Снегурочка.

Явление второе.

Весна-Красна, Дед-Мороз.

Мороз.

Весна-Красна, здорово ли вернулась?

Весна.

И ты здоров ли, Дед-Мороз?

Мороз.

Спасибо,

Живется мне не худо. Берендеи.

О нынешней зиме не позабудут,

Веселая была; плясало солнце.

От холоду на утренней заре,

А к вечеру вставал с ушами месяц.

Задумаю гулять, возьму дубинку,

Повыясню, повысеребрю ночку,

Уж то-то мне раздолье и простор.

По богатым посадским домам.

Колотить по углам,

У ворот вереями скрипеть,

Под полозьями петь.

Любо мне,

Любо, любо, любо.

Из леску по дорожке за возом воз,

На ночлег поспешает скрипучий обоз.

Я обоз стерегу,

Я вперед забегу,

По край-поля, вдали,

На морозной пыли.

Лягу маревом,

Средь полночных небес встану заревом.

Разольюсь я, Мороз,

В девяносто полос,

Разбегуся столбами, лучами несметными,

Разноцветными.

И толкутся столбы и спираются,

А под ними снега загораются,

Море свету-огня, яркого,

Жаркого,

Пышного;

Там сине, там красно, а там вишнево.

Любо мне,

Любо, любо, любо.

Еще злей я о ранней поре,

На румяной заре.

Потянулся к жильям из оврагов полянами,

Подкрадусь, подползу я туманами.

Над деревней дымок завивается,

В одну сторону погибается;

Я туманом седым.

Заморожу дым.

Как он тянется,

Так останется,

По-над полем, по-над лесом,

Перевесом,

Любо мне,

Любо, любо, любо.

Весна.

Не дурно ты попировал, пора бы.

И в путь тебе, на север.

Мороз.

Не гони,

И сам уйду. Не рада старику,

Про старое скоренько забываешь.

Вот я, старик, всегда один и тот же.

Весна.

У всякого свой норов и обычай.

Мороз.

Уйду, уйду, на утренней заре,

По ветерку, умчусь к сибирским тундрам.

Я соболий треух на уши,

Я оленью доху на плечи,

Побрякушками пояс увешаю;

По чумам, по юртам кочевников,

По зимовкам зверовщиков.

Заброжу, заброжу, зашаманствую,

Будут мне в пояс кланятся.

Владычество мое в Сибири вечно,

Конца ему не будет. Здесь Ярило.

Мешает мне, и ты меня меняешь.

На глупую породу празднолюбцев.

Лишь праздники считать да браги парить.

Корчажные, да вари ведер в сорок.

Заваривать медовые умеют.

Весеннего тепла у солнца просят.

Зачем – спроси? Не вдруг пахать возьмется,

Не лажена соха. Кануны править.

Да бражничать, весняки петь, кругами.

Ходить всю ночь с зари и до зари, –

Одна у них забота.

Весна.

На кого же.

Снегурочку оставишь?

Мороз.

Дочка наша.

На возрасте, без нянек обойдется.

Ни пешему, ни конному дороги.

И следу нет в ее терем. Медведи.

Овсянники и волки матерые.

Кругом двора дозором ходят; филин.

На маковке сосны столетней ночью,

А днем глухари вытягивают шеи,

Прохожего, захожего блюдут.

Весна.

Тоска возьмет меж филинов и леших.

Одной сидеть.

Мороз.

А теремная челядь!

В прислужницах у ней на побегушках.

Лукавая лисица-сиводушка,

Зайчата ей капустку добывают;

Чем свет бежит на родничок куница.

С кувшинчиком; грызут орехи белки,

На корточках усевшись; горностайки.

В приспешницах сенных у ней на службе.

Весна.

Да все ж тоска, подумай, дед!

Мороз.

Работай,

Волну пряди, бобровою опушкой.

Тулупчик свой и шапки обшивай.

