьер. И с той стороны нас не видно. И вот перескочил он кусты ежевики, с размаху плюхнулся у самых наших ног. Тут я увидел, что это вроде мужчина, совсем без одежды, здоровый такой. Лица не рассмотрел, только видел, что он весь в длинных волосах. Я в горячке хотел было на него навалиться, а жена за рубашку хватает, назад тянет, приговаривает: «Да куда ты?» Тут я вроде зрение потерял, будто куриная слепота нашла, нагнулся, пытаюсь на ощупь схватить его, а его уже там нет… Жена говорит: «Вот он!» И мы снова услышали, как сильно зашелестело в кукурузе.

Потом жена объяснила: когда я нагнулся, он увернулся и прыгнул назад в кукурузу… Мы растерялись, пошли дальше, ничего не соображая. Прошли метров десять, я сказал: «Дома ребенок, если он придет туда, может задушить его». И мы быстро вернулись домой. Заснуть уже не могли. Думали о том человеке, удивлялись, как он на нас не напал.

Утром чуть свет собрали соседей, рассказали все и с собаками пошли посмотреть на место происшествия, Там, где он плюхнулся, кукуруза была повалена, летел он от ежевики метров семь. Следы вели в кукурузу, после дождя они были хорошо видны. Каждая ступня от пятки до пальцев сантиметров сорок, не меньше. Соседи смотрели, слушали и удивлялись. Нашли в кукурузе место, где он лежал. А бежал он в горы. Болел я после этого. Теперь не задерживаюсь в поле. Как только стемнеет, иду домой, пусть хоть табак преет, хоть дождь!

Соседи такие следы видели, но именно это существо никто не встречал. А еще видел сын, только то была женщина…» (Запись Р. Сварческого.).

Рассказывает Ф. А. из селения Б.: «В ноябре 1968 года, когда осенью дороги превратились в грязное месиво, я в двух километрах отсюда (шел на охоту) видел следы двух пар человеческих ног; след одного существа был длиною с полметра, другого поменьше, особенно четко отпечатались пальцы.

А в сентябре 1969 года я видел лесную женщину, вот как сейчас вас вижу. Шел я поздно вечером. Слышу, на горе что-то сильно шуршит в папоротнике (надо заметить, что это растение — излюбленная пища гоминоида, даже в отдельных местах в Заполярье. — М. Б.). Думаю, ветер. И иду себе спокойно. Вдруг слышу, шорох совсем рядом… и неподалеку от меня идет женщина — вся белая, волосы длинные, до земли. Я сильно испугался, поначалу чуть память не потерял. Потом немного пришел в себя и иду, а она рядом. Смотрю, собака соседская бежит. Эта белая женщина увидела собаку — и как ветром ее сдуло. Иду дальше. Вон возле того столба снова она меня догоняет и идет рядом. Я молча иду, думаю: «Пусть там будет хоть сто чертей, а я пойду домой».

Возле того столба она стала напротив меня на дороге, не пускает. И тут, гляжу, наша собака со двора бежит. Она меня и спасла. Как увидела женщина собаку, сразу не знаю куда и исчезла. Как мне потом рассказывали, домой я прибежал бледный как полотно. Три месяца после этого никуда не выходил из дому.

Роста она была такого же, как человек, волосы светлые, до земли. Руки тоже, как человеческие, а ноги не рассмотрел, лицом показалась красивой.

Говорить с ней нельзя, так старые люди утверждают. А боятся эти существа только собак и огня.

— А что было бы, если б собака не залаяла?

— Я мог бы вам рассказать одну историю на этот счет, заслуживающую внимания. Она о моем односельчанине. Но только при условии, что вы сохраните в тайне, от кого ее слышали. (В дальнейшем изложенную ниже историю подтвердили несколько односельчан. — М. Б.).

— А. Г., проживающий в селении Б., был одно время связан с такой ведьмой-майсой. В наших краях такое существо может предложить мужчине пожить немного вместе. Говорят, что при сделке самка может показать на пальцах, сколько именно… (Грамотному человеку понятно, что это, скорее всего, из области легенд, но почему тогда «показать на пальцах», а не просто сказать? Это-то откуда? Ведь ни в сказках, ни в легендах не возбраняется наделить речью нашего бессловесного персонажа. — М. Б.).

А. Г., как только наступал вечер, уходил в кукурузу к майсе. Вызывала она маиса резким свистом. Продолжалось это с полгода, пока один знающий человек не посоветовал, как избавиться от нее. Он уже с этим раньше сталкивался. А. Г. так и поступил. Свидания прекратились (остается только добавить, что совет с биологической точки зрения бесспорен и интимен. — М. Б.).

Мать одного видного советского работника, выходца из тех мест, тогда, в 70-е годы, рассказала нам все, что ей самой было известно об интересующем нас таинственном и запретном животном. Случай с ее сыном произошел то ли в 1950, то ли в 1951 году. «Летом часов в двенадцать дня я услышала крик сына Анатолия. Крик доносился с горы, на которой он пас скот: „Мама, помогите, здесь дикий человек!“ (мальчик подбежал к самому краю высокой горы, почти под прямым углом вплотную примыкавшей к дому. — М. Б.). Его крик услыхали односельчане и бросились вверх по крутому склону на помощь — кто-то с палкой, кто-то с топором, а мальчик бежал им навстречу. Толя рассказал им, что, взглянув в сторону, он внезапно увидел стоящего возле дерева двухметрового роста человека, покрытого темной шерстью, на голове у него были особенно длинные волосы. Когда у Толи спросили, не был ли это медведь, он стал категорически отрицать, говоря, что медведя хорошо знает, что внимательно рассмотрел голову животного: характерных медвежьих ушей у него не было».

Быстрым, привычным для горцев шагом, помогая себе и руками, можно добраться до вершины часа за полтора-два. В 50-е годы гора еще была покрыта густым лесом, а сегодня после всяких вырубок — лишь слабой порослью. Н. С. уверенно сказала, что появление дикого человека в их местности, которую она давно и хорошо знает, можно объяснить тем, что в годы Великой Отечественной войны гитлеровцы, подойдя к Марухскому перевалу, прочесали самые глухие места, там шли бои, поэтому все крупные животные разбрелись в разные другие места.

Н С. предположила, что особь, испугавшая Анатолия, ушла в сторону Бзыби.

А. К., объездчик заповедника из селению О., 1925 года рождения, сообщил следующее: «Я догадываюсь, кто вас интересует. Его называют хызыр (вери-маш). Мне довелось его увидеть самому выше в горах, рядом с селением А. Жители А. поймали хызыра в 1939 году. Все тогда ходили смотреть на него. Помню хорошо, что это был плотный невысокий человек, сплошь покрытый длинными темными волосами. Особенно длинными они были на голове, с затылка — как шапка. На лице выделялись только светлый нос и губы. Судьба пойманного хызыра сложилась непросто. Он трижды убегал из селения, и каждый раз его ловили снова. Потом все же след его пропал».

К той местности, о которой здесь идет речь, относится самое потрясающее воображение свидетельское показание Еленй А., гречанки. Она назвала его диким человеком, считает, что его что-то привлекало в ее дворе. Возможно, он проводил часть летнего сезона на горе, густо поросшей лиановидной растительностью, которая полого нависает над домом ее семьи.

Однажды ее муж возвратился с какого-то празднества, подвыпив, и сразу залег спать. Был поздний августовский вечер. Елена занималась делами по хозяйству, когда услышала, что кто-то дергает калитку, пытаясь открыть нехитрую защелку, но никак не может справиться с ней. Когда она выглянула в окно, то не только увидела пришельца, но и услышала, как тот пытался позвать ее мужа. Это была жалкая на слух попытка произнести уменьшительное имя Гаврик, которое много раз на дню звучало во дворе, произносимое самой Еленой. Ей дикий человек показался настолько страшным, что, рассказывая об этом случае, она постоянно повторяла: «Никогда не забуду». А от голоса у нее осталось такое впечатление, будто он передразнивает человека, утробно подражает ему, а взаправду произнести то, что хочет, не может. Звал так: «Ав-ик! Ав-ик!» Елена не отозвалась и мужа не разбудила. Она только плотнее закрыла окна и двери. Дрожала всю ночь, боялась, что муж спьяну ответит.

Исследования, проведенные в селениях в районе рек Келасури, Малая Мачара, Мачара, Бзыбь, позволяют предполагать, что на прилегающей к ним территории реально обитает неизвестное науке существо. Оно с давних пор фигурирует в абхазских народных легендах и сказаниях — а мы собрали сведения, относящиеся к 1910—1975 годам, — и потому можно с полной определенностью говорить о том, что это не выдумка сегодняшнего дня, что оно обитало в этой местности всегда, даже до того, как там появился человек. Недаром Б. Ф. Поршнев неоднократно утверждал, что многие кавказские земли были отвоеваны у этого существа людьми с оружием в руках.

Здесь, как и в других местах, есть формы самостоятельные, независимые, обитающие только в необжитой местности, тянущиеся к ущельям, горным лесам, наряду с такими, которые жмутся к людскому жилью и в чем-то склонны к полупаразитическому образу жизни.

Близость Сухумского обезьяньего питомника ни в коем случае не может служить основанием для заявлений о том, что описанные встречи происходили не с некими неизвестного вида животными, а со сбежавшими из него обитателями, потому что большинство жителей либо видело обезьян по телевидению, либо побывало в этом питомнике, где до недавнего времени работали с двумя видами обезьян — мандрилами и макаками-резусами. Во всяком случае, никогда — с человекообразными. Тот, кто их видел, понимает, что это не наш двуног. По свидетельству сотрудников питомника, за все годы его существования не было потерь обезьяньего поголовья, связанных с побегами. Каждый экземпляр учтен и оценивается в валюте. Группа обезьян, условно живущих на воле, не покидает мест обитания и не удаляется от навесов и подкормочных площадок дальше, чем на три километра, поскольку климат Абхазии по сравнению с другими возможными районами хотя и более всего подходит для них, но близость аджарского дождевого полюса заставляет обезьян искать укрытия.

И главное, о чем нередко забывают и сами исследователи «снежного человека», обезьянам из питомника, как и всем обезьянам вообще, несвойственны обитание и устройство лежек в норах и ямах. А ведь я знаю некоторых своих коллег, которые, пытаясь отрицать саму возможность поместиться существу в норе, старались сами залезть в нору в кирзовых сапогах и грубом кирзовом же плаще. И все для того, чтобы сфотографироваться эдакой «растопыркой», не помещающейся в жилище нашего героя. Почему же так силен эффект отрицания, феномен «Нет»? Очевидно, все ради того, чтобы не позволить другим людям иметь свой взгляд на то или иное явление! И только! К сожалению, как представляется, в моем отечестве сбор компромата едва ли не ведущее научное направление.

Но вернемся к нашим рассказам об абнауаю, или как там оно еще называется… «Говорят, что в старину в лесах Абхазии обитал эбынуавы — лесной человек, гласит легенда. Эбынуавы похож на человека. Он высокого роста, весь покрыт шерстью. На лице его шерсть образует подобие бороды. И даже уши заросли ею, только ладони рук голые… Ноги у него длинные, цепкие… Он обладал громадной силой, был неустрашим…».

Мне нравится в этом абзаце «подобие бороды», потому что это и правда не буквально борода.

Собирая сведения по Абхазии, ветеран гоминологических исследований А. А. Машковцев в 1962 году впервые услышал и занялся изучением истории одной женской особи абнауаю, имевшей даже имя собственное, данное ей человеком, — Зана. Вплотную этим вопросом занимался и Б. Ф. Поршнев. Такие силы были брошены на разбор повествования о Зане потому, что если во всей этой истории нет фольклорных накладок, то это воистину история века. И уж поверьте мне на слово, если два таких крупных ученых в добытых деталях сведений не находили оснований для жалких домыслов лишь о гормональных нарушениях, то очень странным выглядит одно предположение, высказанное недавно начинающим гоминологом из Ленинграда. Причем для убедительности он постоянно ссылается на то, что обрабатывал попавшие в его распоряжение данные с помощью ЭВМ. Я думаю, что если для чего-либо нет доказательств, то даже ЭВМ вряд ли поможет. Оказывается, этот гоминолог исследовал чужие измерения черепа сына Заны Хвита на признаки, выходящие за пределы вариации показателей человека разумного. Но такая работа уже давно проведена. К тому же И. Бурцев обнаружил прижизненную фотографию Хвита. И то и другое свидетельствует лишь о некой австралоидности черт его лица, но никак не более.

Итак, Зана. Время и место ее обнаружения неведомы. Похоронена в последней четверти прошлого века, возможно, в 1890 году. Пройдя после пленения через руки нескольких «хозяев», она попадает к последнему господину — князю Э. Генаба в деревне Тхина под Очамчири. Жила в крепком загоне из бревен. Там же она вырыла яму. Постепенно с годами приручалась, жила вначале под навесом на привязи, а затем и на воле. Но все равно в яме. По типично деревенской дикости, независимо от страны, праздномающиеся обыватели ее тормошили палками и всячески старались вызвать в ней реакцию гнева.

Кожа ее была черной, все тело покрыто волосами, они были, как свидетельствует Б. Ф. Поршнев, черно-рыжеватыми в ширину ладони. Но не очень густыми, на лице совсем редкими. Волосы на голове черной гривой спускались на плечи и спину. Она была бессловесна. И за многие годы общения с людьми так и не научилась ни одному слову. Да и выражение лица ее не обещало понимания. Оно, это выражение, буквально принадлежало животному. Рослая, массивная и широкая, она до старости физически не менялась: у нее не выпадали зубы, не было седины. Вот это-то не должно остаться без внимания. Мы не знаем причину ее смерти, умерла ли она естественной смертью? При такой сохранности? Срок, продолжительность жизни — самый потайной из всех потаённых вопросов, связанных с ней. Она жила, по существу, полуприрученной. Даже зимой ходила без одежды. Платье рвала на клочки. Не напоминает ли это нам белорусского пришельца, которому пан выделил часть одежды, а затем все это, разорванное на полоски, было обнаружено в поле?

Самое, я бы сказала, страшное (для человека) в истории Заны — она неоднократно рожала от жителей селения. Рождались дети вполне человеческого типа. Как свидетельствовали очевидцы, ее первые дети погибали. Приписывают это купанию новорожденных в естественных источниках. И все же два сына и две дочери не просто выжили, но выросли людьми. Младший сын Хвит похоронен в 1954 году на том же кладбище, где должна лежать Зана. Б. Ф. Поршнев встречался с внуками Заны. Внук Шаликуа был наделен даром подражать голосам диких и домашних животных. Трижды Поршнев предпринимал попытки найти захоронение Заны, но безрезультатно. Не смог этого сделать и И. Д. Бурцев.

Очевидно, многое из того, что связано с Заной, останется тайной.

Когда я познакомилась с известным русским натуралистом Петром Александровичем Леоновым и разговорилась о Грузии в интересующем меня плане, то есть об обитании там абнауаю, и, в частности, о судьбе Заны, он, родившийся в Цителцкаройском районе, не смог даже поддержать нашу беседу, ибо никогда не интересовался этим вопросом. Как же я удивилась его позднему звонку через несколько месяцев. Он, автор нескольких книг по этнографии района, о природных богатствах края, охоте в здешних местах, вдруг вспомнил… В начале века его отец, отправившись в один из осенних дней на охоту, в предрассветном тумане чуть было не наступил на спящего дикого человека. Тот спал на земле и, будучи вспугнутым, предстал перед охотником во весь свой рост, превышающий человеческий. Бросив пристальный взгляд на охотника, он бесшумно скользнул в сторону, сразу уйдя из поля зрения последнего.

Закончим мы обзор сведений по Южному Кавказу, едва ли представляющий хотя бы одну тысячную часть возможного материала, записью классика гоминологии Ю. И. Мережинского, преподавателя Киевского университета (сентябрь 1960 года). Итак, запись рассказа жителя райцентра Белоканы (Азербайджан) Сафара Алиева, 1918 года рождения.

«Вы не там ищете каптара. Тут каптаров мало, и их трудно встретить. Вы поезжайте на советско-иранскую границу, на реку Араке. Там в горах много каптаров.

Перед Отечественной войной я служил пограничником на этой границе у реки Араке и много наслышался о каптарах. Бывает, что они ночью переходят через границу с иранской стороны на нашу сторону или бродят вдоль границы. Они очень похожи на человека, бегают на двух ногах, так что не поймешь: нарушитель идет или каптар. Мои товарищи-пограничники не один раз убивали каптаров. Думали, стреляют по нарушителю, а потом утром смотрят — убит каптар, а то и два.

Наши старики зря говорят вам, что каптар умнее человека (это самый важный пункт сообщения. Ибо сейчас появилось много людей, желающих почему-то преувеличить умственные возможности животного, хотя при этом, надо признать, оно более приспособлено к земным условиям, нежели даже человек. И это трудно объяснить. — М. Б.) и что пуля его не берет. Каптар — это просто обезьяна, и он, конечно, глупее человека. Но он очень похож на человека, и рост примерно такой же. На заставе мы изучали специальную инструкцию, там особо писалось, что обезьяны с иранской стороны очень похожи на человека, что живут они за рекой Араке, ходят и плавают, как люди, и могут нарушать границу. А раз так, то нарушитель может пойти на хитрость и замаскироваться под эту обезьяну. Нам предписывалось задерживать всех похожих на человека нарушителей границы, а когда они начинают убегать, открывать огонь. Так каптары и попадали под пули. А по другим зверям нам стрелять не разрешалось…».

Далее идут вопросы и ответы. Вот часть их.

— Что ваши пограничники делали с трупами убитых каптаров?

— А что делать с убитым? Это же не человек! Их трупы просто зарывали или бросали в Аракс: ведь он с той стороны пришел, пусть туда и плывет.

— Водятся ли каптары на нашем берегу Аракса?

— Да, водятся, но их у нас меньше, чем на иранской стороне. Они живут там, где людей мало. А на той стороне людей меньше, чем у нас.

На вопрос о местонахождении заставы Мережинский, конечно, ответа не получил. Многие сообщения с погранзастав, появившиеся в последнее время в печати, так и остаются якобы никому не нужными. Как жаль, что ни один из чинов пограничной службы никогда не прочитает этих моих строк: нам очень нужны такие сведения не для того, чтобы нарушить целостность границы, а чтобы понаблюдать в природных условиях вашими приборами это чудо природы, и вы единственные, кто мог бы помочь нам в этом деле. Единственные!

И хотя совсем близко от Аракса расположен такой необыкновенный центр, рай для гоминоидов, как Талышские горы, мы вынуждены подняться севернее, где нас ждут сведения о положении дел в Дагестане. И не только в прекрасном горном селении Ботлих, что невдалеке от Андийского Кайсу, но и в других местах. Так, у истоков реки Джермут охотинспектор В.К. Леонтьев на территории Гутанского заповедника в августе 1957 года обнаружил вначале очень интересные следы: длина ступни 20 сантиметров, наибольшая ширина 15, внешние оконечности пальцев были сильно вдавлены в снег, они не примыкали друг к другу. Создавалось впечатление, что ступня отпечаталась не полностью, поднимаясь вверх и цепляясь пальцами за снежный покров, что ее обладатель ступал только на носочную часть. Кожа ступни предположительно была толстой и грубой, испещренной крупными рельефными морщинами и наростами. Затем, уже сидя у костра, он рассмотрел на склоне и того, кто оставил след. Кап-тар целых пять — семь минут пересекал снежник, а затем еще чуть дольше охотовед преследовал его после неудачного выстрела по ногам. Ростом тот был почти два с половиной метра. Со всеми человеческими пропорциями. Все тело было покрыто густыми волосами темно-бурого цвета (здесь уместно оговорить, что бурого, как такового, цвета нет, под этими словами подразумевают некий неопределенно грязный оттенок). Фигура была сильно сутулая. Морда была площе, чем у медведя, совсем как у человека. Слышал Леонтьев и ни с чем не сравнимые крики каптара. Общее резюме: «…совершенно немыслимо допустить, что он просто зверь».

А теперь мы вынуждены повторить много раз приводившееся в периодике сообщение, относящееся к Дагестану, подполковника медицинской службы Вазгена Саркисовича Карапетяна. Во-первых, потому, что по своему значению оно во много раз превосходит все другие свидетельские показания, во-вторых, контакт был самого высокого порядка, в-третьих, записано показание патриархом гоминологии и нашим учителем Б. Ф. Поршневым в 1958 году.

— В октябре — декабре 1941 года наш отдельный стрелковый батальон был переброшен из Ленкорани в горный район Дагестана. Мы находились примерно в тридцати километрах от Буйнакска в сторону гор, откуда в дальнейшем последовали на Буйнакск и Махачкалу. Помню, что на этом пути мы пересекали какую-то реку. Мы находились в горной местности с глубокими ущельями, горами в полторы тысячи и более метров над уровнем моря. Была холодная зимняя пора, лежал глубокий снег.

Однажды представители местных властей попросили меня как военврача осмотреть пойманного в данном районе в горах и доставленного в райцентр человека (не могу не заострить внимание читателей на этом слове. — М. Б.): требовалось установить, не является ли этот странный человек замаскированным диверсантом. Человек был пойман силами сотрудников органов власти, местные жители в его поимке не участвовали. До осмотра он находился в ауле (райцентре), по-видимому, сутки.

К сожалению, я не помню названия этого райцентра. Может быть, это Хунзаг. Во всяком случае, повторяю, аул этот находился примерно в тридцати километрах от Буйнакска в сторону гор.

Я вошел в сарай вместе с двумя-тремя сотрудниками местных органов власти. На мой вопрос:

«Почему я должен осматривать человека в холодном сарае, а не в комнате?» — мне ответили, что в теплом помещении он не может находиться, сильно потеет, поэтому его держат в сарае. Человек, которого я увидел, как сейчас, стоит перед моими глазами: мужского пола, голый, босой. Это был бесспорно человек, ибо все его формы были человеческие. Но на груди, спине и плечах его тело было покрыто пушистыми волосами темно-коричневого цвета (следует подчеркнуть, что местные жители преимущественно черноволосые); эта шерсть напоминала медвежью, длиной она была два-три сантиметра. Ниже груди она была более тонкая и нежная. Кисти рук — грубоватые, с редкими волосами, ладони и подошвы ног — без волос. Напротив, на голове волосы очень длинные, до плеч, отчасти закрывавшие также и лоб; на ощупь волосы на голове оказались очень жесткими. Бороды и усов не было, на всем лице легкая волосатость, вокруг рта волосы также длинные.

Человек стоял совершенно прямо, опустив руки. Рост — выше среднего, порядка 180 сантиметров. Весь очень крупный, широкоплечий, мускулистый. Стоял как богатырь, мощно выставив развитую, могучую грудь. На руках очень толстые, крепкие пальцы, необычно большого размера. В целом он был значительно крупнее местных жителей.

Форма лица — овальная. Нос крупный. Каких-либо обезьяньих черт в лице не замечено, но цвет лица был необычайно темный, нечеловеческий; как сказано, все лицо было при этом покрыто легкими волосами. Брови очень густые. Под ними глубоко запавшие глаза. Цвет глаз — темный. Зрачки расширены.

Взгляд у него был ничего не говорящий, тусклый, пустой. Это был чисто животный взгляд. Да и, в общем, производил он впечатление животного. Он стоял, смотря в одну точку, редко моргая, не проявляя никакой активности.

Как выяснилось, за время пребывания в плену человек этот не принимал никакой пищи и питья, ничего не просил, не говорил, в теплом помещении обильно потел. При мне снова к самому его лицу была поднесена вода, затем пища (хлеб), была протянута ему рука — никакой реакции не последовало. Вообще все попытки вызвать у него голос или пищевые реакции ни к чему не привели. Когда я дергал его за волосы, у него только учащалось моргание. Когда его толкали, он делал несколько шагов и снова останавливался, издавая при этом под нос слабые мычащие звуки. Никаких симптомов протеста не обнаруживал.

Мне бросился в глаза и особенно запомнился обильный педикулез (вшивость) на груди, шее и в особенности на лице этого человека. Целые цепочки вшей находились у него на бровях и вокруг рта. Эти насекомые не могут быть отнесены ни к одному из трех видов, встречающихся на человеке, формой они ближе к платяным, но необычайно крупного размера (читатель не должен возмущаться такими подробностями, очевидец-врач, и он прав, считая необходимым довести до нас такие редчайшие сведения, низводящие все же «пассажира НЛО», как его упорно называет часть беззастенчивых уфологов, до обычной земной твари. К тому же особая разновидность паразита биологически доказательно заставляет заподозрить и необычность земного объекта. — М. Б.).

Должен сказать, что никакой законченной мысли о природе этого существа у меня тогда не возникло. Я был приглашен для ответа на прямой вопрос: нет ли налицо маскировки, и все мое внимание было направлено на эту сторону дела. Поэтому я не обратил специального внимания, например, на размеры и пропорции лицевых частей и тому подобное. Я дал устное заключение, что это не маскирующийся человек, но какой-то дикий. Представители властей сказали мне, что сообщат обо всем этом в центр. Затем я вернулся в свою часть и никогда больше не получал сведений о судьбе этого существа.

При записи сообщения присутствовали профессор С. Е. Клейненберг и младший научный сотрудник Института антропологии МГУ А. А. Шмаков.

Мне довелось трижды слышать рассказ В. С. Карапетяна. И никогда ни в чем не было расхождения с первоосновой. Когда ему задавали вопрос о вероятной судьбе этого существа, он отвечал, что ему достоверно ничего не известно. Он может лишь предположить, что, учитывая законы военного времени, да еще при подозрении на маскирующегося шпиона, конечно, судьба его была незавидна.

После бурлящего событиями Кавказа, о котором мы теперь имеем общее представление, ступим на землю собственно России.

Центральнорусские земли кажутся совсем не-правдашними в рассматриваемом плане. Одно дело то, что происходит в «затриморье», и совсем другое — рядом. Но так думается только в больших городах при электрическом свете, газе и теплой воде. А когда отъедешь за сто первый километр, хотя бы от Москвы, жизнь предстает совсем иная; в чем-то чище и лучше, в чем-то страшнее и диковиннее.

Не будем разбирать фольклорных персонажей, так и рвущихся в первые строки повествования. Я довольно уделила им места в своих предыдущих публикациях. Каждый уже, наверное, догадывается, какая тонкая связь у этих персонажей с их прототипом — лесным человеком. Но такая ясность достигается только доказательностью материала. И эта мысль изначально принадлежит Б. Ф. Поршневу.

А вот свежие данные в последнее время хлынули лавиной. Не будем соблюдать какую-то географическую последовательность. Не в этом суть.

Когда Центральное телевидение в программе «120 минут» передало сообщение о том, что в центре России обнаружены следы таинственного, легендарного и неуловимого йети (почему-то и во всей прессе, и в дальнейших упоминаниях в других средствах информации именно так называли это существо неутомимые просвещенцы. Хотя это так же странно, как если бы, например, инопланетяне, случайно приземлившись в Австралии, отправили бы телепатему на свою планету: «Обнаружили на Земле аборигенов по прозвищу австралийцы». Разве трудно запомнить, хотя и неправильные, условные названия? Неужели в слове «йети» такой уж определенный шик, что ли?).

Все события начались 30 июня 1989 года. Хотя на самом деле саратовской земле такие встречи ведомы давно. А тогда, в июне, ветеринарный врач колхоза имени Кирова Р. Саитов вместе с чабаном С. Проценко и с детьми в два часа пополудни расположились возле небольшого пруда. Внезапно они заметили, что за ними будто кто-то следит. Всмотревшись в незнакомца, они удивились его росту, превышающему два метра, покрывающей его темно-бурой шерсти, неестественно длинным передним конечностям. Когда существо, уже преследуемое почему-то осмелевшими людьми, удалялось от них плавными шагами-прыжками, люди рассмотрели, что мелькавшие ступни и ладони рук не были покрыты волосами. Самое короткое расстояние, на которое удалось приблизиться к существу, — приблизительно 30 метров. Преследователи сопровождали его, то отдаляясь, то приближаясь, около километра. Затем он скрылся в лесополосе. Заметны были подымающиеся буграми мускулы на лопатках. На всем пути, особенно на влажной пашне после его прохода, остались глубокие, продавленные на четыре сантиметра, четкие следы.

Эти следы удалось обследовать и сфотографировать межрайонному охотоведу Е. Тюрякову. Его внимание привлекла большая длина шага — более двух метров (это ведь был полубег-полушаг, какое-то скольжение) и сравнительно маленькая длина стопы — 23 сантиметра. Может быть, существо не ступало на всю ступню? (Во всех сообщениях не говорится, отпечаталась ли пятка.).

Здесь самое место сказать о соответствии длины стопы росту, например, человека. Приведем криминалистический расчет. Например, от центра пятки до центра подушечки второго пальца расстояние 24,5 сантиметра. Длина ступни составляет одну седьмую роста. Следовательно, рост расчетной особи составляет 172 сантиметра (24,5 х 7 =171,5). Получается, что особь, взбудоражившая Энгельсский район, была ростом всего 161 сантиметр. (И это еще не от центра подушечки до центра пятки.) Это означает: либо у страха глаза велики, либо бывают исключения из правил? Так что Е. Тюряков, заметив это, был прав. Но и ошибки в том, что что-то живое возмутило покой людей, не было. Ибо невиданное доселе существо наблюдали, помимо выше перечисленных сельчан, братья Давлетовы, колхозник М. Чангаров с сыном Сергеем, заведующий колхозным складом Е. Мусагалиев и другие. Причем некоторые сумели обнаружить лежку зверя в траве и рассмотреть ее.

Всех восхитил километровый легкий пробег по пахоте. Никто из людей не смог бы сравниться ни в легкости, ни в быстроте бега с пришельцем. Это очень убедительный довод.

Данный случай сопровождался одним из самых нелепых предположений, которые, как ни странно, всегда сопутствуют попыткам разобраться в том, кто бы это мог быть. Невежество врачей иногда бывает убийственным. Один из сотрудников ближайшей психиатрической больницы высказал «блестящую догадку», что это мог быть сбежавший из лечебного заведения этого профиля больной, одичавший до полного покрытия волосами. Нелепость такой возможности видна невооруженным глазом. Тем более что сразу же было проверено, что за последние годы побегов с невозвращением в области не зафиксировано. К тому же еще никто не предполагал, что впереди кое-кого из земляков ждет встреча сразу с несколькими подобными особями…

Задним числом выяснилось: за день до описанных событий скотник колхоза имени Кирова И. Глот повстречался то ли с той же самой данной особью, то ли с подобной. Вечером его собаки сильно залаяли и бросились в темноту к куче старого металлолома. Но, не добежав нескольких метров, остановились как вкопанные и… перестали лаять (это не раз наблюдавшаяся мною особенность поведения собак в присутствии гомино-ида). Прямо перед собой И. Глот увидел «огромную человекообразную глыбу». Не вьщержав психологической перегрузки, и человек, и собаки бросились в дом. А вот на следующий день, уже насмеявшись вдоволь над рассказом очевидца, односельчане сами попали точно в такую же ситуацию.

Но самое удивительное — в это время в районе и сопредельных местностях практически ежедневно происходили такие же встречи. Создавалось впечатление, что в область сброшен десант «обволошенных». Вот уже один из них объявился и в селе Безымянка, когда четверо подростков погнали за околицу корову и бычка. Заметили они его по трясущейся кроне дерева (запомним это наблюдение, оно нам еще встретится). А когда дошли до края лесополосы, то увидели перед собой раздвигающиеся с шумом кусты. Ребята оказались лицом к лицу с большим человекоподобным существом. Оно зарычало, обнажив при этом крупные зубы. Это было последней каплей — мальчишки бросились прочь. Но на некотором расстоянии осмелели и оглянулись. Существо не уходило. Оно стояло, полностью выпрямившись. И победоносно било себя кулаками в грудь, как в фильмах натуралистов, снимающих обезьян.

В ту знаменательную пятницу пионервожатая Алла Фролова во время сильного дождя находилась в своем доме (что в колхозе «Заветы Ильича») вместе с маленькой дочерью. За окном вовсю поливал ливень, огромный поток воды несся по улице, и струи стало забрасывать ветром к дому. Она поспешила к форточке, чтобы закрыть ее, и, бросив взгляд за окно, вдруг увидела, что по полю со стороны шоссе идет огромное существо. О нем она уже слышала. Но из-за этого почему-то испугалась, как ей потом казалось, еще больше. Может быть, так получилось потому, что испугалась за дочь, и бросилась в другую комнату взглянуть на нее. А когда вернулась к окну, существо оказалось уже совсем близко. Как раз оно продвигалось в направлении ее дома мимо строящегося футбольного поля. Рост его удалось отметить благодаря столбику, имитирующему штангу ворот. Голова была неестественно большой и по форме напоминала дыню. Лицо казалось светлым, даже розоватым. Все же тело сверху донизу было облеплено длиннющей мокрой шерстью. Запомнила длинные руки (шло сутулясь) и неестественно худые ноги, ибо над ними и нависала мощная грудная клетка. Между прочим, неестественно худыми охарактеризовали ноги еще несколько человек, в том числе И. Глот. Схватив ребенка, Фролова спряталась в дальнюю комнату. Только спустя какое-то время она нашла в себе силы еще раз подойти к окну. Там уже никого не было.

Все свидетели вспоминают, что погода в канун описываемых событий была чрезвычайно жаркой, даже для Саратовской области, где часть районов можно отнести к полупустыне. Дожди и буря назревали исподволь. Я глубоко убеждена, что такой массовый выход потайных зверей, вне всякого сомнения, был связан с необычными погодными проявлениями, не говоря уже о циклах солнечной активности.

…Школьники оказались вблизи совхозной теплицы (совхоз имени Карла Маркса). Услышали какое-то странное бормотание, как будто двойным голосом. Стали всматриваться в ту сторону, откуда исходил звук… и увидели огромное человекообразное, которое обрывало помидоры. Они решили, что это большая обезьяна.

…Колхозная доярка из села Воскресенка В. Березина и воспитатель детского сада Т. Широченко в половине пятого утра отправились на ферму. Идя через поле, они вдруг внезапно увидели три странных фигуры. Особи двигались большими шагами, как бы равняясь строго в затылок друг другу (обращаю внимание читателей на такого рода шествие, так как впереди нас ждет два аналогичных сообщения из Заполярья). Шедший впереди был выше остальных, за ним следовало существо пониже и потолще, а замыкал шествие кто-то совсем небольшой, передвигавшийся почти на четвереньках, с помощью рук. По-видимому, это была семья.

А вскоре произошло уж совсем невероятное… Четверо молодых энергичных харьковчан создали бригаду сторожей и нанялись в то знаменательное лето 1989 года караулить большой яблоневый сад в плодосовхозе «Прогресс», что в Саратовской же области. Один из них занимался боксом, в тот период не выступал, так как был дисквалифицирован. Они принялись за дело чрезвычайно активно, охрану несли, передвигаясь вдоль порученной зоны на машине. И надо сказать, изрядно поднадоели блюстителям правопорядка. В самом деле, нельзя же было из-за ведра яблок ограничивать свободу людей — ведь для этого у милиции просто не было достаточно помещений. А отведено туда уже было немало любителей дармовых плодов. Очередного нарушителя сторожа заметили по колеблющейся кроне дерева. Боксер бросился напрямик, да так скоро, что споткнулся и, с трудом удержавшись на ногах, едва не угодил прямо под ноги спокойно стоящего воришки.

Здесь надо сказать о том, чего не знают корреспонденты, писавшие об этой истории. Еще в 50-е годы Б. Ф. Поршнев, готовя к публикации монографию о «снежном человеке», обратил внимание будущих исследователей на некое тяготение искомого объекта… именно к яблоневым садам и именно в августе. Ради этих прекрасных поспевающих плодов, как и ради кукурузы молочно-восковой спелости, многие гиганты и разные «недомерки»-алмасты спускаются с больших высот, выползают из нор, из ям и прочих убежищ. Все ради того, чтобы успеть полакомиться и заложить необыкновенно полезные элементы, содержащиеся в этих продуктах, в свой организм впрок.

Так вот, взглянув на вора без мешка, он увидел… некое существо с человеческой фигурой, сплошь заросшее шерстью, почти одинакового с ним роста. Лицо безобразнейшее. К тому же открыт рот, полный желтых зубов. Существо, как бы желая поддержать только что споткнувшегося, спокойно положило сторожу руки на плечи. Тот же, признающий только преимущества бицепсов, боковым ударом в корпус попытался уложить «соперника» на землю, но ощутил некую группу крепчайших мышц и такую мощь, что не тут-то было. Так они и стояли несколько секунд. Вот тут-то бы боксеру и утихомириться, в чем-то усомниться, а может быть, и устыдиться. Ведь перед ним хотя и был зверь, но который никаких враждебных действий не предпринимал. Тем временем подоспели другие ловцы нарушителей, и события приняли традиционный для землян оборот. Один закинул палку существу за голову, оттянул его руки назад, как заправский омоновец, другой ласточкой бросился под ноги, желая повалить незнакомца. Удар в висок решил все. Удалось повалить, связать веревкой руки. Затем его засунули в багажник «Жигулей». Он слабо сопротивлялся и все время издавал странные утробные звуки. Но крышка была захлопнута.

Участкового милиционера на месте не оказалось. В райотделе отказались принимать чудо до утра. Во фруктовый холодильник не пустила заведующая, обозвав объект обезьяной. Время от времени к машине подходили любопытные, пытаясь заглянуть в багажник. Пришлось ловцам возвращаться восвояси.

Плененный вел себя неспокойно, от его усилий машина сильно раскачивалась. Решили держать его в таком положении до утра. Один из сторожей подошел к машине, чтобы, перезахлопнув крышку багажника, запереть его как следует. Нажал на кнопку. Несчастное животное с силой отбросило двери своей тюрьмы, ибо руки его уже оказались развязанными, и, сделав резкое движение, выпрыгнуло на волю. Распрямилось. Встало во весь рост и быстро побежало по направлению к саду. Постояло там и, не дожидаясь последующего развития событий, скрылось среди деревьев.

Конечно, можно себе представить, как в дальнейшем могут развиваться отношения именно данной особи с человеком? Даже если это не самый умный от природы экземпляр.

Какой же была реакция других представителей отряда человека на происшедшее? Прежде всего кое-кто решил обратиться к военным, чтобы поднять вертолеты и прочесать район с воздуха. Старые охотники рекомендовали дождаться снега. Дескать, там уж по следам ничего не стоит засечь зверя. На ровных заснеженных полях Энгельсского района далеко видно.

Наиболее трезвую позицию занял редактор районной газеты «Заветы Ильича» Г. Шаповалов. Он понимал, что вопросом должны заняться представители науки. Пытался заинтересовать и центральную прессу, и собственно ученых. Но не тут-то было. К этому времени уж слишком оказались свернутыми работы по данной теме.

Егерь Николай Кузнецов, которому были хорошо известны все места, где видели гоминоида либо откуда поступали сигналы, по-деловому составил маршрут передвижения животного. То есть он был готов помочь любому серьезному исследователю, каковых, однако, в нужное время не оказалось. Из числа саратовских ученых в конце концов собралась исследовательская группа, выехавшая на место (честь им и хвала за поступок!), но было поздно.

Теперь немного о предыстории вопроса в Саратовской области. Там сведений о гоминоиде никто и никогда не собирал. Когда в 60-е годы возник вопрос в связи с событиями в соседней Тамбовской области, я побывала в двух тамошних лесничествах и пришла тогда к выводу, что здесь разговор шел все же о медведях, действительно чрезмерно распространившихся в нескольких районах. Причем они имели достаточно оригинальную привычку встречать человека, стоя на задних лапах и почему-то несколько искривляя рыло так, что создавалось впечатление, будто зверь плюет в сторону человека. В литературе нигде я не читала ни о чем подобном. И, порасспрашивав людей на месте, я так и не смогла выяснить, что скрывалось за необычным поведением зверя.

Мне удалось получить сведения о Саратовской области (о событиях 30-х годов) от ныне здравствующего жителя Подмосковья.

М. С. Лурье: «В феврале 1930 года, будучи студентом (родился в Москве и там же проживал), вместе с двумя шоферами-профессионалами по мобилизации я был направлен в коммуну „Пламя революции“, что в 60 верстах от города Чапаевска Саратовской области. Считалось, что раз имеешь водительские права, то и трактором сможешь управлять. Так, впрочем, оно и оказалось. В определенном месте нас ждали в городе на заезжем подворье. Добрались мы туда часам к двадцати трем. Дежурный по подворью, куда съезжались обозы со всей округи, подтвердил, что нас ждут из этого „Пламени“. Наш обоз состоял из трех розвальней. Одни были с грузом, а двое других пустые — для нас. Были припасены и тулупы. Двое возчиков имели винтовки.

Стоял очень сильный мороз. Тем не менее ночью ожидалось резкое потепление, при котором якобы буквально за считанные часы дороги могли стать непроезжими. Поэтому следовало — елико возможно — отправляться скорее в путь. В первом часу ночи вместе с присоединившимся к нам сотрудником ГПУ обоз двинулся в путь. Впереди шли розвальни с грузом, на вторых ехали упомянутые шоферы, а на последних — я с этим сотрудником.

Местность была открытая, сильно пересеченная. Сани то ползли в гору, то скатывались вниз. Стояло полнолуние, было совершенно безоблачно, но сильно ветрено. Снег подчас сверкал ослепительно. Затем стали попадаться довольно плотные купы деревьев, а вскоре и значительные массивы леса. Дорога ни разу не шла через лес, а все по краю. На одном участке лошади стали беспокоиться, и на вопрос о причине возница ответил, что «здесь волки шалят», а посему они имеют при себе винтовки. Дальше, однако, лошади понесли. Дорога шла как раз по обрезу совершенно непросматривавшегося лесного массива.

На повороте передние розвальни (с грузом) перевернулись. Лошадь захрапела и забилась. Стали и остальные подводы. Сложилась следующая ситуация. Шоферы со вторых розвальней пошли вперед помогать первому возчику. Второй и третий возчики остались при лошадях, держа их под уздцы. Мы с сотрудником сошли с наших розвальней и начали разминаться, так как ноги совершенно закоченели. Мы находились друг против друга. Я лицом вперед по ходу движения, а он лицом ко мне. Мороз стоял звенящий, и мы молча притоптывали, чтобы как-то вернуть ногам жизнь.

Внезапно мною овладел цепенящий ужас. Глянув на моего спутника, я увидел его искаженное лицо, смотрящее куда-то мимо меня вдаль за мою спину. Ноги мои стали вовсе ватными. Я оцепенел, и сил повернуться самому или хотя бы повернуть назад голову у меня не оказалось. Но все-таки, видимо, на какой-то минимальный угол голова моя все же повернулась, и боковым зрением шагах в 12—15 я увидел существо: двуногое, баскетбольного, как теперь говорят, роста. С широко расставленными ногами, руками, доходящими до колен. Широченными — наверное, в два человеческих размера — плечами. Без шеи. Голова массивная, сужающаяся кверху. Обросшее шерстью. Это все бьыо хорошо видно, так как оно освещалось луной, причем, как выражаются фотографы, в контражуре. Черт лица (или морды) я не разглядел, лишь увидел злобные, горящие красным огнем два широко расставленных глаза. На все это видение ушли какие-то доли секунды. Стоявший лицом ко мне сотрудник ГПУ выхватил из-за пазухи наган и несколько раз навскидку выстрелил в направлении существа.

Попал он в двунога или нет, я не знаю. Опять-таки боковым зрением я увидел бегущее к лесу существо. Ссутуленное, оно быстро двигалось, не сгибая колен, взмахивая руками синхронно движениям ног: правая нога — правая рука, левая нога — левая рука. Затем оно скрылось в лесу. Один из возчиков стрелял ему вслед из винтовки.

Когда все несколько успокоились, возчики сказали, что это был «большак» и что здесь он не живет, а приходит сюда зимой. Но не каждый год. (Разве это не ответ на все наши вопросы? Случай и полученные Лурье нетривиальные сведения в ответ на его любознательность, по-моему, уникальны. Я очень высоко оцениваю их. Что «он» приходит не каждый год, свидетельствует о том, что миграция, возможно, происходит не так, как у птиц: зимой — на юг, летом — на север или наоборот. Речь идет о более сложном блуждании. — М. Б.). Задирает скотину. Но на их памяти нет случаев, чтобы трогал людей».

А дальше характеристика эмоционального настроя очевидца: «В памяти со всей ясностью всплыло происшествие, под впечатлением которого я находился вплоть до Отечественной войны». Можно себе представить, какой силы было впечатление.

Значит, не только случаи бывали в Саратовской области, но есть и конкретные знания, за которыми надо протянуть руку. Почему же проживающий и работающий в Саратове уважаемый мною гоминолог С. Маслов ездит за сведениями на Памир? Почему за морем телушка — полушка? Тысячи вопросов возникают по адресу молчащих местных жителей.

Уходят последние знатоки своего края. Как успеть во все концы страны? Чем больше сосредоточиваешься на какой-то конкретной местности, тем больше теряешь в кругозоре. Я не ловлю реликтового гоминоида, я собираю о нем сведения и хочу при случае наблюдать за ним со стороны. Мне не нужно открытие. Его сделал, не выходя из своего кабинета, еще совсем не оцененный гениальный ученый Борис Федорович Поршнев. А в дальнейшем он и поездил за свою жизнь предостаточно.

И просто трудно поверить, что все сведения, приводимые здесь по России, выявлены уже без него. Не хочется вспоминать, что его преждевременная гибель была вызвана именно попыткой бороться за идею реальности и современности троглодита.

Густо ложатся точки на карту России, когда пытаешься понять, каков же ареал животного.

Вот А. Алгебраистов предельно осторожно сообщает о своей бабушке Агнии Ивановне Колчевой, тогда, примерно в 1908 году, гимназистке, уроженице села (ныне города) Сасова Рязанской губернии. Как-то она вместе с подругой и, естественно, возчиком возвращалась из Рязани домой на зимние каникулы. «Дорога шла понизу, кажется, вдоль замерзшей реки или даже по ней, а „черт“ — огромное двуногое темное лохматое существо, шел поверху, по кромке обрыва вдоль лесной опушки. Разумеется, девчата перепугались и заставили возчика прибавить ходу. Куда делся потом „черт“, она не знает».

Археолог Я.Яковлев из Томска (сибирская Россия) вполне осознает серьезность нашей проблемы. Он надеется, что рассказанная им история (она приводится ниже) ни в коем случае не будет воспринята как шутка. «Дело было примерно в 1946 году в деревне Анисимовке, бывшей Замараевке Томской области. Она вытянута в линию по краю надпойменной террасы, у основания которой раскинулась кустарниковая пойма. Рядом с деревней — поля, к которым вплотную примыкает лес. То есть к любому дому можно подойти как со стороны леса, так и поймы, минуя другие усадьбы. В доме в это время находилось четверо детей, в том числе моя мать Катя, тогда ей было лет десять—двенадцать. Почти все взрослые жители деревни были на покосе. Во второй половине дня, около четырнадцати часов, разыгралась (обратите внимание! — М. Б.) очень сильная гроза. Девочки уловили закономерность между блеском молнии и последующим раскатом грома, и их это очень развеселило. Крики: „Сейчас будет гром, сейчас!“ — хохот, возня (тоже немаловажно, ибо не страх, а активность, трезвость. — М. Б.). Все находились в возбужденном состоянии, когда им послышался какой-то шум у окна, выходящего на противоположную от берега сторону. Взглянув, все увидели странное человекообразное существо. В окно была видна лишь верхняя его часть, и поэтому рост они не смогли определить, к тому же они не знали, стояло существо на земле или на завалинке, Оно размахивало руками вверх-вниз и издавало звук, средний между „а-а-а“ и хохотом. Девочек поразило отсутствие вздохов, звук был продолжительным, без перерывов. Видимая в окне часть существа была покрыта густыми волосами, черными, но как бы с проседью. Особенно заметны были волосы на боках и на руках при взмахах, здесь они достигали длины около десяти сантиметров. Очевидицы были настолько напуганы, что бросились прятаться кто в угол под икону, кто под кровать, кто на печь. В суматохе, шуме грозы и испуге не заметили, как звук прекратился. Сидели так, пока взрослые не вернулись с покоса, тогда им все и рассказали. Искали под окном следы, но после сильного ливня, разумеется, ничего не обнаружили. Странное существо видели мельком из окна и старики-соседи, дом которых стоял примерно в ста метрах». Последнее уже никак нельзя отнести к коллективной галлюцинации. Условия наблюдения для всех были не одинаковы.

Многие скептически относятся к повествованиям, с которыми они знакомятся не непосредственно от самого очевидца, а в записи или из воспоминаний родственников и друзей. По-моему, это безосновательно.

Ну что поделаешь, очевидцы так очевидцы.

Сергей Максимчук. Москвич. В 1973 году с родителями, сам он был тогда пятилетним, приехал на лето в брошенную жителями (четыре обитаемых дома) деревню Хотянцево, что в Тульской области. Как-то (уже отцвела черемуха) пошел к озеру умыться. Услышал сильный шум листвы одного из близко стоявших деревьев. Оглянулся и увидел… как бы обезьяну. Существо мохнатое и очень большое сидело высоко на дереве на корточках, как сидит человек, но никогда — медведь. Оно сотрясало руками толстую ветвь, как бы пытаясь что-то сбросить с нее. Деревья были там с узкими листьями («я и сейчас не могу назвать породу»).

Когда мальчик оглянулся, оно стало как бы вольно падать с ветки, как предмет, не спуская с Сергея глаз. Все происходило в доли секунды. Не дожидаясь его приземления, мальчик бросился домой. Прибежал настолько перепуганным, что три дня старался не выходить из дому. Он сам определяет свое состояние как продолжительный ужас. И все же наступил момент, когда он вышел с родителями, чтобы обследовать то место. Они обнаружили, что многие большие ветки у нескольких рядом стоящих деревьев сломаны. Ветви были настолько толстыми, что отец удивился. Он счел, что человеку без топора обломить их было бы трудно.

Бабушка, как и большинство людей на белом свете, утешала Сергея, говорила, что напрасно он так долго помнит происшедшее, пора забыть, ведь все это ему только показалось. Но он так и не смог забыть. Совсем недавно, оказавшись в тех же местах, попросил товарища ростом 180 сантиметров, где-то приближающегося по габаритам к тому существу, усесться на корточках на похожем по толщине стволе и примерно на такой же высоте, как он видел в детстве. Парень в таком виде показался ему маленьким по сравнению с виденным. Может быть, оттого, что сам он вырос?

«Детские воспоминания не в счет!» — скажет строгий ревнитель неведомо чего. Как же там со взрослыми?

И. С. Староверов из Вологды сообщил: «Случай свел меня с „лешим“, как я тогда его называл, в 1966 году. Произошло это километрах в пятидесяти к северу от Вологды. Я в это время был студентом последнего курса института, гостил у матери во время каникул. Стоял конец августа. Почти каждый день ходил в лес за грибами.

В тот день пошел после обеда, прихватив с собой ружье, надеясь, что попадутся рябчики. Лес был не более чем в двух километрах от нашего городка. Обойдя хорошо знакомые места, направлялся домой. Надвигалась гроза. Решил переждать ее в лесу. Зачехлил ружье и повесил на сучок елки. Сам же расположился в мелколесье метрах в десяти—пятнадцати.

Поднялся шквалистый ветер, деревья гнулись. Разразилась гроза. Внезапно меня охватил ужас: я почувствовал на себе чей-то взгляд. Бросился к ружью, расчехлил, зарядил оба ствола дробью. Прошел какое-то расстояние и вышел к обочине лесной дороги. Все время осматривался. Остановился на месте, где во все стороны можно было окинуть взглядом местность метров на двадцать—тридцать.

При очередном шквале ветра обратил внимание на березку метра три высотой, которая росла перед большой елью. От меня метрах в двадцати с лишним. При одном из порывов ветра она наклонилась так, что я увидел за ней странное существо, от которого уже далее не мог оторвать глаз.

Первое, что мне пришло в голову: леший! Хотя в него я, конечно, не верил и никогда о нем не думал. Существо стояло под елкой в метре от ствола. Правым боком ко мне. Хорошо была видна рука, вытянутая вдоль туловища, и плечо. Голова была заслонена ветвями ели, ноги скрыты травой и кустарником. Рост существа до двух метров.

Из толщи ветвей меня буравил его взгляд. Он как бы «предлагал» мне покинуть «его» территорию. Было видно, как ветер трепал на нем шерсть, цвет ее был серо-бурый.

Взяв ружье в правую руку, я двинулся по дороге. Она подводила меня все ближе и ближе к существу— всего 8—10 метров разделяли нао. До этого места и еще немного я старался не смотреть на него прямо, лишь фиксировал его фигуру боковым зрением, направив ствол ружья в сторону елки. По мере же удаления от него поворачивался в его сторону, а под конец шел задом. Существо не пыталось выйти из-под елки. Как только дорога пошла сквозь густой лес, я побежал. Перешел реку и только после этого оглянулся, нет ли погони. Никто меня не преследовал. Метрах в трехстах на покосах нашел стог и переждал в нем грозу. Уснул и спал часа полтора. До этого (1990) года я никому о происшествии не рассказывал. А недавно услышал, что километрах в двадцати—двадцати пяти от того места, где я видел «лешего», старушка встретила «лохматого человека». Это случилось у реки С. в настоящей глухомани.

Уверен, что в нашей области места для обитания этого скрытного существа благоприятны, людей здесь практически совсем нет. А зимовать он может в моренах, которых много».

Прекрасное и обстоятельное наблюдение. К тому же дана характеристика общения: буравящий взгляд с предложением уйти. Описаны преимущества местности. Конечно, такое сообщение удовлетворит большинство интересующихся нашей проблемой людей.

Вообще по Вологодчине много сообщений. Вероятно, потому, что опустела она. Хотя мы встречаемся и со случаями, когда наш зверь объявляется и в густонаселенных местах. Имеются сведения из Иркутской, Новосибирской, Воронежской, Рязанской, Калужской и других областей. Даже из Московской. Не говоря уже о Смоленской и Костромской.

