Время было лютейшее, ужасающая «бироновщина», хотя сам герцог Бирон менее других повинен в угнетении русского народа. Пушкин верно заметил, что он был немцем, ближе всех стоял к престолу, и потому именно на него сваливали вину за все злодейства. Между тем в массовых репрессиях той поры виновата была сама императрица, подлинно «кровавая героиня» дома Романовых, пощады не ведавшая, а главным палачом состоял при ней не германец, а чистокровный русский – Андрей Иванович Ушаков. По указу царицы со всей России везли. … …

Начнем С Конца. Действие Первое. Подступы. Занавес. Блестящее Начало. Людовик Проснулся. Елизавета Просыпается. Фридрих Не Спит. Одна Из Легенд. Аминь — Король — Бастилия. Великий Канцлер. Дипломатия И Любовь. Граница На Замке. Интриги, Интриги, Интриги… Подозрения. Куда Делся Де Еон? Действие Второе. Приступы. Начало Союза. Суета Сует. Шевалье В Петербурге. Простой Русский Дворянин. Первый Выстрел. Блицкриг. Где Фельдмаршал? Горячий Котел Европы. Путешествия По Европе Опасны. Слава Трубящая. Приехали Французы. … Действие Третье. Отклонения. Мемель. Гром Скоро Грянет. Гросс-Егерсдорф. «Падение» В Царском Селе. Исторический Анекдот. Фридрих Играет Ва-Банк. Наступила Осень. «Добрый Вечер, Господа!». Бал После Обморока. Зима-Лето Русское. Елизавета — Король Пруссии. Не Пойман — Не Вор. Разрушение Авторитетов. Под Кюстрином. Цорндорф. Действие Четвертое. Повороты. Кругом Обман. Любовь, Любовь… Пальциг. Кунерсдорф. Чудо Бранденбургского Дома. Политики. Жалкая Кампания. Ключи От Берлина. Мрачные Торжества. Канун Всего. Мужайтесь, Люди! Перипетии. Шутовской Мир. На Коне — В Капитолий. Екатеринианство. Действие Пятое. Превращения. Конец Книги — Конец «Секретов»…

Может, так и надо, чтобы никто об этом не знал? Россия строила крейсеры и пряла лен, она возводила баррикады и солила на зиму огурцы, народ гулял на свадьбах и бряцал кандалами, – но ведь никто и в самом деле не знал, что где-то под боком столицы ежедневно творится что-то такое, что может привести в ужас любого… На конце тонкой платиновой проволоки иногда свисала чистая прозрачная капля. Отяжелев, она срывалась с платины и падала на стекло. Одной такой капли было достаточно, чтобы весь Санкт-Петербург стал мертв. … …

Начинать лучше с конца. Часть первая. «Барбаросса». 1. Руки по швам. 2. Внимание — танки! 3. И даже зубные щетки. 4. Генералы. 5. Напряжение. 6.«Зиг хайль!». 7.«Ролики» и колеса. 8. Карьеры. 9. Возвышение. 10.«Барбаросса». 11.«Дрожат одряхлевшие кости». 12. След львиной лапы. 13. А теперь можно танцевать. 14. Визит в Сталинград. 15. Кадры решают все. 16. По сигналу «Дортмунд». 17. Блицкриг. 18. Первые кризисы. 19. Люди, где ваши могилы? 20. А наш дуче всегда прав. 21. Война затягивается. 22. Куда покупать билет? … 23. Через Хацапетовку. 24. В глубоком тылу. Часть вторая. На подступах. 1. Обстановка. 2. Роммель: наступать назад! 3.«Эх, широка мать — Россия…». 4. Предел. 5. В гостях у Чуянова. 6. За «отмороженное мясо». 7. Доказать на деле. 8. Шестая армия. 9. Барвенково. 10. В ожидании. 11. Спасибо за внимание. 12. Операция «Кремль». 13. «Охота на дроф». 14. На рать идучи… 15. Барвенковский капкан. 16. Время искать виноватых. 17. Третий фронт. 18. Результат. 19. На пороге нашей победы. 20. Паника в Каире. 21. Начало жаркого лета. 22. Пропавший самолет. Часть третья. Большая излучина. 1. Доживем ли до августа? 2.«Был у меня товарищ…». 3. Когда поспевает малина. 4. На рубежах — ближних и отдаленных. 5. На закате и на восходе. 6. На фронте без перемен. 7.«Степь да степь кругом…». 8. Чем люди живы. 9. Винница и Житомир: комары и крысы. 10. Вот такие дела… 11. Директива № 45. 12. Волга-Волга. 13. Клещи. 14.«Ни шагу назад!». 15. Противники. 16. В городе. 17. Второго фронта не будет. 18. Противостояние. 19. Канун…