Строчи пестрей оленьи рукавички.

Грибы суши, бруснику да морошку.

Про зимнюю бесхлебницу готовь;

От скуки пой, пляши, коль есть охота,

Чего еще?

Весна.

Эх, старый! Девке воля.

Милей всего. Ни терем твой точеный,

Ни соболи, бобры, ни рукавчики.

Строченные не дороги; на мысли.

У девушки Снегурочки другое:

С людьми пожить; подружки нужны ей.

Веселые да игры до полночи,

Весенние гулянки да горелки.

С ребятами, покуда…

Мороз.

Что покуда?

Весна.

Покуда ей забавно, что ребята.

Наперебой за ней до драки рвутся.

Мороз.

А там?

Весна.

А там полюбится один.

Мороз.

Вот то-то мне и нелюбо.

Весна.

Безумный.

И злой старик! На свете все живое.

Должно любить. Снегурочку в неволе.

Не даст тебе томить родная мать.

Мороз.

Вот то-то ты некстати горяча,

Без разума болтлива. Ты послушай!

Возьми на миг рассудка! Злой Ярило,

Палящий бог ленивых берендеев,

В угоду им поклялся страшной клятвой.

Губить меня, где встретит. Топит, плавит.

Дворцы мои, киоски, галереи,

Изящную работу украшений,

Подробностей мельчайшую резьбу,

Плоды трудов и замыслов. Поверишь,

Слеза проймет. Трудись, корпи, художник,

Над лепкою едва заметных звезд –

И прахом все пойдет. А вот вчера.

Из-за моря вернулась птица-баба,

Уселась на полынье широкой.

И плачется на холод диким уткам,

Ругательски бранит меня. А разве.

Моя вина, что больно тороплива,

Что с теплых вод, не заглянувши в святцы,

Без времени, пускается на север.

Плела-плела, а утки гоготали,

Ни дать ни взять в торговых банях бабы;

И что же я подслушал! Между сплетень.

Такую речь сболтнула птица-баба, –

Что, плавая в заливе Ленкоранском,

В Гилянских ли озерах, уж не помню,

У пьяного оборвыша факира.

И солнышко горячий разговор.

Услышала о том, что будто Солнце.

Сбирается губить Снегурку; только.

И ждет того, чтоб заронить ей в сердце.

Лучом своим огонь любви; тогда.

Спасения нет Снегурочке, Ярило.

Сожжет ее, испепелит, растопит.

Не знаю как, но умертвит. Доколе ж.

Младенчески чиста ее душа,

Не властен он вредить Снегурке.

Весна.

Полно!

Поверил ты рассказам глупой птицы!

Недаром же ей кличка – баба.

Мороз.

Знаю.

Без бабы я, что злой Ярило мыслит.

Весна.

Отдай мою Снегурочку!

Мороз.

Не дам!

С чего взяла, чтоб я такой вертушке.

Поверил дочь?

Весна.

Да что ж ты, красноносый,

Ругаешься!

Мороз.

Послушай, помиримся!

Для девушки присмотр всего нужнее.

И строгий глаз, да не один, а десять.

И некогда тебе, и неохота.

За дочерью приглядывать, так лучше.

Отдать ее в слободку Бобылю.

Бездетному, на место дочки. Будет.

Заботы ей по горло, да и парням.

Корысти нет на бобылеву дочку.

Закидывать глаза. Согласна ты?

Весна.

Согласна, пусть живет в семье бобыльской;

Лишь только бы на воле.

Мороз.

Дочь не знает.

Любви совсем, в ее холодном сердце.

Ни искры нет губительного чувства;

И знать любви не будет, если ты.

Весеннего тепла томящей неги,

Ласкающей, разымчивой…

Весна.

Довольно!

Покличь ко мне Снегурочку.

Мороз.

Снегурка,

Снегурушка, дитя мое!

Снегурочка (выглядывает из лесу).

Ау!

(Подходит к отцу.).