Пьяный корабль. Стихотворения.

Праведник.

(Фрагмент).

Как проглотив аршин, являя строгий норов,

Сидел он, златолик; а я твердил в поту:

«Ты хочешь созерцать сверканье метеоров?

Жужжанье млечных звезд подслушать на лету?

Учуять бег планет в безмолвии просторов?

Твой лоб ночная блажь изрыла, словно крот.

Святой, вернись под кров и помолись прилежно,

Умильно покривясь, прикрой ладонью рот;

А блудный твой клеврет толкнет тебя небрежно —

Скажи: подале, брат! я сломлен, я урод!».

Святой остался прям – от сокровенной боли.

Тревожась, голубел, как сумеречный луг…

«О чертов слезокап, продай свои мозоли,

О гефсиманский страж, певец бретонских вьюг,

Зашитый в благодать – благослови нас, что ли!

Семейный патриарх и городской тиран,

Ты сердце обмакнул в Грааля кровь святую,

Величьем ослеплен, слепой любовью пьян;

Я уязвлен тобой, и ныне я бунтую —

Ты гаже сотни сук, глупей, чем Калибан!

Смеюсь и слезы лью; глупец! твоих обеден.

Не надобно – принять прощенье не смогу;

Я проклят навсегда, я пьян, безумен, бледен;

Мне мерзко все, что спит в твоем тупом мозгу;

Усни и ты, святой! Покой тебе не вреден.

Ты свят, о да, ты свят! В нелепостях белесых.

И скопческим умом, и нежностью шурша,

Ты фыркать норовишь, как гурт китов безносых;

Спеша себя изгнать, отпеть себя спеша,

Ты вдребезги разбил свой кривоватый посох!

Господень Зрак, ты – трус! Я эту тайну выдам —

Пускай смертельный хлад божественных ступней.

Дыханье мне собьет… Твой лоб запродан гнидам!

Сократ и Иисус, святые давних дней,

В ночи воздайте честь Тому, Кто мерзок видом!».

Надрывно я кричал, а ночь была светла.

И благостна; меня трепала лихорадка;

И призрак просквозил вдоль потного чела,

И злобу с губ кривых омыл он без остатка…

– О темные ветра, кляните Князя Зла!

Я стану слушать вас в немеющих просторах.

Лазури, где, хвосты кометам удлиня,

Порядок, вечный страж, толчками вёсел спорых.

Плывет сквозь океан небесного огня.

И бреднем по пути сгребает звездный ворох!

Исчезни поскорей, постыдная удавка!

Томительная сласть прожеванной тоски.

Впивается в десну, как жадная пиявка —

Так зализать в боку торчащие кишки.

Пытается, скуля, пораненная шавка.

О милосердьи врут – ни шагу вправо-влево…

– О, как меня мутит от скорбных ланьих глаз,

От липких сальных слов тягучего напева,

От кучи сосунков, что славят смертный час —

Святые, мы ещё нагадим вам во чрева!