Есть в Российской Федерации и такой совершенно особый край, как Межозерье. Там можно встретить не только яг-морта, то есть лешего, но и еще более диковинных человекоподобных. Это земли между Ладожским, Онежским и Белым озерами, а также окрест их, куда попадают и часть Ленинградской области, и Новгородской, и Вологодская, а также Карелия. Они перенасыщены сведениями о том, кто нас интересует. Сведения, с одной стороны, похожие и на другие, а с другой — есть в них собственный необычный колорит. Это ягодные места. Вот что было напечатано в Княж-погостинской районной газете: «…Есть на территории приписного охотхозяйства одно болото. Ачимские охотники — те, кто постарше, — по старой памяти зовут его „сто четырнадцатым“. Стоял когда-то в 50-х годах вблизи этого болота поселок лесозаготовителей с таким цифровым наименованием. А в народе болото, если не ошибаюсь, зовется „Ачим вож шором“.

Вот на этом-то болоте и собирал мужчина прошлой осенью клюкву. Оторвавшись на время от сбора ягод, он увидел, как по краю болота, пересекая его с севера на юг, двигается какое-то существо. Не было оно похоже ни на медведя (шло на двух ногах), ни на человека — высокий, сутулый, весь покрытый темно-серой шерстью. Существо довольно быстро перешло болото.

Оправившись от потрясения, человек через некоторое время подошел к тому месту, где прошагало то неизвестное существо, и увидел крупные отпечатки следов на мху, длиной почти в два размера сапога и шириной (имеется в виду длина шага. — М. Б.) шага в полтора метра. Благодаря гигантским размерам стопы существо по болоту двигалось довольно легко и отпечатки следов оставляло неглубокие.

Свидетель свой рассказ в охотобществе дополнил картой-схемой, которую он тут же начертил. Нарисовал он и отпечатки следов. Сзади каждого следа была черточка. На вопрос, что эта черточка означает, посетитель ответил, что это, возможно, отпечаток когтя. Коготь на пятке? Вряд ли такое может быть. Скорее всего, на мой взгляд (пишет корреспондент. — М. Б.), это какой-то нарост в виде шпоры.

Каково же было мое собственное удивление, когда совсем на днях мне позвонил товарищ из Общества по изучению тайн и загадок Земли и спросил по поводу только что обнаруженных следов в Тульской области: «А что может быть у реликта на пятке?».

Я перечислила наросты-шпоры, мозоли… Но оказалось, что товарищ имеет в виду… когти. Следы выявлены на большом протяжении, очень четкие. Так что ошибки быть не может. Но кому же они принадлежат?

Точно так же в связи с рядом публикаций о случае в Ленинградской области — о находке дерева, помеченного чем-то острым, что почему-то хотят приписать непременно «снежному человеку», — посыпались вопросы с целью обосновать «единственно верное» предположение — работа медведя. До сих пор за «снежным» замечали: почесывание спины о ствол дерева, захват руками длинных веток на высоте плеча и попытка обойти дерево с веткой в руке, как бы пытаясь «обкрутить» ствол. Есть такие данные и по Америке. Посмотрим же описание медвежьей метки в книге Н. Н. Руковского «По следам лесных зверей». Здесь четко говорится об этом умении медведя: «При мечении дерева медведь… поднявшись на задние лапы, трется о ствол сначала грудью, затем спиной, холкой, затылком и даже лбом. Последнее он совершает, стоя спиной к дереву и запрокинув голову, причем одной из передних лап в этот момент он охватывает ствол выше головы, и здесь на коре остаются хорошо заметные следы когтей. На стволе дерева особенно хорошо заметны три зоны потертости: нижняя — от крупа зверя, средняя — от холки и верхняя, обычно на высоте 180—200 сантиметров, — от головы… Кроме того, на маркируемых деревьях животное делает закусы, отрывая от ствола клыками щепу и большие лоскута коры. При этом зверь стоит на задних лапах, а потому закусы располагаются в среднем на высоте 190 сантиметров (наиболее высокий закус, отмеченный мною, был на высоте 225 сантиметров)».

По-моему, не стоило медвежий закус включать в коллекцию доказательств существования «снежного человека». Даже если он и сделан на рекордной высоте — 2,5 метра.

Еще хотелось бы отметить, что медведь именно в верхнюю, насколько это достижимо, часть ствола вонзает нижний и верхний клыки одной стороны головы. Эти закусы очень глубоки. Не надо иметь руки с сильными пальцами и острыми ногтями — они все же не могут соперничать с медвежьими клыками.

В архиве петрозаводца Г. В. Сорокина хранится много невостребованных свидетельств о встречах в районе Межозерья с лешеподобным. Так, двое молодых путешественников, будучи на «том» берегу Онежского озера (со стороны Вологодчины), повстречались с настоящим волосатым великаном. Здесь тот случай, когда очевидец уверяет, что гигант был выше деревьев, но не всегда может точно указать их высоту. Как ни странно, именно такими описывают встреченных в Западной Сибири существ. Подобное же существо фигурирует в письме туриста из Сексрной Осетии в адрес семинара по изучению реликтового гоминоида.

Спустимся по карте к югу, к Памиру. До I960 года здесь были собраны подробные и прекрасные сообщения о разных яванах и абанах, вошедшие в монографию Б. Ф. Поршнева. Хотя сам он пришел к выводу, что применительно именно к этим местам следует рассматривать вопрос о животном так, «как мы рассматривали бы его, если бы допустили, что эти существа здесь уже вымерли, хотя, может быть, и совсем недавно». Хотя известно, что в 1913 году русским Памирским отрядом была устроена даже облава на дикого человека, окончившаяся, по непроверенным данным, его убийством. Но в связи с начавшейся Первой мировой войной об этом не было никаких сообщений в печати. И дальнейшего развития «исследования» не получили.

Довольно широко известны прекрасные свидетельства М. Топильского, относящиеся к осени 1925 года и времени преследования одного из местных враждебных советской власти вооруженных формирований. Тогда в результате обвала было выявлено таинственное существо. Раненый узбек после пленения рассказал, что укрывшаяся в пещере группа решила там передохнуть и наметить путь дальнейшего следования. Внезапно из какой-то расщелины к ним ворвались непонятные волосатые человекоподобные с пайками в руках, издававшие нечленораздельные крики. Один из людей был убит, другой получил сильный удар и, преследуемый чудовищем, выбежал из пещеры. Оно тут же было застрелено. Вот данный-то экземпляр и был подробно рассмотрен М. Топильским. Он пишет: «На первый взгляд мне показалось, что передо мной труп обезьяны: он был покрыт шерстью, однако я знал, что на Памире нет обезьян. Да и труп оказался вполне похожим на человека. Мы пробовали дергать за шерсть, чтобы выяснить, не натянута ли на человека шкура для маскировки, но убедились, что это его подлинная естественная шерсть. Мы неоднократно переворачивали труп на живот и на спину, измеряли. Тщательный и длительный осмотр трупа нашим лекпомом (погибшим позже в том же году) исключает допущение, что это был человек». Тут все вспомнили о предупреждениях местных жителей, что отряд вступает на территорию, где обитают подобные человекозвери. Об этом были предупреждены и члены военизированного формирования (по словам раненого узбека).

Существо оказалось ростом 160—170 сантиметров. Серовато-бурая, довольно густая шерсть в некоторых местах выглядела поседевшей. Не имели волосы только лицо да ладони и ступни. Причем кожа на последних была грубой и мозолистой. Важны хотя и приблизительные, но очень редкие сведения об ушах, которые очевидцу показались несколько более заостренными наверху, чем у человека, и с более длинными мочками. Не менее важно, что половые органы оказались пропорциональными туловищу, по представлениям людей. Это хороший ответ тем, кто пытается усмотреть в фигурах, изображенных на наскальных-рисунках, нашего героя именно по признаку чрезмерной величины этих органов. Скорее всего, такие элементы рисунка следует рассматривать как символ плодовитости, плодородия. И еще — руки у существа были нормальной, относительно человеческого строения, длины. Думаю, когда, характеризуя встреченное существо, ему приписывают несоразмерной длины руки, это связано с его сутулостью, а также вызвано видом согнутой фигуры при подъеме на гору.

Первые отечественные восхождения и экспедиции на Памир, большей частью связанные с именем Н. В. Крыленко, также принесли немало сведений и о следах, и о человекоподобных двуногих, передвигавшихся по снежным просторам без какого-либо снаряжения в противоположном восходителям направлении. Поступали данные и от сотрудников радиометеорологической обсерватории на леднике Федченко, причем не только о следах, но и о преследовании такого зверя.

Геолог В. Здорик в 1934 году натолкнулся на спящего дэва (между хребтами Дарвазским и Петра Первого). Важно сведение о позе спящего, оно совпадает с монгольским случаем, а также с описанным Хахловым на Тянь-Шане. Такое не придумаешь.

Б. Ф. Поршнев считал, что в ряду первых исследователей реликта должно стоять имя геолога С. И. Клунникова. Его информаторами были бадахшанцы и таджики. Но геолог рано погиб.

Нельзя не упомянуть гидролога А. Г. Пронина. В августе 1957 года в районе оконечности ледника Федченко он наблюдал зверя в полукилометре от себя.

С Памиром же связана и печально известная работа комплексной экспедиции 1958 года, которая помогла «закрыть» вопрос об организованном и планомерном поиске контакта с животным. Поступали конкретные сведения и из района Сарезского озера в Горном Бадахшане, куда неудачно и была направлена экспедиция. Поговаривали, что до революции (наше оригинальное мерило) тут встречали войта, а «сейчас его там нет».

Туркмены, таджики, киргизы, узбеки видели гульби-явана, гуля, одами-явои, маймуна вплоть до 40-х годов нашего века. Хотя даже в 1960 году В. А. Ходунов и И. М. Садуллаева в Янгоклик-даре (Ореховом ущелье), на левой стороне Каратагской долины слышали невдалеке странные звуки, напоминающие и слабое блеянье козленка, и плач ребенка одновременно. Местный житель объяснил, что это был плач детеныша маймуна, о котором он не раз слышал от жителей кишлака Хакими, в частности, от чабанов. Сам он видел яму — жилище маймуна — в том же ущелье, где и два путника слышали доносившийся оттуда плач ребенка.

С 1975 года кишлак Хакими, озеро Парьен, Варзобское ущелье на Памире стали местами массового паломничества людей, охваченных желанием увидеть, а при удачном стечении обстоятельств и поймать гоминоида. Если бы мы не узнали из публикаций Поршнева, нам никогда бы не докопаться до того, кто первый приходил в данные места все с той же целью в прежние времена. Ибо исследователи не имеют даже привычки начинать свои статьи с предыстории вопроса. Они пишут примерно так: вот, мол, я поехал в Гималаи и нашел след. Нет уж, пусть будут в научных и популярных работах повторы, но назови имя того монаха, который первым понял, что в рассказах о животном просматривается что-то реальное.

А в узком смысле представления о первичности предлагаю вариант, бескорыстный энтузиаст, регулярный посетитель московского семинара по изучению реликта Гелиона Сифорова в 70-е годы рассказала руководителю туристской группы, рабочему одного из киевских заводов И. Ф. Тацлу, о нашей интересной проблеме. Мало того, она показала ему отпечаток следа, найденный ею в горах.

Работающим с тех пор на Памире людям свойственны заинтересованность, стремление вжиться в природу. Удивляет только то, что от них поступают свидетельские показания несколько смазанного характера. Нет четких реалистичных рассказов. Все на уровне кажущегося, не совсем ясного. То что-то промелькнуло в темноте, то прикоснулось к щеке. Конечно, такое часто вызывает негативную реакцию. Не потому, что исходная позиция неверна, а потому, что наш герой здесь полностью принял функцию бесплотного духа. Согласитесь, что это уже крайность. Мне, например, ведомы нетрадиционные свойства нашего животного. И становится дискомфортно от некоторых сведений с Памира.

Настойчивость, практические навыки организации поисковых групп, миролюбивый настрой, присущие И. Ф. Тацлу, заслуживают только положительной оценки. Но надо учитывать, что человек не должен ориентироваться только на экстрасенсорное восприятие мира. Тем он и прекрасен, что у него есть еще и глаза, и уши, и нос, и руки. Следовательно, нельзя отказывать ему в простых, но проверенных жизнью и вовсе не утраченных формах наблюдений. А то что же получается: наблюдение уже ведется в зашнурованной палатке, наглухо застегнутом на молнию спальном мешке, в шерстяной шапочке, плотно прикрывающей уши. Следует раскрепоститься. Не давать единственной идее превалировать над всеми другими. Многим людям желательно получить свежие данные с Памира, вписывающиеся в общечеловеческие концепции.

Теперь Тянь-Шань. По просьбе Б. Ф. Поршнева я некоторое время была связана с очевидцем Олегом Александровичем Лушниковым. Инженер-экономист, преподаватель вуза, турист с многолетним стажем, он умер через несколько месяцев (от тяжелого заболевания) после встречи с животным. Я не вижу взаимосвязи этих событий, но не могу и не обратить на них внимания. Друзья Лушникова, потрясенные преждевременной смертью, назвали его именем перевал на Памире.

Вот запись рассказа Олега Александровича. «Сообщаю вам подробности своей встречи со „снежным человеком“ летом минувшего года на Северном Тянь-Шане. 24 июля 1968 года вечером при закате солнца наша учебно-туристическая группа остановилась на ночлег на южном склоне хребта Кунгей-Алатау в ущелье реки Джеле-Карагай на высоте около трех с половиной тысяч метров. Ориентировочные координаты места: 77 градусов 30 минут восточной долготы и 42 градуса 50 минут северной широты (по крупномасштабной карте). От места встречи до ближайшего населенного пункта примерно два дня пути пешком по пересеченной местности, хотя пастухов можно встретить ближе. Растительность — только низкорослая трава.

Около 9 вечера я один спустился от нашего бивуака (он расположен был на холме) вниз к речке. В ущелье было почти темно, и лишь на севере небо было светлее. Присев на корточки к воде, я напился и, повернув голову в сторону хребта, увидел в треугольнике ущелья на фоне светлого неба двигавшуюся на меня конусообразную фигуру.

В первый момент, пока я был на корточках и в темноте, существо не замечало моего присутствия. До него было метров сто, а может быть, и меньше. Ростом оно превышало два метра (в этом я не сомневаюсь). Длинные руки болтались и были чуть согнуты в локтях, а кисти при несколько наклоненном вперед корпусе доходили до колен (поэтому я сразу отбросил мысль, что это медведь). Так прошло несколько секунд — существо приближалось. Нервы мои не выдержали — встретиться один на один с незнакомым существом не захотелось, а сразу добежать до своих товарищей я не мог (надо было преодолеть только вверх 50 метров в темноте, по крупным камням). Я поднялся.

Существо меня сразу же заметило, остановилось, повернулось правым боком и исчезло в темноте противоположного склона. Я бросился к своим и сразу же позади себя услышал довольно резкий свистящий звук, который слышали многие из нашей группы. Утром на камнях никаких следов мы не обнаружили.

Вот и вся информация, которая большого интереса для науки не представляет из-за отсутствия каких-нибудь вещественных доказательств.

Одна моя знакомая, которой я рассказал об этой встрече, сообщила мне, что ее сослуживец этим же летом в районе города Пржевальска видел в 50 метрах от себя точно такое существо и успел сфотографировать его.

Я попытался отыскать этого фотографа и нашел. Но рассказать об этой истории он отказался, так как не хотел, чтобы его фамилия значилась в каких-либо публикациях».

Да, с фотографированием у нас дела обстоят так же плохо, как и за рубежом. Где вроде бы и техника лучше, и индивидуальная экипировка путешественников, и оснащение экспедиции. Недавнее сообщение в прессе об успехах в фотографировании гоминоида одним австрийцем не нашло продолжения.

Как всегда, ни фотографа, ни фотографий.

Во всех горных районах Средней Азии, а также на примыкающих к ним территориях о животном знают давно. И первые сведения в письменных источниках доходят до нас с середины прошлого века. Но и сегодня время от времени появляются сообщения о новых встречах. Так, в августе 1988 года сама газета «Правда» напечатала сообщение из Ферганы о том, что в горах Кекирим-тау (Северо-Западный Тянь-Шань) обнаружено новое свидетельство реальности зверя.

Чабан Калетдин Джураев рассказал, что натолкнулся в ущелье на странный лес с закрученными стволами и макушками, закопанными в землю на полметра. Это то, что первоначально привлекло его внимание. А затем он услышал из леса некие загадочные «зловещие» звуки. Вскоре из чащи появилось звероподобное высокое существо, густо поросшее шерстью. Его вид был так грозен, что чабан был вынужден «ретироваться». Группа из нескольких тренированных горных туристов отправилась в те места для проверки сообщения. Конечно, как вы сами понимаете, проверить такое сообщение равносильно разгадке: поди туда, не знаю куда… Странный вид деревьев они объяснили обильными снегопадами и селевыми потоками. Но неприятных ощущений набрались с избытком. Участники похода не сомневались, что причина заключается в воздействии джезтырмака на человека. Самое удивительное, что газета такого официального толка, ничтоже сумняшеся, опубликовала ни чем не подтвержденную информацию. Ведь никаких следов джезтырмака там в это время не было. Судя по отсутствию птиц и зверей, можно было бы только порассуждать о какой-то аномальности данной территории. Но так уж странно мы устроены: без оснований делаем смелые предположения и даже говорим об этом на всю страну, а при истинном контакте со зверем выражаем полный скепсис.

В 1990 году был отмечен большой наплыв сообщений от очевидцев реликта из Казахстана. Так, преподаватель физкультуры из пионерского лагеря «Дубовая роща», находившегося в ущелье Бутаковка близ Алма-Аты, В. Грошев как-то до позднего вечера дежурил на вышке. В половине второго ночи, проходя по территории лагеря, возле теннисной площадки у самого склона горы, поросшей лесом, увидел два светящихся глаза, а затем разглядел темную фигуру человека. Он стоял, опершись о ствол ели. Преподаватель и двуног смотрели друг на друга секунд пять—семь. Затем неизвестный, легко оттолкнувшись от дерева, повернулся и быстрыми шагами пошел в гору. Ощущение от встречи было очень неприятное, и В. Грошев успокоился не сразу. Над теннисной площадкой горел электрический светильник. Утром, замерив высоту фигуры по памятному столбику, В. Грошев получил не менее двух с половиной метров. На траве, мягкой почве хорошо отпечатался след длиной 35 сантиметров. Если мы применим приводившийся выше расчет зависимости длины стопы и роста животного, то (отсчет длины стопы от центра пятки до центра подушечки) грубо получаем рост 240 сантиметров.

Подобных историй в 1990 году рассказывалось много. С волосатым гигантом сталкивались жители поселка Ащибулак. Его видели зоотехник Е. Байтеленов, комбайнер С. Паюсов, а также жители сел Ленине, Кок-терек, Каратал. Осенью, в октябре, его встречали на территории Северного Казахстана, в Уральской области.

А в один из дождливых дней ноября в Казахстанском Приуралье у рабочего совхоза «Каменский» З. Айтасова исчез теленок. Не найдя его возле селения, Айтасов зашел в лесополосу и оторопел: на него, не мигая, смотрело двухметровое существо, покрытое густыми темно-рыжими волосами. Встреча длилась секунд десять. Затем косматый гигант, издав громкий невнятный звук, скрылся в зарослях. Наверное, быстрее его прибежал домой Айтасов, позабыв о теленке. Он заявил, что раньше сам никогда не верил подобным сообщениям, потому что подобное невозможно себе представить. «Но странное существо до сих пор отчетливо стоит перед глазами. И если раньше я, как и другие, только посмеивался над рассказами знакомых, видевших якобы „снежного человека“, то теперь, когда довелось самому столкнуться с ним лоб в лоб, мне не до шуток».

Еще более поразительное сообщение промелькнуло в центральной прессе 26 октября 1991 года. Информация из двух абзацев имела довольно странный заголовок: «Снежный человек» из космоса?» Если имеется в виду тривиальная мысль, что все живое из космоса, то зачем нужно подчеркивать внеземное происхождение реликта? Если же допустить, что он управляет космическими кораблями или же представляет собой завезенный на нашу планету робот, то поражает все же примитивный уровень космического разума. Как и в случае с перевозкой земных людей на другие планеты, вряд ли имеет смысл перетаскивать на световые расстояния органические вещества, физиологический раствор, а также чисто земные атрибуты: кал, мочу и прочее, когда есть астральные и ментальные планы. А суть сводится к тому, что к юрте чабана совхоза имени Калинина Эмиля Акитаева (Казахстан) пастушьи собаки принесли… череп с остатками хрящевых перепонок. Что привлекло внимание прибывшего ветврача? Череп не имеет якобы аналогов в животном мире.

Развиты височные кости, велик объем черепной коробки (каков?), удлиненная носовая часть (в нашем случае этого не должно быть), миндалевидные прорези глазниц (нашему герою лишь иногда приписывают круглоглазость). По мнению врачей районной больницы, куда попала находка, череп принадлежит достаточно развитому существу. И все-таки это не человеческий череп. Оказывается, плато Сусамыр, а именно там случилось описываемое происшествие, такое место, где наблюдали и НЛО, и «снежного человека». Такое вот удачное место, объединяющее две сумасшедшие идеи.

Во-первых, надо было бы взять на исследование хрящи, пока они не сгнили. Во-вторых, предоставить череп специалистам. Но ни того ни другого не было сделано. Зато ярлык навешен.

И ведь уже была в этом же году подобная история в Харийском районе Эстонии, когда те же вездесущие собаки притащили с помойки необычную лохматую лапу-ногу, да еще и с хвостом. И уже все газеты перепечатали на этом основании сообщение, что обнаружены останки йети (сколько ни пиши, что это местное название, верное лишь в том месте, где бытует такое слово, и к нашей стране никак не приложимо, — ничто не помогает). Достаточно было найти хвост, чтобы сразу стало ясно, что речь идет о медведе. И не надо было производить криминалистических исследований. Нет, именно хвост убедил журналистов, мусолящих эту тему не один десяток лет, что тут мы имеем дело именно с йети.

Все же следует иногда задуматься. Нельзя же так…

В Киргизии академик тогдашний президент республиканской Академии наук М. М. Адышев показал на карте ряд мест, тяготеющих к Ферганскому хребту (в беседе с корреспондентом «Огонька» в августе 1974 года), и пояснил: «Вот на карте те места, где я слышал от местных жителей не раз, что существуют дикие люди. Там тысячелетия, иначе не скажешь, росли леса, затем падали и снова прорастали дебри, непроходимые лесоповалы. И вот там-то скрываются дикие люди. Местные чабаны знают, откуда они появляются, в каком направлении исчезают, где обитают. И чабаны туда скот не гоняют. Наблюдать и преследовать диких людей им запрещает мусульманская религия. Я не верил, я в то время говорил, что это чепуха. Но теперь я думаю иначе. Чепуха и сказки — разные вещи. В сказках и изустных историях много деталей подлинного, еще неизученного, такого, мимо чего нередко проходят люди образованные, научившиеся всему давать известное объяснение. Человек, с юности занявшийся наукой, в силу естественной тренировки умственных способностей как бы приобретает привычку анализировать встречающиеся явления. Это важная черта. Думаю, что слышанные мною рассказы жителей глубинных районов Киргизии заслуживают не забвения, как не имеющие объяснения, а самого серьезного внимания. И мне известно, что знал о диком человеке ныне покойный ботаник Выходцев. И есть у нас в институте Садыбакас Умурзаков, который тоже знает о существовании так называемых диких людей, людей-козлов и тому подобное».

Корреспондент посетил С. Умурзакова. И тот при встрече сказал, что много таких сведений встречал в литературе. Но само существо не видел.

Горная система под названием Монгольский Алтай не знает государственных границ, и мы таким образом как бы возвращаемся в Монголию, чтобы пройтись по горным хребтам и к Атаю. Вот место, куда устремлены чаяния многих гоминологов. На это место в свое время Р. Равжиру указал профессор Монгольского университета Б. Ринчен. Первой же находке Равжира обрадовался Б. Эйвельманс, ибо она напомнила ему по форме и размерам след, найденный им самим. Годы исследований, а главное — их результаты уже дают возможность Равжиру дать исчерпывающую характеристику данному герою.

— Передвигается «снежный человек», — говорит он, — тщательно соблюдая меры предосторожности: появляется он обычно в вечерние или утренние часы. Предпочитает ходить по ложбинам, прятаться в труднодоступных местах. Любопытная деталь: когда алмас поднимается в гору, расстояние между его шагами составляет в среднем 125 сантиметров. При спуске же шаги становятся немного короче. Эта особенность свидетельствует о его сгорбленности, сутулости. Питается алмас, как я заметил, преимущественно стеблями растений или их корнями, составляющими важнейшие компоненты тибетской и монгольской народной медицины.

Однажды мы охотились у озера Цаган-Нур. Во время засады, устроенной под скалами, кто-то из спутников (нас было тогда восемь человек) неосторожно чиркнул спичкой. И тут же раздался такой пронзительный свист, что наш пес буквально приклеился к земле. От неожиданности мы тоже прижались друг к другу. Через некоторое время, выглянув из укрытия, мы разглядели в бинокль того, кто поверг нас в смятение. Это был алмас. Видимо демонстрируя свое недовольство, он странно подергал руками. И вскоре удалился, сшибая попадавшиеся на пути камни. А через несколько минут мы увидели его уже на другой скале. При первой же попытке приблизиться к нему человекоподобное существо вновь скрылось и больше уже не появлялось. Преследовать его оказалось делом бессмысленным.

Горные области нашего Алтая, Саян, Тувы, Бурятии, Красноярский край, все Прибайкалье и по свидетельствам очевидцев, и по природным условиям дают представление о возможности обитания там реликта. Но мало исследователей добирается до тех мест. Знаю, что именно здесь работает мой друг и единомышленник Александр Баряхтар, а также забайкальская группа из Читы во главе с Г. Донцом, которая почему-то на старте утратила свой пыл, а ведь вначале громко заявила о своем существовании. Самое значительное, на что обратили внимание представители этой группы, — возможность исследовать следы самых разнообразных животных на местах естественных выходов соли. В том числе и нашего героя. Ибо, как оказалось, ему тоже нравится солевая подкормка.

Как отмечает А. Баряхтар, по всем местностям вдоль малых рек севернее и восточнее горы Белухи есть сведения о встречах с подобным животным. Это и рассказы чабанов о внезапном столкновении с ним в 1985 году, и сообщение учащихся ПТУ, будущих механизаторов, относящееся к 1988 году, и рассказы о еще недавно обитавшей в пещере целой семье гоминоидов, и находки собранных там камешков с отверстиями и так далее. Баряхтар ведет карту перемещений существа, его маршрутов.

Из числа опубликованных Б. Ф. Поршневым данных наибольший интерес представляют записи А. Могилева, относящиеся к 30-м годам прошлого века. Речь идет о горах, носящих название Белки. Как передает рассказчик, местные жители устроили облаву на человека-животное. Автор называет его косматым человеком. Будучи пойманным, он весь день плакал и выкрикивал нечленораздельные какие-то подобия криков да так, что его вынуждены были отпустить. После этого такие же крики иногда раздавались около поселка. Ему в стороне от человеческого жилья выкладывали хлеб, мясо. По следам определили, что забирал пищу именно он. Могилев же поведал историю о встрече охотника в пещере с детенышем реликта. Потом, когда пришли взрослые особи, охотнику пришлось отбиваться. Но для всех эта история закончилась относительно благополучно.

Самое же прекрасное сообщение принадлежит охотнице А. Д. Полетаевой. Оно из тех, которые мне приходятся больше по нраву, чем повествования непосредственно о встречах. В 1952 году на гребне Саянского хребта Полетаева натолкнулась на совершенно неведомые ей следы. Вдавленные в снег, почти круглые, они имели длину сантиметров двадцать пять, без отпечатков когтей или ногтей. По расшифровке охотницы они принадлежали двуногому, покрытому волосами существу. Что это не медвежьи отпечатки, ей как специалисту было ясно. Пройдя по следу более километра, она обнаружила, что все это время за ней следили. Вторичные следы шли буквально по ее «тропе». Когда она расспросила тувинцев о незнакомце, те посоветовали ей «в ту сторону» не ходить: «Это наши предки, не ходи, а то тебя унесут».

Сведения из этих краев говорят, что неведомое существо — это большей частью высокий, сутулый «человек», покрытый белой шерстью.

Я получила сообщение о событиях 1990 года с побережья Байкала. Мой корреспондент писал:

«Решил сообщить вам обстоятельства, взволновавшие нас в конце августа 1990 года. С середины месяца лесники поставили палатку в трех километрах от нашего городка, что стоит почти на берегу Байкала, чтобы жить в ней во время сенокоса. В это время косцам часто приходит в голову мысль: начать раньше положенного срока сбор ягод и кедровых орехов. Так вот, буквально с первых дней здесь в сумерках стало появляться человекообразное существо ростом более двух метров (а значит, не переодетый шутник, потому что среди моих земляков таких нет), ходящее только на задних конечностях, все покрытое бурой шерстью, напоминающее по описанию то, о чем я читал в Вашем материале. Появлялось оно все время в одни и те же часы — около десяти вечера. Передвигалось в пределах палатки бесшумно. Две собаки, жившие возле палатки, боялись его и даже не подавали голоса в его присутствии. Пишу Вам 1 сентября, а последний раз оно приходило к палатке 20 августа. На следующий день заслон убрали и сборщики лесных даров повалили в тайгу. , После этого оно здесь исчезло. Наблюдали его уже у железнодорожного полотна. Если Вас оно заинтересует…».

Описание узнаваемое. Железная дорога чем-то привлекательна для реликта. Это замечено не впервые и не только в нашей стране. Одного, как мы уже знаем, поймали именно у железнодорожного полотна в Америке, другой там же старался проскочить перед идущим поездом, после чего со страшным криком, поддерживая здоровой рукой поврежденную, убежал в лес, и так далее.

Конечно, от лесников, занимавшихся в описываемое время сенокосом, можно было бы ожидать хотя бы попыток разобраться со следами, все же профессионализм обязывает. Время появления животного типично для существа, ведущего сумеречно-ночной образ жизни. Поведение собак характерно и для моих личных наблюдений. Есть основания предполагать, что людей взволновало нечто невиданное доселе. Но для меня самое главное здесь — местность, где все происходило.

Теперь мы попытаемся рассмотреть положение дел на Дальнем Востоке, в Приморье, чтобы после этого снова вернуться на север Европы и пройти по самым суровым маршрутам Севера или хотя бы сослаться на северные данные по Северу, и опять приблизиться к Дальнему Востоку. Описание наше вольное, никому не подотчетное. Поэтому и маршруты мы выбираем сами.

Итак, на пограничной заставе имени Героя Советского Союза И. Стрельникова в августе 1990 года была введена повышенная готовность.

Все началось с того, что пограничный наряд заметил ночью двухметровое существо на двух ногах, которое было похоже на описания «снежного человека». Глаза его в темноте светились.

Поисковая группа, оперативно направленная к месту происшествия, обнаружила полуметровые следы, по форме напоминающие человеческие (это заключение пограничников, специалистов по следам). Служебная собака взяла след, который прервался на контрольно-следовой полосе. При этом система сигнализации по совсем неведомым причинам не сработала.

Через некоторое время подобные следы вновь стали появляться в лесных чащобах. А однажды «гостя» заметили на территории самой заставы. Он пытался забраться по лестнице на крышу здания. Поднятая по тревоге группа спугнула пришельца, которому опять удалось уйти.

Если все рассказанное — правда, то сколько здесь пропало мелких и интереснейших деталей! Ситуация проста и похожа на многие другие. Неужели так никогда мы и не узнаем деталей?

Мой соученик, проработавший на одной из биологических станций на Дальнем Востоке не один десяток лет, на мои вопросы о положении дел с нашей проблемой в их краях, всегда отвечал, что сведения смутные и малодоказуемые. Слышал он о похожем герое фольклора у нанайцев под названием калгама. По всем показателям подходит. Но свежих рассказов нет.

Чтобы отвлечься от некоего вынужденного однообразия свидетельств, отправимся на Европейский Север. Начнем с почти художественного повествования на основе книги Центкевичей о Руа-ле Амундсене «Человек, которого позвало море». Она даст нам четкое представление о страхах детства человеческого, то есть о тех страхах, которые по неясной устойчивости как бы передаются из поколения в поколение, заставляя поверить в память предков.

Итак, в середине января 1896 года двое молодых норвежцев, Леон и Руал Амундсены, вышли из дому, намереваясь пересечь Хардангерское плоскогорье. В последний раз их видели в усадьбе Моген на берегу озера Мьеса, откуда, несмотря на предостережения хозяев, они отправились к усадьбе Гарен, находящейся на западной оконечности плоскогорья. Эту пустынную местность, пересеченную горными цепями и ущельями, до сих пор еще никто не пытался преодолеть зимой. Места здесь совершенно безлюдны. Беспокоил тот факт, что, покинув Моген две недели назад, молодые люди все еще не достигли усадьбы Гарен.

Примерно так было изложено происшедшее на первых страницах газеты «Моргенбладет». Целых 22 дня имена лыжников не сходили со страниц газеты. Отправиться в этот рискованный поход Леона уговорил беспокойный Руал. Поход должен был стать первой репетицией настоящей полярной экспедиции.

Разумеется, Руал выбрал самый трудный маршрут — от подножия Хардангерского плоскогорья через высокий, занесенный глубоким снегом перевал Телемарк. После двухнедельного перехода поздним вечером братья постучали в окно одинокого домика. Хозяин долго выспрашивал их через дверь, кто они такие, откуда и зачем идут по этой пустынной местности, а когда наконец решился открыть, лыжники увидели бородатого мужчину с недоверчивым выражением лица, державшего в руках ружье.

— Вы нагнали на меня порядочного страху, — признался он потом. — Я было подумал, что это какие-нибудь бродяги или самоубийцы, потому что, только решив покончить с собой, можно добровольно отправиться в эту пору в наши пустынные места. Зимой здесь еще никогда никто не проходил.

— Именно поэтому мы и идем! — быстро ответил Руал…

— Поступайте, как знаете, но помните, что я вас предупредил.

Ночью разразилась буря. Девять дней непогода штурмовала землю. Хозяин еще и еще раз пытался отговорить молодых людей продолжать путь. И под конец объяснил почему.

— Берегите себя. Люди говорят, что здесь по ночам гуляют злые духи.

— Мы не суеверны, — снисходительно ответил Руал.

Они шли целый день. К вечеру опять стали собираться тяжелые тучи. Им удалось уже во время разыгравшегося бурана обнаружить пастушью хижину. Еще двое суток отсидки. Опять продвижение и снегопад. Потеряны ориентиры. Ночевка в снегу под открытым небом. Прежде чем залезть в спальные мешки, в ногах уложили мешки с продовольствием. Температура стала резко падать.

Ночью Руал проснулся полузамерзший, вылез размять окоченевшие ноги. Ради согрева решил выпить глоток спирта. Долго искал в темноте, шаря вслепую, пока не нащупал воткнутую с вечера рядом с продовольствием лыжную палку. Мешков не было. Напрасно они уже оба разрывали снежные сугробы. И так около трех часов.

«Я и поныне не могу понять, — рассказывал много лет спустя Руал Амундсен, — куда девались мешки с продовольствием. Ведь не злые же духи тому причиной!».

И далее: «Положение наше из неприятного сразу же сделалось опасным. Необходимо было как можно скорее добраться до ближайшего жилья, так как нам угрожал голод и холод. Что было сил мы устремились на запад…».

— Старик был прав, тут, видно, ввязалась какая-то нечистая сила, — твердил Леон.

— Не болтай глупостей! — прикрикнул на него Руал…

«Мы уже четыре дня ничего не ели и почти выбились из сил… Через несколько часов я увидел далеко впереди какого-то человека… Я громко позвал его. Он оглянулся и со всех ног бросился удирать. Не в силах догнать его, я кричал и умолял его остановиться. По-видимому, в моем голосе было столько отчаяния, что он в конце концов медленно, нерешительно повернул в мою сторону и остановился поодаль, видно приняв меня за нечистую силу».

Европейский Север хорошо знаком с нашим героем. Прекрасный для исследований угол, объединяемый побережьем Белого моря, — Кольский полуостров, северо-восток Карелии, Архангельская область, полуостров Канин, края ненцев и коми.

В первых двух названных точках я работаю уже четыре года и выезжала туда шесть раз.

Ловозерские тундры молчат до поры до времени. Но когда приходит некий срок, вдруг раскрывается богатейшая картина мира. Нельзя думать, что все события начинаются лишь сегодня. Это такая же крайность, как и соотнесение удивительного только с легендами того или другого края. Природное очарование этих мест соперничает с мягкостью и прелестью местных голубоглазых и светловолосых аборигенов. Лапландия. Саамы, коми, русские. За проведенное здесь время я со своими коллегами выяснила все истинное и все наносное. И ничуть не сожалею о том, что после первых многочисленных, но коротких газетных сообщений выехала вместе с В. Роговым и М. Гав-риловым в эти места и что познакомилась с одним из самых горячих энтузиастов исследования проблемы Л. Ершовым.

Идея увидеть здесь что-либо покоилась не на играх детей у озера. Сейчас мы разберем те образы, которые известны фольклористам в этих краях давно.

В здешних тундрах, лесотундрах и кое-где сохранившихся в складках предгорий участках настоящей тайги давно бродит некий сталло-стал, любящий подходить к человеческому жилью, бродить вокруг него, свистеть, чем и вызывать людей из жилищ. Совсем как чучуна в Якутии. С вышедшим он начинает бороться. Кто в этой борьбе бывает побежден, тот чаще всего обречен на смерть, совсем как в некоторых местностях Средней Азии, где такие существа то предельно робки, то вызывают на схватку встретившегося в сумерках человека. Многие ссылаются на то, что видимые травмы на их теле нанесены именно таким героем. Так, например, в кишлаке Фарух объяснил местный житель исследователю А. Новикову увечье своей ноги.

Сталло-стал, как и многие другие подобные персонажи, умирает после второго, а то и третьего меткого выстрела в него, а не как обычная тварь (зачем мифическому персонажу вообще умирать?). Ростом он великан, на голове островерхая шапка. Иногда подобный же персонаж под именем яг-морт, обитающий по всему этому северу, а иногда встречающийся и дальше на востоке, конкретнее обозначает такую сущность. Его имя иногда переводят как «востра шапка», а иногда как «черт». Хотя если вдуматься, то черт изначально задуман как искуситель и его рабочее место все же должно быть ближе к человеку, нежели к редкопосещаемым лесным дебрям.

Калдыш известен тем, что крадет женщин. Кормит украденную сырым мясом. Бытует много повествований о «браке» женщины современного типа с этим полузверем. Ласковая, работящая женщина, которая хорошо относится к чудовищу, никогда им обижена не будет.

Чадцилий — водяной. Так, на острове Шалиме (исток Пазрецкого залива) жили два саама. Однажды они ходили около морского берега и увидели, что у самой воды сидит женщина на камне и чешет (стало быть, расчесывает) волосы. Один из саамов говорит другому: «Я выстрелю». — «Нет, не стреляй, это не человек, а чадцилий — живущий в воде»…

Нагой человек. Саам Кондратий промышлял осенью на Вакозере. Как-то ходил он по Чакше-вараке и нашел большую глубокую яму. Он подумал: «Видно, нагой человек здесь живет».

Пактйелле. Это не люди, хотя и похожи на них. (Кажется, так просто и ясно. Яснее не бывает!) Пакхэзен — хозяин, пактйемент — хозяйка. Они могут быть невидимыми.

Еще совсем недавно я бы опустила последнее, кажущееся таким вздором, дополнение характеристики. Сегодня считаю его существенным. Никогда не следует торопиться, когда имеешь дело с наблюдениями и знаниями народа. Не называйте подобные знания верованиями. Между тем и другим лежит настоящая пропасть.

В начале нынешнего века на том озере, где я работала, вернее, на реке, впадающей в озеро, один саам повстречал человекоподобное существо и пожалел его. Поразило больше всего, что он зимой — и без одежды! Стал он приносить ему через определенные промежутки времени пищу. И тот брал. Когда пришла пора сааму помирать, передал он своего подопечного дочери. Вот от нее и узнали люди, кого тот подкармливал. Было много случаев, позволивших убедиться в реальности легенды. Но совсем поразительное приключение ожидало человека в августе 1983 года. Необычными были время и характер контакта.

Итак, потомственный оленевод Алексей Иванович А., никогда не слышавший о таком звере, заготавливал на той же самой речке С., где в свое время саам подкармливал человекоподобного двунога, древесину для полозьев саней. Шел по крайнему к горе ряду деревьев, где именно и можно было встретить изогнутые ветром стволы. Нашел то, что надо. И только было занес топор, как вдруг боковым зрением заметил, что от ствола соседнего дерева отделилась человекоподобная фигура. Когда этот некто приблизился, Алексей Иванович понял, что тот значительно выше его, где-то за два метра при метре восьмидесяти пяти самого оленевода. Взгляд человека уперся в грудь незнакомца (пришелся на этот уровень). Выше поднять глаза он не решался. Тело пришельца было покрыто светло-коричневой шерстью. Незнакомец обхватил человека так, что руки его сошлись у того за спиной. Алексей Иванович ощутил запах животного и пальцами прикоснулся к его телу, успел даже удивиться, что шерсть на ощупь гораздо мягче, чем у медведя. Это был контакт уже высокого порядка.

Сделав несколько раскачивающих движений, зверь оторвал человека от земли и швырнул его в сторону. Тот пролетел метров пять над землей, а когда упал, то ощутил, что сразу взмок, забился в ознобе. Хватило сил слегка повернуть голову, чтобы взглянуть на обидчика. Высоченное существо уходило в горы, не оборачиваясь, глубоко втянув голову в плечи.

Сюжеты встреч незамысловаты. Они никак не свидетельствуют о чем-то из ряда вон выходящем, за исключением огромной силы существа, а также его необъяснимости и потому загадочности.

Самый повторяющийся сюжет: если человек потерял сознание, животное перенесет его поближе к избушке, дороге или буквально к людям, например, к геологической партии. Некоторые избушки сохраняли не только следы его пребывания, но и запахи, которые действительно тяжело переносить. В нынешнем году человек, который активно просился со мной в поход, натолкнулся в Карелии именно на такую избушку с запахом, да и само существо видел там. Мой спутник очень красиво назвал ее: несвежая избушка.

Человекоподобное существо, конечно, интересуют дети. Лет до 10—12. Однажды оно вошло в избу, где собрались дети из нескольких семей, когда взрослые ушли на работу в поле. Монстр постоял, посмотрел на них, притихших, и удалился восвояси. Или такой случай. На берегу реки ребятишки во время игры спрятались от ведущего под перевернутой лодкой. Пришелец услышал оттуда детский шепот. Он поднял лодку одной рукой, отодвинул ее в сторону и, как в первом случае, постоял, посмотрел и ушел.

В саамской земле и мне с коллегами (В. Рогов, М. Гаврилов, В. Тепляков и др.) не однажды удалось наблюдать зверя. Здесь же было применено средство привлечения, ни разу доселе не используемое, естественного происхождения послед овец, записи криков разных видов обезьян, человеческие необычные крики и так далее.

На земле саамов мне с коллегами по экспедиции — В. Роговым, М. Гавриловым, В. Тепляковым и другими не однажды удавалось видеть зверя. Там мы применяли в качестве средств его привлечения записи криков разных видов обезьян, человеческих необычных криков и другие. В 1990 году в пяти километрах от базы А. Розов наблюдал того, кто оставляет следы (тот собирал двумя руками ягоды и засовывал их в рот, передвигаясь на корточках). Тогда эти следы были сфотографированы Н. А. Кочневым. Такое бывает очень редко. В 1991 году также были получены снимки следов. Они примечательны не только тем, что дают представление о твоей малости в этом мире — длина каждого следа 43 сантиметра, но и прочими связанными с этим ощущениями.

Каково положение дел с реликтом в Архангельской области? Одно время активную работу там начал И. Я. Трейгер. Он даже привез из своих экспедиций интересные, но, к сожалению, малодоказательные по качеству фотографии следов, а также и кое-что посерьезнее. Но как-то так получается, что вот не увязываются гоминологи следом за Трейгером. Не стараются перебежать дорогу, а то и облюбованную избушку занять. Хотя основания для продолжения работы в Архангельской области имеются. И просто аномальных зон здесь достаточно.

Случаю, имевшему место в сентябре 1991 года, о котором я хочу рассказать ниже, я придаю большое смысловое значение. Да и сам герой события, к счастью, понимает, что гоминоид спас его от смерти. А причину именно такого поведения зверя вижу в том, что в области наработаны положительные контакты людей с животными. Сведения из архангельской глубинки об умении там приманивать зверя дошли до меня еще три года назад. В письме, нашедшем меня в Заполярье, когда я находилась там в экспедиции, были такие строки: «Вы там ищете снежного человека, а он тут у нас на свист выходит».

Вот что произошло.

Профессор медицины Николай Николаевич Алеутский с целью пополнить запасы лекарственного сырья оказался в глухих таежных местах, хотя и совсем недалеко от областного центра (информация для браконьеров: пешком туда не доберешься). Как-то после дождя он отправился по грибы, а до его излюбленного гребного места надо было плыть на лодке. Насобирав грибов, он уже намеревался пуститься в обратный путь, как вдруг прямо на него из кустов выбежал медвежонок и совсем по-собачьи затявкал. В ответ сразу же раздался рев приближающейся медведицы. Ситуация оказалась настолько опасной, что, бросив свою ношу, Николай Николаевич побежал к лодке. Странные два крика-вопля, слившиеся воедино, заставили его оглянуться: огромное гориллоподобное существо держало медведицу в своих бревноподобных «руках».

Рост незнакомца превышал два с половиной метра, бросался в его глаза покатый лоб. Все тело было покрыто густой коричневой шерстью. Только белевшая сквозь волосы грудь выдавала женскую особь. Оскалившись, издавая звуки, напоминающие гудок паровоза, от чего заложило уши, существо разорвало медведицу пополам.

Как это произошло?

Николай Николаевич отвечает: «Медведица была опрокинута вниз головой так, что передними лапами упиралась в землю. А задние лапы были растянуты в разные стороны руками человекоподобного». Значит, таков был его навык действовать в экстремальных условиях.

Недавно я получила письмо от руководителя Латвийского экспериментального центра «Фарос» Арнольда Геронтиди. В нем есть такие строки:

«Вспоминаю наши разговоры с Вами еще в конце 1990 года о перспективности поиска „снежного человека“ в Архангельской области. Если бы я сам не участвовал с Вами в разработке маршрута, то не поверил бы, как можно предвосхитить в предположениях реальные события, произошедшие там вскоре».

Вскоре в той же Архангельской области в Соснино, что под Каргополем, в казарме военных дорожных строителей объявился такой же зверь. Первыми там побывали по горячим следам корреспондент районной газеты «Каргополье» А. Стуков и председатель районного комитета по экологии Н. И. Пилипец.

Им рассказали, что 24 января 1992 года после отбоя дневальный увидел зашедшего в расположение роты «белого человекам ростом около трех метров. „Белого“ потому, чтотюкрыт он был с ног до головы волосами белого цвета. Испугавшись, дневальный бросился к дежурному. Доложил: „Там чудище белое“. — „Не занимайтесь ерундой“, — ответил тот.

Здесь следует заметить, что дежурный по-своему был прав. В глуши солдаты часто заигрываются от скуки, и было уже известно несколько случаев, когда именно в воинских подразделениях затевались игры в «снежного человека». Однако, заметив, как парень дрожит, дежурный отправился к солдатам. Открыл дверь в коридор… и остолбенел: стоит огромного роста человекоподобное существо, а на тумбочку взгромоздилось еще одно такое же, поменьше.

Последовала команда: «Рота! Подъем!» Все вскочили, заволновались. А дверь вдруг открылась, и «это самое» вошло в спальное помещение. Остановилось возле двери, стало топтаться и издавать нечленораздельные звуки, нечто вроде гуканья.

Так полроты наблюдало в течение нескольких секунд (точного измерения никто не может привести — таково бывает потрясение, причем всегда, независимо от пола или возраста) легендарного «снежного человека». А. Стуковьш собрана вся информация по поводу этих событий, а также предшествующих и последующих. Идет в ней речь и о реакции некоторых участников — потеря сознания, временная потеря речи и некоторые другие (это все вписывается в картину реакции при подобных контактах со зверем, все вплоть до деталей совпадает с другими уже описанными случаями).

Выяснилось, что встречи с существом начались еще в конце предшествующего года. Так, 26 декабря в шесть часов вечера рядовой Рахимов в присутствии дежурного сержанта Комарова зашел в умывальник. Открыл кран, и, как он потом вспоминал, «…вдруг на плечо мне кто-то тяжело положил руку. Я оглянулся и увидел волосатого большого, метра три ростом, белого человека. Вернее, похожего на него. Закричал и тут же потерял сознание». За последующим состоянием здоровья очевидца наблюдал начальник медицинской службы воинской части С. И. Землянский. Он свидетельствует: «У меня есть объяснительные записки Бабаджанова (тоже встречавшегося с реликтом. — М. Б.) и Рахимова. Первый обратился к нам 27 декабря по поводу отсутствия речи. Недели две он не говорил. На вопросы отвечал записками. Описал подробно это существо. А примерно через полмесяца после этого случая приходит ко мне санинструктор из первого батальона и, увидев объяснительную на моем столе, говорит: „У нас тоже белый человек объявился. Солдат пять его видели“. И вот теперь последний факт 24 января. Видели это существо с детенышем вечером того же дня два солдата из шестой роты, которые убирали снег на территории. Но не придали этому значения: „пробежало что-то, и ладно“. Был отмечен запах протухшего мяса, исходивший от зверят. Разобрались со следами длиной около 40 сантиметров (это по промеру на глубине 20 сантиметров, а по наружному краю выходило в длину целых 55). Ширина 12 сантиметров. Следы вели через лес к карьеру. Видели их и на крыше дома».

Очень интересная деталь — обнаружили следы волка, не решившегося пересечь следы «снежняка». Волк резко и далеко отпрыгнул в сторону. А затем повернул назад.

Но самое главное, Н. И. Пилипцу вместе с районным криминалистом, фамилию которого он не упоминает, удалось обнаружить на колючей проволоке, идущей по верху забора, небольшой кусочек кожи с волосами и капелькой сукровицы. Это очень важно. К сожалению, люди не знали, что кровь не следует заворачивать в бумагу. Вместо этого надо было бы нанести ее на одно стеклышко и прикрыть другим, как это неоднократно наблюдали мы сами при анализе своей крови в поликлинической лаборатории.

Попав в руки исследователей, этот крошечный кусочек кожи мог бы выдать богатую научную информацию о звере или просто уточнить, какому виду животного он на самом деле принадлежит.

Может быть, благодаря этому мы смогли бы поподробней узнать о таинственном звере-землянине?

В Архангельской области и рядом с ней проживают ненцы, которые знают об яг-морте и которые когда-то терпели столько бед от набегов «деклассированной» белоглазой чуди.

Где бы ни жили представители народа коми — возле Ухты ли, в Западной ли Сибири, в Ямало-Ненецком или Ханты-Мансийском национальных округах, — они достаточно наслышаны о человекоподобном двуноге, а некоторые и встречались с ним. Стоит лишь почитать книгу Ю. Рочева «Коми: легенды и предания», как перед нашим мысленным взором предстанет не только и не просто сказочный персонаж, а «нагой мохнатый человек». Вот эта-то убийственная человекоподобность и приводит к невозможности согласиться с реальностью. Только конкретный факт, конкретное видение может в чем-то убедить людей.

Со своими коллегами я побывала у народа коми. Нам удалось услышать об этом звере из уст очевидцев.

На Тиманском кряже, как и на всем нашем Севере, рассказов о реликте предостаточно. Они бытуют на побережье почти всех рек Коми края. Мы прошли по течению Белой Кедвы и имели много возможностей подивиться нехожености края.

М.Е.Рочев рассказал, что впервые о двуногом звере он услышал в 1953 году. Местный житель из поселка Ярыга после довольно близкой встречи смог дать такую же общую характеристику, какой отличается большинство свидетельских показаний.

Самый существенный, на мой взгляд, рассказ нам поведал Николай Канев. Событие произошло в январе 1980 года, когда он с приятелем-одноклассником отправился на лыжах на охоту. У дальнего переката М., через который наша экспедиция перевалила летом на катамаранах, добираясь сюда, ребята (лет по семнадцати) остановились в хорошо им известной избушке, чтобы отдохнуть и попить чаю. Когда услышали шаги со стороны реки, решили, что кто-то из охотников ищет место для привала. Николай успел подумать: «Еще чайку попьем с ним…» И направился к двери, чтобы открыть пришедшему. Толкнул дверь, но она не открылась. Дело в том, что каждый тянул ее в свою сторону. Подумалось: что за гость, который не представляет себе, куда открывается дверь? Или поземка успела намести снега под дверь? Но когда наконец дверь распахнулась, Николай вдруг оказался лицом к лицу с человеком, покрытым с ног до головы светлой шерстью, ростом под два метра. «Шерсть длинная, сантиметров пятнадцать, — рассказывал нам Николай. — На лице короче. Глаза узкие, нос очень курносый, ноздри видны. Звуки он никакие не издавал, молча смотрел на меня». Рассматривали друг друга недолго. Николай с силой потянул дверь на себя и отскочил к задней стене избушки, где почти без чувств лежал Олег. Дверь плотно захлопнулась. Снова открывать ее пришелец не стал. Когда товарищи пришли в себя, Олег от неловкости за пережитый страх схватил ружье и стал кричать: «Открой дверь, я его убью!..»— «Открывай сам, если такой храбрый!» И только тут Николай заметил, что деревянная ручка от двери до сих пор зажата у него в руке. Пальцы пришлось разгибать по одному. Потом, направив ружья в сторону выхода из избушки, они так и сидели в страшном напряжении, пока не уснули, наверное, уже глубокой ночью. Утром, едва открыв глаза, сразу вышли в лес, засыпанный вновь наметенным снегом. Следов никаких. Приятели заспешили домой. Кстати, они оставили записку, обращение к тому, кто придет сюда, мол, знайте, что такого-то числа такого-то месяца эту избушку посетил неведомый зверь, похожий на человека.

