Мифы и легенды народов мира. Мифы Северной Европы.
Глава 26. Сага о Сигурде.
Начало истории.
Если первая часть Старшей Эдды является собранием поэм, описывающих создание мира, подвиги богов, их гибель и является своего рода полным сводом этических законов скандинавов, вторая часть состоит из серии героических баллад, описывающих подвиги рода Вёльсунгов, в частности – деяния главного представителя этого рода – Сигурда, любимого героя народов Северной Европы.
Сага о Вёльсунгах.
Эти баллады являются основой великого скандинавского эпоса – «Саги о Вёльсунгах»; они легли в основу не только германской эпической «Песни о Нибелунгах» и многих народных сказок, но также были использованы в качестве сюжета знаменитых операх Вагнера, «Золото Рейна», «Валькирия», «Зигфрид» и «Гибель богов». В английской литературе они существуют в той форме, в которую их переработал Уильям Моррис. Цитаты для этой части работы были взяты по большей части не из самой Эдды, а именно из его величественной эпической поэмы.
Сиги.
История о Вёльсунгах начинается с рождения Сиги, сына Одина, могущественного и уважаемого человека, до тех пор пока он не убил раба из зависти, потому что тот подстрелил больше дичи во время их совместных охот. За это преступление Сиги был изгнан из своих земель и был объявлен вне закона. Однако, по-видимому, он не совсем лишился благоволения Одина, так как бог обеспечил его хорошо оснащенным кораблем, а также верными людьми и пообещал, что удача всегда будет сопутствовать ему.
Набеги Сиги, заручившегося поддержкой Одина, приводили в ужас его врагов, и в итоге он завоевал знаменитую империю гуннов, где и правил много лет. Однако в старости удача изменила ему, родственники жены, напав, предательски убили его.
Рери.
Сиги, однако, был отомщен своим сыном Рери, который, вернувшись на родину после долгого отсутствия, взошел на трон и вскоре убил всех убийц своего отца. Правление Рери было отмечено процветанием его владений, но его заветное желание иметь наследника не осуществлялось на протяжении многих лет. Наконец Фригг услышала его настойчивые молитвы и подарила ему сына, которого он так долго ждал. Она отправила свою посланницу Гну или Хльод с волшебным яблоком, которое та уронила Рери на колени, пока тот спал на склоне холма. Взглянув наверх, Рери узнал посланницу богини и радостно поспешил домой разделить яблоко со своей супругой. Ребенок, родившийся под таким покровительством, оказался красивым мальчиком. Родители назвали его Вёльсунгом. Потеряв родителей в детстве, он вырос и стал правителем всей земли.
Вёльсунг.
Прошли годы, а богатство и власть Вёльсунга все умножались. Он был самым бесстрашным правителем и собрал вокруг себя многих смелых воинов. Они часто пили его пиво под могучим дубом Бранстоком (родовой ствол), крона которого покрывала весь дворец, а ствол находился в центре.
У Вёльсунга родились десять здоровых сыновей, а дочь Сигню была украшением его дома. Так прекрасна была эта дева, что, когда она достигла брачного возраста, много поклонников просили ее руки. Среди последних был и Сиггейр, правивший землей готов; он и добился согласия Вёльсунга, хотя сама Сигню ни разу его не видела.
Свадьба Сигню.
Увидев своего суженого в день свадьбы, невеста в ужасе содрогнулась. Малый рост и хмурый взгляд жениха резко контрастировали с горделивой осанкой и открытыми лицами ее братьев. Отменять свадьбу было слишком поздно, так как это могло бы запятнать честь семьи, а Сигню так искусно скрывала свою неприязнь, что этого не заметил никто, и только ее брат Сигмунд понимал, с каким тяжелым сердцем она идет под венец.
Меч в Бранстоке.
Свадебный пир продолжался, и, когда веселье было в полном разгаре, в зал вошел высокий, укутанный в темно-синий плащ человек, у него был лишь один глаз. Ни говоря ни слова и не взглянув ни на кого из присутствующих, чужеземец подошел к родовому дереву и по вонзил сверкающий меч в ствол по самую рукоятку. Затем, медленно обернувшись и взглянув на пораженных и потерявших дар речи гостей, он объявил, что меч достанется воину, который сможет вынуть его из ствола дерева, после чего принесет своему хозяину победу в любом сражении. Произнеся эти слова, он вышел из зала так же, как и вошел, оставив всех догадываться, что их посетил сам Один, верховный бог.
Вёльсунг первым обрел дар речи и, отказавшись от своего права первым попытаться вытащить волшебный меч из ствола дерева, велел Сиггейру сделать это. Жених старался изо всех сил, но ему не удалось даже сдвинуть меч, после чего с печалью вернулся на свое место. Затем попытался сам Вёльсунг, но также безуспешно. Меч был предназначен явно не для них, и тогда свою силу решили попытать молодые Вёльсунги.
Сигмунд.
Девять старших сыновей также ничего не добились; но, когда Сигмунд, десятый и меньший сын, взялся за рукоятку, меч легко поддался, и Сигмунд выдернул его из ствола, как будто из ножен.
Почти все присутствующие обрадовались успеху молодого воина; но сердце Сиггейра было полно зависти, ему очень хотелось завладеть этим мечом. Он предложил шурину выкупить меч, но Сигмунд ни за какую цену не соглашался расставаться с ним, заявив, что меч явно предназначен ему. Этот отказ так разгневал Сиггейра, что он втайне решил перебить всех Вёльсунгов и завладеть мечом.
Скрыв, однако, свои чувства, он повернулся к Вёльсунгу и радушно пригласил его вместе со всеми сыновьями и родственниками посетить его двор в следующем месяце. Приглашение было тотчас же принято, хотя Сигню, подозревая, что муж задумал недоброе, тайком пришла к своему отцу и умоляла его отклонить приглашение и остаться дома. Однако тот не согласился взять свое слово обратно, выказав тем самым свой страх.
Предательство Сиггейра.
Через несколько недель после возвращения молодых супругов хорошо снаряженные суда Вёльсунга подошли к владениям Сиггейра. Сигню с тревогой наблюдала за их приближением. Заметив их, она поспешила на берег и стала просить своих родственников не сходить на берег, говоря им, что ее муж вероломно устроил засаду, чтобы погубить их всех. Но Вёльсунг и его сыновья, не боявшиеся никакой опасности, велели ей возвращаться к мужу; сами же они вооружились и решительно направились к берегу.
Все случилось так, как сказала Сигню: по пути во дворец маленькое войско попало в засаду Сиггейра. Несмотря на доблесть Вёльсунгов, противники, которых было намного больше, одержали верх, сам Вёльсунг был убит, а его сыновья взяты в плен. Их связали и привели к трусливому Сиггейру, который сам не принимал участия в сражении.
Сигмунд был вынужден расстаться с дорогим ему мечом, после чего его и его братьев приговорили к смерти.
Напрасно Сигню, узнавшая о жестоком приговоре, пыталась вступиться за братьев; своими мольбами она добилась того, что ее братьев отвели в лес и привязали к упавшему стволу дуба – тогда, если их пощадят дикие звери, они умрут от голода и жажды. Затем Сиггейр заточил свою жену во дворце, чтобы она не смогла прийти на помощь своим братьям.
