Тьма афоризмов великих мудрецов.

Франция.

Маргарита Наваррская Старшая.

1492–1549 Гг.

Славное — это то, как человек сам оценивает свои поступки.

Если окажется, что та, кого вы полюбили, как две капли воды похожа на вас и хочет всего того, чего хотите вы, в действительности вы будете любить не ее, а только себя.

Как неразумен человек, когда от добра, которое он имеет, он еще ищет другого. Не довольствуясь тем, что у него есть, и гонясь за большим, человек теряет и то, что имел.

Легче расторгнуть сотню браков, чем разлучить одного священника с его служанкой.

Любовь слепа, и она способна ослепить человека так, что дорога, которая кажется ему наиболее надежной, оказывается наиболее скользкой.

Люди дурные готовы искать зло где угодно, только не там, где оно есть на самом деле.

Мне столько раз приходилось слышать о людях, которые умирают от любви, но за всю жизнь я не видела, чтобы кто-нибудь из них действительно умер.

Можно вынести все, кроме безделья.

Наказывается не преступление, а глупость.

Настоящая любовь и изобретательность свойственны иногда вовсе не тем, в ком мы рассчитываем их найти.

Настоящая любовь не признает никаких приказаний и никаких обетов.

Не бывает огня без дыма, но зато дым мне много раз пришлось видеть и там, где не было никакого огня.

Непостоянство всегда достойно осуждения.

Обида имеет больше власти над женщиной, чем любовь, особенно если у этой женщины благородное и гордое сердце.

Самые тяжелые муки — это муки любви.

Самыми изобретательными в делах любви оказываются именно те, у кого меньше всего ума.

Самым невежественным оказывается тот, кто считает, что знает все.

Сильнее всего бывают те, кто направляет силы на добрые дела.

Сладка не та месть, которая убивает врага, а та, которая несет жизнь истинному другу.

Старики привыкли думать, что они всегда умнее, чем поколение, которое идет им на смену.

Тот, кто делает добро другим, сам от этого вкушает радость.

Труднее всего человеку бывает справиться с досадой и гневом.

Уж если кто-нибудь действительно что-то знает, так это тот, кто уверен, что ничего не знает.

Человек, известный своими дурными наклонностями, всегда будет на подозрении.

Человек не очень-то властен над своим сердцем и не может по собственной воле заставить себя любить или ненавидеть.

Мишель де Монтень.

1533–1592 Гг.

Бич человека — это воображаемое знание.

В природе нет ничего бесполезного.

Врач, впервые приступая к лечению своего пациента, должен делать это изящно, весело и с приятностью для больного; и никогда хмурый врач не преуспеет в своем ремесле.

Все средства — при условии, что они не бесчестны, — способные оградить нас от бедствий и неприятностей, не только дозволены, но и заслуживают всяческой похвалы.

Высокомерие складывается из чересчур высокого мнения о себе и чересчур низкого о других.

Жениться, ничем не связывая себя, — предательство.

Жизнь сама по себе — ни благо, ни зло: она вместилище и блага и зла, смотря по тому, во что вы сами превратили ее.

Знание не нужно нацеплять на душу, его нужно внедрять в нее; его не нужно наводить на нее, им нужно пропитывать ее.

Знания — обоюдоострое оружие, которое только обременяет и может поранить своего хозяина, если рука, которая держит его, слаба и плохо умеет им пользоваться.

Иметь дело с людьми, которые восхищаются нами и во всем нам уступают, — удовольствие весьма пресное и даже вредное для нас.

Истинное достоинство подобно реке: чем она глубже, тем меньше издает шума.

Истинные ученые подобны колосьям в поле. Пока колос пуст, он весело растет и гордо подымает кверху главу; но, когда он разбухает, наполняется зерном и созревает, он проникается смирением и опускает голову.

Книжная ученость — украшение, а не фундамент.

Когда творишь добро, сам испытываешь некое радостное удовлетворение и законную гордость, сопутствующую чистой совести.

Крайняя степень страха выражается в том, что, поддаваясь ему, мы даже проникаемся той самой храбростью, которой он нас лишил в минуту, когда требовалось исполнить свой долг и защитить свою честь. Вот чего я страшусь больше самого страха.

Кто боится страдания, тот уже страдает от боязни.

Кто заражен страхом болезни, тот уже заражен болезнью страха.

Кто очень сухощав, тот охотно носит фуфайку, у кого мало содержания — те раздувают его словами.

Кто попадает далее цели, тот так же промахивается, как и тот, кто не попал в цель.

Лживость — гнуснейший порок.

Люди ничему так твердо не верят, как тому, о чем они меньше всего знают, и никто не выступает с такой самоуверенностью, как сочинители всяких басен — например, алхимики, астрологи, предсказатели, хироманты.

Мера жизни не в ее длительности, а в том, как вы ее использовали.

Мне неведомы браки, которые распадались бы с большей легкостью или были бы сопряжены с большими трудностями, нежели заключенные из-за увлечения красотой или по причине влюбленности.

Можно поучиться и у врага.

Мозг, хорошо устроенный, стоит больше, чем мозг, хорошо наполненный.

Молчаливость и скромность — качества, очень пригодные для разговора.

Надо уметь переносить то, чего нельзя избежать.

Наихудшее состояние человека — это когда он перестает сознавать и владеть собой.

Настоящий друг — это тот, кому я поверил бы во всем, касающемся меня, больше, чем самому себе. Сильное воображение порождает событие.

Наука пригодна лишь для сильных умов.

Нашему остроумию, как кажется, более свойственны быстрота и внезапность, тогда как уму — основательность и медлительность.

Не без основания говорят, что кто не очень-то полагается на свою память, тому нелегко складно лгать.

Не беспокойтесь, что не сумеете умереть: сама природа, когда придет срок, достаточно основательно научит вас этому; она сама все за вас сделает, не занимайте этим своих мыслей…

Не все, что колеблется, падает.

Не представляю себе, как можно довольствоваться знаниями, полученными из вторых рук; хотя чужое знание может нас кое-чему научить, мудр бываешь лишь собственной мудростью.

Невозможно вести честный и искренний спор с дураком.

Недостаточно, чтобы воспитание только не портило нас, — нужно, чтобы оно изменяло нас к лучшему.

Нет ответа более унижающего, чем презрительное молчание.

Нет столь дряхлого старца, который, памятуя о Мафусаиле, не рассчитывал бы прожить еще годиков двадцать.

Нет стремления более естественного, чем стремление к знанию…

Ни одна страсть не помрачает в такой мере ясность суждения, как гнев.

Ни то, что предшествует смерти, ни то, что за ней следует, не является ее принадлежностью.

Никто добровольно не раздает своего имущества, но каждый не задумываясь делит с ближним свое время. Ничем мы не швыряем так охотно, как собственным временем, хотя единственно в отношении последнего бережливость была бы полезна и достойна похвалы.

Обвинениям в адрес самого себя всегда верят, самовосхвалению — никогда.

От недостатка уважения к себе происходит столько же пороков, сколько и от излишнего к себе уважения.

Откровенная речь, подобно вину и любви, вызывает такую же откровенность.

Очень многих я видел на своем веку, которые были доведены до совершенной тупости неумеренной жаждой знания.

Очень полезно оттачивать и шлифовать свой ум об умы других.

Плакать из-за того, что мы не будем жить сто лет спустя, столь же безумно, как плакать из-за того, что мы не жили сто лет назад.

Подлинным зеркалом нашего образа мыслей является наша жизнь.

Порицать в другом свои недостатки, думается мне, столь же допустимо, как порицать — а это я делаю весьма часто — чужие в себе, обличать их следует всегда и везде, не оставляя им никакого пристанища.

Природа может все и все творит.

Природа — приятный наставник, и даже не столько приятный, сколько осторожный и верный.

Пытливости нашей нет конца, удовлетворенность ума — признак его ограниченности или усталости.

Самые выдающиеся дарования губятся праздностью.

Самый краткий путь к завоеванию славы — это делать по побуждению совести то, что мы делаем ради славы.

Самым лучшим доказательством мудрости является непрерывное хорошее расположение духа.

Следовало бы иметь установленные законом меры воздействия, которые обуздывали бы бездарных и никчемных писак, как это делается в отношении праздношатающихся и тунеядцев.

Смерть должна быть такая же, как и жизнь; мы не становимся другими только потому, что умираем.

Среди других прегрешений пьянство представляется мне пороком особенно грубым и низменным.

Старикам не стоит думать о смерти: пусть лучше позаботятся о том, как получше разрыхлить грядки на огороде.

Страх то придает крылья ногам, то приковывает их к земле.

Счастье человеческое состоит вовсе не в том, чтобы хорошо умереть, а в том, чтобы хорошо жить.

Те, кто уверяет, что имеет в голове много мыслей, но выразить их не умеет из-за отсутствия красноречия, — не научились понимать самих себя.

Тому, кто не постиг науки добра, всякая иная наука приносит лишь вред.

Тому, кто сказал Сократу: «Тридцать тиранов осудили тебя на смерть», последний ответил: «А их осудила на смерть природа».

Трусость — мать жестокости.

У животных есть та благородная особенность, что лев никогда не становится из малодушия рабом другого льва, а конь — рабом другого коня.

Удачный брак отвергает любовь; он старается возместить ее дружбой. Это — не что иное, как приятное совместное проживание в течение всей жизни, полное устойчивости, доверия и бесконечного множества весьма осязательных взаимных услуг и обязанностей.

Ум, не имеющий никакой определенной цели, теряется; быть везде — значит быть нигде.

Упрямство и чрезмерный пыл в споре — вернейший признак глупости.

Хороши или плохи события жизни, во многом зависит от того, как мы их воспринимаем.

Что может быть труднее, чем уберечься от врага, надевшего на себя личину нашего самого преданного друга.

Чтобы обучить другого, требуется больше ума, чем чтобы научиться самому.

Я говорю правду постольку, поскольку осмеливаюсь ее говорить; чем старше я становлюсь, осмеливаюсь делать это все реже.

Я нередко встречал людей, которые оказывались неучтивыми именно вследствие того, что были чересчур учтивы, и несносны вследствие того, что были чересчур вежливы.

Я хотел бы, чтобы смерть застала меня за работой в поле.

Рене Декарт.

1596–1650 Гг.

Беседовать с писателями других веков почти то же, что путешествовать.

В большинстве споров можно подметить одну ошибку: в то время как истина лежит между двумя защищаемыми воззрениями, каждое из последних отходит от нее тем дальше, чем с большим жаром спорит.

Для того чтобы усовершенствовать ум, надо больше размышлять, чем заучивать.

Кто берется давать наставления, должен считать себя искуснее тех, кому он их дает: малейшая его погрешность заслуживает порицания.

Мало иметь хороший ум, главное — хорошо его применять.

Наблюдайте за вашим телом, если хотите, чтобы ваш ум работал правильно.

Надежда — это стремление души убедить себя в том, что желаемое сбудется. Страх же есть склонность души, убеждающая ее в том, что желание не сбудется.

Негодуют обыкновенно на тех, кто делает добро или причиняет зло лицам, этого не заслуживающим; завидуют же тем, кто в подобных случаях получает какое-нибудь благо.

Нет ни одного порока, который так вредил бы благополучию людей, как зависть, ибо те, которые им заражены, не только огорчают самих себя, но и омрачают также радость других.

Нет таких отдаленных явлений, познания которых нельзя было бы понять.

Разум — это зажигательное стекло, которое, воспламеняя, само остается холодным.

Те люди, которых особенно волнуют страсти, больше всего могут насладиться жизнью.

Трусость очень вредна потому, что она удерживает волю от полезных действий.

Уважение других дает повод к уважению самого себя.

Уединение нужно искать в больших городах.

Целью научных знаний должно быть направление ума таким образом, чтобы он выносил прочные и истинные суждения о всех встречающихся предметах.

Чтение хороших книг — это разговор с самыми лучшими людьми прошедших времен, и притом такой разговор, когда они сообщают нам только лучшие свои мысли.

Я мыслю, следовательно, существую.

Пьер Корнель.

1606–1684 Гг.

Без риска победив, без славы торжествуешь.

Беспечность — худший враг, чем вражеская рать.

Бесчестье равное волочит за собой тот, кто предал любовь и кто покинул бой.

Бог страсти — злой тиран, и он за все в ответе.

Богам не может быть угодно преступленье.

Виновных различать Фемида не должна.

Внушить доверие — о, это очень много!

Возлюбленных — найдешь, супруг — незаменим.

Всегда везде для всех да будет правый суд.

Где нет опасности, не может быть и славы.

Дарите исподволь — и цену дар удвоит.

Как украшает снисходительность героя!

Когда нет того, кого любишь, приходится любить то, что есть.

Кто много говорит, тот говорит много глупостей.

Кто не боится смерти, тому не страшны угрозы.

Кто презирает страх, тот слишком возгордился.

Кто свой скрывает гнев, тот лучше мести служит.

Любовь забыть легко, но честь нельзя никак.

Любовь обманутая — больше не любовь.

Любовь — жестокий царь, ее всесильно иго.

Мы не вправе жить, когда погибла честь.

Нет добродетели, то знатность не поможет.

Обманутый в любви не знает снисхожденья.

От веры до любви короткая дорога.

Отважная душа не станет вероломной.

Пример действует сильнее угрозы.

Приходит — кроткая, царит же — как тиранка.

Ранимы жалостью высокие сердца.

Рассказывая о своем горе, часто его облегчаешь.

Ревность возбуждать одной любви пристало.

Сдержан только тот, кто перестал любить.

Скрывай желания, таи и мечты свои.

Слезам возлюбленной легко осилить нас.

Умение властвовать не черпается из книг.

Участье к слабому — не слабость храбреца.

Человек мужественный — верен своему слову.

Чем лучший оскорбил, тем глубже оскорбленье.