Урал, особенно Северный, обычно редко фигурирует в любом разговоре о географии распространения реликта. И даже намеки, встречающиеся в сказках П. П. Бажова, слишком косвенны для серьезного обсуждения нашей проблемы. Хотя в них упоминается главное — брошенные копи, разработки.

Вот одно из весьма ценимых мною сообщений. Г. Ф. Бабенко пишет в ответ на одну из публикаций Б. Ф. Поршнева:

«Долго сомневалась, рассказывать ли?.. С 1 по 10 января мы путешествовали по Северному Уралу. В ночь с 3 на 4 января осуществили восхождение на гору Денежкин Камень (от Шартского Кордона). Была лунная ночь, видимость отличная, мороз стоял 30—35 градусов, очень сильный ветер. В районе Сорокинских Ворот на выветренном месте мы увидели следы босой ноги. Замерили длину ступни (след не медвежий). Это была нога примерно 38-го размера. Цепочка следов совпадала с нашим маршрутом. След принадлежал явно двуногому существу. В одном месте, где нужно было встать как будто на высокую ступеньку, а именно, где я хотела опереться рукой, был след… руки. Дальше к следу ноги примерно 38-го размера присоединился второй, больший, примерно 43-го размера с изогнутой наружу ступней. Дальше следы шли рядом. Когда мы возвращались, видели эти же (такие же) следы идущих впереди нас существ.

В мае этого года мы ходили по Крыму и в районе Чатыр-Дага на слете туристов города Запорожья говорили с руководителем их клуба. Он рассказал о своих походах, в частности, о том, что в районе Денежкина Камня года два назад тоже видел следы босой ноги.

Очень хотелось узнать, чьи следы так похожи на человечьи».

Когда вспоминают об Урале, всегда невольно возвращаются к событиям 1974 года. Сообщение пришло от лесника из поселка Верхняя Ослянка Александра Катаева. В августе, проходя берегом реки Чусовой в районе скалы Великан, он наблюдал купающихся в реке самца и самку реликтового гоминоида. Самец поразил его своим ростом около двух с половиной метров, а самка — такой реальной особенностью, как большой живот, что позволило сделать вывод о ее беременности. Они были покрыты шерстью серого цвета. Сюжет несложен: оба переплыли реку шириной 40—50 метров и поднялись по отвесной скале. Катаев, делясь своими ощущениями, рассказывал, как много он пережил, наблюдая за животными.

Люди, которым он посылал свое сообщение, как всегда, отнеслись к нему крайне недоверчиво. Тенденция подвергать информатора не просто дополнительным опросам, а настойчивому преследованию так же сильна, как и в других областях нашей жизни. Например, долго мусолился вопрос, какое было освещение, в какой фазе находилась в это время луна и так далее. Все хорошо, когда делается ненавязчиво. Думаю, что наиболее доказательным фактом истинности происшедшего могло бы послужить какое-либо сравнение, поиск старых данных по этой местности, подтверждающих, что такое здесь не диво.

Мой корреспондент из Донецка О. Хомутченко, обладающий огромной коллекцией записей о подобных происшествиях, встречающихся как в художественной, так и прочей литературе, обратил внимание на рассказ Д. Н. Мамина-Сибиряка «В глуши», написанный в 1896 году. В нем события также разворачиваются на реке Чусовой, как предполагает О. Хомутченко, в районе Висимского заповедника. Там леший ухает, хохочет (это не буквально хохот, а устрашающая «дразнилка», которую и нам удалось слышать в одном из районов Заполярья в 1991 году), в его присутствии «блазнит». Уходит на «ту» сторону реки (противоположную заповеднику). Лешачиха жила в омуте всего в версте от села. Называется и точный адрес гора Высокая, то есть тот же Великан.

Хантам и манси тоже известен наш герой. Наиболее активный опрос населения к северу от Ханты-Мансийска в 70-е годы провел Владимир Михайлович Пушкарев. Перелистывая его путевые записи, понимаешь, чем и как был обусловлен его каждый последующий шаг. Это действительно путь первопроходца.

Вот его записи, собранные от людей разной национальности. Хотя именно она не имеет никакого значения, но уж поскольку в те достославные времена это деление наличествовало как одно из главных в самом главном документе, то и мы воспользуемся им.

Кунин В. Е., рыбак из Тарко-Сале, селькуп:

«Волосатый мужик пьенагос, по рассказам очевидцев, лесной житель, очень высок. В последнее время ушел в места с твердой породой, где каменные гряды».

Адер М. П. из Самбурга, ненец: «Нылека-тунгуз (нылека-чудовище) тонкий, высокий, ходит без одежды. Родители говорили, что он воровал женщин».

Пяк Анна из Нори. Примерно в 1933 году, когда ей было лет пять—семь, ее украл длинный, тонкий тунгуз. Она ходила вместе с ним по лесу вдоль реки. Так продолжалось примерно две недели. Она отказывалась от предлагаемой еды личинок и насекомых. Он отвел ее к людям.

Пеко О. называет существо не тунгузом, а тунгу. Он бродит по лесу, заскакивает в чум. Мужчину может убить. Женщин ворует. Ненцы считают его страшным.

Салиндер Д.: «Знакомые мне люди видели тунгу. Он высокий, тонкий. Без одежды, ходит босиком. Свистит пронзительно. Есть и женщины тунгу. Сейчас о нем не слышно. До войны о нем много говорили».

Мне удалось побывать к юго-западу и к северо-востоку от Ханты-Мансийска. Здесь-то впервые в жизни я увидела того, о ком только мечталось, да и то не в таком буквальном понимании слова. На сегодня из большой (по нынешним меркам) семьи там остался в живых только один мой неизменный в течение двух лет спутник по болотам и лесотундре Владимир В. Можно отнестись к этому совершенно спокойно. Во-первых, в силу атеизма семьи, расшатанности установок предков манси; во-вторых, сам Владимир не соотносит наши изыскания с нынешним своим одиночеством. За очень короткий срок он остался один. Причины этого вполне естественные. Диагнозы поставлены. Но, как и всем живым людям, мне свойственно задумываться. К тому же я в большей мере верю тем, кого называют простыми людьми, нежели тем, кто сами себя называют учеными.

Так как самая первая встреча в августе 1987 года происходила на предельно близком расстоянии — всего пять метров отделяло трех человек, среди которых была и я, — то бесспорно, несмотря на ранний рассвет, несмотря на естественные ощущения, взволнованность и страх, впечатлениями этими я дорожу более всего.

Описано увиденное нами существо в прессе уже достаточно, как ситуация, в которой все происходило. Поэтому позволю себе охарактеризовать только одного своего героя. Добравшись до лесной избушки среди болот, мы положили перед окном фанеру в надежце услышать о его приходе заранее. Так и получилось. Мы услышали этот характерный звук под ногами пришельца, а затем кто-то закрыл окно то ли телом, то ли своей тенью, и раздался двойной стук в него. Я сразу выскочила из постели (незастегнутого спального мешка). Метнулась к двери. Отбросила крючок и оказалась на крыльце. Затем сделала три шага вперед. Мои спутники Владимир и Надежда последовали за мной. Светало, и первое, что я заметила, было белое пятно на фоне темных деревьев. После чего я увидела всю фигуру. Он стоял от нас в пяти метрах, прислонившись плечом к стволу высохшего кедра с ободранной корой. Резко выделялась белая часть левой руки от кисти до локтя, и ярко светились красные глаза. Рост, как потом было измерено, два метра. Он смотрел на нас своими огненными глазами, переводя взгляд с одного на другого. При этом он издал какой-то звук, как бы прочистил горло: «кхэ», не разжимая губ. Что впоследствии мною было расшифровано в двух вариантах: хотел предупредить, что дальше шагать вперед не следует.

В целом по всем пропорциям, особенно нижних конечностей, это было существо, подобное человеку, а не обезьяне или медведю, стоявшее на задних лапах вполне естественно, а не как опять же цирковой медведь. Но весь он был по-звериному покрыт густой короткой шерстью красновато-коричневого цвета, за исключением предплечья левой руки, которое было белым, будто проявление пегости.

Голова выглядела округлой, но позднее, когда зверь повернулся, я заметила удлиненный затылок. Волосы на голове короткие, длиной 2—3 сантиметра. Кожи лица я не видела, все оно заросло волосами, не видно было и ушей, носа, ноздрей. Видны были, повторяюсь, лишь глаза — продолговатые, глубоко посаженные под выступающими надбровьями, к которым по преимуществу и было привлечено внимание каждого из нас. Челюсти незначительно выдвинуты вперед, видна узкая длинная щель рта. Голова посажена прямо, шеи не видно. Очень широкие плечи, необыкновенно развитые. Подобная мускулатура возможна разве что у культуриста. Грудь мощная, бочкообразная. Могучие руки свободно свисали, длина их была такой же, как у человека. Кисти непропорционально большие. На ладонях рук кожа была без волос, красноватого цвета. Ноги высокие и стройные. Никаких обезьяньих «полусогнутостей». Ступни, как и кисти рук, тоже казались непропорционально большими…

Переработав всю эту информацию, я поняла, что моя голова работает четко и ясно. И наступило мгновение, когда я подумала: «Что же дальше? Мы подойдем к нему или он к нам? Впрочем, нужно ли это?».

Кстати, это самый сложный и важный вопрос, который нам пришлось бы решать, не согласуя друг с другом, если бы противостояние не кончилось так же внезапно, как и началось. Раздался лай и визг нашего щенка Бокса, который бросился из-за избушки к ногам Володи, то ли считая, что надо спасать хозяина, то ли ища у него защиты. Пришелец быстро и как-то очень рационально повернулся направо к дереву, сделал за него шаг и скрылся. Без всякого намека на таинственность. Он просто ушел.

Опрос именно в этих местах я не проводила, так как не хотела привлекать излишнее внимание местных жителей к нашей теме.

Мне не безразлична его судьба. Владимир только один раз слышал от некоего К., что тот видел в лесу кого-то непонятного, на двух ногах, не откликнувшегося на его призывы. Ему это было неприятно. И он как бы жаловался на него собеседникам.

Вообще же рассказы здесь сводятся к описанию следов, часто идущих якобы пятками вперед.

Как это у зверей получается и для чего, всегда знали русские охотники. С уважением, например, относясь к медведю, они считали, что этот зверь отлично понимает, что оставленные им следы выдают его местонахождение. Поэтому старается каким-либо образом замести их, прибегая к разным уловкам. Например, когда зверь идет по лесу и встречает на пути упавшее дерево, он не преминет забраться на ствол, пройти по нему до конца, а затем спрыгнуть на землю. Интересный способ запутывания следов медведем описал известный русский исследователь А. А. Ширинский-Шахматов. По его наблюдениям, медведь перед залеганием в берлогу выходит на проезжую дорогу, долго идет по ней, сходит с нее, пятясь задом. Такой прием он может повторять не раз. Так то медведь! А наш герой вообще умелец, каких мало.

И здесь бытуют рассказы об украденных существом женщинах, об обмене детьми, а то и просто о воровстве детей. О том, как заходит в избушку ночью и пытается навалиться на охотника. То есть весьма реальные повествования соседствуют с кочующими сюжетами и настоящим фольклором.

Сама я записала рассказ о случае в тайге, когда послали подростка в сени, где кто-то громыхал утварью, посмотреть, в чем дело. А его все нет и нет. Тогда вышел хозяин. И увидел, что кто-то расправился с мальчиком самым жестоким образом. Устроили погоню и нашли его почему-то не убежавшим, а спрятавшимся в поленнице дров. Вот о нем-то и ходила молва, будто везли его после этого связанным на пароходе по реке Конде в Нахрачи и на пристанях показывали это чудо-юдо людям. Было это в 30-е годы. И еще не все свидетели вымерли. Есть у меня записанный на пленку рассказ очевидицы. А вот участников того рейса, которые бы не просто с берега приходили, интересовались, а работали бы на пароходе, найти не удалось.

А вот еще один факт, можно сказать, фольклорного типа. Говорит О. А. Кошманова: «Слышала я от кого-то из наших поселковых, когда еще не собирала материалы, о комполе, будто в овсяном поле один из наших охотников видел волосатую женщину, рожавшую двойню. Охотник испугался, побежал в деревню, собрал народ, и все пошли на то место. Но там, кроме смятого овса, ничего не увидели. О двойне он говорил, потому что один ребенок уже лежал рядом с роженицей, а другой только появлялся».

Из Красноярского края сообщает Л. Д. Назимов о встрече с неизвестными существами. Событие относится к 1974 году, когда его отец с матерью в июле отдыхали у речки Есауловки. Около полуночи кто-то потревожил их, пересвистываясь в кустах. Затем из темноты появились два существа ростом выше двух метров, широкие в плечах. Кто-то из людей подумал даже, что это ряженые идут (все же люди?) на ходулях. Шли они плавно, будто плыли. Их головы выглядели заостренными. Шли они плечом к плечу, ничего не говорили. Остановились в нескольких метрах от палатки и постояли несколько секунд, а затем, пятясь, скрылись в темноте.

На севере Хабаровского края, по словам оле-неводов-эвенов, хэяк достигает ростом больше двух метров (запись А. Гуменника), покрыт волосами, быстро бегает, совершает огромные прыжки, способен свистеть и издавать гортанные крики. «…В хребтах Джугджура и Сунтар-Хаята, на гигантских заснеженных и пустынных пространствах стыка Хабаровского края, Магаданской области и Якутии живут упорные легенды о „диком человеке“. Больше того, здесь встречают его. Во всяком случае, верят в необычные встречи».

А как обстоят в этом плане дела в Якутии?

Вот что пишет мне В. Потемкин, инженер-геофизик из Донецка: «В 1954 году я работал в Депутатском разведрайоне. По делам службы мне приходилось бывать в поселке Уяндино, где я познакомился с местным охотником-следопытом Афанасием Олесовым. Не помню уже, как у нас возник разговор о „снежном человеке“… Афанасий мне заявил, как о чем-то обыденном, что, дескать, и у них в районе тоже водится „дикий человек“. Или по-якутски чучунаа. Учитывая, что Афанасий любил прихвастнуть, у меня были все основания скептически отнестись к его рассказу. Афанасий упрямо утверждал, что „дикого человека“ он сам лично видел несколько лет назад и приводил описание его…

Рассказ Афанасия… меня не убедил и в дальнейшем был забыт.

В 1958 году, уже работая в другой партии, «Ацычанской», в конце мая я пошел поохотиться на прилетевших уток. Шел вдоль ручья Имтычан-2… Охота была неудачной, и я решил набрать на южном склоне одной из сопок прошлогодней брусники. Каждый день под влиянием солнечных лучей таял снег и обнажались крупные сочные ягоды.

Подойдя к этому месту, среди зарослей тальника я увидел какое-то движение в кустах, услышал треск сучьев. Первая мысль была — медведь. В окрестностях нашей партии этого зверья было много. И хотя медведь в летнее время не представляет особой опасности, но конец мая — начало июня это еще не лето в северных широтах. Ноги у меня подкосились после того, как я увидел из-за пригорка окровавленную морду. А раненый медведь — это уже опасность. Только спустя некоторое время я понял, что это была не кровь, а брусничный сок: «медведь» лакомился прошлогодней брусникой. Верхний ствол моей «Белки» был заряжен пулей-жаканом, но в единоборство с «медведем» вступать я не решился, отступил на некоторое расстояние.

«Медведь» приподнялся, и, к моему удивлению, я увидел не бурую обычную шерсть, а какую-то пегую, даже сероватую. Такой цвет шерсти обычно бывает у оленей в летнее время. Но не это меня так удивило. Удивил профиль морды (или лица?) этого существа. В том, что это не обыкновенный медведь, я уже не сомневался. Профиль напоминал очертания профиля питекантропа: низкий лоб, выдающиеся надбровные дуги и выпирающая вперед нижняя челюсть. Детали лица я не успел рассмотреть, так как ниспадающие черные волосы не дали мне такой возможности. Все произошло в считанные секунды. (Обычная продолжительность встреч. И никаких тебе приключений. — М. Б.) Существо не проявляло явной агрессии, выскочило из ложбинки и, в отличие от всех зверей, побежало на нижних конечностях. Я увидел убегавшего в спину и полный рост. Существо бежало довольно быстро, немного подпрыгивая. (Как очевидно, таких упоминаний достаточно. — М. Б.) Огибая склон сопки, оно повернулось ко мне боком. Я обратил внимание, что поза существа несколько сгорблена и верхние конечности его почти касались земли.

Чтобы преодолеть большой валун, существо ухватилось «рукой» за ветку лиственницы и выпрямилось в полный рост. Голова оказалась около приметной ветки дерева, по которой я, используя ружье, определил рост существа: около 2 метров 20 сантиметров. Нашел также клочок сероватой шерсти. Нужно сказать, что на склонах сопок, расположенных вдоль ручья, водилось много так называемых снежных баранов-чубуков, шерсть которых резко отличалась от найденной мною. Возможно, эта шерсть была от «костюма» убежавшего существа.

Рассказ об этой встрече среди моих коллег не вызвал должного внимания… да и неудивительно: люди нашей партии недавно приехали с «материка» и, вполне понятно, рассказов о «диком человеке» не слышали. И только каюр-старожил Василий… более серьезно выслушал мой рассказ и прямо заявил, что это был именно «дикий человек».

Дело в том, что чучунаа не единственное название дикого существа, причем без намека на дух. Есть в этих же местах у нанайцев представление о горном человеке калгама.

Все рассуждения о беглых, ссыльных, одичавших людях предельно наивны. Человек, как бы он ни одичал, не сможет прожить, например, в районе Верхоянья. Даже школьнику известно, что это полюс холода. Значит, речь идет совсем о другом».

Итак, мы подошли к Чукотке и Камчатке. То есть как бы завершаем обзор сведений по земному шару. Здесь тоже знают о таком герое и не пытаются выдать его за изгнанного из общества.

Так, недавно мы увидели на экранах страны фильм А. Згуриди «По следам снежного человека». В нем предоставлено слово свидетелю, жившему на Чукотке еще несколько лет назад. Это В. А. Чеботарев, ныне режиссер, а тогда связист. В один из августовских дней он проверял с двумя товарищами линию связи недалеко от поселка.

«Неожиданно на фоне заката, — говорит он, — метрах в пятидесяти, мы увидели странную фигуру, напоминающую человеческую, но гигантского роста, с широкой спиной, толстыми, длинными руками, мощными ногами и небольшой головой. Хотя расстояние до этого существа было метров пятьдесят, мы увидели, что одежды на нем нет, да и особо мохнатым его не назовешь.

За пятнадцать лет жизни на Севере мне приходилось неоднократно сталкиваться с медведями и другими крупными животными, но подобного зверя видеть не приходилось».

Конечно, и на самом северном Севере можно услышать рассказы, которые никак не вписываются в строгое представление о нашем звере. Кто такие, например, великаны-танриты, жившие в наше еще тысячелетие на острове Кикертак Арктического побережья? Они жили среди камней. Умели воздвигать каменные столбы на путях движения оленей. Умели устраивать ямы-ловушки. Строить запруды в воде. Умели пользоваться примитивным копьем. Они были азартными охотниками и могли преследовать зверя даже ночью. И хотя легенда приписывает использование ими кое-какой утвари, именно там же говорится, что они были невероятно глупы и неумелы. Не умели обрабатывать добытые шкуры и изготовлять обувь. Невыделанные медвежьи и тюленьи шкуры служили им и постелью, и одеждой. Если еще учесть, что между телом и шкурой они носили мясо в ожидании, пока оно протухнет (они предпочитали есть именно такое мясо. — М. Б.), то можно себе представить…

Танриты искусно обращались с копьем. Но не так, как люди. Они ставили его тупым концом на ступню, а потом, с силой поддав ногой, посылали в цель. Пришедшие сюда эскимосы вытеснили физически чрезвычайно сильных, но неразумных танритов. И те разбрелись на север и на восток. При этом им приходилось преодолевать широкие, покрытые льдом реки и озера. Часто, достигнув берега, они падали в изнеможении и умирали. Вероятно, мы никогда не узнаем, кто они были такие.

Не является ли все промелькнувшее перед вашими глазами и охватившее весь земной шар, в чем-то единообразное, а в чем-то разноплановое (хотя бы в названиях), только лишь воспоминанием, переданным бесчисленными поколениями людьми в устной и письменной форме, о еще совсем недавнем прошлом Земли? О становлении человека разумного? О «страшности» неродственных племен или орд? Постоянно наступавших на уже «белого», уже «арийца», то есть уже выделившегося из массы либо подобных себе, либо недочеловеков?

Но ведь каждый из очевидцев уверяет, что до определенного времени он не видел ничего подобного, никогда не слышал о таком, а тем более не думал. То есть индивидуальное выявление присутствия такого на Земле поражает каждого, как удар молнии. Каждый, даже если он имел немного информации, встретившись лицом к лицу с чудом, как правило, ходит некоторое время (индивидуальное в каждом случае) под колоссальным впечатлением. И бывают случаи, когда кое-кто даже не выдерживает таких психологических перегрузок.

Фольклор все же жанр литературного творчества. Он часто уводит в сторону от проблемы. Он ближе к любого рода красивостям. И, судя по тому, как, с одной стороны, Б. Ф. Поршнева он привлекал (в нем, собственно, и было им сделано открытие), мы не можем забывать, с другой стороны, что фольклор его же отталкивал и даже раздражал.

Итак, острота восприятия конкретной ситуации индивидуальна, как индивидуальна и передача впечатлений. И если нам иногда за всем этим даже видится некий шаблон, что наблюдается и в некоторых других нетривиальных, заявленных к изучению вопросах (хотя бы… «жизнь после жизни»), мы не можем отрицать с порога неизученное. И в тысячный раз следует писать и говорить об этом. Ибо мы чаще всего проходим мимо значительных знаний о самих себе.

Возможен и третий вариант. Если все эти «баснословные лица» лишь «мыслительные конструкты» (по В. Далю), то с ними по плечу разобраться, конечно, не полицейским и не медикам, а отделу теоретических проблем Российской академии наук.

ЖИЗНЬ В ЛЕСУ, ИЛИ УДИВИТЕЛЬНЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ ГАБРИЭЛА ЦИКЛАУРИ.

Мы поведаем вам совершенно невероятную историю, которая произошла более 80 лет назад. Главный герой ее берег записи о случившемся более 30 лет. Бумаги пожелтели от времени. Но это подлинные записи человека, действительно испытавшего в юности удивительные приключения. Никто не верил скромному и набожному человеку. Жаль, что в наше время становится все меньше исследователей, которые рискнули бы проникнуть в недоступные дебри и добыть оригинальные сведения, например, о первобытных племенах или об экзотических животных и растениях. Поэтому все больше романтических историй к нам приходят из-за рубежа. Публиковать такие материалы проще, главное — ответственности меньше.

В сентябре 1986 года кандидат биологических наук Петр Леонов приехал в отпуск в родные места, где еще сохранился родительский дом, — в бывшие благословенные Царские Колодцы, название которых теперь перекрасили в яркий цвет — Красные Колодцы, будто родники действительно бывают красными. Поскольку это романтичное поселение, выросшее из могучего русского военного укрепления, расположилось на востоке древней грузинской земли — в Кахетии, то искаженное название перевели еще и на грузинский язык и сделали географическим — Потели-Икара… Как в таком месте не могло родиться нечто невероятное?

Вот что рассказал Петр Александрович.

— Итак, я в родительском доме, дышу воздухом предков. Через несколько дней нас навестил мой старый и добрый приятель и наставник, местный историк и краевед И. М. Ментешашвили, да еще с незнакомым человеком весьма преклонного возраста. Мы поприветствовали друг друга после долгой разлуки, историк представил мне незнакомца — Габриэла Тандиловича Циклаури и сказал:

— Как вовремя приехал ты, вот этот человек со старой папкой в руках поведал мне недавно удивительную историю о лесных людях, она не может заинтересовать тебя как биолога?

Меня взволновало такое сообщение:

— Когда же произошла эта история?

— Очень давно, — продолжал историк, — кому не рассказывал Габриэл об этом, все воспринимали ее с улыбкой или с каким-то смятением…

Я прекрасно знал характер своего друга Ментешашвили, поэтому сразу же приступил к делу. Старики пришли ко мне с надеждой, что я смогу стронуть с места этот воз, поэтому я не мог медлить и прибегать к уловке, когда ссылаются на отсутствие времени. Я моментально вынес в сад стол, мы расположились под виноградными лозами и приступили к беседе.

Я не стал перечитывать пожелтевшие записи Циклаури — они никуда не денутся, тем более что Ментешашвили грозился поместить их в свой домашний краеведческий музей среди мечей римских полководцев и бивней мамонта. Я видел глубокие морщины на лице старика, к которому уже подбирались девяностые годы. Пока не поздно, нужно было записать историю из уст самого очевидца.

Циклаури оказался превосходным рассказчиком, но речь его была сильно оснащена архаизмами, и моих познаний грузинского языка было явно недостаточно. Мы пригласили милую соседку Риту, которая безукоризненно владела и русским, и грузинским языками. Так мы вчетвером провели не один вечер. Габриэл Циклаури поведал нам этнографическую повесть. Я записал ее от первого лица — рассказчика, хотелось бы передать ее в оригинальном виде, но кто даст столько места? Поэтому я попытался все же изложить историю кратко.

В 1914 году неграмотный четырнадцатилетний подросток Габриэл Циклаури бьш изгнан князем из родного села Натбеури Мцхетского уезда Тифлисской губернии. Не найдя приюта в родных местах, мальчик пристроился к закупщикам скота для военного ведомства. Эти люди вместе с мальчиком пешком от села к селу добрались до Азербайджана. Там они определили подростка к беку пастушком. Новый хозяин оказался весьма благородным человеком — одел и обул мальчика.

Однажды весной пастушок пригнал стадо к берегу Каспийского моря. Погода стояла теплая, солнце светило ярко, мальчик отвлекся и загляделся в даль синего моря. Вдруг он увидел неподалеку от берега двух человек, что-то делавших возле лодки. Через несколько дней мальчик снова пригнал сюда стадо. Теперь дул сильный ветер, волны катились к берегу со страшным шумом и качали одинокую лодку. А вокруг ни единой души. Из любопытства Габриэл забрался в лодку и, желая покачаться на волнах, выдернул лом, к которому она была привязана. Суденышко тут же понесло от берега. Мальчик спохватился поздно — весел в лодке не оказалось. Что делать, вокруг уже глубокое море, а плавать он не умел. Лодку понесло в открытое море…

Можно представить себе, с каким ужасом глядел мальчик на бурлящие волны, испытывая свое полное бессилие. Но неудачника все-таки успокоило то обстоятельство, что у него с собой была пастушья сумка с припасами, кресало, кинжал, иголка и еще кое-какие мелочи.

Лодка оказалась в полном смысле слова в открытом море, ибо очертания берега скрылись за горизонтом. Взволнованный потерей земли, уменьшением запасов продовольствия в сумке, мальчик впал в прострацию и потерял счет дням. Сколько носило лодку по морю, в какую сторону она дрейфовала — ничего он этого не знал. И вдруг волны погнали дряхлое суденышко к берегу. Пригнали да так швырнули его, что оно надежно застряло среди огромных валунов. Обессиленный от голода Габриэл с трудом выполз из лодки и побрел по крутому берегу. Вскоре он увидел большой лес, зеленеющую под деревьями траву. Добравшись до нее, приник к траве и начал жадно ее жевать, чтобы хотя бы утолить жажду. Это придало ему силы. Теперь он был уже в лесу, нашел на стволе дерева грибы, поел их, все обошлось благополучно. Потом нашел воду. Но что делать и куда идти? Прежде всего он спустился к лодке, срезал кинжалом кусок жести, смастерил из нее примитивный котелок. Этот сосуд оказался для него главным спасением. Есть кресало, можно высечь огонь. Так мальчик начал варить в котелке траву, кору деревьев и вскоре совсем окреп. Однако мысль, куда идти, не покидала его. И он решил податься в глубь леса в надежде именно там наткнуться хотя бы на следы людей.

Огромные мрачные деревья, опутанные лианами вызывали одновременно и страх, и успокоение. С одной стороны, охватывал ужас от возможности погибнуть из-за встречи с каким-нибудь диким зверем, а с другой — на деревьях он находил много птичьих гнезд с яйцами, которые с аппетитом выпивал. Главное же — на могучих деревьях, среди разветвлений можно было устроить удобное и безопасное ложе для ночлега.

Так мальчик постепенно свыкался с необычной обстановкой. Он приспособился плести веревки из дикой конопли, которые служили ему надежными снастями для ловли зверей на тропе. Он встречал в лесу зайцев, диких коз, птиц. Однажды на него напал даже огромный бык, от которого пришлось стойко обороняться. Это был не олень и не буйвол, а горбатый бык. Огромное свирепое животное было серой масти, походило на обыкновенного домашнего быка, только на холке виднелса очень уж большой и жирный горб. «Я заметил, что животное намеревается атаковать меня, прижать к дереву своими рогами. И не успел опомниться, как бык погнался за мной с тяжелым стоном; уже не помню, как успел спрятаться от него за дерево. Собравшись с духом, я стал размышлять о том, как сразить этого быка. И вот, как только бык совершал на меня очередную атаку, я быстро прятался за дерево еще и еще раз. Один раз зверь остановился как бы в раздумье. В это мгновение я вонзил ему кинжал в заднюю ногу. Взревев от боли, он еще с большей яростью начал набрасываться на меня. Изловчившись, я поразил кинжалом его в другую ногу. После этого воинственный пыл разъяренного животного угас. Бык застонал, замедлил движение и примерно через полчаса слег. Когда он опустил голову, я ушел с этого места, но возвратился сюда на следующий день — бык был уже мертв».

Вот так нарисовал живую сцену боя с быком сам Циклаури. Это был для него особенно яркий момент, ибо мальчик не только испытал себя на смелость, но и впервые за все свое странствие наелся досыта мяса.

Однажды он набрел на обширную поляну, на которой заметил ископанную землю. Кто-то здесь явно собирал земляные груши. «Прекрасная пища, стоит здесь построить хижину, обосноваться и ждать появления людей», — подумал Габриэл. Прошло несколько дней, но люди не появлялись, хотя возле взрыхленной земли вырисовывались следы босых ног человека.

Как-то раз наш герой вышел на поляну собрать земляных груш. В это мгновение на него стала пикировать огромная хищная птица. Рассказчик назвал ее орлом, которые вообще на людей не пикируют. Тогда я прервал Габриэла и принес ему книгу, в которой собраны рисунки хищных птиц Кавказа, — покажи, мол, уважаемый, на какого «орла» была похожа та птица. Габриэл не задумываясь показал на бородача-ягнятника. В это мгновение я испытал радость, я полностью расположился к рассказчику, ибо только бородач мог пикировать на человека, но не орел…

Итак, птица не давала мальчику покоя. Габриэл был в овчинной безрукавке, барашковой папахе и весь обросший. Может, в этом была причина такого нападения? Мальчик решил избавиться от нее: поставил на поляне рогатину, а возле пристроил чучело из шкур козла, привязал к нему веревочку, спрятался и стал шевелить чучело. Грозная птица спикировала на приманку и смертельно поранилась о рогатину.

Спустя некоторое время мальчик пришел к своей жертве, чтобы отрезать кусок мяса. Тут какая-то неведомая сила заставила его оглянуться. Он увидел бегущих к нему людей с палками в руках. Габриэл остолбенел от ужаса: приближавшиеся люди были нагими, с пышными бородами. Среди них не было женщин. Вот незнакомцы остановились возле мальчика, выставили против него заостренные палки. Убедившись, что он не собирается нападать, они опустили их и начали что-то бормотать на непонятном языке note 1, потом обступили останки убитой птицы и стали жадно на нее смотреть. Вот один из них поднял с земли острый камень и принялся отрезать от туши кусочки мяса. Запасшись пищей, незнакомцы предприняли попытки увести мальчика с собой, робко хватали его за руки. Оробевший от неожиданности, Габриэл не согласился идти за ними. Они удалились, не причинив ему никакого зла.

На следующее утро лесные обитатели пожаловали целым племенем. Там были теперь и женщины с маленькими детьми и подростками. Только Габриэл не заметил среди них стариков. На сей раз лесные люди увлекли с собой Габриэла, привели его в свой стан, который состоял из нескольких камышовых хижин. Относились они к нему весьма доброжелательно.

В первый же вечер определили Габриэла на ночлег в хижину к незамужней женщине, у которой были сын и взрослая дочь. Расположились все без одеял и матрацев прямо на сухой траве, заменявшей постель. Мать уложила всех сама: с одной стороны пристроила Габриэла, рядом с ним своего сына, а с другой стороны свою дочь. Наутро состоялась неожиданная для нашего героя женитьба. К нему подвели двух девушек — дочь той вдовы, которая его приютила, и еще одну. Девушки встали по бокам от него. Наш паренек совершенно не представлял, как себя вести, поэтому стоял как истукан. Потом вдова подошла к ним, взяла руку своей дочери и обвила ею плечи жениха, затем положила его руку на плечи… как оказалось, невесты. Только теперь Габриэл понял, что его женили note 2.

Вот проблема свалилась на голову нашему герою! Но ему не пришлось испытать никаких затруднений: он тут же ощутил заботу, ему помогли построить хижину.

Эти мирные лесные люди жили в полном смысле слова в каменном веке. Кроме обожженных на костре палок и камней они не использовали никаких орудий труда. Питались дарами леса, зверей загоняли в тупики и забивали палками. Мясо подвяливали на костре, раскладывая его кусочками на козью шкуру… Описания охоты на диких зверей, похорон малолетних детей — все это заняло бы много места.

Габриэл заметил, что среди лесных обитателей не было пожилых людей. Они, несомненно, не выживали в таких условиях, хотя зимы в этой зоне фактически не было, круглый год хорошая погода без морозов.

Спустя год у Габриэла родился сын, которого назвали Голой. Супруги хорошо понимали друг друга, хотя языки освоить без посредника оказалось невозможным. Так жил он два года в лесных дебрях. И тут случилось несчастье.

Однажды Габриэл отправился на звериную тропу, чтобы расставить там петли. Возвратившись, он увидел страшную картину: стан был полностью разгромлен и сожжен, возле потухшего костра виднелось несколько трупов забитых камнями мужчин. Ни одной живой души вокруг не осталось. Куда девались его сын и супруга, Габриэл представить не мог. Он долго кричал, но ответа из глубины леса не последовало.

Окончательно потеряв надежду на встречу с семьей, он снова направился к морю. Спустя несколько дней достиг берега. Там нашел огромное дерево с дуплом и поселился в нем. Но дупло оказалось тесноватым, пришлось набросать туда сучьев, поджечь, чтобы немного расширить. Из дупла повалили черные клубы дыма. Они-то спасли нашего скитальца: их заметили с проплывавшего неподалеку русского военного корабля. К берегу причалила шлюпка и забрала «дикаря» с собой. Судя по одежде и непонятной речи, моряки действительно приняли Габриэла за первобытного лесного человека, но обходились с ним ласково, накормили, приодели и поместили в трюм.

Причалив к берегу возле какого-то небольшого городка, моряки передали Габриэла местным жителям, которые оказались дельцами: посадили его в клетку и стали возить по аулам, собирая с ротозеев подачки.

Только благодаря одному русскому купцу по имени Петр Габриэл бьш окончательно спасен. К счастью, этот купец знал по-грузински и сразу же понял, что дельцы вместо дикаря показывают просто обросшего и оборванного юношу. Он забрал Габриэла и отвез на родину. Так наш рассказчик начал новую жизнь, даже научился грамоте, снова обзавелся семьей и наконец-то поведал миру свою историю…

Поразмыслив над записями, я пришел к убеждению, что в рассказе Габриэла так много неясностей, что сама история кое-кому может показаться мистификацией. Но я, который видел искренние глаза набожного и честного рассказчика, просто не имел права отдавать этот материал в руки равнодушных людей.

Я сразу же стал строить предположения на тему: как попали люди, обладающие членораздельной речью, в глухой лес и почему уединились, оторвались от цивилизации?

Ведь речь шла о настоящих людях, относящихся к роду гомо сапиенс. Судя по описанию, Габриэл попал в субтропики, а они начинаются на границе Азербайджана с Ираном. Так где же обитало племя — в Иране или Азербайджане? Это совершенно неясно.

Поначалу у меня возникла мысль, что этих людей некогда какие-то обстоятельства загнали в леса. Например, в XIV веке во время нашествия Тамерлана пришельцы жестоко обращались с местным населением Закавказья. За что в свою очередь местные ополченцы загоняли целые группы завоевателей в лесные дебри. По этому поводу имеются исторические свидетельства. За полчищами Тамерлана следовали богатые гаремы, так что могли попадать в такие обстоятельства и женщины.

С этими сведениями я вернулся в Москву. Посетил редакцию журнала «Вокруг света», а ей нетрудно было уже привлечь специалистов. И естественно, что между учеными возникли разногласия — одни придали серьезное значение моим записям, а другие расценили их как сказку. Ну что же, мне было весьма приятно, когда моими сторонниками оказались специалисты: научный сотрудник сектора Кавказа Института этнографии АН СССР доктор исторических наук В. Кобычев, а также довольно известный специалист по реликтовым гоминоидам М. Быкова, которую все хорошо знают по многочисленным публикациям. В полемической форме журнал «Вокруг света» и опубликовал в 1988 году очерк о приключениях Габриэла Циклаури. И тем самым сделал большое дело — вовлек в полемику читателей. Пошли письма, и настолько содержательные, что позволили наметить пути ответов на загадки, связанные со скитаниями Циклаури по лесным дебрям.

Короче говоря, читатели, главным образом из Азербайджана, определили все — и место, куда попал наш странник, и назвали этих лесных людей, сообщили, на каком языке они говорили, как складывались их отношения в старые времена с местным населением Азербайджана, что слышно о лесных людях теперь и многое другое… Когда я ознакомился с этими письмами, то у меня появилось желание проехать по Азербайджану, посмотреть те места, где происходили события, поговорить с живыми людьми…

И вот в 1988 году моя мечта сбылась. Как и прежде, в сентябре я приехал в родные места. На следующий день сам отправился к Иосифу Ментешашвили. Мы заговорили о Циклаури и тут же решили навестить старика в Земо Кеди. Путь не долгий, всего несколько километров. Так под сиянием яркого полуденного солнца перед нами распахнулась калитка скромной усадьбы с тенистым садом и роскошным виноградником. Подошли к крыльцу дома и увидели спускающегося с лестницы нашего Габриэла с палкой в руках. Заметив нас, он отшвырнул палку в сторону и бросился к нам в объятия. Поздоровавшись с Ментешашвили, он стиснул своими слабеющими руками мои плечи и сквозь слезы пробормотал:

— Боже, Боже, как больно мне встречать таких гостей с палкой в руках, зачем так жестока судьба человеческая…

— Зачем печалиться, — успокаивал я его, — стоит ли стыдиться в таком возрасте палки, главное, что ум и мысли у вас светлы, как в молодости…

Я спросил Габриэла:

— Что нового произошло за прошедший год?

— Ничего особенно нового не было, вот только с месяц назад приезжали ко мне три научных сотрудника из Азербайджана. Они не назвали себя, но очень интересовались точным местом, куда забросила меня лодка в те далекие времена на берегу Каспия, умоляли назвать тот лес, куда я попал… Но разве я не сказал бы вам об этом раньше, если бы точно знал, где находился тот дремучий лес? Как я мог неграмотным подростком, напуганным и не знающим азербайджанского языка, не зная ни слова по-русски, разобраться в географических тонкостях? А гости все твердили — может быть, я попал в Иран? Может быть, и попал, но не ведаю об этом…

Мы побеседовали с хозяевами около часа, супруга суетилась с угощениями. Габриэл сложил экспромтом стихи о нашей встрече. Смысл их был ярок и прекрасен: «Под покровом голубого неба Грузии, под ласковыми лучами заходящего солнца поэт приветствует в своем доме Иосифа Ментешашвили из Потели-Икара и Петра Леонова из Москвы, сулит им мир и удачу, благословляет теплые человеческие отношения, которые они питают друг к другу так много лет, несмотря на различное национальное происхождение и разницу в возрасте…».

Потом мы простились с нашим добрым Габриэлом, пообещав еще навестить его. А между тем в Потели-Икара председатель райисполкома М. Гунченко и первый секретарь райкома комсомола Д. Гудушаури хлопотали о нашей поездке в Азербайджан, ибо по приезде из Москвы я просил их помочь мне. Итак, 14 сентября в 9 часов утра возле райкома меня ждал УАЗ. Тут я встретился и познакомился с водителем Латуни Кокиашвили, человеком любознательным и любящим природу. А когда мне представили еще попутчика — заведующего орготделом райкома комсомола Темура Тавадзе, я сразу же убедился, что мне повезло. Темур оказался на редкость эрудированным молодым человеком.

И вот наша машина покатила на юго-восток по широкой дороге. Вскоре кончился асфальт, мы свернули к Мирзаанскому ущелью.

Несколько километров пути, и мы оказались как бы на дне земли. Синие горы расступились, и между ними зачернела глубокая, узкая трещина, спускавшаяся, извиваясь змеей, к открытой Тарибанской степи. Здесь уж не приходилось помышлять о дорожном комфорте, наш автомобиль скакал с камня на камень по изрытому бороздами высохшему руслу когда-то быстрого потока, спускавшегося по ущелью во времена ливневых дождей. Выбраться к голубому небу по берегам этой бездны местами немыслимо даже самому отважному скалолазу. Берега или слишком круты, или опутаны колючим кустарником — держидеревом, перемежающимся с зарослями алгунника, или гранатового кустарника. Местами привлекали внимание закорючистые, свисавшие с уступов можжевельники, благоухавшие пьянящим эфирным ароматом. Вот впереди показалась вереница оголенных песчаниковых глыб с узенькими трещинами, из них выглядывали причудливые ящерицы — кавказские агамы Эйхвальда.

Мы ехали почти молча, любовались окружающей дикой природой. Но вот ущелье начало расступаться, как бы легче стало дышать при ощущении простора,

— Подъезжаем к Волчьим воротам, — объявил неожиданно Тема. — Знаете ли это место?

— Как же не знать, — ответил я ему, — еще подростком сколько раз на заходе солнца мы приближались к нему с отцом на фургоне в добрые старые времена. Копыта коней начинали стучать по камням резче и отчетливей, лошади дергались, фыркали, временами прижимали уши, кибитку сильно трясло. Вот фургон втягивался в узкую прогалину между огромными глиняными сопками и в одно мгновение выходил на простор. Здесь всегда останавливались на ночлег после утомительного пути, следуя из Царских Колодцев в Гянджу, а волки тут как тут. Ночью, потихоньку, крадучись, пытались отбить от группы слабенькую лошаденку или жеребеночка. Прошло так много лет, а облик Волчьих ворот нисколько не изменился, только тех волчьих стай уже не стало…

От Волчьих ворот, по пыльной, слегка каменистой дороге, мы направились к берегам Норы. Наверное, полчаса тряслись, огибая сыпучие сопки и невысокие зеленеющие холмы. Вот впереди показался скрытый густым тростником берег реки, плавно текущий по тихой равнине. Нашли с трудом узкий железный мостик и вскоре очутились в первом азербайджанском селении Кьясанам, утопавшем в гранатовых садах. Гранатам как раз был сезон, и сады стояли облепленные привлекательными краснобокими плодами. Мы остановились возле чайханы, разговорились с азербайджанцами, может быть, кто-то из них слышал о лесных людях? Но, увы, никто не имел о них и понятия.

Направились дальше, в сторону трассы Тбилиси — Баку. Только по ней можно было проникнуть в глубь Азербайджана, несясь с ветерком. Наш водитель Латуни взбодрил нас:

— Я повезу вас к трассе самой короткой дорогой, я бывал здесь, хорошо помню эту дорогу.

Да, дорога действительно оказалась самой короткой. Вот и долгожданная трасса, которая привела нас в первый крупный населенный пункт — город Гянджу.

Здесь решили отдохнуть, поговорить с населением. Все небольшие ларьки вдоль улиц были забиты арбузами и гранатами, поэтому много людей, много собеседников. Однако из разговоров с гянджнийцами мы ни малейших сведений не получили о лесных людях: о них попросту никто ничего не знал и никогда не слышал.

Миновав Гянджу, свернули с дороги, чтобы перекусить и обсудить программу дальнейшего путешествия. Что мы смогли уточнить во время своего первого вояжа по той земле, где странствовал некогда Габриэл? Главное, нам необходимо было найти то место, где закупщики скота определили мальчика пастушком, где находились те горы с дремучим лесом, куда его вынесла лодка. Только после этого можно было добывать сведения, подтверждающие реальность рассказа старика.

Я прекрасно знал, что испокон веков из Тбилиси к берегам Каспийского моря вела дорога через Гянджу (Елизаветполь), Евлах, Кюрдамир, Кази-Магомед. Когда мы прибыли в последний населенный пункт, то перед нами встала дилемма: куда ехать. Здесь трасса разветвлялась: одна ветвь уходила на север, к Баку, а другая поворачивала на юг, к пограничному городу Ленкорани.

У нас троих сложилось такое убеждение, что именно где-то здесь, в этом месте проходил некогда и наш герой Габриэл. При последней встрече с ним я еще раз уточнил, как именно выглядело то место на берегу Каспийского моря, куда его определили на работу к беку. Габриэл еще раз повторил, что там было хорошее пастбище для скота, но возле самого моря древесной растительности не было, только поодаль начиналось редколесье, где росли большие деревья вперемежку с кустарниками и зарослями камыша. Мы не стали куда-то сворачивать, а внимательно осмотрели здешний прибрежный ландшафт. И эти скромные наблюдения подсказали нам, что нужно свернуть на север и посмотреть, далеко ли вдоль берега он простирается.

Мы вышли к побережью Каспийского моря и направились в Баку. Как ни странно, но то прибрежное редколесье быстро исчезло, как бы превратилось в голую пустыню или, точнее, полупустыню. Местами на выжженной солнцем почве не встречалось и былинки, а скудная ксерофитная растительность на других участках красноречиво свидетельствовала о том, что леса здесь не было ни сто, ни пятьсот лет назад. Так что от Баку мы снова повернули на юг и через несколько часов прибыли в городок Сальяны, который располагался тут же у развилки. Именно здесь перед нами открылся в полном смысле слова зеленый оазис. И вся хитрость в том, что именно в этом месте в Каспийское море впадает река Кура, питающая обширную пойму. Здесь начинаются аридные прибрежные леса и тянутся на значительное расстояние вдоль берега к югу. Здесь лес и выходящая к нему главная дорога из Грузии, значит, где-то здесь и находилось имение того благодетельного бека.

А теперь вспомним в точности слова Циклаури: «Кое-как я вылез из лодки и, огибая огромные валуны, пополз по крутому берегу. С трудом выбравшись наверх, увидел лес с огромными редеющими деревьями. Я был готов бежать туда, чтобы найти родник и напиться… Долго бродил я по лесу, ночь сменяла день, солнце всходило и заходило, но дней я не считал».

Так что одна загадка вроде раскрыта, мы стоим у ворот той прибрежной лесной зоны, откуда начались приключения Циклаури. Но тут же возникает другая загадка: куда погнало его лодку? Если на север, то там, ближе к границе с Дагестаном, тоже есть прибрежные леса. Но этого быть не могло. И для этого есть серьезные основания. У меня в руках письмо уроженца этой зоны, где мы сейчас стоим, Салмана Новруза-оглы Нейматова, который легко и просто раскрыл интересующую нас загадку. Я не знаю, кто он по профессии, но в глубоком знании этнографии и географии родного края ему не откажешь. Он считает, что лодку могло отнести только на юг, к Ленкорани, к Талышским горам. Вот строки из его письма: «Любая лодка, оставленная на море без укрытия на берегах Апшерона» из-за постоянно меняющихся ветров «хазри» и «гилявар» (северо-западный и юго-восточный), которые заставляют лодку скользить вдоль берега, через несколько дней может оказаться далеко…» Мы не знаем, сколько дней носило суденышко, по морю, однако Нейматов подсказал нам, что азербайджанские чабаны испокон веку, уходя с отарой, брали с собой запас еды на 8—10 дней. За это время лодка могла пройти дрейфом более 200 километров. и причалить к берегу в районе пограничного азербайджанского города Астары или вообще у побережья Ирана. Появилась еще одна надежная примета — валуны, о которых говорил и Габриэл. Их немало в районе именно между Ленкоранью и Астарой. Значит, путь нам надо держать на юг, к Талышским горам. Вторая ночь застала нас возле населенного пункта Шорсалу. Подкатили к одной автозаправке, где собралось много машин, а вокруг суетился народ, разговорились с местными людьми.

— О, я прекрасно знаю лесных людей, — оживился один молодой человек, — этих людей мы называем гулябаны. Это совсем голые люди…

Главное, обрадовался я, мы теперь оказались вооружены надежным термином, понятным местному населению. Если жители знают его — значит, это уже реальность. Еще раз вспомнили письмо Нейматова, а также другого азербайджанца, уроженца этих мест Энвера Салахатдина Фейзулаева. В письме последнего говорилось именно о гулябаны, на что мы сначала не обратили внимания. note 3.

Фейзулаев рассказал нам много подробностей о лесных обитателях. Именно его сведения заставили нас обратить особое внимание на местный ландшафт.

Что же представляют собой окрестности Ленкорани и Астары? Это самая настоящая субтропическая зона с богатейшей растительностью, с уникальными трехъярусными лесами. Я знаком с трудами великолепного русского исследователя природы Закавказья К. Сатунина, который в начале нынешнего века описал Талышские леса, опутанные колючей лианой сассапорилью, которую русское население Закавказья называет ланцетником. Эта лиана, дикий виноград и многие другие лианообразные растения делают субтропические леса непроходимыми. В них действительно может спрятаться не только «лесной человек», но и черт с рогами. Эти леса — гордость и богатство прекрасного уголка Азербайджана.

В начале нашего века, когда произошла история с Циклаури, субтропические леса района Ленкорани и Астары спускались прямо к морю и были действительно непроходимыми. Об этом помнят старожилы, об этом пишет Сатунин. Местное население в старину называло эти леса «дзыра виша», что на талышском означает «вор-лес». Обратите внимание еще на одну деталь — население этой зоны говорит вовсе не на азербайджанском языке, а на талышском, мало похожем на азербайджанский. Такое название леса частично связано с ланцетником, колючки которого так впиваются в одежду человека или в тело животного, что освободиться из их плена совсем нелегко. Смельчаки продвигались раньше по таким лесам с кинжалом в руках, порой стоя на коленях и прорезая себе прогалину. Местное население хранит предания об этом лесе, рассказывают легенды о шайтанах, но о гулябаны повествуют как о реальном явлении. Среди стариков живы еще очевидцы, описывающие лесных людей близко к описанию Циклаури. Гулябаны спасались от окружавшего их цивилизованного населения под покровом этого непроходимого леса. Сейчас даже трудно представить, что 70—80 лет назад в районе Астары дремучий лес украшали гигантские дубы, тополя и многие великаны, которые не пропускали солнечного света в нижние его ярусы. Там всегда было сыро и мрачно. В Талышских горах и сейчас сохранились подобные леса, которые называются реликтовыми.

Пока мы стоим без движения и размышляем, я приведу еще одно убедительное доказательство, что Циклаури попал именно в зону Талышских гор, которые уходят и на иранскую территорию. Давайте вспомним эпизод сражения Габриэла с диким быком в лесу. Так вот, по описанию рассказчика, это было животное серой масти с горбинкой в холке. Это было вовсе не дикое животное, а полудикое, значит, Габриэл находился близко от селения, но не мог его найти.

Я детально изучал работу известного русского военного историка В. А. Потто «История Нижегородского драгунского полка», поскольку этот полк простоял 45 лет на моей родине — в Царских Колодцах. Среди прочего историк пишет, что нижегородские драгуны разводили именно талышский скот серой масти с горбами в области холки и рогами полумесяцем, привозившийся из соседнего Талышского ханства. Описание животных совпадает и у Циклаури, и у Потто. Случайность здесь исключена.

Тот лес раньше тянулся примерно на 35—40 верст вдоль берега Каспийского моря, а в Талышские горы углублялся верст на 20, до самых крутых уступов, которые и по сию пору лесисты. Теперь величественный лес вблизи морского берега полностью извели, о чем горестно пишет уже знакомый нам Нейматов: «Кто может поверить, что от того непроходимого леса, где не было даже тропинок от повозок, где поблизости не было никаких поселений и не могло быть из-за нашествия диких зверей, ныне останутся только узкие полоски, протянувшиеся между красивыми чайными плантациями, которые выглядят с вершин гор как зеленые ковры…».

Да, теперь центральная усадьба совхоза «Аврора» привлекает внимание богатейшими особняками. Известный совхоз гордится лимонными садами, мандариновыми рощами, чайными плантациями. И все это в том месте, где некогда вой волков и шакалов наводил страх на людей. И тогда же жили в глухом лесу гулябаны. Бродили совершенно голыми, как в каменном веке. Замерзнуть они не могли в теплом климате, когда уже в марте зацветает знаменитая ленкоранская акация, которую к Международному дню солидарности женщин привозят в Москву и продают под названием мимозы. Было время, когда в чайханах, на базарах только и слышались разговоры о случайных встречах с гулябаны. А сейчас трудно встретить очевидцев, но они есть, однако в беседе с незнакомыми людьми не называют свои имена. Если начинаешь настаивать, то поворачиваются и уходят прочь. По словам рассказчиков, лесные люди были исключительно мирными, никогда не позволяли себе нападать на местное население. Старики всегда внушали молодым людям, что и самих гулябаны обижать тоже нельзя. Хотя находились дельцы, которые ловили таких существ, сажали в клетки и возили по аулам для развлечения ротозеев за плату.

Когда мы остановились у пограничного поста возле Шорсалу, мои попутчики отвлеклись, так как встретили своего земляка-грузина и разговорились. Я же облокотился о перила помоста в раздумье. Тут подкатили «Жигули», остановились возле нас. Из них вышел азербайджанец средних лет. Подошел ко мне и спросил, кто я и откуда. Я ответил, что из Москвы и интересуюсь гулябаны.

