За завесой 800-летней тайны (Уроки перепрочтения древнерусской литературы).
СЛОВО О ПОЛКУ ИГОРЕВЕ.
(Вариация 1987-го года.).
1. ЗАПЕВ.
Нам старых словес не выговорить,
Их синтаксис — тяжеловат.
Песнь о походе Игоревом
Исполним на новый лад.
Исполним. Невзгоды и годы
Не вытрут народную память!
(Герои — в историю входят.
Пигмеи — влипают...)
Бояновых истин ученья
Мудры. (Но сегодня — молчите!)
За горькую боль отреченья
Простите, Учитель.
Я чту Вас, но ныне я с теми,
Кто правит свой собственный след.
Поэт неотрывен от темы,
Когда он и вправду — Поэт.
Иначе он войском Игоревым
Останется на лугу
Свидетельством битвы проигранной...
Но Вас — я люблю. И не лгу!
Стихов Ваших щекот соловий
В веках ещё будет звучать.
Но ныне рождается «Слово»,
Нет силы — молчать...
2. ВЫСТУПЛЕНИЕ.
...Сигнала ждет отряд.
Мужи скучают нехотя.
Гонца шлет к брату брат:
— Поехали?..
— Поехали!..
И, затянув куплет,
Что так не схож с молитвою,
Войска ушли в рассвет,
Простившись за калиткою...
Но — словно черный флаг!
Смущая дух и силы,
Взметнулось в облаках
Незрячее светило.
— Эй, кто сдержал коня?
Князь оглядел растерянных.
Коль и убьет меня,
То — меч, не суеверие!
Примет изжитых груз
Оставим на границе.
На нас взирает Русь,
Неужто ж — осрамимся?..
(Сегодня — не узнать,
Какая цель лежала
Пред Игорем...)
Но мать
К глазам платок прижала,
Когда ей из седла
Сын помахал рукою...
...О, Русская земля!
Вот и поэт твой — воин!
Прощай. Сквозь скрип телег
И лебединый клекот
Забудешь ли вовек
Звон русских колоколен?
Хрипит на ветке Див,
В Тьмуторокань сигналя.
Чужбина впереди.
Земля
Незнаемая.
Прощай.
Прощай!
Про-оща-а-ай!..
3. БИТВА.
Первая встреча прошла, как потеха:
Скрыты туманом,
За Сюурлий перешли — и со смехом
Въехали в лагерь поганых.
Копья не пели, не разъезжались
В каше кровавой копыта.
Лишь половецкие девки визжали,
Сопротивляясь для вида.
Празднуй же славу, дружинник! Стихи
Пой, песнетворец, спеша отличиться!
(...Скатертью падали в грязь кожухи,
Паволоки, япончинцы.
И, заливая заморскую ткань,
Вышиблись винные пробки...)
Тьмуторокань моя, Тьмуторокань!
Ты — не для робких!
Вот он, добыточек — с шлемами вровень
Высятся в грудах:
Мех малахаев, скатки ковровые,
Блеск изумрудов.
Этим ли, строя походные планы,
Грезилось, княже?..
— Вечер. Не время пока для оценок.
Утро — покажет...
4. ПОРАЖЕНИЕ.
...Гордость, князь, от слова — «горе».
Твое утро — на буду:
И от Дона, и от моря
Тучи черные идут.
Подхватились. Ногу в стремя,
Баб — в охапку, и... куда?!
Пролежали свое время
Тут орда, и там орда.
Буй-тур Всеволод — не промах,
В тетиву стрелу вложив,
Поднял лук и ближних конных
Вжик!.. вжик!..
И — запели, засвистели,
Копья, стрелы, острия...
Ох, и славное похмелье
Учинили сватовья!
Пять минут — и трупов груды.
Воют раненые трубно.
Кровь стекается в запруды
В центре поля-мясорубки.
Ясно, ясно виден крах.
Слева враг и справа враг.
И от ран, покрывших тело,
Тяжелеет меч в руках...
Сутки, двое длится сеча.
Где чужие? Где свои?..
Только пал Ольстин Олексич
Побежали ковуи.
Задохнулся Игорь: — Драпать?
Кто решился, кто посмел?!
Но вернуть отряд обратно
Не
Ус
Пел...
5. СОН СВЯТОСЛАВА.
...А на Киевских горах, утром встав,
Разгонял сивухой страх Святослав.
А взбодрившись, как следует, рёк:
— Страшный сон меня преследует, как рок.
Будто терем мой княжий златой
Похоронной обряжен бедой,
Без оконца стена, месяц бьет по глазам,
А в гробу, у окна — я сам.
Ни-ко-го из родных! Чьи-то тени в ногах
Из колчанов пустых жемчуга сыплют в пах,
И так жутко, хоть кличь в спальню воинов!..
Шумно хлопают крыльями вороны,
Собираясь на падаль и плесень...
Может, это — к болезни?..
И ответили бояре, сгрудясь:
— То не смерть свою видел ты, князь,
Хоть и ходит она всегда около.
То, забыв, что война — не игры,
Упорхнули из гнезд твои соколы
Буй-тур Всеволод с Игорем.
Как весна будит кровь рысакам
Буйным ветром с околицы,
Поманила их в Тмуторокань
Злая вольница!
Но уже (донесли нам гонцы!)
На реке на Каяле
Полегли в ковылях молодцы,
И цветы от крови приувяли.
Мало вышел кто из резни!
А у выживших — полосы
Вырезают из спин на ремни
Нынче половцы...
...Уронил Святослав
Свою гордую голову скорбно
И, заплакав, сказал
Заповедное слово.
