Афоризмы. Бог не ангел.

Ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди их.

Церковь, связывая, дарует свободу.

Господь не будет отцом тому, кому церковь — не мать.

Церковь не в бревнах, а в ребрах.

Церковь — скорее лечебница для грешников, чем музей святых.

Величайшая заслуга Церкви в том, что она свята, хотя состоит из грешников.

Послушание без веры церковь предпочитает вере без послушания.

Верую во едину Святую, Соборную и Апостольскую Церковь.

Я верую в Церковь — Святую, Соборную и Апостольскую, и я сожалею, что ее нигде нет.

Я ничего не имею против церкви — пока она не вмешивается в дела Всевышнего.

Церковь — единственный бизнес, который в худые времена переживает пик конъюнктуры.

Депрессия сближает человека с церковью — как, впрочем, и похороны.

Все религиозные организации существуют тем, что продают себя богачам.

Церковь спасает грешников, наука ищет способы приостановить их производство.

Церковь благословляет то, чему не в состоянии помешать.

Чем ближе к Церкви, тем дальше от Бога.

Каждый день люди уходят из церкви и возвращаются к Богу.

Бог, сотворивший мир и все, что в нем, Он, будучи Господом неба и земли, не в рукотворных храмах живет.

Сколько людей не ходило бы в церковь, если бы их видел там один только Бог!

Даже Богу нужны колокола.

Люди приходят в церковь не для того, чтобы найти там Бога, а чтобы поделиться Богом друг с другом.

Разве Церковь — в стенах? Церковь — во множестве верующих.

Не множество тел мы желаем видеть в церкви, а множество слушателей.

В Суффолке поклоняются не Богу, а воскресенью.

Он был верующим в том смысле, что церковь, которую он не посещал, была католической.

По данным статистики, атеисты чаще проводят свободное время в дискотеках, верующие — в поликлиниках.

Силу своих религиозных чувств лучше всего узнаешь, когда священник подходит к тебе с тарелкой для пожертвований, а у тебя только пятидолларовые банкноты.

Плакатик на церковной двери:

«Если у тебя есть горести — приходи и поведай о них.

Если у тебя нет горестей — приходи и поведай, как это тебе удалось».

Вера видит ушами.

Когда ты учишь в церкви, возбуждай не крик одобрения, но плач в народе. Слезы слушателей — вот твоя похвала.

Проповедовать вправе лишь грешник.

Хороший проповедник сливается в одно целое не со своей аудиторией, а со своими словами. В тот момент, когда он услышит себя со стороны, пора заканчивать.

В политике, как и в религии, убеждая других, мы убеждаем себя.

Молодой священник читает самые красноречивые проповеди.

Недостаточную глубину проповеди восполняют ее длиной.

Самая лучшая проповедь — самая короткая.

Очень немногие грешники были спасены после первых двадцати минут проповеди.

Он совсем не любит ходить в церковь, я никак не могла понять почему, а теперь поняла, когда он сказал, что терпеть не может никого слушать, кроме себя.

Когда говоришь проповедь, остановись, не дойдя до конца.

Комики и проповедники никогда не забывают уходящих.

Проповедник поднимается на амвон, открывает рот и перестает слушать.

Колокол созывает в церковь, но сам никогда не слушает проповеди.

Английский прихожанин отдает предпочтение суровому проповеднику, так как полагает, что его соседу невредно будет услышать несколько горьких истин.

Хороший проповедник тот, кто пробуждает раскаяние в несовершенных грехах.

В религии все истинно, кроме проповедей, и все исполнено добра, кроме священников.

Одна и та же проповедь звучит по-разному с разных амвонов.

Одни меняют амвоны, другие — проповеди.

С какого-нибудь амвона тебя все равно предадут анафеме.

Ничто так не отвлекает от проповеди, как звон на колокольне.

Хлопоты проповедника немногим успешнее, чем погоня целлулоидной собачки за асбестовой кошкой в адском огне.

«Так что проповедник говорил о грехе?» — «Он был против».

Многие проповедники изобретают новые грехи, чтобы заполучить клиентуру.

Как говорят французы, существуют три пола: мужчины, женщины и особы духовного звания.

Подобно тому как я получаю свою обувь от сапожника, а свое платье от портного, я получаю свою религию от священника.

Не думаю, чтоб в среде священников было много спасающихся; напротив — гораздо больше погибающих, и именно потому, что это дело требует великой души.

Я еще ни разу не встречал человека, который стал атеистом, прочитав Фейербаха, но все чаще встречаю тех, кто уходит из Церкви после встречи с собственным приходским священником.

Если бы все стремились к архиерейству, как к обязанности заботиться о других, то никто не решился бы скоро принять его. А то мы гоняемся за ним так же точно, как за мирскими должностями. Чтобы достигнуть почестей у людей, мы погибаем пред очами Божиими.

Почему от священнослужителя требуют благочестия, когда врачу не вменяется в обязанность, леча других, самому быть здоровым?

Врач видит всю болезненность человечества; адвокат — всю его порочность; священник — всю его глупость.

Доказательство, которое Боккаччо приводит в пользу религии: она держится вопреки своим чиновникам.