Честь у мужчин одна, возлюбленных так много!

Чужая боль не то, что боль души своей.

Франсуа де Ларошфуко.

1613–1680 Гг.

Благоразумие и любовь не созданы друг для друга: по мере того как растет любовь, уменьшается благоразумие.

Боится презрения лишь тот, кто его заслуживает.

Бывает такая любовь, которая в высшем своем проявлении не оставляет места для ревности.

В людях не так смешны те качества, которыми они обладают, как те, на которые они претендуют.

В основе так называемой щедрости обычно лежит тщеславие, которое нам дороже всего, что мы дарим.

В ревности больше себялюбия, чем любви.

В серьезных делах следует заботиться не столько о том, чтобы создавать благоприятные возможности, сколько о том, чтобы их не упускать.

Великодушие всем пренебрегает, чтобы всем завладеть.

Величавость — это непостижимая уловка тела, изобретенная для того, чтобы скрыть недостатки ума.

Вернейший способ быть обманутым — это считать себя хитрее других.

Влюбленная женщина скорее простит большую нескромность, нежели маленькую неверность.

Впервые вступая в свет, молодые люди должны быть застенчивы или даже неловки: уверенность и непринужденность манер оборачиваются обычно наглостью.

Все жалуются на свою память, но никто не жалуется на свой разум.

Всем достаточно известно, что не подобает человеку говорить о своей жене, но недостаточно известно, что еще меньше ему подобает говорить о себе.

Всецело предаться одному пороку нам обычно мешает лишь то, что у нас их несколько.

Высшая доблесть состоит в том, чтобы совершать в одиночестве то, на что люди отваживаются лишь в присутствии многих свидетелей.

Высшая ловкость состоит в том, чтобы всему знать истинную цену.

Где надежда, там и боязнь: боязнь всегда полна надежды, надежда всегда полна боязни.

Говорить всего труднее как раз тогда, когда стыдно молчать.

Гордость свойственна всем людям: разница лишь в том, где и когда они ее проявляют.

Гордость часто разжигает в нас зависть, и та же самая гордость нередко помогает нам с ней справиться.

Громкое имя не возвеличивает, а лишь унижает того, кто не умеет носить его с честью.

Для того чтобы воспользоваться хорошим советом со стороны, подчас требуется не меньше ума, чем для того, чтобы подать хороший совет самому себе.

Достойно вести себя, когда судьба благоприятствует, труднее, чем когда она враждебна.

Если бы мы не льстили себе сами, нас не портила бы чужая лесть.

Если кто-нибудь сделает нам добро, мы обязаны терпеливо сносить и причиняемое этим человеком зло.

Жажда заслужить расточаемые нам похвалы укрепляет нашу добродетель; таким образом, похвалы нашему уму, доблести и красоте делают нас умнее, доблестнее и красивее.

Женщины в большинстве своем оттого так безразличны к дружбе, что она кажется им пресной в сравнении с любовью.

Зависть еще непримиримее, чем ненависть.

Изящество для тела — это то же, что здравый смысл для ума.

Иной раз нам не так мучительно покориться принуждению окружающих, как самим к чему-то себя принудить.

Искренность — это чистосердечие. Мало кто обладает этим качеством.

Истинная любовь похожа на привидение: все о ней говорят, но мало кто ее видел.

Истинно благородные люди никогда ничем не кичатся.

Истинно ловкие люди всю жизнь делают вид, что гнушаются хитростью, а на самом деле они просто приберегают ее для исключительных случаев, обещающих исключительную выгоду.

Истинно мягкими могут быть только люди с твердым характером; у остальных же кажущаяся мягкость — это чаще всего просто слабость, которая легко превращается в озлобленность.

Истинное красноречие — это умение сказать все, что нужно, и не больше, чем нужно.

К старости недостатки ума становятся все заметнее, как и недостатки внешности.

Как ни редко встречается настоящая любовь, настоящая дружба встречается еще реже.

Как только дурак похвалит нас, он уже не кажется так глуп.

Как часто люди пользуются своим умом для совершения глупостей.

Когда женщина влюбляется впервые, она любит своего любовника; в дальнейшем она любит уже только любовь.

Когда нам удается надуть других, они редко кажутся нам такими дураками, какими кажемся мы самим себе, когда другим удается надуть нас.

Когда пороки покидают нас, мы стараемся уверить себя, что это мы покинули их.

Когда человек любит, он часто сомневается в том, во что больше всего верит.

Кто никогда не совершал безрассудств, тот не так мудр, как ему кажется.

Кто слишком усерден в малом, тот обычно становится не способен к великому.

Куда несчастнее тот, кому никто не нравится, чем тот, кто не нравится никому.

Куда полезнее изучать не книги, а людей.

Легче пренебречь выгодой, чем отказаться от прихоти.

Лишены прозорливости не те люди, которые не достигают цели, а те, которые проходят мимо нее.

Любая страсть толкает на ошибки, но на самые глупые толкает любовь.

Любовники только потому никогда не скучают друг с другом, что они все время говорят о себе.

Любовь одна, но подделок под нее — тысячи.

Любовь правильнее всего сравнить с горячкой: тяжесть и длительность той и другой нимало не зависят от нашей воли.

Любовь, подобно огню, не знает покоя: она перестает жить, как только перестает надеяться или бояться.

Любой наш недостаток более простителен, чем уловки, на которые мы идем, чтобы его скрыть.

Люди кокетничают, когда делают вид, будто им чуждо любое кокетство.

Люди мелкого ума чувствительны к мелким обидам; люди большого ума все замечают и ни на что не обижаются.

Люди независтливые встречаются еще реже, чем бескорыстные.

Люди редко бывают достаточно разумны, чтобы предпочесть полезное порицание опасной похвале.

Люди слабохарактерные не способны быть искренними.

Мало на свете женщин, достоинства которых пережили бы их красоту.

Миром правят судьба и прихоть.

Многие презирают жизненные блага, но почти никто не способен ими поделиться.

Можно дать другому разумный совет, но нельзя научить его разумному поведению.

Мудрец счастлив, довольствуясь немногим, а глупцу всего мало; вот почему почти все люди несчастны.

Мы во многом остаемся новичками независимо от возраста, и нам часто не хватает опытности, несмотря на количество прожитых лет.

Мы всего боимся, как и положено смертным, и всего хотим, как будто награждены бессмертием.

Мы легко забываем свои ошибки, когда они известны лишь нам одним.

Мы менее стараемся быть счастливыми, чем казаться такими.

Мы нередко относимся снисходительно к тем, кто тяготит нас, но никогда не бываем снисходительны к тем, кто тяготится нами.

Мы ничего не раздаем с такой щедростью, как советы.

Мы охотно прощаем нашим друзьям недостатки, которые нас не задевают.

Мы редко до конца понимаем, чего мы в действительности хотим.

Мы сопротивляемся нашим страстям не потому, что мы сильны, а потому, что они слабы.

Мы считаем здравомыслящими лишь тех людей, которые во всем с нами согласны.

На свете мало недостижимых вещей; будь у нас больше настойчивости, мы могли бы отыскать путь почти к любой цели.

На свете мало порядочных женщин, которым не опостылела бы их добродетель.

На свете немало таких женщин, у которых в жизни не было ни одной настоящей любовной связи, но очень мало таких, у которых была только одна.

Нам дарует радость не то, что нас окружает, а наше отношение к окружающему, и мы бываем счастливы, обладая тем, что любим, а не тем, что другие считают достойным любви.

Нам не следовало бы удивляться только нашей способности чему-нибудь еще удивляться.

Наше душевное спокойствие или смятение зависят не столько от важнейших событий нашей жизни, сколько от удачного или неприятного для нас сочетания житейских мелочей.

Наше раскаяние — это обычно не столько сожаление о зле, которое совершили мы, сколько боязнь зла, которое могут причинить нам в ответ.

Наше самолюбие больше страдает, когда порицают наши вкусы, чем когда осуждают наши взгляды.

Наши прихоти куда причудливей прихотей судьбы.

Не бывает обстоятельств столь несчастных, чтобы умный человек не мог извлечь из них какую-нибудь выгоду, но не бывает и столь счастливых, чтобы безрассудный не мог обратить их против себя.

Не давая нашим друзьям заглянуть в самую глубину нашего сердца, мы это делаем не столько из недоверия к ним. сколько из недоверия к самим себе.

Не доверять друзьям позорнее, чем быть ими обманутым.

Не может долго нравиться тот, кто умен всегда на один лад.

Не может отвечать за свою храбрость человек, который никогда не подвергался опасности.

Не следует обижаться на людей, утаивших от нас правду: мы и сами постоянно утаиваем ее от себя.

Не так благотворна истина, как зловредна ее видимость.

Невелика беда — услужить неблагодарному, но большое несчастье — принять услугу от подлеца.

Невозмутимость мудрецов — это всего лишь умение скрывать свои чувства в глубине сердца.

Нередко нам пришлось бы стыдиться своих самых благородных поступков, если бы окружающим были известны наши побуждения.

Нет вернее средства разжечь в другом страсть, чем самому хранить холод.

Нет ничего глупее желания всегда быть умнее всех.

Ни на солнце, ни на смерть нельзя смотреть в упор.

Ни один льстец не льстит так искусно, как себялюбие.

Нигде не найти покоя тому, кто не нашел его в самом себе.

Никакому воображению не придумать такого множества противоречивых чувств, какие обычно уживаются в одном человеческом сердце.

Никто так не торопит других, как лентяи: ублажив свою лень, они хотят казаться усердными.

Нужно иметь большой ум, чтобы уметь не показывать своего умственного превосходства.

О достоинствах человека нужно судить не по его хорошим качествам, а по тому, как он ими пользуется.

Одним людям идут их недостатки, а другим даже достоинства не к лицу.

Одних своекорыстие ослепляет, другим открывает глаза.

Опаснее всего те злые люди, которые не совсем лишены доброты.

Поистине ловок тот, кто умеет скрывать свою ловкость.

Поистине необычайными достоинствами обладает тот, кто сумел заслужить похвалу своих завистников.

Пока люди любят, они прощают.

Показная простота — это утонченное лицемерие.

Пороки входят в состав добродетелей, как яды в состав лекарств; благоразумие смешивает их, ослабляет их действие, умело пользуется ими как средством против жизненных невзгод.

Порою легче стерпеть обман того, кого любишь, чем услышать от него всю правду.

Порядочная женщина — это скрытое от всех сокровище; найдя его, человек разумный не станет им хвалиться.

Постоянство не заслуживает ни похвал, ни порицаний, ибо в нем проявляется устойчивость вкусов и чувств, не зависящая от нашей воли.

Почти все порядочные женщины — это нетронутые сокровища, которые потому и в неприкосновенности, что их никто не ищет.

Предательства совершаются чаще всего не по обдуманному намерению, а по слабости характера.

Признаваясь в маленьких недостатках, мы тем самым стараемся убедить окружающих в том, что у нас нет крупных.

Приличие — это наименее важный из всех законов общества и наиболее чтимый.

Примирение с врагами говорит лишь об усталости от борьбы и о желании занять более выгодную позицию.

Причинять людям зло большей частью не так опасно, как делать им слишком много добра.

Проявить мудрость в чужих делах куда легче, нежели в своих собственных.

Разлука ослабляет легкое увлечение, но усиливает большую страсть, подобно тому как ветер гасит свечу, но раздувает пожар.

Ревнивая жена порою даже приятна мужу: он хотя бы все время слышит разговоры о предмете своей любви.

Ревность всегда рождается вместе с любовью, но не всегда вместе с нею умирает.

Ревность питается сомнениями; она умирает или переходит в неистовство, как только сомнения превращаются в уверенность.

Самые смелые и самые разумные люди — это те, которые под любыми благовидными предлогами стараются не думать о смерти.

Своекорыстие говорит на всех языках и разыгрывает любые роли — даже роль бескорыстия.

Сильно мешает быть умным усердное стремление выказываться таким.

Скромность увеличивает достоинство и извиняет посредственность.

Скупость дальше от бережливости, чем даже расточительность.

Слабость характера нередко утешает нас в таких несчастьях, в каких бессилен утешить разум.

Слабость характера — это единственный недостаток, который невозможно исправить.

Слава великих людей всегда должна измеряться способами, какими она была достигнута.

Слишком лютая ненависть ставит нас ниже тех, кого мы ненавидим.

Ссоры не продолжались бы так долго, если бы виновата была только одна сторона.

Старики потому так любят давать хорошие советы, что уже не способны подавать дурные примеры.

Старые безумцы еще безумнее молодых.

Страсть часто превращает умного человека в глупца, но не менее часто наделяет дураков умом.

Судьба все устраивает к выгоде тех, кому она покровительствует.

Судьбу считают слепой главным образом те, кому она не дарует удачи.

Суждения наших врагов о нас ближе к истине, чем наши собственные.

Существует такая степень счастья и горя, которая выходит за пределы нашей способности чувствовать.

Существуют разные лекарства от любви, но нет ни одного надежного.

Счастье и несчастье мы переживаем соразмерно нашему себялюбию.

Счастье и несчастье человека в такой же степени зависят от его нрава, как и от судьбы.

Так же легко обмануть себя и не заметить этого, как трудно обмануть другого и не быть изобличенным.

Те, кому довелось пережить большие страсти, потом всю жизнь и радуются своему исцелению, и горюют о нем.

Терзания ревности — самые мучительные из человеческих терзаний и к тому же менее всего внушающие сочувствие тому, кто их причиняет.

Только стечение обстоятельств открывает нашу сущность окружающим и, главное, нам самим.

Только у великих людей бывают великие пороки.

Тот, кого разлюбили, обычно сам виноват, что вовремя этого не заметил.

Тот, кто думает, что может обойтись без других, сильно ошибается; но тот, кто думает, что другие не могут обойтись без него, ошибается еще сильнее.