6. ЗОЛОТОЕ СЛОВО СВЯТОСЛАВА.
— О, мои дети, сыновья,
Чему учил я вас доныне?
Неужто седина моя
Для вас — что на заборе иней?
Да, для солдата дорога
Честь показать себя не трусом.
Но, уходя дразнить врага,
Вы думали — что будет с Русью?
А ты, мой брат, мой Ярослав,
Скажи, где был твой властный голос,
Когда, снимаясь от застав,
Ольстин увел свой конный корпус?
Я б не жалел своих седин
И, выйдя в Поле гулкой ранью
С дружинами... Но я — один!
Князья — предпочитают распрю.
А время между тем, как кровь,
Струится — да не в нашу чашу.
Спешат враги со всех сторон
На землю нашу.
Врата распахнуты — входи,
Греби людскую жизнь без сдачи!..
...И уже виден в небе дым
То Римов плачет.
7. ОТ АВТОРА.
...А теперь — скажу и я,
Чтоб услышали князья:
Вы, что так рвались к престолу,
Где ваш голос?
Вы султанов задирали
За горами, за морями,
Вот он нынче, рядом, враг
Где ваш стяг?
Неужели ваши рати
В силе — только против братьев?
Стон и слезы по Руси.
Если русич ты — спаси!
Нет?.. Ну что же — каждый волен...
Но Боян не зря промолвил:
«Будь ты хитр и будь горазд,
Честь дается — только раз!..»
8. ПЛАЧ ЯРОСЛАВНЫ.
На башне высокой
Путивльской стены городской,
Царапая щеки,
Рыдает жена день-деньской:
— О, Ветер-ветрило!
К тебе обращаюсь, как к брату:
Из дали немилой
Верни мне любимого ладу!
Я знаю, ты сильный,
Так будь же до крови не жадным.
Прошу не о сыне
(Хотя, по идее — должна бы).
Но в сердце — как пытка!
Встают из бессонных ночей
Не мальчика смех и улыбка,
А омуты мужних очей...
На башне Путивльской,
На самом закрайке стены,
Звучит, как пластинка,
Плач Игоревой жены:
— О, Солнце, будь другом,
Услышь мое сердце в груди:
Верни мне супруга,
А нет — так и не восходи!
Ты, Днепр многоструйный,
Ужель твой удел
Разбойничьи струги
Качать на воде?
Сквозь скалы-громады,
Сквозь лес опалённый
Примчи мою ладу
Ко мне из полона.
Что хочешь — в награду!
С душой нету сладу.
Верни мою ладу.
Верни мою ладу...
9. НОЧЬ В СТАНЕ ПОЛОВЦЕВ.
Игорь спит.
Игорь бдит.
Игорь мыслью — поле мерит...
Шелестит тростник. О берег
Волны трутся. Лагерь спит.
Ночь степная коротка,
Только лег — уже светает.
Не уснуть! Зовёт сквозь дали
Ярославнина рука.
Что ж? Судьба не задалась
И отныне — рабство?.. Страшно...
(У костров — сменилась стража.
Зорька ранняя зажглась...)
Нет. Сомнения — смешны,
Нету жизни — на коленях!
Кто в себе лишился плена,
Тому стражи — не страшны.
Преградят ли путь река
Иль копье в руке поганой,
Если — манит сквозь туманы
Ярославнина рука?..
...Игорь спит. Игорь бдит.
Игорь мерит думой Поле.
И загадывает с болью:
«Что там? Как там — впереди?..»
10. ПОБЕГ.
Чтоб князю бег обезопасить
И лагерь — на себя отвлечь,
Овлур устроил катавасию
За речкой.
Сорвались половцы, поверили,
Рванулись в темень от огня...
А Игорь юркнул этим временем
И — на коня!
О, ветер воли! Ты — прекрасен!
Душа, танцуй!..
...Конь мчит, и дятлы путь указывают
К Донцу, к Донцу.
11. ПОГОНЯ.
Не волки слепо
В росе скользят
Идут по следу
Кончак и Гза.
— Уходит русич,
Молвит Гза Кончаку.
Если упустим,
Пустим кишки сынку.
— Тебе бы только,
Чтоб кровь лилась...
А кто нас тронет,
Пока сын у нас?
Залог для мира
Сыщи сильней!
Женю Владимира
На дочке своей.
— Ну-ну, — по-зверьи,
Гза сузил взгляд.
Они в нас — стрелы,
А мы им — баб?
И так уж степью
Ступить нельзя...
...Идут по следу
Кончак и Гза.
12. ЗАКЛЮЧЕНИЕ.
...Пел Боян — да прошло его время.
Голос пробует новое племя!
(Кто в свои двадцать лет не певец?..)
«Диалектика! — скажут в грядущем.
Уступайте дорогу идущим...»
...Ну, а что же наш князь, наш беглец?
Он — вернулся на Русь к своей милой.
А спустя пару лет — и Владимир
С Кончаковной (и тоже — отец!).
В венах жизни течет не водица.
Телу без головы — не годится
(Как, понятно, и наоборот).
Рады грады и весел народ,
Когда мир на земле и сторица,
И сыны продолжают твой род.
Так споём же — и петь не устанем
Славу всем, кто Отчизне служил!
...Тех же, кто до побед не дожил
Добрым словом сегодня вспомянем.
Встанем...
* — Вспомним-ка песню: «ЧЕРНЫЙ ворон, что ты вьешься над моею головой?» или название милицейского автомобиля — «ЧЕРНЫЙ ворон».