Замечено, что священники всего мира — раввины, муфтии, доминиканцы, консисторские советники, попы, бонзы, — короче, весь дипломатический корпус Божий, — отличаются фамильным сходством лиц, характерным для людей одного промысла.

Священник — представитель своей части неба на земле.

Бог вовсе не должен страдать из-за тупости своего священника.

Я спросил его, почему он стал пастором. Он ответил, что если уж работать на кого-то, то лучше там, где ты никогда не видишь начальника.

Священники улыбаются стыдливой улыбкой. Возможно, они, представляя Господа Бога на земле, не лишены чувства юмора.

Понедельник — воскресный день для священника.

Верховный тезис: «Бог прощает кающемуся», — то же в переводе: прощает тому, кто покорствует жрецу.

Один поклон жрецам значит больше, чем сто поклонов божеству.

Христос изгнал торгующих из храма. Торгующие поумнели и облачились в ризы.

Русское духовенство всегда учило паству свою не познавать и любить Бога, а только бояться чертей, которых оно же и расплодило со своими попадьями.

Если бы Церковь была совершенна, тебя бы в ней точно не было.

Обязанность монаха не учить, а плакать; он оплакивает или себя, или мир.

Тот любит всех человеков, кто не любит ничего человеческого.

Совершенный монах всякого человека почитает как бы Богом после Бога.

Отрекшийся от вещей мирских, как то: жены, имения и проч., соделал монахом человека внешнего, а еще не внутреннего. Внешнего человека легко сделать монахом, но не мал подвиг сделать монахом внутреннего человека.

Рассказывали, что некто, увидев женское тело необычайной красоты, принялся славить Создателя. Человек, ограничивающийся подобными чувствами в подобных обстоятельствах, уже воскрес прежде всеобщего Воскресения.

Плоти своей можно доверять только тогда, когда она уляжется в гроб.

Монахами становятся из набожности, а солдатами — из нечестия, но затем те и другие исполняют свои обязанности почти всегда по необходимости или по привычке.

Монастырь без библиотеки что крепость без оружия, ведь книги — наше оружие.

Тщеславию монаха свойственно тщеславиться добродетелью.

Ты стала тещею Господа.

Монахини и замужние женщины равно несчастливы, хотя и по-разному.

Лучший способ сохранить религиозное чувство (и, может быть, всякое чувство вообще) — соблюдать все обряды.

Обряд — религиозный пепел: он охраняет остаток религиозного жара от внешнего холода жизни.

Обряды — ячейки сота, которые каждый облеплял своими чувствами.

Бог отнюдь не нуждается в наших жертвах и в наших молитвах, но мы нуждаемся в них: богослужение установлено не для Него, а для нас.

Верует ли духовенство в Бога? Оно не понимает этого вопроса, потому что оно служит Богу.

Религия в сердце, а не в коленях.

Лучше сидя думать о Боге, чем стоя — о больных ногах.

Если погода очень плохая, количество прихожан, пришедших на церковную службу, уменьшается. Если погода очень хорошая, количество прихожан, пришедших на церковную службу, уменьшается.

Америка стала такой возбужденной и нервной, что уже многие годы я не видел прихожанина, который бы спал во время церковной службы.

Во время своих путешествий больше всего я люблю слушать богослужение. Церковь — единственное место, где кто-то говорит со мной, а я не должен отвечать.

Вступать или не вступать в брак — зависит от нас; а то, что последует за браком, уже не в нашей власти, но волею или неволею нужно переносить рабство.

Для церковного брака необходимо незаурядное гражданское мужество.

Как теория, так и практика церкви первых веков христианства высказывалась против брака. Поэтому церковь первых веков христианства и не дожила до нашего времени.

Обручение как пасхальный стол — нельзя отщипнуть ни кусочка, пока священник не окропит.

Не говорите мне, что браки совершаются на небесах. Боги не могут быть настолько несправедливы.

Браки совершаются на небесах, но там не заботятся, чтобы они были удачны.

Продажа женщин разрешена только перед алтарем.

В древности жертвы приносились у алтаря — и это продолжается поныне.

Брак — то ли одно из семи главных таинств, то ли один из семи смертных грехов.

Я старомоден. Я верю, что люди должны сочетаться браком пожизненно, как голуби и католики.

Установление нерасторжимости брака есть подстрекательство к преступлению.

Нерасторжимость брака — идея поистине превосходная; жаль только, к людям ее нельзя применить.

Наш Господь был холостяком, поэтому можно предположить, что его указания по этой части носили скорее теоретический, чем практический характер.

Разводы совершаются на небесах.

Пост — это когда мы воздерживаемся от всяких невоздержанностей.

Поститься — значит воздерживаться от всякого вообще зла, будет ли оно состоять в деле, в слове или даже в мысли.

Когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры; ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям истинно постящимися. Истинно говорю вам, что они уже получили награду свою.

Не говорим, будто все зло оттого, что едим и пьем: не от этого оно, а от нашей беспечности и жадности. Диавол не ел и не пил — а пал; а Павел ел и пил — и взошел на небо.