Каждый день рано утром Сиггейр посылал в лес проверить, живы ли еще Вёльсунги, и каждое утро посланец возвращался, сообщая, что ночью приходило чудовище и съедало одного из братьев, оставляя лишь только кости. Наконец, когда в живых остался только один Вёльсунг, Сигню придумала план спасения и уговорила одного из своих слуг взять мед, пойти в лес и мазать медом лицо и рот ее брата.
Когда ночью чудовище, привлеченное запахом меда, снова пришло к дереву, оно вылизало лицо Сигмунда и даже запустило ему в рот язык. Стиснув зубы, Сигмунд, несмотря на свою обессиленность, не разжимал челюсти, и зверь, пытаясь освободиться, разорвал путы, сковавшие Сигмунда. Тогда он убил хищника, который съел всех его братьев, и скрылся, пока к дереву не пришел посланец Сиггейра. Тогда Сигню выпустили из дворца, и она прибежала в лес оплакивать своих братьев.
Увидев ее безутешное горе и зная, что она никак не причастна к жестоким действиям Сиггейра, Сигмунд вышел из своего укрытия и успокоил сестру. Они вместе похоронили останки братьев, Сигмунд торжественно поклялся отомстить за зло, причиненное его семье. Сигню была заодно с братом, однако она попросила его выждать подходящий момент, пообещав помочь ему. Затем брат с сестрой расстались, Сигню вернулась в ненавистный ей дворец, а Сигмунд ушел далеко в лес, построил там себе хижину и стал заниматься кузнечным делом.
Сыновья Сигню.
После всего произошедшего Сиггейр захватил владения Вёльсунгов, он был рад появлению сына, но Сигню, чтобы научить мальчика мести, тайком отправила его к брату. Сигмунд неохотно согласился; испытав мальчика и поняв, что тот недостаточно храбр, он отослал его к матери (согласно другой версии, убил его).
Некоторое время спустя Сигню отослала своего второго сына в лес с той же самой целью. Однако Сигмунд и его нашел недостаточно храбрым. Было ясно, что только истинный Вёльсунг может совершить возмездие, и Сигню, поняв это, решила пойти на преступление.
Приняв это решение, она призвала прекрасную молодую ведьму и, приняв ее обличье, она направилась в темный лес и попросила приюта в хижине Сигмунда. Вёльсунг не узнал свою сестру. Он принял ее за цыганку, в которую она превратилась, и, поддавшись чарам, взял ее в жены. Через три дня она исчезла из хижины и, вернувшись домой, приняла свой прежний облик. Когда же у нее родился сын, она с радостью по его смелому взгляду и крепкому сложению узнала в нем будущего героя Вёльсунга.
Синфьётли.
Когда Синфьётли, как назвали мальчика, было десять лет, Сигню сама решила испытать его и, пришив к его телу одежду, резко отодрала ее. Однако мальчик только вздрогнул и громко рассмеялся. Тогда она смело направила его в лесную хижину. Сигмунд вновь приготовился испытать мальчика. Собираясь однажды утром уходить из хижины, он попросил Синфьётли взять муки из мешка и замесить тесто. Вернувшись домой, Сигмунд спросил мальчика, все ли он сделал. Тот показал ему на хлеб, а когда Сигмунд расспросил его, простодушно признался, что ему пришлось замесить тесто вместе с большой гадюкой, которая была в муке. Приятно удивленный тем, что мальчик, к которому он чувствовал странную привязанность, с честью выдержал испытание, которое погубило его братьев, Сигмунд запретил ему есть хлеб, так как хотя укус змеи и не был ему страшен, но яд в пище или питье мог его убить.
Оборотни.
Тогда Сигмунд начал терпеливо обучать Синфьётли всему, что должен знать скандинавский воин, и вскоре они оба стали неразлучны. Однажды, охотясь в лесу, они набрели на хижину, в которой крепко спали двое мужчин. Рядом висели две волчьи шкуры, а это означало, что странники были оборотнями. Над ними висело проклятье, и некоторое время они должны были покидать свои шкуры. Движимые любопытством, Сигмунд и Синфьётли надели волчьи шкуры и, превратившись в волков, помчались через лес, убивая и съедая все, что попадалось им на пути.
Они настолько одичали, что вскоре напали друг на друга, после чего Синфьётли погиб, так как он был моложе и слабее. Случившееся заставило Сигмунда опомниться, и он в отчаянии склонился над своим поверженным противником. Вдруг он увидел, как два горностая напали друг на друга и один из них до смерти загрыз другого. Тогда победитель скрылся в чаще, откуда появился вновь с листом, который приложил к ране на груди. Свершилось чудо: как только волшебный лист коснулся раны, мертвый горностай ожил. Мгновение спустя пролетавший мимо ворон обронил такой же лист к ногам Сигмунда, и он, поняв, что боги желают помочь ему, приложил лист к ране Синфьётли, и тот сразу же встал.
Опасаясь, что они могут погубить друг друга, Сигмунд и Синфьётли вернулись домой и стали терпеливо ждать, пока с них спадут чары. К их великой радости, волчьи шкуры спали на девятый день, и они поспешно бросили их в огонь, где те сгорели дотла. Так чары были разрушены навсегда.
Сигмунд и Синфьётли попадают в плен к Сиггейру.
Тоща Сигмунд поведал о своих бедах Синфьётли, который поклялся, что, несмотря на то что Сиггейр был его отцом (ни он сам, ни Сигмунд не знали тайну рождения Синфьётли), он поможет отомстить ему. Когда наступила ночь, он пошел с Сигмундом к чертогу Сиггейра. Они вошли туда незамеченными, спрятавшись в винном погребе за огромными пивными чанами. Здесь их обнаружили два младших сына Сигню, игравшие с золотыми кольцами. Кольца покатились в погреб, где и сидели в засаде Сигмунд и Синфьётли.
Мальчики рассказали об увиденном своему отцу и гостям. Но прежде чем Сиггейр и его воины взялись за оружие, Сигню пошла с детьми в погреб и попросила брата убить маленьких предателей. Сигмунд наотрез отказался выполнить ее просьбу, и тогда Синфьётли отрубил им головы, а потом приготовился биться с врагами, которые окружали их.
Несмотря на все свои усилия, Сигмунд и его мужественный молодой спутник вскоре были схвачены готами, и тогда Сиггейр сказал, что их закопают живыми в одном кургане, а посреди кургана поставят каменное строение, разделенное стеною на две половины, чтобы они не могли ни видеть, ни коснуться друг друга. Пленников повели к кургану, и их противники уже собирались положить сверху последние камни, когда подошла Сигню, неся охапку соломы, которую ей разрешили бросить в курган к Синфьётли, так как готы посчитали, что в солому завернута пища, которая нужна для того, чтобы продлить его предсмертные муки.