Тот, кто излечивается от любви первым, — всегда излечивается полнее.

Трусы обычно не сознают всей силы своего страха.

У людских достоинств, как и у плодов, есть своя пора.

У нас всегда достанет сил, чтобы перенести несчастье ближнего.

У нас не хватает силы характера, чтобы покорно следовать всем велениям рассудка.

У человеческих характеров, как и у некоторых зданий, несколько фасадов, причем не все они приятны на вид.

Ум всегда в дураках у сердца.

Ум служит нам порою лишь для того, чтобы смелее делать глупости.

Уму большинства женщин служит не столько для укрепления их благоразумия, сколько для оправдания их безрассудств.

Уму не под силу долго разыгрывать роль сердца.

Упрямство — это исчадие скудоумия, невежества и самонадеянности.

Философия торжествует над горестями прошлого и будущего, но горести настоящего торжествуют над философией.

Хитрость — признак недалекого ума.

Человек истинно достойный может быть влюблен как безумец, но не как глупец. Юность — это как бы опьянение, нечто вроде лихорадящего разума.

Жан де Лафонтен.

1621–1695 Гг.

В меду тонет больше мух, нежели в уксусе.

Выведи, мой друг, меня сперва из затруднения, а нравоучение ты и потом прочтешь.

Знатные люди в большинстве своем — театральные маски.

Из врагов наших часто следует бояться больше всего самых малых.

Истинное величие состоит в том, чтобы владеть собою.

Каждый льстец живет за счет того, кто его слушает.

Любовь, любовь, когда ты овладеваешь нами, можно сказать: прости, благоразумие!

Мы встречаем свою судьбу на пути, который избираем, чтобы уйти от нее.

На крыльях времени уносится печаль.

Нет ничего опаснее невежественного друга.

Путь, усыпанный цветами, никогда не приводит к славе.

Скрывать что-либо от друзей опасно; но еще опасней ничего от них не скрывать.

Терпение и время дают больше, чем сила или страсть.

Жан Батист Мольер.

1622–1673 Гг.

Высшее доказательство любви — это подчинение воле того, кого любишь. Грамматика повелевает даже царями.

Добродетель — это первый признак благородства, именам я придаю куда меньше значения, чем поступкам.

Дурная жизнь приводит к дурной смерти.

Женщины больше всего любят, когда на них тратятся.

Завистники умрут, но зависть — никогда.

Зарождающееся влечение таит в себе неизъяснимое очарование, вся прелесть любви — в переменах.

Знатное происхождение без добродетели — ничто.

Когда говорит человек в мантии и шапочке, всякая галиматья становится ученостью, а всякая глупость — разумной речью.

Кто всякому друг, того я другом не считаю.

Кто не знал любви, тот все равно что не жил.

Кто хоть раз в жизни не терял рассудка?

Кто чересчур насчет рогов опаслив, тот вовсе не женись — другого средства нет.

Любовь ревнивца более походит на ненависть.

Медицина — одно из величайших заблуждений человечества.

Модные пороки сходят за добродетели.

Молодые люди дурно себя ведут чаще всего потому, что отцы их плохо воспитывают.

Мы любим иногда, не ведая о том, а часто бред пустой любовью мы зовем.

На фимиам не проживешь. Одних похвал человеку недостаточно, ему давай чего-нибудь посущественнее; лучший способ поощрения — это вложить вам что-нибудь в руку.

Нет ничего более сладостного, чем сломать сопротивление красавицы.

Не рассудок управляет любовью.

От книжной мудрости глупец тупее вдвое.

От речей дело вперед не двигается. Надо действовать, а не говорить, дела решают спор лучше, чем слова.

Подражай людям в их склонностях, следуй их правилам, потворствуй их слабостям, восторгайся каждым их поступком — и делай из них что хочешь.

Правдивость не порок.

Притворство сплачивает воедино тех, кто связан круговой порукой лицемерия. Сильный удар наносится порокам, когда они выставляются на всеобщее посмеяние.

Порицание легко переносят, но насмешку далеко не так. Никто не хочет быть смешным.

Ученость в дураке несноснее всего.

Что бы ни говорили, есть в человеке что-то необыкновенное — такое, чего никакие ученые не могут объяснить.

Блез Паскаль.

1623–1662 Гг.

В живописи кто, нарисовавши лицо, прибавляет еще кое-что, тот делает картину, а не портрет.

Веления разума гораздо более властны, чем приказания любого повелителя: неповиновение последнему делает человека несчастным, неповиновение же первому — глупцом.

Величайшее счастье, доступное человеку, — любовь — должно служить источником всего возвышенного и благородного.

Во мне, а не в писаниях Монтеня содержится все, что я в них вычитываю.

Все наше достоинство — в способности мыслить. Только мысль возносит нас, а не пространство и время, в котором мы — ничто. Постараемся же мыслить достойно: в этом — основа нравственности.

Все правила достойного поведения давным-давно известны, остановка за малым — за умением ими пользоваться.

Всякий раз мы смотрим на вещи не только с другой стороны, но и другими глазами — поэтому и считаем, что они переменились.

Гнусны те люди, которые знают, в чем истина, но стоят за нее, лишь пока им это выгодно, а потом отстраняются.

Говорите как все, но думайте по-своему.

Горе людям, не знающим смысла своей жизни.

Две крайности: зачеркивать разум, признавать только разум.

Для человека, который любит только себя, самое нетерпимое — оставаться наедине с собой.

Добродетель человека измеряется не необыкновенными подвигами, а его ежедневным усилием.

Доводы, до которых человек додумывается сам, обычно убеждают его больше, нежели те, которые пришли в голову другим.

Есть люди, говорящие красиво, но пишущие далеко не так. Это происходит оттого, что место, слушатели и прочее разгорячают их и извлекают из их ума больше, чем они могли бы дать без этого тепла.

И самая блестящая речь надоедает, если ее затянуть.

И чувство и ум мы совершенствуем или, напротив, развращаем, беседуя с людьми.

Стало быть, иные беседы совершенствуют нас, иные — развращают. Значит, следует тщательно выбирать собеседников.

Издеваться над философией это значит поистине философствовать.

Изучая истину, можно иметь троякую цель: открыть истину, когда ищем ее; доказать ее, когда нашли; наконец, отличить от лжи, когда ее рассматриваем.

Иначе расставленные слова обретают другой смысл, иначе расставленные мысли производят другое впечатление.

Инстинкт и разум — признаки двух различных сущностей.

Искание истины совершается не с весельем, а с волнением и беспокойством; но все-таки надо искать ее потому, что, не найдя истины и не полюбив ее, ты погибнешь.

Истина и справедливость — точки столь малые, что, метя в них нашими грубыми инструментами, мы почти всегда делаем промах, а если и попадаем в точку, то размазываем ее.

Истина так нежна, что чуть только отступил от нее, впадаешь в заблуждение; но и заблуждение это так тонко, что стоит только немного отклониться от него, и оказываешься в истине.

Итак, мы никогда не живем, но только надеемся жить, и так как мы постоянно надеемся быть счастливыми, то отсюда неизбежно следует, что мы никогда не бываем счастливы.

Каждую книгу нужно уметь читать.

Как мало бы уцелело дружб, если бы каждый вдруг узнал, что говорят друзья за его спиной, хотя как раз тогда они искренни и беспристрастны.

Как страшно чувствовать, что течение времени уносит все, чем ты обладал.

Когда человек пытается довести свои добродетели до крайних пределов, его начинают обступать пороки.

Красноречие должно быть приятно и содержательно, но нужно, чтобы это приятное, в свою очередь, было заимствовано от истинного.

Красноречие — это искусство говорить так, чтобы те, к кому мы обращаемся, слушали не только без труда, ной с удовольствием, чтобы, захваченные темой и подстрекаемые самолюбием, они хотели поглубже в нее вникнуть.

Кто не видит суеты мира, тот суетен сам.

Кто не любит истину, тот отворачивается от нее под предлогом, что она оспорима.

Лучше умереть, не думая о смерти, чем думать о ней, даже когда она не грозит.

Любовь и ненависть часто мешают справедливому суждению.

Любопытство — то же тщеславие; очень часто хотят знать для того только, чтобы говорить об этом.

Людей учат чему угодно, только не порядочности, между тем всего более они стараются блеснуть порядочностью, а не ученостью, то есть как раз тем, чему их никогда не обучали.

Люди безумны, и это столь общее правило, что не быть безумцем было бы тоже своего рода безумием.

Люди делятся на праведников, которые считают себя грешниками, и грешников, которые считают себя праведниками.

Люди живут в таком полном непонимании суетности человеческой жизни, что приходят в полное недоумение, когда им говорят о бессмысленности погони за почестями. Ну не поразительно ли это!

Люди ищут удовольствия, бросаясь из стороны в сторону, только потому, что чувствуют пустоту своей жизни, но не чувствуют еще пустоты той новой потехи, которая их притягивает.

Мир — это сфера, центр которой повсюду, а окружности нет нигде.

Можно, конечно, сказать неправду, приняв ее за истину, но с понятием «лжец» связана мысль о намеренной лжи.

Молчание — величайшее из человеческих страданий; святые никогда не молчали.

Мы бываем счастливы, только чувствуя, что нас уважают.

Мы должны благодарить тех, которые указывают нам наши недостатки.

Мы жаждем истины, а находим в себе лишь неуверенность. Мы ищем счастья, а находим лишь горести и смерть. Мы не можем не желать истины и счастья, но не способны ни к твердому знанию, ни к счастью. Это желание оставлено в нашей душе не только чтобы покарать нас, но и чтобы всечасно напоминать о том, с каких высот мы упали.

Мы никогда не живем настоящим, все только предвкушаем будущее и торопим его, словно оно опаздывает, или призываем прошлое и стараемся его вернуть, словно оно ушло слишком рано.

Мы по опыту знаем, как велика разница между благочестием и добротой.

Мы стойки в добродетели не потому, что сильны духом, а потому, что нас с двух сторон поддерживает напор противоположных пороков.

Мы так тщеславны, что хотели бы прославиться среди всех людей, населяющих землю, даже среди тех, кто появится, когда мы уже исчезнем; мы так суетны, что тешимся и довольствуемся доброй славой среди пяти-шести близких людей.

Мы часто утешаемся пустяками, ибо пустяки нас огорчают.

Мысль меняется в зависимости от слов, которые ее выражают.

Надеясь снискать благосклонность женщины, мужчина первый делает шаг навстречу — это не просто обычай, это обязанность, возлагаемая на него природой.

Насколько справедливее кажется защитнику дело, за которое ему щедро заплатили.

Нашему уму свойственно верить, а воле — хотеть; и, если у них нет достойных предметов для веры и желания, они устремляются к недостойным.

Неоспоримо, что вся людская нравственность зависит от решения вопроса, бессмертна душа или нет. Меж тем философы, рассуждая о нравственности, отмечают этот вопрос. Они спорят о том, как лучше провести отпущенный им час.

Непостижимо, что Бог есть, непостижимо, что Его нет; что у нас есть душа, что ее нет; что мир сотворен, что он нерукотворен…

Несомненно, что худо быть полным недостатков; но еще хуже быть полным их и не желать сознавать в себе, потому что это значит прибавлять к ним еще недостаток самообмана.

Нет беды страшнее, чем гражданская смута. Она неизбежна, если попытаться всем воздать по заслугам, потому что каждый тогда скажет, что он-то заслужил награду.

Нет несчастья хуже того, когда человек начинает бояться истины, чтобы она не обличила его.

Нет ничего постыднее, как быть бесполезным для общества и для самого себя и обладать умом для того, чтобы ничего не делать.

Нехорошо быть слишком свободным. Нехорошо ни в чем не знать нужды.

Ничто не ободряет так порока, как излишняя снисходительность.

Ничто так не согласно с разумом, как его недоверие к себе.

О нравственных качествах человека нужно судить не по отдельным его усилиям, а по повседневной жизни.

Отчего это — хромой человек нас не раздражает, а умственно хромающий раздражает? Оттого, что хромой сознает, что мы ходим прямо, а умственно хромающий утверждает, что не он, а мы хромаем.

Понятие справедливости так же подвержено моде, как женские украшения.

Предвидеть — значит управлять.

Прошлое и настоящее — наши средства, только будущее — наша цель.

Разумный человек любит не потому, что это выгодно, а потому, что он в самой любви находит счастье.

С какой легкостью и самодовольством злодействует человек, когда он верит, что творит благое дело!

Сила разума в том, что он признает существование множества явлений, ему непостижимых; он слаб, если не способен этого понять. Ему часто непостижимы явления самые естественные, что уж говорить о сверхъестественных!

Сколько держав даже не подозревают о моем существовании!

Случайные открытия делают только подготовленные умы.

Совесть — лучшая нравоучительная книга из всех, которыми мы обладаем, в нее следует чаще всего заглядывать.

Судить о добродетели человека следует не по его порывам, а по ежедневным делам.

Суть человеческого естества — в движении. Полный покой означает смерть.

Существуют люди, которые лгут, просто чтобы лгать.

Так протекает вся жизнь: ищут покоя, боясь бороться против нескольких препятствий, а когда эти препятствия устранены, покой становится невыносимым.

Только кончая задуманное сочинение, мы уясняем себе, с чего нам следовало его начать.

Убить нас может любая малость, даже предмет, созданный для нашего удобства; например, нас убивают стены дома или, скажем, ступеньки лестницы, если мы неосторожно ступаем.

Ухо наше для лести — широко раскрытая дверь, для правды же — игольное ушко.

Хороший острослов — дурной человек.

Хотите, чтобы люди поверили в ваши добродетели? Не хвалитесь ими.

Хотите, чтобы о вас хорошо говорили, — не говорите о себе хорошего.

Человек не ангел и не животное, и несчастье его в том, что чем больше он стремится уподобиться ангелу, тем больше превращается в животное.

