Всемирная история пиратства.
13. Франсуа ле Клерк (Fransois le Clerc).
Франсуа ле Клерк (в ином написании: Леклерк), французский корсар (? – 1563 г.), промышлявший на Карибах и в Атлантике, вошел в историю пиратства не только потому, что его рейды принесли добычи на $ 7,5 миллиона. Ле Клерк со своей командой были первыми европейцами, атаковавшими испанские галеоны с золотом. Кроме того, Франсуа ле Клерк – первый из пиратов, кто использовал протез нижней конечности.
Ему пришлось прибегнуть к протезу после того, как он лишился ноги в одном из сражений. Кстати, протез обеспечил ему прозвище: «Свиная Нога» (Jambe de Bois). И еще один штрих к личности этого человека: будучи воспитан в христианской вере, ле Клерк всегда был убежденным католиком. Его руки не были обагрены кровью ни одного священника!
Родом ле Клерк был из Нормандии. Это был зажиточный человек. Ему, в отличие от многих его коллег по ремеслу, не было необходимости служить под чьим-то началом, дожидаясь, когда корабль попадет в руки пиратов, к которым ему можно будет потом примкнуть. Ле Клерку было куда проще: он снаряжал в рискованные экспедиции собственные корабли. Мало того, не довольствуясь личными походами, ле Клерк находил возможным и правильным финансировать чужие пиратские рейды, с которых – в случае удачного их завершения – он, естественно, получал свою долю.
Пираты, служившие под началом ле Клерка, его любили и преклонялись перед ним. Он славился своей храбростью и отвагой. Именно ле Клерк всегда первым запрыгивал на палубу атакуемого пиратами корабля! Впрочем, ему зачастую крепко доставалось – например, в ряде сражений с судами королевского флота Британии при острове Гернси (1549) ле Клерк не только получил серьезное ранение в руку, но еще вдобавок лишился одной из ног! Случившееся могло бы поставить крест на чьей угодно карьере, но к ле Клерку это никак не относилось. Руку он благополучно и быстро вылечил; а вот с ногой пришлось повозиться. Однако, будучи состоятельным человеком, ле Клерк мог позволить себе воспользоваться лучшими исследовательскими разработками того времени. И так случилось, что потерянную ногу ему удачно заменил… протез! Да, не обычная по тем временам деревянная нога, а именно протез: ле Клерк не только не желал ковылять по палубе, словно калека, – ему хотелось в полной мере восстановить свои функциональные способности! Очевидцы рассказывали, что наличие протеза ни в коей мере не уменьшило его прыти – боевой удалью он по-прежнему умудрялся превосходить тех, кто, в отличие от него, сражался на своих двоих. За проявленные им превосходные воинские качества и изрядные заслуги ле Клерк был даже удостоен в 1551 году дворянского звания!
Не успев толком залечить свои раны, неутомимый корсар незамедлительно вышел в море и совершил немало крайне успешных рейдов против испанских торговых судов.
А в 1553 году французский король решился на занятный эксперимент: снарядить и отправить в Карибский регион специальную эскадру, которая бы одновременно была представлена как военными кораблями королевского флота, так и пиратскими судами. Ле Клерк горячо откликнулся на предложение монарха (некоторые источники даже приписывают авторство этого проекта именно ему) и возглавил объединенную эскадру. В состав ее вошли 10 кораблей; из них семь были пиратскими, а три – принадлежали королю. Один из королевских фрегатов ле Клерк сделал своим флагманом. Таким образом, в направлении Карибского моря от берегов Франции двинулась достаточно мощная эскадра.
Понятное дело, что массированного удара французской эскадры на островах Карибского моря никто не ожидал. Внезапность нападения, численность кораблей и огневая мощь позволили военным планам французов блестяще осуществиться. Первой их жертвой стал город Сан-Херман на о. Пуэрто-Рико. Надо заметить, что этому городку уже не впервой крепко доставалось от французских корсаров. Не стал исключением и этот раз: Сан-Херман был вновь беспощадно разорен. Войдя во вкус, французская эскадра двинулась к побережью Кубы, где и вовсе не встретила никакого сопротивления. Французы вчистую разграбили все береговые населенные пункты, не брезгуя ничем. После Кубы настала очередь знаменитого городка Лас-Пальмас на Канарах. Кстати, именно там пиратам удалось захватить роскошную генуэзскую каракку (четырехпалубное судно).