Когда все вокруг стихло, Синфьётли разрыл солому. Какова же была его радость, когда он увидел, что, вместо хлеба, в нее завернут меч, который Один дал Сигмунду. Зная, что ничто не может затупить или сломать лезвие этого прекрасного оружия, Синфьётли всадил меч в плиту. С помощью Сигмунда ему удалось перепилить ее, после чего они оба через крышу выбрались наружу.
Месть Сигмунда.
Освободившись, Сигмунд и Синфьётли вернулись в палату короля и, разложив вокруг нее дрова, подожгли всё. Затем, стоя по обе стороны выхода из палаты, они не выпускали из нее никого, кроме женщин. Они громко просили Сигню выйти из палаты, но она больше не хотела жить и, подойдя к выходу, чтобы в последний раз обнять Сигмунда и Синфьётли, раскрыла секрет рождения Синфьётли, после чего бросилась в огонь и погибла вместе со всеми.
Хельги.
Когда долго вынашиваемый план мести за Вёльсунгов был наконец выполнен, Сигмунд, чувствуя, что ничто более не задерживает его в земле готов, сел с Синфьётли на корабль и направился в страну гуннов, где ему оказали радушный прием, и он занял место правителя под сенью родового дерева, могучего Бранстока.
Вернув себе власть, Сигмунд взял себе в жены прекрасную принцессу Боргхильд, которая родила ему двух сыновей, одного из которых звали Хамунд, а другого Хельги. Когда Хельги еще лежал в колыбели, явились норны, возвестив ему пир в Вальхалле, куда он попадет, когда завершит свои деяния на земле.
Скандинавские правители нередко отдавали своих детей на воспитание посторонним, так как считали, что таким образом с ними будут обращаться строже, чем дома. Наставником Хельги стал Хагал, который воспитал молодого принца бесстрашным. В возрасте пятнадцати лет он осмелился один появиться в чертоге Хундинга, с которым враждовал его род. Беспрепятственно пройдя через зал так, что его никто не узнал, он оставил презрительное послание, которое так разгневало Хундинга, что он немедленно отправился в погоню за молодым героем и преследовал его до владений Хагал а. Хельги был бы схвачен, если бы он не переоделся в служанку и не стал молоть кукурузу с таким видом, будто это было его излюбленным занятием. Преследующие удивились высокому росту служанки и ее мускулистым рукам, однако отправились дальше, даже не подозревая, что находились рядом с тем, кого искали.
Ловко избежав погони, Хельги присоединился к Синфьётли. Собрав войско, молодые конунги выступили против Хундингов. Между ними состоялось жестокое сражение, и над полем брани летали валькирии в ожидании, когда им можно будет забрать погибших в Вальхаллу. Гудрун, одна из дев-воительниц, была так поражена мужеством, с которым сражался Хельги, что, приблизившись к нему, пообещала стать его женой. Из всех Хундингов в живых остался только Даг, и его отпустили, взяв с него обещание, что он не будет пытаться отомстить за своих убитых родственников.
Даг, однако, не выполнил это обещание и, завладев мечом Одина Гунгниром, предательски убил Хельги. Гудрун, которая к этому времени уже была женой Хельги, горько оплакивала его смерть и наложила страшное проклятие на убийцу мужа. Затем, узнав от одной из служанок, что ее муж все время зовет ее, бесстрашно подошла к могиле и спросила, что он желает и почему его раны продолжают кровоточить после смерти. Хельги отвечал, что не может успокоиться из-за ее горя, а от каждой ее слезинки у него выступает кровь.
С той поры, для того чтобы успокоить душу любимого мужа, Гудрун перестала плакать. Однако они недолго были разлучены, так как вскоре после того, как душа Хельги перешла мост Биврёст и вошла в Вальхаллу, он стал вождем эйнхериев и воссоединился с Гудрун, которая вновь стала валькирией. Когда по приказанию Одина она покидала мужа и направлялась к местам сражений, она набирала воинов для войска, которое ее повелитель должен будет повести в бой в день сумерек богов, Рагнарёк.
Смерть Синфьётли.
Синфьётли, старший сын Сигмунда, тоже рано погиб. Он убил в битве брата Боргхильд, и та поклялась отравить его. Синфьётли два раза спасал отца, предупреждая его о том, что в его кубке яд. Сигмунд, которого не мог убить ни один яд, два раза осушал кубок. Когда же Боргхильд в третий раз поднесла кубок с ядом, Сигмунд сказал Синфьётли, чтобы тот смочил усы в напитке. Неправильно поняв отца, Синфьётли осушил кубок до дна и бездыханным упал на землю.
Онемев от горя, Сигмунд нежно взял тело сына на руки и пошел из палаты к берегу, где положил драгоценную ношу в ялик, который подогнал одноглазый лодочник. Он уже был готов сам сесть в ялик, но тут лодочник оттолкнул лодку от берега, и вскоре они исчезли из виду. Тогда отец в скорби медленно направился к дому, утешая себя мыслью, что сам Один пришел за молодым героем и отправился с ним «на запад».
Хьёрдис.
Сигмунд изгнал Боргхильд в наказание за ее преступление, а когда он совсем состарился, то стал просить руки прекрасной молодой принцессы Хьёрдис, дочери Эйлими, исландского конунга. У этой девы было много поклонников, среди которых был конунг Люнгви из рода Хундингов. Однако слава Сигмунда была так велика, что она с радостью согласилась стать его женой. Отвергнутый Люнгви так разгневался на принцессу за это решение, что немедленно собрал большое войско и выступил против своего более удачливого соперника, который, несмотря на численное преимущество войска Люнгви, сражался с отчаянным мужеством.
Хьёрдис и ее служанка с тревогой наблюдали за ходом битвы, укрывшись в чаще неподалеку от поля боя. Они видели, как Сигмунд складывает вокруг себя тела павших от его руки, и никто не мог победить его. Но внезапно появился высокий одноглазый воин, и битва сразу же утихла, так был страшен его вид.
Без промедления новый герой нанес сильнейший удар Сигмунду, который отразил нападение своим мечом. От удара добрый меч сломался, и, хотя неизвестный противник исчез точно так же, как и появился, Сигмунд остался безоружным и вскоре был смертельно ранен.
Так как битва была проиграна, а весь род Вёльсунгов истреблен, Люнгви поспешил с поля боя, чтобы как можно скорее вступить во владение королевством и заставить Хьёрдис стать его женой. Но как только он скрылся из виду, прекрасная молодая королева незаметно вышла из своего укрытия в чаще и приблизилась к тому месту, где лежал умирающий Сигмунд. Она в последний раз крепко прижала павшего героя к своей груди и со слезами выслушала его просьбу собрать обломки меча и сохранить их для его сына, которого она вскоре должна была родить и которому было суждено отомстить за отца и стать более великим, чем он сам.
Альф, викинг.
Пока Хьёрдис оплакивала Сигмунда, ее служанка предупредила ее о приближении нескольких викингов. Вновь укрывшись в чаще, женщины обменялись одеждой, после чего Хьёрдис приказала служанке выйти под видом королевы. После этого они вышли навстречу викингу Альфу (Хельфрату или Хельферику), который благосклонно приветствовал женщин, а их рассказ о битве вызвал у него такое восхищение Сигмундом, что он приказал перенести тело убитого героя в более достойное место, где его можно было бы похоронить со всеми подобающими почестями. Затем он предложил королеве и ее служанке кров в своем чертоге, и они с радостью отправились с ним за море.