Человек сотворен, чтобы думать.

Человек страдает невыносимо, если он принужден жить только с самим собой и думать только о себе.

Человек чувствует, как тщетны доступные ему удовольствия, но не понимает, как суетны чаемые; в этом причина людского непостоянства.

Человек — это сплошное притворство, ложь, лицемерие не только перед другими, но и перед собой. Он не желает слышать правду о себе, избегает говорить ее другим. И эти наклонности, противные разуму и справедливости, глубоко укоренились в его сердце.

Чувствительность человека к пустякам и бесчувственность к существенному — какая страшная извращенность!

Я только с теми, кто ищет истину.

Жан Лабрюйер.

1645–1696 Гг.

Мыслитель, писатель, сатирик-моралист.

Беда, когда у человека не хватает ума, чтобы хорошо сказать, или здравого смысла, чтобы осторожно промолчать.

Богат тот, кто получает больше, чем тратит; беден тот, чьи траты превышают доходы.

Большинство людей употребляют лучшую пору своей жизни на то, чтобы сделать худшую еще более печальной.

Будем смеяться, не дожидаясь минуты, когда почувствуем себя счастливыми, — иначе мы рискуем умереть, так ни разу и не засмеявшись.

Быть в восторге от самого себя и сохранять незыблемую уверенность в собственном уме — это несчастье, которое может стрястись только с тем, кто или вовсе не наделен умом, или наделен им в очень малой степени.

В жизни бывают случаи, когда самой тонкой хитростью оказываются простота и откровенность.

В жизни чаще встречается беззаветная любовь, нежели истинная дружба.

В разглашении тайны всегда повинен тот, кто доверил ее другому.

Взыскивать с детей за проступки, которых они не совершили, или хотя бы строго наказывать их за мелкие провинности — значит лишиться всякого их доверия и уважения.

Водись на свете поменьше простаков, было бы меньше и тех, кого называют хитрецами и ловкачами.

Время укрепляет дружбу, но ослабляет любовь.

Вы думаете, что этот человек одурачен вами; а если он притворяется одураченным, то кто больше одурачен: он или вы?

Вы нашли себе преданного друга, если, возвысившись, он не раззнакомился с вами.

Говоря о том, что их затрагивает, люди признаются только в своих самых незначительных недостатках.

Давнишний любовник так мало значит для женщины, что его легко меняют на нового мужа, а новый муж так быстро теряет новизну, что почти сразу уступает место новому любовнику.

Для интриг нужен ум, но, когда его много, человек стоит настолько выше интриг и происков, что уже не снисходит до них; в этом случае он идет к успеху и славе совсем иными путями.

Доверие — первое условие дружбы.

Друзья потому находят удовольствие в общении друг с другом, что одинаково смотрят на нравственные обязанности человека.

Если бедность — мать преступлений, то недалекий ум — их отец.

Если бы одни из нас умирали, а другие нет, умирать было бы крайне досадно.

Если вы тщательно присмотритесь к людям, которые никого не могут хвалить, всякого порицают и никем не довольны, то вы узнаете, что это те самые люди и есть, которыми никто не доволен.

Если глупец боялся бы сказать глупость, он уже не был бы глупцом.

Если женщина неверна и это известно тому, кому она изменяет, она неверна — и только; но если он ничего не знает — она вероломна.

Если книга возвышает душу, вселяя в нее мужество и благородные порывы, судите ее только по этим чувствам; она превосходна и создана рукой мастера.

Если человек помог тому, кого он любил, то ни при каких обстоятельствах он не должен вспоминать потом о своем благодеянии.

Женщина, которую все считают холодной, просто еще не встретила человека, который пробудил бы в ней любовь.

Женщины склонны к крайностям: они или намного хуже, или намного лучше мужчин.

Жизнь — это то, что люди больше всего стремятся сохранить и меньше всего берегут.

И при зарождении, и на закате любви люди всегда испытывают замешательство, оставаясь наедине друг с другом.

Известная духовная ограниченность помогает иным людям идти по стезе мудрости.

Иные люди так страстно и упорно добиваются предмета своих желаний, что, боясь упустить его, делают все от них зависящее, дабы действительно его упустить.

Истинно несчастен человек лишь тогда, когда он чувствует за собой вину и упрекает себя в ней.

К высокому положению ведут два пути: протоптанная прямая дорога и окольная тропа в обход, которая гораздо короче.

Как бы сильно ни любила молодая женщина, она начинает любить еще сильнее, когда к ее чувству примешивается своекорыстие или честолюбие.

Как излишняя небрежность в одежде, так и чрезмерная щеголеватость равно подчеркивают дряхлость и умножают морщины стариков.

Как мало на свете таких безупречных женщин, которые хотя бы раз на дню не давали своим мужьям повода пожалеть о том, что они женаты, и позавидовать холостякам.

Как ни требовательны люди в любви, все же они прощают больше провинностей тем, кого любят, нежели тем, с кем дружат.

Ключ к сердцу человека — сочувствие страстям, поглощающим его душу, или сострадание к недугам, снедающим его тело.

Кончина наступает однажды, а ждем мы ее всю жизнь: боязнь смерти мучительней, чем сама смерть.

Кратчайший и вернейший способ составить себе состояние — это дать людям понять, что им выгодно делать вам добро.

Кто после разговора с вами бывает доволен собою и своим умом, тот и вами вполне доволен.

Кто умеет внушить, что он не очень хитер, тот уже далеко не прост.

Легче встретить людей, обладающих умом, нежели способностью употреблять его в дело, ценить ум в других и находить ему полезное применение.

Легче спросить старика о том, когда он умрет, нежели женщину о том, когда она родилась.

Люди слишком мало дорожат случаем доставить радость ближнему.

Люди, украшенные достоинствами, сразу узнают, выделяют, угадывают друг друга; если вы хотите, чтобы вас уважали, имейте дело только с людьми, заслуживающими уважения.

Мужчина громко негодует на женщину, которая его разлюбила, и быстро утешается; женщина не столь бурно выражает свои чувства, но долго остается безутешной.

Мужчина соблюдает чужую тайну вернее, чем свою собственную, а женщина лучше хранит свою, нежели чужую.

Мы быстро подмечаем в себе малейшие достоинства и медленно обнаруживаем недостатки.

Мы гораздо чаще хвалим то, что расхвалено другими, нежели то, что похвально само по себе.

Мы ненавидим наших врагов и жаждем отомстить им по слабодушию, но успокаиваемся и забываем о мести из лени.

Мы преисполнены нежности к тем, кому делаем добро, и страстно ненавидим тех, кому нанесли много обид.

Мы редко раскаиваемся в том, что сказали слишком мало, но часто сожалеем о том, что говорили слишком много: избитая и банальная истина, которую все знают и которой никогда не следуют.

Назойлив только глупец: умный человек сразу чувствует, приятно его общество или наскучило, и уходит за секунду до того, как станет ясно, что он — лишний.

Наказанный преступник — это пример для всех негодяев; невинно осужденный — это вопрос совести всех честных людей.

Не следует позволять себе даже самую невинную шутку — иначе как с людьми вежливыми и умными.

Не следует судить о человеке по лицу — оно позволяет лишь строить предположения.

Не слишком хороший характер у того, кто нетерпим к дурному характеру ближнего: будем помнить, что в обращении требуется и золото, и разменная монета.

Не слушать ничьих советов и отвергать все поправки может только педант.

Не столько ум, сколько сердце помогает человеку сближаться с людьми и быть им приятным.

Неблагодарное ремесло избрал тот, кто пытается создать себе громкое имя: жизнь его подходит к концу, а работа едва начата.

Невежество — состояние привольное и не требующее от человека никакого труда; поэтому невежды исчисляются тысячами.

Невоздержание превращает в смертельный яд пищу, назначенную для сохранения жизни.

Нельзя далеко идти в дружбе, если друзья не расположены извинять друг другу небольшие недостатки.

Несчастье трудно переносить, счастье страшно утратить. Одно стоит другого.

Нет на свете излишества прекраснее, чем излишек благодарности.

Нет ничего бесценнее, чем характер бесхарактерного человека.

Ни к кому не ходить на поклон и не ждать, что придут на поклон к вам, — вот отрадная жизнь, золотой век, естественное состояние человека!

Нужно очень немногое, чтобы отличаться утонченностью манер, и очень многое, чтобы отличаться утонченностью ума.

О вещах серьезных следует говорить просто: напыщенность тут неуместна; говоря о вещах незначительных, надо помнить, что только благородство тона, манеры и выражений может придать им смысл.

Один из признаков посредственности — беспрестанная болтовня.

Одни ценят в собеседнике учтивость, другие — большие дарования и неколебимую добродетель; однако в любом случае учтивые манеры оттеняют достоинства и придают им приятность.

Опыт говорит нам, что попустительство и снисходительность к себе и беспощадность к другим — две стороны одного и того же греха.

От хитрости до плутовства — один шаг, переход от первой ко второму очень легок: стоит прибавить к хитрости ложь — и получится плутовство.

Плуты склонны думать, что все остальные подобны им.

По любви к жизни нам старость желанна; от страха же смерти нам старость страшна.

Полюбить — значит проявить слабость; разлюбить — значит иной раз проявить не меньшую слабость.

Порою женщины, чья красота совершенна, а достоинства редкостны, так трогают наше сердце, что мы довольствуемся правом смотреть на них и говорить с ними.

Признательность за услугу уносит с собой немалую долю дружеского расположения к тому, кто сделал нам добро.

Прийти к заключению, что иные люди не способны мыслить здраво, и заранее отвергнуть все, что они говорят, сказали и скажут, — значит избавить себя от множества бесполезных споров.

Раб зависит только от своего господина, честолюбец — от всех, кто способен помочь его возвышению.

С точки зрения милосердия смерть хороша тем, что кладет конец старости.

Самое изысканное удовольствие состоит в том, чтобы доставлять удовольствие другим.

Скромность так же нужна достоинствам, как фигурам на картине нужен фон: она придает им силу и рельефность.

Старость без труда берет верх над рассудком, но она одерживает великую победу, когда ей удается одолеть своекорыстие.

Столичный житель для провинциалки — то же, что для столичной жительницы — придворный.

Суть учтивости состоит в стремлении говорить и вести себя так, чтобы наши ближние были довольны и нами, и самими собою.

Талантом собеседника отличается не тот, кто охотно говорит сам, а тот, с кем охотно говорят другие.

Тесть не любит зятя, свекор любит невестку; теща любит зятя, свекровь не любит невестку; все в мире уравновешивается.

Только люди с низменной душой могут рассыпаться в похвалах тем, о ком до их возвышения отзывались пренебрежительно.

Тосковать о том, кого любишь, много легче, чем жить с тем, кого ненавидишь.

Труднее всего исцелить ту любовь, которая вспыхнула с первого взгляда.

Трудно сказать, чего больше заслуживает нерешительность — жалости или презрения, и неизвестно, что опаснее — принять ошибочное решение или не принимать никакого.

У детей нет ни прошлого, ни будущего, зато, в отличие от нас, взрослых, они умеют пользоваться настоящим.

У друзей мы замечаем те недостатки, которые могут повредить им, а у любимых те, от которых страдаем мы сами.

У каждого свое понятие о женской привлекательности; красота — это нечто более незыблемое и не зависящее от вкусов и суждений.

Ум всех людей, вместе взятых, не поможет тому, у кого нет своего: человек, лишенный зрения, не способен восполнить этот недостаток за счет окружающих.

Умирает любовь от усталости, а хоронит ее забвение.

Хвалебные эпитеты не составляют похвалы. Похвала требует фактов, и притом умело поданных.

Часто люди падают с большой высоты из-за тех же недостатков, которые помогли им ее достичь.

Человек самовлюбленный — это нечто среднее между глупцом и нахалом: в нем есть кое-что и от того и от другого.

Человек самовлюбленный — это тот, в ком глупцы усматривают бездну достоинств.

Человек трусливый, потерявший всякий стыд, может согласиться на всякую гадость.

Человек тщеславный равно получает удовольствие, говоря о себе как хорошее, так и дурное; человек скромный просто не говорит о себе.

Человек, сильно убежденный в том, что он очень умен, почти всегда принадлежит к числу тех людей, у которых или мало ума, или вовсе нет его.

Чем больше наши ближние похожи на нас, тем больше они нам нравятся; уважать кого-то — это, по-видимому, то же самое, что приравнивать его к себе.

Чем меньше человек говорит, тем больше он выигрывает: люди начинают думать, что он не лишен ума, а если к тому же он действительно неглуп, все верят, что он весьма умен.

Щедрость состоит не столько в том, чтобы давать много, сколько в том, чтобы давать своевременно.

Шарль де Монтескье.

1689–1755 Гг.

В хорошем поступке есть всегда и доброта, и сила для его совершения.

Важность — это щит глупцов.

Вникните в причины всякой распущенности, и вы увидите, что она проистекает от безнаказанности преступлений, а не от слабости наказаний.

Всякий человек, обладающий властью, склонен злоупотреблять ею.

Для гражданина политическая свобода есть душевное спокойствие, основанное на убеждении в своей безопасности.

Если характер в целом хорош, то не беда, если в нем оказываются и некоторые недостатки.

Есть средство воспрепятствовать преступлениям — это наказания; есть средства изменять нравы — это благие примеры.

Желание славы свойственно всем людям. Мы как бы умножаем свое существо, когда можем запечатлеть его в памяти других.

Жестокость законов препятствует их соблюдению.

Законы должны иметь для всех одинаковый смысл.

Иногда молчание бывает выразительнее всяких речей.

Как мал промежуток между временем, когда человек еще слишком молод и когда он уже слишком стар.

Какое удовлетворение испытывает человек, когда, заглянув в собственное сердце, убеждается, что оно у него справедливое.