Незнакомец проявил ко мне еще большее любопытство и поведал следующее:

— Мой дедушка рассказывал подросткам, как в юности со своими товарищами с кинжалом в руках тайком уходил в лес, чтобы поймать там отбившуюся от племени лесную красавицу.

— Ну и удавалось когда-нибудь поймать? — полюбопытствовал я.

— Очень, очень редко. Лесные красавицы были чересчур чутки и осторожны, быстро бегали.

Взволнованный неожиданным сообщением, я со всем усердием стал просить незнакомца назвать себя. Но, увы, он отказался, только сообщил, что из Астары, и ушел к своей машине.

До сих пор мы говорили о прошлой истории лесных людей, но некоторые обстоятельства вынуждают нас напомнить и о теперешних событиях. Очень многие рассказчики убеждали, что гулябаны встречаются в Талышских горах и сейчас, чем подтверждали сведения из письма уже знакомого нам Фейзулаева, который заявляет: «У моих (ленкоранских) знакомых и друзей, а есть среди них и очевидцы, нет и тени сомнения в существовании в горах человекоподобных существ мужского и женского пола, а также детенышей. Повторяю, что некоторые встречались с ними. Описывают их примерно так: ростом с человека, выше или ниже, густо обросшие волосами от темно-серого до черного цвета. Лицо скорее человеческое, чем обезьянье. При случайной встрече с человеком убегают на двух ногах. Чрезвычайно осторожны, встречаются чаще в сумерках, ночью, реже днем, в далеких горных селах иногда воруют ночью мелкий домашний скот, птицу, овощи и фрукты».

Фейзулаев — ассистент кафедры психологии Азербайджанского медицинского института. Его сведения совпадают с рассказами жителей Талыша. Печально, что эти жители себя не называют. Назвал только один Надир Мусаев, которого мы встретили возле автозаправочной станции, но откуда он сам родом — этого опять-таки не сообщил.

Многие собеседники уверяли, что в Талышских горах можно и в наши дни найти места ночлега гулябаны, то есть вытоптанные участки диаметром 3—5 метров округлой формы, устланные сухой травой и клочками шерсти. Лесные обитатели не расстаются с палками — своим главным оружием. Но, к сожалению, за день или неделю блужданий в лесу едва ли встретишь такое место, для этого нужна серьезная экспедиция с непременным привлечением местного населения.

Собранные скудные сведения навели меня на такую мысль. Никто теперь не говорит, что гулябаны живут в камышовых хижинах. Значит, для них настало другое время, они перешли на типично кочевой образ жизни.

Пока мы странствовали по Азербайджану, наш неутомимый историк Ментешашвили упорно разыскивал в селении Архио Георгия Арсенидзе. Оказывается, еще до того, как мы узнали о записях Циклаури, Георгий встречал лесных людей в непролазных дебрях на восточных окраинах Кахетии, у самой границы с Азербайджаном. Он много лет проработал в Вашлованском заповеднике, поражающем любого своей дикой красотой. Арсенидзе возил на водовозке воду и заливал ею специальные ямы, так как в засушливый летний сезон многие естественные источники в Вашловани пересыхают и крупным животным негде напиться. Однажды в сумерках, это было 7—8 лет назад, Георгий поднимался на своей водовозке от реки Поры к Пантишарскому ущелью и вдруг увидел впереди одинокого обнаженного человека небольшого роста, который метнулся в сторону и скрылся в зарослях. Это ущелье входит в зону Вашлованского заповедника, его прорыли среди огромных сыпучих сопок половодья. Места там сплошь труднодоступные или вообще недоступные человеку. Сопки чрезвычайно круты да еще поросли густым кустарником — алгунником, можжевельником и фисташкой Мейера. Оставаться на ночлег в этом ущелье почему-то очень страшно, что-то давит на подсознание, человек становится робким.

Георгий Арсенидзе не единственный очевидец. Ранее мною были записаны еще два эпизода. Также несколько лет назад к бывшему председателю колхоза имени Ленина Ш. Н. Каралашвили, что в селе Потели-Икара, зашел встревоженный пастух и заявил, что боится пасти скот в зоне Вашловани, поскольку там в сумерках появляются лесные люди, а потом исчезают, вроде не воруют скот, но не понятно, чего они хотят. О случайной встрече с лесными людьми лет пять назад мне рассказывал мой сосед, житель Цители-Цкаро Димитрий Гирихиди. Он вез на мотоцикле рыбу с реки Норы. В сумерках втянулся в Пантишарское ущелье. Когда мотоцикл пошел на крутой подъем и сбавил ход, Димитрий заметил двух человек, совершенно голых, которые, выскочив на дорогу, кинулись за мотоциклом, видимо в надежде, что из люльки выпадет несколько рыбешек. Гирихиди настолько оробел, что даже не помнит, как выбрался из ущелья на простор. Но факт остается фактом — лесные люди на него не пытались напасть. И ни один рассказчик никогда не упоминал об их агрессивности. Это внушает доверие к публикациям.

Итак, три очевидца указывают на район Вашлованского заповедника. Возникает будто некоторое сомнение, так как заповедник расположен на территории Грузии на расстоянии не менее 500 километров от Талышских гор. Как все это объяснить, если в глубине Азербайджана, в 100—200 километрах от Талыша, о лесных людях местное население ничего не рассказывает? Однако удивляться здесь нечему, просто нужно повнимательней взглянуть на карту всей этой обширной зоны.

Азербайджан расположен как бы в чреве Кавказских гор, но эта страна преимущественно равнинная. Когда мы возвращались из Талыша, я следил за изменением ландшафта. Всюду по дороге — в районе Кюрдамира, Евлаха, Гянджи — услаждает взор равнина, зеленеют сады, виноградники, чайные плантации, реже хлебные поля. Но с юга, начиная от Талышских гор, тянется на северо-запад вереница небольших лесистых хребтов, которые в районе Гянджи перерастают в довольно мощный хребет Воз-Лаг. Здесь он поворачивает прямо на север, становится ниже и примыкает к Вашлованскому заповеднику, уже изборожденному причудливыми осыпями. Значит, лесные люди в теплое время года совершают миграции именно по этим хребтам, а в долины, тем более безлесные, не спускаются. Поэтому их на равнинах никто никогда не видел и ничего о них не рассказывает.

Но к юго-востоку от Вашлованских осыпей тянутся лесистые горы, заканчивающиеся ущельем Деки-Икали, которое уже с другой стороны примыкает к границе Азербайджана. Далее начинается глухой лес, который, перемежаясь полями, тянется до самого подножия Главного Кавказского хребта. Разве не подходящее место для обитания лесных людей? Поэтому у меня возникло желание побывать в Северо-Западном Азербайджане и разузнать у местных жителей, не встречал ли кто-либо чего-нибудь подобного в предгорьях Большого Кавказа.

Как раз в это время из Харькова в родные Лагодехи прибыл на отдых мой добрый приятель, кандидат медицинских наук и журналист Петр Згонников. Он знал о моей поездке в Азербайджан с комсомольцами, поэтому по возвращении домой я нашел в почтовом ящике письмо, в котором он срочно приглашал меня приехать в Лагодехи. На следующий же день я сел в автобус и через полтора часа был уже у Петра.

Петр, взволнованный встречей со мной, сразу же начал строить планы путешествия со мной в горы, в самое сердце Главного Кавказского хребта, к альпийским лугам, к водоразделу. Но сначала я попросил его организовать поездку в северо-западную часть Азербайджана по поводу гулябаны. На второй же день все бьыо готово, к дому подкатил «Москвич», и мы отправились по трассе вдоль Большого Кавказа в глубь Азербайджана. Проехали Белоканы, Закаталы, добрались почти до Кахи, то есть до оконечности глухих лесов. Беседовали со стариками, с молодыми людьми, но никто о гулябаны, вообще о каких-то лесных людях нам ничего не сообщил.

Через несколько дней мы поехали в горы, к водоразделу, сначала на трехосном грузовике, а затем на лошадях. Мы даже достигли высокогорных селений Салда и Чарода, расположенных уже в Дагестане на высоте чуть ли не две тысячи метров над уровнем моря. И здесь никто ни о каких «лесных людях» ничего не слышал.

Потом я еще проехал по Северному Азербайджану более 200 километров, до Варташена, также беседовал с людьми о гулябаны. Но ничего нового не узнал. Стало быть, в моем предположении о миграции гулябаны есть рациональное зерно. И вот почему. Лесные люди доходят до Вашлованских осыпей и не идут дальше, там им путь преграждает бурная и быстрая река Алазань, через которую в этих местах нет мостов. Вряд ли гулябаны могут плавать, судя по их замкнутой жизни в глухих чащобах. Поэтому так странно получается, что на одном берегу реки о лесных людях знают, а на другом — нет. Но тут возникает вопрос: а что, цивилизованный люд не передвигается? Да, это так, но мы в своих беседах всегда ставили конкретный вопрос: что здесь, именно у вас? Кстати сказать, в Белоканах я познакомился с Шорабуддином Хочберовым, который вез нас на грузовике к водоразделу. Когда я спросил его о гулябаны, он сказал: это, мол, не у нас, это в Талыше…

Однако, двигаясь от хребта Воз-Лаг к Вашлованским осыпям, тоже приходится пересекать реку Нору. Но эта река настолько мелеет в летнее время, что во многих местах ее перейдет вброд курица. И к тому же в тех местах через нее переброшено несколько мостов, по одному из которых мы переправились.

Как мы видим, кое-что прояснилось относительно лесных людей, поэтому нам снова нужно возвратиться к вопросу о их происхождении, обратиться, может быть, к далекому прошлому. На страницах журнала «Вокруг света» я в свое время высказал догадку, что эти люди — из пришельцев, которых некогда загнали в леса. Этнограф же В. Кобычев хотя и разделил мою точку зрения, но усомнился в том, что это были именно пришельцы. По его мнению, скорее пришельцы загнали в леса местных жителей. Казалось бы, на этом можно было бы поставить точку. Но о лесных людях на Кавказе писали еще древние ученые. В трудах историка и географа Геродота (V в. до н. э.) говорится, что на Кавказе обитало тогда множество лесных людей, которые питались плодами диких деревьев и кустарников, а совокупление у мужчин и женщин было свободное, как у скота, без всякой застенчивости. По свидетельству же Циклаури, лесные люди жили супружескими парами, у них уже сформировалась семья. А может быть, это вовсе разные существа — лесные люди и гулябаны?

Я не знаю ничего конкретного об обволошенности лесных людей. У Циклаури есть сведения только о бороде, в то же время о гулябаны говорят как о полностью покрытых волосами. У Геродота мы находим, что лесные люди престарелых особей убивали. У Циклаури — констатация факта, что он не видел стариков. По Геродоту, брачные союзы лесных людей были прочные, мужчина брал себе в жены одну женщину и жил с нею до конца жизни, то есть браки были моногамные. Это совпадает со сведениями Циклаури.

Но почему лесные люди сохранились только в районе Талышских гор? Тут, по-моему, ясно: дикое безлюдное место, обширные глухие леса, мягкий климат, изобилие даров леса. Скорее всего, локализация лесных людей вовсе не связана с азербайджанским или грузинским этносом. Они могли приходить из Ирана, где еще теплее, оборудовать стоянки до поры до времени, как, например, было у племени, в которое попал Циклаури. Они могли переходить из Ирана в Азербайджан, а потом и в Грузию. Видимо, в свое время вышедшего к морю Габриэла заметил пограничный сторожевой корабль, поскольку где-то там проходила иранская граница. Возможно, и жил Габриэл среди племени на иранской территории, а потом вышел в пограничную зону.

Почему Габриэл не мог распознать язык, на котором говорили лесные люди? Такие упреки раздавались со стороны оппонентов, поскольку в Грузии в те времена, да и теперь азербайджанская речь хорошо знакома, не редкость. Скорее всего, лесные люди говорили на каком-нибудь диалекте сложнейшего талышского языка, который больше похож на фарси, чем на азербайджанский, вообще население в Талыше говорит не на чистом талышском языке, а на смешанном с арабским, персидским и турецким. Наконец, можно высказать предположение о том, откуда взялся в тех краях русский купец по имени Петр, который вызволил Габриэла из клетки и возвратил на родину. В то время, то есть в начале нашего века, в районе Ленкорани и Астары проходила грунтовая дорога над самым берегом моря и вела в Иран. По ней следовали русские купцы с товарами. Сведения эти вполне достоверны, ибо они подтверждаются рассказами местного населения и историческими документами.

Вот какую историю рассказал в редакции журнала «Вокруг света» Петр Леонов.

НЕИЗВЕСТНОЕ СОЗДАНИЕ ПРИРОДЫ ИЛИ РУКОТВОРНЫЕ ВАМПИРЫ?

Чупакабрас (от испанских слов chupar — сосать и cabra — коза) появляются как выходцы из ночного кошмара. Вот уже несколько десятилетий ученые ломают, головы, к какому виду, семейству или даже классу отнести, этих тварей — пожирательниц скота в Латинской Америке. Да и не только там, как выясняется…

Кто их видел? Знает ли кто-нибудь, откуда берутся чупакабрас? Являются ли капризом природы или результатом генетических опытов какого-то неправительственного ведомства? Гипотез вокруг этих адских созданий множество, и авторы некоторых из них прямо говорят о вампирах и оборотнях. И тогда старые легенды представляются в совершенно новом, реальном свете…

НЕОБХОДИМЫЙ ЭКСКУРС В ПРОШЛЫЙ ВЕК.

«Нечто» из Девоншира.

В 1855 году в графстве Девоншир, Великобритания, были обнаружены странные следы, которые крайне взволновали местных жителей: принадлежали ли они самому дьяволу, неизвестной науке птице или же их сотворила группа проказников? Никто до сих пор не знает, что или кто оставил эти следы на земле. Ученые XIX века выдвигали самые разнообразные гипотезы по этому поводу. Одна из них, феноменологическая, утверждала, что речь идет о «нечто», что живет между осязаемым и неосязаемым миром, иногда оставляет свидетельства своего существования, но все равно является недосягаемым для человека.

Что же произошло тогда, снежной ночью далекого 1855 года?

Седьмого февраля в Девоншире прошел обильный снегопад, и белым цветом окрасился весь обширный бассейн реки Экс. Генри Пилк, булочник из деревни Топшем, в то утро поднялся рано, чтобы растопить печи и начать свою обычную работу. Он был одним из первых, кто увидел чистый хрустящий снег, покрывший деревню и окружающие поля. Но на этом снегу он заметил нечто необычное: следы, которые, казалось, оставил очень маленький ослик. Пилк отметил и еще одну странность, кроме размера, — хотя по форме следы были ослиные, но совершенно никак не отличались друг от друга, и нельзя было понять, где какое отпечаталось копытце.

Булочнику никогда не приходилось видеть, чтобы осел или пони так необычно ходили. Хотя его и заинтриговали столь интересные отметины на снегу, но у него было слишком много работы в пекарне, чтобы уделять им внимание, и вскоре он вернулся к своим занятиям.

Альберт Брейлфорд, директор местной школы, отреагировал по-другому. Тем же утром Альберт превратился в организатора целой группы жителей, охваченных азартом охоты, и во главе их устремился по таинственным следам. Группа добралась до пекарни и получила разрешение Пилка войти во двор. Но отсюда, как выяснилось, следы тянулись дальше через деревню.

Обыватели высыпали из своих домов и побросали работу, чтобы присоединиться к группе. Члены поисковой партии разделились, и каждая группа занялась обследованием своей территории, и все эти люди доносили о том, что и в их зоне поисков обнаружились следы. Понемногу возбуждение перешло в страх, поскольку выяснилось, что, кроме всего прочего, существо, прошедшее этой ночью, способно перепрыгивать через стены четырехметровой высоты так, как будто их вовсе не было.

На 150 квадратных километрах.

Следы объявились в Эксмуте, Лимпстоуне, Вудбери, Паудерхеме, Мемхеде, Доулише, Тейнмуте, Тотнесе, Торке и других селениях графства, на территории общей площадью 150 квадратных километров. Доктор Бенсон, который практиковал в этой местности, шел по следам от Мемхеда. Пересекая поля и луга, они уперлись в стог сена высотой в шесть метров. Доктор осторожно обошел стог и с удивлением обнаружил продолжение следов с другой стороны, словно бы препятствия вообще не существовало. Осмотрев сам стог, занесенный слоем чистого снега, Бенсон не нашел на нем никаких следов. Все, казалось, указывало на то, что каким-то необъяснимым образом нечто перелетело через скирду или, может быть, прошло сквозь нее, как призрак.

Два охотника из того же района шли по следам много часов по местности, покрытой густыми зарослями колючего кустарника. Цепочка следов здесь внезапно прервалась, но они возникли заново на заснеженных крышах близстоящих домов. Осмотрев то, что осталось от следов в садах, охотники поняли, что они ведут прямо к Мемхеду.

Устье Экса в некоторых местах достигает ширины почти три километра, и вода в те дни еще не замерзла, несмотря на прошедший снегопад. Следы обрывались на одном берегу у самой кромки воды, но затем возобновлялись на другом, как будто существо перелетало или переплывало через широкое речное устье.

Когда следы начали понемногу исчезать под действием слабого февральского солнца, пробивавшегося из-за туч, то их вид изменился.

Края их разделились, и они стали походить на отметины от раздвоенных копыт. (Еще раз напомним, что все происходило в 1855 году. Сельские жители Девоншира в то время были весьма религиозны, и средневековые представления о сатане как о демоне с рожками и раздвоенными копытами были им очень близки.) Вскоре состояние обывателей совершенно изменилось. Мужчины начали спешно вооружаться ружьями и разным инструментом — косами, вилами и граблями. В то время как самые отважные рыскали по полям в поисках ужасного существа из этого или другого мира, способного оставлять такие следы, большинство людей в страхе запирались в домах и баррикадировали двери. Начали появляться кресты, распятия и большие викторианские Библии в кожаных переплетах, которые, как верили, могли защитить от демонских козней, даже от самого сатаны.

Встреча в лесу.

В это время охотники чуть не совершили одну ужасную ошибку. Дело в том, что в деревне Вудбери жил Дэниел Пламер, тихий безумец, который бродил по лесу в лохмотьях, украшенных перьями, и подражал голосам разных зверей и птиц. Обитатели Вудбери его хорошо знали и считали совершенно безобидным; большинство не принимало в его жизни никакого участия, хотя некоторые изредка давали ему поесть, когда он приходил к ним за милостыней. К несчастью Дэниела, группа охотников, выслеживавших «чудище» в лесу, его не знала. Он попытался от них бежать, его быстро поймали и уже собирались с ним разделаться, считая, что он и есть то самое «чудище». Тут к охотникам подошел эсквайр Бартоломью, местный мировой судья, и едва успел объяснить, кто такой Дэниел.

Итак, в ту февральскую ночь нечто, не похожее ни на один вид зверей, живших в этой местности, оставило цепь следов в форме подковы на пространстве в 150 квадратных километров. Они выглядели совершенно иначе, чем отпечатки лап любого четвероногого или даже двуногого существа, такого, как человек, у которых следы ног отличи-мы правый от левого. С другой стороны, эти следы были выпуклые; значит, нога, копыто или что-то еще было вогнутым. Каждый след был отделен от предыдущего и последующего расстоянием в 20 сантиметров, и так они растянулись по длине на многие и многие километры, причем дистанция между следами сохранялась независимо от того, была ли на пути холмистая или ровная местность. Каждый след имел 10 сантиметров в длину и 7 сантиметров в ширину, и эти размеры тоже оставались неизменными на всем пути.

Обескураживающие теории.

Что могло оставить такие следы? Предположений на этот счет возникло множество. «Иллюстрейтед Лондон ньюс», «Таймс», «Инвернесс курьер» и «Брайтон гардиан» запечатлели эхо этой истории. В середине XIX века в Великобритании было много натуралистов-любителей, жаждавших поделиться своими гипотезами и с жаром их отстаивающих.

Как и в случае с кругами на пшеничных полях, и здесь не исключена возможность, что следы могли быть сделаны какими-то шутниками. Надо признать, что в викторианской Англии было много молодых аристократов, вполне обеспеченных и маявшихся от безделья. Они как раз обожали такого рода шутки и мошенничества и частенько сами признавались в авторстве тех или иных «умных загадок». Однако невозможно, чтобы один и тот же мужчина или одна и та же женщина всего за ночь пробежали 150 километров; следовательно, шутников должна была быть целая шайка. Кроме того, всем известно, как сложно скрыть такого рода тайну. Когда знающих ее много, кто-нибудь да проговорится. Но никто так и не сказал по поводу девонширских следов: «Это моих рук (или ног) дело».

Поскольку Девоншир находится на побережье и морская вода проникает в устье Экса, многие натуралисты сочли возможным допустить, что следы оставила какая-нибудь раненая чайка. Но для любой чайки пробежать 150 километров в подобных условиях — это невыполнимый подвиг. Никакая морская птица не пройдет столько по земле, и не существует птиц, чьи лапы, без перепонок и когтей, могли бы оставлять такие следы. Хотя версия об их принадлежности какой-нибудь птице имела свои преимущества — так можно было объяснить, каким образом существо преодолевало разные препятствия на своем пути. Однако на снегу не осталось отметин от крыльев в тех местах, где предполагаемая птица должна была взмывать на них в воздух!

В одной статье, опубликованной в «Иллюстрейтед Лондон ньюс» за 10 марта 1855 года, делалась ссылка на другую статью, в «Брайтон гардиан» за конец февраля. А в ней, в свою очередь, давалась ссылка на «Космос», книгу барона Александра фон Гумбольдта, в которой он говорит о полулегендарном странствии Бьерна Хериольфсона в 1001 году. Этот путешественник, который, судя по всему, достиг побережья полуострова Лабрадор в Северной Америке, описывает одно очень забавное животное, которое называет одноногом. У него, как видно из наименования, всего одна лапа, но с ее помощью это исключительное существо «способно летать, а скорее — бежать с невероятной скоростью, часто отталкиваясь от земли через равное расстояние…». Интересный рассказ, хотя его источники остаются неясны. Таким образом, и «Иллюстрейтед Лондон ньюс», и «Брайтон гардиан», в свою очередь, подсунули читателям еще одну утку.

Животное или дьявол?

Скачущие крысы, жабы, лягушки, кролики, зайцы, барсуки и многие другие были предложены тогдашними натуралистами в качестве существа, оставившего свои следы. Но продолжительность цепочки следов, их исчезновение и появление вновь с другой стороны встречающихся препятствий, таких, как стог сена или широкая река, — все эти факты ослабляют подобные теории до их полного разрушения.

Другая интересная гипотеза заключалась в том, что какой-нибудь воздушный шар сорвался с якоря и был унесен в Девон ветром. Якобы именно его волочащаяся по земле цепь и оставляла на снегу такие подковообразные следы. Но их регулярность делает эту теорию несостоятельной. Любой шар во власти порывов ветра станет время от времени набирать и терять высоту, и цепь не станет выписывать на земле ровную линию из следов, а оставит их совершенно разными.

Немаловажно и то, что в это время никто не заявил об исчезновении воздушного шара. К тому же в 1855 году воздушных шаров было очень мало.

Без сомнения, многие обитатели Девоншира, которые видели странные следы, всерьез полагали, что это дело самого дьявола, или, по крайней мере, каких-нибудь ему подчиненных мелких бесов. Многих тогда мучила идея греха, и мысль, что посланец ада бродит среди людей, приближается к их дверям и заглядывает в окна, людей весьма и весьма тревожила.

Феноменальное.

Через 120 лет после этой истории Джон Мичелл и Роберт Рикард написали прекрасную книгу под названием «Феномены», в которой блестяще изложили довольно сложную для понимания философскую концепцию феноменализма, приложив соответствующие иллюстрации и описания интересных случаев.

Вкратце: феноменализм утверждает, что наше постижение Вселенной и особенно ее неизвестных областей, может улучшиться и обогатиться, если мы посмотрим на нее как на общее, единое, протяженное пространство, а не как на собрание отделенных друг от друга, герметично запертых отсеков. Феноменализм предполагает, что космос — это большая река событий, а не ряд независимых луж, озер и океанов.

В своем восприятии Вселенной мы выделяем физически конкретные факты, такие осязаемые элементы, как сосиски, вино, тарелки, монеты, веревки и мотоциклы. Но мы также знаем, что существуют сны, воображаемые картины, утопии и фантазии о Дон Кихоте и Алисе в Стране чудес.

Феноменализм предлагает пересмотреть наше восприятие, утверждая, что все предметы и события встречаются в каком-то пункте между этими двумя крайностями. Именно там обитают такие существа, как огромные кошки из Девоншира, тибетский йети или сасквач североамериканских лесов. Эти существа являются в определенные моменты и определенным людям и оставляют загадочные следы. Но их почти невозможно сфотографировать или изловить. Если сны и вымыслы являются ментальными феноменами, а чеснок, вино, тарелки, столы и бутылки — чисто физическими объектами, то где-то между их мирами обитают люди-волки, вампиры, сущности, вызывающие полтергейст, морские чудища, корабли-призраки, привидения и девонширские монстры. Может быть, существует какая-нибудь земля, где физическая и ментальная реальности встречаются, смешиваются и взаимопроникают?

Ответа пока нет.

Есть загадки без разгадки — такова и эта, которая сопротивляется разрешению вот уже больше века, не сдаваясь перед современной наукой с ее усовершенствованными методами исследования. Факты остаются, но объяснение по-прежнему отсутствует. Нечто оставило свои следы протяженностью в 150 километров в окрестностях реки Экс в Девоншире в ночь на 7 февраля 1855 года. Следы не похожи ни на любые другие, принадлежащие известной птице или зверю. Идет ли речь о каком-то редком животном или же совсем неизвестном науке? Или это была чья-то шутка? Или здесь замешаны сверхъестественные силы? Может быть, сорвавшийся с якоря шар? Ни одно из этих объяснений не соответствует всем признакам. Не соответствует настолько, что нам даже пришлось обратиться к феноменализму. Хотя следы сами по себе были не менее реальны, чем земля, на которой они отпечатались, то, что их оставило, скорее всего, не принадлежит к нашей реальности.

А СЕЙЧАС СНОВА В ВЕК ДВАДЦАТЫЙ. И СНОВА ВЕЛИКОБРИТАНИЯ.

ЗАГАДОЧНЫЕ КОШКИ КОРНУОЛЛА.

Странные существа выходят на охоту из Корнуоллских верховых болот (Великобритания). Некоторые считают их просто одичавшими домашними кошками, но очевидцы рассказывают об огромных чудовищах.

Растерзанные и обглоданные трупы домашних животных и не очень четкие кадры видеосъемки доказывают, что загадочные твари существуют. Они появляются в глухих местах в самой безлюдной части Корнуолла. В этой местности люди издавна охотились на лис, барсуков и диких кроликов. Крупные хищники семейства кошачьих там не водятся. И сегодня вдоль болот все чаще находят разорванные на части туши бычков и овец.

Это началось в 1995 году. Местные фермеры недосчитались тогда 77 овец и бычков. Судя по отпечаткам лап на местности, по следам когтей и клыков на телах животных, они стали добычей каких-то огромных хищных зверей. Охотники, ходившие на болота пострелять дичь, рассказывали, что встречали там кошек чудовищных размеров. Звери не нападали на них, но вели себя очень смело, так что некоторых из них удалось сфотографировать и даже заснять видеокамерой.

Собранные материалы послали в Лондон, в министерство сельского хозяйства. Но, несмотря на многочисленные свидетельства очевидцев, фото— и видеодокументы, подтверждающие подлинность фактов, чиновники сочли существование таких животных маловероятным.

Двух биологов, которые исследовали присланные материалы, отправили в командировку в Бодмин, чтобы они по возможности выследили загадочных существ. Через два месяца ученые представили своему начальству результаты своих поисков — видеопленки, на которых нетрудно было узнать безобидных домашних кошек. А бычков, по их мнению, задрали и съели местные хищники и собаки. Министерство удовлетворилось такими выводами и прекратило поиски неизвестных чудовищ.

Но люди, живущие рядом с Корнуоллскими болотами, по-прежнему боятся хищных «кошек» с огромными горящими глазами.

«Корнуоллские кошки» снискали не меньшую славу, чем знаменитая «собака баскервилей», с той лишь разницей, что о них не слагаются легенды. Деревенские жители часто встречают на болотах чудищ, которые при виде людей неслышно удаляются большими прыжками. При виде их горящих в темноте круглых глаз даже у записных храбрецов мороз по спине пробегает.

Некоторые зоологи уверены, что в Англии кое-где водятся крупные хищники семейства кошачьих, например пума. По мнению куратора Лондонского зоопарка Дугласа Ричардсона, «чудовища с Корнуоллских болот» — это, скорее всего, пумы или пантеры. Ричардсон напомнил, что в 1976 году правительство Великобритании издало закон, по которому граждане, содержащие у себя диких животных, обязаны их регистрировать и платить за них налоги. Наверное, владельцы диких зверей, не пожелавшие за них платить, просто выпустили своих питомцев на волю. В довольно мягком климате Англии часть хищных заморских «кошек» могла выжить и расселиться на болотах графства Корнуолл.

…Джон опомниться не успел, как сокрушительный удар в спину свалил его с ног. Обернувшись, он увидел, как в темноте сверкнули два огромных, как блюдца, желтых глаза, и тишину потряс звериный вой. Джон выхватил из кармана куртки фонарик и направил его перед собой. То, что он увидел, заставило его похолодеть от ужаса — яркий луч света выхватил из темноты громадную кошачью морду абсолютно черного цвета с длинными, как у саблезубого тигра, клыками. Уже лежа на земле, Джон разразился впечатляющей тирадой, сдобренной отборнейшими ругательствами.

И тут свершилось чудо. Зверь в растерянности отпрянул и, немного потоптавшись у поверженного навзничь тела, неожиданно скрылся во мраке.

Джон Хэмстед оказался первым, кого загадочная кошка из Корнуолла оставила в живых. Старики поговаривают, что кровожадная бестия обитает здесь с незапамятных времен и отправила на тот свет немало прадедушек и прабабушек нынешних жителей окрестных поселков. Появляется она в лесу только в високосные годы и обязательно кого-нибудь убивает. Те, кому приходилось видеть ее издали, утверждают, что злобная тварь напоминает гигантскую пантеру с огромными, в полметра, клыками, абсолютно круглыми глазами и лохматыми ушами спаниеля. Зверюга способна одной лапой сломать хребет корове и свалить сосну.

Загадочная кошка особенно любит подстерегать людей у ограды заброшенного замка Моруэнстоу. Говорят, ей доставляет удовольствие чесать уши о проржавевшие петли массивных ворот и точить когти, устроившись на широкой каменной стене. Она чувствует себя здесь полновластной хозяйкой после того, как пару столетий назад отправила на тот свет прежних владельцев замка. Бессердечная тварь загрызла хозяина, утопила в пруду его жену, а детей выбросила из окна. С тех пор замок необитаем, и пока ни у кого так и не возникало желания приобрести его.

Полиция упорно не верит очевидцам, утверждая, что описанного ими зверя не может существовать в природе. Сельчане вооружались, кто чем мог, и устраивали на чудовище облавы. Но оно словно чуяло, что ему угрожает опасность, и бесследно исчезало. Пока никому не удавалось обнаружить ни его следов, ни логова.

Загадочные хищные создания наподобие корнуоллского обитают и в других графствах Великобритании. В тот год, когда на небе выстроился парад планет, в Кенте неведомый зверь повадился шастать ночами по жилым поселкам и, загнав в конуры перепуганных собак, ломиться в дома. Местные жители уже давно укрепили двери и окна плотными ставнями и металлическими решетками. Повышенные меры предосторожности оказались кстати, и в результате набегов лесного соседа пострадал всего один дом — тот, который недавно приобрел в качестве дачи кто-то из городских жителей. Новый хозяин не поверил местным байкам и в одну не самую прекрасную ночь был разбужен доносившимся с улицы диким завыванием. Не успел приезжий высунуть голову из-под одеяла, как раздался звон стекла и в проеме окна нарисовалась звериная морда.

Повинуясь инстинкту, человек нырнул под одеяло и, подглядывая в щелочку, увидел, как в комнату запрыгнуло настоящее чудовище. По уверениям очевидца, оно напоминало адскую помесь волка, льва и морского котика. Шлепая похожими на ласты лапами, неведомый монстр громко сопел и шмыгал носом, оставляя на полу длинные борозды чего-то похожего на сопли. Опрокинув пару стульев, он скрылся в соседней комнате, и через секунду весь дом громыхал, звенел и содрогался. Вспотевшему от напряжения хозяину оставалось только молить Бога, чтобы незваный гость поскорее покинул его жилище. Наутро уцелевший бедолага обнаружил, что ополоумевший зверь разгромил всю мебель и растоптал в крошку дорогой сервиз, обмазав своей слизью стены и жалюзи. Оценив потери, пострадавший быстро собрал вещи — и был таков.

Судя по свидетельствам очевидцев, которым приходилось сталкиваться с неизвестными науке хищниками, в Великобритании их видели и в Озерном крае, и в Грампианских горах, и даже в водах Ла-Манша. Рыбак из поселка под Портлендом рассказал, что его лодку чуть не потопил заяц величиной с моржа» у которого вместо хвостика торчал над водой огромный плавник. Уцепившись длинными резцами за борт, зверь принялся с такой силой раскачивать неказистое суденышко, что своими длинными ушами, которыми он неистово размахивал в воздухе, сбил человека с ног.

Внешне звери-монстры совершенно непохожи друг на друга, и объединяет их только одна общая черта — все они на редкость безобразны. Одни очевидцы утверждают, что видели волка с гривой льва, другие — тигра с мордой собаки, третьи — гиену с лапами леопарда. Мерзкие хищники умеют не только реветь, но и хохотать, плакать и даже распевать песни. Один деревенский житель наблюдал, как жуткий монстр, задравший лошадь, стоял над своей жертвой и завывал что-то похожее на рождественский гимн.

Британские криптозоологи (специалисты по неопознанным животным) давно занимаются изучением странных зверей, существование которых отрицает официальная наука. В последнее время в Британский центр нетрадиционной зоологии стекается такое количество сведений о диковинных тварях, что специалистам даже пришлось на время отказаться от поисков лох-несского чудовища, тем более что оно прочно залегло на дне к, видимо, в ближайшие годы не собирается всплывать на поверхность.

ВЕРНЕМСЯ В ПУЭРТО-РИКО.

Итак, с чего же все началось? В 1967 году одно семейство фермеров-пуэрториканцев заявило, что на их кораль напала стая волков-убийц, которые зарезали много овец. Даже беглый осмотр трупов животных показал: необходимо более внимательно изучить это происшествие. У овец имелись на теле раны, совершенно непохожие на те, какие оставляют хищники, в частности, волки. Гораздо больше они напоминали своей глубиной и точностью хирургические надрезы. Кроме того, все трупы были начисто лишены жидкости. То есть можно заключить, что животные погибли от потери крови. Кто же это сделал?

Латиноамериканская пресса описывает множество случаев, когда местные жители встречали странных существ, — некоторые из таких встреч заканчивались трагически, а в других людям удавалось прогнать чупакабрас одним своим появлением. Их описывают как низкорослых человекоподобных животных с большой головой и крупными, широко раскрытыми черными глазами, крепкого сложения и испускающих отвратительный, тошнотворный запах, точно так же, как и бигфуты в Скалистых горах. Между 1987 и 1991 годами сообщалось о более чем 50 случаях столкновения со странными человекоподобными существами, которые чаще убегали, но иногда, наоборот, набрасывались на людей. Одновременно с этим в Пуэрто-Рико произошел буквально обвал встреч и наблюдений НЛО. Сама собой напрашивается версия о связи между этими существами и неопознанными объектами. Но в то же время имеется явное сходство между этими монстрами из газетных сообщений и теми, кого сейчас называют чупакабрас в наши дни, когда появление их с прилетом НЛО не совпадает.

Блуждающая загадка.

Вирхилио Санчес Осехо из Майами, один из самых известных американских авторитетов в области изучения неведомого, твердо уверен, что между происшествиями в Пуэрто-Рико и теми событиями, которые имели место на фермах во Флориде, существует прямая связь.

С другой стороны, известный журналист Хайме Мауссан, исследовавший подобные случаи в Мексике, предлагает самые невероятные свидетельства и точные доказательства существования чупакабрас в этой стране. Нет никакого сомнения, что пуэрториканские данные и те, что собраны Мауссаном в Мексике, описывают одно и то же чудовище, — признаки их нападения очень похожи в обоих случаях. Кроме того, Мауссан собрал показания людей, подвергшихся нападению чупакабрас, которые смогли сделать довольно точное описание атаковавших их тварей.

А кроме Мексики, были еще и Гватемала, и Коста-Рика, и Сальвадор, и Бразилия, и Венесуэла, и Панама… Да, нельзя не признать, что нечто странное происходит в самых малонаселенных и влажных областях нашей планеты. Даже влиятельный еженедельник «Латин ньюс», распространяемый на северо-востоке континента латиноамериканской общиной, удивил своих читателей во вторую неделю мая 1996 года сообщением о том, что чупакабрас видели на… Лонг-Айленде в Нью-Йорке, и довольно большое число людей…

Только ли в Америке?

Не так давно за несколько недель в различных областях Испании был отмечен высокий падеж овец. Не исключено, что в некоторых случаях подобного рода события могли быть вызваны активностью грабителей. Однако в большинстве своем они сопровождались необычными обстоятельствами, которые наводят на мысль о том, что гибель скота вызвана необычным животным с повадками скорее вампира, чем хищного зверя, поскольку это существо, вместо того чтобы разорвать свою жертву, а затем съесть, проделывало у нее на шее отверстие, через которое выпивало всю кровь.

Еще одна загадочная особенность этого события — то, что ни один человек не видел мистическое животное. Хотя и здесь ходят слухи о каком-то двуногом существе.

Некоторые средства массовой информации и официальные органы, как водится, поспешили поскорее закончить с этим делом, дав лживые и неправдоподобные объяснения случившемуся, несмотря на то что «деятельность» чупакабрас в странах Карибского бассейна продолжается. В Мексике, например, цензура запретила какое-либо упоминание о подобных событиях.

Чупакабра в Кременчуге?

В начале августа 1990 года на юго-восточной окраине города Кременчуга группа подростков, в числе которых была и девушка Лена Бархотина, отправилась вечером купаться на Днепр. Место, которое выбрали ребята для купания, было довольно глухое. Берег там песчаный, поросший зарослями ивняка. Недалеко от берега, параллельно ему, протянулся длинный островок, также поросший кустарником. Когда все пошли купаться, Лена осталась на берегу караулить вещи. Она стояла у кромки роды, лицом к реке, наблюдая за купающимися.

Неожиданно девушка услышала откуда-то сбоку странный звук, похожий на плач маленького ребенка. Повернув голову, она увидела метрах в десяти от себя стоящее около кустов странное существо.

Ростом оно было около метра и напоминало кенгуру. У существа были маленькие передние конечности и небольшой хвост. Лена успела хорошо разглядеть лицо существа: очень большие, красного цвета глаза, маленький нос, ушей видно не было. Существо сделало короткий неуклюжий прыжок в сторону Лены. Тут нервы у девушки не выдержали, и она с криком, прямо в одежде, побежала по воде к группе купающихся товарищей. Те не могли понять причину столь сильного страха, поскольку существа не видели. Когда же Лена рассказала об увиденном, они подошли к злосчастному кусту ивняка и увидели на песке четкий трехпалый след длиной около 25 сантиметров, похожий на птичий.

При дальнейшем исследовании выяснили, что летом того же года на островке появились интересные следы: маленькие следы, похожие на человеческие, постепенно трансформировались в птичьи, а затем исчезали у самой кромки воды.

«Летающий человек» Приморья достаточно хорошо известен читателям. Его видели сотни человек на протяжении сотни лет, и его существование подтверждено рассказами многих авторитетных людей. Возможно, все вышеизложенные случаи объединяет одно — существо, похожее на человека, но умеющее летать, живет рядом с нами. Вот только видим мы его (или не видим) каждый по-разному. И очень часто его появлению предшествует появление в небе огненного шара…

«Летающий» в дебрях уссурийской тайги.

Вместе с приятелем хабаровчанин Дмитрий Никонов путешествовал по реке Бикин, впадающей в Уссури. И вот однажды ночью они услышали протяжные крики, похожие на плач женщины. Причем источник звука не стоял на одном месте, а передвигался: вопли и подвывания слышались то из одного, то из другого места. Путешественники, как признался Дмитрий, испытали леденящий душу страх. Потом, уже во Владивостоке, они услышали историю о «летающем человеке», якобы обитающем в дебрях Уссурийской тайги в южной части Приморья.

Что же это за загадочное существо живет в приморской тайге? Этим вопросом, между прочим, задавался еще знаменитый исследователь уссурийского края В. К. Арсеньев. Вот что он писал в одной из своих книг: «Собака моя плелась сзади. На тропе я увидел медвежий след, весьма напоминающий человеческий. Альма ощетинилась и заворчала. И вслед за тем кто-то стремительно бросился в сторону, ломая кусты. Альма плотно прижалась к моим ногам… В это время случилось то, что я вовсе не ожидал. Я услышал хлопанье крыльев. Из тумана выплыла какая-то масса, большая и темная, и полетела над рекой. Собака выражала явный страх и все время жалась к моим ногам. В это время послышались крики, похожие на вопли женщины… Вечером удэгейцы принялись оживленно обсуждать версию о том, что в этих местах живет человек, который может летать по воздуху».

Не верить свидетельству Владимира Клавдиевича может разве что отъявленный скептик. Арсеньев очень дорожил своей научной репутацией и о том, в чем не был уверен, писать бы не стал.

Между прочим, в досье президента Приморской ассоциации уфологов Александра Ремпеля есть аналогичные факты, касающиеся «летающего человека» и относящиеся уже к нашим дням. Любопытен, например, рассказ известного дальневосточного следопыта Ен Ван Шана. Однажды его в течение нескольких минут преследовали «женские» вопли. Самого существа таежник не видел, но в панике бежал по тропе больше километра и с той поры никогда не возвращался на то место. Может быть, он испугался криков какой-нибудь птицы? На такие вопросы Ен Ван Шан обижается: прожив всю жизнь в тайге, он узнал бы по голосу любую птицу. Это было что-то другое — неведомое ему существо.

Охотники рассказывают об этом существе, якобы замеченном в районе гор Пидан и Облачная. Его не раз слышали в 30—40-х годах в этих краях. Известен и такой факт. В 1944 году в хозяйстве близ Екатериновки (в южной части Приморья) работали шестеро солдат во главе со старшиной. Однажды вечером двое из них возвращались на телеге с продуктами из деревни. Не доезжая трех километров до хозяйства, солдаты увидели огромный спускающийся к земле светящийся шар. В момент приземления шара послышались душераздирающие «женские» вопли. Бросив телегу, парни помчались в хозяйство. После этого они панически боялись темноты, рассказывали о «летающем человеке».

Записал Александр Ремпель и рассказ охотника А. И. Куренцова. Ночью охотник вдруг проснулся от ощущения, что за ним наблюдают. Боковым зрением увидел, как планирующим полетом с крутым снижением на костер стремительно падает что-то огромное и темное. Опрокинувшись на спину, чтобы избежать столкновения, охотник увидел, как над ним, едва не касаясь земли, пролетел… человек. Куренцов запомнил перепончатые крылья, похожие на крылья летучей мыши. Быстро вскочил и спрятался за ствол ближайшего дерева, откуда не выходил до рассвета. Утром обследовал все вокруг, но никаких следов не обнаружил.

Еще более жуткий страх пережила семья Иваницких. Поздней ночью она была разбужена в своей избе необычно громким стрекотанием, схожим по тембру с песней сверчка. «Сверчок», однако же, быстро замолк. Глава семьи обнаружил, что звук шел из-под кровати, и увидел под ней необычное прижавшееся к стене существо: не то собака, не то еще что-то. Попробовал выманить — не получалось. Иваницкие начали бросать под кровать тапочки. «Собака» дернулась и неожиданно выбросила вперед длиннющий хобот, которым попыталась обхватить ноги кого-нибудь из хозяев. Тут уж перепуганное семейство вынуждено было обороняться и бить существо чем попало, а дети брызгали в него дихлофосом. Существо сжалось, откатилось в дальний угол и затихло. Когда его вытащили из-под кровати и хорошо разглядели, то увидели нечто не известное никому, напоминающее по величине небольшую собаку, но имевшую короткую голубоватую шерсть, две трехпалые лапы и жесткие крылья около полутора метров длиной, по форме напоминающие крылья летучей мыши. Морда существа была похожа на отлитую в гипсе маску лица человека — почти плоская, с большим лбом, не покрытым шерстью, очень крупными глазами и крошечным безгубьш ртом. Вместо носа у существа была треугольная дырочка. Оно, по всей видимости, было уже мертвым. Его выбросили в яму, оставленную строителями. Позже яму засыпали.

Что это такое было? Что в этой истории правда, а что, возможно, вымысел, установить сегодня невозможно, поскольку история давняя и прямых доказательств случившегося у исследователей нет. Но настоящей сенсацией можно считать свидетельство туристов группы Александра Лазарева, сделавшей остановку у горы Пидан. Туристы заметили летящего с горы на дельтаплане человека. Привлекли внимание «крылатая» конструкция дельтаплана и (с виду) ребенок, управляющий летательным аппаратом. Видеокамера приблизила летящего человечка, и оператор вдруг увидел, что это вовсе не дельтаплан. На пленке видеокамеры осталось изображение необычного «лица» крылатого существа — быть может, неизвестной науке огромной летучей мыши с почти человеческим лицом.

Несколько лет назад зимой четверо охотников из поселка Тигровый отдыхали у костра. Они услышали страшный шум около маленького озера. Заинтересованные взяли ружья и фонари, кликнули собак и пошли к озеру. При подходе к берегу собаки завыли, поджали хвосты и прижались к людям (вспомним, что почти так же описывает реакцию собаки при встрече с летающим существом Владимир Арсеньев). Около дерева люди разглядели человеческую фигуру ростом около полутора метров. В свете фонарей они увидели существо с громадными красно-оранжевыми глазами и похожими на крылья руками. «Летающий человек» взмахнул крыльями и низко пролетел между деревьями.

А вот еще одно свидетельство, самое свежее. Хабаровчанка Инесса Григорьева в конце января 1997 года приехала в село Анисьевку на отдых. Прогуливаясь по окраине села, она заметила крупную птицу, летевшую в ее сторону. Присмотрелась, пытаясь определить, что это такое, и остолбенела. «Я видела две свисающие вниз ноги, похожие на человеческие, — рассказывала она. — Существо снизилось, сделало круг и улетело. Крылья были неподвижны, двигалось существо бесшумно. У него было человеческое лицо, во всяком случае, рот и большие глаза я разглядела».

Кто же все-таки живет уже сотни лет, а может быть, и больше в приморской тайге? Реликт, сохранившийся до наших дней? Мутант? Инопланетное существо, время от времени навещающее уссурийские дебри? Возможно, когда-нибудь мы это все-таки узнаем…

Люди-филины.

Филина с омерзительной (человечьей притом!) мордой удалось сфотографировать жительнице Хабаровска. Как сообщает учительница русского языка и литературы 27-летняя Галина Завадина, на чудище она набрела, гуляя с двухлетней дочкой Элей в роще неподалеку от своего дома. И сначала от испуга и неожиданности завопила так, что, «наверно, за километр было слышно». Монстр между тем ее крик проигнорировал — продолжал спокойно сидеть на дереве, разглядывая Галю каким-то «нехорошим взглядом». «Не знаю, от страха или под воздействием этого гнусного взгляда, но у меня жутко разболелась голова, — пишет Завадина. — Элька как ни в чем не бывало показывала на „филина“ пальчиком и заливисто хохотала. А у меня почему-то было такое ощущение, как будто вся вывалялась в грязи. И убежать сил не было — он меня словно загипнотизировал». С трудом преодолев оцепенение, Галина навела на «филина» фотоаппарат и нажала кнопку.

«Он заухал, как настоящий филин, — продолжает она, — взмахнул крыльями и улетел. Сразу после этого головная боль отпустила и я снова почувствовала себя в полном порядке. Ума не приложу, что это было. Мутант? Инопланетянин? Или сказки не врут и нечистая сила существует в реальности?».

Со своей стороны мы сначала заподозрили, что дама пытается разыграть редакцию. Однако проведенная экспертиза удостоверила подлинность фотоснимка. К тому же запечатленный Галей на нем странным образом совпадает с человеком-филином в описании… английских очевидцев.

Представьте себе, там, в окрестностях городов Эксетер и Эксмут (графство Девоншир), располагается, по мнению специалистов, «мировой полюс паранормальности». На небольшой территории с завидным постоянством появляются НЛО (причем порой похищают людей), бесчинствуют полтергейсты, безобразничают таинственные существа, похожие на персонажей киноужастиков. Обычное дело услышать загадочные звуки, раздающиеся «ниоткуда». Совсем неявно. Например, электрик по имени Иен записал на магнитофон такой запредельный голос, отдаленно напоминающий кукареканье. Записал, кстати, в собственном доме, где нет ни петухов, ни даже канарейки.

Да что звуки! Одна несчастная собака с наступлением вечера забивается под стол и просто отказывается выходить на улицу. И немудрено — однажды ее искусала жуткая тварь, похожая на огромную обезьяну с тигриными клыками. По словам людей, видевших чудовище, при одном взгляде на него кровь застывает в жилах. На его счету немало загубленных собачьих, кошачьих и овечьих жизней, но самое странное, что на земле тигрообезьяна следов не оставляет — словно перемещается по воздуху!

У одной девонширской жительницы, как сообщило Би-би-си, входная дверь в доме… истекала натуральной кровью. Происходило это по вечерам и продолжалось долгое время. А в заливе неподалеку десятки людей видели громадных морских змей.

Ну а что же наш «филин»?

— Человек-филин появился в 1976 году в одной из местных церквей, — рассказывает руководитель группы ученых, изучающих «полюс паранормальности», Джон Даунс. — Прихожане восприняли это как крайне дурную примету.

Характерно, что и у британцев встреча с «филином» вызвала весьма негативные эмоции, как будто его глумливая рожа и впрямь действовала на них гипнотически.

В общем, на наш взгляд, не исключено, что монстр, посетивший Девоншир, и монстр, сфотографированный Галиной Завадиной, — один и тот же. Неясно, правда, где он пропадал 20 лет, — неужели так долго добирался от Англии до Хабаровска? А может, такие существа распространены по всему свету, только не любят встречаться с людьми?..

Но вернемся к нашей теме.

Беззубый волк?

После того как в Португалии был отмечен высокий падеж овец, один из телеканалов показал репортаж, в котором данное событие сравнивалось с подобным явлением в Новом Свете.

Фермеры различных областей страны были взбудоражены. Следуя примеру властей других стран, которые столкнулись с подобного рода явлениями, министерство сельского хозяйства поспешило заявить, что в падеже овец повинен… обычный волк. Ветеринар Альваро Лопес, представитель данного ведомства, публично заявил об этом в местной «Газете ду интерьер». Одновременно он резко критиковал за некомпетентность репортаж, передававшийся по телевидению. Однако и сам Лопес был очень удивлен, увидев следы ран на теле убитых овец. Знаменитый ветеринар не мог даже определить, какое животное способно такое сотворить. Биолог Педро Сарменто предположил, что речь идет о волке, «но не обычном, а об очень умном и с большим опытом». (Напомним, что на шее у всех животных, подвергшихся нападению, были обнаружены небольшие отверстия.) В некоторых средствах массовой информации, дабы не придавать делу мистической окраски, были предложены самые нелепые объяснения этому факту.

Так, например, провинциальная газета «Пово да Бейра» опубликовала буквально следующее:

«Беззубый волк убил девять овец — загадка, лишившая сна жителей близлежащих селений. В Тулоесе люди напуганы этим таинственным падежом овец, на шее у которых находят странные отверстия. С самого начала ветеринары заинтригованы всем происходящим, поскольку отверстия на телах овец сравнительно небольшого размера. Однако они сделаны таким образом, что у животного не остается шансов выжить. Результаты исследований, проведенных биологами и ветеринарами, позволили заключить, что у этого волка всего один клык».

Сумасшедший с собакой?

Несмотря на явную комичность разъяснений, португальская газета оказалась не единственным, кто опубликовал подобные материалы. За несколько дней до этого испанская «Мундо» напечатала такое сообщение: «Около сотни мертвых овец со странным проколом на шее обнаружено в районе Бискайского залива. Фермеры полагают, что это дело рук некоего сумасшедшего, сопровождаемого каким-то животным с одним-единственным клыком».

Чтобы получить более полную информацию, эксперты из журнала «Энигмас» отправились в долину Лас-Энкартасьонес.

— Зная о том, что местная организация по изучению аномальных явлений «Эртзайнтца» проводит в этой области определенные исследования, — пишет Магдалена дель Амо-Фрейхедо, — мы и направились прямо туда. Честно говоря, будучи в курсе того сложного положения, в котором находится это общество, мы не надеялись обнаружить что-либо стоящее. Тем не менее нас встретили радушно и согласились предоставить свой архив. Нам удалось просмотреть документы, относящиеся к интересующим нас событиям, фотографии мертвых животных, а также добыть адреса и телефоны пострадавших фермеров. Относительно ран на теле служащий, собиравший свидетельства, заявил: раны не похожи на те, что обычно оставляет волк. Также была замечена еще одна важная особенность. По словам одного из фермеров, у некоторых животных сломаны несколько костей и позвонков, как будто их ударили каким-то тяжелым металлическим предметом.

Фермер Хосе-Луис Рибакоба потерял несколько овец. Он рассказывает об этом так: «Эти раны довольно необычные. Я не знаю почему, но овцы после них не вылечиваются. Несколько лет назад в этих краях появился волк-одиночка, который таскал овец. Иногда он отгрызал у телок или баранов большие куски мяса. В конце концов мы поймали этого волка и содрали с него шкуру, а вот раненных им животных мы находили настолько обессиленными, что приходилось их выхаживать перманганатом (марганцевой кислотой. — Ред.)и отварами трав. Раны довольно быстро заживали, и, несмотря на то что общее состояние животных было тяжелым, они вскоре поправлялись и чувствовали себя превосходно. Что же касается нынешних ран, то хотя они и намного меньше, но практически не вылечиваются».