Так как Альф с самого начала сомневался, кем на самом деле были женщины, сразу же по прибытии в свое королевство, для того чтобы выяснить правду, он решил задать с виду праздный вопрос. Он спросил мнимую королеву, как в зимнее время года, когда дни коротки, а светает слишком поздно, она определяет время. На это она ответила, что так как она всегда пьет молоко, когда доит коров, то просыпается от жажды. Когда тот же самый вопрос был задан настоящей королеве, она после недолгих раздумий ответила, что узнавала о наступлении утра, когда золотое кольцо, подаренное ей отцом, становилось очень холодным.
Рождение Сигурда.
Когда подозрения Альфа таким образом подтвердились, он предложил руку Хьёрдис, мнимой служанке, обещая ей заботиться о ее маленьком сыне, и это слово он впоследствии сдержал. Когда ребенок появился на свет, Альф сам окропил его водой согласно обычаю, который ревностно блюли наши языческие предки, и нарек его Сигурдом. Когда тот вырос, с ним обращались как с родным сыном конунга, а его наставником стал Регин, мудрейший из людей, который знал все, даже собственную судьбу, так как ему было открыто, что он падет от руки юноши.
Под руководством своего наставника Сигурд с каждым днем становился все мудрее, так что вскоре лишь немногие могли сравниться с ним. Он владел кузнечным делом и искусством вырезать руны; он овладел языками и музыкой и, что также очень важно, стал отважным воином, с которым никто не мог сразиться. Когда он возмужал, Регин велел ему попросить у конунга боевого коня. Просьба эта сразу же была удовлетворена, и конюшему Грипиру было приказано выбрать из коней конунга боевого коня, который больше всего понравится Сигурду.
По пути на луг, где паслись кони, Сигурд встретил одноглазого чужестранца, одетого в серые и синие одежды. Он приблизился к юноше и попросил его завести коней в воду и выбрать коня, который сможет справиться с потоком.
Сигурд с благодарностью последовал этому совету, и, дойдя до луга, он загнал лошадей в поток, протекавший через луг. Только один конь переплыл поток до другого берега, а затем, снова бросившись в воду, вернулся обратно, не подавая никаких признаков усталости. Сигурд не колеблясь выбрал этого коня и назвал его Грани. Этот конь был рожден от восьминогого коня Одина Слейпнира и, помимо необычайной силы и выносливости, был так же бесстрашен, как и его хозяин.
Одним зимним днем, когда Регин и его воспитанник сидели у огня, старик тронул струны своей арфы и на манер северных скальдов поведал историю своей жизни.
Сокровище повелителя карликов.
У Хрейдмара, повелителя карликов, было три сына. Старший из них, Фафнир, имел бесстрашное сердце и могучую силу. Второй сын, Отр, был одарен силками и сетью и способностью по желанию менять свой облик. Младший сын, Регин, был мудр и ловок. Для того чтобы угодить жадному Хрейдмару, младший сын построил для него дом из золота и сверкающих драгоценных камней, и дом этот охранялся Фафниром, так как никто не осмеливался противостоять его яростному взгляду и шлему.
Так случилось, что Один, Хенир и Локи, приняв человеческий облик, однажды пришли во владения Хрейдмара, чтобы проверить сердца людей.
Когда боги подошли к дому Хрейдмара, Локи увидел выдру, греющуюся на солнце. Это был не кто иной, как второй сын Хрейдмара Отр, который и оказался жертвой любви Локи к разрушению. Убив несчастного, Локи взял его безжизненное тело за спину, думая, что животное пригодится на обед.
Затем Локи догнал своих спутников, и, войдя вместе с ними в чертог Хрейдмара, он бросил свою добычу на пол. Как только правитель карликов увидел выдру, он впал в ярость, и боги не успели даже оказать сопротивления, как оказались связанными. Хрейдмар обещал, что они не освободятся до тех пор, пока не утолят его жажду к золоту и не засыплют золотом шкуру выдры.
Так как шкура выдры могла растягиваться до бесконечности, никаких сокровищ не могло хватить на то, чтобы засыпать ее доверху. Положение богов казалось безнадежным. Надежда, однако, появилась, когда Хрейдмар согласился освободить одного из них. В качестве посланца выбрали Локи, который, не мешкая, направился к водопаду, где жил карлик Андвари, охраняя добытое золото.
Несмотря на тщательные поиски, Локи никак не мог найти карлика, пока он не увидел резвящегося в бурных водах лосося и не догадался, что карлик мог принять его облик. Взяв сеть Ран, он быстро поймал рыбу и увидел, что, как он и подозревал, это и есть Андвари. Поняв, что он ничего не сможет сделать, карлик принес все свои огромные сокровища, включая шлем-страшило и золотую кольчугу, оставив себе только кольцо, обладавшее волшебной силой, как, например, способность притягивать золото как магнит. Однако алчный Локи, увидев кольцо, стянул его с пальца карлика и, смеясь, удалился, в то время как в спину ему неслись проклятья карлика, который кричал, что кольцо будет стоить жизни его обладателю и погубит многих.
Прибыв в чертог Хрейдмара, Локи увидел, что сокровищ не хватает, так как шкура становилась больше по мере того, как в нее что-либо клали, и для того, чтобы освободить своих спутников и самому обрести свободу, был вынужден положить сверху кольцо Андваранаут (блеск Андвари), которое он намеревался оставить себе. Вскоре начало сбываться проклятие, наложенное Андвари на кольцо. Фафнир и Регин потребовали свою долю сокровищ, а Хрейдмар день и ночь сторожил богатства и ни за что не хотел расставаться с ними. Непобедимый Фафнир, видя, что не сможет получить желаемое, убил отца и захватил себе все сокровище. Когда же Регин пришел требовать свою часть, он насмешливо прогнал его, сказав, чтобы тот сам добывал себе богатство.
Оказавшись в изгнании, Регин нашел себе приют среди людей, которых он обучил сеять и убирать хлеб. Он научил их обрабатывать металлы, выходить под парусом в море, строить дома, прясть, плести и шить и всем остальным ремеслам, что раньше были неведомы людям. Прошли годы, а Регин терпеливо ждал своего времени, надеясь, что когда-нибудь встретит героя, достаточно сильного для того, чтобы отомстить за его беды Фафниру, который за годы любования своими сокровищами превратился в ужасного дракона, наводившего ужас на Гнитхейд (сверкающий очаг), где он нашел себе приют.
Закончив свой рассказ, Регин с грустью посмотрел на внимательно слушающего Сигурда и сказал, что знает, что молодой герой при желании сможет убить дракона, затем он спросил Сигурда, готов ли тот помочь ему совершить возмездие.
Меч Сигурда.