Когда гонятся за остроумием, ловят порой лишь глупость.

Когда человек изо всех сил выискивает средства заставить других бояться его… он прежде всего достигает того, что его начинают ненавидеть.

Лучшее средство привить детям любовь к отечеству состоит в том, чтобы эта любовь была у отцов.

Любить чтение — это обменивать часы скуки, неизбежные в жизни, на часы большого наслаждения.

Мне кажется, что наиболее совершенно то начинание, которое достигает своих целей с наименьшими издержками.

Мне кажется… что головы даже самых великих людей тупеют, когда они соберутся вместе, и что там, где больше всего мудрецов, меньше всего мудрости.

Надо много учиться, чтобы знать хоть немного.

Несправедливость, допущенная в отношении одного человека, является угрозой всем.

Нет ничего досаднее, чем видеть, как удачно сказанное слово умирает в ухе дурака, которому ты его сказал.

Никогда не следует исчерпывать предмет до того, что уже ничего не остается на долю читателя; дело не в том, чтобы заставить его читать, а в том, чтобы заставить его думать.

Нужно быть правдивым во всем, даже в том, что касается родины. Каждый гражданин обязан умереть за свою родину, но никогда нельзя обязать лгать во имя родины.

Обыкновенно боятся отступлений в речи, а я думаю, что те, которые умело делают отступления, подобны длинноруким — они больше могут захватить.

Обычно в нашей воле дать своим детям наши знания; и еще больше — дать им наши страсти.

Освобождать себя от соблюдения правил приличия не значит ли искать средства для свободного проявления своих недостатков?

Очень счастливые люди, равно как очень несчастные, одинаково склонны к черствости.

Праздность больше всех пороков ослабляет мужество.

Праздные люди всегда большие говоруны. Чем меньше думаешь, тем больше говоришь.

Природа всегда действует не спеша и по-своему экономно.

Разум обладает естественной властью. Ему оказывают сопротивление, но это сопротивление — победа; подождите еще немного, и человек вынужден будет вернуться к нему.

Самая жестокая тирания та, которая выступает под сенью законности и под флагом справедливости.

Следовало бы непрерывную праздность поместить среди мучений ада, а ее поместили в число блаженств рая.

Следует оплакивать людей, когда они родятся, а не тогда, когда они умирают.

Следует тщательно различать у народов ревность, которая порождается страстью, от ревности, которая имеет основание в обычаях, нравах, законах. Одна — всепожирающее лихорадочное пламя; другая же — холодная, но порою страшная, — может соединяться с равнодушием и презрением.

Те, которые любят учиться, никогда не бывают праздными.

То, чего недостает ораторам в глубине, они восполняют длиннотами.

У женщины есть только одна возможность быть красивой, но быть привлекательной есть сто тысяч возможностей.

Утонченные люди это те, у которых к каждому представлению или восприятию присоединяется много дополнительных представлений и восприятий.

Французы почти не говорят о своих женах: боятся говорить при посторонних, которые знают этих жен лучше, чем сами мужья.

Человек управляется неизменными законами; как существо, одаренное умом, он беспрестанно нарушает законы, установленные Богом, и изменяет те, которые сам установил.

Чтение было для меня наилучшим средством против неприятностей в жизни; не было такого горя, которого час чтения не рассеял.

Чтобы знать людей, нужно простить им предрассудки их времени.

Чтобы совершать великие дела, не нужно быть величайшим гением; не нужно быть выше людей, нужно быть вместе с ними.

Чтобы стряхнуть с себя назойливые и несносные мысли, мне достаточно взяться за чтение; оно легко завладевает моим вниманием и прогоняет их прочь.

Вольтер.

1694–1778 Гг.

Бесконечно маленькие люди имеют бесконечно великую гордость.

Бурная ревность совершает больше преступлений, чем корысть и честолюбие.

В бессмертие отправляются с небольшим багажом.

Великие горести оказываются всегда плодом необузданного корыстолюбия.

Величайшее удовольствие, какое только может чувствовать честный человек, — это доставлять удовольствие своим друзьям.

Величайшие распри производят меньше преступлений, чем религиозный фанатизм.

Война неизбежно истощает государственную казну. Разве взятое у побежденных наполнило бы ее? Начиная с древних римлян, я не знаю ни одного народа, который обогатился бы вследствие победы.

Война превращает в диких зверей людей, рожденных, чтобы жить братьями.

Время довольно длинно для того, кто им пользуется; кто трудится и кто мыслит, тот расширяет его пределы.

Все почести этого мира не стоят одного хорошего друга.

Выдать чужой секрет — предательство, выдать свой — глупость.

Главное — ладить с самим собой.

Глуп тот человек, который остается всегда неизменным.

Гордость людей низких состоит в том, чтобы постоянно говорить о самом себе, людей же высших — чтобы вовсе о себе не говорить.

Для великих дел необходимо неутомимое постоянство.

Для глупца старость — бремя, для невежды — зима, а для человека науки — золотая жатва.

Добродетель и порок, моральное добро и зло во всех странах определяются тем, полезно или вредно данное явление для общества.

Если бы Бога не существовало, Его следовало бы выдумать.

Если люди долго спорят, то это доказывает, что то, о чем они спорят, неясно для них самих.

Жить — значит работать. Труд есть жизнь человека.

Зависть — яд для сердца.

Затянувшаяся дискуссия означает, что обе стороны не правы.

Земля — это огромный театр, в котором одна и та же трагедия играется под различными названиями.

Знать много языков — значит иметь много ключей к одному замку.

Из произведения писателя следует печатать только то, что достойно чтения. Это мудрое правило привело бы к тому, что было бы меньше книг, а больше вкуса у читателей.

Именно страстям обязан разум самыми блистательными своими завоеваниями.

Искусство быть скучным состоит в том, чтобы говорить все.

Истина, свобода и добродетель — вот единственное, ради чего нужно любить жизнь.

Истинное мужество обнаруживается во время бедствия.

К живым следует относиться доброжелательно, о мертвых же нужно говорить только правду.

Каждый отец семейства должен быть хозяином у себя дома, анев доме соседа.

Когда сказать нечего, всегда говорят плохо.

Кто прощает преступление, становится его сообщником.

Лучшее — враг хорошего.

Люби истину, но будь снисходителен к заблуждениям.

Любовь — самая сильная из всех страстей, потому что она одновременно завладевает головою, сердцем и телом.

Люди мало размышляют; они читают небрежно, судят поспешно и принимают мнения, как принимают монету, потому что она ходячая.

Люди никогда не испытывают угрызений совести от поступков, ставших у них обычаем.

Математическая истина остается на вечные времена, а метафизические призраки проходят, как бред больных.

Многочисленность законов в государстве есть то же, что большее число лекарей: признак болезни и бессилия.

Многочисленность фактов и сочинений растет так быстро, что в недалеком будущем придется сводить все к извлечениям и словарям.

Моя любовь к отечеству не заставляет меня закрывать глаза на заслуги иностранцев. Напротив, чем более я люблю отечество, тем более я стремлюсь обогатить мою страну сокровищами, извлеченными не из его недр.

Мрачная ревность неверною поступью следует за руководящим ею подозрением; перед нею, с кинжалом в руке, идут ненависть и гнев, разливая свой яд. За ними следует раскаяние.

Мы потому клеймим ложь наибольшим позором, что из всех дурных поступков этот легче всего скрыть и проще всего совершить.

Надежда выздороветь — половина выздоровления.

Наиболее суеверные эпохи были всегда эпохами самых ужасных преступлений.

Не все, что является фактом, заслуживает того, чтобы быть описанным.

Не дело создано для мысли, а мысль создана для дела.

Невежество — величайший недуг человечества.

Нет ничего продолжительнее времени, так как оно мера вечности; нет ничего короче его, так как его недостает для всех наших начинаний. Все люди пренебрегают им, все сожалеют о его утрате.

Нет человека, в котором не было бы чего-нибудь ненавистного, в котором не был бы скрыт лютый зверь, но лишь немногие честно говорят, как они справляются с этим лютым зверем.

Ни на что не годится тот, кто годится только для самого себя.

Никогда двадцать огромных томов не сделают революцию, ее сделают маленькие карманные книжки в двадцать су.

Никогда не бывает больших дел без больших трудностей.

Никто, конечно, не рождается на свет с уже готовыми понятиями о праве и справедливости, но человеческая природа устроена так, что в известном возрасте эти истины вырабатываются естественным образом.

Объясненная шутка перестает быть шуткой.

Он, должно быть, невежественный человек, поскольку отвечает на все вопросы, которые ему задают.

Откапывая ошибки, теряют время, которое, быть может, употребили бы на открытие истин.

Отчизна — это край, где пленница душа.

По моему мнению, брак и его узы или величайшее добро, или величайшее зло; середины нет.

Пользуйтесь, но не злоупотребляйте — таково правило мудрости. Ни воздержание, ни излишества не дают счастья.

Постоянная важность является лишь маскою посредственности.

Почему не поднять голос против злодеев прошлого, знаменитых основоположников суеверия и фанатизма, тех, кто впервые схватил на алтаре нож, чтобы отдать на заклание строптивых, не желающих принять их воззрения? Прекрасная мысль теряет свою цену, если дурно выражена, а если повторяется, то наводит на нас скуку.

Прекрасно быть скромным, но не следует быть равнодушным.

Признательность не всегда красноречива.

Прогресс — закон природы.

Работа избавляет нас от трех великих зол: скуки, порока, нужды.

С летами все страсти умирают; только себялюбие никогда не умирает.

С религией получается то же, что с азартной игрой: начавши дураком, кончишь плутом.

Самолюбие есть надутый воздухом шар, из которого вырываются бури, когда его прокалывают.

Самый нелепый из всех деспотизмов, самый унизительный для человеческой природы, самый несообразительный и самый зловредный — это деспотизм священников.

Свобода состоит в том, чтобы зависеть только от законов.

Сколько нелепостей говорится людьми только из желания сказать что-нибудь новое.

Слабость с обеих сторон — такова, как известно, особенность всех ссор.

Слезы — это немая речь.

Соперничество — пища для гения.

Споры древних философов были всегда мирны, а споры богословов часто бывали кровавы и всегда бурны.

Способ нагнать скуку состоит в том, чтобы говорить решительно все.

Старость создана для того, чтобы получать огорчения, но она должна быть достаточно благоразумна, чтобы переносить их безропотно.

Старый поэт, старый любовник, старый певец и старый конь никуда не годятся.

Страсти — это ветры, надувающие паруса корабля; ветер, правда, иногда топит корабль, но без него корабль не мог бы плыть.

Суди о человеке больше по его вопросам, чем по его ответам.

Суеверие в обществе то же, что трусливые в войске: они сами чувствуют и возбуждают в других панический ужас.

Счастье есть лишь мечта, а горе реально.

Счастье не скрывается в чаще лесной, еще менее его можно найти у царей, его нет даже у мудреца: оно не оставляет удела нашей короткой жизни. Нужно отказаться от него, но, по крайней мере, иногда можно обнимать его подобие.

Твердость есть мужество ума, она предполагает просвещенную решимость. Упрямство, напротив, предполагает ослепление.

Теории подобны мышам: они проходят через девять дыр и застревают в десятой.

Только слабые совершают преступления: сильному и счастливому они не нужны.

Торжество разума заключается в том, чтобы уживаться с людьми, не имеющими его.

Тот, кто желает лишить человека страстей на том основании, что они опасны, уподобляется тому, кто пожелал бы выпустить из человека всю кровь, исходя из того, что она является причиной апоплексического удара.

Труд часто является отцом удовольствия.

Угрызения совести есть единственная добродетель, остающаяся у преступников.

Ум человеческий никогда и ничего благороднее и полезнее театральных зрелищ не изобретал как для усовершенствования, так и для очищения нравов.

Успехи науки — дело времени и смелости ума.

Хорошие характеры, как и хорошие сочинения, не столько поражают вначале, сколько под конец.

Человек создан для действия. Не действовать и не существовать для человека — одно и то же.

Честного человека можно преследовать, но не обесчестить.

Честь — это бриллиант на руке добродетели.

Читая авторов, которые хорошо пишут, привыкают хорошо говорить.

Читая в первый раз хорошую книгу, мы испытываем то же чувство, как при приобретении нового друга. Вновь прочитать уже читанную книгу — значит вновь увидеть старого друга.

Что сделалось смешным, не может быть опасным.

Чтобы были довольны твои читатели, не будь слишком доволен собой.

Чтобы добиться успеха в этом мире, недостаточно быть просто глупым, нужно еще иметь хорошие манеры.

Язык имеет большое значение еще и потому, что с его помощью мы можем прятать наши мысли.

Жан Жак Руссо.

1712–1778 Гг.

Большая часть болезней наших — это дело наших собственных рук; мы могли бы почти всех их избежать, если бы сохранили образ жизни простой, однообразный и уединенный, который предписан нам был природою.

Важно знать не то, что есть, а то, что полезно.

Вам не удастся никогда создать мудрецов, если будете убивать в детях шалунов.

Великий секрет воспитания — в умении добиться того, чтобы телесные и умственные упражнения всегда служили отдыхом — одни от других.

Весьма опасаюсь, как бы тот, кто с первого знакомства обходится со мною так, будто мы дружим лет двадцать, не обошелся бы со мною двадцать лет спустя как с незнакомцем, попроси я его о важной услуге.

Видеть несправедливость и молчать — это значит самому участвовать в ней.

Вместо того чтобы обуздывать роскошь при помощи законов против роскоши, лучше предупреждать ее при помощи такого управления, которое делает ее невозможною.

Вовсе не обязательно делать из человека философа прежде, чем делать из него человека.

Воздержанность и труд — вот два истинных врача человека: труд обостряет его аппетит, а воздержанность мешает злоупотреблять им.