Пикуль Валентин. Побег в юность. 1. Роман Иванович Олешев, человек уже немолодой, вида унылого, за что был прозван в насмешку плакучей ивою, работал главным калькулятором в бухгалтерии знаменитого на весь город ресторана Универсаль. Работа его была довольно-таки сложной. В вечернем меню ресторана насчитывалось свыше сорока различных блюд, продукты поступали на кухню по государственным и по рыночным ценам - все это делало калькуляцию такой запутанной и хитрой, что, пожалуй, только один Олешев и мог свести ее … к…

Что такое опера?.. Беру с полки книгу, читаю: «Опера называется действо, пением оправляемое. Она, кроме богов и храбрых героев, никому на театре быть не дозволяет. Все в ней есть знатно… златые веки собственно в ней показываются… Для представления первых времен мира и непорочного блаженства выводятся в ней счастливые пастухи и во удовольствии пребывающие пастушки». О, наивность старого мира! Поставим книгу на место. Словно в густой первобытный лес, мы погружаемся в темный XVIII век, когда прозвучала в России. … …

Валентин ПИКУЛЬ. Под золотым дождем. Князь Дмитрий Голицын, русский посол в Гааге и знаток искусств, сообщал в небывалом раздражении, что 1771 год стал для Эрмитажа горестным. Картины из собрания Гаррита Браамкампа, закупленные им недавно для императрицы, погибли заодно с кораблем, который на пути в Петербург разбило бурей у берегов финских. Голицын писал, что есть особая причина несчастья, увеличивающая его страдания: Это - набожность! Да, именно набожность... Море было бурное. Но когда настал час молитв, капитан. … …

Смею думать, русская цензура убила писателей гораздо больше, нежели их пало на дуэлях или в сражениях. Тема подцензурного угнетения писателя дураком чиновником всегда близка мне, и я дословно помню признание Салтыкова-Щедрина, столь обожаемого мною: “Чего со мной не делали! И вырезывали, и урезывали, и перетолковывали, и целиком запрещали, и всенародно объявляли, что я – вредный, вредный, вредный…”. “И заметьте себе, – подхватил Стасов в статье о Модесте Мусоргском, – урезыванье никогда не распускает свою безобразную. … …

Валентин ПИКУЛЬ. Полет и капризы гения. Москва 1836 года... Жаркое летнее утро. Елизавета Ивановна открыла двери и всплеснула пухлыми руками, такими плавными, и на каждой ладони - розовая ямочка. - Ваня, - певуче позвала она мужа, - смотри-ка, гость-то у нас севодни какой приятной. Из комнат выбежал Иван Дурнов, весь в радости: сам великий маэстро навестил жилище скромного московского живописца. - Карл Палыч! - воскликнул он. - Дорогой вы наш... Да, это был он. Короткое сильное туловище с животиком, выпиравшим. … …

Не так давно — в 1972 году — в США гастролировал наш Академический оркестр имени Осипова (американцы прозвали его «Балалайкой»). Во время исполнения «Полета шмеля над морем» Римского-Корсакова в зале возникло странное оживление. На коктейле, устроенном в Белом доме для наших артистов, к ним подошел чиновник госдепартамента и сказал, что волшебный «Полет шмеля» напоминает ему очень многое. Да, в Америке еще не все забыли тот гибкий маневр русской дипломатии, который для американцев невольно ассоциировался с тревожной. … …

С чеканным стуком падала туфля на каменные плиты храма Шатель, а холодные своды при этом гулко резонировали. Обнаженная высокая женщина с перстнями на пальцах рук и ног всходила на шаткое ложе, как на заклание. Изгиб ее спины был удивителен, как и вся она. В этой женщине – все приметы времени, в котором она жила. Современники писали: «Худощавое стальное тело, странно напоминающее кузнечика. Очарование ядовитое, красота на грани уродства, странное обаяние!». И вот, когда я увидел ее впервые, я мучительно обомлел: … …