Сигурд, не колеблясь, согласился при условии, что проклятие падет на Регина, обязавшегося выковать для юноши меч, который ничто не сможет сломать. Регин дважды ковал чудесное оружие, но Сигурд разбивал его на куски на наковальне. Тогда Сигурд вспомнил об обломках меча своего отца Сигмунда, который хранила его мать, и, придя к Хьёрдис, попросил ее отдать их ему. Тогда из обломков меча был выкован такой крепкий клинок, что он рассек наковальню пополам, а сам даже не треснул. Этот меч был таким острым, что рассек комок шерсти, плывший по течению.
Затем Сигурд направился к умеющему видеть будущее Грипиру, который предсказал ему все, что с ним должно произойти. После этого Сигурд попрощался с матерью и в сопровождении Регина направился в землю своего рода, поклявшись Регину убить дракона после того, как он выполнит свой долг и отомстит за Сигурда.
По пути в землю Вёльсунгов они увидели поразительное зрелище: прямо по воде шел человек. Сигурд взял его в ладью, а незнакомец, назвавшийся Фенгом или Фьельниром, пообещал им попутные ветры. Также он учил его различать добрые приметы. На самом деле этот старик был не кто иной, как Один или Хникар, усмиритель волн, но Сигурд не узнал его.
Битва с драконом.
Сигурд сразился с Люнгви и убил его, а также многих его воинов. Затем он покинул свои отвоеванные владения и вернулся с Регином мстить Фафниру. Они вместе перешли через горы, которые поднимались перед ними все выше и выше, пока не достигли большой пустыни, где и было убежище Фафнира. Дальше Сигурд поехал один, и в пути он встретил одноглазого странника, который велел ему вырыть глубокую яму на той тропе, по которой дракон проползал каждый день, направляясь к реке утолить жажду. Сигурд должен был укрыться в яме и дождаться, чтобы чудовище проползло над ним, тогда он сможет вонзить свой меч в его сердце.
Сигурд с благодарностью последовал этому совету и был вознагражден за это успехом в своем предприятии. Когда чудовищные складки туловища монстра были над ним, он вонзил меч прямо в сердце дракона и, выйдя из укрытия, увидел, что дракон бьется в предсмертных судорогах.
Регин предусмотрительно держался на расстоянии, пока опасность не миновала. Видя, что враг повержен, он вышел к Сигурду. Опасаясь, что юный герой потребует награды, он стал обвинять его в убийстве родственника, но затем с притворным благородством сказал, что вместо того, чтобы требовать жизнь за жизнь, как гласит древнескандинавский обычай, он сочтет, что они будут квиты при условии, если Сигурд вырежет сердце дракона и поджарит его для Регина на палочке.
Сигурд понимал, что настоящий воин никогда не простит смерть своего близкого родственника, если тот не будет отомщен, поэтому согласился на такой незначительный выкуп и немедленно выступил в роли повара, в то время как Регин, ожидая, когда мясо будет готово, дремал. Некоторое время спустя Сигурд решил проверить, мягкое ли мясо, но обжегся и сунул пальцы в рот, чтобы облегчить боль. И только лишь попала ему на язык кровь из сердца, он уразумел птичью речь и понял, о чем говорили синицы, сидевшие на дереве. Внимательно прислушавшись, он узнал, что Регин замышляет против него недоброе, а также каким образом ему следует убить старика и забрать себе золото, которое по праву принадлежало ему. После этого он должен будет отведать крови и сердца дракона. Так как это совпадало с его собственными желаниями, он убил мечом злобного старика и стал есть и пить, как сказали ему птицы, оставив немного от сердца Фафнира на потом. Затем он отправился дальше на поиски огромного богатства, надев свой шлем-страшило, золотую кольчугу и кольцо Андваранаут. Взяв столько золота, сколько мог увезти его конь Грани, он вскочил в седло и стал прислушиваться к песням птиц, чтобы узнать, каковы должны быть его дальнейшие действия.
Спящая дева-воительница.
Вскоре он услышал сказ о деве-воительнице, уснувшей в горах и окруженной огненной стеной, которую, чтобы разбудить деву, могли преодолеть только храбрейшие из мужей.
Такой подвиг был как раз по душе Сигурду, и он сразу же отправился в путь. Он ехал там, где еще не ступала нога человека, дорога была долгой и безрадостной, но, наконец, Сигурд достиг горы Хиндарфьялль в земле франков. Это была высокая гора, и казалось, что окутанную туманом вершину лизали языки пламени.
Сигурд направился к горе, а огонь все разгорался, пока он не оказался перед огненной стеной, окружающей вершину. Огонь ревел и бушевал так, что это устрашило бы любого, но Сигурд вспомнил слова птиц и, не медля ни мгновения, бросился в него.
Когда бушующий огонь стих, Сигурд продолжил свой путь по посыпанной белым пеплом широкой дороге по направлению к большому замку, окруженному стеной из щитов. Ворота были широко открыты, и Сигурд беспрепятственно проехал за ограду, не встретив сопротивления ни со стороны стражи, ни со стороны воинов. Осторожно продвигаясь вперед, так как он опасался ловушки, Сигурд, наконец, достиг внутреннего двора замка, где увидел спящего в полном вооружении человека. Сигурд спешился и снял со спящего шлем. С изумлением он увидел перед собой не воина, но прекрасную деву.
Все его попытки разбудить спящую были напрасны, пока он совсем не снял с нее доспехи, которые скрывали белоснежные льняные одежды. Волосы ее золотыми волнами рассыпались по плечам. Когда, наконец, доспехи были сняты, она широко открыла прекрасные глаза. Налюбовавшись восходом солнца, она обратила взор на своего освободителя, и молодой герой и дева с первого взгляда полюбили друг друга.
Тогда дева поведала Сигурду свою историю. Звали ее Брюнхильд. Согласно некоторым источникам, она была дочерью конунга, а Один возвел ее в ранг валькирий. Она долгое время преданно служила ему, однако однажды осмелилась поставить свои собственные интересы превыше его, присудив победу в битве более молодому и привлекательному воину, в то время как Один приказал ей помочь его противнику.
В наказание за это непослушание ее изгнали из Вальхаллы на землю, где по решению Одина она могла выйти замуж, как и остальные представительницы ее пола. Этот приговор поверг Брюнхильд в ужас, так как она опасалась, что судьба пошлет ей в мужья труса, которого она будет презирать. Для того чтобы развеять эти страхи, Один отослал ее в Хиндарфьялль, и, начертав руну сна, чтобы в ожидании предназначенного ей судьбой мужа она оставалась молодой и прекрасной, он окружил ее огненной завесой, преодолеть которую мог только герой.
С вершины Хиндарьфьялля Брюнхильд показала Сигурду свой бывший дом в Лимдале, или земле гуннов, сказав ему, что она будет ждать его там, когда бы он ни пришел взять ее в жены. На одинокой горной вершине Сигурд надел ей на палец кольцо Андваранаут и поклялся в вечной любви.
Воспитание Аслауг.