Воспитание человека начинается с его рождения; он еще не говорит, еще не слушает, но уже учится. Опыт предшествует обучению.

Время — движущийся образ неподвижной вечности. Все, что нарушает единство общества, никуда не годится; все установления, ставящие человека в противоречие с самим собою, не стоят ничего.

Вся нравственность человека заключается в его намерениях.

Всякий человек, рожденный в рабстве, рождается для рабства; ничто не может быть вернее этого. В оковах рабы теряют все, вплоть до желания от них освободиться.

Всякого рода привилегии выгодны для частных лиц, которые их получают, и ложатся бременем на нацию, которая их дает.

Дайте детству созреть в детстве.

Доброе — это прекрасное в действии.

Доброта, высказанная нам каким-либо человеком, привязывает нас к нему.

Дураки не бывают застенчивы, хотя застенчивость принимает все виды глупости.

Дурной поступок мучает нас не тогда, когда он только что совершен, а когда спустя долгое время вспоминаешь его, потому что память о нем не угасает.

Если вы уступите ребенку, он сделается вашим повелителем; и для того, чтобы заставить его повиноваться, вам придется ежеминутно договариваться с ним.

Если мы будем искать счастья, не зная, где оно, мы рискуем с ним разойтись.

Если тщеславие сделало кого-нибудь счастливым, то наверняка этот кто-то был дурак.

Естественное состояние — это такое состояние, когда забота о нашем самосохранении менее всего вредит заботе других о самосохранении.

Есть избыток строгости и избыток снисходительности: обоих надо одинаково избегать.

Жажда счастья никогда не иссякает в сердце человека.

Жена, домогающаяся власти, становится тираном своего мужа, а господин, сделавшийся рабом, бывает смешным и жалким созданием.

Жить — это не значит дышать, это значит действовать. Не тот человек больше всего жил, который может насчитать больше лет, а тот, кто больше всего чувствовал жизнь.

Занимаясь делом, говорят только тогда, когда есть что сказать; но в безделье является потребность говорить беспрерывно.

Знать хорошее важнее, чем знать многое.

Из всех способностей человека разум, представляющий собою объединение всех других, развивается труднее всего и позже всего.

Имейте в виду, что никогда незнание не делает зла; пагубно только заблуждение. Заблуждаются же люди не потому, что не знают, а потому, что воображают себя знающими.

Иной сходит в могилу ста лет, а умер, едва родившись.

Истинная вежливость заключается в благожелательном отношении к людям.

Истинное воспитание состоит не столько в правилах, сколько в упражнениях.

Каждому художнику желанны рукоплескания. Похвалы современников — это самая драгоценная часть его награды.

Каждый возраст имеет свои особые склонности, но человек всегда остается один и тот же. В десять лет он под обаянием сластей, в двадцать — возлюбленной, в тридцать — удовольствия, в сорок — честолюбия, в пятьдесят — скупости.

Как бы ни был правдив человек, но раз он католический епископ, ему приходится лгать.

Красноречие производит сильное, но зато минутное действие. Люди, легко поддающиеся возбуждению, так же легко и успокаиваются. Холодное и мощное убеждение не производит такого подъема; но если оно охватило человека, оно проникает в него, и действие его неизгладимо.

Лгать самому себе для своей выгоды — подделка; лгать для выгоды другого — подлог; лгать для того, чтоб повредить, — клевета; это худший вред лжи.

Легче завоевывать, чем управлять. С помощью соответствующего рычага можно одним пальцем поколебать мир; но чтобы поддерживать его, необходимы плечи Геракла.

Лишь великие события создают великих людей.

Ложное может выступать в бесконечных сочетаниях, истина же существует лишь в одном виде.

Любить глубоко — это значит забыть о себе.

Люди от природы ленивы; но страстное стремление к труду — это первый плод благоустроенного общества; и если народ вновь впадает в состояние лени и безразличия, то это происходит опять-таки из-за несправедливости этого же самого общества, которое не придает уже больше труду той цены, которой он заслуживает.

Люди, будьте человечны! Это ваш первый долг. Будьте такими для всех состояний, для всех возрастов, для всего, что не чуждо человеку.

Много рассуждают о качествах хорошего воспитания. Первое, которое я потребовал бы от него, — а оно предполагает и много других — это не быть человеком продажным.

Мое дело сказать правду, а не заставлять верить в нее.

Мудрый законодатель начинает не с издания законов, а с изучения их пригодности для данного общества.

Мужчина говорит то, что знает, женщина — что нравится; первый, чтобы говорить, нуждается в знаниях, вторая — во вкусе; первый должен иметь в виду полезные вещи, вторая — приятные.

Мужчина лучше женщины философствует о сердце человеческом, но женщина лучше его читает в сердце мужчин.

Мы всего больше заботимся о жизни по мере того, как она теряет свою ценность; старики больше сожалеют о ней, чем молодые.

Наши истинные учителя — опыт и чувство.

Не надо смешивать смелость с наглостью и грубостью: нет ничего более несходного и по своему источнику, и по результату.

Необходимым следствием порядка вещей становится то, что злой извлекает двойную выгоду: из собственной несправедливости и из честности других.

Неподкупный глаз честного человека всегда беспокоит мошенников.

Никто не может быть счастлив, если он не пользуется своим собственным уважением.

Ничего могучего, ничего великого не может выйти из-под продажного пера.

Один только урок нравственности годен для детства и в высшей степени важен для всякого возраста — это не делать никому зла.

Одно из преимуществ хороших поступков состоит в том, что они возвышают душу и предрасполагают ее к еще лучшим делам.

Опаснейший подводный камень для правосудия — это предубеждение.

Оскорбления — это доводы неправых.

От природы люди вовсе не враги друг другу.

Отнимите у нашего сердца любовь к добру — вы отнимете всю прелесть жизни.

Первая награда справедливости — это сознание, что справедливо поступили.

Первое и важнейшее качество женщины — кротость.

Первоначальное воспитание важнее всего, и это первоначальное воспитание, бесспорно принадлежит женщинам.

Почти во всех делах самое трудное — начало.

Правдивое сердце — главное оружие истины.

Прекрасна клятва солдат Фабия: они клялись не «умереть или победить» — они поклялись вернуться победителями и сдержали клятву.

Прекрасно то, чего нет.

Привязанность может обойтись без взаимности, но дружба — никогда.

Принуждение и любовь не уживаются вместе, и нельзя наслаждаться по заказу.

Против всего можно устоять, но не против доброты.

Прямодушие украшает все сопровождаемые им чувства.

Разум человеческий многим обязан страстям, которые, по общему признанию, также многим ему обязаны.

Расходуйте свои силы осторожнее, чтобы впоследствии сделать больше, но остерегайтесь когда-либо делать меньше.

С первой минуты жизни надо учиться быть достойными жить.

Сама по себе жизнь ничего не значит; цена ее зависит от ее употребления.

Самый дурной человек тот, который больше всего замыкается в себе, направляет все сердечные помыслы на самого себя.

Свободные народы, помните правило: «Можно завоевать свободу, но нельзя обрести ее вновь».

Свободным родился человек — и везде он закован в железо.

Состояние размышления — это уже состояние почти противоестественное, а человек, который размышляет, — это животное извращенное.

Сострадание — это естественное чувство, которое, умеряя в каждом индивидууме действие себялюбия, способствует взаимному сохранению всего рода.

Терпение горько, но его плод сладок.

Только в отношении людей со средним достатком законы действуют со всей своей силой; они в равной мере бессильны и против сокровищ богача, и против нищеты бедняка; первый их обходит, второй от них ускользает; один рвет паутину, а другой сквозь нее проходит.

Тот, кто поносит порядочного человека, поносит этим самого себя.

Трудись для того, чтоб наслаждаться.

Тысячи путей ведут к заблуждению, к истине — только один.

У духа есть свои потребности, как и у тела.

У ребенка свое особое умение видеть, думать и чувствовать; нет ничего глупее, чем пытаться подменить у них это умение нашим.

Фальшивых людей опаснее иметь друзьями, чем врагами.

Хорошее употребление времени делает время еще более драгоценным.

Час работы научит большему, чем день объяснений, ибо, если я занимаю ребенка в мастерской, его руки работают в пользу его ума: он становится философом, считая себя только ремесленником.

Чем более неистовы страсти, тем более необходимы законы, чтобы их сдерживать.

Чем меньше вы будете читать, тем тщательнее следует выбирать книги.

Чем меньше люди знают, тем обширнее кажется им их знание.

Чистая совесть гасит жажду легкомысленных забав.

Чтобы жить в добродетели, мы всегда должны вести борьбу сами с собой.

Дени Дидро.

1713–1784 Гг.

Величайшее недоразумение — это вдаваться в мораль, когда дело касается исторических фактов.

Верх безумия — ставить себе целью разрушение страстей.

Воображение! Без этого качества нельзя быть ни поэтом, ни философом, ни умным человеком, ни мыслящим существом, ни просто человеком.

Где бы ты ни очутился, люди всегда окажутся не глупее тебя.

Где, как не в браке, можно наблюдать примеры чистой привязанности, подлинной любви, глубокого доверия, постоянной поддержки, взаимного удовлетворения, разделенной печали, понятых вздохов, пролитых вместе слез?

Глубокие мысли — это железные гвозди, вогнанные в ум так, что ничем не вырвать их.

Даже согласившись, что люди гениальные обычно быва ют странны, или, как говорится, нет великого ума без капельки безумия, мы не отречемся от них; мы будем презирать те века, которые не создали ни одного гения. Гении составляют гордость народов, к которым принадлежат: рано или поздно им воздвигают статуи и в них видят благодетелей человеческого рода.

Два качества необходимы художнику: чувство нравственности и чувство перспективы.

Для того чтобы растрогать, не нужно самому быть растроганным.

Если бояться смерти, ничего хорошего не сделаешь; если все равно умираешь из-за какого-нибудь камешка в мочевом пузыре, от припадка подагры или по другой столь же нелепой причине, то уж лучше умереть за какое-нибудь великое дело.

Если ложь на краткий срок и может быть полезна, то с течением времени она неизбежно оказывается вредна. Напротив того, правда с течением времени оказывается полезной, хотя может статься, что сейчас она принесет вред.

Если нет цели, не делаешь ничего, и не делаешь ничего великого, если цель ничтожна.

Есть моральная тактичность, которая у гуманного человека сказывается во всех его поступках и которой нет у злого человека.

Женщины пьют льстивую ложь одним глотком, а горькую правду каплями.

Живописец и скульптор — оба поэты, но последний никогда не впадает в шарж. Скульптура не терпит ни шутовства, ни паясничества, ни забавного, даже редко — комического. Мрамор не смеется.

Знание того, какими вещи должны быть, характеризует человека умного; знание того, каковы вещи на самом деле, характеризует человека опытного; знание же того, как их изменить к лучшему, характеризует человека гениального.

Искренность — мать правды и вывеска честного человека.

Искусство заключается в том, чтобы найти необыкновенное в обыкновенном и обыкновенное в необыкновенном.

Истина любит критику, от нее она только выигрывает; ложь боится критики, ибо проигрывает от нее.

Каждое произведение ваяния или живописи должно выражать собою какое-либо великое правило жизни, должно поучать, иначе оно будет немо.

Когда мужчины неуважительно относятся к женщине, это почти всегда показывает, что она первая забылась в своем обращении с ними.

Любовь часто отнимает разум у того, кто его имеет, и дает тем, у кого его нет.

Люди перестают мыслить, когда перестают читать.

Люди, выдающиеся своими талантами, должны тратить свое время так, как этого требует уважение к себе и потомству. Что подумало бы о нас потомство, если бы мы ничего не оставили ему.

Моя дружба слишком осмотрительна, если опасность моего друга не заставляет меня забывать о моей собственной безопасности.

Мы считаем трусом того, кто допустил, чтобы в его присутствии оскорбительно отзывались о его друге.

Награждая хороших, мы тем самым наказываем дурных.

Наилучший порядок вещей — тот, при котором мне предназначено быть, и к черту лучший из миров, если меня в нем нет.

Напрасно трус бьет себя кулаком в грудь, чтобы набраться храбрости; ее нужно иметь прежде того и лишь укреплять в общении с теми, кто ею обладает.

Не следует нарочно делать умными героев пьесы, а нужно уметь поставить их в такие условия, при которых они должны проявлять ум.

Неизменно помни, что природа не Бог, человек — не машина, гипотеза — не факт.

Образование придает человеку достоинство, да и раб начинает сознавать, что он не рожден для рабства.

Порок раздражает людей только время от времени, а внешние его черты раздражают их с утра до вечера.

Предварительное знание того, что хочешь сделать, дает смелость и легкость.

Признание своей немощности — великий урок, который мы извлекаем. Не лучше ли приобрести доверие к себе других людей искренностью признания, что я ничего не знаю, чем бормотать слова и вызывать жалость к себе потугами все объяснить? Свободно сознающийся в незнании того, что он не знает, побуждает меня верить тому, что он берется мне объяснить.

Природа подобна женщине, которая, показывая из-под нарядов то одну часть своего тела, то другую, подает настойчивым поклонникам некоторую надежду узнать ее когда-нибудь всю.

Разве вам не известно, что настоящее блаженство заключается в том, что все люди нуждаются друг в друге и что вы ожидаете помощи от себе подобных точно так же, как они ждут ее от вас?

Разве мы властны влюбляться или не влюбляться? И разве, влюбившись, мы властны поступать так, словно бы это не случилось?

Расплата в этом мире наступает всегда. Есть два генеральных прокурора: один — тот, кто стоит у ваших дверей и наказывает за проступки против общества, другой — сама природа. Ей известны все пороки, ускользающие от законов.

Ревность — это страсть убогого, скаредного животного, боящегося потери; это чувство, недостойное человека, плод наших гнилых нравов и права собственности, распространенного на чувствующее, мыслящее, хотящее, свободное существо.

