Тайник Русского Севера.
Под материнским крылом.
Но где же тот ключ, который позволяет приоткрыть тайны минувших времен? Да вот же он перед нами — сокрыт в архаичных стихах хотя бы всё той же Голубиной книги! Вдумайтесь в вопросы, которые волновали наших пращуров:
Именно тут и обнаруживается любопытнейшая деталь, которая позволяет проникнуть в самую сокровенную тайну древнего мировоззрения: в приведенном варианте владыки природных царств и стихий величаются не отцами, а матерями (наподобие того, как это запечатлелось и в известной поговорке «Киев — мать городов русских», хотя и название Киева, и слово «город» мужского рода). Например: Который камень камням мати [ударение на последнем слоге]? Ответ: Белый (А)латырь-камень всем камням мати. Что же сие означает в глубинном социокультурном аспекте? А вот что: многие вопросы Голубиной книги зародились еше в те времена, когда господствовали матриархальные отношения, а мать была главой рода, «царицей» племени и т. п.
Сохранилось ли имя той древней матери? Сохранилось — наиболее близкое нам по времени и по духу. Это — Мать Сыра Земля! Именно к ней и обращались русские люди во всё тех же «духовных стихах»:
Но и сама Мать Сыра Земля просит перед самим Господом Богом за весь грешный род людской:
Почувствовав приближение смерти, уморенная голодом боярыня Морозова вспоминает прежде всего не христианского Бога и даже не семью свою, а глубинные основы человеческого бытия, восходящие к Матери Сырой Земле: «Не подобно телу моему в нечистоте одежды возлечь в недрах Матери своей Земли» [выделено мной. — В.Д.]. В самом деле, когда пращуры наши благоговейно говорили «Мать-земля», это была не метафора, а интуитивное осознание своей неотделенности от Вселенной в ее земном, планетарном проявлении, своеобразное «почвенничество» в прямом смысле данного слова.
В эпических и лирических песнях, сказаниях и мифах многих народов воссоздан неповторимый образ Матери-Земли. Тема эта в общем-то неисчерпаема. Сошлемся лишь на один пример: в нем, как в капле воды, отражается преклонение и благоговение людей перед своей естественной заступницей и кормилицей. Образ этот заимствован из якутского героического эпоса «Нюргун Боотур Стремительный» (но не меньшие по красоте и проникновенности строки можно отыскать и у других народов):
