Михаил Федорович.

Правительства царя Михаила Федоровича. — При дворе государя. — Государевы великие дьяки.

За тридцать с лишним лет царствования Михаила Федоровича сменилось несколько так называемых «правительств». И в каждом из них рядом с царем находились бояре Иван Никитич Романов, князь Иван Борисович Черкасский, Федор Иванович Шереметев, а также Борис Михайлович и Михаил Михайлович Салтыковы (за исключением опалы, пережитой ими в 1623–1633 годах). Все они были связаны родством с Романовыми и составляли «ближний круг» царя. Но при этом нити управления оставались в руках Михаила Федоровича. Только от царского слова зависели основные решения Думы и соборов, разрешение местнических счетов внутри знати. Если на что и повлияло существование такой обширной «семьи» Романовых — Черкасских — Шереметевых — Салтыковых, то не на формирование особого правительства, подобного «Избранной раде» времени Ивана Грозного, а на возникновение понятия «сильные люди». «Сильный человек» в Московском государстве — это боярин или просто человек, имевший высокий чин в Государевом дворе, богатый, известный своим родством с царем или его родственниками. Искать управу на таких людей рядовым служилым людям, даже в распространенных делах о свозе крестьян или захвате земли, было бессмысленно. Как было сказано в деле, связанном со слободами боярина Ивана Никитича Романова в Елецком уезде, «в соседстве с таким великим боярином жить невозможно»[330]. Дьяки в приказах просто отговаривались и ничего не предпринимали, не желая ссориться с боярами из-за ретивых челобитчиков. Очень показателен в этом смысле спор, случившийся у Ивана Ивановича Арцыбашева с боярином князем Борисом Михайловичем Лыковым. Даже думный дьяк Иван Гавренев откровенно отсылал челобитчика напрямую к царю: «Бей де челом на меня государю, чтоб государь указал доложить себя, государя, мимо меня: а я де не стану от тебя остужатца с боярином с князем Борисом Михайловичем, что де мне боярина обвинить, а тебя оправить»[331]. Тягаться с иными «сильными людьми» не удавалось даже боярам. В 1628 году истец Иван Плещеев в спорном деле о свозе крестьян с одним из «именитых людей» Строгановых, говорил: «А Петр де человек сильной, мочно ему и скупать, нынеча де и бояр скупают»[332].