Другой фермер, Рикардо Фернандес, остался почти без овец. За одну ночь он лишился 30 животных, которые погибли при известных уже нам обстоятельствах. Фернандес не думает, что это сделал волк. Он считает, что это была одичавшая собака, в которой проснулся инстинкт убийцы: «Люди часто бросают собак, уезжая в отпуска или на каникулы. Животные же, в свою очередь, убегают в горы и дичают».

Местами, где наиболее часто животные становятся объектом нападения загадочного существа, стали горы Эспальдасека, Урблиса, Ильсо, Анго-стура, Антуньяно и Тромосамос. Южнее, в горах Урбаса, спокойствие, царившее до этого на местных пастбищах, было прервано нашествием на эти места неизвестной твари-убийцы. Хосе Ведайо, фермер, обнаружил, что его лошадь околела. У животного одна рана была на шее, а другая на боку. Исследователи из «Энигмас» решили отправиться в те места, чтобы получить побольше достоверной информации. Поднявшись на гору Раса, они встретили пастуха с близлежащей фермы с большим топором в руке.

Из разговора с ним журналисты узнали, что в этих местах никогда не водилось волков. «Овцы всегда спали под открытым небом и всегда все было нормально», — сказал пастух. То же самое подтвердили Анна-Мария Ормасабаль и ее сыновья Роберто и Хуан-Мария Оласаран. Тем не менее они уверены, что падеж скота связан с волками. Кто-то, по их мнению, просто выпустил хищников на свободу. Но странные эти волки: убивая жертв, они высасывали у них кровь и совершенно не притрагивались к мясу! Роберто утверждает, что ночью, неподалеку от стада, он видел пару больших горящих глаз. Фермер уверен, что это волк, он просто не знает здесь других хищников. «Животные, — говорит Анна-Мария, — ведут себя уже не так, как раньше. С наступлением темноты сами идут в загон, как будто боятся чего-то, а ведь раньше они оставались ночью прямо на пастбище и могли уходить далеко от фермы. И еще — животные стали давать молока намного меньше, чем раньше».

Семейство пум?

Уже не впервые оказавшись без помощи, местные фермеры пытаются самостоятельно разрешить зловещую загадку. В 1986 году отары овец в Синко-Вильяс-де-Арагоне подверглись нападению какого-то жесткого зверя. Газета «Дьярио де Наварра» так сообщала о случившемся: «Загадочное животное, охотящееся на стада овец, по-видимому, очень большого размера, достаточно проворное и способно бегать на большой скорости. Никому не удавалось увидеть это существо, поэтому о нем ходит много слухов».

В этом районе некоторые свидетели утверждают, что речь идет просто о разновидности крупных кошек. Местный исследователь Энрике Мало заявляет, что речь идет о хитром и быстроногом животном, которое не нападает на людей. Также ходят слухи, что виновники этих событий — пара пум со своими детенышами. Данная версия основывается на том, что были обнаружены большие следы размером с человеческую руку и другие — поменьше. По словам Энрике Мало, пума — это животное, определяющее запах на расстоянии в пять километров. Также она никогда не нападет на стадо, если рядом человек. Она способна преодолевать изгороди высотой до двух с половиной метров.

Еще один факт заслуживает внимания: по словам фермеров из близлежащих селений, эти существа действуют на сравнительно большой площади. Это наводит на мысль, что самец находится как бы с одной стороны, а самка с детенышами — с другой. По словам некоторых жителей, пумы сбежали из цирка, расположенного в городе Фрага. Другие полагают, что они принадлежат некоему немцу, который слывет человеком со странностями. Среди жителей ходят слухи, что он на своей усадьбе в Карбонере дрессирует собак для охоты. Один из соседей утверждает, что видел у него несколько лет назад во время пожара детенышей пумы.

Спустя некоторое время проблема вроде бы разрешилась сама собой. В области Биоте был убит не кто иной, как волк. Не дикая собака, не пума, а волк весом 52 килограмма. Его пристрелили во время облавы, устроенной полицией по настоятельной просьбе фермеров «Ужасное» животное было подвешено за задние ноги на городской площади — действо в духе средневековой охоты на оборотней…

Правда, ложку дегтя добавил в бочку с медом местный ветеринар Фернандо Лабена. Он поставил под сомнение тот факт, что именно этот волк был виновником всех происшествий в округе, даже учитывая его огромные размеры и вес. И это так, ведь нападения на скот продолжаются! И никто не знает, кто виновник.

Не обошли стороной и Галисию.

Галисия — наиболее развитый сельскохозяйственный район Испании. Но в последнее время и здесь стали происходить странные события, связанные с гибелью домашних животных. Традиционная версия — волки. Один или целая стая нападают на стадо, убивают животных, разрывают их на части и пожирают. Некоторых, правда, волки только ранят, и такие животные потом практически полностью вылечиваются. У Рамона, владельца мебельного магазина, волки загрызли дорогих жеребцов. Все фермеры подтверждают, что подобного рода события не являются чем-то необычным, если не учитывать тот факт, что в этих краях раньше волков не было.

Но как же быть с иным типом нападений? Хулия Чуса Лосада, совладелица фирмы «Ос до-гос» в Барбаделе, потеряла целых 35 овец! В отличие от предыдущих фермеров, она в деталях описала характер ран: «У животных прямо на шее были две округлые дырочки… внешне их почти не было видно. Единственное, что можно было различить, — это чуть крови вокруг ранки. Одна овца была немного разодрана, но есть ее не ели… Пять овец остались живыми, но через несколько дней умерли и они, я ни одну не смогла вылечить. Многие из этих 35 животных были беременны. Это существо выбирало самых молоденьких и сильных. У волков же, как известно, другие привычки».

Итак, в Галисии, как и в остальных регионах Испании, налицо две различные проблемы. Первая — волки, вторая — какое-то таинственное существо, высасывающее кровь у домашних животных.

Тенерифе: задолго до чупакабрас.

Это случилось в 1979 году на втором по величине острове Канарского архипелага. Двое полицейских чинов поведали исследователям аномальных явлений о событиях, разыгравшихся за несколько недель до этого в муниципальном округе Ла-Лагуна, неподалеку от речки Тахо. Речь шла о мертвых козах и овцах, убитых при довольно странных обстоятельствах— они были полностью обескровлены: ни единой капельки крови не осталось в их теле! Еще одна необъяснимая особенность — шкуры животных были мокрыми, хотя и не было дождя и земля вокруг была совершенно сухой. Единственная улика, оставленная убийцей, — совершенно круглое отверстие, около трех сантиметров в диаметре, проделанное в шкуре овцы, глубины, достаточной для того, чтобы достать ближайший внутренний орган. Расположение отверстия у каждого животного было различным.

На Тенерифе, как и на других островах архипелага, в некоторых районах продолжают жить старые традиции, восходящие к временам гуанчей, первых обитателей Канар. Это была первая версия, с помощью которой ученые и ветеринары попытались объяснить происшедшее. Однако вскоре власти от нее отказались: у гуанчей, как и у любого пастушеского народа, не было традиции мучить животных…

Все новое — хорошо забытое старое.

Помимо волков, пум, одичавших собак есть, по-видимому, и еще что-то, чего мы не в силах пока объяснить. И это что-то интересует нас больше всего, так как прячется в архивах, среди документов о необъяснимых до настоящего времени событиях. Причем давность подобных историй исчисляется не месяцами, как заявляют некоторые издания, а десятками и даже сотнями лет. Давайте вспомним некоторые из них (кроме, конечно, тех следов из Девоншира, с которых мы начали наш рассказ).

В январе 1874 года подобные существа-убийцы нанесли значительный ущерб фермам в Ирландии. Эти же твари также прокусывали глотки своим жертвам и высасывали у них всю кровь. В том же году схожее существо убивало животных и людей в различных губерниях России. На его поиски были даже брошены войсковые части. Они обыскали каждый кустик, но ничего не нашли.

В 1906 году в районе Виндзорского замка в Англии таинственное животное нападало на отары овец, но его никто не мог поймать, поскольку оно как бы растворялось в воздухе. Годом раньше сержант полиции Грончестершира заявил газете «Дейли мейл»: «Я видел этих искалеченных животных и могу с уверенностью сказать, что это точно сделала не собака. Собаки — не вампиры, они не пьют кровь у овец, оставляя нетронутым мясо».

Несмотря на то что все эти факты относятся к разным годам, они настолько похожи на происходящее в наши дни, что не остается никакого другого выхода, как признать — наш старый знакомец не оставит нас в покое и впредь.

Что же скрывается за всем этим?

Весь объемистый свод накопленных фактов позволил ученым и просто любителям попробовать свои силы в изобретении гипотез о существовании и поведении этого хищника, не вошедшего ни в какие научные классификации. Самое любопытное то, что, несмотря на более чем умозрительное знакомство с чупакабрас, многие почему-то считают, что она является разновидностью африканской летучей мыши-вампира, чей внешний облик изменился по неизвестным пока причинам, — полностью для всего рода или же только в отдельных случаях.

Наиболее бойкие из тех, кто занялся этой темой, поспешили показать по телевидению трупы животных, совершенно лишенных крови, что и привело к возникновению самого термина «чупакабрас».

Уже ясно, что загадочное существо выступает в разных обличьях. В некоторых пуэрториканских случаях его сближают с людьми, что вызвало к жизни новую гипотезу, пожалуй, самую экстравагантную — о том, что чупакабрас — это человек, выросший в диких местах, этакий злобный Маугли, который использует нечто вроде тростинки для того, чтобы высасывать кровь своих жертв.

Сторонники этой гипотезы совершенно не учитывают того, что многие свидетели указывают на наличие у чупакабрас крыльев или летательных перепонок, как у белок-летяг, которые позволяют им совершать дальние прыжки и карабкаться по деревьям.

Также имеются попытки связать чупакабрас с появлением НЛО. Однако если некоторые свидетели и нашли какое-то сходство между внешностью загадочных хищников и так называемых «серых» из уфологического фольклора, то любой человек, разбирающийся в этом, сразу поймет, что сходства в поведении у них нет никакого. Ведь если последние будто бы занимаются изучением человеческого рода путем так называемых «похищений», то первые просто утоляют свой голод.

Выявлен ряд решающих черт, которые вроде бы указывают на разницу между нападениями чупакабрас и тех, кто занимается калечением скота. Эти признаки подмечены известным авторитетом в уфологии телепродюсером Линдой Моултон Хоу: в случаях с чупакабрас целью служит высасывание крови, а калечение отступает на второй план, и наоборот, в случаях калечения скота целью служит именно оно, а лишение крови — побочный эффект. Кроме того, отмечено, что раны, нанесенные животным, проделаны исключительно острым инструментом, которым некто действует с хирургической ловкостью. Короткие надрезы, ловкие рассечения, тщательно продуманный и избирательный характер повреждений — все это резко отличается от единственного повреждения на теле жертв чупакабрас — раны на шее.

Не так давно редакция журнала «Энигмас», давно исследующая тему о загадочных существах, получила письмо от биолога Марко Рейноса, служащего исследовательского центра «Фундасьон Космос», что находится в Монтерее, Мексика. В письме кроме прочего сообщалось следующее:

«Чупакабрас является скрытой опасностью для всего живого. Результаты вскрытии, проведенных специалистами нашего центра, показали, что отверстия в грудной полости животных находятся прямо напротив какого-либо важного органа — сердца, легких, печени. У животного высасывалась кровь и иногда извлекался орган через отверстие диаметром от 2 до 3 сантиметров. В 70 процентах случаев за день до происшествия или в ночь события очевидцы наблюдали НЛО, однако мы не смогли найти прямой связи между этими двумя событиями.

Генетический анализ имеющегося образца волос и анализ крови этого животного действительно вызывают настороженность. Полученные результаты свидетельствуют, что данные образцы по своим характеристикам не могут принадлежать ни одному известному живому организму, а, по всей вероятности, относятся к существу, которое, возможно, является продуктом какой-нибудь генетической манипуляции. Это странное животное — полная загадка для нашего института. Другие предварительные анализы пока еще не получены, однако имеющиеся результаты показывают, что изучаемый тип совершенно неизвестен современной науке».

В связи с этим приведем еще одну версию. Любой человек, интересующийся криптозоологией, знает, какую репутацию снискало Пуэрто-Рико в последние годы благодаря встречам людей с самыми необычными формами жизни, не попавшими в научные классификации. Подобные случаи натолкнули местных исследователей на мысль, хотя и несколько экстравагантную, но и не лишенную смысла.

Полигон для биологических опытов?

Есть что-то необычное в том, с какой частотой разные люди сообщают о странных встречах с предположительно разумными формами жизни в одной небольшой стране. Причем говорят они о чудовищах приблизительно одними и теми же словами. И самое удивительное — безмолвие правительства по этому поводу я одновременно полиция аккуратно ликвидирует все следы существования этих тварей, если только они не оставлены на телах самих очевидцев… Таков случай странного «крылатого змея», который был пойман в 1989 году крестьянами. Это «животное» было тут же затребовано властями, и чиновники, которые «осуществляли изъятие», категорически отрицали свое участие в этом деле. Подобные недомолвки привели к тому, что многие стали воспринимать Пуэрто-Рико как своего рода полигон для различных биологических экспериментов, в ходе которых разные искусственно созданные в лабораториях формы жизни выпускают на волю, чтобы исследовать их поведение вне тесных клеток и ради каких-то других еще неясных целей их создателей.

Если мы без предубеждения изучим показания тех, кто пережил контакт с чупакабрас или какими-либо другими чудовищами в этой стране, то нам никак не избавиться от вопроса: а действительно, не творение ли это рук человеческих, оплаченное тем или иным могучим и тайным спонсором?

Характерные черты чупакабрас.

Если свидетельства людей, видевших чупакабрас, собрать воедино, складывается такая картина:

— очень ловкие и быстрые, никому не удавалось рассмотреть их, высоко прыгают и молниеносно исчезают из виду;

— их жертвы чаще всего домашние животные,

— отверстие, из которого высасывают кровь, — до одного сантиметра в диаметре, глубиной в несколько сантиметров, проделаны как будто металлическим пробойником;

— кровь в телах жертв отсутствует полностью;

— в месте, где нападают чупакабрас, сильный неприятный запах чувствуется как до, так и после нападения;

— на телах жертв чупакабрас незаметны следы трупного окоченения;

— питаются по ночам;

— наносят всего одну рану, хотя есть данные и о калечении тел;

— вокруг отверстия на шее не наблюдается никаких гематом;

— кровь вокруг раны не сворачивается;

— после этого к телам не прикасается ни одно животное;

— животное в отдельных случаях продолжает жить несколько часов после нападения, но потом оказывается, что оно полностью лишено жидкости.

Результаты вскрытия одной из жертв чупакабрас.

Третьего мая 1996 года в мексиканской деревушке Пуэбла на овечью ферму напали чупакабрас. Одна овца выжила, но ее состояние оказалось настолько плачевным, что хозяин фермы решил зарезать ее, чтобы избавить от дальнейших мучений. Доктор Соледад де ла Пенья произвела вскрытие и документально подтвердила отсутствие признаков трупного окоченения и совершенную обескровленность, даже внутренних органов. Это вскрытие было заснято на пленку местной телекомпанией.

Доктор Пенья также отметила отсутствие следов разложения, классического вздутия живота и выхода внутренних газов из трупа (несмотря на жару в 32 градуса) и констатировала два огромных, симметрично расположенных на коже животного на высоте грудной клетки отверстия, каждое по 7 сантиметров диаметром.

Анатом заявила перед телекамерами, что, по ее мнению, так называемые чупакабрас — разумные существа, совершенно неизвестные науке. Одновременно она обратилась ко всем своим коллегам, которым когда-либо выпадало или выпадет заниматься исследованием останков жертв чупакабрас: «Пожалуйста, оставьте свои предубеждения и не судите ни о чем, прежде чем не получите возможность изучить все обстоятельства дела».

Все вышеописанные события произошли до конца 1996 года. А потом все стихло… На два года.

Возвращение чупакабрас.

На протяжении более двух лет, с конца 1996 по 1998 год, средства массовой информации не сообщали о новых нападениях этого таинственного существа, которое раньше уничтожало домашний скот, в основном птиц, кроликов и овец. И мексиканские власти тоже не возвращались к этой теме и не публиковали результаты анализов, проведенных по поводу нападений по всей стране в первые месяцы 1996 года.

Итак, весомые свидетельства тех, кто утверждал, что встречался с этими странными созданиями, вроде бы исчезли. И больше не попадалось мертвых овец, чтобы подтвердить официальную версию о том, что вся ответственность за их смерть лежит на бешеных собаках и волках-убийцах.

Репортеры и исследователи, которые по роду своей деятельности сталкивались с этим феноменом, теперь оказались перед целым рядом вопросов, задаваемых им простыми гражданами: «Что случилось с чупакабрас?», «Почему больше нет публикаций об убитых овцах?», «Не были ли все сенсационные открытия прессы простой выдумкой?» Все эти вопросы сложны, потому что загадка оставалась, хотя и не возникала вновь: столь же таинственным образом, как они появились, чупакабрас ушли с мексиканской сцены.

Но вот в июле 1998 года феномен чупакабрас заявил о себе опять и весьма неожиданным образом. Вновь стали находить убитых овец, и обстоятельства их гибели были очень похожи на мотивы нападений 1996 года.

Хаиме Мауссан, известный мексиканский журналист и исследователь, собрал большое количество свидетельств, показаний очевидцев и доказательств существования неизвестного науке существа, которое иногда нападает даже на людей, и все, что касалось событий двухлетней давности.

В отличие от большей части журналистов, Мауссан не согласен с названием «чупакабрас» и предложил свое — «биологическое аномальное существо» (БАС). На примере различных интервью, проведенных в 1996—1997 годах, Мауссан показал, что этот БАС появлялся исключительно в периоды повышенной температуры воздуха.

Появление с жарой.

«Когда температура значительно поднимется в самых разных районах страны, подобные происшествия вновь начнутся», — заявил Мауссан. И в самом деле, со второй половины 1998 года тень БАС опять накрыла Мексику. В северной части страны, главным образом в сельских районах, начали происходить таинственные случаи калечения и убийства овец. В дальнейшем были выявлены случаи нападений на кур и цыплят — со смертельным исходом.

Случайность или подтверждение предсказаний Хаиме Мауссана? Ясно одно — сообщения о новых случаях начали приходить с наступлением сильной засухи, которую можно отнести к числу худших из тех, которые затрагивали разные штаты Мексики в течение долгого времени. В отдельных районах температура достигала рекордной высоты — до 52 градусов по Цельсию.

Гипотеза о том, что овцы и другие домашние животные были убиты самой жарой, отбрасывается пострадавшими крестьянами. «Я столько лет живу в деревне, и мне несложно понять, когда животное погибло от жажды и болезни. Но при недавних происшествиях у всех животных на теле были маленькие дырочки в районе шеи и плеч, как при нападениях чупакабрас», — утверждает фермер Сабино Герреро, который потерял 12 овец.

Явление начало быстро распространяться вширь. Пресса запестрела сообщениями о нападениях на овец. У жителей местечка Баррио-ла-Пила, одного из населенных пунктов, где произошли такие события, нет никаких сомнений, и они говорят: «Чупакабрас вернулись».

Утром 11 июля 1998 года было найдено 5 мертвых овец, тела которых не носили признаков насильственных действий, и на месте убийства не найдено следов крови. Однако у них имелись маленькие отверстия на уровне затьшка, плеч и грудины.

Владелец животных не понял всей важности происшедшего и даже запретил сообщать в печати его имя. Но через три дня, 17 июля, подобное произошло у его соседей.

Как обычно, Андрее Санчес поднялся очень рано и направился в кораль посмотреть своих овечек. И испытал самое большое потрясение в своей жизни, когда увидел все 15 животных распростертыми на земле. Приблизившись к ним и поискав какие-либо признаки, которые могли бы объяснить происшедшее, он установил, что 8 овец уже мертвы, а остальные только ранены. «Я не могу объяснить, как это случилось, ведь ночью я спал в каких-нибудь 20 метрах от того места, где находился скот. Если бы на них напали собака или койот, я бы услышал шум. Из того, что я знаю, можно судить, что все случилось уже утром», — говорит Санчес.

Отсутствие крови.

Журналист Антонио де ла Крус получил возможность изучить тела раненых и мертвых животных. Вот что он поведал: «У каждого животного было от одного до трех отверстий примерно в сантиметр диаметром. Ни одно животное не имело рваных ран или пятен крови на теле». С другой стороны, утверждает он, у выживших овец отверстия были меньших размеров и они выглядели очень обеспокоенными или даже «ошеломленными».

К несчастью, ни от одного из описанных выше случаев не осталось материальных свидетельств, так как овечьи туши были сожжены, а власти не придали этим происшествиям никакого значения.

Через две недели, 28 июля 1998 года, произошел еще один случай, в этот раз на ферме, расположенной в нескольких километрах от города Эрмосильо, в штате Сонора. Педро Ортега Бальбоа обнаружил мертвыми 8 из своих 12 овец. Тела находились в корале размером 4 метра в ширину и 6 метров в длину, закрытом на замок с крышей из стальных листов. Бальбоа тоже не слышал никакого шума в течение ночи. И меньше всего он способен объяснить, как кто-то проник к животным в закрытый кораль. «Когда я пошел посмотреть животных, дверь была закрыта на висячий замок», — говорит он.

Единственным ценным свидетельством, полученным от Ортего Бальбоа, можно считать его сообщение о том, что в предшествующие недели он несколько раз видел НЛО над своей фермой. «Теперь-то я могу все это вспомнить, — заявил фермер. — Сначала эти странные огни, которые останавливались очень близко от моей фермы, как будто зависали в воздухе; затем я видел в течение целого дня, как опускалось нечто, похожее на круглый корабль, и наконец, мои мертвые животные…».

Вскрытие цыпленка.

В начале августа 1996 года в районе Ферокаррилера, муниципия Эскобедо-Нуево-Леон, Рами-ро Гарсия обнаружил мертвым одного из своих цыплят внутри курятника. Он не придал этому происшествию значения и уничтожил тельце. Но на следующий день он нашел мертвым другого цыпленка и решил не выбрасывать, так как он вызывал удивление ввиду отсутствия признаков насилия, а также тем, что дверь курятника никак не была повреждена. Кроме того, у животного имелось отверстие на теле, но крови не было видно.

По совету репортера «Телевисьон Ацтека» Леонела Манчильи Гарсиа отвез тушку к ветеринару Франсиско Контрерасу, который сделал вскрытие. Этот специалист заключил, что цыпленку был впрыснут яд через одно-единственное отверстие, края которого были на удивление чистыми.

Этот случай напомнил работу доктора Соледада де ла Пеньи, проведенную в мае 1996 года. Тогда было произведено вскрытие овцы, предположительно жертвы чупакабрас. Самые удивительные выводы из осмотра, по словам доктора де ла Пеньи, состояли в том, что у овцы отсутствовал один хрящ и что при осмотре грудной клетки и желудка не было обнаружено ни малейших следов крови.

После того как появились известия о вскрытии, которое провел ветеринар Контрерас, появились новые сообщения об овцах, убитых неким неизвестным существом. Однако сильнее всего внимание общественности привлекла телевизионная передача, в которой были показаны кадры видеосъемки: в течение нескольких мгновений был виден некий странный предмет, который пролетает над горой. По словам Луиса Падуа, комментатора канала «Инфо-7», видеопленку представил кто-то из публики во время демонстрации телепрограммы. Этот человек утверждал, что предмет треугольной формы зеленого цвета был птицей, которая, по его мнению, могла быть губительницей овец, чупакабрас!

Одно за другим поступали все новые сообщения о подобных случаях. 10 августа 1998 года в городе Манте, штат Тамаулипас, произошло сразу два массовых убийства, в результате которых погибло 13 овец!

Новые неизвестные.

Далее центр событий переместился в поселение Фоменто-Насьональ, и по поводу происшедшего мнения сразу же разделились. В то время как соседи приписывали гибель овец чупакабрас, сами владельцы животных полагали, что во всем виновата бродячая собака.

Больше других пострадал Давид Васкес, который нашел 8 своих овец убитыми и с видимыми укусами на шее. При схожих обстоятельствах всего в нескольких метрах от его фермы Гонзала Рамос Альварес потерял 5 своих животных, а многие другие получили укусы в области шеи. В отличие от других вышеописанных случаев, на этот раз туша одного животного оказалась растерзанной, и это привело свидетелей к заключению, что нападавшее животное было недюжинной силы.

Гонзала Рамос решил установить виновника нанесенного ему ущерба. Он представил официальную жалобу в министерство полиции штата. Несколько полицейских агентов осмотрели место убийства. Как и следовало ожидать, полиция заявила, что 3 овцы стали жертвой собаки.

В других штатах Мексики в течение двух месяцев произошло еще несколько похожих случаев, но средства массовой информации по-прежнему весьма осторожны в своих оценках. Физик Марио Торрес Лухан, главный редактор журнала «Контакт НЛО», признанный международный авторитет в области изучения аномальных явлений, утверждает, что располагает сведениями о подобных происшествиях по меньшей мере в трех других штатах. Особо выделяется район Чьяпас как единственный, расположенный на юге Мексики, откуда поступала информация о нападениях чупакабрас.

Однако до настоящего момента так и не предана гласности информация о многочисленных встречах двухлетней давности со странными существами размерами с обезьяну, с широко раскрытыми и чуть красноватого цвета глазами. Известен только один случай, где упоминаются эти характерные черты, — тот, который произошел в округе Абасоло, штат Тамаулипас. По сообщению сельской полиции, в этом районе на трех ранчо было найдено в общей сложности 20 мертвых овец с отверстиями на шее, животе и плечах и без каких-либо следов убийцы.

Живущий в километре от Абасоло, в деревне Нуево-Долорес, профессор Педро Серна не сомневается в том, что феномен чупакабрас тесно связан с появлениями НЛО. Он утверждает, что в последние годы он сам и его семья были свидетелями, по его словам, «внеземных проявлений» в виде огней на небе, посадки кораблей и встреч со странными существами, которых также видели многие жители деревни.

Всегда рядом.

Почему прошло более двух лет, прежде чем мы узнали о новых случаях? И почему они после этого стали происходить как цепная реакция? — задаются вопросами ученые. «Чупакабрас всегда оставались рядом, — утверждает Лейес, — они никуда не уходили… Просто случилось так, что мы не встречались с ними в том измерении времени, в котором находимся». Лейес предвосхищает наше удивление его ответом и продолжает: «То, что для нас на Земле значит два года, для них только две минуты… Чупакабрас всегда были здесь».

Альберто Лейес выдвигает две возможные гипотезы происхождения чупакабрас. Согласно первой из них, «они — это внеземные андроиды, которые собирают генетический материал». По другой — Соединенные Штаты Америки могли провести на своих секретных базах какие-то генетические эксперименты, результатом которых и стало возникновение этих существ.

Так или иначе, вопрос остается открытым, а овцы продолжают погибать…

В последний час.

Сообщения о чупакабрас заинтересовали известного в Америке охотника за необычными животными Джонатана Даунза. Вместе с криптозоологом Грэхемом Инглисом он отправился в Пуэрто-Рико на поиски монстра. За день до их приезда на одной из ферм были погублены неизвестной тварью более 30 петухов, предназначенных для петушиных боев. Исследователи решили поговорить с очевидцами и направились к месту происшествия. Владельцы петушиной фермы были страшно напуганы случившимся. Они рассказали, что обнаружили во дворе абсолютно обескровленных птиц и трехпалые следы загадочного зверя. Джонатан и Грэхем исследовали тушки петухов и нашли на каждой по две большие раны в районе шеи и грудной клетки, похожие на укусы сказочного вампира. Ученые взяли образцы перьев в районе укуса и выявили в следах крови наличие антикоагулянты (вещества, не дающего крови сворачиваться).

В близлежащем селении одна женщина видела страшное животное, напавшее на ее кур. По ее словам, оно было похоже на кенгуру с роговидными отростками на спине и имело голову рептилии с узкими глазами. Даунз и Инглис решили обследовать окрестные дикие леса, где, как уверяли местные жители, обитает чупакабрас. В джунглях Эль Юнг они поднялись на каменистый холм, чтобы осмотреть небольшие естественные пещеры. Вокруг было полно ядовитых змей, часто на пути ученых попадались места проведения магических ритуалов, очевидно, с целью изгнания нечистой силы. После недельных поисков исследователи обнаружили лишь следы монстра. Местные жители посоветовали охотникам встретиться с женщиной-ветеринаром по имени Соледад из местечка Пуэбла, расположенного к югу от вулкана Попакатепетль. Соледад отвела ученых к пожилому фермеру дону Педро. Год назад на трех его овец напал мистический зверь. Соледад осматривала животных после случившегося. Овцы были абсолютно обескровлены, их сердца не бились, но они были живы спустя 12 часов после нападения чупакабрас! Раненые животные реагировали на свет, на прикосновение, но в конце концов их пришлось усыпить.

Конечным пунктом путешествия исследователей был Майами. Там Даунз и Инглис стали гостями местного радио. На студию во время передачи позвонила женщина по имени Дениз, рассказавшая о своей неожиданной встрече с существом, напоминающим шимпанзе и издающим дикий «гудящий» звук. Несколько других позвонивших радиослушателей объясняли нападения чупакабрас происками секты Сантерии — культа, похожего на вуду, который исповедуют на Карибских островах потомки рабов. Звонили и те, кто связывал случаи появления монстра с появлениями НЛО. На следующий день ученые побывали в местечке Свитвотер, где им показали отпечатки следов неизвестного животного. Они напоминали следы очень большой собаки, но с одной удивительной особенностью — когти на лапах больше походили на ногти приматов.

В настоящее время Джонатан Даунз и Грэхем Инглис обобщают и систематизируют имеющуюся о чупакабрас информацию. Ученые готовятся к очередным поискам загадочного монстра.

ЭВЕРГЛЕЙДСКИЙ КОШМАР.

Что скрывается в непролазных болотах Флориды? Этот вопрос задают себе уже в течение года жители здешних мест, где посреди удушающе влажной жары и природной дикости, с непреодолимыми болотами, приютом кровожадных .кайманов очень сложно поверить, что находишься в каком-нибудь часе езды от космополитичного Майами.

Местные индейцы из племени микосукки уже давно утверждают, что в болотах обитает некое существо-получеловек, огромного роста и сплошь покрытое волосами. В 60—70-е годы даже были зарегистрированы некоторые странные наблюдения, которые подкрепили древнюю легенду. Но только в 1997 году число предположительных встреч с этим странным созданием начало множиться, и слава о нем вышла за границу полосы мангров и болот, которая отделяет земли нижней Флориды от процветающих цивилизованных мест мыса Канаверал и Майами.

Девид Шили убежден в существовании «вонючей обезьяны», как обычно называют это существо из болота, так как в девятилетнем возрасте вместе со своим братом сам видел его 25 лет назад. Благодаря тому, что в деревне Очопи нашелся маленький сувенирный магазин, где он смог купить фотокамеру, страстному искателю приключении удалось сделать ни много ни мало, а 27 снимков этого загадочного существа.

Все произошло 8 сентября 1998 года. «Тогда я находился на своем наблюдательном посту рядом с одним деревом, где проводил по два часа в день последние 8 месяцев в надежде застать существо. Внезапно я увидел, как ко мне кто-то приближается. Сначала подумал, что это человек, но потом понял, что это на самом деле „вонючая обезьяна“! Согласно рассказу Девида, он наблюдал это существо с расстояния 50 метров. Оно было двуногое, покрыто волосами, имело лицо ребенка и большой рост — около двух метров.

Фатальное пристрастие.

Девид уверяет, что в тот момент не испытывал страха, так как искал этой встречи давно и тщательно подютовился к ней. Ему пришлось вооружиться терпением и разбросать вокруг себя на земле в виде приманки семена, которые, судя по всему, были любимым лакомством существа.

«Они предпочитают семена больших плодов лайма, размерами с долларовую монету, потому что они пропитаны водой и растут повсюду на холмах в этой области. Вероятно, в этом году я собрал добрых несколько центнеров этих семян».

На следующий день после своей примечательной встречи со странным существом Шили терпеливо осмотрел весь район в поисках следов. И нашел следы двух типов одни большого размера, которые, по его расчетам, соответствуют существу весом 175 килограммов, и другие, поменьше, принадлежавшие, вероятно, детенышу весом 70 килограммов Речь идет о следах слегка искривленных лап с четырьмя пальцами. По оценкам Девида, в районе обитает от 9 до 12 особей этого вида, которых можно наблюдать группами по три-четыре существа.

Тошнотворный запах.

На сегодняшний день свидетельство и фотографии Шили только последнее звено загадки, которая связана с существом, бродящим только по болотам Флориды, и похожим на гориллу или большую обезьяну с приплюснутой мордой, чуть больше двух метров высотой, с широкими плечами, густым волосяным покровом, иногда красноватого цвета, и более или менее устойчиво передвигающимся на двух лапах. Одна из самых характерных черт этого создания — тошнотворный запах, который оно распространяет вокруг себя, чем, собственно, и объясняется его просторечное название — «вонючая обезьяна».

Для индейцев микосукки существование этого животного нечто легендарное, но одновременно столь же реальное, как кайманы или москиты, которыми кишат флоридские болота. Рассказывают множество историй об этом существе, появлению которого якобы всегда предшествует ужасная вонь, и о его красных глазах, сверкающих в ночи. Но когда в конце недели нарастает поток любопытных и искателей с просьбой отвести их посмотреть на неуловимую бестию, индейцы говорят, что ее нужно оставить в покое.

О загадке флоридских болот, или «болотной обезьяны», стало известно в 70-х годах, когда появились многочисленные свидетельства, например, от Майкла Бриджеса, который вместе с дюжиной других туристов наблюдал с палубы своего судна, как по близлежащему берегу прошествовала некая волосатая тварь двух с половиной метров ростом с удлиненной головой. «У нее были многие человеческие черты, но такие же имеются и у гориллы, хотя эта тварь была гораздо выше. У этой шерсть была темно-оранжевого цвета, и она отличалась отвратительным запахом, как у скунса», — утверждал Майкл Бриджес.

Одна из самых примечатечьных встреч произошла 21 июля 1997 года у шефа местных пожарных Очопи Винсента Доерра, которыи даже отослал властям фотографию этого существа. «Я ехал в машине, когда в каких-нибудь 150 метрах впереди себя увидел, как дорогу пересекло какое-то высокое буроватое существо. Оно двигалось большими шагами, похожими на человеческие. Затем оно скрылось в лесу, — утверждает очевидец и уточняет: — Это был не медведь, я совершенно уверен».

Гид Доу Роланд, который водит туристов на экскурсии по болотам, тоже встретил как-то весной, вместе с восьмью туристами, некое странное существо. «Мы увидели его примерно в ста метрах от себя; оно напоминало типичного большенога (бигфута) или кого-то, кто напялил на себя маскарадный костюм гориллы. Существо достигало почти двух метров в высоту и было покрыто густыми светло-бурыми волосами».

«Костюм гориллы».

Болотная обезьяна или «утка» для туристов? По этому поводу мнения разделяются. Глава отдела естественных ресурсов заповедника «Большие Кипарисы» Рон Кларк считает, что все довольно ясно. «Мне кажется, — говорит он, — кто-то просто разыгрывает туристов». В свою очередь, другие специалисты считают нелепым предположение, что кто-то бродит в одеянии гориллы при удушающей жаре по болотам, кишащим ядовитыми тварями.

Верят в него или нет, но с весны 1997 года стали появляться новые сообщения о встречах, и множество любопытных начали бродить даже в окрестностях Майами и Форт-Лоудердейла с грузом семечек лайма в качестве приманки для таинственного существа. Чтобы объяснить увеличение числа встреч с этим животным, Девид Шили выдвинул новую версию: «Весной 1997 года было очень много москитов; это стало настоящим бедствием, которое могло вынудить это существо покинуть самые недоступные для человека области мангровых зарослей».

Теперь остается только ждать и надеяться, что загадка наконец разрешится и тогда, по странному капризу природы, может получиться так, что астронавты с мыса Канаверал и знаменитые обитатели Майами окажутся соседями получеловеческих существ, пока еще совершенно неизвестных науке.

Болотный монстр.

…Страшное чудовище с красными горящими глазами и зеленой кожей ожесточенно дергало дверцу автомобиля, пытаясь добраться до Девиса. К счастью, встреча с болотным монстром из Южной Каролины (США) окончилась благополучно — машина завелась и перепуганный водитель рванул с места.

29 июня 1988 года семнадцатилетний Девис, житель городка Бишопвилл (штат Южная Каролина, США), перевозил в своей машине для местного кафе бутерброды, гамбургеры и картофельные чипсы. Внезапно у машины спустило колесо. Он решил его поменять и остановил машину у небольшого болота. Парню очень повезло, что он успел все сделать до появления чудища, которое, вероятно, будет его посещать в кошмарных снах до конца жизни. Какое-то чувство опасности заставило Девиса оглянуться, когда он уже укладывал домкрат в багажник. Через поле к машине кто-то бежал. В приближающейся фигуре было что-то странное. Денис внимательно пригляделся и увидел, что к нему подбегает не человек, а какой-то страшный зеленый монстр с красными светящимися глазами…

Девис быстро сел в машину и стал лихорадочно ее заводить, однако чудовище уже успело подскочить к машине и пыталось открыть дверь его «тойоты»… Перепуганному парню неимоверным усилием удалось захлопнуть дверцу и рвануть машину с места. «Я хорошо его рассмотрел выше пояса, — рассказывал Девис. — У него была толстая зеленая кожа и по три больших пальца с длинными темными когтями на руках. Тянул он за дверцу с большой силой».

Вот такую жуткую историю напечатал в свое время американский научно-популярный журнал «Омни». Девис был не единственным свидетелем появления человека-ящерицы (так монстра окрестили местные жители). Чудовище видели двое юношей, Родни Нолф и Шейн Стоке, — человек-ящерица перебежал дорогу прямо перед их автомобилем. Джордж Холломэн наблюдал это ужасное создание рядом с артезианским колодцем, где он запасался водой. По описаниям очевидцев, рост монстра превышал два метра, у него была чешуйчатая зеленая кожа и красные светящиеся глаза. На ногах и руках по три пальца с острыми десятисантиметровыми когтями, руки непропорционально длинны.

Криптозоолог, специалист по неизвестным науке животным Эрик Бекджорд, который исследовал сообщения о человеке-ящерице, видимо, решил сбить волну ужаса у населения Бишопвилла после случая с Девисом и предположил, что монстр всего-навсего проголодался и к машине его привлек запах пищи, которую перевозил водитель. «Возможно, человек-ящерица обожает бутерброды, — заявил он. — Ведь медведи национальных парков, когда лишаются пищи из-за засухи, тоже нападают на туристов и посетителей и отбирают у них провизию. Скорее всего, человек-ящерица тоже пострадал от засухи, которая случается на болотах». Понятно стремление ученого защитить таинственного монстра от облав вооруженных местных жителей, но так ли можно быть уверенным, что чудовище привлекали именно бутерброды, а не сам Девис?

Местная полиция пыталась провести свое расследование и выезжала на место встречи двух подростков с монстром. Полицейские обнаружили там отпечатки огромных лап размером 35 на 18 сантиметров и сломанные верхушки молодых деревьев на высоте около двух с половиной метров. Полицейские пытались идти по следу, но явно почувствовали себя не в своей тарелке и поспешили вернуться к машине. Там их ждал небольшой сюрприз — вокруг нее и в колеях от колес они обнаружили совсем свежие следы чудовища, которое успело в их отсутствие побывать рядом с машиной.

Существует ли человек-ящерица? Скептики считают, что все следы — это просто проделка местных шутников. Другие же полагают, что человек-ящерица — это своеобразный вид «снежного человека»… «Снежный человек» на болоте — это, конечно, звучит довольно странно… Вообще, почему чудовище из Бишопвилла называют человеком? Из всех описаний явно следует, что очевидцам попадался самый настоящий ящер. Откуда он взялся? Вряд ли это чудовище уцелело каким-либо образом с доисторических времен, ведь Бишопвилл — не Амазонка.

МИР НЕБРОСКИХ ГИГАНТОВ.

Все новые и новые виды.

Нет ничего удивительного в том, что люди привыкли к промысловым морским гигантам, которых они добывают преимущественно ради жира. Но, может быть, существуют и другие? Преждевременно было бы это отрицать, тем более что многие китообразные больших размеров были открыты меньше века назад, а кое-какие другие и теперь едва нам знакомы. Совпадения исключительных обстоятельств, сделавших возможным для нас знакомство с этими животными, в других случаях могло просто не произойти.

Ни одно семейство китообразных не является в наших глазах таким загадочным, как семейство клюворылых китов (Liphiidae). note 4.

Из пяти родов, входящих в это семейство, только один известен достаточно хорошо, он же был единственным известным в самом начале прошлого века, мы имеем в виду род бутылконосов (Hyperoodon), который был назван так Ласепедом в 1804 году. По-видимому, существует несколько различных видов бутылконосов, чья длина приближается к 10 метрам, но тот вид, который больше всего отличается от других, известен нам практически лишь по черепам, найденным по берегам южных морей. До сих пор бутылконосов удавалось выловить лишь на севере Атлантического океана!

«Кит» клюворыл Кювье (Liphius), который дал имя всему семейству, вначале считался вымершим животным. Все вещественные доказательства его существования, которые первоначально удавалось получить, сводились к окаменелому черепу, найденному в 1804 году Жоржем Кювье как череп ископаемого животного. Почти полвека спустя после этой анатомической находки второй точно такой же был выброшен на берег в том же месте. И только лишь много позже в Новой Зеландии было выловлено китообразное животное, обладавшее аналогичным черепом. Любопытно, что у стареющих особей череп становится окаменелым, как бы прежде времени превращаясь в ископаемое. Есть еще одна причина, по которой это животное представляется насмешкой природы над зоологией. Светлая сверху и темная снизу окраска его тела находится в противоречии со всеми установленными правилами животной окраски. Стоило большого труда убедить зоологов в реальности его существования.

Род ремнезубов (Mesoplodon), быть может, самый загадочный. Первоначально он стал известен благодаря трупу, выброшенному на побережье в графстве Эгин в Шотландии, который посчастливилось увидеть натуралисту Соверби. Это коричневое животное обладало странно выгнутой нижней челюстью, которая снабжена лишь одной парой зубов, послужившей причиной его первоначального названия Diodon sowerbyi. Впоследствии это название было отброшено по таксономическим соображениям.

В 1828 году очень похожее животное, совсем не имевшее зубов, было выброшено живым на пляж в Гавре. Это существо, привлекшее толпы любопытных, оставалось живым еще в течение двух дней. Прогуливающаяся публика, имевшая крайне субъективные представления о рационе питания китообразных, предлагала ему хлеб, смоченный водой, и другие не менее не подходящие продукты. Бедное, испуганное животное испускало нечто вроде глухого крика, напоминавшего мычание коровы. После того как этот дельфин был осмотрен Анри Дюкроте де Бланвилем, вследствие отсутствия зубов он получил имя Aodon dalei. По мнению специалистов, это животное могло оказаться престарелой особью «кита» Соверби, потерявшей зубы от старости.

В 1850 году вышеупомянутый «кит» получил от Поля Жерве имя, закрепленное за ним официально, — Mesoplodon bidens. С тех пор было обнаружено много разнообразных Mesoplodon, но их описания были основаны на таком скудном материале, что трудно сказать, сколько в настоящее время подвидов живут в океане— 10 или 15. Одним из самых редких является «кит» Жерве (Mesoplodon europaeus). Известно лишь шесть его экземпляров. Первый был найден плавающим в проливе Ла-Манш в 1840 году, три другие были выброшены на побережье Нью-Джерси в США (в 1889, 1933, 1935 годах), двое других, мать и детеныш, были обнаружены на Ямайке в 1953 году, что кажется не совсем уместным для животного, названного «европейским»!

Ремнезуб Бланвиля (M.densirostris) имеет еще более фантастическое географическое распространение. Было найдено всего семь его экземпляров, однако в различных и самых отдаленных точках земного шара: на Сейшельских островах, у острова Лорд-Хау, близ Австралии, на юге Африки, вблизи Массачусетса (США), около островов Мадейра и у берегов штата Нью-Джерси США. M.stejnegeri известен лишь благодаря двум экземплярам с северного побережья Тихого океана;

M.hectori — по двум экземплярам из Новой Зеландии. Описание M.bowdoini также было сделано на основании изучения двух новозеландских экземпляров, от которых, однако, не осталось ничего, кроме скелета, поэтому внешний вид животного пока неизвестен.

Можно даже и не упоминать о том, что полностью ведомо все, что касается нравов различных meseplodon (лат.), длина которых иногда превышает 5 метров.

Ничуть не более мы знаем о двух видах рода плавунов (Berardius): северном плавуне (B.bairdi) и южном плавуне (B.amouxi), которые могут достигать 13 метров в длину. Зубы южного плавуна имеют такое строение, что, если бы их описание было сделано профаном, ему не поверил бы ни один специалист в области маммалогии: эти зубы заключены в хрящевые сумки и, похоже, могут произвольно подниматься, действуя при этом наподобие крюков.

Время от времени обнаруживаются новые представители семейства клюворылых (Liphiidae). В 1937 году появился новый род — тасмановые киты (Tasmacetus), открытый Оливером на основании обследования последовательно выброшенных на побережье Новой Зеландии трех «китов» с клювом совершенно неизвестного прежде типа. Это были крупные животные, имевшие от 7 до 9 метров в длину! Все эти события происходили незадолго до Второй мировой войны, а не в средние века или эпоху Возрождения. И это не мешает нам праздно утверждать, что море не способно больше скрывать неизвестных животных больших размеров!

После знакомства со смутным положением, царящим в семействе клюворылых, нам не покажется удивительным, что среди дельфиновых и собственно дельфинов, то есть среди китообразных меньшего размера, многие виды известны нам лишь на основании отдельных, редких, часто единственных экземпляров.

Существует, например, несколько разновидностей рода Lagenorhynchus — дельфина-сороки, как его иногда называют, внешний вид которых изучен недостаточно. Некоторые из них кажутся неуловимыми, как, например, «дельфин с песочными часами» Вилсона (Lagenorhynchus wilsoni).

Эта разновидность, свидетельствует Френсис К. Фрезер в своей классической работе «О морских гигантах», написанной в соавторстве с ихтиологом Джоном Р. Норманом, часто встречалась на Севере как в ходе экспедиции «Дискавери» в 1802 году, так и во время экспедиции «Терра Нова» в Антарктике. Однако не был пойман ни один экземпляр этого животного.

Из дельфинов рода Prodelphmus пятнистый дельфин получил свое имя лишь в 1889 году от Поля Жерве. Фрезер заявляет также: «Было описано множество разновидностей, но без каких-либо сведений об их нравах. Большинство форм этих животных известны нам только по черепам».

Семейство кашалотов включает очень редкий и оригинальный род карликовых кашалотов (Kogia), описанный только в 1846 году. Это животное трехметровой длины, которое еще никто не видел живым. Если бы не несколько случайно выброшенных на берег экземпляров, мы бы ничего не знали о его существовании. Нам все еще неизвестно, сколько видов включает род Kogia. Описано около полдюжины его представителей, но это ничего не доказывает ввиду редкости данных животных.

Самый маленький из семейства гладких, или настоящих китов, известен нам лишь с 1864 года. Это странное животное имеет настолько расширенные бока, что грудная клетка его напоминает бочку. И сейчас этот кит-пигмей (Neobaloena) встречается лишь в исключительных случаях. Необходимо заметить, что это «миниатюрное» животное может достигать 18 метров в длину.

Количество китообразных внушительного размера, с которыми мы едва знакомы, достаточно велико. Ряд других известен ученым лишь по внешнему виду. А сколько еще осталось таких, о чьем существовании мы даже не подозреваем? Сколько еще имеется морских животных, принадлежащих к разным зоологическим отрядам, которые, благодаря анатомическому строению, физиологии или особенностям образа жизни и географического распространения, могут успешно противиться случайному попаданию на берег? Большинство живых организмов теряют плавучесть после смерти, и если они не живут вблизи суши, у них нет шансов оказаться выброшенными на пляж или скалы.

Необходим рисунок.

Несмотря на наш далеко не полный список представителей морской фауны, существование морских чудовищ вызывает обычно большое недоверие. Это случается из-за фантастичности описаний, которые обычно им даются. Но, может быть, прежде чем отнестись к таким описаниям отрицательно, надо спросить себя, не существует ли a priori каких-либо причин для появления таких описаний?

Прежде всего морские существа всегда выглядят более или менее фантастически, будучи приспособленными к условиям жизни, совершенно отличным от других, они неизбежно должны казаться отклонением от нормы. Как подчеркивал Монтень, «те, кого мы называем чудовищами, не представляются таковыми Богу, видящему в необъятности своего творения бесконечное многообразие постижимых для него форм».

Мы сами, со своей стороны, способствуем фантастическим представлениям о морских животных, наделяя их абсолютно неадекватными названиями. Располагая для сравнения лишь примерами из привычной для нас сферы жизни, мы видим в существах, живущих по ту сторону морской завесы, некоторое соответствие земным или небесным существам, доступным нашему воображению. Мы населили океан пауками, мышами и зайцами, телятами, коровами и свиньями, собаками, кошками, львами и тиграми, волками и медведями, слонами и лошадьми, мужчинами и женщинами, мы посадили в нем анемоны, лилии и крапиву, заставили расти виноград и огурцы, мы рассеяли по нему звезды, луны и солнца. И потом, оказавшись в плену у своих собственных понятий, с удивлением увидели, как анемоны и звезды пожирают друг друга, огурцы ползут по земле, а из винограда выходят демоны, снабженные щупальцами, мы увидели зайцев, передвигающихся медленнее черепах, и женщин и коров с рыбьими хвостами.

К тому же бедность нашего словаря и устройство нашего языка, посредством слов привносящего искусственную прерывность в единство мира, сами по себе способствовали невероятности наших представлений о морских жителях. Мы не можем описать новое животное, иначе как разбирая его деталь за деталью и последовательно сравнивая каждую из них со строением уже известного нам существа, и, таким образом, у нас неизбежно складывается представление о чужеродности и чудовищности вновь открытого животного. Подобное описание, возможно, поможет нам узнать животное, когда мы его встретим, но оставит лишь туманное представление о внешности неизвестного нам существа. Абстрактный, более или менее удаленный от реальности язык не может заменить нам данные наших чувств или хотя бы конкретное изображение, «рисунок» предмета. Увы, редко случается, что при внезапном появлении неизвестного животного рядом оказывается талантливый художник. Представление о незнакомце строится обычно на основании словесного портрета. Именно в этот момент червяк неясности проникает в зоологическое яблоко. Ибо словесное описание неизвестного существа по природе своей трудно сделать. Оно приносит результат тем менее достоверным, чем более расплывчатым и неумелым оно оказывается.

Опишите моржа как своего рода тюленя, вооруженного слоновьими бивнями, и хороший художник сможет на основании одного лишь этого свидетельства нарисовать удовлетворительный или, во всяком случае, не лишенный сходства портрет этого животного. Но если случайно, по примеру натуралистов прошлого, вы станете описывать осьминога как рыбу с восьмью лапами, то рискуете не узнать оригинал, глядя на его гравированное изображение. Действительно, мало кто подумает об осьминоге, когда увидит среди гравюр «Универсальной космографии» Себастьяна Мюнстера (1556), где собраны все чудовища северных морей, изображение чего-то вроде большой чешуйчатой рыбы с паучьими лапками. Этот рисунок странного, по меньшей мере, существа был позаимствован космографом из немецкого перевода, сделанного Раффом в 1545 году, сочинения Альберта Великого, в котором рисунок, без сомнения, относится к осьминогу.

Можно ли упрекать художника, иллюстрировавшего переведенное на разговорный язык и предназначенное для широкой публики издание этого сочинения, за такое изображение данного моллюска? Конечно, нет, поскольку автор сам говорил о нем как о «морской рыбе, имеющей восемь лап». И можно ли упрекать Альберта фон Больштедта, самого авторитетного ученого средневековья, за то, что он описал осьминога таким образом, ведь в его время «рыбой» называли всякое морское животное, кем бы оно ни оказалось — медузой, морской звездой или китом?

Морское чудовище, похожее на льва.

Досадные искажения, привнесенные усердным иллюстратором, иной раз могут зайти очень далеко. Не надо удивляться, например видя большинство морских чудовищ одетыми в чешуйчатую кольчугу. Ведь рыбы — самые характерные обитатели моря, а у рыб обычно имеется чешуя. И если в описании упоминалось о морском происхождении животного, добросовестный иллюстратор не преминет подчеркнуть это, наделив его в своем портрете чешуйчатой кожей. Может быть, в некоторых случаях художник и сам сомневался в том, что это создание ею обладало, однако для него наличие чешуи было самым простым способом символически выразить морское происхождение животного. Не достаточно ли было бы, скажете вы, изобразить его плавающим в своей родной стихии? Да, конечно. Но дело в том, что вода — вещество, дьявольски трудно поддающееся изображению. В этом суть проблемы. Именно в силу такой условности на рисунке первого ватерклозета, сделанном в XVI веке, резервуар с водой изображен полным рыб. Можно быть уверенным в том, что никто и никогда не собирался использовать в виде аквариума сосуд, предназначенный для регулярного опорожнения в трубу для стока нечистот. Но можно ли было иначе и с большей ясностью продемонстрировать оригинальность этого новшества?

Всякое изображение — продукт условности. Даже цветная фотография, в которой некоторые могут усмотреть предел достоверности изображения, предоставляег смотрящему полную свободу в оценке размеров, глубины и удаленности предметов. В любую эпоху каждой цивилизации люди умеют вносить в изображение поправки, требуемые существующими в их сознании условностями. Все заключается в том, чтобы знать об этих условностях.

