Комедии. Сказки для театра. Трагедии.

Явление тринадцатое.

Розаура. Синьора маркиза, мне невозможно дольше оставаться в Монтефоско.

Беатриче. Почему?

Розаура. Я слышала, как эти наглые бабы пели песенку, сложенную про меня. Она полна оскорблений!

Панталоне. Дорогая дочка, вы, должно быть, не так поняли. Мне никогда не приходилось слышать, чтобы эти женщины пели что-нибудь подобное.

Розаура. Но я слышала здесь, на этом самом месте! Это неаполитанская песенка, высмеивающая меня.

Беатриче. Клянусь небом, эти мерзавки поплатятся у меня за такие дела! Если бы маркиз, мой сын, узнал об этом, он был бы разгневан.

Розаура. О, синьор маркиз знает!

Беатриче. Знает? Откуда вам известно, что он знает?

Розаура. Да он сейчас сам у Джаннины распевает эту песенку вместе со всеми, и я даже думаю, что он-то ее и сочинил.

Беатриче. Не может быть! Вы, должно быть, ошиблись.

Розаура. О нет, синьора! Я не ошиблась. Окна домика Джаннины выходят в наш сад. Я услышала пение и подошла. Когда они меня увидели, то принялись петь еще громче, а синьор маркиз дирижировал.

Панталоне. И подыгрывал им на гитаре?

Беатриче. Синьор Панталоне, отправляйтесь сейчас же к этой твари и скажите моему сыну, чтобы он шел сюда.

Розаура. Идите, идите! Там споют куплетик и про вас.

Панталоне. Если они осмелятся петь про меня, — честное слово, я их отколочу! (Уходит.).