Согласно одним источникам, дав друг другу клятву, влюбленные расстались; согласно другим, Сигурд в скором времени взял Брюнхильд в жены, и они жили счастливо некоторое время, пока Сигурд не был вынужден покинуть Брюнхильд и свою маленькую дочь Аслауг. Ребенка, оставшегося сиротой в трехлетнем возрасте, воспитал отец Брюнхильд. Изгнанный из дома, он спрятал Аслауг в искусно сделанной арфе, но в далеком краю его убил крестьянин со своей женой, которые надеялись найти в арфе золото. Велико было их удивление и разочарование, когда, разбив инструмент, они обнаружили прекрасную маленькую девочку, которую они приняли за немую, ибо она не произнесла ни слова. Шло время, и девочка, с которой они обращались как со служанкой, превратилась в прекрасную деву, которую полюбил находившийся в тех краях викинг Рагнар Лодброка, конунг датчан, которому она и поведала историю своей жизни. Викинг направился в другие земли, чтобы закончить свое путешествие, но по прошествии года, в течение которого он приобрел большую славу, вернулся назад и забрал Аслауг с собой, попросив ее руки.
В продолжении истории о Сигурде и Брюнхильд говорится, однако, что молодой герой отправился совершать подвиги в другие земли, где он, как истинный герой, поклялся искоренять зло и защищать сирот и угнетенных.
Нибелунги (Нифлунги).
Во время своих странствий Сигурд прибыл во владения Нифлунгов. В этих краях всегда были туманы, а правили там Гьюки и Гримхильд. Королева была особенно страшна, так как умела колдовать и могла налагать чары и варить волшебные зелья, которые вызывали временное забвение у пьющего их и подчиняли его воле королевы.
У короля и королевы было три сына: Гуннар, Хёгни, Готторм. Дочь их Гудрун была самой милой и прекрасной девой. Все они тепло приняли Сигурда, и Гьюки пригласил его немного погостить у них. Приглашение пришлось очень кстати после долгих странствий, и Сигурд с радостью остался и участвовал в развлечениях Нифлунгов. Он ходил с ними на войну и так отличился там своей доблестью, что заслужил уважение Гримхильд, которая решила выдать свою дочь за него замуж. И вот однажды она сварила одно из своих волшебных зелий, а когда он выпил его из рук Гудрун, он полностью забыл Брюнхильд и свою помолвку с ней и воспылал любовью к королевской дочери.
Хотя Сигурд и чувствовал смутный страх, понимая, что забыл что-то, что должен был исполнить, он попросил руки Гудрун и получил согласие. Их свадьба состоялась при большом стечении народа и всеобщем ликовании. Сигурд дал отведать невесте сердце Фафнира, и, как только она попробовала его, она изменилась и стала холодной и молчаливой со всеми, кроме мужа. Для того чтобы еще прочнее скрепить союз с Гьюкунгами (так звали сыновей Гьюки), Сигурд вошел с ними в «круг судьбы». Юноши нарезали дерн, который положили на щит. Все они стали под ним и, порезав себе руки, смешали кровь со свежей землей. Затем, принеся клятву в вечной дружбе, они положили дерн на место.
Но хотя Сигурд и любил свою жену и чувствовал искреннюю привязанность к ее братьям, он не мог избавиться от гнетущего чувства, теперь редко можно было видеть его улыбающимся. Гьюки умер, и место его занял его старший сын Гуннар. Так как молодой король не был женат, его мать Гримхильд стала просить его найти себе жену, говоря ему, что никто не достоин стать королевой Нифлунгов, кроме Брюнхильд, которая, как говорили, обитала в золотом чертоге, окруженном огненным валом, и взять ее в жены мог только тот, кто осмелится преодолеть ради нее огненную стену.
План Гуннара.
Гуннар немедленно решил отправиться на поиски девы и, получив силу от одного из волшебных снадобий матери, подбадриваемый Сигурдом, отправился в путь. Однако, когда он достиг вершины горы и уже намеревался броситься в огонь, его конь в испуге отпрянул назад, и он не мог заставить его сделать ни шагу вперед. Видя, что конь его спутника не показывает никаких признаков страха, он попросил Сигурда дать ему коня, но, хотя Грани и позволил Гуннару сесть верхом на себя, он не двигался, потому что в седле сидел не его хозяин.
Так как у Сигурда был шлем-страшило, а Гримхильд на всякий случай дала Гуннару волшебное зелье, то спутники могли поменяться обличьями. Видя, что Гуннару не удается преодолеть огненную стену, Сигурд предложил принять облик Гуннара и завоевать для него невесту. Король был очень раздосадован, но, так как иного выхода не было, он сошел с коня, и вскоре подмена была совершена. Затем Сигурд сел на Грани в облике своего спутника, и на этот раз боевой конь не упрямился ни одного мгновения, но сразу бросился в огонь и вскоре доставил своего всадника к замку, где в высокой зале сидела Брюнхильд. Они не узнали друг друга: Сигурд потому, что Гримхильд наложила на него чары, а Брюнхильд из-за изменившегося облика возлюбленного.
Дева нахмурилась при виде темноволосого чужеземца, так как она считала, что только Сигурд способен преодолеть огненную завесу. Однако она неохотно вышла поприветствовать гостя, а когда он сообщил, что пришел добиваться ее руки, она позволила ему занять место жениха рядом с собой, так как была связана чарами и должна была взять в мужья того, кто пройдет ради нее огненную завесу.
Сигурд провел три ночи на ложе Брюнхильд, положив между собой и невестой свой сверкающий меч. Такое необычное поведение возбудило любопытство девы, и Сигурд поведал ей, что таким образом боги велели совершить помолвку.
Когда наступило утро четвертого дня, Сигурд снял кольцо Андваранаут с пальца Брюнхильд и, надев другое кольцо, добился от нее торжественного обещания, что через десять дней она придет во двор Нибелунгов, чтобы стать королевой и его верной женой.
Добившись этого обещания, Сигурд покинул чертог, пройдя по пеплу, и пришел к Гуннару, с которым он, сообщив ему об успехе предприятия, вновь поменялся обликом. Затем воины повернули своих боевых коней обратно домой, и только Гудрун открыл Сигурд тайну помолвки; он отдал ей роковое кольцо, даже не подозревая о том, сколько бед оно еще принесет.
Приход Брюнхильд.
Верная данному ею слову, десять дней спустя появилась Брюнхильд, и, торжественно благословляя дом, в который она должна была войти, она тепло поприветствовала Гуннара и позволила ему провести ее в большую палату, где рядом с Гудрун сидел Сигруд. Взглянув на нее, Вёльсунг встретил укоряющий взгляд, и это разрушило чары. Прошлое горечью воспоминаний вновь ожило, однако было уже слишком поздно: они были оба связаны брачными клятвами: он с Гудрун, она – с Гуннаром, за которым безвольно последовала к предназначавшейся им высокой скамье.
Дни шли, и Брюнхильд казалась равнодушной, однако в сердце ее кипел гнев, и она часто уходила от своего мужа в лес, где в одиночестве давала волю своему горю.
В это время Гуннар заметил, с каким холодным равнодушием встречает жена проявления его чувств, и у него зародились ревнивые подозрения и сомнения в том, всю ли правду о помолвке сказал ему Сигурд и не воспользовался ли он своим положением, чтобы завоевать любовь Брюнхильд. Один только Сигурд оставался безмятежным, сражаясь только с тиранами и угнетателями и встречая всех добрыми словами и улыбкой.