Так, искушенный зоолог прошлого не позволил бы обмануть себя даже самым крайним искажениям и прикрасам, допущенным свидетелями или иллюстраторами. Об этом можно судить по тем тонким комментариям, которыми месье Гийом Рондоле сопроводил в своей «Всеобщей истории рыб» изображение некоего «морского чудовища, похожего на льва»: «Помещенное здесь чудовище — это замечательное животное, не имеющее никаких органов, приспособленных для плавания. Поэтому я часто сомневался в том, что это животное — морское, но в Риме меня убедили в том, что это чудовище было выловлено именно в море. У этого животного была внешность и размеры льва. Оно имело четыре достаточно хорошо развитых лапы, пальцы на которых не были соединены кожными перепонками, как у бобра или речной утки, но были полностью разделены и снабжены когтями. У него были длинный хвост с кисточкой шерсти на конце, большие уши и чешуя, покрывавшая все тело. Он не смог долго прожить вне своей природной стихии.

Хотя этот портрет был мне предоставлен людьми учеными и достойными доверия, я предполагаю, что художник, возможно, добавил к нему от себя нечто такое, что показалось ему естественным; так, ноги чудовища кажутся слишком длинными для морского животного, художник также мог забыть и о кожных перепонках между пальцами ног. Морским животным несвойственно иметь большие уши. Чешуя могла занять место грубой кожи, подобной той, которая покрывает ноги морских черепах. Обычно животные, которые дышат легкими и опираются на костный скелет, не бывают покрыты чешуей. Но случается, что художники наделяют чешуей многих других, не имеющих ее, животных и чудовищ, как, например, китов, изображенных на картах северных морей в «Космографии» Мюнстера. В этом также можно убедиться на примере изображений морского теленка, касатки, сколопендры, китообразных и др.».

Трудно установить точно, кем было это «морское чудовище, похожее на льва». Но можно быть уверенным в том, что это был, скорее всего, какой-нибудь ушастый тюлень, имевший гриву, который действительно странным образом заблудился, оказавшись в Средиземном море. Животное, названное первоначально морским львом, было, очевидно, описано повторно не видевшим его комментатором, который представил его в виде настоящего морского льва. Но после того как он был лишен своих межпальцевых перепонок и «недостаточно развитых ног», отличить описание морского льва от описания обычной кошки стало почти невозможно. Для того чтобы сохранить за ним репутацию чудовища и подчеркнуть его морское происхождение, необходимо было наделить его чешуей. Как это и случилось.

Манта с женскими руками.

Если морских животных чаще всего описывают в вызывающей недоверие фантастической манере, то это происходит оттого, что обычно их удается увидеть лишь мельком и не полностью. Этих животных либо едва доводится заметить, когда они выныривают на поверхность воды и тут же исчезают, либо их находят на пляже покалеченными и уже разложившимися.

Часто смеются над наивностью и экстравагантностью некоторых зоологических представлении древности и даже недавнего прошлого. Не надо думать, что художники раньше были менее искусными. Разве рисовал кто-нибудь лучше, чем Дюрер, Пизанелло или некоторые восточные художники глубокой древности? Не стоит полагать также, что натуралисты прошлого были менее наблюдательны, чем в последующие века. В действительности знания тогда были еще более фрагментарными и воображение должно было прийти им на помощь.

И в наше время, когда умный и образованный человек замечает, особенно в открытом море, животное, которое ему неизвестно, он вполне способен составить о нем самое фантастическое представление. В 1866 году, в пору, когда манта уже была известна зоологам в течение почти 40 лет, знаменитый южноамериканский филолог дон Эн-рике Онффрой де Торон встретил одного из этих гигантских скатов в заливе Анкон-де-Сардинас, между городом Эсмеральдас и Рио-Мирой у экваториального побережья. Чтобы лучше понять его драматический рассказ об этом происшествии, надо вспомнить, что у ската передние части грудных плавников обособлены и образуют выступающие по обе стороны рта длинные, мягкие, несколько согнутые рога. Это послужило причиной различных его названий, таких, как Головоногий гигантский рогатый скат, морской черт и, наконец, Manta birostris. У самых крупных экземпляров длина рогов не превышает обычно одного метра. Виконт Онффрой де Торон, ничего не знавший о существовании таких рогов у морских животных, увидел в море нечто более для него привычное: «Вдруг из глубины океана поднялось морское животное, замечательное своей странностью, и оказалось так близко к нашей китобойной шлюпке, что легко можно было бы ударить его веслом. Чтобы отдалиться от него, мне пришлось бы посадить на весла еще двух гребцов, так как люди мои устали от работы. При таких обстоятельствах я решил действовать осторожно; не зная, с мирными или с враждебными намерениями явился этот посетитель, я приказал поднять весла, чтобы его не беспокоить. Мы остановились. Увидев это, лоцман сказал мне: „Месье, это манта, возьмите ваш мачете и, если он попытается схватить лодку, отрубите ей руку“. Я понял, что имею дело с амфибией. Вооруженный мачете, с поднятой рукой, я стоял готовый ударить чудовище, которое остановилось рядом с нами. Однако, не желая принимать на себя инициативу атаки, я стал внимательно наблюдать за этим животным и не дать ему нас опрокинуть.

У манты были настоящие человеческие руки, белые и длинные, длиной около полутора метров. Но по сравнению с их длиной и размером тела эти руки были очень тонкими. Вместе с тем они были сочленены так же, как и наши собственные руки, то есть в запястье, в середине (но более округло, чем наш локоть) и при начале плеча. Ее руки, маленькие, слегка скрюченные и далекие от белизны, по цвету напоминали старый пергамент и казались поэтому нечистыми. Обтрепанные и плохо выраженные пальцы представлялись расплющенными и, возможно, состояли из хряща, но у меня не было возможности выяснить это точнее, потому что в тот момент они словно слиплись между собой. Голова манты была сплющена в горизонтальном направлении, она имела треугольную форму и расширялась все больше и больше в направлении плеч, в основании имела более двух метров в ширину, и ее пасть, которую она держала закрытой, была такой же широкой, как и голова. Тело (очень тонкое, толщиной всего в несколько сантиметров) имело тем не менее четыре фута в ширину по горизонтали. Вся спина была плоской и широкой. Видимая часть животного была примерно трехметровой длины и не имела плавников. Размеры части его тела, располагавшегося под водой, под углом примерно в 20 градусов, трудно было оценить. Ее тело или ее кожа были белого цвета, и посередине вдоль спины шли пятна, какие бывают на морском теленке или на леопарде.

Какова природа его кожного покрова? Был ли он похож на шкуру морского теленка или на кожу лягушки? Этого я не знаю. Однако ни на руках, ни на голове, ни на теле я не видел никаких признаков шерсти или чешуи. Пятна, которые у него имелись вдоль линии позвоночника, не могут быть признаком той или иной его принадлежности, так как и рыбы, и амфибии почти все имеют отметины на спине. В дополнение к этому лоцман убеждал меня в том, что видел совершенно белых мант. Однако, желая ограничиться лишь тем, что видел я сам, и не оказаться введенным в заблуждение, я старался не расспрашивать его дальше, поэтому не могу сказать, была ли манта четверолапым животным, как лягушка, или его тело заканчивалось плавниками».

После этой крайне романтической интерпретации внешности животного, небольшую часть которого он увидел под покровом воды, дон Энрике рискнул высказать смелую гипотезу о его природе и зоологической принадлежности: «…не нашел ли я в лице манты живого Chirotherium, лягушку длиной в 12 или 15 футов (3,7—4,5 метра), которую геологи открыли в виде ископаемого? Мне кажется, что оба они, несомненно, должны быть представителями одного и того же семейства земноводных».

В действительности для палеонтологов более чем сомнительно, что Chirotherium, обладавшее руками животное, было разновидностью амфибий. Известны лишь ископаемые отпечатки его лап, найденные в 1838 году около Хилбургхаузена в Тюрингии. С другой стороны, недавно на основании палеонтологических открытий, сделанных в Северной Америке, было установлено, что это животное относится к рептилиям и является разновидностью динозавра. Этого не мог знать месье виконт Онффрой де Торон, но, прежде чем решительными шагами нарушать заповедные области зоологии, он должен был усвоить элементарные представления, в частности, о том, что проницаемый, предназначенный для кожного дыхания покров земноводных не позволил бы животному плавать в соленой воде, не причиняя ему мучительных страданий.

Чтобы убедиться в том, что и в наши дни художники не менее наивны и не менее лживы, чем в далеком прошлом, достаточно взглянуть на гравюру, иллюстрирующую рассказ дона Энрике во французском издании 1870 года книги Б. X. Ревуаля «Охота на рыб в Северной Америке». Манта представлена здесь в виде очаровательной молоденькой девушки с соблазнительно вытянутыми руками, достойной соперницей самых прелестных из легендарных сирен.

И это стоит рыб с восьмью ногами, бронированных китов и львов, покрытых чешуей, из эпохи Возрождения.

Молочные братья — гигантский спрут и морской змей.

Таким образом существует столько же объективных, сколько и субъективных причин для возникновения фантастических описаний неизвестных океанских животных. В этой области важно не отвергать заранее того, что при первой встрече может показаться невероятным. Важно сохранять сдержанность в ожидании новых сведений, которые изменят и уточнят наши данные. Со временем все встает на свои места— размеры, которые приписывали плохо рассмотренному животному, уменьшаются; искажения, внесенные иллюстраторами, исправляются, стираются прикрасы.

Прежде кита изображали закованным в броню, как турнирную лошадь, с воротником трицератопса и клыками, способными устрашить самых храбрых; его длину преувеличивали до неслыханных размеров. Промышленное использование превратило кита в животное не менее банальное, чем бык на скотобойне. Если о нем еще говорят как о чудовище, то это лишь из-за его огромных размеров. Ореол необычности и страха, осенявший его прежде, погас навсегда.

Более двух тысяч лет назад Аристотель писал о животных, которые в его время, при тогдашнем состоянии знаний, не поддавались классификации: «Помимо животных, изученных к настоящему времени, в море обитают существа, которых нельзя отнести к какому-либо роду, потому что они слишком редки. Некоторые опытные рыбаки утверждают, что видели в море животных, напоминавших строительные балки, черных, округлых, имевших повсюду равную толщину. Другие неизвестные животные походили на щиты, были красного цвета и имели многочисленные плавники».

На наш взгляд, здесь можно увидеть намек на двух главных героев подводной драмы — гигантского кальмара и морского змея. И если в приведенном выше высказывании Аристотеля о них упоминается лишь кратко, то у датского епископа Понтоппидана, который был первым автором, посвятившим этим животным тщательное исследование, можно найти более подробные комментарии.

И в самом деле, с глубокой древности судьба этих двух чудовищ была похожей. Вначале оба они были известны как откровенно сказочные персонажи, по слухам, героическим рассказам и суевериям. Впоследствии эти животные были описаны более трезво и тщательно, сначала в нескольких отдельных сообщениях, которые постепенно становились все многочисленней и составили, наконец, целый букет убедительных свидетельств. Однако это не уменьшило количества возводимой на них хулы, насмешек и обвинений в малой правдоподобности, иначе говоря, невозможности их существования. Что касается огромного голо-воногого, то даже обретение не вызывавшего сомнений анатомического фрагмента долгое время не могло смягчить почти всеобщее недоверие.

Нужно ли удивляться после этого тому, что проблема змея, о котором известно еще меньше, по-прежнему остается поводом для веселья. Фантастический характер этого животного сделался классической темой для шуток.

Но фортуна пожелала, чтобы тайна гигантских головоногих рассеялась первой. Гигантский кальмар сегодня занял свое место в учебниках зоологии, у него есть латинское название, которое можно без улыбки и не краснея произносить в ученых собраниях. Ну а морской змей… Он станет темой нашей отдельной главы. Причем тот представитель неведомого отряда животных, который, по рассказам, водится совсем рядом с нами…

ЭТО СЛУЧИЛОСЬ НА КАСПИИ.

Рассказывает Дмитрий Хафизов.

Бжегодно на Каспии пропадают без вести сотни купальщиков, рыбаков, яхтсменов, браконьеров. Типичный сюжет: резиновая лодка, двое рыболовов в глухом «заветном» месте, полное отсутствие свидетелей; спустя несколько дней после исчезновения — находка продырявленной лодки, но самих пострадавших найти не удается…

Недавно два почти идентичных случая привлекли мое внимание. Знакомый врач, по служебной надобности довольно часто посещающий морг в одном из городков на восточном берегу Каспия, рассказал мне следующее:

— Однажды к нам доставили останки неизвестною мужчины, найденного на берегу. Человек был облачен в «сухой» водолазный костюм французского производства и акваланг той же фирмы. На поясе — подводный нож. На руке петля с обрывком веревки, кисть протерта до кости. Веревка капроновая, очень прочная. Лицо и затылок разбиты и превращены буквально в месиво. Множество переломов. Травмы совершенно необычные. Это был уже второй случай в моей практике, от первого он отличался лишь незначительными деталями. Проведенное расследование не смогло восстановить ход событий, предшествовавших смерти. Предлагали различные версии — от попадания в винт корабля до умышленного жестокого убийства. Винт отпал сразу — из-за отсутствия рубленых травм на теле, порезов и разрывов на костюме. Протертая до кости рука с петлей и то, что ни один, ни другой пострадавший не успели воспользоваться ножом для перерезания шнура, свидетельствуют: их что-то буксировало явно против воли и с огромной скоростью. Единственная каспийская рыба, которая в принципе могла бы оказаться виновницей трагедии, — белуга. Но ни один опытный подводный охотник не польстится на белугу таких размеров: это все равно что пытаться загарпунить подводную лодку. К тому же белуга очень неторопливая рыба, и ее поведение при ранении вполне предсказуемо, так что, безусловно, незадачливый браконьер успел бы снять петлю шнура с руки, а тем более перерубить ее ножом.

Таким образом, — продолжал мой собеседник, — напрашивается вывод: пострадавшие были вынуждены стрелять, обороняясь. А еще не зафиксировано ни одного случая нападения белуги на человека. Следовательно, остается одно: принять давно уже высказанную версию, что в Каспии водится некий крупный хищник, пока неизвестный науке.

Кто же он?

Наверное, очень немногим довелось увидеть, как движется белуга у поверхности воды. Очень характерное зрелище: виден только хвостовой плавник, выступающий над волнами. Ну, может быть, вам это что-нибудь напоминает?

Правильно — акулы? Наблюдатель с берега или с лодки не отличит их от белуги — настолько схож «стиль плавания»… Не здесь ли таится разгадка каспийской тайны?

А как же тогда рыбаки-профессионалы? — спросите вы. Им ведь часто приходится видеть промысловый лов белуги. Как же они до сих пор не нашли в Каспийском море акул?

Ответ прост и очевиден: те, кто находил, уже не могли никому ничего рассказать. Ибо обнаружить акулу можно лишь одним способом: убить или ранить, спутав с белугой. Видимо, ни разу не убили. Кроме того, если каспийская акула действительно существует, она наверняка реликт с малой общей численностью и ареалом, ограниченным небольшим районом у побережья. Скорее всего — у восточного: местность мало населенная, много бухт — своеобразных миров, в значительной степени удаленных от остальной акватории. Автор этих строк дважды, будучи в экспедиции на восточном берегу Каспия, наблюдал со стометрового обрыва быстро движущиеся в воде объекты огромной величины. Пик приходился на ночное время: в полнолуние в лунной дорожке одновременно можно было видеть до трех силуэтов.

Есть и косвенные свидетельства в пользу реальности каспийской акулы. У тюленей и даже крупных белуг (в том числе погибших) нередко находят весьма странные шрамы значительных размеров — зажившие или заживающие. Эти раны как будто нанесены крупным животным с огромными зубами.

Наконец, до сих пор в прибрежных песках находят огромные акульи зубы (и не только окаменевшие), самым древним из которых миллионы лет. По-видимому, не все ископаемые монстры, населявшие древние воды, канули в вечность, и бороздят еще седой Каспий грозные владычицы океанов прошлого. Так что ученым здесь есть над чем подумать, а рыбакам, браконьерам и просто отдыхающим рекомендуется проявлять повышенную осторожность.

КАСПИЙСКОЕ ЧУДОВИЩЕ.

…В ту ночь Исрафил с напарником Керимом вышли, как всегда в лодке, на привычное место. Легкий озноб возбуждения сменился часами ожидания. Сети — обязательный атрибут рядовых браконьеров — были «задействованы», оставалось только «зацепить» осетра пожирнее.

Перед рассветом взялись за веревки. Туман упал, погода, не самая лучшая, того и гляди, ураган налетит, море неспокойное, но большой волны нет. Потянули сеть и почувствовали пару необычных рывков, после которых наступило очень уж странное спокойствие. И тяжесть, чудовищную тяжесть они ощутили. Осетр, даже самый большой и голодный, так себя не ведет. И белуга не ведет.

Тем не менее начали поднимать — сеть-то не бросишь, да и что там, в конце концов, в глубине?! Господи, как же они намучились, аж глаза вылезали из орбит, руки до мяса содрали. Исрафил об уключину весла локоть рассек. Начало светать, все прозрачнее становился воздух, а море по-прежнему было черным и густым. И вот на поверхности медленно разбежались барашки пены, и, как остов подводной лодки, из каспийских недр начало подниматься невообразимо огромное, темное, с глянцевым отливом, спокойное и тяжелое. Нечто. Бревно! Вырисовывается удлиненная морда, хвостовое оперение — ковром. Осетр? Тюлень?

— Неужели осетр? — прошептал Керим. И это было последнее слово в его простой и рисковой жизни браконьера. Ибо в ту же секунду на морде «бревна» «распахнулись» два невероятно пронзительных и насмешливых глаза, а жуткий крик-скрежет потряс все вокруг, до самого берега Каспия, — так трамвай гудит и звенит на быстром повороте. Взметнулся чудовищный хвост, лодку швырнуло куда-то вверх. Керим полетел в воду и оказался в метре от невероятного осетра, который стал вдруг подниматься из воды, обнажая грудные плавники. Но нет, плавников не было! Вместо них… Исрафил помутневшим от фантастического ужаса взглядом уперся в эти лапы, как у крокодила с длинными белыми когтями, лапы-руки, которыми чудовище ухватило барахтающегося Керима поперек тела и погрузилось с ним в пучину. Глубина в том месте была около 80 метров.

…Утром лодку принесло к берегу. Исрафил скорчился на корме, зажав уши ладонями, крик чудовища по-прежнему звенел вокруг, он дрожал мелкой дрожью. Родственники погибшего Керима подали на него в суд. Рассеченный локоть свидетельствовал против хозяина: ясно — подрались и один другого утопил. В чудовище никто не поверил.

Акулы населяют Землю сотни миллионов лет. Но до сих пор ученые считают их самыми загадочными существами. Акулы широко распространены по всему миру. В австрийском городке Брегенц, расположенном на берегу Боденского озера, под аркой моста висит мумия русалки. «Русалка» была поймана в озере в XIII веке местным рыбаком и повешена живьем, как гласят летописи, под аркой моста, в качестве амулета для защиты города от чумы. Позже ученые опознали в «русалке» обыкновенную сельдевую акулу. Как она оказалась в озере, находящемся в центре Европы, осталось загадкой. На волжских берегах, кстати, ходит немало рассказов о русалках, утаскивавших купающихся под воду. По свидетельствам очевидцев, в конце прошлого века русалки прямо-таки охотились на женщин, полоскавших белье.

Если предположить, что загадочные волжские русалки — акулы, то похищения людей легко объяснить. Давно замечено, что акул привлекает белый цвет. Поэтому кубинские рыбаки, например, ловят их, нацепив на крючок вместо наживки кусок белой материи. Таким образом, женщины, полоскавшие белье, и купальщики (а купались в старину в нижних белых рубахах) невольно приманивали хищных рыб.

Обитание морских хищниц в реках и озерах — научный факт. В 1877 году в озерах Никарагуа в одноименной стране и Изабал в Гватемале ученые обнаружили пресноводных акул. Эти обитатели южноамериканских озер обладают особой свирепостью и часто путешествуют по высокогорным речкам, легко преодолевая стремнины и пороги. Местные индейцы считали их священными рыбами и издавна использовали в качестве «живых могил». Умерших соплеменников украшали золотом и драгоценными камнями и после торжественной погребальной церемонии опускали в воду на радость трехметровым пожирательницам трупов.

Акулы, обитающие в индийской реке Ганг, стали настоящим бичом для паломников, совершающих ритуальные омовения в священных водах. Индийцы считают, что причиной появления здесь этих чудовищ стал обычай хоронить покойников в водах Ганга. Тела умерших, проделав путь по реке до океана, становились добычей серых акул. В годы войн и эпидемий обилие трупов привлекало в Ганг множество хищниц, постепенно превратившихся в особый вид — гангскую акулу.

Как этим морским рыбам удается выживать в неподходящих для них условиях, ученые до сих пор не знают. Однако акулы упорно штурмуют пресные водоемы, захватывая все новые пространства. В Папуа—Новой Гвинее эти хищники встречаются в нескольких реках, а также в озерах Сентани и Джамур, расположенных на высоте десятков метров над уровнем моря. В 1933 году акулу видели неподалеку от Таймс-сквер у пристани на 42-й улице в центре Нью-Йорка. А летом 1960 года настоящему нашествию акул-людоедов подверглась река Делавэр в США. Для патрулирования берегов властям штата пришлось привлекать крупные силы полиции. Во Франции акул ловили даже в устье Сены. Вольготно чувствуют себя морские убийцы в реках Лимпопо и Замбези, заплывая за сотни километров вверх по течению В 1959 году в Кении несколько акул разорвали в клочья купавшегося слона.

Как полагают ихтиологи, акулы способны населять или посещать множество рек и озер Земли. Почему же до сих пор не обнаружены таинственные обитатели Каспия? Просто потому, что их не ищут! Для выявления новых видов морских обитателей необходимы планомерные и периодические научно-исследовательские экспедиции.

В 1948 году в энциклопедии «Рыбы Северо-Западной Атлантики» описывалось 250 видов акул, а через 10 лет эта цифра увеличилась до 350. Акулы часто преподносят сенсации. В 1898 году у берегов Японии обнаружили акулу-носорога, которую считали вымершей 70 миллионов лет назад. В 1954 году возле побережья Западной Африки в одном из самых глубоких мест Мирового океана при спуске батисферы на глубине четырех километров удалось заметить неизвестную акулу с большими выпуклыми глазами. А в 1983 году три американских ихтиолога поймали неподалеку от Гавайских островов столь своеобразную и необычную по своему строению акулу, что ее выделили в новое семейство — большеротая пелагическая акула. До сих пор это единственный пойманный экземпляр нового семейства.

Так что можно с большой долей уверенности предположить, что в Каспийском море обитает неизвестный науке малочисленный вид акул. И вполне возможно, что представители этого реликтового вида наведываются в устье Волги.

ЗАГАДКА ОЗЕРА ХЕППО-ЯРВИ.

Озеро Хеппо Ярви под Токсовом широко известно среди петербуржцев живописными берегами. Водоем большой протяженности и достаточной глубины. Есть сведения о том, что он сообщается с разветвленной сетью подземных озер.

Летом 1996 года на озере были зафиксированы два загадочных случая.

Н. Баныкин, старший кочегар сауны спортбазы «Спартак», расположенной неподалеку от озера, шел ранним утром по берегу домой. Накануне базу инспектировала комиссия спорткомитета, и кочегару пришлось остаться в ночную смену. Утомившись, Баныкин прилег у воды и задремал. Проснувшись, он увидел перед собой голову змеиного типа на длинной шее, со злобными желтыми глазами, глядевшую ему в лицо. Кочегар резко высказался по поводу увиденного, и голова, отпрянув, исчезла в камышах. Попытка немедленно изловить животное не увенчалась успехом. Баныкин вернулся на базу и сделал обстоятельный доклад комиссии. Но дальнейшее тщательное прочесывание прибрежных вод с помощью бредня оказалось безрезультатным.

Второй случай был не столь вопиющим, но зато он имеет множество свидетелей — дачников, загоравших на озере.

Около 14 часов дня метрах двадцати от берега вскипел небольшой бурун, и в нем исчез надувной крокодил серо-зеленого цвета 25 сантиметров в длину Маленький владелец его, по счастью, играл в это время в песке и не заметил, как мальчишки забросили игрушку подальше от берега. Через несколько дней изжеванный крокодил был найден у мостков дачницей, стиравшей белье (фамилию она просила не называть).

Этих двух случаев достаточно, считает научный сотрудник Института палеозоологии В. Зозулин, чтобы сделать вывод об озере как о среде обитания плезиозавра, представителя подотряда пресмыкающихся, достигшего расцвета в юрский период (185—130 миллионов лет назад) и ныне считающегося полностью вымершим. Даже то, что плезиозавр набросился именно на игрушечного крокодила и растерзал его, свидетельствует о многом. Крокодил — древнее животное, его предки были современниками плезиозавров, их излюбленной добычей. Таким образом, в нашем случае сработала генная память Хеппи (как окрестили чудовище сотрудники института), никогда прежде живого крокодила не видевшего.

Известно, что для того, чтобы популяция животных могла автономно существовать в своей экологической нише, ее численность должна быть не меньше 50 особей Не будем торопить события, но поле для поиска других «хеппи» немалое. На озере намечает начать свою работу научная экспедиция Института палеозоологии.

МОНСТР ИЗ ЛИПЕЦКОЙ ОБЛАСТИ.

Загадочное существо объявилось в окрестностях Липецка. Местные жители, наслышанные о шотландских, американских и прочих «несси», не сомневаются, что и у них в водохранилище завелся натуральный ихтиозавр.

— Мы с ребятами пошли ночью купаться, — рассказывает девятиклассник Саша Поспелов. — Я заплыл подальше, и вдруг вода рядом забурлила и что-то сильно толкнуло меня в ногу. Я быстрее поплыл к берегу, а когда вылез, почувствовал сильную боль и увидел, что вся нога в крови.

На память об этом приключении у Саши осталась широкая ссадина на бедре: кожу как наждаком стесало.

— В то утро клева не было, словно всю рыбу что-то распугало, — вспоминает 46-летний заядлый рыболов Семен Львов. — О «динозавре» я, конечно, слышал, но не верил, считал это обычной байкой. Ну вот, сижу, значит, смотрю на поплавок и вдруг вижу: метрах в пятнадцати от берега в воде какая-то длинная тень, а потом на поверхности что-то вроде горба появляется. Я замер, а оно полежало пару минут и обратно нырнуло. Здоровенное такое, и вроде бы рыбий хвост мелькнул. На сома похоже, но знаете, сколько живу — таких сомов не видел. В этой штуке метров десять — не меньше!

Рыбообразное чудовище наблюдали многие. А оно, судя по всему, считало водохранилище своим владением. Пожирало рыбу, воровало гусей и прочую водоплавающую птицу. Таинственным образом исчезали гулявшие по берегу собачки, а у 50-летней Евгении Мулеминой монстр утащил поросенка — буквально на ее глазах.

— Яшка у меня чистоплотный был, купаться любил. Зайдет в воду по брюхо и стоит, нежится. В тот раз уже смеркалось, я пошла его загонять. Вдруг оно из воды как скакнет! Яшка только взвизгнуть успел — был поросенок и нету! А по воде круги расходятся…

Чудище пытались подкараулить и с сетями, и с ружьями, и с фотоаппаратами. Но единственный качественный снимок удалось сделать случайно. В сентябре отдыхающий из Санкт-Петербурга Анатолий Головко, фотографируя здешние пейзажи, успел щелкнуть, как ему показалось, «маленького кита», когда тот на секунду выпрыгнул из воды.

Исследовав снимок, ученые пришли к мнению, что странное существо действительно напоминает сома, но…

— До сих пор самые крупные сомы, известные науке, не превышали в длину 5 метров, — говорит биолог Людмила Зотова. — В этом же, насколько можно судить, не менее 7 метров. Так что в любом случае мы имеем дело с настоящим уникумом.

ЧЕРНОМОРСКАЯ НЕССИ.

Первые упоминания об этом чудовище, обитающем в Черном море, можно встретить в древних легендах, хотя бы в отузском сказании «Чершамбе». Разумеется, сказки сказками, но все-таки…

Существует немало и свидетельств очевидцев. Вот что рассказывает директор Карадагского заповедника (Крым) Петр Семеньков:

«Седьмого декабря 1990 года бригада рыбаков вышла для проверки сетей, поставленных для отлова черноморских скатов. Сеть оказалась поврежденной. Когда подобрали оторванный край, то вытащили дельфина. Хвост у него был запутан в сетях, а живот выкушен одним укусом. Ширина укуса по дуге составляла около метра. По краю дуги на коже дельфина были четко видны следы зубов.

Весной 1991 года рыбаки привезли второго дельфина с аналогичными следами зубов на теле. Это была азовка размером в полтора метра».

Судакский журналист Александр Овчинников:

«Я видел это существо несколько лет назад в море с двадцатиметровой высоты мыса Француженка. Бросившиеся врассыпную дельфины бежали от этого змея. По собранным мною сведениям, в 30-е годы рыбак из Кучук-Ламбата столкнулся со змеем. Подоспевшие рыбаки спасли его. Однако рыбака парализовало, и он умер через месяц».

Больше подробностей в рассказе писателя Всеволода Иванова.

«Дельфины стайкой двигались по бухте влево. Должно быть, туда передвинулась кефаль. Я перевел глаза и, как раз посередине бухты, метрах в пятидесяти от берега, заметил большой, метров 10—12 в окружности, камень, обросший бурыми водорослями. В своей жизни я много раз бывал в Коктебеле и в каждое посещение несколько раз оказывался в Сердоликовой бухте. Бухта не мелка, глубина начинается шагах в десяти от берега, — а этого камня в середине бухты я не помнил. Я не мог рассмотреть камень. И камень ли это? Я отклонился назад, „поставил глаз“ против сучка дерева и заметил, что камень уклоняется вправо. Значит, это был не камень, а большой клубок водорослей».

Всеволод Иванов, покуривая трубку, стал наблюдать за водорослями, надеясь, что их прибьет течением к берегу. «Однако водоросли начали терять круглую форму, а затем клубок удлинился, развернулся и вытянулся. Существо волнообразными движениями плыло к тому месту, где находились дельфины, то есть к левой стороне бухты. По-прежнему все было тихо. Естественно, что мне сразу пришло в голову: не галлюцинации ли это? Я вынул часы. Было 12.18.

Реальности видимого мною мешало расстояние, блеск солнца на воде, но, так как вода была прозрачна, я видел даже тела дельфинов, которые плыли вдвое дальше от меня, чем чудовище. Оно было велико, очень велико, метров 25—30, а толщиною со столешницу письменного стола, если ее повернуть боком. Оно находилось под водой и, мне кажется, было плоское. Нижняя его часть — белая, насколько позволяла понять голубизна воды, а верхняя — темно-коричневая, что и заставило меня принять его за водоросли.

Чудовище, извиваясь так же, как и плывущие змеи, поплыло в сторону дельфинов. Они тотчас скрылись.

Это произошло 17 мая 1952 года. Я наблюдал за чудовищем сорок минут с небольшим».

Змея на берегу под Феодосией видела и Полина Картыгина.

«Я сначала подумала, что это бревно лежит, — рассказывала мне она. — И подружка тоже так подумала. Идем себе по песочку, внимания на бревно не обращаем. А оно вдруг как хлестнет в воздухе, и в море только буруны пошли».

Записи писателя Станислава Славича:

«Очевидцы рассказывают о встрече с огромной змеей на Казантипе. Чабан заметил под кустом терновника что-то блестящее, похожее на отполированный дождями и ветрами бараний череп, и просто так, от нечего делать, ударил герлыгой по этому черепу. И тут произошло невероятное, произошел как будто взрыв: взметнулся клуб пыли, полетели во все стороны куски земли.

Чабан онемел и оцепенел, перестал понимать, что с ним и где он. Он видел только этот клуб пыли, а в нем своих, словно взбесившихся, овчарок и что-то громадное, с чудовищной силой и быстротой извивающееся. Когда чабан пришел в себя, одна собака была убита, а две уцелевшие с остервенением рвали еще конвульсирующее тело какого-то огромного гада.

То, что показалось чабану бараньим черепом, было головой громадной змеи. Вскоре после того чабан, говорят, умер».

Этими и другими историями всерьез заинтересовались журналисты ялтинской «Курортной газеты». Были собраны материалы о крымском варианте чудовища Лох-Несс. Но сверху, из обкома партии (было это до перестройки), последовала команда: отставить, нечего заниматься дурными сенсациями, лучше сосредоточьте свое внимание на соцсоревновании. На этом все кончилось.

Однако с приходом гласности шума стало больше. Очередную попытку привлечь внимание к загадке Черного моря предпринял журналист «Известий» Владимир Щербань в статье «Встреча в пучине».

«Это случилось в Черном море во время погружения подводной лаборатории „Бентос-300“, — писал он. — На глубине примерно сто метров один из гидронавтов заметил, как по правому борту мелькнула длинная тень. Какое-то существо, лениво извиваясь, подплыло к иллюминатору. Казалось, оно внимательно рассматривало своими выпученными глазами человека.

В момент встречи с таинственным пришельцем из морской пучины часть экипажа отдыхала после вахты. И вдруг с кормы долетел голос: «Чудовище!» Понятно, сон как рукой сняло».

Владимир Костенко в 1965 году проводил отпуск у родственников под Туапсе.

— Утром мы с женой собрались искупаться. Навстречу соседка — говорит, мол, там что-то странное, зверь не пойми какой. И действительно, на прибрежных камнях то ли сидит, то ли лежит нечто — ни головы, ни лап я не различил. Больше всего это напоминало огромного, метров 8—10 длиной, слизняка, причем покрытого коротким темным мехом, вроде как у выдры. Смотрели мы на него секунды 2—3, затем существо соскользнуло в воду и исчезло…

В 1990 году монстра видел экипаж вертолета Ми-8. Подробности излагает Сергей Курбатов:

— Мы шли на высоте около сто метров над Тендровским заливом. Яркое солнце, вода абсолютно прозрачная. Первым его заметил штурман. На небольшой глубине перемещалось какое-то животное, периодически выставляя из воды спину. В бинокль можно было различить, что оно покрыто шерстью. Размер, мне показалось, примерно десять метров. По очертаниям это напоминало каплю, плывущую широкой частью вперед и изгибающуюся, словно головастик. Наблюдали мы его минуты три, после чего «головастик» ушел в глубину.

А вот Татьяна Миронова, отдыхавшая на Черном море, прислала в редакцию не только письмо, но и фотоснимок.

«Мы отправились на экскурсию на теплоходе вдоль побережья, — пишет она. — Стоим у борта, пейзажами любуемся. Вдруг кто-то как закричит: „Смотрите, кит!“ Но быстро стало понятно, что это не кит, не тюлень и не дельфин».

Загадочная тварь плыла у самой поверхности, временами слегка выныривая. Татьяна описывает его так: «Длиной около 9—10 метров, какого-то „грязного“ цвета, ни головы, ни хвоста не видно. Тело покрыто короткой, словно бы блестящей шерстью. Двигалось оно как-то конвульсивно дергаясь из стороны в сторону. Поблизости рассмотреть его не удалось — существо ушло под воду…».

Своя точка зрения у главного крымского специалиста по змеям, сотрудника Никитского ботанического сада Сергея Шарыгина.

«Мне как специалисту-герпетологу, — свидетельствует он, — неоднократно приходилось беседовать с людьми, якобы видевшими морского змея, анализировать различные материалы. К великому сожалению, даже я, зоолог со специализацией по „гадам“, не верю в нашу Несси. И знаете почему? У каждого живого существа есть свои биологические „рамки“, переступить через которые животные не могут. У нашего бассейна такой рамкой является сероводородный слой.

Так кого же принимали за морского змея люди? Возможно, вереницу дельфинов, тюленей-монахов, ныне у наших берегов исчезнувших, разные коряги. Остается удовлетвориться тем, что черноморский змей вдохновил Волошина и Булгакова (читали «Роковые яйца»?) А объектом вдохновения были крупные желтобрюхие полозы, которые обедали сусликами, имели толщину с руку и оставляли на песке след, как от телеграфного столба (это правда!).

Наши севастопольские подводные лаборатории остались без финансирования, и им для выживания может помочь шумиха со змеем».

ДИНОЗАВРЫ С МЕДВЕЖИХ ОЗЕР.

Рассказывает корреспондент газеты «Труд» Наталия Лескова.

О том, что в подмосковных Медвежьих озерах водится какая-то нечисть, заговорили еще 20 лет назад. Житель деревни Мальцеве Федор Кузьмич Караухов вспоминает «Сидели мы с мужиками на закате, рыбку ловили. Серега Немухин как раз начал что-то про лох-несское чудовище рассказывать, а мы все посмеивались — мол, может, и у нас такое же водится? Как вдруг прямо перед нами, метрах в пяти, поднимается волна и огромная черная коряга грохается об воду! Через пять минут она появилась опять, уже подальше, и плыла так метров десять. Очень быстро, как моторная лодка. Видно было, что она живая и вся лоснится. Долго мы тогда обсуждали, что это. Ясно, что не рыба. Похоже чем-то на тюленя. Только откуда в Медвежьих быть тюленям?».

Позже «водяное чудо» якобы видели и другие местные жители. Больше всего везло Марии Тимофеевне Любавиной. Она, вспоминают мои собеседники, и близко его рассмотрела длинный язык в беззубой огромной пасти, маленькие глазки — «буравчики». По ее словам, «зверь» любил забираться в камыши и жевать их. Некоторые утверждают, что пожилая женщина даже подкармливала местную «Несси» сухим хлебом… Но Мария Тимофеевна умерла, родственников у нее не осталось, и прояснить странную историю приручения озерного чуда мне не удалось.

Старожилы помнят, что сюда не раз приезжали ученые-палеонтологи, что-то замеряли, ныряли с аквалангами. В те годы как раз стали появляться публикации о том, что «Затерянный мир» Конан Дойла, возможно, не такая уж фантастика. Ящероподобные создания, писал американский зоолог доктор Монар, могли каким-то образом уцелеть в дебрях дремучих лесов и на дне уединенных озер преимущественно ледникового происхождения (Медвежье, кстати, как раз таковым является). В случае с шотландским озером речь, судя по описаниям очевидцев, идет о плезиозавре семейства эласмотерий. Всегда считалось, что древние ящеры вымерли 70 миллионов лет назад. Но после того как у берегов Юго-Восточной Африки была выловлена одна из давно не существующих кистеперых рыб, ученые поняли, как заблуждались. Оказалось, ныне здравствует и новозеландская ящерица гаттерия, считавшаяся полностью вымершей более 135 миллионов лет назад, и дикие лесные свиньи, обитавшие еще в мезозое… Встреча с этими молодцеватого вида «мастодонтами» вызвала в ученом мире грандиозный шок. Как такое возможно? Ведь для того, чтобы сохранился вид, необходимо как минимум 20 здоровых особей! Если бы таким количеством гигантских подводных тварей кишело то же озеро Лох-Несс, любители экзотики давно обнаружили бы места их обитания, трупы или скелеты. Куда же все это девается?

В конце концов мнения исследователей разделились. Одни утверждают, что все дело в глубоких подводных течениях озера Лох-Несс: мол, его воды имеют свойство втягивать и «прятать» под собой все, что приносит течение. Озеро, кстати, именно поэтому никогда не выбрасывает на берег трупы утонувших в нем людей. Другие ученые заявили, что останки редких животных скрывает илистая почва озера, бальзамирующая трупы, как египетская глина. Так или иначе, но ни одному из пытавших счастья аквалангистов не удалось поймать «Несси» за хвост. Знаменитый покоритель глубин Вильям Биб даже предпринял попытку опуститься на дно озера. Но его чуть ли не впервые в жизни постигла неудача.

Обычно прозрачное озеро вдруг стало необычайно мутным, и на расстоянии двух-трех метров уже ничего не было видно…

В конце концов и в нашей стране все привыкли к мысли, что где-то в африканских джунглях или на севере Шотландии могут быть чудеса. Но в то, что звероящеры могут высовывать головы в ближнем Подмосковье, не верил никто. Как вдруг черная «коряга», по описаниям (если им, понятно, верить) весьма напоминающая того же «шотландского» плезиозавра, появилась прямо под носом у отечественных палеонтологов! Самое удивительное, структура озера, его илистость и происхождение практически совпадали с Лох-Нессом. Здесь тоже имеются бурные подводные течения, из-за которых погибали неосторожные пловцы. Существует даже многолетняя легенда о «втором дне» озера — исследователи объясняют этот феномен потоками карстовых вод, которые могут пробивать целые подводные пещеры и озера. По идее, под обычным, видимым водоемом может находиться несколько подводных. Именно там, в неведомых глубинах, вероятно, и скрываются неизвестные ученым аномалии…

Сотрудники Института палеонтологии тогда, впрочем, так и не нашли никаких следов древних животных. Снимки местного «Несси», сделанные любителями экзотики, все как на подбор были нечеткими и расплывчатыми (справедливости ради надо сказать, что и чудовище озера Лох-Несс ни разу «не получилось» как следует). Остался без всякого объяснения и факт странных волнений на озере (в геологии такие процессы называются сейшами). Ольга Владимировна Буйнова, кандидат биологических наук, сейчас на пенсии и живет в подмосковном Щелкове, тогда участвовала в исследованиях. Она рассказала мне, как при первой же попытке погружения на совсем небольшую глубину стало ясно, что озеро «изнутри» слишком мутное, в то время как снаружи, казалось, был виден буквально каждый камушек! О той экспедиции у моей собеседницы осталось впечатление неразгаданной загадки: «Официально мы тогда сообщили Академии наук, что никаких необычных явлений в озерах пока не обнаружено, но место это требует серьезных исследований. Однако экспедицию быстро свернули и карты местности почему-то изъяли…».

Для местных жителей же, похоже, по сей день абсолютно ясно: в глубинах озера происходит некая бурная жизнь. Мои собеседники связывают феномен с древним языческим культом медведя. На берегах озера издревле справлялись ритуальные праздники в честь этого священного зверя. Ему приносились жертвы. Существует легенда о том, как некий рыбак ослушался наказа старейшин своего племени и решил жениться на иноплеменной красавице. Подобные проступки наказывались весьма сурово. Юношу привязали к бревну, отрезали ему руки и ноги и медленно погружали в воды озера… Его несчастная невеста прокляла весь проживающий на берегу озера «медвежий» род, и с тех пор, мол, в озере поселился «черный зверь», который пугает всех своим необычным видом. Многие, впрочем, утверждают, что «дракон», наоборот, охраняет окрестные деревни от всяких напастей.

«Мы и сейчас иногда видим гигантскую рыбу, которая показывает нам черную спину и очень быстро уплывает, всякий раз принося большую волну, — рассказали мне рыбаки. — Хотя само наше озеро очень спокойное, но эти твари то и дело создают здесь маленькие штормы. В такие часы мы и на лодке не выходим…» «Этого гада второго дня видел Васька Семин», — как о неоспоримом факте говорили мужики. И очень обижались на мое естественное недоверие: Вася у нас, мол, малопьющий, и если чего говорит, то по делу…

Я просидела на берегу загадочных озер до заката. С доисторическими чудесами мне, увы, не повезло. Над водой раздавались сдавленные крики, но то были просто серые чайки и вороны. Время от времени поднимался небольшой фонтан, но то были, скорее всего, окуни и лещи, которых здесь водится предостаточно. Так есть здесь нечто необычное или это плод богатой фантазии местных жителей? «Конечно, легковерие не научный метод, — еще в 1932 году писал по этому поводу знаменитый исследователь Несси доктор Монар, — но и излишний скептицизм в данном случае тоже не лучший способ установления истины, поскольку у нас нет оснований считать, что выживание некоторых типов мезозойских ящеров в принципе невозможно…».

ХРАНИТЕЛЬ ПОДВОДНЫХ СОКРОВИЩ.

Никто сегодня не думает, что какой-нибудь гигантский головоногий способен утащить на дно корабль. Но в фильмах и романах, действие которых происходит в глубинах морей и океанов, водолаз не может достать из-под обломков потерпевшего крушение корабля сокровища или ныряльщик не может добыть жемчужину значительных размеров, чтобы не вступить по дороге в схватку с огромным спрутом. В произведениях, претендующих на достоверность, эта борьба вызывает лишь улыбку, а документальные свидетельства тем более показались бы невыносимо скучными публике, жаждущей острых ощущений. Чего хотят люди? Сегодня, как и всегда, они жаждут видеть перед собой героя — зовут его Геракл, Жильят, капитан Немо или Супермен, — побеждающего Гидру с семью головами или восемью руками, таинственное воплощение Зла.

Поэтому можно лопатой грести рассказы о дуэлях подобного рода. Чтобы погрузить читателя в атмосферу ужаса, приведем один пример из относительно недавно появившегося произведения и одного из самых популярных. Это глава из книги лейтенанта Гарри Ризберга «Золото затонувших кораблей». Книга основана на фактах, пережитых автором лично, на воспоминаниях этого знаменитого американского водолаза, специализировавшегося на поиске затонувших сокровищ.

Рыба-дьявол.

…Испанская шхуна со слитками серебра потерпела крушение и затонула у берегов Колумбии. Семь ныряльщиков пытались добраться до ценного груза, но ни один из них не вернулся на поверхность. Казалось, злой рок висел над шхуной, частично занесенной песком на глубине 64 метров.

Не очень этим обстоятельством обеспокоенный и влекомый прельстительной приманкой, бесстрашный Ризберг опустился на дно. Там он нашел около корпуса корабля скелет своего предшественника, все еще с водолазным шлемом на голове и в разорванном гидрокостюме. Но наш бравый водолаз вынужден был поспешно подняться на поверхность, так как его шланг для подачи воздуха был таинственным образом поврежден.

Несмотря на это предупреждение, Ризберг снова совершил погружение через два дня и был вознагражден. Он наконец нашел ценный груз, так же как и бронзового истукана, у ног которого валялись человеческие останки. Вот что дальше пишет наш герой: «Вдруг у меня появилось странное и неприятное ощущение, будто рядом со мной кто-то есть. Это чувство было таким сильным, что я начал крутиться вокруг себя, освещая толщу воды фонарем. И вдруг… Бог мои! Из-за неясных контуров бронзовой статуи перед моими глазами выросла гигантская фигура. Разглядев ее сквозь толщу воды, я содрогнулся. Поднявшись во весь свои рост, заполнив полностью проем двери… и закрыв мне путь к отступлению, передо мною стояло существо из видения наркомана, накурившегося гашиша, или бреда сумасшедшего! Мерзкое, покрытое бородавками тело медленно раскачивалось из стороны в сторону, постоянно подергиваясь и закручиваясь. Диаметр монстра был около пятнадцати футов (4,5 метра), а его бочкообразного массивного тела около четырех футов (1,2 метра). Длинные липкие щупальца были усеяны сотнями присосок размером с блюдце. Наверное, он явился из самой преисподней. Окраска его медленно менялась, переходя от бурого и грязно-желтого оттенка через светло-коричневый в серый и почти белый. Демонические глаза этого вампира, казалось, следили за каждым моим движением».

«Это было ужасно!» — признавался наш искатель сокровищ, и нет никаких оснований ему не верить.

Началась жестокая схватка, во время которой Ризбергу удалось по очереди отрезать своим ножом три щупальца монстра. По правде говоря, кажется странным — сам водолаз подчеркивал «дьявольское коварство» своего противника—тот факт, что спрут пытался атаковать человека только одной «рукой», как фехтовальщик, а ведь ему не составило бы труда действовать сразу восемью! Но в момент, когда чудовище наконец решило действовать, как нормальный осьминог, и решить судьбу нашего подводного Тарзана, тому удалось вонзить стальной клинок в «единственно незащищенное место на теле спрута, в шейную вену (sic).

Но перед тем как испустить дух, монстр нашел в себе силы хорошенько встряхнуть своего противника, как детскую погремушку, разорвать на нем скафандр и поранить кожу. Истекающий кровью и задыхающийся Ризберг потерял сознание, не забыв перед тем подумать об акулах, которых мог привлечь запах его крови. Сознание вернулось к нему в декомпрессионной камере корабля. Товарищ Ризберга, обеспокоенный долгим его отсутствием, послал к нему двух местных ныряльщиков. Они освободили его из объятий мертвого монстра и подняли на поверхность. При этом они зажимали дыры на скафандре, из которого выходил воздух, и отрезали пеньковый канат, привязанный к затонувшему кораблю».

Эти довольно сложные действия, выполненные простыми ныряльщиками на глубине 64 метра, не удостоились никакого особого комментария со стороны Ризберга. А это, пожалуй, самый впечатляющий эпизод, настолько выходящий за рамки возможного, что напрашивается вопрос: а не является ли весь рассказ, к тому же переполненный подозрительными деталями, только чередой лжи или похвальбы.

Но, впрочем, не важно. Мы не искали здесь свидетельств об образе жизни осьминогов или их отношений с человеком. Мы пытались передать атмосферу, в которой развиваются эти отношения. Если мало кто подвергает сомнению правдивость этого рассказа, то только потому, что он почти классический: кто усомнится в том, что нормально, обычно? Этот случай характерен для литературы, описывающей подводные приключения, и чудесно отражает общепринятое представление о том существе, которое англичане иногда образно называют devil-fich, рыба-дьявол.

Невероятный спрут «Тружеников моря».

В современной мифологии гигантский спрут, хранитель затонувших сокровищ, занял место средневекового дракона.

И только две книги несут ответственность за этот его ужасный образ подводного монстра: «Труженики моря» Виктора Гюго (1802—1885) и «Двадцать тысяч лье под водой» Жюля Верна (1828—1905) Именно из этих произведений человек с улицы черпает свои сведения об анатомии и поведении головоногих (Cephalopodes).

Они заслуживают того, чтобы остановиться на них подробнее! Одно принадлежит перу выдающегося поэта и писателя, неумеренная любовь которого к пафосу часто приводит к наихудшим измышлениям. Другое написано человеком, очаровавшим всех нас в детстве необычными приключениями, но научная компетентность его была, честно говоря, не более, чем иллюзией. А публика — и это естественно — охотнее читает романы, чем научные статьи, которые к тому же часто написаны малопонятным языком. Первая из книг знакомит нас с коварным и злобным характером спрутов, вторая дает представление о размерах, которых может достигать этот представитель подводного мира. И все же трудно найти более скверный источник знаний.

Бросим короткий взгляд сначала на первый из этих бессмертных шедевров. Знаменитая схватка бравого рыбака Жильята со спрутом, которой Гюго посвятил целых три главы «Тружеников», пожалуй, один из ярких образцов «литературы» в самом неприглядном смысле этого слова.

Но стряхнем с себя оцепенение, вернемся на землю и попытаемся проанализировать с холодной головой то, что поэт-иллюзионист нам порассказал.

«Чтобы поверить в существование спрута, надо его увидеть», — пишет Гюго. Чтобы поверить в то, что он нам описал, лучше никогда не видеть ни одного из них.

Однако автор «Отверженных» преподает нам настоящий урок естественной истории, и по ходу его он не колеблясь, чтобы подчеркнуть всю серьезность своих слов, цитирует естествоиспытателей — Сент-Винсента и Дени Монфора, критикует Бюффона и соглашается с Ламарком.

Вступление бесподобно захватывающе: «В сравнении со спрутом гидры античных миров вызывают улыбку. Порою невольно приходишь к мысли: неуловимое, реющее в наших сновидениях, встречается в области возможного с магнитами, к которым притягивается, и тогда оно приобретает очертания, — вот эти сгустки сна и становятся живыми существами. Неведомому дано творить чудеса, и оно пользуется этим, чтобы создавать чудовищ. Орфеи, Гомер и Гесиод смогли создать лишь химеру; Бог сотворил спрута.

Если Богу угодно, он даже гнусное доводит до совершенства.

Вопрос о причине этого его желания повергает в ужас религиозного мыслителя.

Если есть идеал во всем, если цель — создать идеал ужасающего, то спрут — шедевр».

Если вы еще не загипнотизированы, следует длинное нагромождение предложений, долженствующих показать огромную эрудицию автора в области зоологии, в действительности открывающих его полное незнание анатомии осьминогов. Вот несколько подобных образцов: «…кобра издает свист, спрут нем <…>; у ревуна цепкий хвост, у спрута хвоста нет <…>; у вампира когтистые крылья, у спрута крыльев нет <…>; у ската электрический разряд, у спрута электрического разряда нет <…>; у гадюки есть яд, у спрута яда нет; у ягнят-ника есть клюв, у спрута клюва нет» и т. п…

Если Гюго не знает, что у спрута есть яд, то можно только сожалеть: этот факт был экспериментально установлен еще в XVIII веке. Уже давно никого не удивляло, что осьминог может побеждать врагов, размеры которых во много раз превышают его собственные, более сильных и лучше вооруженных. Однажды смотритель неаполитанского аквариума Ло Бьянко с удивлением наблюдал, как осьминог на расстоянии парализует крабов и лангустов, помещенных с ним в одну ванну. Не гипнотизирует ли моллюск своих жертв? Это объяснение, конечно, могло бы соблазнить романтический ум, но не удовлетворить ученого. В том же аквариуме Краусс и Бальони нашли ключ к решению этой тайны. После тщательных наблюдений было выяснено, что, нападая на свою жертву, осьминог начинал всегда с того, что подтягивал ее ко рту на некоторое расстояние, как гурман, вдыхающий запах изысканного блюда. Если в этот момент отобрать у него добычу, жертва все равно через некоторое время погибнет, не имея никаких видимых повреждений. Очевидно, она была отравлена! Заинтригованный Краусс выделил вещество из слюнных желез на языке осьминога и без труда выяснил, что оно обладает ядовитыми свойствами. Помещенная в воду аквариума, слюна парализовала всех животных, которые там находились; введенная кролику, она убила и его.

Жертва осьминога-младенца.

Сегодня известно, что яд некоторых видов осьминогов опасен даже для человека. В 1947 году Дону Симпсону, отлавливавшему живых осьминогов для Стенфордского аквариума в Сан-Франциско, пришла в голову роковая идея сфотографироваться с детенышем моллюска вида Paroctopus apollyon в руках. Маленький демон, пока его «похититель» принимал позы перед аппаратом, укусил его за руку. Рама начала обильно кровоточить. Через несколько минут Симпсон почувствовал сильное жжение, а к ночи рука распухла так, что невозможно было двигать пальцами. Опухоль спала только через месяц.

