Александр Попов.

792.

«Еще одна свежая могила! — так начал автор свою статью. — Еще одну жертву безвременно унес безжалостный Молох наших дней, — эта страшная смута, охватившая всю нашу Родину! Перестало биться еще одно благороднейшее сердце, угас еще один яркий научный талант, строгий, дисциплинированный и глубокий ум! Вслед за незабвенным кн. С. Н. Трубецким, которого сгубило ректорство в Московском университете, вслед за маститым А. И. Тарнецким, силы которого в значительной степени подкосили события в наших высших учебных заведениях, 31-го минувшего декабря в расцвете сил и таланта скончался ординарный профессор Электротехнического института в С.-Петербурге, всего только 3 месяца тому назад единогласно избранный Советом в директоры названного института, Александр Степанович Попов. И этот пал на своем посту, погиб под тяжелым гнетом давивших его обязанностей, сраженный тем ярмом, которое, безропотно подчиняясь общему единодушному избранию товарищей, он взял на себя, хотя ясно сознавал, как тяжка эта роль директора высшего учебного заведения при современных условиях, как слабы его силы и как нужен он еще для высшей русской электротехнической школы, его семьи, его товарищей! Судьба безжалостна к нашей Родине! Одновременно с тяжкой общественной неурядицей, вместе с беспримерным расстройством всей нашей школы, — один за другим, — как искупительные жертвы выбывают из строя именно тогда, когда они особенно нужны, лучшие русские люди, наиболее яркие представители русской культуры, русского ума и таланта» (Слово. 1906. 7 янв.).