Родители любят своих детей тревожной и снисходительной любовью, которая портит их. Есть другая любовь, внимательная и спокойная, которая делает их честными. И такова настоящая любовь отца.

Самый счастливый человек тот, кто дарит счастье наибольшему числу людей.

Сказать, что человек состоит из силы и слабости, из разумения и ослепления, из ничтожества и величия, — это значит не осудить его, а определить его сущность.

Стараться оставить после себя больше знаний и счастья, чем их было раньше, улучшать и умножать полученное нами наследство — вот над чем мы должны трудиться.

Страсти без конца осуждают, им приписывают все человеческие несчастья и при этом забывают, что они являются также источником всех наших радостей.

Такова жизнь: один вертится между шипами и не колется; другой тщательно следит, куда ставить ноги, и все же натыкается на шипы посреди лучшей дороги и возвращается домой ободранный до потери сознания.

Только страсти и только великие страсти могут поднять душу до великих дел. Без них конец всему возвышенному как в нравственной жизни, так и в творчестве.

Только честному человеку подобает быть атеистом.

Тот, кто рассказывает тебе о чужих недостатках, рассказывает другим о твоих.

Умный человек видит перед собой неизмеримую область возможного, глупец же считает возможным только то, что есть.

Хороший стиль кроется в сердце.

Человек создан, чтобы жить в обществе; разлучите его с ним, изолируйте его — мысли его спутаются, характер ожесточится, сотни нелепых страстей зародятся в его душе, сумасбродные идеи пустят ростки в его мозгу, как дикий терновник среди пустыря.

Что такое истина? Соответствие наших суждений созданиям природы.

Чудеса там, где в них верят, и чем больше верят, тем чаще они случаются.

Широта ума, сила воображения и активность души — вот что такое гений.

Я не знаю профессии, которая требовала бы более изысканных форм и более чистых нравов, чем театр.

Пьер Огюстен Бомарше.

1732–1799 Гг.

Ветер, задувающий свечу, раздувает огонь в жаровне.

Время — честный человек.

Всеисцеляющего средства не существует.

Где нет свободы критики, там никакая похвала не может быть приятна.

Глупости, проникающие в печать, приобретают силу лишь там, где их распространение затруднено.

Глупость и тщеславие вечно идут рука об руку.

Гнев добрых людей — это не что иное, как настоятельная потребность прощать.

Для достижения поставленной цели деловитость нужна не менее, чем знание.

Если начальник не делает нам зла, то это уже немалое благо.

Если принять в рассуждение все добродетели, которых требуют от слуги, то много ли найдется господ, способных быть слугами?

Жить — это бороться, бороться — это жить.

Заставьте самого беспристрастного судью разбирать свое собственное дело, и посмотрите, как он начнет толковать законы!

Известно, что суть дела — это область самих тяжущихся, меж тем как форма — это достояние судей.

Из всех шутовских вещей брак — самая шутовская.

Интрига рано или поздно губит того, кто ее начал.

Исправить людей можно, лишь показав их такими, каковы они на самом деле.

Каждый человек всегда чей-нибудь ребенок.

Когда женщина сердится, здравого смысла в ее речах не ищи!

Когда поддаешься страху перед злом, то уже начинаешь чувствовать зло страха.

Могут ли покой и любовь ужиться в одном сердце?

Наиболее виновные — наименее великодушны, это общее правило.

Небо всегда покровительствует невинности!

Немалое благо для семьи — изгнание из нее негодяя.

Политика — искусство создавать факты, шутя подчинять себе события и людей. Выгода — ее цель, интрига — средство… Победить ее может только порядочность.

Природа сказала женщине: будь прекрасной, если можешь, мудрой, если хочешь, но благоразумной ты должна быть непременно.

Приятное волнение радости никогда не влечет за собой опасных последствий.

Обладание всякого рода благами — это еще не все. Получать наслаждение от обладания ими — вот в чем состоит счастье.

Обычай часто является злом.

Ох уж эти женщины! Если вам нужно, чтобы самая из них простодушная научилась лукавить, — заприте ее.

Раболепная посредственность — вот кто всего добивается.

Ревность — всего только глупое дитя гордости или же болезнь безумца.

Робким человеком помыкает любой проходимец.

Так отрадно, когда тебя любят ради тебя самого.

Только мелкие людишки боятся мелких статеек.

У бедняка не должно быть ни единого недостатка.

У кого доброе сердце, того благодарность не тяготит.

Умение мужественно преодолевать самого себя — вот что всегда казалось мне одним из самых величайших достижений, которыми может гордиться разумный человек.

Ум невозможно унизить — так ему мстят тем, что гонят его.

Умному человеку нет смысла слушать все подряд, он и так догадается.

Умный человек никогда не станет связываться с сильным.

Утверждать что-либо, не имея возможности доказать это законным путем, означает клеветать.

Честные люди любят женщин, обманщики обожают их.

Чистосердечное раскаяние ничем не отличается от любого хорошего поступка: оно тоже приносит награду.

Чтобы рассуждать о предмете, вовсе не обязательно быть его обладателем.

Что слишком глупо, чтобы быть просто сказано, то поется.

Наполеон I Бонапарт.

1769–1821 Гг.

Анархия всегда приводит к абсолютизму.

Бог воюет на той стороне, у которой при прочих равных условиях больше войск.

Богатство состоит не в обладании сокровищами, но в том употреблении, которое умеют им дать.

Большая политика — это всего лишь здравый смысл, примененный к большим делам.

Большие батальоны всегда правы.

Будите меня, только если придут плохие новости; а если хорошие — ни в коем случае.

В интересах государства, чтобы должностные лица постоянно сменялись: ежели этот принцип не соблюдается, то неизбежно появляются удельные владения и сеньориальное правосудие.

В каждом большом деле всегда приходится какую-то часть оставить на долю случая.

В любви единственная победа — это бегство.

В несчастий обыкновенно не уважают того, в ком прежде почитали величие.

В революциях мы сталкиваемся с людьми двух сортов: теми, кто их совершает, и с использующими оные в своих целях.

В России нет дорог — только направления.

В сущности, название и образ правления не имеют никакой важности: если только правосудие оказывается всем гражданам, если они уравнены в правах, государство управляется хорошо.

Вернейший способ сдержать слово — не давать его.

Весьма трудно управлять, если делать это добросовестно.

Военных сил недостаточно для защиты страны, между тем как страна, защищаемая народом, непобедима.

Вождь подобен торговцу, вложившему свои средства в дело и ожидающему прибыли.

Война состоит из непредусмотренных событий.

Войско баранов, возглавляемое львом, всегда одержит победу над войском львов, возглавляемых бараном.

Воображение правит миром.

Вы хотите узнать, надежны ли ваши друзья? Для сего надобно оказаться в несчастий.

Выиграл сражение не тот, кто дал хороший совет, а тот, кто взял на себя ответственность за его выполнение и приказал выполнить.

Гениальные люди — это метеоры, призванные сгореть, чтобы озарить свой век.

Государство без религии подобно кораблю без компаса.

Дабы погубить отечество, достаточно даже одного негодяя: тому в истории было немало примеров.

Для управления печатью нужны хлыст и шпоры.

Есть два рычага, которыми можно двигать людей, — страх и личный интерес.

Журналист — это чистильщик улиц, работающий пером.

Здравый смысл создает одаренных людей; самолюбие же — лишь ветер, который надувает паруса и ведет их корабль прямо к пристани.

Искусные льстецы обычно не менее искусные клеветники.

Искусство войны — это наука, в которой ничто не удается, кроме того, что тщательно просчитано и тщательно продумано.

Искусство управления состоит в том, чтобы не позволять людям состариться в своей должности.

Истинный героизм состоит в том, чтобы быть выше злосчастий жизни.

Истинный герой играет во время сражения шахматную партию независимо от ее исхода.

Каждый французский солдат носит в своем ранце маршальский жезл.

Когда о монархе говорят, что он добр, значит, он ни к черту не годится.

Красивая женщина нравится глазам, а добрая сердцу; одна бывает прекрасною вещью, а другая сокровищем.

Кто не умеет говорить, карьеры не сделает.

Кто стоит высоко и у всех на виду, не должен позволять себе порывистых движений.

Кто умеет льстить, умеет и клеветать.

Любовь для праздного человека — занятие, для воина — развлечение, для государя — подводный камень.

Любовь к родине — первое достоинство цивилизованного человека.

Любовь — это глупость, совершаемая вдвоем.

Медицина — это скопление нелогичных предписаний, приносящих скорее вред, чем пользу.

Мужчина, допускающий, чтобы им помыкала женщина, — не мужчина и не женщина, а просто ничто.

Наибольшая из всех безнравственностей — это браться за дело, которое не умеешь делать.

Народ, не желающий кормить свою армию, вскоре будет вынужден кормить чужую.

Не давать людям состариться — в этом состоит большое искусство управления.

Невежда имеет большое преимущество перед человеком образованным: он всегда доволен собой.

Невозможность — слово из словаря глупцов.

Нет ничего высокомернее бессилия, которое чувствует, что его поддерживают. Неустрашимых людей нет между теми, которым есть что терять.

Неуч только скучен, педант же несносен.

Никогда не рассматривайте, к какой партии принадлежал человек, который ищет у вас правосудия.

Обычай осуждает нас на многие глупости; самая большая из них — сделаться его рабом. Один плохой главнокомандующий лучше двух хороших.

Остановиться можно при подъеме, но не при падении.

От великого до смешного один шаг.

От солдата требуется прежде всего выносливость и терпение; храбрость — дело второе. От ума до рассудка гораздо дальше, чем полагают.

Последнее слово всегда остается за общественным мнением.

Природой брак не предусмотрен.

Религия — важный предмет в женских школах. Она, как бы на нее ни смотреть, есть надежнейшая гарантия для матерей и мужей. Школа должна научить девушку верить, а не думать.

Сила никогда не бывает смешной.

Сначала надо ввязаться в серьезный бой, а там уже видно будет.

Со смелостью можно все предпринять, но не все можно сделать.

Те, что ищут счастья в тщеславии и развлечении, походят на людей, предпочитающих свет свечки сиянию солнца.

Только правда оскорбительна.

У политики нет сердца, а есть только голова.

Удача следует за великим человеком.

Успех — вот что создает великих людей.

Штыками можно сделать все, что угодно; только нельзя на них сидеть.

Этими жалкими побрякушками можно управлять людьми!

Оноре де Бальзак.

1799–1850 Гг.

Писатель, создатель многотомного цикла романов «Человеческая комедия».

Архитектура — выразительница нравов.

Будущее нации — в руках матерей.

Бывают люди, похожие на нули: им всегда необходимо, чтобы впереди их были цифры. Быть может, добродетель есть не что иное, как душевная деликатность.

В пожилом возрасте любовь превращается в порок.

В прозе мы остаемся на твердой земле, а в поэзии должны подниматься на неизмеримые высоты.

Время — это капитал работника умственного труда.

Все приходит в свое время для тех, кто умеет ждать.

Глупость бывает двух родов: молчаливая и болтливая.

Добродетель — вещь неделимая: или она есть, или ее нет.

Дружба двух святош делает более зла, чем открытая вражда десяти негодяев.

Если все время будешь говорить один — всегда будешь прав.

Если не верить в себя самого, нельзя быть гением.

Женщина, смеющаяся над своим мужем, не может более его любить.

Идеи могут быть обезврежены только идеями.

Испивая чашу удовольствия до дна, мы обнаруживаем там больше гравия, чем перлов. Истинный ученый — это мечтатель, а кто им не является, тот называет себя практиком. Как сладки критические замечания, исходящие из дружеских уст; в них веришь; от них становится грустно, ибо нет сомнения в том, что они правильны, но они не причиняют боли.

Клевета равнодушна к ничтожествам.

Ключом ко всякой науке является вопросительный знак.

Кто бывает всюду, тот нигде не встречает интереса к своей особе.

Любовь так плохо выносит домашние дрязги, что для прочного счастья нужно найти друг у друга выдающиеся качества.

Любовь — это удивительный фальшивомонетчик, постоянно превращающий не только медяки в золото, но нередко и золото в медяки.

Наглое лицемерие внушает уважение людям, привыкшим прислуживать.

Невежество — мать всех преступлений. Преступление прежде всего — неразумие. Несчастье бывает пробным камнем характеров.

Никогда не оказывайте услуг, о которых не просят.

Никто не делается другом женщины, если может стать ее любовником.

Никто не станет разыскивать скрытые добродетели.

Ничто так не связывает нас, как наши пороки.

Ничто так плохо не знаем, как то, что каждый должен знать: закон.

Обстоятельства переменчивы, принципы никогда.

Общество живет признанными истинами.

Отсутствие вкуса — один из тех изъянов, которые неотделимы от ханжества.

Отсутствие выхода для честолюбия, узаконенного талантом, дает право на любые желания.

Подле дурака всегда найдется жулик.

Поиски разнообразия в любви — признак бессилия.

Поле битвы, на котором сражается разум, страшнее, чем поле битвы, где умирают, его труднее возделывать, чем пашню.

Постоянный труд есть закон как искусства, так и жизни.

Правда — точно горькое питье, неприятное на вкус, но зато восстанавливающее здоровье.

Пристрастие к коллекционированию — первая ступень умственного расстройства.

Пятиться назад из трусости и боязни до сих пор считается искусным маневром.

Равнодушие к прекрасному полу в старости — наказание за то, что слишком умел нравиться в молодости.

Ревность у мужчины складывается из эгоизма, доведенного до чертиков, из самолюбия, захваченного врасплох, и раздраженного ложного тщеславия.

Свои убеждения не вывешивают на стенку.

Сердце матери — это бездна, в глубине которой всегда найдется прощение.

Сильные жизненные потрясения исцеляют от мелких страхов.