В другом случае человек, который ловил осьминогов возле коралловых островов на Гавайях, был укушен в ладонь одним из своих пленников. Потом два дня он не мог встать с постели. Кожа воспалилась и горела вокруг двух маленьких дырочек, обозначавших место прикосновения острого клюва головоногого.

Брюс Хальстед и Стилман Берри провели в США тщательное изучение шести подобных случаев. Вот их выводы:

«Симптомы выражаются в острой боли в самый момент укуса (описываемой как укус пчелы). чувством жжения, „дергающей“ болью, по краснением кожи, опуханием места укуса и, в некоторых случаях, неестественно обильным кровотечением. Симптомы варьируют в зависимости от размеров и вида моллюска и от количества яда, попавшего в рану. Укус осьминога похож на легкий укол и кажется относительно неопасным, когда его наносят небольшие особи, с которыми обычно имеет дело человек».

Но не всегда так легко заканчивается дело. 18 сентября 1954 года молодой подводный охотник по имени Кирк Холланд занимался своим любимым делом у побережья Австралии, недалеко от Дарвина. С ним был его друг Джон Бейли. Уже возвращаясь на берег, Джон заметил «голубого осьминога» 15 сантиметров в диаметре, плававшего рядом с ним. Ловко поймав его, он пустил пленника ползать по своим плечам и рукам. Затем ради шутки он бросил моллюска на спину своему другу. Животное прилепилось на несколько мгновений к спине человека у основания шеи, а затем упало в воду. Уже на берегу Холланд стал жаловаться на сухость во рту и боль в горле при глотании. Он ничего не говорил об укусе, но Джон заметил небольшую капельку крови, выступившую в том месте, где осьминог сидел на спине. Вскоре у молодого человека началась рвота и головокружение, он упал на песок в прострации. Байли поспешил отвезти его на машине в госпиталь Дарвина. В пути Кирк потерял сознание. На пороге больницы он уже посинел и перестал дышать. Несмотря на вмешательство врачей, через два часа после укуса Холланд умер.

Следует сказать, что осьминоги наших морей обычно не кусаются, если человек берет их в руки. И даже если это происходит, укус не очень ядовит.

Омерзительная анатомия.

Когда Виктор Гюго утверждает, что у осьминога нет клюва, он совершает гораздо более грубую ошибку, чем когда отказывает ему в ядовитости. И этому нет ни малейшего извинения. Достаточно прогуляться на рыбный рынок, чтобы убедиться в обратном.

Все головоногие имеют в месте, где сходятся их руки-ноги, изогнутый, как у попугая, только вверх, клюв. Это острое и мощное оружие, способное легко кромсать кожу врагов, превращая ее в лохмотья, и даже раздавливать твердые панцири ракообразных. В спокойном состоянии клюв спрятан в складках тела и почти не заметен, но от этого он никуда не исчезает.

Наш писатель к тому же имеет особое мнение о манере питания осьминогов. По Гюго, они просто выпивают кровь из своих жертв с помощью присосок!

«Нет тисков, равных по силе объятиям осьминога.

На вас нападает пневматический насос. Вы имеете дело с пустотой, вооруженной щупальцами. Ни вонзающихся когтей, ни вонзающихся клыков; одно лишь невыразимое ощущение рассекаемой кожи. Укус страшен, но не так, как высасывание. Коготь — ничто по сравнению с присоской. Коготь — это зверь, врывающийся в ваше тело; присоска — это вы сами входите в зверя. Ваши мускулы вздуваются, ваши жилы скручиваются, кожа лопается под мерзкими присосками; кровь брызжет и смешивается с отвратительной лимфой моллюска. Эта тварь проникает к вам тысячью гнусных ртов; гидра врастает в человека; человек сливается с гидрой. Вы становитесь одним целым. Этот кошмар проникает в вас. Тигр может вас только сожрать; спрут — о ужас! — высасывает вас. Он вас притягивает к себе, втягивает в себя, и вы, связанный, склеенный этой живой слизью, беспомощный, вы чувствуете, как медленно переливаетесь в этот страшный мешок.

Ужасно быть съеденным заживо, но невыразимо ужасней — быть заживо выпитым».

Кроме этих тысяч сосущих ртов, Гюго наделяет своего спрута еще одним, но каким! Он еще более «омерзителен», чем тысяча других: «В центре чудовища зияло единственное отверстие. Что это — пасть? А может быть, анус? И то и другое! Одно и то же отверстие выполняет две функции, входа и выхода».

У бедного монстра, вероятно, было довольно смрадное дыхание.

В действительности у всех моллюсков, в том числе и головоногих, только не литературных, а реальных, анальное отверстие всегда четко отделено от ротового. И этот факт был известен еще Аристотелю. Так, у осьминогов ротовое отверстие расположено в месте, где сходятся его щупальца, а анальное — открывается под «мантию». Между мантией и телом образуется полость, нечто вроде мешка, сообщающаяся с внешней средой через поперечную щель. С другой стороны, эта полость открывается наружу сифоном, называемым еще «соплом». Ниже станет понятно почему.

Вода свободно проникает в этот мешок через поперечную щель и омывает выходящие туда же жабры, питая их кислородом. Эта циркуляция воды используется осьминогом не только для дыхания. Когда ему надоедает ползать по дну и появляется желание свободно поплавать, моллюск плотно прижимает мантию к телу, закрывая поперечную щель, а затем резким сокращением мышц тела выталкивает воду через сифон-сопло. Так как сифон направлен туда же, куда и ноги, осьминог получает импульс движения назад. Повторяя этот цикл, он и двигается, как бы скачками, с помощью настоящего реактивного двигателя. Если ему понадобится двигаться вперед щупальцами, например, чтобы схватить добычу, он направляет сопло назад. Но, по правде говоря, это происходит лишь в исключительных случаях. Однако существует один очень редкий вид осьминогов— амбрелла (Opistoteuthis), у которого сопло обычно направлено именно назад. Это единственный головоногии, для которого плавание вперед является совершенно нормальным состоянием.

Продукты выделения, попадающие в полость под мантию, также вымываются наружу через сифон. А измышления Виктора Гюго по этому поводу являются чистой воды клеветой.

Битва Жильята со спрутом.

Мы уже говорили, что тело осьминога похоже на мешок. Следует уточнить, что оно состоит как бы из двух частей, очень неравных размеров. Одна часть, большая, это собственно тело, другая — мантия. В туловище располагаются основные жизненно важные органы: печень, почки, сложная система кровообращения с сердцем, венами и артериями, половые железы, жабры. Последние можно увидеть, вывернув «наизнанку» мантию. Кстати, именно так поступают рыбаки, когда хотят лишить осьминога сил: очевидно, прямое действие атмосферного воздуха приводит к удушью и к более или менее скорой смерти.

Впрочем, вернемся к описанию спрута в романе Гюго:

«У него нет ни костей, ни крови, ни плоти. Он дряблый. Он полый. Это лишь оболочка. Его восемь щупалец можно вывернуть наизнанку, как пальцы перчатки».

У читателя может возникнуть вопрос, что же за удовольствие получают гурманы, если до небес превозносят кулинарные прелести этой пустоты? Бог мой! Внезапно осеняет читателя. Да, наверное, спрут, с которым столкнулся Жильят в таинственной пещере, не что иное, как резиновая надувная игрушка, наподобие тех, что продают на базарах для забавы детишкам во время купания. И читатель успокаивается, понимая, что отважный нормандский рыбак справится с этим «монстром» одним уколом булавки… ан нет. Мы становимся свидетелями настоящего сражения. Наш герой, находясь по пояс в воде, оказывается вдруг в крепких объятиях пневматического монстра, пять щупалец которого, с 50 присосками каждое, душат его, сжимают, лишая свободы движения. На самом деле у осьминога на каждой руке около 240 присосок, то есть всего почти 2000. Спрут из «Тружеников», очевидно, какой-то особенный экземпляр!

«В тело Жильята впивались двести пятьдесят присосок. Его охватило чувство ужаса и отвращения. Быть стиснутым в исполинском кулаке и ощущать, как эластичные, гибкие пальцы, длиной один метр каждый, сплошь покрытые живыми пузырьками, впиваются в вашу плоть».

Что делать? У Жильята в руке нож, но может ли это оружие помочь ему чем-нибудь?

«Он бьет ножом по щупальцам спрута. Но стальное лезвие лишь скользит по поверхности. К тому же их петли прилегают к телу так плотно, что, разрезая их, вы режете по своему телу».

Как видно из процитированного отрывка, осьминоги во времена Гюго не были такими мягкими, как в наши дни. К счастью, узнаем мы с облегчением, у спрута все же было слабое место, которое было известно Жильяту. Мы узнаем, что главное — дождаться нужного момента — «мгновения, когда спрут вытянет вперед голову. Один краткий миг. Кто упустит его, тот погиб». Человеку надо поймать его, и тогда… «Это как схватка двух молний. Жильят погрузил клинок своего ножа в липкий плоский ком слизи и одним круговым движением — так свивается бич при ударе — очертил им оба глаза. Он вырвал голову, как вырывают зуб».

Трудно сказать, откуда у Виктора Гюго появился секрет этого впечатляющего «приема», но стоило бы посоветовать тем, кто окажется в положении бедняги Жильята, не терять времени зря на его применение на практике. Лучше воспользоваться менее сложной техникой борьбы. Если верить известному специалисту по морской фауне Е. Буланже, «достаточно сильно сжать тело осьминога между головой и туловищем», чтобы он ослабил хватку. Правда, сомневаемся, что это всегда удастся. Надежнее просто вонзить нож между глаз твари. В этом случае будет поражен мозг и наступит мгновенная смерть и, следовательно, освобождение. Не имея острого предмета, можно, как это иногда делают полинезийские ныряльщики, укусить его со всей силы в то же место. Подобное действие, конечно, может показаться отвратительным, но в критической для жизни ситуации не время поддаваться чувству брезгливости. Но нужно предупредить, что этот прием не так уж прост в исполнении.

Источник информации Гюго.

Читатель вправе спросить, где же Виктор Гюго мог получить свои знания об анатомии осьминогов и их поведении?

В то время, когда писались «Труженики моря» — роман был опубликован в 1866'году, — в распоряжении писателя могло быть множество блистательных научных работ о головоногих. Даже не обращаясь к работам узких специалистов, папаша Гюго мог бы с большой пользой для себя заглянуть в «Энциклопедию естественной истории» доктора Шену, том, посвященный моллюскам (1858), или перелистать научно-популярный труд «Мир моря», вышедший в 1865 году, как раз в момент написания «Тружеников моря».

Но многим авторитетным работам Виктор Гюго, по-видимому, предпочел другой источник, немного странный для этого случая. Это книга Жю-ля Мишле, профессора Коллеж де Франс, поменявшего вдруг столбовую дорогу истории Франции на извилистые тропинки естественных наук. В результате этого приключения историка на свет появилось несколько книг, которые можно охарактеризовать в лучшем случае как «забавные». Именно в одной из них, «Море» (1861), Виктор Гюго и почерпнул, вероятно, основные сведения о спрутах.

Только репутация убийцы, словно сошедшая со страниц черных романов Джеймса Хадли Чейза, могла заставить Гюго предположить, что спрут — это «сам сатана», «ужасный сфинкс, несущий ужасную загадку. Загадку Зла».

Борьба науки с писателем.

Не удовлетворившись наделением спрута причудливой анатомией, совершенно невозможным с биологической точки зрения строением, Гюго еще и осыпает его, по примеру Мишле, самыми последними оскорблениями. Он обзывает несчастное животное злым, коварным, предателем, затем более изысканно — «каплей клея, замешанной на ненависти», «проклятым созданием» и «болезнью, доведенной до чудовищности».

Можно было бы быть и повежливее. Сразу после выхода в свет «Тружеников моря» в 1866 году знаменитый малаколог (специалист по головоногим) того времени Генри Кросс выступил на защиту бедных, несправедливо опороченных головоногих и, в свою очередь, выдвинул несколько претензий месье Гюго, но в гораздо более вежливой форме.

Указав сразу на некоторые самые очевидные глупости, ученый подробно разобрал содержание, как он выразился, «любопытной главы».

«Не хватало еще этим несчастным животным потерять репутацию и доброе имя по вине современной художественной литературы», — справедливо негодовал Кросс.

Прошли годы, и опасения Кросса полностью подтвердились. За исключением специалистов, кто зияет паботы самых выдающихся малакологов? Кто в наши дни еще читает Жоржа Кювье или Ричарда Оуэна? Но еще со школьной скамьи все, затаив дыхание, следят за незабываемой битвой Жильята с гуттаперчевым спрутом, которым овладел дьявол.

Спрут менее агрессивен, чем тыква?

Столетие легионы романистов, журналистов и кинематографистов черпали свое вдохновение из бессмертных страниц «Тружеников моря», окончательно разрушая репутацию осьминога. Правды ради надо сказать, что задолго до Гюго спрут не считался таким уж мирным существом. Еще Плиний Старший говорил, что для пловца или ныряльщика нет смерти ужасней, чем в объятиях спрута. В эпоху Возрождения Рондоле также считал, что щупальца спрута способны привести человека к смерти быстрее всех остальных подводных обитателей. И Кювье, пожалуй, успешнее всех развенчивавший легенды и мифы, безропотно соглашался с подобным утверждением и повторял вслед за другими, что восемь страшных рук спрута представляют опасность не только для животных, но и для человека.

Как видно, человека рассматривали лишь как одну из жертв, среди множества других, кровожадного моллюска. Рассказывали, как осьминог схватил и утащил под воду орла. Утверждали, что спрут способен победить, если представится случай, самого льва. Но Гюго первым из писателей превратил осьминога в существо, снедаемое особой ненавистью именно к человеческому роду и озабоченного только одним: как удовлетворить этот убийственный инстинкт. Он представил его почти родовым врагом человека. Отныне, спускаясь в царство Нептуна, человек должен был обязательно выдержать бой с этим неумолимым стражем глубин.

Реакция на такое преувеличение была, как и следовало ожидать, также преувеличенной. Так, американский специалист по осьминогам, профессор университета Майами Стефан Риге Уильямс, любил говорить, что крестьянин на своем поле рискует больше при встрече с тыквой, чем ныряльщик с осьминогом. Этот каламбур и сейчас выражает очень распространенное мнение по этому вопросу. В своей работе «История глупостей в естествознании» профессор Берген Эванс предоставил место и рассказам об агрессивности спрутов. По его мнению, «спрут одно из самых безобидных для человека созданий».

Если посмотреть на осьминога со стороны, он действительно кажется существом застенчивым, даже пугливым. Его мягкое голое тело придает ему уязвимый вид, становится понятно, что при приближении врага ему чаще всего приходится спасаться бегством, прячась в расщелинах скал и под камнями. Все в нем выдает желание скрыться, стать незаметным. Искусство маскировки доведено у него до совершенства. Ловкость и скорость, с которыми он меняет цвет и окраску своего тела, намного выше, чем у знаменитого хамелеона. А если этого недостаточно, осьминог в случае крайней опасности может стать почти прозрачным и вдобавок выбросить из сифона чернильное облако.

Долгое время считалось, что этот маневр имеет своей целью только ослепить на некоторое время врага и дать возможность осьминогу скрыться или, как утверждали раньше, напасть на жертву, буквально половить рыбку в мутной воде. Некоторые головоногие, живущие на больших глубинах, куда не проникает солнечный свет, выбрасывают фосфоресцирующее облако, свечение которого ослепляет противника с не меньшей эффективностью, чем чернила.

Но, похоже, чернильное облако осьминогов и его собратьев играет и другую роль, возможно, даже более важную. Это экспериментально установил директор морской станции в Калифорнии Мак-Джиниси. Он поместил в один аквариум осьминога и мурену, острые зубы и кровожадность которой хорошо известны. Сначала мурена жадно бросилась на поиски осьминога, желая, по-видимому, побыстрее свести с ним счеты. Перед смертельной опасностью несчастный моллюск перебрал буквально все цвета радуги. Когда противники, наконец, оказались нос к носу на расстоянии полуметра, испуганный до смерти осьминог выбросил чернильное облако, и в аквариуме наступила ночь. До сих пор все шло как обычно. Но мало-помалу черное облако рассеялось, и оказалось, что мурена перестала замечать присутствие осьминога: она его больше не узнавала, даже когда он почти касался ее носа. Ее обоняние было парализовано и оставалось в таком состоянии час или два!

Следовательно, чернильное облако не только оптический защитный экран, но и нечто вроде химической бомбы.

Таким образом, вооруженный разнообразными средствами маскировки, осьминог, похоже, прежде всего готовится к обороне, что на первый взгляд не согласуется с его репутацией агрессора.

Неужели наш бука оказался трусом? Во всяком случае, в своей классической работе «Моллюски Средиземного моря» (1851) Жан-Батист Верами не скрывал своего презрения к этому наводившему на моряков страх монстру. «Неприятное чувство от прикосновения присосок к телу, змееподобные движения щупалец и уродливый вид вызвали преувеличенное представление о вредоносности спрута. На самом деле он глуп и не способен причинить ни малейшего вреда», — писал он.

Поворот на 180 градусов! В 1879 году профессор Эдиссон Верилл из университета Коннектикута так сформулировал современное ему представление ученого мира о характере осьминога:

«Нет никаких доказательств, что какой-нибудь из видов осьминогов по своей инициативе нападал на человека или кто-нибудь был серьезно ранен им. Это существа скорее апатичные и скрытные, чаще прячущиеся в расщелинах скал и под камнями. Их основной пищей являются двустворчатые моллюски и, если повезет, рыба. Не брезгуют они, по примеру крабов и омаров, и падалью. Их сила и злобность сильно преувеличены».

В более близкие к нам времена Е. Буланже все же допускал, что осьминоги могут представлять некоторую опасность для человека, если произойдет встреча с достаточно крупным экземпляром, но, уточнял он, «опасность эта скорее психологического характера, от самого вида этого омерзительного существа и от его липких прикосновений».

В наши дни многие любители подводного плавания, привыкшие к встречам с этими морскими животными, заходят еще дальше: они играют с ними. Если верить их рассказам, это существа «добрые и забавные», а общение с человеком доставляет им удовольствие.

Входим ли мы в меню осьминога?

Действительно ли можно теперь утверждать, что все рассказы о его агрессивности, о нападениях на человека есть только плод воображения? Слишком рано делать такой вывод. В книге «Животные легенд» доктор Морис Бартон из Британского музея показывает, что сюжеты многих легенд и сказок имеют вполне реальные корни. Характеры и поведение мифических животных столь невероятны, что ученые отказываются в них верить, но они могут быть вполне реальными, но при этом относиться к проявлениям исключительным или крайне редко встречающимся. Тот, кто долго жил на берегу моря в районе, где много осьминогов, мог бы вспомнить множество случаев о нападении этих моллюсков на человека без, казалось бы, видимых причин. Преподобный Уильям Уайт Джилл смог в прошлом веке собрать множество такого рода свидетельств за время своего двадцатилетнего пребывания в Полинезии. «В Европе, — писал он, — считают, что осьминоги никогда не нападают на человека. Но ни один полинезиец не сомневается в обратном. Никто из них никогда не отправится на охоту за осьминогами в одиночку, без верного товарища, способного прийти на помощь в критической ситуации». Сам Тур Хейердал был однажды схвачен за щиколотку небольшим осьминогом, 90 сантиметров в поперечнике, почти у конечного пункта своего путешествия на «Кон-Тики».

Если эти происшествия не оставляют никаких следов, даже в виде газетных сообщений, то только потому, что не вызывают никаких серьезных последствий. Происходит почти одно и то же. Купальщик или даже просто человек, сидящий на камне у берега, опустив ноги в воду, вдруг чувствует на своей лодыжке прикосновение щупальца осьминога. Иногда воспоминание об этом приключении заставляет содрогаться еще долгие годы спустя. Но сама «драма» в большинстве случаев очень скоротечна. Достаточно резко вынуть ногу из воды, чтобы моллюск отпустил добычу. Не будем забывать, что это морские животные и они не могут долго оставаться вне естественной для них среды обитания и предпочитают — кто их в этом упрекнет— бегство удушью…

В чем же дело? Может быть, эти твари таким образом пытаются пригласить человека поиграть? Принимают его ноги за игрушку? Нет, истина в другом.

Осьминог по своей природе, бесспорно, хищник, следовательно, охотник. Чаще всего он поджидает свою добычу в засаде, спрятавшись в скальной расщелине, и хватает ее, когда она проплывает мимо. Если жертва вне прямой досягаемости или достаточно крупная, он бросается на нее, широко расставив щупальца, и ловит ее в сети, усеянные присосками. Значит, опять получается, что спруты маскируются не столько для того, чтобы прятаться от врагов, сколько для удобства нападения на них. Все, что проплывает мимо его логова, может стать объектом атаки.

Спрут — жертва своей природной агрессивности.

Педантам, любителям не оставлять ничего неясного, может прийти в голову законная мысль: а если спрут, этот прирожденный охотник, окажется достаточно крупным и прочно ухватится за подводные камни, удастся ли человеку вытащить ногу из воды? Не сможет ли моллюск искромсать его кожу своим клювом? В принципе сможет. Но пусть это не пугает любителей морских ножных ванн. Те осьминоги, которые добираются до самого берега, в основном небольших размеров и не превосходят тех, что продаются на рыбных рынках, то есть с ладонь, в крайнем случае с полруки. Его легко можно стряхнуть при первом прикосновении. А из-за центрального расположения рта осьминог может укусить свою жертву, только если обхватит ее всеми восемью руками.

Для человека может появиться реальная опасность, если во время плавания под водой крупный осьминог его схватит за ногу или за руку и пловец не сможет быстро освободиться. Честно говоря, в этом случае осьминог не обязательно должен быть очень уж впечатляющих размеров. Сила удержания его присосок — а их в общей сложности около 2000 — огромна. Хорошо зацепившийся за скалу осьминог размером не больше головы младенца может с успехом задержать пловца под водой и поставить его жизнь под серьезную угрозу.

Если попробовать просто схватить осьминога, он выскользнет из пальцев, как угорь. Надо дать ему поймать руку, а не руками ловить его! А когда осьминог крепко ухватится за руку, охотник резко выдергивает его из воды и другой рукой выворачивает его мантию, выставляя жабры на воздух. Это занятие становится совсем не безопасным, если спрут оказывается достаточно крупным.

Водолазы подвергаются наибольшему риску.

Для водолазов, привязанных к одному месту работой, опасность быть схваченными крупным или даже очень крупным спрутом, пожалуй, наибольшая. Для этого, правда, ему надо оказаться прямо у входа в логовище одного из этих демонов подводного царства. Но водолазы чаще всего работают у корпусов затонувших кораблей, где осьминоги находят для себя комфортабельное обиталище.

Ходит множество историй о случаях неспровоцированного нападения спрутов на водолазов. Хотя трудно проверить истинность каждой, но это не означает, что все они или все в них выдумано. Одно из двух: или подвергшийся нападению водолаз поднимается на поверхность живым и невредимым после своего приключения и всегда можно поставить под сомнение правдивость его слов, или он остается пленником монстра на дне и тогда никто не узнает истинной причины его смерти. Следовательно, достойным доверия могут считаться случаи, когда жертва нападения приносит вещественные улики: то ли кусок щупальца, то ли всего спрута целиком. Такой пример и приводит известный американский малаколог Джордж Вашингтон Трайон, известный скептик, в своем монументальном двадцатитомном труде о моллюсках.

«4 сентября 1879 года водолаз М. Дж. Смайл занимался расчисткой дна реки в австралийском штате Виктория. Спустившись в очередной раз на дно, чтобы зацепить трос за обломок скалы, он заметил камень больше других. Водолаз наклонился к нему и пощупал рукой, пытаясь оценить, можно ли заложить под него взрывчатку. „Едва я протянул руку, — рассказывал он, — как почувствовал, что меня кто-то схватил за нее. Я сразу не мог в мутной воде рассмотреть, что это. Но потом с ужасом увидел обвившееся вокруг руки толстое, как удав констриктор, щупальце спрута. В тот же момент я почувствовал сильную боль в том месте, где к моему телу прикоснулись несколько присосок. Руку как будто разрывали на части, и чем сильнее я пытался освободиться, тем сильнее была боль. Недалеко от меня лежал кусок железной трубы. Я с трудом дотянулся до него, и началось сражение. Чем больше я бил эту тварь трубой, тем сильнее он сжимал свои объятия. Вскоре я перестал чувствовать руку. Наконец, через некоторое время давление стало понемногу ослабевать, но осьминог еще долго не отпускал меня, пока я почти не перерубил щупальце. Он отцепился от скалы, и я смог его поднять на поверхность. Уверяю вас, я был на пределе сил. Наша битва продолжалась почти двадцать минут“.

Если верить газетам, описавшим это происшествие, когда водолаз появился из воды и медленно перевалился через борт водолазного катера, «огромная безобразная масса, казалось, опутала его с ног до головы. Матросам с трудом удалось освободить водолаза от его объятий. Тело осьминога было не больше суповой тарелки, но его девять (?) рук были каждое длиной около 4 футов (1,2 метра) и толщиной с кулак человека у основания и как лезвие ножа на концах. Нижняя сторона щупалец была усеяна множеством присосок. Смайл утверждал, что сила присосок такова, что моллюск мог бы удержать на дне трех человек».

За исключением упоминания о девяти руках — это, возможно, ошибка репортера или, скорее всего, наборщика, — все детали этого рассказа вполне правдоподобны.

Размеры «монстра» скорее средние, что касается его силы, то и она не кажется преувеличенной.

С целью самозащиты при работе в водах, где обитают осьминоги, водолазы берут с собой химический пистолет. Его выстрел выбрасывает струю кислоты, вдыхая которую спрут погибает.

Опасность пропорциональна размерам противника.

Если достаточно крупный экземпляр встретится с человеком в свободном плавании, будет ли он думать только о бегстве? Я сомневаюсь. Возможно, он нападет, особенно если почувствует угрозу для себя.

В фильме «Море вокруг нас» по книге Рейчел Карсон показана дуэль акулы с осьминогом. Сначала моллюск был очень осторожен и старался избежать конфликта, выпустив чернильное облако. Но когда схватка все же началась, он дрался упорно и с ожесточением и в конце концов победил, буквально задушив акулу: он перекрыл ей щупальцами жаберные щели. Трудно предположить, что такого же размера и к тому же находящаяся в родной стихии акула для осьминога — противник менее страшный, чем человек.

Сомневаемся и в том, что, оказавшись нос к носу с осьминогом значительных размеров, аквалангисту придет в голову идея поиграть с ним. Известно множество случаев подобных встреч.

Так, один любитель подводной охоты рассказывал, как чуть не умер от страха, внезапно увидев уставившуюся на него пару ужасных глаз размером с мячики для пинг-понга. Недолго думая, он пустился наутек. Если даже в некоторых обстоятельствах осьминог кажется беззащитным, следует постоянно помнить, что самое нежное создание может стать опасным, если оно напугано и потеряло голову от страха. Не зря говорят, что нет страшнее зверя, чем обезумевший баран.

Если бы Виктор Гюго не нарисовал бы нам совершенно фантастический портрет своего спрута и не стал бы судить животное по моральным критериям человека, то ничто не помешало бы нам рассматривать битву Жильята с одним из этих головоногих как вполне вероятное событие.

Из семейного альбома головоногих.

До сих пор Жюль Верн (1828—1905) считается каким-то научным пророком. В действительности же он был лишь непревзойденным детско-юношеским писателем, что тоже уже совсем не плохо и вполне достаточно для славы. Что касается его отношения к научной фантастике, то ее отцом скорее следует считать Герберта Уэллса (1886—1946), настоящего ученого, поставившего этот литературный жанр на достойное место.

Жюль Верн — лжеученый.

Если обратиться к научной литературе, существовавшей в то время, когда Жюль Верн писал свои «необычайные путешествия», то станет очевидным, что писатель ничего своего не выдумал, а его видение будущего лишь наивная экстраполяция уже известного, причем почти всегда не реализуемая на практике.

Так, знаменитый «Наутилус» капитана Немо на самом деле только слепок подводной лодки «Плонжер», построенной в 1863 году и совершившей множество успешных погружений. Этот аппарат работал на сжатом воздухе, но уже чуть раньше в университете в Монпелье был построен макет лодки с электродвигателем. Само название «Наутилус» не было оригинальным. Его носил еще подводный аппарат американца Фултона, построенный в 1800 году. Фултон был идеалистом-утопистом: он верил, что может положить конец войнам, превратив их в невыносимо ужасные предприятия с помощью своего подводного корабля. Очевидно, именно он и послужил прототипом благородного капитана.

Жюль Верн, конечно, много читал, но, не имея научного образования, никогда не умел правильно выбрать круг своего чтения или, во всяком случае, он плохо усваивал прочитанное, не понимая сути. Не читайте Жюля Верна в зрелом возрасте, тем более если вы к тому времени получили уже какое-то образование. Вы будете разочарованы. Вы увидите, что за оглушающими псевдоучеными рассуждениями и кучей технических терминов скрывается пустота. Приложив немного усилий, можно найти источники его вдохновения и труды, из которых он переписывал длинные пассажи, мало что в них понимая. Послушайте, что он говорит устами профессора Аронакса, ведущего сотрудника Парижского музея естественной истории. Принимая в начале книги «Наутилус» за морское чудовище, этот «ученый» определяет его природу следующим образом: «Я верю в существование мощного млекопитающего, принадлежащего, как и киты, кашалоты или дельфины, к подтипу позвоночных».

Может быть, месье Аронакс знал млекопитающих, не принадлежащих к позвоночным? Или он считал, что из млекопитающих только китообразные относятся к позвоночным? Можно только посочувствовать музею, в котором служит профессор зоологии, выражающийся таким странным образом! Кроме того, этот господин с легкостью перевирает имена авторов и природу животных. Он называет тюленей «великолепными китообразными», верит, что киты живут тысячу лет, знает музеи, где хранятся скелеты (?!) осьминогов, и возлагает на инфузорий ответственность за возведение коралловых рифов. Ничто не может его удивить. Он с олимпийским спокойствием встречает в Японском море гигантскую саламандру, пресноводное животное. Он считает нормальным появление у Южного полюса пингвинов вместе с моржами, животными арктических морей; его меньше всего в мире удивляют живые трилобиты, в то время как его коллеги считают их вымершими еще 300 миллионов лет назад!

Но больше всего удивляет тот факт, что во время своего кругосветного плавания в океанских глубинах профессор не встретил ни одного незнакомого ему живого существа, которому его ученый слуга не смог бы приклеить латинский ярлык. Даже в наши дни каждая океанографическая экспедиция, каждая серия зондирования океанских глубин приносит богатый улов неизвестных организмов. Но для нашего профессора зоологии в морском царстве тайн больше нет.

Кроме того, в книге есть знаменитый эпизод битвы капитана Немо и его людей с ордой гигантских восьмиметровых кальмаров. Тот факт, что такие гиганты существуют, был доказан в 1861 году капитаном авизо (разведывательного и посыльного военного судна) «Алектон» Буайером. Монстр получил научное название Loligo bouyeri (кальмар Буайера).

Со своей обычной небрежностью Жюль Верн не забывает исковеркать имя капитана, называя его Буге, но, что более серьезно, он упорно называет этот вид головоногих то кальмарами, то спрутами. Что за зоологический винегрет!

Сотни писателей и журналистов с тех пор, по примеру писателя, повторили ту же ошибку.

Нет, не возвращайтесь к любимым книгам вашей юности, если вы действительно любите Жюля Верна, этого волшебника, пробудившего у многих тягу к научным исследованиям. Так приятно верить в Жюля Верна — эрудита, универсального ученого-пророка.

Немного систематики.

Головоногие, сыгравшие такую большую роль в приключенческой литературе, ставшие необходимым персонажем морских романов, занимают в научной литературе гораздо более скромное, почти незаметное место.

Головоногие как класс очень мало изучены: даже в работах ученых появляются серьезные ошибки. В распоряжении исследователей очень мало исходных данных. Им приходится изучать редкие экземпляры или даже отдельные фрагменты, найденные в желудках китов или акул. Большая часть головоногих живет на больших глубинах, а те, которые находятся в пределах досягаемости ловчих сетей, слишком быстры и умны, чтобы в них попадаться. Исследователям остается надеяться на его величество случай, лучшего друга коллекционера.

Биология этих существ почти не изучена, за исключением некоторых видов, живущих в прибрежных водах, поэтому суждения о них часто основаны на догадках и предположениях.

Чтобы любой читатель мог более или менее свободно ориентироваться в этом очень разнообразном мире и легко следить за перипетиями исследовании гигантов этого семейства, попытаемся наметить основные линии систематики головоногих.

Во-первых, головоногие подразделяются на две главные группы по признаку, не видимому со стороны: на четырехжаберных (Tetrabranches), у которых две пары жабер, и двужаберных (Dibranches), с одной парой. Так как этот признак не различим у ископаемых — жабры не оставляют отпечатков, — это деление не принимается большинством специалистов и заменено на соответственно Protocephalopodes и Metacephalopodes.

Первые представлены в наше время одним видом — наутилусом, единственным головоногим, живущим в прекрасной спиральной раковине. Все остальные относятся ко вторым. Раковина у них сильно редуцирована и стала внутренней, вернее, скрытой под мантией. На первый взгляд есть раковина у самки аргонавта (Argonauta), но хрупкая полосатая скорлупка, в которой она живет, на самом деле только гнездо. Эти два вида очень далеки друг от друга. Аргонавт похож на своих родственников, обыкновенных осьминогов: у него также восемь усеянных присосками ног, У наутилуса ног много больше — целая сотня — они короткие и гладкие, больше похожие на реснички анемона, чем на мощные щупальца других головоногих. По этой причине некоторые зоологи предпочитают различать их по другому признаку и называют Tentaculiferes (имеющие щупальца) и Acetabuliferes (имеющие присоски).

Головоногие с восемью и десятью ногами.

Размеры наутилуса не превышают 30 сантиметров в диаметре, и он не попадает в зону нашего интереса.

Среди Dibranches или Acetabuliferes нам тоже будет легко ориентироваться, так как они делятся на три основные группы: осьминогов, кальмаров и каракатиц, которые хорошо известны. Они все иногда попадают в меню человека, во всяком случае во Франции и средиземноморских странах. Как говорится, нет пути к знаниям короче, чем через желудок.

Из осьминогов или спрутов, среди которых наиболее известен вид Octopus, на туловище в форме сферического мешка прямо без шеи сидит голова. Как подсказывает название, у него восемь ног, которые иногда называют руками, иногда щупальцами. Они одинаковой длины и вооружены двумя рядами присосок на нижней поверхности. У мускусного осьминога, или эледона, присоски расположены в один ряд.

Кальмары и каракатицы устроены по-другому. Голова у них явно отделена от туловища, сужение которого образует шею. Тело вытянутое, есть боковые плавники. У каракатиц плавники тянутся вдоль всего тела, у кальмаров образуют две хвостовые лопасти. В отличие от осьминогов, кальмары и каракатицы кроме восьми рук имеют еще два щупальца, намного длиннее остальных, с уплощенными окончаниями, усеянными присосками. У каракатиц они могут убираться внутрь тела, а при ловле добычи резко выбрасываются вперед. Кальмары оставляют их плавать вокруг или впереди тела, и они служат ему антеннами. Многие зоологи отличают их от восьми других и называют «ловчими руками». По количеству рук двужаберные, таким образом, подразделяются еще на Octopodes (восьминогие) и Decapodes (деся-тиногие).

Исчезающая раковина.

Все три типа кроме формы и количества рук отличаются еще одной важной анатомической особенностью. Вначале все головоногие имели внешнюю раковину, но не у всех она завивалась в спираль. У предка всех современных двужаберных головоногих, белемнитов юрского периода, раковина была уже в процессе редуцирования. Когда она стала настолько мала, что перестала служить своему хозяину домом, она сама стала постепенно покрываться его плотью. У белемнитов она состояла еще из трех частей, известкового ростра, напоминавшего наконечник копья (по-гречески belos, отсюда название «белемниты»), который переходил в шалашеобразную среднюю часть, последнее напоминание о былом ее предназначении; оканчивалась она роговой пластиной, протянувшейся вдоль спины. У современных двужаберных эти части трансформировались различно, и по этому признаку их можно явно разделить на основные группы.

У каракатиц ростр практически исчез, зато средняя часть заполнила почти всю спину и почти сходится на животе: это так называемые «кости каракатицы», которые часто находят на берегу моря.

У кальмаров, наоборот, и ростр, и средняя часть полностью исчезли. От сложного панциря белемнитов осталась только спинная роговая пластина. Она превратилась в нечто вроде заостренного штыка, называемого шпагой или мечом (gladius). Эту анатомическую особенность имел в виду афинский полководец периода греко-персидских войн Фемистокл, заявляя эритрейцам: «Вы как кальмары, у вас есть мечи, но нет сердца. Вы умеете только убегать».

Обвинение кальмара в отсутствии сердца — это, надо сказать, чистая клевета, причиной которой явилось, очевидно, незнание. Последнее суждение справедливо наполовину: оно намекает на способ передвижения моллюска. У кальмаров, как и у осьминогов, сопло направлено в ту же сторону, что и ноги. Поэтому плавают они задней частью тела вперед. Однако было бы преувеличением заявлять, что они «могут только убегать». Кальмар может в случае необходимости направлять сопло назад и двигаться вперед. Но реактивный двигатель кальмар использует в качестве вспомогательного, когда в критические моменты надо быстро убежать. Обычно он плавает, используя хвостовые плавники и свои «руки», легко перемещаясь в любом направлении.

Вероятно, благодаря «мечу» и карману с чернилами кальмар и получил свое название. Гийом Рондоле, отец ихтиологии, писал еще в 1558 году, что этот моллюск получил свое французское название Languedoc Calamar за сходство с писарем. У него есть все для этой профессии: «чернила и заостренный конец, как у пера». Переписчики того времени носили с собой что-то вроде несессера с принадлежностями, по-латыни — calamarium (от calamus — тростник, который римляне использовали для письма). Calamar затем сократился до calmar, но два длинных щупальца не дают забыть о перьях, опущенных в чернильницу.

Атрофия раковины достигла своего апогея у осьминогов, где осталось только два небольших перышка, к которым прикрепляются мышцы.

Ползающие, плаваюшие и летающие головоногие.

Анатомическое строение, очень разное у осьминогов и их десятиногих кузенов, отражается очевидным образом на выборе образа жизни и места обитания. Осьминог, созданный преимущественно для ползания, головоногий, обитающий на дне. Кальмар, с более вытянутым телом и обладающий плавниками, способен плавать в толще моря и ведет пелагический образ жизни. Отсюда и разная техника охоты. Осьминог подстерегает свою добычу и нападает на нее из засады. Кальмар догоняет свою жертву, преследуя ее на большой скорости. Если сравнивать с наземными хищниками, то осьминог ведет себя как леопард, лесной зверь, а кальмар — как лев, хозяин саванн.

Скорость движения кальмара такова, что он может совершать впечатляющие полеты над водой и даже запрыгивать на палубы кораблей. Как ни странно, еще совсем недавно полеты кальмаров считались мифом. Хотя об этом писали уже в античную эпоху Плиний, Оппиан и Элиан. В 1833 году этот факт был представлен миру как совершенно новый феномен, «не виданный до сих пор». По крайней мере, именно это услышал британский путешественник полковник Сакс, когда предъявил членам Британского зоологического общества трех кальмаров, запрыгнувших на палубу парохода, на котором он возвращался в Англию. И никто не догадался воскресить бесценные свидетельства предков.

В своих записках «Путешествие в Южную Америку», публиковавшихся с 1835 по 1843 год, французский палеонтолог Альсид д'Орбиньи также описывал подобные факты: «Ночью мы увидели, как на палубу корабля на высоту 15—20 футов (4,5—6,0 метров) от поверхности воды запрыгнул кальмар Ommastrephes bartrami, который, вероятно, искал спасения от какой-нибудь преследовавшей его рыбы». Эту способность к прыжкам он наблюдал и у некоторых других видов кальмаров, в частности, у Sepioleuthis, или кальмара-каракатицы. У него плавники настолько ненормально развиты, что превращают его в настоящий планер. А Тур Хейердал рассказывал, что однажды его бальсовый плот буквально подвергся «бомбардировке» кальмарами.

Каракатицы, не так вытянутые в длину, как кальмары, и поэтому менее искусные пловцы, занимают промежуточное положение между осьминогами и кальмарами. Они не сидят домоседами по щелям, как первые, но и не выскакивают из воды, как вторые. Чаще всего они проводят время на песчаной или илистой подушке дна, где, полузарывшись в грунт, стерегут добычу, пользуясь своей замечательной способностью к мимикрии. Летом каракатицы приближаются к берегу и откладывают яйца, прикрепляя их гроздьями на траве и водорослях, за что эти кладки в народе прозвали «морским виноградом». Неизвестно, как живут каракатицы после лета. Они попадаются в сети и в сотне километров от берега, но, скорее всего, они остаются на континентальном шельфе и не спускаются на большие глубины.

В общем случае невозможно спутать осьминогов или спрутов, каракатиц и кальмаров. Увы, дело осложняется, когда речь заходит о подвидах в одной из этих групп.

Даже критерий количества щупалец не является абсолютным. Существует представитель Decapodes, у которого вследствие вторичной потери щупальцев их осталось только восемь (Octopodoteuthis)! Но и не все Octopodes, как обыкновенные осьминоги, ведут придонный образ жизни. В 1838 году датский профессор Эскрихт открыл вид осьминога с двумя небольшими плавниками. Сначала его даже приняли за кальмара и назвали кальмар реснитчатый. На самом деле это самый настоящий Octopode, осьминог-пловец! Он настолько отличается от обыкновенного спрута, что для него создали новый подкласс Cirroteutoides. Он недолго оставался в одиночестве. Но когда нашли и другие виды реснитчатых спрутов, оказалось, что некоторые из них ведут придонный образ жизни. Таким образом, осьминоги обыкновенные и осьминоги реснитчатые не различаются по образу жизни.

А в океанских безднах живет кальмар-вампир из ада, монстр, имя которого показывает, что он как будто вышел из ужасной сказки. Изучению этого «живого ископаемого» посвятила свою жизнь американская исследовательница Эвелин Пикфорд. По мисс Пикфорд, из-за наличия дополнительной пары атрофированных щупальцев, сближающих их с десятиногими, этот осьминог — или все же кальмар? — занимает собой одним отдельный класс головоногих.

Наконец, не все каракатицы имеют плавник вдоль всего тела, у некоторых он выродился в два маленьких задних плавника, еще более редуцированных, чем у кальмара. А среди кальмаров есть вид Sepioteuthis (кальмар-каракатица), у которого плавники тянутся вдоль всего тела.

Это, конечно, исключения, но надо их иметь в виду, когда пытаешься определить животное по мимолетному взгляду или по отдельным фрагментам. Решающий критерий для определения места головоногого в классификации — строение их раковины или того, что от нее осталось. Но в большинстве случаев оказывается достаточно представления об образе жизни или результатов внешнего осмотра.

Часто путают осьминогов и кальмаров.

И все-таки в популярной литературе, посвященной этим моллюскам — а иногда, увы, и в научных работах, — царит страшная путаница.

До Гюго слова «спрут» не было ни в одном словаре. Писатель своим авторитетом ввел в широкое употребление название, каким называли на своем диалекте рыбаки Нормандии осьминога. Для романа «Труженики моря» это вполне справедливо, ведь его действие разворачивается на англо-нормандских островах. Но в неподготовленных умах это название вызывает сумятицу. «Если спрутами называют осьминогов, то почему они не могут быть кальмарами? Ведь у кальмаров еще больше ног, следовательно, они еще ужаснее», — возникает вопрос. Так многие авторы стали путать осьминогов, спрутов и кальмаров. Роковое недоразумение!

Жюль Верн без тени сомнения обзывает «спрутами» гигантских кальмаров, напавших на «Наутилус». Книга «Двадцать тысяч лье под водой» стала настолько хрестоматийной в литературе для юношества, что накрепко засела в умах. Дошло до того, что кальмары были обозваны спрутами во французском издании книги «Фауна океанов» знаменитого зоолога Эрнеста Буланже, директора аквариума Лондонского зоологического общества. Однако скорее всего, здесь имеет место ошибка переводчика.

Неразбериха принимает серьезные масштабы, когда речь заходит о размерах моллюсков. Говоря о величине головоногих, логично приводить максимальные размеры. Но для осьминогов, имеющих звездообразную форму, обычно указывают максимальный размах щупалец. А для кальмаров, тело и щупальца которых вытянуты в одном направлении, приводят общую длину: от задней оконечности тела до концов ловчих рук.

Нельзя считать такую практику определения величины кальмаров (и каракатиц) удачной. В самом деле, длина его двух ловчих рук может значительно меняться от обстоятельств, а у некоторых видов они почти не видны, пока моллюск их не выбросит вперед, чтобы поймать добычу. Никому не приходит же в голову включать в размеры хамелеона длину его выбрасывающегося вперед языка! Поэтому правильней было бы говорить здесь о длине туловища, головы и восьми рук. Но даже в этом случае не так просто точно определить их размеры. Читая книгу Буланжа, надо помнить, что указанные в ней размеры обозначают только порядок величин.

Не способствует ясности и то, что представление публики об анатомии головоногих очень туманно, и мало кто может правильно их себе представить; отсюда рождаются грубые ошибки, когда необходимо сравнить один вид с другим. Очевидно, ошибочно определять длину тела живого существа, отнимая от общей длины длину головы и ног…

Даже профессиональные натуралисты ошибаются, когда, указывая поперечник осьминога, умножают его общую длину на два. Но на два надо умножать только длину его рук. У осьминога обыкновенного (Octopus vulgaris) голова и туловище занимают только шестую часть общей величины тела. Так, экземпляр длиною три метра не будет шести метров в размахе, как можно иногда встретить в некоторых научных отчетах: щупальца в 2,5 метра и голова в 50 сантиметров дадут поперечник около пяти метров. Уже разница значительна, но когда начинают путать осьминогов с кальмарами, называя обоих спрутами, ошибка в расчетах становится катастрофической.

СМЕРТОНОСНЫЙ ЧЕРВЬ ОЛГОЙ-ХОРХОЙ.

Множество людей уверяют, что видели их. Речь идет о гигантских червях, способных убивать на расстоянии, выбрасывая смертельный яд или сражая свою жертву электрическим разрядом при соприкосновении. Долгое время это животное считалось частью монгольского фольклора, но недавние экспедиции в пустынные области юга Гоби, похоже, нашли подтверждение тому, что это загадочное создание действительно существует.

Оно выходит из больших трещин в земле совершенно неожиданно. Своим необычным видом напоминает внутренности животного. На теле этого существа невозможно различить ни головы, ни рта или глаз. Но все же — живая и смертоносная тварь! Речь пойдет об олгой-хорхое, черве смерти, животном, до сих пор не изученном наукой, но оставившем свои многочисленные следы на пути нескольких экспедиций ученых из Чешской республики.

Убивает на расстоянии.

Иван Макарле, чешский писатель и журналист, автор многих произведений о загадках Земли, был одним из тех, кто пошел по следу этого загадочного существа, настолько мало известного, что большинство криптозоологов и исследователей природы до сих пор не считают его чем-то реальным. В 90-х годах Макарле вместе с доктором Ярославом Прокопецем, специалистом по тропической медицине, и оператором Иржи Скупеном, предпринял две экспедиции по следам олгой-хорхоя. Им не удалось поймать живьем ни одного экземпляра червя, но зато они получили многочисленные доказательства его реального существования, что позволило даже провести на чешском телевидении целую передачу под названием «Загадочный монстр песков».

Это была не единственная попытка разгадать тайну существования этой твари; летом 1996 года другая группа — тоже чехи — во главе с Петром Горким и Мирском Наплавой прошли по следам олгой-хорхоя добрую часть пустыни Гоби.

Олгой-хорхой по-монгольски значит «кишечный червь», и это название указывает на его внешний облик, очень похожий на кишки, — темно-красного цвета, чуть больше полуметра длиной. Местные жители утверждают, что он способен убивать на расстоянии, выбрасывая из себя едкий яд, а также при прямом соприкосновении с несчастной жертвой — с помощью удара током.

Монгольский исследователь Дондогижин Цевегмид даже высказывает предположение, что существует не одна разновидность этого червя, а, по крайней мере, две, так как местные жители часто говорят о щар-хорхое, «желтом черве». В одной из своих книг этот ученый упоминает об истории погонщика верблюдов, который встретился в горах Тост лицом к лицу с таким щар-хорхоем. В один момент удивленный погонщик вдруг с ужасом заметил, что из отверстий в земле лезут желтые черви и ползут по направлению к нему. Обезумев от страха, погонщик бросился бежать, и тут обнаружил, что его пытаются окружить почти полсотни этих червеподобных существ. К счастью, бедняге все же удалось от них спастись.

Ефремов ничего не выдумал.

Изолированное положение Монголии и политика ее властей сделали фауну этой страны практически недоступной для зарубежных зоологов, кроме советских, и поэтому мы очень мало знаем об этом существе. Но тем не менее в 1926 году американский палеонтолог Рой Чепмен Эндрюс рассказывал в книге «По следам древнего человека» о своем разговоре с премьер-министром Монголии, который просил его поймать одного олгой-хорхоя (которых он называл аллергохай-хохай), потому как они убили одного из членов семьи этого восточного вельможи.

Через много лет, в 1958-м, советский писатель-фантаст, геолог и палеонтолог Иван Ефремов (1907—1972) вернулся к теме олгой-хорхоя в книге «Дорога ветров». Он пересказал в ней все сведения, которые собрал по этому поводу, когда принимал участие в разведывательных экспедициях в Гоби с 1946 по 1949 год. Эти экспедиции проводились под руководством академика Юрия Орлова. В своей книге, среди прочих свидетельств, Иван Ефремов приводит рассказ старика монгола из деревни Даландзадгад по имени Цевен, который утверждал, что эти существа живут в 130 километрах к юго-востоку от сельскохозяйственного района Аймак. Но увидеть их можно в дюнах лишь в самые жаркие месяцы года, поскольку все остальное время они погружены в спячку. «Никто не знает, что они такое, но олгой-хорхой — это ужас», — говорил старый арат.

Ефремов использовал эти истории о монстре песков в своем фантастическом рассказе, который изначально был так и озаглавлен — «Олгой-хорхой». В нем рассказывается о смерти двух русских исследователей от яда этих существ. История была целиком выдуманной, однако основывалась на многочисленных свидетельствах местных жителей-монголов об этих загадочных созданиях, населяющих песчаные области пустыни.

Многие исследователи, изучавшие местные сведения и данные, собранные различными экспедициями, полагают, что речь идет о животном, совершенно неизвестном науке. Но зоолога Джона Л. Клаудси-Томпсона, одного из прославленных специалистов по пустынной фауне, некоторые черты олгой-хорхоя заставили предположить, что речь идет о разновидности змеи, пока еще неизвестной науке, но состоящей в явном родстве с vibora mortal australiana, которая сама представляет собой разновидность гадюки. Ее внешний вид похож на облик твари из Гобийской пустыни, и кроме того, она тоже может губить свои жертвы, брызгая ядом на расстоянии. По другой версии, защищаемой французским криптозоологом Мишелем Райналем и чехом Ярославом Маресом, олгой-хорхой может относиться к рептилиям-двуходкам, правда лишившимся лап в ходе эволюции. Эти рептилии могут быть красного или бурого цвета и у них очень сложно различить голову и шею. Основное возражение против этой последней гипотезы состоит в том, что никто не слышал, чтобы эти рептилии были ядовитыми или имели орган, способный производить электрический ток. Еще одна версия допускает, что речь идет действительно о кольчатом черве, который приобрел особую защитную кожу в условиях пустыни. Известно, что некоторые из земляных червей способны брызгать ядом в качестве самозащиты. Как бы то ни было, олгой-хорхой остается загадкой для зоологов, еще не получившей ни одного удовлетворительного объяснения.

ПОСЛЕДНИЕ ДРАКОНЫ АФРИКИ?

В Тунисе погонщики верблюдов и кочевники рассказывают леденящие кровь истории об огромных и при этом… ядовитых змеях, которые могут скрываться за каждой дюной в пустыне.

Сраженный катапультой.

В окрестностях тунисского города Дуз бытуют рассказы о загадочных созданиях, которых здесь называют «тагерга» и которые могут достигать длины 4,5 метра и толщины человеческого бедра. Мохаммед Шараа, погонщик, проведший всю жизнь в пустыне, утверждал, их можно встретить, конечно, при дурной «барака», то есть судьбе, в некоторых пограничных с Большой пустыней областях, а также в горах неподалеку от Гафсы, поселения на юге Туниса. По причине размеров и — главное — особой ядовитости этих змей смертельно боятся местные жители.

При этих рассказах невольно приходит мысль: а нет ли какой-нибудь связи между этими тварями и теми странными существами, которых видели римские солдаты в III веке до нашей эры, во время Первой пунической войны, в этих же самых местах?

Согласно античным историкам Титу Ливию, Элию Туберону и самому Сенеке, в 255 году до нашей эры римские легионы, вставшие лагерем на берегах реки Баграда (ныне Меджерда), встретили огромного «змея», который не давал им набрать воды. Легионеры пробовали его убить многими способами, но потребовалось использовать баллисты и даже катапульты, заряженные тяжелыми камнями, чтобы покончить с ним. По словам этих хронистов, когда змей издох, смрад от него быстро распространился по всей округе. Его кожу привезли в Рим как трофей и выставляли напоказ в течение целого столетия. По ней можно было судить о поистине невероятных размерах змея: 120 римских футов, то есть 36 метров в длину!

Атакующий человека.

