Сказки Биг Бена.
ПИРАТЫ НА ОСТРОВЕ ФУНАФУТИ.
На свете множество чудес,
Внимания достойных,
Но Фунафути — образец
Чудес благопристойных.
Не сыщешь острова в морях
От Горна до Босфора
С такой тактичной фауной,
С такой любезной флорой.
Там обезьянки не шалят,
Галдя на всю опушку,
А только нюхают плоды
И потчуют друг дружку.
Там пальмы, встав на берегу
Всем кланяются дружно,
Какой бы ветер ни подул —
Восточный или южный.
Но вот в один прекрасный день
К тем благодатным пляжам
Приплыл разбойничий корабль
С ужасным экипажем:
Джим Кашалотто, Джеки Черт,
Сэм Гроб и Билл Корова,
Кок Вырвиглаз и старый Хью —
Один страшней другого.
И первым сушу ощутил
Их шкипер Джеки Черт:
Сэм Гроб, ворочая веслом,
Смахнул его за борт.
Пиратов ужас охватил,
Повеяло расправой,
Но шкипер вдруг заговорил
С улыбкою слащавой:
— Прошу прощенья, мистер Гроб,
Вина была моя.
Забудем этот инцидент!
Скорей сюда, друзья!
Позвольте вашу руку, Джим.
Я помогу вам, кок.
Ах, осторожней, мистер Хью,
Не замочите ног!
Пираты слушали дрожа.
Голодный львиный рев
Не показался б им страшней
Галантных этих слов.
Но только на берег сошли —
Их тоже охватило
Желание себя вести
Необычайно мило.
— Здесь у меня, — промолвил Джим,—
Сухое платье есть.
Прошу, воспользуйтесь им, сэр,
Окажете мне честь.
— Вы правы, — шкипер отвечал.—
Чтоб исключить ангину,
Воспользуюсь. Пардон, друзья,
Я вас на миг покину.
Был сервирован на песке
Изысканный обед,
И не нарушен был ни в чем
Сложнейший этикет.
Приличный светский разговор
Журчал непринужденно,
Никто не лез ни носом в суп,
Ни пальцем в макароны.
Приятный вечер завершен
Был тихой песней Сэма,
И слушал песню капитан,
Роняя слезы немо.
— Вот так певала перед сном
Мне матушка когда-то…
Ах, милый Сэм, скажи,
Зачем веду я жизнь пирата?
Друзья свели его в постель
И сами зарыдали,
И нежно сняли сапоги,
И валерьянки дали,
И челюсть новую его
Переложили в кружку,
И грелку сунули к ногам,
И саблю под подушку.
Потом, молитву сотворив,
Разделись аккуратно,
Без грубых шуток и божбы,
Пристойно-деликатно,
И мирно отошли ко сну,
Умыв лицо и шею,
И в грезах видели всю ночь
Порхающую фею.
Они отплыли на заре.
Но только за кормою
Сокрылась чудная земля,
Пошло совсем иное:
Все утро хмурились они
И пили ром без меры,
И растеряли навсегда
Приличные манеры.
А на волшебном берегу,
На дальнем Фунафути
Все так же ветер шелестел
О мире и уюте.
Черепашонок спал в песке,
И устрицы вздыхали,
И солнце озирало мир
Без гнева и печали.
