Пьяный корабль. Стихотворения.

I. После потопа.

Едва лишь осела покойная воля Потопа,

Застыл в колокольцах и злаках колеблемых заяц и молитву вознес небесной радуге сквозь паутину.

О, сокрывшиеся драгоценные камни – там уже озирались цветы.

На замызганной улице встали прилавки, и к морю пришлось вытягивать барки, в ступенчатый верх, как на старых гравюрах.

Стекала кровь у Синей Бороды, – на бойнях, – с трибун, где Божия печать бледнила окна. Стекало с кровью молоко.

Работали бобры, дымился жидкий кофе на разлив.

В огромном доме стекол, еще слезящемся, в траур одетые дети смотрели на чудо-картины.

Хлопнула дверь, и ребенок на площади сельской руки воздел, уловил флюгеры и жируэтки под разразившимся шквалом.

В Альпах дама NN воздвигла рояль. На сотне тысяч престолов собора мессу служили и с торжеством причащали.

Тронулись в путь караваны. Сиятельный Чертог построен был в полярном хаосе ночей и льдов.

И тогда – Луна услыхала шакалов вытье с полей чабреца, и эклоги ворчливых сабо по садам. И стволом фиолетовым, почкой набухшей поведал эвхарис, что это весна.

Глухо; пруды, – пенься, мосты и леса заливая, – орга́ны и траурный креп, – и молнии, грохот, – поднявшись, кружитесь, – печали и воды, поднявшись, Потопы отверзните.

Ибо после рассеянья их – о, таящиеся драгоценные камни, и раскрытье цветов! – только скука! И Царица, Колдунья, что угли свои в глиняном тигле раздула, никогда не захочет открыть то, что ведомо ей – неизвестное нам.