Не нравятся мне долгие и неумеренные посты в очень молодые годы. Из опыта научился я, что молодой осел, устав на пути, делает повороты с дороги.

Иногда человек мучает себя постом и молитвой до такой степени, что забывает о Всевышнем.

Моя душа — убежденная католичка, но желудок, увы, протестант.

Во время Великого поста число верующих несколько снижается, а к Пасхе возрастает.

Люди едят рыбу преимущественно по пятницам, да и рыба ест людей не каждый день.

Достойно похвалы не то, что ты был в Иерусалиме, а то, что ты хорошо жил в Иерусалиме. Небесный храм равно виден и из Иерусалима, и из Британии, ибо Царство Божие внутри нас.

Нигде в мире мы не найдем чужой нам страны; отовсюду одинаково можно поднять глаза к небу.

Нам сообщили, сколько стоит прогулка на лодке по Галилейскому озеру. Даже церковные старосты, объехавшие полсвета, чтобы прокатиться по его священным волнам, были ошеломлены. Джек сказал: «Ну, Денни, теперь ты понимаешь, почему Христос ходил по водам пешком!».

Все под одним Богом ходим, хоть и не в одного веруем.

Наши церковные перегородки до неба не доходят.

Все боги состоят друг с другом в родстве через человека.

Истинная неучтивость — это неуважение к чужому богу.

Христианство должно быть нетерпимо, но как религия свободы оно должно быть нетерпимо к принуждению.

Что нас разделяет? Наши взгляды. Согласитесь, что это не так уж много.

В политике, как и в делах веры, у нас меньше сострадания для тех, кто наполовину разделяет наши убеждения, чем для тех, кто совершенно отвергает их.

Во всех партиях, сообществах, сектах — самые невежественные в то же время — самые фанатичные.

Фанатик — это человек, который делает то, что, по его мнению, делал бы Господь Бог, если бы знал все обстоятельства дела.

Не будем жандармами Господа Бога!

Как много разбойников надеялись стать Спасителями!

Самое непростительное в фанатике — это его искренность.

Неужели вы думаете, что Бог — католик?

Каждая церковь должна быть Церковью Всех Святых.

Религия побеждает, либо преследуя другие религии, либо будучи преследуемой.

Во все времена, начиная с правления Константина и вплоть до конца XVII столетия, христиане подвергались куда более лютым преследованиям со стороны других христиан, чем некогда со стороны римских императоров.

Тщательное изучение религиозной терпимости доказывает, что во всех христианских странах, где она господствует, она была навязана духовенству светскою властью.

Я поставлен царствовать над людьми, а не над их совестью.

В моем государстве каждый волен отправляться на небо своим путем.

Появление в государстве новой секты — вернейшее средство исправить заблуждения старой.

Если бы в Англии была только одна религия, следовало бы опасаться ее деспотизма; если бы их было две, представители каждой перерезали бы друг другу горло; но их там тридцать, а потому они живут в благодатном мире.

Я вовсе не намерен проповедовать веротерпимость. Полная свобода вероисповедания представляется мне таким священным правом, что слово «терпимость» в применении к нему выглядит едва ли не деспотическим.

Терпимость неизбежно ведет к равнодушию.

Терпимость — добродетель людей без убеждений.

Мы должны уважать религию наших ближних, но лишь в том смысле и в той мере, в какой мы уважаем их убеждение, что их жены — красавицы, а их дети — вундеркинды.

В тот день, когда у нас не будет свободы безверия, у нас не будет свободы веры ни для кого, кроме тех конфессий, которые смогут приобрести политическую власть.

Под свободой совести обыкновенно разумеется свобода от совести.

Свободомыслие часто есть не что иное, как наиболее вульгарная из всех религий. Можно было бы написать хорошую книгу под названием: «О нетерпимости в области неверия».

Инквизиторы — это истопники веры.

Инквизиция: учреждение, занимавшееся аттестацией научных сотрудников (Гал. Галилей, Дж. Бруно и др.).

Многие ли назовут имена тех, кто осудил Галилея? Но каждый помнит, в каком учреждении они работали.

Инквизитор, который осудил Галилея, наверное, относился с презрением к злодейству и тупоумию судей Сократа.

Одного Галилея на две тысячи лет достаточно.

Меня сожгут, но это лишь эпизод. Мы продолжим нашу дискуссию в вечности.

Как мы говорили вчера.

Поистине, вы с бóльшим страхом зачитываете мой приговор, чем я его слушаю.

Перл искусства: реабилитировать еретика, нимало не осуждая костра, на котором его сожгли.

По сравнению со средневековьем человечество продвинулось далеко вперед в направлении свободомыслия. Например, инквизиция уже не святая.

Заповедь «Не убий» отнюдь не преступают те, которые ведут войны по полномочию от Бога.

Нрав людей непостоянен, и если обратить их в свою веру легко, то удержать в ней трудно. Поэтому надо быть готовым к тому, чтобы, когда вера в народе иссякнет, заставить его поверить силой.

Умрете или убьете — будете в раю.

Убивайте всех, на том свете Господь узнает своих!

Если б я нашел покупателя, я бы продал даже Лондон.

Крестовые походы начинаются с погромов.