Рептилии, дожившие, возможно, до наших дней в Тунисе, таких размеров, конечно, не достигают, но чуть западней, в пустынях Алжира, встречаются следы присутствия змей гигантских размеров. В 1959 году в области Бенуд кочевники рассказывали о змеях, которые пожирали их коней и овец. Они ставили ловушки, куда время от времени попадались отдельные рептилии, но для того, чтобы справиться с одной из них, проглотившей верблюжонка, потребовалась помощь целого французского гарнизона. Был вызван 26-й батальон драгун, который под началом капитанов Грассена и Лаво распочожился у поселка Бени-Униф и провел там несколько облав. В конце концов солдаты встреттись с самой большой змеей, которую только видели за свою жизнь. Сначала ее расстреливали из ружей, но потом пришлось пустить в дело пулемет.

Затем солдаты измерили длину змеи — оказалось не меньше 20 метров! Ее голова достигала в длину 1,5 метра и была украшена своеобразной короной из волос. Кожу необычной рептилии намеревались было сохранить, но через некоторое время не смогли отыскать никаких ее останков.

А годом раньше житель Туниса Белурис Абд эль-Халер, который служил во французских частях того же поселка Бени-Униф, утверждал, что на него напала и укусила змея, которая достигала 13—14 метров в длину и которую ему удалось убить. В течение некоторого времени он хранил ее кожу, на которую приходили смотреть жители окрестных селений, но в конце концов продал за 45 тысяч тогдашних франков, и, таким образом, от этой рептилии тоже ничего не сохранилось.

К этим двум случаям, представленным зоологом Бернаром Эйвельмансом в его книге «Последние драконы Африки», прибавлены свидетельства кочевников соседней с Алжиром марокканской области Абадла, которые говорили о «большом змее», который мог прыгать и нападать на человека. Он достигал как минимум десяти метров в длину, был крупнее даже африканского питона, но сильно отличался от него, поскольку, по рассказам, его голову украшал пук волос, похожий на тот, что имеется у рогатых гадюк, только этот змей превышал их размерами раз в пять.

С рогами и волосами.

Через несколько лет после описанных событий в приграничном с Марокко районе Алжира рабочие, занимавшиеся ремонтом дамбы над рвом Дхор-Торба, тоже несколько раз встречали необычно больших змеи. Водитель экскаватора Хамса Рамани не раз видел змея 6 или 7 метров в длину и даже наблюдал, как тот поедал смазку на строительной свалке. Вместе с тремя другими рабочими, одним испанцем и двумя французами, он видел, как между двумя участками стройки появился другой крупный змей. Этому животному не повезло: алжирец раздавил его своим экскаватором.

Когда животное затихло (судороги продолжались 25 минут), рабочие смогли разглядеть его повнимательней. Длина его была 9,2 метра, кожа темно-каштанового цвета, а брюхо — белое. На остроконечной голове имелось подобие гривы шириной 10 сантиметров и такой же длины. Глаза были каштановые, а во рту торчали клыки длиной около 6 сантиметров каждый. Кожу змея показали помощнику директора стройки, который заявил, что в окрестностях не редкость гады длиной и в 11, и в 12 метров. Тогда же другой рабочий уверял, что видел змея в 10,5 метра длиной желто-коричневого цвета, с черными полосками, белым брюхом и подобием рожек на голове, торчащих вперед. На той же стройке через два года видели змея величиной от 12 до 15 метров.

Какому виду могли соответствовать описанные создания? Их окрас, рожки и гривы на головах, равно как и слава об их ядовитости, говорят о том, что они принадлежат к гадюкам, однако самая крупная из до сих пор известных, габонская гадюка, едва достигает двух метров в длину. А все свидетельства указывают на то, что встреченные экземпляры были в четыре-пять раз больше! Может ли существовать на Земле ядовитая змея подобных размеров, превышающих даже габариты питона? По данным официальной науки, на нашей планете в плейстоцене в Южной Америке жили гигантские змеи до 18 метров длиной, ядовитые зубы которых были не меньше тигрового клыка. Может быть, удивительные создания, которые ныне наводят ужас на жителей некоторых областей Земли, являются неизвестным видом гигантских гадюк, адаптировавшихся к условиям сухого климата?

ВОН ОН, ЗМЕЙ, В ВОДЕ МАЯЧИТ…

Расположенный в южноафриканском городке Хоуик водопад считается одной из главных местных достопримечательностей. Туристы валом валят сюда, чтоб взглянуть на величественное зрелище. Впрочем, с некоторых пор Хоуик-Фоллз привлекает их не только своей природной красотой.

Что до местных жителей, то среди них водопад давно уже слывет местом загадочным и странным. А проживающие поблизости зулусы и вовсе стараются без особой нужды лишний раз к водопаду не подходить. По их поверьям, в огромном водоеме у его подножия обитают духи и гигантское змееподобное существо, которое они называют «инкань-ямба». И встреча с ним ничего хорошего не сулит.

Место это и вправду спокойным не назовешь. Потоки воды, низвергающиеся с 30-метровой высоты, бурлят и пенятся, так что пруду неведом штиль.. По убеждению зулусов, Хоуик-Фоллз издревле был наделен особой мистической силой. Как и их далекие предки, они время от времени приходят сюда, чтобы принести в жертву инкулункулу (большому богу), аматхонго (духам предков) и инканьямба цыплят и козлят. Считается, что только колдуны имеют право приблизиться к самой кромке воды. Все остальные держатся на почтительном удалении от бушующей стихии — из страха оказаться жертвой скорого на расправу инканьямба. Всем известен свирепый нрав этого хищного создания.

Потомки белых переселенцев, некогда обосновавшихся в этих местах, хотя и не приносят никаких жертв таинственному обитателю здешних вод, лишний раз приближаться к водоему тоже не рискуют. Среди них он пользуется недоброй славой. Почти 40 человек погибли в его беспокойных водах. Большей частью это были самоубийства. Еще несколько происшествий полиция квалифицировала как убийства или несчастные случаи. Лишь немногие из тех, кто угодил в Хоуик-Фоллз, выбрались оттуда живыми. Из-за сильных подводных течений тела погибших иногда не всплывают очень долго. Когда же, наконец, они показываются на поверхности, то при осмотре нередко выясняется, что у очередного пленника Хоуик-Фоллза отсутствуют мягкие ткани тела. Одни жители твердо убеждены, что это проделки инканьямба. Другие считают, что змей здесь ни при чем (поскольку для них само его существование — большой вопрос) и «списывают» все на угрей да крабов, всласть попировавших на телах утопленников.

Вообще белые граждане к преданиям об инканьямба большей частью относятся скепти чески. Тем не менее славу таинственному змею принесли именно они, а точнее ирландец Боб Тини, владелец ресторана «Бизон». Как-то раз туманным сентябрьским утром несколько лет назад он отправился на смотровую площадку у водопада, чтобы установить там щиты с рекламой своего заведения. Случайно взглянув на водоем внизу, Тини, по его словам, заметил промелькнувшее там гигантское пресмыкающееся — из воды торчала длинная шея с венчавшей ее змееподобной головой. Мгновение — и загадочное существо погрузилось в пучину. Вообще-то в здешних водах не редкость огромные угри, но Тини уверяет, что увиденное им животное по свои размерам было куда больше.

После памятной встречи Боб потерял покой. Через местную газету он посулил вознаграждение в тысячу рэндов всякому, кто сумеет сфотографировать загадочного монстра. Вскоре Тини получил пару снимков. Ни тот ни другой, по мнению экспертов, не могут считаться убедительным «фотофактом». Тем не менее рассказ Тини и поднявшаяся вслед за этим шумиха вызвали невероятный интерес к загадочному обитателю Хоуик-Фоллза. Сенсационное сообщение обошло газеты и журналы всего мира.

Правда, многие до сих пор теряются в догадках. Тини действительно разглядел в воде «что-то такое», а уж потом умело подал всю эту историю в прессе? Или же все его свидетельства целиком высосаны из пальца, чтоб привлечь в Хоуик побольше охочих до «всячинки» туристов? По мнению скептиков, скорее всего, так оно и есть, особенно если вспомнить, что в тот момент, когда Тини явилось чудище, он был членом местной рекламной ассоциации.

Между тем пруд у Хоуик-Фоллза не единственное место, где, как утверждает молва, можно увидеть инканьямба. Неподалеку есть еще несколько вполне подходящих для него вместительных водоемов. (Чаще других упоминаются в этой связи Мидмарская дамба, расположенная прямо возле Хоуика, и река Мкомази, соединяющая его с городом Дракенсбергом, который находится в 70 километрах южнее.).

Так что инканьямба в любой момент может перебраться из хоуикского пруда в какой-нибудь водоем по соседству. Судя по описаниям, он довольно непоседлив. Правда, «охота к перемене мест» обычно одолевает его летом — зимой змей ведет менее подвижный образ жизни. Поводом для перемены мест может оказаться борьба за передел территорий с другим инканьямба, катастрофическое обмеление — вследствие засухи — облюбованного водоема или же «движенье чувств». В такие моменты, уверяют туземцы, он взмывает в небо, что чревато для местных жителей весьма печальными последствиями. Глядя вниз с небесной выси, змей иногда по ошибке принимает за водную гладь сияющие на солнце рифленые крыши легких жилищ. Он пикирует вниз и лишь в самый последний момент понимает, какую оплошность едва не допустил. Тогда инканьямба приходит в страшный гнев и начинает крушить все подряд.

Подобные предания «подпитываются» разрушительными ураганами и торнадо, которые довольно часто случаются в этих местах. Например, окрестности Хоуика несколько раз оказывались во власти разгулявшейся стихии. Ветер, временами достигавший скорости 100 километров в час, играючи срывал крыши домов и с корнем выворачивал вековые деревья, а градины размером с теннисный мяч здорово побили урожай и жилища. В общей сложности пострадало 4 тысячи человек, половина из них осталась без крова.

Неудивительно, что после этих испытаний многие жители, верящие в существование инканьямба, срочно перекрасили крыши своих жилищ в темные цвета, чтоб не привлекать внимание могучего и опасного змея.

Йоханнес Хлонгване с 1969 по 1985 год работал в кемпинге неподалеку от Хоуик-Фоллза. Когда кемпинг пустовал, он нередко отправлялся к водопаду, усаживался там на скале и наигрывал на гитаре, глядя на пруд внизу. Именно с этого места он и увидел в первый раз загадочного змея. Было это в 1974 году. В 1981 году состоялась еще одна такая встреча. Оба раза было довольно туманно, но, как утверждает Хлонгване, и в том и в другом случае он вполне отчетливо видел темное змееподобное тело внушительных размеров. Голова и шея возвышались над водой — на высоту примерно 10 метров. Сама голова, по описанию Йоханнеса, представляла собой нечто среднее между змеиной и лошадиной. Сзади на голове и на шее виднелось некое подобие гривы. Но не из волос, уточняет Хлонгване, а скорее из кожи или какого-то другого материала.

Специалистам, бывавшим в этом районе, не раз доводилось слышать от местных жителей сообщения о повстречавшемся им пресмыкающемся с лошадиной головой. Например, лесник, охраняющий дичь, мистер Бутелези, вспоминал, как в 60-е годы ему довелось увидеть такого монстра во время очередного обхода вверенных ему лесных угодий. Вместе с напарником он шел вдоль реки Умгени, и вдруг на том самом месте, где сейчас высится стена Мидмарской дамбы (тогда дамбы здесь еще не было), они увидели расположившееся на песчаном берегу существо с лошадеподобной головой. Заметив приближающихся людей, оно скользнуло в воду и пропало из виду.

Самое удивительное, что словесные описания инканьямба, сделанные нашими современниками, во многом напоминают загадочное существо, запечатленное в произведениях наскальной живописи каменного века (в горных районах на юге Африки обнаружено немало «полотен» древних художников). Археологи обычно обозначают это существо как «животное дождя» — в большинстве случаев оно действительно изображено среди дождевых струй. На некоторых картинах изо рта или носа у чудища извергаются потоки воды. Встречаются и другие «вариации на тему», но везде это загадочное создание так или иначе ассоциируется с водной стихией. Это животное с его змееподобным туловищем и лошадиной (реже антилопьей) головой вполне сошло бы за иллюстрацию к рассказу об инканьямба. Очевидно, что нынешнее представление об инканьямба восходит к древнейшим верованиям бушменов. Или, по крайней мере, было в свое время позаимствовано у них.

В рассказах об инканьямба все переплелось настолько тесно и замысловато, что сейчас практически невозможно отделить правду от вымысла и сказать, имеют ли подобные рассказы хоть какую-то реальную основу. Не исключено, что инканьямба — это хорошо известный ученым представитель царства животных (вроде угря), претерпевший значительную трансформацию в фантазии аборигенов. А возможно, это некий абсолютно неизвестный науке вид.

Некоторые специалисты также не исключают, что это существо имеет сугубо «психологическую природу», являясь, по сути, архетипом. Правда, в подобном толковании есть существенный изъян: оно никак не объясняет чрезмерной детализированности описаний инканьямба.

Кстати, и те из обитателей Хоуика, что не склонны считать рассказы об инканьямба досужим вымыслом, относятся к нему по-разному. Скажем, для одних самое главное во всем этом — усвоенная некогда «практическая» истина: лучше держаться подальше от загадочного создания, наделенного чудовищной разрушительной силой. В восприятии других сила эта имеет мистическую природу, а сам инканьямба многолик и вездесущ. Обличье змея — лишь одна из его ипостасей. И скажем, всякое облачко, при виде которого птицы начинают беспокойно щебетать, — это тоже инканьямба. «Если вы хотите знать, нет ли поблизости инканьямба, взгляните на ласточек, — советует Йоханнес Хлонгване. — Они вам все скажут».

ЛЕГЕНДЫ МАДАГАСКАРА.

Обширные леса Мадагаскара хранят множество зоологических загадок. Еще в 20—30-х годах начали раздаваться голоса натуралистов, веривших в существование на острове нескольких видов животных, в основном рептилий и млекопитающих, которые вымерли повсеместно, кроме… Мадагаскара. Потом, разочарованные отсутствием каких-либо материальных доказательств, сторонники этой гипотезы, оставив надежды найти животных, перешли в лагерь скептиков. Однако вновь проведенный анализ преданий и легенд местных жителей, упорно хранящих память о таинственных животных, обитающих в лесах острова, заставил зоологов снова насторожиться: легенды ли это?

Один из наиболее частых персонажей — хабеби, или, как его еще называют, «бетсинофоциаондре» — «белый баран», животное, которое, по рассказам, можно видеть лунной ночью. Его голова с широко открытыми глазами и большими ушами сужается к морде, тело, гибкое и тонкое, покрыто белой шерстью. Копыта раздвоены, как у барана. Одни считают его плотоядным животным, другие относят к вегетарианцам. Что это — новая зоологическая загадка или вымысел?

Племена юго-востока острова верят в существование мангарисаоки (буквально «того, чьи уши прикрывают подбородок») — горного копытного животного. Французский путешественник Этьен де Флакур писал о нем еще в середине XVII века:

«Мангарисаоки — крупное животное, у которого круглая, как у лошади, ступня и очень длинные уши: когда оно спускается с гор, то с трудом видит путь перед собой, так как уши ниспадают на глаза. Оно испускает сильные крики наподобие ослиных. Думаю, что это и есть дикий осел». Спустя сто лет другой путешественник, граф Модавский, добавляет, что это животное обитает всего в нескольких милях от Порт-Дофина. «Это не что иное, как дикий осел, — высказывал предположение граф, — и он в изобилии водится в юго-восточной части острова, но искать его надо в отдаленных районах, ибо он не покидает пустынных мест». Сообщения об этом странном животном появляются до сих пор, но что действительно странно — его так и не поймали… Может быть, оно и токатонготре — таинственный «одноног», а вернее, «нога без пальцев», обитающий, по легендам, в южных районах острова, — одно и то же животное? Или же тот и другой зверь родом от старого предания мальгашей, по которому на Мадагаскаре издавна жили дикие лошади?

Тонпондрано («хозяин морских вод») — еще один персонаж легенд. Его длина — 20—25 метров, тело, длинное и гибкое, покрыто роговыми пластинками, более крупными, чем у крокодила, голова фосфоресцирует. Зоолог Г. Пти, который в свое время собирал сведения о тонпондрано, описывал характерное свечение, продвигавшееся вдоль берегов, видное с расстояния более километра, а гребцы пироги, на которой плыл натуралист, говорили, что это и есть тонпондрано…

Люди народности сакалава северо-восточных районов Мадагаскара верят в существование ранты — огромного морского чудовища, которое питается рыбой. И если кто пожирает улов рыбаков, то это, по мнению сакалава, только ранта.

У племени бетсилео есть и фангалаболо («тот, кто хватает за волосы») — огромная летучая мышь, нападающая по ночам на одиноких путников, сдирающая кожу с лица вместе с волосами…

Перечисление всех легендарных персонажей, живущих в горах, болотах, лесах и песках Мадагаскара, заняло бы еще много места. По мнению одних ученых, легенды — продукт богатого воображения жителей. Другие считают, что в преданиях сохранились воспоминания о различных животных, когда-то живших на острове, но вымерших. Третьи, наиболее смелые, высказывают предположение, что животные эти живы, а вместо отсутствующих пока доказательств своей правоты приводят список достаточно крупных животных, открытых для мира сравнительно недавно.

Зоологи надеются, что обширные леса Мадагаскара еще преподнесут науке несколько сюрпризов, которые не уступят по ценности найденным там останкам бывшей легендарной птицы Pyx — эпиорниса или ныне обитающим там и тоже недавно открытым видам лемуров…

ЧУДОВИЩА ИЗ ГЛУХИХ УГОЛКОВ.

В густых лесах Южной Америки и Африки обитают ужасные существа. Огромные змеи длиной в 20, 30 и даже 40 метров попадались на глаза исследователям, солдатам и миссионерам. Идет ли речь о выживших представителях гигантских видов, которые считались вымершими миллионы лет назад?

В марте 1947 года бразильская экспедиция Службы защиты индейцев работала в болотистой области междуречья Мансо и Кристалино. Внезапно ее участники заметили огромного змея, спавшего на траве, и прикончили его несколькими выстрелами. По словам одного из исследователей, француза Сержа Бонакасе, пресмыкающееся достигало в длину не меньше 23 метров!

Проглоченный боа.

В группу входили специалисты по местной фауне, которые пришли к выводу, что им попалась, безо всякого сомнения, анаконда. Необычность случая заключалась лишь в том, что размеры убитого животного вдвое превышали параметры всех известных науке видов, которые едва приближались к 10 метрам. Однако эта встреча не попала в книги по естественной истории, так как участники экспедиции, двигавшейся пешком, сквозь густую сельву, сочли невозможным транспортировать кожу или голову этого гигантского змея Снимки тоже не делали, так как Служба защиты индейцев запрещала использование фотокамер, чтобы не испугать аборигенов.

Зато если говорить о фотографиях, на них оказались запечатленными два боа, достигавшие 40 метров в длину. Их встретили в 1953 году у истоков Амазонки, куда была спешно направлена экспедиция, организованная специально для того, чтобы уничтожить этих самых рептилий, наводивших ужас на всю округу. Змей нашли и убили. На фотографиях, опубликованных в ежедневной газете «Мундо архентино», видны охотники позади трупа одного из змеев толщиной с человека.

Об их размерах можно судить еще и потому, что голова одного из монстров была величиной больше человеческой.

Приведенные случаи только немногие примеры встреч и рассказов, касающихся существования гигантских змеев в бассейне Амазонки. Иногда эти существа нападают и пожирают людей, как случилось в августе 1988 года в бразильском штате Рондония. По словам нескольких очевидцев, на трехлетнего ребенка по имени Даниель Менесес напал и проглотил его гигантский боа, или сукуриху, достигавший 15 метров в длину, то есть вдвое больше, чем все прежде зарегистрированные представители этого вида.

Амазонские монстры.

Что касается гигантских анаконд или боа, то рассказы о существовании огромных змей в бесконечном «зеленом аду» впервые зазвучали и с тех пор многократно повторялись, начиная с самого прихода испанских и португальских конкистадоров и путешественников, но лишь в XX веке появились первые надежные отчеты о встречах с этими существами. В конце 40-х годов директор гамбургского зоопарка Лоренц Гагенбек провел первое исследование этой загадки и наткнулся на историю священника Виктора Хайнца, который несколько раз прошел Амазонку на каноэ.

Первая встреча Хайнца с гигантской анакондой произошла 22 мая 1922 года неподалеку от поселения Обидос. Всего в 30 метрах от себя священник вдруг увидел огромную змею, которую несло течением. Гребцы тут же бросили весла, устрашенные размерами рептилии: около 25 метров в длину и толщиной с бочку для растительного масла. «Когда мы оказались достаточно далеко, — рассказывал священник, — и мои гребцы вновь обрели дар речи, они, все еще боясь, сказали мне, что змей не раздавил нас как простой коробок спичек только потому, что в этот момент был занят перевариванием хорошей порции рыбы».

Через несколько лет, 29 октября 1929 года, миссионер вновь встретился с гигантским змеем на той же самой реке.

Была полночь, когда его гребцы вдруг в сильном страхе стали разворачивать лодку к берегу, крича, что видят огромное животное.

«В этот момент я заметил, как вода рядом с нами отступила, словно пропуская большой пароход, и увидел всего в нескольких метрах впереди два зелено-голубоватых огня, напоминающих носовые огни речного судна». Когда он попытался успокоить людей, говоря, что это всего лишь корабль и что он не может задеть их каноэ, ему ответили, что это гигантский змей.

Автоматные очереди.

Отец Хайнц застыл от ужаса, поняв, что огни были светящимися глазами некоего существа, которое приближается к их каноэ со скоростью, в 10—15 раз превышающей их собственную. Когда, казалось, монстр был готов протаранить им борт, он неожиданно увильнул и как будто направился обратно к середине реки. Позже местные жители сообщили священнику, что в этой реке живет гигантский сукуриху.

Не прошло и нескольких месяцев, как в июне 1930 года торговец Реймондо Зима, который жил в маленькой деревушке Фаро на берегу реки Хамунда, наткнулся на другого представителя этих огромных рептилий. Встреченное им животное, вероятно, было раненым, так как во мраке ночи блестел лишь один его глаз. В течение нескольких показавшихся бесконечными минут тварь кружила на большой скорости вокруг судна испуганного торговца, поднимая волны такой высоты, что они грозили потопить корабль, несмотря на то что он достигал 13 метров в длину. В 1948 году некий Пабло Тарвальо уверял, что гигантская змея долгое время преследовала его барку. По его словам, тварь, которую он наблюдал, по крайней мере, с расстояния 300 метров, имела поистине сказочные размеры: 50 метров!

Иногда некоторые отважные исследователи, забыв о страхе, осмеливались приблизиться к этим мифическим созданиям. Миссионер Протезиус Фрикель во время поездки по берегам в верхней течении реки Тромбетас встретил одно чудовище, которое, отдыхая, высунуло голову на берег.

Выказав несомненное мужество, святой отец поплыл к чудовищу, остававшемуся на месте, и приблизился к нему на расстояние «в каких-нибудь шесть шагов». Из воды торчала лишь малая часть его туловища и головы, на которой можно было заметить глаза, «большие, словно блюдца».

Заинтересованный как своими собственными встречами, так и рассказами, услышанными от других, отец Хайнц послал в Гамбург директору зоопарка отчет о своих наблюдениях вместе с двумя фотографиями. Одна из них была сделана еще в 1933 году членами Комиссии по бразильским границам, уверявшими, что они убили животное несколькими очередями из автомата. По их свидетельству, тварь была столь огромна (по приблизительным подсчетам — 9 метров в длину), что ее голову не смогли нести даже четверо и что, падая, она сломала несколько кустов и деревьев.

Другое фото относилось к 1948 году, и на нем были видны останки змея, объявившегося в окрестностях Фуэрте-Абуны в эквадорской области Гвапоре. Чтобы уничтожить чудовище, солдаты использовали пулемет, из которого произвели, по крайней мере, 500 выстрелов, и расход боеприпасов явно стоил того, если учитывать, что встреченное животное достигало 35 метров в длину.

Встреча на Риу-Негру.

Располагая всеми этими сведениями, директор Гамбургского зоопарка составил нечто вроде фоторобота сукуриху, или гигантского боа, который, по его расчетам, мог достигать в длину 40 метров и толщины 80 сантиметров. Он должен был весить 5 тонн, иметь фосфоресцирующие глаза, тело темно-каштанового цвета с белым в крапинку брюхом. Конечно же этот колосс не мог представлять единственный тип гигантских змей, населяющих амазонскую сельву.

Один из самых опытных исследователей этих краев в начале века майор Перси Фосетт рассказывал, как весной 1907 года, во время плавания по Риу-Негру, он едва не столкнулся с одним таким экземпляром, высунувшим из воды треугольную голову и значительную часть тела. Животное спешно направилось к берегу, но исследователь, бывший к тому же и умелым охотником, успел прицелиться и поразить змея из ружья.

Агонизируя, существо выбросилось на берег, где Фосетт уже смог рассмотреть его повнимательней. «Животное уже почти издохло, а его тело все еще били неистовые судороги», — писал он и утверждал, что та часть змея, которая оказалась наружи, достигала 14 метров, причем оставшаяся была не меньше пяти, таким образом, полная длина змея составляла, по крайней мере, 19 метров.

Животное не было слишком толстым, всего 30 сантиметров, вероятно, оттого, что уже долгое время обходилось без пищи. Фосетт также утверждает, что от змея исходила сильная вонь и что когда он захотел отсечь от его тела кусок в качестве охотничьего трофея, то выяснилось, что животное еще не умерло окончательно, начало вновь биться, и это заставило исследователя отказаться от своего намерения.

В африканской глуши.

Зона обитания гигантского змея, возможно, не ограничивается одной Южной Америкой, хотя именно там попадались самые крупные экземпляры. Однако и из Африки, а в меньшем количестве из некоторых регионов Азии, таких, как Тайланд, Индия и Бангладеш, поступали сообщения о встречах с необычными по размерам гадами. Исторические хроники свидетельствуют, что в III веке до нашей эры одно такое животное доставили в Александрию царю Птолемею II и что длина этого змея насчитывала 30 локтей (15 метров). Это самый крупный экземпляр из пойманных в Африке, после питона, отловленного на Береге Слоновой Кости: тот достигал 9,81 метра и вполне подтверждал, что вера большинства африканских народов в огромных змей имеет под собой основания.

В 1959 году было добыто одно неоспоримое доказательство существования чудовищных гадов: аэрофотоснимок, сделанный экипажем одного военного вертолета. Вертолет нес патрульную службу в небе над областью Катанга, входившей тогда в Бельгийское Конго, и все случилось почти сразу после взлета с базы в Камине. Когда вертолет пролетел километров сто, полковник Гейсеб с удивлением заметил, что внизу движется гигантский змей, которого он поначалу принял за ствол дерева. Он немедленно окликнул пилота, полковника Реми ван Льерде, и они решили спуститься до высоты 40 метров. Тогда-то двое военных, вместе с остальными членами экипажа, парашютистом Дебефом и помощником механика Киндтом, на протяжении нескольких минут могли наблюдать передвижение животного в кустах и даже видеть, как оно, угрожая, поднимало свою ужасную голову к вертолету, который ревом двигателей нарушал покой леса. Военные подсчитали, что змей, кожа которого была зеленого и розоватого цветов на спине и беловатая на брюхе, достигал 14 метров, будучи толщиной с человека. Треугольная и широкая голова (примерно 80 сантиметров) имела сильные и острые зубы, сравнимые по размерам с лошадиными. Все говорило за то, что гад мог запросто сожрать человека. Помощник механика смог запечатлеть монстра фотокамерой и получить снимок прекрасного качества, который, после подробного изучения, подтвердил, что размеры чудовища были именно такими, какие называли члены летного экипажа. Эта фотография и свидетельства бельгийских военных являются самыми твердыми доказательствами существования змеев гораздо большей величины, чем считалось возможным прежде.

Может быть, они всего лишь экземпляры-переростки известных видов, но не исключена возможность, что речь идет о выживших представителях гигантских видов, считавшихся вымершими, таких, как гигантофис, который жил в среднем эоцене 40 миллионов лет назад и чьи окаменевшие останки, встречающиеся в Египте, достигают 16—20 метров в длину. Как бы то ни было, загадка гигантских змей, обитающих в густых тропических лесах, остается нерешенной до сих пор, и одно упоминание о них вызывает панику у местных жителей.

ПЕЧАЛЬНАЯ ПОВЕСТЬ О КВАГГЕ.

Современники писали: «То утро выдалось в Амстердаме туманным, и густая белая пелена плотно закрыла все вольеры и дорожки между ними. Старый служитель пришел, как всегда, на полчаса раньше. Нарезал веток, достал из погреба фрукты и мясо, мелко нарубил его и пошел кормить животных. За туманом не было видно даже решеток.

Старик торопился, до открытия зоопарка оставался час, ему не хотелось кормить зверей при посторонних. В вольерах с копытными было тихо. Старик отпер калитку и тут же споткнулся. На кирпичном полу лежала квагга. Последняя из всех, существовавших когда-либо в природе».

Это было 12 августа 1883 года. А за столетие до этого…

За столетие до печального события в Амстердамском зоопарке, потрясшего натуралистов, на необозримых просторах южноафриканских саванн паслись бесчисленные стада копытных. Загадочная Африка еще только-только приоткрывала перед любопытствующей Европой завесу над своими тайнами. Еще существовали в природе голубая антилопа, бурчеллова зебра и странствующий голубь. Но уже не было на Земле стеллеровой коровы, дронта и тура.

Большинство европейцев знакомились с африканской природой по книгам, в которых так и не был дан ответ на вопрос, что такое камелопардус, удивительный метис верблюда и леопарда, или единорог, у которого, правда, иногда встречается два или даже три рога, или водяная лошадь… Эра жирафы, носорога и гиппопотама придет позже, в конце XVIII — начале XIX века, когда в дебри Южной Африки проникнут первые смельчаки путешественники и привезут домой удивительные, невероятные рассказы о миллионных стадах антилоп, громадных слонах, львах и гориллах. И о кваггах.

В 1777 году, заручившись поддержкой Парижского зоологического общества, в Южную Африку отправился Франсуа Левайян, смелый и образованный молодой человек. Три года колесил он по Капской провинции, пересекал реки, терялся в саваннах и джунглях. Левайяна манили сюда рассказы двух сподвижников знаменитого капитана Джеймса Кука — англичанина Уильяма Андерсона и шведа Андреев Спармана, потрясенных природой этих мест.

Левайян написал пять томов захватывающих рассказов о своих приключениях. Кто знает, может быть, именно они вдохновили Майн Рида на южноафриканскую трилогию?

Так или иначе, Левайян был первым, кто привез в Европу реалистичные рисунки львов, гепардов, гиен. Он первым описал схватку птицы-секретарь с ядовитой змеей, поведал о виверрах и земляном волке. Первым доставил европейским ученым шкуру и кости жирафы, таинственного камелопардуса. Их выставили в естественно-научном музее в Париже, их изучал сам Жан Батист Ламарк.

Левайян рассказал и о квагге. Тогда еще громадные стада этих замечательных животных жили в междуречье Оранжевой и Вааля.

«Есть три вида диких ослов в Южной Африке — зебра, квагга и собственно дикий осел без полос. На Капе квагга известна под названием дикая лошадь…» Простим Левайяну неточности в определении родственных связей между южноафриканскими непарнокопытными. В его времена стройной научной системы их классификации еще не было создано. «Несомненно, зебра и квагга — два разных вида, и они никогда не пасутся вместе, а смешиваются в стадах с антилопами». Далее Левайян совершенно справедливо отмечает: «Считали, что квагга — результат смешения зебры с дикой лошадью. Но это говорили люди, которые не были в Африке. Здесь нет собственно диких лошадей». Путешественник был прав, утверждая, что квагга — самостоятельный вид. Да и кто до него в Европе мог свободно рассуждать о квагге, ни разу не наблюдая ее в природе? «Квагга намного мельче зебры. Это красивое грациозное животное», — писал Левайян.

Буры, потомки голландских переселенцев, пришедшие в эти края задолго до поездки Левайяна, все, как один, думали иначе. Именно им мир «обязан» безвозвратной потерей квагги и других видов животных. Вся беда квагги состояла в том, что ее кожа годилась для изготовления бурдюков, в которых хранили зерно хозяйственные буры. От ее мяса они тоже не отказывались. Квагг отстреливали тысячами. Иногда животных гнали к пропасти. Сотни полосатых лошадей разбивались о камни.

В 1810—1815 годах по следам Левайяна прошел известный английский натуралист Бурчелл. Он снова привез в Европу сведения о южноафриканских животных. Среди них и о квагге. Но сведения эти были уже тревожными. «Утром наши охотники убили кваггу и съели ее». Такие записи часто встречаются на страницах книги.

А вот так описывает Бурчелл охоту на кваггу местных жителей Намакваленда. Африканцы брали у природы ровно столько, сколько им было нужно для пропитания племени — ни больше ни меньше. И это нисколько не влияло на поголовье животных. «Было вырыто множество ям, — пишет Бурчелл, — пространство между ними защищено линией толстых бревен, поставленных весьма часто, чтобы ни антилопы, ни дикие лошади не могли разрушить этой преграды. Линия тянулась на милю или две. В некоторых местах столбов не было, и тут находились глубокие ямы, мастерски прикрытые ветвями и травой. Когда животное попадало в такую яму, — заключает наблюдатель, — оно не могло пошевелить ни головой, ни ногами: ямы сужались книзу».

Местные жители называли квагг «игваха», «идабе», «гоаха» и не путали их с зебрами. Не следует думать, что среди европейцев, пришедших в Южную Африку в XVII веке, не было людей благоразумных и дальновидных: в 1656 году под охраной оказалась капская горная зебра, ее численность внушала опасения тогдашнему губернатору Калекой провинции Ван Рибеку. И это за сто с лишним лет до того, как по шкуре и костям, привезенным путешественниками, ее описал Карл Линнеи! Но кваггу, увы, никто не охранял… Вот запись, дошедшая до нас с 40-х годов прошлого века: «Скоро мы увидели стада квагг и полосатых гну, и бег их можно было сравнить разве что с мощной кавалерийской атакой или ураганом. Я приблизительно оценил их число в 15 тысяч. Над этим огромным стадом, напуганным нашей стрельбой, вились клубы пыли». Это строки из книги Уильяма Гарриса «Охота в Южной Африке». Добавим от себя. Сегодня пыль лежит на 19 шкурах и одном-единственном полном скелете квагги, уцелевших в крупнейших естественно-научных музеях мира.

А между тем Альфред Брем писал о ней в своей знаменитой книге «Жизнь животных», не догадываясь, что дни квагги сочтены. Сведения о внешнем виде квагги, сохранившиеся в труде Брема, дают самое полное представление об облике этого животного: «Тело ее сложено очень хорошо, голова красивая, средней величины, ноги сильные. По всей шее проходит короткая прямая грива, метелка на хвосте длиннее, чем у прочих тигровых лошадей. Основной цвет шкуры коричневый. Через голову, шею и плечи проходят серовато-белые полосы с красным отливом. Между глазами и ртом полосы образуют треугольник. Взрослые самцы бывают до двух метров длины, вышина в загривке доходит до 1,3 метра…».

Да, квагга была красива.

Через несколько десятков лет после открытия она стала достоянием зоологических и палеонтологических музеев, и в этом плане ей «повезло» больше, чем, скажем, стеллеровой корове: для истребления этого морского млекопитающего хватило и двух десятков лет. Правда, за несколько лет до полного исчезновения в Капской провинции и незадолго до ее окончательного истребления в Оранжевой республике в 1878 году квагг вывозили в Европу — в зоопарки. Несколько лет единичные особи протянули в неволе до 1883 года.

Бурчеллова зебра пережила свою родственницу ненадолго — последняя погибла в Гамбургском зоопарке в 1911 году, за год до того ее не стало в природе.

Как часто бывает в подобных случаях, люди начали прикидывать, какую пользу могло принести им то или иное животное, останься оно в живых. Было так и с кваггами. Вспомнили, что еще Кювье в 1821 году предлагал одомашнить зебр и, в частности, квагг. Тогда ни он, ни любой другой исследователь не могли знать всех преимуществ одомашнивания диких полосатых лошадей. Одомашнить их следовало не для того, чтобы по улицам резво разъезжали повозки, запряженные зебрами, как это было в Кейптауне в конце XVIII века. И совсем даже не затем, чтобы между Трансваалем и Солсбери существовала почтовая служба на зебрах. Это были единичные попытки использовать этих животных и не нашедшие последователей.

Причина была в другом. Квагга была невосприимчива к болезням, которые тысячами косили скот, ввозимый переселенцами из Европы. Переносчик этих заболеваний — муха цеце — стал синонимом зла для целых африканских областей, хуже колорадского жука, проникшего на картофельные поля Европы из Нового Света.

А теперь порассуждаем немного. Правда, это не пустые мечты, для их осуществления появляются кое-какие факты. В 1917 году некий майор Мэннинг, вернувшись из пустынных районов Каоковельда в Намибии, рассказывал, что видел целое стадо квагг. Ему, естественно, не поверили. Прошло несколько лет, и из Каоковельда вновь появились сообщения о кваггах. Обман зрения? Еще позднее один французский журналист, возвратившийся из Намибии, утверждал, что местные жители племени топнар уверяли его, будто квагга выжила в их краях.

Были ли такие случаи в истории естествознания, когда исчезнувшие, казалось бы, навсегда животные «возрождались»? Были. Видели сумчатого волка, поймали бермудского буревестника, попала в сети кистеперая целакантовая рыба латимерия, нашли загадочную нелетающую птицу такахе в Новой Зеландии, наконец. Огромные пространства Южной и Юго-Западной Африки еще неисследованы. В знойные полупустыни не заходят даже местные племена. Может быть, квагга жива?

ОХОТА НА ДОДО.

Давным-давно жила-была на острове Маврикий птица по имени додо.

Нет, если хорошенько подумать, так начинать нельзя. История додо вовсе не сказка, а быль, даже, можно сказать, суровая действительность. Попытаемся сделать вступление более точным.

В период, точка отсчета которого не может быть определена со всей достоверностью, но которая могла быть приблизительно отнесена к началу ледниковой эпохи, а сам период длился примерно года до 1680-го, крупная и нелетающая птица, представитель отряда голубиных, жила на Маврикии, или Зваанейланде, или Иль де Франс, и называлась додо, или додоерс, или дронт, или несколькими другими именами.

Но если кому-то из читателей уже известны все эти факты, можно начать иначе еще раз.

К востоку от Мадагаскара, протянувшись вдоль 20-й параллели к югу от экватора, расположены три довольно крупных острова. Сейчас они называются Реюньон, Маврикий и Родригес. Трудно сказать, кто именно открыл эти острова. Существует по меньшей мере одна старая карта, где этим трем островам даны арабские имена. Совершенно очевидно, что арабские торговцы сюда заплывали, но не обратили особого внимания на свое открытие, поскольку острова были необитаемыми, а торговать на необитаемых островах чрезвычайно трудно.

Европейскими первооткрывателями были португальцы, но, как ни странно, лишь со второго захода португальский первооткрыватель дал островам свое имя.

Этим человеком был Диого Фернанду Перейра, который плавал в этих водах в 1507 году. 9 февраля он обнаружил остров, расположенный в 400 милях к востоку от Мадагаскара, и назвал его Санта-Аполлония. Должно быть, это современный Реюньон. Вскоре корабль Перейры наткнулся на нынешний Маврикий. Моряки высадились на берег и назвали остров по имени своего корабля — Илья ду Серне.

Перейра двигался по направлению к Индии и в том же году чуть позже открыл остров Родригес.

Недостаток места не позволяет рассказать об истории Маскаренских островов, полной бесчисленных загадок и неясностей. Поэтому обратимся к дронту. Первыми об их существовании сообщили голландцы, они же первыми привезли живых птиц в Европу. Здесь их запечатлели художники, по большей части голландские, но, к сожалению, не очень точно.

Однако самую грубую ошибку совершили англичане. Около 1637 года живой маврикийский додо был доставлен в Англию. Он прожил здесь некоторое время, а после его смерти было сделано чучело, которое поместили в 1656 году в музей Трэйдескант в Лондоне. Несколько десятилетий спустя чучело додо перевели в музей Ашмолин в Оксфорде. Это произошло в 1683 году — как мы теперь знаем, через два года после того, как последний живущий додо был зарисован на Маврикии неким Бенджамином Гарри.

В 1755 году куратор музея Ашмолин решил, что изъеденное молью чучело наносит урон его прекрасной коллекции, и распорядился выбросить додо на помойку. В последний момент кто-то оторвал голову (частично разрушившуюся) и одну ногу (в прекрасном состоянии). И сейчас это, пожалуй, редчайшие из зафиксированных образцов.

Но даже эта краткая история содержит один поразительный факт. Первым ученым, включившим додо в 1605 году в число экзотических птиц в книгу по естественной истории, был Карл Клузиус. Позже Карл Линней дал птице научное название, и совершенно естественно додо вошел в зоологические труды Бюффона во Франции и Блюменбаха в Германии.

Но к 1800 году никто уже не видел додо. Доступные рисунки не казались убедительными. Мало того что они выглядели карикатурно, они еще и не совпадали друг с другом.

Некоторые ученые, пытаясь навести порядок и вымести мусор из научной литературы, начали сомневаться, а была ли вообще когда-нибудь такая птица?

Но давайте обратимся к первоисточникам. Первым, кто написал о додо, был голландский адмирал Якоб Корнелисзоон ван Нек, который прибыл на Маврикии во главе эскадры из восьми кораблей. Четыре из них вернулись в Голландию в 1599 году, остальные четыре— в 1601-м. Описание, сделанное ван Неком на голландском языке, появилось в 1601 году, в том же году оно было переведено на английский, французский и латынь, а годом позже — на немецкий языки.

Отрывок из дневника адмирала, в котором содержится первое упоминание о додо, гласит:

«Голубые попугаи весьма многочисленные здесь (имеется в виду Маврикий. — Ред.}, как и другие птицы; среди них есть одна, весьма приметная по размерам, ибо больше наших лебедей, с огромной головой, до половины покрытой перьями, как бы капюшоном. У этих птиц нет крыльев, вместо которых три или четыре черноватых выдающихся пера. Хвост состоит из нескольких мягких, загнутых внутрь перьев пепельного цвета. Этих птиц мы называли „валгфогель“, потому что чем больше и дольше их варишь, тем тверже и безвкуснее они становились. Тем не менее их брюшко и грудка приятны на вкус и легко перевариваются».

Голландское слово «валгфогель» в буквальном переводе означает «тошнотворная птица», но это ведет к одной из многочисленных ошибок, которые сопровождают историю додо.

В одной из последних очень подробных работ о додо — автором ее является маркиз Масауйи Хашисука — было зафиксировано не более не менее, как 79 разных наименований додо.

Голландский зоолог А. С. Оудеманс указывал в своей книге, посвященной додо, что в средне-голландском языке существовал глагол «дронтен» — нынче это слово считается неприличным. Но тогда оно имело значение «обрюзгший» или «раздутый», «надменный», «чванный», и это предположение звучит куда правдоподобнее. Профессор Оудеманс считает, что название «дронт» было образовано именно от этого слова.

Опираясь, с одной стороны, на подобные сообщения и, с другой — на зарисовки или сообщения о существовавших рисунках, сделанных с натуры, доктор Хашисука насчитал 12 особей додо, доставленных с Маврикия в Европу: одна попала в Италию, две — в Англию и девять — пять мужских особей и четыре женских — в Голландию.

Маврикийский додо исчез между 1681 (в тот год прозвучало последнее упоминание о живом додо) и 1693 годами, когда впервые додо не был упомянут в сделанном на месте списке животных острова. К 1750 году люди, жившие на острове, даже и не знали, что на Маврикии была когда-то такая птица.

Спустя столетие жил на Маврикии человек, который был очень усердным натуралистом. Этот человек, Джордж Кларк, не только знал о додо, но твердо решил найти его останки. Но только где искать?

На первый взгляд картина выглядела отнюдь не многообещающей.

«Фактически, — писал Кларк, — на Маврикии нет места, где бы почва носила такой характер, чтобы сохранить случайные захоронения, попавшие в нее. Кроме того, тропические дожди, сила которых хорошо известна, в некоторых местах настолько размывают поверхность и достигают такой мощи, что сдвигают с мест камни весом в сотни фунтов».

Написав это, Кларк внезапно пришел к новой идее. Если эти тропические дожди смывают с поверхности все, куда попадает то, что они смыли?

Что, если кости додо были смыты в одну из рек? Он начал раскопки около 1863 года и нашел на дне одного из болот большое количество костей додо, к огромному удивлению местных жителей — креолов, которые стояли вокруг и с раздражением взирали, как на поверхность их собственного острова извлекается то, о чем не было известно даже старикам. Теперь в результате успешных раскопок Джорджа Кларка стало ясно, что представлял собой скелет додо.

А другие острова? Другие додо? Острова Маврикий и Реюньон разделяют около 130 миль открытого морского пространства. Это не слишком большое расстояние для птиц с достаточной силой крыльев, и нет ничего удивительного в том, что одни и те же редкие виды встречаются на обоих островах и даже на Мадагаскаре. Но для нелетающей птицы 130 миль открытого морского пространства — все равно что три тысячи миль: она не может покрыть ни то ни другое расстояние. И совершенно очевидно, что маврикийский додо не мог добраться до Реюньона. Так же как и нелетающая птица Реюньона не могла попасть на Маврикий.

Тогда, логически рассуждая, следовало признать: если на Реюньоне существовал додо, он должен был отличаться от птицы с Маврикия.

Да, на Реюньоне был додо и он отличался от додо с Маврикия, но в течение более чем ста лет натуралисты изо всех сил старались не замечать этих отличий.

Возможно, потому, что поверхность Реюньона более гористая, чем поверхность Маврикия, белый додо (а там водился именно такой) просуществовал дольше, чем додо с Маврикия.

Впервые додо с Реюньона перестали упоминать в обзорах начиная с 1801 года. Возможно, птицы стали жертвами собак, крыс и свиней во второй половине XVIII столетия.

Теперь отправимся на третий из Маскаренских островов, Родригес. Здесь селились, когда не было лучшего выбора. Сначала это были французские гугеноты — маленькая группа, состоявшая всего лишь из 11 мужчин. В руководители они избрали человека, которому в то время было слегка за пятьдесят, по имени Франсуа Лега.

И другие путешественники, побывавшие на Родригесе до Лега, говорили, что здесь есть додо, но Лега был первым, кто прожил на острове достаточно длительное время. К тому же Лега умел рисовать. Он снабдил свою книгу иллюстрациями, и нет никаких сомнений, что зарисовки были сделаны на острове, поскольку среди них оказались достаточно сложные карты и планы.

«Среди всех птиц на острове, — говорится в английском издании книги Лега, — самый замечательной является додо, названная „отшельник“, и которые тем не менее здесь в изобилии. Перья самцов коричневато-серого цвета, ноги и клюв, как у индюка, но клюв несколько более загнутый. У них едва ли есть хвост, но их задняя часть покрыта перьями и круглая, как круп лошади; они выше индюков… Кость крыла становится к концу крупнее и образует небольшую круглую массу под перьями величиной с мушкетную пулю. Это, а также клюв являются главными орудиями защиты птицы. Ее трудно поймать в лесу, но легко на открытом пространстве, поскольку мы бегаем быстрее, чем они. Некоторые из самцов весят сорок пять фунтов». Лега сообщал, что самцы имеют коричневую окраску, а самки либо коричневые, либо «светлее, цвета волос блондинов»; скорее всего, более темный окрас принадлежит самкам постарше.

Других изображений «отшельника», кроме рисунков Лега, не существует.

У нашей истории, рассказанной, к сожалению, лишь конспективно, есть постскриптум, который можно назвать «додо из Назарета» м отнести в область современной криптозоологии.

Случай этот был великолепно прояснен Иосифом Христиановичем Хамелем из российской императорской Санкт-Петербургекой Академии наук, который опубликовал довольно подробное исследование в бюллетене физико-математической секции в 1848 году.

Как мы помним, голландцы назвали додо «валгфогель», то есть «тошнотворная птица», поскольку на вкус она была весьма неприятна. Французы перевели это название правильно, но некий Франсуа Коше, который провел две недели на Маврикии в 1638 году, писал о додо как о птицах Назарета. Он подумал, наверное, что слово nausee (тошнота) на самом деле означает слово Nazaret, сходное по звучанию на французском. А раньше на морских картах было место под названием Назарет, причем оно было расположено недалеко. Оно существует и по сей день, только теперь так называется отмель, хотя на ранних картах так назывался остров. Профессор Хамель полагал, что это была обыкновенная ошибка.

Возможно, он был прав. Но когда голландский профессор Оудеманс проверил старые карты, то обнаружил, что место под названием Назарет располагалось не рядом с островом, о котором мы теперь знаем, что это никакой не остров, а рядом и с ныне существующим крохотным островком, который на современных картах носит название Тромлен.

Об острове Тромлен известно немногое. Похоже, что он не имеет никакого значения, поскольку в последнем издании адмиралтейских карт говорится, что он может быть расположен и в пяти милях от отмеченного на карте места. Возможно, создатели старых карт, которые просматривал профессор Оудеманс, попросту написали рядом с ним «Назарет», поскольку знали, что где-то там находится место с таким названием.

Но Оудеманс заявил, что додо не может быть вычеркнут навсегда из списка живых птиц, пока не будет тщательно исследован островок Тромлен.

В принципе Оудеманс прав: пока есть неисследованные пути, охоту на додо нельзя считать законченной.

Примечания.

1.

Имеется в виду речь — способность, присущая только человеку. (Здесь и далее примеч. ред.).

2.

Речь идет о ритуале; это свидетельствует о том, что Габриэл находился среди людей.

3.

Здесь, вероятно, смешиваются два совершенно разных понятия. Лесные люди, о которых рассказал Г. Циклаури, и гулябаны не могут означать одно и то же. Подробно о гулябанах см. в монографии Б. Ф. Поршнева «Современное состояние вопроса о реликтовых гоминоидах» (М.: ВИНИТИ, 1963).

4.

Эти «киты» в действительности являются дельфинами, тогда как название «киты» Должно быть сохранено только за усатыми китами.

Оглавление.

Зоопарк диковин нашей планеты. ОТ АВТОРА-СОСТАВИТЕЛЯ. РУСАЛКА — НА ВЕТВЯХ?! НЕ ВОНЯЕТ ЛИ ВАША ДЕВУШКА РЫБОЙ? «СНЕЖНЫЙ ЧЕЛОВЕК»: НОВАЯ ГЕОГРАФИЯ ПОИСКА. ЖИЗНЬ В ЛЕСУ, ИЛИ УДИВИТЕЛЬНЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ ГАБРИЭЛА ЦИКЛАУРИ. НЕИЗВЕСТНОЕ СОЗДАНИЕ ПРИРОДЫ ИЛИ РУКОТВОРНЫЕ ВАМПИРЫ? НЕОБХОДИМЫЙ ЭКСКУРС В ПРОШЛЫЙ ВЕК. «Нечто» из Девоншира. На 150 квадратных километрах. Встреча в лесу. Обескураживающие теории. Животное или дьявол? Феноменальное. Ответа пока нет. ЗАГАДОЧНЫЕ КОШКИ КОРНУОЛЛА. ВЕРНЕМСЯ В ПУЭРТО-РИКО. Блуждающая загадка. Только ли в Америке? Чупакабра в Кременчуге? «Летающий» в дебрях уссурийской тайги. Люди-филины. Беззубый волк? Сумасшедший с собакой? Семейство пум? Не обошли стороной и Галисию. Тенерифе: задолго до чупакабрас. Все новое — хорошо забытое старое. Что же скрывается за всем этим? Полигон для биологических опытов? Характерные черты чупакабрас. Результаты вскрытия одной из жертв чупакабрас. Возвращение чупакабрас. Появление с жарой. Отсутствие крови. Вскрытие цыпленка. Новые неизвестные. Всегда рядом. В последний час. ЭВЕРГЛЕЙДСКИЙ КОШМАР. Фатальное пристрастие. Тошнотворный запах. «Костюм гориллы». Болотный монстр. МИР НЕБРОСКИХ ГИГАНТОВ. Все новые и новые виды. Необходим рисунок. Морское чудовище, похожее на льва. Манта с женскими руками. Молочные братья — гигантский спрут и морской змей. ЭТО СЛУЧИЛОСЬ НА КАСПИИ. Рассказывает Дмитрий Хафизов. КАСПИЙСКОЕ ЧУДОВИЩЕ. ЗАГАДКА ОЗЕРА ХЕППО-ЯРВИ. МОНСТР ИЗ ЛИПЕЦКОЙ ОБЛАСТИ. ЧЕРНОМОРСКАЯ НЕССИ. ДИНОЗАВРЫ С МЕДВЕЖИХ ОЗЕР. ХРАНИТЕЛЬ ПОДВОДНЫХ СОКРОВИЩ. Рыба-дьявол. Невероятный спрут «Тружеников моря». Жертва осьминога-младенца. Омерзительная анатомия. Битва Жильята со спрутом. Источник информации Гюго. Борьба науки с писателем. Спрут менее агрессивен, чем тыква? Входим ли мы в меню осьминога? Спрут — жертва своей природной агрессивности. Водолазы подвергаются наибольшему риску. Опасность пропорциональна размерам противника. Из семейного альбома головоногих. Жюль Верн — лжеученый. Немного систематики. Головоногие с восемью и десятью ногами. Исчезающая раковина. Ползающие, плаваюшие и летающие головоногие. Часто путают осьминогов и кальмаров. СМЕРТОНОСНЫЙ ЧЕРВЬ ОЛГОЙ-ХОРХОЙ. Убивает на расстоянии. Ефремов ничего не выдумал. ПОСЛЕДНИЕ ДРАКОНЫ АФРИКИ? Сраженный катапультой. Атакующий человека. С рогами и волосами. ВОН ОН, ЗМЕЙ, В ВОДЕ МАЯЧИТ… ЛЕГЕНДЫ МАДАГАСКАРА. ЧУДОВИЩА ИЗ ГЛУХИХ УГОЛКОВ. Проглоченный боа. Амазонские монстры. Автоматные очереди. Встреча на Риу-Негру. В африканской глуши. ПЕЧАЛЬНАЯ ПОВЕСТЬ О КВАГГЕ. ОХОТА НА ДОДО. Примечания. 1. 2. 3. 4.