Далее источники расходятся.
Согласно одним, ле Клерк, вполне удовлетворившись богатейшей добычей, повел эскадру домой, а на следующий, 1554 год он вновь вернулся на Карибы во главе эскадры из восьми кораблей, на борту которых находилось свыше трехсот солдат. По другой же версии, французы не стали возвращаться к родным берегам, а продолжили свой грабительский рейд. По ходу дела они первыми из европейцев высадились на острове Санта-Лючия, находившемся на границе Карибского моря и Атлантического океана. Вблизи Санта-Лючии располагался Голубиный остров. Ле Клерк счел его исключительно годным для того, чтобы атаковать с него проплывающие суда испанцев, и, как всегда, оказался прав!
Как бы то там ни было, но в 1554 году французы избрали своей целью самый крупный кубинский город – Сантьяго-де-Куба. Гарнизон был совершенно бессилен перед мощью французской эскадры. Город пал, а французы на протяжении целого месяца стали его полновластными хозяевами. Они отплыли не ранее, чем собрали колоссальный выкуп с незадачливых и безропотных кубинцев. Урон, нанесенный Сантьяго-де-Куба, оказался настолько серьезен, что некогда процветавший город совершенно захирел, уступив пальму первенства Гаване. Уделом же населения Сантьяго-де-Куба отныне была лишь нищета…
Удовлетворившись наконец размером добычи, ле Клерк направил корабли эскадры к берегам родной Франции. Свидетельства о характере его деятельности в последующие несколько лет большей частью отсутствуют; вполне возможно, что на своих кораблях он предпринял еще не один пиратский набег. Доподлинно известно, что в 1560 году он напал со своими кораблями на побережье Панамы, причинив тамошним селениям невероятный урон. А оказался он там лишь потому, что собирался перехватить богатый караван испанских кораблей, в чем также преуспел.
А в апреле 1562 году произошло событие, которое сделало ле Клерка из чуть ли не национального героя… – предателем!
Вот как это случилось.
В ряде провинций Нормандии неожиданно вспыхнули бунты протестантов. Английская королева Елизавета I, норовившая пресекать религиозные волнения в корне, тотчас же снарядила войска, которые, стремительно высадившись в портовом французском городе Гавре, заняли его почти на год. Казалось бы, ле Клерк непременно должен был броситься на выручку своим землякам. А он избрал, неведомо почему, совсем иной путь. Ле Клерк… примкнул к англичанам и сражался на их стороне.
Объяснения его поступку нет.
Он был богат, знатен, влиятелен.
В награде от британской короны уж он-то никак не нуждался!
Но произошло невероятное: ле Клерк не только способствовал проникновению английских войск на территорию Нормандии, но еще принялся нападать на своих кораблях на французские суда! По истечении года ле Клерк обратился к королеве Елизавете с просьбой воздать ему по-королевски за предательство. Речь шла о внушительной пенсии, которую ле Клерк желал получать пожизненно.
Королева отказала ему!
Ле Клерк оказался в безвыходном положении. Англичане его не жаловали, несмотря на то, сколько ле Клерк всего для них сделал. А родину свою корсар предал, так что рассчитывать на что-либо иное, кроме смертной казни, ему теперь не приходилось.
Что оставалось делать ле Клерку?
Спасаться на своих кораблях в море.
Именно так он и поступил.
Все тщательно взвесив, ле Клерк двинулся к Азорским островам. Выбор его был далеко не случаен. Расположенные в Атлантическом океане, Азорские острова, по сути, являлись центром торговли между Европой, Индией и Америкой. Их гавани принимали галеоны, груженные золотом и сокровищами, вывезенными из Перу и Мексики.
Именно там ле Клерк рассчитывал утешиться, заполучив добычу, которая позволила бы ему смириться с потерей родины. Однако этому не суждено было свершиться. В том же 1563 году ле Клерк погиб в одной из первых же схваток, намереваясь захватить сразу же несколько испанских галеонов с золотом. Судьба, можно сказать, все-таки оказала ему милость, высшую милость, на которую вправе рассчитывать лишь истинный воин, каким был ле Клерк, – встретить смерть не на больничной койке, а с оружием в руках…