Ссора королев.
Однажды королевы направились к Рейну купаться и, когда они уже входили в воду, Гудрун сказала, что имеет право войти в воду первой, так как ее муж храбрее. Брюнхильд стала оспаривать то, что считала свои правом. Разгорелась ссора, в ходе которой Гудрун обвинила свояченицу в неверности, показав ей в доказательство кольцо Андваранаут. Вид рокового кольца в руках соперницы потряс Брюнхильд, и она убежала домой, где в молчании слегла от горя, не вставая так долго, что все уже думали о приближении смерти. Напрасно Гуннар и члены королевской семьи пытались по очереди разговорить ее; она не вымолвила ни слова до тех пор, пока не пришел Сигурд и не спросил ее о причине ее молчаливых страданий. Тогда любовь и гнев Брюнхильд вырвались наружу, как воды бурного потока, и она обрушила на своего возлюбленного град упреков, пока его сердце до такой степени не преисполнилось жалости к ней, что доспехи спали с него.
Ничто не могло разрядить тяжелую обстановку, а Брюнхильд не слушала обещаний Сигурда отречься от Гудрун, отвечая ему, что не сможет быть неверна Гуннару. Мысль о том, что два воина назвали ее своей женой, была невыносима для ее гордости, и, когда в следующий раз ее муж пришел к ней, она стала умолять его убить Сигурда, что еще больше разожгло ревность и подозрения Гуннара. Он отказался жестоко поступить с Сигурдом, так как они поклялись друг другу в вечной дружбе. За помощью он обратился к Хёгни. Однако он тоже не желал нарушить данную им клятву. Тогда, воспользовавшись одним из зелий Гримхильд, он подговорил Готторма совершить предательство.
Смерть Сигурда.
Тоща в одну темную ночь вооруженный Готторм прокрался в палату Сигурда; но, наклонившись над ним, увидел, что Сигурд смотрит на него, и выбежал. Он снова вернулся, и все повторилось, как и в первый раз. К утру же, вернувшись к Сигурду в третий раз, он увидел, что герой спит, и предательски вонзил копье ему в спину.
Несмотря на смертельное ранение, Сигурд поднялся на своем ложе и, схватив свой меч, который висел рядом с ним, изо всех сил метнул его в спину пытающегося убежать убийцы. Когда же Готторм достиг двери, меч настиг его и разрубил надвое. Затем, тихо попрощавшись с охваченной ужасом Гудрун, Сигурд откинулся назад и умер.
Тогда же убили сына Сигурда, и несчастная Гудрун в молчании оплакивала погибших, в то время как Брюнхильд громко смеялась, чем навлекла на себя гнев Гуннара, который слишком поздно пожалел о случившемся.
Похороны состоялись вскоре. Был сложен большой погребальный костер, на который возложили дорогие гобелены, свежие цветы и сверкающее оружие, как полагалось при погребении великого воина. Все то время, что шли приготовления, женщины с особенной нежностью обращались с Гудрун; боясь, что ее сердце не выдержит, они пытались вызвать у нее слезы, рассказывая сильнейшие огорчения, которые им самим пришлось когда-либо пережить: одна женщина, например, поведала, как она сама потеряла всех, кто ей был дорог. Однако все попытки были тщетными, пока не положили на ее колени голову Сигурда, попросив поцеловать его, как если бы он был еще жив; и тогда слезы ручьем полились из ее глаз.
Сама Брюнхильд не осталась равнодушной к произошедшему; она позабыла все обиды, когда увидела тело Сигурда на костре. Он был одет в сияющие доспехи, как будто шел в бой; на голове у него был шлем-страшило, рядом с ним был его боевой конь, которого должны были сжечь вместе с ним, как и нескольких самых верных его слуг, которые не могли пережить смерть хозяина. Она удалилась к себе в покои и, раздав все свое имущество служанкам, надела свои самые роскошные одежды, бросилась на кровать и закололась мечом.
Весть об этом в скором времени достигла Гуннара, который бросился к своей жене. Единственное, что он успел услышать, была ее просьба положить ее рядом с героем, которого она любила, вынуть из ножен сверкающий меч и положить между ними, как было в тот день, когда он обманом добился ее руки, чтобы помочь другому. Когда она умерла, все ее пожелания были исполнены, ее сожгли вместе с Сигурдом, а все Нибелунги оплакивали их.
В «Кольце Нибелунга» Вагнера, творческой переработке истории о Нибелунгах, смерть Брюнхильд описана более красочно. Сев верхом на своего боевого коня, как и раньше, когда она под командованием Одина вела в бой дев-воительниц, она на всем скаку бросилась в погребальный костер, после чего пламя взметнулось до самых небес.
Сцена смерти Сигурда (Зигфрида) представлена более ярко в «Кольце Нибелунга».
В немецкой версии коварный убийца во время охоты заманивает Сигурда в лес, чтобы утолить жажду у ручья, и вонзает ему в спину меч. Охотники приносят его тело домой и кладут его к ногам жены.
Бегство Гудрун.
Безутешная Гудрун, воспылав ненавистью к родственникам, которые лишили ее всего, бежала из отцовского дома и попросили приюта у конунга Альфа, приемного отца Сигурда, который после смерти Хьёрдис взял в жены Тору, дочь конунга Хакона. Женщины подружились, и Гудрун пробыла там несколько лет, вышивая на гобеленах картины великих подвигов Сигурда и присматривая за своей маленькой дочерью Сванхильд, чей сияющий взор напоминал ей о муже, которого она потеряла.
Атли, конунг гуннов.
В это время Атли, брат Брюнхильд, который теперь стал конунгом гуннов, потребовал от Гуннара ответа за смерть сестры. Для того чтобы смягчить его гнев, Гуннар пообещал отдать ему в жены Гудрун, когда та закончит носить траур по мужу. Прошло время, и Атли потребовал выполнения уговора. Тогда братья-Нибелунги со своей матерью Гримхильд отправились за принцессой и с помощью сваренного Гримхильд волшебного зелья уговорили Гудрун оставить маленькую Сванхильд в Дании, а самой стать женой Атли в земле гуннов.
Однако Гудрун втайне ненавидела своего мужа, чья алчность вызывала в ней отвращение; даже рождение двух сыновей Эрпа и Эйтеля не уменьшило ее скорбь по погибшим и тоску по отсутствующей Сванхильд. Она постоянно думала о прошлом и часто говорила о нем, не подозревая о том, что ее описания богатств Нибелунгов разжигали в Атли еще большую жадность и что он втайне искал возможности завладеть ими.
Наконец, Атли решил отправить одного из своих слуг Кнефруда (Винги) к Нибелунгам и пригласить их в его владения; он намеревался убить их всех, как только они окажутся в его власти. Однако Гудрун, догадавшись о его намерениях, вырезала руны и вместе с кольцом, которое оплела волчьей шерстью, послала их своим братьям. Однако по пути посланец нечаянно стер часть рун, что изменило их смысл. По этой причине Гуннар, несмотря на предупреждения Хёгни и Гримхильд и дурной сон своей второй жены Глаумвор, принял приглашение.
