Русские сказки.

XIV.

Лежит смиренно-упрямый человек Ванька под поветью, наработался, навозился – отдыхает Прибежал к нему боярин, орет:

– Ванька, вставай!

– А для че?

– Ай да Москву спасать!

– А чего она?

– Поляк обижает![45].

– Ишь, пострел…

Пошел Ванька, спасает, а бес Болотников[46] кричит ему:

– Дурова голова, чего ты на бояр даром силу тратишь, подумай!

– Я думать не привычен, за меня святые отцы-монахи больно хорошо думают, – сказал Ванька.

Спас Москву, пришел домой, глядит – повети нет.

Вздохнул:

– Эки воры!

Лег на правый бок для хороших снов, пролежал двести лет, вдруг – бурмистр бежит;

– Ванька, вставай!

– Чего оно?

– Айда Россию спасать!

– А кто ее?

– Бонапарат о двенадцати языках!

– Ишь его как… анафема!

Пошел, спасает, а бес Бонапарт нашептывает ему:[47].

– Чего ты, Ваня, на господ стараешься, пора бы те, Ванюшка, из крепостной неволи выйти!

– Сами выпустят, – сказал Ванька.

Спас Россию, воротился домой, глядит – на избе крыши нет.

Вздохнул:

– Эки псы, всё грабят!

Пошел к барину, спрашивает:

– А что, за спасение России ничего не будет мне?

А барин его спрашивает:

– Хошь – выпорю?

– Нет, не надо! Спасибо.

Еще сто лет поработал да проспал; сны видел хорошие, а жрать нечего. Есть деньги – пьет, нет денег – думает:

«Эхма, хорошо бы выпить!..».

Прибежал стражник, орет:

– Ванька, вставай!

– Еще чего?

– Айда Европу спасать!

– Чего она?

– Немец обижает!

– И что они беспокоятся, тот да этот? Жили бы…

Пошел, начал спасать – тут ему немец ногу оторвал. Воротился Ванька на одной ноге, глядь – избы нет, ребятишки с голоду подохли, на жене сосед воду возит.

– Ну и дела-а! – удивился Ванька, поднял руку, затылок почесать, а головы-то у него и нету!