Слава — это яд, полезный только в небольших дозах.

Смиряясь, несчастный лишь довершает свое несчастье.

Сомневаться в Боге — значит верить в него.

Страшную, непрестанную борьбу ведет посредственность с теми, кто ее превосходит.

Талант в мужчине то же, что красота в женщине, — всего лишь обещание. Для того чтобы быть подлинно великим, его сердце и характер должны быть равны его таланту.

Талант — это развитие природных склонностей.

Там, где замешано честолюбие, нет места чистосердечию.

Твердая воля — это, ежели нужно, одерживаемая победа над инстинктами, над влечениями.

Ткань нашей жизни соткана из перепутанных нитей, добро и зло соседствуют в ней.

Уважение — это застава, охраняющая отца и мать, столько же и детище; первых оно спасает от огорчений, последнее — от угрызения совести.

Улучшать нравы своего времени — вот цель, к которой должен стремиться каждый писатель, если он не хочет быть только «увеселителем публики».

Унижает человека именно ложь.

Усомниться — значит утратить силу.

Успех одного отважного человека всегда побуждает к рвению и мужеству целое поколение.

Хорошо написанные исторические романы стоят больше курсов истории.

Человеку необходимо изведать сильные чувства, чтобы в нем развились благородные свойства, которые расширили бы круг его жизни.

Что стало бы с литературой, если бы дела ее не защищались? У нас есть свой кассационный суд — это будущее. Счастлив тот, кто сможет предстать перед ним!

Чтобы дойти до цели, надо прежде всего идти.

Чтобы оценить прекрасные литературные произведения. нужно обширное образование, развитой интеллект, покой, досуг и известное напряжение ума.

Виктор Гюго.

1802–1885 Гг.

Ближе всего к великому стоит честность.

Будущее отныне принадлежит двум типам людей: человеку мысли и человеку труда. В сущности, оба они составляют одно целое, ибо мыслить — значит трудиться.

Будьте милосердны к несчастным, будьте снисходительны к счастливым.

Будьте человеком прежде всего и больше всего. Не бойтесь слишком отяготить себя гуманностью.

Быть добрым очень легко, быть справедливым — вот что трудно.

Великие люди сами сооружают себе пьедестал; статую воздвигает будущее.

Великое искусство — уметь быть старым. Еще большее искусство — уметь быть молодым. Уметь понять, как молодости, зрелости подобает относиться к старости.

Величие народа не измеряется его численностью, как величие человека не измеряется его ростом; единственной мерой служит его умственное развитие и его нравственный уровень.

Воспитание — дело совести; образование — дело науки. Позднее, в уже сложившемся человеке, оба этих вида дополняют друг друга.

Всегда любите друг друга всей душой. В мире нет почти ничего, кроме любви.

Всюду, где есть пашня, всюду, где есть ум человеческий, должна быть книга.

Всякая социальная доктрина, пытающаяся разрушить семью, негодна и, кроме того, неприменима. Семья — это кристалл общества.

Всякого рода грубость тает, словно на огне, под влиянием ежедневного чтения хороших книг.

Вылечив подбитое крыло коршуна, становишься ответственным за его когти.

Высота чувств — в прямом соотношении с глубиной мыслей. Сердце и ум — два конечных баланса. Опустите ум в глубину познания — вы поднимете сердце до небес.

Высшее правосудие — это совесть.

Высшее счастье в жизни — это уверенность в том, что вас любят; любят ради вас самих, вернее сказать — любят вопреки вам.

Дай дозреть мысли, но не перезреть: перезрелые мысли, как и плоды, впрок не идут.

Дерзать! Ценой дерзаний достигается прогресс. Все блистательные победы являются в большей или меньшей степени наградой за отвагу.

Для меня не важно, на чьей стороне сила; важно то, на чьей стороне право.

Есть нечто более сильное, чем все на свете войска: это идея, время которой пришло.

Животные суть не что иное, как прообразы наших добродетелей и пороков, блуждающие перед нашим взором призраки наших душ.

Идеал не что иное, как кульминационный пункт логики, подобно тому как красота не что иное, как вершина истины.

Истина и свобода тем замечательны, что все, что делают для них и против них, в равной степени им служит.

Истинная любовь не знает пресыщения. Будучи всецело духовной, она не может охладиться.

Когда веселость примешивается к морщинам, она очаровательна. Какой-то ореол озаряет радостную старость.

Когда виновный признает свою вину, он спасает единственное, что стоит спасать, — свою честь.

Красивые выражения украшают красивую мысль и сохраняют ее.

Лень — это мать. У нее сын — воровство и дочь — голод.

Ложь — это воплощение зла.

Любовь к женщине имеет для нас великое, ничем не заменимое значение; она подобна соли для мяса: пропитывая сердце, предохраняет его от порчи.

Любовь — как дерево; она вырастает сама собой, пускает глубоко корни во все наше существо и нередко продолжает зеленеть и цвести даже на развалинах нашего сердца.

Мир — добродетель цивилизации, война — ее преступление.

Можно сопротивляться вторжению армий, вторжению идей сопротивляться невозможно.

Молчание — прибежище простой души, испытавшей всю глубину человеческой скорби.

Мыслящего человека узнают по священному благоговению перед жизнью.

Мышление — работа ума, мечтательность — его сладострастие.

Надежда была бы величайшей из сил человеческой души, если бы не существовало отчаяния.

Наша жизнь — путешествие, идея — путеводитель. Нет путеводителя, и все остановилось. Цель утрачена, и сил как не бывало.

Нельзя быть героем, сражаясь против отчизны.

Нет на земле гимна торжественнее, чем лепет детских уст.

Ничто так не способствует созданию будущего, как смелые мечты. Сегодня утопия, завтра — плоть и кровь.

Нравственность — это цветение истин.

Нужно поддерживать крепость тела, чтобы сохранить крепость духа.

Обучать народ — значит делать его лучше; просвещать народ — значит повышать его нравственность; делать его грамотным — значит цивилизовать его.

Осел, знающий дорогу, стоит большего, чем прорицатель, гадающий наугад.

Первый признак любви: у мужчин — несмелость, у женщин — смелость.

Побеждать — глупейшее занятие. Не побеждать, а убедить — вот что достойно славы.

Понимание необходимости выполнить свой долг требует забвения собственных интересов.

Почти вся тайна великой души заключается в слове «настойчивость». Настойчивость для мужества — то же, что колесо для рычага; это беспрерывное обновление точки опоры.

Поэт есть мир, одним объятый человеком.

Право — это все то, что истинно и справедливо.

Прогресс — это способ человеческого бытия.

Продвигаясь вперед, наука непрестанно перечеркивает сама себя.

Радость, доставляемая нами другому, пленяет тем, что она не только не бледнеет, как всякий отблеск, но возвращается к нам еще более яркой.

Разум человеческий владеет тремя ключами, открывающими все: цифрой, буквой, нотой. Знать, думать, мечтать. Все в этом.

Рану, нанесенную родине, каждый из нас ощущает в глубине своего сердца.

Самое большое счастье в жизни — это уверенность, что тебя любят.

Смех — это солнце: оно прогоняет зиму с человеческого лица.

Сознание права развивает сознание долга. Всеобщий закон — это свобода, кончающаяся там, где начинается свобода другого.

Сорок лет — старость юности, пятьдесят — юность старости.

Спасти свободу можно только через братство.

Страху свойственно преувеличивать истинное значение факта.

Стремление создать ребенку счастливую жизнь баловством с младенческих лет, пожалуй, неблагоразумно.

Тайна — та же сеть: достаточно, чтобы прорвалась одна петля, и все расползается.

То, что умерло как реальность, живо как назидание.

Тому, кто живет обманом, истина кажется смрадной.

Тот, кто мечтает, — предтеча того, кто мыслит… Сгустите все мечтания — и вы получите действительность.

Труд в наше время — это великое право и великая обязанность.

Трудно составить счастье мужчины, обрекая на страдания женщину.

Тщеславие — страшная сила, действующая внутри нас и против нас же самих.

У будущего есть несколько имен. Для слабого человека имя будущего — невозможность. Для малодушного — неизвестность. Для глубокомысленного и доблестного — идеал.

У каждого человека три характера: тот, который ему приписывают; тот, который он сам себе приписывает; и, наконец, тот, который есть в действительности.

У человека есть только один тиран — невежество.

Умирать от любви — значит жить ею.

Хорошо умереть — это умереть, подобно Леониду, во имя отечества; подобно Сократу — во имя разума; подобно Иисусу Христу — во имя братства.

Чтобы быть вполне счастливым, недостаточно обладать счастьем, надо еще заслуживать его.

Александр Дюма-отец.

1802–1870 Гг.

Вся человеческая мудрость заключается в двух словах: ждать и надеяться!

Друзей не может быть слишком много.

Ждать невозможно лишь тогда, когда ничего не делаешь.

Женщина священна; женщина, которую любишь, — священна вдвойне.

Занятым людям некогда разглядывать женщин.

Кто мстит, иногда жалеет о совершенном; тот, кто прощает, никогда не жалеет об этом.

Кто умеет создавать великое, создаст и малое.

Кто чувствует в себе волю к борьбе, тот не теряет даром времени и сразу отвечает судьбе ударом на удар.

Легче всего осуществить именно те мечты, в которых не сомневаешься.

Любовь без уважения далеко не идет и высоко не поднимается: это ангел с одним крылом.

Люди всегда так — по самолюбию ближнего готовы бить топором, а когда их собственное самолюбие уколют иголкой, они вопят.

Люди, которые никогда ни о чем не спрашивают, самые лучшие утешители.

Молодость души — большой недостаток в глазах того, кто уже немолод.

Надежда — лучший врач из всех, какие известны.

Неистовство — признак слабости.

Не от того, кто влюблен впервые, можно требовать умения молчать. Первой любви сопутствует такая бурная радость, что ей нужен исход, иначе она задушит влюбленного.

Никогда не бывает проявлением трусости подчинение силе, стоящей над вами.

Никогда не следует быть исключением. Если живешь среди сумасшедших, надо и самому научиться быть безумным.

Опасайтесь не мертвых соперников, а живых врагов! Привидения являются только тем, кто должен их увидеть.

Редко случается, чтобы то, чего пламенно желаешь, столь же пламенно не оберегали другие люди.

Слабые духом всегда все видят через траурную вуаль.

Совет — больше чем услуга.

Страсть ослепляет самые уравновешенные умы.

Счастье в одиночестве — не полное счастье.

Так уж положено: молодость веселится, старость бранится.

У домов, как у людей, есть своя душа и свое лицо, на котором отражается их внутренняя сущность.

Чем выше парит в небесах могучий орел, тем дольше он вынужден отдыхать на земле.

Гюстав Флобер.

1821–1880 Гг.

Будущее тревожит нас, а прошлое нас держит. Вот почему настоящее ускользает от нас.

Быть дураком, эгоистом и обладать хорошим здоровьем — вот три условия, необходимые для того, чтобы быть счастливым. Но если первого из них не хватает, то остальные бесполезны.

Весь прогресс, на который можно надеяться, — это сделать людей несколько менее злыми.

Все изнашивается, даже горе.

Все, что прекрасно, — нравственно.

Всякая душа измеряется огромностью своего стремления.

Главным достоинством писателя является знание того, о чем писать не нужно.

Когда состаришься, привычки становятся тиранами.

Люблю любить, люблю ненавидеть.

Мы утратили веру даже в порок.

Нельзя жить одним вдохновением. Пегас чаще идет шагом, чем скачет галопом. Весь талант в том, чтобы заставить его идти нужным тебе аллюром.

Поэзия — это особая манера воспринимать внешний мир, специальный орган, который просеивает материю и, не изменяя, преображает ее.

Раскаиваться хорошо, но не делать зла еще лучше.

Тему не выбирают. В том и состоит секрет шедевра, что тема есть отражение темперамента писателя.

Точность мысли обусловливает точность выражений.

То, что хорошо написано, никогда не надоедает. Стиль — это сама жизнь, это корень мысли.

Форма и содержание — две категории, не существующие отдельно одна от другой.

Чтобы иметь талант, нужно быть уверенным, что обладаешь им.

Я умер бы со смеху, глядя, как один человек судит другого, если бы это зрелище не внушало мне жалость.

Эмиль Золя.

1840–1902 Гг.

Всем сердцем, всей волей моей я хотел бы возвести разум на самую высокую вершину и поклониться ему.

Гнев является всегда плохим советником.

Даже ничтожный прогресс требует долгих лет мучительного вызревания.

Действовать, создавать, сражаться с обстоятельствами, побеждать или быть побежденным — вот в чем вся радость, вся жизнь здорового человека.

Единственное счастье в жизни — это постоянное стремление вперед.

Если вы скроете правду и зароете ее в землю, она непременно вырастет и приобретет такую силу, что однажды вырвется и сметет все на своем пути.

Истина в пути, и ничто ее не остановит.

Истина и справедливость превыше всего, ибо только от них зависит величие наций.

Мысль — тоже действие; нет ничего плодотворнее ее влияния на мир.

Надо идти вперед, все вперед, с жизнью, которая никогда не останавливается.

Никогда еще люди не относились друг к другу с таким ожесточением, никогда еще не были в такой степени ослеплены, как в наше время, когда они стали воображать, что знают все.

Остроумие часто граничит с полной глупостью.

Пока супругов соединяет страсть, они всегда будут в мире, несмотря на серьезные размолвки.

Произведение искусства — это уголок мироздания, увиденный сквозь призму определенного темперамента.

Смех — это сила, которой вынуждены покоряться великие мира сего.

Страдания правого — приговор неправому.

Я верю в жизнь, которая непрестанно отсекает отмершие органы и, возрождая материю, заживляет раны, верю в жизнь, которая, невзирая ни на что, среди разложения и смерти стремится к всеобщему здоровью и к непрерывному обновлению.