Захоронение сокровища Нибелунгов.
Однако, перед тем как отправиться в путь, Гуннара убедили тайно захоронить великие сокровища Нибелунгов в Рейне, и он утопил их на дне реки. Место захоронения было известно только братьям, которые торжественно поклялись никому не разглашать тайну.
Предательство Атли.
Затем королевский отряд в полном вооружении покинул столицу Нибелунгов, которую им больше не суждено было увидеть, и после полного приключений пути они прибыли в землю гуннов и направились к палате Атли, где, поняв, что их заманили в ловушку, убили предателя Кнефруда (Вигни) и приготовились биться насмерть.
Гудрун поспешила навстречу братьям и обняла их, а увидев, что они собираются сражаться, сама взялась за оружие и вместе с ними вступила в страшную схватку. После первой атаки Гуннар поддерживал боевой дух своих соратников, играя на арфе, и прекратил игру, только когда бой начался вновь. Трижды мужественные Нибелунги отражали натиск гуннов, пока в живых не остались только Гуннар и Хёгни. Тогда раненых, ослабевших и изможденных короля и его брата схватили и, крепко связав, бросили в темницу ожидать смерти.
Атли из осторожности не участвовал в битве. Он приказал привести к нему братьев и пообещал им свободу, если они скажут, где захоронено золото. Однако они хранили гордое молчание, и первым после долгих мучений заговорил Гуннар, сказав, что торжественно поклялся хранить тайну, пока жив Хёгни. Он сказал, что поверит в смерть брата, только когда ему принесут его сердце.
Страшным голосом воскликнул Гуннар: «Глупец, слышал ли ты, кому досталось Сокровище и Золото богов? То Сигурд был, сын Вёльсунгов, из лучших лучший».
Движимый алчностью, Атли приказал немедленно принести сердце Хёгни. Однако его слуги, боясь приблизиться к этому грозному воину, трусливо убили раба Хьялли. Увидев дрожащее сердце несчастного, Гуннар с презрением сказал, что такое робкое сердце не может принадлежать его бесстрашному брату. Атли, рассердившись, снова отправил слуг, и на этот раз они принесли бестрепетное сердце Хёгни. Тогда Гуннар, повернувшись к конунгу, торжественно поклялся, что теперь, когда тайной владеет только он, ее больше никто не узнает.
Последний из Нибелунгов.
Побелев от ярости, король приказал слугам бросить Гуннара, связав ему руки, в яму, кишащую ядовитыми змеями. Однако это не испугало бесстрашного Нибелунга и, поймав в насмешку брошенную ему вслед арфу, он спокойно сел в яме и, играя пальцами ног, усыпил всех змей, кроме одной. По преданию, обличье этой змеи приняла мать Атли, которая ужалила его под сердце, после чего победная песнь умолкла навсегда.
Для того чтобы отпраздновать свой триумф, Атли организовал великий пир, приказав Гудрун присутствовать на нем и прислуживать ему. Во время трапезы он много ел и пил, не подозревая, что его жена убила обоих его сыновей и, зажарив их сердца, подала их с вином, смешанным с их кровью, в кубках из их черепов. Когда же король и его гости опьянели, Гудрун, согласно одной из версий саги, подожгла дворец. Когда же опьяневшие воины поднялись, чтобы спастись, было уже слишком поздно, и Гудрун призналась в том, что совершила. Заколов мечом своего мужа, она бесстрашно погибла в огне вместе с остальными гуннами. Согласно другой версии, Гудрун заколола Атли мечом Сигурда, и, положив его тело в ладью, которую она пустила в открытое море, она сама бросилась в море и утопилась.
Согласно третьей и последней версии, Гудрун не утонула. Волны вынесли ее на землю, которой правил конунг Йонакр. Она стала его женой и родила ему трех сыновей – Хамди, Серли и Эрпа. К ней вернулась ее любимая дочь Сванхильд, которая к тому времени превратилась в прекрасную деву.
Сванхильд.
Сванхильд была помолвлена с Ёрмунрекком, готским конунгом, который отправил своего сына Рандвера и одного из слуг Бикки сватать невесту и сопроводить ее в его королевство. Бикки был предателем и, намереваясь захватить власть, составил план и обвинил Рандвера в том, что тот пытался завоевать расположение своей молодой мачехи. Это обвинение настолько разгневало Ёрмунрекка, что он приказал повесить сына, а Сванхильд бросить под копыта диких коней. Однако дочь Сигурда и Гудрун была так красива, что даже дикие кони не могли причинить ей вреда, и, лишь когда ей накинули на голову мешок, кони затоптали ее.
Узнав о судьбе своей любимой дочери, Гудрун призвала к себе своих трех сыновей и, вооружив их доспехами и оружием, которому мог противостоять лишь камень, приказала им отправиться мстить за убитую сестру. Сама же она умерла от горя и была сожжена на погребальном костре.
Три сына Сёрли, Хамдир и Эрп направились в королевство Ёрмунрекка, однако еще до того, как они встретились со своими врагами, старшие братья, посчитав Эрпа слишком молодым для битвы, стали насмехаться над его малым ростом и в конце концов убили его. Затем Сёрли и Хамдир напали на Ёрмунрекка, отрезали ему руки и ноги и уже собирались убить его, как внезапно появился одноглазый незнакомец и приказал всем стоящим рядом забросать молодых воинов камнями. Приказ был немедленно выполнен, и Сёрли с Хамдиром упали под градом камней, которые, как уже было сказано выше, могли пробить их доспехи.
Истолкование саги.
Некоторые исследователи полагают, что сага о Вёльсунгах является комплексом солнечных мифов, в которых Сиги, Рерир, Вёльсунг, Сигмунд и Сигурд олицетворяют собой небесное светило. Все они вооружены непобедимыми мечами – солнечными лучами, все странствуют по миру, сражаясь со своими врагами – демонами холода и темноты. Сигурд, как и Бальдр, самый любимый из них всех. Он берет в жены Брюнхильд, деву рассвета, которую вызволяет из огня, то есть предрассветной зари, и вновь встречается с ней только тогда, когда его земные дни уже сочтены. Его сжигают на погребальном костре, который, как и в случае с Бальдром, символизирует либо заход солнца, либо последние летние лучи солнца, которое он также воплощает в себе. Убийство Фафнира символизирует свержение холодного и темного демона, который украл золотое сокровище лета, то есть желтые лучи солнца.
Согласно другим источникам, эта сага основана на реально происходивших событиях. Атли – это жестокий Аттила, по прозвищу Божий Бич, в то время как прототипом Гуннара является король Гундихарий, правитель Бургундии, чье королевство было разгромлено гуннами и который был убит своими братьями в 451 году. Гудрун – это историческая принцесса Ильдико, из мести за своих убитых родственников в брачную ночь убившая своего мужа, как уже было сказано выше, сверкающим мечом, который раньше принадлежал солнечному богу.